Рецепт счастливого развода

Глава 1

Я стояла с тарелкой в руках. С белой нарядной фарфоровой тарелкой из любимого сервиза. Стояла и думала: расколотить мне её об пол, покрытый мраморной плиткой, о голову своего родного мужа или же всё-таки поставить её на стол, как собиралась.

В это время я всегда накрывала к ужину, который неизменно готовила сама.

Сейчас на столе дымились голубцы в томате, к ним в соуснике сметана с укропом и чесноком. На большую тарелку я собиралась выложить домашний сыр, маслины и зелень. Семён не любил еды на заказ, а также фастфуд и полуфабрикаты.

Мне было не в тягость готовить. К тому же это, как мне казалось, было нормальным разделением обязанностей: муж работал и обеспечивал, я сидела дома.

Покончив с домашними делами, домохозяйки обычно посвящали время чему-то приятному. Сериалы там или хобби. Кто-то, наверное, делал с детьми уроки или поделки в сад.

Я же всегда помогала Сёме в работе.

Мы закончили с ним один институт и оба собирались стать адвокатами. Сразу после учебы поженились, пригласив на свадьбу обе наши группы. Гуляли по-студенчески: без застолья, на природе, но очень весело. Все желали нам счастья, а вместо традиционного “детишек побольше” - крутого карьерного роста.

После свадьбы муж поделился со мной своими соображениями.

- Лиль, боюсь, сразу мы не потянем.

- Что именно? - не поняла я.

- Ну, смотри. Нам с тобой нужно отработать по специальности два года. Вчерашним студентам платить будут копейки…

- Разве две копейки не лучше, чем одна?

- Нет, слушай. Мужикам платят, чего уж там, побольше, поэтому в контору пойду работать я. И буду таскать тебе свои “шабашки” мимо кассы: составлять исковые заявления, договоры, досудебки и прочее. Ну? Это ж выгодней, чем за зарплату. Кроме того, ты будешь помогать мне, и я буду на работе сверхчеловеком, который сможет выполнять двойной объем работы. Меня заметят, и, зуб даю: через год я уже буду помощником адвоката в “Юриаде”.

“Юриад” была наикрутейшей адвокатской конторой в Москве. Попасть туда мечтали все выпускники юридических факультетов.

- Ну ты и замахнулся, - покачала я головой. - Впрочем, звучит, надо признать, убедительно. А через два года и я смогу выйти на работу. Может, ты даже поможешь мне устроиться в “Юриад”.

- Вот видишь! - он подхватил меня на руки и покружил. Затем поцеловал и опустил на пол. - Значит, договорились?

- Что ж, я согласна быть богатой, я согласна быть счастливой! - пропела я.

Муж не обманул. Он много и упорно работал, а с моей помощью он составлял вдвое больше договоров, проверял вдвое больше материалов дел и его, конечно, отмечали особо, хвалили. Часто я сидела ночами над его бумагами. Ну, в общем, всё шло по плану.

Получив приглашение на работу в “Юриад”, Семён пригласил меня в шикарный ресторан - отметить грандиозное событие.

Мы были счастливы, что мы - команда. Такие умные, трудолюбивые и крутые! И умеем добиваться поставленных целей.

С того момента прошло девять лет. И теперь я стояла на нашей уютной кухне с тарелкой в руках. Поколебавшись, я всё-таки поставила её на стол аккуратно. Наш брак в моём сознании только что разлетелся на тысячу осколков. Но при чем здесь тарелка, правда?

Конечно же, я сейчас не думала об этих годах, посвященных домашнему быту и Сёминой работе.

Всё моё внимание поглотило сообщение, которое всплыло на экране телефона моего мужа. Он сидел ко мне спиной и не видел, что я в этот момент от буфета повернулась к нему. Поэтому спокойно держал телефон в руках и читал следующее: “Я до сих пор под впечатлением! Согласна, нужно отметить обязательно. Набери меня вечером, если сможешь.”. И далее с десяток отвратительно-ядовитых малиновых сердечек-смайликов.

Если бы не эти сердечки, я бы и внимания не обратила на какой-то там текст. Но они прямо-таки заплясали передо мной, как искры, которые сыплются из глаз, когда человек получает по голове.

Я постояла несколько секунд, собираясь с мыслями. Потом продолжила машинально накрывать на стол. Наверное, от неожиданности и шока, мной овладел эмоциональный ступор.

Мы сели за стол. Семён с удовольствием уплетал голубцы, читая новости на планшете. Для него крах нашей с ним жизни прошел незамеченным. Телефон его лежал теперь между нами, и я не могла отвести от него глаз. А может, там не то, что мне показалось? Спросить было никак невозможно. Я и так и эдак подбирала слова, но всё казалось глупым. Сёма найдёт, что мне ответить. Он хороший адвокат и сумеет защититься в таком простом деле.

- У вас же сегодня было последнее слушание? Решение вынесли? - выдавила я из себя вопрос, который мог хоть в какой-то степени осветить ситуацию.

- Что? А, да. Мы выиграли.

- А почему ты ничего не рассказываешь? Мне ведь тоже интересно. Как-никак три месяца каждый документ вылизывала, и твои выступления…

Я делала вид, что ем, но не смогла бы проглотить ни кусочка от обиды, всё сильнее сжимающей моё горло.

- Да я разве не сказал, когда пришёл? Полный успех, детка, я был великолепен, у них не было ни единого шанса. Спасибо, было вкусно. Я пойду освежусь.

Раньше Семён рассказывал мне о своих победах в лицах и красках. Впрочем, когда это было в последний раз? Полгода назад, год?

Муж ушел в спальню, оттуда в душ.

Я прикрыла дверь на кухню и набрала по видеосвязи лучшую подругу, Галку Кругликову.

Мы дружили с ней со школы. Во время студенчества пути наши на какое-то время разошлись. Потом, к счастью, она отыскала меня в соцсетях, и мы снова сошлись, болтая по телефону почти каждый день. Встречаться получалось нечасто, но хотя бы раз в пару месяцев мы устраивали с Галкой девичник на двоих. Обычно днём в какой-нибудь кафешке или у нас дома, когда Сёма был на работе.

- Привет, Шафранова! Рассказывай, что за явление в неурочный час? Случилось что? - подруга с аппетитом хрумкала яблоком, поэтому говорила чуть невнятно. На голове у неё красовался красный тюрбан из полотенца, а под глазами зелёные патчи. На плечах расположился её толстый серый кот Матвей, похожий сейчас на меховой воротник. Воротник недовольно дёргал хвостом оттого, что кто-то нарушил их с хозяйкой идиллию.

Я молчала, не зная, с чего начать. Губы дрожали. Тогда Галка встревожилась.

- Ну ты чего, в самом деле? Говори быстро! С Сёменом что?

Я успела только лишь кивнуть, как в кухню вошёл муж. Тоже в полотенце, как и Галя, только ниже пояса. Аполлон.

- Кись, мне нужно уйти. Деловая встреча, Горыныч попросил. Привет, Галчонок! - он махнул Галке рукой и вышел не торопясь.

«Отмечать пошёл с этой», - мелькнуло у меня в голове и лицо моё скривилось невольно, я готова была разрыдаться.

Галка сняла с себя Матвея и приблизилась к камере телефона почти вплотную, отчего черты её исказились, как при эффекте “рыбий глаз”, зашептала:

- Если ты сейчас же не скажешь, что случилось, я приеду немедленно и вытрясу это из тебя! Сёмка что-то натворил?

Что я могла сказать, когда сама ни в чём не была уверена?

- Галя, я перезвоню, - прошептала я и отключилась. Мне нужно было убедиться.

Семён насвистывал довольно в гардеробной. Телефон валялся на кровати, и я схватила его. Руки дрожали. Если муж застанет меня сейчас за этим досмотром, какой позор!

Пальцы не слушались, когда набирали пароль, путались в мессенджерах. Вот оно.

Я листала переписку с его относительно новой помощницей Алисой. Она работала с мужем всего несколько месяцев, и мы ещё не были знакомы лично. Выхватывая глазами сообщения, каждое из которых впивалось мне в сердце, я просто не могла поверить в реальность происходящего:

“Детка, не хочу ждать до завтра… предлагаю прямо сейчас!”

“Ишь ты, какой горячий! Я только за)) Где встретимся и что мне надеть?”

“Главное, не надевай слишком много!”

“Ооо, мой босс предлагает перевести наши отношения в другую форму?”

“Я бы сказал, в другую плоскость - в горизонтальную.”.

“Ахах, а кроме горизонтальной других не будет? Какая скука, ахах))”

“Ну, держись! Приеду через час.”.

Меня затошнило так, что подкатило к горлу, и я испугалась, что меня вырвет прямо на супружескую постель.

Вышла из приложения и бросила телефон обратно. Метнулась в ванную комнату, потому что мне вдруг отчаянно захотелось вымыть руки, как будто они были измазаны в чем-то липком и зловонном. Там я скребла их, намыливала, тёрла и держала под струёй горячей воды, не замечая, как та обжигает меня.

Послышался голос Семёна. Кажется, он сказал мне через дверь, что уходит. Я не отвечала.

Когда через некоторое время я очнулась, Семёна уже в квартире не было. Стоял лишь запах его парфюма “Эгоист” от Шанель.

Мой телефон трезвонил, не замолкая. Наверняка, Галка.

Увидев лицо подруги, такое взволнованное и родное, я всё-таки не выдержала и разревелась.

Всхлипывая, я рассказывала, что случилось. Говорила долго, выплёскивая обиду. Ещё и руки болели адски, от этого даже чуточку легче становилось.

- Понимаешь, Галь, дело ведь не только в том, что он меня как женщину предал. Мы же были во всём вместе, я же каждое его дело знаю лучше, чем он. Я ведь…

- Ты просто его рабыней стала, - обрубила мой поток Галка. - Как там говорится… юридическим негром! Ну ещё и кухаркой по совместительству.

- Галя… - мне очень хотелось возразить подруге.

Раньше я могла сказать, что мы с Сёмой команда, мы любим друг друга и всё, что мы делаем - это такой прочный семейный сплав. Теперь же, когда мой муж отмечал свою очередную победу с другой женщиной, собираясь к тому же перейти все грани дозволенного для семейного человека…Ответить подруге мне было нечего.

- Что делать собираешься? - тихо спросила Галя.

- Не знаю, Галь. Что мне делать? - я уставилась на экран опухшими глазами. Почувствовала, как меня потянуло в сон.

- Э, нет. Это давай сама думай. Никаких советов. Захочешь уйти - дуй ко мне, поместимся. Можешь поговорить с ним, воззвать к совести, так сказать. Раньше ведь не было за ним такого.

- А ты бы что сделала?

Галка пожала плечами, сделав губами скобочку уголками вниз.

- Если бы мой Борюсик такое устроил… наверное, послала бы к черту. Потом, может, и простила бы. Фиг его знает.

Я поняла, что мне хочется лечь спать прямо сейчас. Ещё и руки нужно было намазать чем-нибудь.

- Утром решу. Сейчас лягу и вырублюсь. Из меня как будто насосом все силы высосали.

- Может, приедешь? Или я к тебе. Выпьем, поговорим. Легче станет.

Я качнула головой.

- Завтра созвонимся. Целую.

- И я тебя, Лилушонок. Держись там.

Проснувшись, я взглянула на часы. Было четыре утра. Сёма ещё не вернулся.

Спать больше не хотелось. Видеть мужа и говорить с ним, тоже. Поэтому я сварила кофе покрепче и пошла собирать свои вещи. Куда с ними отправлюсь потом, я ещё не знала.

Конечно, на первое время можно к Галке. Но подруга жила в однушке и только-только наладила личную жизнь. Её Борюсик, маленький, кругленький добродушный очкарик уже почти переехал к ней, над чем Галке пришлось немало потрудиться. И мешать подруге рушить последние бастионы старого холостяка мне очень не хотелось.

Отложив пока что свитера и джинсы, которые я укладывала в большой дорожный чемодан, открыла ноутбук на кухне и принялась просматривать объявления о сдаче квартир. Светало.

Клацнул дверной замок. Я напряглись, по коже между лопаток побежали колючие мурашки. Что сейчас будет? Сёма увидит, что я не сплю, мои вещи в чемодане…

Вскоре я услышала, как муж захрапел, ничего так и не заметив. Тогда я вернулась к просмотру объявлений, а с восьми часов принялась обзванивать подходящие варианты - подальше от нашего района и не в центре.

В глубине души я надеялась, что муж проснется, и я смогу взглянуть ему в глаза. Однако, Семён безмятежно спал: сегодня был выходной.

Договорившись о просмотре нескольких квартир, я вызвала такси и быстро закончила укладывать вещи, косметику и документы.

А уходя из дома, оставила ключи на столе.

Глава 2

Снимать квартиры мне раньше не приходилось. И после осмотра нескольких, я поняла: денег на такси потрачено столько, что на них можно было неделю питаться, а я всё ещё бездомная.

“Хоть бы вещи у Галки оставила, идиотка, можно было бы на метро тогда”, - ругала я себя. Но по-честному, это было бы проявлением инфантилизма и слабости. Сваливаться кому-то на голову, взваливать свои проблемы и усложнять жизнь… Нет, нужно самой.

Приехав по очередному адресу в Бибирево, я вытащила чемоданы и сумки из машины, твёрдо решив, что останусь здесь, что бы меня ни ждало при осмотре.

Обычная старенькая высотка, подъезд с закутком консьержки. Пахло кошками.

Нажав на кнопку нужного этажа, я прислонилась к стенке лифта. Сейчас бы ехать в нём и ехать. И ничего не решать. Во мне говорила жалость к себе и усталость.

