Рондоя

Пролог

Я лежал в тени огромного валуна, прижимаясь к горячей оранжево-красной земле, не помнящей дождей уже не одно тысячелетие. Замерев, уткнулся в неё носом, втягивая вместе с горячим воздухом пыль, пережженную палящим солнцем. Боялся шелохнуться или выдать себя движениями от глубокого вдоха. Лёгкие требовали больше воздуха, горло саднило от сухости во рту, а губы давно потрескались от жажды.

Где-то вверху, высоко-высоко, кажется под самым солнцем, скрываясь в его испепеляющих лучах, парил ламиндин.

Это огромная, крылатая тварь высматривала меня. Он прекрасно знал, что я где-то внизу. Я знал, что он может терпеливо и долго находиться в небе, высматривая свою редкую и оттого ценную добычу, особенно такую... довольно крупную... как я.

Солнце медленно ползло к зениту, выжигая воздух и раскаляя покрытую глубокими трещинами почву. Лежать становилось уже невыносимо. Это было испытание на выносливость, где победитель сохранит свою жизнь.

Где-то недалеко послышался глухой удар. Ламиндин опустился на землю в поисках укрытия, не вытерпел жара солнца.

Я тут же весь сосредоточился на звуках, чтобы не пропустить его приближение.

Тело затекло от долгого, не подвижного лежания. Нос и рот забила песчано-земляная пыль. Глаза слезились, стараясь справиться с горячим и сухим воздухом, что въедался в них, пытаясь отобрать желанную влагу. Впереди, на приличном расстоянии, послышались хлопки крыльев. Это хищник расправил их перед тем как сложить вдоль своего длинного и гибкого тела. Теперь главное не попасться ему на глаза. А так как ближайшее ущелье в этой пустынной земле находилось за моей спиной, то тварь, скорее всего, направится именно туда. Значит, мне нужно поторопиться и привести свое одеревеневшее тело в порядок, чтобы вовремя скрыться с глаз ламиндина.

Закусив и без того больную, только недавно запекшуюся кроваво-пыльной корочкой треснувшую губу, преодолевая ломоту в теле, я аккуратно поднялся и сел, стараясь не высовываться из-за прикрытия валуна. Совсем рядом послышалось шуршание.

На большой скорости, мимо моего прикрытия, пронёсся этот монстр, перебирая твердыми щитками своего брюха по разгоряченной земле, задевая своим шипованным хвостом небольшие обломки скал.

Мне пришлось немного сместиться и прижаться всем телом к своему каменному укрытию, замерев на несколько минут.

Ламиндин, извиваясь всем телом, быстро преодолел расстояние до ущелья. А добравшись до него, свернулся кольцами, прижав свой гребень, что шёл вдоль всего его тела. Он был огромный, но не больше тех, что я видел за последние два дня. А повидал я за эти дни немало.

Глава 1

Мир Рондоя.

Рондоя... Мир, состоящий из одного материка. Мир – двух граней, на ребре которых балансирует все живое, норовя вот-вот сорваться с него, устремившись в небытие.

С одной стороны от ребра была грань, на которой распластались бесконечные мёртвые земли, где находилась только выжженная обезумевшим огненным светилом пустошь. Место, куда не доходят дожди... Место, где красная глиняная земля раскалена до предела. Место, где правит огненный ветер, обжигая все, до чего прикоснется.

Другой гранью были бескрайние соленые воды, что время от времени огромными волнами набегали на сушу, снося и утаскивая к себе на дно все, до чего смогли дотянуться. В этой водной глади царила жизнь. Жизнь, что с лёгкостью дарила смерть всем, кто рискнет посягнуть на то, что принадлежит воде.

А между этими двумя гранями, на их ребре, узким полотном, на самом севере суши, расположились скудные земли. Растительности, в виде трав и кустарников, тут было крайне мало, а высоких деревьев так и вообще практически не было. Почва на этом клочке земли была в основном пустая, не плодородная. Когда-то, в давние времена, тут возвышались невысокие горные хребты. Сейчас же они были практически полностью разрушены и весь пейзаж состоял из каменистых холмов с множеством пещерных проходов. Эти земли оканчивались с восточной и западной сторон крутыми обрывами, которые подтачивали бескрайние воды. И лишь с северной стороны был пологий спуск. То самое место, откуда набегали волны, пытаясь дотянуться до тех, кто жил между этими двумя гранями... Тех, кто всеми силами пытался выжить между испепеляющим пеклом и смертоносной водой.

Выживать в этом мире было очень трудно. На весь город, название которого и было названием этого мира, приходился один единственный и довольно скудный источник воды. Всего тут проживало не более десятка тысяч человек. Каждый день они боролись за жизнь. Некоторые научились добывать пресную воду выпаривая её в специальных стеклянных тарах. Другие пытались набрать и всеми возможными способами сохранить её в сезон дождя, который приходил всего на пару дней и выливал такие мощные струи воды, что они сносили огромные каменные валуны ближе к краю суши, откуда волны затягивали их в свою бездонную пасть.

Люди, жившие тут, научились предсказывать приход таких ливней и заранее уходили на возвышенность, где жили несколько дней внутри более-менее сохранившихся горных пещерах, уходивших глубоко в недра земли. При этом замуровывая выход от воды, как минимум на половину, чтобы спасительные пещеры, не стали их общей могилой. После того как водная стихия отступала, они не торопились, покидать убежище и возвращаться в свои дома, зная, что после дождя с юга приходил опаляющий ветер. В такие дни находиться на улице было опасно. Ветер и светило нагревали поверхность так, что от земли исходил обжигающий пар. Ощущения, которые испытывал человек, попавший под эти огненные испарения, были сродни ощущениям нырнувшего практически в кипяток. Кожа покрывалась ожогами, а вдохнув этот пар, можно было попрощаться с жизнью. Ведь со сваренными лёгкими жить невозможно.

По этому люди уходили глубже в пещеры, где было прохладнее и ожидали, когда смертоносный кипящий туман рассеется.

Сами жители тут были под стать этому миру. Выносливые, привыкшие к тяготам, волевые и наделенные магией. Не все и не всегда сильной, но магов хватало. В основном это была магия огня. Но встречались, хоть и крайне редко, люди с магией воды. Такие маги были бесценны. Они буквально дарили жизнь всем жителям, вытягивая из бескрайних вод струи воды с рыбой. Рыбу распределяли среди всех людей, а воду передавали магам огня, где те выпаривали её, пополняя огромные глиняные резервуары, из которых вода раздавалась жителям, раз в несколько дней.

Были тут и те, кто занимался охотой. Живности на суше было мало, но на одной рыбе и скудных посевах долго не проживёшь. Поэтому приходилось кому-то пропадать на охоте, чтобы принести народу мясо другого вида. Но как бы люди не старались, их жизнь в этом мире медленно угасала.

Бескрайние воды тише и спокойнее не становились, а мёртвые земли продолжали медленно, но верно подбираться к городу, убивая и выжигая новые территории...

Глава 2 (ч. 1)

- Янорг! Ах, ты ж мелкий засранец! Ещё раз увижу тебя около ягод, высеку так, что забудешь сюда дорогу! Совсем совесть потерял. – кричал рослый мужчина в лёгкой тоге.

- Это ты, Хейтин, совесть потерял, просить столько воды за горсть этих полудохлых ягод! Твоя жадность тебе же и выходит боком. – послышался голос древней старухи в стороне от прилавка с ягодами.

- А ты вообще заткнись, карга старая, тебя забыл спросить, сколько воды мне требовать.

Я бежал вниз по узкой улочке, улепетывая от малого палящего заклинания, что послал мне в след торговец ягодами. Бежать приходилось очень быстро и, уже понимая, что я выдохся и моя скорость снизилась, готовился к тому, что мой зад вот-вот немного пригорит, но, кажется, удача сегодня на моей стороне. Впереди шёл необъятных размеров мужчина, занимая практически всю ширину улочки, рассчитанную на двух человек.

Это был Арней, местный ткач. Из-за веса, его знают все, в нашем малочисленном мире как самого толстого человека. По слухам, в молодости он был красивым и статным мужчиной, пока не попал в какую-то передрягу, где остался жив лишь благодаря своей второй душе – аурину - духу животного, которого можно выбрать сильному магу себе в защитники. В общем, в тот день Арней чуть не умер, а его аурин, исчерпав сначала магические силы Арнея, отдал все свои и магические и жизненные, только чтобы спасти его. Тогда Арней лишился и магии и аурина. Его нашли еле живого на границе с мёртвыми землями с разодранной грудиной от самой шеи и до живота. После такого он долго лежал в храме Отцов Покровителей у лечащих вод, но так полностью и не восстановился. А с годами начал обрастать жиром.

Собравшись с последними силами я ускорился и, упав на землю, проскочил у него между ног, планируя позже свернуть в проулок. Палящее заклинание не успело отреагировать на мой трюк и прижарило широкий зад Арнея. Я же, быстро подскочив на ноги, бросился бежать, слыша только новые ругательства в свою спину.

Свернув за угол, остановился, чтобы перевести дыхание.

День близился к завершению, нужно идти домой. Ещё на подходе к дому, я увидел своего дядю о чем-то жарко спорящим с моей матерью. Она же, яро размахивая руками, что-то доказывала ему. Послышалось моё имя, а чуть погодя меня заметили и замолчали, ожидая, когда я подойду, прожигая при этом меня взглядом.

Городок у нас довольно большой, но слухи и новости разносятся тут моментально.

Торговец ягодами пожаловался на меня дяде. А он у нас глава нашего города, вождь нашего народа. В общем, влетело мне по самое не хочу.

Я сидел на ступеньках своего дома, и наблюдал за тем, как светило клонится к линии разделяющее небесный мир от водного.

Сзади скрипнула доска настила и со мной рядом присел мой брат Нирол. Он старше меня на сорок лет. На днях ему исполнится сто девяносто и в следующую охоту, он уже пойдёт с отцом. С того же момента его начнут готовить и к обряду, после которого он будет считаться охотником и настоящим мужчиной.

- Янорг, ты когда уже за ум возьмёшься? Ты хоть осознаешь, что творишь?... Это же воровство?

- Нирол. Да брось ты! Я стащил у него всего три ягоды. От них ему не разбогатеть, а без них не обеднеть. Что такого я натворил-то?

- Янорг, ты же уже не маленький, должен понимать, кому ничего не будет, а кому потом жить, неся на себе клеймо вора. Причём это клеймо перейдет на всю нашу семью.

- Ладно-ладно, я понял, но этот торговец виноват сам. Ты видел какую цену он задрал за эти ягоды? Что в них такого? Кислятина.

- Эх, Янорг, да в том-то и дело, что в этих ягодах нет ничего. Это просто баловство для тех, кто может себе это позволить. Нормальным людям они и незачем. Кстати, тут ещё и Арней приходил жаловаться. Говорит, что получил твоё наказание вместо тебя и, поэтому, требует прибыть к нему для помощи, так сказать в качестве возмещения вреда. Так что завтра с утра тебя ждут в лавке ткача. Матушка пообещала, что ты точно там появишься, иначе домой она тебя не пустит.

- Раз она так сказала, значит нужно отрабатывать. Я всё понял, значит пойду к Арнею, а какие у тебя планы на завтра? Попробуем пройтись по побережью, поискать рыбу? С едой у нас дома как-то не очень. Про охотников ничего не слышно? Когда они возвращаются?

- Не слышно. С каждым годом здесь всё труднее и труднее жить. Знаешь, я переживаю за отца и других охотников, что-то вот тут не дает мне покоя, - потирая грудь и смотря на почти закатившееся светило, ответил брат - И я завтра вечером свободен, так что да, давай сходим к большой воде. Может быть нам улыбнётся удача мы найдём что-то стоящее.

Брат поднялся и ушёл в дом, а я остался наблюдать за тем, как остатки лучей светила покидают небосвод.

В голове возникли вопросы: зачем вообще мы здесь все живём? Для чего? Воды, необходимой для выживания в нашем мире, практически уже не было. А той, что имелась, было слишком мало. Наш город построен как раз на таком месте, где когда-то давным-давно было обнаружено много пресной воды. Все жители нашего мира жили на этом небольшом клочке земли, на самом севере . Если пройти с востока на запад через нашу территорию, то этот путь займёт всего около трех месяцев пешком. Какое расстояние с севера до юга, никто не знал. Никто не ходил с такой задумкой. Там, в сторону юга, была территория мёртвых земель. И все люди... толи они были отважными, толи глупцами?... народ так и не пришел к единому мнению, но все кто направился туда - не вернулись. В мёртвых землях кроме смерти и раскаленных земли с воздухом, нет ничего.

