Рождение

Глава 1. Об обстоятельствах, приводящих к непредвиденному

Часто бывает так, что человек, заглядывая в прошлое, оценивает себя с точки зрения того, как он провел свою жизнь. Некоторые вещи кажутся совершенно неважными, другие как будто бы ценны своим опытом и тем, чего удалось достигнуть благодаря им, однако все это может поменяться в любую минуту, нет, даже буквально, в любую секунду.

--... Два, Один. Всё, Илья Андреевич, Вы уволены, – женщина средних лет отложила ручку в сторону, одновременно устало и раздражённо смотря на юного мужчину, стоящего перед ней.

-- Ну и ладно, – явно удерживаясь от того, чтобы не сказать чего пожестче ответил в тон ей стоявший напротив, которого назвали Ильёй, после чего добавил тихо, буквально себе под нос, – не больно то и хотелось.

-- Всего доброго, – сказала женщина с нажимом и нахмурились.

Неловким движением Илья подхватил с её стола тонкую папку с документами и вышел из кабинета, закинув на плечо потёртый рюкзак. Сидевшие за дверью люди бесталанно делали вид, что им не интересно. В спёртом воздухе офиса ощутимо щекотал запах мужского пота, дешёвых женских духов и злорадства.

Не глядя по сторонам, Илья прямой чеканной походкой направился на выход. В этот момент мысли в его голове смешались настолько, что из случившейся каши можно было бы выдать несколько очень уж удачных тирад, уж явно лучше и остроумнее тех слов, что он выдавил из себя минутой раннее, но даже сейчас он с трудом сдерживал дрожь сдерживаемой ярости и бессилия в руках.

Впервые уволили, и всё из-за неадекватной начальницы, и, по факту, даже нее с самой работы, а со стажировки, где и платили-то копейки. Впервые впереди маячила настолько свободная жизнь, что даже те крохи чистого воздуха, которые пробились через окна и двери в холл, казались бесконечными пьянящими океанами.

Осталось только собраться с мыслями и начать делать хоть что-то.

Сдав всё, что должен был и забрав все остальное, Илья отправился на квартиру, которую он снимал на двоих со старым товарищем.

***

-- Денчик, я всё.

-- В смысле?

-- Ну... Меня турнули с работы.

-- В смысле? Уже? За учёбу чем платить собираешься? Родня поможет?

-- В том году сказали самому разбираться. Так что я в раздрае.

-- Понятно. Есть предложение. У Марины на выхах день рождения, можем на дачи метнуться -- речка шашлычок, выпьем, в конце концов. Как раньше, отвлечемся от всей это фигни. Мать всё равно укатила куда-то на юга, возьму ключи, скажу, что полить растительность, все дела.

-- Да и поехали. К черту это всё.

-- Поддерживаю полностью. Ты пока сходи, купи выпивки какой, а я допишу, а то дедлайн на носу. Через часок закончу и будем собираться.

***

Спустя несколько часов трое -- Илья, Денис и его подруга, Марина -- задумчиво топали в сторону дачного участка. Практически не разговаривая друг с другом, они добрались до давно уже некрашеного двухэтажного кирпично-деревянного дома с небольшим участка, товарищи бросили пожитки и начали заниматься делами. Пока Марина занималась нарезкой овощей, Денис занялся топкой бани и дровами, а Илья мясом и мангалом.

Вскоре приготовления были закончены, и, в сумерках кончающегося дня, они занялись празднованием сразу двух знаменательных событий -- вполне ожидаемым взрослением девушки и нежданным освобождением Ильи. Еда и алкоголь сделали свое дело, и вскоре пошли шутки, обсуждение планов и даже цели, близкие к мечтам.

Спустя пару часов застолья, Денис вдруг предложил:

-- Ребят, тут же рядом озеро, помните? Может, прогуляемся?

-- Давай, почему нет, -- пожал плечами Илья.

-- Мог бы только мне предложить, -- тихо пробормотала Марина, слегка поджав губы, -- романтик, блин.

-- Не парься, посидим немного и я пойду гулять, у меня там на берегу есть местечко для уединения, где я просиживал часы, пока был мелким. Мне всё равно надо подумать, -- в попытке сгладить неловкость медленно проговорил Илья, примирительно поднимая ладони.

-- Миротворец, блин, -- хмыкнула Марина уже веселее, -- ладно. Договорились. Дениска, учись. Илья, с меня должок, -- подмигнула она, и улыбнулась добрее.

