Рид. Твой Прометей

Пролог

За несколько недель

Пролог

Я смотрю на самого близкого для меня мага и понимаю, что помочь нам может только необычное, неординарное действие. Люди в подобных случаях говорят о чуде. В этом и проблема. Это именно то, что от меня ждут. Мой противник уже предвкушает, как я выкину какой-нибудь магический фокус. Это видно по глазам и чуть дрогнувшей верхней губе, которая уже готова растянуться в усмешке. Лишь только я оправдаю эти ожидания, как жизнь дорогого мне мага будет висеть на волоске.

Противник хорошо меня изучил. Времени для этого у него было достаточно. Он знает, что ради того, кто корчится сейчас от боли на полу, я готова на многое. Может быть, даже на все. Я могу сколько угодно сжимать кулаки и отражать огненные шары с молниями, но все же буду вынуждена отступить и выполнить все требования. Это знаю я, и это знают все, кто находится сейчас в башне.

«Единственный козырь, который есть у меня, — это мой секрет».

Я никому не говорила об этом. Ни у безопасников, ни у магистров даже мысли не возникло о чем-то подобном. Они не спросили, я — не ответила. Если бы даже кто-то и задал вопрос о моей магии, я бы солгала. Скрывать правду в нашей семье учат еще до того, как отпрыски отправляются в школу.

«Получается, что фокус все же у меня имеется и воспользоваться я им должна. Если спасение жизни требует раскрытия секрета, то цену надо платить. Этому меня тоже научили в семье».

Глава 1

Глава 1. Дневник. День, когда все изменилось

Обычный день. Обычный урок истории. В обычной магической школе. Так как школа находится в Европе, то, конечно, мы изучаем преимущественно европейский театр боевых действий. События Первой Мировой войны, произошедшие за пределами континента, освещались поверхностно, без детальной конкретики. Видимо, составители школьной программы считают, что если живешь и учишься в европейской магической школе, а не в австралийской или азиатской, то и знать ты должен прежде всего историю своего региона. А остальное? Как-нибудь узнаем потом, наверное.

Меня и моих родственников такая учебная программа не очень устраивала, а потому магистр Знудкин обычно давал мне дополнительные задания. Например, чтобы осветить деятельность большевиков в Российской империи в 1917 году, мне пришлось неделю не вылезать из архивов, разбирая письма, отчеты, постановления и другие документы того времени. Однажды ради того, чтобы выяснить, имела ли Клеопатра VII шансы на победу с Римским государством в I в. до н.э., я отправилась в мир людей. Посетив Рим, Александрию, Каир, Афины, собрав огромный материал по теме, написала чуть ли не научную монографию. Магистр был доволен, в принципе, а без принципа — оказалось, я не учла психологический момент. Потому работу пришлось переделывать и исправлять. Карты, биографии, труды историков, архивные документы — все это я изучала в огромном количестве. Приходилось задерживаться из-за этого в библиотеке, но оно того стоило: я видела картину событий и явлений целиком, в общем, а не какими-то отдельными кусочками.

История — это вам не трава в поле. Вырвал несколько травинок — и вроде ничего, поле на месте. Пусть травы меньше стало, но она же есть. С историей так нельзя. Убери какое-нибудь событие-пазл, и сразу пропадет целостность образа. Картинка тускнеет, как фрески моего любимого Кносского дворца. Вроде бы изображение на месте, но чего-то не хватает. Нет буйства красок, исчезают полутона, размывается контур. И вот уже перед вами не величайшее творение минойцев, а неумелая работа копирщика.

История — наука серьезная, хотя и не самая однозначная. В любом случае историю не знать — значит ошибки жизни повторять.

«И какие только мысли не приходят в голову на уроке магистра Знудкина! Может, потому мне нравятся эти занятия?»

Я едва слушала лекцию про историю Первой Мировой войны. Вообще-то, студентам с такими магическими способностями, как у меня, этот предмет не читают. Но так как я — полукровка, мама у меня маг, а папа — человек, то мне вписали в учебный план еще и историю человечества, а также их обычаи и культуру.

Не скажу, что это скучно или, наоборот, очень увлекательно, но, как по мне, тема войны не самая интересная. Как бороться за власть и кого уничтожать, спасибо, я этого и дома наслушаюсь и узнаю в подробностях.

В общем, магистр Знудкин, он же магистр Зануда, вещал о планах Тройственного союза и Антанты в далеком двадцатом веке. Студенты-не маги, их еще называли «пустышками», усердно писали конспект.

«Еще бы! Многим из них придется навсегда переехать в мир людей. Без магических способностей в магическом мире их ждет незавидная участь. Даже не знаю, какую работу они могут выполнять без магии. Слуги?»

В некоторых домах магического мира даже обслуживающий персонал должен уметь колдовать. Как еще они будут открывать магические замки и работать по уборке дома? А дома в мире магии разные. Впрочем, как и маги, их населяющие. Помимо характеров, внешности и других индивидуальных качеств обитателей магического мира можно разделить и по силе. Кроме магов и «пустышек» есть те, кто совсем слабы в магии, слабомаги, им тоже невесело живется. И мир людей, и магический мир смотрит на них настороженно и свысока. Зато на полукровок-магов в этом классе смотрят в основном враждебно. И все потому, что у нас есть магические способности.

«Но мы же не виноваты в том, что мы сильнее некоторых».

Солнечный лучик попал мне в глаза и отвлек от размышлений. Я огляделась. Тереза, как обычно, скорчила мне злобную гримасу.

«Что еще ждать от слабомага?»

Симпатичная и самая умная студентка нашего курса — Тоня, была вся в истории войн, строчила лекцию в тетрадь, как автомат Калашникова.

«Еще бы… Любовь».

Поговаривали, что девушка влюблена в магистра Зануду. Не знаю, кто распускал эти слухи, но это была полная ерунда. Магистр влюблен в историю и никого более не замечает. А Тоня? Не знаю, мы с ней не так уж много и общаемся, чтобы обсуждать любовные переживания друг друга.

«Так кто же все-таки пускал лучик?»

По довольному выражению смуглого лица Луки ответ стал очевиден. Друг мотнул головой в сторону магистра. Намек ясен. Сейчас спросят. Надо сосредоточиться и вспомнить, что мне прабабушка Зоя рассказывала про эту войну. Информация у меня была из первых уст.

«Готовьтесь, магистр Зануда, и вы удивитесь, сколько всего я знаю».

— Студентка Рогова, — обратился ко мне магистр, поправляя старые очки, — потрудитесь сделать вывод о планах военных сторон. И акцентируйте, пожалуйста, внимание класса на возможности реализации планов, основываясь на тактике и стратегии Антанты и Тройственного союза, а также на их военном потенциале.

«Даже так…» — я мысленно улыбнулась, краем глаза отметила, как усмехнулся Лука. То, что с меня теперь причитается, я даже не сомневалась. Приятель обладал магическим свойством предвидеть ближайшее будущее. И сейчас использовал его мне во благо.

Не успела я и рта раскрыть, как дверь класса распахнулась, на пороге показались двое. Один из них держал в руках листочек. Это был магистр Яковлев. Такой худенький, вертлявенький и вечно всем недовольный маг средних лет, который боится сказать директору о своем недовольстве, а потому вымещает злобу на студентах. Конечно, многие из них отвечают ему тем же. Второго мага разглядеть не удавалось, тень падала ему на лицо.

— Извините, магистр, — начал магистр Яковлев, — вот распоряжение Николая Константиновича. — Мужчина посмотрел назад на напарника, а потом протянул магистру листочек. — Мы должны забрать нескольких студентов и сопроводить их к директору.

Удивленные возгласы понеслись по классу.

«Кто же это так набедокурил, что за ними двое пришли? И почему я об этом ничего не знаю?»

— Конечно, конечно, — магистр Зануда немного растерялся, потом поправил очки и уже спокойно попросил ознакомиться с распоряжением директора.

В последнее время в школе все меры безопасности были немного усилены. С чем это было связано, я не знала.

«Может быть, Лука был в курсе?»

Этот весельчак итальянец, разгильдяй и мой лучший друг умел попадать в самые разные истории. И обычно каверзы Луки сходили ему с рук.

— Да, вижу, что все в порядке, — магистр оторвался от листочка, расслабил руку, и его магический браслет потух.

Чего нельзя было сказать о магическом браслете магистра Яковлева. От него исходила мощная волна энергии, настолько мощная, что даже слабомаги должны были это почувствовать.

Магические браслеты — вещь занимательная и интересная. В мире людей браслеты служат украшением, у магов же они помогают собирать магическую энергию и создавать заклинания. От простых защитных чар до сложных проверок подлинности личности или документов.

— Следующие студенты должны проследовать за нами в кабинет директора, — начал магистр Яковлев, и класс затих, — это Марк Иванов, Антонина Тишо, Лука Лукиани и Рид Рогова.

Наступила тишина. Лука бросил на меня изумленный взгляд и принялся собирать вещи.

— Ничего не трогать. Ничего не брать. Браслеты не активировать. Встали и пошли, — с порога раздался голос второго мага. Это был не кто иной, как магистр Джованни Виторио-Айгуш. Самый противный из всех противных магистров школы.

Благодаря усилиям этого высокого, стройного мужчины средних лет с орлиным, чуть крючковатым носом и холеными руками развалился не один план шалостей и мелких пакостей со стороны студентов. К тому же по его инициативе уже двенадцать студентов-магов были отчислены из школы. И некоторые из них даже были лишены права продолжить обучение.

Надо ли говорить, что магистр Виторио-Айгуш глаз не сводил с меня и Луки. Но сегодня почему-то вместо победоносной улыбки его лицо хранило печать настороженности и даже боязни. Он боялся нас. И мне это очень не нравилось.

— Студенты, вы слышали распоряжение директора, идите, — голос магистра Знудкина вывел нас из оцепенения и оборвал последнюю надежду остаться в классе.

Я, Лука, Тоня и Марк молча последовали к дверям. Удивление и множество вопросов настолько завладели мной, что я оставила без должного внимания злорадное выражение лица Терезы. В другое время ей бы не поздоровилось. У нас с этой высокой блондинкой давно сложилась взаимная антипатия. Однажды в отместку ей за шалость, которая чуть не стоила Луке возможности учиться в школе, мы с друзьями заставили танцевать ее вещи на парте. Тогда глаза Терезы от удивления стали большими, как чайные блюдца. Когда же тетрадка ударила ее по носу, а ручка выстрелила магическими чернилами на белоснежную блузку, то блондинка залила слезами чуть ли не весь класс. Да, мы с друзьями не оставались в долгу.

С тех пор прошло много лет, и мы не вступали больше в открытое противоборство с Терезой, но с этой блондинкой нужно было быть всегда настороже. Она, как и многие ее подружки, любит действовать скрытно.

«Мы с Лукой в последнее время не делали ничего, за что можно было бы отправить к директору. Или все же он что-то натворил? Последнюю пару дней мы мало общались, так как он был занят ухаживанием за очередной девушкой».

Лука весь в романах. Еще бы! Высокий, стройный, широкоплечий, симпатичный и очень общительный маг с темно-каштановыми, чуть вьющимися волосами. Ради его сладких речей и пылких объятий многие девушки были готовы на все. Чем, собственно, он и пользовался. У меня тоже своих дел хватало, потому на мелкие шалости времени не было. Тоня кроме учебы и одного из магистров ничего в жизни не видит. Марк, он, конечно, противный тип, но совсем без магии — «пустышка», а потому мог только примкнуть к кому-нибудь, чтобы устроить пакость.

«Что же нас объединяет? Только то, что мы ходим на один предмет? Но если бы в деле был замешан магистр Знудкин, то его на ковер вызвали бы первым. Но этого не произошло…»

Уроки в школе были в самом разгаре, в темных коридорах школы никого не было, кроме нас. Школа состоит из нескольких учебных корпусов, соединенных переходами или маленькими двориками, где находились беседки и лавочки. Такие дворики были любимым местом многих студентов: в тени деревьев можно было спрятаться не только от зноя, но и от посторонних глаз.

Магистр Яковлев вел нас по центральному коридору главного учебного корпуса. В любое другое время этот вертлявый и честолюбивый магистр гордился бы, что возглавляет процессию. В любое, но не сегодня. Мужчина постоянно крутил головой. Со стороны можно было подумать, что он просто рассматривает старинные гобелены и картины, развешанные на стенах. Но на самом деле он испуганно поглядывал на нас, идущих за ним. Если бы не присутствие магистра Виторио-Айгуша, который замыкал группу, то не удивлюсь, что магистр Яковлев просто сбежал бы.

Когда же из бокового коридора показались еще двое студентов в сопровождении магистра и незнакомого мужчины в темной мантии, тогда магистр Яковлев немного приободрился и перестал сутулиться. Впереди послышались возмущенные голоса студентов из спортивного зала.

— Это братья Чайкины, — усмехнулся Лука.

— Молчать! — рявкнул неизвестный маг.

Лука собирался ему ответить, но я вцепилась в рукав рубашки друга.

— Погаси браслет, Лукиани, — магистр Виторио-Айгуш зло посмотрел на нас, — и молча продолжаем движение. И тогда никто не пострадает.

Будто в доказательство этому со стороны спортивного зала раздались вопль и ругательства. Да такие отборные и злобные, что стало понятно, там действительно были братья Чайкины. Они без борьбы не собирались никуда идти. Макс и Матвей Чайкины были лучшими друзьями моего кузена Григория Рогова. Если взяли их, то и его тоже. Ситуация становилась все хуже и интереснее. Григорий, в отличие от меня, предпочитал открыто ни в какие передряги не попадать, а действовать руками других студентов.

Мы добрались до кабинета директора спокойно. Еще бы, Тоня и Марк тихо шли и даже глаза на магистров боялись поднять. О каком побеге или акте неповиновения может идти речь? Да и бежать-то некуда. В школе мы жили и учились девять месяцев в году, некоторые даже больше. Без магического портала или без комнаты перемещений быстро покинуть территорию не получится. Ко всему прочему, скрыться от заряженных магических браслетов взрослых магов мало кому из студентов удастся.

— Прошу, — неизвестный маг средних лет и внушительной комплекции пропустил нас вперед, открывая дверь, — только браслеты отдайте.

Лука скрипнул зубами. Мне тоже не нравилась идея разрядить и отдать браслет, но что делать, когда браслет мага направлен на тебя? Магистр Яковлев поднес счетчик к моему браслету и начисто его разрядил. Затем такую же операцию проделал с браслетами Луки и Тони.

— Где твой браслет? — спросил он у Марка.

— У него нет, он же «пустышка», — магистр Виторио-Айгуш грубо толкнул Марка в кабинет. — Сюда, — указал он на стулья в центре комнаты.

Надо сказать, что с последнего раза, когда я здесь была, кабинет Николая Константиновича немного изменился. Раньше он был не таким большим. Стол директора, стол для магистров человек на десять, в углу располагались диван и пара кресел. Точно, еще был небольшой шкаф со стеклянными дверцами, через которые можно было видеть книги и старинные фолианты. Окна всегда были завешаны плотными и тяжелыми шторами. Поговаривали, что в роду у нашего директора был вампир, потому он солнечного света и не переносит. Про свет — вранье. Сама видела, как он прогуливался несколько раз в саду с магистром Юлией Сергеевной под ручку. Насчет вампиров — не знаю, не видела.

Теперь же кабинет стал в несколько раз больше.

«Без магии пространства здесь явно не обошлось».

Окна все были открыты, и шторы были подняты к самому потолку. Студенты сидели небольшими группами. Рядом с ними были те, кто их привел — магистры и неизвестные маги. На бледных и напряженных лицах студентов дрожали солнечные зайчики, отражающиеся от браслетов взрослых магов. То, что браслеты находятся в боевой готовности и могут быть задействованы в любую секунду, сомневаться не приходилось.

Я оглядела присутствующих. Посчитала. Всего в кабинете было двадцать пять студентов, включая нашу группу. Братья Чайкины не скрывали своего отвратного настроения. У Макса на лице красовался фингал, а у Матвея была рассечена бровь. Эти двое были тертыми калачами и побывали не в одной потасовке. Крепкие, сильные, упертые братья Чайкины, казалось, что они рождены для физической работы, а не для магии. Быть может, именно поэтому они и стали главными помощниками моего родственника. Григорий Рогов восседал на стуле непринужденно и гордо.

«Еще бы, фамилия обязывает».

Высокий, статный брюнет с правильными чертами лица и большими глазами. Лишь тонкие губы, сжатые будто в ниточку, портили аристократический образ кузена. Те, кто не был с ним знаком, считали Григория симпатичным и весьма правильным магом: чистокровен, амбициозен, умен и воспитан. Те же, кто имел честь общаться с ним, понимали, что он истинный сын своей семьи, занятый карьерным ростом.

«Жесткий, вредный чистокровка».

Григорий заметил меня. Небрежно ответив на его кивок, я снова принялась изучать присутствующих.

«Необходимо было найти то, что нас объединяло. Не просто же так собрали „зануд-ботаников“, изгоев, забияк и лидеров».

Кроме магов здесь были и «пустышки», такие как Марк. Многих из них я знала только в лицо. Немаги предпочитали общаться в своем кругу и лишний раз не искать встречи с магами. Их можно понять. Многие чистокровные студенты считают ниже своего достоинства общаться с ними. При этом используют «пустышек» в своих делишках. Есть такие проступки, за которые наш доблестный магистр Виторио-Айгуш мог забрать браслет. Чтобы не лишиться магии, некоторые студенты прибегали за помощью к «пустышкам». Им магию не терять, ее и так нет, но за такие услуги студенты-немаги получали кое-что взамен. Никто не хочет оставаться в проигрыше, поэтому деньги, амулеты, талисманы, зелья и другие магические услуги были в большом ходу на тайном рынке. Я такими вещами не занимаюсь, а вот некоторые мои знакомые и родственники промышляли подобными делами. В этом никто не признается, но и те и другие заинтересованы в подобном симбиозе, особенно маги.

«Итак, маги».

Маги собрались разные. Да и то не маги еще, а студенты. Здесь не было никого, кто получил бы полный магический браслет. Наш курс был самым старшим из присутствующих. Студенты с младших курсов сидели и дрожали, как мышки при виде кота. Если бы не надоевшее жужжание магических браслетов, то было бы слышно, как «мелкие» зубами от страха щелкают.

«Понятное дело, что старшекурсники ведут себя куда увереннее. Я тоже раньше от одного взгляда магистра Виторио-Айгуша спешила укрыться в другом коридоре. Даже мой кузен — и тот сворачивал с дороги, если на горизонте появлялся магистр».

Маги — народ интересный. Помочь человеку или еще какому-нибудь существу — это легко. А вот когда речь заходит о помощи другим магам, то сразу возникают вопросы о его происхождении и магической силе. С силой все просто: чем ее больше, тем лучше. Можно, конечно, силу и отобрать вместе с браслетом, но это уже преступление и наказывается весьма сурово.

У тех же, кто учится, браслеты учебные и наполнены они не на полную мощность, а так, чтобы практиковаться можно было в магии. Настоящий браслет, которым дорожит каждый маг, можно получить, только пройдя самый важный экзамен. Как раз в этом году мне и моим однокурсникам такой экзамен и предстоит. И вот тогда (с настоящим браслетом) не надо думать ни о подзарядке каждый месяц, ни об отчетах, и никто его просто так не посмеет разрядить. Снять же настоящий браслет без разрешения мага можно только с бездыханного тела.

Обычно у магов один браслет. Тут даже количество магической силы не играет роли. Сила передается по наследству, в основном по материнской линии. Но есть и исключения из правил. Так, если оба родителя-мага были чистокровками и равными по силам, то их ребенок мог рассчитывать на получение двойного браслета. И тогда он носит двойную фамилию, как наш магистр Виторио-Айгуш. Он очень гордится этим. Еще бы, не каждый день встретишь взрослого с двойным магическим браслетом. Хорошо, что в школе есть еще один маг с таким же браслетом — директор школы.

К полукровкам, к которым принадлежу и я, отношение двоякое: вроде по крови и ниже чистокровок, а вот по магической силе — выше. Многие ученые-маги пытаются выяснить причину, почему среди чистокровок так много слабых магов. Отец Луки один из таких ученых-магов центра Лукиани, который базируется в Риме и вот уже более пятидесяти лет изучает вопросы передачи магии и все, что с этим связано. Лука от этого не в восторге, ведь ему как единственному наследнику своего отца-мага предстоит продолжить дело предков. Но не наука интересует моего друга, а девушки и экстремальные виды спорта. Раньше он, правда, баловался магическими штучками собственного изобретения, но год назад забросил это.

«И ведь неплохие устройства и игрушки у него получались».

— Рид, думаешь, мы влипли? — еле слышно прошептал Лука.

— А не заметно? — огрызнулась я. Когда мне страшно, я начинаю грубить. Надеюсь, друг вспомнит об этом и не обидится. — Браслеты разряжены, посадили здесь и смотрят, как будто мы мыши из лаборатории твоего отца.

— Марк! — от громогласного голоса Луки многие подскочили. — Признавайся, что ты натворил?

— Я? — Марк нервно провел руками по лысине и заерзал на стуле. — Ничего. Клянусь, ничего, — юноша нахмурил чуть сросшиеся брови.

— Сидеть и молчать! — рявкнул магистр Яковлев. Конечно, в окружении стольких магов можно быть и смелым, а как один на один.

— А чего вы нас сюда притащили? — не унимался Лука и встал со стула. — Неужели вы думаете, что мы здесь не только книжки читаем? Может, сюрприз какой готовим? — Неизвестные маги все как один посмотрели на итальянца. Те, что были ближе к нам, держали руки с активированными браслетами наготове. И лица у них были такие, будто перед ними не студент магической школы, а амурский тигр из сибирской тайги, который того и гляди бросится на добычу. — Студенты готовятся вскрыть магические архивы и банки? Смешно.

Многим студентам такая выходка Луки понравилась. Он вообще был известен своими шуточками и оптимизмом. Даже когда его застукали в постели с молодой женой одного из магистров, он веселился и шутил, хотя и убегал потом в простыне, да так, что пятки только сверкали, поэтому все ждали подобного неповиновения от него.

— Молчать, Лукиани, — магистр Виторио-Айгуш направил на его лицо браслет, — если не хочешь, чтобы я испортил твою физиономию.

Друг на секунду задумался, портить свое красивое лицо с классическим римским профилем ему явно не хотелось. С другой стороны, прославиться тем, что поставил на место магистра публично, — это дорогого стоит.

— Вы что, собираетесь напасть на безоружного? И чему вас только в школе учили? — Лука выбрал второй вариант развития событий. Смешки и шуточки послышались со всех сторон. Магистр уже собрался выстрелить из браслета, как в кабинет телепортировался директор школы.

Николай Константинович сидел за своим столом, будто и не уходил никуда, будто это не он только что появился и прервал ссору.

— Проблемы, магистр? — директор положил руки на стол, продемонстрировав свой двойной браслет.

— Нет, господин директор, — мужчина попытался скрыть досаду, но это у него плохо получилось.

— А у вас, Лукиани?

— Да. Почему нас загнали сюда?

— Это распоряжение Службы магической безопасности. — По кабинету пронесся тяжелый вздох.

«Вот откуда эти неизвестные маги. И почему я сразу не догадалась?»

— Я только что побывал в Службе магической безопасности, и у меня для вас не самые радужные новости, — директор посмотрел на меня в упор.

Это длилось всего секунду, но мне хватило, чтобы понять, что он в замешательстве. Никто не видел Николая Константиновича в замешательстве. В гневе, в радости, в печали — было дело. Но вот так, чтобы наш директор не знал, что делать, — впервые. Мне стало нехорошо.

— Лука, сядь, — сказала я другу.

— Мудрые слова, надеюсь, что не последние. — От директора я давно не получала похвалы. Может, потому, что она мне не была нужна?

Николай Константинович встал, одернул пиджак и обошел стол, затем поправил галстук. Этот мужчина лет пятидесяти возглавлял магическую школу вот уже более десяти лет. Руководил не всегда мудро, но достаточно справедливо, чтобы студенты и магистры его уважали.

— Магистры школы и агенты Службы магической безопасности, — начал директор хорошо поставленным голосом, — привели вас сюда для того, чтобы обеспечить безопасность окружающих и вашу.

— Да уж конечно, — буркнул недовольно Макс Чайкин.

— Очень скоро все присутствующие в школе студенты узнают о недавнем происшествии. Мы не хотим допустить драк и беспорядков. — По мановению руки в кабинете появилось множество маленьких магических сфер.

Сферы-проекторы появились сравнительно недавно. Они могли воспроизводить и записывать все, что видели. А видели они все вокруг себя на расстоянии более пятидесяти метров. У таких сфер было замечательное свойство: изображение и звук нельзя было изменить с помощью магии. Можно было изменить ракурс обзора, увеличить или уменьшить изображение, но изменить, стереть или исправить — нельзя. Стоили такие сферы-проекторы намного дороже, чем сферы-обозреватели, именно из-за своей высочайшей степени защиты информации. Как только сферы-проекторы стали транслировать изображение, директор распорядился, чтобы маги не теряли бдительности и были готовы к любой неожиданности со стороны студентов. С первой секунды трансляции мне стало не до магистров и магов. Сферы показывали, как группа заговорщиков совершает нападение на здание Коллегии Девяти магов Европы. Некоторых заговорщиков я узнала.

Вот преступники с помощью молний и зелий уничтожили охрану и ворвались в здание правительства, завязалась борьба с безопасниками, но у нападавших было преимущество — неожиданность. Никто не подозревал, что такие влиятельные маги отважатся на что-то подобное. А потому многие безопасники, которые первыми встали на пути у заговорщиков, падали замертво, не успев даже активировать браслеты.

Если в начале атаки перевес был на стороне нападавших, то постепенно баланс сил восстановился. Прибывали все новые и новые безопасники, а сражение принимало все более ожесточенный характер. Стороны сражались не на шутку. Магические заряды огня, льда, молний летели в разные стороны. Но, несмотря на упорное сопротивление охраны Коллегии, заговорщики проникли в зал заседаний. И вот первым пал самый «молодой» из правящих магов. Ему не было и семидесяти, когда в спину ему ударил огненный шар. Один из заговорщиков быстро снял с умирающего браслет и надел себе на левую руку, увеличив свою магическую силу. Затем был ранен самый старший из магов. И с него тоже сняли браслет. И сделал это не кто иной, как глава заговорщиков. Лидером была высокая, худощавая женщина с короткими темно-русыми волосами. Она бежала первой и отдавала приказания остальным нападавшим. Ее серые глаза и чуть кривоватая улыбка, которая периодически появлялась на губах, мне была хорошо знакома, как и имя лидера заговорщиков — Анна Рогова. Моя мама.

Глава 2

Глава 2. Из отчета Службы магической безопасности

В светлом небольшом кабинете за письменным столом сидела женщина-маг и перебирала отчеты, которые составляли агенты Службы магической безопасности. Донесений скопилось много: одни были интересными, другие не представляли для расследования никакой ценности. Были и такие отчеты, которые противоречили всему тому, что женщина видела сама через сферу-проектор.

Хозяйка кабинета взмахнула полной рукой, и из кабинета исчезли все шкафы и полки, заполненные папками и донесениями. Так же растворились в воздухе и старые, но все еще любимые кресла и журнальный столик. На пустые стены перенеслись отчеты коллег и собственные выводы агента. Она неспешно поднялась со стула, расправила затекшие плечи и поправила волосы, убранные в пучок.

Новость о попытке захвата власти в Коллегии Девяти магов Европы разлетелась мгновенно. Сферы-проекторы и сферы-обозрения, большое количество которых размещалось в Коллегии, четко передавали изображение. Так что не прошло и минуты, как к зданию начали спешно телепортироваться агенты Службы магической безопасности. Там им пришлось столкнуться с Приспешниками Ужасной Анны, так назвали всех, кто пытался захватить власть вместе с Анной Роговой.

Женщина-маг улыбнулась, глядя на один из отчетов. В нем говорилось, что обозреватели, прибывшие на место происшествия, не лезли на передовую.

— Правильно, — еле слышно произнесла женщина, — лучшая помощь — это не мешать нам делать свою работу.

И все же обозревателям удалось запечатлеть многие события битвы за Коллегию. Кроме того, они дали прозвища лидерам Заговора, что значительно упрощало восприятие ситуации для рядовых магов. Так, Анна Рогова получила прозвище Ужасная Анна, что касается ее помощников, то лекарь-ученый и глава центра Пауло Лукиани стал Злобным Доктором, а Чайкин-старший — Несущим Хаос. Причем последний действовал с особой жестокостью по отношению к защитникам.

— Против тебя боролись лучшие агенты, — маг сотворила из воздуха фотографию Чайкина, — к сожалению, не все они выжили.

Несущий Хаос славился своими способностями в огненной магии, которую применял направо и налево. Огненные шары Чайкина поражали не только агентов безопасности, но и своих Приспешников. Это внесло некоторую сумятицу в ряды заговорщиков, и многие из них попытались сбежать или укрыться. Некоторым это даже удалось.

— Так, посмотрим, что написал наш новый агент, — все так же тихо и размеренно произнесла женщина и устремила взгляд карих глаз на ближайший листочек.

«Службе магической безопасности пришлось изъять материалы, полученные из сфер обозревателей. Используя эту информацию, можно вычислить всех Приспешников. Предстоит большая работа, среди сторонников Заговора были как сильные и известные маги, так и маги-«пустышки», а также оборотни и несколько демонов.

При попытке захвата власти пострадало много работников Коллегии, это были не только безопасники, но и те, кто помогал магам организовывать процесс управления. Ужасная Анна и ее Приспешники не только попытались захватить власть, но и занимались выкачиванием магических сил из окружающих. Именно для этого им были нужны браслеты. Так как браслет, снятый с умершего мага, был бесполезен, необходимо было отбирать браслет у еще живого мага. Сам процесс отнятия силы требовал и от самих заговорщиков много энергии, поэтому Ужасная Анна и Злобный Доктор не могли долго оказывать сопротивление агентам и были схвачены. Несущий Хаос был уничтожен в ходе проведения операции, но обозревателям это не известно. Ценой многих магических жизней Заговор был подавлен».

— Слишком литературно написано, но ничего, с возрастом это пройдет, — хмыкнула она и задумалась:

«Вопрос о мотивах такого безрассудного поступка стоит открытым. Многие магические эксперты считают, что Анна Рогова поторопилась, поскольку со временем могла заручиться поддержкой многих магов на законном основании. Известно, что политикой Коллегии были недовольны многие, потому количество сторонников Ужасной Анны должно было со временем только увеличиваться».

То, что вопрос о равенстве магических сил стоял весьма остро в обществе, агент Бри знала. Многие магические группы были недовольны правлением аристократической верхушки чистокровок. Даже тот факт, что в Коллегию были включены двое магов-полукровок, скорее говорило о желании задобрить общество, чем о реальном сотрудничестве.

— Политику стоит оставить пока в стороне — на время. Так, — внимательно пробежав глазами по другому отчету, женщина нахмурилась, и на лбу образовались некрасивые складки, — агент Бабичковкур считает, что для организации такой массовой атаки требовалось множество порталов или комнат перемещения.

«Эксперты в области магии пространства сейчас тщательным образом изучают местность. Не исключено, что в самом здании Коллегии работал кто-то из заговорщиков. Исходя из этого, необходимо как можно быстрее проверить всех работников здания Коллегии и всех родственников Приспешников. Никто из преступников не должен уйти от ответственности. В этом состоит важная задача Службы магической безопасности. В такие трудные времена агенты должны сплотить общество, а при возможности и возглавить его».

— Весьма занятное замечание агента Бабичковкура. Надо будет с ним поговорить, пока это не увидел кто-нибудь еще.

В кабинете воцарилось тишина. Женщина скрупулезно просматривала отчеты своих коллег — агентов безопасности. Оставшиеся в живых маги Коллегии предоставили Службе магической безопасности широкие полномочия. В рекордно короткое время дети и родственники Приспешников были изолированы от окружающих, затем допрошены и препровождены в камеры для дальнейшего расследования.

Так же быстро произошли и судебные заседания над Ужасной Анной и ее сторонниками. Со всех, кто непосредственно принимал участие в нападении на Коллегию, были сняты браслеты. Кто после этого оставался в здравом уме, был отправлен в тюрьму. Это были в основном немаги и слабомаги. Сильные маги были доставлены в лечебницу Лукреции, так как после лишения браслетов их умственное здоровье пошатнулось. И им предстояло пробыть в лечебнице до конца своих дней.

«Чем сильнее маг, тем сильнее он переживает лишение сил и тем сложнее ему смириться с потерей браслета».

Те же, кто сумел доказать свою непричастность или его вина не была целиком доказана, были отпущены. Лидеры были схвачены и лишены браслетов еще в здании Коллегии, на допросах они ничего не могли рассказать о причинах, побудивших их к Заговору. Служба магической безопасности продолжает следить за ними, ведь, даже находясь на лечении, Ужасная Анна представляет опасность.

«Необходимо сделать все, чтобы в глазах общественности она не выглядела символом борьбы за новые идеалы и уж тем более за равенство среди магов. Рекомендуется провести совещание в Коллегии для выработки рекомендаций последующих политических шагов. Слова и действия Службы магической безопасности способны оказывать большое влияние на общество. Нужно воспользоваться этим для поимки всех Приспешников и раскрытия причин Заговора. Выяснить мотивы заговорщиков необходимо любыми средствами, от этого зависит судьба магической Европы». Так заканчивался отчет агента Бабичковкура, и хозяйка кабинета была с этим полностью согласна.

— Работы предстоит много, — женщина выпрямила спину, сложила руки на груди и мысленно улыбнулась, проявлять эмоции она считала делом ненужным, а иногда даже опасным. — Аннет Бри вызывает агента Бабичковкура. Нам есть о чем поговорить, — произнесла женщина в магический браслет.

Глава 3

Глава 3. Дневник. После заговора

Сказать, что я испытала шок, — это значит, ничего не сказать. Картинки из магической сферы я прокручивала в голове не один раз, вспоминая каждую деталь произошедшего. В глубине души хотелось верить, что это всего лишь сон. Но с каждой минутой становилось понятней, что реальность такова — моя мать стояла в центре какого-то безумного заговора. Его целью было сместить правление Коллегии Девяти магов Европы.

Семейство Роговых отличается жаждой власти. На протяжении столетий мои предки боролись за власть. Методы, используемые ими, были весьма разнообразны: интриги, шантаж, подкупы, альянсы и открытое противоборство. Конечно, у семьи были противники, которые тоже хотели властвовать в Коллегии. Там заседали девять магов, а потому мест вроде бы всем должно было хватать. Вот только Роговы хотели править единолично или хотя бы уменьшить количество правителей до трех. Считалось, что чем меньше магов будет у власти, тем легче будет управлять государством. Примеров этого в прошлом людей и магов более чем достаточно. Взять хотя бы Францию в восемнадцатом веке, чего смогли добиться предшественники Наполеона Бонапарта? Только того, что ввергли некогда могущественную страну в политический хаос и экономическое разорение. Корсиканец не только добился сокращения правителей, вместо трех консулов остался он один, но и сам короновал себя и провозгласил императором. И ничего, народ это одобрил. К слову сказать, Кодекс Наполеона функционировал еще много лет спустя после свержения его автора с престола.

Когда живешь в такой семье, как моя, трудно не знать историю. Дело в том, что мой дедушка по маминой линии, Сергей Рогов, является одним из ведущих специалистов в области истории магов и людей. Много лет он преподавал в различных учебных заведениях по всему магическому миру, писал книги о сотрудничестве и соперничестве между нашими мирами. У дедушки масса книг, а еще больше амбиций, хотя с этим может поспорить и бабушка. Агата Рогова очень принципиальна в вопросе воспитания и обучения отпрысков. С ее помощью я узнала множество премудростей и хитростей мира магии, о которых в школе магистры не расскажут: как заставить кого-то помочь тебе, как уйти незамеченной, как не попасться с поличным и много чего еще поведала бабушка Агата.

Из-за маминой жажды власти многие, как и я, сидят в подобных комнатах в ожидании допросов. Я посмотрела по сторонам. Комната небольшая, темная и мрачная.

«Наверное, так и должно выглядеть помещение для предполагаемых преступников».

Из мебели есть только кровать, столик, стул и ширма. Все предметы мебели удерживаются на полу с помощью магии, и использовать их в качестве оружия не представляется возможным. За ширмой находятся крошечная уборная и раковина. Окон в комнате нет, как и ковров, обоев и люстры. Освещение здесь магическое. Свет льется откуда-то с потолка и приглушается по мановению браслета безопасников.

В перерывах между допросами я осмотрела эту комнату уже много раз. Самым интересным предметом здесь была дверь. Вроде бы обычная дверь, деревянная, но ее не выбить, не открыть без магии. Пару раз попыталась ударить дверь плечом, но ничего толкового не получилось, только плечо разболелось.

Сколько было уже допросов, я сбилась со счета. Все встречи с безопасниками были похожи одна на другую. Одни и те же вопросы, одни и те же противомагические блоки, многие из которых я могла бы преодолеть, будь у меня свой собственный магический браслет. Во время нечастых встреч с мамой она научила меня кое-каким заклинаниям, в том числе как обходить различные ловушки и блоки.

«Зачем она это делала? Может, чтобы показать, что ее дочь много чего умеет, а может, чтобы проверить мой магический потенциал. Вопрос о размере моих магических сил был для нее крайне важен».

Еще бы, Роговы были чистокровной магической семьей, пока не родилась я — полукровка. Кое-кого такое изменение статуса семьи расстроило и разозлило, но в основном все были довольны. От браков магов и людей рождались дети с сильным магическим потенциалом, и я не исключение.

«Быть может, потому безопасники и вцепились в меня? Все выведывают и выведывают о планах мамы. Но ничего нового и интересного для них я рассказать не могу».

В Коллегии Девяти магов Европы хотят видеть в попытке переворота чисто политические мотивы. Безопасники не склонны так легко в это поверить.

«Так что же было причиной переворота?»

Неожиданно в дверь постучали, и я чуть было не подпрыгнула на кровати. В комнату вошла женщина-маг.

«Так, еще один безопасник».

Их можно выделить из многих других магов. Безопасники всегда собраны, всегда ожидают подвох. Кроме того, они стараются прятать любые эмоции, чтобы никто не мог догадаться об их мыслях. И еще у них такой взгляд… Такой, будто они стараются разглядеть все твои сокровенные мысли и секреты.

«Вот только мне прятать нечего. Я и так ничего не знаю».

Женщина-маг мало чем отличалась от остальных своих предшественников. Все тот же строгий деловой стиль в одежде, серьезное лицо и цепкий взгляд. Разве только она была склонна к полноте и невысокого роста. Ничего особенного в этом нет, просто маги исправляют недостатки внешности с помощью силы, если, конечно, силы хватает. Темные волосы агента были аккуратно собраны в пучок, что придавало ей некоторое сходство с директрисой какой-нибудь школы для людей. Я и в таких училась, но больше для ознакомления с традициями людей, чем для получения знаний.

Молчание несколько затянулось, но меня это нисколько не смущало, скорее даже, наоборот, забавляло, и вообще, как говорила одна героиня Сомерсета Моэма, если уж начала держать паузу, то держи ее до конца. Вот я и молчала, первой не выдержала гостья:

— Здравствуйте, меня зовут агент Бри.

— Здравствуйте, — не вставая с кровати, ответила я, — думаю, мне представляться излишне.

— Мне известно, кто вы, но там, куда мы отправляемся, вам лучше не афишировать свою фамилию.

— Другой нет, — пожала я плечами.

— Но у вас есть отец, так что…

«Началось, — фыркнула я про себя, — если у безопасников заканчивались вопросы про маму, то начинались вопросы про папу».

С папой, Патриком МакКенси, мы давно не виделись. Он постоянно путешествует по миру людей, где-то бывает, что-то ищет. Где и что, я не знаю. Папа весьма успешный бизнесмен-человек. Именно поэтому меня и записали на занятия по человеческой истории и культуре. Настояла на этом мама. В качестве аргумента она использовала дедушку Уильяма и бабушку Розу МакКенси, родителей папы. Заявив, что им будет приятно знать, что я не теряю связь с человеческим миром. К тому же никогда не знаешь, где придется работать.

— Вы же поддерживаете связь с ним? — не унималась агент Бри.

— Ага, голубиной почтой.

— Смешно. — Но женщина и не думала улыбаться. — Когда вы в последний раз виделись с родителями?

— Вот не надоело вам задавать одни и те же вопросы? Посмотрите в отчетах ваших коллег. Там все записано, — я закинула ногу на ногу и прикрыла глаза.

— Вы телепортацию переносите хорошо? — после небольшой паузы поинтересовалась агент.

— Да, — я приоткрыла глаза, — мы что, в школу возвращаемся?

— Не сейчас. Возьмите меня за руку.

«А вот это уже было что-то новенькое. Хоть какое-то, но развлечение».

Мы взялись за руки. Магия буквально окутала нас. Как же здорово ощущать эту силу, пусть даже чужую. Сила, власть, могущество, ответственность и счастье — все это нахлынуло на меня одним разом.

— Руки не разжимать. Иначе возвращение будет не таким приятным.

Вот теперь поняла, почему люди говорят, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Это была астральная телепортация. Мама мне показывала ее однажды. Вещь прикольная, если бы не колоссальные магические затраты и последствия.

«Значит, агент Бри не так уж и проста и занимает нерядовой пост, если может так спокойно телепортироваться со мной. Пусть это и всего-навсего астральное перемещение, но прежние агенты вообще ограничивали доступ к новой информации. Тут даже комната для допросов располагается напротив моих апартаментов».

Во время такой телепортации можно побывать там, куда долго добираться, а находиться там нужно всего несколько минут, то есть поговорил и вернулся. При этом ты видишь, чувствуешь, будто находишься рядом, а окружающие тебя не замечают. Мама говорила, что только очень сильные маги могут почувствовать астрала-телепорта и даже узнать его. Как-то раз она меня так брала с собой в Париж на встречу с прабабушкой Зоей. Сил такое перемещение забирает много, особенно если разорвать тактильный контакт с магом, который тебя перемещает. Что и произошло со мной тогда. Спала я потом несколько дней.

— И где мы? — недовольство так и сквозило в моем голосе.

— В лечебнице Лукреция. Здесь проходят лечение все те, кто пострадал от рук Ужасной Анны и ее Приспешников.

— И зачем вы сюда меня привели?

— Я хочу, чтобы вы видели, что сделали с другими магами. И, быть может, поймете, почему мы так стремимся раскрыть это дело.

И началось. Мы ходили из палаты в палату. Смотрели на магов, которые осмелились встать на пути Ужасной Анны, как назвали ее обозреватели. Многие были лишены браслетов, вот они-то и представляли самое печальное зрелище. Это выглядело так, как будто мага лишали самого важного — части его сущности, терялась связь с магией. А уж кто вкусил магии, тот никогда не захочет с ней расставаться. Маги в лечебнице, лишенные браслета, напоминали пустую оболочку. Они просто лежали и смотрели в потолок. Лекари сновали туда-сюда, приносили лекарства и сверялись с больничными картами.

Мы подошли к одной из пациенток. Агент магической безопасности крепко держала меня за руку, да и мне не хотелось разрывать контакт с ней. Девушка-маг лежала на одной из кроватей и смотрела в потолок. Никаких эмоций, только слезы текли из ее глаз. На вид ей было двадцать три – двадцать четыре, может, чуть больше. Девушка показалась мне знакомой. Немного угловатое лицо, брови, чуть сросшиеся на переносице, прямой нос, даже слишком прямой, плотно сжатые губы. Она точно мне кого-то напоминала.

