Римару. Странник

Пролог

Пустыня. Голодная, жестокая земля. Ярко-желтое солнце, что бесстрастно смотрит на мелкие, копошащиеся внизу точки. Они рождаются. Они умирают. Цикл запускается вновь.

Еще один скоро уйдет в землю, что породила его. Завернутый в тряпье, как в саван, иссушенный и обожжённый жаром до черноты. В нём нет почти жизни, но что-то заставляет двигаться вперед.

Я. Кто я. Что я делаю. Куда я иду. Кто я?!

Подъем, спуск, снова подъем. Сквозь жар пустыни, песок обжигает ноги. Лучше идти ночью, не так холодно. Ночью можно напиться росы, что инеем оседает на камнях. Ночью издали заметишь город. Ночью редко встретишь бандитов.

Ночью выходят на охоту всевозможные звери.

Ночью идти нельзя.

Иду. Город должен быть. Там, впереди. Всегда был город. Ходил там.

В городе есть еда. Еда это хорошо. В городе есть другие, такие как я. Есть не такие. Они разные. Я иду в город?

Растения в пустыне есть нельзя. Колючие и жесткие. Можно осколком камня надрезать, собрать смолу и жевать. Голодно все равно, но идти легче. Но глотать нельзя - будет плохо потом.

В пустыне другие разные. Злые чаще. Могут убить. Могут побить и забрать. Потом заставят работать. Еду дадут. Невкусную. Но не умрёшь, если не спорить. Если работать. Бьют. Могут отдать другим, там воды больше. Те заставят говорить про их этого.. не помню, такой, не как мы, очень сильный, но я его не видел. Эти совсем плохие. Других не как я не любят больше. Могут убить просто так. Я выживал. Сбегал. Много раз. Не помню.

Не помню себя. У каждого есть это.. слово. Не просто слово. Специальное. Только его. Бывает, повторяются. Но редко. Надо много ходить, чтобы встретить другого, у кого такое же слово как у кого-то. Моё слово было только моё. Ни у кого такого не было. Забрали. Даже Слово.

Был слабый. Выбросили. "Псы съедят". Пёсы. Или сабакы. Не помню. Злые. Не как те, у статуи. Делают больно, чтобы есть. Снаружи не мягкое, как на голове. А твердое. Внутри такое твердое есть. Держит, чтобы не сгибалось. Если сильно сгибается - потом больно и двигается плохо. Если снаружи мягкое порвется - можно умереть. Меня часто сильно сгибали. Пёсы зализывают. Я пробовал. Плохо, тянуться сложно бывает. Но помогает.

Пёсы не съели. Другой пришел. Молчал. Твердый весь. Совсем другой, твёрдое не такое, как у пёсов снаружи. Как штуки, которыми били другие там, где тот, сильный, которого я не видел. Молчал, смотрел. Потом замотал. Мягким, дал еды. Долго нёс. Твёрдый весь, не бил. Еду давал. Потом оставил. Начертил на песке штуку. Ушёл, я иду теперь. Куда штука показывала. Там город. Будет. Не может не быть.

Звери не съели. Пёсов обходил. Чую. Когда долго ходишь - чуешь. Только вспомнить. Кто. Кто вспомнить? Я? Слово забрали. Всё забрали. Вспомнил! Грех. Говорили нельзя такое. Такие штуки. Почему нельзя? Штуки больно не делают. Больно делают штуками. А штуки - грех. Не понимаю.

Шёл-шёл. А тут штука. Твёрдая. Можно бить. Если бить - будет больно. Только держать надо. Если не так взять - будет самому больно. Взял себе. Если будут опять отбирать - не дам. Моя. Острая, можно будет резать. Других злых. У них тоже штуки такие есть. Надо резать так, чтоб тебя не порезали.

Одному сложно. Надо другого найти. Который больно не делает. Два если - легче. Но еды искать больше надо будет.

Долго иду. Сложно. А город там. Впереди. Он точно есть.

Найду. Обязательно. Всегда находил, и сейчас найду.

Вспомнить Слово нужно. Если узнают, что не помню даже Слово - будут бить и снова уведут. Пока слабый совсем. Надо сильным стать. Буду сильный - не дам себя бить. И других не дам, которые меня не бьют. Будем вместе.

А пить хочется. И есть хочется. И пёсы где-то тут точно есть. На песке пятна были. Такое, которое внутри. Если порезать штукой - льется. Слабеешь. Если всё вылилось - умрёшь. А тут пятен много. И такие.. оттяпки? печаки? от-пе-чат-ки. Отпечатки. Лапов. Сытые. Не охотятся, спят. Можно поспать. Пока сытые - не будут больше искать. И потом быстро ходить. Голодные быстрые. Найдут.

Холодно. Ночь. Идти. Потом иней будет. Можно попить. Немного. До города дойти скоро. Там.

Скоро совсем не получится думать. Есть надо. Пить. Голова не думать. Буду глупый. Не вспомню Слово.

Голоса в голове. Были. Там, залез, было такое. Как в городе. Как логово у пёсов. Только для таких как я. Но не такое. Старое. В таком бывают такие, как который меня нёс. Только злые. Бьют. Но тут не было. Совсем никого. Только голоса. Такие. Говорили странное. Не слышал раньше. Сказали, что ждать лучшего нельзя. Что надо испытать. Не ждать другого. Ждали долго. Не дождутся. Потом не помню. Темно было. И долго. На голове длинное стало. Значит долго прошло. Потом не нашёл, куда лазил. Не помню даже. Пошёл снова. Легче стало. Не так голодно. И думать почему-то легче. Голова не так болит.

Глава 1

Город. Когда-то. Сейчас - место для таких как я. Обломки. Кто оступился. И падал. Падал до конца. Здесь не живут. Здесь оказываются. Ворота всегда настежь открыты - впрочем, сюда чаще залетает ветер, чем забредают путники. Разрушенные здания. Целых на весь город всего четыре. Разрушенных - куда больше. В развалинах - брошены "общие" спальники, горят костры. Случались бы в пустыне дожди - может, натянули бы хоть навесы, хотя, зная местных, скорее забились бы глубже под развалины крыш. Впрочем, дождей здесь не бывает, а от пыльной бури навесом не защититься.