Спустя еще час, уже в ночи, подвыпившие ребята встали из-за стола. Илья привычно закинул на плечо полупустой рюкзак, бросил туда пару бутылок пива, несколько наспех собранных бутербродов, пару огурцов и старый плед. Марина с Денисом также взяли плед, и вот уже тропа выводит их к берегу.

Место казалось волшебным.

Мелкие волны от легкого ветра тихо и осторожно накатывали на берег, качался рогоз, где-то шумели на своём языке ночные птицы и насекомые.

-- Пожалуй, я пойду, -- пробормотал Илья, глядя как на расстеленном пледе льнут друг к другу его друзья.

-- Да ладно, посиди с нами, -- пьяно улыбнулся Денис.

-- Не, я правда... Пойду.

Он отвернулся, стараясь не слушать милование парочки, и побрел вдоль берега.

Не было, на самом деле, какого-то особенного места. Просто... Илья всё больше чувствовал себя чужим среди всего этого. Суета учёбы, требующая кучи денег. Жизнь, на которую надо, считай, не меньше. Парочки из тех, кто вместе непонятно зачем и почему -- половине из них плевать на партнера, а второй половине интересно всё что угодно, кроме реально глубоких и искренних отношений. И совершенно непонятно, как среди всего этого нужно найти время на увлечения, саморазвитие и прочую ересь, которая делает человека особенным, индивидуальным или хотя бы сколько-нибудь отличным от соседа по учебной или офисной парте.

И еще более непонятно, как найти любовь -- настоящую и честную, а не подвешенную в воздухе на нитках взаимовыгоды или клее отчаяния и одиночества.

-- Как же я заманался от этой жизни, -- прошептал Илья, бросая, наконец, на берег полупустой рюкзак и укладываясь на него головой.

Небесные огни интригующе моргали на него сверху. Где-то среди многих спутников есть и звезды, чей свет тысячи лет пробивается до Земли.

Где-то там, возможно, они живут своей жизнью, отличной от этой.

Где-то там, возможно, есть и жители далеких планет. Они живут в своих мирах, окружённые собственными заботами.

Где-то там, возможно, живется лучше или хуже, чем здесь и сейчас.

И там, наверняка, всё могло бы быть иначе.

Другая жизнь.

Другие возможности.

И, конечно, другие проблемы -- от смешных до смертельно опасных. Но другие.

-- Вот бы всё это кончилось. Как же хочется не возвращаться во всё это... Опаршивело. Осточертело. О...Задолбало, короче, -- прошептал Илья.

Какое-то время он лежал на песке, глядя на мерцающее небо и его отражение в водной глади озера, после чего незаметно для себя задремал.

***

"Да чтоб тебя, реально уснул", -- подумал Илья.

Солнце слепило утренними лучами, отражающимися от мелководья, птицы пели, ветер шелестел листвой. Обычное утреннее утро при пробуждении на природе, если бы не одно "но".

Спать прямо на земле городскому телу явно оказалось непривычно. Спина затекла и болела нещадно. Рука, подложенная под ухо, затекла, в ногу упирался какой-то сук. Сумка, подложенная под голову вместо подушки, раскрылась, разойдясь по молнии, и из неё, прямо перед его лицом весело выбегали муравьи, явно добравшиеся до взятого в качестве перекуса бутерброда.

Медленно поднявшись и отряхнувшись, парень взял вещи и побрел в сторону дачи.

Тропка привычно петляла через лес, выводя его в обитаемый мир. Он брел, сонно моргая, пока не осознал, что дорога обратно кажется заметно дольше, чем к месту его несколько неожиданной ночевки.

-- Заблудился что ли, -- пробормотал он и остановился.

Привычные минутой ранее овраги смотрелись чужеродно и незнакомо. Подумав несколько секунд, Илья переложил складной нож из бокового кармана сумки в карман джинс и крепко сжал в кулаке, после чего, приметив впереди холм, на который поднималась тропа, продолжил путь. Поднявшись, он хмыкнул, осматривая знакомые места в новом обличии.

Вместо кривеньких рядов из десятков домиков вперемежку с парниками, банями и яблонями, он видел крупное здание с четырьмя более мелкими пристройками, стоящую поодаль кишку какого-то неопрятного барака и мощеную дорогу, ведущую ко всему этому нежданному великолепию сквозь раскинувшиеся сады каких-то плодовых деревьев, среди которых мелькали едва заметные меж стволами и кронами фигуры людей.

-- Странно всё это... Может на какие-то съемки попал... Раньше тут такого не было. Хотя я, конечно, не так уж часто бывал тут в последнее время, может часть земли выкупили под этот храм, или что это вообще такое, -- начал бормотать Илья в замешательстве.