— Это сестра Марка Иванова. Марфа, — еле слышно произнесла агент Бри, — слабый маг, но все же более сильная, чем ее брат. Думаем, она хотела получить для своей семьи чуть больше власти и влияния, потому и присоединилась к Приспешникам.

— Но если она была там, — назвать маму тем прозвищем, что ей дали, я не могла, — почему она здесь?

— Когда стало не хватать сил, ваша мать отдала приказ отбирать браслеты у каждого, кто мог подпитать более сильных магов. Думаю, Марфа даже отдала Чайкину силу добровольно, иначе лежала бы вообще без признаков движения и понимания ситуации. — Агент Бри заметила, наверно, мое шоковое состояние, поэтому продолжила дальше монолог: — Любовь, знаете ли. Многие говорят, что любовь посильнее магии будет…

— Это из-за того, что они магии не знают, — закончила я любимую мамину фразу машинально. — Но как? Вы что…

— Мы учились вместе.

«Вот это да. Агент Бри и мама — однокурсницы. Чего только не бывает в мире магии».

— Вы, должно быть, неплохо ее знаете, раз так говорите. И как вас только саму на допрос не вызвали? — Надо было срочно перевести тему, прошлое агента Бри как раз подходило для этого.

— Я давно доказала лояльность Коллегии и Службе магической безопасности. Что и вам советую сделать. И чем раньше, тем лучше для вас. — Мы вышли в коридор, где почти никого не было. — Поймите, Рид, теперь ваша жизнь, карьера во многом зависят от вашего поведения. Родственники пострадавших от рук заговорщиков требуют наказать всех причастных.

— Но ведь я…

— Я знаю, — женщина попыталась улыбнуться, но вышло это у нее не очень, — но многие думают иначе. Ведь не могут же члены семьи не знать о том, когда готовится такое. Вам нужно показать приверженность к ценностям Коллегии. Показать всем окружающим. И начать лучше всего со школы.

Агент Бри еще долго вещала все в таком духе. Еще бы, безопасникам надо показать, что заговор носил несущественный характер и даже ближайшие к заговорщикам родственники и друзья не разделяют их идей. Мол, смотрите, даже дети понимают всю неправильность и абсурдность действий Анны и ее приближенных.

«А раз так, то все дело не только в политике. Безопасники много лет охраняют Коллегию Девяти магов Европы, значит, могли и сами научиться интриги плести».

Очень хотелось оказаться подальше от всего это кошмара. Теперь даже комната у безопасников не казалась такой плохой, скорее наоборот — в ней можно было хоть ненадолго побыть одной. Чтобы не показать, как сильно я нервничаю, стала осматривать коридоры лечебницы. И тут я увидела безопасников, выходящих из палаты. Там была только одна кровать для одного пациента, но зато лекарей было столько, что вылечить могли очень многих. Будто чья-то рука толкнула меня в спину, и я пошла к палате, таща за собой агента Бри. Мне было необходимо увидеть того, кто находился в палате. Агент упиралась, но не смела разжать руки.

Мы как раз добрались до двери, когда из палаты вышел лекарь-маг. Я прошмыгнула внутрь, агент Бри за мной. На мгновение я увидела маму, спокойно лежащую на кровати в окружении лекарей и безопасников. Мне даже показалось, что она посмотрела в мою сторону и попыталась улыбнуться. Я рванулась к ней, но так резко, что разорвала телесный контакт со своей проводницей.

В свое тело я вернулась неожиданно и неприятно. Удар коленями и ладонями о твердый пол, головокружение и невозможность сфокусировать взгляд — вот последствия самостоятельного возвращения после астральной телепортации. Перед глазами все расплывалось. Затем послышались ругань и крики. Кто окружал меня и кто кричал, я не знала, да и это было совершенно не важно. Как и то, зачем агент Бри привела меня в лечебницу. Главное — я видела маму.

Глава 4

Глава 4. Дневник. Возвращение

То, что маги-безопасники были рассержены, стало ясно, как только я очнулась. Недовольное лицо магистра Яковлева смотрело прямо на меня.

— Вы очнулись, это хорошо. Сейчас придет лекарь и осмотрит вас, — презрительно заметил мужчина.

— А где, — у меня почему-то першило горло, — где я? Что вы тут делаете?

— Если бы не ваши фокусы, то были бы уже в школе, — фыркнул магистр. — Я как раз прибыл за вами, чтобы сопроводить вас туда.

Оглядевшись, я поняла, что все еще нахожусь в своих апартаментах у безопасников. Спрашивать у недовольного магистра что-либо не стала, оставалось только гадать, кто уложил меня на кровать. Чувствовала я себя так, будто всю ночь разгружала вагоны с книгами для нашей домашней библиотеки. Глядя на недовольную физиономию магистра Яковлева, обрадовалась, что лекари проводят диагностику пациентов очень быстро. Всем известно, что лекари не любят терять время, они сканируют магическим браслетом пациента и через несколько секунд получают результат. Конечно, всякие заклинания или зелья так просто не отследить, зато определить общее физическое состояние и сам факт магического вмешательства можно. Так как меня никто не заколдовывал, то результаты диагностики меня не очень интересовали, в отличие от агента Бри.

«Она сильный маг, училась с моей мамой, и все. Быть может, дядя Олег знает о ней что-нибудь? Интересно, его тоже допрашивали? А тетю Элизу? Вот уж представляю, какой скандал она учинила по этому поводу. Еще бы, ее, саму Элизу Бобрикову, допрашивают. На кого она больше злится: на безопасников или на мою маму? Как же хочется спать».

Веки стали тяжелеть, хотелось отдохнуть. Последней мыслью, перед тем как я провалилась в сон, было желание пошутить над магистром и предложить ему рассказать сказку. Очнулась я в комнате одна. Несмотря на легкое головокружение, мне удалось встать с кровати с первого раза. Сонливость ушла, руки и колени не болели. Браслет пусть и разряженный, но все еще был при мне.

«Куда делся магистр Яковлев? Что, в школу мы уже не возвращаемся? Может, опять переворот случился, пока я в отключке была? Интересно, в браслете уже есть жучок? Но ничего, с этим потом Лука разберется. Он хоть и не очень прилежный студент, но в магических технологиях разбирается неплохо».

Дверь без стука открылась, на пороге появился магистр Яковлев. Вид у него был уставший и даже какой-то потрепанный. Редкие волосы были взъерошены, а мантия выглядела помятой. Он молча взял меня за руку, и мы переместились в школу.

— Студентка Рогова доставлена, — произнес магистр, когда мы пришли к директору.

— Спасибо, дальше я сам, — Николай Константинович лучезарно улыбнулся.

— Господин директор, вы уверены, что в нынешней ситуации вам не нужна помощь?

— Уверен. Вы можете идти. — Хотя Николай Константинович и улыбался, его глаза говорили о другом.

Магистр немного замялся перед выходом, но потом открыл двери и покинул кабинет директора. Несмотря на кажущуюся учтивость и легкость в общении, хозяин кабинета никому не позволял руководить им или школой. Может, даже поэтому он ни разу в отпуске не был. По крайней мере, я ничего не слышала об этом. Кабинет выглядел как обычно, ничто не напоминало о недавнем собрании студентов и магов. Столы стояли на своих местах. В углу располагались потрепанный диван и такие же кресла. О причинах, почему Николай Константинович не выкинет эту рухлядь, задумываться сейчас не хотелось.

— Хорошо, что вы вернулись, Рид. — Николай Константинович пристально посмотрел на меня. — Все остальные прибыли вчера. Что-то вас задержало? — Я кивнула. — Что именно?

— Это не от меня зависело, — соврала я.

— Допустим, но вот пребывание в этих стенах зависит от вас. Буду честен, скоро посыпятся требования от родственников, пострадавших в Коллегии. Среди прочих требований прозвучит и желание вашего отчисления из школы.

Я молча стояла и ждала окончания монолога. Все, что директор захочет сказать, он скажет. Что ему захочется узнать, он спросит. Так что я пока послушаю.

— Причем дело касается не только вас, но и всех родственников Приспешников. Вы можете им служить примером. Вы пользуетесь определенным влиянием среди студентов, так давайте закончим этот год без потерь.

— Давайте.

Николай Константинович взглянул на старинные часы, стоявшие в углу кабинета. Почти такие же часы с маятником внизу есть и у моего дедушки Сергея, и они тоже стоят в кабинете.

— Скоро перемена, и вам лучше оказаться в своей комнате до окончания урока. Есть студенты, которые будут не в восторге при виде вас. К тому же вам нужно время, чтобы ознакомиться с новыми правилами.

— Правилами?

«Вот так дела! Меня тут не было всего ничего, а уже новые порядки. Хотя чего я хотела, безопасники везде суют свой нос».

— Да, это распоряжение Коллегии и рекомендации Службы магической безопасности. И хотя обычно я не позволяю вмешиваться в дела школы, но сейчас другой случай. Так что советую вам быть крайне осмотрительной. Вы ведь в этом году собираетесь получить полноценный браслет? — Я кивнула и внутренне собралась. — Тогда учитесь хорошо. И помните, что терпение — это добродетель. И если что-то пойдет не так, то безопасники наводнят школу. Ни вам, ни мне этого не надо, — директор умел быть убедительным. — Ведите себя осмотрительно и думайте о последствиях.

Дорогу к своей комнате в общежитии я преодолела без приключений. Никого не видела, и меня вроде бы тоже. Слова директора мне не понравились. Я не сомневалась в том, что, попадись на пути кто-то, у кого пострадали родственники и друзья в Коллегии, мне пришлось бы уповать на быстрые ноги, я не сомневалась. Николай Константинович самолично зарядил мне магический браслет на минимум. Это означало, что ни на какое сильное колдовство заряда нет. По новым правилам браслеты теперь нужно раз в неделю заряжать у магистра Виторио-Айгуша, предоставив ему подробный отчет об использованной магии.

Во мне росло ранее незнакомое для меня чувство — несправедливость, приправленная яростью. Так и хотелось спросить, почему со мной так обращаются. Я же ничего плохого не сделала. Я только дочь Анны Роговой. У самой двери в комнату вспомнились все те, кого я видела в лечебнице Лукреции, и злость на окружающих немного утихла.

«Зачем она это сделала? Ведь должна же была она подумать о последствиях, о семье, обо мне. Неужели мама считала, что ее бредовая идея закончится успехом и она захватит власть?»

От злости я пнула ногой первое, что попалось на пути. В результате моя любимая спортивная сумка перелетела через всю комнату и шмякнулась о стену.

Глава 5

Весть о том, что дочь Ужасной Анны вернулась, облетела всю территорию школы уже к обеду. Девушка не подозревала, что за время своего отсутствия успела стать самой обсуждаемой студенткой последних дней.

Кто-то жаждал с ней встречи, чтобы поквитаться за деяния Ужасной Анны и ее Приспешников. Несмотря на все увещевания магистров о том, что за дела отвечает сам маг, а не его родственники, желающих навредить Рид было достаточно. Да и как иначе, когда даже среди магистров были недовольные ее возвращением в учебное заведение. Николаю Константиновичу пришлось использовать все возможные рычаги давления, чтобы маги не призывали студентов к мести.

— Мы здесь для того, чтобы учить и воспитывать. Расследованием и вынесением приговора пусть занимаются те, кто должен, но не мы, — напутствовал директор коллег в конце совещания.

Среди студентов были и те, кто действительно боялся Рид и намеревался всячески избегать встреч с девушкой. В ней видели продолжателя дел матери, а потому опасались мести обиженной дочери. Возвращением Роговой хотели воспользоваться и те, кто совсем недавно вместе с ней был в кабинете директора, а потом на допросах в Службе магической безопасности. Страх за близких, допросы, подозрительные взгляды взрослых и однокурсников, разрыв дружеских отношений, непонимание ситуации — все это приходилось переживать родственникам заговорщиков. И если взрослые друзья и близкие Приспешников Ужасной Анны могли укрыться дома, то студентам спрятаться было негде. Они должны были посещать занятия, столовую, библиотеку и везде встречали косые взгляды, перешептывание, недоверие. Постепенно к злости и непониманию присоединилась надежда, что придет Рид и защитит их.

— Я же говорил, что она будет здесь, — Лука, улыбающийся своей очаровательной улыбкой, распахнул дверь комнаты и обнял подругу. — Привет, наконец-то ты вернулась.

Рид обняла друга. Она была рада видеть ребят. Лука — самый верный и преданный. Да, он немного нахален, иногда высокомерен и эгоистичен, любит покрасоваться, но никогда не предаст друга. В этом девушка давно успела убедиться. За десять лет их дружба прошла через многое. Сколько разных историй, случаев, ссор, примирений и приключений происходило с ними за это время.

Кайса и Свен Олбу, брат и сестра, вошли вслед за Лукой. Они тоже были друзьями Рид. К тому же Кайса была еще и соседкой по комнате в общежитии. Хоть семья Олбу и относилась к чистокровным магическим семьям, ребята не считали зазорным дружить с полукровками. Кайса была старше своего брата на два года. Она первой вошла в комнату. Девушка была высокого роста, с короткими светлыми волосами. Кайсе не надо было ни красить волосы, ни прибегать к помощи магии, такие светлые волосы были у всех из семьи Олбу. У жителей скандинавского полуострова такое встречается часто, а у магов тем более. Что Рид нравилось в подруге, так это то, что Кайса за словом в карман не лезла и могла дать отпор любому. Быть может, потому представительница Скандинавии считалась одной из лучших в области боевой магии. С таким противником, как Кайса, мало кто хотел столкнуться в школе даже среди старшекурсников.

Свен Олбу был так же высок, как сестра, и гордился этим, а также тем, что у него было врожденное чувство стиля. Молодой маг одевался только в деловые костюмы с галстуками и не признавал молодежной уличной моды. Свен старался выглядеть старше своих лет, ведь благодаря сестре он нашел двух хороших друзей, которые никогда не относились к нему свысока. Лука делился опытом по завоеванию девичьих сердец, а Рид… Рид ему очень нравилась. Молодой маг тщательно скрывал свои симпатии к девушке и старался относиться к ней как к другу. Вот только это становилось все труднее и труднее. Когда Рид забрали безопасники, он сильно испугался за нее и нервничал, пока девушка не вернулась в школу.

— Команда в сборе, — улыбнулась Рид, — или что? — заметив переглядывание друзей, спросила она.

— Ну, знаешь, пока тебя не было, — начал было Лука в своей витиеватой манере.

— Я вернулась на день позже тебя. Так что не надо тут басни сочинять. От безопасников хватило. Выкладывайте. — Резкость вновь прибывшей немного смутила юношу, но он не стал заострять на этом внимание.

— Лука начал встречаться с Тоней из вашего класса по истории людей, — Кайса опередила друга и была жутко довольна этим.

— Но она же на Зануду вроде как запала.

— Да ладно, это для отвода глаз, — Свен подмигнул приятелю, — оно того стоит?

— Джентльмены о таком молчат, — Лука плюхнулся на кровать Рид.

— Но ты же не такой, так что давай рассказывай, — не унимался скандинав.

Рид показала Луке два скрещенных пальца, и юноша кивнул в ответ. Сигналы мимикой и жестами были ими разработаны еще в далеком детстве. Это позволяло общаться друг с другом, чтобы их никто не мог подслушать. Периодически они обновляли систему жестов, чтобы уж точно ее не разгадали. Вот и теперь Рид жестом спросила, не подслушивают ли их. И получила положительный ответ.

— Тоня обычно занимается в библиотеке, — Лука подхватил Рид под руку. — Мне столько тебе надо всего рассказать.

— Вот только без подробностей, пожалуйста, и после того, как приму душ.

— Спинку потереть? — с надеждой спросил Лука и получил отказ.

Не то чтобы молодой маг рассчитывал на положительный ответ Рид, ему больше нравилось наблюдать за смущением Свена. Лука с каждым днем все больше убеждался, что приятель неравнодушен к девушке. Шансов у Свена не было даже гипотетических, Рид уже давно была влюблена в Егора Березкина, и чувство это было взаимно. Правда, в свете новых событий отношениям между Рид и Егором предстояло пройти проверку на прочность. Это Лука мог сказать и без своего дара предвидения.

— Рассказывайте, — после душа Рид с удовольствием провела руками по своим каштановым волосам, — все, что здесь было, пока я гостила у безопасников. И про новые правила тоже.

— Тогда начнем мы, — сказала Кайса и предложила прогуляться. Компания дружно покинула здание общежития и через сад направилась к библиотечному крылу. — После вашего отбытия здесь начался такой переполох, что даже мы со Свеном были удивлены. А уж вы должны знать, что творится в нашей семье.

Рид кивнула и улыбнулась. Она несколько раз была в гостях у Олбу в семье. И действительно, их семейство было еще то, такого хаоса она не видела нигде. Каждый из Олбу творил столько заклинаний, что впору было удивляться, откуда у них столько магии. Рид и удивлялась, пока Кайса не намекнула на связи с нелегальным рынком магической силы.

— Точно, точно, — согласился Свен с сестрой, — и держитесь подальше от стен. Хотя безопасников не так уж и много в школе, но магические подслушивающие устройства могут и магистры делать. Подслушки расположены внутри зданий, но могут доставать и до улицы.

Рид поморщилась, перспектива быть услышанной не входила в ее планы.

— Раз подслушок много, значит, они детские?

— В смысле? — не поняла Кайса подругу.

— Размер потраченной магии на уровне первого курса? — Кайса кивнула и указала на скамейки. — Да уж, мы могли бы заглушить их.

— Могли бы, только это заберет уйму магии, а браслетики у нас с тобой только для вытирания грязи с сапог годятся, — Лука вздохнул. — По новым правилам браслеты заряжают раз в неделю. Магистры имеют право добавлять энергии для выполнения задания. И мне пора. Я пошел за книжками.

Под дружный смех он удалился в библиотеку.

— Получается, мы практически не можем колдовать. Но как же подготовка к экзаменам?

— Рид, ты лучше о другом побеспокойся. Скажи ей, Свен, — Кайса подставила белое лицо солнечным лучам.

— Что еще? — Рид уже поняла, что этот вопрос станет ее любимым.

— Я слышал разговор некоторых ребят с разных факультетов, так вот, они думают, как бы тебе отомстить за то, что сделала Ужа… твоя мама.

— Этого следовало ожидать.

— Они хотят придумать что-то радикальное, но с низкими магическими зарядами это проблематично. Ведь разрядили не только ваши браслеты, но и всем остальным тоже уменьшили силы.

— Еще один повод злиться. Отвары и зелья никто не отменял, — Кайса открыла глаза и прищурилась. — Так что, подруга, надо быть осторожнее с печеньками и соками.

— Что с нашими запасами? — Рид оглядывалась по сторонам, но никаких безопасников на горизонте не было, только один магистр маячил у главного входа в библиотеку.

— При обыске нашли пару амулетов и зелий, но основное я успела припрятать. — Кайса проследила за взглядом подруги. — Магистр Ягодкин теперь наблюдает, ну пусть.

— Что с черным рынком?

— Пока они накрыли наш тайник с ингредиентами, но я успела снять деньги и сбегать за покупками.

— Хорошо сходила? — девушка оживилась. На черный рынок магических безделушек они наведывались регулярно, запасаясь ингредиентами и магическими батарейками для зарядов. Шутки и розыгрыши лучше всего делать с полным браслетом.

Самым дорогим товаром на черном рынке были браслеты-самокрутки. Умельцы были не согласны с монополией Коллегии Девяти магов на этот товар, поэтому пытались составить им конкуренцию. Браслеты-самокрутки позволяли колдовать без собственного браслета, серьезного колдовства не получится, а вот для розыгрышей — вполне подходят. Вот только это могли делать те, у кого уже есть собственный магический браслет. И все же студенты пытались найти браслеты-самокрутки и для себя. За это, конечно, можно было и из школы вылететь, но чаще всего отделывались высокими штрафами.

— Неплохо, весьма неплохо.

Может быть, Кайса и сказала бы что-нибудь еще, да младший брат перебил, сообщив, что идет Лука с новой подружкой. Лука бережно вел Тоню к друзьям. Видно было, что девушка явно нервничала. Она так сжимала руку итальянца, что Рид даже забеспокоилась, не сломает ли она ее. В свете заговора Ужасной Анны и того, что семейство Антонины Тишо само было в этом замешано, пусть даже и косвенно, нервы девушки были натянуты до предела. Но отношения с таким парнем, как Лука, несколько подняли ее уверенность в себе. Еще бы, всезнайка, отличница — и тут такой поворот в личных отношениях. Хотя магистр Виторио-Айгуш весьма нелестно отозвался о ее выборе, заметив, что это только подтверждает ее приверженность к Подозрительным. Но не мнение магистра волновало девушку, а то, как к ней отнесутся друзья ее парня.

Если не знать имена молодых магов, сидящих на скамейке недалеко от библиотеки, то в них трудно заподозрить одних из самых опасных студентов школы. Высокая, стройная семнадцатилетняя девушка спокойно сидела на скамейке, закинув нога на ногу. А ноги у нее были длинные и стройные. Рид занималась спортом и предпочитала не прибегать к магии для усовершенствования фигуры. Фигура у нее была красивая и с хорошими женскими формами. Каштановые волосы, доходящие до плеч, были собраны в косичку. Большие карие глаза, чуть вздернутый нос и очаровательная улыбка скорее выдавали озорной характер, чем мстительность и жестокость, которую так пытался приписать ей магистр Виторио-Айгуш. Если к этому еще добавить обтягивающие джинсы, рубашку и кожаный жилет с сапогами, то получался образ «самой опасной студентки школы».

Вот только внешность могла быть обманчива, Тоня знала это, как никто другой. Рид одна из немногих магически сильных студентов их курса, кто не смеялся над слабомагами и немагами. А это уже кое-что да значило.

Кайса была другой. От ее злобного язычка пострадало уже много студентов, в том числе и Тоня. И уж кого надо было точно записать в опасные студенты, так это точно старшую Олбу. В голубых, как небо, глазах Кайсы был холод. Она редко кого воспринимала всерьез, а уж тем более боялась. В боевой магии на курсе ей не было равных. И это при том, что ее телосложение было более хрупким, чем у подруги. Не сказать, что фигура была невыразительной, но первое, на что обращали внимание при виде Кайсы, — так это голубые глаза и золотистые волосы. Тоня знала про это не понаслышке, сколько разговоров юношей она слышала про Олбу — и не перечесть. Молодые маги совсем не замечали Тоню, а потому не стеснялись в выражениях, когда обсуждали понравившихся девушек.

О златоволосом Свене информации у нее было мало, он учился на два курса младше, а потому она с ним почти не встречалась на занятиях. Высок, строен, симпатичен, стильно одевается, отдавая предпочтения деловым костюмам.

«Если бы еще губы были не такие тонкие и в глазах не блестели льдинки, он мог бы быть красивым», — подумала девушка.

Как чистокровки сошлись с Рид и Лукой, ей было непонятно. Как и то, как у них с Лукой закружились отношения. Хотя, с другой стороны, полукровки более демократичны и на количество магии смотрят сквозь пальцы. А семья Тони никогда не отличалась сильными магами, скорее наоборот. Как-то так получилось, что во время пребывания у безопасников Лука старался поддерживать студентов. Их не поселили сразу в отдельные комнаты, как Рид, а потому ребята могли переговариваться. Вот тогда-то между Тоней и сыном Злобного Доктора и пробежала искра. Лукиани заступился за девушку, когда Марк Иванов стал весьма нелестно отзываться о ней. Лука даже хотел ударить грубияна, но вмешались безопасники и погасили конфликт. После этого юноша старался быть рядом с девушкой, если кто-то вновь постарается обидеть Тоню. Да, всех оставшихся студентов перевели в отдельные комнаты, но возвращались в школу все вместе. После того как Тоня поблагодарила Лукиани, между ними завязался разговор. И чем больше общались молодые маги, тем больше становилась их взаимная симпатия друг к другу.

— Знакомьтесь, это Тоня, — Лука чуть подтолкнул девушку вперед, — это Рид, Кайса и Свен.

— Привет, — хором поприветствовали они девушку.

— Кто из твоих родственников отметился в Приспешниках? — Кайса любила задавать неудобные вопросы.

— Ты действуешь напрямую, — недовольно заметил Лука.

— Так кто? — поддержала Рид подругу.

— Мой двоюродный дедушка был знаком с Ужа… с твоей мамой, — быстро исправилась Тоня, — извини. — На что Рид только махнула рукой, от безопасников она и похлеще высказывания слышала. — Она иногда приходила в библиотеку к дедушке за книгами и свитками.

— Это та, что недалеко от монастыря?

— Да. Он говорил, что рад, что нынешнее поколение читает книги. Особенно такие, которые никому не интересны. — Тоня немного успокоилась и была польщена, что кто-то знает про работу ее двоюродного дедушки.

— Например?

— Про очень древние времена, мифы и легенды.

— А поточнее можно? — Рид заправила пряди каштановых волос за уши.

— Нет. В смысле, что я не знаю. Дедушка никогда не говорил, что это за книги, — девушка потупила глаза и замолчала.

— Если ты хочешь, чтобы мы тебе доверяли, надо говорить всю правду, — Кайса хищно улыбнулась. — Ты же не все рассказала.

Тоня испуганно огляделась.

— Нас могут увидеть. По новым правилам нельзя собираться в такие большие группы.

— Что? Какие такие большие? — Рид недоверчиво посмотрела на друзей.

— Студенты, которые связаны с Приспешниками, не могут более трех собираться вместе, — пояснил Свен лекторским тоном.

— Да ладно. И что за это будет? Из школы выгонят?

— Нет, но не зарядят браслет, — Свен поддел камушек носком отполированного ботинка и кинул его в фонтанчик.

— Так можно и без магии остаться, — заметила Рогова.

— Именно, — Кайса поправила синий жакет и юбку, — так что же ты нам не сказала, Тоня?

— Рагнарёк. Твоя мама, Рид, искала данные о Рагнарёке, — еле слышно ответила девушка.

Лука потянул подружку за руку, и вот они уже оказались у маленького фонтанчика. Молодой маг приобнял подружку и поцеловал.

— Что за… — возмутился было Свен, но получил тычок в бок от сестры.

Из библиотеки вышли студенты в сопровождении магистров. Все они замерли, увидев Рид и Олбу.

— Все-таки здорово, когда есть такой друг. — Кайса тоже знала про способности Луки к предвиденью. — Пойдемте, а то кто-нибудь из этих жлобов еще рулетку принесет и мерить расстояние до фонтана будет.

Не успела троица далеко уйти, как им навстречу вышли братья Чайкины.

— Кого я вижу? Долго же тебя не было, — Макс, как всегда, был сама наглость и вежливость в одном лице, — мы скучали.

— Говори за себя, — Матвей был явно не в духе, — из-за ее матери и нам всем магию урезали.

— Ваш отец тоже отличился. — Рид не собиралась терпеть выпады в свою сторону. — Или вы из симпатии к Григорию в кабинет директора пошли?

— Ты права, — Макс оттолкнул брата. — Нам нельзя ссориться, если наши родители нашли точки соприкосновения, то, может, и мы сможем?

— Вот я же говорила, — голос Терезы послышался из-за угла, — они нарушают правила! — кричала высокая блондинка.

Макс выругался.

— Опять она. Она стучит магистру Виторио-Айгушу обо всех наших косяках, — злобно добавил он.

Тереза с гордым видом вышагивала по коридору в сопровождении подружек.

— Не успела вернуться, как уже заговор готовишь? — Глаза Терезы горели праведным гневом. — Я давно знала, что ты не просто так попала к нам в класс.

— Ты права, — Рид подошла вплотную к Терезе, которая осталась одна, так как ее подружки так испугались Рогову, что отошли на пару метров назад.

— Осторожнее, она все истолкует по-своему, и ты окажешься виноватой, — напутствовал Свен.

Свен не зря беспокоился за подругу. За время отсутствия Подозрительных студентов поползли слухи о Клике, организации, которая ставила своей целью обезопасить школу от возможных заговоров.

— Смотрите, магистр, — Тереза торжествующе улыбнулась, — их больше, чем трое, а это противоречит правилам.

По коридору с походкой победителя шел магистр Виторио-Айгуш. Полы его накидки развевались в такт уверенным и широким шагам. Но лицо магистра оставалось без эмоций, только глаза смотрели не по-доброму.

— Спасибо, Тереза, — магистр Виторио-Айгуш подошел к студентам. — Несмотря на то, что вы совсем недавно вернулись, вы уже успели нарушить одно из правил, Рогова. За это вы лишаетесь дневного заряда вашего браслета.

— На занятия теперь можно не ходить? — Рид старалась говорить спокойно и вежливо, чтобы не нарушить еще какое-нибудь правило, а то еще и должна будет магическую силу отдать.

— Почему это? — немного растерялся магистр.

— Там нас точно будет больше, чем двое.

— Ах, это, — мужчина немного расслабился, — не беспокойтесь, там будет кому за вами приглядеть. Браслет, пожалуйста.

Разрядив браслеты, магистр Виторио-Айгуш ушел в библиотеку. Остальные студенты тоже стали понемногу расходиться. Может, кто-то и ждал бунта или акта неповиновения от Рид, но девушка не собиралась оставаться совсем без магии.

— Теперь вы такие же, как мы, — ехидно заметила Тереза.

— Ну, это навряд ли. Большей подлизой, чем ты, быть невозможно, — в тон ей сказала Кайса.

— Не переживай, Тереза, это только до экзамена. Потом все изменится, — Рид кивнула подруге.

— Кто-то недостаток магии компенсирует изобилием желчи. И как процесс, Тереза? — От звука этого голоса Рид невольно улыбнулась.

Она столько раз представляла их встречу с Егором. Страшилась и ждала одновременно. Еще бы, когда твой парень родом из известной семьи боевых магов и безопасников, а ты — потомок заговорщика, то всякое бывает.

Братья Чайкины бросили на Егора негодующие взгляды, но молча удалились. Тереза поспешила к подружкам, попутно выговаривая им за трусость. Брат и сестра Олбу нехотя ушли, оставив молодых магов наедине.

Глава 6

Пока не встретилась с Егором, я даже не представляла, как сильно переживала по этому поводу. Егор Березкин на пару курсов старше меня и уже заслужил свой магический браслет. Сейчас ему осталось сдать дипломную работу, и, получив диплом специалиста, он спокойно покидает школу. Семья Егора ждет, что он продолжит традицию, станет боевым магом-безопасником и будет разоблачать заговоры против Коллегии Девяти магов Европы. Он и сам не прочь продолжить семейную традицию. Тем более у Егора есть все, чтобы преуспеть в этом. Его отец, Дмитрий Березкин, — маг-безопасник в третьем поколении и с ранних лет обучал сына боевой магии. К тому же он один из лучших студентов своего курса. Многие маги из нашего окружения пророчат ему прекрасное будущее в Службе магической безопасности.

Но пока этого еще ничего нет. Есть только я и он. И этого пока достаточно.

«Что толку о будущем загадывать? Когда происходят такие вещи, как Заговор мамы, все стремительно меняется. И без проблем с безопасниками наши отношения с Егором не были безоблачными, а теперь же они вообще могут закончиться».

Нам было необходимо поговорить наедине. Всю дорогу до общежития меня одолевали сомнения. Мы не держались за руки, как обычно, не шутили, не флиртовали. Но с другой стороны, его добрые глаза смотрели без страха и осуждения. А это уже кое-что и значило. По взаимному согласию мы отправились в комнату к Егору. Она находилась ближе, и жучков и подслушивающих устройств там наверняка не было. К тому же я не хотела привлекать внимание окружающих, помня о словах Николая Константиновича. Чувствовала я себя несколько скованно, сдержанно, и, похоже, это было заметно.

Общение с Егором сначала как-то не клеилось, но после пары поцелуев все пошло намного легче. Давно заметила, что после поцелуев у нас все с Егором идет легче и лучше.

— Ты как? — спросил Егор.

— Не знаю. Не могу еще прийти в себя. Все так изменилось.

— Это точно. Еще неделю назад ты одна из студенток, а сегодня — чуть ли не лидер подпольного движения.

— Если так и дальше пойдет, то скоро они меня на место матери поставят.

— Не сердись, они напуганы, — заметив мое выражение лица, Егор попытался улыбнуться. — В том смысле, что ты имеешь право быть сердитой на них, но пусть это будет не сейчас.

Мы сидели на кровати, Егор нежно обнимал меня, и в эту минуту казалось, что все нормально, что нет ничего за пределами этой самой комнаты, что все проблемы и трудности где-то там, далеко. Находиться в его крепких объятиях было приятно. Возбуждение сменилось спокойствием и умиротворением. Не знаю, сколько еще я бы просидела вот так, глядя в карие глаза Егора.

— Кстати, я подстригся.

— Заметила. Не думала, что такие короткие волосы тебе пойдут, но получилось прикольно.

— Спасибо, — Егор улыбнулся и поцеловал меня в щеку. — Я волновался, когда все вернулись, кроме тебя. Ты из-за лечебницы задержалась?

— Да, это было ужасно, — начала я, — все эти маги, пострадавшие, Приспешники, лекари, безопасники — все они были такими надломленными, что ли. Будто что-то у каждого сломалось. Не знаю, может, это звучит глупо, но мне показалось, что все именно так. Лекари, которые не могут помочь, сами вот-вот слягут рядом с больными. Безопасники, которые не знают, что делать и куда бежать. И мама, я ее видела.

— Тяжело, наверное, было? — Именно сочувствия Егора мне не хватало в последнее время.

— Да. Она была совсем рядом. Еще бы пару метров — и можно было бы коснуться ее рукой. Зачем она это сделала? Я не понимаю… — Тут я почувствовала слезы на глазах.

— Поплачь, маленькая, тебе станет легче.

Долго упрашивать меня не пришлось. Егор единственный маг, в присутствии которого я могу дать волю таким чувствам. Хотя еще при прабабушке Зое тоже случалось плакать, но это было в далеком детстве. При других магах и людях я становлюсь отстраненной или вспыльчивой. Прабабушка говорит, что это защитная реакция.

Сколько времени мы просидели в молчании, обнявшись, я не знаю. Зато знаю точно, что от слез мне действительно стало немного легче. Когда в комнате стало совсем темно, Егор одним взмахом руки зажег неяркий свет.

«Ничего, после экзаменов я тоже так смогу. Надо только подождать и сдать экзамены».

— Откуда про лечебницу знаешь? Тебе папа рассказал? — нарушила я тишину и смахнула рукавом слезы.

— Да. Он был неподалеку.

— Егор? — Неплохо разбираясь в интонациях его голоса, поняла, что он что-то недоговаривает.

— Он там был. Видел ваши астральные проекции. — Нехотя я освободилась от теплых объятий. — Я с ним на эту тему не говорил. Только услышал одно слово: «Рагнарек», и все. Что это?

— Понятия не имею, но выясню. Вот только теперь даже для книг мне надо получить разрешение у магистров.

— Они боятся, что кто-то продолжит дело Анны. А ты здесь самая подходящая кандидатура.

— Да ладно. Что, кроме меня некому мерзкие дела творить?

— Есть, конечно, но ты умна, упряма, прекрасно разбираешься в магии, — Егор начал перечислять мои достоинства с таким видом, будто это все истина и спорить здесь абсолютно бесполезно, — ко всему прочему, красива, харизматична и склонна к бунтарству.

— Забыл добавить историю семьи Роговых.

— Вот именно, — Егор встал с кровати и подошел к столу просмотреть какие-то свитки и записи. — Ваши вылазки на черный рынок, связи с торговцами и не очень законопослушными магами, а также твой магический потенциал. Это все делает тебя опасной в глазах магистров.

— Но я не такая… — Надо было в этом убедить Егора, если не поверит он, то все остальные тоже не поверят. — Я не рвусь к власти. Мне она не нужна.

Ночные облака загораживали звезды и Луну, оттого на улице было совсем темно. Тень от магического света легла на лицо Егора. Мне не было видно его карих глаз, которые всегда смотрели на меня с добротой и пониманием. Даже когда я совершала не самые правильные поступки, эти любимые глаза никогда не смотрели с осуждением. А вот сегодня, когда Егор повернулся и посмотрел на меня, я впервые заметила недоверие.

— Знаешь, как магия захватывает тебя, когда ты получаешь браслет? — тихо произнес Егор. — Магия пропитывает тебя насквозь. Ты чувствуешь ее каждой клеточкой своей сущности. И так хочется совершить что-то хорошее, грандиозное, такое, что все бы обомлели. И силы есть, и не надо зависеть от магистров, и делай все, что считаешь нужным. Это опьяняет… — Тут он на секунду замолчал. — Магам трудно справиться с этим. Сама магия показывает все возможности и силы, и правильное решение зависит только от тебя. В этом и заключается экзамен.

«Да, не такой разговор я ожидала. Но с другой стороны, все могло пройти иначе. Егор мог просто отказаться от наших отношений или продолжить их, чтобы вызнать правду о Заговоре. Узнай он что-то, чего не знают безопасники, и расскажи им, обеспеченное будущее уже ждало бы его».

— Я не такая, как моя мама. Не такая, как мои родственники. И получить власть я не стремлюсь. Ты мне веришь? — От волнения я даже задержала дыхание. Казалось, весь мир замер в ожидании ответа.

— Да, — после непродолжительного молчания произнес Егор.

Вот так короткое и простое слово способно сделать меня счастливой. Хотелось, чтобы на этом наши разговоры закончились и можно было заняться чем-то другим, более приятным, но нет, в комнату завалился Сергей, лучший друг Егора и его сосед по комнате. Поэтому пришлось топать к себе в общежитие. Егор вызвался проводить, спорить не стала.

— Спасибо, — поблагодарила я, стоя у своего корпуса общежития.

— Мы же Октябрь и Апрель, — улыбнувшись, тихо произнес провожатый. От этих любимых прозвищ на душе стало чуть легче и светлее. — Тебе надо отдохнуть.

С таким аргументом не поспоришь, усталость и нервозность давали о себе знать. Со следующего дня предстояло вернуться к занятиям и рассчитывать на поблажки со стороны магистров не приходилось.

И это оказалось действительно так, некоторые магистры, с которыми я раньше неплохо общалась, перешли на сугубо официальный стиль. Так, магистр Ягодкин, который преподавал магию природы, стал обращаться ко всем Подозрительным студентам исключительно по фамилии, не допуская никакой фамильярности. К тому же задавать и спрашивать стали намного больше. Егор объяснял это не предвзятым отношением, а близостью экзаменов. Может, он и прав насчет большинства магистров, но вот магистр Виторио-Айгуш даже не скрывал своего намерения доказать несостоятельность детей Приспешников. Причем делал это столь умело, что и подкопаться почти не к чему было. Он посещал занятия и задавал вопросы, выходящие далеко за пределы школьной программы. Кто-то из студентов попытался пожаловаться директору, но получил ответ, что тема есть в программе, так что учите. При этом тот факт, что даже старшекурсники не знали ответа на некоторые вопросы магистра, никого не интересовал. Вот что значит хитрый профессионал. Одним из немногих, кто никак не изменил свое отношение к студентам, был магистр Знудкин. Иногда мне казалось, что, кроме прошлого, его больше ничего не интересует.

Одним из нововведений было то, что на уроках, где были Подозрительные студенты, присутствовали магистры под предводительством магистра Виторио-Айгуша. Они должны были наблюдать и молниеносно реагировать на любую угрозу. Так, братья Чайкины успели уже несколько раз получить разрядку браслетов и пару магических оплеух. Макс по этому делу очень громко рассуждал в своей крикливой и ругательной манере в столовой, за что получил еще нагоняй от магистра Яковлева, который всеми силами выслуживался перед начальством.

Что бы Егор ни говорил, но к Подозрительным студентам стало более предвзятое отношение. Видя такое поведение со стороны магистров, многие студенты решили ни в чем им не уступать. Тем более что вся школа была в курсе о низком заряде браслетов. К тому же из-за постоянных штрафов браслеты Подозрительных студентов бывали часто совсем разряженными. Все чаще в школе стали происходить мелкие потасовки, выяснения отношений и прочие незначительные, с моей точки зрения, нарушения дисциплины. Все это устраивалось преимущественно с помощью зелий, так как магии на настоящее колдовство не хватало.

Проблемой своих браслетов мы и решили заняться с Кайсой. Многие старые связи на черном рынке запрещенной магической продукции были обрублены безопасниками, требовалось решить, что лучше: наладить новые или все же проверить старые, может, и найдется что-то интересное. Кайса считала, что надо найти новые каналы получения нужных нам вещей, о чем и заявила, после того как поставила блокирующие заклинания и сигнализацию в нашей комнате.

— Главное, продержаться до каникул, там будет проще, — заметила подруга.

— Думаешь? — Я уже стала сомневаться, что нас вообще выпустят из школы.

— Конечно, у них нет никаких законных оснований задержать кого-нибудь из студентов здесь. К тому же, — Кайса откусила кусок яблока и с удовольствием его прожевала, — многие влиятельные семьи хотят встретиться со своими отпрысками. И конечно, все разузнать о тебе.

— И эти туда же… — Все эти разговоры о мести с моей стороны и со стороны детей Приспешников меня раздражали. Братья Чайкины были далеко не единственными, кто уже предложил объединиться в борьбе с безопасниками и Коллегией. На все предложения я отвечала твердым отказом. Мне совершенно не нужны были эти магические разборки.

И так некоторые студенты уже начали шпионить за мной и друзьями. И если Кайсе хватало одного взгляда, чтобы заставить любопытных ретироваться, то вот у Свена так хорошо не получалось.

— Не переживай за брата, он сейчас сам не знает, чего хочет. То ли быть как все, то ли выделяться из толпы. И за то, и за другое надо платить. Вот пусть и разбирается.

— А сама-то? — Меня иногда раздражала прямолинейность и самоуверенность подруги, но поделать с этим я ничего не могла.

— Чего сама?

— Ты понимаешь, во что влезаешь? Не думаю, что это здорово скажется на твоей карьере. Разборки с Кликой, которую, по слухам, возглавила Тереза, ничто по сравнению с безопасниками.

— Ой, да ладно, — Кайса улыбнулась и бросила огрызок прямиком в мусорную корзину, — это отличный опыт. Где еще можно так потренироваться? Знаешь, сколько заклинаний вредилок я обезвредила, пока ставила защиту на комнату? — Я качнула головой. — И не жалко им на такое энергию тратить?

— С младших курсов, наверное.

— Согласна. Наши такой мелочью заниматься не будут. Тереза со своими каверзами — это то, что нам нужно. Клика поможет отвлечься от всяких ненужных раздумий, — это был камень в мой огород. По вечерам, когда я не встречалась с Егором и не занималась, то предавалась меланхолии, чем сильно нервировала подругу. — Клика — это хорошо. Теперь мы с ними поборемся. Наконец-то настоящее дело, — с энтузиазмом добавила Кайса.

В том, что Тереза создала подобную организацию, ничего удивительного не было. Она была слабомагом и завидовала силе остальных, а тут появилась возможность стать более весомой фигурой в магической школе. Конечно, она ею воспользовалась. Интересно было то, что многие студенты решили к ней примкнуть. И если не официально, то поддержать морально многие были готовы всегда.

— Свен пообещал узнать что-нибудь про это. — Кайса принялась за следующее яблоко. — На Луку сейчас мало надежды. Похоже, что Тоня ему реально понравилась. Странно.

— Почему?

