Роман римский из древней Анапы или дневник Романа Рема Римского

"Роман римский из древней Анапы или дневник Романа Рема Римского"

Произведение

"Роман римский из древней Анапы

или

дневник Романа Рема Римского"

Оригинал:

I

Ab infantia procul a urbibus cum parentibus vivebam. Pater in horto suo laborabat, mater domi maxime versabatur. Interdum patri in horto adiuvabat.Ego semper pecora pascebam. Pater dicebat stirpem suam ex fratre Romuli, Remo, ortam esse.Mater de stirpe sua multa non narrabat, sed dicebat stirpem suam Graecam semper prope urbem Gorgippiam habitasse. Sic cum familia mea quiete vivebam. Sed ad patrem meum vir alienus venit. Ego eo tempore domi non eram, oves pascebam. Cum domum rediissem, vir in tunica rubra mihi obviam ex domo parentum venit. Me oculis fulvis spectavit, quasi me cognosceret, et statim abiit. Vultum severum et paulum rugosum habebat, sicut pater meus, sed pater meus oculos cinereos habebat. Mater et pater domi erant, me exspectabant. Mater tristis erat et humum spectabat, pater autem me spectabat, ut aliquid magnum diceret. Pater matri dixit ut mihi res pararet. Exiimus domo. Volui interrogare quid accidisset et quis esset vir in tunica rubra? Cur venerat? Pater, sciens tales quaestiones venturas esse, ordine respondebat. Dixit me cras ad urbem proficisci debere, ut miles legionarius fierem. Vir ille amicus commilitonis et avunculus meus erat, qui adhuc legionem servit. Veniisse ut diceret eis homines opus esse ad legionem congregandam. Nullas motus ostendi, sed animo meo admirationem sensi, quod cras ad urbem Gorgippiam proficisci mihi opus erat. Nam numquam tam longe perveneram. Pater, post interrogationes meas, dixit cras adhuc loqueturos esse de eo quomodo miles legionarius esset. Decidi me avocare et domi quiescere. Eo die omnino non loquebamur, nec de ullis rebus. Et sic celeriter et silenter dies ille transiit. Nocte non dormiebam et de crastino die cogitabam, sed dormire potui. Mane surrexi et ad parentes meos ivit. Mater mihi pauca fabas, tunicam rubram, galea et scutum dedit. Mater dixit: Semper cum scuto redies! Ad patrem meum ivit. Pater equum et currum parabat. Pater ad me venit et consilia dare coepit quomodo miles legionarius esset. Interdum videbatur non de eo quomodo miles legionarius esset, sed quomodo venator esset narrare. Pater sic dixit: Fili, memento, in legione erunt homines, qui te aut deprimere aut res tuas auferre volent. Noli eis debilitatem ostendere." Semper res tuas nota, ut furem celerius invenias, non solum ut res recuperes, sed etiam ut furem punias». Patrem meum audivi, et ille me curru suo Gorigippiam vexit.

Перевод:

1

С самого детства я жил далеко от городов вместе с родителями. Отец занимался в своем огороде, мама занималась в основном дома. Иногда она помогала в огороде отцу. Я всегда пас скот. Отец говорил, что его род происходит от брата Ромула Рема. Мама особо не рассказывала происхождения её рода, но говорила что её греческий род всегда жил рядом с городом Горгиппией. Так бы я и жил спокойно вместе с семьей. Но к моему отцу пришел чужой человек. Я в тот момент был не дома и пас овец. Когда я вернулся домой, из родительского дома ко мне встречу подошел мужчина в красной тунике. Посмотрел на меня карими глазами, как будто я его знакомый и сразу ушел. Лицо у него было суровым и немного морщинистым, как у моего отца, но только у моего отца сероватые глаза. Мама и папа были дома, ждали меня. Мама была в печале и смотрела в пол, а отец смотрел на меня, чтобы сказать, что-то важное. Отец сказал маме приготовить мне вещи. Мы вышли из дома. Мне хотелась спросить, что случилось и кто этот человек в красной тунике? зачем он приходил? Отец, зная, что будут такие вопросы, отвечал по порядку. Он сказал, что завтра мне нужно мне уехать в город, чтобы стать легионером. Этот человек это друг сослуживец и мой дядя, который по сей день служит легиону. Приходил сказать, что им нужны люди, чтобы собирать легион. Я не показал ни каких эмоций, но в душе я чувствовал удивление за то, что завтра мне нужно уехать в город Горгиппия. Так как я никогда не бывал так далеко. Отец после моих вопросов сказал, что завтра мы еще поговорим о том, как быть легионером. Я решил отвлечься и отдохнуть дома. В этот день мы вообще не разговаривали, ни на любые темы. И так быстро и тихо прошел этот день. Ночью я не спал и думал о завтрашнем дне, но я смог заснуть. Утром я встал и пошел к родителям. Мама дала мне немного бобов красную тунику шлем и щит. Мама сказала: «Ты всегда вернёшься с щитом!». Я подошёл к отцу. Отец подготавливал лошадь и колесницу. Отец подошел ко мне и начал давать советы как быть легионером. Иногда казалось, что он рассказывает не про то, как быть легионером, а как быть охотником. Отец сказал так: «Сын помни, что в легионе будут люди, которые хотят либо принизить, либо забрать у тебя вещи. Не показывай слабость перед ними. Всегда отмечай свои вещи, чтоб быстрее найти вора и не только вернуть вещи, но и наказать вора». Я послушал отца, и он на своей колеснице повез меня до Горгиппией.

Оригинал:

II

Via longa erat. Interdum plana et tranquilla erat, sed accidebat ut via curva esset. Videbatur quasi feram iacentem aut hominem transissemus. Sed pervenimus. Pater dicebat omnes legionarios in castris non procul a Gorgippia esse et castra monstravit. Castra ex paucis tentoriis constabant. In medio ignis erat. Scutum mihi dedit et dixit: "Vir fies! Vade ad ignem, ibi omnia erunt." Et statim curru abiit. Vidi homines circa ignem et ad eos ivi. Omnes aliquid exspectabant. Sed ad nos centurio et aquilifer accesserunt. Aquilifer pellem auream leonis in galea et tunicam rubram habebat, aquilam in manibus portabat. Centurio recte ad nos aspexit et magna voce dixit: "Aequate in quadratum!" Lente in quadratum fiebamus. Ille fesso sed magna voce loqui coepit: "Saluto vos. Legionarii fitis. Sed vobis necesse est dotes quae cuique legionario insunt evolvere. Disciplina, fortitudo animi et arma bona!" Ad nos aquilifer accessit et aquilam obtulit. Eramus homines quingenti et hoc totum diem occupavit. Ad tentoria ducti sumus, ubi omnes legionarii dormitum ierunt. Postridie mane signo tubae experrecti sumus. Aspiciebam, erat ille ipse aquilifer, sed pro aquila tubam habebat. Parati sumus et in quadratum aedificare coepimus. Centurio viginti milia passuum a castris ad finem oppidi et retro iussit. Et postea centurio nos docebat quomodo armis uteremur, strategiam et postea quaestiones de strategia dabat. Deinde postea brassicam cum fabis et carne et panem modicum edimus. Post cibum vesper aderat, et dormitum ibamus. Et sic cotidie sine mutatione. Neque quisquam inter se loquebatur. Non quod centurio, aquilifer nobis loqui vetarent. Sed simpliciter nolumus loqui. Valde desidero matrem, patrem et oves.

Перевод:

2

Дорога была дальней. Иногда была ровной и спокойной, но случалось, что дорога была кривой. Кажется, что мы переехали лежащего зверя или человека. Но мы доехали. Отец говорил, что все легионеры находятся в лагере не далеко от Горгиппией и показал на лагерь. Лагерь состоял из нескольких палаток. В середине был костёр. Он дал мне щит и сказал: «Ты становишься мужчиной! Иди к огню там всё будет. « И сразу уехал на колеснице. Я увидел людей около костра и пошел к ним. Все ждали чего-то. Но к нам подошел центурион и аквилифер. Аквилифер с золотистой шкурой льва на шлеме и в красной тунике в руках он носил аквилу. Центурион посмотрел прямо на нас и громко сказал: «Равняйтесь в квадрат!". Мы медленно становились в квадрат. Он начал говорить уставшим, но громким голосом: «Приветствую вас. Вы становитесь легионерами. Но вам нужно развить черты присуще каждому легионеру. Дисциплина, сила духа и хорошее обмундирование!", к нам подошел аквилифер и поднес аквилу. Нас было человек пятьсот и это заняло весь день. Нас проводили до палаток, где все легионеры пошли спать. НА завтрашний день мы проснулись от сигнала трубы. Я посмотрел, был тот самый аквилифер, но вместо аквиллы у него была труба. Мы подготовились и начали строиться в квадрат. Центурион приказал двадцать миль шагом от лагеря до конца города и обратно. А после этого центурион обучал нас, как обращаться оружием, стратегии и после давал вопросы по стратегии. Потом после мы ели капусту с бобами и мясом и немного и хлеб. После еды наступал вечер, и мы шли спать. И так каждый день без изменений. Даже никто не общался между собой. Не из-за того что центурион, аквилифер запрещали нам разговаривать. А просто не желание общаться. Сильно скучаю по маме, папе и овцам.

Оригинал:

III

Sic quattuor menses legionariae vitae trahebantur. Sed hic dies novus et insolitus erat. Aquilifer nos, ut solet, suo rugitu tonitruo excitabat. Et cum ordinem caperemus, centurio nobis dixit:

«Hodie vos legionarios in partes dividetis. Vos Primipili eligent!»

Nos per centum homines in partes a Primipilis personaliter distribuebamur. Illi nos in regiones urbis Gorgippiae distribuent. Nos in quinque partes divisique sumus. Nostra pars in meridie prope mare erat. Mare hospitalissimum pulcherrimumque erat. Aqua tamquam gemma pretiosa erat, quae viridi vel caeruleo colore micabat. Sol tamquam splendorem et mari et harenae dabat. Hoc bonum urbis notam puto. Ipse urbs altis muris circumdatus erat. In viis partis urbis vinum, oleum olivae, et vasa vendebantur. Etiam thermopolia erant. Hanc partem urbis custodimus, quia hic est locus provisionis totius castri. Nos custodiebamus. Die decem homines custodiunt, noctu decem. Quondam ad nos Primipilis venit. Vir erat parvi statura, capillis nigris, tunica alba indutus, sed sine galea.

Dixit sententiam valde gravem.

Salve, ego sum Valentinus Victor Occultus. In vestri exercitu dux opus est. Habeo tibi propositiones. Si invenies anulum meum cum signo aquilae, ille centurio inferioris ordinis est.

Nos invicem respeximus ut quaestionem formaremus, sed quasi evanuit, tamen anulum quaerere coepimus. Divisimur in parvas partes. Ubique eum quaesivimus. Coepi cogitare Valentinum semper anulum habuisse et nos eum invenire debere. A sociis discessi, per muros defensivos ambulavi et Hippocratis bustum vidi. Exterius videri poterat verus esse. Ad statuam accessi et animadverti post Hippocratem foramen esse. Non puto id ad pulchritudinem aut usum utilem pertinere, sed intus aspexi et anulum vidi. Digitum inserere potui, sed timebam ne digitus in foramen haereret. Cogitavi uti hasta tenui ac obtusa. Anulum in foramen inserui et extraxi. Postea socios quaerere coepi. Virum vidi qui Valentinum interrogabat, sed tubae sonum audivimus et rediimus ad Valentinum Victorem Occultum. Totus grex congregatus erat. Ille rogavit: "Cui anulus est? Si est, accede et anulum da." Lente accessi et anulum dedi. Rogavi: "Possumusne alium eligere ducem?" Valentinus dixit: "Si insistes, bene. Quis vult esse centurio? Honeste!" Nemo respondit. Valentinus Occultus legionem stupore aspiciens: "Quae sunt causae decisionis vestrae?" Quidam legionarius ex ordine dixit: "Iustitiam statuere decrevimus! Ille anulum invenit, ergo dux noster erit!" Eius honestate miratus sum. Valentinus dixit: "Decisio talis est: vestra media nocte Romanus Remus Romanus centurio erit cras. Hodie autem urbis custodiam pergite." Urbem custodivimus usque ad vesperum. Post vesperum in castra rediimus et quiescere coepimus. Non obliviscar epistulam scribere quod centurio factus sum. Puto patrem meum miratum esse.

Перевод:

3

Так и проходили четыре месяца легионерской жизни. Но этот день был новым и необычным. Нас как обычно аквилифер будил гудением своим роком. И когда мы начали своё построение центурион нам сказал:

«Сегодня вас легионеров будут распределять по группам. Вас выберут Примипилы!".

Нас распределяли по группам по сто человек лично Примипилы. Они распределят по частям города Горгиппии. Нас распределили на пять групп. Наша группа была на юге рядом с морем. Гостеприимное море было прекрасным. Вода была словно драгоценный камень, который переливалась зелёным или синим цветом. Солнце словно давала блеск и морю и песку. Я считаю это хорошая черта этого города. Сам город был окружен высокими стенами. На улицах в части города происходит торговля вином оливковыми маслами и посудой. Даже есть термополии. Мы охраняем эту часть города, так как эта точка снабжения продовольствия всего лагеря. Мы охраняли. День десять человек охраняет и 10 человек ночью. Однажды к нам пришел Примипил. Это был мужчина не большого роста с черными волосами одет в белую тунику, но без шлема. Он сказал очень важное предложение:

« Приветствую я Валентин Виктор Скрытный. В вашем корпусе нужен лидер. У меня есть предложения вам. Если найдёте моё кольцо с символом аквиллой тот центурион низшего звена». Мы переглянулись, чтобы сформировать вопрос, но он как будто исчез, но мы начали искать это кольцо. Мы разделились на ёщё маленькие группы. Мы искали его везде. Я начал думать, что у Валентина всё время было кольцо и что мы должны его найти. Я отдалился от своих проходил вдоль защитных стен и увидел бюст Гиппократа. Со стороны можно подумать, что он настоящий. Я подошел к статуи заметил, что за спиной Гиппократа было отверстие. Не думаю, что оно для красоты или полезной функции, но я посмотрел внутрь и увидел кольцо. Я мог достать кольцо пальцем, но боялся, что палец застрянет в отверстии. Но догадался использовать копьё с тонким тупым концом. Я вставил кольцо в отверстие и достал его. После этого пошел искать сослуживцев. Заметил человека, который задавал вопрос Валентину, но мы услышали звук трубы и вернулись назад, куда был Валентин Виктор Скрытный. Вся группа была в сборе. Он спросил: «У кого кольцо. Если есть, то подойдите и дайте кольцо» Я медленно подходил и отдал кольцо. Я спрашивал: « могли бы выбрать другого человека на роль лидера. «Валентин сказал: «Если настаиваешь, то хорошо. Кто хочет роль центуриона?! Честно!". Никто не отвечал. Валентин Скрытный посмотрел на легион с недоумением: «Каковы причины вашего решения?!". Какой-то Легионер из строя сказал: «Мы решили поступить справедливо! он нашел кольцо, значит, он будет нашим лидером!". Я был удивлен его честностью. Валентин сказал: «Решение такое ваши полночия Роман Рем Римский центурионом будут завтра. А сегодня продолжайте охранять наш город. «Мы охраняли город до вечера. После вечера мы вернулись в лагерь и просто отдыхали. Надо не забыть написать письмо, что я стал центурионом. Представляю, как отец будет удивлен.

Оригинал:

IIII

Reversus in castra, patrem scribere litteras decrevi. Duo mihi erant optiones: aut homini qui breves vias novit dare, aut accipitrem qui in illis terris ubi ego natus sum vixit et crevit capere. Ita pecunia, quam dedit Valentinus Victor Scrytnus, suffecit pro accipitre albo. Litterae meae breves erant:

«Salve, pater. Centurio factus sum. Primipilus dixit se munus dare, si anulum eius inveniremus. Nunc munus accepi, et etiam commilitones mei me ducem agnoverunt. Dic, quid agas. Filius tuus, Romanus Remus.»

Ad caudam columbae ligavi, et ex castris ad domum meam volavit. Postea redii dormitum. Mane evigilavimus et circa ignem convenimus. Vocatus sum a Valentino per aquiliferum. Dixit, quod Valentinus Victor Occultus te videre debet. Cum eo ad eum ivit. Ille me salutavit. Prope eum nemo erat, neque custodes, neque alii centuriones. Tradidit mihi galeam centurionis et dixit, quod sacculos frumenti et leguminum ad locum prope monumentum Hippocratis transferre oportebat, ubi Frumentarius erit, qui eos in castra portabit. Nos deinde hanc partem urbis custodiemus. Annui, quod intellexi, galeam accepi et ex tabernaculo exii. Ad commilitones accessi, eos spectavi et galeam indui. Nemo motus est. Postea narravi, quod sacculos portaturi eramus, et deinde laboraturi. In oculis quorundam vidi taedium, quod non poterant celerius in castra ire et ibi quiescere. Sed sine verbis in urbem ivimus sacculos portaturi. Sacculi gravissimi erant, ut duo homines unum saccum portarent, et sacculi quinquaginta erant. Unus ex nobis proposuit continens edere, ut facilius portaretur. Omnes de hac sententia risimus, sed hanc ideam omisimus. Denique, portavimus. Frumentarius latis umeris, longo nigroque crine, in tunica rubra, facile sacculos in plaustrum trahebat. Non interrogavi eum, quis esset. Spectans, quam bene laboraret. Sed hanc plaustrum et Frumentarium custodire coepimus. Quidam negligens vir, longo alboque crine, in tunica alba, cum amphora, ad amicum suum accessit, ut salutaret. Commilitio meus salutavit, et amicus eius celeriter abiit. Oportet me, ut centurionem, amicos meos in militia intellegere, alioquin confusus ero, quis quis sit. Frumentarius omnes triginta sacculos in plaustrum posuit et abiit. Nos deinde ad vesperum laboravimus. Postea in castra rediimus.

Перевод:

4

Я вернулся в лагерь и решил написать отцу письмо. У меня было два выбора: либо дать человеку, что знает короткие пути или взять голубя который жил и рос в тех землях что я. Так деньги, который дал Валентин Виктор Скрытный, хватило на белого голубя. Моё письмо было краткое:

"Приветствую тебя отец. Я стал центурионом. Примипил сказал, что даст должность, если мы найдём его кольцо. Теперь я получил должность, и даже мои товарищи по службе признали меня в качестве лидера. Скажи, как поживаешь. Твой сын Роман Рем"

Я прикрепил к хвосту голубю, и он полетел из лагеря в мой дом. После я вернулся обратно спать. Утром мы проснулись и собрались около костра. Меня вызвал Валентин через аквилливифера. Он сказал, что Валентин Виктор Скрытный должен вас видеть. Я пошел вместе с ним к нему. Меня встретил он. Рядом с ним нет никого ни телохранителей, ни других центурионов. Он передал мне шлем центуриона и сказал, что нужно перенести мешки с зерном и овощами в место рядом с памятником Гипократта там будет Фрументарий, который отнесёт в лагерь. Мы после будем охранять эту часть города дальше. Я кивнул, что понел взял шлем и вышел из палатки. Подошёл к сослуживцам посмотрел на них и надел шлем. Никто не шевельнулся. После рассказал, что мы будем таскать мешки, а дальше работать. В глазах у некоторых видел досаду, что не получится после пойти пораньше в лагерь и там отдыхать. Но мы без разговоров пошли в город перетаскивать мешки. Мешки были очень тяжелыми, что два человека несли один мешок, а мешков было пятьдесят. Один из нас предложил съесть содержимое, чтоб легче нести. Все рассмеялись об этом решении, но мы бросили эту идею. В общем, мы донесли. Фурментарий с широкими плечами с длинными черными волосами в красной тунике легко перетаскивал мешки в повозку. Я его не спрашивал кто он. Смотря, как он хорошо работает. Но начали охранять эту повозку и Фурментария. Какой -то не брежный мужчина со светлыми длинными волосами в белой тунике с амфорой и подошел к своему знакомому, чтобы попреветствовать. Мой сослуживец поздоровался, а его знакомый быстро ушел. Нужно мне как центуриону понять своих друзей по службе, а то я запутаюсь, кто есть кто. Фурментарий положил все тридцать мешков в повозку и уехал. Мы дальше занимались своей работой до вечера. После мы вернулись в лагерь.