Последняя неделя пути далась мне сложно. Мыслить было тяжело, впрочем, гораздо легче, чем раньше. В памяти понемногу исчезала история о ночевке в заброшенном здании, где (видимо из-за токсинов пустынной смолы) мне причудились какие-то голоса в голове. Хотя, это помогло мне собраться, вспомнить куда я иду и зачем. Вот только не удалось вспомнить свое имя. Впрочем, всегда можно взять новое (что-то подсказывало мне, что в прошлом не раз менял не только имя, но и внешность). Из полезных воспоминаний - старый тайничок в городе, где я всегда старался держать чуть денег на случай очередного "падения".

Плохонькая ширасайя, найденная мной в пустыне, была, впрочем, неплохо заточена. В узком лезвии отразилось моё лицо - отросшая за время странствий борода и волосы помогут мне избавиться от старых долгов и обид, если такие остались.

Хаб - так назывался город. Город посреди спорных, ничейных земель, что последние пару поколений звались Пограничной зоной. Он переходил из рук в руки так часто, что уже пару десятков лет никто и не пытался его захватить.

Оценим, что есть у нас в наличии. Немного денег - тысяча кат десятью сотенными монетами - хватит, чтобы пару недель не протянуть ног с голоду и даже снять койку в местном баре. Рваные обмотки, едва прикрывающие чресла. Ширасайя, многими безграмотными местными называемая просто "катана без цубы". И отсутствие прошлого, что в местных землях иной раз больше любых богатств.

Нужно выжить. Чтобы выжить - нужно стать сильнее. Нужно место, где можно отдыхать. Нужны соратники. Я устал бегать по пустыням и вкалывать рабом на рудниках. Но начинать нужно с малого. И самым малым сейчас будет - пробежаться по развалинам и собрать весь мусор. Бармен, может, и не купит, да и не хочется впервые появиться в баре в таком виде. А вот уличные торговцы берут все.

Банки от грога и пустые глиняные бутыли, испорченные до совершенной нечитаемости книги, деревянные чашки. Не знаю, на кой это всё местным, но и заплатили мне сущие гроши. Впрочем, удача так и не отвернулась от меня. Отбившиеся от стаи гарру (до невозможности уродливые, но очень выносливые пустынные животины) были издали расстреляны проходившими мимо бродягами, кажется, из чистого интереса. По крайней мере, на их мясо и шкуры никто из бродяг прав не заявил, так что, выждав с четверть часа, я рванул разделывать подарок судьбы. Мясо, завернутое в шкуры, кое-как удалось донести до города. Нужно завялить мясо, шкуры же продадим, никакой ценности (кроме денежной) сейчас они для меня не представляют.

Теперь где-то это все нужно схоронить, местные оборванцы уже и так провожают голодными взглядами.

В баре можно продать мясо, но нельзя хранить. В сарайчике с генератором - провоняется до невозможности, лучше уж продать. В башню недобрых, но молчаливых ребят, затянутых в черное, с таким вопросом как-то и подходить неловко, самого на котлетки нашинкуют. А вот закрытый сарайчик на задворках - самое то, пока не удастся заявить права на какие-то из развалин.

Крадучись, я пробрался внутрь. Стол у стены да тройка табуретов, две койки за ширмой. И сундук, закрытый на замок! Самое то, чтобы забросить пожитки - на время, пока не вернулись хозяева. Впрочем, слой пыли, встревоженный попытками вскрыть сундук намекнул, что жильцов давненько здесь нет. Переночуем здесь, а утром пойдем к бармену - раньше, по крайней мере, именно он решал вопросы о заселении.

Но, до ночевки, надо разобраться с сундуком.

Содержимое сундука не особо порадовало. Бутыль рома (это сразу на продажу, бармен даст хорошую цену), книжка святош и пяток листков, по трем из них было ясно, что записи велись от случая к случаю, два - на хорошей бумаге, с вензелями и следами сургучовой печати. Пока отложим в сторону.

Запирающий механизм отказал, попытка выправить личинку замка не увенчалась успехом. Ладно, обзаведемся своей жилплощадью, пока все равно нет ничего, за что стоило б держаться. К жизни разве что привык, но ценностью особой она являлась разве что тогда, когда за голову мою назначали награду.

Найденные документы я разложил на столе. Просмотрю хотя б бегло, пока не стемнело. Так, доклады какого-то проповедника из святош. "Бла-бла-бла, Хаб нельзя захватить, бла-бла, нет, надо уничтожить". Уничтожители, тоже мне. Пока здесь стоит бар (а один древний старик мне клялся, что еще его дед в этом баре свадьбу гулял), Хаб тоже будет стоять, в этом мире должно быть место, где приличному забулдыге и проходимцу можно отлежаться, пока уляжется суматоха. Да и местные головорезы из башни специалисты по нечестному бою. Так что в одном этот святоша прав - Хаб нельзя захватить, проще рядом новый город отстроить.

Новый день - старые проблемы. Отсутствие своей конуры и наличие пустого желудка.

У знакомого уже уличного торговца прикупил кусок жилистого мяса (не забыть бы завялить вчерашние трофеи), да попил воды у колодца. Кстати, на случай совсем бедственного положения - можно будет поработать водоносом, на кусок мяса хватит.

В баре было не сказать, что полно народу, группка наемников уныло ковырялась в вареных овощах, какие-то оборванцы шумели и стучали ножами по столу, требуя от бармена еще выпивки. Тот, впрочем, особо не торопился так что удалось перекинуться парой слов.

-Приветствую, выпить, поесть, ну и еще кое-чего, что нужно любому - хоть горожанину, хоть проходимцу?

-Интересует пока только жилплощадь. Места много не надо, но своя берлога нужна.