— При его харизме он может заполучить почти любую девушку, — подруга многозначительно посмотрела на меня, — которая посчитает его симпатичным и клюнет на все эти уловки.

— Но для тебя он недостаточно хорош?

— Не в этом плане, — как-то поспешно ответила соседка по комнате, хотя мне показалось, что именно в этом и обстоит дело.

В чистокровных магических семьях ценятся традиции и чистота крови. И то, что чистота крови для семьи Олбу имеет значение, я поняла, когда первый раз гостила у них дома. Тогда я случайно услышала разговор родителей Кайсы и Свена о том, что дружить с полукровками можно, а вот допускать в свой круг…

— Хотя, может, у него такой стратегический ход, — голос Кайсы вывел меня из воспоминаний, — может, он пытается отвлечь внимание от кого-то.

— В смысле?

— От тебя.

Вот теперь Кайсе удалось меня развеселить этим предположением. Мы начали громко и звонко смеяться. Это было именно то, что надо сейчас. Подруга любит подтрунивать над нашей дружбой с Лукой.

— Зря смеешься, такие слухи тоже по школе ходят. О вас.

— И откуда ты все это знаешь?

— Так не они одни подслушки ставят. Я тоже кое-что могу, — Кайса хитро подмигнула, — Тереза и ее подружки много чего интересного в женском туалете вещают. Но наш ответный ход только после каникул.

В этом я с ней была согласна, а пока что...

— Кайса, ты помнишь известную фразу царя Пирра?

— Нет. Я даже не помню, кто это, — фыркнула в ответ подруга. — Это ты у нас книжный червь, который в прошлом разбирается лучше… В смысле, ты лучше разбираешься в истории, — исправилась она, заметив мое недовольство. — Просветишь?

Уговаривать меня не пришлось.

— Царь Пирр был дальним родственником Александра Македонского. Его хоть ты помнишь?

— Конечно, кто не знает Македонского?

— Еще он считался потомком Геракла и Ахилла. В общем, царь был талантливым полководцев. Если верить Плутарху… - Тут Кайса театрально закатила глаза. – В войне с Римом Пирр одержал такую победу, что по количеству людских потерь с его стороны можно было засчитать и поражение. В результате даже появилась фраза «пиррова победа», то есть победа при неоправданно огромных потерях.

— И это к чему?

— К тому, подруга, что нам ни огромные, ни просто потери не допустимы.

— Это точно.

Глава 7

Директор школы Николай Константинович внимательно смотрел на магистра Виторио-Айгуша и понимал, что магистр во многом прав. Отпускать студентов на каникулы домой в такое сложное время было не очень разумным делом. Многие студенты до сих пор числились в Подозрительных, и это не считая детей Приспешников Ужасной Анны.

— Поймите, Николай Константинович, — опять начал магистр, — только под контролем Службы магической безопасности мы можем быть спокойны. Дайте только им возможность, и студенты нахватаются за стенами школы такого, от чего потом школу будет очистить очень сложно.

Директор это все прекрасно понимал, как и то, что многие семьи хотят увидеть своих детей сейчас, на каникулах. Если лишить студентов каникул, то не исключено, что родители их просто переведут в другое образовательное учреждение. А это уже серьезный удар по престижу и финансированию.

«Будем надеяться, что до этого все же не дойдет. Главное, убедить всех, что здесь нет никаких заговоров. И еще, нельзя сердить сильных мира магии».

Совсем недавно Николай Константинович получил письма от нескольких влиятельных магических семей с просьбой оставить процедуру каникул без изменений и позволить студентам навестить родных. Такое письмо он получил и от семейства Роговых с припиской, что Рид отправится на каникулы в дом своего дедушки Сергея Рогова.

Магистр Виторио-Айгуш был раздосадован решением директора предоставить студентам каникулы. Изменить это он пока не мог. Пока. Маг был не прочь подняться по карьерной лестнице. Благо и происхождение, и связи, и ситуация позволяли. После того, что сотворила Анна Рогова и ее Приспешники, многие маги стали подозревать друг друга. Все и всюду начинали искать сочувствующих заговорщикам. На фоне всеобщей сумятицы магистр вел себя спокойно и уверенно:

«Пусть знают, что я могу быть хладнокровным в любой ситуации. Может, сейчас это и не все заметят, но со временем маги поймут, что я могу быть их лидером».

Мужчина твердым шагом двигался к своему кабинету, он считал себя хорошим стратегом и искал сторонников. Причем не только среди магистров, но и среди студентов:

«Совсем скоро эти студенты превратятся в полноценных молодых магов и смогут влиять на ход некоторых событий. Не важно, кто они сейчас: слабомаги, немаги или чистокровные, главное, чтобы они были мне верны. Нужно привлечь к себе талантливую молодежь или хотя бы тех, кто обижен и чувствует себя ущемленным. Нет лучше надсмотрщика, чем бывший раб. Так что привлечь, направить и подождать».

Правда, сильные и чистокровные маги встречались не так уж и часто и примкнуть к нему они явно не стремились. Зато слабомаги — это другое дело. В них было много злости и решимости. Поэтому магистр приблизил Терезу и разрешил создать Клику.

«Ничего, поищут заговорщиков, и, как говорят люди, естественный отбор выявит сильнейшего. Кто подставится из Клики, сами виноваты, мне глупцы не нужны, а остальные умнее будут. Главное, когда заговор в школе раскроется, все увидят, что это благодаря мне преступники пойманы». Магистр Виторио-Айгуш не сомневался, что заговор есть и связан он с семьей Роговых.

Несмотря на все уговоры, директор разрешил студентам покинуть школу на каникулы. Магистр Виторио-Айгуш решил даже из этой ситуации получить выгоду и уже вечером придумал новые правила. Николай Константинович их одобрил, прекрасно понимая, что в магическом мире компромиссы важны как никогда.

— Вы уже видели эту дрянь? — Лука со злостью бросил памятку на скамейку между Рид и Кайсой.

— О да. Мы даже прочитали ее, — Кайса брезгливо шмыгнула носом.

Друзья решили воспользоваться возможностью уединиться и поболтать перед отъездом в одной из беседок. После ужина все студенты уезжали на каникулы.

— И что вы собираетесь делать? — Лука вышагивал перед девушками с нескрываемым раздражением. — Просто так отдадите им браслеты?

— Ну почему «просто»? В сейф же положим, — Кайса поправила солнечные очки в тон фиолетового платья, — у меня сегодня фиолетовое настроение.

— Рид?

— Что? — девушка была раздосадована не меньше, чем ее друг детства. — Они специально это вечером раздали, чтобы никто не успел копии браслетов нацепить. — Ветер растрепал ее волосы. Попытка их уложить ни к чему не привела. Рид с сожалением подумала, что надо было послушать подругу и сделать какую-нибудь прическу или хотя бы собрать волосы в хвост. — Мало того что эта пакостная памятка появилась, так еще и Григорий сообщил, что все каникулы придется торчать в их поместье.

— Вот ведь… — Лука выругался на итальянском, чем вызвал улыбку Кайсы.

— Вы даже ругаетесь красиво, — скандинавка томно вздохнула, — зато ты сможешь покопаться в библиотеке. Ты же говорила, что она там огромная.

— Не переживай, я приеду и помогу, — Лука попытался утешить Рид.

— Плохо читаешь. — Та открыла памятку на предпоследней странице. — Где это? Ага, нашла, «…студенты не должны покидать расположение семьи. Если такое будет необходимо, то они должны заблаговременно получить одобрение местной Службы магической безопасности».

— Нам они встретиться не дадут, — Кайса оглядывалась по сторонам, окружающим они были неинтересны. Студенты либо обсуждали пакостную памятку, либо шли сдавать магические браслеты.

— Где Свен?

— Он сдаст браслет, потом придет за нами. — Кайса сняла очки и посмотрела на друзей фиолетовыми глазами. — Что? Я же говорила, что у меня фиолетовое настроение. Где Тоня? Вы еще вместе?

— Да. Она где-то с магистром «Занудкиным». Получает задание на каникулы. Она потом сделает копии для нас. А то, как говорит магистр Ягодкин, мы и так много чего знаем, зачем еще учить?

— Спасибо ей передай, — Рид приуныла, — если она и правда не будет потом снабжать нас информацией, то мы можем экзамены провалить.

— И будем им трепать нервы еще год, — Лука не унывал и старался во всем найти позитив.

— За это время они какое-нибудь правило придумают, чтобы нас из школы выгнать без браслетов.

— Но это невозможно, — Кайса нахмурилась, — маг без браслета — это…

— Печально.

— Грустно.

— Ужасно, — согласился подошедший Свен. — Если вы спросите, каково это — быть без браслета, я отвечу, что ничего хорошего. Это как оказаться в старом домашнем халате на приеме у королевской семьи.

Ребята понимали, что никакие сочувствие и поддержка не могут поднять настроение. Браслеты все же придется отдать.

— Ладно, — Рид нахмурилась, — нам надо за каникулы решить некоторые проблемы. Во-первых, придумать, как восполнить магическую силу в браслетах. При этом безопасники все тут осмотрят и тайники могут быть обнаружены. Надо их обезопасить по возможности. Во-вторых, надо узнать как можно больше о заговоре и его причинах. Спрашивайте, собирайте слухи и сплетни. После посещения лечебницы меня не оставляют мысли, что все происходило несколько иначе, чем освещается.

— Думаешь? — Свен разгладил лацканы пиджака.

— Да. В-третьих, надо подготовиться к экзаменам. Если это правда, что узнала Тоня, то после каникул мало кто будет нас учить. И про язык жестов не забудьте.

— А я-то планировал просто отдохнуть, искупаться в море и познакомиться с хорошенькими туристками, — Лука вздохнул. — Ладно, пошли сдавать браслеты.

— Подожди, — Рид остановила лучшего друга, — тебе придется выучить новые фокусы. Уверена, безопасники захотят засунуть жучки в наши браслеты. После каникул их надо будет как следует почистить. И это будет посерьезнее работа, чем с моим браслетом, который ты привел в порядок после возвращения от безопасников, — девушка многозначительно взглянула на Луку.

— Знаешь, ты так говоришь, что мне почему-то вспоминается сказка о Золушке, — юноша картинно закатил глаза. — Ты явно похожа сейчас на злую мачеху, а эти двое, — он указал на брата и сестру Олбу, — твои доченьки.

— Тогда ты… — оскалился Свен, но не успел закончить фразу, как итальянец его перебил.

— Не продолжай, прошу тебя, — Лука сложил ладони вместе, — так и быть, будешь ее сыном.

После того как студенты сдали браслеты, директор объявил о начале ужина. Атмосфера в столовой царила совсем не праздничная. Даже у Терезы с подружками были понурые лица. Ощущение, что чего-то всем не хватает, заполнило всю столовую. Многие винили в этом Подозрительных студентов и Рид.

— Ну что, теперь вы все такие, как мы, — злорадствовал Марк Иванов, проходя мимо студентов-магов.

— Успокойся, — посоветовал ему магистр Яковлев и пригрозил браслетом.

Несмотря на раздражение, никто не решался открыто протестовать. Далеко не каждый маг мог похвастаться спортивными достижениями. Только те, кто собирался стать боевым магом, уделяли время спорту. Физические нагрузки были не в почете у чистокровных магов, чего нельзя было сказать о полукровках. Они, знакомые с миром людей, подчас отлично проявляли себя на спортивном поприще.

Рид не была исключением. На поддержание хорошей физической формы настаивали мама и прабабушка Зоя. В результате девушка неплохо бегала, плавала и знала приемы самообороны. При воспоминании о прабабушке Рид приуныла, она так рассчитывала на встречу с ней. Прабабушка много чего знала и прекрасно разбиралась в политике и интригах, царивших в Коллегии Девяти магов Европы. Кроме того, она могла подсказать что-нибудь о причинах заговора. Вместо этого Рид предстояло провести каникулы под домашним арестом в окружении Григория и его родителей.

Непроизвольно рука девушки потянулась к тому месту, где раньше был браслет.

— Думаешь, он там появится? — голос за спиной был очень знакомым. — Сестренка, давай не будем портить отдых. — Григорий был одет в элегантный дорожный костюм. — Мы будем вместе, и этого не изменить. Так давай держать марку ради семьи, а то ее репутация снова пострадала от твоей матери.

Молодой маг чуть приобнял Рид за плечи и быстро шепнул на ухо:

— Ничего не ешь и не пей. Скажи остальным. — И уже громче добавил: — Так что, пожалуйста, веди себя прилично.

— Отвали от нее, — Лука поднялся со стула и хотел было оттолкнуть Григория, но Рид остановила друга детства.

— Молодец, быстро учишься… — Фальшивая улыбка Григория была хорошо знакома ей и Луке.

В детстве молодой чистокровный потомок семьи Роговых демонстрировал свою отточенную улыбку при каждом удобном случае, заставляя всех верить, что она искренняя. Многие сверстники Григория и даже некоторые взрослые попадались на это, считая юношу честным и открытым. Рид и Лука были одними из тех, кто не верил в подобную уловку. Молодого мага это задевало. Рид тряхнула волосами, понимая, что сейчас не самое лучшее время для выяснения отношений. Подумав немного, она все же передала жестами сигнал друзьям, чтобы они ничего не ели и не пили.

«Что же такое приготовила Клика?» От Рид не укрылся цепкий взгляд Терезы, которая внимательно наблюдала за ними.

— Так откуда ты узнал, что они подбросили слабительные микстуры в ужин? — спросила Рид Григория, когда они вышли из автомобиля у самого входа в поместье.

— Скажем так, — Григорий излучал самодовольство, — у меня свой источник информации в Клике. И Тереза про него никогда не догадается.

— Ну ладно. Спасибо, что предупредил.

— Еще бы, кому хочется путешествовать в таком виде, какой бывает после принятия микстурок от Клики?

Рид была действительно благодарна кузену за предупреждение, тем более что кое в чем Григорий был прав: искать туалетную комнату на протяжении всего пути, да еще под взглядами безопасников — то еще было бы занятие. Вот если бы у нас были браслеты, то можно было бы телепортироваться прямо перед поместьем.

Поместье Роговых было не таким старым, как у некоторых других чистокровных родов. Дедушка Сергей получил его в качестве выигрыша в каком-то соревновании во времена своей юности. В отличие от многих других поместий, их дом был оборудован только магическими новшествами, никаких новинок из мира людей не было.

— И как теперь мы будем пользоваться всеми этими магическими штучками? — Григорий был раздосадован отсутствием браслета и необходимостью делать что-то самому. — Теперь даже магическую деку не вызовешь.

— Ты еще магический транспорт запроси, — хмыкнула Рид.

— Как? Без браслетов о быстром передвижении можно и не мечтать. Магическая доска очень бы сейчас пригодилась.

С этим было трудно спорить, но делать было нечего, и до самого дома надо идти пешком. Взрослые представители семьи Роговых, видимо, были не в курсе, что у Рид и Григория нет браслетов. Иначе их давно кто-нибудь встретил бы.

— Чего стоять? Пошли, — Рид плотнее запахнула куртку, закинула рюкзак за спину и взяла один из чемоданов. Остальные вещи она решила не тащить.

— А вещи?

— Хочешь — бери, хочешь — оставь. Может, потом кто-нибудь принесет, — хмыкнула она в ответ на вопрос кузена. Его расстроенное выражение лица несколько подняло настроение. — Таков мир людей, привыкай.

— Вот еще. — Григорий взял рюкзак и папку с документами, остальное аккуратно сложил у ворот.

Идти в предрассветной тишине было интересно и необычно. Тихо и свежо. Никого рядом не было, если не считать агентов безопасности, наблюдающих за студентами. Рид с нетерпением ждала пения соловьев, которых в аллее, ведущей к поместью, жило довольно много. Бабушка Агата грозилась вырубить деревья, если птиц станет больше, но дедушка только посмеивался. Иногда он специально вставал на рассвете, чтобы послушать пение птиц. Рид это знала, потому что тоже так делала.

— Вот это настоящее волшебство, — часто говаривал дедушка Сергей.

И Рид была с ним полностью согласна. Пение птиц, неспешный восход солнца, легкое дуновение ветра, зеленое море деревьев и кустарников всех известных пород — все это создавало поистине волшебную атмосферу. Благодаря магии на территории поместья росли даже гигантские кактусы и пальмы. Что уж говорить о березах, дубах, соснах, кленах и каштанах. Недавнее приобретение дедушки Сергея — эвкалипты и кипарисы, только-только начали обживаться и еще не дарили свой аромат окружающим.

— Как думаешь, здесь уже побывали безопасники? — Григорий наконец-то догнал Рид и теперь пытался отдышаться.

— Да, но насчет подслушки не уверена. В доме ее точно никто не потерпит, а вот на территории — это другое дело. — Григорий испуганно огляделся, затем прибавил шагу и старался не отстать. Такое поведение родственника немного развлекло Рид.

«Вот уж не думала, что он такой трусливый».

Отец Григория, Олег Сергеевич Рогов, тратил огромные средства на поддержание магической защиты поместья. Именно из-за удаленности от города и возможности укрыться от безопасников и конкурентов Роговы жили здесь, в поместье. В город они наведывались по мере необходимости.

— У всех стен есть уши, но вот кто находится за стеной? Неизвестно. Одно дело, если это член семьи, с ним всегда можно договориться. И совсем другое — если это кто-то иной, — Григорию здорово удалось спародировать своего отца. — Я все хотел спросить, тебя не злит, что появилась Клика?

— Злит.

— Тогда почему ты ничего не делаешь?

— Что, например?

— С Кликой можно и нужно бороться. Еще немного — и они возомнят себя правителями школы, — глаза молодого мага наполнились злобой, — еще вчера они сидели тихо, а сегодня…

— Так тебя злит, что ты потерял популярность и возможность руководить студентами? — усмехнулась Рид и поправила рюкзак.

— Это тоже, но главное — другое. Где справедливость? Где равные возможности? Где все то, что пропагандировала Коллегия? Почему теперь они сами забыли то, во что верили? Безопасники и прочие так боролись за возможность полукровок и слабомагов учиться наравне со всеми. А что теперь? Теперь они же ущемляют нас в правах.

— Есть такое. — Катить чемодан на холм становилось все труднее.

— Так почему ты ничего не делаешь?

— Гриш… — От этого уменьшительного имени кузен поморщился, но девушка не обратила внимания. — А почему я должна что-то делать? Есть директор, старосты и прочие активисты. Вот и занимайтесь подпольной войной. Я-то здесь при чем?

— При том, сестренка. — Григорий забрал чемодан у Рид и посмотрел ей в глаза. — От тебя все именно этого и ждут. И кроме того, ты обладаешь потенциалом, харизмой. Ты можешь вести за собой других.

— Да? Раз так, тогда давай топай за мной. До поместья еще идти и идти.

В это время два мага-безопасника, записав весь разговор юных Роговых, думали каждый о своем. Один о фразе о подпольной войне и о том, как бы она не превратилась в явную. А другой о том, что действительно равенство и справедливость чуть померкли после заговора Ужасной Анны, уступив свое место мнительности, жажде мести. Многие говорили, что ущемление прав со стороны Коллегии вполне оправданный шаг, нужный для защиты всего магического общества. Как еще можно бороться с Приспешниками? Коллегия боялась заговорщиков, а потому наделила Службу магической безопасности весьма большими полномочиями. Но справится ли служба с такой властью? Молодой маг-безопасник начинал в этом сомневаться.

Где-то он слышал от друзей-полукровок, что власть портит. Не началось ли такое же с его коллегами? Не вскружило ли это им головы? Чего доброго, могут так начать войну за очистку магов от Приспешников и их союзников. Не время сейчас такой разлад учинять. Один из его старших товарищей говорил как-то, что люди мечтают получить доступ к магии, что на все готовы пойти, чтобы получить такую мощь. Недаром у них истории о магии пользуются огромной популярностью. Полукровок становится с каждым годом все больше и больше. И именно среди них появляются маги с огромным магическим потенциалом. Достаточно посмотреть на дочь Ужасной Анны. Рид умна, привлекательна, харизматична, рассудительна и обладает колоссальным магическим потенциалом. Про это их инструктировали отдельно, всячески намекая приглядывать за Роговой серьезно.

«К тому же, будь она чистокровным взрослым магом, многие Приспешники предложили бы ей лидерство. Но она всего лишь полукровка. Хотя кто знает, что творится в этом семействе?»

Потому маг-безопасник отправил запись об услышанном разговоре в Службу магической безопасности и вернулся к работе.

Глава 8. Дневник. Каникулы

Лишь только мы переступили порог дома, все уставшие, с вещами наперевес, как тетя Элиза принялась охать и причитать. Поводов для этого у нее было предостаточно, начиная от отсутствия у Григория браслета и заканчивая слежкой безопасников. Григорию такое обращение было лестно. Еще бы, он был в центре внимания.

Узнав, что мы остались без браслетов, тетя пришла в негодование, а дядя пообещал что-нибудь придумать. Пока же он отправился за вещами. Видимо, пока ездил к воротам и обратно, успел составить план. И уже к вечеру дядя Олег принес магические батарейки и псевдобраслеты, которые можно было использовать дома. В школу их не возьмешь, но хотя бы во время каникул можно было колдовать и отрабатывать учебные навыки.

На мой вопрос, где дедушка Сергей и бабушка Агата, выяснилось, что они задерживаются по каким-то делам в какой-то командировке. Более подробную информацию дядя мне не сообщил.

— Они, как обычно, отдыхают, — проворковала тетя Элиза. — Что им в таком возрасте еще делать?

— Отдыхать можно и дома. Зачем было уезжать? — недовольно бросил Олег Сергеевич.

«Скорее всего, у них была веская причина не возвращаться в поместье. И быть может, они даже знают о причинах Заговора. Дедушка много раз говорил, что семья у Роговых должна быть на первом месте».

Спорить я не стала, а пошла в свою комнату. Там ничего не изменилось. Хотя некоторые вещи явно лежали не на своих местах. После тщательного осмотра я пришла к выводу, что тетя Элиза ничего не забрала. В том, что в моих вещах рылась именно она, я почти не сомневалась. Дядя до такого опускаться бы не стал, да и понимает, что ничего ценного я здесь не храню. Дома бываю нечасто и надолго не задерживаюсь. Так чего здесь что-то ценное оставлять? Вот его жена — это другое дело. Кроме своего обожаемого Григория, она ничего не видит. Иногда мне кажется, что она живет с дядей исключительно ради Григория. Олег Сергеевич умный маг и, скорее всего, знает об истинных мыслях жены, но проблемы из этого не делает. Видимо, его все устраивает. Еще бы, жена, несмотря на свой склочный характер, красива, умеет преподнести себя в обществе, ненавязчива и не особо умна. Да, тетя Элиза требовательна к материальному достатку, но не докучает этим особо сильно. Она прекрасно понимает, что ее положение в обществе, а значит, и Григория, целиком и полностью зависит от мужа. Еще одним положительным фактором в глазах дяди было то, что его жена сильно уступает ему в магической силе. Дяде Олегу это несказанно льстило.

«Дядя, дядя, что же ты задумал?»

То, что он ведет свою игру, стало понятно после разговора, который состоялся днем. Сейчас, вечером, я смотрю в окно на деревья, посаженные заботливой рукой дедушки Сергея, но мыслями нахожусь в недалеком прошлом. Пару часов назад состоялась беседа с родственниками. Как и все важные разговоры в поместье, этот происходил в кабинете.

— Вы понимаете, что теперь отношение к нашей семье изменится? — говорил дядя Олег, поглаживая усы. — И нам надо сделать все, чтобы восстановить былое влияние. Этим займусь я. Ваше же дело — сдать экзамены и получить браслеты.

Тот факт, что дядю волновали только браслеты, несколько удивил меня. Раньше такого не было, он постоянно говорил, что хорошие оценки — это путь к хорошему будущему. Тетя и дядя всегда настраивали Григория только на лучший результат. Не важно, что это было: учеба, спорт, хобби или друзья. Главное, чтобы он был первым. И действительно, Григорий преуспел во многом. Как это ему удавалось? Где-то подкупом, каверзами, кознями, а где-то трудом и терпением. Надо отдать ему должное: трудиться себе на благо Григорий умел.

Еще дядя поведал о тех трудностях, которые могут создать некоторые магистры и их приближенные:

— Уж не знаю почему, но магистр Виторио-Айгуш действительно воспринял всю эту ситуацию в школе серьезно. Он думает, что ты, Рид, собираешься отомстить и готовишь свой заговор, — дядя многозначительно посмотрел на меня.

— Его право, но я ничего такого не делаю. — Скрывать от дяди подобного рода информацию я не собиралась, но рассказывать больше положенного тоже не было нужды.

— И зря, — не удержался Григорий. — Ты можешь хотя бы попытаться дать отпор, а не закрывать глаза на то, как нас гнобят.

— Да никто тебя не гнобит.

— Что? — тут же встрепенулась тетя Элиза, и ее красивое лицо исказила гримаса ужаса и отвращения. — Кто-то смеет обижать Гри… вас? — тут же быстро исправилась она.

— Во всем этом виновата твоя мать, — не унимался Григорий, обращаясь ко мне.

— Придержи язык, а то откусишь, — не удержалась я, терпеть нападки я не собиралась.

— Отец, разве я не прав? Мама? — Григорий посмотрел на родителей с укором.

— Конечно, конечно, если бы не этот ужасный Заговор… — И начался дуэт о том, как сильно изменилась их жизнь и что теперь им делать из-за всего этого. Нечто подобное я уже не раз наблюдала в исполнении Григория и его мамы. Вот только темы менялись, а суть оставалась прежней: все плохие, они — хорошие и им не дают раскрыть весь магический потенциал.

Я решила подождать, когда закончится вся эта болтовня про трудную ситуацию, в которой оказалась семья и они в частности.

«А вот если бы у мамы удался заговор, то были бы совсем другие речи. И самое противное, что им точно нет никакого дела до мамы или меня. Тете Элизе главное, чтобы их не трогали. Ах, если бы дедушка с бабушкой были здесь, то половины той брани, что они высказали, не было бы. Но они были где-то еще».

Главой этого дома был именно дедушка Сергей, но, пока он отсутствовал, в кабинете главенствовал дядя. И он молча слушал жену и сына. Лишь только они наговорились, дядя Олег обратился ко мне:

— Рид, может, что-нибудь скажешь?

— Зачем? У вас у всех это прекрасно получается. К тому же я здесь не для того, чтобы ввязываться в споры. — Уж что-что, а не попадаться на мелкие уловки мама меня научила.

Не добившись от меня никакой реакции, дядя объявил, что мы с Григорием нуждаемся в отдыхе, а потому все остальные разговоры переносятся на потом. То, что каникулы будут настолько невеселыми, я подозревала, но все же надеялась на лучшее. Ко всему прочему, тетя Элиза заметила, что Служба магической безопасности запретила мне покидать поместье и принимать гостей из школы.

Вот такой интересный разговор состоялся несколько часов назад. То, что будут и еще такие же, не было сомнений. Тетя Элиза может часами рассуждать на любимую тему, а именно — о карьере Григория. Все зависит от того, будет ли дядя все это терпеть. А если будет, то почему?

Иногда я даже сомневаюсь, что дядя Олег и мама — родные брат и сестра. Все, что у них есть общего, так это высокий рост. Олег Сергеевич плотного телосложения, у него даже начинает расти живот и появляется лысина.

«Наверное, он совсем скоро будет ходить с супругой в один салон магической красоты, чтобы выглядеть моложе и привлекательнее.

Может, дядя оставит все это для солидности. Вон — и бороду стал отращивать. Так и его тонкие, как у Григория, губы не сильно заметны. Какой у дяди Олега резон? Знает ли он что-нибудь о заговоре? Вряд ли. Они с мамой не очень дружны дома и работают в разных областях».

Я слезла с подоконника и только тут поняла, что даже не знаю, в каком отделе работает родственник. То, что он строит свою карьеру с прикидкой на место в Коллегии Девяти магов Европы, было известно, никто из этого тайну не делает. Но вот чем конкретно занимается Олег Сергеевич?

«Может, он смотрит за финансами и недвижимостью нашей семьи? Кто-то же должен этим заниматься. И почему я так мало об этом знаю? Потому, что никогда не спрашивала и не интересовалась этим», — ответила я сама себе.

Обращаться к Григорию с просьбой, чтобы закрыть пробелы в информации, я не собиралась и решила дождаться встречи с прабабушкой Зоей. Если я не могла к ней приехать, то она уж точно сможет наведаться в поместье. И безопасники ей в этом не помешают.

Чтобы время до встречи с прабабушкой прошло незаметнее, я решила заняться учебой. Все время проводила в библиотеке или в тренировочном зале, отрабатывая заклинания. Конечно, приходилось встречаться за трапезой с родственниками, но это можно было и потерпеть. К тому же они старались проводить вечера за пределами поместья. Когда же разговоры подружек тети надоедали, я тренировалась. Когда мрачные мысли одолевали меня, — я тренировалась. Даже когда глаза начинали болеть от прочитанного, я тоже тренировалась. Так что дяде пришлось несколько раз менять мне магические батарейки для псевдобраслета.

В библиотеке я тоже проводила много времени. Кроме огромного количества книг по магии там было много научных трудов по истории людей, а это было как раз то, что мне было нужно. Я помнила про Рагнарёк, а потому с энтузиазмом искала информацию. Правда, приходилось шифроваться и заметать книжные следы. Дядя периодически заглядывал в библиотеку с проверкой, чем я занимаюсь. Конечно, для этого у него был всегда веский повод: взять новую книгу и принести старую. В конце концов он поверил, что готовлюсь к экзаменам и даже предложил Григорию брать с меня пример. Тот приходил тайком и просматривал с помощью заклинания отслеживания следов, какие именно книги я читаю. Все книги, которых я касалась, отмечались легким голубым свечением. Поэтому я касалась стольких книг в библиотеке, что любой маг должен был запутаться. Про это заклинание я знала давно. Мы выучили его с Кайсой еще года два назад, а потом освоили двойное заклинание, которое позволяло отслеживать того, кто использовал первый уровень заклинания. Я знала, что кузен шпионил за мной.

Встреча с прабабушкой Зоей состоялась в тот же день, когда дядя Олег с супругой и сыном уехали в гости. Как только родственники вышли за порог, я сразу же отправила сообщение родственнице. И спустя пару часов она уже была на пороге поместья. Сколько лет самой старшей из семьи Роговых, я даже не знаю. Прабабушка на моей памяти всегда была старенькой, маленькой, седой, с кучей морщинок на некогда красивом лице. Она и сейчас еще ничего, но в молодости, наверное, много магов добивалось ее руки. Прабабушка Зоя прекрасно выглядела в своем бежевом костюме и веселой шляпке с цветочками. Даже тросточка, ее неизменный аксессуар, и та была бежевой. Зная о том, что гостья любит красивую и стильную одежду, пришлось сменить свои любимые брюки и футболку на юбку оливкового цвета и белоснежную блузку.

О взаимной неприязни прабабушки и дяди я ничего не знаю, кроме того, что она длится очень долго. Помню, еще в детстве пробовала выяснить, почему она не любит бывать в поместье, но никто ничего не ответил. Мама злилась и ругалась с дядей Олегом. Ссора получилась знатная, магические искры и молнии сыпались во все стороны. После этого мама долгое время не разговаривала с братом, а тетя Элиза испуганно косилась на всех. Григорий же тогда попытался обвинить во всем меня: с моих же расспросов все началось. Я в долгу не осталась и тоже сказала что-то обидное. Неизвестно, чем бы закончилась тогдашняя ссора, если бы не вмешалась бабушка Агата. Досталось от нее всем.

Спрашивать о причинах неприязни между родственниками я больше не решалась. Просто приняла это как должное: когда дядя в поместье, прабабушка никогда не приезжает. Даже на день рождения своего сына, дедушки Сергея.

Обычно мы с мамой приезжали к ней в гости в Париж. Иногда засиживались дома за разговорами, а иногда выбирались в какое-нибудь кафе, пили чай, лакомились всякими вкусностями, гуляли. Музеи, театры, выставки — все это очень нравится прабабушке и мне тоже. Вообще, надо сказать, что, несмотря на свой преклонный возраст, прабабушка Зоя самая старшая из Роговых, она ведет довольно активную жизнь. Не по магическим меркам, но все же. В мир магии она приходила редко.

— Привет, Рид, — заявила с порога прабабушка, — как же давно мы с тобой не виделись.

Это была наша с ней специально зашифрованная фраза, которая означала: «Как дела? Нас подслушивают?»

— Может, ты и права, прабабушка, — улыбнулась я ей, — чай или прогулка?

— Конечно, чай, — она взяла меня под руку, — но только на веранде.

Так как в магических домах было не принято держать слуг, поскольку они являлись показателем слабой магической силы, то в поместье приходилось все делать самим. Отчасти именно поэтому дядя Олег и позволил нам с Григорием получить магические псевдобраслеты, которые давали гостям-слабомагам. Но, зная нелюбовь прабабушки к магии, я решила заняться приготовлением напитка сама, без использования псевдобраслета.

Накрыв на веранде столик у окна, разлив по чашкам ароматный черный чай, я бросила по два кусочка сахара в каждую чашку. Прабабушка довольно улыбнулась, ей явно импонировало то, что я помню, как ей нравится пить чай.

— Спасибо, Рид. Вкус чая ничем не должен быть испорчен, потому и сахар не надо размешивать.

— Но так хочется, чтобы в конце все было хорошо и сладко. Я помню… — Это был тоже условный сигнал, что все важные разговоры будут чуть позже.

На веранде мы болтали обо всем, что не было важным и секретным. Я рассказала об учебе, о друзьях. Гостья поведала свои новости. Для виду мы все же обсудили происходящее в магическом мире и попытку захвата власти мамой. О своем внуке и его семье прабабушка задала несколько вопросов из вежливости, и данную тему больше не развивали. Затем мы немного погуляли по саду, а потом гостья попросила проводить ее наверх. В комнате, которая принадлежала дедушке и бабушке, мы смогли поговорить, не боясь, что нас подслушивают.

— Держи, это от Кайсы, — прабабушка передала мне клочок бумаги, — я надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Спасибо, бабуль. Кайса обещала придумать, как нам наполнить браслеты.

— От магии одни только проблемы, — пробурчала она, — может быть, ты все же переедешь ко мне? Ладно, что ты еще хотела узнать? — получив отказ на первый вопрос, спросила прабабушка Зоя.

Так как времени у нас было немного, то я спросила, знала ли она что-нибудь о планах мамы. Прабабушка ничего не знала и сама была не в курсе мотивов внучки. Про Рагнарёк она поведала тоже, что я узнала из дедушкиных книг.

— Ты лучше почитай вот это, а то совсем от этих экзаменов устанешь, — перед самым выходом из комнаты она дала мне старую книжку. — Никакой магии, только мифы Древней Греции.

Я немного удивилась.

«Чем мне могут помочь эти истории? Если и читать мифологию, то скандинавскую надо. Рагнарёк же оттуда».

Задерживаться более в поместье прабабушка не собиралась, я проводила ее до ворот у границы поместья. Гостья взяла с меня обещание навестить ее в Париже при первой же возможности.

— Твои родители частенько читали эту книгу в твоем возрасте, — добавила прабабушка Зоя, залезая в магический автомобиль, чтобы уехать из поместья.

По дороге обратно домой я пребывала в странном оцепенении. Что-то в поведении прабабушки меня насторожило, но, что именно, я пока не могла понять. Решив с этим разобраться позднее, я занялась письмом от Кайсы. Там был план о том, как нам раздобыть магические батарейки. План требовал больших сил и был нудным, а потому мог вполне сработать. Прежде всего требовалось зарядить все предметы для занятий, одежду, обувь минимальным зарядом магии. После возвращения в школу эту силу нужно будет извлечь. Это действительно был очень нудный и очень долгий процесс. Кайса рассчитывала, что безопасников не заинтересуют вещи с такой низкой долей магии. Они даже могли бы подумать, что это такой остаточный фон после пребывания в поместье Роговых.

Глава 8

Лишь только мы переступили порог дома, все уставшие, с вещами наперевес, как тетя Элиза принялась охать и причитать. Поводов для этого у нее было предостаточно, начиная от отсутствия у Григория браслета и заканчивая слежкой безопасников. Григорию такое обращение было лестно. Еще бы, он был в центре внимания.

Узнав, что мы остались без браслетов, тетя пришла в негодование, а дядя пообещал что-нибудь придумать. Пока же он отправился за вещами. Видимо, пока ездил к воротам и обратно, успел составить план. И уже к вечеру дядя Олег принес магические батарейки и псевдобраслеты, которые можно было использовать дома. В школу их не возьмешь, но хотя бы во время каникул можно было колдовать и отрабатывать учебные навыки.

На мой вопрос, где дедушка Сергей и бабушка Агата, выяснилось, что они задерживаются по каким-то делам в какой-то командировке. Более подробную информацию дядя мне не сообщил.

— Они, как обычно, отдыхают, — проворковала тетя Элиза. — Что им в таком возрасте еще делать?

— Отдыхать можно и дома. Зачем было уезжать? — недовольно бросил Олег Сергеевич.

«Скорее всего, у них была веская причина не возвращаться в поместье. И быть может, они даже знают о причинах Заговора. Дедушка много раз говорил, что семья у Роговых должна быть на первом месте».

Спорить я не стала, а пошла в свою комнату. Там ничего не изменилось. Хотя некоторые вещи явно лежали не на своих местах. После тщательного осмотра я пришла к выводу, что тетя Элиза ничего не забрала. В том, что в моих вещах рылась именно она, я почти не сомневалась. Дядя до такого опускаться бы не стал, да и понимает, что ничего ценного я здесь не храню. Дома бываю нечасто и надолго не задерживаюсь. Так чего здесь что-то ценное оставлять? Вот его жена — это другое дело. Кроме своего обожаемого Григория, она ничего не видит. Иногда мне кажется, что она живет с дядей исключительно ради Григория. Олег Сергеевич умный маг и, скорее всего, знает об истинных мыслях жены, но проблемы из этого не делает. Видимо, его все устраивает. Еще бы, жена, несмотря на свой склочный характер, красива, умеет преподнести себя в обществе, ненавязчива и не особо умна. Да, тетя Элиза требовательна к материальному достатку, но не докучает этим особо сильно. Она прекрасно понимает, что ее положение в обществе, а значит, и Григория, целиком и полностью зависит от мужа. Еще одним положительным фактором в глазах дяди было то, что его жена сильно уступает ему в магической силе. Дяде Олегу это несказанно льстило.

«Дядя, дядя, что же ты задумал?»

То, что он ведет свою игру, стало понятно после разговора, который состоялся днем. Сейчас, вечером, я смотрю в окно на деревья, посаженные заботливой рукой дедушки Сергея, но мыслями нахожусь в недалеком прошлом. Пару часов назад состоялась беседа с родственниками. Как и все важные разговоры в поместье, этот происходил в кабинете.

— Вы понимаете, что теперь отношение к нашей семье изменится? — говорил дядя Олег, поглаживая усы. — И нам надо сделать все, чтобы восстановить былое влияние. Этим займусь я. Ваше же дело — сдать экзамены и получить браслеты.

Тот факт, что дядю волновали только браслеты, несколько удивил меня. Раньше такого не было, он постоянно говорил, что хорошие оценки — это путь к хорошему будущему. Тетя и дядя всегда настраивали Григория только на лучший результат. Не важно, что это было: учеба, спорт, хобби или друзья. Главное, чтобы он был первым. И действительно, Григорий преуспел во многом. Как это ему удавалось? Где-то подкупом, каверзами, кознями, а где-то трудом и терпением. Надо отдать ему должное: трудиться себе на благо Григорий умел.

Еще дядя поведал о тех трудностях, которые могут создать некоторые магистры и их приближенные:

— Уж не знаю почему, но магистр Виторио-Айгуш действительно воспринял всю эту ситуацию в школе серьезно. Он думает, что ты, Рид, собираешься отомстить и готовишь свой заговор, — дядя многозначительно посмотрел на меня.

— Его право, но я ничего такого не делаю. — Скрывать от дяди подобного рода информацию я не собиралась, но рассказывать больше положенного тоже не было нужды.

— И зря, — не удержался Григорий. — Ты можешь хотя бы попытаться дать отпор, а не закрывать глаза на то, как нас гнобят.

— Да никто тебя не гнобит.

— Что? — тут же встрепенулась тетя Элиза, и ее красивое лицо исказила гримаса ужаса и отвращения. — Кто-то смеет обижать Гри… вас? — тут же быстро исправилась она.

— Во всем этом виновата твоя мать, — не унимался Григорий, обращаясь ко мне.

— Придержи язык, а то откусишь, — не удержалась я, терпеть нападки я не собиралась.

— Отец, разве я не прав? Мама? — Григорий посмотрел на родителей с укором.

— Конечно, конечно, если бы не этот ужасный Заговор… — И начался дуэт о том, как сильно изменилась их жизнь и что теперь им делать из-за всего этого. Нечто подобное я уже не раз наблюдала в исполнении Григория и его мамы. Вот только темы менялись, а суть оставалась прежней: все плохие, они — хорошие и им не дают раскрыть весь магический потенциал.

Я решила подождать, когда закончится вся эта болтовня про трудную ситуацию, в которой оказалась семья и они в частности.

«А вот если бы у мамы удался заговор, то были бы совсем другие речи. И самое противное, что им точно нет никакого дела до мамы или меня. Тете Элизе главное, чтобы их не трогали. Ах, если бы дедушка с бабушкой были здесь, то половины той брани, что они высказали, не было бы. Но они были где-то еще».

Главой этого дома был именно дедушка Сергей, но, пока он отсутствовал, в кабинете главенствовал дядя. И он молча слушал жену и сына. Лишь только они наговорились, дядя Олег обратился ко мне:

— Рид, может, что-нибудь скажешь?

— Зачем? У вас у всех это прекрасно получается. К тому же я здесь не для того, чтобы ввязываться в споры. — Уж что-что, а не попадаться на мелкие уловки мама меня научила.

Не добившись от меня никакой реакции, дядя объявил, что мы с Григорием нуждаемся в отдыхе, а потому все остальные разговоры переносятся на потом. То, что каникулы будут настолько невеселыми, я подозревала, но все же надеялась на лучшее. Ко всему прочему, тетя Элиза заметила, что Служба магической безопасности запретила мне покидать поместье и принимать гостей из школы.

Вот такой интересный разговор состоялся несколько часов назад. То, что будут и еще такие же, не было сомнений. Тетя Элиза может часами рассуждать на любимую тему, а именно — о карьере Григория. Все зависит от того, будет ли дядя все это терпеть. А если будет, то почему?

Иногда я даже сомневаюсь, что дядя Олег и мама — родные брат и сестра. Все, что у них есть общего, так это высокий рост. Олег Сергеевич плотного телосложения, у него даже начинает расти живот и появляется лысина.

«Наверное, он совсем скоро будет ходить с супругой в один салон магической красоты, чтобы выглядеть моложе и привлекательнее.

Может, дядя оставит все это для солидности. Вон — и бороду стал отращивать. Так и его тонкие, как у Григория, губы не сильно заметны. Какой у дяди Олега резон? Знает ли он что-нибудь о заговоре? Вряд ли. Они с мамой не очень дружны дома и работают в разных областях».

Я слезла с подоконника и только тут поняла, что даже не знаю, в каком отделе работает родственник. То, что он строит свою карьеру с прикидкой на место в Коллегии Девяти магов Европы, было известно, никто из этого тайну не делает. Но вот чем конкретно занимается Олег Сергеевич?