Я позвонила в квартиру, которую мне назвал по телефону бойкий девичий голос и постаралась придать лицу приятное, приветливое выражение.

Дверь открыла молодая девушка. Симпатичная, черненькая, со смешным подвижным носиком.

- Вы Лилия? Я Настя. Как это вы сразу с вещами? Вам же может не понравиться… вот вы точно не согласитесь! - она окинула оценивающим взглядом меня, дорогое коричневое пальто, сумку от Миу-Миу и солидного вида чемоданы.

Я оглядела прихожую - светлую и просторную. Дальше виднелась комната-студия с кухней. Выглядело прилично. И всего за тридцать тысяч…

- Что вы, мне уже всё нравится! Прекрасная квартира!

Настя вдруг залилась смехом, одновременно надевая тапочки. Мне было непонятно, что её так рассмешило, но я вежливо улыбнулась тоже.

Девушка зачем-то потянула меня за руку в унылый коридор, и прошлёпала до следующей двери.

- В той квартире живу я, а сдаётся вот эта, - пояснила она на ходу и открыла замок, повернув ключ два раза.

Разница была ощутимой. Теперь всё было понятно.

Ремонта здесь не было годов с восьмидесятых. Потёртый линолеум, продавленные кресла и диванчик, на стенах ковры. Новым здесь был только телевизор - он резко контрастировал со всей остальной обстановкой. Наверное, подарили стареньким хозяевам дети-внуки.

Я заглянула в кухню. Ожидаемо. Пожелтевший от времени пластиковый кухонный гарнитур, стол, оклеенный дешевой плёнкой под дерево. Но хотя бы относительно чисто, не липко.

Настя стояла в дверях, вертя ключи в тонких пальчиках. На лице было написано: “Ну, что я говорила?”

- Мне подходит, остаюсь, - я сняла сумку с плеча и поставила на кухонный стол.

Соседка удивлённо округлила глаза, а потом просияла:

- Как здорово! Я боялась, что здесь какие-нибудь гастеры поселятся, или ещё кто похуже. Это меня дочка тёти Кати, Ольга, попросила показывать квартиру. Она тётю Катю к себе забрала, а эту квартиру решили сдавать. Сейчас! - она круто повернулась и выбежала зачем-то.

Я присела на крашеную деревянную табуретку и ждала, неловко оглядываясь вокруг.

“Да всё нормально. Ещё и полдня не прошло, а я уже с жильём. Найти бы ещё так же быстро работу. Денег на карте…”

Зазвенел телефон, и моё сердце ухнуло вниз. Семён?

Это была рассерженная Галка.

- Шафранова, ты вообще сообщения читаешь? Я тут с ума схожу, и звонить боюсь. Ты как? Блудный муж вернулся?

Вернулась Настя, с любопытством прислушиваясь. В руке у неё были какие-то бумаги, наверное, договор аренды.

- Галя, перезвоню, - пообещала я и дала отбой.

- Как же я рада, что вы остаётесь! Вот договор, хотите - читайте. Только я побежала, мне на работу пора. Нас за опоздания штрафуют. А, вот ещё номер телефона Ольги. Это хозяйка квартиры. По оплате с ней. Я ей написала, что сдала. Вечером зайду на всякий случай, проведаю и познакомимся поближе! - девушка помахала мне рукой и выбежала.

А я снова села на табуретку, мысленно обмирая от перемен, привыкая. Я теперь живу здесь. Ещё вчера дома, а сегодня…

Снова зазвонил телефон. На экране высветилось имя “Сёмушка” и красивое лицо мужа - стильные очки, лёгкая улыбка.

Я смотрела на него несколько секунд и сбросила звонок. А потом, не дожидаясь повторного, отправила Сёмушку в черный список.

Конечно, нам придётся ещё разговаривать. Развод, квартира…Но только не сейчас.

Первым делом я распахнула окна, чтобы впустить свежий воздух. Поставила чайник. В сумке нашлась пара пакетиков растворимого кофе из отеля: брала для коллекции. А на кухонной полке обнаружилась банка спрессованного, как камень, сахара. Стало немного повеселее.

Включив на телевизоре музыкальный канал, я села на диван, кутаясь в пальто. Прохладный весенний воздух наполнил жилище, температура сравнялась с уличной, но пусть проветрится ещё.

Нужно было перезвонить подруге. Потом пройтись по району, сделать съестные запасы, закупить всякие чистящие средства, полотенца и постельное белье. Потом сделать уборку.

Закрыв окна, я набрала Галкин номер. Как обычно, по видеосвязи.

Подруга настороженно смотрела не на меня, а мимо: не понимала, что за обстановка и где это я нахожусь.

- Не смотри так, квартиру сняла, - сообщила я, отхлёбывая кофе из внушительной чашки с радостным аляповатым букетом маков и ромашек.

Галка всплеснула руками и взялась за голову.

- Кошмар… Ты мне всё рассказывай, а не концовку! И почему ты не приехала ко мне? Куда тебя занесло? Что там за убожество?

Я вдруг обиделась.

- Знаешь что? Могу я сама, наконец, решать что-то в своей жизни? Нормальная квартира.

Галя помолчал. Наверное, я слишком резко ответила.

- Ладно, извини… - начали мы вместе одновременно. Затем рассмеялись.

- Давай по порядку, моя ты сильная и независимая. Вот он пришёл, и?..

Я махнула рукой:

- Да ничего! Вернулся утром, ноль внимания на меня. Никаких объяснений, где был. А я уже на чемоданах была, на секунду. Просто наплевал на всё. Наверное, очень уж хорошо время провел…

- А дальше? - перебила Галка, стараясь увести меня от мыслей где был и что делал ночью мой муж. - Как ты эту квартиру-то нашла? Кстати, где она хоть находится?

- Да просто, по объявлению, - пожала я плечами, - в Бибирево.

- Ну ты даёшь… - простонала подруга, изображая “рука-лицо”. - Почему именно там?

- В объявлении было написано, что рядом лесопарк красивый, фотографии такие…

- Ну а ЭТО всё? - Галя выразительно показала глазами на старый ковёр за моей спиной. - Тоже красиво?

- Там фотографии квартиры были слегка-немножко-очень другие, - призналась я. - Галь, я пока работу найду и получать начну… Неизвестно сколько времени пройдет. Это то, что мне сейчас по карману. И то ненадолго. Все накопления у Сёмы на счету. Так что давай закроем тему. Приезжай лучше на новоселье.

Галя пробормотала что-то в духе “уж лучше вы к нам”, посмотрела на меня задумчиво.

- А что, с деньгами совсем плохо? - нерешительно спросила она. - Не может быть, чтобы ты без копейки была.

- На первое время хватит. Но работу нужно искать быстро. Сделаю тут в квартире самое необходимое и сяду смотреть вакансии по специальности.

- Ну да, ну да… Лиль, я тут на отпуск откладывала, давай одолжу. Там, глядишь, и домой вернёшься. А? - она виновато сморщила нос, словно извиняясь за это предположение.

- Галка! Мне в душу наплевали, десять лет жизни, словно в туалет спущено, всё измазано, даже хорошее… а ты говоришь: вернусь… Ну как так-то? - приподнятое настроение медленно опускалось, а за окном как раз ещё и солнце за тучу зашло. Я нахмурилась.

Подруга раскаянно прижала ладонь к груди.

- Прости меня, Лилька! Так не хочется, чтобы ты из-за его мудачьего загула мыкалась. Он, значит, в шоколаде со своей лахудрой, в вашей квартире, а ты в каком-то клоповнике в Бирюлёво.

- В Бибирево, - машинально поправила я.

В чём-то Галя, конечно, была права. Но что я могла сделать? Выгнать Сёму? Не ушёл бы. Оставаться там с ним? Исключено.

- Ладно, Галь, дел по горло. Нужно убрать ещё, продукты купить. Хочешь, вечером созвонимся перед сном?

Попрощавшись, я осмотрела шкафы. В некоторых оставались хозяйские вещи, и я вспомнила, что нужно позвонить этой Ольге.

Разговор был недолгий. Мы познакомились, договорились, что я вечером сброшу отсканированный и подписанный договор - я внимательно прочитала его, он был самый типичный. А сама Ольга приедет за своим экземпляром, когда получится. Вещи, которые мне мешают, я могу аккуратно сложить в кладовку. Коммунальные платежи оплачиваются отдельно. С меня оплата за первый и последний месяц.

Я перевела хозяйке шестьдесят тысяч и мы попрощались.

Ближайший супермаркет был недалеко - пару раз перейти дорогу и метров сто через сквер. Вообще здесь было много деревьев, и я уже представляла, как хорошо будет, когда они все покроются зеленью.

В магазине я вооружилась тележкой и принялась покупать необходимое. Его оказалось не так уж мало. Конечно, можно было ограничиться бутылкой моющих средств, десятком яиц и маслом. Но я, не задумываясь, делала закупку как привыкла. Чтобы и курица, и фарш, и овощи, и зелень. Несколько консервов, томатная паста, уксус. Вино и минералка. Не забыть приправы и чай. Кухонный текстиль и всякие красивые тряпочки. Чистящие средства. Набралось прилично - телега была с горой. И только на кассе я осознала свою стратегическую ошибку.

Конечно, до дома было рукой подать. Но я нагрузилась так, что с трудом донесла шесть полных пакетов до крутящейся двери.

Выйдя из магазина, я опустила пакеты на асфальт и с тоской посмотрела на свой новый дом. Его было видно отсюда, но мои покупки оттянули мне руки до колен уже за несколько шагов. И вообще, можно же было заказать доставку какую-нибудь.

В очередной раз проклиная себя за глупость, я вздохнула и двинулась вперёд, останавливаясь каждые десять шагов, чтобы отдохнули руки. Они и так после вчерашнего кипятка всё ещё болели.

А на дороге случилось то, что и должно было случиться по закону подлости: завидев стремительно приближающийся автомобиль, я заторопилась, запнулась неловко, порвался один из пакетов и всё что в нем было, разлетелось по проезжей части. Взвизгнули тормоза, а я зажмурилась, еле удержавшись на ногах.

- Девушка, ну что же вы так! Вы целы? - водитель выскочил из машины и осторожно тряхнул меня за плечо, потому что я застыла в ступоре.

- Простите, - прошептала, - просто пакет порвался…

Присев на корточки, я стала собирать покупки дрожащими руками. На глаза навернулись слёзы, и я шумно задышала открытым ртом, чтобы не заплакать.

- Оставьте, я сам соберу. Садитесь в машину, - тоном, не терпящим возражений, велел водитель. - Давайте, давайте. За нами уже пробка собирается.

Я послушалась его и села на пассажирское сиденье. Мужчина легко подхватил пакеты, потом сгрёб разом то, что разлетелось и забросил на заднее сиденье.

- Куда вас отвезти? - он завёл двигатель и тронулся. Сзади уже сигналили.

- Ой, вон же мой дом! Мы проехали. Но там пешеходная дорога через сквер.

Он кивнул.

- Куда именно скажите, я забью в навигатор.

Запинаясь, я назвала ему улицу и номер дома - не привыкла ещё к новому адресу.

Мужчина внимательно взглянул на меня.

- Вы точно в порядке? Может, вам в больницу надо?

Я отчаянно замотала головой.

- Нет, что вы. Всё хорошо. В смысле… Со здоровьем всё хорошо.

Водитель лавировал между домами уверенно.

- А с чем тогда плохо?

Я промолчала.

Мы остановились у подъезда - он был единственным в доме.

- Возьмите пакет в бардачке, - велел мужчина и принялся подавать мне рассыпавшиеся покупки с заднего сиденья.

- Вы меня просто спасли, - улыбнулась я ему благодарно. - Так бы и стояла там, пока под колёса не угодила бы.

- Ничего, - успокаивающе ответил водитель, - у всех бывают такие дни. Вас как зовут?

Я в первый раз посмотрела прямо на него. Примерно мой ровесник, простое лицо, симпатичный. Однако, на его месте мне кто угодно показался бы симпатичным, наверное.

- Лилия, - протянула я ему руку. - Ещё раз спасибо вам большое.

- Красивое имя, вам идёт. А я Слава. Бросьте извиняться, вы ни в чём не виноваты. Вот если бы я вас сбил, я бы немножко на вас сердился, - он пожал мою руку и обратил внимание на обручальное кольцо, сокрушенно присвистнул. - Эх, как всегда, не везёт!

- Вы правы, - подтвердила я, имея ввиду совсем другое.

- Давайте я помогу вам сумки поднять. Или лучше не надо, муж заругает?

Меня рассмешило это наивное слово “заругает”. Детское какое-то.

- Не хочу вас больше задерживать, езжайте, пожалуйста. Муж не заругает, но не надо.

- Хотя бы до лифта, - заупрямился мой новый знакомый.

В подъезде мы попрощались под любопытным взглядом консьержки, и я поехала к себе на седьмой этаж.

Глава 3

Дома я первым делом, даже не снимая пальто, стянула обручальное кольцо и спрятала его в сумку. С этим покончено.

А затем переоделась в домашний удобный костюм и принялась с энтузиазмом перетаскивать пакеты на кухню. Протерев для начала доместосом все поверхности и холодильник, разложила продукты. Потом перемыла посуду, которой собиралась пользоваться: несколько тарелок, кастрюлька, сковородка. Вся утварь старее поповой собаки, как говорила моя бабушка. Нужно будет купить новое. Конечно, когда начну зарабатывать.

После того, как с кухней было покончено, я закинула вариться половинку курицы и переместилась драить сантехнику. Делала я это даже как-то остервенело, не жалея саднящих рук. Словно вымещала то, что болело внутри. Всё правильно, любую энергию в нужное русло.