-Решил остепениться? Дело хорошее, но многого от этой дыры не жди. Могу предложить тебе один из двух домиков - чуть-чуть ремонта им не повредит, всего за десять тысяч катов.

-А поменьше и подешевле - тут я повел рукой, показывая на свою одежду, - ничего нет?

-Есть сарайчик, всего тысяча. Расположен почти в центре города, далеко от ворот, тихий район.

-Это развалины неподалеку от башни? Пятьсот.

-Полное владение, как разбогатеешь - выкупишь еще пару, будет свой район. Девятьсот.

-Там ремонта на пару тысяч будет, от сарайчика там только фундамент. Шестьсот.

-Есть даже документы. Если, - тут бармен усмехнулся, - святоши захватят город, даже их засранцы инквизиторы не смогут сразу отобрать. Ну, или заплатят компенсацию. Восемьсот.

-Семьсот пятьдесят и материалы для ремонта покупаю только у тебя.

-По рукам.

Монеты перекочевали из моего кармана в стойку, а документы (ишь, не соврал) были торжественно вытащены из небольшого сейфа.

-Так, нужно вписать имя владельца и двух поручителей.

-Римару. - Странно, еще пару минут назад я был уверен, что не вспомню имени. Римару. Никакого отклика. Впрочем, неплохое имя. Звучное. Я даже развеселился. - . Второго поручителя не найдется?

-Тысяча.

-Сам найду.

Оглядевшись в зале, я приуныл. Авантюристы возьмут не меньше пятисот. Бродяги не ввяжутся в такое дело, побоятся. Шумные забулдыги ищут сейчас или выпивки, или драки. А уличные торговцы явно потребуют не меньше этого "предпринимателя". Пришлось снова повернуться к бармену.

-Согласен на тысячу.

-Теперь уже три. Тысячи. - Кажется, в этом городе не смог закрепиться ни один захватчик именно из-за этого сквалыги.

-Тогда подскажи, кто может поручиться.

-Заметил тех засранцев, что требуют выпивки? Они разбили и пролили уже больше, чем оставили в залог. Охрана их может выкинуть, но тогда другие постояльцы поднимут на ножи уже охрану. А вот если один оборванец случайно поссорится с другими оборванцами, тот тут уже охрана должна вмешаться. И если один оборванец будет умный и не будет драться с охраной, то этому оборванцу добрый бармен Дэйв подскажет, где найти поручителя.

-Тогда все, что сниму с их тел - моё.

-Чёрт с тобой, только избавься от них.

Старый трюк, драка с подставным. Что ж, проверим, насколько я утратил былые навыки. Проходим мимо, с презрением смотрим, ребятки уже на взводе, если не сработает - попробуем присесть к ним за стол.

-Какие-то проблемы, оборванец? Прости, сегодня не подаём!

-Есть одна. Думаю, не будет ли пыльник твоего парня мне жать.

-Ах ты ж паскуда!

Имён я их не успел узнать, для себя обозначил по самым выдающимся частям. Первый, что заговорил со мной, - будет Шляпа. Которую я, кстати, теперь себе хочу. Хорошая железная широкополая шляпа. Подмотать тряпья, чтоб голову не пекло - спасет и от солнца, и от дождя, и от удара. Да и перехватить на манер щита при должно умении несложно. Второй - с нодати (меч длинный, надо постоянно держать дистанцию), в ковшеобразном тяжелом шлеме и черном пыльнике (мой пыльник, надо проследить, чтобы никто не забрал) - будет Морда. Больно она у него неприятная, словно мамаша пыталась после родов удавить, да не смогла.

Недооценил я их, конечно. Сказалось долгое отсутствие практики. Шляпа успел резануть своей короткой катаной по животу, не столько рассекая, сколько царапая голую кожу. Морда подхватился, и отбросив стол (а я надеялся, что удастся вокруг него побегать, пока охрана не подтянется, эх..), рванулся ко мне, обнажая на ходу нодати. Ноги мои ноги, несите меня, желательно поближе к охране, и подальше от этих уродов.

Морда успел таки меня достать, наискось, от лопатки до крестца. Чуть глубже - и вопрос с жильем меня б уже не волновал. А так, орошая кровью и без того не особо чистый пол, удалось добежать до лестницы на второй этаж, краем глаза поглядывая, как охрана уже сцепилась с буянами. Да-а-а, мне бы не помешало потренироваться. Втроем они за пару минут разобрались, и уже отходили к своему столику, чтобы вернуться к обычному времяпрепровождение всех виденных мной стражей - игре в кости. А я направился к бармену, стараясь зажимать одновременно порезы на спине справа и левом боку. Тряпьем вязаться не стану, у бармена наверняка найдутся бинты.

-Грязная работа, Римару. - Бармен протянул мне свернутый рулончиком бинт. - Бесплатно, если обеспечишь вынос тел. И перевяжи их, в нашем баре не принято убивать клиентов. Пока они не переходят границы, конечно.

-Давай еще пару, если хочешь живых, хоть и не целых клиентов. И ты обещал наводку.

-Ты не из торгашей, случаем? - Еще два рулончика оказались на стойке, пока я пытался забинтоваться. - Еще тела не остыли, а уже оплаты требуешь.

-Не из торгашей. Поторопись, если не хочешь, чтоб твои "бывшие" посетители остыли. Глядишь, еще навестят твою забегаловку.

-На втором этаже, мужик в кепке. Зовут Хоббс, весь город знает. Давай, "телохранитель", жду.

Перевязавшись и перевязав неудачливых "клиентов", вытащил их из бара на улицу. Пристроил их под навесом, и занялся подсчетами прибытков. Семь с половиной сотен катов в минус. Развалины сарая в плюс. Царапина и длинная рана в полспины. Пыльник, шляпа и неплохие ботиночки (мой размер.. если разорвать рубаху Шляпы на обмотки). Нодати и вакидзаси - как раз обычный набор пса-ронина в поисках хозяина. Даже интересно, где они ими разжились, раздели небось какого неудачливого наемника. Жаль, комплектных доспехов у них не нашлось. Шлем Морды и портки тоже заберем, полежат пока в сундучке, могут и пригодиться, если повезет найти второго такого же, кто еще не опустил руки.