Оригинал:

V

In castris quiescebam, sed de epistula mea cogitabam. Etiam dum comedebam, cogitabam. Constitui ad columbarium ire. Columbarium prope tabernaculum centurionum erat, et post illud tabernaculum legionariorum erat. In columbarium intravi. Vidi decem caveas cum quinque columbis et unam caveam cum duabus hirundinibus. In columbario erat Valentinus. Me spectavit, et ego illum spectavi, et dedi meum columbum album. Sed dedi frustum panis mei, ut cibus avibus esset. Valentinus, occultus, putavit id sibi esse et dixit:

"Mihi est. Bene, tota die non comedi, solum hic laboravi, caveas et aves inspiciebam. Ecce epistula tua" et ex plumis epistulam patris extraxit. Epistulam accepi et ex columbario exii. In via epistulam patris legi. In epistula haec erant:

"Salve fili mi Romane. Sic vivimus in satietate et abundantia. Oves pasco, vivunt etiam bene. Sed omnia videntur paupera, cum te non habeo. Timeo de eo quod in officio tuo est. Mihi videtur quod de difficultatibus in legione loqui non vis, sed has cogitationes non audio et spero te bene acturum. Puto te laudatum esse, sed centurio non officialiter agnitus. Sed non hoc est. Dicere volo, memento a Gorgippia, sunt tribus bellicosa. Ad septentrionem Sarmatae; ad orientem Albani. Esto attentus. Sed gaudeo quod Gorgippiam muros altos circumdantes totam urbem defendunt. Et pro nobis ne cures, domus est in tali loco ut errare possis. Pater tuus Iurius Rem."

Post epistulam lectam, iam ad tabernaculum meum perveneram. Intellexi patrem meum bene vivere, sed non credere me centurionem factum esse. Post servitium domum revertar et omnia narrabo. Sed nunc quiescam.

Перевод:

5

В лагере я отдыхал, но думал о своём письме. Думал даже когда ел. Я решил пойти в голубятню. Голубятня находилась рядом с палаткой центурионов, а за ней находилась палатка легионеров. Я зашел в голубятню. Увидел десять клеток по пять голубей и одну клетку с двумя ласточками. В голубятне был Валентин. Он посмотрел на меня, а я на него и дал моего белого голубя. Но я дал кусочек своего хлеба, чтобы был корм для птиц. Валентин скрытный подумал, что это ему и сказал:

" Это мне. Хорошо весь день не ел, только работал здесь, проверял клетки и птиц. Вот твоё письмо" и вынул из перьев письмо отца. Я взял письмо и ушел из голубятни. По дороге читал письмо отца. В Письме было следующее:

"Приветствую тебя мой сын Роман. Так поживаем мы в сытости и достатке. Овец я пасу живут они тоже сыто. Но все, кажется, бедно, когда нет тебя. Я боюсь за то, что у тебя на службе. Мне кажется, что ты не хочешь говорить о проблемах в легионе, но я не слушаю эти мысли и надеюсь, что ты справишься. Я думаю, что просто тебя так похвалили, но центурионом официально не признали. Но не в этом суть дело. Хочу сказать, что помни от Горгиппии, находится воинственные племена. На севере сарматы; На востоке албаны. Будь внимателен. Но радует, что Горгиппию защищают высокие стены окружающие весь город. А за нас не переживай дом находится в такой местности что можно заблудиться. Твой отец Юрий Рем"

После прочтения письма я уже дошел до своей палатки. Я понел, что отец поживает в достатке, но не верит, что я стал центурионом. После службы я вернусь домой и всё расскажу. Но пока пойду отдыхать.

Оригинал:

VI

Mane omnium primus evigilavi, sed ne omnes excitarem, recondidi. Aquilifer nos ut semper excitavit. Sed legionarium turbatum vidit, qui aliquid perdiderat. Nigros crines, oculos fuscos, cutem leviter fuscam habebat. Prope lectum suum aliquid quaerebat. Quaesivi quid quaereret. Unum verbum dixit: "Galea". Ego quoque, sicut ille, unum verbum dixi: "Adiuvare". Sed nihil dixit, sed cogitavi silentio consensum expressisse. Circumspicere decrevi, fortasse galea eius prope inveniretur, sed vicinum eius non vidi. Abfuit an modo recessit. Cogitavi fortasse adiuvaret invenire galeam, aut fortasse nihil ad rem pertineret. Sed ad tempus extra tentorium exii et legionarium vidi, qui galeam laesam celare conabatur et prope galeam argenteam integram. Similis erat legionarii qui galeam perdiderat. Quaesivi: Cur vis celare galeam? Dixit galeam veterem suam laesam esse et rogavit ne de eo revelaretur. Intellexi eum et galeam meam dedi, ut galea alteri legionarii redderetur. Legionario cum galea perforata consilium dedi, ut meam galeam ad tempus sumeret, sed redderet. Quia galea patris mei erat. Legionario qui galeam perdiderat, dixi: "Res tuas diligenter custodi". Post consilia mea, ad ordinem redire decrevi, ut ad munus meum irem.

Перевод:

6

Утром я раньше всех проснулся, но чтоб не будить всех лег обратно. Нас как обычно разбудил аквилифер. Но увидел беспокоящего легионера, который что-то потерял. У него были черные волосы карие глаза кожа слегка смуглая. Он искал что- то рядом со своей кроватью. Я спросил о том, что он ищет. Он сказал одно слово шлем. Я также как и он сказал одно слово помочь. Но он ничего не сказал, но я подумал, он выразил молчание согласием. Я решил оглянуться может, найдется его шлем, где то рядом, но не заметил рядом его соседа. Он пропал или просто отошел. Я предполагал, что возможно он поможет найти шлем, а может он не причем. Но я вышел временно за палатку и увидел легионера, который пытается спрятать поврежденный шлем и рядом серебристый целый шлем. Он был сильно похож на того легионера который потерял шлем. Я спросил: Почему хочешь спрятать шлем. Он сказал, что у него повредился старый шлем и попросил не раскрывать про него. Я понел его и отдал свой шлем, чтоб он вернул шлем другому легионеру. Я дал совет легионеру с дырявым шлемом, что он может взять мой шлем на время, но должен вернуть. Так как шлем моего отца. Легионеру, который потерял шлем, сказал, что будь внимателен к своим вещам. После своих советов решил вернуться в строй, чтоб пойти на своё задание.

Оригинал

VII

In provincias. Ego voluit loqui ad arma amicis meis epularer nosse illos melius. Et dedit illis hanc suggestionem: "lets intelligere invicem ut sit unitum." Dixit unus ex legionnaires: "Nihil te potest colligere sicut vinum bonum."Quisque risus. Sed statim dixi, quod lets ' adepto scire nomina inter se. Dixerunt nomina eorum. Inter eos: Platon Victor Sindsky, Constantinus Petrus Tikhi, Inatiy Georgius Filosovsky, Dementia Leonid Vinogradov, Arkady Mark Fire, Iulius Mark Fire, Dimitri Mark Fire, Antonius Alexander Strannik, Nikita Alexey Vetrov. In curvo circulo collegimus et de originibus nostris et causis legionis iungendi locuti sumus.

Victor Sindo, natione Sindo, natus in stirpe bellatorum. Nigros capillos, oculos fuscos habet. Magnitudine corporis, praesertim umeris, conspicuus erat. Ad legionem voluntate sua accessit. Ut ipse credit, qui non militat, vir non est. Narrabat maiores suos diu cum Scythis pugnasse.

Petrus Tychi, natione Graecus, ex familia paupere. Familia eius Tychi deae veneratur. Capillos nigros, crispos, oculos cinereos habebat, valde macilentus, quasi non satis cibatus esset. Narrabat se intus in tunica parvam statuam Tychis servare. Ad legionem ivit, quia pater dixerat id fatum esse et deos ipsamque Tychis ita disposuisse.

Ignatius Georgius, natione Romanus, ut ipse dicebat, parentes suos nave ex Roma in Gorgippiam navigasse. Pater miles erat, quare rem militarem amabat, sed magis textus legere. Sed ipse valde macilentus, oculos fuscos habebat. Ad legionem ivit, ut et animum et corpus suum firmaret. Animum per lectionem variorum textuum, corpus per pugnam et disciplinam significans.

Dementius Vinitor, ut ipse dicebat, patrem suum vinum facere. Hoc superbus erat, cum bene merere posset. Vultus eius erat valde tranquillus, semper laetus videri. Narrabat se multos amicos habere.

Arcadius Marcus, natione Graecus, ex stirpe Spartana. Procerus, crispo capillo, oculis fuscis. Corporis habitu Platoni similis, sed eo procerior. Secundum narrationes eius, pater iusserat eum fratres suos lascivos, Iulium et Demetrium, curare, sapientiam et iustitiam docere, sicut pater eius fecerat. Sed cum fratres eius ad legionem accessissent, ipse una cum eis ivit. Me sustentabat, ut dux essem, secundum verba eius.

Iulius Marcus. Medius est in stirpe Marci. Macilentus videtur, sed fratri suo valde similis est.

Demetrius Marcus est minimus in stirpe Marci. Iulio similis videtur.

Alexander Peregrinus ex stirpe paupere. Sed, stirpem non obstante, ut philosophus loquitur et cogitat. Credit omnem fortunam a Moeris regi, quare quid resistendum filis? Quam ob rem de vita sua non curat. Videtur leviter negligenter in parte capillorum, cum longi et sordidi videantur. Nihil ei intererat, quod ad legionem duceretur. Sed ivit, quia rogatus est.

Alexius Ventus. Graecus origine, ex familia fabrorum qui instrumenta ad agrum excolendum fabricabant. Macilentus videbatur, sed manus robustas habebat; oculis caeruleis et crinibus lucidis erat. Pater faber laborat, et mater ei adiuvat; saepe domi non sunt, sed de eo curabant. Legionem ingredi noluit propter vitam asperam in legione. Quam ob rem legionem vitare conabatur. Domi in amphora magna se occultabat. Sed hoc non profuit; ab uno milite captus est. In amphora invenit me. Introrsus spectavit. Me spectabat, me existimans me ibi oblitum esse. Me abduxit.

Unde reversus fuerat, venitque in seira. Dixi ei familiam meam venire A Remo, Fratre Romuli a patre, et alter conditor graecus est. Legionem coniunxi propter amicum patris mei, sed non resistebam quia nesciebam quid in hoc situ facerem. Ego eram, antequam essem pastor. Oculos habeo fuscos, et capilli nigri sunt, colore similes cortice arboris. Nasus eius latus erat et corpus tenue erat. Post haec, circulus dimissus est. A parte vel a causa communi. Vespere autem facto surrexerunt et dormierunt. Ego enim intellexi eorum metas et cogitationes.

Перевод:

7

На заданиях. Я решил поговорить со своими друзьями по оружию, чтобы узнать их поближе. Я дал им такое предложении: "давайте поймем друг-друга, чтоб быть сплочёнными". Один из легионеров сказал:"Ни что не может сплотить как хорошее вино".Все рассмеялись. Но я сразу сказал, что давайте узнаем друг друга имена. Они сказали свои имена. Из них: Платон Виктор Синдский, Константин Пётр Тихи, Инатий Георгий Филосовский, Дементий Леонид Винодел, Аркадий Марк Огонь, Юлий Марк Огонь, Димитрий Марк Огонь, Антон Александр Странник, Никита Алексей Ветров. Мы собрались в кривой круг и рассказывали своё происхождение и причины вступления в легион.

Виктор Синдский. по происхождению синд рожден в династи воинов. Он имеет черные волосы ,карие глаза. выглядел крупно из-за плеч. Пришел легион по своему желанию. Как он считает, кто не служит, тот не является мужчиной. Он расказывал, что его предки давно бились со скифами.

Пётр Тихи по происхождению грек из бедной семьи, его семья поклоняется, богине Тихи. Он был черноволосым кудрявым, с серыми глазами очень худой кажется, что не доедал. Он расказывал, что внутри туники держит маленькую статуэтку, Тихи. Пошел в легион, так как отец сказал, что это судьба и так задумали Боги и сама Тихи.

Инатий Георгий по происхождению римлянин как он сам говорил, что его родители приплыли на корабле из Рима в Горгиппию. Отец был военным и поэтому любит военное дело, но больше любит читать тексты. Но сам выглядел очень худым глаза карие. Пошел в легион, чтобы укрепить и свой дух и тело. Дух имеет виду чтения разных текстов, а тело сражение и дисциплина.

Дементий Винодел как он говорил сам, что отец является виноделом, он гордится этим, как так можно хорошо заработать. Его лицо было очень спокойным, кажется постоянно веселым. Он расказывал, что у него много друзей.

Аркадий Марк по происхождению грек из спартанских родов. Он высокий кудрявый с карими глазами. Похож по тело сложению на Платона, но выше его. По его рассказам отец велел следить за своими озорными братьями Юлием и Димитрием учить мудрости и справедливости как его отец. Но когда его братья вступили в легион он пошел вместе с ними. Он меня поддерживал, чтобы я был лидером по его словам.

Юлий Марк. Является средним в роде Марка. Выглядит худым, но очень похож на своего брата.

Димитрий Марк является младшим в роде Марка. Выглядит как Юлий.

Александр Странник является из бедного рода. Но, не смотря на род говорит и думает как филосов. Считает, что всей судьбой управляют мойры то зачем сопротивляться нитями. Поэтому он не переживает за свою жизнь. Он выглядит слегка не опрятно в плане волос, так как кажется длинными и грязными. Ему было всё равно что его забирают в легион .Но он пошел так как его попросили.

Алексей Ветров. По происхождению грек из семьи кузнецов которые создавали орудия для пашки земли. Он выглядел худым но руки у него были крепкими у него голубые глаза и светлые волосы. Отец работает кузнецом а мама помогает ему они часто не бывают дома но заботились о нем. Он не хотел вступать в легион из за трудной жизни в легионе. Поэтому пытался избежать легион. Он прятался дома в большом кувшине. Но это не помогло его взял легионер с .Он нашел его в кувшине он посмотрел внутрь. Он смотрел на меня думая что я здесь забыл. отвел его.

Когда дошла моя очередь. Я рассказал, что мой род происходит от Рема брата Ромула от отца, а другой основателей греческий. Поступил в легион из-за друга отца, но я не сопротивлялся, потому что не знал, как поступать в данной ситуации. До этого был пастухом. У меня карие глаза и волосы у меня темный похожий по цвету коры дерева. Нос был широкий тело худое.

После круг был расформирован. Мы занимались общим делом. После вечером пошли лагерь и заснули. Для меня понел их цели и мысли.

Оригинал:

VIII

Ego evigilavi et paratus sum ad negotia mea perficienda. In aciem convenimus. Iam ire parabamus, sed centurio nos tenuit et dixit: "Hodie in castris manebitis!". Mirati sumus. "Possumusne quiescere?" interrogavi. Dixit non. Postea dixit nos agrum fruticibus purgare debere, qui prope castra nostra est. Consilium erat strategica, quia aspectum corruebat. Iimus et vidimus, putantes non esse frutices sed vepres. Non timuimus quod tam multa erant frutices, sed quod non expectas invenire. Sed mandatum accepimus et falces dederunt, ergo debemus. Laborem in quinque distribui, ubi duces praeerant. Ego et Arcadius. In meam partem veniunt Plato, Petrus, Demetrius, Ignatius. In partem Arcadii veniunt Julius, Demetrius, Alexander, Alexius. Cum mea pars omnino fessa erit, pars Arcadii nos substituet, et cum eius fessa erit, nos substituemus. Consilium meum exposui, omnes consenserunt. Iimus. Falcibus caedebamus caules fruticum, progredientes ulterius. Incidebant caules qui non statim caedebantur et paucos ictus requirebant ut in terram deicerentur. Steti, et illas partes fruticum tulimus ut via munda fieret. Recessimus, et pars Arcadii nos substituit. In quiete Ignatius et Plato de historia gentis suae disseruerunt. Plato narrabat Scythas, antecessorum suorum tempore, magnam potentiam et divitias habuisse. Possessiones suas equis percurrebant. Terram suam tamquam viam mercandi spectabant, sed opinionem localium non habebant. Praefecti sui contra Scythas gladiis pugnaverunt. Cum de historia loquerentur, ego cum Ignatio loquebar. Narrabam me domum desiderare. Ignatius consolabatur et dicebat: "Talem tibi viam incrementi esse, et oportet te pati, et tunc pater te fortem aestimabit." Postea ad nos Arcadius accessit et narravit partem factam esse et opus esse mutare. Narravit etiam Alexium melius egisse et plus fecisse propter celeritatem. Miratus sum et laudaveram eum pro opere celeri. Deinde ad nostram turmam venit. Nos incidebamus has frondes, ego in medio eram, dextra Plato et Petrus, sinistra vero Demetius et Ignatius. Continuabamus usque ad punctum quo terram puram vidimus. Sed post eam erant frondes, quod nos mirabundi fecit. Circumspiciebamus ad sinistram partem, inane erat; spectabamus ad dextram, ibi homo quiescens sedebat super tela rubra cum vino, et iuxta gladius. Is erat Valentinus Occultus. Nos spectavit et dixit: "Quid hic agitis?" Diximus: "Iussi sumus purgare." Surrexit et dixit: "Locum quietum vidistis, et postea locum inanem videbitis." Rogavi: "Quid hic agitis?" Valentinus dixit: "Hic quiesco." Miratus sum et dixi: "Sed quid de hostibus?" Breviter dixit: "Urtica procul defendit." Et ad castra abiit. Nos hoc loco finivimus et ad turmam Arcadii ivimus et de Valentino narravimus et de urtica purganda. Arcadius miratus est quoad Valentinum Occultum in frondibus vidisset. Et rogavit quid faceret. Dixi eum quiescere et iussisse nos ad opus ire. Ille ivit, nos quiescebamus. Ignatius me rogavit qua de causa omni die in fine scribam in folia, de quo scribam. Dixi me vitam meam scribere. Et folia non solum ad scribendam vitam meam, sed etiam ad memoriam utor, et dixi esse folia separata ad litteras ad propinquos.