Я слышала, как тренькал телефон: приходили сообщения. Но не хотелось прерываться . Галю я успокоила, а больше докладываться мне было некому.

Вскоре унитаз и ванна сияли, насколько были способны. Швы между плиткой посветлели. Чуть потемневшее от времени зеркало блестело, а на полочки было уже не страшно расставить свои флакончики. Старую занавеску из ванной я сунула в мусорный пакет, повесила новенькую, прозрачную. Полюбовавшись, решила, что устрою себе после ужина спа-релакс. Налью бокал вина, зажгу свечи и постараюсь расслабиться.

Телефон продолжал разрываться, и я стянула резиновые перчатки, в которых работала.

Курица была готова. Я нарезала к ней огурец, помидоры и черный хлеб. Открыла вино и села за стол, чувствуя, как урчит в животе. Щедро намазав горячую дымящуюся курятину горчицей, я отхлебнула вина и разблокировала телефон.

Несколько длинных сообщений от Галки. Она писала, что Семён ищет меня с собаками по всем знакомым, несколько раз звонил ей, кричал, обвиняя меня, что я как крыса “сбежала, наверное, к какому-то козлу”, и что он “вырвет всем ноги и оставит нищими”. В итоге она ему выложила всё, что знала, кроме места моего пребывания.

Сообщения Семёна я оставила на сладкое. Положив курицу на хлеб, я снова машинально смазала её горчицей не глядя: увлеклась чтением о том, какая я низкая, подлая тварь и могла бы сказать всё честно, прежде чем уйти, как… ну, про крысу я уже знала от Гали. Откусив свой бутерброд, я почувствовала через секунду, как у меня вылетают мозги и принялась чесать макушку. С горчицей я перестаралась так, что еле отдышалась и откашлялась.

Сделав несколько глотков вина, я набрала подругу.

- Ты можешь хоть иногда читать сообщения? - вместо приветствия начала она, - затем пересказала, то, что я уже прочитала в ватцапе и телеге.

- Кстати, спасибо большое, что не сказала ему, где я.

- Я ещё в своём уме, - сообщила Галя. - Ты как: навела красоту в своём дворце, Золушка?

- Ну да. Шла из магазина, чуть под машину не попала, представляешь. Ещё и пакет порвался… Водитель такой душка оказался: помог всё собрать, домой довёз. Славой зовут.

Галка ахнула и засмеялась, довольная.

- Недолго мучилась старушка!.. Телефончик душке дала?

Я показала подруге язык.

- Галюня, какой телефончик? Я только утром от мужа ушла. Ещё тело, как говорится, не остыло.

Галя фыркнула.

- Какие нежности, при нашей бедности. Подумаешь. Быстро говори, какие планы на вечер, и я отключаюсь. Борюся на пороге.

- Сейчас занырну в ванну с пеной и устрою себе ароматерапию. Потом постелю постель и буду спать как убитая.

- Прекрасный тост! - с чувством сказала Галка, послала мне воздушный поцелуй и отключилась.

Я вернулась на кухню и убрала со стола после ужина. Самое время было переходить к выполнению моего релакс-плана. Однако, раздался звонок в дверь. Потом второй. Я замерла.

Семён? А, может, чем чёрт ни шутит, мой новый знакомый, Слава?..

Осторожно заглянув в глазок, увидела за дверью Настю, соседку. Я про неё напрочь забыла. С сожалением покосившись на дверь ванной комнаты, я преодолела искушение не открывать и повернула замок.

- Добрый вечер, Лиля! Как вы устроились? - девушка приветливо улыбалась, явно намереваясь войти. Я пропустила её.

- Входите, Настя. Вот… устраиваюсь. Созвонилась с Ольгой, теперь я официально ваша соседка.

- О, да вы тут блеск навели! Ну, проооосто… - церемонностью Настя не отличалась, сразу прошлась по комнате, заглянула в туалет и ванну. Меня это лишь позабавило. Как будто, виляя хвостиком, по квартире прошёлся весёлый любопытный щенок.

-Хотите чаю? У меня печенье вкусное есть, шоколадка, - предложила я.

Настя отрицательно покачала головой.

- Я после шести не ем, - сообщила она и уселась в кресло. А я устроилась рядом на диване. Чтобы не сидеть просто так, я подтянула к себе сумку и принялась выкладывать одежду.

- Очень красивые вещи, - похвалила Настя. - Ой, а можно это померить?

Потрясающая простота.

- Эммм… Ну ладно, - я решила тоже быть проще и махнула рукой.

Примерив пару вещей, Настя с огорчением констатировала, что мои шмотки ей велики, и оставила эту затею.

Тогда я продолжила разбор гардероба под её лёгкую болтовню.

- Я хорошо разбираюсь в брендах. Работаю, знаете, в дорогом салоне. Правда, не консультантом, а офис-менеджером. Ну там, кофе варю клиентам, запись веду по телефону. У нас, знаете, какие экземпляры обслуживаются? Уууу… К нам очередь стоит из девчонок, чтобы на работу устроиться! А вы кем работаете?

- Я юрист, Настя. Правда, до этого работала на дому. Теперь ищу работу в какой-нибудь фирме. Так на чём специализируется ваш салон?

- Как на чём? У нас одеваются очень богатые дяденьки. Знаете, приходит такой клиент, и ему подбирают капсулы: отдельно для офиса, отдельно для загородного дома. В общем, разные.

- Звучит интересно, - кивнула я, смутно припоминая, что слышала о сети таких салонов от Семёна. Он, вроде бы, собирался стать их клиентом. Это было дорого.

- Лиля, я мешаю, наверное, да? Вы меня гоните, не стесняйтесь! А то я так могу часами болтать.

Я рассмеялась. Девушка Настя и вправду была милахой.

- Ну, если честно, как раз хотела ванну принять. Упахалась за день.

Настя поднялась.

- Так и нечего стесняться! Я пойду, отдыхайте. Ваш телефон у меня есть, мой у вас тоже. Звоните! - она помахала мне рукой и вышла.

А я бросила вещи обратно в сумку и пошла в ванну.

Лёжа в тёплой приятной воде среди островков уже почти опавшей пены, я изо всех сил пыталась выбросить из головы все мысли. Но даже белый шум, включенный на телефоне, не помогал.

Пришло сообщение от Семёна:

“Ты все неправильно поняла, давай поговорим.”. И ещё одно: “Не дури, Лилу. Оно того не стоит.”.

Удалив беседу, я погрузила кисти рук в воду. Они горели так, что я непроизвольно морщилась.

Впрочем, даже если голова и была по-прежнему забита, мышцы расслабились, и дышать стало гораздо легче.

Устроившись в чистых простынях, я смотрела телевизор без звука, параллельно листая объявления о вакансиях. Их было много, но зарплаты… Нужно было выбирать: жить на улице и питаться или продолжать снимать квартиру, но умереть от голода.

Несколько объявлений я всё же кинула в закладки, правда, среди требований там был указан стаж от трёх лет. Но… попытка не пытка.

Откуда-то из глубин памяти всплыла детская присказка, наивное гадание: “Сплю на новом месте. Приснись жених невесте”. Вспомнилось, как мы с Семёном пошли в ЗАГС становиться ячейкой общества. На этом настояла моя мама. Я тогда ещё не знала, что она уже стремительно уходит из жизни. Наверное, боялась, что единственная дочка останется совсем одна.

Мы с Сёмкой были молодые, весёлые, счастливые и глупые. Дурачились и хохотали, когда заполняли это бесконечное заявление. Переписывали его четыре раза, потому что от смеха всё время что-то путали.

Женщина, которая с раздражением ждала, пока мы справимся, процедила сквозь зубы: “Детский сад… через год разводиться придут.”. Интересно, она ещё работает? Можно было бы ей напомнить, сказать, что на девяточку она-таки ошиблась.

Деньги на свадебный сабантуй тоже дала мама. А сама пойти не смогла, правда, не сказала: почему. Я всё ещё не знала ничего… Мы посидели с ней дома, выпили шампанского и умчались веселиться с однокурсниками.

Я лежала и вспоминала год за годом нашей с Сёмой жизни. Но выделить что-то особенное не смогла. Что же нас держало вместе, если это не было любовью? В голову полезли противные мысли о привычке и приспособленчестве. Но тут я уже восстала и не пустила их внутрь. Хватит с меня на сегодня.

Уснула я сразу, как только выключила телевизор. Наверное, во мне села внутренняя батарейка.

Глава 4

Каждый день, посетив два-три собеседования, после которых мне неизменно обещали перезвонить, я возвращалась домой. От метро на автобусе было две остановки, но я шла пешком.

Дома по-быстрому разогревала еду или заворачивала в фольгу пару бутербродов, чтобы взять с собой в парк. А ещё пакет самой крупной овсянки, которой я кормила там уток.

Парк был похож на лес. Росли там преимущественно сосны, и весенний воздух был наполнен их ароматом - смолы и молодой хвои.

На нижних ветках деревьев висели разнообразные кормушки. Местные жители, совершая моцион, подкармливали белок и птиц. Мне очень нравилась такая близость к природе. Там как будто отступали проблемы и стихала надсадная боль, которая стала уже почти привычной.

Сегодня я также начала прогулку с того, что, стоя на мостике, бросала в воду геркулесовые хлопья. Утки радостно и сердито крякали, ссорились между собой.

Что-то несильно, но ощутимо толкнуло в ногу, и я посмотрела вниз. На меня смотрела довольно крупная собака. Белая, в шоколадных пятнах, как корова. Шерсть длинная, чистая, ухоженная. Псина добродушно крутила хвостом - здоровалась.

- Привет, - сказала я и осторожно протянула к ней руку. Просто, чтобы не испугать: пёс был в наморднике.

Собака с видимым удовольствием дала почесать себя за кудрявым ухом. Я заметила, что за ней тянется коричневый длинный поводок.

- Да ты потерялась, дурашка, - я взяла в руки поводок и огляделась. Хозяин мог быть поблизости.

Собака начала поскуливать и рваться пролезть между перилами мостика к водоплавающим. Удивительно, что она не свалилась раньше. Наверное, её отвлекло моё присутствие здесь: подошла угоститься, раз другим раздают.

- Герда! Герда! - послышался мужской голос со стороны дороги.

Собака запрыгала и потащила меня за собой. Я непроизвольно сделала несколько шагов, чуть не упала, но поводок не отпустила. Хорошо, что снег уже сошел, иначе я бы хорошо так прокатилась на пузе.

На дорожке показался мужчина, который выкрикивал собачью кличку. Помахав ему рукой, чтобы привлечь внимание, я присела на корточки и поглаживала Герду по лоснящиеся бокам, успокаивая.

А ко мне по дорожке быстрым шагом, почти бегом приближался тот самый мой знакомый Слава.

- Фух, спасибо вам огромное! Она вообще послушная, но… не сегодня, - он меня ещё не узнал, улыбался признательно, издалека и крикнул собаке добродушно: - Плохая девочка, вкусняшку не получишь!

- Мы тут уток кормили, - произнесла я, тоже улыбаясь.

В парке я всё время встречала гуляющих с собаками, а вот со Славой и Гердой ходили разными тропинками, оказывается.

Только когда Слава приблизился почти вплотную, а я выпрямилась, он узнал меня, и на лице сначала проявилось непонимание, затем удивление, а потом неприкрытая радость.

- Лилия! Вот это да! Как я рад вас видеть. Сегодня, значит, вы в роли спасительницы, - он присел к собаке, приподнял лохматое ухо и произнёс доверительно: - Получишь самую сладкую косточку, молодец!

Герда завертела хвостом, как пропеллером, умильно глядя на хозяина.

- Вы в парк или уже оттуда? - Слава взял поводок у меня из рук.

- Только собиралась сделать кружок-другой, пока не стемнело, - ответила я, разглядывая и вспоминая заново его лицо.

Оно было простым и улыбчивым. Две морщинки-ямочки на щеках, нос сапожком, голубые ясные глаза. Радужка в рыжих крапинках.

Когда я смотрела на Семёна, у меня даже внутри что-то сжималось от его совершенной красоты. Галка язвила иногда, что выигрывает дела мой муж в основном у судей женщин, и вообще выглядит как подарочная коробка с бантом, а что внутри — неизвестно. Как же она была права, моя подруга. Коробочка была с сюрпризом.

Слава красивым не был. Смешным, забавным, обаятельным. И казался очень надёжным.

«Другие, обжегшись на молоке, дуют на воду, а ты готова в первые же встречные руки упасть», - по привычке отругала я себя.

- Пойдёте с нами? Прошу вас, Лилия, не отказывайтесь! - собака уже тянула Славу в сторону лесопарка.

- Просто Лиля, ладно? Не очень люблю своё полное имя, - неловко сказала я, и мы пошли рядом, иногда касаясь плечами.

- А почему не любите? Вам очень идёт, я ещё в нашу первую встречу заметил. Вы похожи на самую настоящую лилию. Такую нежную, изысканную. Сорт есть такой желтенький. Только веснушек не хватает для полного сходства.

Вот льстец! Наверняка сердцеед будь здоров!

- Веснушки вылезут(появятся) летом, - успокоила я его. - Вы говорите, как моя мама. Она тоже меня с этими цветами сравнивала, когда я высказывала подростковое недовольство своим именем.

- Надеюсь, я когда-нибудь ей скажу, что солидарен с ней полностью, - обрадовался Слава.

Я вздохнула.

- Да не получится уже.

Он уловил, виновато покосился на меня.

- Простите, ради Бога.

Некоторое время мы шли молча, смотрели (поглядывая) по сторонам. Слава лишь подзывал Герду, когда та сильно натягивала поводок-рулетку.