Хоббс оказался совершенно безумным. Мои попытки намекнуть на необходимость спуститься и просто кивнуть в ответ на вопрос бармена, похоже, совершенно обречены на провал. Нет, так просто я не сдамся. Уговоры - мимо. Даже попытку предложить ему деньжат проигнорировал. Продолжил свой рассказ про какое-то чудище, которое обладает несметными богатствами. И никто их добыть не смог, а он, конечно, сможет. Кажется, ром продать не удастся… Потому что придется истратить его на этого психа.

С ромом дело пошло куда быстрее. Даже, наверное, слишком быстро.

Слишком яркий свет. И во рту словно все местные (и мимо пробегающие тоже) псы отметились. Я под кроватью. Вместо подушки - пустая бутыль. Так, вопрос с больной шеей нашел ответ. Дальше. Вторая койка перевернута. Задрапирована на манер маленькой и очень кривой палатки. На моей койке - два небольших рюкзачка. Чего-то не помню, откуда они взялись. Ладно. Всё потом. Где-то у меня была вода. Дааа… Была. Вот дерьмо. Сначала заглянем в палатку. Потом к колодцу. Целительный труд, чтобы достать воды. Не помереть бы. С непривычки. Сколько я не пил? Так. Если отбросить те дни, что я брел в беспамятстве и валялся в клетке без сознания от побоев.. выходит, примерно с год. Ха, а говорят, рабы столько не живут.

В “палатке” оказался этот.. который в кепке..еще весь город знает. Ладно, не важно. Попробуем выяснить, чем вчера дело кончилось. У него-то опыт пьянок прям на лице написан. Причем сейчас - буквально.

Даа, неслабо мы вчера оторвались. Разрозненные картины из головы плавно складывались в более-менее полноценную историю. После бутылки рома мы отправились к Дэйву. Потом решили отметить покупку. Кажется, на второй бутыли рома нам пришла прекрасная идея объединить силы. За это мы тоже выпили. После за нашим столиком оказались те ребята из башни. После еще пары бутылей - они предложили помощь в этом и других городах, где есть представительства их гильдии. И скидки на оружие и снаряжение. Бонусом - готовы купить любой “палёный” товар. Всего за десять тысяч кат. Неплохое предложение, жаль, сейчас у меня и десятка кат не наберется. Рюкзаки, мы, кстати, обменяли на добытое мной мясо у поредевшей группы наёмников. Потом за это выпили. В общем, я уже даже и не удивлялся, что рюкзаки оказались набиты уже вяленым мясом. Не слишком много, но на неделю на двоих хватит.

-Послушай, Гобби, тут такое дело…

-Вообще, Хоббс, но твой вариант мне тоже нравится. Новое имя для новой жизни.

-В общем, я сейчас на мели. Вчера мы много друг другу наговорили, но я не уверен, что смогу прокормиться сам.

-Если бы я не был таким трусом, я бы давно ушел из Хаба. Ты - мой шанс, Римару. Выбраться отсюда, а не побираться, развлекая посетителей бара своими рассказами.

-Рад слышать. Тогда - пойдем за водой и думать, что дальше делать. Ты в курсе, мы вчера спустили все деньги?

-Почти. Последними ты заплатил Дэйву, чтобы подраться с его охранником на кулаках.

-Удачно вышло?

-Не совсем. Охранник не пил, поэтому ты свалил его с ног одним выдохом.

-Сурово.

Благо, Хаб не может похвастаться большим населением. И очередей у колодца нет. Удалось не только напиться, но и неплохо так ополоснуться, поочередно переворачивая бадью. Удивительно, Гобби - не жженоземец! Смуглый, конечно, скорее всего квартерон, но я не святоша, чтобы из этого раздувать проблему. Под солнцем меньше обгорать будет, опять же. Надо бы узнать, как он в этом баре оказался.

Дэйв встретил широкой улыбкой. Ну да, не каждый вечер вчерашний оборванец ему кассу делает. Да и свалить в честном бою его охранника… Ладно, будем считать, что вчера деньги были потрачены на репутацию и ценные знакомства.

-О, мой любимый клиент. Как там Хоббс?

-Лучше, чем выглядит.

-Стаканчик за счёт заведения?

-Откажусь. Подскажи мне, друг бутылок и потакатель порокам, что за ребята в железных масках вчера пили с нами?

-О-о-о, вы умудрились напиться в компании Железных людей.

-Напиться? - Кажется, зря я отказался от выпивки. - Они разве заходят в Хаб? И при этом не убивают всё, что движется?

-Те времена прошли, мой друг. Сейчас Скелеты приходят, редко, но все же. Даже караваны водят.

-Железные пьют нашу выпивку? - Рука всё же схватила стаканчик. А голова вполне благосклонно приняла алкоголь. Главное, не лоупотреблять.

-Ну, не сказать, что пьют. Но не мешают пить другим. Сказали, что с тобой “интересно”.

-А ты случайно не знаешь, что Скелеты под этим словом подразумевают?

-К счастью или несчастью, - тут бармена передернуло, последнее нашествие Железных в город оставило неизгладимые впечатления, - нет. Но заявили, что готовы пойти в твой отряд.

-Любопытная информация. - Железные люди в моём отряде. Даже не знаю, нравится мне это или нет. - Давай пока ближе к земле. Нужна подработка, желательно законная. Имею желание повторить пьянку в твоём баре.

-Есть заказ на медь. Скажем, полсотни кат за каждый кан [кан или каммэ ~3,75 кг] руды.

-Сотня. И не буду пытаться выйти на твоего заказчика.

-Шестьдесят. И кусок мяса каждый день.

-Девяносто. И целых две недели ношу руду только тебе.

-Восемьдесят. И всё, что найдешь на пустошах - несешь мне.

-Два куска мяса в день каждому. У меня ж все ж артель.

-Чёрт с тобой. Ты точно раньше баром не управлял?