«Может, он смотрит за финансами и недвижимостью нашей семьи? Кто-то же должен этим заниматься. И почему я так мало об этом знаю? Потому, что никогда не спрашивала и не интересовалась этим», — ответила я сама себе.

Обращаться к Григорию с просьбой, чтобы закрыть пробелы в информации, я не собиралась и решила дождаться встречи с прабабушкой Зоей. Если я не могла к ней приехать, то она уж точно сможет наведаться в поместье. И безопасники ей в этом не помешают.

Чтобы время до встречи с прабабушкой прошло незаметнее, я решила заняться учебой. Все время проводила в библиотеке или в тренировочном зале, отрабатывая заклинания. Конечно, приходилось встречаться за трапезой с родственниками, но это можно было и потерпеть. К тому же они старались проводить вечера за пределами поместья. Когда же разговоры подружек тети надоедали, я тренировалась. Когда мрачные мысли одолевали меня, — я тренировалась. Даже когда глаза начинали болеть от прочитанного, я тоже тренировалась. Так что дяде пришлось несколько раз менять мне магические батарейки для псевдобраслета.

В библиотеке я тоже проводила много времени. Кроме огромного количества книг по магии там было много научных трудов по истории людей, а это было как раз то, что мне было нужно. Я помнила про Рагнарёк, а потому с энтузиазмом искала информацию. Правда, приходилось шифроваться и заметать книжные следы. Дядя периодически заглядывал в библиотеку с проверкой, чем я занимаюсь. Конечно, для этого у него был всегда веский повод: взять новую книгу и принести старую. В конце концов он поверил, что готовлюсь к экзаменам и даже предложил Григорию брать с меня пример. Тот приходил тайком и просматривал с помощью заклинания отслеживания следов, какие именно книги я читаю. Все книги, которых я касалась, отмечались легким голубым свечением. Поэтому я касалась стольких книг в библиотеке, что любой маг должен был запутаться. Про это заклинание я знала давно. Мы выучили его с Кайсой еще года два назад, а потом освоили двойное заклинание, которое позволяло отслеживать того, кто использовал первый уровень заклинания. Я знала, что кузен шпионил за мной.

Встреча с прабабушкой Зоей состоялась в тот же день, когда дядя Олег с супругой и сыном уехали в гости. Как только родственники вышли за порог, я сразу же отправила сообщение родственнице. И спустя пару часов она уже была на пороге поместья. Сколько лет самой старшей из семьи Роговых, я даже не знаю. Прабабушка на моей памяти всегда была старенькой, маленькой, седой, с кучей морщинок на некогда красивом лице. Она и сейчас еще ничего, но в молодости, наверное, много магов добивалось ее руки. Прабабушка Зоя прекрасно выглядела в своем бежевом костюме и веселой шляпке с цветочками. Даже тросточка, ее неизменный аксессуар, и та была бежевой. Зная о том, что гостья любит красивую и стильную одежду, пришлось сменить свои любимые брюки и футболку на юбку оливкового цвета и белоснежную блузку.

О взаимной неприязни прабабушки и дяди я ничего не знаю, кроме того, что она длится очень долго. Помню, еще в детстве пробовала выяснить, почему она не любит бывать в поместье, но никто ничего не ответил. Мама злилась и ругалась с дядей Олегом. Ссора получилась знатная, магические искры и молнии сыпались во все стороны. После этого мама долгое время не разговаривала с братом, а тетя Элиза испуганно косилась на всех. Григорий же тогда попытался обвинить во всем меня: с моих же расспросов все началось. Я в долгу не осталась и тоже сказала что-то обидное. Неизвестно, чем бы закончилась тогдашняя ссора, если бы не вмешалась бабушка Агата. Досталось от нее всем.

Спрашивать о причинах неприязни между родственниками я больше не решалась. Просто приняла это как должное: когда дядя в поместье, прабабушка никогда не приезжает. Даже на день рождения своего сына, дедушки Сергея.

Обычно мы с мамой приезжали к ней в гости в Париж. Иногда засиживались дома за разговорами, а иногда выбирались в какое-нибудь кафе, пили чай, лакомились всякими вкусностями, гуляли. Музеи, театры, выставки — все это очень нравится прабабушке и мне тоже. Вообще, надо сказать, что, несмотря на свой преклонный возраст, прабабушка Зоя самая старшая из Роговых, она ведет довольно активную жизнь. Не по магическим меркам, но все же. В мир магии она приходила редко.

— Привет, Рид, — заявила с порога прабабушка, — как же давно мы с тобой не виделись.

Это была наша с ней специально зашифрованная фраза, которая означала: «Как дела? Нас подслушивают?»

— Может, ты и права, прабабушка, — улыбнулась я ей, — чай или прогулка?

— Конечно, чай, — она взяла меня под руку, — но только на веранде.

Так как в магических домах было не принято держать слуг, поскольку они являлись показателем слабой магической силы, то в поместье приходилось все делать самим. Отчасти именно поэтому дядя Олег и позволил нам с Григорием получить магические псевдобраслеты, которые давали гостям-слабомагам. Но, зная нелюбовь прабабушки к магии, я решила заняться приготовлением напитка сама, без использования псевдобраслета.

Накрыв на веранде столик у окна, разлив по чашкам ароматный черный чай, я бросила по два кусочка сахара в каждую чашку. Прабабушка довольно улыбнулась, ей явно импонировало то, что я помню, как ей нравится пить чай.

— Спасибо, Рид. Вкус чая ничем не должен быть испорчен, потому и сахар не надо размешивать.

— Но так хочется, чтобы в конце все было хорошо и сладко. Я помню… — Это был тоже условный сигнал, что все важные разговоры будут чуть позже.

На веранде мы болтали обо всем, что не было важным и секретным. Я рассказала об учебе, о друзьях. Гостья поведала свои новости. Для виду мы все же обсудили происходящее в магическом мире и попытку захвата власти мамой. О своем внуке и его семье прабабушка задала несколько вопросов из вежливости, и данную тему больше не развивали. Затем мы немного погуляли по саду, а потом гостья попросила проводить ее наверх. В комнате, которая принадлежала дедушке и бабушке, мы смогли поговорить, не боясь, что нас подслушивают.

— Держи, это от Кайсы, — прабабушка передала мне клочок бумаги, — я надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

— Спасибо, бабуль. Кайса обещала придумать, как нам наполнить браслеты.

— От магии одни только проблемы, — пробурчала она, — может быть, ты все же переедешь ко мне? Ладно, что ты еще хотела узнать? — получив отказ на первый вопрос, спросила прабабушка Зоя.

Так как времени у нас было немного, то я спросила, знала ли она что-нибудь о планах мамы. Прабабушка ничего не знала и сама была не в курсе мотивов внучки. Про Рагнарёк она поведала тоже, что я узнала из дедушкиных книг.

— Ты лучше почитай вот это, а то совсем от этих экзаменов устанешь, — перед самым выходом из комнаты она дала мне старую книжку. — Никакой магии, только мифы Древней Греции.

Я немного удивилась.

«Чем мне могут помочь эти истории? Если и читать мифологию, то скандинавскую надо. Рагнарёк же оттуда».

Задерживаться более в поместье прабабушка не собиралась, я проводила ее до ворот у границы поместья. Гостья взяла с меня обещание навестить ее в Париже при первой же возможности.

— Твои родители частенько читали эту книгу в твоем возрасте, — добавила прабабушка Зоя, залезая в магический автомобиль, чтобы уехать из поместья.

По дороге обратно домой я пребывала в странном оцепенении. Что-то в поведении прабабушки меня насторожило, но, что именно, я пока не могла понять. Решив с этим разобраться позднее, я занялась письмом от Кайсы. Там был план о том, как нам раздобыть магические батарейки. План требовал больших сил и был нудным, а потому мог вполне сработать. Прежде всего требовалось зарядить все предметы для занятий, одежду, обувь минимальным зарядом магии. После возвращения в школу эту силу нужно будет извлечь. Это действительно был очень нудный и очень долгий процесс. Кайса рассчитывала, что безопасников не заинтересуют вещи с такой низкой долей магии. Они даже могли бы подумать, что это такой остаточный фон после пребывания в поместье Роговых.

Глава 9

Глава 9. Не то, чем кажется

После проверки всех вещей безопасниками, одежду можно было гладить заново. И это не проблема, если у вас хороший магический браслет. А вот если его нет, то тогда пригодится хороший утюг из мира людей.

— Можно и постирать, — заметила Кайса, оглядев беспорядочную кучу вещей в комнате общежития. Затем девушка поставила отражательный экран, который должен был отправить несильную магию обратно к ее создателю. Рид сомневалась, что это принесет пользу, ведь такие экраны обойти легче легкого. И, конечно, Клика и безопасники смогут это сделать на раз-два-три.

— Ну, мало ли, — пожала плечами Кайса, — может, это «мелочь» какая-то так наши вещи перетрясла?

Затем она обезвредила несколько подслушивающих жучков и поставила сигнализацию на высшую магию. Все это отняло много сил и почти полностью разрядило браслет светловолосой девушки.

— Они всерьез думают, что ты будешь здесь армию зомби выращивать? — подруга пребывала в приподнятом настроении, что происходило каждый раз после каникул.

— Нет, думаю, они втайне надеются, что я разгадаю загадки матери. У них самих-то не очень получается. — Рид такого оптимизма не излучала.

Как Кайсе удалось протащить сюда магическую батарейку и прочие магические вещицы, Рид пока не знала, но собиралась это выяснить при первой возможности. Кроме того, ее интересовал сигнализатор высшей магии. Устройство было не простым, а весьма навороченным. Сигнализатор, сканируя пространства и улавливая заклинания, определял наличие в помещении магии. Для его настройки требовалось время, в течение которого девушки принялись болтать о всякой ерунде, например, кто и как провел каникулы. Чтобы немного пошутить над безопасниками, они принялись сочинять всякие небылицы, но такие, которые были бы похожи на правду. Теперь магам придется потратить много времени, сравнивая их рассказы с отчетами других агентов.

— Представляешь, — начала Рид, — мы с Григорием много часов провели в библиотеке. Оказывается, он сильно отстал по программе. И вовсю теперь старается наверстать материал, чтобы экзамены сдать.

— Молодцы, — хихикала Кайса, — а вот мой брат только и делал, что носился на квадриках по окрестностям и веселился с друзьями. — И она с упоением рассказывала о проделках Свена.

В скором времени и сам младший Олбу с загорелым и отдохнувшим Лукиани заглянули к ним. При виде сигнализатора они не удивились. Свен уже сообщил Луке об этом устройстве. Вместе они начали помогать проверять комнату. Закончили ближе к вечеру, за это время были обнаружены магические подслушки и всякого рода отслеживающие устройства. Пару труднодоступных жучков друзья решили оставить, так как никто не должен был заподозрить, что у них есть такое устройство. Затем молодые маги пошли в комнату ребят и проверили все там.

Время и силы были потрачены не зря, после проверки комнаты Лука показал девушкам блокиратор магии, которым его снабдил дядя.

— Я думал, они запрещены, — глаза Свена расширились от удивления.

— Конечно, ведь они могут блокировать магию или отражать ее лучше всякого отражающего экрана, — Лука улыбнулся. — Думаете, почему мы так свободно об этом говорим? Мы его немного улучшили, и вот несколько минут в день мы можем говорить, не опасаясь быть услышанными.

— Класс.

— Это надо отпраздновать, — ликовала Кайса, — с такими вещами нам любая Клика нипочем.

— Тише, — шикнула Рид, — если мы теперь можем обходить враждебную магию, это еще не значит, что нас не могут банально подслушать.

— Да ладно тебе, Рид, — отмахнулась Кайса, но все же стала говорить значительно тише, — мы сильнее их. Посмотри, какую вещь притащил Лука. А еще он не хочет учиться на магического механика. Да у тебя талант, друг.

— Спасибо. — Видно было, что юноше польстили такие слова. — Мы с мамой и дядей много говорили о моей будущей профессии, я решил продолжить дело отца и заниматься наукой.

— Хорошо, осталось только сдать экзамены, а то мы скоро со Свеном на одном курсе учиться будем. Без обид. — Рид кивнула младшему Олбу.

Свен только развел руками и натянуто улыбнулся.

— И все же как ты это придумал?

— Все просто, малыш Свен, — Лука не удержался и все же подшутил над приятелем, — пока кто-то сидел в библиотеке или веселился с друзьями, проматывая родительские деньги, я достал блокиратор и усовершенствовал его. Он не просто ловит и заглушает чужую магию, но и создает двойное поле магической реальности, позволяя колдовать без уничтожения чужеродной магии. Это высший курс магической механики. Вам, модникам и политиканам, не понять. Правда, чтобы его провести, пришлось отдать несколько мощных батареек. Но зато потайное отделение в ботинках себя оправдало.

Друзья были согласны с Лукой. Такое приобретение, как блокиратор, давало преимущество над Кликой. Лука рухнул на кровать Рид и слегка приобнял девушку.

— Расскажи про Рагнарёк. Что тебе удалось узнать?

— Если коротко и по существу, то это история про гибель богов. Кстати, скандинавских. — Кайса только фыркнула в ответ. — Случились так называемые Сумерки богов, и мир, который был, просто перестал существовать. Если отбросить мифологическую составляющую, — Рид и не думала реагировать на скорченную Лукой рожицу, — то получается, что стоящие у власти должны ее отдать новым правителям. Я много времени провела за книгами, — с вызовом в голосе закончила девушка.

— Получается, они реально хотели свергнуть Коллегию и ничего больше? — Лука был несколько озадачен. — Я думал, будет какая-то тайна.

— Ты лучше скажи, как тебе удалось провернуть это, — Рид указала на блокиратор, — при твоей-то активной личной жизни?

— Уметь надо. Судя по тому, что ты, кроме знаний, ничего больше не привезла, то занята была только книгами. Егор не приезжал?

Вместо ответа Рид ударила парня в бок локтем, а Кайса запустила в него подушкой. Свен же пытался сделать вид, что все это его совершенно не касается. Вот только на деле выходило несколько иначе. За время каникул он кое-что понял, а потому старался выглядеть невозмутимым. Юноша почти не оставался один за все время каникул: общение с друзьями, посещение вернисажей, модных показов, клубов и много красивых девушек окружало его. Он старался, сильно старался не думать об одной девушке-маге, иногда у него это даже получалось. Но порой он видел улыбку, похожую на улыбку Рид, слышал похожий голос или видел выражение глаз, и ему становилось грустно. Все было похожим, но не более. Девушки, их улыбки, томные взгляды казались юноше не настоящими — поддельными. Он тосковал по Рид.

Свен знал, что Рид относилась к нему сначала как к младшему брату подруги, а потом как к другу, а ему хотелось большего. Это младший Олбу понял, когда провожал до машины очередную девушку-модель во время каникул. Имя ее он уже не помнил. Так, встретились на показе, потом потанцевали в клубе, затем продолжили знакомство в одном из отелей Осло и разошлись. Без обид и сожалений. Вот именно тогда Свен и понял, что единственная, с кем бы он захотел позавтракать после всего, была Рид.

Осознание этого было неожиданным и ярким. Чтобы хоть как-то заглушить свои чувства, он отправлялся в спортивный зал и выкладывался там до седьмого пота. Друзья и спорт, спорт и друзья — вот что помогло молодому магу справиться с мыслями и чувствами. И сейчас Свен был доволен, что никто не подозревает о его влюбленности. Доволен, что Рид и Егор не виделись на каникулах. И здесь, в школе, им вряд ли удастся уединиться при таком количестве подслушек и жучков. Вот только прибор Луки мог пробить брешь в магической системе Клики и безопасников, но портить такую классную вещь Свен не собирался. Пока уж точно.

— Что будем делать с жучками? — сохраняя серьезность, спросил Свен.

— Предлагаю раскидать их по кабинетам и слушать, что там будут вещать магистры, — предложила Рид. — Кроме того, подкинем парочку Терезе и ее подружкам.

— Это мысль, — Кайса отложила подушку и позволила Луке выбраться из-под завалов, — это возможно?

— Думаю, да. Можно сделать что-то вроде микрофона.

Через пару дней все было готово: Лука проверил магические браслеты и добавил в магические подслушки микрофон. Тоня, с которой он все еще встречался, к удивлению друзей, подбросила несколько таких устройств в кабинет магистра Ягодкина и магистра Знудкина. Свену тоже дали несколько подслушек, и он их успешно пронес в кабинеты других магистров.

— Вот интересно, — Кайса поправила солнечные очки в тон оливкового платья, — почему из всех Подозрительных студентов Тоня получила право доучиваться вместе со всеми?

— Понятия не имею, наверно, потому, что она одна из лучших студенток и магических сил почти нет. Они ее и не боятся, — Рид прищурилась и посмотрела на подругу.

— Хорошо, — Кайса подозрительно осматривалась. — То, что Иванов в Клике, меня не удивляет. Он всегда был таким скользким типом.

— Наверное, решил доказать свою лояльность Коллегии. Вот и старается.

— Чего взять с «пустышки», — презрительно заметила Кайса.

— Ты чего не на занятиях? Тебя же еще не отстранили, — Рид решила перевести разговор на другую тему.

— Прогуливаю. Не могу же я пропустить такое шоу. К тому же все знают, что мы с тобой друзья, так что в число Подозрительных я попаду уже скоро. И как сказал наш директор, «все знания мы можем получить на уроках в первой половине дня».

— Ага, вот только все важное и нужное магистры рассказывают во второй на своих факультативах. — Рид сорвала травинку и принялась изучать жучка, ползущего вверх по стебельку.

Погода была хорошая, весеннее солнце пригревало, птицы пели, и настроение еще никто не испортил. Уроки, которых теперь стало мало, не обременяли, домашнего задания не задавали. Некоторые студенты были этому только рады, появлялось много свободного времени. Вот только они не задумывались о сдаче экзаменов. Прежде чем идти за браслетом, необходимо было сдать теоретический и практический экзамены. А как это можно было сделать без подготовки? Для всех студентов, кроме Подозрительных, вводились факультативные занятия. Вот там уж магистры отрывались по поводу домашнего задания. Задавали столько, что многие знакомые чуть ли не ночевали в библиотеке.

Рид, Кайса и Лука расположились на полянке недалеко от кабинета магистра Ягодкина. Друзья принесли с собой плед и еду для легкого пикника. Рид собрала волосы в хвост, смахнула пылинки с брюк и джемпера и приготовилась записывать лекцию.

— Кто-то тут стал напоминать моего младшего брата. Вот не думала, что это заразно, — хихикнула Кайса и разлеглась на траве, предвкушая удивление студентов и магистров от их шалости. Лука же немного нервничал, еще бы, магической механикой он баловался в детстве, но до этих каникул не думал всерьез этим заниматься. Теперь же его изобретению предстояло пройти проверку.

— Уф, успел, — взмыленный Свен упал на траву рядом с друзьями, — я так торопился улизнуть с урока, что даже…

— Не успел переодеться в новый костюм, — закончила фразу Кайса за брата.

Рид протянула приятелю ручку и тетрадь.

— Когда магия не безгранична, изобретения людей тоже подойдут, — шепнула она.

— Одним из заданий на экзамене, — начал вещать голос магистра Ягодкина, — обязательно будет что-то связанное с природными явлениями.

Студенты, которые решили провести часы отдыха на этой же поляне, удивленно закрутили головами, пытаясь разобраться, откуда прозвучал голос. Заметив Рид, которая записывала ответы на вопросы, многие поняли, что к чему. В скором времени на поляне не было свободного места от слушателей.

— Отлично.

— Забавно на природе послушать магистра.

— Здорово сработано.

Студенты хвалили Рид по окончании занятия. Лекция магистра Ягодкина была действительно интересной и полезной для подготовки. Старый магистр был приверженцем традиций, это касалось не только мировоззрения, но и занятий. Поэтому на факультативах он решил давать студентам ответы на вопросы экзамена по магии природы. Маг был уверен, что молодежь нынче не будет искать ответы в книгах, а ему не хотелось, чтобы кто-нибудь завалил экзамен по его предмету. Магистр Ягодкин очень дорожил своей репутацией одного из лучших магистров школы.

— Думаешь, в следующий раз получится? — спросила Кайса.

— Посмотрим, — улыбнулась Рид, — пока в школе мало безопасников, но рассчитывать, что они об этом не узнают, не приходится. Тереза наверняка пронюхает про это и донесет если не им, так магистру Виторио-Айгушу.

И точно, уже на следующий день магистры проверили все кабинеты для занятий и обнаружили подслушивающие устройства. Луке, однако, удалось прикрепить подслушку к окну и увеличить диапазон восприятия устройств. В результате еще несколько лекций Подозрительным студентам удалось подслушать.

Магистр Виторио-Айгуш был вне себя: мало того, что вместо занятий ему приходилось бегать по школе и искать подслушки, так ему не с первого раза удалось заглушить их. Кайса подсказала магическую схему, а Лука поставил на подслушки заклинание отражения. Любое из заклинаний оборачивалось против мага, который его делал. В результате магистр Виторио-Айгуш приказал просто разбивать устройства, а это означало, что заново их использовать нельзя.

«Это точно Лукиани с Роговой. Чайкины бы не додумались. Эти два болвана только и способны, что веселиться и к девчонкам приставать», — магистр Виторио-Айгуш мысленно ругал Луку и Рид, возвращаясь к себе в кабинет.

Магистр был еще недоволен тем фактом, что испортился сюрприз для Подозрительных студентов. Он так хотел понаблюдать за их лицами, когда выйдет новый указ о пользовании библиотечным фондом. Сестры Кабовски все испортили. Мужчина скрипнул зубами. Вероника и Жюстина Кабовски входили в Клику и должны были ограничить доступ Подозрительным к книгам. Вместо этого они ворковали с братьями Чайкиными, пока кто-то подсунул им жучок. Теперь вся школа была в курсе сюрприза с библиотекой, а также знала поименно всех участников Клики.

От обуревавшего его презрения магистр Виторио-Айгуш хотел было сплюнуть себе под ноги, но, поскольку вокруг было много студентов, он только сильнее стиснул зубы и быстрее зашагал по коридору.

«Только в кабинете можно дать волю накопившемуся раздражению».

По пути он ловил смущенные улыбки студентов, те явно хихикали над ним.

«Еще бы, Рогова повеселила всю школу. Ну, ничего. — Магистр захлопнул дверь кабинета и сел за стол. — Пора поговорить с Тоней Тишо, а то зря она, что ли, учится?»

Девушка была слабым магом, хоть и полукровка. Незначительные магические силы компенсировались умом, прилежанием и пониманием своего места в магическом мире. Тоня звезд с неба не хватала и хорошо училась. Хотя она и попала в число Подозрительных студентов, но проверка показала, что ее родственник мало чего успел совершить, только пускал Ужасную Анну в библиотеку, потому он отделался сравнительно легко: отдал браслет и ушел с работы, а Тоне разрешили ходить на факультативные занятия. Девушка могла стать неплохим информатором, раз сумела втереться в доверие к Лукиани.

Магистр рассчитывал использовать историю с подслушками себе на пользу и придать Клике официальный статус в школе. Директор не может больше смотреть сквозь пальцы на нарушения дисциплины. В этом магистр был уверен.

«Раз все знают о Клике, то зачем ее прятать? Клика борется с заговорщиками. А раз так, то пусть все видят этих молодых героев и берут с них пример».

Но сначала магистр Виторио-Айгуш решил поговорить с Тоней.

Глава 10

Глава 10. Дневник. В центре событий

«Сказать, что я злюсь на своих друзей — это значит не сказать ничего».

Все началось после того, как магистр Виторио-Айгуш объявил, что в связи с участившимися случаями нарушения дисциплины школе нужны добровольные помощники. В мире людей таких называют волонтерами. Они помогают пожилым, инвалидам в больницах, в организации общественных мероприятий. У нас помощники называются Кликой. Теперь официально Тереза стала ее главой с весьма широкими полномочиями. Она назначала помощников-старост на каждом курсе, чтобы те следили за дисциплиной. Имена нарушителей записывались в отчеты, и им уменьшали заряд для магических браслетов. Кроме того, Тереза отправила своих подруг, сестер Кабовски, в библиотеку, чтобы те следили за порядком выдачи книг. Теперь книги могли взять только те студенты, в преданности которых не сомневались. Раньше любой студент мог взять любую книгу и читать в зале. Иногда книги даже разрешалось выносить из библиотеки.

«Надо ли говорить, что теперь никаких книг брать было нельзя без специального разрешения Клики?»

Затем появилось правило о том, что надо сначала оставлять заявки на книгу, а потом ждать, когда тебе ее принесут. Кайса полдня провела в библиотеке в ожидании заказанного манускрипта, но ничего не получила. Сестры Кабовски только и хихикали при этом. Подруга была в ярости: мало того что она к занятиям не успела подготовиться, так еще и полдня ничем не занималась. И обиднее всего, что Клика выставляет нас же главной причиной всего этого библиотечного безобразия. Сама слышала, как Жюстина Кабовски на всю библиотеку заявила, что это все из-за подслушек Лукиани и Роговой. Как только они перестанут так делать, то и запрет снимут.

«Конечно, так я и поверила. Как будто кроме нас некому подслушки делать? Половина нашего курса может изготовить подобные устройства. Про старших студентов вообще молчу, они еще и посерьезней магические штучки умеют творить. Делают многие, а виноватыми выходим мы с Лукой. Он как изобретатель, а я — как идейный вдохновитель».

Недавно, скрипя зубами то ли от страха, то ли от злости, в столовой к нам подошел представитель младшего курса и пожаловался, что им книг не дают.

— Вы виноваты, вы и верните нам книги. — И с такой уверенностью он это сказал, что диву можно даваться.

И Свен тоже говорит, что чем младше курс, тем больше среди студентов уверенности, что мы во всем виноваты. Каких мне сил стоило уговорить Кайсу не мстить Терезе и Клике, не знает никто. Ведь отомсти ей открыто — и ситуация будет еще хуже. Я помню про слова директора, что случись что, и от безопасников в школе будет не протолкнуться. Николай Константинович предупреждать просто так не будет.

— Ты понимаешь, Рид, — кипела Кайса, — они же специально не говорили, что не дадут эту книгу. Ждали и смеялись, пока я полдня в библиотеке торчала. Ведь теперь если заказал книгу, то сиди и жди ответа. Ушел и потерял заказ.

— Понимаю, но любая открытая акция от нас — и мы влипли. Сама ведь видишь.

— Вижу, — Кайса подскочила ко мне, — вижу, что Тереза ходит павлином надменным, что студенты злятся на Клику и на нас. Но если их прикрывает магистр Виторио-Айгуш, то нас — никто.

— Нужен план, — предложила я, — отвечать грубостью не наш вариант, сама знаешь. Тут нужно подумать. Ответ Клике должен быть достойным, но так, чтобы не попасться.

Перспектива разборок с магистрами не вселяла оптимизма. Хотя мы и так рискуем, таская по очереди сигнализатор и блокиратор с собой. Если об этом кто пронюхает, шума будет столько, что могут даже из школы исключить.

И если бы в нашей комнате не было магических устройств, то добрая половина магистров прибежала бы послушать наш дальнейший разговор. Но магическая защита комнаты пока была на хорошем уровне.

— У тебя много краски для волос? Есть что-то интересное? — спросила я.

— Да, надо дать отпор Клике. Они не должны думать, что все им позволено. Это общая школа и власть тоже общая, — подруга не слышала меня, размышляя вслух о своем.

Тут наконец-то до меня дошло:

— Так тебя выводит из себя, что немаги и слабомаги заправляют тут?

— Да, — честно призналась Кайса. — Раньше сила магического потенциала влияла на положение в обществе. Сейчас же расстояние к заговору Ужа…

— Договаривай уже. Все так говорят.

— Анны и ее Приспешников.

В комнате воцарилось молчание. Я злилась на подругу, а Кайса — на себя, что не проявила тактичность. Чистокровные маги отличаются тактичностью. Это одно из их правил-ограничений, которые пронизывают всю жизнь чистокровок. Помню, как Кайса расплакалась по поводу нарушения какого-то магического правила в детстве. Мы тогда были детьми, проводили каникулы у прабабушки Зои и долго ее все вместе утешали. Потом мама испекла пирожки с яблоками и читала нам мифы Древней Греции, вот только воспринимались они нами как сказки-ужастики.

Я чуть было не подпрыгнула на кровати. Мама читала нам тогда ту самую книгу, что передала прабабушка, какую-то историю про богов-олимпийцев и титанов. Такое совпадение могло быть не просто совпадением. Нужно было все проверить. Тогда мы с Кайсой раскрасили карандашами некоторые страницы. Маме это очень не понравилось. За шалость нас наказали и оставили до конца каникул без красок и карандашей. Рисунки, правда, мама уничтожать не стала, поддавшись уговорам прабабушки Зои.

— Извини, не надо было так говорить. — О присутствии подруги в комнате я почти забыла.

— Да. Многие ее так называют. К тому же то, что она совершила, действительно ужасно. И зачем все было это делать? Не ее почерк.

— Это точно. Отец тоже удивился, узнав про заговор. Сказал, что Анна всегда предпочитала действовать наверняка и скрытно. А вот так, открыто, — это что-то новенькое. Никакой красоты в деталях.

— Действительно, все было совсем не в духе мамы и нашего семейства. Думаю, у мамы был план и его частью было нападение на Коллегию Девяти магов Европы. Частью, но не самой целью. Главное до сих пор скрыто от безопасников. Иначе они бы уже раструбили об этом. Но нет, обозреватели строят догадки, а Служба магической безопасности предпочитает отмалчиваться. Даже дядя не может разгадать, чего же хотела добиться его сестра.

«А ведь это должно быть весьма важно, раз пришлось пойти на такое открытое противостояние. И важное это должно быть не только для нее. Иначе зачем столько магов присоединилось к заговору? Даже если предположить, что большинство из Приспешников были запуганы, то такие, как Лукиани и Чайкины, действовали не из страха».

Рид украдкой глянула на друга детства и вспомнила его родственников. Семейство Лукиани всегда поступает так, как считает нужным. Отец Луки даже специально женился на человеке, чтобы его потомки не потеряли магическую силу. До этого семья Лукиани тоже была чистокровной, с появлением Луки все изменилось.

— Согласна, у твоей матери был какой-то план для всего этого кошмара. Иначе я ничего не понимаю, — резюмировала Кайса.

Все эти разговоры про Заговор и цели, которые преследовала моя мама, действовали на нервы. Надо было срочно сменить тему. Единственное, что могло поспорить с Заговором, — это Клика. Недолго думая, мы решили подпортить им всем волосы. Пусть это выглядело несерьезно и, может, даже глупо, зато способствовало улучшению настроения. Стоило только представить Терезу и ее подружек с ужасными прическами или вообще без них, как улыбка появлялась сама собой. Кайса с умилением готовила заклинания для волос, а потому больше не поднимала разговор о Заговоре, чего нельзя было сказать о ее младшем брате. Уже вечером активизировался младший Олбу:

— Рид, ты должна заступиться за других.

— Что? — У меня чуть мороженое не упало, которое принес Лука.

— Многим Клика уже надоела, они жаждут расквитаться с ней.

— Вот пусть они сами и без меня. — Эти разговоры начали надоедать. — «Ему Кайса что, не сказала о наших планах?»

— Нужен лидер, — не унимался Свен, — есть некоторые личности, которые могли бы составить тебе конкуренцию. Но одно то, что сделала твоя мать, дает тебе бонус.

— Бонус? Какой еще бонус? Свен, — я начинала злиться не на шутку, — она попыталась захватить власть, погибло много магов, еще больше оказалось в лечебнице. Про количество арестованных я вообще молчу. Это ты называешь бонусом?

— Тише, ни один блокиратор не в силах заглушить крик. — Лука уже съел свое мороженое и посматривал в сторону моего.

— Или ты про тот бонус, что от меня шарахаются в сторону даже взрослые и сильные маги? — продолжала я. — Меня все считают виноватой в том, что сделала моя мать. А я ничего не знала. Пока нас не притащили в кабинет директора, я даже представить себе такое не могла.

— Но… — начал было Свен, слушать его я не стала, это было выше моих сил.

Я отдала Луке мороженое и вышла из комнаты. Что еще оставалось делать? Только бродить по окрестностям. Но погода была не особо располагающей к прогулкам. Небо нахмуривалось, ветер усиливался, а солнце не показывалось из-за облаков вот уже несколько дней, становилось прохладно. Хорошо, что, выходя из комнаты, я захватила куртку. Попасть с простудой в местную лечебницу совсем не входило в мои планы.

«Что это за маг, который не может простуду вылечить? А ведь раньше я пользовалась магией и даже не задумывалась о том, что она может вот так просто закончиться. Школьные браслеты — это да, но настоящая магия разве может иметь предел?»

Холодный воздух немного остудил гнев, но я все еще злилась на друзей. Возвращаться к себе в комнату не хотелось, слушать притянутые за уши извинения — тоже. Уже через несколько минут я ушла с улицы, ноги сами привели меня в комнату Егора. И в очередной раз поняла, как это здорово, когда твой парень тебя понимает и поддерживает. От Егора у меня не было секретов… почти. Рассказывать ему о том, в чем сама не разобралась, было неправильным.

«Зачем домыслами забивать голову еще и ему?»

К тому же то немногое время, что мы проводили вдвоем, мы тратили совсем не на разговоры.

И вот тогда я совершила ошибку: на протяжении последующих нескольких дней все свободное время уделяла Егору, а не друзьям. Хоть идея подпортить волосы Клике и была моей, но воплотили ее Кайса, Свен и Лука. За удачную шутку с волосами, которую провернула подруга, Тереза и сестры Кабовски несколько дней не могли отмыть их от противного запаха, что Кайса напустила, магистр Виторио-Айгуш ввел запрет на книги из библиотеки для всех Подозрительных студентов школы. Таким образом, многим грозил повторный год обучения, так как сдать экзамены без дополнительной литературы практически невозможно.

Этого администрации школы показалось мало. Было объявлено, что при повторном оставлении на второй год обучения будут отчислять без браслетов. Это привело к настоящей панике среди студентов. Многие винили в этом меня, и скрыться от их злобы не представлялось возможным. Где бы я ни появилась, рядом были студенты, злящиеся на меня или маму. Вступать в открытое противоборство они не спешили, но это только до поры до времени.

Ругань, насмешки, исписанные двери в общежитии, магические шутки и пакости — с одной стороны, и наши редкие попытки ответить — с другой. Браслеты нам заряжали все меньше и меньше, а вот Клике — наоборот. От всего этого не помогала отвлечься даже мифология Древней Греции. Хотя именно в этой книге я искала подсказки, перечитывая ее снова и снова.

— Что читаешь? — Тереза шла ко мне походкой королевы, сестры Кабовски были тут как тут.

— Иди, куда шла. — Терпеть эти самодовольные лица было все труднее, но я помнила слова директора, что при ухудшении ситуации школу наводнят безопасники. А это будет совсем невесело.

— Как скажешь, я к тебе шла. — Тереза уселась рядом на лавочку и расправила платье.

Не знаю, какого цвета оно было, я смотрела только на браслет. Он был заряжен на полную мощность. Получалось, что она сейчас была магически сильнее меня. От осознания этого меня прошиб пот.

— Хотела спросить, — продолжала глава Клики нарочно громким голосом, чтобы в столовой слышали все, — как ты себя чувствуешь, зная, что из-за тебя столько студентов не сдаст экзамены? А может, их вообще без браслетов выгонят.

— Школ много, можно и перевестись, — так же громко ответила я. — К тому же это Клика не выдает книги, а не я. Так что с вас и спрос.

— Тебе легко говорить, ты же богачка. А многие не такие. Чтобы перевестись, нужны деньги и связи, не все могут этим похвастать. — Тереза улыбнулась своей приторно-фальшивой улыбкой, от которой сама она была в полном восторге.

— Да. У тебя связей хватает, волосы до сих пор благоухают, — не осталась я в долгу.

Тереза залилась краской, со всех сторон послышалось тихое хихиканье.

— Ты, ты за это еще ответишь, — кипела она от злости.

— Я к твоим волосам и близко не подходила. — То, что она мне не поверила, было и так понятно. Я бы тоже, наверное, не поверила, окажись на ее месте.

Тут в столовую влетела толпа студентов с младших курсов и наперебой принялась меня благодарить. Затем приходили еще студенты и кивали мне. Началась такая суматоха, что впору и правда было из школы бежать. Тереза схватила одного мальчонку с длинными волосами с младшего курса и потребовала объяснений. Оказалось, что в школу по почте пришло огромное количество книг. И все они были необходимы для подготовки к экзаменам. Книги были не только для нашего курса, но и для остальных. Все, кому было отказано в допуске к школьной библиотеке, получили книги. Редкие экземпляры и известные издания по магии оказались в руках у Подозрительных студентов.

— Но при чем здесь Рогова? — не понимала Тереза.

— Так она эти все книги купила. Ух, и денег ты, наверное, целый вагон отвалила! Зато теперь я смогу к экзаменам подготовиться. Спасибо, — от благодарности мальчуган чуть ли не светился. Злоба Терезы была пропорциональна благодарности студентов.

И если друзья видели в ситуации с книгами помощь другим, я же понимала, что такие, как Тереза или магистр Виторио-Айгуш, увидят нечто большее — заговор. Догадаться, что это Лука, Кайса и Свен купили и прислали книги, большого труда не составило. У кого еще столько денег? Вот так делами друзей я стала героиней и символом борьбы, сама того не желая, ничего не делая для этого.

«Я как могла держалась в стороне от Клики и Подозрительных. Я ничего не предпринимала. Не делала ничего. И все равно оказалась в самом центре событий. В самом центре школьного заговора».

Глава 11.

Глава 11. Засада

— Почему я до этого не додумался? — в который раз ругал себя Григорий. — Теперь понятно, чем она все это время занималась. Строила из себя такую тихую и незаметную мышь, а сама? Такая же, как и ее мать, — от гнева молодой маг отшвырнул книги, только что принесенные Чайкиными.

— Эй, ты чего? — возмутился Матвей. — Я, между прочим, это еще не читал.

— Ничего, — Григорий сильно злился, — тебе вообще читать вредно. — Рогов был в гневе оттого, что Рид купила книги и раздала их студентам.

— Ты так злишься, что информатор в кругу Роговой ничего не сообщил? — Макс вальяжно развалился в кресле в пыльной комнате в башне. — Кстати, почему твой доморощенный информатор промолчал?

— С этим я разберусь позже. — Григорий принялся мерить комнату шагами. — В любом случае Клика сейчас тоже в ярости. И Тереза обязательно что-нибудь придумает в отместку. Мы должны успеть подготовиться. Макс, у тебя как с этим?

— Все на мази, — Макс усмехнулся, — еще пара свиданий, и Вероника мне все расскажет о планах Клики.

— Чего? — Матвей отшвырнул учебник в самый пыльный угол комнаты. — Мы же договорились, что Вероника моя. Ты должен был обхаживать Жюстину.

— Пока кто-то гонялся за книгами, я проявил немного смекалки. — Макс был в восторге от собственных умных слов, а вот его брат-близнец совсем нет.

Не дожидаясь подробностей, Матвей запулил в брата новой книгой. Скоро братья Чайкины отчаянно били друг друга. Быть может, это и могло перерасти в серьезное столкновение, но Григорий их разнял небольшим огненным шаром.

— Эй, ты чего? — повторил Матвей, а Макс потер плечо, в которое попал заряд.

— Дело серьезное, нам надо быстрее выведать все у сестер Кабовски. И, кроме того, надо здесь убраться. — К молодому Рогову постепенно возвращалась его прежняя самоуверенность. Недовольство Кликой и Рид никуда не пропало, зато появилось понимание дальнейших действий.

Прежде всего Григорий хотел обезопасить свое тайное место, а уже потом поговорить с информатором. И поговорить надо было серьезно.

— Может, тебе перестать дуться на них? — Егор заправил за ухо подруге прядь каштановых волос. — Вы же друзья, а они хотели как лучше.

— От этого «как лучше» что-то совсем по-другому получается. Почему бы им это не сделать от своего имени? Зачем меня надо было приплетать?

— Так они тебе помогали.

— Егор, пожалуйста, не защищай их. Я знаю, ты во всем пытаешься видеть только положительное, но если ты и дальше будешь их выгораживать, то мы можем поссориться, — Рид крепко сжала руку молодого мага. — А этого мне хочется меньше всего.

Они сидели, обнявшись, в комнате Рид. Несмотря на то, что это было под самым носом у магистра Виторио-Айгуша и Клики, но лучшего места для встреч они найти не смогли. Сигнализатор и блокиратор исправно работали.

— Магистр Яковлев собирается назначить внеплановую проверку комнат, — оторвавшись от поцелуя, поведал Егор. — Вам надо будет спрятать блокиратор. И думаю, вас в это же время пригласят в кабинет директора.

— Откуда знаешь? — На мгновение лицо девушки стало серьезным.

— Серега слышал, как Иванов хвастал перед студентами, что скоро всех Подозрительных ждет участь Приспешников.

— А сам он не Подозрительный?

— Видимо, уже нет.

— Да ладно, пусть ищут, если хотят видеть заговор там, где его и нет.

— Есть, — Егор взъерошил волосы, — многие безопасники думают, что есть. Отец говорит, что кто-то из Приспешников распространяет информацию с целью вызволить Анну и Лукиани. А раз он так говорит, значит, доказательства имеются. Ты же его знаешь.

— Да уж, — Рид отстранилась от парня, — кто не знает Дмитрия Березкина — одного из лучших боевых магов Европы?

Девушка также знала, что Екатерина Березкина, мама Егора, является ведущим консультантом в области дипломатических отношений между магами и людьми. Рид вздохнула, потому что с мечтой работать в такой же консультационной компании можно было попрощаться.

Работать в такой компании могло показаться кому-то скучным занятием, но только не Рид. Она хотела заниматься делами и магического мира, в котором жила, и мира людей, который часто навещала. Там жили дедушка, бабушка и отец. И пусть виделись они нечасто, но виделись. Кроме того, связи между мирами крепли и подчас требовали активного вмешательства какой-либо из сторон.

Мама и дядя Олег были не в восторге от этих планов. Последний считал, что такой магический потенциал, который есть у Рид, нужно использовать лучше. К тому же в таких компаниях работали в основном слабомаги или вообще немаги. Дядя Олег по этому поводу долго возмущался, мама же сказала, что сначала нужно окончить школу, потом будет видно. Она тоже думала заниматься политикой, а получилось, что целыми днями сидела в лаборатории Лукиани.

— Рид, — позвал девушку Егор, — ты о чем задумалась?

— Слушай, а огонь в мире людей и магии чем-то отличаются друг от друга?

— Ты о чем?

— Огонь в Греции, он такой же, как везде?

— Ну да. — Молодой маг потрогал лоб подруги на наличие у нее температуры. — А в чем дело?

— А почему тогда говорят «греческий огонь»? Почему нет другого какого-то огня?

— Греки изобрели на основе нефти такой огонь, который горел на воде. Так они уничтожали вражеский флот.

— И все? — Рид скорчила рожицу.

— Нужна информация, спроси у Зануды.

Уже вечером, после ужина, Рид поспешила в кабинет магистра Знудкина. Почему-то девушке показалось важным выяснить о греческом огне. Не зря же мама занималась этим вопросом. К счастью, магистр задержался в учебном кабинете. Искать его в корпусе магистров было бы весьма затруднительно.

— А, это вы, Рид, входите, входите. — Магистр попытался навести порядок на столе. — Давненько я вас не видел на занятиях. Да и Луку, признаться, тоже.

— Так это же новые правила, магистр.