- Знаете, если бы не кольцо на вашем пальце, я бы уже стоял круглосуточно возле вашего дома, - решил разрядить обстановку мой знакомый. - Герда, ко мне! Я к тому говорю, что сегодня вы без кольца. Потеряли?

Неожиданный от него тычок в свежую рану заставил поморщиться, но я постаралась сдержаться.

- Сняла, - ответила коротко и отвернулась, глядя в другую сторону сквозь деревья.

- Бывает, - легко прокомментировал он и показал безымянный палец с заметной бороздкой. - Я вот тоже недавно… снял. Теперь вот приезжаю с Гердой увидеться и погулять.

Это было неожиданно. Продолжать тему не хотелось.

Мы гуляли около часа или больше. Уже почти стемнело, в парке зажглись фонари. На главной аллее Слава несколько раз сфотографировал Герду, которая, задумавшись, замерла на деревянном декоративном мостике.

- Лиля, позвольте я вас с ней сфотографирую. Это моя слабость: сделать красивый кадр.

Я пожала плечами.

- Да ради Бога.

Присев рядом с Герой, я обняла её и поулыбалась в камеру Славиного телефона. Собака, вероятно, привыкла позировать - сидела картинно свесив розовый длинный язык. А потом повернула морду и лизнула меня в лицо.

Я рассмеялась, а Слава всё фотографировал.

- Потрясающе! - прокомментировал он. - Знаете что, Лилечка, дайте мне ваш номер: я пришлю снимки. Такие хорошие!

- Слава, - усмехнулась я, - хорошая попытка, но не сто́ит. Мне не до знакомств, правда.

Слава кивнул серьёзно.

- Вы абсолютно правы. Это лишнее. Никому верить нельзя. Мне - можно.

- Это не вы, это Борман, - снова засмеялась я. - Ладно, записывайте.

Сама не знаю, почему я так легко сдалась. Но вернувшись домой, я ещё долго ходила, улыбаясь. Ловила себя на этом, пыталась хмуриться, но заряд хорошего настроения не давал мне погрузиться в пучину переживаний и проблем. Выталкивал наверх, как пробку.

Когда я уже готовилась ко сну, намазывала на лицо и руки крем, прорвались несколько сообщений: наверное, пропадала связь.

С незнакомого номера пришли фотографии с прогулки. И от Гали: “Подруга, набери меня, бессовестная.”.

Я взглянула на время: 23:54. Галке можно. И нажала на вызов.

Галка лежала в обнимку с Матвеем, обнимая его внушительную тушку.

- Ну ты что, совсем что ли? Три раза ты мне не перезвонила и стопятьсот не написала! Как дела? С утра до ночи работу ищешь?

Я с любовью смотрела на круглое лицо подруги. У Гали был треугольный мясистенький нос, который, казалось, смотрел на меня так же укоризненно, как и его хозяйка.

- Галька, я тебя люблю! - с чувством сказала я, не в силах задушить переполнявшую меня радость.

Галины глаза заблестели любопытством, томный вид слетел. Она приподнялась на локте и всмотрелась в меня.

- Работу нашла? В лотерею выиграла? Только не говори, что Сёмка прорвался и чем-то заслужил прощение! А то я тогда спать - это скучно.

Я поморщилась.

- Боже упаси. Нет. Просто погуляла хорошо.

У Галки интуиция была, как чутьё у фокстерьера. Она завела нашу обычную игру “вопрос-ответ”.

- Познакомилась с кем-то? Встретила кого-то? Старого знакомого? Нового? Душку?! Я зналаааа!!!

Она завопила так, что Матвей проснулся и фыркнул. Галка погладила его, чмокнула и вернулась к нашему диалогу.

- Рассказывай, он сам тебя нашёл? Куда-то пригласил?

Вместо ответа я скинула ей серию фотографий с Гердой.

Подруга принялась внимательно их изучать. Потом на всякий случай уточнила:

- Его собака?

Я ответила, как поняла:

- Его жены, ну и его. Он навещает, гуляет.

Галка издала разочарованный звук, типа “уууууу” и махнула.

- Всё, забудь. Там точно недопетая песня. Сначала собаку навещает, потом жену… Ну его.

Меня это задело.

- Галь, я вроде его пассией себя не назначала. И сама ещё не в разводе. Встретились случайно… Ой, ладно. Я ещё долго на мужиков смотреть не смогу.

- А вот это ты зря, - уставился на меня теперь Галкин палец. - Всё, баюшки. Завтра набери меня, как человек, по-хорошему прошу. Чмоки!

- Чмоки! До завтра.

Я улеглась на подушки и попыталась разобраться в себе. Легко сказать - люди на психологов годами учатся…

Мне срочно нужен был рецепт счастья. Вот такого, безусловного. Ну или в данной моей ситуации…

Меня озарила идея, и я поднялась. Стала перерывать сумку с документами. Кроме них там ещё были некоторые ценные конспекты и несколько книг.

Она должна быть здесь, точно. Там бы я её не оставила.

И, наконец, выудила тетрадку в ламинированном потертом переплёте. Старенькая, ещё со школы.

В ней я записывала ценные рецепты. Как приготовить блины, оттереть пятно, сварить борщ.

Это сейчас всё можно найти в интернете, а когда я её завела, меня учили нехитрым премудростям мама с бабушкой. Теперь я решила составить свой собственный рецепт, самый важный и нужный для меня сейчас.

Я открыла тетрадь на последней странице и вывела там: “Рецепт счастливого развода”.

Будем разбираться по пунктам. Точно, как в кулинарных книгах.

Размышляя над первым пунктом, я решила украсть его у Микеланджело, немного переиначив: Нужно отсечь всё лишнее, что тянет назад.

На этом моя работа над собой на сегодня закончилась. И я вновь открыла фотографии, где мы с Гердой обе счастливо смотрели в камеру.

Глава 5

“Человеческая жизнь тянется слишком долго для одной любви. Просто слишком долго. Любовь чудесна. Но кому-то из двух всегда становится скучно. А другой остаётся ни с чем. Застынет и чего-то ждёт… Ждёт, как безумный…”

Я захлопнула книгу, которую взяла с закрытыми глазами с хозяйской полки, чтобы погадать. Посмотрела на обложку: “Три товарища”. Естественно, в моей жизненной ситуации мне мог попасть под руку только король драмы Ремарк. Нет, это не то, что мне сейчас было нужно.

Я прошлась по квартире. Всё вокруг немного напоминало наш с мамой быт в старой квартире. С одной стороны - давало чувство защищенности, с другой - я понимала, что нельзя обкладываться костылями. Нужно вставать, что-то менять…

Первым был звонок хозяйке квартиры.

- Ольга, здравствуйте! Нет-нет, всё хорошо. Дело не в договоре, мне всё нравится. Вопрос такой… Можно мне сделать небольшой ремонт?

Ольга замялась, наверное, думая: “А в чем подвох?”

- Если что, я в счет оплаты не согласна, - торопливо предупредила она меня.

- Да, конечно. Но, может, вы не хотели бы трогать здесь ничего, и моё предложение неуместно.

Ольга помолчала, думала.

- Да в общем-то мне всё равно. Когда тётя Катя… ну это самое… в общем, мы квартиру сразу продадим.

- Через полгода, после вступления в наследство, - машинально вставила я.

- Да? А, ну вот. До этого времени хоть что там делайте, лишь бы порядок был.

Отношение Ольги к неведомой мне тёте Кате, несколько циничное, было точно не моей проблемой. Но отчего-то покоробило.

- Значит, я могу здесь всё покрасить, освежить, поменять шторы? - на всякий случай уточнила я.

- Конечно, Лилия! А я потом приеду и цену за аренду подниму! Шутка! - захохотала Ольга, довольная своим чувством юмора. А я подумала, что в каждой шутке есть доля шутки.

Выслушав ответ хозяйки и заручившись её согласием, я задумалась. С чего начать?

Перекрасить стены и мебель, купить текстиль и постеры…

Начав складывать хозяйские вещи в пакеты, через час я поняла, что сама буду копаться очень долго. И весело мне не было, где-то в глубине души что-то раненое сидело, поскуливало и царапалось.

Тогда у меня возникла следующая мысль: людей лечит не время, а другие люди. И я набрала Галку.

- Ну слава тебе, Господи. Сама явилась.

Галка установила телефон так, чтобы мне было видно, как она готовит что-то, повернувшись ко мне своей кругленькой пятой точкой.

- Давай, рассказывай. Твой Сёмка приезжал, кстати. Хотел, чтобы я тебе по видео позвонила. Ну, как обычно. Послала к чёрту. Фух, закончила. Ты как там, деточка моя?

Глаза мои увлажнились. Галка хоть и ругала меня постоянно, но так тепло и заботливо кроме неё, ко мне обращалась только мама.

- Галь, у меня закончились силы держаться. Нужно что-то новое. Мне нужна работа, а её нет.

Я не хотела, но хлюпнула. Галка заволновалась.

- Так, подруга, ты в первые дни мне больше нравилась. Может, позвонишь этому своему душику? То есть душке. Сходи с ним куда-нибудь.

- Нет, - я посмотрела вокруг, - у меня другая идея. Хочу ремонт сделать.

Галя понимающе покивала.

- Совсем с ума сошла. В съемной квартире. Тебе, небось, еще и ехать помогать надо?

- Ага, - не стала я выделываться, - если у тебя других дел нет, конечно. Завтра, скажем.

Подруга взглянула куда-то, где, очевидно, находился свой фронт работ. Гора неглаженного белья или еще какой-нибудь завал. А потом махнула рукой.

- Ну и черт с ним, приеду. Бардак никуда не денется, а подруга у меня одна. Что взять? Раз ремонт, наверное, пива?

Мне стало смешно и немного легче.

- А давай. Значит я сейчас всё закажу - краску, валики, ну что там ещё нужно. Адрес ты знаешь. До завтра.

-До завтра, эксплуататорша, - Галка послала мне воздушный поцелуй и дала отбой.

Я с воодушевлением погрузилась в пинтерест, выбирая картинки простых стильных интерьеров и цветовых сочетаний. Выбрав мягкую гамму пастельных тонов от бежевого до мятного, переместилась в маркетплейс с доставкой.

В итоге, загрузив корзину краской, колерами, растворителями, шпателями и прочим инвентарём, я оплатила покупки, и принялась дальше складывать хозяйское добро в коробки, чтобы потом оттащить их в кладовку.

С трудом отодвинув диван, я потянула кончик обоев, за которым стало отрываться сразу очень много, раздался звонок в дверь.

Я была рада сделать перерыв, поэтому бросила громить квартиру и пошла открывать.

За дверью стояла Настя с трехлитровой банкой огурцов, закатанных вместе с помидорами. Я сглотнула.

-Лиля, приветики! Возьмёшь вот это вот? Мне мама с папой привезли всякого с дачи, как будто я есть это буду. Там еще овощи, но их же готовить нужно.

-Привет, заходи. Да конечно возьму. Красота какая. - Я повертела банку в руках. Рассол был прозрачным, а зонтики укропа, зубчики чеснока и хрен были уложены так, что, пищевая композиция казалась художественной. - Завтра подруга приедет помогать с ремонтом, вот мы и откроем.

Настя проскочила в комнату.

-Ого! Вот это размах! Лилечка, а можно я тоже приду помогать? И банок этих еще притащу, если вы такое любите. Ну пожаааалуйста! Правда, я не знаю, чем могла бы помочь…Так можно?

Я плюхнулась в кресло.

-Да приходи. А помочь…хоть сейчас начинай. Вон, бери обои отдирай.

Настя опасливо взглянула на голую стену с оборванным краем обоев и нерешительно потянула за него. Через несколько минут она уже с восторгом и отдирала целые полосы, азартно прикусив кончик языка.

“Такой ребёнок” - подумала я, улыбаясь.

Вечером, засыпая среди голых стен, на выдвинутом в середину комнаты диване, я подумала, что о Сёме я не думала сегодня ни разу, а так же напрочь забыло о своём утреннем приступе депрессии.

“Надо будет не забыть вписать второй пункт в свой рецепт: загрузить себя работой. Нет работы - придумать её”

Наутро Галка примчалась с раннего утра, разбудила меня звонком, что вот-вот подъедет. Я взглянула на то место, где вчера еще висели старенькие пластмассовые часы в виде золоченой корзины с фруктами. Очень был популярный подарок на любой праздник в девяностые годы. Сейчас на месте часов было пусто - комнату мы с Настей вчера полностью ободрали.

Потягиваясь, я представила, как было бы хорошо провести весь день в этой постели, в этой ободранной комнате, и ничего не делать. Такой внезапный приступ праздности и лени.

Телефон блымкнул, оповещая, что пришло сообщение. Наверное, Галка припарковалась и нужно было её встретить.

Однако, сообщение было от Славы. Я невольно расплылась в улыбке. Раздался звонок в дверь. Я пошлепала босиком открывать, читая на ходу:

“Доброе утро, прекрасная Лилия! Герда приглашает тебя вечером на прогулку. Кто я такой, чтобы с ней спорить?”

Галка явилась, нагруженная пакетами и горшком с лимонно-желтой орхидеей.

-Шафранова, забирай эту красоту, пока я ей шею не свернула, у меня вторая рука отваливается. Холодильник свободен? Надо пиво загрузить.

-Там борщ, - сообщила я, любуясь изящным цветком.

-Борщ - вещь, - одобрила Галка, - мы его с трудов праведных навернём. А ты чего сияешь, как солнце ясное? Колись давай, и не свисти, что это ты мне так рада.

-Но я в самом деле тебе рада, - постаралась возмутиться я, но не утерпела и доложила: - Славка зовёт вечером погулять с собакой.

Ознакомившись с сообщением, Галка скептически поджала губы. В ней боролись желание, чтобы я вышла и развеялась и недоверие к Славе.