-Нет, но часто в них пил.

Что ж, время сообщить Гобби, что утро после пьянки бывает не просто тяжелым.

Глава 2

Следующие дни прошли как один. Утро, набрать воды у колодца и ополоснуться. Обсохнуть, пока жуешь “аванс” мяса на сегодняшний день. Прикинуть очередность - кто ломает руду, кто смотрит по сторонам. Выдвинуться в сторону разведанных нами залежей. Пробежаться вокруг - мало ли, встали лагерем какие бандиты или устроила лежку стая костепсов. И ломать металл, стараясь выламывать плюс-минус одинаковые куски руды, чтобы проще было укладывать в рюкзаки. Под солнцем - прямо рай земной. Вечером - всё добытое сдать Дэйву или одному из его помощников. Основательно ополоснуться, получить второй кусок мяса. Слабо отличается от рабства, разве что в конце должны заплатить.

На исходе первого десятка дней тело вспомнило полученные на рудниках у святош навыки. Гобби не отставал, видимо, тоже пришлось помахать киркой. Да и запястья потирает иной раз характерно. Надо бы узнать при случае. Обменяться, так сказать, ценным опытом. Лишь бы не пригодилось.

У утренних пробежек, тяжелого труда и переноски добытого оказались и полезные (помимо финансовых) эффекты. Неподъемная в первые дни кирка стала выбивать руду за один-два удара. Мешки с рудой - полупустые в первый день - стали таскать в склад Дэйва по три-четыре раза на дню. Да и общее умение бегать - и быстро - неплохо так подросло. Особенно ценным это оказалось, когда нами заинтересовался залетный пёс. Впрочем, в город он за нами не полез, лишив нас возможности подкопить еще вяленого мясца.

Утром одиннадцатого дня - по договоренности с Дэйвом - мы устроили себе выходной и поднялись с постелей ближе к полудню. Взяли в баре мяса и вареных овощей, бутылку рисовой водки с болот, и отметили первые финансовые успехи нашей артели. Понемногу завязался разговор, чуть более содержательный, чем обычное веселое рабочее переругивание.

-Думаю, еще дней десять - и у нас хватит денег и на починку того “приобретения” и на вступительный взнос Шиноби.

-Согласен, - Гобби одобрительно поднял чашку с водой, - “крыша” нам во всех смыслах пригодится. Кстати, что будем дальше делать? Медь, конечно, дело хорошее, но много не заработаешь, особенно, если ты не бросил эту мысль с набором в отряд Железнолюдов.

-Знаешь, я их тоже побаиваюсь. Но ты вспомни, какие они бойцы!

-Помню. И как у них схемы замыкает тоже.

-Расскажешь? У меня, как бы сказать… небольшие проблемы с памятью.

-Небольшие, скажешь тоже! - Напарник хлопает ладонью по колену, словно услышал хорошую шутку. - Иной раз ты простых вещей не знаешь, а то выдашь такое, словно в Библиотеке сто лет прожил, а то и пару книжонок им написал. Признавайся, за это к “святым” на рудники загремел?

-А вот это я как раз не помню.Вообще мало что помню. Видимо, отбили большую часть воспоминаний. Сам-то небось тоже на рудниках киркой махал, навык-то за пару дней не набьешь.

-Приходилось, - он снова потер запястья, - только не у святош. Оттуда если и выбираются, то двигают обычно на север.

-Ну, а я подался, видать, на юг. Не помню, правда, как это произошло. У тебя была семья? Отряд? Кто-то ждет тебя?

-Были. Мы тогда неплохо жили на северном побережье. У родителей долго не получалось завести ребенка, когда я появился - тряслись надо мной, как клювастая тварь над яйцом. Из вида не выпускали. А в девять лет я сбежал. Пробегал по холмам до ночи, вернулся, когда уже луны взошли. А там.. В общем, набег людоедов.

После такого я как-то не решался нарушать тишину. Ну, точнее то, что можно назвать тишиной в этом городе - крики уличных зазывал, шорох ветра и звуки чьего-то ужина, что изливался из владельца в соседних развалинах. Впрочем, Хоббс долго не унывал, начав шарить под своей кроватью.

-Давай выпьем. За всех, кого потеряли. - Горьковатый дух мелассы, кажется, плотно пропишется в нашей халупе. - За всех, кого помним и не помним.

-Выпьем, Гобби.

Ром закончился быстро. Желание говорить - нет. Мы просидели, пока не стемнело. Завтра - снова на рудник. Надо бы получить у бармена плату за доставленную руду и начать понемногу стройку. Насколько я знаю Хаб - период затишья здесь может оказаться совсем недолгим, так что стоит иметь хотя бы немного наличности - на случай бегства.

Дэйв встретил меня в у стойки. Интересно, он вообще спит? И если да, то нет ли у него брата-близнеца, который подменяет его на это время? Надо бы подкинуть идейку Хоббсу - к утру уже весь город будет знать, что барменов на самом деле двое. И что каждый из них - подлый сквалыжник. За десять дней добровольной каторги - всего десять тысяч. Хватит либо на ремонт, либо заплатить парням в башне. Похоже, честным трудом (если у тебя не артель, хотя их бы еще прокормить как-то) тут особо не заработать. Ладно. Кстати, если нанять Скелета - и убедить его, что для дальнейших свершений совершенно необходимо, чтобы он день и ночь махал киркой - эти ж ребята, вроде, не устают. По крайней мере, никогда не слышал, чтоб Железные люди спали. Или вообще как-то отдыхали.

Десять монет. Десять дней каторги - десять маленьких, тяжелых кругляшей. Не та медная мелочевка, что клепается всеми, кому не лень, а полновесные каты старой империи. Небрежно сгребаем монеты со стойки и не глядя ссыпаем в карман. Главное, чтобы никто из местных не заметил, какая сумма у меня только что оказалась.

Видимо, накаркал. Не успел даже до временного пристанища дойти - не то что до башни. Смазанные тени, удар железной палкой по затылку. Дальше - снова тьма.