Interrogavi eum quid nunc legeret et quid in legendō amāret. Dixit se nihil nunc legere, sed informationem de omnibus rebus coniunctis accipere libēre. Narrābat se scīre velle quomodo militum vītam facilius redderet et inimicōrum difficiliōrem. Interrogāvī: "Et invenisti responsa quaestionibus tuis?" Dixit: "Nondum. Scio nunc urtīcam bene ad calefaciendum in frigore prodesse." Post colloquia, Arcadius et eius grex advenērunt. Arcadius querebātur omnes in grege manūs rubras et ardentēs habēre. Nescībat quid faceret. Ignati us dixit: "Ad medicōs celeriter īte." Ille cum grege ad medicōs iit. Post discessum gregis Arcadii, Valentinus Scrytus advenit. Dixit Leonem Juliūm Zverev, qui imperāverat, ut post purgationem fruticum in castra redire posset, et urtīcam medici acciperent, reliqua autem alii legiōnāriī crās tollerent. Ego et mea grex laeti erāmus, sed interrogāvī ubi esset altera pars meae gregis. Valentinus dixit eos iam curātōs esse. Ego placātus in castra iī. Post reditum autem cubitum īvī.

Перевод:

8

Я проснулся и готов выполнять свои дела. Мы собрались в построение. Уже хотели пойти, но нас остановил центурион и сказал: "Сегодня остаётесь в лагере!". Мы были удивлены." Мы можем отдохнуть- спросил я. Он сказал нет. После сказал, что должны очистить поле от кустов, которое находится рядом нашим лагерем. Цель имела стратегичую. Так как портит вид. Мы пошли и увидили ,думали, что это не кусты а заросли. Страшно не за то, что очень много кустарников, а в том, что не ожидаешь что найдешь. Но нам дали задание и серпы дали значит должны. Я распределил работу по пять человек, где управляют лидеры. Я и Аркадий. В мою группу входит Платон Пётр Дементий Игнатий. Группа Аркадия Юлий Димитрий Александр Алексей. Когда моя группа полностью устанет группа Аркадия заменит и когда его устанет, мы заменим. Я расказал свой план все согласились. Мы пошли. Серпом резали стебель кустарников уходили дальше. Попадались стебли, которые не сразу рубились и нужно пару ударов, чтоб свалить на землю. Мы остановились, взяли эти части кустов чтобы получилась чистая дорожка. Мы отошли, и группа Аркадия нас заменили. На отдыхе Игнатий и Платон обсуждали об его истории народа. Платон расказывал, что скифы при его предках имели огромное влияние и богатство. Свои владения они проходили на конях. Смотрели на его земли как способ торговать, но не учитывать мнение местных. Его предки сражались против скифов с помощью мечей. Когда они говорили о истории я разговаривал с Игнатием. Я расказывал, что скучаю по дому. Игнатий утещал и говорил: таков путь взросления для тебя и надо потерпеть и тогда отец посчитает тебя смелым. После к нам подошел Аркадий и расказал что сделали часть и нужно заменить. Еще расказал, что Алексей лучше справился и сделал больше из-за скорости. Я удивился и похвалил его за быструю работу. Пришла очередь моей группы. Мы срезали эти кусты, я был в середине, справа были Платон Петр, а слевой Дементий и Игнатий. Мы продолжали до того момента когда не увидели чистую землю. Но за ней были кусты, что дало нам удивление. Мы расмотрелись в левую сторону пусто, посмотрели в правую там был отдыхающий человек, который сидел на красной ткани с вином, а рядом гладиус. Это был Валентин Скрытный. Он посмотрел на нас сказал: вы здесь делаете? Мы сказали, приказали чистить. Он встал и сказал: Вы увидели тихое место, а потом увидите пустое место. Я спросил, что вы здесь делаете. Валентин сказал: отдыхаю здесь. Я удивился и сказал: а как же враги. Он сказал кратко: крапива. защищает в далеке. И ушел в лагерь. Мы на этом моменте закончили и пошли к группе Аркадия и расказали о Валентине и что убирать крапиву. Аркадий удивился в плане, что увидели Валентина Скрытного в кустах. И спросил, что он делал я сказал, что отдыхал и приказал идти на работу. Он пошел, мы отдыхали. Меня спросил Игнатий о том, с какой целью я каждый конец дня пишу в листы о чем пишу я. Я расказал что пишу свой жизнь. А листы использую не только чтобы писать свою жизнь но и напоминание и рассказал что есть отдельные листы для письм родственникам. Я его спросил, что он сейчас читает и что он любит в чтении. Он сказал что пока ничего не читает но любит получать информацию о всем что связано. Он расказывал, что хочет узнавать, как облегчить жизнь солдат и усложнить врагам. Я спросил: А ты нашел ответ на свои вопросы. Он сказал: пока нет. Я пока знаю, что крапива хорошо помогает в согревании в холодную погоду. После разговоров пришли Аркадий и его группа. Аркадий жаловался на то, что у всей его группы ладоши красные и горят. Он не знает что делать. Игнатий сказал, иди к медикам скорей. Он с группой пошел к медикам. Пришел после ухода группы Аркадия Валентин Скрытный. Он сказал Леонид Юлий Зверев тот, кто отдавал приказ, что после очистки кустов можно возвращаться в лагерь, а крапиву возьмут медики, а остальное другие легионеры уберут завтра. Я и моя группа были рады, но я спросил, где другая часть моей группы. Валентин сказал, что они уже выличились.Я успокоился и пошел в лагерь. А после возращения лег спать.

Оригинал:

IX

Mane tranquillum erat, aquilifer cornu sonabat. Surrexi, contubernium meum collegi et iam ad officium meum perficiendum proficisci volebam. Ad me accessit mirabiliter Valentinus, qui iussit omnes primo ad Necropolim ire, et post orationes licere ad negotium pergere. Admiratus quaesivi de causa conventus et quid futurum esset. Valentinus Victor Secretus dixit primipilum principalem orationem nobis dicturum esse. Postea se vertit et abiit. Ego contubernales meos colligere coepi. Postquam narravi eos ad Necropolim ire oportere. Subito Valentinus apparuit, quasi volasset. Dixit eos per viam principalem non ituros. Timebat tempus perdere, et viam brevem se nosse et nos eum sequi oportere. Nos eum simpliciter sequebamur, dum ad Necropolim ambulabamus. Cum ad Necropolim pervenimus, silentium regnabat. Sepulcra diversis saeculis aedificata erant. Erant sepulcra ubi fabulae de laboribus Herculis pictae erant. Erant etiam sepulcra ubi gladii Romani in terram fixi erant. In nonnullis etiam sepulcris urnae erant. Plato Victor Sindicus dixit in his urnis pisces esse, qui militibus dabantur. Quanto plures pisces, tanto plures hostes vicerat. Iactabat maiores suos multos pisces accepisse .Exspectabam et exspectabam dum ceteri venirent; praeter contubernium nostrum nemo aderat, sed puto hoc temporarium esse. Postea quattuor contubernia simul venerunt. Postea aquilifer cum centurione venit. Contubernia in linea instructa erant. Et cuique contubernio primipilus anteibat. Centurio principalis se vertit, et nos omnes aspexit. Postea longam orationem habuit: "Salvete. Nuntiare vobis debeo Scythas Sarmatasque tribus ab septentrione impetum facere. Causa impetus fames est. Per generationes pecora et ornamenta ducibus eorum dedimus. Sed fames eorum ad divitias et potentiam dat iustificationem impetendi urbes et vicos nostros. Probatio sepulcra in Necropoli sunt. Haec probant famem Scythicam iam ab antiquis temporibus fuisse. Et eis non interest Maeotes Sindus Graecus an civis Romanus ante se sit; interest eis divitias vi obtinere, non verbis. Nobis defensionem et disciplinam augere debemus. Disciplina exprimitur magis et studiosius praecepta perficiendo, horrea custodiendo, violatores capiendo, et etiam hostes observando. Licet vobis abire. Diis gratias!" Postea quisque per contubernium abiit. Nos ultimi abivimus. Cum ad locum nostrum pervenimus, negotium perficiebamus. Vesperi aliud contubernium nos substituit.

Перевод:

9

Утро было спокойным, аклифер гудел в рог. Я встал, собрал свою группу и уже хотел пойти выполнять свой долг. Ко мне подошел удивительно Валентин, что все должны пойти прямо Некрополь сначала, а после речей разрешено идти на задание.

Я удивлен и спросил об причине собрания и что будет. Валентин Виктор Скрытный сказал, что главный примипил скажет нам речь. После он повернулся и ушел. Я пошел собирать своих. После расказал, что нужно пойти к некрополю. Внезапно Валентин появился, как будто прилетел. Сказал, что они не пойдут по основному пути. Боялся потерять время, а он знает короткую дорогу и нужно следовать за ним. Мы просто ходили за ним, когда ходили к некрополю. Когда пришли в некрополе стояла тишина. Склепы были построены в разные века. Были склепы, где были сюжеты подвигов Геркулеса. Также были могилы, где были римские гладиусы вколотые в землю. Также на некоторых могилах были урны. Платон Виктор Синдский сказал, что в этих урнах есть рыба, она дается воинам. Чем больше рыб, тем он много побеждал врагов. Он хвастался, что у его предки получили много рыб. Я ждал и ждал когда остальные придут кроме нашей группы не было ни души, но думаю это временно. После пришли еще 4 группы одновременно. После пришел аквилифер вместе с центурионом. Группы были построены в линию. И каждой группе впереди стоял примипил. Главный центурион развернулся, посмотрел на нас всех. После он говорил длинную речь: "Приветствую. Мне нужно доложить вам, что с севера нападают скифские, сармансткие племена. Причины нападения голод. Поколением мы давали им скот и драгоценности их вождям. Но их голод к богатству и влиянию дает оправдывать нападения на наши города и поселения. Доказательство могилы в некрополе. Они доказывают, что скифский голод был еще с древних времен. И им не важно меот,синд, грек или гражданин Рима пред ним важно им получить богатство силой, а не словом. Для нас мы должны усилить защиту дисциплину. Дисциплина выражается больше и усердно выполнять приказы охранять хранилище ловить нарушителей и также наблюдение за врагами. Разрешаю уходить. Хвала Богам!» После каждый по группе уходил. Мы ушли последними. Когда пришли на своё место выполняли задание. Вечером нас заменяла другая группа.

Оригинал:

X

Cotidianē id faciebāmus. Sed nihil accidēbat. Sic mēns perācta est ex initiō servitūtis et post verba centuriōnis. Alexander Peregrīnus mēcum de verbīs prīncipis centuriōnis colloquēbātur. Terrārum statum intellegentem laudābat. Ego autem de hostium impetū sollicitus eram. Timēbam nē nōn agerent foedus et omnia in eōrum itinere dēlerent. Alexius Vētrō timēbat nē hostēs eum oppugnārent et mortem cruciālem ei inferrent. Victōr Sīnskī tranquillus erat, cogitāns sē maiōrum suōrum facta repetitūrum esse, sed ei nōn placēbat animus in nostrō grege propter timōrēs nostrōs. Consolābātur dicēns omnēs hostēs simul vincēmus. Sed ego iussī sermōnēs intermittī et in rem intendere. Tamen intellegēbam diū difficillimum esse celāre sē hostī occultō. Cum tam multī hominēs in hāc urbis parte essent et omnēs sē bene cognōscerent. Sic Dēmentius Vīnifex dīcēbat. Omnia quiēta erant usque ad ūnum casum. Meus grex et ego ut sōlitum custōdiēbāmus. Postea vespēr advenit, in castra rediimus. In castrīs ipse Valentīnus Victōr Scrīptus erat, in oculō suō sinistrō livōre. Meō oculō spectāvit et in tentōriō iussit ut ulterius imperārem. In tentōrium intrāvī, iuxtā sedēbat legiōnārius cum capillīs fulgidis et oculīs fuscīs, sed sub oculīs saccōs habēbat. Iuxtā eum sēdī. Contrā nōs erat Valentīnus Scrīptus. Narrābat sē per viās vespere ambulāsse, ordinem spectāsse, in tunicā albā cum gladiō fuisse. In forīs procul hominem vīdit. Ex igne aliqua dētailia vīdit. In manū dextrā cultellum argenteum vidit, qui relūcēbat, et in sinistrā nihil, sed in humerō tunicam albam gestābat. Vestis ex pellē griseā cōnstat. Faciem ūstulābant vibrissae nigrae. Accessīre statuit. Manū sinistrā in oculum meum percussit et statim sē celāvit. Dīcēbat eum quaerendum et capiendum esse. Postea Valentīnus Scrīptus abiit. Ego cum eō remansī. Nomen meum quaesīvit. Nomen meum dīxī et eius nomen quaesīvī. Dīxit sē Leonīdum Constantīnum Volkov vocārī. Est dux suī gregis, qui meum gregem vespere succēdit. Postea dīxit. Ex facie tuā intellegō. Dīxī mē ducem diurnī gregis esse. Post sermōnēs ex tentōriō exiimus, Leonīdus ad negōtia peragendā abiit, ego

Перевод:

10

Мы делали это каждый день. Но ничего не происходило. Так прошел месяц со дня начала службы и после слов центуриона. Александр Странник общался со мной о словах главного центуриона. Он хвалил в понимании положения земель. А я переживал за нападение врагов. Боялся, что они не будут договариваться и разрушат все на своем пути. Алексей Ветров боялся тому, что враги могут напасть на него и дадут мучительную смерть. Виктор Синдский был спокоен думал, что он повторит подвиги своих предков, но ему не нравился настрой в нашей группе из за наших опасений. Он утешал тем, что говорил всех врагов, одолеем вместе. Но я приказал отставить разговоры и сосредоточиться на деле. Хотя понимал что днем очень трудно пропасть для скрытного врага. Так как очень много народа в этом части города и что хорошо все друг друга знают. Так говорил Дементий Винодел. Все было спокойно до одного случая. Моя группа и я охраняли как обычно. Позже наступил вечер, мы вернулись в лагерь. В лагере был сам Валентин Виктор Скрытный, на его левом глазу был синяк. Он посмотрел на меня одним глазом и приказал в палатку, чтобы дать дальнейший приказ. Я вошел в палатку, рядом сидел легионер со светлыми волосами и карими глазами, но под глазами мешки. Я сел рядом с ним. Напротив нас был Валентин Скрытный. Он рассказывал, что он ходил по улицам вечером, следил за порядком, был в белой тунике c гладиусом. На улице в далеке он увидел человека. От огня он увидел некоторые детали. Он увидел в правой руке серебряный нож, который отражался, а в левой ничего, но на плече держал белую тунику. Одежда состояла из серой шкуры. Лицо видны черные усы. Он решил подойти. Ударил левой рукой в мой глаз и сразу скрылся. Говорил, что нужно его найти и поймать. После Валентин Скрытный ушел. Я остался с ним. Он спросил моё имя. Я назвал свое имя и спросил, как его зовут. Он сказал, что его зовут Леонид Константин Волков. Он лидер своей группы, которая сменяет мою группу вечером. Позже он сказал. По лицу мне видно. Я сказал, что я лидер дневной группы. После разговоров вышли из палатки Леонид пошел выполнять задания я спать.

Оригинал:

XI

Mane evigilavi et collegium meum congregavi.Hostis occultus et consilia eius me inquietabant. Dummodo, fortasse Scythae esse possunt, suspicari possumus.Ad locum nostrum venimus. Collegium meum in partes dividere decrevi dum frutices purgarentur. In collegium meum et collegium Arcadiae. Collegium meum custodit, alterum omnia occulta loca explorat et quid invenerint, sive hunc hostem occultum, sive aliquid quod ad eum pertinet. Collegium Arcadiae ornamentum in modum gladii in funiculo invenerunt, sed ex quo materia factum sit, incertum est. Prope aedificium cum commeatu invenerunt. Ignatius Philosophus suspicatus est posse esse ornamentum Scythicum, quod ad nobilem virum pertineret. Demens Vinarius rem spectans dixit se habere amicum, qui in his rebus peritus esset. Ostendit ubi amicus eius esset, in taberna laborans ut artifex ornamentorum nomine Cosmos. Taberna eius erat directe in via.Itaque, Arcadio duce relicto, profectus sum. Tabernam celeriter inveni propter lapidum clarorum multitudinem. Senex ex taberna egressus est. Me interrogavit quomodo iuvare posset. Ego, tacitus, ei ornamentum dedi. Et postea dixi: "Me interest, ex qua materia factum sit et cui genti pertineat."Ornamentum accepit, superficiem eius tetigit et attentius spectavit. Dixit materiam ex osse factam esse, et ornamenta gentis Albanorum Caucasorum. Post explicationem, ornamentum accepi. Artifex ornamentorum etiam interrogavit, si ornamenta pro propinquis vel comitissa acciperem. Dixique me recusaturum esse.Ad collegium meum redii et originem possibilis narravi. Decidi ulterius quaerere quid invenire posset hunc Scytham occultum. Sed quaesita successum non attulerunt. Quia nullae erant res suspectae, quae probarent hostem in collegio laborare posse. Cum quaererem, iam vesper advenit. Ad castra rediimus, ego non dormiebam, et fortasse Leonidas quoque.

Перевод:

11

Утром я проснулся и собрал свою группу. Меня не давало покоя скрытный враг и его цели. Пока можно предположить, что может быть это скиф. Мы пришли на наше место. Я решил разделить группу на части когда убирали заросли. На мою группу и группу Аркадия. Моя группа охраняет, другая проверяет все скрытные места и что они найдут либо этого скрытного врага, либо то, что возможно связанно с ним. Группа Аркадия обнаружили украшение в виде меча на веревке, но не понятно из какого материала. Они нашли около здания с продовольствием. Игнатий Филосовский предположил, что это может быть скифское украшение, которое принадлежит знатному человеку. Дементий Винодел посмотрел на вещь сказал, что у него есть знакомый, который понимает в этом. Он показал, где находится его знакомый он, находился в таберне работает мастером по украшениям по имени Космос. Его таберн находился прямо по улице. Я пошел, оставив Аркадия в качестве лидера. Я нашел таберн быстро из-за количество ярких камней. Из таберна вылез старик. Спросил меня, чем может помочь. Я, молча, дал ему украшение. И после сказал: "Меня интересует, из какого материала сделан он и какому народу принадлежит" Он взял украшение, потрогал его поверхность и посмотрел на него внимательнее. Он сказал, что материал сделан из кости, а украшения народа кавказских албанцев. После объяснения я взял это украшение. Мастер по украшениям также спросил, не возьмет ли украшения для родственников или спутницы. Я сказал что откажусь. Пошел своей группе и рассказал возможное происхождение. Я решил дальше искать то, что может найти этого скрытного скифа. Но поиски не принесло успеха. Так как не было подозрительных вещей, которые доказывали, что враг может работать в группе. Когда искал уже наступил вечер. Мы вернулись в лагерь я не спал и думаю Леонид тоже.