-Чего он слащавый-то такой? - выдавила она наконец, открывая банку пива.

-Ничего не слащавый, а милый, - обиделась я, - ты же за рулём, нет?

Галка отмахнулась от меня и с наслаждением сделала несколько глотков.

-Мммм, кайф. Холодненькое. Борюся приедет на метро и заберёт меня вместе с машиной.

-Тогда банзай, - согласилась я. - Пойдём покажу, что мы вчера с Наськой успели сделать. Она, кстати, напросилась помогать сегодня. Отказаться было неудобно.

-Да прям, отказаться. Пусть приходит. Руки не лишние. Ух-х тыш, вот это вы молодцы! - одобрила она разгромленную комнату, - где орудия производства? Я готова.

Когда к нам присоединилась Настя, честно притащившая родительские закрутки, мы уже зачистили стены под покраску. Выравнивать и шкурить до зеркального блеска я решительно отказалась.

-Пусть будет лёгкая небрежность, сойдёт за стиль, - повела я рукой, воображая себя модным дизайнером интерьеров.

-У нас стены в салоне точь в точь, - сообщила Настасья, которая елозила валиком под потолком, - так щас модно. И вообще - как сделаем, так и правильно.

-Молодец, ребёнок! - похвалила Галка, - когда-нибудь из тебя получится мудрая тётка, вроде меня.

Подруга пока что отдыхала, наблюдая, как мы покрываем вторым слоем краски стену.

-Лиль, а что, с вакансиями совсем глухо? - спросила она меня, делая характерный “чпок” очередной банкой.

Я вздохнула.

-Совсем. Ни разу не перезвонили. Не могу я убедить никого в своей квалификации, имея лишь опыт домашней работы.

-Лиля, а иди к нам в салон! - вскричала Настя, взмахнув руками. Стремянка угрожающе закачалась, и мы с Галкой с двух сторон бросились её придержать.

-Тьфу зараза, от страха чуть кондратий не хватил, - схватилась подруга за сердце, - а что за салон?

-Мужиков мы богатых одеваем за большие деньги, - сообщила Настя, усаживаясь на площадке стремянки, - А у нас девочка одна в декрет уходит. Ну вернее её переводят. Уже живот видно.

-Так-так, интересно, - прокомментировала Галка, - и что там делать надо?

-Галя, успокойся, я всё равно туда не пойду, - сказала я, - по-моему нам пора пообедать.

-А почему это не пойдешь? - вопросила подруга с интересом, - работа нужна? Нужна. Так вот она. Ребёнок, какая там зарплата?

Настя свешивалась со стремянки, покачиваясь на ней, как обезьянка.

-Тыщ шестьдесят-семьдесят плюс комиссионные, ну когда как, - сообщила она.

-Ну? - спросила меня Галка, - Что не так?

Я закатила глаза. Мы всё ещё держали стремянку.

-Наська, слезай. Галь, ну я что, для этого училась, чтобы на каких-то мужиков штаны натягивать?

Настя спустилась с лестницы и возмущенно уставилась на меня, уперев руки в бока.

-А что тут такого? Тебя же не стягивать с них эти штаны заставляют!

Галка укоризненно взглянула на меня.

-Вот мелочь пузатая, а понимает! Так что давай, Шафранова, бросай в харчах ковыряться и дуй завтра занимать место.

-Ура! - подняла худенькие руки Настя. - Мы будем вместе работать! Завтра поедем пораньше, поведу тебя к Бастинде.

-Бастинда, это имя или фамилия? - уточнила я.

-Думаю, это сущность, - сказала Галя, - Девочки, я есть хочу, пойдёмте на кухню.

Я оглядела комнату, стены которой были теперь светлыми, цвета топлёных сливок.

-Думаю, на сегодня хватит.

-Это она уже на свидание торопится, - подмигнула Галя Насте.

У той загорелись глаза.

-А с кем? А расскажите!

Я в это время читала сообщение от Славы:

“Будем преданно и верно ждать у подъезда в девять”

-Что там наш сладенький пирожочек пишет? - Галка заглянула через моё плечо, - Наська, ставь борщ на плиту. Едим и разбегаемся. Скоро за нашей Золушкой принц приедет. На белой собаке.

Настя прыснула, а я набрала в строке сообщения:

“Договорились. Целую Герду в нос”

“А меня?” - пришел незамедлительно ответ.

Если бы не Галка, я бы ответила, наверное. Но при ней не стала.

Проводив девчонок, я сначала зашла в комнату и полюбовалась проделанной работой. А потом забралась в ванну и с наслаждением погрузилась в воду по шею.

Подумала-подумала, протянула руку за телефоном и всё-таки ответила Славе.

Глава 6

Я надела тёмно-синие джинсы и красную водолазку. Белые кеды и белую утеплённую ветровку. Волосы, которым я дала высохнуть без фена, лежали мягкими волнами и я ничего не стала с ними делать. Посмотрела критически в зеркало. Ничего так, миленько.

У меня было в запасе еще минут двадцать, и я решила утрамбовать и вынести мусор в мусорные баки, чтобы вернуться потом в относительно чистую квартиру.

В доме был мусоропровод, но я их всегда страшно не любила и побаивалась. Мне казалось, что из него может выскочить какая-нибудь крыса.

Плотно набив два пакета, я спустилась на лифте и подошла к входной двери. Перекладывая пакеты в руке поудобнее, я случайно взглянула в небольшое узкое окошко, располагавшееся сбоку и меня как током ударило. Прострелило с головы до ног.

Перед домом прогуливался Семён. Это точно был он. И хотя уже смеркалось, а я не обладала острым зрением, я мгновенно узнала его.

Муж делал несколько шагов в одну сторону, потом в другую. Нервно поправлял очки. Иногда поглядывал на экран телефона, который держал в руке.

Дверь распахнулась и в подъезд вошли женщина с ребёнком. Они продвигались медленно, потому что ребёнок хотел тащить свой велосипед сам.

-Кирюша, дай я хотя бы здесь через двери помогу! - устало произнесла мать, взглянув при этом на меня укоризненно. Я стояла, вжавшись в пыльный угол “тамбура” со своими мешками, чтобы не мешать.

Только бы Семёну не пришло в голову зайти вслед за этой женщиной! Однако, это в планы мужа, очевидно, не входило. “Значит, он не знает, в какой я квартире” - мелькнуло у меня в голове. И не знает, что здесь консьержка, иначе уже давно бы попытался выведать у неё информацию. Однако, он еще может до этого додуматься…

Осознав это, я метнулась обратно в подъезд со своими мешками. Консьержка подозрительно взглянула на меня, и вышла перебдеть - чем я там гремлю. В пакетах издавали специфический жестяной звук банки из-под Галкиного пива. Я выругалась про себя.

-Передумали? - подозрительно задала мне вопрос страж домового порядка.

-Д-да, - чуть задыхаясь от волнения ответила я ей, не останавливаясь, - кажется, одну ценную вещь случайно выбросила.

Бабуся заволновалась.

-Ишь ты, как бывает. У нас вот из сорок седьмой квартиры Алексеевна тоже вместо мусора выкинула пакет с документами - в собес шла. Вот делов было! А вы в какой квартире у нас?

Я быстро сообразила и назвала наугад пятьдесят шестую, рискуя, что в ней могут оказаться знакомые консьержки.

-Ну-да, ну да, - закивала та, - там весь этаж сдают. Ох, едут и едут, едут и едут…Что ж у себя дома не живётся.

И она затопала на свой КПП.

А я ввалилась в лифт.

В кармане завибрировал телефон.

Господи, это же Слава! Если честно, то я напрочь о нём забыла.

Добравшись до квартиры, я бросила гремящие мешки на пол, и без сил опустилась на пуфик в прихожей. Дрожащими руками вытащила из кармана телефон и набрала Славу, от которого было уже два пропущенных.

-Слава, добрый вечер! Вы уже ушли?

-Добрый-добрый, Лилечка. Да, вы не отвечали, а Герда рвалась так, что пришлось уступить. Может, вы сами к нам присоединитесь?

Я с досадой пнула мусорный мешок.

-Слава, у меня не получится сегодня, к сожалению. В другой раз.

В трубке возникло молчание на несколько секунд.

-Что-то случилось? У вас голос расстроенный.

Вздохнув, я не стала врать.

-Вы правы, немного расстроена. В общем, и не случилось ничего…Но из дома выйти сейчас не могу.

Слава помолчал. Потом позвал Герду. Поругал её за что-то. Я ждала неизвестно чего. Нужно было прощаться.

-Лиля, простите за вопрос: а вы одна?

Я пожала плечами, как будто он мог видеть.

-Одна. Недавно вот подруг проводила - ремонт делала. Сейчас, наверное, посмотрю что-нибудь и спать лягу.

Возникла пауза.

-Лиля, только не отказывайтесь сразу, ладно? Я могу к вам заглянуть после прогулки. Принесу что-нибудь вкусненькое. Поболтаем. Могу помочь, раз в вас там ремонт. Хотите?

Это было, конечно, мощное вторжение в мое личное пространство. Да и мы не знакомы, практически…С другой стороны, он просто спросил. Можно вежливо отказаться, да и всё.

-Знаете…а приходите, - услышала я свой собственный голос, пока раздумывала и тут же зажмурилась, даже рукой глаза прикрыла от неловкости.

-Договорились! - обрадованно сказал Слава, - отбой, пока вы не передумали.

Я стянула кеды и прошла в комнату. Диван так и стоял посередине, шторы сняты. Мебель накрыта газетами. Самое то для гостей. Правда, на кухне был порядок - можно было посидеть там.

Зачем, зачем я на это повелась? Что за сумасбродство - приглашать к себе случайного знакомого?

И я взяла телефон, чтобы извиниться, и всё отменить. Но вместо этого набрала Галку, чтобы она на меня покричала.

-Шафранова, - произнесла подруга с пониманием, выслушав меня, - ты сколько пива выпила?

-Галк, вообще-то нисколько. Ты сама всё выпила.

Галка нахмурилась, подсчитывая или припоминая.

-Тогда почему мужик на ночь глядя сейчас у тебя окажется, а не у меня? - хохотнула она. Однако, вид у неё был озадаченный.

-Ты мне лучше скажи, как Сёма мой адрес узнал?

Галя развела руками.

-Чесслово, подруга, я ни сном, ни духом. Кроме нас с тобой никто не знает…- и тут же в её глазах вспыхнуло озарение.

Я в ту же секунду тоже поняла, кажется.

-Борюся, гад, - процедила Галя, - Наверное, Сёмка до него дозвонился, и тот ему слил.

-Поэтому Сёма и номера квартиры не знал, - кивнула я, - ты же Борюсе не говорила.

Галка отрицательно помахала головой.

-Не бегай от него. Нужно встретиться и поговорить. Ты же не маленький ребёнок - прятаться. Ну первые дни там, ладно. Но ты же не будешь теперь ходить и оглядываться, с мусором от него скакать?

Звучало всё абсолютно здраво. Всё правильно.

-Нужно было даже сегодня к нему выйти, - вздохнула я, - но так растерялась, ещё и Слава должен был подойти к подъезду.

-Всё, не сокрушайся. Завтра возьми и сама ему позвони, когда освободишься. Ты помнишь, что ты завтра идёшь на собеседование в Наськину контору?

-Помню, - махнула я рукой, - пойду. После этого напишу ему, спрошу чего хотел.

-Насчет визитёра, может передумаешь? Ну или телефон держи под рукой, черт его знает…Скажи ему, что я знаю.

-Галь, ну он вроде безобидный на вид…

Галя хрюкнула под нос.

-Угу, как все маньяки. Ты скажи Настьке, на всякий случай. Она там хоть рядом.

-Хорошо, скажу, - пообещала я.

Всплыло сообщение от Славы.

“Вино красное или белое? Сыр? Тортик?”

-Галь, давай до завтра. Мне тут ответить нужно. Целую!

-Шафранова, только осторожно, я теперь переживать буду. Хоть сообщение напиши, как он уйдёт.

-Ладно. Пока!

Я ответила Славе: “Вино красное, остальное у меня есть. Номер домофона…”

И пошла на кухню, сооружать закусочную тарелку. Сыр, оливки, помидоры, зелень. Хватит.

Раздался звонок, и я пошла открывать дверь, внутренне подрагивая.

Первым делом я поймала объятия Герды, которая радостно облизала меня.

-Ничего, что я с собакой? - спросил Слава, не разуваясь пока что, - можно её отвести домой, но это долго было бы. А лапы я ей протру.

-Да я и не думала, что вы без неё придёте. Проходите в ванну, если нужно. Там в корзинке есть одноразовые полотенца, ну найдёте.

-Лиля, может на ты перейдём? - крикнул мой гость уже из ванной, - Герда, фу. Стой спокойно.

Я прикрыла дверь в комнату, чтобы собака не прилипла боком к свежеокрашенной стене. Не привыкшая к таким ситуациям, я испытывала смущение.

-Да, давайте. А то мне всё время кажется, что меня много, - неловко пошутила я.

Слава рассмеялся, выходя из ванной. Герда засуетилась лавируя между нами. Я налила ей воды в миску. Собака попила и отправилась в коридор, где плюхнулась на коврик и задремала.

-Аппетитно выглядит, - кивнул Слава на тарелку с художественно разложенной закуской. Он вытащил из рюкзака две бутылки вина.

-Не много? - прокомментировала я и тут же почувствовала себя занудой.

Слава достал из кармана ключи и принялся орудовать штопором-брелоком.

-Просто ты сказала, что ничего не нужно, не с одной же в гости идти. О, кстати, я наугад еще груши взял. Любишь?

Я улыбнулась.

-Люблю, угадал.