— Ах да-да. Вы правы, — магистр Знудкин поправил очки и старый галстук, — ох уж эти новые правила. Ну ничего, вот уйдет магистр Виторио-Айгуш на повышение, и все вернется на свои места.

— Вы так думаете? — девушка присела за парту.

— Конечно, ему же здесь тесно. Вот безопасники или Коллегия — это его размах. Ну да ладно, вы же не за этим сюда пришли в такое позднее время. Так за чем же?

— Я прочитала в одной книге, — начала объяснять Рид, — упоминание о греческом огне, но что это конкретно означает? Какой смысл вкладывает автор, не знаю. В библиотеку мне сейчас нельзя, книжек сестры Кабовски не дадут. Так что я к вам. Может, вы мне объясните?

Магистр Знудкин начал долгое и подробное повествование о составе огня, затем перешел на примеры его использования. Информации было много, но ничего действительно интересного Рид для себя не услышала.

— Спасибо большое, магистр, вы мне очень помогли, — сказала она, как только появилась возможность, и поспешила удалиться.

— Не думаю. Ваши глаза, Рид, выдают вас. Быть может, если вы точно мне скажете, что ищите, я смогу вам помочь.

— Греческий огонь. Точнее, огонь в Греции, — исправилась студентка.

На некоторое время в кабинете повисло молчание, и атмосфера пустого класса начала давить на девушку. Еще совсем недавно она сидела за одной из этих парт и слушала лекции по истории магистра Знудкина, читала толстые и старые книги, готовила домашнее задание, а теперь она сама себе учитель.

— Быть может, имеется в виду история с Прометеем? — подал голос магистр из-за горы книг, которые нес к шкафу. — Титан, который принес огонь людям.

— Его еще Зевс за кражу покарал? А потом Геракл спас?

— Не совсем за кражу, а за то, что передал людям навыки и умения, которые были доступны только богам.

— Да, — задумчиво произнесла девушка, — спасибо, — и поспешила к выходу, не обращая внимания на слова магистра Знудкина. В голове Рид мелькнула мысль, от которой начал собираться пазл. Становилось понятно, чего так боялись безопасники, почему прабабушка передала именно эту книгу и почему все так хотят допросить Анну Рогову.

Рид медленно шла по тропинкам вдали от дороги, ведущей от учебных корпусов к общежитию, мимо фонтана, сада и других строений. Девушка ничего не замечала, в голове билась одна-единственная мысль: возможно, ее мама нашла способ передавать магическую силу от одного мага к другому, не изымая браслет.

«Иначе зачем к ней присоединились слабые, но чистокровные маги? И зачем столько времени проводить в лаборатории?»

А то, что Лукиани разрабатывал новые виды оружия, проболтался как-то давно Лука.

«Умея забирать чужую магическую силу, маг или даже человек может стать невероятно сильным. Магический потенциал, данный при рождении, не будет играть никакой роли. Если маг, как Прометей, отдаст силу, то человек может стать магом. Это же все меняет. Весь мир магии, каким мы его знаем, исчезнет. И на его обломках появится что-то совершенно новое». От таких мыслей Рид стало совсем не по себе. От мысли, что секрет мамы может быть известен и другим магам, становилось тяжело дышать.

«Хорошо еще, что люди ничего про это не знают». Студентка остановилась перевести дух. Чтобы появляться в общежитии среди студентов и магистров, которые хотели ей навредить, нужно быть спокойной и собранной.

Никто не должен заподозрить, что она что-то знает: «Никто, даже друзья. Тем более что это всего лишь догадки. Вот появятся доказательства, тогда и поговорим».

Вечерний воздух приятно холодил кожу и освежал голову. Мышцы спины сами собой расслаблялись. Рид захотелось расправить плечи и раскинуть руки, как если бы они были крыльями. Голосов студентов, прогуливающихся перед сном, не было слышно. Вокруг было тихо и свежо.

«Слишком тихо и свежо, — промелькнула мысль, — так обычно бывает летом, а сейчас пусть поздняя, но все еще весна».

Девушка осмотрелась: на соседнем дереве мирно посапывала белка, так и не добежавшая до орехов, на земле, у самых корней, спали еж и ежиха. Рид встряхнула головой и поспешила уйти отсюда подальше. Все это сильно напоминало заклинание сна, которое они проходили на занятиях у магистра Ягодкина совсем недавно.

— Вот тебе и привычка ходить окольными путями, — пробурчала себе под нос Рид. — Слишком долго я пробыла у Зануды. Успели подготовиться.

Прогонять сонное заклинание, а именно его студентка посчитала причиной такого поведения животных, не стала. Сил на это могло не хватить. Рид сомневалась, что Тереза пришла одна, скорее всего, ее подружки были рядом. Оставалось надеяться, что заклинание наложили только на место, а не на нее саму. Девушка прижалась спиной к одному из строений, древние камни холодили спину и создавали своеобразную точку опоры.

— Как там говорил Архимед? Хотя я не он и землю переворачивать не собираюсь, но тоже кое-что могу.

Рид не раздумывая побежала в сторону общежития. Для того чтобы там оказаться, нужно было преодолеть небольшую рощицу и пустырь. И если среди самшитов и кустарников можно было укрыться от магических снарядов, то на пустыре это сделать было проблематично. Но других приемлемых вариантов не наблюдалось. Нужно было торопиться. Только она устремилась к рощице, как вдогонку уже неслись магические заряды молний и огненных шаров.

Треск, шум, звук ломающихся ветвей окружали девушку со всех сторон. Лишь раз она решила обернуться и посмотреть на преследователей, и тут же левую щеку задела молния. Рид инстинктивно прижала руку к щеке и почувствовала кровь, сочившуюся между пальцами.

— Вот ведь, — ругнулась девушка и, не сбавляя темпа, побежала дальше. С каждым шагом пустырь становился все ближе. Думать о том, что там тоже может быть засада, было некогда. Нужно было бежать и увеличивать отрыв от преследователей.

«И куда только администрация школы смотрит? И когда же заряды и магия у них закончатся?» Не успела она задать сама себе вопрос, как атака прекратилась.

То, что это затишье перед главным ударом, не было сомнений. Вопрос был во времени: успеть пересечь пустырь или не успеть. Рид бежала со всех ног. Беглянка уже было поверила, что успеет добраться до перехода, ведущего к общежитию, как за спиной раздался странный треск. Это был треск от магических боевых заклинаний: огненные шары и замедляющие змейки. Серебристые линии, похожие на маленьких змеек, замедляли любой движущий предмет, в который попадали. Одна из таких змеек ударила прямо перед девушкой. Благодаря хорошей реакции и занятиям спортом она уклонилась от следующей змейки и огненного шара. За спиной послышались ругательства, но из-за шума и ломающихся веток узнать голос преследователей было невозможно.

«Хорошо, что это дилетанты. Так шумят, что вполне можно подготовиться».

Известно, что хорошие и сильные боевые маги могут треск от магических заклинаний минимизировать или вообще обходиться без шумовых помех. Егору и Кайсе на тренировках такое удавалось.

Рид с тоской подумала о друзьях. Вот где бы пригодилась их помощь. В нескольких сантиметрах от нее пронеслись огненные магические заряды, а у самых ног врезалась молния. Девушка прыгнула за скамейку, чтобы чуть отдышаться. До перехода было совсем близко. Немного усилий — и дорога к общежитию открыта. Вот только до перехода все обстреливается магией.

Вдруг треск пропал и магические заряды тоже, слышалось только приглушенное блум, блум, пшип.

«Наверное, купол», — подумала Рид и неуверенно выглянула из-за скромного укрытия.

Кто-то поставил магический купол, который защищал ее от атаки. Купол был неровный и тонкий. Он дрожал и проминался под ударами, рискуя исчезнуть в любую секунду. Так что долго сидеть за скамейкой не имело смысла. Заклинание было магически затратным, а потому маг, который сделал купол, должен был находиться рядом. Вот только кто он: друг или нет? Оглядевшись, студентка заметила в переходе двух магов. Из их браслетов текла магическая энергия, дающая куполу жизнь. Рид огляделась, магическая атака продолжалась, а в куполе уже появлялись дыры.

— Быстрее! — кричал ей кто-то из прохода, но беглянка не спешила, попадать в новую ловушку совсем не входило в ее планы.

Девушка уже думала, как бежать в обход, как вдруг услышала:

— Рид! — Голос был уставшим, затем послышались ругательства на итальянском языке.

Она быстро поднялась и побежала к переходу. Так красиво ругаться мог только Лука. Рядом с ним стояла Кайса. Теперь стало понятно, почему купол был таким хлипким, боевому магу из Скандинавии заклинания защиты давались с трудом.

— Но как? Как вы узнали, где я? — спросила Рид, добежав до друзей.

— Лука увидел! — быстро крикнула Кайса.

— Что со щекой? — Лука оторвался от купола. — Жаль, магия на нуле и магических батареек нет, а то бы…

— А у меня нет! — И Кайса опустила купол и метнула пару молний. — Кажется, я дерево сломала.

— Зацепило немного. — Рид попыталась разглядеть нападавших, но они не спешили выходить из-за деревьев, да и Лука закрывал ее от возможных огненных шаров. — Спасибо, ребята, вы вовремя.

— Ага, — кивнул итальянец, — теперь бежим отсюда. Я и без предвиденья чую, набегут сейчас магистры с безопасниками и спрашивать не будут, что к чему, сразу из школы выкинут за все это, — он указал на поваленное дерево, разбитую скамейку и рытвины на газонах.

— Это точно, — хором согласились девушки.

Глава 12

Глава 12. Дневник. Страсти накаляются

По дороге к лекарям друзья кратко рассказали, как пытались найти меня и бегали по школе.

— Хорошо еще, что Нос сказал, что видел тебя у учебного корпуса, — прохрипел Лука.

— Сереге Носову спасибо, — согласилась я.

Потом наступила моя очередь поведать о том, что я узнала у магистра. Свои догадки о Прометее я рассказывать не стала, мы хоть и друзья, но дело весьма серьезное. Маги и люди отдали бы все, чтобы получить возможность забирать магические силы. И если насчет Луки сомнений не было, то насчет Олбу у меня не было уверенности, что эта семья не воспользуется информацией в своих целях. С другой стороны, ребята помогли мне. Если бы не они, неизвестно, чем бы закончилась недавняя засада.

— Что-то маловато информации ты узнала, — посетовала Кайса.

— Так это же Зануда, он может долго рассуждать, тем более об истории Древнего мира, — вмешался Лука. — Я все время поражаюсь, сколько всего он знает. А вообще-то, думаю, он с ними.

— Кто? Зануда? — Кайса даже остановилась. — Да ладно.

— Нет, он точно нет. Я так стремительно покинула его кабинет, что он не успел бы никого предупредить. — Предположение Луки мне было совсем не по душе. Это один из немногих магистров, который не поменял своего отношения ни ко мне, ни к Подозрительным студентам. Думать о том, что он действует заодно с магистром Виторио-Айгушом, было неприятно.

Мы почти добрались до лекарского корпуса, когда раздался сигнал всем студентам собраться в общежитии. Видимо, директор и магистры наконец-то узнали про засаду. Если это так, то скоро они узнают и про то, кто сотворил купол.

— Ребята, надо всем продумать, что говорить будем, — Кайса улыбнулась.

Мне закончили исцелять рану на щеке, когда в лечебный корпус ворвались магистры и безопасники. Директор Николай Константинович шел во главе.

— Вот вы где, — произнес Николай Константинович, в то же время лицо магистра Виторио-Айгуша исказила недовольная гримаса.

— Я же говорил вам, — магистр Яковлев вынырнул из-за спин безопасников, — что они здесь.

— Взять их! — гаркнул один из агентов Службы магической безопасности, видимо, он был самым главным из них.

— Подождите, — один из школьных лекарей, невысокий и с пышной рыжей шевелюрой, остановил безопасников, — вот этих двоих, — он указал на Кайсу и Луку, — можете забрать, а ее — нет. До утра Рогова должна быть под наблюдением.

— Даже так, — директор немного рассеянно потер переносицу, — хорошо. Пройдемте, Олбу и Лукиани. И, — Николай Константинович обратился ко мне, — я предупреждал вас, Рид.

С этими словами директор вышел из лечебницы, за ним последовали мои друзья в сопровождении безопасников. Несколько агентов остались охранять меня, расположившись в коридоре. В палату их никто бы и не пустил, так что разговор был отложен до утра.

— Снова сухой из воды рассчитываете выйти, Рогова? — лицо магистра Виторио-Айгуша пылало гневом. Его орлиный нос и цепкий взгляд делали мужчину похожим на орла, который выслеживает добычу. Что-либо отвечать смысла не было. Магистр видит только то, что хочет видеть.

Воспользоваться ситуацией и все спокойно обдумать мне не дали. После того, как все ушли, рыжий лекарь наложил обезболивающее заклинание и заставил выпить меня сонное зелье. В результате вместо раздумий о Прометее я крепко заснула, что оказалось весьма дельным времяпровождением, так как весь следующий день меня расспрашивали о засаде. К вечеру меня отпустили, а Кайсу и Луку — нет. Это я узнала, когда перед ужином в гости зашел Свен. Вид у него был нашкодивший и виноватый, почему-то он даже в глаза не смотрел.

— Ты как? — Свен сел на кровать сестры и выложил из кармана брюк коробочку.

Коробочка была небольшой, вся такая бархатная и розовая и внешне напоминала ту, в которой часто дарят кольцо, делая предложение руки и сердца. На самом же деле там находился блокиратор. Кто сказал, что устройство от прослушки должно быть большим? Я уже собиралась активировать блокиратор, как Свен отвернулся и замотал головой.

— Нормально. Но ты сам неважно выглядишь.

— Спал плохо. — Думаю, сейчас он не врал. — Вот же они вляпались. Хорошо, что ты не пострадала.

— Да уж. Что-нибудь слышно? Когда их отпустят?

— Не знаю, — молодой маг теребил рукав помятой рубашки, такого я раньше за ним не замечала. Свен никогда не ходил в одной рубашке два дня подряд, а уж тем более в мятой.

«Видимо, он так сильно переживает за сестру», — подумалось мне. И, решив его подбодрить, я подошла и приобняла друга. Он подпрыгнул на кровати, будто я его молнией ударила.

— Ты чего?

— Извини, Рид, мне пора, — с этими словами он выскочил за дверь.

Кайса пришла только утром. Вид у нее был усталый и злой. Увидев подругу, я приготовилась включить блокиратор.

— Привет. Ты как?

— Привет. Нормально. Злая и хочу спать. — Подруга поспешила в душ. — Как же здорово принять ванну. Я быстро, и потом поболтаем. — Она подала рукой условный сигнал, что разговор состоится немедленно.

Кайса быстро наполнила ванну и добавила пену. Как только она забралась в воду, я активировала блокиратор и прошмыгнула в ванную комнату.

— Рассказывай, — устроившись на краю ванной, попросила я, — почему вас так долго не отпускали?

— Луку отпустили давно, спрашивали же в основном меня. Думается, засада на тебя их не особо волнует. Они сначала думали, что ты сама устроила всю эту заварушку. Особенно в этом усердствовал сама знаешь кто, — криво усмехнулась подруга. — Магистр Виторио-Айгуш говорил, что ты так пытаешься привлечь к себе внимание. — В ответ я только фыркнула. — И я о том же. Они не торопятся найти виновных. Почему?

— Клика.

— Именно. Кто еще мог незамеченным пробраться и такое учудить? Кто еще так несведущ в боевой магии? Даже твой кузен знает и умеет колдовать так, чтобы не было ни треска, ни шума. Такие боевые заклинания относятся к базовым в боевой магии.

— Это да… — Пока мне оставалось только соглашаться.

— Кроме того, магистров интересует контрабанда магических артефактов. Магистр Виторио-Айгуш уже пожалел, что вызвал безопасников. Теперь они не скоро уйдут из школы. Он так надеялся, что поймает тебя с поличным, а теперь вынужден отдать им пальму первенства в школе.

По словам Кайсы, получалось, что еще один из каналов поставок магических батареек закрылся. Как теперь готовиться к экзаменам по практической магии, было непонятно. Без постоянных занятий навыки в практике теряются даже у самых лучших магов, а мы-то пока даже и не маги настоящие. Задумавшись над ситуацией, я не сразу уловила смысл того, что сказала подруга.

— Меня переводят в школу в Южной Америке. Там, говорят, тоже неплохо учат.

— Что ты сказала? — моему удивлению не было предела.

— Меня хотели совсем исключить, но родителей испугались, — Кайса грустно улыбнулась. — Сама знаешь, семья Олбу славится связями и капиталом.

Семья Кайсы и Свена была одной из богатейших в Скандинавии. Олбу занимались переводами денег из магического мира в мир людей. Даже чистокровные магические семьи размещали часть своих финансовых активов в мире людей. На услугах посредников Олбу заработали весьма прилично. А уж с количеством полезных связей, которыми обзавелись скандинавы, может только поспорить количество домов, которые они приобрели. Несколько вилл у них есть даже в Южной Америке.

— А Свен? — тихо спросила я.

— Он остается. Мне удалось доказать, что с контрабандой связана только я одна, — Кайса сделала акцент на последнем слове.

— Спасибо.

— Хоть так помогу. Вас с Лукой не только из школы могли бы выгнать, но и к реальному сроку приговорить. А теперь — вон отсюда и дай мне помыться! — В довершение всего Кайса облила меня водой.

В заторможенном состоянии я кое-как дошла до своей кровати. Ситуация снова стремительно изменилась, а я никак не могла на это повлиять.

«Хорошо еще, что с Кайсой ничего плохого не случилось. Может, так даже лучше. Она не попадет ни в какую другую историю. И этой хватило. Отучится, диплом получит, и вот тогда… Чего ждать? Сдам экзамены, заберу браслет и сама могу уехать отсюда».

Я грустно улыбнулась: «Никто меня не отпустит. Ни безопасники, ни родственники, ни я сама. Бросить здесь семью и просто сбежать я не могу. Роговы так не поступают. Мы встречаем опасность смело и отрыто».

Вместе с Кайсой уезжала в далекую Южную Америку часть прошлой жизни. Сначала попытка захвата власти, теперь отъезд, все как-то быстро менялось. От прошлого, такого понятного и предсказуемого, оставалось все меньше и меньше.

Я так и не успела рассказать Кайсе о Прометее, догадках относительно передачи магической силы, потому чувствовала себя виноватой, но сомнения не давали мне шанса довериться подруге. Пока я пребывала в состоянии диссонанса сама с собой и раздумывала, рассказать все же Кайсе или нет, она по-настоящему приняла ванну и привела себя в порядок.

«У нее и так столько проблем, может, не стоит взваливать еще и это? К тому же как она поможет мне из Южной Америки? Но на кого еще я могу положиться, как не на друзей?» — наблюдая за сбором вещей, думала я.

Мысли прыгали из одной крайности в другую. Верх брал то голос разума, то сомнения. Я так запуталась во всех этих аргументах «за» и «против», что когда же, наконец, решилась поделиться соображениями о передаче силы, за Кайсой пришли безопасники. Прощание с подругой было грустным и быстрым. На скорейшем ее переводе настаивал директор. Николай Константинович хотел поскорее замять это дело и выдворить из школы агентов Службы магической безопасности.

«А нужно ли было рассказывать Кайсе? Вдруг это всего лишь предположение и смысла в этом нет. Вот если бы удалось провести настоящий опыт и все получилось бы, вот это было бы другое дело. Но с кем же поговорить об этом?»

Я сидела одна в комнате и грустила. Мысли кружили вокруг подруги, засады и Прометея. Из-за каких-то сомнений я не поговорила с Кайсой, быть может, она подсказала бы что-нибудь дельное.

«Нужен кто-то, с кем можно без утайки все обсудить. Можно поговорить с Лукой, но время уже позднее, и он находится под надзором безопасников. Со Свеном задушевных бесед не получится, как и с другими студентами-приятелями. Информация была крайне серьезной, и „утечка“ недопустима».

Но и сидеть в четырех стенах, не имея возможности пообщаться, тоже не входило в мои планы. Срочно нужно было с кем-то поговорить, и плевать, что уже поздно и многие отдыхают. Будто в ответ на мои пожелания в комнату вошел Егор.

«Вот тот маг, которому я могу все рассказать и с кем можно посоветоваться».

— Я думал, ты меня ночной историей удивишь, а ты вот такое рассказываешь, — произнес он после завершения моего рассказа, — если это так, то становится понятным, за каким таким секретом носятся все вокруг.

— Вот именно. — Блокиратор работал исправно, мы могли спокойно поговорить.

— Знаешь, сколько магов и людей мечтают заполучить новую силу? Это все очень серьезно.

— Сама знаю.

— Кому еще ты говорила об этом?

— Никому, только тебе. — Хоть я и понимала, что сильно рискую, но держать в себе такую информацию становилось все труднее.

— Хорошо. Ты думала над тем, как проводить такой опыт? — глаза Егора лихорадочно блестели.

— Теоретически. В книге, что читала, есть множество тайных знаков, подсказок и указаний. — То, что их оставили мама и прабабушка, я упоминать не стала.

— Тогда давай пробовать, — предложил Егор, чуть растягивая слова.

— Уверен? — Я очень хотела попробовать провести такой эксперимент, но найти добровольца, признаюсь, думала, будет сложнее.

— Думаешь, безопасники не догадаются о блокираторе? Уверен, как только ты выйдешь из комнаты, здесь все проверят. И с собой ты его тоже вынести не сможешь, обыщут.

— Тогда… — Сама мысль об этом была мне противна, но делать было нечего. — Его надо сломать. — Егор кивнул.

— Это позже, пока что он нам пригодится, — выключив свет, пояснил он. — Для конспирации. Пусть думают, что мы собираемся заняться другими вещами.

— Хорошо. Тогда начнем. Кто кому силу передает?

— Я тебе, — Егор нежно погладил мою щеку. — Я тоже должен тебе кое-что рассказать: я читаю мысли, совсем немного, но читаю.

— Что? Даже сейчас? — Мне было немного не по себе.

— Нет, теперь ты закрылась. Но когда ты опускаешь магические щиты, а со мной это почти всегда, я читаю тебя. И я знаю, что ты не такая, как твое семейство. Что твое избегание конфликтов сейчас связано со словами директора, а не с тем, что ты боишься. Еще знаю, что ты чувствуешь себя виноватой из-за отъезда подруги и что ничего ей не рассказала.

— Давай лучше займемся экспериментом, — с трудом сдерживая подкатившие слезы, предложила я.

Эксперимент благодаря информации из книг оказался не очень сложным. Вся закавыка состояла в том, чтобы синхронизироваться силами, заставить магию перетекать от одного к другому. Благодаря способности Егора и сильной эмоциональной связи между нами операция «Прометей», как я ее назвала, прошла успешно. Напарник читал мои мысли, поэтому быстро настроился на мою магию, которой требовалось совсем немного. После того как магический канал между нами окреп, Егор поделился со мной своими способностями. Воспринимать чужую магию было непривычно, но во взгляде добрых карих глаз читались участие, понимание и поддержка. Все прошло лучше, чем планировалось. Пусть и не с первого раза, но ближе к рассвету я услышала в голове:

«Пляж, море и звезды».

— Это точно, — согласилась я.

«Нет, давай пробуй»

«Хорошо. Только пляж песчаный, море — теплое, а звезды — яркие. Северный полюс не самое мое любое место».

Егор крепко обнял меня.

— Вот видишь, получилось. И еще я хочу… — Мы поцеловались. — Спать.

Я была с ним согласна и провалилась в сон с мыслью, что Прометей работает.

Глава 13

Глава 13. Новая проблема

Утром в дверь сильно барабанили. От грозного голоса магистра Яковлева хотелось спрятаться под одеяло. Рид рассеянно попыталась натянуть одеяло и увидела спящего Егора, тот потянулся и промолвил:

— Привет.

— Привет. — Рид с облегчением отметила, что они оба в одежде.

«Чего так перепугалась?», — голос Егора был чуть приглушенным, будто из трубы.

— Я в ванную, — сказала Рид, а мысленно добавила: — «Задержи их, надо разбить блокиратор. Пусть ищут его в канализации, если им это понравится».

Егор задорно улыбнулся и пошел открывать дверь. Лишь только девушка скрылась в ванной, как на пороге появились магистр, безопасники и Тереза.

Что происходило в комнате, Рид не интересовало, ее задачей было уничтожить блокиратор. Девушка включила воду, а потом, положив устройство на пол, ударила по нему феном, который привезла после каникул. Студенты, у кого магических способностей было мало, не брезговали изобретениями людей.

— Как раз пригодился. — Красивое лицо Рид исказила злорадная гримаса.

Расколошматив блокиратор, она выкинула основную часть деталей в унитаз, а мелкие — в слив ванны. Затем наскоро умылась и вышла к непрошеным гостям.

— Именем директора, — начал повизгивать магистр, — вы пройдете с агентами магической безопасности. А вы, Березкин, следуйте за нами. Магистр Виторио-Айгуш очень хочет с вами поговорить о ваших, — магистр Яковлев брезгливо осмотрел комнату, — друзьях.

— У вас и письменное распоряжение имеется? — надменно спросила хозяйка комнаты.

«Рид, не перегибай», — мысленно предостерег Егор.

— Да как ты смеешь?! — взвизгнула Тереза. — Магистр, скажите что-нибудь.

— Рогова, вы отказываетесь исполнять распоряжение директора? — Магистр боязливо оглянулся на безопасников, увидев, что они рядом, он закатал рукав мантии и активировал браслет.

— Ну что вы, конечно, я все выполню. — Рид готова была сказать очередную колкость в адрес магов, но, услышав мысли Егора, передумала. — Просто я думала, вы все делаете по правилам, но они не для вас. — Заключительная фраза предназначалась для студентов, толпившихся за спинами безопасников, именно потому произнесла ее Рид достаточно громко. Девушка приняла невозмутимый вид и вышла из комнаты, где ее уже ждали.

— Неужели я такая страшная? — произнесла она.

«Может, совсем чуть-чуть, — приглушенный голос Егора раздался в голове Рид. — Не знаю, на какое расстояние действует наша связь».

«Вот и проверим. И не позволяй Терезе распускать руки. Вон как плотоядно на тебя смотрит».

Егор, Тереза и один из безопасников тоже вышли из комнаты и направились в один из боковых коридоров. Рид в сопровождении свиты из магистра Яковлева и безопасников последовала на допрос. Все, кто попадался у них на пути в такой ранний час, отходили в сторону.

— Может, хоть сейчас ее уберут из школы, — шептал кто-то.

— Нет, это же не она сделала, — отвечали другие.

По разговорам Рид поняла, что все в курсе не только засады, но и отъезда Кайсы. Многие студенты смотрели на нее с уважением и интересом.

«Теперь, возможно, я еще больше поддержку получу».

«Все может быть. Некоторые думают, что директор или кто-то из магистров хочет от тебя избавиться или от тех, кто тебе помогает», — голос Егора становился все тише и тише.

У кабинета директора их уже ждал новый отряд безопасников.

«Как их много, — удивилась девушка, — надеюсь, отца Егора сюда не прислали. Не самое лучшее время для встречи».

В кабинете Николая Константиновича Рид ждали агент Службы магической безопасности Бри и еще какой-то маг. Безопасник он или нет, Рид не поняла. Одежда у него была какая-то очень чистая, аккуратная, даже слишком. Ни утюг из мира людей, ни магия не способны так отгладить вещи.

— Доброе утро, Рид, — поприветствовал гостью директор.

— Здравствуйте. Если хотели меня видеть, можно было и без такого сопровождения все устроить.

— Я предупреждал вас, — Николай Константинович развел руками, — присаживайтесь. Спасибо, магистр Яковлев, вы можете идти.

Мужчина нехотя удалился. Ему не терпелось отправиться к магистру Виторио-Айгушу, но на пути встретилась магистр Салтунова, которая хотела знать последние новости. Женщина-маг, несмотря на свой возраст, старалась быть в курсе всех последних новостей.

«Если бы не ее склочный и независимый характер, можно было бы привлечь на нашу сторону. Магистр много кого учила за годы работы в школе. У нее весьма обширные связи. К тому же она чистокровный маг, пусть и не очень-то и сильный».

Ссориться с такой влиятельной особой, как магистр Салтунова, мужчина не хотел, а потому пришлось остановиться и поведать преподавателю танцев о встрече Роговой и директора.

Магистру Яковлеву совсем не нравилось то влияние, которое оказывал директор на Службу магической безопасности, особенно в свете нового указа. При мыслях об этом маг скрипнул зубами. То, что студентам увеличат магическую силу в браслете, было шагом назад в попытке навести порядок. Маг считал, что Николай Константинович — предатель и карьерист, раз пошел на поводу родителей студентов.

«Надо было эту Олбу выгнать, а не переводить. Магистр Виторио-Айгуш был прав, когда говорил, что надо показать всем силу школы и Коллегии. Теперь же считают, что можно нарушать правила и ничего за это не будет. — Кипя от злобы, магистр Яковлев дошел до кабинета коллеги, когда оттуда выходил студент Березкин. — Еще один перебежчик. Его отец безопасник, а он путается с этой Роговой. Хотя если это сделано специально, чтобы втереться в доверие к девчонке, тогда парень далеко пойдет». Магистр проводил юношу долгим задумчивым взглядом.

Егор Березкин спокойно встретил внимательный взгляд магистра Яковлева и пошел по своим делам. Он был, конечно, раздосадован тем расписанием, которое ему составили, но ничего поделать не мог. Оставалось только принять невозмутимый вид. Родители много раз говорили Егору, что незачем давать неприятелю информацию об эмоциях. Потому сейчас он спокойно пошел на занятие, тем более что начиналась интенсивная подготовка к выпускным экзаменам.

Юноша планировал помочь Рид подготовиться к ее экзаменам, но теперь ему самому могла понадобиться помощь: дипломная работа требовала доработки и чем скорее, тем лучше. В этом году сроки проведения выпускных испытаний были перенесены на более раннее время. Не вызывало сомнений, что к этому приложил руку магистр Виторио-Айгуш. Не зря же он назначил встречу Егору и магистру Юлии Сергеевне у себя в кабинете. Женщина-маг, курирующая студентов-дипломников, была недовольна изменениями в расписании и намеревалась поговорить об этом с директором.

Кроме магистра Яковлева невозмутимость Егора видели еще и Лука со Свеном. Они так же, как и магистр, отметили спокойствие и выдержку юноши после встречи с одним из самых строгих магистров школы.

— Чего ему тут надо? — буркнул Свен, в последнее время он позволял себе некоторую небрежность в одежде. Вот и сейчас его галстук слегка съехал в сторону, а на ботинках виднелась грязь.

— Может, его вызвали, чтобы расспросить о Рид? — предположил Лука и пригладил темные волосы.

— Тогда проследим за ним?

— Почему бы и нет? — Луке нужно было подумать о новой информации, а ничего лучше, чем идти куда-то и думать, ему на ум не пришло.

Друзья неспешно последовали за Березкиным, стараясь держаться на расстоянии. Молодой маг шел по коридору в сторону учебного корпуса. Пару раз его пытались остановить другие студенты, но Егор явно не хотел задерживаться. Наконец он подошел к кабинету магистра Юлии Сергеевны, провел пятерней по волосам, приведя их в порядок, и отправился на занятие.

— Теперь здесь можно полдня проторчать, — Свен даже не скрывал досаду.

Лука понимал друга. Еще бы, ведь его сестру перевели в другую школу. И теперь Свена, скорее всего, тоже переведут после экзаменов. Парень этого не хотел и злился. К тому же младший Олбу был влюблен в Рид.

Лука и сам был давно в нее влюблен. Это было в детстве, первая любовь. Романтично, наивно, необычно, здорово, а главное, взаимно. Рид ответила на его чувства, но потом первая любовь переросла в дружбу. Настоящую, крепкую дружбу.

И вот теперь их дружба проходит проверку на прочность. Тоня сообщила, что Клика считает, что Рид знает какую-то тайну. И его девушка была уверена, что вопрос касался причины заговора Анны.

— И Тереза считает, что вы все в курсе. Вы же друзья, — закончила свою речь тогда Тоня.

— Мне ничего не известно, — оправдывался Лука в очередной раз.

— А я думала, что ты — лучший друг.

— Так и есть. Тереза не знает, о чем болтает. Ей лишь бы очернить нас, — вспылил тогда юноша, и больше они не возвращались к этому разговору.

Сейчас же Лука всерьез раздумывал над словами своей девушки: «Действительно ли они с Рид лучшие друзья? А может, теперь она ему не доверяет? Все свое свободное время она проводит не с друзьями, а с Егором. Может, именно с ним Рид и обсуждает тайны?»

Лука не любил сомнения, а потому теперь думал, как напрямую поговорить об этом с подругой.

«Вот только скажет ли она правду? В последнее время мы мало общались. Я встречался с Тоней, она — с Егором. Может быть, теперь, когда Кайса уехала, она захочет пообщаться?»

Лука почувствовал удар по плечу и настороженно посмотрел на Свена.

— Ты все мечтаешь, — усмехнулся скандинав, — я говорю, что мы тут долго можем просидеть.

— Торопишься?

— Есть немного.

— Тогда иди, я покараулю.

— Точно? — в голосе Свена слышались нотки сомнения.

— Да, у нас все равно занятий нет. Так что иди.

Отправив друга по делам, Лука решил выбрать местечко поудобней. Сколько времени он проведет под дверями кабинета, неизвестно.

«Если бы только Тоня знала, о ком я думаю, то…»

Общение с новой девушкой ставило юношу в тупик. В последнее время он все чаще стал задумываться, а не много ли важности он придает этим отношениям. Сначала Лука предполагал, что Тоня должна была в него влюбиться и снабжать информацией. Что, в принципе, и произошло, подружка постоянно рассказывала новости о Терезе. Несмотря на то, что ее родственник был причислен к Приближенным, Тоне удалось присоединиться к Клике. Впрочем, не ей одной, Марк Иванов тоже там был.

«Уж не снабжает ли она Клику информацией о нас?» — такая мысль и раньше посещала Луку, но никаких подтверждений он ей не находил.

Все равно сомнения давили на нервы юноши. Сама мысль, что кто-то может его использовать, раздражала. Если бы отец узнал о том, что кто-то использует одного из Лукиани, то шума было бы много. Но отец сидит в тюрьме у безопасников.

«Зачем они вообще полезли в эту Коллегию?»

Лука сел на подоконник и задумался. У Паоло Лукиани и Анны Роговой были давние связи. Причем настолько давние, что он не знал, когда познакомились их родители. Помнил, что к ним на праздники приезжала Рид, Анна и иногда прабабушка Зоя. А вот с дядей, тетей и Григорием он познакомился уже позже в поместье Роговых. Вообще, Григория с родителями никогда не пускали дальше официальной резиденции семьи Лукиани в Риме. Вот Анна и Рид — совсем другое дело, они частенько приезжали на виллу в Сицилии.

«Интересно, а когда и при каких обстоятельствах познакомились наши родители? Может, мама в курсе? Нет, — мысленно одернул себя юноша. — Она говорила, что познакомилась с Анной благодаря отцу. И если бы не роман Анны с Патриком, то наверняка ужасно ревновала бы. Тогда кто может помочь? Кто достаточно долго их знает и находится в тесном контакте с обоими? Прабабушка Зоя. Конечно, Рид говорила, что ее прабабушка живет в мире людей и к магии старается не прибегать. Хотя она и чистокровный маг».

Почему старушка вела себя подобным образом, он не знал, но собирался выяснить у Рид.

«Рид? Рид».

Глаза Луки раскрылись от удивления. Сработал его дар предвиденья, затем добавились злость и решимость. Молодой маг не стал раздумывать, а помчался в сторону столовой, где разгоралась новая ссора между подругой и одной из сестер Кабовски. В то время как другая сестра уже бежала к магистру Виторио-Айгушу.

— Думаешь, ты такая крутая, Рогова? — Жюстина Кабовски закатила рукава своей новой розовой кофточки и показала браслет.

— А есть сомнения? — Рид скрестила руки на груди, заметив, что окружающие явно заинтересовались происходящим.

Несмотря на то, что время завтрака уже прошло, а до обеда было еще далеко, студентов в столовой набралось довольно много.

— Посмотрим, как ты теперь запоешь, когда твоя подружка бросила тебя, — не унималась Жюстина, — она спасла свою шкуру и вовремя. Ты-то останешься здесь на повторный год обучения, а потом вообще вылетишь из школы — и быстро.

— Знаешь, о чем говоришь. Летала?

— Не груби, — разъярилась Кабовски, — я, между прочим, помощница магистра…

— Вот и помогай. Видишь, полы грязные. — Рид услышала одобрительный смех окружающих.

— Олбу сдала всех ваших поставщиков и умоляла директора не выкидывать ее из школы. Она в ногах валялась, только бы браслет не забирали. — Девушка победоносно посмотрела на Рид. — Не веришь? Спроси у приятеля, он много чего уже рассказал о вас. Думаешь, Луку просто так отпустили?

Рид разгладила несуществующие складки на брюках и расправила плечи.

— Думаешь, твои друзья так уж и верны тебе?

— Замолчи, пожалуйста, Жюстина, — Рид угрожающе надвигалась на Кабовски.

— А то что? Позовешь своих дрессированных мальчиков? Так они заняты делами поприятнее. — Жюстина с нежностью погладила браслет. — Давай, Рогова, покажи свое истинное лицо. Ты такая же, как и твоя мать.

Неизвестно, что было бы дальше, но вдруг между девушками появился Лука.

— Успел, — прохрипел он, затем схватил Рид за руку и потащил из столовой.

— Беги, Рогова. Это у тебя получается лучше всего, — доносилось им вслед.

Лука тащил подругу подальше от любопытных глаз. Лишь когда они оказались в маленьком боковом коридорчике, который заканчивался тупиком, молодые маги остановились.

— Ты совсем охренел? — Рид не смогла как следует ответить обидчице и теперь собиралась выместить злость на друге. — Она теперь будет думать, что я струсила.

— И это вместо слов благодарности?

— Чего?

— Того, — буркнул Лука, — тебя провоцировали, и ты чуть было не попалась. Кабовски разукрасила бы тебе лицо, а потом еще и обвинила бы в нападении, тронь ты ее хоть пальцем.

— Кабовски? Да ладно, у нее проблемы с магией. Ты что, притащил меня в коридор для поцелуев?

— Да, лучше ничего не придумал, — Лука немного смутился. — Видела у Жюстины значок на браслете?

— Да. Еще подумала, что это новая мода.

— Это усилитель магии. Их лично магистр Виторио-Айгуш выдал сразу после нового указа. Так что теперь Клика сильнее нас с тобой. Кроме того, Вероника убежала за магистром. И он как раз пришел бы к вашей драке, — закончил приятель.

Некоторое время друзья сидели в полной тишине. Время было учебное, потому мало кто из влюбленных торопился укрыться в коридоре для поцелуев, как прозвали это место студенты.

— Спасибо, Лука. Извини, опять ты мне помог, — тихо произнесла Рид и дотронулась до руки друга. — Эта Жюстина меня разозлила. Сказала, что я похожа на маму.

— Понимаю, меня тоже часто сравнивают с отцом. Нелегко быть единственным ребенком в семье. — Лука приобнял Рид. — В детстве я мечтал о брате или сестре, но, увы, родители сочли это ненужным.

— Да уж, просто они уже тогда знали, что одного тебя им хватит. Вспомни, как ты чуть было не украл Колизей из Рима.

— Ну не украл же. Я тогда только колдовать научился, и очень хотелось показать на каникулах, что я могу. — Молодые маги принялись вспоминать шутки и розыгрыши из детства. Так они проболтали довольно долго.

— Как в старые времена, — мечтательно сказала Рид.

— Точно. — Лука набрал воздуха в легкие и на одном дыхании выпалил: — Ты знаешь причину мятежа?

— Нет, — задумчиво произнесла девушка, — но догадываюсь, чем занимались наши родители. Сказать?

Это был условный сигнал, чтобы проверить, не подслушивают ли их. Все было чисто.

— Кайса и Свен ничего не знают. У меня мало доказательств. Сначала я думала, что тайное скрыто в слове «Рагнарёк». Но потом, помнишь, прабабушка Зоя подарила мне мамину книгу? — Лука кивнул и про себя отметил, что без старушки здесь не обошлось. — Так вот, думаю, они работали над вопросом передачи силы от мага к магу без потери браслета.

— Да ладно. Это же…

— Вот именно.

— Если кто узнает, то такое начнется. Особенно если люди про это пронюхают. Они же помешаны на колдовстве и магии. Хотя и здесь таких тоже хватает. — Некоторое время они сидели молча, а потом Лука скомандовал, что можно покинуть укрытие: — Пошли отсюда, а то скоро Березкин ревновать начнет.

— С чего это?

— Так скоро вся школа будет в курсе, что мы здесь столько времени провели.

— Ты бы о своей Тоне побеспокоился.

Дружески подтрунивая друг над другом, Лука и Рид отправились к директору, чтобы увеличить магический заряд браслетов.

— Чего вам? — недовольно спросил Николай Константинович, когда они вошли к нему в кабинет.

— Так это, — немного стушевался Лука, — браслеты подзарядить.

— Это не ко мне, а к магистру Виторио-Айгушу.

Друзья обменялись гримасами, но спорить не стали, тем более когда Николай Константинович в скверном расположении духа.

— Николай Константинович, — магистр Виторио-Айгуш появился в дверях, — только что мои… — Маг замолчал, увидев студентов. — Как? Давно они здесь?

— Достаточно, чтобы мне надоесть. — Директор наконец-то оторвался от бумаг и взглянул на магистра. — А что происходит?

— Магистр Яковлев и агенты Службы магической безопасности только что нашли Жюстину Кабовски. Она без сознания. — Магистр смаковал следующие слова: — И это после ссоры с Роговой.

— То есть под самым носом у безопасников кто-то что-то провернул? — Николай Константинович несколько расслабился. — Посмотрим, как теперь они смогут оправдаться.

— Рогова и Лукиани, ваши браслеты! — рявкнул магистр.

— С какой стати? Мы ничего не делали, — возмутился Лука.

— Рогова поссорилась с Кабовски. Это слышали все. Браслеты. — Магистр активировал свой двойной браслет и направил на студентов.

— Так, может, вы все сами подстроили и теперь на нас наговариваете. — Рид скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на магистра.

— Спокойно, — грозно произнес директор, — магистр, спокойно, Рогова, браслет. И вы, Лукиани, тоже.

— Может, их вообще у вас оставить? Вы и так их постоянно забираете, — снимая браслет, предложила Рид.

— Сходили и зарядили браслеты, — бурчал всю дорогу до общежития Лука, — ну ты и выдала. Такое предложить магистру Виторио-Айгушу, да он же теперь нас без браслетов оставит.

— Я почти уверена, что он действительно все подстроил.

«Рид, — тихий голос Егора позвал откуда-то девушку. — Не ходите, Тереза там».

Рид закрутила головой, но никого нигде не было видно.

— Ты чего? — Лука тоже принялся озираться по сторонам.

— Пошли перекусим, что ли, — предложила Рид, — там народу много, кто-то обязательно расскажет, что произошло.

«На Кабовски напал магический фантом. Дело серьезное…», — Голос Егора умолк.

Глава 14

Глава 14. Дневник. Магический фантом

Опять все на нас таращатся. Теперь думают, что это я магического фантома натравила на Жюстину.

«Почему-то им не приходит в голову, откуда у меня столько магической силы? Ни у кого нет, а у меня магии навалом?»