Оригинал:

XII

Mane prope tentorium meum sedebam, diluculo experrectus. Leonidum exspectabam. Illud ornamentum gladii formae Valentino dedi. Valentinus Victor Occultus hodie ad me accessit. Dum sedebam et aurora spectabam. Accessit ad me Leonidas. Dixit se invenisse rem, facem extinctam, prope commeatum. Deinde quaesivit ubi nunc esset. Dixit se dedisse primipilo suo, Maximo, Maximi Spartaco. Hic homo imperavit ut illas frutices purgarent, sicut narravit, quid esset. Deinde dixit se redire ad dormiendum. Leonidas abiit ad suam manum ad somnum praeparandum. Ego meam manum collegi, et ad negotium ivimus. Circa Hippocratem convenimus. Statuimus invenire illum nocturnum Scythae in Thermopylis. Scimus eum esse sinistram et praeterea barbam rasisse, ne caperetur. Ego decrevi Dementium capere, quia multos amicos habebat et ei facilius erat cognoscere. Thermopolium ingressi sumus, nemo erat praeter unum hominem et thermopolii procuratorem. Prope mensam erat vir, qui sedebat et pisces assos et pullum cum lentibus et pane edens, et prope carnem erat mel cum vino et ficis. Nigros longos capillos usque ad collum habebat in tunica alba, et prope magnum sacculum. Galeam deposuimus, iuxta sedimus et exspectavimus dum omnia edisset. Ille suspicionem cepit. Quia mane omnibus negotia sunt et nemo in thermopolio sedet. Etiam sinistra manu edens erat, et Dementius eum non cognoscebat, quod etiam suspicionem augebat. Cum edere finivisset, ad eum accessimus. Cum se convertisset et nos vidisset, admiratione perterritus est. Et nos interrogavit quos quaereremus. Diximus neminem. Ille discedere statuit. Sed sacculus rumpitur et exivit cultellus argenteus et novacula et multus pelles. Intellexit nos iam suspicari. Et fugere noluit. Eum cepimus et ad manum duximus. Dixi manui nos eum cepisse. Et in castra duximus. Ad Valentinum Victorem Occultum duximus. Et postea ad negotium ivimus. Credo eum interrogatum iri. Diu ego et alii homines eum quaesivimus et invenimus. Gaudeo me hoc negotium perfecisse et postea de urbe non tam sollicitus esse posse.

Перевод:

12

Утром я сидел около своей палатки я проснулся пораньше. Ждал Леонида. То украшение в виде меча дал Валентину. Валентин Виктор Скрытный сегодня подходил ко мне. Когда я сидел и смотрел рассвет. Подошел ко мне Леонид. Сказал, что он нашел вещь потухший факел рядом с продовольствием. После спросил о том, где он сейчас. Он сказал, что он отдал своему примипилу Максиму Максима Спартаку. Этот тот человек приказал убирать те заросли как он рассказывал, кем приходится. После сказал, что возвращаюсь спать. Леонид пошел подготавливать ко сну свою группу. Я собрал группу, и мы пошли на задание. Мы собрались около Гипократта. Решили найти этого ночного скифа в термополиях. Нам известно, что он левша и дополнительно бороду сбрил, чтобы не поймали. Я решил взять Дементия, так как у него много знакомых и ему легче определить. Мы зашли в термополий никого не было кроме одного человека и управляющим термополии. Около стола был мужчина, который сидел и ел жареную рыбу и курицу вместе с чечевицой и хлебом, а рядом с мясом был мед с вином и инжиром. У него были черные длинные волосы до шеи в белой тунике, а рядом большой мешок. Мы сняли шлем сели рядом и ждали когда все доест. Он пал под подозрение. Так как утром у всех дела и в термополии никто не сидит. Еще он ел левой рукой и Дементий не знал его это тоже подозрение. Когда он закончил, есть мы подошли к нему. Когда он обернулся и увидел нас, вздрогнув от неожиданности. Он и спросил нас о том кого ищете. Мы сказали никого. Он решил уйти. Но сумка порвалась и выпал серебряный нож и бритва и много меха. Он понел, что мы уже заподозрили. И он не захотел сбегать. Мы взяли его и подвели к группе. Я сказал группе, что мы поймали. И отвели в лагерь. Отвели к Валентину Виктору скрытному. И после пошли на задание. Думаю, его допросят. Долго я и другие люди искали его и нашли. Я рад, что я сделал это дело и можно после не переживать так за город.

Оригинал:

XIII

Post capturam huius Scythae, reliqui dies quiete transiguntur. Custoditur et interrogatur. Res eius relictae sunt. Valentinus Victor Scrytnus adhuc nullas missiones dedit nec apparuit. Petrus Tichius constanter orat ut legio victoriam celerem obtineat. Arcadius fratres observat ne tumultum faciant. Constitui cognoscere statum aliarum urbium. Rogavi Ignatium Philosophicum de hoc. Dixit, ex parte urbis Theodosiae, frequentem esse quaestionem cum gente Taurensi. Tauri vivunt ruina et fortasse tales actiones Scythae sustinent, sic dixit. Sed postea dixit, fortasse, quia Scythas contra bellum cum Persis non sustinuerunt, proprias utilitates habent. Prope autem urbes Gorgippiam et Bathan tranquillius est. Sindi tranquilliores sunt quam Tauri. Ut dixit Plato Sindo, propter antiquam inimicitiam cum Scytis, cum Graecis et Romanis coniuncti sunt. Nos die urbem custodiebamus, et vesperi paulo loquebamur de oppositione cum Scytis. Loquebamur etiam quid alii legionarii facerent. Intellexi eos in partes divisos esse: legionarios custodes, id est nos, et alios, exempli gratia Leonidum Volkov, qui ordinem servant. Possunt etiam custodire non solum urbes, sed etiam castra. Legionarii speciales sunt furmentarii et medici. Alii aquam et cibum portant. Alii legionarios a vulneribus curant. Hi ultimi legionarii facient quod centuriones decernent. Solent legionarios custodes capere, exempli gratia meam partem, sed possunt etiam medicos capere si opus est. Aut fodiunt, aut agrum a fruticibus purgant. Inter gentes, in nostro legione plerique sunt Sindi, ceteri Romani et Graeci. Exempli gratia, Leonid Volkov originem Sindicam et Graecam habet. Id ab ipso post capturam cognovi. Urbem custodirem ultra, donec ipse Valentinus Victor Scrytnus advenisset ut missionem daret.

Перевод:

13

После поимки этого скифа остальные дни проходят пока спокойно. Он под охраной и допрашивают. Его вещи оставили. Валентина Виктора Скрытного пока заданий не давал и даже не появлялся. Петр Тихи постоянно молится чтоб легион получил быструю победу. Аркадий следит за братьями, чтоб не творили беспорядок. Я решил узнать какое положение у других городов. Я спросил у Игнатии Философского об этом. Он говорил, что со стороны города Феодосии частая проблема с народом таврами. Тавры живут разрушением и возможно поддерживают такие действия скифы так говорил он. Но после сказал он, что он говорил, возможно, так как они не поддерживали скифов против войны с персами имеют свои интересы. А рядом с городами Горгиппией и Бата все спокойнее. Синды более спокойнее, чем тавры. Как говорил Платон Синдский из-за древней вражды со скифами объединились с греками и римлянами. Мы днем охраняли город, а вечером немного разговаривали на тему о противостоянии со скифами. Также разговаривали, что делают другие легионеры. Я понел, что они разделены на группы легионеры охраняющие, то есть мы и другие пример Леонид Волков, которые следят за порядком. Также они могут охранять не только города, но и лагерь. Особые Легионеры это фурментарии и медики. Одни перевозят воду и еду. Другие лечат легионеров от ран. Последние легионеры будут выполнять то, как решат центурионы. Обычно берут легионеров охраняющих пример моя группа, но могут взять и медиков если нужно. Они либо копают, либо чистят поле от кустов. По народам у нас в легионе большинство синды, а остальные римляне и греки. Пример Леонид Волков имеет синдское и греческое происхождение. Я узнал от него самого после поимки. Я бы дальше охранял город, пока не подошел сам Валентин Виктор Скрытный, чтобы дать задание.

Оригинал:

XIIII

Mane ad me accessit Valentinus Victor Scrytus. Narravit mihi cras totam cohortem in castris secretis, quae in confinio sita sunt, futuram esse. In castris nemo erat et custodienda erant. Interrogavi de spatio temporis. Quot dies manere debemus? Dixit spatium quinque dierum. De cibis quoque et potu tractavimus. Cibus erit fabis et carne, aqua autem in duobus urceis, ad duas hebdomades supputata. Valentinus Scrytus, tacitus, parvum urceum vacuum dedit, dicens: "Adhuc implebis." Postea ad urbis custodiam profectus sum. Cohorti meae narravi cras in alia castra, quae procul sunt, proficisci debere et urceum implere. Ad hoc opus se obtulit Demetrius. Dixit se aquam ex puteo hausturum esse et viam scire, et secum duxit Alexium Vetrov. Arcadius mihi explicavit se ad puteum in modum claviculae ivisse, dicens ibi aquam bonam et puram non solum plebeios, sed etiam centuriones et milites capere. Miratus sum et cupiebam illum puteum videre, sed statui hic manere, ne disciplinam violarem. Nihil igitur accidit. Fortasse hostes nos timent, quod unus ex eis captus est. Sicut semper, ad castra rediimus et dormivimus. Mane omnes circa castra, iuxta plaustrum, steterunt. Valentinus monuit urceos et cibum adesse. Urcei gravissimi sunt, dixit. Tota cohors mea in plaustro vili vectanda erit. Auriga sedebat et exspectabat, quando proficisceremur. Cum ad plaustrum accessimus, surreximus et singillatim ingressi sumus. Cum omnes sederent, plaustrum movit, et profecti sumus. Cum plaustrum ab castris recederet, Valentinus nos spectabat, dum proficiscimur. Ego in alia parte plaustri eram et ad urceos me inclinavi, spectans, dum a me recedit Valentinus Victor Scrytus.

Перевод:

14

Утром ко мне подошел Валентин Виктор Скрытный. Он рассказал, что завтра вся группа будет в секретном лагере, который находится на границе. В лагере никого нет и нужно посмотреть за ним. Я спросил срок. Сколько дней мы должны быть. Он сказал срок пять дней. Также обговорили вопросы еды и питья. Еда будет бобы, и мясо, а вода будет в двух кувшинах рассчитанные на две недели. Валентин скрытный дал, молча небольшой пустой кувшин, сказав, что еще наберешь. После я пошел на охрану города. Рассказал своей группе, что завтра мы должны быть в другом лагере, который находится далеко. И нужно заполнить кувшин. На это задание вызвался Дементий. Он говорил, что он наберет воду в колодце и знает дорогу и взял с собой Алексея Ветрова. Аркадий объяснил мне, что он пошел к колодцу в виде ключа говорят здесь очень берут хорошую чистую воду не только плебеи, но и даже центурионы и легионеры. Я был удивлен и хотелось посмотреть на этот колодец, но решил стоять здесь, чтобы не нарушать дисциплину. Так ничего не происходило. Возможно, враги боятся нас, что одного из них поймали. Мы как всегда вернулись в лагерь и поспали. Утром все стали около лагеря рядом с повозкой. Валентин предупредил, что кувшины и еда есть. Кувшины очень тяжелые сказал он. Вся моя группа должна поехать на дешевой повозке. Повозчик сидел и ждал когда поедем. Когда подошли к повозке встали и заходили по одному. Когда все сели повозка тронулась, мы поехали. Когда повозка отдалялась от лагеря. Валентин смотрел на нас как мы уезжаем. Я был в другой стороне повозки и прислонился к кувшинам и смотрел, как от меня отдаляется Валентин Виктор Скрытный.

Оригинал:

XV

Totum diem equitabamus. Via quieta erat, etiam in plaustro. Fratres Arcadii de his quae in hoc longo itinere viderant disserunt. Alter alteri solem dixerunt. Ceteri aut viam spectabant aut dormiebant, sic vires conservantes. Ego autem viam spectabam, et quantum itineris per solem conficeremus, aestimabam. Ille per caelum videbatur celeriter ire, sed iter non. Tempore ipso obdormivi. Omnis grex ex plaustri mora excitatus est. Vesper erat, plaustrum iuxta castra stabat, quae fruticibus tecta erant. Descendi ex plaustro. Primo ambulare difficile erat, sed celeriter assuevi. Ad plaustrarium accessi. Vir erat magnae staturae, leviter canities in capillo, et rugae per corpus. Ex plaustro egressi sumus, et etiam cibum et aquam cepimus. Plaustrarius voce clara et rauca dixit tentorium in his castris esse, et ibi quoque dormire posse. Dixit etiam prope flumen Tanaim esse. "Omnia quae trans flumen sunt, terrae Scytharum." Sic dicebat. Post verba, plaustrum movit et abiit. Luna lucida erat, sed dormire non volebamus. Tenebrae erant, et castra oblita quasi antiqua delere decrevimus.

Перевод:

15

Мы ехали весь день. На дороге было спокойно и даже в повозке. Братья Аркадия обсуждали о том, что увидели в этом долгом пути. Друг-другу сказали солнце. Остальные смотрели либо дорогу или спали так берегли силы. Я то смотрел на дорогу ориентировался, сколько проходим путь по солнцу. Оно проходило по небу кажется, быстро, а путь нет. Со временем я заснул. Вся группа проснулась от остановки повозки. Был вечер, повозка стояла около лагеря, который покрылся кустарниками. Я спустился с повозки. Было сначала трудно ходить, но быстро привык. Я подошел к повозчику. Это был мужчина крупного телосложения, слегка имелась сидена на волосах, а также морщины по телу. Мы вышли из повозки и также взяли еду и воду. Повозчик звонким и хриплым голосом сказал, что палатка в этом лагере и там же есть поспать. Также сказал, что не подалеку есть река Танаис. "Все что за рекой земли скифов". Так говорил он. После слов повозка тронулась и он уехал. Луна светилась, но нам не хотелось спать. Было темно, решили убрать забытый как будто древний лагерь.

Оригинал:

XVI

Matutino omnes frutices delevimus. Plantae prope muros purgatae sunt. Muri post purgationem minus antiqui visi sunt. Portae portae graves erant. Ideo decuplo aperiebantur. Sic duas partes portae aperuimus et in cor castrorum intrabamus. Intra castra magna sed vacua erat tabernaculum. Hic nos collocavimus. Amphoras posuimus, et prope fabas. Etiam unam ligo inveni, quae prope castra erat. Postea de quaestione quid ageremus cum fruticibus cogitare coepimus. Cum Arcadio de hoc cogitabam. Ille proposuit herbam procul ferre, ne putarent esse nostra. Ego autem proposui sepelire, ut omnino non invenirent. Sed lectos non inveniebamus, non erant. Placuit partem herbae capere, ut in eis dormiremus. Sicut Spartani dormiemus. Arcadiae turma herbam portabat et ligone sepeliebat. Mea turma in castris sedebat. Cum venissent, Arcadus dixit partem attulisse, sed fessos esse. Dixi ei posse cras sepelire. Vesperi fabas comedimus, et aquam bibimus. Bene nobis erat. Cogitabam cras totam turmam vicissim terram effodere, ut herbam sepeliremus. Post prandium ad reditum in castra nostra pararemus. Vita legionaria cum proeliis et diplomatia pars parva vitae legionariorum et legionis est. Sunt dies tranquilli, ubi nos vel alii parva opera facimus. Sed hoc magni momenti est ex alia parte.

Перевод:

16

Мы убрали все заросли на утро. Растения около стен были очищены. Стены после очистки стали не такими старыми. Двери ворот были тяжелыми. Поэтому мы открывали десятерном . Так мы открыли две части ворот и вошли в сердце лагеря. Внутри лагеря была большая, но пустая палатка. Мы здесь основались. Поставили кувшины, а рядом бобы. Также я нашел один заступ, который находился рядом с лагерем. После начали обдумывать вопрос о том, что делать с зарослями. Я думал с Аркадием об этом. Он предложил отнести подальше траву, так чтобы не подумали что это наше. А я предложил закопать, чтоб вообще не нашли. Но мы не находили кровати их не было. Решили взять часть травы, чтобы на них спать. Как спартанцы будем спать. Группа Аркадия переносила траву и закапывали заступом. Моя группа сидела в лагере. Когда они пришли Аркадий сказал, что часть принесли, но устали. Я сказал, что он может закопать завтра. Мы вечером поели бобы, и выпили воды. Было для нас хорошо. Я планировал, что завтра вся группа будет выкапывать по очереди землю, чтоб закопать траву. После завтра будем подготавливаться к возращению в родной лагерь. Легионерская жизнь вместе с сражениями и дипломатией это малая часть жизни легионеров и легиона. Имеются спокойные дни, где мы или другие занимаются мелки заданиями. Но это важно с другой стороны.

Оригинал:

XVII

Mane erat tertius dies. Surreximus, in aciem convenimus, ego fossorium cepi. E longinquo ad nos adveniebat peregrinus. Primo tantum eius umbram vidimus. Cum ambularet, cogitabamus unde esset et quae esset eius causa? Alexander Peregrinus proposuit ut nos praeterire posset nec nos animadvertere. "Cogitatio iucunda," cogitavi, "sed ad nos directe venit." Cum ad nos accessit, substitit. Ego quoque ad eum accessi ut cum eo loquerer. Vir erat magnae staturae propter ventrem. Barba longa rufa et capilli leoni similes erant. Oculi non erant fusci. Vestitus erat veste Scythica aratoris. Me spectabat. Deinde meam cohortem spectabat. Dixit se esse legatum ducis Scythici Acamatis Madii. Eius dux has terras sine pugna obtinere vult. Mea cohors has terras relinquere debet, et alii legionarii ad has terras venire non debent. Dixi nos postridie non posse discedere, sed terras ad breve tempus tradendas esse. Legatus Scythicus dixit ducem suum terras in perpetuum capturum esse, et non velle postea accipere. Post eum quinquaginta equites et quinquaginta aratores erant. Si non discederemus, omnes interficerentur. Ego in sententia mea steti nos postridie posse discedere et terras ad tempus dare posse. Ille me et meam cohortem stultos miranter appellavit. Dixit se caelum sagittis operturos esse. Recordatus sum Ignatium Georgium Philosophicum, qui de fortitudine Spartanorum narraverat. Dixi: "Ergo in umbra pugnabimus." Ille mirabatur aut meo responso aut consilio irrationabili, quod magnas clades in futuro haberet. Sed dixit se omnia duci narraturum esse, qui meo responso iratus esset. Dixit se ad lucem venturos esse. Nos conversi discessimus. Meam cohortem cum tristitia spectabam. Nesciebam quomodo eis hoc dicerem. Sed pauca sed clare dixi: "De castrorum occupatione nobis nuntiatum est." Omnes in perturbatione et timore erant. Etiam Plato mirabatur se fatum maiorum repetiturum esse. Ceteri et ego nesciebamus quid ageremus. Sed ille quaesivit quomodo tali quaestione ageretur: "Quid agemus?" Ego, ut dux, cogitare conabar quomodo agerem, sed dixi me nescire. Omnes solutionem problematis invenire decreverunt. Alexius Ventus proposuit fugere et omnes de hostium incursionibus praemonere. Venient legiones paratiores aut revertentur in armatura meliori, quoniam ipse erat timidior omnibus aliis. Platon Sindus ignavia Alexandri Venti coram hostibus reprehendit. Etiam dixit hostes, ob defectum defensionis, cupere terras quam plurimas occupare et in urbium interiora penetrare. Proposuit ut fortissimos et constantes in castris relinquamus, qui temporarie retardabunt, reliqui autem praemonebunt et legiones congregabunt ad oppressum. Arcadius, post verba Platoni, eum sustinuit ut fratres suos servaret. Ad eum accessit ita auxilium exprimens. Petrus Tichus, haec consilia Platoni Sindo et Alexandro Vento oblata repudians, proposuit ne recedamus; dea Tichis dea fortunae est et nobis victoriam dabit. Audacia nostra et divinae vires auxilium ferent, dixit Petrus Tichus coetui nostro. Ego omnia consilia audivi et cogitavi ut superessimus, necesse est copias Scytharum, praesertim equites, qui milites portant, deleamus. Dixi coetui meum consilium habere. Consilium meum erat multa fossa circa castra fodere. Equites in eas fossa cadent. Cum aratoribus pugnam instituemus, nam illi non sunt milites. Platon Sindus hoc consilium probavit. Fratres Arcadii, Ignis, quoque consilium sustinere et fossas fodere decreverunt. Dixerunt se velle ut frater et coetus noster in communi opere gloriari possint. Eorum consilium laudavi. Et ad proelium crastinum parare coepimus.