Плеснув по половинке бокала, Слава произнёс:

-За встречу, Лиля. Я очень рад знакомству с тобой.

Мы чокнулись, выпили по глотку.

Слава огляделся.

-Не похоже, чтобы это твоя квартира была. Снимаешь?

-Да, переехала недавно. Пришлось…Долго выбирать возможности не было, поэтому остановилась на этой.

-Это настоящая удача, - улыбнулся Слава, - За удачу?

-Вообще мне нравится здесь. Соседка милая, хозяйка вроде нормальная. Самое главное, парк, конечно. Жаль, что сегодня не получилось погулять, - посетовала я.

-Кстати, а что случилось? - Слава положил сулугуни на черный хлеб и сверху кружок помидора. Я любила делать так же.

-Если рассказывать правду - тогда уже всю, - ответила я, - может, лучше не надо? Мне кажется, рано еще откровенничать.

Слава отпил вина и с аппетитом откусил от своего бутерброда.

-Раз зашел разговор - значит не рано, а самое время. Я так считаю. Рассказывай, как и откуда тебя сюда занесло мне на радость?

Я усмехнулась.

-Да в общем-то обстоятельства безрадостные и банальные. Узнала, что у мужа роман и ушла одним днём. Теперь вот обживаюсь…начинаю всё с нуля.

Слава отложил бутерброд на тарелку. Смотрел на меня, слегка прищурившись. Лицо его было серьёзным.

Протянув руку, он коснулся моей руки.

-Ты права, банально. Такого вокруг сплошь и рядом. Но одного я действительно не понимаю: как можно было тебе изменить?

Я убрала руку и запустила пальцы в волосы.

-Да как всем, наверное, изменяют. Что уж тут непонятного. Для кого-то ты что-то новое и глоток свежего воздуха, а кому-то ты опостылел до зевоты.

Слава откинулся на стуле, повертел в пальцах дешевенький стеклянный бокальчик. Вино плескалось, оставляя на стенках след, тягучий и прозрачный.

-Покажешь, что с ремонтом? - спросил он. Тон был будничным, ровным. Очень нейтральным. Слишком нейтральным…

У меня отчего-то сладко запекло в животе, а губы чуть онемели. Совершенно забытое какое-то ощущение. Наверное, это просто действие вина…

-Пойдём. Герду не пускай, а то испачкается.

Мы вошли в комнату, и некоторое время разглядывали стены. В целом, смотреть было абсолютно не на что.

-Нормально справились, девчонки, молодцы, - Слава стоял сзади меня и я почти что чувствовала затылком его дыхание.

Когда он положил руки мне на плечи, очень легко и осторожно, у меня чуть колени не подогнулись.

Я собиралась сказать, что можно и на кухню вернуться, но молчала. Тогда его пальцы провели по моей шее сзади.

Меня уже давно никто не касался так чувственно. Голова кружилась.

“Не надо. Я не хочу” - так, наверное, нужно было сказать, но я не сказала. Я хотела.

Мне снилось, что меня целуют всю: руки, плечи, лицо, губы…Лица во сне я разглядеть не могла - глаза мои были закрыты. Я с усилием открыла их…и проснулась.

Комната была залита лунным светом. Рядом с диваном стояла Герда и лизала мне лицо и руки. Тьфу, ты…Я вспомнила всё. Застонала и упала обратно на подушку.

-Что с тобой? - сонный голос Славы окончательно вернул меня в реальность, как и его крепкая рука, скользнувшая по моему телу.

-Не знаю, - глупо ответила я, - а сколько время?

На экране телефона высветилось 3:45.

-Хочешь, чтобы я ушел? - Слава обхватил меня крепче, и уткнулся в волосы.

Мне хотелось остаться одной, чтобы понять, обдумать, что произошло. И я ли это вообще.

-Мне на собеседование завтра с утра, - ответила я ему, не двигаясь.

-Понял. Мне тоже на работу. Лежи, не вставай, - он поцеловал меня в нос, - мы тихонько. Дверь захлопнем.

Они с Гердой ушли, а я зарылась головой в подушки, ощущая себя кошмарно и в тоже время восхитительно.

Глава 7

Утром, когда я еще только умывалась, истошно затрезвонил телефон. Это я ночью, чтобы не проспать будильник, сделала звук максимальным.

Конечно, Галя. Я нажала мокрым пальцем на зелёный кружок с трубочкой, по экрану поползла капля, как слеза.

Лицо подруги выражало крайнюю степень возбуждения, вызванного любопытством.

-Шафранова, ты одна? - громким шепотом спросила она, приблизившись к камере.

-Одна, одна, говори нормально, - я закрутила кран и взяла с крючка полотенце.

-Рассказывай давай, что было? Когда он ушел? О чем говорили? Приставал?

Я усмехнулась, наливая кофе.

-Галка, ты помнишь, что у меня собеседование сегодня, что мне собираться нужно?

-Я поэтому и звоню пораньше, чтобы ты успела мне всё рассказать, - доходчиво объяснила мне подруга, - ну что было, колись давай.

Отхлебнув кофе, я изучала своё отражение в зеркальце. Под глазами залегали нежно-голубые круги от недосыпа. Нужно будет постараться с макияжем.

-Всё было, Галь. Как думаешь, что мне лучше надеть? Построже что-то, по классике или что-то трендовое?

Галя онемела на несколько секунд, то ли от возмущения, то ли от удивления. Я одним глотком допила кофе и прошла в комнату. В общем-то у меня еще целый час был в запасе до выхода из дома. Можно было не особенно торопиться.

-Было всёёё? И ты молчишь??? - послышалось из телефона. Однако выражения Галиного я видеть не могла, потому что искала пакет с косметикой. Перед ремонтом я свалила в него всё, чтобы не потерять, а теперь не могла найти.

-Я не молчу, сразу же вот тебе доложила. Поддалась искусу, совершила грехопадение, или как там это сейчас называется?

Вернувшись с пропажей, я разместилась на диване, сидя по-турецки и разложила перед собой весь свой арсенал.

-Ну ты просто огонь, подруга, - Галка крутила головой недоумённо, - от тебя я точно этого не ожидала. Думала, ну, может, он тебя поцеловать попытается, а ты такая “Нет-нет, что вы, позвольте вам выйти вон!” - ну в таком духе. А оно вон вишь как. Сорвало с петель дверцу.

Я сосредоточенно наносила тоналку на подглазья, стараясь замаскировать следы бурной ночи.

-Галк, ну так что мне одеть? Я серьёзно.

Галя пропустила мой вопрос, как несущественный и задала более важный на данный момент:

-И как он тебе? Там хоть, м?.. - и она показала меж двух ладоней некий размер какого-то своего идеала.

Я с шумом выдохнула воздух.

-Нормально всё и там, и сям, и вообще. Ты же знаешь, что я интимными подробностями просто физически не могу делиться.

Галка посмотрела на меня взглядом, в котором сочетались немой укор и разочарование.

-Потому что совести у тебя ни грамма, Шафранова. Впрочем, ничего нового. Я вот тебе всё рассказываю до последнего сантиметра!

Я кивнула.

-Помню, помню. И вот честно, без некоторых знаний о некоторых сантиметрах я вполне могла бы обойтись.

Галя махнула рукой.

-Ты хоть довольна? Ещё встречаться будете?

Я отложила карандаш для глаз. Задумалась. Если с первым вопросом было более-менее понятно…

-Галк, ну я же не пророк, не медиум. Ну…мне хорошо было. Будет что-нибудь дальше или нет - откуда же я знаю. Может, он больше не позвонит. Какая-нибудь разовая акция для несчастной разведёнки.

И самой же стало противно от своих слов.

Подруга возмущенно взмахнула рукой.

-Даже и не думай так! Ты этот самый…главный приз! Джекпот! Я твоему Сёмке морду расцарапаю при встрече за эту твою самооценку. Подруга, помни, ты лучшая! Надень тот костюмчик от Шанель, черный. Собирайся и удачи. Жду звонка!

Я достала костюм. Подруга была абсолютно права. Кокетливая классика была попаданием в яблочко. Юбка в крупную складку до колен, приталенный жакет с короткими рукавами, отложным небольшим воротничком и бантиком на груди. Сзади по спинке спускался ряд пуговиц, обтянутых той же черной тканью.

Покопавшись в сумке, я выудила новые колготки. Тоже черные, непрозрачные.

Одевшись, я посмотрела на себя в стеклянную дверь кухни. Вроде бы неплохо. Я решила посоветоваться с Настей и пошла к ней через коридор прямо в тапочках.

Соседка открыла дверь и замахала мне рукой, чтобы я заходила. Она тоже уже была одета. Строгая юбка-карандаш, кипенно-белая блузка с широкими рукавами и серая жилетка с двумя рядами черных пуговиц. Волосы гладко зачесаны - ни одного волоска не торчит, а на затылке аккуратный хвостик с бантиком, почти как у меня на жакете. Конфетка.

-Мммм, круто как! - оценила Настя мой внешний вид, - Это шанелька же, да? Просто шик! Ноги у тебя бомбические! Бастинда тебя сграбастает в рабство не задавая вопросов, отвечаю!

-Тогда отлично. Выходим через пять минут.

Ботильоны, пальто, сумка. Пшикнув на запястье духами, я проверила ключи и телефон, и вышла.

Через несколько минут мы уже шагали на остановку, чтобы доехать до метро.

-Зато на метро без пересадок, нам до Менделеевской. А там пешком десять минут, - успокоила меня Настя, хотя я не жаловалась и ни о чем не спрашивала.

Салон, или просто магазин мужской одежды для респектабельных мужчин “Кейс-стайл”, располагался в уютном переулке и органично вписывался между двумя старыми зданиями с благородно-потрепанными фасадами.

В двух наружных витринах “Кейса” располагались манекены, изображающие, наверное, тех самых респектабельных мужчин, выглядящих дорого и престижно благодаря правильному выбору магазина одежды.

За дверью располагался светлый просторный холл. Небольшое количество демонстрационных ниш с товарами известных брендов и ресепшн. Всё остальное таинственно скрывалось за двустворчатой массивной деревянной дверью.

-Это моё рабочее место, - сообщила Настя. - Мы здесь вдвоём сидим - я и ещё одна девочка. Она постарше, вроде тебя. Но такая…мнит из себя, прямо цены себе никак не сложит. Ленка зовут. Она сейчас в отпуске.

Настя нажала на какую-то панель на стене за своей рабочей стойкой, открыв платяной шкаф, до этого совершенно незаметный.

-Давай сюда пальто, - она критически оглядела меня, - всё отлично. Хорошо, что Ленки нет, а то устроила бы тут сейчас личный допрос с пристрастием. Постой теперь, подожди, я сейчас.

Она скрылась за той самой деревянной дверью, а я осмотрелась. Что ж. Место, по всей видимости, действительно дорогое и пафосное. Тонко пахло дорогой кожей и мужским элегантным парфюмом, отдающим сигарами и сандалом.

Ждать пришлось недолго. Вскоре Настя выглянула и молча поманила меня пальцем, приложив его тут же к губам, чтобы я молчала.

Сразу за дверью создалось впечатление, что я оказалась в старинном английском особняке: стены в деревянных панелях, картины с подсветками, зелёная ковровая дорожка под ногами.

Мы прошли по коридору, минуя ряд дверей с обеих сторон. В самом конце располагалась одна по центру со скромной тёмно-золотой надписью “Приёмная”

Поскольку знака, что издавать звуки уже можно, не было, я молчала. Настя выдохнула и приоткрыла дверь. В приёмной было пусто и она протащила меня через неё, оставив там, шепнув: “Жди”. А сама ускакала поспешно и бесшумно.

Практически в эту же секунду отворилась директорская дверь и из неё вышла девушка в таком же, как у Насти, костюме.

Оглядев меня с головы до ног, она неохотно сделала едва заметный кивок и сделала шаг в сторону, пропуская меня в чертоги Бастинды.

На меня весь этот пафос не производил ни малейшего впечатления. Они всего-навсего торгуют шмотками, а пыли в глаза…Хотя, конечно, и понимала, что статусность клиентов этого требует. Роскоши, осознания элитарности, недоступность для простых смертных.

После всего этого, я ожидала увидеть на месте директора, эдакую Снежную королеву, как минимум Миранду Пристли из “Дьявол носит Прада”. И была крайне удивлена, когда увидела перед собой женщину, небольшого роста, весьма приятной наружности. Она даже улыбнулась мне, предлагая присесть. Конечно - костюм, очки, холёные руки: всё выдавало в ней немалый достаток и вкус. Но сама она не выглядела холодной. В отличии от собственной секретарши.

-Вы Лидия? Хотите кофе? - не дожидаясь ответа, она нажала кнопку на сенсорном экранчике перед собой.

-Спасибо. Только я Лилия.

-Простите, я не правильно расслышала…Меня зовут Гранислава Игоревна. У вас есть опыт работы в сфере обслуживания, моды?

“Вот так всё начинается и заканчивается” - подумала я.

-У меня нет такого опыта, - я приподнялась, извините, я, наверное, зря побеспокоила вас.

Женщина мягким, но властным жестом остановила меня.

-Опыт, это не самое главное, что мне нужно от моих сотрудниц. Визуально вы подходите, ведёте себя с достоинством и корректно. Прошу вас, если не затруднит, пройдитесь по кабинету. Мне нужно поближе увидеть, как вы двигаетесь.

Отказаться было неловко. Покраснев, я прошлась взад-вперёд, чувствуя себя ужасно глупо. Затем Гранислава попросила меня достать книгу с верхней полки шкафа и поставить её на нижнюю. Проделав всё это, я пообещала себе, что если мне удастся выбраться отсюда, не умерев от стыда, то первым делом я расправлюсь с Настасьей, а потом…

-Хорошо, присаживайтесь, - не замечая моего смущения проговорила Бастинда, - расскажите о себе, Лилия.