Мы с Лукой сидели в столовой и пытались выяснить хоть что-то, подслушивая разговоры. Многие ободряюще нам улыбались и подмигивали, особенно братья Чайкины.

— Ну, вы даете, — усмехнулся Матвей, когда плюхнулся рядом с Лукой, — и как вам все удается?

— Что все?

— Ну, и Кабовски отомстить, и от магистра свалить.

— И от безопасников скрыться, — добавил Макс, — конечно, без браслетов фигово, но ничего, новые найдете. Олбу же достала, и вы сможете, деньги-то есть.

Лука сжал голову руками. От слухов, которые ходят по школе, голова могла заболеть у любого.

— Рогова, армию собираешь?! — через всю столовую проорал Марк Иванов. — Что-то умом твои генералы не блещут.

— Чего?! — хором заорали братья Чайкины и вскочили с мест.

— Тихо, тихо, — Марк поднял вверх руки, — я не хочу встречаться с фантомом. Уйми своих псов, Рогова.

— И ведь не свалишь, — тихо шепнула я Луке.

— И не говори, но надо вмешаться, а то драку опять на нас свалят.

Но вмешиваться нам не пришлось, на пороге столовой появились Григорий и пожилой магистр Ягодкин. И хоть магистр пытался выглядеть по-боевому, но видно было, что он чего-то или кого-то боится. Магистр кинул затравленный взгляд на второй выход из столовой, там никого не было, с опаской встал между Чайкиными и Ивановым.

— Молодые маги, успокойтесь и разойдитесь по комнатам, — произнес магистр Ягодкин.

Иванов с компанией воспользовался ситуацией и покинул столовую. Недовольные Чайкины подошли к Григорию и принялись что-то обсуждать.

— Пошли, — дернул меня за рукав Лука.

— Нет. Посидим здесь. Может, еще что узнаем, — поспешно ответила я.

Магистр периодически оглядывался и посматривал в нашу сторону. Вздохнул он с облегчением лишь тогда, когда в столовой появились безопасники.

— Он что, правда думает, что это мы фантома вызвали? — Лука был немного озадачен.

— Вы почти правы, Лукиани. — От неожиданности мы с Лукой подскочили. — Простите, что напугал.

— Ничего страшного, магистр Знудкин, — произнесла я, вот его я здесь точно не ожидала увидеть. — Вы можете нам объяснить, что происходит?

— Отчего же не объяснить? — Магистр Знудкин поправил мантию, которую носил в любую погоду, и сел на скамью. — Кто-то очень сильно напугал Жюстину Кабовски. Все бы ничего, но для этого был вызван магический фантом.

— Что это? — спросил кто-то из студентов.

Окружающие нас студенты, видимо, решили, что присутствие магистра служит некоторым показателем безопасности, а потому пересели поближе.

— Магический фантом обычно появляется по зову мага и может выполнять различные приказы. Такое заклинание призыва требует больших магических сил, но при наличии магических батареек это может сделать даже слабый маг.

— Интересно, — нахмурился Лука, — а этот фантом оставляет следы?

— Конечно, если маг недостаточно искусен или торопился с заклинанием, то след от магии будет весьма явным. И по этому следу можно даже и браслет найти. — Магистр Знудкин поправил очки и продолжил: — Фантома можно призвать, а можно создать. Вот только для создания требуется намного больше знаний, чем вы получите в школе. Был один маг Ульрих Дерегубский, так он мог созывать армию магических фантомов, а вот создать ни одного не мог.

— Он жил в Средние века? — спросила я, магистр кивнул. — Так это он участвовал в Утечке, которая послужила началом Охоты на ведьм?

— Вы не зря ходили ко мне на занятия, Рид. — Видно было, что магистр был доволен собой.

— Магистр, вы сказали, что обычно фантомов зовут, — вернул его к действительности Сергей Носов.

— Да. Но все равно фантома нужно подпитывать магической энергией. Если призывать фантома, то нужно тратить время на призыв, зато место, где его можно спрятать, искать не надо. И наоборот, если создать фантома — нужно место и много, очень много энергии. Хотя он и сам может собирать энергию, что чуть было и не произошло с Жюстиной.

— Вы думаете, что это кто-то из студентов? — тихо спросила девушка с младшего курса.

Я заметила Свена и кивнула ему, затем толкнула Луку, чтобы тот тоже поприветствовал скандинава.

— Не знаю. Это мог сделать любой, у кого достаточно знаний и магической силы.

— Магистр Знудкин, — на пороге появился директор, — довольно лекций. Для этого есть занятия. Не хватало еще, чтобы родители обвинили вас в чрезмерном усердии.

— Вы правы, Николай Константинович… — Магистр приподнял полы мантии и откланялся.

— Спасибо, магистр, — поблагодарила я.

Под пристальным и холодным взглядом директора школы студенты, толпившиеся у нашего стола, стали быстро расходиться.

— Это ваше, — директор нехотя протянул нам с Лукой браслеты, — мы их проверили, и фантом выпущен не с их помощью, — нарочно громко добавил он.

— Спасибо, — Лука чуть ли не выхватил свой магический браслет, — и даже заряжен. Здорово. Вот видишь, мы не такие уж и плохие, — обратился он к студентке с младшего курса.

— А вот это еще не известно, — недовольная физиономия Свена испортила настроение. — Можно вас, ребята?

Мы с Лукой переглянулись и пожали плечами почти одновременно.

— Что такое? — Лука уже проверил, на месте ли браслет, несколько раз, мне тоже хотелось это сделать, но я сдерживалась.

— Это точно не вы? — шепотом зло спросил Свен, как только мы вышли из столовой.

— Точно.

— Не мы. — Меня даже смех пробирал от серьезного вида нашего друга. — А чего ты так всполошился?

— Тот, кто вызвал фантома, будет арестован, безопасники приехали для поимки преступника, — на одном дыхании выпалил Свен.

— Даже так? То есть их стало еще больше? Ладно, мне пора. — На горизонте появилась Тоня, Лука поспешил к ней.

— Вот дает, — сердился Свен, — все очень серьезно, а он за девчонкой бегает.

Я не успела ничего ответить, как услышала в голове:

«Он прав. — От голоса Егора я даже вздрогнула. — Извини, не хотел напугать».

«Ничего, не привыкла еще. О чем Свен болтает?»

С каждым словом голос Егора звучал все четче, а значит, он должен был скоро и сам показаться. Пока этого не произошло, он рассказал, что Жюстина до сих пор не пришла в себя. И ее решили перевезти в лечебницу Лукреции для дальнейшего выяснения всех обстоятельств.

«Ничего себе».

«Да, это не просто пугающее заклинание. Думаю, Вероника решит сделать какую-нибудь пакость. Тебе лучше побыть с друзьями».

— Что? — вслух спросила я.

— Я говорю, надо встретить посылку от сестры, — Свен переминался с ноги на ногу.

Оказалось, что Кайса каким-то чудом собиралась прислать нам сильные магические батарейки и нужно было их забрать. Мы наскоро обсудили детали предстоящего мероприятия, которое решили не откладывать, после чего я еще немного походила по многолюдным коридорам и под пристальным взглядом безопасников вернулась в столовую.

Есть не хотелось, а вот подумать над ситуацией надо было. К тому же вокруг были маги, а значит, Клика и носа сюда не сунет. Нет, в столовой они, конечно, покажутся, а вот колдовать при всех не получится. Побыть в одиночестве мне не удалось: сначала подходили однокурсники и интересовались, как мне удалось провести директора с браслетом. Отвечать, что никого обманывать не пришлось, потому что это не мы вызывали магического фантома, было бесполезно, так как окружающие сами и предлагали варианты ответов, наиболее частый из которых звучал как «контрабанда магическими вещами».

Лишь только любопытные студенты ушли, как подошел Григорий.

— Молодец, сестренка, и ведь не надо объяснять, что вы ни при чем, — он сел рядом на скамью и улыбнулся. — Вам никто не поверит.

Так как я молчала, то ему пришлось продолжить монолог, а, как я заметила, он терпеть не мог монологов. Вроде как старается, что-то говорит, а обратной нужной реакции не получает. Выходит, что старается впустую, а этого никто из Роговых не любит.

— Рид, покажи всем, что они ошибаются на твой счет. Клика думает, что ты слаба после отъезда Кайсы. Но многие в школе побаиваются тебя, особенно после случая с Кабовски. Тебе нужны друзья. — Я продолжала смотреть на него и молчать. — Тереза не оставит все так. Клика пользуется большой поддержкой магистра Виторио-Айгуша. Он готов на многое ради своей протеже… — Григорий специально сделал паузу, надеясь, что я куплюсь на сплетню, что Тереза и магистр ведут себя несколько иначе, чем студентка и магистр. Многие считали, что высокая блондинка не просто так стала главой Клики. Красивые глаза, стройная фигура, светлые длинные волосы могли послужить весьма весомым аргументом. Не думаю, что между ними что-то есть. Магистр не тот маг, чтобы смешивать работу и личные отношения.

— Рид, — не выдержал Григорий, — тебе нужны союзники, а мне нужен лидер.

— Ну да, за тобой же никто не хочет идти. Братья Чайкины не в счет, — добавила я.

Кузен скрипнул зубами и сжал кулаки, глаза превратились в узенькие щелочки. Григорий стал похож на тетю Элизу: то же враждебное выражение глаз и такая же недовольно-презрительная гримаса. Длилась вспышка гнева всего мгновение, а потом на меня смотрел привычный, вежливый, улыбчивый Григорий Рогов.

— Привет дяде и тете передавай, — похлопала я его по плечу.

«Зачем ты так? — Я вздохнула, Егор вечно пытается мирить всех. — Зачем его сердить?»

«Иначе он не отстанет… К тому же Григорий с самого детства одержим идеей быть самым сильным и знаменитым магом из нашей семьи». — Я могла, конечно, и более спокойно ответить кузену, но день выдался непростой, приятно было немного позлить Григория, который уже покидал столовую в сопровождении компании своих друзей.

«Ты нервничаешь», — сообщил Егор.

«Есть немного, но рассказывать не буду, чтобы тебе потом врать не пришлось».

«Даже так?!» — Я почти видела, как он улыбнулся и удивился одновременно.

«Да. Лучше расскажи о твоем дипломе. И еще, ты придешь в столовую?»

Отвлекающий маневр сработал, какое-то время мы мысленно болтали об учебе и предстоящих экзаменах. Как же здорово, что теперь мы с Егором могли поболтать вот так запросто. В столовой собрались студенты и магистры, но никто нас не мог подслушать. Такой секрет окрылял и дарил ощущение небывалого могущества.

«Я же говорил, что магия окрыляет», — устало произнес Егор.

«Вымотался?»

«Вся эта подготовка к экзаменам и диплому, да еще в укороченные сроки, сильно изматывает».

«Еще немного — и ты боевой маг. Надо только отдохнуть и все сдать».

С таким аргументом не поспоришь. Егор отправился отдыхать, намекнув, что безопасники будут следить за перемещениями всех Подозрительных студентов. Мне же пришлось и дальше сидеть в столовой. Нужно было придумать, как запутать следы и протянуть время до встречи, чтобы забрать посылку Кайсы.

Пару лет назад мы с ребятами нашли старый потайной ход между этажами главного учебного корпуса, который был в плачевном состоянии. Пришлось долго трудиться, чтобы привести его в порядок. Сколько магических батареек и денег мы извели, даже страшно вспомнить. Родители даже подумали, что их дети вляпались в нехорошую историю. Пришлось все рассказать маме. Она дала пару дельных советов, как починить порталы между этажами, и дала денег на всю эту магию. Отец Луки помог сделать систему сигнализации, которая бы предупреждала о том, если кто-то находится неподалеку или приближается. В итоге у нас получился хороший тайный ход, который позволял почти незаметно перемещаться по учебным корпусам.

Работа порталов требовала магии, которую можно отследить. Потому мы крайне редко пользовались тайным ходом. Перед каждыми каникулами мы вытаскивали магические батарейки, чтобы уж точно никто не обнаружил порталы. Из-за всей шумихи после Заговора мы вообще им не пользовались. Никто не хотел, чтобы безопасники обнаружили наш секрет.

Сегодня же я собиралась запустить порталы, но на самое короткое время, так, чтобы можно было переместиться на нужный этаж и запутать безопасников. Я надеялась, что мое маленькое колдовство останется незамеченным, никто не решит проверить магический фон.

Так и получилось, мое колдовство померкло с появлением магического фантома. Поначалу все было нормально, я ушла из столовой почти перед самым окончанием ужина. Немного походила по разным коридорам, потом повернула к общежитию, но не пошла туда, а направилась к тайному проходу. Пришлось ускориться, чтобы увеличить расстояние между собой и агентами. Небольшого отрыва хватило, чтобы активировать портал и оказаться в нужном месте. На то, чтобы переместиться и замести следы, пришлось использовать половину запаса магических батареек. Раньше я на это не обратила бы внимания, теперь же, без денег и контрабандного магического рынка, запасы приходилось экономить. После перемещения в другой учебный корпус я выключила портал и отправилась на встречу с ребятами.

Свен и Лука уже поджидали меня у темного коридора, ведущего наверх.

— Чего так долго? — буркнул Лука.

— А ты улизни из-под носа безопасников, тогда и поймешь, — в тон ему ответила я.

— Хватит препираться, пошли, — скомандовал Свен, и мы молча пошли по пыльному коридору.

В эту часть школы давно никто не заглядывал, лестницы, пыль и разного рода хлам никому не нравились. Учебных и административных помещений хватало, потому на верхний этаж никто обычно не приходил.

«Да и чего тут, под крышей, делать? Маги не любят подниматься по лестницам, особенно чистокровные».

— Какого мы здесь шаримся? Кроме Клики и пыли, здесь никого не найдешь, — Лука продолжал все бурчать.

— Тереза и Вероника ждут Рид в общаге. — Осведомленность скандинава меня поражала. — Так что даже хорошо, что мы здесь.

«Ладно, Егор был старшекурсником, и у него есть связи с безопасниками. Этот откуда знает?»

— Но пыли здесь точно много. Кайса могла бы и почище место выбрать, — Свен смахнул с рукава пиджака грязь, паутину и остановился, — в этом коридоре надо подождать.

Коридор как коридор, ничего примечательного. Из-за слабой освещенности мало что можно было разглядеть. Висят ли старинные гобелены или их давно сняли? Стоят ли манекены в рыцарских доспехах? Ничего не видно. Фонарики не взяли, а пользоваться магией не рискнули.

Ходить и высматривать что-то в пыли не хотелось, мы просто стояли и ждали. Лука закрыл глаза и пытался вызвать предвиденье, но ничего не получилось.

— А ты не злись, — посоветовала я ему, — сам знаешь, когда ты нервничаешь, то ничего не получается.

Вдруг что-то послышалось за спиной, мы дружно обернулись. В коридоре было темно и пыльно, слабый свет едва проникал через окошки, расположенные под самым потолком.

«Коридор в пыли, а окна чистые. Это как так?»

Шорох становился все громче. Кто-то спускался с крыши. Свен и Лука активировали браслеты.

— Кто там? Выходи! — рявкнул Лука. — А то молнию запущу, — и для убедительности выставил руку.

Скрипнуло окно, в дальнем углу коридора что-то задвигалось. Я честно пыталась что-нибудь разглядеть, но ничего не получалось.

«И почему мы не взяли с собой фонарик?»

Сначала движения были медленными и неясными, затем мы увидели темную фигуру. Она приближалась. Свен применил заклинание света и осветил коридор. Перед нами был магический фантом. Он напоминал сгусток энергии, но был темным и каким-то бесформенным. Понять, где у него была нога или рука, было затруднительно, они то появлялись, то исчезали. Фантом завис и внимательно смотрел на нас. Этакое темное пятно высотой больше двух метров.

Скандинав отступил на шаг, я тоже. Лука стоял на месте, будто окаменел. Вдруг послышался звон разбитого стекла, в руку Свена упал сверточек.

«Посылка от Кайсы», — догадалась я.

— Бежим! — заорал юноша и первым ринулся прочь из темного коридора. Лука очнулся и выпустил молнию в фантома, потом схватил меня за руку. Мы побежали.

Глава 15

Глава 15. Вопросы

Трое молодых магов бежали по коридору, а за ними следовал магический фантом. От молнии, пущенной Лукой, порождение темной магии стало только сильнее и чуть подросло.

— Никакой магии! — крикнула Рид и свернула к башне, ведущей вниз к спортивному корпусу. — Фантом ею питается!

— Сразу нельзя было сказать? — Лука обогнал девушку и огляделся. — Туда, — он махнул рукой направо.

Задавать лишние вопросы ни Рид, ни Свен не стали. Скандинав крепко сжимал посылку от сестры и думал, как поступит с тем, кто натравил на них фантома. Молодой маг перепрыгивал через ступеньки, стараясь нагнать друзей. Вдруг что-то упало на каменный пол рядом с ногами Свена.

«Посылка, — спохватился Свен, остановился и принялся осматривать пол, — она же в руках, вот болван».

Свен уже хотел крикнуть друзьям, как почувствовал присутствие магического существа за спиной. Фантом скользил к нему и протягивал темный отросток, который лишь отдаленно напоминал руку.

— Отдай, — тихий, заунывный голос магического фантома играл на нервах мага. Свен даже не успел что-то ответить, как очередная молния Луки пролетела рядом. На этот раз юноша не стал целиться в фантома, а выстрелил выше. Часть стены пролетела сквозь магического преследователя и с грохотом упала на пол. Воспользовавшись небольшой заминкой, Свен побежал к друзьям. Рид подобрала камень и кинула в фантома.

— Пролетает сквозь фантома, — бросил на ходу Свен и пустился наутек.

— Что он хотел?

— Посылку.

Молодые маги спускались по лестнице как можно быстрее. Теперь они уже надеялись на встречу с безопасниками и магистрами, которые должны были знать, как уничтожить чудовище.

— Еще поворот, и мы… — улыбка сползла с лица Луки, а сам он остановился. Прямо перед ним завис фантом. В спину Луки врезалась сначала Рид, а потом и Свен.

— Что это? — Дальше продолжать было не нужно, Свен попытался поставить щит, но девушка больно ударила его по руке.

— Хочешь, чтобы он еще сильнее стал?

— Отдай, — повторил фантом все тем же противным голосом. Где-то вдали послышались голоса и топот ног.

— Сейчас сбегутся, — ехидно заметил Лука, — и повяжут нас. Доказать, что мы ни при чем, не получится.

Свен попытался прикрыть посылку собой, но фантом угрожающе приближался.

— Свен, отдай, — приказала Рид, — быстро отдай, и он уйдет.

— Но ведь, — мага возмутила такая идея, — тут такая мощная батарейка. Нам пригодится.

— В тюрьме? Отдай, — Лука больно сжал плечо друга. Голоса становились все громче и ближе. Свен с большим сожалением кинул фантому сверток. Тот обернул вокруг посылки свое большое тело и исчез вместе с ней. В дверях показался запыхавшийся магистр Виторио-Айгуш и двое безопасников.

— Это они, как я и говорил! — завопил магистр.

— Опять браслеты снимать, — резюмировала Рид. — Это и вправду мы, а вы кого ждали? — довольно громко спросила она.

— Именно вас, — магистр даже не стал скрывать победоносную улыбку, — вы наконец-то оправдали мои ожидания, Рогова.

Безопасники поснимали браслеты со студентов. Рид не волновалась, запрещенных предметов у них с собой уже нет, и фантома по браслетам не выследить. То, что они гуляли по старому коридору, это нарушение правил школы, но не более. А вот ее друзья оптимизма не разделяли. Свен переживал из-за утерянной посылки, а Лука — из-за того, что не сумел предугадать опасность.

«Как же так, — мысленно корил он себя, — я должен был предвидеть появление фантома. Это же очевидно, что, куда мы, туда и он. Я всегда, ну ладно, не всегда, но обычно вижу, когда кто-то готовит нам неприятности. Для подготовки нужны силы и время, а этого обычно хватает, чтобы предвиденье сработало так, как надо. Силы и время. Вот если только…»

Тут юноша остановился, да так резко, что идущие по бокам безопасники оказались впереди и приготовились отразить атаку.

— Ты чего? — буркнул один из них.

— Ничего, просто все было так неожиданно, что и подготовиться нельзя было, — нарочно громко ответил студент. Лука надеялся, что Рид услышит это и поймет, что магический фантом не должен был появляться. А раз он появился, то это было не спланировано.

«Как будто кто-то только что узнал про наше собрание и вмешался. Таких магов в нашем окружении должно быть немного. Кто же это?»

Всю дорогу до кабинета магистра Виторио-Айгуша Лука шел и составлял маленький список всех тех, кто мог узнать о посылке. Точно такой же список он хотел попросить составить и друзей. Появление сонного и злого директора вывело молодого мага из задумчивости. Оказалось, что на допрос Луку забирает Николай Константинович. О том, кто будет допрашивать Свена и Рид, можно было только догадываться.

Общение с Николаем Константиновичем длилось всю ночь. Два безопасника сидели рядом и изучали браслет. Причем лицо одного из них было каким-то уж очень знакомым. После тщетных попыток вспомнить, где он мог видеть этого коренастого брюнета лет на пять-семь его старше, Лука бросил это занятие и сосредоточился на разговоре с директором. Тем более что он периодически вроде как мимо ходом спрашивал:

— Вам помогал кто-нибудь? Какой-нибудь взрослый маг?

Юноша на это отвечал отрицательно и вообще не понимал, кто им мог помогать, не опасаясь санкций со стороны Службы магической безопасности.

— Браслет чистый, уж поверьте. Там, кроме пары мелких молний, ничего нет, — усмехнулся Лука.

— Это мы сейчас узнаем. — Николай Константинович положил руки перед собой на стол. Рукава рубашки были закатаны, и активированный двойной браслет директора был направлен прямо на юношу. — Это так, на всякий случай, — пояснил мужчина. — Что вы делали на лестнице?

Лука пояснил, что они просто хотели спокойно пообщаться без безопасников и Клики, которые вечно подслушивают.

— Так говорили бы в другом месте.

— Ага, ваши «уши» и соглядатаи тут как тут. Больно надо им секреты выдавать.

— А у вас есть секреты? — насторожился директор.

— А у вас нет? Вы не всем все рассказываете. — Лука попытался закинуть ногу на ногу, но у него не получилось. Невозможно было руками пошевелить, которые точно приклеились к подлокотникам стула, а ноги будто приросли к полу.

— Что это за фигня?

— Что за речь, Лукиани? — Николай Константинович позволил себе первый раз улыбнуться за вечер. — Я надеялся, что общение с Роговой и Олбу сделает ваши манеры чуть лучше.

Лука немного поерзал на стуле. Когда директор переходил на «вы», это был верный признак того, что он сердится. В гневе Николая Константиновича он не видел, но слышал от других студентов, что это зрелище никому не приносит удовольствия.

— Продолжайте, Лукиани, очень занимательно, — попросил директор. И Лука поведал о том, что, когда они разговаривали, появился фантом.

— И вы тут же убежали? — уточнил Николай Константинович.

— Сначала я запустил молнию, а уже потом — да, мы убежали. Не хотелось, знаете ли, знакомиться с ним. И я это — немного потолок в коридоре попортил, молнии выпустил.

— Попортили? Так почините. Ну что? — Николай Константинович повернулся к безопасникам.

— Кроме трех зарядов молний и одного букета цветов с этого браслета ничего не выпускалось с момента его последней зарядки, — ответил старший безопасник.

— Я же говорил, что мы не виноваты. — Лука попытался дернуть рукой, но ничего не получилось.

— Нечего радоваться, — грозно буркнул молодой и «почти знакомый» Луке безопасник, — это только доказывает, что фантом был выпущен не благодаря вашему браслету. Виновны вы или нет, это уже решит суд.

— Суд? Какой еще суд? — Лука был здорово зол.

— Такой суд. Думаете, вызвали фантома, напали на мага и это вам сойдет с рук? — молодой и коренастый безопасник хищно оскалился.

— Ну, Джованно, не надо так сильно запугивать Луку, а то он подумает, что беседует не с тобой, а с твоим дядей. У каждого должен быть свой стиль. Не надо никого копировать, — попытался утихомирить безопасника более опытный маг.

— Вы племянник магистра Виторио-Айгуша, — наконец догадался Лука.

— Правильно, Лукиани, — улыбка не сходила с лица Джованно.

«Вот попал. Надеюсь, что ребятам сейчас лучше, чем мне. И о каком маге он говорил?»

Свена отвели в одну из комнат недалеко от кабинета директора. В комнатке ничего не было, только каменные стены, крыша и пол, даже окон, и тех не было.

«Это не комнаты, а чулан какой-то. Хоть бы стул наколдовать».

Но без браслета нечего было и думать о магии. Юноша метался по комнате, даже пнуть от злости нечего было. А злился Свен сильно. Злился, что на них напал фантом, что представился случай показать себя сильным и храбрым, а вместо этого он бежал. Свен пнул воздух, а потом ударил кулаком по стене.

Еще он был недоволен тем, что пришлось отдать посылку и что их схватили. Кроме того, он лишился браслета и почти арестован. Он — представитель семьи Олбу. Отец любит повторять, что Олбу всегда дают сдачи. Потому Свен решил найти того, кто призвал фантома, и заставить его или ее ответить за унижения, которым он подвергся.

«Тот, кто призвал фантома, охотился за посылкой. Из-за этого отобрали браслет. Без него нет магии. Как только люди живут без магии? Это же так… Хотя люди и не знают, что такое магия. Так, напридумывали себе книжек и фильмов, и все. Вот если бы у меня был браслет настоящий, я бы победил фантома. Рид это оценила бы. — Свен опять хотел ударить по стене, но передумал. — Тоже мне друзья, заставили отдать посылку. Это ведь от Кайсы. Знали бы они, сколько денег она отдала за нее. Да и каких сил стоило переправить батарейки. А теперь? Теперь они достались фантому. Ну, попадись мне его создатель».

Юноша стал вспоминать, кому он мог проговориться о вечерней встрече с друзьями. После столовой Свен отправился на занятие, потом встретился с Григорием Роговым. Они немного поболтали о том о сем и разошлись. В последнее время Свен часто разговаривал с Роговым, причем на самые разные темы. Григорий оказался на редкость интересным собеседником и неплохим советчиком. Ко всему прочему, он был из такой же чистокровной семьи, как и сам Свен. Да, Анна Рогова связалась с человеком в свое время, но оно того стоило. Сил у Рид было много. К тому же магическое сообщество в последнее время стало относиться к полукровкам с большим уважением.

«Про встречу я ничего Григорию не говорил, так как вокруг него вечно крутится много народу».

Говорить о важном в присутствии братьев Чайкиных Свену не хотелось. Макс и Матвей всегда смеются над всеми и подтрунивают. Его они не задевали, так как семья Олбу относится к чистокровным и влиятельным магам, а вот полукровкам и «пустышкам» доставалось. Единственной из полукровок, кого Чайкины уважали, является Рид. Свен думал, что это из-за того, что их родители участвовали в мятеже и из-за дружбы с Григорием. Но потом оказалось, что Чайкины еще и боятся Рид. Несколько дней назад Свен подслушал их разговор в коридоре.

— Говорю тебе, я сам слышал, — Макс пытался убедить в чем-то брата, — он сам говорил это про нее.

— Сам? Григорий сам признал, что Рид его сильнее? Сказки, — Матвей отмахнулся и фыркнул.

— Григорий говорил с отцом, — понизив голос, продолжал Макс. Свен быстро сотворил заклинание для улучшения слуха, когда дело касалось Рид, он был готов на многое.

— Рогов-старший сказал, что у нее магический потенциал чуть ли не больше, чем у ее матери, как только она получит браслет и знаний поднакопит, мало кто с ней тягаться в школе сможет.

— Вот Григория от злости и перекосило, наверное, — прыснул Матвей.

— Да, дружить с ней надо, а то еще заколдует похлеще матери, — сказал Макс.

После этого Чайкины ушли, а Свен притаился за углом в глубокой задумчивости. В том, что Рид сильна и талантлива в магии, он не сомневался. Но то, что она настолько будет сильной, вот это стало новостью.

«Не зря ее мама вышла замуж за человека».

Свену вспомнилось, как Лука радовался, когда его отцу присудили премию за изучения передачи магии по крови. И действительно, оказалось, что кровь человека увеличивает магическую силу потомков. Вот только об отце Рид младший Олбу ничего не знал.

— А при чем тут мой отец? — Рид удобней устроилась на стуле с подлокотниками напротив магистра Виторио-Айгуша.

— Вы не ответили на вопрос. — Видно было, что магистр старается изо всех сил не демонстрировать свое плохое настроение. Ведь проверка браслета ничего не дала. Точнее, проверка показала, что фантома вызывали не с помощью браслета Роговой. К тому же девушка вела себя так, будто вообще непричастна к случившемуся.

Агенты Службы магической безопасности даже наложили заклятие полуправды, когда становилось видно, лжет ответчик или нет. И пока Рид говорила правду по поводу фантома, насчет остального немного врала, но это сейчас магистра не волновало. Магистр Виторио-Айгуш очень хотел добиться успеха в деле фантома и получить повышение.

— Вы тоже на мой вопрос не ответили, — спокойно произнесла Рид, но внутренне собралась и приготовилась отражать словесные атаки. Агента Бри не было, вместо нее в кабинете был какой-то новый безопасник. И он Рид не нравился. Еще бы, невысокий, коренастый верзила с лицом питбуля и глазами голодного волка, одетый во все черное. От хищной улыбки, возникающей при взгляде на нее, девушке становилось не по себе.

Внутреннюю настороженность студентки заметил магистр Виторио-Айгуш. То, что удалось нащупать слабое место Роговой, ему льстило. Всю атмосферу портило только лишь то, что допрос проводил агент безопасности Бабичковкур, а не он.

«И что за фамилия? Ее и выговорить сложно, не то что запомнить», — магистр Виторио-Айгуш скривился.

— Где ваш отец? Вы знаете его место пребывания? — снова поинтересовался агент Бабичковкур. — Вы должны отвечать, Рогова. У вас и так незавидное положение, так что на вашем месте я бы первым объявил о сотрудничестве с нами.

— Тогда, может, поменяемся местами? — тут же предложила Рид. — Вот только стул с магическими наручниками вам, наверно, не очень понравится. Как, впрочем, и мне.

— Что?! — вскричал магистр, подобной наглости он сносить не собирался. — Да как ты смеешь?

— Я просто предложила, — Рид продолжала дразнить мага.

— Спокойно, — безопасник рукой остановил магистра от дальнейшего вмешательства, — это всего лишь защитная реакция. Она отвлекает нас от отца. Так ведь, Риджина? — Хищный блеск глаз Бабичковкура совсем не понравился девушке. — Ты можешь переводить разговор на другую тему, можешь грубить или строить из себя бесстрашную студентку, мне без разницы, — агент Бабичковкур медленно и плавно подходил к Рид. — Ответ я все равно получу.

— Да? И как же? — Рид не собиралась спускать никому произнесение ее полного имени.

— Магистр, узнайте, пожалуйста, как там дела у остальных. — Безопасник непрерывно смотрел на девушку. — Так вы ответите на мои вопросы?

— Я не знаю, где он. А если бы и знала, то все равно бы не сказала. — Рид краем глаза заметила, как комнату покинул магистр Виторио-Айгуш, а затем и остальные безопасники.

— Хорошо. Спросим несколько иначе. — На кончиках пальцев Бабичковкура заискрились маленькие молнии.

Агент Бабичковкур славился некоторым отступлением от этики Службы магической безопасности. Несоблюдение правил допроса, поимка магов без разрешения начальства, использование сильных зелий и заклинаний — вот далеко не полный список того, чем иногда промышлял безопасник. Излюбленным методом проведения допроса было заклинание ручной молнии. Сила такого заклинания была недостаточной, чтобы убить или покалечить, но вот причинить боль и неприятные ощущения могла легко. К тому же следов после себя такое заклинание почти не оставляло.

Сколько отсутствовал магистр Виторио-Айгуш, Рид даже не представляла, но впервые в жизни она была довольна его появлению. Одно дело использовать противозаконные методы при допросе один на один, и совсем другое — при свидетелях. Любое заклинание правды — и все будут знать о тайных делах. Потому Бабичковкур работал преимущественно без напарников.

Лишь только магистр Виторио-Айгуш переступил порог своего кабинета, как понял, что агенту удалось разговорить Рогову. Но удовлетворения от этого мужчина не испытывал, скорее — зависть.

«С ручной молнией всякий может получить информацию. Он бы без нее попробовал».

Магистр посмотрел на Рид и тут же отвел взгляд, девушка была зла. Ярость она не испытывала только благодаря изматывающему допросу. Магистр Виторио-Айгуш вздрогнул, он почти услышал ее голос: «Предатель», хотя Рид ничего не говорила.

«Не может она такого. Даже ее мать такого не может. Никто из Роговых не был замечен в исключительных магических способностях. Вот Лукиани — другое дело. Эта семейка может преподнести сюрпризы». Магистр отметил гнетущую тишину в комнате. Ему даже захотелось что-нибудь сказать, но взгляд безопасника совсем не располагал к этому.

— И как там дела, магистр? — нарушил молчание довольный Бабичковкур.

— Все браслеты чисты.

— Тогда отдайте Роговой ее браслет. Она может идти.

— Но, — возмутился магистр Виторио-Айгуш, — как же фантом? Ведь она там была.

— Вы сами сказали, что браслеты чисты. Мы не имеем права задерживать студентов больше положенного.

— Но их задержали при непонятном собрании.

— Магистр, это ваши функции — следить за внутренним распорядком в школе. Вот и следите. У нас есть дела интереснее. Спасибо за помощь, Риджина. — Рид молча смотрела на безопасника и старалась не скривиться от боли, вставая со стула.

Взяв браслет, злая и уставшая Рид поспешила уйти как можно быстрее из кабинета магистра. Магия ручной молнии до сих пор отзывалась во всем теле. Ощущения были такие, будто ее несколько раз ударили током. Про электричество она узнала еще в детстве, когда была в гостях у прабабушки Зои. Кусачее и жгучее знакомство тогда закончилось лишь небольшим ожогом благодаря прабабушке, которая уменьшила с помощью магии напряжение. Вот и сейчас ощущения были весьма похожие, вот только магия на этот раз совсем не спасла.

«И зачем им еще папа понадобился? Они с мамой уже давно не вместе. Этим безопасникам только дай власть, так они всех пытками замучают, потом же скажут, что так надо было для дела. Плевать, что они расследуют появление фантома. Да и не расследуют вовсе, а думают, как нам все это приписать. Еще бы, дети Приспешников, почему бы им не быть самими преступниками? Вот и свалим на них все».

Чем больше Рид размышляла над этим всем, тем больше злилась на родителей, которые все скрывали и занимались какими-то таинственными делами. А ей теперь за них надо отдуваться и расплачиваться.

В последний раз Рид видела отца через видеокамеру, когда он был в очередной экспедиции в каких-то джунглях. Личная встреча была в Шотландии, это было в первые годы учебы в школе. Бабушку и дедушку по отцовской линии она навещала несколько раз в год, в основном на их дни рождения. В детстве Рид периодически интересовалась, чем занимается папа. Сначала мама говорила, что он журналист. Вот только ни одной статьи Рид так и не нашла. Когда это стало известно Анне, она сказала, что Патрик МакКенси бизнесмен и много путешествует по делам фирмы, и никаких других подробностей.

И вот теперь ее папа нужен безопасникам, это Бабичковкур дал понять достаточно четко. Но зачем? Рид этого не знала. Зато теперь понимала, как Служба магической безопасности может получать необходимые ей сведения. Первое знакомство с безопасниками после Заговора мамы было менее болезненным. Засыпая, Рид подумала, что хорошо будет, если ей не приснятся хищный взгляд агента Бабичковкура и ручные молнии.

Глава 16

Глава 16. Дневник. Сны и не только…

Кое-как добравшись до комнаты, я рухнула на кровать и заснула. Беспокойство о друзьях, мысли о Клике, жаждущей мести, злость на безопасников и магистров уступили место усталости. Очень хотелось спать. И еще хотелось не думать обо всех этих тайнах и секретах. То, что безопасники волнуются и, может быть, даже напуганы, мне стало ясно во время допроса этого Бабичковкура.

«Из-за этих молний до сих пор все болит и колется. Такое чувство, что молнии бегают по всему телу и жгутся изнутри.

Может, это сон? Хотя ощущения весьма правдоподобные. Или все же сон? Если так, то во сне я могу хотя бы колдовать. Магии у меня в достатке. И даже не надо ждать экзаменов, чтобы получить магический браслет. В моем сне никто, ни один магистр или безопасник, не может забрать браслет и магию. Произнести заклинание, и магический купол окутает меня. Теперь нет молний и прочей чепухи».

Комфортно, тихо и тепло. Даже можно немного отдохнуть.

«А если поспать прямо во сне? Может, тогда сон во сне принесет двойной отдых? Было бы здорово, если бы не голоса. Кто-то все время бормочет и бормочет. Так и хочется сказать, чтобы они шли куда-нибудь подальше и не мешали».

Голоса затихают, и я вижу… Вот это да. Гора Олимп и греческие боги, их ни с кем не спутаешь: высокие, сильные, красивые, в белых тогах и туниках. Солнце светит ярко, погода стоит замечательная, вот только все рассержены и злятся. Могучий Зевс грозит всем молниями и кричит на хромого кузнеца. Гефест в ответ только пожимает плечами и не смеет поднять глаза на громовержца. Это и понятно — грозен Зевс в гневе. Многие олимпийцы предпочли бы быть в другом месте, лишь бы не попасть под горячую руку громовержца.

А где-то там, внизу, люди ничего не знают и не ведают об этом, зато они счастливы — у них есть огонь. Им тепло, и звери обходят стороной их жилища. Еда стала вкуснее. И вечерами теперь вся большая семья собирается вокруг костра, где тепло. Теперь можно подумать об отдыхе после тяжелых трудов. Дети прижимаются к ногам взрослых и как завороженные смотрят на огонь.

Среди людей выделяется один. Он высок, силен, строен и красив. Темные, чуть курчавые волосы доходят до плеч и развеваются на ветру. Туника подчеркивает мощную фигуру мужчины. Мудрые и немного грустные глаза внимательно оглядывают людей, а чуть полные губы растягиваются в улыбке.

И вдруг меня озаряет мысль: это же Прометей. Он поделился знаниями и силой с людьми и тем самым прогневал Зевса и других богов-олимпийцев. Прометей знает, что Зевс уже готовит ему кару. Знает и готов нести ответственность.

«Неужели он не сожалеет о том, что ослушался? Нет».

Вижу по глазам, что, будь у него возможность изменить что-нибудь, он не стал бы этого делать.

Вдруг Прометей отвлекается от людей и смотрит на меня.

— Теперь твой черед, ты продолжишь дело, начатое предками. Ты уже продолжила. Главное, теперь не останавливайся и не сворачивай с пути.

«Что? С каких пор сон так со мной разговаривает?»

Мне это не нравится. Одно дело смотреть на Прометея и остальных, и другое дело, чтобы он со мной говорил.

«Надо просыпаться. Пока олимпийцы не подоспели. Не хватало разборок еще и с ними».

Ворочаюсь, стараюсь выбраться из сна. Сон не отпускает. Картинка с людьми и греческими богами то меркнет, то снова становится реалистичной. Шум, голоса и, главное, слова Прометея не дают сосредоточиться.

«Ты продолжишь дело, начатое предками».

«Ну уж нет. Я не собираюсь захватывать власть и вести магическую борьбу. Я не устраиваю заговоры и бунты. Я не возглавляю подполье. Я…»

Тут происходит озарение, затем вспышка и улыбка Прометея. Дело не в заговоре, дело не в борьбе за власть.

«Все дело в информации. Прометей дал людям знание и сделал их менее зависимыми. Вот что так не понравилось Зевсу. Я уже получила часть силы Егора. Возможен ли обратный процесс? Что, если я могу отдать или забрать любую магическую силу?»

Голоса снова замолкли, и стало тихо, холодно. Очень холодно и мерзко. Скользкое и противное чувство заползает в душу.

«Почему магический купол не помогает? Он же должен защищать. Пусть это сон, но… мне страшно. Купола нет. Был, а теперь нет. Потому так холодно и противно. Что это? Молнии и еще что-то? Темное, какое-то мерзкое существо. Это оно и уничтожило купол. Точнее, поглотило его».

О нет, я знаю только одно такое существо. Магический фантом.

«Но как ему удалось пробраться ко мне в сон? Это мой сон. Значит, гнать его отсюда. Но как?»

Откуда-то появились слабость и головокружение.

«Во сне возможно головокружение? Видимо, да. Фантом уничтожает магию, мою магию. Это уже слишком. Что-то много желающих поживиться магией. Пора с этим что-то делать.

Как там говорил Прометей? Не останавливаться и не сворачивать? Хорошо. Вот и проверим, возможен ли ответный ход. Держись, магический фантом. Теперь я заберу всю твою магию».

Чем мне нравятся сны, так это тем, что можно их менять по своему усмотрению.

«Это же мои сны. Раз так, надо сосредоточиться и забрать магию у фантома. Пусть теперь он спасается бегством».

Представляю, что фантом просто магическая батарейка, из которой можно забрать энергию. Сначала ничего не происходит, но я не останавливаюсь и пытаюсь отобрать его силы. Затем вспышка и сон про магического фантома сменился другим, как только это мерзкое существо поджало хвост и убежало.

На берегу моря стояли двое магов. Мужчина и женщина. Оба молодые и оба в дурацких старых одеждах. В смысле, что одежда новая, но вот фасон — дурацкий. Я, конечно, не знаток моды, но это даже не прошлый век. Было такое ощущение, что от нарядов отдает немного нафталином. Молодой мужчина высокий, статный и даже симпатичный, с гладковыбритым лицом и темными волосами. Маг стал на одно колено перед женщиной.

«Зачем он это сделал? Неужели он ей предложение делать будет?»

И точно, сделал предложение. Кольцо весело поблескивало на солнце. Что именно он ей говорил, я не слышала, море заглушало слова мага. Красивое лицо молодой женщины залилось краской. Она прижала руки к груди, а потом поднесла их к лицу в надежде скрыть смущение. Я подошла поближе.

— Так ты согласна выйти за меня замуж? — мягкий баритон очаровал даже меня.

— Да.

— Твои родители смогут принять меня? Ведь моя магическая сила не так велика, как они хотят.

— Мы что-нибудь придумаем, — женщина с любовью смотрела на избранника. Ее глаза и лицо показались мне смутно знакомыми. Молодые маги обнялись, а потом поцеловались.

Навязчивые голоса стали возвращаться. Магический купол восстановить не получалось. К голосам добавилась качка, которая не давала сосредоточиться. Тряска продолжалась довольно долго, картинка моря исчезла вместе с магами. Ощущение уюта и тепла куда-то подевалось окончательно.

Когда голоса исчезли и тряска прекратилась, открываю глаза. Я опять перенеслась в другой сон. Хотя кое-что осталось: жених-маг, тот самый, что делал предложение. Он постарел, в черных волосах виднелась седина. Это было несколько странно, так как маги по возможности следят за своей внешностью и с помощью магии исправляют ее.

Кабинет, в котором он находился, был роскошно уставлен дорогой мебелью из красного дерева. Всякие магические штучки и устройства, а также изобретения из мира людей красовались на многочисленных полках. Огромный письменный стол и кресло за ним зрительно выделялись. Можно было подумать, что он является главным предметом этой комнаты. Да и сам маг был одет в изящный деловой костюм. Хотя фасон все равно был старомодным.