Перевод:

17

Утро это был третий день. Мы встали, собрались в построение я взял заступ. Из далека, к нам подходил странник. Сначала мы видели просто его очертание. Когда шел, думали, откуда он и какая цель его? Александр Странник предложил, что он может пройти и незаметить нас. Занятная мысль, думал я, но он идет точно в нашу сторону. Когда подошел к нам, он остановился я тоже подошел к нему чтобы поговорить с ним. Это был мужчина крупного телосложения из-за живота. У него длинные рыжая борода и волосы похож на льва. Глаза не были карими. Одет был в скифский наряд пахаря. Он смотрел на меня. Потом смотрел на мою группу. Сказал что он посол скифского вождя Акамаса Мадия. Его вождь хочет получить эти земли без боя. Моя группа должна покинуть эти земли и другие легионеры не должны приходить на эти земли. Я сказал, что мы пока не сможем покинуть после завтра, но земли будут отданы на небольшой срок. Скифский посол сказал, что его вождь возьмет земли навсегда, и он не хочет получать позже. За ним пятьдесят всадников и пятьдесят пахарей..Если не покинет то все будут убиты.Я стоял на своем что можем после завтра и можем дать на время земли.Он назвал меня удивленно и мою группу глупцами .Он говорил что они покроют небо стрелами.Я вспоминал что Игнатий Георгий Филосовский что рассказывал о смелости спартанцев.Сказал :"Значит будем сражаться в тени".Он был удивлен либо моим ответом либо необоснованым решением которые будут иметь большие потери в будушем.Но он сказал что он все расскажет вождю который будет зол моим ответом.Он сказал они будут приходить на расвете.Мы развернулись и ушли.Я смотрел на свою группу грустью.Не знал как сказать им об этом.Но сказал мало но понятно."Нам объявлили о захвате лагеря."Все были в расстенности и страхе.Даже Платон был удивлен что он повторит судьбу предков. Остальные и я не знали что делать.Но он спросил как поступать таким вопросом:"Что делать будем"Я как лидер пытался придумать как поступить но сказал что не знаю.Все решили найти решение проблемы. Алексей Ветров предложил бежать и предупредить всех о нашествии врагов.Придут более подготовленные легионеры или вернуться в лучшей броне так как.Он был более напуган всех остальных.Платон Синдский осудил трусость перед врагами Александра Ветрова.Также сказал что враги из-за отсутвие защиты захотят заполучить как можно больше земель и пройти в глубь городов.Предложил что можем оставить самых сильных и стойких в лагере и будет временно сдерживать а остальные предупредят и соберут легионы для подавления.Аркадий после слов Платона поддержал его чтобы спасти своих братьев.Подошел к нему так выражая поддержку. Петр Тихи отвергая эти идеи что предложили Платон Синдский и Александра Ветрова. Он предложил, что не нужно отступать богиня Тихи богиня удачи и она даст нам победу. Наша смелость и помошь божественных сил помогут нам говорил Петр Тихи нашей группе. Я слушал все предложения и думал, чтобы выжить надо разгромить силы скифов, а именно их конницу на которых находятся воины. Я сказал группе, что у меня есть предложение. Мое предложение заключалось в том, чтобы сделать много ям вокруг лагеря. Конница будет идти в сторону и упадет в ямы. А с пахарями мы устроим бой. Ведь они не воины. Платон Синдский поддержал этот план. Братья Аркадия Огонь тоже решили поддержать и выкопать ямы. Они выразились, хотят, чтоб гордились и брат, и наша группа, поучаствовав в общем деле. Я похвалил за их решение. И начали подготавливаться к завтрашнему бою.

Оригинал:

XVIII

Nos hanc diem valde diu fodebamus. Etiam non diu nocte fodebamus. Ego suggesti fossas paleis operire ut equus hostis caderet. Quia paleae cum terra miscebantur. Ideo valde profunde fodebamus ut difficile esset nobis ipsis evadere. Fodebamus in diverso ordine, interdum prope portas, interdum prope muros defensivos. Factum est ut si hostis castra circumire vellet, caderet. Plato Sindo statuit sub custodia sedere ut adventum exercitus praemoneret. Ceteri dormiebant in paleis. Ego dormiebam et me convertebam ut in terra dormirem non in paleis. Sed non curavi. Mane nos Plato Victor Sindo excitavit. Praemonuit nos ut post agricolam equites sequerentur. Ego me paravi et exi ex tabernaculo. Plato Sindo stabat prope murum defensivum et spectabat equites appropinquantes. Ego ad eum ivit ut hoc exercitum viderem cum quo pugnaturi essemus. In proxima acie agricolam vidi. Post agricolam undecim equites ducebat. Galeis pelliceis cum longo fine, tunicis non nostris similibus, et pedes pannis involuti erant. Arcus portabant et gladios prope. Post agricolam in medio erat eques cum galea quae eum maiorem quam exercitum suum faciebat. Hic est Acamas Madis. Acamas Madis, propter barbam densam et supercilia nigra sicut nox, quasi Persicus miles videbatur. Inopinato ad me Arcadius venit ut ulteriores iussa exspectaret. Ego illi imperavi ut gregem colligeret et in alia parte castrorum esset. Nos in duas partes divisi sumus. Inferior Arcadii et mea superior ut castra undique defenderentur. Acamas Madis nos spectabat. Deinde suas copias spectavit et ad inferiorem partem castrorum dirigebat. In superiore parte mansit. Equites celeriter transierunt et iam parati erant sagittas mittere. Ad me quoque parati erant. Sed sagittae velocitatem non vidi. Vidi sagittas in muros cadere quasi grandinem. Etiam in parte Arcadii similiter erat. Sed nondum nos percusserunt. Petrus Tichus stabat, per corpus tremor transiit. Tacite deum suum memorabat ut unicum auxilium. Acamas Madis inopinato oscitavit. Cum Plato Sindus oscitaret, pilum in ducem Scythicum iacere coepit. Sed telum neque eum neque equum percussit, sed prope equum in terram cecidit. Equus herbam edebat nec hoc exspectabat; conatus est recedere, adeo ut equitis suo oblitus sit, qui cadere poterat. Acamas equum sustinuit ne cadere. Iratus erat ob insperatam impetum et in nos respexit. Arcum paravit et legatum aspexit. Ex sub veste duas baculas eduxit et agricolae iacuit; ille celeriter accepit et baculas fricari coepit. Nos spectabamus quid futurum esset. Equites impetum desierunt, sed non discesserunt. Cum legatus Acamantis, Madius, ignem accenderet, equites steterunt et consilium exspectabant. Dux Scythicus arma sua paravit: arcum et sagittas. Legatus ad eum accessit et ignem tradidit. Acamas Madius sagittā ignem traxit. Arcum paravit et in murum iecit. Ignis celeriter diffusus est, quasi ascendens murum ut nos percuteret. Timore perculsi sumus, omnes se occultare conati sunt; ego propter celerem ignis propagationem steti. Plato Sindus parvum aquae effudit. Solus constituit incendium sedare. In muro macula nigra remansit. Petrus Tichus semper petebat ut a proelio liberaretur. Impetus ex omnibus partibus erant. Equites celeriter per vias equitabant. Sagittae equitum ubique erant. Solus dux Scythicus lente sed constanter sagittas ignitas iaciebat, et legatus prope ambulabat ignem tenens. In sua virtute confidentes mortem nostram exspectabant. Plato Sindus, finem exspectans, omnia quae cogitabat dixit. Expressit se nostram turbam honorare quod non fugerunt sed usque ad finem manserunt. Me pro audacia etiam in primis diebus servitii honoravit. Pro eo haec prima et ultima pugna erat. Sic dixit. Nesciebam quid dicere et ad turbam meam spectabam. Petrus Tichus solus in salutem credebat et auxilium petebat. Dementius Leonidas amphoram bibebat quam Plato dederat ut se consolaret, et Ignatius Georgius, qui etiam petebat ut partiretur. Me converti ut turbam Arcadii viderem. Arcadius Marcus prope fratres suos stabat, simul manebant. Antoninus Alexander quasi mortuus stabat, de tota re cogitans. Nicetas Alexius tristissimus in castris erat. In castris difficultates erant. Hostes ad muros castrorum appropinquabant.Cum eques equo appropinquabat, ipse cum equo in foveam cecidit. Equites Scythae, qui prope ambulabant, territi sunt propter eius casum. Coeperunt recedere et paulatim, quasi maledictio, in occultas foveas incidere, donec omnes ceciderunt. Akamas Madius, videns cladem exercitus sui, stetit. Mirabatur nec sciebat quid ageret.Sed nos laeti sumus victoria et quod omnes vivi sunt nec ulli vulnerati. Permisi ut Akamam Madium pilum feriret ut recederet, sed propter timorem equi sui, ipse cum domino in foveam cecidit. Postea ignem et sagittas aqua perfudimus. Muri castri tenebras cicatrices servaverunt.Legatus conatus est dominum suum e fovea extrahere. Plato Victor iratus erat et legatum in foveam impulit. Eum damnavi quod disciplinam violavit et quod iam armis carentem hostem aggressus est. Dum eum damnabam et cogitabam de poena, subito ex longinquo Scythae aratores appropinquabant. Pilas paravimus, sed noluerunt impetum facere. Nos laudaverunt quod Akamam Madium liberaverunt. Cum eis convenire oportet, sed primum eorum propositum intellegendum est.

Перевод:

18

Мы этот день очень долго копали. Даже недолго ночью мы копали .Я предложил ямы прикрыть соломой чтоб конь врага упали. Так как солома сливалась с землей.Поэтому копали очень глубоко чтоб трудно самому выбраться.Мы копали в разном порядке то около ворот то около защитных стен.Сделано для того если враг решит обойти лагерь мог упасть.Платон Синдский решил сесть под охрану чтобы предупредить о приходе войска. Остальные спали на соломе. Я спал и ворочился что заснул на земле а не на соломе.Но я не обращал внимания.Утром нас разбудил Платон Виктор Синдский.Он предупредил что за пахарем идут всадники.Я собрался и вышел из палатки.Платон Синдский стоял около защитной стены и следил за приближением всадников.Я пошел к нему чтобы увидеть это войско с которым мы будем сражаться.На предстоящей битве я увидел пахаря.За пахарем он вел всадников одиннадцать человек .Были в кожанных шапках с длинным конецом ,туниках не похожи на наши ,а стопы обмотаны тканью.Они носили луки а рядом их мечи. За пахарем в середине был всадник с шакпой которая делала его больше чем его войско.Это и есть Акамас Мадий.Акамас Мадий был иза густой бороды и также густых черных как ночь бровей выглядел как персидский воин.Не ожиданно для меня подошел Аркадий чтобы ждать дальнейших приказаний.Я приказал ему собрать группу и быть в другой части лагеря.Мы распределились на две группы.Нижняя Аркадия и моя верхняя так что лагерь защищен со всех сторон. Акамас Мадий смотрел на нас.Потом посмотрел на свои силы и направил на нижнюю сторону лагеря.Он остался на верхней.Всадники бысро перешли и уже готовы запускать стрелы.В мою сторону также готовы.Но я не увидел скорость стрелы.Увидел как стрелы попали на стены словно град.Также на стороне Аркадия было также.Но пока не попали в нас.Петр Тихи стоял по телу прошла дрожь.Не слышно он упоминал своё божество как единственное спасение.Акамас Мадий неожиданно зевнул.Когда он зевал Платон Синдский направил на скифского предводителя пилум.Но орудие не попало в него и даже коня а попало в землю рядом с конем. Конь ел траву и не ожидал этого что пытался отступить что даже забыл про своего наездника который мог упасть.Акамас остановил коня чтобы не упасть .Он был разозлен за неожиданное нападение что помотрел в нашу сторону.Он подготовил лук и посмотрел на посла.Он вытащил из под одежды две палки и кинул пахарю он быстро взял и начал тереть палки.Мы следили что будет дальше.Всадники пререстали нападать но не уходили.Когда посол Акамаса Мадия добыл огонь ,всданики стояли ждали решения. Скифский предводитель подготовил свое оружие лук и стрелы .Его посол подошел к нему и подгес ему огонь.Акамас мадий стрелой черпал огонь.Он подготовил лук и стрельнул в стену .Огонь быстро распространился и казался он взбирается на стену чтобы достать и убить нас.Мы были напуганы все пытались спрятаться я стоял из за быстрого распространения огня. Платон Синдский вылил немного воды.Он единственный решил остановить пожар.На стене остался темный шрам.Петр Тихи все время просил избавить его от битвы.Нападенияи были со всех сторон.Всадники на конях проходили быстро.Стрелы всадников были повсюду.Только скифский предводитель медленно но кверенно срелял с огненными стрелами а рядом ходил посол и держал огонь.Они уверенны в своей силе ждали нашей смерти.Платон Синдский ожидая конец решил сказать все что он думает.Он выразил что уважает нашу группу что не сбежали а остались до конца.Уважает меня за смелость даже в первые дни службы.Для него это первая битва и последняя.Так выразился он.Я не знал что сказать и смотрел на свою группу .Петр Тихи единственный верил в спасения и просил помощи.Дементий Леонид пил кувшин который дал Платон чтобы утешить себя и Игнатия Георгия который тоже попросил поделиться.Я развернулся чтобы увидеть группу Аркадия.Аркадий Марк был рядом со своими братьями держались вместе.Антон Александр стоял как неживой думал о всей ситуации.Никита Алексей самым печальный в лагере.В лагере были трудности.Враги подходили к стенам лагеря.Когда всадник подходил на коне. Он вместе с конем упал в яму.Рядом ходившие скивскте всадники были напуганы что из за его падения .Они начали отступать и последовательно как проклятье начали попадаться на скрытные ямы.Пока все не упали.Акамас Мадий увидев поражение своего войско остановился.Он был в удивлении и не знал что делать.Но мы рады победе и то что все живы и нет даже раненных.Я разрешил одолеть Акамаса Мадия пилумом чтобы он отступил .Но из за боязни его коня.Он упал в яму вместе с его хощяином.Потом мы избавились от огня и стрел облив водой .Стены лагеря сохранили темные шрамы.Посол пытался выташить из ямы своего повелителя.Платон Виктор был разол и толкнул в яму посла.Я осудил его за то что нарушил дисциплину и то что напал на уже безоружного врага.Пока его осуждал и думал какое нужно наказание.К нам неожиданно из далека подходили скифы пахари мы подготовили пилумы.Но они нн хотели нападать.Они похвалили нас что они освободили от Акамаса Мадия.Нужно с ними договариться но сначала их нужно понять их намерение.

Оригинал:

XIX

Scythici agricolae pallidissimi erant, quasi mortui. Vestimenta eorum tunica grisea et bracae coriaceae constabant. Nonnulli barbam et mustachos habebant, raro omnino non habebant, hi erant pueri. Erant etiam uxores eorum, sed paucae. In manibus instrumenta agriculturae ferebant. Ad colloquia, Scythici agricolae unum hominem elegerunt qui cum eis communicaret et eorum cogitationes exprimeret. Quia nonnulli vix linguam nostram noverant et sua lingua loquebantur, nos quoque eos non intelleximus. Eorum legatus linguam nostram et linguam populi sui noverat. Mustachos rubro-igneos gerebat et vestimenta similiter grisea. Se Anacharsim appellavit. Colloquia inceperunt. Nos quaestiones posuimus, et ille respondit. Quaerebamus de Acamase Madii, de eius proposito, et an cum aliis Scythicis tribubus coniunctus esset. Etiam quaerebamus unde eius tribus esset et qualis esset eius relatio ad eum. Ex cognitis rebus historiam vitae huius Scythici ducis didicimus. Eius historiam per narrationes mercatorum, qui de eo audiverant, noverat. Acamas Madius pauper eques gentilis erat. Ideo omnes propinqui e familia discesserunt ut se alerent. Equo vagabatur, cibum sibi et equo inveniens. Se cum aliis equitibus coniunxit qui similiter vivebant ut superessent et divitias invenirent. Praeter equites, pristinus agricola Sagac se adiunxit, qui ei quasi legatus Scythicus servire coepit. Ille quoque pauper factus erat postquam terra triticum dare desiit. Acamas Madius eum a fame servavit. Sagacum docuit facile ignem facere et ex parte eum respexit. Acamas semper mercatores spoliavit et vi bona eorum cepit. Iratus erat et in iram incidebat cum mercatores vendere vel saepe bona dare recusabant. Post adventum Sagaci, Acamas minus oppugnare coepit. Quia Sagac veniebat et de Acamase narrabat, nonnulli sponte dabant, cum nonnullis ipse Acamas agebat. Sic vitam suam vixit donec una cum equitibus terram suam constituere decreverunt, ab aliis Scythicis tribubus independentem.

Quia propter parvum ciborum numerum et equitum paucitatem cum illis pugnare non poterant. Etiamsi se iunxerunt, necesse erat ducibus Scythicis servire et divitias reddere, quod Akamas recusavit. Ideo terras vacuas et incolas inventas putaverunt. Ad commercium habebant Scythicos aratores, qui plantae colerent et venderent, et omnia quae per commercium acceperunt eis reddiderunt. Postea narravit historiam de relationibus gentis suae cum Akamase Madio. Dixit se natum esse in maximo flumine sinistro Tanaidis. Plantae in agro cum aliis aratoribus colebantur. Deo suo solis et lucis, Oitositro, orabat, qui in specie aurei disci erat. Vicini septentrionales et meridionales aliis deis sacrificabant. Equites, qui ab Akamase defendere deberent, non erant, quia equi eorum ad arandum terrarum apti erant, sed in proeliis minus utiles. Akamas cum legato in terras eorum venit, minatus est agros destruere et deum solis et lucis Oitositrum in captivitatem ducere, si non parerent. Illi contra trans flumen aliam partem transierunt ut omnia pacarentur. Sed post diem in illa parte Akamas Madius maleficus apparuit, sagittis arcum iaculans, et iuxta equites. Omnia quae habebant abstulerunt. Ita servi facti sunt. Narravit etiam equites cum Akamase Madio fuisse, sed illi parere noluerunt, quia rex non placebat, et opportuno momento, cum in proelium ierunt, evanuerunt. Postea petivit ut equos darent, ut celerius domum redirent. Ego indicium dedi me consulere cum mea turma ut decisionem ferrem. Platon Sindus iratus erat, sed sub ira timorem suum celabat. Dicebat se agricolis non credere et equos eis non tradere oportere. Ego dissentiebam, sed propter reverentiam proposui ut tribus equis daremus, reliqui vero legioni servirent. Causas explicans de amicitiā gentium, ostendens nobilitatem populi, et quod Scythae et Sarmatae nos timere deberent. Alioquin eorum clades exspectaret. Sed alios in mea turma aspexi, omnes a proeliis fessi. Proposui, si foveas fodissent, tres equos capere posse. Foveae equites cum equis adiuvare possent capere et immobilizare. Post hanc propositionem diu cogitavit, sed consensit. Coepimus equites capere, agricolis eorum discum aureum, bestiis et fabulis, virtutibus deorum, quasi Apollinis ornatum reddidimus. A equitibus decem gladios accepimus, totidem pelles arcuum, et centena sagittarum. Nocte perfecimus. Platon Sindus praefectus factus est custodiae super Akamum et exercitum eius. Tribunos equos et discum aureum dedimus. Praeterea herbas aridas tradidimus. Illi tranquille equis discesserunt, cum pueris, uxoribus, et herbis aridis onerati. Anacharsis discum aureum in manu tenebat.