Так что, насколько далеко простирается эта территория смерти, никому не известно. Земли же, на которых жили люди, всё меньше и меньше плодородии. Добиться урожая тут было очень трудно, редкие деревья, стараясь выжить, тянулись корнями глубже и глубже, пытаясь пробить каменистую почву, но и этого было мало. Не дотягиваясь до воды, они медленно, но верно засыхали и люди, даже маги воды, могли мало чем помочь тут.

Посидев ещё немного, направился спать.

Поднявшись пораньше, я, глотнув воды, подхватил небольшой кусочек высушенного до одеревенения мяса и помчался к ткачу. Сейчас с едой было совсем туго. Приходилось довольствоваться тем, что ещё оставалось. У многих и этого не было.

На главной площади собирался народ, выстраиваясь в две очереди. В одной были те, кому совсем уже не чего было есть, в ожидании, что привезут рыбу, во второй стояли за водой, которую должны были вот-вот привести из резервуаров. С рыбой, как и с животными, также было тяжело. Сейчас шёл самый жаркий период года. В это время земля разогревалась сильнее обычного и рыба отплывала от берегов дальше, откуда не каждому магу воды было под силу её достать. А соваться в бескрайние воды никто не желал, так как там, в ожидании добычи, обитали кайнинги - огромные монстры, которые имели множество щупалец с присосками и парой, похожих на гарпуны, костяных наростов, выстреливающих в свою цель, словно стрелы, привязанные крепкими нитями к охотнику. Порой, наблюдая за волнами, можно было заметить их шипованные хребты на блестящих, от лучей светила, гладких спинах. Помнится, отец рассказывал, что когда-то одного такого оглушенного монстра выкинуло на побережье. Размером он был с трех взрослых мужчин. Люди тогда обрадовались, думая, что его можно разделать и пустить на еду. Только он оказался весь пропитан ядом. Много людей отравилось в те дни, и большую часть спасти не удалось. Остатки этого монстра вода забрала так же, как и приволокла к нам. Сами монстры были не особо разборчивы в еде. Хватали все, что могли… птиц, рыбу, людей… всё, что находилось в воде или рядом с её поверхностью. Так что в бескрайние воды никто не рисковал даже заходить. Всем дорога их жизнь.

Пробегая мимо толпы, махнул рукой брату, стоявшему практически в самом начале очереди из людей, ожидающих воду. До лавки ткача осталось всего ничего. Обогнув площадь, я шагнул в помещение, но там было пустынно и сумрачно.

- Арней? Ты тут? Арней?

- Чего расшумелся? – из соседней комнаты вывалился, громко пыхтя, хозяин.

- Доброго утра, Арней.

- А! Янорг. Явился шустрый проныра.

- Ага. Арней, ты это… прости за заклинание.

- Конечно прощу, ты же знаешь, я человек добрый. Вот отработаешь сегодня – завтра... и сразу прощу. – сопя, выдал, огромных размеров мужчина, с трудом усаживаясь за ткацкий станок.

- Ну, это не вопрос.

- Янорг. Мне нужны будут твои быстрые ноги. Сам-то я, как видишь, быстро могу если только с горы скатиться кубарем. Так что ты как нельзя кстати, попался мне... Ну или я тебе.- усмехнулся мужчина.

- Я весь к вашим услугам! – наигранно поклонился Арнею - Что делать надо?

- Эх, молодость! Лёгкость и энергия. – с какой-то тоской выдал ткач. – Видишь стопку конвертов с тканями? – указал в угол, где лежало менее десятка свертков. – Там есть адреса на них. Нужно разнести.

Глава 2 (ч. 2)

Я подхватил всю стопку и просмотрел адреса. Разложив их согласно районам нашего города, подхватил первые четыре конверта и отправился выполнять поручения. Эти сверки нужно было нести в самую дальнюю часть города. Управился я с этим за пол дня. Придя в лавку ткача, увидел, как он о чем-то говорил с одним из мужчин на улице. На лицах обоих было выражение негодования, а между бровей залегли глубокие складки.

Взял в руки ещё три конверта, которые собирался разнести по адресам, что находятся близко, но выйти не успел.

- Янорг, ты уже вернулся?! Быстро! – переваливаясь с бока на бок, вошёл в лавку Арней. – Не торопись. Иди туда. – показал на вход в соседнюю комнату. – Там на столе настой на ягодах марники и ломоть ниясовой лепешки. Перекуси. Дома поди и поесть-то уже нечего?

- Спасибо, Арней, а ты?

- Да, я-то что, у меня видел какие запасы? – попытался посмеяться он, подхватив огромный живот и тряхнув им. – До конца жизни не исчерпать. А ты ешь. Вон какой худющий.- в голосе послышалась тревога.

- Арней, что-то случилось?

Ткач посмотрел на меня серьёзным и в то же время, каким-то мягким взглядом: – Ты иди, поешь сначала. А я тут кое-что доделаю и приду к тебе. Расскажу всё. - проговорил Арней, делая вид, что занят чем-то важным.

Жуя кусок высушенной лепешки, запивая кисловатым ягодным настоем, я думал, что же такого случилось у Арнея, что он так странно себя ведёт? Обычно ему за словом в карман лезть не приходится, а тут он словно не знает, что сказать.

В соседней комнате послышались тяжёлые шаги. Тучный мужчина вошёл и тяжело дыша, сел на массивную, не высокую лавку.

- Ты поел?

- Да, спасибо, Арней.

- Дома-то есть что поесть?

- Совсем без еды не сидим. Да и с братом хотели сегодня по побережью пройтись.

- Ясно.

- Я тогда побегу, разнесу ещё те свертки, что поближе тут.

- Да брось ты. Пусть лежат. Сами придут за ними. Иди что скажу. – тяжело вздохнув, будто собираясь поднять что-то увесистое, Арней хлопнул по свободному краю лавки. – Ты, прости, Янорг, за новость.

Я насторожился, остановившись на полпути к Арнею.

На лице ткача появилось сожаление. Ещё раз тяжело вздохнув и зацепившись взглядом за одну точку, он проговорил: – Твой отец погиб.

Я сначала не понял смысл его слов, будто они пролетели мимо. А потом осознание этой фразы, словно едкий дым, начало въедаться в мой разум.

- Нет. Не-ет... этого не может быть... Арней, что такое ты говоришь? Он один из лучших охотников... Ты же знаешь... Тебя обманули... Или пошутили так. – я отказывался верить его словам. Мне хотелось отмахнуться от них и бежать, но ноги словно пригвоздили к полу.

- Сегодня вернулись охотники. Точнее те, кто остался живым... Прости.

Меня начало трясти. Голову заполонили непонимание и неприятие всей этой ситуации. К горлу подкатил ком, а грудь будто сдавили. Внутри что-то обрывается и я все же срываюсь с места. Бегу домой так быстро, как только могу, спотыкаясь, но каким-то чудом удерживаясь на ногах.

Влетаю в дом. Тишина... Тяжело дыша, прислушиваюсь. Слышу плач...

Вбегаю в комнату матери. Это она рыдает сидя на кровати, закусив подушку, которую сжимала до побеления пальцев. Падаю к ней в ноги на колени, пытаюсь разжать её прохладные руки.

- Это не правда... Тише... – хочу её успокоить, не особо вникая в то, что говорю. – Он жив – твержу ей то, что твердит мой разум, но по ее реакции, понимаю, что отца больше нет.

Дрожь вновь пробирает все тело. Разум заполняет отчаянье и непонимание. "Как? Почему?"

Не в силах слышать плачь матери, я выбегаю из дома. Мою грудь... Нет, мою душу рвёт на части. Я словно задыхаюсь и схожу с ума одновременно. Огромная волна неконтролируемых эмоций меня захлестывает с головой. Не отдавая себе отчёта, бегу в сторону побережья. Ноги сами несут меня. Мне хочется выть и кричать, выплескивая переполняющую меня боль. Запнувшись падаю, разбиваю колено и рассекаю ладонь об острый гребень камня, выпирающего из скальной плиты.

Боль не приводит в сознание, только ещё больше затягивает разум в какую-то пучину. Внутри груди всё горит. Уши заложило, а в голову будто ударяют молотами. Я смотрю на то, как по ладони струится кровь, капая на эти прибрежные скалы. Ненавижу...

-Ненавижу...!!! Ненавижу этот мир... Эту воду... Эти гребанные скалы! – громкий крик унесло ветром.

Голос сорвался, принося новую, но такую не важную сейчас боль...

Огонь в теле нарастал. Перед глазами мелькали воспоминания: отец… вот он с добычей… вот он играет с нами... лицо Арнея... плачущая мать... осознание:«отца больше нет»… Внутри словно лопается тетива.

Яркая вспышка озаряет побережье.

Горю... Все тело горит. Руки и ноги объяты желто-красным пламенем. Боль... Паника... Меня что-то или кто-то сбивает, роняя на камни, окутывая сверху в плотную ткань... Задыхаюсь... Пытаюсь выбраться из под неё, не получается... Жжение на теле и запах паленой плоти вызывает какой-то животный ужас... Стараюсь вырваться, но попытки тщетны. Страх и боль заполняют разум.

В сознание пробивается голос брата, словно он где-то далеко. Он пытается что-то сказать... Не понимаю. Смысл теряется. Цепляюсь за сознание, но оно словно вода, уходит сквозь пальцы... Темнота.

Как же болит голова... Саднит горло... Попытался разлепить ссохшиеся губы. Больно... На губах появилась влага... кровь? Где я? Пытаюсь открыть глаза и только сейчас понимаю, что на них что-то лежит. Хочу поднять руку, но сил хватает только немного её приподнять, а потом она просто падает в воду... Воду? Прислушиваюсь к ощущениям. Спину, шею, затылок, локти, бедра и икры холодит вода. Её совсем мало. Будто плеснули из кружки на пол и положили меня в эту лужу.

Прислушиваюсь к окружению. Тишина. Слышен лишь шум ветра. Хотел снова попробовать поднять руку, чтобы убрать тряпку с глаз, но снова потерпел неудачу, лишившись при этом последних сил. Где-то выше послышался тихий шепот:

– Спи!

Он прозвучал ветром, ворвавшимся через узкое окно. Меня снова сморил сон.

Сознание ещё не вынырнуло из тёмной пустоты, но тело давало понять, что я не один.

Меня обтирали. Что-то больно отдирали от моего тела, но боль была не сильная. Точнее было ощущение, что она пытается пробиться ко мне, но доходят только её отголоски.

Тело в очередной раз немного повернули на бок. Что-то подцепили на спине... Прохладная жидкость тонкой струйкой потекла на то место, а после, от тела, все с такой же вялой болью, что-то оторвали.

Сознание прояснилось. Сделал глубокий вдох. Только сейчас понял, что в воздухе пахнет сыростью, сырым камнем и чем-то ещё. Такого запаха я ещё никогда не ощущал. А ещё пахло чем-то родным.

- Потерпи немного, Янорг. Ещё чуть-чуть и я положу тебя. Нужно убрать от ран куски ткани, что припеклись к ранам. Иначе они будут гноиться. – прозвучал над ухом голос брата. Так вот он. Родной запах.

Последний лоскут отошёл от тела с ощутимой болью. Пытаясь её стерпеть, зашипел.

- Всё, Янорг. Уже всё. – меня уложили на что-то мягкое, прохладное и влажное. Воспаленной спине от этого стало легче.

Глаза открыть не пытался, на них все ещё была повязка.

Тело пока контролировать не получалось. Собрав силы задал вопрос: – Что случилось? – и сам не узнал своего голоса. Он был не таким как обычно. Какой-то сиплый. Звуки вырвались из него с трудом.

- Тебе пока нельзя говорить. Ты лежи, а я расскажу все по порядку. А ты просто лежи. Хорошо? – проговорил брат и приложил смоченную в чем-то мякоть плода авайи к моим губам, с которой в рот потекла слегка сладковатая жидкость.

Этот плод хорошо впитывал влагу, его использовали те, кто занимался выпариванием воды. Сушёные плоды впитывали весь пар, а потом их просто отжимали, выдавливая жидкость в большие бочки. Огромным плюсом было то, что эти плоды могли служить не одну сотню лет. После того как их высушат, они были похожи на ткань, состоящую из крупных волокон.