«Может, у него с магией совсем плохо?»

Заклинаний против седины довольно много: покраска, маскировка, уничтожение седых волос. И будто услышав мой вопрос, маг махнул рукой, и в кабинете стал появляться магический портал.

«Насчет сил я, кажется, ошиблась».

Создание портала было магически затратным предприятием. Маг шагнул в портал и исчез. Я уже было подумала, что ничего интересного не будет, как вдруг мужчина вернулся и не один. За ним из портала в кабинет пришли еще маги. Лица некоторых из них показались знакомыми. Раздумывать над этим я не стала, сосредоточилась на разговоре: они говорили о Прометее.

«Что это? Совпадение? Но возможно ли, чтобы именно сейчас мне приснился опять сон про Прометея?»

— Это ерунда.

— Прометей? Такое невозможно.

— Это опасно, — говорили хором гости, когда хозяин кабинета рассказал им про передачу сил.

— Но в теории это возможно, — упорствовал он, — мы можем попробовать провести исследования и тогда…

— Тогда это станет погибелью для мира магии, — оборвал его маг низкого роста и весьма упитанной наружности. — Магия передается по крови и никак иначе. И на этом держится наш мир. Представьте, что будет, если любой сможет отобрать магию. Войны, убийства, хаос. Нельзя этого допустить.

— Я уже думал об этом, но до этого далеко. Мы только в самом начале пути. И есть время, чтобы все предусмотреть.

— Надо здесь и остановиться! — крикнул самый молодой из магов и запустил в хозяина кабинета огненный шар.

Вот именно в такие мгновения я обычно и просыпаюсь. Но не сейчас. Как завороженная я смотрела, как маг выставил щит, но в него полетели магические снаряды со всех сторон. Выстоять против огненных шаров, молний, ледяных колов и комнатных ураганов гостей в замкнутом пространстве было практически невозможно. Схватка закончилась быстро и внезапно.

— Считайте, что я только что спас Коллегию Девяти магов Европы, — с самодовольством произнес молодой маг, как только противник был повержен, — а может, и всего мира.

— Но столь кардинальными мерами? — спросил кто-то из магов-гостей.

— Так надо, — низкорослый толстячок провел по коротко стриженным волосам. — Хорошо, что наш покойный друг установил здесь подавитель шума.

— Да, домочадцы этой славной семьи еще могут послужить нам, — добавил седой высокий маг с горбинкой на крючковатом носе. Его я узнала, благо историю магии я хорошо усвоила. Это был один из Девяти магов Коллегии. Его звали Бернардо Альгети.

— Семья славная, но он всегда выбивался из нее. Хорошо, что успел оставить наследников, — продолжал Альгети, — если бы не этот Прометей, то кто знает, чего он мог добиться.

Маг с упитанной наружностью проверил, действительно ли хозяин кабинета не дышит.

— Это так, на всякий случай, — пояснил он.

— Никаких всяких случаев! — рявкнул Альгети. — Мы все теперь заодно. Уходим.

Друг за другом маги-убийцы покинули комнату. Я дрожала как осиновый лист. Даже столкновение с магическим фантомом не было таким безумным, как этот сон. Признаться, я уже начинала сомневаться, а сон ли это…

«Получается, что давным-давно уже кто-то занимался вопросом передачи магических сил и вот что с ним стало».

Тело незнакомого мага лежало почти передо мной.

Было очень страшно, но я подошла к нему. Мужчина лежал на боку, глаза закрыты, а на лице полуулыбка. Маг будто что-то знал, и это что-то очень не понравилось бы убийцам. Мне захотелось узнать этот секрет.

«Но даже в мире магии нет мага, способного воскрешать умерших. Зато, наверно, есть те, кто может разговаривать с духами. Найти их непросто, но надо попытаться. Теперь к Коллегии Девяти магов Европы у меня есть еще больше вопросов…»

Опять эти голоса. Они раздражают своей навязчивостью. Так и не отдохнешь. Не знаю, куда теперь забросил меня мой сон, но эти голоса и тряска не дают сосредоточиться. Тряска становится все сильнее и сильнее.

«Надо проснуться и дать хорошенько по шее кому-нибудь».

Как же голова трещит от этих разговоров. И ведь не понятно ничего, а гул такой, что кошмар.

«Точно, пора просыпаться».

— Рид, Рид.

«Кто еще зовет меня? Хорошо еще, неполным именем. Имя придумал папа, а мама почему-то согласилась. Так прабабушка Зоя рассказывала. Надо у нее поспрашивать о том маге и этом Бернардо Альгети. Она ведь тоже из тех времен, хотя и одевается нормально, а не в старые платья с запахом нафталина».

— Рид, проснись.

«Было бы неплохо, а то все трясут и трясут».

«Рид, ты меня слышишь? — голос Егора как-то протиснулся среди голосового шума. — Иди на мой голос. Просыпайся. Ну же, Рид».

Такого напуганного голоса Егора я еще не слышала. И так захотелось его утешить, сказать, что все нормально, что я просто отдыхаю. И я проснулась. Народу в комнате было много. И не все были довольны.

Глава 17

Глава 17. Репетиция

— Итак, если я правильно понимаю, меня заколдовали долгим сном. — Рид сидела на кровати в палате у лекарей. — И ко всему прочему, обрили голову? — девушка провела рукой по голове, волосы уже начали отрастать.

— В принципе, ты права, — улыбнулся Лука. — Пару часов почти здорового сна — и вот результат. Тереза точно огорчится, когда ты выйдешь отсюда с копной волос. Она явно этого не ожидает.

— Это верно.

— Я думал, твоя мама не обладает предвиденьем.

— Не обладает. Просто мы с ней как-то поспорили о моей прическе. И я спор проиграла. Она и наложила заклятие прически: как бы я ни стриглась, ни перекрашивала волосы, они отрастают и становятся прежними.

— Круто, — брякнул Свен, — ну, в смысле, здорово придумано. И пригодилось.

— Да уж, пригодилось, — Рид нехорошо посмотрела на друзей. — Их поймали?

— Спрашиваешь. Нет, конечно, — Лука пнул стул. — Разве допустят, чтобы Тереза влипла в такую историю? Тем более есть дело поважнее, чем разбираться в детских шалостях. Так магистр Виторио-Айгуш сказал, — поспешно добавил он.

— И что же это? — Рид скрестила руки на груди.

— Магический фантом.

— Что? Опять я виновата? Или кто-то из вас?

— Нет… — Свен немного замялся, — он к тебе приходил.

— Что?

— Магистры и Николай Константинович его прогнали, теперь безопасники по всей школе шныряют и пытаются поймать. Ведь фантом еще некоторых зацепил. — Рид молча ждала продолжения. — Одного старшекурсника и магистра Знудкина.

Девушка выругалась по-итальянски. Лука хотел было пошутить по этому поводу, но не стал. Атмосферу этим не разрядишь, а вот довести подругу до точки кипения можно.

— Они живы, только без сознания и почти без магических сил. Все думают, что фантом сбежал от тебя и напал на первых, кого увидел. Магистр Знудкин попытался помочь студенту и сам пострадал.

— А сколько времени прошло? Ничего себе, как долго я была в отключке, — ахнула девушка, услышав ответ, потому что до экзаменов осталось всего ничего и вместо подготовки она валяется у лекарей. Ей хотелось швырнуть чем-то тяжелым.

— Стул? Книгу? — любезно предложил Лука.

— То есть эти крысы наложили заклятие и им ничего? Обрили и фантома приманили, и ничего?

— Это не они. Я про фантома, — тихо произнес Свен.

— Откуда знаешь?

— Просто знаю.

— Нет. — Лука подошел к двери, отрезав Свену путь к отступлению. — Выкладывай, ты что-то недоговариваешь.

— Лука… — Рид попыталась встать с кровати и остановить друга, но слабость дала о себе знать.

— Оставайся на месте, Рид. А ты, Свен, рассказывай все, что знаешь. — Иногда Лука мог быть жестким.

— Я, в общем, слышал, как Чайкины говорили, что это не Клика фантома выпустила, — глаза Свена метались, он не знал, куда смотреть. Палата была такая маленькая, что места для маневра не было совершенно. Переместиться из палаты с помощью магии тоже было нельзя, так как лекари поставили сильный блок на любые перемещения, чтобы некоторые пациенты раньше времени не покидали пределы лечебницы.

— И где это Чайкины об этом болтали? В каком коридоре? — не унимался Лука. — Или ты бывал в секретном местечке Григория?

— Да, там.

— Что ты там делал? — изумилась Рид.

— Я иногда туда наведываюсь.

— И давно? — Лучший друг сейчас напоминал Рид Зевса из сна, те же сдвинутые брови, грозный взгляд и желание что-нибудь разрушить. Не хватало только грома и молнии.

— Когда Кайса уехала, ко мне подошел Григорий и предложил помощь в учебе, так, ничего серьезного, но это пригодилось. Не волнуйтесь, я ничего про вас не рассказывал. Да он и не спрашивал.

— Даже так? — Лука немного смягчился, но все еще продолжал злиться.

— Да, он сказал, что может помочь мне с подготовкой по некоторым предметам. Ну там всякие учебники, конспекты и прочее.

Лука и Рид переглянулись. Они знали, о чем говорил их младший приятель. Григорий Рогов давно подбирает для себя окружение: сильные маги из известных семей или же просто те, кто может выполнить для него нужную работу. Например, помахать кулаками или написать сочинение на скучную тему по теории магии. Некоторые отличники работали на Григория, выполняли домашнее задание, а за это получали деньги или место среди приближенных. Симбиоз, одним словом.

— Вот Чайкины и сказали, что осведомитель Григория в Клике сообщил, что сама Клика к появлению фантома непричастна. Они сами перепугались и разбежались.

— Дезу тебе слили, а ты и попался, — констатировал Лука. — Они же знают, что ты с нами и все расскажешь.

— Там не я один был, — ощетинился Свен, — там и твоя подружка была.

— Какая из?..

Тут дверь в палату открылась и вошел лекарь с лекарствами. Свен воспользовался моментом и тотчас выбежал из палаты.

— Вот ведь жук, — ругнулся Лука, — но ничего, поговорю я с ним еще. Выздоравливай, — он поцеловал подругу в щеку и вышел.

После того как лекарства были приняты, лекарь тоже вышел и Рид могла спокойно подумать. Получалось, что те голоса из сна были на самом деле, а то, что она приняла за тряску, были попытки ее разбудить.

«И задала ты жару. — От этого голоса губы Рид невольно растянулись в улыбке. — Знаешь, ты меня немного напугала. Постарайся так больше не делать».

«Сам знаешь, пообещать не могу, но постараюсь. Зайдешь?»

«Нет. Не пустят. Время посещений прошло, но мы и так можем поболтать. И никто не подслушает».

«Тогда давай рассказывай. И с подробностями».

Егор поведал Рид о том, что происходило за эти дни. И о проделках Клики, и о расследовании безопасников, и о нападении фантома. О своих экзаменах он тоже упомянул, но вскользь, от чего Рид сделала вывод, что теоретическую часть он сдал.

«Теперь никто не может появляться в коридорах после отбоя без сопровождения магистров или старост. Если дело так и дальше пойдет, то скоро безопасники будут нас везде сопровождать».

«А это мысль, — глаза девушки загорелись от идеи. — Может, это они сделали? Они запустили фантома, чтобы получить полный контроль за всеми».

«Не может такого быть».

«Подумай, фантом — отличная возможность держать всех под надзором и разобраться с Подозрительными студентами. Мы с Лукой уже дважды попадали в поле его зрения».

Егор на некоторое время замолчал. Потом мысленно произнес:

«Я бы поверил, если бы ты сказала, что это идея магистра Виторио-Айгуша. Но чтобы безопасники — нет».

«Понимаю, ты не веришь. Твой отец один из них, и ты сам хочешь стать безопасником. Но пойми, маги разные. Мне одной встречи с Бабичковкуром хватило».

«Вы виделись?»

«Общались…» — Теперь наступила очередь Рид рассказывать Егору о своих приключениях. Не умолчала она ни о теме допроса, ни о методах.

«Вот сволочь. И как ему все сходит с рук?»

«Не ко мне вопрос».

«Знаю, извини. Ты как? Когда это было?»

«Как раз перед сонным заклинанием. Сразу после того, как мы фантома встретили».

«То есть ты потом пошла к себе?»

«Да, у меня еле сил хватило добраться до кровати. Даже переодеваться не стала. Рухнула на кровать и проснулась уже здесь. Говорю тебе, это все он затеял. Уж не знаю почему, но Бабичковкуру нужен мой отец».

Молодые маги согласились, что все это действительно странно. И в конце концов Егору пришлось признать, что агент Бабичковкур был известен своими частыми нарушениями правил.

«Жаль, что меня не было там», — посетовал Егор.

«И что бы ты сделал?»

«Врезал бы ему».

«Безопаснику или фантому?»

«Обоим. Когда тебя выпустят?»

«Утром. Думаю, утром. Волосы как раз отрастут. А что?»

«Очень хочется тебя обнять и поцеловать. И конечно, посмотреть на твою новую прическу».

Рид действительно выписали утром следующего дня. Ни сонное заклинание, ни фантом не повредили ей, так что держать в лечебнице лишний день никто ее не собирался. Перед уходом девушка пыталась разузнать о состоянии здоровья магистра Знудкина и студента-старшекурсника, но их отправили уже в лечебницу Лукреции. Там была и сестра Кабовски.

Егор, как и обещал, заключил Рид в объятия и поцеловал, как только увидел.

— Что? Прямо при всех? — изумилась она.

— А что такого? И так все в курсе наших отношений. Кстати, отличная прическа.

— Спасибо. — Волосы у Рид за ночь неплохо отрасли и теперь почти достигли плеч, а цвет был ярким и насыщенным. — Кое-кто лопнет от зависти.

— Это точно. Благодаря сонному заклятию теперь все знают, что фантома вызвала не ты. Ты спала, а ребята были еще на допросе, — Егор улыбнулся, приятные новости и сообщать приятно.

— Тогда кто? — Рид подозрительно посмотрела на проходящих мимо безопасников.

— Не начинай, — буркнул Егор, заметив направление взгляда девушки. — Кстати, скоро бал выпускников и я тебя приглашаю.

— Танцы — это замечательно. Я, пожалуй, приму приглашение, — Рид протянула Егору руку и сделала книксен.

— Реверанс в твоем исполнении выше всяких похвал. Здорово. Вечером репетиция в танцевальном зале у магистра Салтуновой. А теперь мне пора, — юноша поцеловал Рид в щеку, — у меня выпускной экзамен.

Рид еще долго корила себя, что запуталась в датах и забыла про экзамен Егора. Хотя он и убеждал, что в этом ее вины нет, все же девушке было немного стыдно.

В конце коридора показалась Тереза. Она была одна, приближенных нигде не было видно.

«Она, что думает, что совсем можно меня не бояться? Ошибается», — подумала Рид. Когда она шла от лечебницы до общежития, то замечала смешки и косые взгляды студентов. Все были в курсе шутки Терезы. И хотя Рид делала вид, что это для нее ничего не значит, в душе злилась и хотела проучить Клику и ее главу. Твердым шагом Рид направилась к Терезе.

— О, спящая почти красавица, — проснулась? — достаточно громко поприветствовала ее Тереза.

— Ну да. Ваши визги меня разбудили. Еще бы, так орать при виде паучка — это уметь надо, — не осталась в долгу студентка.

— Не нарывайся, — шикнула Тереза.

— А то что, волосы мне покрасишь? Не страшно? Я не сплю, и браслетик имеется. — Для пущего эффекта Рид закатала рукава рубашки. — Ты скажи подружкам и друзьям, чтобы подыскивали себе новое учебное заведение, — и громче добавила: — Если уж так хотелось зайти в гости, то просто надо было сказать. Напрашиваться — это ведь твой метод, Тереза?

— Проблемы? — один из безопасников, патрулировавший этаж, решил вмешаться.

— Нет, просто парня не поделили, — быстро ответила Рид, Тереза кивнула.

— Все равно вам лучше разойтись, — настаивал безопасник.

Вечером Рид не терпелось поздравить Егора с выпускным экзаменом. Теперь он считался полноценным магом и мог работать или же продолжить обучение в звании специалиста. Девушка привела себя в порядок, надела длинную синюю юбку, рубашку в тон и поспешила к танцевальному залу. Она как раз подбегала к кабинету магистра Салтуновой, когда подошел Лука.

— Говорят, вы опять сцепились с Терезой, — начал он.

— И кто говорит? — подставляя щеку для поцелуя, спросила Рид.

— Тоня, — тихо ответил друг детства, — она же вхожа в их круг. Так что снабжает меня информацией. И кстати, — Лука похлопал себя по карману жилетки, — я добыл список всех тех, кто навел на тебя заклинание. Вот он. — Небольшой клочок бумаги был исписан мелким почерком.

— Эй, покажи, — Рид попыталась выхватить бумажку, но Лука засунул список обратно в карман жилетки.

— Отдам потом, у тебя сейчас все равно танцульки. — Юноша мог быть очень упрямым.

— Не танцульки, а репетиция к балу.

— Ну да, бальные платья, реверансы и книксены, — согласился Лука, — не знаю, как вы в этих платьях сможете танцевать, но вид будет что надо. Нет ничего интереснее, чем красивые девушки в корсетах. Разве что когда они уже без них. Без корсетов в смысле. — Рид толкнула друга в бок. — Ладно, беги, а то магистр Салтунова опять на меня будет ругаться.

Пожилая магистр Салтунова появилась в коридоре. Чем успел досадить ей Лука, Рид не успела спросить. Всем было известно, что преподавательница танцев очень ценит пунктуальность. Ко всему прочему, все, кто заходил в танцевальный класс после нее, независимо от времени считались опоздавшими. Потому девушка поспешила зайти в кабинет, тем более что там уже ее ждал Егор.

Время, проведенное в танцевальном классе, показалось волшебным. Магистр Салтунова наколдовала девушкам шикарные бальные платья: пышные внизу и обтягивающие корсеты вверху. Юноши же получили волшебные элегантные смокинги. О том, что допущены на бал будут только лучшие пары, магистр предупредила сразу же в своей своеобразной манере:

— Если вы, кучка ходячих зомбиков, думаете, что я выпущу вас на паркет, то ошибаетесь. Всем известно, что зомби не танцуют. А вы — зомби, пока я не скажу обратное.

— Теперь я понимаю, почему на балах танцуют только выпускники, — заметил Сергей Носов и быстро добавил: — И их партнерши и партнеры.

— Молчать, зомбяк! — рявкнула магистр Салтунова, которая слыла весьма строгим магом.

Несмотря на периодические окрики и ругань со стороны женщины-мага, а также на присутствие агентов безопасности, Рид и Егор получали удовольствие от танцев. Семейство Роговых нанимало только лучших преподавателей для своих отпрысков. Танцы, фехтование, иностранные языки и игра на различных музыкальных инструментах — вот неполный перечень дисциплин, которыми должны были заниматься юные Роговы. Потому Рид вальсировала легко и изящно. Егор также занимался танцами, на этом настояла его мама, Екатерина Березкина, в прошлом выпускница танцевальной академии. Танцы у молодого мага были в крови.

Очень скоро их вальсирующая пара получила повышение до «незомби», что в речах магистра звучало уже как похвала.

— Неплохо, весьма неплохо, — заметила магистр Салтунова.

Именно в этот момент Рид захотела, чтобы вокруг не было никого, кроме нее и Егора. Они танцевали вальс. Музыка настраивала на романтический лад. Юноша крепко сжимал руку девушки и уверенно вел в танце, контролируя все па. Карие глаза молодого мага смотрели с нежностью и любовью. Они скользили по паркету. Движения были плавными и грациозными. Не нужно было думать о следующих движениях и шагах, все получалось само собой. Рид никогда еще не была так счастлива. Сколько времени продолжался их танец, девушка не знала. Просто было хорошо. И ко всему прочему, это была их первая возможность отдохнуть и отвлечься от всех проблем.

Вдруг раздался страшный крик. Он шел из-за закрытой двери. Безопасники тут же активировали магические браслеты и направились к двери. Крик повторился, потом послышались хрипы, бульканье. Великолепные разноцветные бальные наряды магистра Салтуновой исчезли. Все снова были в своей повседневной одежде.

— Твоих рук дело, Рогова? — грозно спросила одна из студенток-старшекурсниц.

— Нет. — Рид только крепче сжала руку Егора и посмотрела на агента безопасности со шрамом.

— Глупые зомби, как она может что-то делать за дверью, отплясывая здесь? — в своей манере спросила магистр Салтунова.

— Молчи, старая, — не осталась в долгу безопасник, обладательница шрама, — значит, это один из ее дружков.

— Кроме нас здесь колдовать некому? — Рид тряхнула отросшими еще на несколько сантиметров волосами.

— Лучше помолчи, — шепнул Егор.

— Дельное предложение, — усмехнулся второй агент и попытался вызвать помощь через магический кристалл, но ничего не получилось. Крики за дверью стихали.

— Кристалл исправен? Проверь. Всем отойти от двери в центр зала. И без фокусов, — отдавала распоряжение Шрам, как про себя назвала ее Рид. За дверью было тихо, и учащиеся нехотя побрели в центр зала.

— Дай сюда кристалл, — выхватила Шрам у напарника устройство. — Что же это такое?

— Магия не проходит. — Магистр Салтунова подошла вплотную к двери и сотворила розовое облако, которое тут же исчезло за дверью.

— Фантом, — сказала Шрам, но в тихом зале это было подобно крику.

— Фантом, фантом, — слышалось со всех сторон.

— Рогова, отзывай своего демона.

— Фантом не демон, он… — попыталась объяснить девушка.

— Отдайте ему ее, — предложил кто-то из студентов, присмотревшись, Рид узнала Марка Иванова.

«Этот что тут делает?»

— Замолкли, зомбяки. — Магистр отошла от двери. — Мы не его цель. Если фантому надо, он и через дверь прошел бы. Тот, кто ему нужен, там, за дверью.

— Тогда надо идти. Вдруг нужна помощь. — Рид сделала шаг по направлению к двери.

— Я думала, что ты умнее, Рогова. — Магистр Салтунова двигалась в центр зала. — Хочешь с ним встретиться? Думаешь, и в третий раз сможешь убежать?

— Но…

— Рогова права, — прервала спор Шрам, — нам нужно помочь тому, кто встретился с фантомом. Магистр, открывайте дверь, мы идем, — она кивнула напарнику и активировала браслет.

Магистр Салтунова вернулась и немного приоткрыла дверь, достаточно, чтобы выпустить безопасников, и тут же закрыла. Сначала все было тихо, затем послышались звуки борьбы и падения чего-то тяжелого на пол.

— Они только сделают его сильнее. Магистр Знудкин говорил, что надо забирать у фантома энергию.

— Магистр в Лукреции, а они — безопасники. И знают, что делают, наверное. — Сергей с подружкой подошли поближе к двери.

— Дверь, скорее, — раздался голос Шрама из-за двери. Егор, Сергей и магистр поспешили открыть дверь. На пороге стояли безопасники с человеком на руках.

— Лука! — не веря своим глазам, воскликнула Рид.

С головы молодого мага сочилась кровь, лицо было белым, а волосы седыми.

— Лука! — кричала Рид другу, но тот не отвечал. Егор попытался оттащить девушку, но та отчаянно сопротивлялась. В конце концов вместе с Сергеем это удалось сделать.

— Фантом ушел. Добился цели и ушел, — сказала Шрам. — У парня не было шансов, — она накрыла тело Луки курткой. — Вызывай директора и наших. Лекари уже не нужны. — Напарник активировал кристалл и принялся выполнять приказание.

Глава 18

Глава 18. Дневник. Поворот

Как только Шрам накрыла тело Луки курткой, стало ясно, что его больше нет. Моего друга детства, самого близкого мага нет.

И что сделала я? Ничего. Просто смотрела на его руку, торчащую из-под куртки. Смотрела на клочок бумажки, зажатый в кулаке.

— Нет, это неправда, — я попыталась вырваться из цепких рук Егора и Сергея. Как же я ненавидела их в этот момент. Они, именно они сейчас стояли между мной и Лукой.

«Такого раньше не было. Никто прежде не мог разлучить нас. Даже родители, которые узнали об очередной нашей проделке и запретили общаться, даже тогда мы с Лукой нашли способ видеться. Он сбежал из дома и вскоре был у меня. Ох и влетело нам тогда. Но первая любовь, она такая, без полутонов. Либо все, либо ничего. Первая любовь не умеет ждать. И… она не забывается».

Егор до боли сжал мою руку. Видимо, я передала ему пару воспоминаний.

«Не нравится? Мне тоже».

— Пусти, — уже вслух произнесла я, — пусти, хуже будет. — И он отпустил.

«А вот Лука не отпустил бы. Он никогда не слушал моих приказов, считая, что мужчина всегда должен быть лидером. Из-за этого мы так часто спорили в детстве. Потом стали умнее. Стали шутить и подтрунивать. Теперь не будет даже этого».

Не знаю, что там говорили безопасники и магистр Салтунова, мне было наплевать.

«Что они могут сказать? Жалкие слова сочувствия? Да им плевать. Они теперь больше озабочены написанием объяснительных записок и поимкой фантома. Им плевать на таких магов, как мы. Мы — Подозрительные. Еще недавно они сами считали, что фантом наших рук дело. Вот если бы пострадал кто-то из нормальных студентов или из безопасников, вот тогда бы все стояли на ушах. А так пустая болтовня, чтобы сохранить лицо».

«Ты не права», — голос Егора возвратил меня в реальность.

«Я не права? Я? А кто стоял и рассуждал, когда Луке нужна была помощь? Кто и пальцем не пошевелил? И я еще не права», — гнев, обида, злость и чувство потери — все они были в душе одновременно.

«Успокойся. Мы все…»

Что хотел сказать Егор, так и осталось неизвестным, появился директор школы, магистры и безопасники, в том числе и Бабичковкур. Мои зубы скрежетали друг о друга, а пальцы сжались в кулаки. Если бы не Егор, я бы врезала этому долбаному безопаснику, и пусть потом выгоняют из школы.

«Нельзя».

«Да, ты прав. Нельзя. Кто тогда найдет этого фантома? А главное, того, кто его вызвал. На директора и прочих надежды мало. Хотя вон как забегали, засуетились, что-то высматривают. Раньше этим нужно было заниматься. А теперь…»

— Если бы вы все браслеты проверили еще тогда, — с вызовом начала я, — но вам же важнее было обвинить нас, чем найти фантома.

Все обернулись и посмотрели на меня.

— Понимаю, что сейчас ты расстроена, — сказал Николай Константинович, — но не надо вымещать на нас злость.

— Она права, — агент Бабичковкур посмотрел на директора, потом на своих коллег и кивнул: — Режим «Скафандр» по всей школе.

— Что? Вы не посмеете, я директор, и я здесь решаю.

— Уже посмел. Пора здесь навести порядок. — Бабичковкур активировал браслет и стал в него говорить, чтобы было слышно во всей школе: — Никто не имеет права покидать пределы школы, пока не пройдет проверку браслета.

После этого началось препирательство Николая Константиновича и магистров с безопасниками. Только магистр Виторио-Айгуш не спорил, видимо, решал, на чьей он стороне. Сколько бы еще продолжался этот балаган, неизвестно, если бы Шрам не обратила внимание коллег, что в зале много зрителей. Тогда всех студентов развели по их комнатам, а тело Луки унесли в лечебницу.

Сколько времени просидела я в своей спальне, я не знаю. Не хотелось ни есть, ни спать. Я пыталась воспроизвести наш разговор с Лукой перед танцами. И не заметила, как погрузилась в море воспоминаний. Вот тогда и накрыло осознание произошедшей трагедии.

«Луки больше нет. Не будет его веселых шуточек, подтруниваний и дружеского флирта. Не будет поездок на яхте или в очередной музей античности. Об истории Древнего Рима он мог говорить бесконечно долго. Причем без труда мог поведать и о людской истории, и о деяниях древних магов. Хотя, если честно, часто эти истории немного приукрашивались в пользу римлян прошлого. Я на это не обижалась, хотя многие знакомые выступали за историческую достоверность событий тех времен».

На Луку невозможно было обижаться. Милая улыбка, ямочки на щеках и глаза. Такие глаза, что многие девушки готовы были сами прыгать к нему в объятья, лишь бы он смотрел на них влюбленным взглядом.

«А знает ли обо всем Тоня? Конечно, знает. Система оповещения в школе работает отменно. Вот только кто выпустил фантома, почему-то неизвестно».

До рассвета я измеряла комнату шагами. Думать не могла. Сидеть не могла. Только злилась и вспоминала. Со стороны, возможно, я напоминала тигра в клетке. Не знаю. Некому было сказать. На Егора я злилась, хотя и понимала, что он точно ни в чем не виноват. Кайса была далеко. А Свен? Свен… Мы как-то отдалились с ним в последнее время. По большей части он общался с Лукой и Григорием.

«Надо было уделить Свену больше времени после отъезда Кайсы. Наверное, он чувствовал себя одиноким и покинутым. Все же сестра уехала на другой конец планеты. Хотя семья Олбу никогда не славилась сильными семейными чувствами. Кайса даже каникулы проводила подальше от брата. Да и он не стремился сильно с ней общаться вне школы. Не то что мы с Лукой. Прошлые каникулы были первыми, на которых мы не виделись. Теперь и не увидимся».

И водоворот мыслей пошел по новому кругу. Чувство потери и пустоты увеличивалось с каждым новым витком воспоминаний. Они, словно гигантская воронка, затягивали меня все глубже в прошлое. Выбраться оттуда не представлялось возможным, да и не хотелось вовсе.

«Там, в прошлом, мой друг был рядом, поддерживал и понимал, здесь, в настоящем…»

Задремать мне удалось только ранним утром и только после того, как дала себе вволю поплакать. Когда-то прабабушка Зоя сказала, что горе надо уметь выплакать, что нужно уметь горевать. Уж не помню, по какому такому случаю был разговор, но эти ее слова я запомнила. И, кажется, начинаю понимать их смысл. Плакала я долго и тяжело.

Выспаться мне не дали. Днем пришел Егор, но разговора с ним не получилось. Было больно и стыдно за то, что обидела его.

«Он же ни в чем не виноват».

Но все же я злилась, как будто, не будь его, Лука был бы рядом. Понимала, что неправильно так думать, но ничего не могла с этим поделать. Видно было, что Егор не знает, как поговорить и утешить меня. Сумбур в моей голове сбивал его. Поэтому после обеда он ушел.

К еде я так и не притронулась. Время приняло какое-то эфемерное значение. Оно шло. День сменился ночью. Потом снова наступил день. Но мои мысли не менялись. Шок — вот так можно было назвать мое состояние.

«Как так могло случиться? Как?» — в сотый раз задавала я себе вопрос, и ответа все не было.

Сколько времени я провела, не выходя из комнаты, не знаю.

Жизнь в школе шла своим чередом. У студентов были занятия, подготовка к экзаменам, вечеринки и прочие развлечения. Я все это пропускала. Как и собственное совершеннолетие. Подарки от брата и сестры Олбу вскрыла, только когда апрель был в самом разгаре, как и подарок от Егора. Хорошо, что подарка от Луки не было. Вспоминать о лучшем друге было тяжело. Когда мне надоело смотреть на праздничные и красивые упаковки подарков, я их вскрыла. Кайса прислала красивую брошь с огромным рубином, а Свен — магический брелок-нож, способный увеличиваться до рабочих размеров. Егор же подарил сборник песен. Из всех композиций я слушала только одну: «Октябрь и Апрель». Эта была наша с ним песня. И это хоть как-то помогало справляться с ситуацией.

То, что время проходило, я узнавала по появляющимся и исчезающим подносам с едой, к которой притрагивалась только из-за слов лекаря. Рыжий лекарь, что помог мне после засады, сказал, что, если я не буду есть сама, он наложит заклинание обжорства. Еще добавил, чтобы вырваться из водоворота боли и утраты, нужно вернуться в мир. Хотя это и будет затруднительно, если продолжать от всех отгораживаться. Подумав, что он в чем-то прав, я приняла решение включиться в эту жизнь. Мне удалось каким-то образом привести себя в порядок и сдать теоретическую и практическую часть экзамена. Несмотря на произошедшее событие, директор не отменил нашему курсу экзамены.

«Еще бы, ведь впереди нас ждал самый важный экзамен — получение магического браслета. Настоящего, наполненного моей магией, наполненного до краев, а не эти капли, выделенные магистром Виторио-Айгушом».

При упоминании этого имени гнев окутывал меня. Требовалась большая выдержка, чтобы не запульнуть в него молнией или просто не заехать кулаком по лицу. Магистр с орлиным носом прочно ассоциировался со всеми кознями, с которыми мы столкнулись в последнее время.

«Если он так старается от нас избавиться, может, и фантома он вызвал. А что? У него двойной браслет. Таких сильных магов в школе всего два. Магистр вполне может и создать, и призвать фантома. Нужны доказательства. Надо их найти. Никто не должен догадаться о моих намерениях. Иначе просто закроют в комнате до конца проверки».

Каких же сил мне стоит выглядеть спокойной и уверенной в себе. Это знает только Егор. Я так и не могу спрятать от него все свои мысли.

«И нужно было получать от него силу?»

Уже начинаю сомневаться в правильности тогдашнего решения.

«Не зря мама скрывала Прометея. Ох, не зря. Последствия эксперимента я недооценила. Стоп. Лука говорил, что сомнения могут сгубить мага быстрее, чем враги. Если маг сомневается, то он слабеет. Мне этого допускать нельзя. Так что сомненья прочь и пусть в раздумьях пребывают другие».

В дверь постучали, вскоре на пороге появился магистр Яковлев. Он тревожно озирался по сторонам, будто в комнате спряталось чудовище, которое только и ждет, как бы напасть на магистра.

— Рогова, вас вызывает директор, — неуверенно сообщил магистр и быстро вышел в коридор.

Николай Константинович ждал в кабинете. И есть только одна причина, по которой он меня вызвал: приехали за телом Луки. Семейство Лукиани было большим: много братьев и сестер, тети и дяди. И со всеми я знакома. За столько-то лет это было нетрудно. Я шла к кабинету и желала, чтобы кто угодно приехал, но только не мама Луки. Я не знаю, как ей смотреть в глаза. И хотя моей вины нет, не я вызывала фантома, но почему-то чувство, что я что-то могла сделать, что-то должна была сделать, не отпускало.

Остановившись перед кабинетом директора, я глубоко вздохнула, расправила плечи и вошла. Николай Константинович беседовал с двумя магами: мужчиной и женщиной. Энрике и Франческа Лукиани — кузены Луки. Они были старше меня на десять и пять лет соответственно. Увидев меня, Энрике сдержанно кивнул, Франческа поднялась со стула, и мы обнялись. Она не сдерживала слез, в отличие от меня.

«Ты как?» — уже вечером спросил Егор.

«Он что, издевается?»

Прощание с Лукой и его родственниками было тяжелым и сложным. Сил почти не осталось. А тут тебе: «Ты как?»

«Нормально», — огрызнулась я в ответ.

«Сожалею, Рид. Тебе надо выспаться. Экзамен на получение браслета скоро».

«Знаю. И прости. Я просто невыносима в последнее время».

«Заметил». — Несмотря на усталость, я отметила, что голос у Егора недовольный.

«Знаешь, ты тоже мне очень дорог. То, что было у нас с Лукой, все в прошлом. Ты — в настоящем».

«Отдыхай», — голос друга чуточку потеплел, и мне стало немного легче.

Отдохнуть мне не дали. В дверь постучали, на пороге показался Свен. На нем был его лучший дорожный костюм от какого-то крутого дизайнера и начищенные ботинки.

— Вот пришел попрощаться. Я все сдал и уезжаю, — начал скандинав.

— Молодец. Давай. — Глаза слипались, и веки тяжелели, но после следующей фразы Свена я забыла про сон.

— Я перевелся в школу к Кайсе.

— Перевелся в Южную Америку?

— Да, — юноша смущался и почему-то покраснел, — отец сказал, что мы должны учиться вместе и приглядывать друг за другом. Ну и плюс то, что случилось.

— Из-за Луки?

— Да, дома переживают.

— Понятно, — я подошла вплотную к другу, — весь такой одетый с иголочки, весь такой правильный. Почему сбегаешь? Как же «Скафандр» безопасников?

— Я не сбегаю. Браслеты у младших курсов уже проверили. Все чисто. Остались вы и старшие, — Свен взлохматил свои светлые волосы.

— Понятно.

— Что тебе понятно?

— Многое.

— Да ничего тебе не понятно. Сидишь тут, как мышь в норе, и прячешься.

Я удивленно смотрела на Свена.

— Да это ты сбежала. Причем давно. Сразу после заговора матери. Затаилась и сидела. И что? — Свен размахивал руками и все меньше напоминал утонченного мага, сдержанного и благовоспитанного. — Кайса уехала, потому что помогала тебе, Лука погиб, потому что искал фантома для тебя. Я чуть было…

— Что?

— Ничего. Все мы что-то делали, одна ты сидела и ничего не предпринимала. Ничего, — последнее слово Свен уже кричал мне в лицо, — не делала. Тебя поливали грязью, а ты молчала. У нас отбирали магию, а ты молчала.

— Директор сказал, что иначе безопасники наводнят школу.

— И?.. Посмотри вокруг, они уже здесь. Ты ничего не делала, а они все равно здесь.

— И что я, по-твоему, должна была делать?

— Сражаться. Драться. Знаешь, сколько студентов готовы были тебя поддержать? Много.

Я не выдержала и отошла к окну, надо было немного успокоиться.

— Тебе бойни моей матери мало? Захотел в школе аналогичную битву устроить? Столько магов погибло, и ты упрекаешь меня, что я не захотела продолжить? Отобрать жизнь и разум у другого мага легко, намного сложнее сохранить.

Тут Свен замолчал и сел на кровать сестры. Гнев, печаль, обида, страх сменялись на его лице.

— Мы, по крайней мере, что-то делали и боролись. Лука даже убедил Тоню в Клику вступить и к Григорию примкнуть. Вот уж не думал, что у этой слабой магички такие таланты к агентурской работе. Я уезжаю, ты остаешься. Значит, тебе искать того, кто виновен в смерти Луки. — Скандинав встал, расправил костюм и молча вышел. На кровати Кайсы осталось лежать письмо. На подкашивающихся ногах я подошла к кровати. Письмо было от подруги.

«Привет, Рид. Соболезную. Знаю, писать это — значит ничего не сказать. Ты знаешь, как я любила и ценила веселого Луку. Он излучал оптимизм и харизму. Быть может, причина тому его итальянская кровь, а может, еще что… Мне его безумно не хватает. Найди того, кто это сделал. Нельзя это оставлять так. Виновен тот, кто вызвал фантома.

Не знаю, что задумал Свен. Не принимай его слова близко к сердцу. Он злится и сбегает. От чего или от кого, не знаю. Но сбегает точно. Он был там и тогда, после чего мне пришлось уехать. Это была не Клика. Свен рассказал это в обмен на перевод.

Обещания директора ничего не стоят. Пора выбирать, какая ты на самом деле. Сначала выбор, потом действия».

Кратко и по существу. Все в стиле Кайсы. Я перечитала послание несколько раз. Теперь кое-что прояснялось. Поведение Свена становилось понятным.

«Он вошел в кружок Григория. Иначе откуда бы знал про разговоры Чайкиных и двойного агента Тоню? И получается, что тогда, когда Клика устроила засаду, я убегала от Григория. Точно, тогда еще Кайса сказала, что даже Григорий знает, как заглушать молнии. Мы подумали, что действуют непрофессионалы. А он просто решил подставить Терезу. Зачем? За тем, чтобы я отомстила ей, чтобы начала бороться с Кликой. Сколько раз он говорил, что за мной многие готовы идти. И Свен сказал то же самое».

Я не могла сидеть на месте и начала вышагивать по комнате. Думать было тяжело, но необходимо. Ведь получается, что и фантома мог Григорий вызвать.

«Он мог это сделать, чтобы я начала действовать. И тогда получается… Нет. Хватит, надо успокоиться Он член семьи. Семье надо доверять».

Душ отлично помог успокоиться. В голове немного прояснилось. Закутавшись в махровое полотенце, я устроилась на кровати и принялась размышлять.

«Что там говорил магистр Знудкин? Фантома вызывают на место, на вещь или на цель. Когда нападал фантом? Кто был рядом? Если на кого-то нужно, чтобы напал фантом, нужна вещь этого кого-то, часть его сущности. Это сложно. На место? Это охрана территории, и фантом не должен был покидать место, а фантом спокойно перемещался по школе. Остается — цель. В первый раз ему нужна была посылка от Кайсы, очень мощные магические батарейки. Затем что-то нужно было от меня. Убегая, фантом встретил студента и попытался восполнить магическую силу, ему помешал магистр.

Получается, что оба раза кто-то знал про посылку и про то, что я вернулась от Бабичковкура. Клика? Клика. Кто тогда был в комнате? А когда погиб Лука? Точно, был список. Но Лука не отдал мне бумажку, а оставил у себя и встретил фантома».

Как сейчас я видела накрытое курткой тело Луки. В руке он держал клочок записки.

«Тот самый список, что не отдал мне. Фантому был нужен именно список. А зачем? За тем, что там был тот, кто его и вызвал. Осталось только выяснить, кто был везде, в каждом эпизоде с фантомом».

Я задумалась, вспоминая все, что знала про фантома, воспроизводя в памяти по порядку от места и времени появления до тех, кто был рядом. Сопоставляя данные, как в пазле, примеряя одну версию, отбрасывая другую, у меня в голове начала вырисовываться полная картина.

«Я теперь знаю, кто вызвал фантома. И теперь ему пора объяснить, что к чему».

Глава 19

Глава 19. Самый важный экзамен

Вот наступил день самого важного экзамена для каждого студента магической школы. По его результатам они получат или не получат магический браслет. Бывало и такое.

— Вы уверены, что это произойдет сегодня, директор? — Магистр Ягодкин поправил мантию и оглядел присутствующих в кабинете директора.

— Да, — Николай Константинович посмотрел на коллег, — сегодня у них самый важный экзамен. Сегодня многие из них получат браслеты. И как не сегодня показать свою силу?

— Но почему вы так уверены? Не проще им было бы сделать это в другом месте, где не так много сильных магов? Магистр Знудкин весьма высокого мнения о Роговой, — магистр Салтунова, в отличие от коллег, сомневалась до последнего.

— Позвольте мне, директор. — Магистр Виторио-Айгуш дождался кивка хозяина кабинета и продолжил: — В письме Кайсы Олбу звучал конкретный призыв к действию. Вы понимаете, конкретный.

— Вы что, читаете чужие письма? — возмутилась магистр Юлия Сергеевна и бросила быстрый взгляд на директора.

— Когда они адресованы таким студентам, то да. К тому же читают безопасники, а не мы, — в оправдание добавил магистр. Ему совсем не нравилась идея делить славу, но после смерти Лукиани выбор был не особо большой.

— Да, мы просматриваем почту всех Подозрительных и их родственников, — агент Бабичковкур с вызовом посмотрел на женщину — мага Юлию Сергеевну. — Или вы считаете, что знать врага и быть предупрежденным о его намерениях — это плохо?

— Но ведь это дети, — попыталась надавить на нравственные струнки магистр-куратор дипломников.