Голосов на этот раз не было. Были.. какие-то письмена. Вроде бы, что-то похожее когда-то использовали Железные Люди. И ведь ни у кого не спросишь. Да и зарисовать не получится, без сознания-то. Кстати, чего там эти буковки скачут? Немного приглядевшись, с удивлением заметил, что они хоть и остаются внешне совершенно непонятными - общий смысл вроде удается разобрать. Так, не помню за собой умений у древним языкам. И либо у меня есть скрытые способности, о которых я не знал, либо бред какой-то слишком связный.

“Критическое состояние”. Ну а какое еще оно может быть, когда тебе по башке дали железной палкой? Ладно, что там дальше? “Кровь” 17 единиц из.. ну, наверное, 80, если я правильно понимаю размерность этой шкалы. И, кстати, показатель понемногу убывает. Кровь течет из разбитой головы? Скорее всего.. “Грудь”, “Живот”; "Рука" и "Нога" - по две штуки. Полные, наверное, примерно по сотне единиц, но сейчас с разбросом от восьмидесяти до девяноста. Последствия падения? Или мозоли, царапины и мелкие потертости сказываются? Ха, вполне возможно, последние десять дней сложно назвать совсем спокойными, по крайней мере, таскать такое количество руды.. без повреждений не обойдется. “Голова”, кстати, вообще с отрицательным значением. “-9”. И цифры постепенно уменьшаются. Как и кровь. Ладно, не можешь повлиять - смотри. И запоминай, почему-то кажется, что все эти цифры вполне соответствуют реальному положению дел.

Дальше. “Состояние” - “без сознания”. Логично. Хотя я ж сейчас это.. ну, как бы, мыслю. А значит, сознание есть, но оно тут. Получается, я - там без сознания? Любопытно. “Атлетика - 12”. Ну, я, конечно, в последнее время совсем сдал, но не настолько ж. Надо больше бегать.

А вот это уже интересно.

“Атака: 9 (+6)

Защита: -3 (-1)

Сила: 8 (-8)

Ловкость: -1 (+1)

Крепость: 5

Уворот: 2”

Если задержать взгляд на “параметре” (кстати, откуда всплыло это знание? и да, откуда в пустоте при полном отсутствии тела взгляд?) - появляется более-менее подробное описание.

“Атака. Это ваше общее умение вести ближний бой. Влияет на шанс провести удар по оппоненту, и является основным, какое бы оружие вы не выбрали для освоения”. А если без оружия? Например, на голых кулаках? Ладно, дальше.

“Защита. Ваше умение воспринимать атаки противника и защищаться от них. Развивая этот навык, вы будете успешно блокировать больше атак, используя оружие”. Опять же, а если кулаки? Да и показатель отрицательный, я что, настолько криворукий, что скорее откроюсь удару, чем смогу защититься? К списку дел (если сегодня не помру) добавим тренировки на мечах.

“Сила. Физическая сила - способность использовать тяжелое оружие и доспехи, не уставая, и переносить тяжелые грузы, включая ваших раненых товарищей.” Если правильно понимаю, показатель “силы” у меня сейчас уменьшен из-за травм. Полный - “16”. Много ли? А черт знает, Сравнивать не с чем. Ну, не отрицательный - и то ладно.

“Ловкость. Влияет на скорость и точность вашей работы с мечом. Вам легче будет нанести раны противнику, а ваши атаки и блоки будут быстрее”. Поставлю в списке следующей, сразу после связки “атака-защита”. Да и в целом, быть ловким лучше, чем не быть. Глубокая мысль, однако.

“Крепость. Физическая духовная. Физически - способность выжить после поражения в бою. Духовно - мироощущение, выкованное горьким опытом. Потеряете сознание от ран или заставите себя подняться через боль? Запаникуете и истечёте кровью, или останетесь настолько спокойным, что замедлите сердцебиение, позволите крови запечься?” Похоже, я не совсем слаб духом, так.. на уровне зеленоземного червяка. И без боли этот “навык” точно не улучшить. А боль я не люблю. Но без подобных умений в пустоши не выжить.

“Уворот. Умение уходить от атак, не блокируя. Нужно сохранять легкость и скорость”. В тяжелой броне явно этого не получится… Тоже пригодится. Никогда не любил тяжелой брони.

Делать здесь, в темноте, похоже, больше нечего. Попробовать “замедлить сердцебиение и позволить крови запечься”?

В какой-то момент “утечка” показателей “крови” и “головы” замедлилась, а потом и вовсе пустота полосочек постепенно заполнилась. Правда, не сплошным, а полупрозрачным цветом, что намекало на временность ситуации. Это я смог себя залечить, глюк беспамятства или что? Впрочем, узнать это еще предстояло.

Новой информации тьма предоставлять больше не стала, так что осталось только строить планы на будущее и обдумывать произошедшее. Первое. Я не помню, чтобы когда-то видел подобное. И не слышал, чтобы кто-то рассказывал о таком. Второе. Меня уже не раз били по голове, но обычно была просто тьма. Или кошмары. Третье. Цифры вроде как соответствовали действительности. Точнее тому телу, которое у меня там, снаружи. Если я сейчас внутри, конечно. Четвертое. Надо заняться тренировками, желательно бы не с живым человеком, для начала. Только как такие манекены делать я не знаю. Но что-то подобное обычно есть в казармах стражи. Навряд ли мне там разрешать воспользоваться. Надо у Гобби узнать. Надеюсь, с ним-то все в порядке?

Интересно, сколько я здесь уже? И когда приду в сознание? Если попробовать применить логику (тоже интересно - в жизни мне чаще приходилось применять грубую силу или быстрые ноги), то света я не увижу, пока цифры “головы” не поднимутся выше ноля. Придется ждать.

А свет всегда такой яркий был? И во рту сухость, и в теле слабость… Сколько дней я провалялся? Сарайчик оказался и знакомым, и незнакомым одновременно. Вроде такой же, только лежу я на полу, нет ни стола,ни ширмы, ни коек, да и сундука в зоне доступа не наблюдается.