- Утром, когда я уже отстоял очередь и получил нашу порцию воды, на площади появились охотники. Их было всего девять человек, и то половина из них, кое-как, с трудом и помощью других охотников добрались до города. – начал рассказ брат.

Он рассказал лишь малую часть, а в голове уже нарастал ужас. "Из больше чем полсотни человек, вернулись только девять... Что же там произошло?

- Я сразу побежал к ним, как и часть людей, что были ближе к ним. Взглядом искал отца, но его не было. Тут подбежали люди нашего главы и, рассадив еле живых охотников по тележкам, увезли в храм. Только тогда обратил внимание, что на них нет живого места. Тогда я побежал за тобой в лавку ткача, но тебя там не было и мне я отправился домой.

Мне захотелось спросить о матери, но не получилось. Горло пронял хриплый кашель – Молчи, Янорг. Давай я все расскажу по порядку. – на моё тело, в котором появилась дрожь от того, что меня изнутри пробирал холод, опустилась мягкая ткань. – Давай выпьем вот это. У тебя начинается жар от ран. – Нирол чуть приподнял мою голову и влил горький настой, который я еле проглотил, своим больным горлом. А после снова приложил к моим губам плод авайи, жидкость из которого смывала горечь и приятно холодила горло, уменьшая в нем боль.

- Вернувшись домой, нашёл мать на заднем дворе. Она занималась солёной водой. У неё получилось за ночь вы парить целую кружку воды. Представляешь! У неё наконец-то получилось! – радостно проговорил брат.

Выпариванием занимались только маги. Почему-то считалось, что обычные люди этого не могут. Но наша мать давно думала о том, как сделать так, чтобы каждый мог дома заниматься этим. Главная проблема была в том, что у нас слишком сухой воздух, а создать сосуд, в котором бы можно было собирать капли воды, без контакта с воздухом, практически не возможно. Если делать сосуд полностью закрытым, то он взрывался. Один такой я взорвал из любопытства. Решил испробовать, когда матери не было дома. Приличную часть осколков разорвавшегося сосуда, я поймал своим телом. Самый крупный чуть не лишил меня правого глаза, оставив шрам на всю жизнь от скулы и до самого уха. С тех пор прошёл не один десяток лет. Мать вынесла свои вещи на задний двор и запретила трогать. И вот, спустя столько лет, у неё получилось. Меня это порадовало.

- Она как раз показывала, как работает её устройство, когда к нам в дом пришёл дядя. Взглянув на его потерянный вид, я тут же вспомнил о других охотниках и то, что его сын, Леанс, тоже ушёл тогда с ними. Это была его первая охота. И я не увидел его на площади, как и отца, среди тех, кто вернулся. Мать сразу поняла, что что-то не так. А потом дядя рассказал, то, что поведали охотники.

Я напрягся, желая унять озноб и ловя каждое слово брата. Меня колотило так, что пришлось стиснуть зубы, чтобы они не стучали друг о друга. Хотелось сжаться в ком, но тело лежало безвольной куклой. А в голове всплыли слова Арнея, что отца больше нет, и образ плачущей матери.

- Охотники бродили не один день, пытаясь найти хотя бы следы животных, но их не было. Будто они вымерли все разом, – пересказывал брат историю охотников. – Обойдя все, они решили пройти ближе к мёртвым землям и там нашли причину того, почему исчезли звери. Гнездо ламиндинов. Огромный выводок. Они уничтожили его практические весь, но эти твари не остались в долгу. Родители выводка оказались просто огромными. По словам охотников, они совсем не ожидали увидеть так далеко от мёртвых земель, этих существ. Это и сыграло с ними злую шутку. – голос Нирола стал блеклым. В памяти возник его образ. А звук шмыгнувшего носа, дорисовал картину, где он старается сдержать слезу. – Дядя сказал, что по словам охотников, его сын якобы остолбенел, увидев как перед ним поднимается огромный монстр, расправляя крылья и готовясь к броску на него. – а я вспомнил рассказ отца, про этих тварей...

"Замри и не дыши. Любое незначительное движение, может выдать тебя. Это довольно тупые создания, у них плохие слух и обоняние, но зрение же у них отличное от нашего. Они видят движение. Они умеют каким-то образом отличать движение травы или катящегося предмета, от движений живых существ. И видят их за несколько десятков, а то и сотен яров... Не вздумай бежать. Это мгновенная смерть. Один бросок взрослого ламиндина и от тебя останется только половина. Эти твари быстры, стремительны. Их длинные тела скручиваются так, что они могут выстреливать вперёд своей тушей, словно стрела срывающаяся с тетивы, к цели. А их раскрывающиеся до безразмерных размеров пасти, с множеством острейших зубов, запросто могут переломить человеку хребет...

Нирол замолчал на минуту. Наверное тоже вспомнил рассказ отца.

– А потом у Леанса прошёл ступор и он хотел бежать, заметив это, наш отец бросился к нему, повалив того на землю. Морда ламиндина пронеслась на долю секунды позже, не задев ни отца, не сына дяди. Но эта тварь, снеся других замеревших рядом охотников своей тушей, одним ударом мощного хвоста, вогнала огромные шипы в тела отца и Леанса. Пригвоздив их к земле. Дальше, второй ламиндин, заметив падающих людей бросился к ним. Паника охватила оставшихся в живых охотников, и они бросились бежать оттуда. Выжили лишь те, кто успел немного отбежать от гнезда и затаиться, приправ к земле. - голос брата затих. Я чувствовал сейчас, как ему было больно. Несмотря на свои ужасные ощущения в теле, душой я ощущал не только свою боль потери, но и боль брата.

- Тогда я ушёл с дядей, оставив мать одну. Нужно было помочь с подготовкой прощания. Мать сказала, что подготовит некоторые вещи отца, чтобы было что передать Святым Предкам.

У нас есть несколько видов ритуалов захоронения. Если есть что хоронить, то мы предавали тело или его остатки огню, высвобождая душу и давая ей шанс на быстрое перерождение. Если человек убивал себя сам, значит он был слаб духом. Его тело закапывали в землю, что бы душа не могла долгое время покинуть его. Считалось что за время, пока разлагается тело и его жрут черви, душа проходит испытания. Закаляясь и очищаясь от тех страхов, что были, а так же вырабатывала тягу к жизни. Если человек погибал, но останки достать не было возможным, то на алтарь выкладывали его вещи. Потом проходили молитвы, в которых Предков просили помочь душам, чьи вещи лежат на алтаре, освободиться и внимательно наблюдали за алтарем. Если что-то с него падало или пропадало, значит душа того человека, чья была вещь, была высвобождена из мёртвого тела и могла переродиться.

Прохладная рука брата коснулась моего лба:

– Лихорадка не проходит. Плохо. Давай ещё вот это выпьем.

Голову снова приподняли и влили горькую жидкость. Промокнули сухие губы влажным плодом.

Тяжёлый вздох... Сверху, уже на лоб, легла ещё одна ткань.

- А когда я возвращался домой, то мне встретился Арней. Он держал в руках свёрток плотной ткани. Сказал, что это наш отец заказал перед уходом, для жены. Взяв свёрток, уже подходил к дому, когда увидел, как ты выбежал из него, направляясь в сторону большой воды. Я побежал за тобой. По началу потерял тебя из виду, но потом увидел вспышку. Я рванул в её сторону и увидел как ты горишь. Ты вспыхнул словно пучок сухой травы. Я больше ничего не придумал, как развернуть одним движением сложенную ткань и накинуть на тебя, чтобы сбить пламя.

Нирол рассказывал, а я не мог поймать суть его слов. Из-за начавшейся лихорадки разум пропускал всё мимо. Я ощущал как в груди снова начал расползаться жар, а ноги и руки холодели.

- Янорг, нет. Янорг... Дыши... Ты слышишь меня? Янорг! – громкий голос брата ворвался в разум. Меня встряхнули.

– Не смей, Янорг. Держи огонь.

Вдали послышалось шаги. Носа коснулся запах паленой ткани.

- Снова приступ? – этот голос я знаю. Это хранитель храма Предков.

- Да. Он мгновенно вспыхнул, я не успел даже моргнуть, – позвучал встревоженный и напуганный голос брата.

- Ничего, огневик, уже рядом. Он поможет. Как его состояние?

- Плохо. Я все сделал, как сказали. Полил мох, убрал все остатки ткани и положил его ранами на мох. Другие раны смазал перетертым мхом с настоем, что вы дали. И дал выпить ему другой настой, но у него началась лихорадка, а потом он вспыхнул. Но огонь я скинул, вместе с загоревшейся тканью, так что вроде новых ожогов нет.

- Ясно. Тяжело ему, ну ничего, скоро будет легче. Ты ступай, там мать пришла, принесла вещи отца. Успокой её. Идите домой. А завтра придёшь.

- А Янорг?

- Я присмотрю.

- Благодарю, хранитель Моув.

Тихие шаги оповестили, что брат ушёл.

- Это ж надо как рано в тебе магия проснулась. – проговорил хранитель, мужчина в летах, но ещё не старик. – Тело то ещё совсем не готово. Слишком слабое, а сила магии впечатляет... И кто бы мог подумать, что в тебе она будет такая сильная?!

Меня снова начало трясти. Теперь по телу расползался холод. Он словно пытался сжать тело, но это у него не выходило и он начал вытягивать мои силы.

Дрожа, я начал провалиться в небытие, когда услышал голос: – Не давай ему уснуть! - точнее это был чей-то крик, но звучал он уже так далеко и тихо...

Глава 3 (ч. 1)

Толчок… Глубокий вдох… Сознание вырывается из плотного тумана.

Чьи-то горячие ладони на груди. От них лёгкими толчками внутрь меня продолжает вливаться тепло. Сначала ощущаются только толчки под ладонями, словно мне в грудь ударяется струя горячего воздуха. А чуть позже, от места куда устремлялись толчки, по всему телу, волнами начал расходиться жар, разгоняя кровь и выжигая холод.

Я лежал не имея возможности пошевелиться. Леденящий холод покидал тело, а я чувствовал как мышцы, ловя такое желаемое тепло, расслаблялись. Ещё несколько горячих толчков в грудь, переросших в волны, пронесшихся по телу и руки исчезли с моей груди.

Звук затяжного выдоха надо мной:

– Успел! А ты везучий, парень. За один день уже дважды обвел смерть вокруг пальца! Выживешь, возьму к себе в ученики! – владельца этого голоса я опознать не смог

- Моув, что с глазами? Не смотрели ещё? А чего у вас тут горелым пахнет?

- Нет, Слинарг, ещё не смотрели. Сам вот только пришёл перед тобой. А паленым... Так парня лихорадило и он вспыхнул. Вон, два одеяла спалил.

- Ясно.

-Т ак, а что с ним сейчас было? Что-то впервые вижу такие твои действия.

- Это?... Это, мой друг, Моув, из него магия огня чуть не ушла, прихватив с собой его жизнь. Такое бывает. Это что-то вроде выгорания, только наоборот. Случается у сильных магов, когда их тело слишком слабо и не может удержать мощь огня... Или воды... Смотря какой маг.

- Да, дела. А магия в нем и правда, сильна. Так полыхать. Вспышку видел даже я. Как раз стоял на задворках храма, смотрел на побережье.

- Ты видел лишь свет. Маленькую долю магии. А я ощутил волну магии такой силы, что дыхание свело. Так что в этом малом спрятан такой огонь, что мёртвым землям не снился, с их смертоносным светилом.

- Главное, чтобы эта сила не уничтожила его и нас всех в придачу.

- Это да. Тут ты прав. Я кое-что прихватил с собой, но сейчас понимаю, что этого будет недостаточно. – чем-то звеня, говорил не знакомый мне голос. - Ну, парень, сейчас может быть не очень приятно, но после должно стать легче.

Моих рук и ног поочерёдно коснулся холодный металл, звучно защелкиваясь.

- Эти браслеты немного успокоят магию в тебе. Приведут в какое-никакое равновесие. Возгорания могут, конечно, повториться, но по крайней мере, магия перестанет пытаться покинуть твоё тело, да и просто её активность чуть снизится. – объяснял мужчина, а я чувствовал как во мне то закипает кровь, то пронизывает холод.

Сердце стучалось о грудину с такой силой, что казалось вот-вот пробьёт её. В ушах нарастал шум вперемешку со звоном. Мышцы рук и ног свело спазмом, а на глаза давило с неимоверно силой. Стон вырвался с сиплым дыханием, а потом всё резко закончилось.