— Дети?! — агент безопасности выкрикнул на весь кабинет и ударил кулаком по столу. — Одни ваши дети вызывают фантома, от которого уже один труп и несколько магов в лечебнице. Другие — завзятые клиенты контрабандистов. И это дети? Молчите уже.

В кабинете директора воцарилась гнетущая тишина. Каждый из присутствующих думал о своем и совершенно не хотел делиться своими мыслями с остальными. У каждого рано или поздно появляются свои скелеты в шкафу. Все понимали, что после случившегося все изменится в школе.

— Если вы думаете, что Рогова все спустит, вы ошибаетесь. Я вообще поражаюсь ее терпению. Столько времени ничего не предпринимать, это надо уметь, — заметила агент Бри, молчавшая до сих пор.

Она сидела ближе всех к Николаю Константиновичу, прямо напротив магистра Виторио-Айгуша. За время совещания орлиный нос и хищный взгляд магистра успели ей изрядно надоесть.

— Это я ей сказал, — директор все же решил объясниться. — Я сказал, что ухудшение ситуации приведет вас в школу. Поэтому она долгое время ничего и не предпринимала.

— Понятно. Но все равно я призываю вас быть готовыми ко всему. Мы никого не будем арестовывать без доказательств. Этого и так слишком много в последнее время. Мы подождем их действий. И тогда арестуем всех, — закончила агент Бри.

Слишком часто агент Службы магической безопасности Бри слышала обвинения в предвзятости со стороны коллег. Теперь этого не должно быть. Доказательства должны быть такими, чтобы никто не усомнился. Рогова или не Рогова вызвала фантома, не суть важно, главное — поймать виновного.

«Но если все же Рид удастся лишить браслета или выгнать из школы, это тоже будет хорошо. Что ни говори, она все же дочь своих родителей».

Студенты ждали распределения на самый важный экзамен с волнением. Они сидели в столовой, где было достаточно места, чтобы разместить молодых магов курса. Волновались все, даже те, кто раньше считался образцом невозмутимости. Григорий Рогов не смог удержать на лице маску спокойствия. Тревога периодически проглядывала на его аристократическом лице. Когда это случалось, молодой маг начинал злиться и срывал злобу на братьях Чайкиных. Те в свою очередь постоянно затевали споры и мелкие потасовки между собой. Макс и Матвей боялись, что не получат браслеты и тогда вынуждены будут жить без магии.

— Ты сам будешь включать и выключать телевизор, свет, — подразнивал Макс брата, — а еще сам готовить.

— Нет, ты пешком ходить до работы будешь, — не отставал Матвей.

— Заткнитесь оба, — в который раз выругался на них Григорий и молча завидовал немагам, им-то все равно, они и так без магии.

Марк Иванов читал какую-то книжку, а его приятель, такой же немаг, дремал. Марк отвлекся от чтения и усмехнулся, заметив, что в Клике тоже дрожат от волнения. Тереза с опаской поглядывала на Рогову. Немаг был уверен, что вот кто захочет отомстить за все, как только получит браслет. Если получит. Экзамена для «пустышек» как такового не было. Они просто официально получали статус «немага», так как не обладали ни каплей магии.

Сама Тереза была в ярости, когда не удалось выгнать Рид из школы. Даже гибель ее лучшего друга не помешала ненавистной Роговой сдать все экзамены. Она сдала их, не посещая уроки магистров, без доступа к библиотеке. И все равно сдала.

«А если бы она ходила на занятия? Получила доступ в библиотеку? То вполне могла бы стать лучшей. Не зря магистр Виторио-Айгуш боится ее».

Терезу это злило, тем более что она тоже боялась Рид, а магистра и вовсе начинала ненавидеть. Магистр Виторио-Айгуш только раздразнил магическими силами, и теперь она должна стать опять слабомагом.

«Магия так окрыляет, дает ощущение, что можешь все. Теперь такое разочарование».

Девушка не знала, как сможет это пережить. Мысли о том, как увеличить свою магическую силу, не давали ей покоя. Еще раздражала Рогова, которая, закинув ногу на ногу, дремала. Казалось, что Рид ничего не трогает и не волнует. Но, может, это только кажется?

На самом деле Рид действительно пыталась вздремнуть. Вот уже больше суток, как она не спала. Мысли о Луке и обо всех тех, кто так или иначе был связан с его гибелью, не позволяли девушке расслабиться ни на минуту. Кроме того, в памяти живы были слова Свена, что они все действовали, а она сидела как мышка.

«Да, директор сказал, что новые выходки спровоцируют появление безопасников, поэтому я ничего не предпринимала. Но в итоге? Свен прав, безопасники появились и без моего участия. Ждать не надо, пришло время действовать. Для этого нужно получить браслет. Вот тогда спрос будет со всех».

Пока же Рид сидела и пыталась отдохнуть. Почему-то она была уверена, что на свой экзамен она пойдет последней. Появился директор и сказал по традиции напутственные слова об их выборе, их возможностях и будущем. Все это Рид слушала с закрытыми глазами. Она боялась, что стоит увидеть того, кто призвал фантома, и она выдаст себя. А нужны были доказательства, а не догадки и предположения.

Николай Константинович закончил свою недолгую речь, и студенты отправились на экзамен. Очередь на сдачу раньше определялась волей случая. Теперь же магистры и безопасники вмешались и сами распределили, кто за кем идет. После получения браслетов все студенты должны были собираться во внутреннем дворе, где их по традиции приветствуют магистры и другие студенты. Но сегодня в школе намного меньше народу, чем обычно. Младшие курсы прошли проверку своих браслетов и были досрочно отправлены на каникулы. Проверку браслетов прошли и те студенты, которые не сдали экзамены по теории и практике и были оставлены на повторный год обучения. Таких было двенадцать, их закрыли в спортивном зале под охраной старшекурсников. Старшие курсы тоже были все проверены и оставлены на случай непредвиденных обстоятельств.

Без проверки браслетов остался только один курс. И именно среди студентов, ожидающих самый важный экзамен, и был тот, кто вызвал фантома. Магистр Виторио-Айгуш, агенты Бри и Бабичковкур расставили магов по всему периметру внутреннего дворика, если кто-то решит бежать. Тереза должна была идти на экзамен одной из первых, затем шли студенты из Клики. Таким образом, они будут во дворе находиться максимально близко к выходам в случае эвакуации.

— На случай магической заварушки магистр обезопасил своих, — презрительно хмыкнула агент Бри и с укором посмотрела на магистра Виторио-Айгуша. — А как же остальные?

Рид действительно задремала и проснулась, когда магистр Яковлев окликнул ее:

— Рогова, вы идете на экзамен?

Девушка осмотрелась, в зале из студентов уже никого не было. Она неспешно потянулась и пошла за магистром. Тот быстро семенил, поддерживая парадную мантию, и периодически огладывался по сторонам. Рид и без чтения мыслей могла с уверенностью сказать, что магистр боится. Его не успокаивало даже присутствие безопасников, которые дежурили на всем пути от столовой до комнаты проведения экзамена.

— Идите, Рогова. Идите, — торопил магистр Яковлев, в глубине души надеясь, что свой браслет девушка не получит.

За закрытой дверью ее ждало то, чего так страшатся и одновременно ждут все студенты, начиная обучение в школе. Сам экзамен проходил довольно быстро. Тем более что там не было ни магистров, ни каверзных вопросов, ни магических упражнений. В небольшом зале круглой формы с двумя дверями друг напротив друга, в центре, располагался магический алтарь. На него нужно было положить руку и дождаться появления магического облака, которое обволакивало запястье и превращалось в браслет. После этого студент выходил в дверь напротив входа и попадал во внутренний дворик, где и ждал остальных сокурсников. Тот, кто не получал браслет, покидал зал через ту же дверь, что и пришел. Такие случаи периодически случались. Магия проверяла мага на прочность, сумеет ли он или она обуздать силу. Немаги после такого экзамена получали лишь подтверждение, что колдовать они не могут.

Некоторые маги говорили, что их экзамен длился вечность, такой долгой была проверка. Другие отмечали, что все прошло мгновенно. В любом случае магия искажала восприятие времени, секунды могли казаться часами или даже днями.

Рид слышала множество рассказов о процедуре экзамена. Как только девушка подошла к алтарю, входная дверь закрылась. Оставалось положить руку, дождаться облака — и вот он, долгожданный браслет. Она выполнила все необходимые процедуры, но ни облака, ни проверки не было.

— Вот так номер, — невесело заметила она и сменила руку, но ничего не произошло, — не думала, что они и сюда доберутся. Теперь понятно, почему я самая последняя.

От волнения Рид оперлась двумя руками об алтарь и зажмурилась. Думать о том, что она осталась без браслета, не хотелось.

«Ничего. Я и без магии достану эту гадину».

И тут появилось магическое облако, а затем еще одно. И через мгновение два браслета (по одному на каждой руке) предстали перед глазами изумленной девушки.

— Вот это сила!

От чувства вседозволенности, небывалого могущества закружилась голова. Магия буквально захлестывала, обволакивала со всех сторон, пробираясь к самому сердцу. Казалось, стоит только пожелать и это исполнится.

«Захватить власть в Коллегии Девяти магов Европы? Легко. Да что там Европа. Можно власть всего мира к рукам прибрать».

Никто не выстоит перед такой мощью. Даже двойные магические браслеты директора и магистра Виторио-Айгуша выглядят жалкими копиями ее нынешней силы.

«Вылечить маму? Легко».

Надо только правильно направить силу, и лекарства от многих болезней будут найдены. Магия опьяняла, рисовала яркими красками все то, что можно создать. Столько спасенных жизней. Сколько счастливых магов и людей.

«Воскресить друга?»

В гнетущей тишине Рид смахнула набежавшие слезы. Даже такая сила не могла сделать это. Даже то, что она стала сильнее любого магистра и безопасника в школе, не вернет Луку.

— И зачем мне это? Что делать с такой силой, если не можешь ничего?

«Действовать», — вспомнились слова Свена.

Рид расправила плечи и поблагодарила судьбу, что сегодня она надела кофту с длинным рукавом. Никто не должен знать, что у нее два браслета. Это не двойной, это два браслета. Значит, и магию творить можно двойную: магию защиты и нападения одновременно или же двойную атаку. Девушка никогда не слышала, чтобы у магов было два полноценных собственных магических браслета.

«Не исключено, что и остальные про это ничего не слышали. А раз так, то этим надо воспользоваться», — подумала Рогова.

Когда Рид появилась с магическим браслетом во внутреннем дворе, атмосфера накалилась до предела. Все смотрели на нее и ждали.

«Что же, не будем их разочаровывать». Девушка быстро наложила основу защитного купола на всех студентов, он мог подняться в любой момент, ограждая их от магии магистров и безопасников.

— Что это за шуточки, Рогова?! — крикнул Николай Константинович.

— Никаких шуточек, — девушка взмахнула рукой и укрепила купол, — вы же сами хотите знать, кто вызвал фантома. Вот я вам и облегчу задачу.

— Ты уверена, что знаешь, кто это сделал? — агент Бри покачала головой, и остальные агенты остались на местах.

— Да. А врать я не умею, так ведь, агент Бабичковкур? — Рид медленно шла мимо студентов.

— Так, — агент Бабичковкур противно улыбнулся, и на пальцах у него забегала ручная молния.

Оказавшись в середине внутреннего двора, Рид остановилась.

— Тот, кто вызвал фантома, знал о нашей не совсем законной вылазке за посылкой от Кайсы. — Защитный купол поднялся и не дал Терезе и ее друзьям удрать. — Нет-нет, купол вас не выпустит. В посылке были очень мощные и дорогие магические батарейки. Настолько мощные, что можно вызвать фантома, а Клику уничтожить одним щелчком.

Тереза попыталась спрятаться за Веронику Кабовски и Марка Иванова.

— Тот, кто вызвал фантома, знал и о заклятии сна, наложенном Терезой. И о списке, что принес мне Лука, тоже знал. Вот только не знал, что список этот он мне не отдал. Лука оставил список себе. — В руках девушки появилась молния. — Он мог предвидеть события, а себе помочь не смог. Так ведь, Тоня?

Вокруг Тони появилось кольцо из молний, которое пока не причиняло девушке никакого вреда.

— Ни фига себе! — хором воскликнули братья Чайкины.

— Она же отличница, — огорошенно прошептала Тереза, — и спала с ним.

— Зачем? Меня интересует только это. — Рид подошла так близко к кольцу, насколько это было возможным, и посмотрела в глаза бывшей приятельнице. — Зачем?

— Меня достали вы все. Рогова то, Рогова се. Кроме вашей семейки нет никого и ничего. Из-за твоей матери я попала в Подозрительные. Все планы на нормальное будущее полетели в пропасть. — Симпатичное лицо Тони исказила злобная гримаса. — Чтобы попасть в эту Клику, мне пришлось унижаться и просить. А как еще вернуть возможность получить образование? — Рид презрительно поморщилась. — А потом ты вдруг стала героиней! — кричала Тоня. — Еще бы, вся такая благородная, ее обижают, а она в драку не лезет, книжки и советы раздает направо-налево. Фу, гадость. Даже Клика ничего не смогла сделать. От тебя будто все отскакивало. Почему Кайсу, а не тебя выгнали из школы? Почему ты не взяла ту бумажку? Ты во всем виновата. Ты, — девушка попыталась вырваться из круга, но тягаться силами с Роговой не могла.

— Мразь! — сказала Рид и начала сдавливать круг из молний.

Агент Бри уже отдала приказ, купол был тотчас разрушен, уже магистры бежали к ним, но было достаточно всего секунды, чтобы виновница смерти Луки понесла наказание.

— Ты не посмеешь. Ты же не хочешь быть такой же, как твоя семейка! — завопила Тоня, но Рид ничего не хотела слышать, она сжимала круг, грозя уничтожить виновницу смерти Луки.

«Рид, она ждет ребенка. От Луки».

Девушка развернулась на голос Егора.

«Я только узнал это от лекарей».

Кольцо молнии исчезло так же внезапно, как и появилось.

Глава 20

Глава 20. Окончание учебы

— Поздравляю, сестренка, — Григорий пожал руку Рид, когда она вышла из кабинета директора. — Теперь они все счастливы, что поймали преступницу.

— Почти… Магистр Виторио-Айгуш немного расстроен, что это не я.

— Ну ничего, главное, у нас теперь есть браслеты. Так что пусть теперь они боятся.

— Да-да. — Рид искала глазами Егора.

— Вечером отправляемся домой, не опаздывай, — не унимался Григорий.

— Я не еду. — Девушка оглядывалась по сторонам, а потому не увидела злобную гримасу собеседника. — Поеду к Егору, он хочет официально представить меня родителям.

— Даже так, но…

— Извини, мне надо идти.

— Конечно. — Григорий был удивлен новостью и сильно ею огорчен. Праздничное настроение улетучилось. Молодой маг поспешил подозвать одного из своих прихвостней. Он даже не помнил его имени, но Рогова такая ситуация нисколько не смущала.

— Найди Чайкиных и быстро, — приказал он.

Рид торопилась встретиться с Егором, но, как назло, ее однокурсники решили извиниться за свое поведение. И причем многие решили, что надо принести личные извинения. Таким образом, девушка никак не могла избавиться от их назойливого общества. Сначала несколько часов в кабинете Николая Константиновича, теперь здесь. Словно по волшебству в коридоре показался Сергей, Рид его окликнула.

— Ну, ты и зажгла, подруга, — Сергей приобнял девушку за плечи, — так круто.

— Спасибо, Нос. Но хватит с меня этого уже, — она кивнула в сторону группы однокурсников. — Ты Егора не видел?

— Видел.

— Где? Когда?

— Ну, тогда, во дворе, когда прибежали посмотреть на светопреставление, которое ты забабахала.

— А потом?

— Потом? Нет, потом не видел. Думал, он с тобой. Да ты не ревнуй, никуда он от тебя не денется.

На том они и распрощались. Рид кое-как увильнула от однокурсников и решила добираться до общежития окольными тропами, чтобы избежать ненужных встреч.

«Кто бы мог подумать? Совсем недавно я так же избегала встреч, но лишь потому, что меня боялись и ненавидели, а теперь — хотят извиниться». Рид перешла маленький дворик между общежитием и учебным корпусом.

За эти несколько часов она провела в компании других студентов больше времени, чем за весь год. Но почему-то от осознания этого легче на душе не становилось, наоборот, одиночество ощущалось острее.

«Раньше были рядом друзья. А теперь Кайса уехала, Свен — сбежал, а Лука… Луки больше нет. Остался только Егор. И это уже хорошо. Вот только куда он запропастился? И кого же так боялся Свен? Неужели Тоню?»

Рид уже подошла к общежитию, как заметила удаляющуюся группу однокурсников с вещами. Те спешили домой, нагруженные сумками и впечатлениями.

«А чего ему ее бояться? Она и колдовать-то толком не умела, магические силы не те. Хотя, чтобы вызвать фантома, наскребла. Как ей это удалось?»

Девушка прислонилась к одной из беседок и задумалась. Получалось, что Тоня где-то взяла магические батарейки для первых вызовов фантома. Потом она уже располагала посылкой от Кайсы.

— Ей определенно кто-то должен был помогать. — Отчего-то появилось ощущение, что она что-то упустила из виду. — В жизни — как в геометрии: чтобы правильно решить задачу, надо использовать все, что тебе известно. Свен боится своего отца, боится подвести семью. Эти чистокровные семьи гордятся своей «чистой» кровью. Не то что полукровки, которым совсем не важно, из магического рода маг или нет.

Тут Рид вспомнила, что не только семейство Олбу относится к чистокровным, до некоторого времени и Роговы были чистокровной семьей. Пока ее мама не вышла замуж за Патрика МакКенси и не родилась она, Рид Рогова — первая полукровка в семье.

Одолеваемая нехорошими предчувствиями девушка принялась мысленно звать Егора, но ничего не получалось. Пришлось немного поколдовать, чтобы усилить восприятие. Хорошо, что агенты безопасности уехали из школы вместе с Тоней. Магистры же были заняты сбором вещей, а потому некому было обратить внимание на капельку использованной не по назначению магии.

После усиления восприятия Рид наконец-то уловила мысли Егора. Они были спутанными и бессвязными, но отдельное слово все же удалось разобрать — «сестренка».

От услышанного волосы на голове приподнялись и по спине побежали мурашки. Только один маг так ее называл. Григорий Рогов. А раз Егор это сказал, то, значит, он с ним.

«Так вот кого боялся Свен. Ведь он видел Тоню у Григория и говорил, что как ей удается успешно работать агентом. Возможно, это он помог ей разжиться магическими батарейками».

Как подтверждение этого рядом с общежитием появились братья Чайкины. Они оглядывались по сторонам, явно кого-то разыскивая. Наконец Матвей заметил ее и толкнул брата.

— Григорий хочет поговорить, — произнес Макс серьезным и решительным голосом, когда приблизился. Магические браслеты у Чайкиных были активированы. Спорить Рид не стала, ей тоже было о чем поговорить с родственником.

Матвей крепко схватил девушку за руку и повел в одну из башен над библиотекой, где нашел свое пристанище Григорий Рогов. Это было удобное место, в библиотеку ходили многие, а потому их частое появление в окрестностях ни у кого не вызывало подозрения. К тому же из башни открывался прекрасный вид на окрестности. Территория школы хорошо просматривалась. Григорий нашел это помещение пустым и заброшенным несколько месяцев назад. Причину, почему башню не использовали, он не знал, да и знать не хотел. Намного интереснее был тот факт, что башня никому не была нужна. Потребовалось несколько часов уборки помещения от грязи и пыли, чтобы можно было спокойно находиться в башне и не чихать. Здесь Рогов и устроил сбор своих приятелей, чтобы восстановить силу семей Подозрительных.

Студентов, готовых идти за ним, оказалось немного. Согласись Рид быть главой заговорщиков, численность сторонников была бы значительно больше. Причину такого исхода Григорий видел в том, что магически Рогова сильнее.

«Значит, нужно это исправить», — повторял он себе.

Рид и братья Чайкины поднялись на самый верхний этаж башни.

— А ты думала, что мы в подземелье сидим? — хохотнул Макс.

Отвечать ему девушка не стала, необходимо было сохранять спокойствие и собранность.

— Сестренка, ты пришла, — Григорий притворно улыбнулся.

— Как видишь. — Перед взором Рид открылась небольшая комната, в центре которой стоял Рогов в одном из самых дорогих костюмов, у его ног лежал связанный Егор. Девушке потребовалось все самообладание, чтобы оставаться на месте и не подбежать к пленнику.

— Заходим, заходим, — Матвей слегка подтолкнул Рид и прикрыл дверь.

— Это что еще за шуточки?

— Какие шуточки, сестренка? Это ты с друзьями в игрушки все играете, а у нас все иначе, — начал Григорий. — Думал все решить дома, по-семейному, но ты сама все решила усложнить. Так что обмен здесь проведем. Неудобно, согласен и понимаю, но что делать?

Лишь только Рид попыталась применить магию, как почувствовала подавитель. Это устройство могло на время подавлять любую магию, даже самую мощную. Чтобы обезвредить подавитель, нужно знать боевую магию, в этой области Григорий мог сто очков вперед дать.

«Даже Кайсе было бы нелегко это сделать», — подумала Рид и стала мысленно искать другие варианты действий.

— Ты отдаешь свой браслет, получаешь женишка. Вот и вся история, — Григорий явно наслаждался моментом, — и не думай хитрить.

По его кивку Макс подошел к Егору и несколько раз ударил по лицу.

— Прекрати! — крикнула Рид, кулаки сжались сами собой.

— Браслет.

— Нет.

— Макс может этим заниматься бесконечно. Тем более теперь, когда стало известно, что их отец погиб во время Заговора. Что? Ты тоже не знала? Дружок не рассказал?

Рид с сожалением посмотрела на Макса и Матвея:

— Соболезную.

— Ага. — Макс еще раз ударил Егора. — Все это долбаные безопасники. Зря ты с ним связалась.

— Согласен, — кивнул Григорий. — Браслет, сестренка, — Рогов протянул руку.

«Не надо, Рид», — слабый голос раздался в голове девушки.

— Сначала объясни, ты помог Тоне натравить фантома?

— Немного. Поверь, я не хотел смерти Луки. Я надеялся, что Клика будет серьезным испытанием для твоих нервов. Но Тереза, как всегда, запорола все лучшее. Хорошо, хоть Тоня не подвела.

— Но как ты ее заставил? — Рид тянула время в надежде придумать что-нибудь дельное для спасения Егора.

— Заставил? Она вроде осталась довольна. Может, ей, конечно, одной ночи и мало было, да мне больше не хотелось. Беременные, знаешь ли, не в моем вкусе, — молодой маг поправил галстук.

— Ты с ней ночь провел?

— Ну да. — Григорий заметил удивление на лице девушки и добавил: — Не переживай, ребенок Лукиани. Я в таком деле следов не оставляю.

«Егор. Егор. Ты как?»

«Выруби подавитель».

Несмотря на полученные удары, Егор постепенно приходил в себя.

— В общем, Тоня была рада помочь направить Клику против тебя. Потом она немного заигралась и получилось так, как получилось. Ну да ладно. Я не собираюсь становиться единственным наследником Роговых. Мне нужен только браслет.

— Если я его отдам, ты нас отпустишь? — Рид отметила про себя, что Матвей расположился справа от двери и поглядывал в окно, Макс же не спускал кровожадных глаз с Егора.

— Когда отдашь, то да.

— Не надо, — прохрипел очнувшийся Егор и тут же получил удар по ребрам от Макса.

— Ты сама знаешь, что только добровольная передача браслета гарантирует полную передачу сил, — Григорий усмехнулся, — сестренка, действуй. Я жду.

Рид закатила правый рукав кофты и произнесла:

— Я, Риджина Рогова, передаю браслет на правой руке Григорию Рогову по доброй воле.

Через мгновение браслет превратился в облако и перенесся к Григорию, где обволок его руку и снова превратился в браслет.

— Удалось? — от удивления Макс захлопал глазами. — Так просто.

— Работает? — спросил второй Чайкин.

— Отключи подавитель! — рявкнул Григорий, не отрывая взгляда от браслета. — Ничего себе, — произнес юноша, как только Макс отключил устройство. — И за что тебе такой такое богатство?

— Какой такой? — Рид почувствовала магию, идущую от второго браслета, и тихонько начала лечить Егора, используя браслет на левой руке.

— Ты — полукровка. Позор семьи. И что за имя-то такое, Риджина? — Григорий расправил плечи и смотрел на всех с превосходством.

— Папе нравился один старый сериал, так там героиню так звали.

— Что за глупость?

— О, я его видел, — обрадовался Матвей, — там она была плохой, а потом стала доброй и хорошей.

— Точно! — Внезапно Рид ударила молниями в братьев Чайкиных. Удар был такой силы, что оба юноши упали навзничь и потеряли сознание. Атака по Григорию не удалась, тот закрылся щитом.

— Но как? Откуда у тебя еще один браслет?

— Сам говорил, что мой потенциал огромен. — Рид бросилась к Егору, но кузен опередил. Григорий схватил мага за горло и спрятался под куполом.

— Браслет. Отдай мне его, — глаза Григория наполнились яростью. В Рид полетели огненные шары. Девушка отскочила в сторону, часть штукатурки упала совсем рядом. Один из огненных шаров попал в старые занавески, и вспыхнуло пламя.

— Развейся! — крикнул Рогов и ослабил захват. Вместо легкого ветерка в комнате появился смерч. — Вот это сила.

Комнатный смерч перемещался по велению его руки, громя все на своем пути.

«Егор, жди. Жди, сколько сможешь. Потом бей».

«Но…»

Что хотел сказать юноша, Рид уже не слышала, завывания смерча и разлетающиеся по комнате вещи мешали сосредоточиться. Потребовалось много сил, чтобы в комнате воцарилась тишина.

— Что же будет, когда твой второй браслет будет у меня? Ни у кого нет трех браслетов, а у меня будет. — Григорий был вынужден отпустить пленника, укрываясь за щитом от молний Рид. — Я буду самым сильным магом. Ужасная Анна будет забыта, а меня будут знать все. Знать и бояться.

Григорий с помощью магии переместил шкаф почти в центр комнаты, закрываясь от атак Рид.

— Не знаю, что ты там читала, но, видимо, ты плохо знаешь историю Древней Греции, сестренка, — выкрикнул он из-за баррикад. — Что объединяет Ариадну и Медею?

— Они обе дочери вождей. — Пока Григорий болтал, Рид пыталась затушить пожар, пока тот не разгорелся.

— Не то. Они пошли против семьи, помогая героям, и поплатились за это. И Тесей, и Ясон бросили их, когда получили все, что хотели. Так и ты помогаешь своему женишку, но как только надоешь ему, то…

Рид запустила серию молний и разнесла шкаф в щепки.

— Вот это мощь! Моя мощь! — кричал Григорий, и из его рук уже готовы были сорваться огненные шары.

То, что у Рогова от избытка магии начали происходить изменения в сознании, потеря концентрации и адекватного восприятия реальности происходящего, Рид уже поняла. Он уже не отдавал отчет своим действиям и готов был сжечь всю башню, лишь бы завладеть еще одним магическим браслетом. Девушка только недавно проходила экзамен и чувствовала почти те же самые эмоции от наличия магии. Она надеялась, что кузен не сможет контролировать столько магии и отвлечется от Егора, который уже развязал веревки, но все еще находился в опасной близости от обезумевшего Григория.

— Еще, еще, — требовал Рогов.

Егор попытался отползти от него, но его попытка была замечена.

— Что? Бежать?

— Тебе нужна магия? Получи операцию «Прометей» в действии.

И тут Рид начала вливать в него всю свою магию. Магия уходила из нее. Причем не просто заканчивались силы, которые со временем могли бы восстановиться. Магия уходила совсем. Она вырывалась из мышц, костей, из самой сущности. Теперь Рид становилось понятно, что чувствовали те, кто лишался браслетов по вине ее матери.

«Почти предел. Бей. Один раз, но сильно», — из последних сил мысленно произнесла она, обращаясь к Егору.

Магия покидала ее. В глазах темнело. Невозможно было разобрать слов Григория. Последнее, что увидела Рид, это был рассыпающийся в пыль ее браслет на левой руке.

Когда она падала на пол без чувств, Егор нанес сокрушительный магический удар по Григорию. Тот даже не пытался защититься щитом. Новая магия была все еще чужда, и ее было очень много, намного больше, чем можно было контролировать. Единственное, что сумел сделать Григорий, это направить магию на браслет Рид с правой руки. Браслет нагрелся и обжег Рогова до костей, затем рассыпался, а за ним и собственный браслет Григория уничтожился. Магия покинула и его тоже. Рогов упал на колени и смотрел на разрушения в комнате безумными глазами.

Егор, пошатываясь, направился к лежащей на полу Рид. В этот самый момент в башню прибежали магистры во главе с директором школы.

Глава 21

Глава 21. Дневник. Новая жизнь

Я просыпаюсь в новой постели, в новой комнате, в новом доме. Вся мебель здесь прошлого века и многое повидала. Я поступила на учебу в университет в Эдинбурге в Шотландии, несмотря на протесты прабабушки Зои, которая настаивала на переезде в Париж. Раз у меня начинается новая жизнь, то пусть она будет новой во всем.

Я переехала в Шотландию к дедушке Уильяму и бабушке Розе МакКенси только вчера. Кроме них никого здесь не знаю. И никто не знает меня, про магию, про браслеты, про фантомов и про месяцы, проведенные мною в лечебнице Лукреции.

Сначала я восстанавливалась физически. Оказалось, что действительно много сил отдала тогда, чуть было не истощила себя до предела, с которого не возвращаются. Потом начались всевозможные проверки, допросы и прочее. Остатки одного моего браслета нашли, а вот второй исчез, поэтому никто, кроме нас троих: меня, Григория и Егора, не знает, что он вообще был. Братья Чайкины провалялись без сознания, пока не пришли магистры.

«Все же неплохо я их тогда магией ударила».

Макса и Матвея уже осудили и приговорили к заключению и временному лишению браслетов.

Егор тоже лежал в лечебнице Лукреции. И пару раз мы с ним даже виделись. Пообщаться без посторонних, правда, не получилось, так как наша мысленная связь ушла вслед за моей магией. Егора лечили от магического яда, которым отравил его Григорий и который мешал использовать магию. Я немного тогда вычистила яд, но это дало кратковременный эффект, и ему требовалась помощь лекарей. Так как яд был не очень сильным, то выписали Егора довольно быстро.

Кстати, яд изготовила Тоня. Она получила весьма приличный срок заключения. Я надеялась, что пожизненный, но нет. До рождения ребенка у нее вообще будут чуть ли не идеальные условия. Только браслет забрали и приставили охрану, а так она проживает в отдельном домике. Что будет с ней потом, я не знаю. И, скорее всего, не узнаю, хотя, может быть, прабабушка Зоя все же расскажет.

Но это вряд ли. После всего произошедшего она сильно поругалась с сыном и внуком. Кроме того, при каждом удобном случае повторяет, что от магии ничего хорошего ждать нельзя. Дядя Олег пытался что-то объяснить, но, после того как тетя Элиза попыталась переложить всю вину на меня и на Тоню, прабабушка им заявила, что ноги ее больше не будет у них в поместье. Ее сын, дедушка Сергей, как обычно, был в стороне. Бабушка Агата составила ему в этом компанию.

Дедушка Сергей заходил в лечебницу Лукреции проведать меня, но особого разговора не получилось. Рассуждения о том, что теперь семья Роговых лишилась магических наследников, мне надоели. К тому же я теперь не Рогова, а МакКенси. Решила, если живу в мире людей, то и имя должно быть такое же. После этого дедушка и бабушка пообещали вычеркнуть меня из завещания. Дядя Олег, наверное, этому только обрадовался.

«Хотя к чему ему теперь это все? Может быть, он думает, что сможет вылечить Григория?»

Я видела кузена всего лишь один раз, когда покидала лечебницу. Агент Службы магической безопасности Бри устроила тогда что-то вроде проверки на мои магические силы. Все лекари, магистры и другие специалисты в один голос утверждали, что магии у моей сущности нет. Совсем нет. И теперь я даже не немаг, а человек. И быть может, именно то, что я полукровка, и спасло мне жизнь. По словам одного лекаря, если бы я была чистокровкой, то в лучшем случае была бы как Григорий.

Кузен был плох. Не знаю, в каком мире пребывала его сущность, но тело жило своей жизнью. Жизнью растения. Злиться или радоваться такому его состоянию мне совершенно не хотелось. Вот покинуть палату Григория — это да. Пробыли мы там недолго.

«Да и чего, собственно, там было делать?»

К родственнику я испытывала весьма противоречивые чувства. Не исключено, что дядя и тетя поддерживали Григория. И если бы я все же поехала домой, то, скорее всего, они заполучили бы оба моих браслета. А последующее мое состояние объяснили бы депрессией после гибели Луки. И многие им бы поверили.

Затем агент Бри повела меня к маме. Это оказалось самым сложным для меня испытанием. И все потому, что я хоть немного, но понимала ее действия. Она и Лукиани долгое время изучали вопросы передачи сил без изъятия браслета. Так можно было стать сильным магом, не привязываясь к магическому потенциалу по рождению. Скорее всего, этим вопросом занимался еще кто-то. Если верить сну, то кто-то из Коллегии Девяти магов интересовался этой темой много лет назад. Не удивлюсь, что мама и этот кто-то были конкурентами и у них была борьба. И в ходе этой борьбы она и напала на Коллегию. Я ее нисколько не оправдываю. Только немного понимаю.

Мы долго стояли у кровати мамы. Она спала, я молчала и смотрела на нее, чего ждала агент Бри, было неизвестно.

— Ты могла бы сказать, что получила браслет, — решила вывести меня на разговор агент Бри.

— Зачем? Браслета нет. Магии нет. К чему расстраивать?

Мы уже собирались уходить, как вдруг мама прошептала:

— Прометей, твой Прометей.

Если бы не мое состояние апатии и пустоты после ухода магии, я бы, наверное, выдала себя. Но этого не случилось.

— Вы же говорили…

— Да. — Краем глаза я заметила, как внимательно смотрит агент Бри. — Она иногда говорит нечто подобное. Иногда даже на итальянском.

— Да? Это потому, что мы долгое время жили в Италии. И гостили часто у Лукиани. — При мысли, что прошлое (теперь особенно) казалось таким добрым и невозвратным, на душе стало тоскливо.

Возвращаясь в палату за вещами, мы натолкнулись на Терезу. Вот уж кого здесь не ожидала увидеть.

— Кто же это? Всесильная Рогова? — торжествовала Тереза. — Нет, вы же теперь с Григорием «пустышки». Каждый получил по заслугам. — Присутствие агента ее нисколько не смущало. — Даже я теперь могу тебе наколдовать, и ничего за это не будет.

Бац. И Тереза отлетела на пару метров, из ее носа сочилась кровь. Удар правой рукой у меня был отработан. Не зря же мы с Лукой полукровки. В мире людей надо уметь за себя постоять.

— Отличный удар, — похвалила агент Бри. — А ты иди к лекарям, — гаркнула она на хныкающую блондинку, которая даже магию забыла применить. — Каждому магу в лицо не дашь. Устанешь, да и они ответить могут, — уже с нотками жалости заметила женщина-маг после ухода Терезы.

И тогда я поняла, что двери магического мира закрываются передо мной. Тайные исследования стоили жизни многим магам. Если кто-то узнает, что мне известен секрет Прометея не только в теории, но и на практике, то добраться до моих знаний не составит большого труда. Нанимать армию магов-защитников тоже не вариант. Про то, что я могу заговор устроить и власть сменить, никто не забыл. Не просто так агент Бри со мной везде ходит.

Не хочу, как Григорий и другие «пустышки», сожалеть о том, какими силами обладала, и каждое мгновение чувствовать магическое бессилие. В нашем мире даже свет без магии не зажигается. Совсем иначе в мире людей. Там правит наука, технический прогресс, деньги и информация. И кое-что из этого у меня есть.

Ко всему прочему, мало кто в мире магии будет нормально общаться со мной. А вот таких магов, как Тереза, предостаточно. И безопасник права, я не смогу справиться со всеми ними без магии.

Роговы-старшие сказали, что я просто убегаю от проблем. Мол, надо показать всем свою силу. При этом сами они вскоре куда-то уехали. Оставаться с дядей Олегом и тетей Элизой мне не хотелось. После выхода из лечебницы я приняла приглашение прабабушки Зои и уехала в Париж на несколько дней.

Вскоре туда приехал и Егор. Дом у прабабушки большой, а потому мы не мешали ей. Нам с Егором не только поговорить было надо. Мы теперь оба совершеннолетние.

— Жаль, что мы с тобой не можем, как раньше, мысленно разговаривать.

— Ну да, — я плотнее закуталась в простыню.

— Хотя я даже рад, что больше не слышу, как ты злишься.

— Извини. В том, что произошло с Лукой, есть и моя вина.

— Нет, он сделал выбор. Знал он об опасности или нет, но выбор сделал он, а не ты. — От его объятий стало жарко.

На ужин мы спустились немного позже, чем обычно. Прабабушка была немного недовольна нашим опозданием, но вслух ничего не сказала. Она была из тех магов, которые очень чтят традицию всей семьей собираться вечером за одним столом. Нам с мамой тоже это нравилось, но сейчас, когда Егор рядом, я хотела провести с ним как можно больше времени.

— Как твое поступление в академию, Егор? — прабабушка решила познакомиться с моим парнем поближе.

— Меня взяли. Все хорошо. — Егор понимал, как мне неприятно слышать о магическом мире, и попытался закрыть тему.

— Твои родители, должно быть, гордятся тобой? Еще бы, еще один боевой маг в семье, — не унималась хозяйка дома.

— На самом деле мы с ними немного повздорили. Я решил стать магистром.

— Вот как! — прабабушка мастерски сделали вид, что ни капли не удивлена. Мне такое еще не под силу.

— Ничего себе поворот. Хочешь быть магистром Березкиным? Неплохо звучит, — улыбнулась я.

— Спасибо. — Егор отложил приборы. — Думаю, если бы магистры вели себя несколько иначе, то многих проблем и трагедий в школе можно было бы избежать.

— Имеешь в виду магистра Виторио-Айгуша?

— Да. Если бы он не создал Клику, пусть и из лучших побуждений, как он говорит, то все было бы по-другому.

— Интересная мысль. Вам будет трудно, — заметила прабабушка Зоя, — но с магией всегда так. Хорошо, что теперь Рид будет далека от всего этого.

Егор был уже в курсе того, что я переезжаю в мир людей. Секрет о двух моих браслетах нужно было сохранить. Хотя бы до тех пор, пока не выясним, как такое вообще получилось. Я написала письмо для главы дома Лукиани и отдала его Егору. Когда придет время, он сможет получить в Италии помощь и информацию. Думаю, что безопасники не добрались до всех секретов Паоло Лукиани.

— Магия несет в себе проблемы. Именно поэтому я и живу в мире людей, предпочитая не появляться в магическом мире, — продолжала прабабушка. — Думаете, отчего мой сын с Агатой дома не сидят? Они частенько в мир людей наведываются. Зачем? Не знаю.

После отъезда Егора, с которым мы решили сохранить наши отношения, у меня состоялся еще один разговор с прабабушкой, в результате которого я уже начала сомневаться в правильности принятого решения и в родственнице.

— Вы теперь не просто в разных городах будете жить, а в разных мирах. Тяжело будет. И чем дольше будет длиться такой роман, тем хуже для вас. Невозможность жить так, как хочется, начнет разъедать вас. Ссоры, недосказанность, сомнения и злость друг на друга станут постоянным спутником ваших отношений. И еще ревность. О, это такое чувство… — Потом много чего еще она поведала и обрисовала нерадужные перспективы романа на расстоянии.

Всю ночь я думала об этом, тревожные мысли не давали покоя и мешали заснуть.

«На какую жизнь обрекаем мы себя? Ждать редких встреч? Жить этими ожиданиями?»

О переезде в мир людей Егор даже не заикнулся, хотя он сам полукровка и легко мог бы приспособиться жить здесь. Возвращаться обратно не входило в мои планы.

С другой стороны, мы любим и доверяем друг другу.

«И кто сказал, что ситуация не изменится? Почему у нас должно быть именно так, как наговорила прабабушка? Мы можем все изменить, в наших силах сделать отношения крепкими».

Я решила оставить все как есть. Прабабушка Зоя была этим недовольна, но ничего поделать не могла.

— Почему ты так не любишь магию?

— Магия забрала твоего прадедушку. Магия и какие-то маги. И хоть это было давно, я помню об этом, будто это случилось вчера. И ведь никто ничего не нашел. Даже наше знакомство с Альгети не помогло найти того, кто создал магический портал и уничтожил мужа… — Прабабушка ушла к себе, и больше мы об этом не говорили. Фамилия мага показалась мне знакомой.

Все эти воспоминания промчались в одно мгновение. Пора было вставать и идти завтракать. Тем более что из кухни шел необыкновенный аромат какао и блинчиков. Бабушка Роза готовила восхитительно. В этом я смогла убедиться вчера за ужином. И главное, она готовила без всякой магии.

«Быть может, и у меня так получится?»

Спускаясь со второго этажа, мне вспомнились слова мамы:

— Прометей, твой Прометей, — И я не заметила, как произнесла это вслух.

— Чего это ты вдруг, Риджина, говоришь сама с собой? — дедушка Уильям выглянул из-за газеты.

— Ты о чем?

— Так твоя мама говорила Патрику, — пояснила бабушка Роза. — Он часто говорил, что она его Прометей.

— Все это шуточки влюбленных, — хмыкнул дедушка.

От услышанных слов я чуть с лестницы не скатилась, так как в голове промелькнула догадка. До этого момента я не думала, что она сама была Прометеем.

«И она передавала силы? Кому? Тому, кого любила и кому доверяла. Папе. Если папа получил магические силы, а, похоже, это было давно, то он должен был стать неплохим магом. Интересно, это было до моего зачатия или после? Если до, то появление второго браслета можно было этим объяснить».

— А что папа? — с трудом спросила я.

— Что-что? Путешествует где-то по миру. И вообще, после того случая в Гималаях он сюда больше не приезжал. Мы только по компьютеру с ним общаемся.

Я тоже с ним несколько лет общалась только по компьютеру.

«Гималаи. Прометей. Альгети. Не много ли загадок мир магии приготовил тому, кто начинает жить без магии в мире людей?»

Становилось понятно, почему агент Службы магической безопасности Бабичковкур так интересовался местонахождением папы.

«Если папа и правда владеет магией, то это значит, что наши миры уже пересеклись настолько сильно, что уже не смогут жить по отдельности. Сколько людей хотели бы получить хоть крупицу магии? Как много мама от меня скрыла».

— А что было в Гималаях? — спросила я вслух.

— Ты лучше Зою спроси, это ведь она ту поездку организовала. Да и вообще, если бы не она, то роман твоих родителей мог бы закончиться еще до твоего рождения… — Дедушка отложил газету и принялся разливать ароматный чай.

— Хватит об этом. — Бабушка Роза принесла блинчики. — Риджине скоро в университет ехать. У нее новая жизнь начинается.

«Новая-то новая, но вот вопросы из прошлого напоминают о себе».

Серьезный разговор с прабабушкой Зоей я решила отложить до ее приезда. Так как она решила побывать в Шотландии и посмотреть, как я устроилась, то уйти от разговора ей не удастся.

«Ответы на все вопросы я найду. Нужно только подождать. Понравится ли мне то, что я узнаю? Понятия не имею. Все это потом. Сейчас какао, блинчики и университет. Магия подождет».