Попытка встать провалилась. Вторая оказалась почти успешной - пока я не начал заваливаться лицом вперед. Даже руки выставить не успел. Кровь из рассечённой брови литься отказалась, да и жидкости во мне сейчас, наверное, и на сё [сё ~1,8 литра] не наберётся. Ну, хотя б перевернуться на бок получилось. Не сразу, конечно, но уже хоть какой-то результат. О, и как я не заметил, что у стены стоит замечательная такая глиняная бутыль. Мы из неё ром пили, ровно перед тем, как я схлопотал по голове.

О роме напоминал только едва уловимый запах спирта и мелассы, но в бутыле оказалась ледяная вода. Значит, её сюда налили относительно недавно. Не больше трёх часов назад, раз уж, судя по теням, сейчас полдень. Налил её, как и перетащил сюда меня, скорее всего, Гобби. Не верю, что кому-то еще в этом городе будет дело до моей тушки. Значит, он сейчас добывает руду. И будет только к вечеру. А пить надо сейчас. Иначе к вечеру у Гобби будет полтора десятка кан вяленого мяса. На косточке.

Да. Ловкость точно надо подтянуть. Напиться получилось, правда половина воды оказалась на мне, и вокруг меня. К слову, лежать на шкурах было и без того жестковато. Так теперь ещё и мокро. Зато не жарко. Куда пропали не самые мягкие, но все ж куда более приятные прошлые постели?

И “параметры” пропали. Жаль, сейчас я снова ничего не могу делать, было б интересно поглядеть. Хотя я и помню цифры наизусть, но…Потренироваться и посмотреть, будут ли они увеличиваться хотелось бы.

Воды у меня до вечера хватит. Делать больше нечего, если не хочу, конечно, еще раз поразглядывать во всех подробностях пол. Надо бы хоть покрыть его чем, дерева тут не добыть, пустыня все ж таки, а мы теперь совсем не богаты. Может быть, выложить камнем? Можно набрать мелких булыжников, может быть даже обломков соседних зданий натаскать?

Падение.

Огромные здания, из камня и металла, чудовищных размеров механизмы; люди, в которых от человеческого только глаза, все остальное - блестящий металл. Огромные железные махины, взмывающие в небо. Гигантские фигуры, каждый шаг которых взламывает землю. Голоса в голове. Холодные, беспощадные голоса.

-Чёрт, Римару! Ты живой вообще? Давай, приходи в себя!

-Ба-бо-бу-ба!

-Что?!

-Пре-кра-ти ме-ня трясти!

-А, извини. Ты как?

Что это вообще было? Какие-то ускользающие картины в голове… И затылок болит. Да, поспешил я с мечтами. О мощеный пол я б точно разбил голову. А земля, хоть и утоптанная - оставила только шишку. Бедная моя голова. Многострадальная. А Гобби все ждет ответа, кстати.

-Закружилась голова, наверное. Давно я так?

-Ну, если вообще, с момента, как тебе дали по голове и увели все наши денежки - сегодня четвертый день. А с пеной у рта и закатившимися глазами - не знаю. Пополудни забегал сюда тебя проведать, ты был тут как младенец. Сонный и обоссавшийся, хе-хе.

-Я тебе уже говорил, что ты отвратительно шутишь? - Мда, а запашок от меня и вправду такой себе. Не очень, прямо скажем. Даже непонятно, как я не заметил сразу. - А как ты меня нашел. Ну, когда это-самое.. по голове?

-Да просто. Ты, когда к Дэйву ушел, я покумекал маленько. Ну, сколько мы должны за руду-то получить.

-Не тяни костепса за костеяйца.

-У него они кстати мягонькие. Вот помню, как-то раз, занесло меня в южные земли, ну к Союзным, караваном на Катун шли..

-Хоббс, твою жеж!

-Ладно. Стоило того. - Еще нестарый старый пройдоха ухмыльнулся. - В общем, Прикинул я по деньгам, что там выйдет у нас. Ну и рванул к башне, договариваться о защите. В общем, Шиноби - ребята прижимистые. Без денег даже говорить не хотели. Ну я припомнил пару историй, что их местный глава рассказывал, когда пили в тот раз.

-Если я правильно помню те истории, то тебе должны были отрезать голову. Шиноби ж вроде как жизнью клянутся, что обстоятельства “заказов” не уйдут на сторону. А ты тут сидишь и неотрезанной головой мне песок в уши сыплешь.

-Ну так бы оно и было, если б барыга их не втупился. Сказал, что такие проходимцы им еще пригодятся. Задним числом приняли нас в “Братство”, и, получается, что информация налево не ушла.

-Гениально. - Я посмотрел на соратника новыми глазами. Если занесет нас к святошам, проверим его умения на местных паладинах. - Договорщик, черт бы тебя побрал.

-Ну отож. - Гобби горделиво приосанился. - В общем, попросил я пару ребят, чтоб проводили меня до бара, и денежку сразу взяли, за вступление. По дороге тебя нашли - башка почти пробита, пояс распорот, кат нет. Ребятишки поскакали искать свои деньги, негоже, чтоб босяки руку на шиноби поднимали. А я тебя потащил домой, потом пришлось к Дэйву за бинтами бежать, в долг брать.

-Нашли, хоть, деньги?

-А как же. Еще полночь не наступила, уже головы к стенке бара прибивали. Правда, барыга наших новых друзей насчитал еще долга за просрочку платежа - приняли в братство шиноби нас же еще до пьянки. Ну, по документам.

-Много вышло? Впрочем, жизнь и защита стоят того в любом случае.

-Не особо. Пара тысяч - их я уже отдал, выпросил у Дэйва аванс за двухдневную добычу руды.

-Ещё и долг Дэйву? Этот же сквалыга нас с потрохами сожрет, и шиноби не помогут.

Гобби усмехнулся, и жестом предложил опереться на плечо. Что ж, и вправду, прогуляемся немного.