Сердце ещё продолжало бешено биться, а дыхание не могло никак выровняться, но лёгкость и тепло делали свое дело.

- А теперь поспи. Я побуду рядом. Присмотрю за тобой, а за одно подумаю, что же тебе изготовить в качестве основного ограничителя и концентратора.

Мне снилась мать. Отец. Брат. Огонь. Бушующее пламя… стремительное и прожорливое. Крики людей. Плач перепуганных детей и женщин. И снова пламя, безжалостно поглощающее все и всех. Оно ревело и смеялось, пожирая все больше и больше, оставляя за собой только пепел... Оно прошло через весь город и в задумчивости замерло на краю обрыва, думая, как быть дальше. Но тут из воды появился огромный, белоснежный зверь. Взлетев в воздух, он навис над пламенем, что, увидев новую жертву, начал тянуть к нему свои языки, желая поглотить и это прекрасное животное, перебирающее воздух своими четырьмя крылами. Взметнув яркий столп искр к этому зверю, в последней попытке его достать, пламя стало опадать, расстилаясь тонким полотном по оставшейся ещё не выжженной земле. А зверь... он с лёгкостью взметнулся ввысь, играя перьями в лучах светила и, сделав оборот в воздухе, опустился на пепелище. Это был странный зверь и в то же время прекрасный. Его крылья покрывали перья, а тело не только перо, но и шерсть. Огромную голову украшали костяные наросты, словно корона. Зверь был отчасти похож на ламиндина. Такой же длинный, только белоснежный и, в отличие от ламиндина, имел две лапы, чем-то напоминающие лапы птиц, с длинными, кинжалоподобными желтоватыми когтями. Он стоял и с любопытством разглядывал пламя, что пыталось продлить себе жизнь, тихо догорая на краю обрыва. И вот уже вместо пламени стою я… очарованный невиданным зверем, который перестал разглядывать меня и поднял свою массивную морду к чему-то принюхиваясь. Спустя несколько секунд, зверь повернул голову в сторону чудом уцелевшего и не пострадавшего от огня храма. Ещё раз втянув запах гари, он направился к храму. А я всё стоял, боясь пошевелиться и смотрел как зверь то ли идёт, то ли ползёт. Смотрел как он отдаляется и как пропадает в высоких сводах проходов в храм, а за ним, там где проползло его тело, из земли пробивались тонкими стеблями трава, выстилая зеленью тропу до храма и небольшие ручейки воды. Это было потрясающе! Я ещё никогда не видел столько зелени. Даже после ливней, не было таких ярких красок у появляющихся трав и уж тем более они никогда не росли таким ковром. Лишь скромными клочками, то тут, то там.

Мне хотелось бежать за зверем, посмотреть, за чем он тут, но я не мог сдвинуться. Послышался грохот в стороне. Я повернулся на шум. Это рухнула ещё тлеющая постройка. И тут пришло осознание. Я уничтожил город. Весь город! Всех людей. Брата. Мать. Смеясь... играючи спалил тысячи жизней. Паника начала затапливать разум. Сердце пустилось в безумный бег. Рваными вдохами хватаю воздух, но его не хватает. Внутри снова разгоралось пламя. Жжение в глазах. Боль.

- Янорг! Янорг. Проснись. Дыши глубже. Это сон. Это всего лишь сон.

Меня разбудил голос всё того же неизвестного мужчины и потряхивания меня за плечи. Губ коснулся плод авайи, в рот потекла прохладная жидкость.

Я попытался пошевелить рукой. Получилось. Приподнять её тоже смог, но она показалась мне ужасно тяжелой.

- Не торопись. Завтра уже сможешь подняться. – послышался всё тот же голос.

- Вы кто? – удалось задать вопрос.

- Я то? Ну, можешь звать меня наставником или учителем. Отныне я буду учить тебя контролировать себя и держать твоё пламя в узде, пока ты сам не начнёшь с этим справляться. А звать меня Слинарг. В общем, просто по имени тоже можно меня звать. Как твоё самочувствие? Попробуем снять повязку с глаз?

Я чуть кивнул. Тёплые руки коснулись лба. Быстрые движения вокруг головы, прикосновения к ней и я теряюсь в замешательстве. "Я что?.. лысый"

- Волосы... – хриплю я.

- М? Волосы? Какие волосы?

-Мои...

- Твои волосы? А! Да, ты сейчас у нас красавчик. Словно новорождённый, что отчасти так и есть, нигде у тебя сейчас нет волос... – спадает повязка с глаз – Вон, ни бровей, ни ресниц... Но ничего, через несколько дней они начнут отрастать.

Я лежал и не знал, что и думать.

- Да не переживай ты так. Мог вообще весь сгореть. Брату спасибо не забудь сказать. А сейчас попробуй открыть глаза.

Сказать это явно было бы легче чем сделать. Открываться они категорически не хотели. Будто на моих веках скопилась вся тяжесть нашего мира. Переборов себя, приоткрыл их. Всё очертания смазаны. Вижу только пятна света и тени. Закрыл.

- Видишь, что-нибудь?

Чуть мотнул головой в сторону.

- Совсем темнота?

- Нет. Всё сливается в светлые и тёмные пятна. – кое-как выдал я напрягая горло.

- Ясно. Давай их промоем и отдыхай. Тебе сейчас нужно хорошо отдохнуть. Источник сделает своё дело. Не волнуйся. Ты, главное, держи эмоции сейчас под контролем. Не позволяй разрастаться огню в груди. Помни - этот огонь реален. Ты теперь маг огня. Теперь ты сам и есть огонь.

Я слушал его, а у самого перед глазами стояла картина из сна. Пепелище вместо города.

Глаз коснулась влажная ветошь. Жидкость проникла между век, даря одновременно и прохладу и жжение.

- Терпимо?

Я кивнул.

- Тогда пусть полежит немного. Хуже не будет. А ты постарайся поспать. Хочешь настоя сонного дам?

Снова кивок.

Пряная жидкость полилась в меня, утоляя часть жажды и затягивая в лечебный сон. В этот раз мне ничего не снилось.

Глава 3 (ч. 2)

Меня разбудил неприятный тихий скрежет. Будто песком по стеклу скребли.

Поморщившись от того, что шея затекла, открыл глаза.

Каменный свод храма. Это первое, что я увидел. На нём не было никаких рисунков, как в той части, где проходили обряды единения. Он просто был выложен куполом из камня. Обычного, серо-коричневого камня, коих вокруг куча, местами подпираемый стальными дугами. И лишь свет от факела придавал ему долю загадочности и какой-то нереальности.

Скрежет снова резанул слух. Преодолевая боль в шее, повернул голову в сторону звука:

– Слинарг, что ты там делаешь? Звук ужасный, аж скулы сводит.

- А, Янорг, ты очнулся? Извини, придётся немного потерпеть. Мне нужно на кристалле правильно грани выстроить. Смотри, как тебе посох? – мужчина мотнул головой в сторону лежащего металлического посоха, заканчивающегося лезвием на одном его конце.

В основании самого лезвия находилось отверстие. По всей длине посох украшали какие-то символы. Их словно вырезали в металле. На самом лезвии была гравировка, очень похожая на языки пламени.

– Это твоё будущее оружие – концентратор. Оно будет весь твой пыл собирать в себе, усиливая твои атаки… как физические, самим оружием, так и магическую для огненных атак. Сейчас доделаю кристалл, закреплю его и останется только вас срастить.

- Что сделать? – я попробовал приподняться на локтях, чтобы лучше рассмотреть шест. Получилось!

- Срастить, ну... Понимаешь? Это магическое оружие. Чтобы оно стало твоим, его нужно напитать твоей силой и магией. После этого оно будет подвластно только тебе, а ещё ты сможешь призывать его.

- Это как?

- Как?... Молча. Просто подумав о нём и оно тотчас появится в твоей руке.

- А откуда оно появится и как потом его убрать?

- Я вижу тебе сегодня уже намного лучше, вон как вопросами сыпешь. Давай, садись. Выпей настоя и тут вот рыба запечённая. Ешь, а я тебе расскажу про оружие.

- Эм... Мне бы отойти.

- Это тебе туда. Там и вода стоит, если нужно... только не пей, она не пресная. Ходил сегодня на побережье, зачерпнул... Нужно было для кристалла.

Вернувшись, осмотрел помещение:

- А где мы вообще находимся?

- Это один из искусственных гротов храма. Когда-то родник храма был более.... Эээм... Насыщенным и разделялся на более десятка мелких ручьев. Они все недалеко растеклись от храма и каждый имел первоначальную силу родника. Тогда было решено расширить храм, чтобы все ручьи были под единой крышей. Сейчас сил родника хватает на три ручья, которых и ручьями - то назвать стыдно. Самый крупный – это тот, где проходят обряды единения. Там воды родника стекают по стене в искусственную каменную чашу, а из неё вглубь скалы. Второй ручей находится в самом храме. Там его воды собираются и периодически, как ты знаешь, вывозятся на площадь, а там раздаётся всем нуждающимся наравне с выпаренной или же, она, как сейчас, используется в других таких же залах для лечения. А третий... Третий на ручей и не похож... Скорее это лужа. Лужа, которая никогда не высыхает. Её используют в таких случаях как с тобой. Сил в этом ручье больше чем в набранной из родника воде, а значит и лечить он может более тяжёлые раны.

- Ясно. – я наклонился и поднял посох. Он оказался легче, чем я предполагал. Постучал по нему. – Он пустой внутри?

- С чего ты это взял?

- Слишком лёгкий.

- Это специальный сплав. Не весь металл способен выдержать магическое давление и жар огня. А оно тем больше, чем сильнее маг. В твоём случае все совсем тяжко. До пробуждения магии в тебе, самым сильным был я. Но уже сейчас я ощущаю, что с тобой мне не тягаться.

- Так я же ещё не опытный. Даже не знаю как магичить.

- Во-первых, не магичить, а использовать магию, ну или творить. А во-вторых... Это-то и самое страшное - не уметь и не знать, как контролировать свою силу. Запомни две вещи. Прямо выжги их внутри своего черепка, чтобы никогда не забывать... Ты – есть пламя. Сейчас ты - не стабильное пламя.

- Это как?

- Любые твои сильные эмоции превращаются в огонь. Который, в буквальном смысле, вырывается из тебя и ты становишься факелом. Так что следи за своими эмоциями. Контролируй их. Любое упущение может стоить чьей-то жизни или твоей собственной. А вторая вещь – это ответственность. Чем больше сила, тем больше груз ответственности ты несёшь.

- Как-то мне этого ничего не хочется. А вдруг что-то случится и весь наш город сожгу дотла? – фрагменты сна всплыли в памяти.

- Не сожжёшь. На это есть я. И я постараюсь... Нет, я должен научить тебя контролировать свои эмоции и силы магии.

- Так легко говорите...

- Как есть. Давай посох.

Я протянул ему древко посоха. Взяв его, Слинарг развернул к себе лезвие и начал пристраивать кристалл в отверстие. Что-то бормоча себе под нос, он накрыл ладонью то место, а спустя пару минут убрал руку, показывая, как раскаленный до бела металл обтекает грани кристалла, создавая только ему известный рисунок и запечатывая в себе камень, как дичь в сеть.

- Посох готов! Эх... Каков! Это поистине лучшая из моих работ! А ты чего стоишь, пялишься? Ешь.

Я уселся и отщипнув от рыбы немного мяса спросил: – А это лезвие в бою не обломится? Что-то слишком тонкое оно, да и это отверстие...

- Эту сталь не обломить ничем. Тем более после того как в этом посохе появится твоя магия. Им можно будет в скалах проходы рубить, при должном усилении.

- А как усилить?

- Усилять будешь магически, но это уже будет все после того, как возьмёшь под контроль свои эмоции и магию. А пока ешь давай и пошли. Сегодня у тебя есть время только на то, чтобы попрощаться с матерью и братом, собрать свои вещи. В ночь выходим. Пока не освоишь главные навыки – жить будешь у меня.

Я аж подавился.

- Да не переживай ты так. Раз-два в месяц ты сможешь повидаться с семьёй. Просто пока тебе лучше быть подальше от других, чтобы чего невзначай не случилось.

- Ясно. Может тогда уже пойдём?

- Ты не доел.

- Дома доем. Я должен знать как там мать и брат.

- Думаю они сейчас на прощании.