Перевод:

19

Скифские пахари выглядели очень бледно как мертвецы. Одежда состояла серой туники коженные штаны. Некоторые имели усы бороду редко вообще не имели это были дети. Также были их жены но их было мало.В руках они носили орудия для земледелия.В переговоры скифские пахари выбрали одного человека чтобы общался с ними и выражал их мысли.Так как некоторые почти не знали наш язык и разговаривали на своем.И мы также не понимали их.Их представитель знал наш язык и язык своего народа. Он носил красно- огненные усы и такуеже серую одежду. Он представился как Анахарсис. Начались переговоры. Мы задавали вопросы, а он на них отвечал. Мы спрашивали об Акамасе Мадия его цели и связан он с другими скифскими племенами.Также распрашивали откуда его племя и какое отношение к нему.Из полученных знаний мы узнавали как историю о жизне этого скифского вождя.Его история он знал через рассказов торговцев которые слышали о нем .Акамас Мадий являлся бедным родовым всадником.Поэтому все родственники уходили из семьи чтобы прокормиться.Он скитался на коне находя еду для себя и для коня.Он объеденился с другими всадниками которые жили также как и он чтобы выжить и находить богатсво.Кроме всадников присоединился бывший пахарь Сагак который стал служить ему как скифским послом.Он тоже обеднел после того как земля перестала давать пщеницу.Акамас Мадий спас его от голодной смерти.Он научил Сагаку легко разводить огонь и от части уважал.Акамас всегда грабил торговцев и силой брал их товары.Он был зол и впалал гнев когда торговцы отказывали продавать или часто отдавать товар .После появления Сагака Акамас стал меньше нападать.Так как Сагак приходил и рассказывал об Акамасе некоторые отдавали с некоторыми разбирался сам Акамас.Так и жил он свою жизнь пока вместе всадниками не решили обосновать свою землю не зависимо от других скифских племен. Так как не могли с ними воевать из за малочисленности продовольствия и всадников.Даже если присоеденились то приходилось служить скифским вождям и отдавать богатсво что Акамас отверг.Поэтому они нашли пустую не заселенные земли как думали они.Чтобы торговать им нужны были скифских пахари чтобы выращивали и продавали и все что получили через торговлю отдавали им.После он рассказал свою историю отношения его племени с Акамасом Мадием.Он говорил что он родился на самом большом левом притоке Танаиса.Он выращивал растения на поле вместе с другими пахарями.Молился своему богу солнца и света Ойтоситру .В виде золотого диска.Их северные и южные соседи поклоняются другим богам.Всадников которые должны защищать от Акамаса не было из за того что их кони хорошо годились для пашки земель и не особо хороши в битвах. В их земли приходил Акамас вместе с послом грозил уничтожением полей и захватит бога солнца и света Ойтоситра в плен если не подчинятся ему.В ответ они перешли через другую сторону реки чтобы все успокоилось.Но через день на этой стороне появился злобный Акмас Мадий который стрелял из лука стрелами также рядом всадники.Отобрали все что они имели.И так они оказались слугами.Он рассказал что были еще всадники с Акамасом Мадием но они особо не хотели подчиняться ему из-за того не нравился как правитель и удобный момент когда пошел на битву изчезли.После он попросил дать им коней чтоб быстре вернуться в родной дом.Я дал намек что мне нужно посоветоваться со своей группой чтобы дать решение.Платон Синдский был зол но под злобой скрывал свой страх.Он говорил что не доверяет пахарям и стоит не отдавать коней им.Я не был согласен но из за уважения я предложил что дадим им три коня а остальные будут служить легиону.Объясняя причинами о дружелюбии племен что показывая благородство народа и что скифы и сарманты должны бояться нас.Иначе поражение их ждет. Но я посмотрел на других в своей группе все уставшие от боев.Я предложил что если закопают ямы то могут взять три коня.А ямы всадников вместе с конями помогут достать и обезвредить.После предложения он очень долго думал но согласился.Мы начали браться за всадников вернули пахарям их диск уркашенные зверьми и сюжетами подвигами их божества словно Аполона.У всадников получили десять мечей и столь коже луков и сотни стрел.Управились за вечер .Платон синдский назначен на охрану над Акамасом и его войском.Мы пожаловали три коня также и их золотой диск.Дополнительно отдали засошую траву.Они спокойно ушли на коней были загружены дети ,жены и засохшая трава. Анахарсис держал в руке золотой диск.

Оригинал:

XX

Post discessum aratorum, fuit praeparatio pro crastino ultimo quinto die. Per perditiones nos non conservavimus castra, ea laesa sunt ab igne et sagittis. Omnia necesse est reponere aut extrahere sagittas. Acamas Madius fuit iners factus, quamquam ligatus funibus, qui inventi sunt in castris, fuit magis malus et adhibebat conatus ut percuteret, sed non eveniebat. Ille dicebat maledicta, quae Sagac interpretabatur. Ceteri praesertim non resistebant. Sed Plato Sindo sequebatur eos et pro acri motu ille tenebat gladium, ostendens suam vim. Nos mutabamur et sequebamur actiones Scytharum equitum. Etiam nos sequebamur equos. Illos praesertim non sequebamur, sed tenebamus propinquius. Ego lente obdormiebam, sciens quod cras erit omnia tranquilla et victoria nostra. Mane advenit plaustrarius. Nos accessimus ad eum una cum viris et armis sicut tropaeo. Ille fuit miratus quod castra in laesa forma. Ille aspexit me interrogare sed tacebat. Ille aspexit captos Scythas et equos. Ego dixi breviter, quod volumus domum celerius. Ille descendit de plaustro, cepit omnes equos et iunxit. Scythae sedebant in plaustro una cum nobis et tropaeis. Nos celeriter ivimus quod occupavit dimidiam diei. Nos reversi sumus, tropaea tradidimus. Acamas Madius et eius servi Sagac in captivos ad compensandum damnum. Me vocavit ipse Valentinus Victor Secretus ut cognosceret a me de possibilibus consiliis Scytharum et quomodo omnia acciderunt. Ille narravit, quae eventa acciderunt, dum nos non eramus. Ego dixi, quod unum Scythicum exercitum non est. Haec sunt incursiones diversarum tribuum ordinatae a Scythicis equitibus. Haec pugna laesit castra sed non legionarios sed illi volebant capere terras huius castri. Sic dixi ei, sed de castris fuit omnino nihil curae. Puto illud posse uti, si paratus fueris. Ille mihi narravit, quod nova minatio Caucasicarum tribuum et Caucasicorum Scytharum imminet. Sed pro celeri victoria est astutia. Ille Scytha qui se occultabat inventus est dux ducum omnium tribuum in Caucaso. Quem deiecerunt eius servi et ille ordinabat destructionem ut pararentur pugnare ex parte Caucasi. Cum tempore ille dubitabat, sed celeriter capta est nostra cohors. Si ille recuperaverit suam potestatem, tunc prohibebit impetum Caucasicarum tribuum in nos. Milites vires sufficiunt tantum ad pugnam contra Scythas. Sed tamen offerebant dona ut placarent Scythas. Postea dixit, quod hodie mea cohors liberata est; causae cogitaverant, quod debebant advenire vesperi et illi pugnaverunt et attulerunt multa tropaea.

Ego laetus eram nos liberatos esse, et omnia meae cohorti narravi; illi laeti erant se quietem accepturos esse.

Перевод:

20

После ухода пахарей была подготовка на завтрашний последний пятый день. По потерям мы не сохранили лагерь, он поврежден от огня и стрел. Все нужно заменить или вытащить стрелы. Акамас Мадий был обезврежен хоть и связан веревками, которые нашли в лагере,был более злобным и прилагал усилия, чтобы побить, но не получалось. Он говорил проклятья, которые переводил Сагак. Остальные особо не сопротивлялись. Но Платон Синдский следил за ними и за резкое движение он держал гладиус, показывая свою силу. Мы менялись и следили за действиями скифами всадниками. Также мы следили за конями. За ними особо не следили, но держали ближе. Я медленно засыпал, зная, что завтра будет все спокойно и победа наша. Утром приехал повозчик. Мы подошли к нему вместе с вргами и оружием как трофей.Он был удивлен что лагерь в поврежденном виде.Он посмотрел на меня спросить но молчал.Он посмотрел на пойманных скифов и на лощадей. Я сказал кратко, что хотим домой быстрей. Он спустился с повозки взял всех лощалей и запряг. Скифы сидели в повозке вместе с нами и трофеями. Мы быстро поехали, что занело половину дня. Мы вернулись трофеи сдали. Акамаса Мадия и его слуги Сагака в пленники возмещать ущерб. Меня позвал сам Валентин Виктор Скрытный узнать от меня о возможных планах скифов и как все протсходило. Он рассказал, какие события происходили, пока не были. Я сказал, что единого скифского войска нет. Это набеги разных племен устроенные скифскими всадниками. Эта Битва повредила лагерь но не легионеров но они хотели взять земли этого лагеря. Так сказал ему, но про лагерь было все равно. Думаю его можно использовать, если быть подготовленным. Он мне рассказал, что надвигается новая угроза кавказких племен и кавказских скифов. Но для быстрой победы есть хитрость. Это скиф который скрывался оказался вождь вождей всех племен на Кавказе.Которого свергли его слуги и он устраивал разрушение чтоб готовились сражаться со стороны Кавказа. Со со временем он сомневался, но быстро поймала наша группа. Если он вернет свою власть, то остановит нападение кавказких племен нас. Военные силы хватает только на сражение против скифов. Но все же приносили дары, чтобы задобрить скифов. После сказал, что сегодня моя группа освобождена причины планировали, что должны приехать вечером и они сражались и пренесли много трофеев. Я был рад, что мы освобождены и рассказал все своей группе, они были рады, что получат отдых.

Оригинал:

XXI

Plato Sindus et Ignatius Philosovus de controversia de Scythis disputabant. Haec erat contentio quae in pugnam mutari poterat. Plato putabat bellum contra Scythas gerendum esse, ut pro frequentibus incursionibus, quae iamdiu non cessabant, vindicaretur. Ignatius dissentiebat. Ipse credebat bellum contra Scythas inutile esse. Scythae diversa materies prima afferunt, quam vendimus. Si Scythae superati essent, materies prima non afferretur, et mercimonia minuerentur. Item Sarmatas, feroces quam Scythas, regunt. Etiam si bellum primum incipere possent, singulos uno tempore oppugnando. In Taurica est gens valida, quae regnantes omnium Scytharum habetur. Illi divites sunt, si divitias in auro aestimemus. Scytharum potentia est apud eum qui aurum habet. Haec gens omnes Scythas convocabit et urbes delebit. Plato iratus erat quod Ignatium refellere non poterat, qui eum aut ignorantem aut timidum appellaverat. Ad quod Ignatius respondit se ipse timidum esse posse. Plato, ob iniuriam, Ignatium verberare volebat. Ego pugnam cohibui. Postea contentio finita est, nec se invicem accesserunt. Ceteri in castris erant: alii edebant, alii dormiebant. Ego sine negotio per castra ambulabam quasi spiritus. Dum amicus meus galeam meam, quae patris mei erat, reddidit. Dixit se galeam pro castris reliquisse. Gratias egi quod ei auxilio fui. Rogavit quid agerem et quid fecerim. Narravi me in alio castris longe abesse et contra Scythas pugnasse, qui nos facile superare potuissent, sed nos eos vicimus. Miratus est et rogavit quomodo vicissemus. Dixi fossas fodisse et herba tegere. Illi in eas incidiebant nec exire poterant. Dixi sapienter. Galeam reddidit et ad negotia abiit. Postea vesper venit et dormire ivimus.

Перевод:

21

На отдыхе. Платон Синдский и Игнатий Филосовский обсуждали спор о скифах был.Это спор который мог поменяться на драку.Платон считал что нужно пойти войной против скифов.Отомстить за частые набеги не остановливающие очень давно.Игнатий был не согласен.Он считал что война против скифов бесмысленно.Они приносят разное сырье которое продаем.Если скифы будут побеждены то небудут приносить сырье и товаров для продажи станет меньше.Также они контролируют сармантов более дикие чем скифы.Даже если могли устроить войну первыми нападая каждого по одному.На Таврике находится сильное племя которое считается правителями всех скифов.Они очень богаты если считать их богатсво в золоте.А скифов влиетелен тот у кого золото.Это племя соберет всех скифов и разгромят города.Платон был зол что не мог оспорить Игнатия что назвал в том что он не понимает или просто трус.На что ответил Игнатий что он может сам трус.Платон за оскорбление хотел побить Игнатия.Я остановил драку.После спор их был прекращен и они не подходили друг- другу.Остальные просто были в лагере кто то ел кто то спал.Я просто ходил по лагерю без дела как дух.Пока мой знакомы не вернул мой шлем который принадлежал моему отцу.Он говорил что он оставил свой шлем за лагерем.Поблагодарил что помог ему.Спросил как у меня дела что вообще делал.Я рассказал что был в другом лагере где был далеко и бился против скифов которые могли легко одолеть нас но мы одолели их.Он был удивлен и спрашивал как одолели они.Я сказал что копали ямы и скрывали травой.Они попадали туда и не могли выбраться.Сказал мудро.Он отдал шлем и пошел по делам.Потом наступил вечер и мы пошли спать.

Оригинал:

XXII

Mane surrexi ut solet. Exspectabam solitam custodiam urbis Gorgippiae. Sed cum grex congregatus esset, Valentinus Victor Occultus accessit et dixit Fofores, exsul Caucasicus dux ducum, fortes legionarios congregare ut ad Caucasum perveniant. Et mea turma ad hunc longum iter necessaria erat. Recusare non potui, sed si possem, recusarim. Valentinus Victor Occultus narravit eos navem conscensuros esse, ex voluntate Fofores. Ad urbem Toricum perventuri erant, quae prope Caucasum sita est. Postquam urbem Batum transibunt, plures legiones accipient. Deinde dixit ut turmam meam in portu congregarem et ibi exspectarem donec reliquae turmae liberae advenirent. Sic feci et prope portum exspectavi. Prope portum maritimum navis solitaria stabat. Nemo in ea erat, intellexi auscultans. Tempestas erat valde tranquilla, ita ut dormire vellem. Postea Fofores cum aliis legionariis, qui cibaria in sacculis portabant, advenit. Legionarii sacculos in navem tulerunt. Fofores prope me stabat; anxius eram ne iratus esset, ideo immotus steti. Facies eius tranquilla erat, barba crescebat, sed nondum ut vir, sed ut iuvenis. Postquam ceteri legionarii omnia perfecerunt, in navem ascendimus et diu sedimus. Dum Fofores non clamavit "navigare!" Navis profecta est. Spectavimus ad litus. Vidimus portum a nobis recedere et naturam solitariam succedere. Usque ad noctem venit.

Перевод:

22

Утром встал как обычно. Ожидал обычную службу охрана города Горгиппии.Но когда группа собралась Валентин Виктор Скрытный подошел и сказал что Фофорс изгнанный кавказский вождь вождей собирает сильных легионеров ,чтобы добраться до Кавказа.И моя группа и нужна для этого долгого пути.Я не мог отказаться но если была возможноть отказаться то использовал..Валентин Виктор Скрытный рассказал ,что они будут плыть на корабле ,по желанию Форфорса. Они доберутся до города Торик,который находится рядом с Кавказом. Еще когда проплывут город Бату возьмут еще легионеров. После рассказал собрать свою группу в порту и там нужно ждать пока не придут остальные свободные группы.Я сделал так как нужно и ждал около порта.Около морского порта был одинокий корабль.В нем не было никого понел я прислушиваясь. Погода была очень тиха, что хотелось спать. После пришел Форфорс вместе с другими легионерами носившие продовольствие в мешках.Легионеры отнесли на корабль мешки.Форфорс стоял рядом со мной я беспокоился что может быть зол на меня и поэтому стоял неподвижно.Его лицо было спокойное борода его росла но пока борода была не как у мужчины а как у молодого юнуши.После когда другие легионеры все сделали мы вошли на корабль и долго сидели. Пока Форвос не крикнул отплывать. Корабль поплыл .Мы смотрели на берег.Смотрели как отдалялся порт от нас и заменялся без людной природой.Пока не наступала ночь.

Оригинал:

XXIII

Nocte tenebris erat ita ut litus tam vacuum quam invisibile propter obscuritatem videretur. Solum in parte prorae navis parvus erat lumen. In nave non dormiebant nisi remiges. Animadvertebam eos die celeriores esse quam vesperi aut noctu. Nocte vires servabant. Erant valde taciti nec ullum sonum edebant. Erronee mihi videbatur nullos remiges esse. Ego sedebam, omnes legionarii dormiebant. Forfors surgebat, legionarios spectabat et iterum dormiebat; aliquid eum in somno terruerat. Sed iam dormiebat putans se auroram et ipsam urbem Batam visurum esse. Mane Forfors omnes excitavit. Surgimus ut locum legionariis ex urbe Bata daremus. Exivimus et portum eius spectavimus. Portus similis erat portui Gorgippiae. In portu parvus numerus legionariorum et piscatorum mercatorum erat. Sed non diu spectavi et ad navem redii. Fabae comedimus. Cum ad navigandum parati essemus, chaos erat maximum. Diutissime parati sumus ut omnes in nave caperentur. Sed ita evenit ut nobis locus esset. Postea navis ad finem itineris nostri navigavit.

Перевод:

23

Ночью было темно так что берег казался и пустым и невидимым из за темноты.Только на передней части корабля был небольшой источник света. На корабле не спали только гребцы.Я замечал что днем они быстрее чем вечером или ночью.Ночью берегут свои силы.Они были очень тихи и не издавали ни звука.Ошибочно мне казалось что нет гребцов.Я сидел все легионеры спали.Форфорс то просыпался посмотрел на легионеров и уснул, что-то напугало во сне.Но уже засыпал думаю что увижу рассвет и сам город Бата.Утром Форфос будил всех .Мы встали для того чтобы дать место для легионеров из города Баты.Мы вышли и смотрели на его порт.Выглядел порт также как в Горгиппии.На порту было небольшое количесво легионеров и торговцев рыб.Но я долго не засматривался и вернулся на корабль.Мы поели бобов.А когда собрались на отплыв там полный хаос .Мы долго собирались так чтоб все поместились на корабле.Но получилось так что нам было место.После корабль отплыл на конец нашего пути.

Оригинал:

XXIIII

Interdiu tranquilla et quieta erat. Fabae adhuc comedimus. Vesper iam abeundus erat, sed noctu omnes dormiebant. In navi magno stertore exprimebatur. Interdum unus aut duo legionarii stertebant. Velut canebant, putavi. Sed nescio quomodo alii dormirent, ego autem celeriter obdormivi. Cum experrectus essem, mane erat et e nave egrediebamur, portum urbis Toricum videbamus. In portum ingressi sumus. Urbs magni momenti est pro commercio et defensione. Post urbem montes sunt, quasi muri defensivi pro gentibus Caucasicis. Ad montes legio accedere debet, et ibi pugna fiet, ubi fortasse nonnulli redire non poterunt.

Перевод:

24

Днем было спокойно и тихо.Мы съели еще бобы.Вечер уже уходил но ночью все спали.Выражалось громким храпом на корабле.Иногда храпели один или 2 легионера.Словно пели подумал я.Но не знаю как другие спали, но я уснул быстро.Когда я проснулся было утро и мы выходили из корабля и видели порт города Торик.Мы вошли на порт.Город имеет значение торговли и защиты.За городом находится горы словно защитные стены для кавказких племен.К горам легион должен подойти и там будет битва где возможно некоторые не вернутся.