Я соображала несколько секунд. Вошла секретарша с подносом, молча поставила кофе и удалилась. Никаких пожалуйста-спасибо. Странные правила. Интересно, в чем смысл?

-Я слушаю, Лилия. У меня еще пять минут, которые я могу уделить вам, - сказано было тоном ровным, мягким. Но как-то так, что я внутренне собралась и рассказала очень краткую версию своей биографии.

-Родилась в Москве, закончила юридический факультет. До этого времени не работала…вернее, работала по специальности на дому, без оформления. Почти в разводе, детей нет.

-Английским владеете?

-Немного, разговорным.

Гранислава потарабанила пальчиками по столу, а я отпила кофе из чашки. Чего уж там, наверняка он здесь отличный.

-Меня смущает отсутствие опыта, но только лишь немного. В конце концов, пройдёте стажировку чуть дольше, если потребуется.

Она посмотрела в окно, затем на меня. снова в окно.

Я допила кофе. Он и вправду был превосходным.

-Вы хорошо держите себя, Лилия. Даже не смотря на стрессовую ситуацию - собеседование и крайнюю степень смущения.

“Интересно, а зачем ей стеснительные девы вроде меня? Набирала бы из тех, кого и тяпкой не прошибёшь”

-А ситуации в нашей сфере бывают разные, - продолжала директор спокойно, словно отвечая на мой молчаливый вопрос. Но мне не нужны девицы, чересчур уверенные в себе. Мне не нравится такой стиль работы. Мне нужны леди.

“А я, значит, леди” - мне стало смешно.

Однако, я просто кивнула.

-Давайте попробуем. Приходите завтра. Стажировку можете пройти в своей одежде, за это время вам закажут униформу.

Я поняла, что моё собеседование благополучно пройдено, и встала.

-Спасибо, Гранислава Игоревна. - Поколебавшись, не зная, что ещё сказать, попрощалась и вышла.

Быстро пройдя по коридору, я вылетела в холл. Перед ресепшеном стояла пожилая пара. Настя о чем-то ворковала с ними, сделав мне страшные глаза, чтобы я не перебивала.

-Вот, смотрите, указанное время…Мы накануне позвоним вам, напомним…Да, конечно, спрашивайте…

Ждать больше я не могла - мне хотелось на воздух. Скользнув к потайному шкафу, я взяла пальто, и молча вышла. Расскажу Насте всё по телефону.

Выйдя из переулка, я наткнулась на маленькое бистро. За стеклянными стенами посетителей не наблюдалось, и я вошла внутрь.

-Шаурму, пожалуйста и большую колу.

Организм требовал калорий за стресс.

Я забилась в угол диванчика за самый отдаленный столик, и достала телефон. Мне очень захотелось поговорить с Галкой…или со Славой. Но, решив покончить с самым неприятным, разблокировала Семёна и набрала его.

Глава 8

Голос Сёмы в телефонной трубке был обрадованным и нервным, в нём явно проскакивали истерические нотки. Раньше я за ним такого не замечала. Расслаблен он был или собран, но всегда владел собой, уверен в себе.

-Лиля! Как хорошо, что ты позвонила! Я так рад…Нам необходимо увидеться и поговорить…

Я смотрела в противоположную стену, где висел телевизор, работающий сейчас без звука. Там мелькали кадры какого-то клипа. Знойные девицы со всех сторон соблазняли неприступного мачо в пляжном баре. Тот изображал скуку, девицы старались ещё горячее.

-Семён, поговорить нужно, конечно. Обсудить развод - когда обоим удобно в ЗАГС сходить, потом квартира. Продать лучше или разменять…

-Лиля, о чем ты говоришь! Какой ещё развод?! - муж там, кажется, вскочил и уронил что-то. Потом стали слышны его шаги. Наверное, ходил по своему кабинету.

-А чего ты ожидал? Ну, правда, Сёма. Я не ёрничаю сейчас, а спрашиваю совершенно серьёзно. Что я останусь и буду делать вид, что ничего не произошло? Отвечай.

После паузы муж произнёс сокрушенно:

-Не понимаю, как во всё это вляпался. Но я без тебя не могу. У меня всё валится…

-Представляю, - издевательски перебила я, - крокодил не ловится, не растёт кокос. Над делами работать некому, питаться приходится по кафешкам. Бееедненький...

Однако, Сёма не поддался на мою провокацию. Только смирно попросил:

-Давай увидимся. Я постараюсь всё объяснить. Не простишь, но может хоть поймёшь.

Я чуть было не смягчилась, забыв на время, что Сёма отличный адвокат и умеет вести защиту.

-Думаешь, я не понимаю, Сём? Чтобы тебя услышали, нужно, чтобы тебя видели, да? Обидно, что ты столько лет пользовался мной, а до сих пор дурой считаешь. Я встречусь с тобой, но только если ты не будешь преследовать меня и торчать у моего дома. День и время назначу сама. Пока.

И бросила телефон перед собой на стол, как будто он был виноват в том, что мой муж - предатель.

Официант, он же бармен, принёс мой заказ. Хотя здесь посетителям, вроде бы, нужно было подходить к стойке и забирать самим.

Он поставил передо мной овальную тарелку с шаурмой и высокий стакан с колой. Потом переставил с соседнего столика на мой салфетки.

-Вам помочь ещё чем-нибудь? - спросил он странным тоном. Жалостливым каким-то. Взгляд был соответствующим.

Я улыбнулась и отрицательно покачала головой. И только сейчас почувствовала, как что-то холодит щёки.

Оказывается, я плакала. Всё лицо было в слезах, а я даже не заметила.

Взяв салфетку, принялась промокать под глазами.

-Спасибо вам, - тихо поблагодарила юношу, - ничего не нужно. Надо же, а я думала, что так уверенно держусь, такая сильная. Отвечала и говорила с Сёмой так хорошо, хлёстко. А сама, оказывается, слёзы лила всё это время.

Пришло сообщение от Насти.

“Лилечка, мне уже сказали, что Бастинда тебя взяла! Ура! Сегодня отпразднуем!”

Послав ответное “Ура” и смайлик, я набрала Галку.

Подруга наслаждалась жизнью у себя на диване в обнимку с Матвеем. Попивала кофеёк.

Увидев моё заплаканное лицо и красный нос, она сочувственно охнула:

-Не взяли? Да наплюй. Тоже мне, салон фуфлыжный. Найдёшь ещё лучше…

Я высморкалась и засмеялась.

-Да взяли меня, взяли. Можешь поздравить. И там, конечно, всё очень круто. Дорого-богато. И очень странно.

Галка издала победный вопль, воздев руки. Матвей вскочил и спрыгнул с дивана, всем своим видом выражая презрение к хозяйкиной радости.

-Так а ревёшь ты почему тогда?

-Уже нет. Да и не ревела, оно само как-то, не заметила даже. Сёме позвонила, как ты велела.

Галка прищурилась.

-Довёл, гад, да?

Я помахала рукой, потому что в этот момент откусила шаурму. Лаваш был ещё теплым и хрустящим.

С удовольствием прожевав первый кусок, я попыталась объяснить.

-Галь, он ничего такого мне не сказал. Был даже милым. Попросил встречи, чтобы…ну типа всё объяснить.

-Интересно, с чего он начнёт объяснять? С её сисек или задницы? - Галю трудно было разжалобить одним только милым видом и изображением раскаяния, - А ты, я смотрю, уже и поплыла.

-Да нет, - я снова откусила шаурму. Сто лет не ела ничего подобного. Сейчас даже не могла вспомнить, почему. Так вкусно. - Галь, я его как бритвой срезала, честно. Сама от себя не ожидала. Он сказал, что у него всё посыпалось. Представляю: там столько незаконченных дел, а сроки подходят. Но ты не думай, я его не жалею. Вот людей, клиентов - да. Некоторые из них из-за этого могут проиграть по своим искам.

Галка напряглась.

-Так, подруга. Немедленно подбери свои благородные сопли и думай о своей жизни! Что там у нас: новая работа? Вот об этом лучше. Одной проблемой меньше. Что там сладкий наш пирожок с собачкой, не звонил?

Я чуть не поперхнулась.

-Галка, тьфу на тебя. “Пирожок с собачкой”. Как брякнешь…Не звонил. И не писал.

-Ладно, дадим ему время, - Галя смилостивилась. К ней на колени вернулся Матвей, предупредительно муркнув. Мол, больше без фокусов. И подставил толстый бок хозяйке.

-Хочешь приехать ко мне? - предложила Галя, - Посидим или прогуляемся.

-Поеду домой, - решила я, - столько всего в голове. Нужно подумать, обмыслить. Развешу шторы, полы вымою. Отличная терапия.

-Ну ладно тогда, - дала добро Галя. Чмокнув Матвея вместо меня, она отключилась.

Дома я с порога включилась в работу. Выбросила газеты, которыми была укрыта мебель. Протёрла стенку и люстру. Пропылесосила. Развесила новые шторы, а диван и кресла накрыла свежекупленными бежевыми пушистыми покрывалами.

-Красивее красоты, - удовлетворенно прокомментировала я вслух, устраиваясь в кресле. Здесь нужен был торшер и небольшой стеллаж для книг. Тогда можно будет освободить полки в стенке и она перестанет выглядеть такой громоздкой.

Но в целом комната стала очень миленькой. Мой взгляд упал на диван, вспомнилась вчерашняя ночь…Покраснев, я встала с кресла и стала суетливо передвигать какие-то вещи безо всякой цели.

Я не сожалела и не так уж смущалась. Просто…это в самом деле произошло слишком уж быстро и спонтанно. А ещё немного царапало то, что Слава до сих пор даже не написал. Ну хоть бы из вежливости, что ли.

До вечера было еще много времени и я решила пойти в парк, подышать, покормить уток. И, по возможности, ни о чём не думать.

Я положила геркулесовые хлопья в пакет, а пакет в небольшой рюкзак. Быстро одевшись, захватила мусор и вышла из квартиры.

На улице было ветрено, неуютно. Прохожие, которые, наверное, вышли из дома с утра, обрадовавшись весеннему теплу и солнцу, кутались в легкие куртки, натягивая их до ушей.

Я замотала голову шарфом и всё-таки свернула к парку. Бродить на холодном ветру не очень хотелось. Высыплю уткам корм и обратно. В магазин зайду.

На душе было неспокойно, как будто ветер ещё сильнее тревожил её. Создавал драматичную атмосферу.

Однако, подходя к парку, я внезапно улыбнулась, взглянув издалека на мост.

Там стояла одинокая фигура в серой куртке с капюшоном. А рядом Герда, которая, поставив лапы на перила, тоже смотрела вниз, как и человек, лицо которого было скрыто капюшоном.

Герда заметила меня, когда я уже почти приблизилась к ним: утки в воде занимали всё её внимание.

-Привет, - произнесла я, улыбаясь.

Ко мне повернулась девушка и улыбнулась в ответ. Вот этого я никак не ожидала. Девушка ответила, кивая вниз на птиц:

-Привет, вы тоже к голодающим? Герда, сидеть. Да что с тобой? Вы ей понравились.

Собака рвалась ко мне обниматься. И я, чтобы скрыть свою растерянность, присела к ней, совершенно не зная, как себя вести и что говорить.

Но сидеть на корточках бесконечно было бы странно, и я поднялась, взглянув на хозяйку Герды повнимательнее.

Нежная такая пепельная блондинка с овальным лицом. Глаза грустные. Несколько секунд я мучительно вспоминала, кого она мне напоминает. Потом вспомнила: актрису Дарью Михайлову. Ну просто один в один.

Встав ближе к перилам, я достала из рюкзака пакетик с хлопьями. Руки заметно дрожали.

Значит, это жена Славы? Бывшая жена? Я взглянула на её руку искоса. Тоненькое обручальное кольцо было на месте.

Мы постояли немного молча. Каждая из нас думала о своём.

-Всего доброго, - попрощалась она. Придержав Герду, отошла от перил. А я осталась стоять там, на ветру. Когда они скрылись из виду, медленно побрела домой.

Уже перед сном, достав заветную тетрадь, я посмотрела на запись, которую сделала в состоянии эйфории накануне ночью после того, как Слава ушел.

3. Быть легкомысленной!

Подумав немного, я чуть исправила её. Теперь постулат выглядел так: (не) быть легкомысленной(?)

В общем, здесь были одни знаки вопроса.

Засветился экран телефона. Пришло сообщение от Славы: “Думаю, скучаю, вспоминаю”

Я целый день ждала от него чего-то подобного, но теперь отвечать мне отчего-то не хотелось. И я легла спать.

Глава 9

Утром, когда мы с Настей ехали в метро, пришло сообщение от Горыныча:

“Лилечка, как твои дела? Нам необходимо с тобой поговорить, позвони мне, пожалуйста”

Я ощутила сильнейший душевный дискомфорт и отвечать пока не стала. Откуда у меня взялась волна негатива к этому человеку?

Горыныч был нашим с Сёмой однокурсником. Вообще-то, его звали Даниил Гуревич. А Горынычем его прозвал Сёмка, которому доставляло невыразимое удовольствие доводить бедного Гуревича до бешенства.

Данька был черненьким, субтильного телосложения, парнишкой. Страшно талантливым и жутко умным. Но из-за своей тонкой нервной организации и потешной внешности - круглая голова с коротким ёжиком, очочки, видавшие начало эры - его редко воспринимали всерьёз. Когда он волновался, то начинал говорить визгливо и тонко, размахивал руками-веточками, покрывался испариной.