Он стоял так пару минут, пока его не заметили. Какой-то человек в мешковатой накидке вскинул руку, указывая на него и что-то крикнул остальным. Началась суета, и спустя считанные секунды в его сторону уже побежало несколько фигур.

-- Йо, ребят, какие дел... -- поднял он было руку в приветствии, как один из бежавших остановился.

Взвилась волна длинных темных волос, откуда-то из-за спины показался короткий сильно изогнутый лук, и спустя мгновение его кисть обожгло болью, обрывая слова.

Ошалело посмотрев на рану на ладони, Илья всего на мгновение замер, осознавая происходящее, после чего развернулся и рванул прочь по тропе.

"Мать твою, чуть выше и мне бы палец откочерыжило нафиг... Ролевики-сектанты, чтоб их! Ран, Илья, ран!" -- замелькали суматошные мысли в его голове.

Он бежал так, как не бегал даже на школьных и студенческих зачетах, как не бегал в ближайший магазин за пивом за пять минут до закрытия, как не рвал когти от случайно подбитой при детской игре в мяч машины.

Спустя минуту воздух начал обжигать непривычные легкие, в глазах начали мелькать искры.

Непонятные крики подгоняли, и он пытался ускориться.

Голоса неумолимо приближались.

"В лес!", -- вспыхнула мысль.

Её мгновенно подкрепил свист еще нескольких стрел.

Одна из них оцарапала ему бедро, заставив вскрикнуть от боли.

Илья сбился с шага, но не остановился, свернув в кусты. Ветки захлестали по лицу.

Спустя несколько шагов он вырвался на какую-то поляну, и тут же почувствовал толчок в спину. Инерция потянула его вниз, впечатав в землю. В ухо зарычали.

-- Ну, прощай, мама, -- прошептал он, замерев.

Вскоре послышались приближающиеся шаги.

-- Эррай, Ракша, эррай. Ралла тон гара, -- прозвучал довольный женский голос, после чего стало тяжело дышать.

Илья пару раз попытался привстать, но руки, словно в киселе замедленной съемки едва двигались. Мир поплыл, как после выпитого залпом стакана водки на голодный желудок, и глаза парня закрылись еще до момента, когда лицо вновь встретилось с землей.

Глава 2. О непредвиденном, которое не вносит ясности

Интерлюдия 1

Аркада, старшая служительница

Когда переполошились рабы и кто-то из них крикнул про чужака, она спокойно медитировала над новыми стрелами. Эти были не похожи на те, что делают в монастыре – более узкие острия и другое оперение казались непривычными, однако то, что древки для них были сделаны из особой древесины, способной накапливать энергию, окупало все неудобства.

Ну... Потенциально.

Техники по насыщению предметов Силой в этих местах практиковались редко, и оттого достойного учителя найти оказалось невозможно. Одни только слышали о подобном, но не практиковали, другие требовали за выезд в глубокую провинцию такой оплаты, что Аркада просто не могла себе подобного позволить. Шутка ли, платить золотом за каждый день, когда на освоение могло уйти больше месяца.

Но её бесплотные попытки прервали.

Появление чужака оказалось той самой соломинкой, за которую ее сознание схватились мгновенно – два часа бесплотных попыток дали о себе знать, и хотелось сменить деятельность на более привычную.

Уловив радость предстоящего боя она мгновенно вскочила, пряча от палящего летнего солнца недавно помытые и расчёсанные волосы и бледноватое лицо, поправила лук за поясом, и рванула к одинокой фигуре на холме.

Поняв, что его заметили мужчина поднял руку и начал что-то ей делать, говоря на непонятном языке.

"Кастует!" – мелькнула мысль, и она привычным слитным движением вскинула лук, метя тому в ладонь.

Стрела, пущенная с достаточно короткой для девушки дистанции, сыграла в воздухе и лишь оцарапала незнакомца. Тот посмотрел на ладонь, и явно оценив свои шансы против тренированного лучника, бросился прочь.

"Если он доберется до священного озера, Настоятельница меня прикончит!"– подумала девушка и свиснула пса, охранявшего порядок среди рабов.

– Взять, – скомандовала Аркада и рванула в преследование.

Выпустив ещё несколько стрел, она вновь лишь легко ранила беглеца, но благодаря этому пёс должен легко выследить его.

Так и вышло.

Пёс догнал неизвестного, и повалил на землю, после чего девушка использовала усмиряющий артефакт.

***

Илья. Чуть позже.