Оригинал:

XXV

Ex portu egressi sumus. Forfors iussit ordinem constituere et in Caucasum ire. In Caucasum ordine ambulabamus. Ipse Forfors nos ducebat. Dicebat nos ad oppidum montanum in Caucaso pervenire oportere. Etiam dicebat populum suum peregrinis valde inimicum esse. Sed auxilium ferre posse, quoniam Scythas et Sarmatas, qui eos olim oppugnaverant, non amant. Per semitas, a tribubus Caucasicis factas, ambulabamus, ut montes facile transire possemus. Diutissime ambulavimus, sole afflicti. Sed ad illud oppidum pervenimus, quod domibus lapideis, aliquantum fractis, praesentebatur. Paululum propius accessimus omnia videndi causa. Incolae videntur aegrotantes, viri in manibus pugiones et scuta tenebant. Forfors ad eos accessit, tranquille sentiens se agnosci. Milites Caucasici primo putaverunt hostem eos oppugnare, pugiones paraverunt et ad eos processerunt; deinde attenti sunt et dominum suum agnoverunt. Se inclinaverunt et laetati sunt reditum domini celebraverunt; postea omnes incolae, feminae et liberi eum viderunt.

Pueri flavos vel rubros capillos habebant.Placide eos aspexit.Linguam suam cum populo communicavit.Senex cum longa, nebula alba barba ad eum lente appropinquabat, aliquid ei narrans, fortasse de molestiis in compositione.Et inclinavit ante eum, et adiuvit eum.Tunc conversus dixit nobis omnia in lingua nostra.Et dixerunt, quod res est destrui a Sarmatis, qui missi sunt per adversarios suos, et subvertit eum, quia noluit obedire propter sarmatiam alliance.Alii etiam displicentiam ostendunt.Dixit se reverti possessiones suas iustas prope Mare Hyrcanum.Ipse cope in Sua Una Cum Caucasiasque refert militibus.Legiones non si discesserint. Sed Necesse Est aliquandiu In Urbe Torik manere, ut, si cito revertantur, recuperare possint. Post receptam potestatem, pacem cum Principibus Omnium Scythorum, Una Cum Archon bospori, tractabit.Multum ad hoc munera afferet, praesertim aurum.Postquam ad populum suum conversus est, Bellatores Caucasiani pugione et scuto eum obtulerunt, metallis pulcherrimis validis et pulchris.Ad Sinistram hac recta platea; ubi ad dianae ueneris,De Vi solum ab legatis suis didicimus et mercatores qui linguam nostram noverunt visitamus. Tantum loquebatur De Vi magis victorias .In Torik, legatus erat ex Urbe panticapea in albo tunica et cum charta scribere magna.Aliquam sit amet erat circa eum .Diximus nuntiavit omnia scimus.Scripsit eam et reliquit certam scientiam a legionariis ad Comitatum Archonis transire.

Перевод:

25

Мы вышли из порта. Форфорс приказал построиться и идти на Кавказ. Мы шли на Кавказ строем. Вел нас сам Форфорс. Он говорил, что нужно дойти до горного поселения на Кавказе. Также говорил что его народ очень враждебно относится к чужакам. Но они могут помочь так как они не любят скифов и сармантов которые нападали на них давно.Мы ходили шагом по тропам которые сделаными кавказкими племенами чтобы легко переходить через горы.Мы очень долго шли мучаясь от солнца.Но мы дошли до этого поселения. Представляющимися почему-то поврежденными каменными домами.Мы немного подходили ближе видя всё. Местные жители выглядели измученными, а мужчины в руках держали кинжалы и щиты. Форфорс подходил к ним, спокойно чувствуя, что узнают. Кавказкие воины сначала думали, что на них нападает враг подготовили кинжалы и пошли на встречу, потом присмотрелись и узнали своего правителя. Кланялись и радовались возращение правителя , после все жители жены и дети увидели его. Дети имели то светлые другие рыжие волосы.Он смотрел на них спокойствием.Он общался на своем языке со своим народом.К нему медленно походил старик с длинной белой как туман бородой он что- то рассказывал возможно о бедах в поселении.Он склонился перед ним ,а он ему помогал встать.После развернулся и рассказал на нашем языке все.Он сказал что поселение разрушили сарманты направленные через его противников которые свергли его из за того что они отказались подчиняться из за с союзом сармантов.Другие также проявляют недовольства.Он сказал что вернёт свои законные владение рядом с Гирканским морем.Он справится сам вместе с кавказкими воинами.Легионеры не должны идти вместе с ним дальше. Но им нужно на время находится в городе Торик, чтобы если вернуться быстро, восстановиться. После возращение власти он попытается договориться с правителями всех скифов вместе с архонтом Боспора о заключение мира.Он для этого принесет очень много даров особенно золота.После он развернулся к своему народу кавказкие воины подали ему кинжал и щит самый красивые из крепких и красивых металлов.Мы возращались в Торик и там ждали и восстанавливали силы.Узнавали о Форфорсе только от его послов и приходящих торговцев, знающий наш язык. Только говорили о победах Форфорса больше .В Торик был посол из города Пантикапея в белой тунике и с папирусом чтобы записывать важное.Ему было важно об .Мы доложили все что нам известно.Он записал и ушел чтобы передать от легионеров определенные знания к приближенным Архонта.

Оригинал:

XXVI

IN TORICO DIU EXSPECTAVIMUS REDITUM FORPHORSI. SEPTEM DIES TRANSIERUNT. COTIDIE MERCATORES CAUCASII ADVENIEBANT. DICEBANT EUM AD ORIENTEM IRE ET OMNES TRIBUS SINE PROELIO EXERCITUI SUO ADIUNGERE. NONNULLAE TRIBUS NON HABEBANT BONOS MILITES, ITAQUE COMMEATIBUS PARCEBANT. ADIUNGEBANTUR QUOD SARMATAE NIMIS SAEPE IN TERRAS EORUM VENIRE COEPERANT. SED NON DICEBANT AN FORPHORS IN TORICUM REDISSET. CUM INTERROGARENTUR, DICEBANT SE NON POSSE RESPONDERE. NIHIL AMPLIUS NARRABANT. ETIAM NONNULLI DEFESSI MILITES EX BATHA DOMUM REDIRE PROPONEBANT, PUTANTES FORPHORS IN PROELIO PERIISSE. SED MULTI INTELLEGEBANT, ETIAMSI ITA ESSET, HOC SIGNIFICARE TRIBUS CAUCASIAS PARATAS ESSE TORICUM OPPUGNARE, ET SIC USQUE AD GORGIPPIAM. IDEO EOS DAMNANTES ET PRODITIONIS ACCUSANTES. SED DESIDERIUM DOMUM REVERTENDI FORTIOR FIEBAT. PLACUIT NOBIS PORTUM ET LITUS AB ALGIS SUPERVACUIS PURGARE. SIC URBI ADIUVABIMUS AD MUNDITIAM. OMNES SEPTEM DIES PURGAVIMUS. INVENIMUS OMNIA GENERA NUMMORUM, OSSA PISCIUM, VEL PISCES SIMPLICITER CORRUPTOS. RARO ORNAMENTA VIDIMUS. ORNAMENTA ET NUMMOS SERVABAMUS. INTERDUM SENIBUS MERCATORIBUS CAUCASII ADIUVABAM SACCULUM GRAVEM FERRE. ILLI CIBUM COMMUNICABANT ET NOS PRO VIRIBUS LAUDABANT, EGO AUTEM GLORIAM ET CIBUM COMMILITONIBUS COMMUNICABAM. SIC EXSPECTATIONEM NOSTRAM DUXIMUS USQUE AD ADVENTUM DUCIS DUCUM CAUCASII. FORPHORS VENIT OCTAVO DIE MANE CUM EXERCITU SUO ET DUOBUS EQUIS IUNCTIS PLAUSTRA AURO ONUSTA. FORPHORS, POST REDITUM POTESTATIS, NON EXSUL NEC EIUS EXERCITUS PAUPERES VIDEBANTUR; ID ERAT IN PRAETERITO. NUNC IPSE EST DUX DUCUM CAUCASII, ET EXERCITUS EIUS SENTITUR IN PROELIO IMMORTALIS. LAETI ERAMUS NON SOLUM REDITU, SED ETIAM QUOD AD TERRAS NOSTRAS REDITURI ERAMUS. AURUM IN NAVE TRANSTULIMUS. FORPHORS QUATTUOR OPTIMOS MILITES SECUM CEPIT. SED OMNIBUS LOCUS DEFICIEBAT ET COMMEATUS FINIEBANTUR. FORPHORS AD PANTICAPEUM NAVIGARE DEBET UT PACEM COMPONAT. IDEO NOS IN URBES REDIGEBAT ET ULTERIUS NAVIGABAT. REDIENTES, FINEM PUGNARUM EXSPECTABAMUS.

Перевод:

26

В Торике мы ждали возращения Форфорса очень долго.Прошло семь дней.Каждый день приходили кавказкие торговцы.Они говорили что он идет на восток и что каждое племя без боя присоединялось к его войску.Некоторые племена не имели хороших воинов и поэтому делились продовольствием. Они присоединялись из за того что сарманты подозрительночасто начали приходить на их земли.Но не говорили не возращался ли в Торик.Когда спрашивали говорили что не могут ответить на этот вопрос.Больше нечего не рассказывали.Даже некоторые уставшие легионеры из Баты предлагали возращаться домой думая что Форфорс погиб в бою.Но многие понимали даже если так это значит что кавказкие племена готовы нападать на Торик и так до Горгипии .Поэтому осудили и обвинили в предательстве.Но желание возращение домой становилось сильней.Мы решили почистить порт и берег от лишних водорослей.Так поможем городу быть чистоте.Почистили все семь дней.Мы находили всякие монеты ,кости рыб или просто сгнившая рыба.Редко видели укращения.Сохраняли украшения и монеты.Иногда помогал кавказским старикам торговговцам перенести тяжелый мешок.Они делились едой и хвалили нас за силу а я делился славой и едой сослуживцам.Так проводили ожидания до прихода кавказкого вождь вождей.Форфорс пришел на восьмой день утром вместе со своим войском и двумя лощадьми запряганные позозками с золотом. Форфорс после возращение власти представлялся не изгнанником и его войско бедняками это было в прошлом.Теперь он кавказкий вождь вождей а его войско чувствуется что в бою они бесмертные.Мы были рады не только возращению а то что вернёмся на свои земли.Мы перетащили золото на корабль.Форфорс взял с собой четверых лучших воинов.Но всем не хватало места и запасы кончались.Форфорсу нужно приплыть в Пантипакей чтобы договориться о мире.Поэтому возращали нас в города и плыли дальше.Вернувшись мы ожидали конец битв.

Оригинал:

XXVII

IN GORGIPPIA TRANQVILLITAS ERAT. POSTERO DIE VRBEM CVSTODIEBANT. ETIAM MERCATORIBVS EX PANTICAPAEO AVDIERANT QVOMODO PAX CONCLVDERETVR. DICEBANT FORFOREM AD PORTVM VRBIS PANTICAPAEI PERVENISSE. AVRVM IN PLAVSTRA TRANSTVLERVNT. ET CVM ARCHONTE BOSPORI QVI AVRVM ET MVLTVM VINI DONVM A BOSPORO ET CAVCASO FERRI IVSSERAT. VINVM SCYTHAE VALDE AMANT ET CVM GRAVIA CONSILIA CAPIUNT PRIMVM VINVM BIBVNT. AD VRBEM SCYTHICAM NOSTRO MORE SCYTHICAM NEAPOLIM QVAE PROPE PANTICAPAEVM EST PROFICISCUNTVR. NON BENE PANTICAPAEI INCOLIS CVM FINITIMIS A MERIDIE TAVRIS ET A SEPTENTRIONE SCYTHIS. NONNVLLI MERCATORES DISCEPTABANT PAX ERIT NECNE. ALII PVTABANT PACEM NON FVTVRAM QVIA SCYTHAE DONA ACCIPERE RECVSARAE POSSENT. AD QVOD RESPONSVM REPREHENSIBILE DEDERANT QVOD AVRVM DEDISSENT QVOD SCYTHIS MAGIS DESIDERABILE ESSET. NON VOLEBAMVS IN DISPVTATIONEM INGREDERE NE MERCES EORVM PRETIVM ET PVLCHRITVDINEM AMITTERENT. LONGE RECESSIMVS ET A LITE NOS DISTVLIMVS. SED NOBIS NECESSARIA ERANT SCIENTIAE VT INTELLEGEREMVS BELLVM HOC FINITVRVM ESSE SED HOC NON SIGNIFICABAT FINEM OFFICII. EXACTVM BELLI FINEM IN LEGIONE DICENT ET QVOD MERCATORES DICVNT FALSA FAMA AVT OPINIO ESSE POTEST. POSTEA VESPER APPROPINQVABAT NOS AD DORMIENDVM IVIMVS.

Перевод:

27

В Горгиппии было спокойно.На следующий день охраняли город. Также слушали торговцев из Пантикапея,как проходит заключение мира. Говорили что Форфорс добрался в порт города Пантикапея. Перенесли золота в повозки. И вместе с Архонтом Боспора,который приказал принести золото и много вина как дар от Боспора и Кавказа. Вино очень любит скифы и когда принимают важные решения сначала пьют вино. Они отправляются в скифский город по-нашему Скифский Неаполь, который находится рядом с Пантикапеем. Не повезло жителям Пантикапея с соседями с юга тавры, а с севера скифы. Некоторые торговцы обсуждали будет ли мир или нет.Одни считали что мира не будет из за так как скифы могут отказаться принимать дары.На что дали осуждающий ответ что дали золото что является более желанным для скифов. Мы не хотели входить спор, а то их товары потеряют ценность и красоту. Ушли подальше и отстранились от спора. Но нам было нужны были знания чтобы понимать что эти воины закончится но это не значило окончание службы.Точное окончание войны скажут в легионе а что говорят торговцы могут быть ложными слухами или мнением.Позже подходил вечер мы пошли спать.

Оригинал:

XXVIII

Mane valde bonum erat. In castris congregati sumus, officium exspectantes. Sed aquilifer omnes aspexit et toti legioni verba dixit. Scythae foedus pacis accepere, milites defecerunt. Nemo laetitiam propter severa praecepta expressit, sed ego risus vidi. Aliqui parvas lacrimas non doloris sed felicitatis effuderunt. Postea centuriones dixerunt nonnullos legionarios domum redire posse ob pacis foedus. Sed parva pars legionariorum manebit. Conditio erat ut eligamus qui abiturus esset et qui remaneret. Quidam non contenti erant, sed cito consensere cum dictum est cras festum fore omnibus ob finem belli cum Scythis. Promiserunt musicam, multam cibum et bonum vinum uno die. Sed omnes legionarii in festo faciundo adiuvaturi erant. Divisi sumus in turmas ad purgandum et colligendum. Turma purgandi locum festi praeparare debebat. Altera colligendi debebat venari et decem canceres e litore cum saxis capere et in castra vinum afferre. Ego in turma colligendi eram, Leonidas Volkov in turma purgandi. Primum nobis dictum est vinum afferre quod ex urbe ad vinarium, cui optimum vinum erat, portandum erat. Dementius Vinarius filius et discipulus erat eius. Cum venimus, pater Dementii Vinarii nobis cistas dedit, in quibus erant. Dementius Vinarius petivit a patre vinum dare ut probaret an bonum an malum esset. Sapienter fecit, si vinum amplius non petivit. Ego in caelum caeruleum ostendi dicens tempus procedit. Ille stetit, vinum accepit et celeriter in castra ambulavimus. Prope ostium castrorum reliquimus. Deinde ad litus saxosum ivimus ad canceres venandum. Canceres in litoribus inveniri difficillime erant, nam post saxa latebant et a saxis vix discernibiles erant. Sed si inventi sunt, pugnare coeperunt. Nos tamen in cistas mittimus et tranquille in castra, fessi, redimus. Nam totum diem cancerum quaesivimus. Vespere in castris eramus. Valentinus Victor Occultus nos excepit, hilaris erat, laudavit pro opere. Etiam dixit cras pecuniam pro fine belli distribuendam esse. Nos, ut homines qui gentem Scythicam sustinuerunt et potestatem Forforso reddiderunt, stipendium ter triplicatum accipiemus. Laeti eramus tali stipendio. Ad somnum ivimus, cras laetitiae exspectantes. Etiam de iis qui legione discederent aut manerent disputavimus. Ego primus voluntatem meam exprimere volui legione discedendi et centurionatus munus relinquendi. Domum redire cupiebam. Nulla maior praemium militi quam domum patriam redire.

Dementius Vinodell dixit se ad patrem ire velle ut negotium eius prosequeretur. Arcadius Marcus Ignis aperte dixit se fratres domum reducturum esse et se cum illis, nam defessus erat. Petrus Tichus dixit se quoque discessurum, sed Deae Tichae per totam vitam suam serviturum esse. Erant etiam qui manere cupiebant. Alexius Ventorum manere voluit, gloriam quaerens ut fortis et validus propter facta et proelia memoraretur. Celeriter enim currunt solum timidi. Platon Sindicus manere voluit ut centurio fieret, ut multa bona acciperet et familiam suam ut generationes magnorum bellatorum glorificaret. Petivit ut centurionis officium meum sibi traderetur. Non potui recusare, sed monui ut moderatus esset et leges observaret. Ita putabam hanc dignitatem Arcadium Ignem aptiorem esse. Sed Platon Sindicus vim habet legionarios in proelium ducendi et celeriter hostes, praesertim Scythas, superandi. Ignatius Philosophus dixit se maniturum esse ut gentes circum nos cognosceret et intellegeret. Antonius Peregrinus semper dormiebat, sed excitavimus eum et de hoc interrogavimus; cum excitatus esset, dixit "mane". Probabiliter rogabat cur excitati essent propter adventum matutini. Rogavimus an in legione maneret; dixit "ita" et iterum obdormivit. Nos quoque dormire decrevimus.

Перевод:

28

Утро было очень хорошим. Мы собрались в лагере ожидая службу.Но акфилифер посмотрел на всех и всему легиону произнес слова.Скифы приняли перемирие, воины закончились.Никто не выражал радость из за строгих правил но я видел улыбки.У Некоторых небольшие слезы не горя а счастья.После центурионы сказали что некоторые легионеры могут вернуться домой по причине перемирия.Но малая часть легионеров останется. А условия что мы должны выбрать кто пойдет, а кто останется.Некоторые были не довольны но быстро согласились ,когда сказали, что завтра праздник для всех в честь окончание войны со скифами.Обещали что будет музыка ,много еды и хорошее вино на один день.Но все легионеры будут помогать в создании праздника.Распределили на группы убирать и собирать.Группа убирать должна подготовить место для праздника.Другая собирать должна охотиться добыть десять крабов с берега с гальками и доставить в лагерь вино.Я входил в группу собирать а Леонид Волков в группу убирать.Первое дело нам сказали принести вино которое нужно принести из города к виноделу у которого лучшее вино.Дементий Винодел является сыном и учеником ему.Когда пришли отец Дементия Винодела дал нам ящики внутри которых были.Дементий винодел попросил отцу дать вино ,чтобы проверить хорошее или плохое оно.Мудрое решение если не попросил еще вина.Я показал на синие небо сказав время идет.Он остановился взял вино и мы пошли быстрым шагом в лагерь.Оставили при входе в лагерь.И пошли дальше на галичный пляж охотиться на крабов.Их было не найти на пляже так как они скрывались за камнями и были трудно отличимыми от гальки.Но если их найти то они начинали бороться.Но мы их отправляли в ящик и спокойно пошли в лагерь уставшими .Так как мы в поиске крабовбыли весь день.Вечером мы были в лагере.Нас встретил Валентин Виктор Скрытный он весел был он похвалил за это дело. Также сказал что с завтрашнего дня будут раздавать деньги за окончание войны.Мы как люди остановившее скифское племя и вернули власть Форфорсу. За это жалование увеличивается в трое. Мы были рады за такое жалование. Мы пошли спать ожидая завтра веселья.Также обсуждали кто уйдет из легиона а кто останется.Я из первых выразил желание уйти из легиона и оставить должность центуриона.Хотелось вернуться домой.Нет лучшей награды для воина как вернуться в родной дом.