- Тогда пошли быстрее. Тоже хочу проститься с отцом. – подскочил я, подхватывая тарелку с надъеденной рыбиной.

На прощание мы не успели. Пришли к моменту, когда люди начали расходиться. Среди толпы я искал глазами мать и брата. У алтаря кто-то громко рыдал, прося о помощи Предков. В стороне увидел, как брат ведёт под руку мать. Вручив рыбу Слинаргу, я рванул в их сторону. Мать за то время, что я провел в храме, изменилась. Она и так была довольно худа, а теперь казалось, что её кожа обтянула кости. Красные, заплаканные глаза тонули в темноте кругов вокруг них. У неё будто забрали несколько столетий жизни, превратив её чуть ли не в старуху. Брат тоже сильно сдал.

Увидев меня, мать, протянула ко мне руку:

– Янорг! Мальчик мой! Жив! Как хорошо!

На печальном лице отразилось облегчение. Я обнял её. И пусть я ещё только мальчишка, но роста уже был высокого .

- Как прошло прощание? Извини, я не знал, что оно сегодня, а как только мне сказали - сразу сюда пришёл.

- Всё хорошо. – слегка улыбнувшись, ответил брат.

- Да, все прошло хорошо, душа отца свободна. Его любимый клинок, что когда-то ты ему подарил, скатился с алтаря.

Я мысленно выдохнул. И мне, и брату, и матери будет немного легче пережить потерю отца, зная, что его душа свободна.

- Пошлите домой? – спросила мать.

- Да, только я не останусь. Простите. Мне придётся пожить некоторое время у наставника.

Мать смотрела на меня ничего не понимающим взором.

- Я ей не говорил… – начал было брат.

- Ясно. Ты не переживай, ма, всё хорошо. У меня открылся дар магии. Он довольно сильный, поэтому мне нужно научиться контролировать его. И как только я смогу обуздать магию, я вернусь. – успокаивал мать. – Ну что, пошли. Чего стоять тут?

Домой мы шли в полном молчании и лишь дома брат поведал мне, что его на днях заберёт дядя. Так как сын дяди погиб и у того больше никого из родственников, кроме нас не осталось, то следующим главой станет мой брат. И раз он уже достиг возраста охотника, то ему пора готовиться к ритуалу становления воином, мужчиной. Но перед этим ему предстоит обучение и первая охота. Только вот с охотниками теперь тяжело.

Собрав вещи и простившись с братом, пообещал матери, что буду навещать её пару раз в месяц и, взяв с неё слово, что она не изведет себя, покинул дом, направившись к обговоренному с наставником месту.

Придя на площадь, увидел его сидящим и рассматривающим мой будущий посох на краю давно пересохшего фонтана. Даже старожилы нашего города не помнят, когда этот фонтан источал воду. Но его старались всегда содержать в порядке. Он был символом былой жизни. Поговаривали, что когда-то давным-давно наш мир был заполнен зеленью растений. А там где сейчас мёртвые земли, жили стада разных зверей. Пресной воды было в избытке, а светило не стремилось выжечь все, чего касался его свет. Сейчас в это верится с трудом.

- Ну, что? Готов?

- К чему именно?

- Для начала, к отправке в новый дом.

- Не знаю. А далеко идти?

- Чуть меньше суток.

- Далековато забрался.

- Самый раз, чтобы обучать одарённых и не уничтожить при этом город или его часть.

- Понятно. Так с тобой живут ещё куча таких как я?

- Нет. Во-первых, они как минимум на пару, а то и тройку десятков лет тебя постарше, а во вторых их всего трое. Придём, познакомишься. Только сразу предупреждаю, держи свои эмоции. Ты - не они. Среди них нет таких сильных магов огня как ты. А вот желание у некоторых раздраконить других... Это да. Кое-кто без этого и дня прожить не может. Так что, не ведись на их уловки.

- Не обещаю, но постараюсь.

Мы шли практически всю ночь без остановки. Старались покрыть как можно большее расстояние. Ночью, в отличии от дня, дышать было легче. Температура немного спадала, но это практически не ощущалось телом. Светило за день разогревало землю настолько, что она всю ночь возвращала жар. Разница, наверное, заключалась лишь в том, что ночью жар шёл только с низу, когда днём пекло и снизу и с верху.

Привал мы устроили перед самым рассветом. Именно за пол часа до появления светила, было прохладнее всего. Хотя слово прохлада подходит сюда так же, как к затухающим углям, перед тем как из них снова раздуют костёр. И именно этот момент, по словам наставника, он всегда использовал, чтобы тело отдохнуло.

Пройдя ещё пол дня, перед нами предстало строение. Оно было огорожено невысокой каменной оградой и, с виду, напоминало длинный каменный дом, правда практически без окон.

- Почти дошли. – Поправляя намотанный на голову отрез ткани, проговорил наставник.

Глава 4

- Это и есть твой дом?

- Не мой. Наш. Отныне это наш дом. И чтобы не произошло, знай, тут ты всегда найдёшь себе пристанище.

Я с долей непонимания посмотрел на наставника, не думая, о чем он говорит. Но задумываться сильно над его словами не стал. Хотелось скорее добраться до здания, чтобы скрыться от лучей припекающего светила.

Снаружи дом и его придворье казались пустынным и заброшенным. И лишь войдя в него, я понял, почему. Оказывается, само жилье занимало не более одной трети от постройки, все остальное было просто крытым двором. Тут же находились отдельные комнаты-классы и мастерские, для оттачивания навыков. Само строение оказалось не просто вытянутым, а Г-образным. В дальней части находился кабинет, где хранились инвентарь для обучения, оружие и заготовки с материалами для изготовления ограничителей и концентраторов ну и, само собой, станки для обработки и огранки кристаллов для этих всех магических штук.

Идя непосредственно к жилищу, я внимательно пытался рассмотреть всё в полумраке. Крыша тут, как и стены были выложены из камня, это я рассмотрел при подходе к дому, который вблизи оказался значительно выше, чем смотрелся издалека. Внутри крышу подпирали стальные реи и такой редкий в наше время и оттого дорогой деревянный брус. Я его видел только в храме и доме главы, который передавался от одного вождя другому вместе с титулом с незапамятных времен. Изнутри крыша и солнечная сторона стен была обита кожей неизвестного мне животного.

- Это кожа ламиндина. Они периодически линяют, оставляя целые комья старой кожи. Это большая удача найти такое. – заметив мой интерес к обшивке, ответил наставник.

-А зачем её закрепили на потолок и стены?

- Она хорошо отталкивает жар. Жаль для пошива одежды не подходит. Слишком грубая и часто вызывает раздражение, но для отделки стен – самое то. Камни раскаляются на солнце, но эта шкура не даёт жару проникать внутрь, иначе бы тут было как в печи.

- Выходит, что этим тварям и жар нипочем? Почему же они тогда стремятся покинуть мёртвые земли?

- Шкура-то их может и не пропускает сильно жар, но вот крылья и часть их гребня, там где больше кожистой прослойки, это их одни из самых уязвимых мест. Как для светила, так и для оружия.

- Странно...

- Ничего странного. Вот когда тебе сильно жарко, что происходит?

- Я потею.

- Вот. Так твоё тело себя охлаждает. А у них на гребне и крыльях проходит множество кровяных нитей. Ламиндины лёжа в тени обмахивают себя своими крыльями, охлаждаясь.

- Всё равно не понятно. Как они нагреваются, если их шкура не пропускает жар?

- Какой ты любознательный. Это хорошо. У нас есть много книг и записей. Там ты найдёшь много ответов. А пока сам подумай, только ли от жары ты потеешь?

- Нууу... Нет. Ещё от тяжёлой работы... Или бега быстрого.

- Ну, вот ты и сам ответил на свои вопросы. А с мёртвых земель они бегут в поисках еды. Тут всё просто. – наставник подошёл к каменной кладке в виде небольшого кольца вокруг не широкого круглого отверстия в земле и сбросил туда ведро, привязанное верёвкой. Из глубины послышался звук удара металла о воду.

- У вас тут вода?

- Конечно. Без воды никуда.

- Но... Как? Большие воды далеко... Откуда?

- Она набирается в подземный резервуар в дни дождя. – со спины послышался голос девушки. Хорошо известный мне голос.

Я резко развернулся и увидел её... Иолу... Мою знакомую, которая пропала из вида почти два десятка лет назад и после этого я ничего не слышал о ней. Но сейчас я был очень рад её видеть. Мною сразу овладели воспоминания и позабытые чувства. Когда-то я был в неё влюблен. Хотя... Почему когда-то? Увидев её, я понял, что это чувство никуда не делось. Мне хотелось, как и раньше, подбежать к ней и обнять её. Только вот я уже не ребёнок, да и меня она всегда воспринимала только лишь как мелкого пацаненка, живущего недалеко.

Сердце бешено стучало, разгоняя кровь. Время одновременно и тянулось и неслось галопом. Я хотел сказать ей столько всего, но замер, словно один из вкопанных каменных истуканов, стоящих полуразрушенными глыбами на побережье, отмечая границу волн и приливов.

- Дня доброго, наставник! Смотрю всё прошло хорошо. Янорг, вот уж кого, а тебя я совсем не ожидала тут увидеть. Ты изменился. Повзрослел. Расскажи, как там мои? Что нового в городе?

- Иола, давай позже с разговорами. Дай дух перевести с дороги. – перебил её вопросы Слинарг – А где ещё два бедствия?

Ответ не заставил себя долго ждать. За жилой частью строения что-то хлопнуло, будто был небольшой взрыв, послышался шум падающих железяк, громкий смех и... ругань. Следом послышался хлопок закрывающейся двери и из-за угла выбежал рослый парень с растрепанными перепачканными в какой-то саже соломенными волосами. На его одежде красовались свежие подпалины. Он ржал, утирая слезы и от кого-то убегая. Этим кто-то был второй парень. Очень похожий на первого, но более сухого телосложения. Он шёл твёрдой походкой в сторону смеющегося и был очень зол. Жвалки ходили ходуном на его лице, брови столкнулись у переносицы, а ноздри гневно раздувались. Не знаю, что у них произошло, но ему досталось явно сильнее, чем первому. Он практически весь был покрыт сажей, а от одежды остались обгорелые лохмотья и... Кажется ему спалило часть такой же соломенной шевелюры, как и у первого.

- О! А вот и они. Флирм, Фларм. Что вы снова натворили? – голос наставника был уставшим, но жёстким.

- Наставник! Как хорошо, что вы тут! Спасите, пожалуйста, меня от него... – продолжая ржать, обратился к Слинаргу крупный парень.

- Сами разберётесь потом, а сейчас подошли сюда оба.

Крупный парень быстро сменил направление, забежав за наставника, буквально оттолкнув меня от него.

-Фларм! Успокойся и иди сюда. – твёрдо повторил наставник.

Парень в стороне стоял не двигаясь, прожигая взглядом другого, что находился рядом со мной, кажется его немного потряхивало от злости.

– Фларм, дыши глубже. Сосредоточься на шуме ветра снаружи. – проговорил наставник, медленно направившись в сторону застывшего парня.

Тот даже не реагировал, продолжая пристально смотреть на своего двойника, а я мог поклясться, что увидел, как в его глазах взметнулось пламя.

Наставник остановился:

– Иола, ты знаешь что делать.

Спиной я ощутил, как от колодца, мимо меня и в сторону, где стояла Иола, прошёл свежий поток воздуха, а чуть позже я услышал тихий напев мелодии со стороны девушки. Не отрывая взгляда от парня, от которого уже на каком-то интуитивном уровне ощущалась опасность, я начал медленно поворачиваться к девушке. И уже собирался перевести на неё взгляд, как перед лицом пронеслась мощная струя воды. Я отшатнулся, проследив за потоком, который устремился к Фларму и, не долетев до него совсем немного, расплылся, образуя сначала что-то похожее на стену, потом щит и, в итоге, парень оказался заточен в водной сфере. Его очертания смазались из-за постоянного движения воды, которая громко шипела, испаряясь то в одном месте, то в другом.

- Иола, держи лучше щит, Флирм, достань ещё воды.