-В общем, прохлаждаться и дальше в чужой собственности я не стал. Тем более, шиноби прямо сказали, что проблемы с святошами им сейчас ни к чему. По крайней мере, официально. Пришлось оставить тебя на попечении их доктора, и спешно отстраивать твою личную усадьбу.

-Нашу усадьбу, Гобби.

-Ну, так сказать, не претендую. Вот если б хотя б двухэтажный домик взять…

-На двухэтажный, как понимаю, нам еще копить и копить. Стройматериалы ты тоже в долг у Дэйва взял?

-Эт да, пришлось. Но там прям копейки, честно скажем. Тут пару раз ребята из “пыльных” со стражей чего-то не поделили. В общем, бармен меня попросил трупы утащить в овраг, чтоб посетителей от его “достойного самого императора заведения” не отпугивать. Как раз за стройматериалы и договорились. Ну и просил он, чтоб ты зашел, как в сознание придешь. Какое-то предложение у него есть, говорит, денежное.

-Тормозни у колодца. Хоть ополоснусь маленько, мы ж теперь вроде как тоже шиноби, надо соответствовать хотя б внешне.

Ледяная вода из колодца - не с первого раза, конечно, - но отбила въевшуюся в тело и тряпки вонь. Обсохнуть еще маленько, поесть, и почти что человек.

Хех, Гобби даже не приукрасил, против обыкновения. Три головы были прибиты на щите у бара.”Они напали на шиноби”. Доходчиво, впрочем, только для тех, кто умеет читать. А остальным даже такое предупреждение не поможет.

Дэйв встретил нас двумя мисками овощей с мясом. Отличное начало, если не заставит за них платить.

Дождавшись, пока мы насытимся, он передал властвование стойкой и выдачей хмельного страждущим на помощника и махнул нам на дверь своей подсобки.

Что ж, посмотрим-послушаем.

-Выглядишь лучше, чем Хоббс рассказывал.

-Ну, отнимай половину от его рассказов, потом дели на четыре - и может быть будешь знать полуправду. Особенно, когда это касается отрубленных рук и ног.

-Хех, обижаешь, Римару. - Гобби, впрочем, не выглядел обиженным. - Дели на десять, не меньше.

-Ну, давайте к делу, уважаемые шиноби. С местным отделением у меня налажены вполне взаимовыгодные отношения. Они не трогают моих клиентов, если те не зарываются. Я не спрашиваю, откуда они достали товары. И у меня возникла - не без вашей помощи - проблема.

-И какого рода?

-Проблема с недостатком выпивки на складах. Неделю назад должен был прийти караван с грузом рома с Болот. В Великой пустыне расшалились мятежные фермеры, поставки саке теперь доходят только при удаче, да и оседают большей частью у “святош”.

-И что ты имеешь нам предложить?

-Нужна выпивка. Любого вида, чем больше, тем лучше.

-Караваном идти - нужны большие деньги на охрану и на закупку. - Рассудительный Гобби? Кажется, я опять ушибся головой. - Можно попробовать прорваться налегке, но обратно-то мы пойдем груженые.

-Один из вас останется здесь, мне все еще нужна медь. - А вот после этих слов бармена поручения перешло в разряд “почти невыполнимо”. - Да и контракт на неё вы ещё не отработали.

-Сроки?

-Запасов хватит на пару недель, если вы больше не будете здесь устраивать загулов.

-Не будем. - Придется Гобби потерпеть, да и послевкусие последней нашей "пьянки" оказалось затылкодробительным. - Но нужно дней пять на подготовку.

-Поспешите.

По пути к новому дому мы оба молчали. Новая задача. Хоббса придется оставить в городе, руку на добыче руды он набил уже знатно. И принесет здесь пользы куда больше. А мне - нужны тренировки. Нужно восстановиться, и потренировать мышцы. Ловкость, сила, взлом замков. Денег на честные способы достать “заказ” нет. А вот прошвырнуться до соседнего города и немного “подергать” их запасы. Вполне реализуемо, при должных умениях и удаче. И что-то мне подсказывает, что в прошлом я уже не раз занимался подобной работой.

-Гобби? - Шкуры удалось втюхать уличному торговцу за полцены, так что сейчас постелью для нас служила утоптанная земля. Впрочем, не камни - и ладно.

-Чего надумал, ушибленный?

-Поменьше яда, друг мой. Расскажи лучше, как тренируются шиноби?

-Большую часть тренировок ты уже видел, в баре. Местное отделение считается достатчно захолустным, поэтому здесь в можно встретить только два три вида братьев. Первые - старики, которым захотелось относительного спокойствия. Барыга и доктор как раз из таких. Вторые - сосланы сюда за какие-то проступки. Местный глава - любитель “заложить за воротник”, как ты заметил. Так здесь и оказался. Остальные - бывшие оборванцы, у которых хватило ума и сил пройти вступительные экзамены. Провалившиеся или оседают в городе - тут чуть ли не каждый первый бродяга пытался, а то и не раз, вступить в братство. Кто чуть посильнее или понаглее - уходит в банду к “пыльным”.

-То есть, нам повезло, что всего за десять тысяч нас приняли в братство?

-Ну, их доктор мне намекнул, что пригласили нас из-за интереса Железных к твоей персоне.

-Дела. - Об этом при случае надо бы у местного дока уточнить. Не хочется, чтобы кто-то, кроме меня самого строил на этого самого меня планы. - А какие-то приспособления для тренировок есть у них?

-Да, есть такой столб с крутящимися поперечинами - для тренировки ловкости, есть набитый тряпьем, на нем вроде как руку для тихого оглушения набивают, но это лучше уже в башне поспрашивать. Ах да, еще есть пара сундуков, можно научиться замки взламывать. Только отмычки придется у торгаша прикупить. Недорого берет, кстати.

-Значит, поутру отправлюсь в башню. Сам справишься с рудой, пока меня не будет?

-Справлюсь. Ты, главное, возвращайся. О планах не спрашиваю, говорят, рассказывать о задуманном - богов смешить.

Уже засыпая, мне почудились знакомо-незнакомые письмена.