Дементий Винодел сказал что хочет уйти к отцу продолжать его дело.Аркадий Марк Огонь прямо сказал что заберёт братьев домой и он вместе с ними так он устал.Пётр Тихи сказал что он тоже уйдет но всю свою жизнь будет служить Богине Тихи. Были и те кто хотели остаться.Алексей Ветров захотел остаться хочет быть прославиться как смелый и сильный и вспоминали за поступки и подвиги.А то быстро бегают только испуганные.Платон Синдский хотел остаться чтоб стать центурионом чтобы получать много богатсв и свою семью прославить как поколения великих воинов.Он просил дать ему мою должность центуриона.Я ему не смог отказаться но дал совет чтоб был он сдержанным и соблюдал правила.Так я считал что на эту должность мог подойти Аркадий Огонь.Но Платон Синдский имеет силу вести легионеров в бой и быстро разграмывать врагов особенно скифов.Игнатий Филосовский сказал что останется так как чтобы изучать и понимать народы окружающие нас. Антона Странник все время спал но мы разбудили и спросили об этом но когда разбудили.Он сказал утро .Скорее всего спрашивая что они разбудили из за натупление утра.Мы спросили о том что останится он в легионе на то что сказал да и уснул.Мы решили тоже уснуть.

Оригинал:

XXIX

Mane nemo nos excitavit. Sed ex more surreximus, quasi acilifer nos omnes excitasset. Musicos vidimus, qui legionarii erant, ad animos in legione levandos canentes, sed solum in festis diebus. Acilifer quoque canebat et inter alios legionarios erat. Tubam portabat. Alius musicus citharam portabat. Ultimus erat cantor. Erant etiam medici, qui vitas nostras custodiebant. Unum ex eis interrogavi, quale esset custodire, cum homines celebrarent. Cui ille respondit se vesperi celebraturos esse. Postea omnes legionarii et centuriones circa mensam sederunt. Musici, instrumentis suis utentes, bene opus suum perficiebant. Interdum sub musica cantor, quasi carmen scriberet, loquebatur. Vinum bibebamus et multum carnem comedebamus. Erant etiam porcina, bubula, pullus et cancri. Etiam loquebamur, cum animi essent, a gaudio ad iram. Ira in contentionibus apparebat, de eo quis plus biberet, aut de suis factis narravit et quis factis suis dignus esset. Etiam fabulas vitae et cogitationes suas narrabat. Ignatius Georgius Philosophicus dicebat Scythas Gallorum consanguineos esse, quod capillis rubris essent. Valentinus Victor iuxta eum erat. Tacitus risit, dicens cognatum suum Cornelium Rufum Scytham esse. Vitam suam legionariam et quomodo primipilus factus esset, narrabat. Dicebat se in Gorgippia natum esse, filium mercatoris. Mercatus erat circa urbem, sed bona raro emebantur, itaque raro edebant. Cum in legionem venisset, eo tempore legionarii deerant, et per orbem terrarum in varias regiones ivit, hostes interdum ipsos milites prohibebat. Cum eo fuerunt diversi commilitones. Cornelius Rufus adiuvit pacem in septentrionibus, unde erat, constituere. Deinde ad terras natales redire debuit, sed cum commilitonibus communicationem servabat. De indole dicebat se quietissimum esse et semper concordiam posse efficere. Credit se bellis continuis aliquando ad famem ducere posse. Quod ei non placet et conatus facit ad pugnas finiendas. Pro frequentibus victoriis et celeri seditionum et militum intermissione, dignitatem suam accepit, nunc unum locum tenens mandat. Interdum legionarios spectans, se ante dignitatem recordatur. Plato Victor Sindo quaesivit, si de dignitate centurionis, a Valentino Victore Tacito. Dixit se eum centurionem constituere. Postquam vinum biberunt, valde iucundum factum est. Musicis rogatum est ut laetius canerent, quod fecerunt. Comparavi me, si cum sociis malis militare oporteret. Tum ipse se cum pastore compararet, non ut centurionem. Mali homines pertinaces et capriciosi sunt, sicut oves et caprae. Cum Valentinus Absconditus narrabat, evanuit, sed locus mansit; exspectare coepimus. Caro minuebatur, vinum quoque. Sed subito sedebat quietus, vinum attulit sed nemini dixit. Amicum patris vidi quoque; venit, cum centurione colloquebatur, severus erat, sed cum me vidit, vultu laetatus est. Sed propius accedere non potuit, quia negotia habebat. Vespere omnia comesta sunt, vinum exhaustum. Mea paravi. Galeam legionarii et centurionis, scutum, gladium sumam. Etiam in legione stipendium accipere debeo. Multi erant, sed accepi. Computabant stipendium legionarii et centurionis, atque praeterea pro meritis. Et domum proficisci paravi. Via longa erit. Sed nolo pecuniam dissipare, ut parentibus reddam. Sentio me non eundem rediturum esse, qui discessi.

Перевод:

29

Утро нас никто не будил. Но мы встали поправилам словно аквилтфер будил нас всех.Мы увидели музыкантов были легионерами выступающие для поднятие духа в легионе но обычно по праздникам.Акфилифер тоже выступал и был между другими легионерами.Он носил трубу.Другой музыкант носили арфу .Последний был певцом.Еще были медики чтобы охраняли наши жизни.Я спрашивал одного из них каково этоохранять когда люди празднуют.На что он ответил что вечером они будут праздновать.После все легионеры центурионы сели около стола.Музыканты используя свои интсрументы хорошо исполняли свою работу.Иногда под музыку певец под музыку говорил словно писал поэму.Мы пили вино и ели много мясо.Там бала и свинина и говядина и курица и крабы.Также мы общались когда было настроение от радости от гнева.Гнев проявлялся в спорах, о том кто больше выпьет, или рассказывали свои подвиги и кто достойный своих подвигов. Также рассказывал история из жизни и свои мысли.Инатий Георгий Филосовский рассказывал что скифы являются родственниками галлов.Так как имеют рыжие волосы.Валентин Виктор был рядом с ним Скрытный расмеялся.Сказав что его знакомый Корней Рыжий является скифом.Он рассказыва свою легионерскую жизнь и как стал примипилом. Рассказывал что родился в Горгипии сыном торговца.Торговал около города но покупали товары редко поэтому питались редко .Когда попал в легион.В то время нехватало легионеров и он по всему миру ходил на разные земли останавливал врагов иногда сами воины.С ним были разные сослуживцы.Корней Рыжий помогал устанавливать мир на севере который был родом. Потом ему нужно было вернуться на родные земли. Но с сослуживцем поддерживаеи общение.По характеру говорил что он очень спокоен и всегда может договориться.Он считает что постоянные воины могут привести к голодным временам когда нибудь. Что этому не рад и прилагает усилия в прекращени битв. За частые победы и быструю оставновку востаний и воинов.Он получил свою должность теперь он командует оставаясь на одном месте.Иногда смотря на легионеров вспоминает себя до должности.Платон Виктор Синдский спросил может о должности центурионом у Валентина Виктора Скрытного.Он сказал что назначит его в центурионом.После того когда выпили вино стало очень весело.Музыкантов просили играть более веселее что сделали. Я сравнил что моя если мне пришлось служить с плохими сослуживцами.То он бы сравнил себя с пастухом но не как центурион.Плохие люди упрямые и капризные как овцы и козы.Когда рассказывал Валентин Скрытный пропал но место осталось мы начали ждать.Мясо становилось меньше вино тоже.Но неожиданно сидел спокойно он принес еще вино но не кому не сказал.Также видел друга отца он приходил общался с центурионом был серьезным но когда увидел меня он понемялся в лице был весел что увидел меня.Но не смог подойти ближе так как у него были дела.Вечером все былосъедено вино выпито.Я подготовил свои вещи.Возьму шлем легионера и центуриона ,щит ,гладиус.Также в легионе мне нужно получить жалование.Была много было людей но я получил.Посчитывали как жалование легионеру и как центуриону и дополнительно за жалование за подвиги.И я собрался домой.Дорога будет долгой.Но я не хотел тратить чтобы отдать родителям.Но чувствую что вернусь не тем кем уходил.

Оригинал:

XXX

Iam paratus eram abire, iam vespera finiebat et nox obscura erat. Ad me accessit Dementius Vinitor dicens se velle totam coetum in uno loco prope tentorium congregari, nam aliquid magni momenti dicere volebat. Sequebar eum et vidi eos stare et exspectare nescios quid sperarent. Dementius Vinitor cum cista erat; ex cista vinum eduxit et unicuique nostrum distribuit. Postea dixit se vinum pro signo coetus tradere. Laudabat pro factis, deinde vinum dabatur. Diutius omnes laudavit, quod ad auroram propius erat. Tum ipse primus abire coepit, dicens ut ad eum ut hospites venirent. Postea ex castris egressi sumus, quisque ad domum suam. Mea sumenta tenebam et lente abeuntem. Procul abii, ita ut castra videre non possem, et sol coepit oriri et lumen vidi. Sol mundum patefaciebat. Via instar fluctus marini procedebat. Interdum tranquilla erat, sed via oblita et laesa. Etiam in hac via oblita iacebat arbor exaruit, in terra haesitans. Memorabam me in curru cum patre aut bestiam aut hominem tetigisse, quem videre nolebam. Sed intellexi me recte domum ire. Sol alte erat et pergere solebam; nihil erat praeter herbam. De domo cogitabam. Corpus meum non cogitabat de lassitudine, sed spiritu defessus eram. Etiam cogitabam si res amiseram, sed recordabar et videbam omnia mihi esse. Sol altus erat et ego ambulabam; nihil erat nisi herba. Cogitabam de domo. Corpus meum non cogitabat de fessitudine, sed spiritu fessus eram. Etiam cogitabam num res amiserim, sed recordabar et videbam omnia mihi esse. Sol iam occidebat; spectabam occasum. Occasus similis erat foco domestico. Sed ambulabam et ambulabam, exspectans ut domum meam longe viderem. Ad domum perveni vesperi; tenebrae erant. Cum pulsavi, parentes mihi aperuerunt. Valde laeti adventum meum erant. Dixerunt se non solum esse; ad eos venit amicus patris mei, qui in castris erat. Iste erat valde hilaris et cum patre meo colloquebatur. Me spectabat et patri meo narrabat merita mea in legione. Pater, ad amicum suum Valerium conversus, dicebat eum narrare mea facta et eum esse centurionem decimae cohortis. Mater prope patrem sedebat, ut fidelis comes; laeta erat propter me, non quia fortior factus essem, sed quia redii. Tacitus patri vino dedi. Redii in cubiculum ut tunicam rubram mutarem in albam et redii ad patrem, matrem, et avunculum Valerium. Patri narrabam timores eius ex experientia in legione fuisse, sed me superavisse. Homines in legione tranquilli et rei fidelis erant. Valerius dicebat olim in legione chaos fuisse, sed cito id correxerunt sub Gaio Iulio Caesare Octaviano Augusto. Illi hoc viderunt. Interdum legionarii rixas faciebant, quae finiri non poterant. Sed ad eos venerunt centuriones periti et ordinem constituerunt. Valerius etiam meminit quomodo ipse cum patre uvas comederunt et ebrii fuerunt, quod in legione reprehensum est, sed postea in ordinem redierunt. Cum pater narrabat, vultu turbatus erat propter pudorem.

Sed ad eos venerunt centuriones periti et ordinem constituere coeperunt.

Valerius etiam meminit quomodo cum patre uvas comederint nimis et ebrii fuerint, quod in legione reprehensi sunt, sed postea in ordinem redierunt.Cum narrabat, pater erat contristatus pudore.

At avunculus laetabatur quod id accidisset.

Praeterea narrabat patrem a militiae officio liberatum esse, ipse autem legionarus legationis munere fungitur, qui legionarios ex terris remotis et parum incolis convocat.

Narrabat Acamas Madius cum legato suo et servis stabulum militare et mercatorium aedificare, ut servos adhiberent.

Sed Acamas Madius solum sua ratione utebatur, nec intellexit quid legatus ei mandaret.

Itaque legatus dicebat quid facere oporteret, sed ille non explebat.

Propter hoc stabulum diu aedificabatur.

Ipse autem nesciebat quod, si stabulum perfecisset, liberaretur, sed hoc adhuc ignorabat.

Deinde de se ipso narravit: multos annos in legione militavit, promotionem aut meritatum otium exspectans.

Tristis erat et dixit se vires deficere, continuo legioni servire, donec successorem invenissent, sed ipse successorem non invenisset.

Postea meminit se unam rem oblitus esse et festinare coepit.

Exivit et audiebantur equi et plaustra pulsabant.

Silentium erat, ego ad dormiendum ivi.

In somnis audivi patrem matri loquentem: "O Matrona, filius noster rediit."

Deinde ad somnum abiimus.

Cras vita cotidiana erat: oves pascebam, cogitans ad urbem ire ut atramentum emam, nam iam deficiebat.

Перевод:

30

Я уже собирался уходить уже был конец вечера и была темная ночь.Ко мне подходил Дементий Винодел сказав что хочет чтоб вся группа собралась в одном месте около палатки он хочет сказать важное.Я пошел за ним увидел что стояли и ждали не зная чего ожидать.Диментий винодел был с ящиком он вытащил из ящикк вино и раздал каждому из нас.После сказал что отдает вино в знак группы.Он хвалил за поступки потом давал вино .Он долго хвалил всех что было ближе к утру.После он первый начал уходить скавав приходить к нему как гости.После мы выходили из лагеря каждый по домам.Я держал свои вещи и медленно уходил.Отходил далеко так что лагеря не было видно и стало начинало солнце подниматься и я увидел свет.Солнце показывало раскрывало мир.Дорога проходилась как морская волна.Иногда было спокойно но дорога была забытой и поврежденной.Даже на этой забытой дороге лежало засошее дерево застрявшее в земле.Я вспоминал что на колеснице я вместе отцом задевали толи зверя или человека я не хотел видеть.Но я понимал что иду правильно к дому.Солнце было высоко и я шел дальше нечего не было кроме травы.Я думал о доме .Мое тело не думало об усталость но я устал духовно.Также думал не потерял ли вещи но я вспоминал и видел что все у меня есть.Солнце уже уходило я смотрел на закат.Закат был похож на домашний очаг.Но все шел и шел ожидая что далеко увидется мой дом.До дома дошел вечером было темно.Когда постучал мне отрыли родители.Они были очень рады моему приходу.Они сказали что они не одни к ним пришел друг моего отца который был в лагере.Он был очень весел и общался с моим отцом.Он смотрел на меня рассказывал моему отцу достежение в легионе.Отец обращаясь к своему другу Валерий что он рассказывал мои подвиги и что он центурион десятой когорты.Мама сидела около отца как верная спутница она была счастлива за меня не из за того что стал сильнее а что я вернулся.Я молча отдал отцу вино.Вернулся комнату чтобы поменял красную на белую тунику и вернулся к отцу, маме и дяде Валерию.Я рассказывал отцу что его страхи от опыта в легионе было но я справился.Люди в легионе были спокойны и верны делу.Валерий говорил что раньше был в легионе хаос но быстро это исправили при Гай Юлий Цезарь Октавиан Август.Они видели это.Иногда легионеры устраивали драки что было не прекратить.Но к ним пришли опытные уентурионы и начали создавать порядок.Валерий также вспомнил о том как он с отцом объелись винограда и были пьяны что в легионе осудили после вернулись в строй.Когда рассказывал отец был хмур от стыда.Но дяде было весело что это произошло.Также рассказывал что отца освободили от службы а он выступает как легионер посол который собирает легионеров с далеких мало заселенных земель.Он рассказывал что Акамаса Мадия вместе с его послом и слугами строят конюшни для военных и торговых целей как рабов.Но Акамас Мадий не понимал только на своем и поэтому его бывший посол говорил что ему нужно сделать.Но он не выполнял что нужно.Поэтому из за него конюшни долго строиться.А он не знает что если построит то освободят но пока он не знает.После рассказал про себя.Что он служит в легионе очень давно ждет повышение или отправление на заслуженных отдых.Он был в печали и рассказал что нет сил он непрерывно служит легиону пока не нашли и он не нашел преемника на его место.После вспомнил что он забыл про одно задание и начал торопиться.Он вышел и слышны были лощади и стучала колесница.Была тишина я пошел спать.Я слышал во сне что отец обращается к маме.Ох Матрона наш сын вернулся.После пошли спать.Завтра была обычная жизнь я пас баранов.Думая пойти в город купить чернила .Так как уже закачиваются.

lexicon (Словарь):

Аквила (легионерский орёл)— знак, боевое знамя легионов в древнеримской армии в виде орла.

Аквилифер — почётная должность в армии Древнего Рима, знаменосец, нёсший легионного орла.

Албаны - это понятие означало народы которые живут в горах или горной местности

Архонт — должностное лицо.Греческий правитель

Бата – антчный город на побережья черного моря. Сейчас называется Новороросийск

Боспор - античное государство в Северном Причерноморье. Была чатью Римской империи и присоединялось от конца 1 века до.н. э до начало 1 века н. эры.

Горгиппия — античный город на побережье Чёрного моря. Сейчас называется Анапа.

Гостеприимное море — Чёрное море его называли греки, а позже римляне.

Гирканским море — Каспийское море

Заступ — устаревший синоним для лопаты

Меоты — племена, в I тыс. до н.э. проживавшие на восточном и юго-восточном побережье Азовского моря

Некрополь — большое кладбище. Дословный перевод «город мертвых»

Ойтоситр— бог солнца и света в скивской мифологии

Примипил — самый высокий по рангу центурион легиона, стоявший во главе

первой центурии первой когорты.

Сарманты — народ, состоявший из кочевых ираноязычных племён

Синды — одно из многочисленных племён Северного Причерноморья, обитавшее в I тыс. до н. э. — первых веках н. э. на Таманском полуострове и прилегающем к нему побережье Чёрного моря.

Скифский Неаполь— античный город находился в центре Крыми . Сейчас называется Симферополь .

Танаис — древнегреческое название реки. Сейчас это река Дон. Также назывался одноименный город в устье реки Дон.

Термополий — древнеримский трактир или бар.

Тихи — богиня случая, богиня удачи и судьбы в древнегреческой мифологии. В древнеримской мифологии ей соответствует Фортуна.

Тавры — народ, населявший в древности южное побережье горную часть в честь них называли полу-остров Таврика сейчас Крым

Торик - античный город на побережье Чёрного моря. Сейчас называется Геленджик.

Фрументарий — военнослужащие, занимавшиеся поставками хлеба для армии.