Крупный парень молча сорвался с места, закину пустое ведро в яму и, быстро достав ещё воды, побежал к стоящему парню с огнем в глазах. Он с размаху окатил водяной шар новой порцией жидкости, которая мгновенно приникла к сфере, укрепив его стены и заставив его начать сжиматься. Или это Иола? Я развернулся к ней. Она сидела на земле, сложив перед собой согнутые в коленях ноги. Что-то напевала, смотря на парня через прищур, и выводила какие-то символы пальцами перед собой, словно плела кружевную сеть. В какой-то момент она замолчала, направив руки с растопыренными пальцами в сторону парня, а после широко раскрыла глаза и что-то громко прошипела, напоминая шипение воды на раскалённой сковороде. Со стороны парня послышался глухой стон, а наставник, с отбросившим в сторону ведро другим парнем, бросились к нему. Тот лежал на земле плотно спеленованный водой. Причём вода не только покрывало его тело, но и лицо и всю голову. И тут я понял, что Фларм начал задыхаться. Он извивался словно червь и когда его движения начали замедляться, раздался громкий голос наставника:

– Пора!

В этот же момент вода мгновенно рванула вверх, продолжив теперь кружиться кольцом над тяжело дышащем и пытающимся прокашляться парнем.

- Молодец, Иола, воду в бак. – струя метнулась в бочку, стоящую возле стены жилой части дома.

- Иола... Кхе... Подери тебя кейнинги... Кхе-кхе... Ты же знаешь... Кхе... Я терпеть этого не могу. – выдал парень, стоя на четвереньках и продолжая жадно втягивать воздух и кашлять.

- Так научись уже сдерживать себя. Мне прошлого твоего шоу хватило. Так что теперь ты постоянно будешь под контролем.

Я ошарашено смотрел на этих людей и слушал их диалог.

- Ты тоже огненный? Какой-то слишком мелкий для мага... Я Флирм, брат-близнец того недоумка! – подойдя ко мне и протянул руку парень, что покрупнее.

- Недоумок у нас тут только один и это ты. – медленно шагая в нашу сторону и держась за грудь, проговорил второй. - Точно огненный. И сила будет посильнее нашей. Я – Фларм. Ты, брат, остерегайся Иолы. Она ненароком не только потушить, но и утопить может. Лучше её не злить. – кивнул он в сторону наблюдающей за нами девушки и протянул руку для приветствия.

- А я – Янорг, – немного замявшись ответил им.

- Ладно, хорош парня мучить. Пошли, Янорг, покажу тебе тут все и введу кратко в курс нашей жизни. – подошедшая ближе Иола подхватила меня под руку и потянула в сторону. В этот момент я, кажется, забыл как дышать и готов был идти за ней куда угодно.

- Ты гляди, а мелкий, кажется, ей приглянулся! – выдал Флирм.

- Не болтай ерунды, просто мы с ним давно знакомы, - ответила девушка и уже мне, – пошли, покажу тебе тут все.

Глава 5 (ч. 1)

Дом наставника, который теперь стал домом для меня, как ранее и для других молодых магов, оказался не так прост. Кроме крытого двора, огромного резервуара для воды под землёй и места, где изготовлялись магические предметы, тут были: большая библиотека, довольно просторная столовая и даже место для магических тренировок, хотя оно больше напоминало пустую комнату из камня, в которой, кроме нескольких ковриков из кожи ламиндина и бака с непригодной для питья водой, ничего не было. Также у каждого был свой угол в виде небольшой комнаты и место, называемое общим залом, где вечерами они собирались все вместе, учась слышать свою магию и просто для общения.

Вечером мы собрались в столовой, для обсуждения новостей и знакомства.

Флирм и Фларм оказались близнецами, ранее жившие в восточной части города. Они были сыновьями одного из сильных и знатных магов огня, трудящегося в главном водовыпаривающем дворе. Сами по себе из них выходили посредственные маги, но когда они объединяли свои силы, это было впечатляюще. В своей совместной магии они способны были переплюнуть самого сильного из магов. И это особенно поражало, ведь обычные маги, не могли объединять свои силы как эти братья. Даже будучи однородной, магия каждого из магов пыталась взять вверх над магией союзника. У Флирма и Фларма с этим проблем не было, так как их магия была единым источником, разделенным надвое. Сами же братья были чуть ли не полными противоположностями по характеру и интересам. Флирм физически развит лучше, он смотрел на мир проще и мечтал быть лучшим охотником и защитником от тварей. Всегда бодр и весел, часто все переводил в игру и шутку.

Фларм же был более рассудительным и серьёзным. Любил эксперименты и старался постичь как можно больше знаний, от самых обычных, типа, а что будет если кинуть в воду камень, до запрещённых магических. Но общей их чертой была магия. Их магия, работая с которой они сами становились единым организмом. Правда они, прекрасно понимали, что всегда быть рядом друг с другом они не смогут и по этому пытались владеть и усиливать магию по одиночке, и это давалось с трудом.

Иола. Эта девушка сводила меня с ума. Она моя первая и единственная любовь. Впервые я увидел её, когда мне было сто семь лет. Я до сих пор помню нашу встречу. Отец тогда послал меня помочь брату, когда тот ходил за водой. И я, как обычно, несся по узким улочкам, а увидев в дали брата, сразу же побежал к нему. Правда не добежал с десяток яров. Я увидел её и моё сердце сначала пропустило несколько ударов, а потом пустилось в галоп. Иола была прекрасна в удлиненной светлой тунике с забранными в высокий хвост волосами. Она несла огромный кувшин с водой и так открыто улыбалась моему брату... Что-то отвечала ему... Кивала и продолжала улыбаться.

- Янорг, ты чего застыл? – спросил брат, подойдя ближе, но я не ответил... Прослушал его вопрос, смотря на Иолу и думая, какая она красивая и почему я раньше её не встречал?

- Янорг? Ау? С тобой все в порядке? Ты меня слышишь? Чего замер-то? – повторился брат.

- И часто с ним такое? – послышался голос девушки.

- Впервые. Кажется ты его очаровала.

Девушка рассмеялась и это окончательно вернуло меня в себя. Только я тогда сам не понял от чего вдруг вспылил и гневно взглянув на брата ответил, что не их это дело и... почему-то убежал. На глаза брата старался весь день не попадаться, но вечером они с отцом застали меня врасплох, когда я сидел на заднем дворе и смотрел, как опускается светило, пряча свои жаркие лучи в воду и думая, почему вода не закипает от этого. Или закипает, но до нас горячие воды не доходят.

Тогда брат откровенно потешался надо мной, говоря, что мне ещё рано думать о девушках, тем более о тех, что по возрасту больше подходят ему, а не мне. Отец отвесил ему шуточную затрещину и отправил помогать матери, сам же сказал, чтобы я не слушал брата и рассказал о том как впервые увидел нашу мать. Она кстати тоже старше отца, правда разница не на три с лишним десятка лет, как в моем случае, а всего на восемь. Тогда им было лет по сто двадцать, они стояли в соседних очередях. Он заметил её первым и, по его словам, сразу понял, что она его и он никому её не отдаст. С того дня для неё наступил момент, когда он везде был рядом. И даже сходил к ней в дом, с желанием заявить на неё права будущего мужа, но знатно тогда огреб от её отца, а после, у себя дома, ещё и от своего. Отец рассказывал все это смеясь, но подчёркивая, что в то время, это было очень важным для него.

- Собственно, к чему этот весь разговор был? Да к тому, что не нужно лететь быстрее ветра в своих желаниях, а нужно сначала раскрыть свою душу тому, кто в неё запал, узнать лучше этого человека и, если ты готов, смириться с её недостатками… именно смириться, принять их, а не давать себе обещание переделать под себя, если что-то не устраивало и, тогда только, стоит принимать решение. А сейчас лучше просто общаться, не стесняясь и не заявляя друг на друга права. произнес он , в конце ещё раз добавив, что если уж девушка и запала в душу, то нужно бы об этом ей сказать, а не стоять столбом.

Выслушав его, я решил, что в следующий раз так и поступлю.

Вторая встреча у нас состоялась через пару дней. Мы с братом пришли на площадь. Он стоял в очереди за водой, я за рыбой. Брат увидел Иолу, бредущей по площади и, окликнув её, помахал ей рукой. Тогда я узнал её имя. Она подбежала, здороваясь и даря ему свою улыбку.

- Иола, я тебе место занял.

- Спасибо, Нирол, только я не за водой сегодня. У нас она ещё осталась. С едой плохо. Сестрёнка растёт и постоянно плачет, просит есть. Вот и прибежала за рыбой.- Ясно. Янорг, тебе сегодня везёт!

Он подмигнул мне, нагло смеясь, от чего я и застеснялся и захотел дать ему в лоб. – Это мой брат, Янорг, ты его уже видела.

- Да помню. Привет, Янорг, я Иола.

Кажется в этот момент мои уши и щеки горели так, что изучали свет. Она обратилась ко мне. А я... Я стоял и, снова забыл как дышать.

– Янорг, ты чего? Снова забыл как разговаривать? – пошутил брат.

- Ничего я не забыл.- пробурчал я – Иола, если хочешь, вставай со мной. – сгорая от непонятного мне чувства стыда, пробубнил в сторону девушки.

- Спасибо! - радостно выдала девушка и, сделав пару шагов вперёд, встала в очередь, рядом со мной. В этот момент я, почему-то, уткнулся взглядом в землю. В голове спутанным клубком метались мысли, мне хотелось заговорить с ней, но я не знал, что ей сказать.

- А ты чего такой красный? Не залихорадил ли? – спросила девушка и положила на мой лоб свою ладонь. Не ожидая от неё такое, я поднял свой взгляд с широко распахнутыми глазами. В себя пришёл от слов брата: – Ага, ещё как лихорадит. Как только тебя увидит, так сразу забывает как говорить и краснеет. - усмехнулся он. В очереди послышались смешки.

- Да отстань ты уже. – чуть ли не прошипел я брату. Смешки повторились.

Улыбаясь, Иола взъерошила мне и без того торчащие во все стороны волосы.

– Да ладно тебе, не обращай ни на кого внимания. Лучше вот что скажи - глядя на меня с высоты своего роста, она заглянула в мои глаза – Я и правда тебе нравлюсь?

Кажется все люди из обеих очередей, что находились рядом с нами, затаились в ожидании ответа. Жар на лице вспыхнул с новой силой, переходя не только на уши, но и шею. Этого вопроса я от неё не ожидал и сейчас просто растерялся, не зная, что ответить. Какой-то ком подкатил к моему горлу, а внимание стольких людей давило. Сделав глубокий вдох и быстро выдохнув, собрав всю свою храбрость, я довольно громко ответил:

– Да, Иола, ты мне нравишься! – и уже как-то тихо добавил – Очень нравишься.

Толпа размеренно загудела. Кто-то кричал, что я молодец, кто-то охал, что ещё совсем ребёнок, а уже думаю о девушках, кто-то просто веселился.

- А ты мне тоже нравишься, Янорг! – ответила девушка. – Давай так, я все равно пока замуж не спешу, так что давай сначала ты подрастешь не много, а там я тебе еще раз задам этот же вопрос. Хорошо?

-Хорошо. – выдал я, радуясь, что смог признаться ей и от того, что она не высмеяла меня перед всеми, сказав, что и я ей не нравлюсь. Хотя про "подрастешь" тоже было обидно.

Домой мы шли втроём, Иола, как оказалось, живёт неподалёку от нас. Они с братом всю дорогу шли и рассказывали какие-то истории, смеясь и строя смешные выражения лица, чтобы лучше передать эмоции рассказа, так как руки у всех были заняты. Я почти всю дорогу молчал, слушая их и лишь уже прощаясь, Иола ещё раз сказала, что рада знакомству и предложила вечером сходить на побережье всем вместе или прогуляться по городу. Мы с братом приняли предложение. С тех пор я видел Иолу довольно часто, всё больше утопая в своих чувствах, которые старался скрывать. А потом, спустя несколько лет, она пропала. Я даже ходил до её родителей, чтобы узнать, где она? На что мне ответили, что она вернётся не скоро, а где именно она сейчас, не известно.

Долгое время я не находил себе места. Постоянно думал, как так произошло, что она ушла, никому ничего не сказав, и что теперь делать мне. Тоска меня съедала. Но со временем, и тоска и мысли о Иоле становились всё слабее.

Последние годы, до прихода в дом наставника, я редко вспоминал Иолу, но увидев её снова, на меня в один момент обрушились, кажется, все воспоминания, вся та тоска, боль и множество вопросов, что остались когда-то позади.

- Янорг, Янорг? Ты где? – мои воспоминания прервал Флирм - Чего задумался? Расскажи, ты с какой части города?

- Северо-западной, туда, ближе к храму, что недалеко от побережья.