Илья разлепил глаза. Веки неохотно поднялись, и парень огляделся. В холодном помещении царил полумрак, по грубой кладке следы постоянной сырости. Утоптанный земляной пол. Деревянные подпорки удерживали потолок. Поодаль стоял стул, на котором сидела женщина в годах, и хмуро смотрела на лежащего на полу в дальнем углу Илью.

– Что происходит? Какого черта тут вообще...

– Молчать. Здесь спрашиваю я. Кто ты, и зачем пришел в храм?

– Меня зовут Илья. Я сам не знаю как тут оказался...

– Не советую врать. Зачем ты стремился к озеру?

– Да я просто убегал. Нормальные люди не стреляют во время приветствия. Жить хотелось, знаете ли.

– Понятно. Проведешь в карцере ещё денёк.

Она встала, и, окинув презрительным взглядом парня, вышла. Сразу за ней зашли пара крепко сложенных девиц, которые вынесли прочь деревянное кресло, оставив парня лежать связанным в гордом одиночестве.

Немного покричав о правах, требуя освободить, накормить и объяснить, что вообще вокруг происходит, Илья быстро понял, что никто к нему не собирается приходить, по крайней мере в ближайшее время. Это натолкнуло на следующую мысль - сейчас за ним не следят, а значит можно попытаться освободиться, а так, может быть, получится что-то выяснить или даже сбежать.

Пришло время оценить расклады. А они были так себе -- на шее какой-то металлический ошейник, который мешал скорее морально, чем физически, плюс связанные конечности.

Руки парня были перетянуты веревкой, каким-то хитрым узлом, охватывавшим запястья в разведенном друг от друга положении, в то время как ноги были перехвачены скорее символически - между голенями было оставлено немного длины, вероятно, чтобы он мог медленно и неловко перемещаться, семеня в нужную сторону. Визуально веревка показалась ему достаточно надежной, и даже пытаться рвать силой Илья отказался сразу. Мало ли, вдруг там какой затягивающийся узел, и так станет только хуже.

Первым делом он сгруппировался и встал сначала на колени, а затем и на ноги.

- Чувствую себя сраной гусеницей, — пробормотал он, пытаясь дотянуться до кармана на штанах, куда успел переместить складной нож до пленения.

Извиваться пришлось несколько минут, прежде чем собственные суставы позволили ему погрузить пальцы на пару сантиметров и как-то подцепить старенький, но исправно заточенный ножик за колечко, торчащее из ручки. На то, чтобы перерезать веревку, ушло еще несколько минут.

Когда веревка наконец поддалась, пальцы уже сводило от непривычного усилия. Илья сбросил остатки веревки на землю и растянулся в блаженной улыбке, словно суицидник-рецидивист растирая собственные запястья и едва не мурлыча от получаемого удовольствия.

Еще раз оглянувшись и оценив небогатое убранство, из которого отмечалась, собственно, только что сброшенная с рук веревка, парень медленно двинулся в сторону единственной двери. Сама деревянная дверь отличалась от стен только материалом. Грубо сколоченная, совершенно неновая, без замочной скважины или даже небольшого окошка.

Прислушавшись, Илья понял, что-либо за дверью стоит кто-то ну уж очень тихий, этакий безмолвный и недвижимый страж, либо никого нет. Не заметив в щели под дверью ног, он принял за правду второй вариант, и попробовал приоткрыть дверь. Та, что вполне ожидаемо, не открылась.

- Заперта, — глубокомысленно изрек он, — замочной скважины не видно, значит будем искать засов... Не закрыли же они меня на амбарный замок?

Хмыкнув, Илья выбрал лезвие потоньше да подлиннее в складном ноже, после чего пропихнул его сбоку от двери и стал медленно продвигаться вверх. Было тяжело - дверь плотно прилегала к косяку, отчего приходилось прикладывать заметные усилия проталкивая его сначала вперед, после чего раскачивать в образовавшемся ходу лезвие вверх и вниз. Когда сталь уперлась в то, что, предположительно было засовом, Илья стал пытаться сдвинуть его вверх.

Это оказалось еще сложнее. Мало того, что нож сам по себе плотно сидел между деревяшками, поднять то, что было по ту сторону из-за рычага казалось просто физически невозможным. Пропыхтев над этим еще какое-то время, в момент когда он уже готов был сдаться, преграда поддалась.

Сантиметр за сантиметром засов, а это явно всё-таки был он, двигался вверх.

Вскоре раздался глухой удар, и Илья дернул ручку двери на себя.

Та поддалась на удивление легко, открывая парню выход на свободу.

Перехватив нож поудобнее и готовясь подороже продать с таким трудом обретенную даже не свободу, а лишь надежду на неё, парень осторожно выглянул в коридор.