Ритм Твоих Барабанов

Глава 1

— Абросимов? — Марина Павловна, не отрываясь от журнала, ставит неявку, но дверь кабинета с грохотом отворяется.

— Тут.

Парень шмыгает разбитым забинтованным носом, его светлые серые глаза скользят по стене у входа. Чёрная оверсайз толстовка достаёт ему до середины бедра, капюшон натянут, скрывая короткие темные волосы. Протёртые до серого цвета джинсы и грязные кеды привлекают цепкий взгляд Марины Павловны.

— Школьная форма не для Вас, Абросимов?

— Извините… — Звучит тот же незаинтересованный едва сломавшийся голос, но для приличия парень смотрит под ноги.

Учительница поправляет очки на переносице и хмыкает, снова обращая взгляд к толстому бумажному журналу в яркой жёлтой обложке, делая ручкой пометку, наверное, записывает опоздание. К Марине Павловне легче не приходить вообще, чем опаздывать – завалит дополнительными вопросами по теме, хотя …

— Садись, Абросимов, подойдёшь на перемене.

…Как бы она не пыталась это скрыть, Марина Павловна слишком заботилась о своём классе, чтобы ругать подопечных, хотя и пыталась поддерживать образ строгой русички.

Диана глубоко вдохнула и сильнее наклонилась к открытой тетради, пушистые волосы упали на бумагу. Конечно, этот парень шёл к единственному свободному месту – рядом с ней.

Кирилл Абросимов как бы известен, но не слишком. Все знают что он раздолбай из “А” класса, который прогуливает 99% всех уроков, а если и приходит, то весь побитый и, очевидно, неподготовленный.

Раньше он учился в другой школе, в эту поступил после 9-ого класса, другой вопрос: зачем? Школа была обычной, не гимназией, но и не “шарагой”.

С одноклассниками и ребятами с параллели он не общается, а учителя закатывают глаза от одной его фамилии.

Чем он вообще занимается в свободное время?

Диана подпрыгивает от скрипа ножки стула об пол справа от неё. Она тут же отворачивается к окну, стараясь не пялиться на парня. Абросимов пришёл в школу впервые за несколько месяцев, да ещё и на первый урок.

Когда её в первый раз толкнули в бок, Диана подумала, что это совпадение. Но затем ударили ещё дважды, каждый раз сильнее.

Диана медленно поворачивает голову к однокласснику.

— Скок сёдня уроков? — его шёпот едва громче тишины, но он даже не поднимает взгляд, ссутулившись и уткнувшись в телефон под партой.

— Ээ... семь…

Он правда пришёл, даже не зная расписания?

Диана косит глаза на одноклассника.

Абросимов даже не кивает в ответ, медленно выдыхает через рот, отворачивается и сползает на стуле, нахмурив широкие тёмные брови. Диана тут же отворачивается и пристально устремляет взгляд на Марину Павловну.

— Филиппова?

— Есть!

***

— Абросимова нет, Бобров?

— Кхм! Я есть.

Юрий Борисович поднимает взгляд и встречается взглядом с серыми глазами Абросимова. Тот сначала хмурится, а затем кусает нижнюю губу и то ли смущённо, то ли раздражённо отводит напряжённый взгляд. Если Марина Павловна его жалела, то Юрий Борисович был жесток с ним как ни с кем другим. Больше всего математика, кажется, раздражали такие неординарные ученики, как Абросимов.

— Явление Христа народу. — Учитель бормочет, потирая пальцами седую бороду. — Так о чём это мы, Бобров?

Когда Абросимов остался в школе до обеда, одноклассники начали неприкрыто коситься на него.

И не только остался, ещё и продолжил сидеть рядом с Дианой, когда несколько одноклассниц отпросились на подготовку к какому-то школьному концерту, оставив после себя две пустые задние парты.

Не то чтобы Диана изгой, просто у неё нет близких друзей в школе. И вообще нет друзей. Но Диана не изгой: одноклассники здороваются с ней на улице, на уроке она может попросить у кого-то ручку, и ей помогут… Ну может иногда её не замечают или забывают добавить в какой-то новый организационный чат, и что? Она просто обычная непримечательная школьница, со всеми бывает. У Дианы есть дела поважнее подружек. На носу ЕГЭ!

И ей точно всё равно, что иногда она слышит смешки позади себя, это не адресовано ей, просто парни смеются между собой.

Не над ней…

Диана не красавица, она это знает: её нос и щёки слишком округлые, глаза слишком узкие, отчего лицо выглядит опухшим, фигуры у неё нет, а на голове растрепанные русые волосы. Но карие глаза глубокого шоколадного цвета с длинными светлыми ресницами – её изюминка, вот что она знает наверняка.

***

Весна в этом году началась раньше. В их северном городке в конце марта обычно ещё грязный рыхлый снег лежит на асфальте, но сейчас чистые улицы освещаются ярким светом мигающий серых фонарей, воздух пахнет свежей сыростью, а на тёмном небе снова собираются тучи, предвещая дождь.

Диана плетётся по освещённому желтым светом фонарей проспекту, сворачивая на узенький переулок, ведущий к ней во двор.

По вторникам и четвергам у неё репетитор по обществознанию, Марина Борисовна, конечно, прекрасный преподаватель, но после занятий Диана чувствует себя абсолютно выжатой.

Она поправляет сумку с тетрадями на плече и ускоряет шаг. Их дом хороший, достаточно чистый и отремонтированный, во дворе новая детская площадка на песочнице. Но ходить по подворотням и дворам Диана не любит, конечно, на всяких гопников или алкашей она не натыкалась никогда, но страх остаётся, особенно тёмными вечерами.

Последний поворот, но Диана резко останавливается. Откуда-то сбоку раздаётся приглушённое жалкое мяуканье.

Она поворачивает голову и видит коробку под железной пожарной лестницей старой пятиэтажки с облезшими в некоторых местах белыми стенами. Из картонной коробки выглядывает ткань. Когда Диана подходит ближе и садится на корточки, то понимает: это одеяльце, в которое замотан маленький пищащий комочек. Новорождённый котёнок с рыжей полосатой шерстью и воспалёнными красными глазами, полными слез, маленькие ушки прижаты к голове, а на лбу детёныша небольшой спутанный клочок шерсти с засохшей коричневой кровью.

Диана аккуратно подносит два пальца к котёнку, он дергается и дрожит, но обнюхивает их с тонкими громкими всхлипами. Она аккуратно поглаживает его по загривку, не совсем понимая, как же помочь. Мама никогда не разрешит завести домашнее животное, может отнести в приют? Не оставлять же малыша прямо здесь...

Через несколько минут Диана вернулась с пакетом молока и паштетом из зоомагазина. Добрые продавщицы даже отдали какую-то пластиковую крышку как замену миски, в которую выжимает паштет, перемешивает с молоком и аккуратно ставит в коробку.

Котёнок принюхивается и с чавкающим мяуканьем принимается за еду. Диана смотрит в его огромные слезящиеся глазки, что ей делать...

Она смотрит на время. 19:47. Ей нужно идти, скоро мама вернётся домой, а у Дианы ещё не прорешаны задачи по профильной математике на завтра.

Она в последний раз бросает тоскливый взгляд на маленькое существо – Прости, пожалуйста, но я ничем не могу помочь, малыш. – и убегает.

Малышу нужен ветеринар. Мама будет ругаться. Ты не можешь просто оставить его здесь, Диана. Мама скажет, что он заразен. А если его найдут бродячие собаки? Мама не одобрит… Он может не дожить до завтра. Но…

Наверное, Диана не очень хороший человек.