- О! Так вы с Иолой и правда знакомые что ли? Она вроде тоже оттуда.

- Откуда? – в столовую зашла Иола, неся поднос с большим железным чайником и кружками. За ней следом шёл наставник, неся наломанную лепешку с вкраплениями в ней ягод… из-за кражи таких же мне недавно влетело.

- А у нас сегодня какой-то праздник? – подобрался, сидящий на стуле Фларм, разглядывая то, что принёс наставник.

- У меня новый ученик, у вас новый товарищ. Чем не праздник!? Но вообще-то это поминальные лепешки.

В столовой воцарилась тишина. Мысль об отце болью отдалась внутри. Её перебила мысль, что я слишком сильно реагирую на эту ситуацию. И в этот момент мою грудь сжало словно в тиски. Я старался дышать спокойно. Успокаивал себя.

– Наставник, что произошло? – спросила Иола, ставя поднос на стол и с помощью магии заставила травяной отвар из чайника заполнять кружки.

- В городе траур по погибшим охотникам. Сорок семь человек не вернулись с охоты.

От его слов в груди запекло. Ком подошёл к горлу. Я чувствовал, как глаза начинают сыреть. Сосредоточился на них, чтобы не дать слезам волю. При этом на заднем плане маячила мысль, что нельзя выпускать боль. Я-огонь. Но, кажется, огню внутри меня на это было наплевать... и на успокаивающее дыхание… и на мои жалкие попытки отвлечь себя сдерживанием слез. Горло засаднило. Осознание того, что пламя нарастает и я не могу его сдержать, переросло в страх. Я быстро поднял глаза на наставника. Не знаю что именно он ждал, но в следующую секунду послышалось:

– Фларм, Флирм, поглощающий щит на него, живо. Держите сколько сможете. – Слинарг сорвался вглубь дома.

Глава 5 (ч. 2)

Перевёл взгляд на Иолу. Она смотрела на меня перепуганными глазами и только сейчас осознал - я горю... Моя грудь, руки... Вокруг меня образовался щит в виде огненного шара, языки пламени которого тянулись внутрь. Они тянулись ко мне. Гладили и переплетались с моим огнём, заполняя всю сферу пламенем, иногда прорывая шар то в одном, то в другом месте. В груди усилилось жжение. Я всеми силами пытался сдержать боль и огонь, но хорошо понимал, что у меня это не получается. Я словно боролся со своей магией, пытаясь подчинить её себе или хотя бы показать ей, что со мной нужно считаться, но она будто жаждала взять власть надо мной. Тело жгло, глаза щипало, сердце стучало с бешеной скоростью. Я слабел, ноги начали дрожать. Посмотрел на близнецов. Они стояли в напряжённой позе с побелевшими лицами, на которых проступил пот.

Послышался голос Флирма:

– Наставник, мы выдохнулись...

Краем глаза заметил движение Иолы. Она начала взывать к магии и это было вовремя. Её водяной поток мгновенно метнулся в сторону парней, правда немного не успел. Очередной прорыв в щите, что висел вокруг меня сферой, и Фларма обжигает моим вырвавшимся пламенем, сжигая часть рукава его рубахи и обжигая левую ладонь. Если бы не поток Иолы, Фларма бы приложило основательно.

Паника заливает мой разум… Сфера идёт волнами, готовясь вот-вот лопнуть.

Мозг рисует картину, где лопается этот огненный шар, внутри которого я и заливает все жидким огнём, сжигая ребят... Иолу.

В этот момент что-то щёлкает сзади в районе шеи. Следом голос наставника произносит какие-то непонятные слова и пламя опадает. А вслед за пламенем, быстро затухающим на полу, падаем и мы с близнецами.

Я обессилен. Лежу и чувствую, как магия внутри меня мечется, ударяется о моё тело изнутри, ища выход, нагревая то один, то другой участок тела. От этого меня начинает колотить дрожь.

- Все живы? – наставник посмотрел сначала на сидящую на стуле и шокированную Иолу, а потом на братьев.

- Все.- подал голос шипящий Фларм.

- Кажется сегодня не твой день! – даже сейчас попытался пошутить Флирм, поднимая поджаренного брата.

- Ага, был один идиот, что меня чуть не спалил с утра, теперь их два. И если первого я могу ещё проучить и хоть как-то от него защититься, то со вторым это не прокатит. Слинарг, ты где это чудовище откопал?

- Я б на твоём месте его не обзывал. - снова, улыбаясь, выразил мысль Флирм.

- А как его ещё назвать? Он ж вообще не контролирует себя!

- А то ты прям… контролировал себя, когда попал сюда. – послышался голос пришедшей в себя Иолы.

- Это точно, ты вспомни сколько раз тебя Иола топила?! - смеясь, добавил Флирм. – Да и сегодня ты всем, включая Янорга, показал, что не особо-то и научился контролю.

- Флирм, заткнись. Я - это другое. У меня нет такой силы. А этот... Да он же нас ночью всех спалит, если ему кошмар приснится...

- Или что-то слишком приятное. – подал голос наставник, помогая мне подняться. – Да-да, у него всплеск магии от любых ярких эмоций. Но ночью он нас не спалит. Теперь его магия заперта. – рука наставника коснулась металла на моей шее, которое я и не заметил сначала.

Тонкое, свободное кольцо. Оно слегка холодило, в остальном никак не ощущаясь.

– Извини, Янорг, что надел на тебя это, но пока я не разберусь с твоей магией и контролирующими её ограничителями, я вынужден так поступить.

Со стороны Флирма послышался свист:

– Вот это поворот! Наставник, это же то о чем я думаю?

- Обруч Нирзита...! – с каким-то придыханием выдал Фларм. – Откуда он у вас?

- Не важно. Янорг. Этот обруч полностью блокирует твою магию. Сейчас ты словно обычный человек. Пока я провожу свои исследования, ты будешь в нём. Сейчас ты должен углубиться в обучение. Библиотека и мои знания в твоём полном распоряжении. Позже я скажу, когда и как мы будем проводить тренировки и знакомство с твоей магией. А сейчас предлагаю всем наконец приступить к поминальной трапезе.

Мы все расселись за столом.

- А что произошло с охотниками? – спросил Флирм у наставника, при этом все ребята глянули на меня.

- Я точно не знаю. Некогда было узнавать подробности...

- Их убили ламиндины. – подал я голос. Теперь и наставник повернул голову в мою сторону. – Они искали дичь, но та будто вымерла. Причиной оказалось гнездо ламидинов. Охотники успели уничтожить практически всех малышей, но появились взрослые. Говорят они были огромными... Я замолчал... В столовой воцарилась тишина, которую первой нарушила Иола.

- Твой отец тоже там был? – тихим голосом задала она вопрос.

- Теперь он направился на перерождение. – так же тихо ответил я, пытаясь удержать голос и спрятать то чувство, когда в груди щемит от боли. И хоть наставник и говорил, что я теперь как обычный человек, но я ощущал, как магия… огонь… хватался за мои эмоции и искал выход.

- Прости. Я разделяю твою боль. – произнесла девушка.

- Я разделяю твою боль. - вторили ей братья и наставник.

- Так, а чем вы были так заняты, что не успели узнать новостей? – снова задал вопрос Флирм наставнику.

- Наверное, меня спасал... – ответил за него я.

- Что верно, то верно. Вот скажите мне, после того как я ушёл, примерно через сутки, вы ничего не ощущали странного?

Близнецы задумались, а Иола проговорила:

– Три дня назад был небольшой сдвиг магии.

Близнецы посмотрели на неё.

- А мы ничего не ощутили. - ответил Флирм.

- Вы ещё не умеете распознавать сдвиги. – ответил Слинарг.

- Это да, но было такое странное ощущение... У меня на мгновение даже волосы на теле встали дыбом. - произнёс Фларм.

- Значит и ты ощутил сдвиг.

- А что это такое? – задал я вопрос.

- Иногда происходят сильные вспышки магии. – начал наставник – Мы не знаем из-за чего конкретно они случаются, но они могут проявляться как у магов, так и у магических вещей. Некоторые думают, что это происходит из-за антирезонанса энергии жизни, что излучает свои волны и магии, которая имеет свои. Обычно они совпадают, поэтому сила магии и жизни сочетаются в маге. Но порой они впадают в некую дисгармонию. Их резонанс нарушается, и встречные волны дают выплеск огромной энергии.

- Это что-то из той темы, где если два противоположных по назначению артефакта положить рядом, то они взрываются? – спросил Флирм.

- Да, только не по назначению, а с противоположной силой. Например, артефакт созидания и артефакт пепла. У них разные волны, они начинают друг друга как бы ударять этими волнами и происходит разрушение более слабого артефакта с выплеском огромной силы. Примерно так же бывает у магов, когда с ними происходит что-то сильно выбивающее из колеи. Их жизненные волны меняют ритм, и перестают совпадать с волнами магии и если вовремя себя не успокоить, то они могут уничтожить и мага и все то, что их окружает.

- Так что случилось три дня назад? – поинтересовалась Иола.

- Он. – мотнув в мою сторону головой, ответил наставник.

- В каком смысле... Он? - переспросил Фларм – Хотите сказать, что это из-за него у меня волосы дыбом встали?

- Именно так.

- А как его не разорвало? – жуя лепешку, спросил Флирм?

- Это загадка. Но вспыхнул он эффектно. В городе эта волна прокатилась с такой силой, что даже мне дурно стало. Если верить хранителю храма, то и вспышка была запоминающейся. Он загорелся в мгновение. Благо его брат оказался рядом. Успел сбить с него пламя, хотя ему все равно изрядно досталось. – проговорил наставник, делая глоток настоя.

-А я то думаю, где у него ресницы и брови? - хохотнул Флирм – Думал с огнём играл и спалил... А волосы целы?

- Нет. – ответил я смеющемуся парню.

- Что совсем?

Я стянул чалму, показывая свою идеальную лысину.

- Ты глянь, лысый как коленка Иолы! – заржал парень и, не удержавшись на стуле, грохнулся на пол, чуть не перевернув при этом, ногами стол и хорошо приложившись головой об пол, но продолжал ржать, не забывая охать от боли.

- Маловато будет. – спокойным голосом произнесла Иола.

Сделав глоток настоя, Фларм посмотрел на пытающегося подняться и всё ещё смеющегося брата и так же спокойно ответил:

– Предлагаю добавить.

Я сначала смотрел на них и не мог понять, что же такое тут среди них происходит, но от всей этой картины и что-то весело бормочущего себе под нос Флирма, просто рассмеялся. Иола с Флармом переглянулись, посмотрели на меня и тоже засмеялись. Из под стола показалась голова Флирма, точнее пол головы со смеющимися глазами, а потом послышалось:

– Ну вот, наконец-то все смеются. А то ходят что булыжники бездушные. Я могу чаще падать, если это вас веселит!

- Флирм, садись уже за стол. Хватит паясничать. Доедайте. Сегодня был тяжёлый день, давайте пораньше уйдём на боковую.

Быстро уснуть на новом месте мне не удалось. Впечатления, накопившиеся за день, бурлили во мне, словно вода в котле над костром. А мысли в основном были о Иоле. Я всё думал, как намекнуть ей о том, что я уже не мелкий мальчишка и готов предложить ей себя. Обдумывая это и прокручивая в голове разные варианты нашего с ней разговора, незаметно для себя уснул.

Во сне я снова видел пожар. Но его источником в этот раз был не я. Языки пламени взвивались, кажется, к самому небу. Они кружили вокруг меня в безумном танце, желая прикоснуться ко мне, но так и не рискнув этого сделать. Гул пламени нарастал, как и его сила. Оно шумело и бушевало, пытаясь меня напугать, заставить сделать шаг в сторону. Я смотрел на эти рыжие языки и совсем не испытывал страха. Скорее любопытство. Но тянуть руки к ревущей стене огня, желания не было. Я наблюдал за ним, внимательно всматриваясь в его танец. Почему-то это пламя ассоциировалось у меня со зверем. Диким и голодным. Желающим что бы его покормили, но боящегося, что его поймают и посадят в клетку. Чем закончился сон я уже не узнаю, так как меня разбудил громкий стук в дверь моей комнаты и крик Флирма:

– Подъем! Всем нового дня! Поднимаем свои тушки и бегом на тренировку. В хилом теле магия не удержится!

Кое-как поднявшись и ещё толком не проснувшись, я вышел из комнаты. Мимо меня, поздоровавшись, пробежал Фларм, а за ним, по коридору шла Иола, бодрая на вид.

– Доброго утра, Янорг! Как спалось?

- И тебе нового дня! Спасибо хорошо. А что, я один такой ещё не проснувшийся? Вы всегда по утрам такие бодрые?

- Мы, да. Да и ты не один. Наставнику утро тоже часто бодрости не преподносит. Но у него уже привычка. Порой кажется, что он выполняет тренировку всё ещё находясь во сне. – улыбаясь мне, ответила Иола.

- Ну, да. Мне прямо легче стало, от того, что я не один такой. – усмехнулся в ответ.

Только наставник в это утро выглядел как никогда бодро, так что я выделялся своей вялостью, за что получил нагоняй сначала от Флирма, а потом и от наставника.

Глава 5 (ч. 3)

Закончив утренние тренировки в виде бега, приседаний, отжиманий и прочих действий для разогрева мышц и разгона крови, мы приступили к тренировкам с оружием. Отец меня обучал кое-чему, но на фоне ребят, с их оружием, я смотрелся как ребёнок, впервые взявший палку и пытающийся хоть что-то повторить за старшими. И если на взгляды парней, я отвечал взглядом, говорящим, что я упорный, я смогу... то от внимания глаз Иолы, со смешинками в них, я готов был провалиться со стыда сквозь землю.

- Ничего, у тебя тоже скоро все будет получаться. – заметив мои смущения выдал наставник. – Это сейчас Фларм и Флирм красуются, а когда только появились тут, их Иола так гоняла, что они готовы были бежать отсюда. В совместных тренировках огребали по самое ни хочу!

- Мы просто приучены девушек не бить! – ответил на это Флирм, выполняя движения разворота с оружием.

- Да как же, а защищать себя вам кто запрещал? - выдала смеясь Иола и шлепнула плашмя по заду Флирма своим странным оружием. – Защищайся!

Флирм мгновенно оказался лицом к ней и, приняв стойку, поднял свои клинки. Они были под стать ему. Длинные, массивные на вид, с расширяющимся полотном стали к вершине острия и чуть изогнутыми. У самого основания лезвия каждого клинка поблескивало по рыжему кристаллу. Иола приподняла свое оружие, так же как и Флирм вставая в стойку. Оно походило на сплющенную железную рею, шириной в мою ладонь и толщиной с палец, переходящую в круглую рукоять, отделанную кожаной лентой. У него не было привычного лезвия как на клинках или мечах, вместо него по его краям выпирали острые куски неизвестного мне, голубоватого камня. Эти каменные осколки, словно зубья выросли из металла, а их грани даже со стороны казались страшными и острыми на вид. В центре, возле рукояти был впаян переливающийся на свету, бесцветный кристалл.

- Ну, что? Помчались? – с улыбкой произнёс Флирм и они закружились будто в танце. Сталь клинков Флирма пела, соприкасаясь с оружием Иолы. Её же оружие, словно подпевая клинкам, звенело своими каменными зазубринами. Временами сталь, соприкасаясь с камнем, высекала искры. Двое кружились по двору быстро и красиво. Их движения были отточены. Они словно знали, что будет делать соперник и предугадывали движения друг друга. Это было и завораживающе и волнительно одновременно.

- Янорг, ты так и будешь стоять столбом? – окликнул меня наставник. – Бери свой посох и вперёд. Фларм, а ты чего как в первый раз? Бери парня в оборот.

Напротив меня встал Фларм.

– Готов? - спросил он и призвал свое оружие, чем-то напоминающее серпы с резными костяными рукоятями, гладкой, острой сталью с внутренней стороны и острыми зазубринами с наружней.

Их лезвие покрывала гравировка, похожие на те, что были на моем посохе, а в рукояти каждого серпа отливали кристаллы, такие же рыжие, как и у Флирма.

- Эммм... Нет. – честно ответил я. – А почему у вас с Флирмом оранжевые кристаллы, а у Иолы прозрачный? – решил я заговорить зубы Фларму, чтобы оттянуть тренировку с оружием, а заодно и узнать роль кристаллов.

- Их цвет зависит от вида магии. Наши камни отлично сочетаются с огненной стихией. Точнее с защитным или по-другому, воздушным пламенем. У Иолы стихия вода, но так как она тоже развивала защитные свойства, то у неё камень вместо голубого - прозрачный.

- Не совсем понимаю.

- В общем, если человек имеет стихи, то у него камень с более насыщенным цветом. Если маг умеет делать щиты, ну, ту сферическую защиту которая Иола делала на мне из воды или мы на тебе из огня, то считается, что к магии этого человека прибавляется магия воздуха, у нее белые кристаллы, и по этому цвет кристалла мага с щитом - светлее мага не умеющего делать сферы.

Я посмотрел на камень в своём посохе, он был темно красного цвета с рыжими вкраплениями. Фларм заметил это и ответил раньше, чем я спросил:

- Я сам не знаю, почему у твоего камня такой цвет, никогда такого кристалла не видел.

- Хорош расслабляться, почему не тренируетесь? – к нам подошёл наставник.

- Слинарг, а почему у кристалла Янорга такой цвет? – вместо начала тренировки, задал вопрос Фларм.

- Что? Так, стоп, о камнях позже поговорим. Фларм, спрячь свое оружие, покажи ему сначала как посох держать и как ставить им правильно защиту. – выдал наставник, не поддавшись на вопросы.

Тренировка продлилась ещё около получаса. После мы направились приводить себя в порядок, а далее собрались в столовой, для завтрака. Завтракали мы непонятным варевом, с малоприятным серым цветом, но довольно неплохим на вкус и настоем на каких-то травах. Фларм снова поднял вопрос о цвете моего кристалла.

- Видишь ли, Фларм, у Янорга не просто огонь. Точнее не такое пламя как у вас и у меня.

- А в чём разница? Огонь он и есть огонь. Как он может быть не таким? Перекрой ему воздух или облей водой и он затухнет. – высказался Флирм.

- Ваш да, его нет, точнее не так быстро как ваш.

Все с удивлением посмотрели на наставника, ожидая разъяснений.

- Видите похлебку и настой? И там и там состав один: вода и растения. Только если настой пролить на неровную поверхность, он стечет, да и вытереть его легко. С похлебкой так не выйдет. Так вот его пламя, как похлебка в сравнении с вашим, которая как вода.

- Никакой разницы между нашими огнями не заметил, когда держали на нем щит, ну если только посильнее. – снова выдал Флирм.

- Его пламя заперто. На него, ещё до прихода сюда было надето четыре ограничителя. - говоря, наставник смотрел на Янорга.

- То есть он так полыхал даже будучи практически с подавленной магией? – к разговору добавилась Иола.

- Если он так полыхал с ограничителями... И даже не обычной парой, а с двумя... Что же это за сила у него...? - Фларм посмотрел сначала на Янорга, а после перевёл взгляд на наставника – Что это за пламя?

- Полагаю, что оно близко к изначальному. – продолжая смотреть на растерянного парня, ответил Слинарг.

- Да быть не может... Откуда? – удивлённо спросил Флирм

- Это интересно. Если верить писаниям из библиотеки, то таким пламенем владели только некоторые из Отцов Покровителей. – произнёс Фларм.

- Да, Фларм, ты прав, но не во всём. У отцов Покровителей все стихии были... Эм-м-м... Полужидкие что ли... Даже не так. Маслянистые. Их пламя было нелегко сбить. У Яногра огонь немного другой, его основа более плотная и тем не менее, его вполне возможно затушить стандартными методами.

- Но выжигание воздуха слабо работало. – снова ответил Фларм.

- Если вы обратили внимание, то в вашем щите постоянно образовались дыры...

- Не только заметили, но и ощутили. – поддакнул Фларм наставнику.

- Это как раз из-за плотности огня. Языки его пламени просто разрубали ваше, как ладонь воздух. Вы видели малую часть таких прорывов. Точнее только крупные из них. На самом деле их было множество и они давали возможность воздуху проникнуть в сферу. У огня Янорга есть преимущество перед вашим. Он горит дольше и жарче из-за все той же магической плотности. То есть, в отсутствии воздуха ваше пламя погаснет в несколько раз быстрее, чем его. А так как внутри щита ваш огонь не гас, то тут можно сделать вывод о том, что воздуха хватало там.

- А как вы смогли зайти в щит и преодолеть моё пламя? – решился я задать вопрос.

- Во первых у меня был свой щит, во вторых я накинул специальную ткань, что не горит, ну а в третьих, я облился водой, на всякий случай... И все равно ты умудрился опалить мою одежду и меня там, где защитная ткань не прикрывала.

- Ясно. Извините. – я опустил взгляд в свою тарелку. Желание есть пропало.

- Ты тут не виноват. Нужно уметь различать последствия действий и обстоятельства не зависящие от нас, даже если источником этих обстоятельств являемся мы сами.

Я молча кивнул, все равно ощущая себя виновным и в том, что поджарил Фларма и спалил часть одежды наставника.

Доедали мы в тишине. Каждый думал о своём, пока наставник не обратил на себя внимание.

- Иола, ты с Флармом идёшь в зал для тренировок. Займетесь углублением в свой источник и концентрацией на его удержание. Если что, то разрешаю отработать свой щит, только не утопи его, прошу.

- За что, наставник? – тяжело выдохнул Фларм и после тихо добавил – Иола, ты моё персональное проклятие.

Иола уже собиралась что-то ему ответить, но Слинарг перебил:

– Флирм, ты с Яноргом в библиотеку. Покажешь ему свитки начальных знаний и, если нужно будет, объяснишь все первоначальные постулаты. К обеду жду вас всех тут.

Время до обеда сначала тянулось, а после стремительно помчалось вперёд. Флирм показал мне угол в просторной комнате, заставленной кучей столов, стеллажей и коробов, забитых разными рукописями, свитками и даже объёмными книгами из высушенных шкур животных.

Начальные знания оказались лишь списком видов магии, их особенностями и правилами приручения их. Сначала эта информация никак не хотела усваиваться, а потом я с головой ушёл во все это. И если бы не Флирм, то точно пропустил обед. А там было весело. Иола рассказывала как спасала Фларма от него самого. Непонятно, что он сделал, но во время покорения своего огня, у него перед лицом возник небольшой огненный шарик и чуть не прижег ему нос. Попытки отмахнуться от него, успешно провалились, а самому огоньку, кажется, это и вовсе не понравилось и он, в ответку, начал нападать на Фларма. Иола хотела затушить его и метнула небольшую струйку воды в огонёк. Тот увернулся, а вода попала в лицо Фларма. Но Иола не сдалась! Итог: Фларм, мокрый на сквозь, отправился переодеваться; Иолу ждут тренировки на меткость метания магии, а огненный шарик затушен пришедшим на шум наставником.

Перекусив и насмеявшись вдоволь, наставник вновь распределил нас для занятий. Я снова был отправлен в библиотеку, только на этот раз с Иолой. Ей полагалось перечитать главы по управлению стихией, а наставник, вместе с близнецами, ушли сначала в лабораторию, а после снова в зал для тренировок.

- На чем остановился? – спросила Иола, рассматривая кучу бумажных свертков на столе.

- Читал главу, где предлагалось договориться с источником магии.

- Нудная глава. И написана крайне непонятно. Ты понимаешь, что нужно сделать?

- В общих чертах... Но как выйти на связь с магией, никак не пойму. Вот тут написано, что нужно обратиться в себя и найти свою силу. А как? Пересмотрел кучу всего и не нашёл.

- А у Флирма спрашивал?

- Пытался, но он отмахнулся. Сказал, что нашёл что-то важное, что давно искали они с Флармом и ему нужно разобраться в этом. После я его не беспокоил.

- Вот же засранец, поди снова какую-то сказку нашёл про покорителей мира. Где он сидел?

- Там. – указал на кривой стул в другом углу библиотеки.

Иола прошла туда, внимательно осмотрела короб со свитками и стеллаж к которому и потянулась. Достав один из свитков с самого верха стеллажа, спросила:

– Не этот? – махнула свитком, с одной стороны которого моталась непонятного цвета кисточка.

- Этот, а как ты узнала?

- Это единственный свиток со сбитой пылью. – она развернула его.

Сначала на её лице отразилось недоумение, потом её щеки покрыл лёгкий румянец, а на лице появилась лукавая улыбка. Я хорошо помнил эту улыбку и знал что она означает. Иола что-то задумала. Кажется Флирму теперь можно только посочувствовать.