Горынычем он стал из-за того, что совершенно не умел пить. После наших студенческих сабантуев, он являлся на пары в жалком всклокоченном виде и с потрясающим выхлопом.

Сначала, какое-то время просуществовала кличка Перегарыч, но Данька так остро на него реагировал, что Семёну пришло в голову более благообразное “Горыныч”.

Это прозвище Данька неожиданно принял благосклонно, так и прилипло к нему. Хотя пить Гуревич бросил даже в малых дозах. Не употреблял совсем.

Когда мои дурные однокурсники во главе с Сёмкой принимались доводить маленького Горыныча, мне нередко приходилось вставать на его сторону, чтобы эти балбесы отцепились от него. Часто на парах мы сидели вместе, болтали. Данька был очень мне признателен, хотя и не говорил об этом. Просто благодарно сиял, сидя рядом со мной - глазами, улыбкой. Смешной и милый.

Теперь Даниил Гуревич работал в “Юриаде” вместе с Сёмой. Ему понадобилось несколько больше времени, чтобы пробиться. Однако он, действительно, был очень одарённым, и ему удалось.

На фирме у них с Сёмой существовало нечто вроде “соцсоревнования”. Они были вечными соперниками, оба упорно шли к должности главного адвоката фирмы. Сёме удавалось всегда быть на шаг впереди. Благодаря и моей помощи в том числе.

Теперь я силилась вспомнить, почему сообщение от Горыныча мне впилось в сердце острой занозой. Откуда вообще появилась внезапная неприязнь к нашему безобидному однокурснику? Он был почти что другом семьи, поздравлял меня со всеми праздниками…

Потом вспомнила. Когда Сёма уходил в тот день праздновать со своей помощницей, он упомянул “Горыныч попросил”. Бессовестно прикрылся Данькой, который, наверное, был ни сном, ни духом. И уж точно не стал бы прикрывать Сёмину интрижку. Нужно было обязательно ответить на сообщение.

Я достала телефон, однако Настя толкнула меня в бок локтем и встала - нужно было выходить.

Меня прикрепили для стажировки к девушке по имени Светлана. Длинные гладкие белые волосы, большие синие глаза. Умело нарисованные скулы, подкаченные в меру губки.

Походка у неё была плавная, как в рисованных акварельных мультфильмах - ни одного резкого движения.

Рядом с ней я почувствовала себя каким-то лосем, ломающим на ходу молодые деревья.

-Лилия, до прихода первого клиента у нас часа полтора. За это время я успею познакомить вас с нашим ассортиментом, каталогами, в общем с тем, что мы можем нашему клиенту предложить.У нас есть готовые базовые капсулы, однако, у нас задача увеличить эту капсулу как минимум в три раза при окончательном заказе, - Светлана улыбнулась так, как будто вещала с экрана телевизора, рекламируя зубную пасту. Но закончила неожиданно просто: - В общем, втюхиваем ему всё, что только сможем.

-Понятно, - кивнула я.

Мы находились в помещении, похожем на рабочий кабинет какого-нибудь английского аристократа. Только вместо книжных шкафов, здесь находились по периметру шкафы с разнообразной одеждой. Чтобы не было ассоциаций с гардеробной и для поддержания стиля, содержимое шкафов было скрыто за деревянными дверцами с дымчатым стеклом. Каждая полка освещалась деликатной подсветкой.

Справа располагалась кабина для переодевания - просторная, с мягкой кушеткой и большим зеркалом.

Сам же кабинет был оборудован ещё большим зеркалом, размером в целую стену. Посмотревшись в него, я поняла, что оно уменьшает объемы раза в полтора.

Началось знакомство с ассортиментом, который мог предложить салон “Кейс” своим состоятельным клиентам. Здесь были представлены самые именитые бренды, работы кутюрье с громкими именами, а также нишевая категория авторской одежды.

“Интересно, это проще выучить, чем гражданский кодекс с комментариями?” - подумала я, очень сильно сомневаясь.

Светлана взглянула на часы.

-Сейчас придёт. Он всегда опаздывает ровно на пятнадцать минут. Пока я не скажу - ничего не делай, не говори, и даже не шевелись. Только улыбайся. Если Дорохов о чем-то тебя спросит, постарайся отделываться общими фразами.

-Дорохов - это наш клиент? - уточнила я для поддержания разговора.

-А ты сообразительная, - закатила глаза моя наставница.

Дверь отворилась и вошел мужчина среднего возраста. Его сопровождала моя Настя. Она незаметно подмигнула мне и испарилась.

-Владимир Анатольевич, здравствуйте! - Светлана была само радушие, - мы вас ждали. Столько интересного для вас приготовили!

-Светочка, - довольно улыбнулся клиент, - добрый день. Если вы мне расскажете, зачем мне всё это нужно - готов скупить всю вашу лавочку.

У Дорохова были водянистые голубые глаза на выкате, курчавые густые волосы, спускающиеся на воротник сорочки.

Он взял Свету за руку и, коснувшись пониже талии, то ли приветствовал её поцелуем куда-то в район шеи, то ли шепнул что-то на ухо. Девушка рассмеялась чуть фальшиво, но не высказывая никакого неудовольствия, а я отвела глаза - мне стало неловко.

Господином Дороховым мы занимались долго - около трех часов. Он примерял всё, что предлагала ему Светлана. Капсула была предназначена для отдыха в горах и вообще на природе. Цветовая гамма красно-белая и плюс нейтральный песочный.

Владимир Анатольевич примерял вещи с удовольствием, а Света при этом помогала ему, как немощному. Я представила, как натягиваю какому-нибудь клиенту все эти слаксы, чиносы, джоггеры и слипоны. Поморщившись, я поклялась себе, что буду просматривать вакансии каждый вечер и ходить на собеседования при первой же возможности.

Когда Дорохов ушел, вручив Светлане конверт, по всей видимости с чаевыми, она с облегчением выдохнула. А перехватив мой взгляд, пояснила устало:

-Некоторые из них только за этим сюда и ходят - потискаться в примерочной. Типа ролевых игр у них. Когда все делают вид, что ничего такого не происходит. Но не все такие. И мы это не обсуждаем, ясно тебе? Вот я тебе один раз сказала, и всё.

-Тебе это нравится? - не могла я не задать вопрос. В общем, людям много где приходится работать, куда ходят всякие извращенцы.

Светлана пожала плечами.

-Ничего такого в этом нет. К сексу никто не принуждает, откровенное лапанье запрещено - мы защищены договором, и если это произойдёт - ты можешь пожаловаться.

-Да он только и делал, что хватал тебя за задницу, - не выдержала я, хотя хотела промолчать.

Света посмотрела на меня, как на умственно отсталую.

-Я же сказала, если ТЕБЕ это не нравится, то ТЫ можешь пожаловаться. Клиенту сделают предупреждение, а ты будешь работать с другим. А я за один визит Дорохова месячный платёж по ипотеке закрываю, - она покрутила конверт в руке, - Теперь мы с тобой должны обработать весь его заказ, на это уйдёт остаток дня. Ты можешь пока сходить перекусить.

-Зачем они ходят сюда? Шли бы в бордель, - спросила я, не особо рассчитывая на ответ.

Света прилегла на кушетку в примерочной, сладко зевнула.

-Если бы хотели, то пошли бы. Кстати, некоторые так и делают. Ну ладно, подремлю.

Я взяла вещи и вышла. Настя сидела в своём холле одна.

-Ты обедать? А я вот видишь, пока одна - не могу. Дорохова отработали? Противный тип. Ну беги, а то Светка на тебя Бастинде нашипит.

В знакомом бистро я заказала маленькую пиццу с курицей и брокколи и большой каппучино.

Молодой человек за стойкой улыбнулся, узнав меня.

-Вы присаживайтесь, я всё принесу.

Поблагодарив его, я устроилась за уже полюбившимся дальним столиком и достала телефон, чтобы прочитать, что мне понаписали за полдня.

Галка пожелала удачи в первый рабочий день. Позвоню ей вечером. Слава прислал картинку с охапкой желтых лилий, подписав её: “Как леди относится к бокалу красного сухого перед сном?”. Отвечать ему всё ещё не было желания. Я решила, что дождусь звонка - если он будет, и выясню всё, что меня беспокоит. Перед глазами всплыло лицо его жены - нежное, печальное, с милой улыбкой. Нет уж, если у них не расставлены все точки в отношениях, то никаких бокалов красного сухого.

Я написала Гуревичу: “Привет, Данечка. Извини, что не сразу ответила - первый день на новой работе. У меня всё хорошо”

Даниил как будто сидел с телефоном, ожидая моего ответа - две галочки о прочтении тут же окрасились в голубой цвет.

“Лилечка, я могу тебе сейчас позвонить?”

Бармен принес еду, а кроме неё на маленьком блюдечке пирожное корзиночку.

-Это от заведения, чтобы вы улыбнулись, - проговорил он смущенно и убежал.

-Спасибо большое! - крикнула я ему вслед и сама набрала Горыныча.

-Лилечка! - завопил тот обрадованно. Я так и увидела, как он при этом взмахнул одной рукой и поправил круглые очки.

-Привет, Даня. Почему ты вдруг решил написать? Это Сёма тебя попросил?

Горыныч фыркнул возмущенно.

-Стал бы я для него…Просто волнуюсь за тебя. Конечно, Семён рассказал, что вы разбежались. Где ты устроилась? Почему не позвонила мне?

Я посмотрела на пиццу. Мне хотелось остаться наедине с ней. В Даньке всегда было столько заботы…несколько душноватой, если честно.

-Данечка, давай потом созвонимся, ладно? У меня всё хорошо, правда.

Отделавшись от него клятвенным заверением, что позвоню ему вечером и всё расскажу, я наконец-то приступила к пицце. Готовили здесь вкусно.

У меня было ещё полчаса, чтобы вернуться на рабочее место, и радовало только то, что клиентов на сегодня больше не было.

А вот к Насте у меня было много вопросов.

Глава 10

После работы я поехала домой в одиночестве: за Настей приехали какие-то подружки, и она усвистала с ними в клуб. Ну ничего, поболтаем позднее. Пусть расскажет, насколько она была в курсе скользкой стороны деятельности их элитного салона.

Но мне теперь определённо нужно было решать: оставаться в салоне или нет. Конечно, всё что я увидела и узнала, говорило о том, что мне там явно не место. С другой стороны…

Когда я позднее рассказывала Галке во всех грязных подробностях, как прошел мой первый трудовой день, я даже наслаждалась её бурной реакцией. Наверное, нервное напряжение отпускало, и меня разбирал безудержный смех.

-Подруга, ну и вот что мне теперь делать?

Галка подпрыгивала у себя на диване, одновременно почёсывая макушку, как обычно, в минуты сильного возбуждения.

-Ну, Шафранова, у тебя точно какой-то портал взрослых приключений открылся! У меня даже шифер взъерошило! Как что делать? Оставаться, разумеется! Сама же сказала, что договором ты защищена. Если какой-нибудь богатый упырь руки к тебе протянет без разрешения - дашь ему по морде. Это ведь можно по договору? Эх, не ту подругу мироздание определило в этот недоэротический цирк! Вот я бы там развлеклась!

Устав уже смеяться над Галкиными перлами, я утерла невольные слёзы, и откинулась на спинку кресла. Отпила остывший чай.

-Не поверишь, но я и сама уже склоняюсь к тому, чтобы остаться. Во-первых, каждый отработанный день, это неплохие деньги. Во-вторых, может, мне будет везти на нормальных клиентов.

Галя всхлипнула, давясь от смеха.

-Да-да, в массажные специфические салоны тоже иногда несведущие заглядывают, чтобы им плечевой пояс размяли, а не чего-то там ещё.

-Галь, ну хорош, у меня уже щёки от смеха сводит. Просто даже если я там хотя бы месяц продержусь - это уже арендная плата за квартиру плюс коммуналка.

-И пара курей в морозилку, - подтвердила Галка, - так что, Шафранова, пока ничего не произошло - работай себе, тенденции современной мужской моды изучай - в жизни всё пригодится. А там, может, что-то другое попадётся.

-Ты права. Как у тебя с Борюсей? - спросила я, чтобы поболтать подольше. Закончишь говорить с Галей - придётся решать, звонить ли Горынычу, да что отвечать Славе.

-Борюся перевёз гидроскутер и сумку с зимними вещами, - поделилась Галя, - прогрессируем помаленьку.

-Ну или он решил хранить у тебя в квартире ненужные вещи, - предположила я, - который год уже всякий хлам к тебе перевозит, а ночует у себя.

-Эта музыка будет вечной, - подтвердила Галка, -ты лучше скажи, что там сладенький пирожочек, больше не появлялся?

Я скорчила гримасу.

-Я ему не отвечаю. Позвонит - поговорим. А то такое ощущение, что он пишет, когда жена не видит. Не верю я ему что-то.

Галка фыркнула.

-От ты фря. Поматросила мужика и бросила, одобряю.

Я не подумала, что это так выглядит со стороны.

-Что, думаешь, надо ему ответить?

Галя неопределенно пожала плечами.

-Ну вообще-то можно. А то получается, что ты сама себе что-то там придумала и выводы сделала. Всё вообще может быть не так.

Я вздохнула.

-Тебе легко, ты всегда была прямой, как швабра. Надо - спросила, захотела - сделала.

-И тебе советую, - Галя взяла на руки спящего Матвея и положила себе на плечи. Тот даже не проснулся. - Сёмка после разговора молчит?

-Молчит. Он меня хорошо знает, сейчас затаится.

-Объявится быстрее, чем ты думаешь, - пророчески произнесла Галя, - там работа сама себя не сделает.

-Ладно, Галюсь, в душик хочу. Потом подумаю, кому чего отвечать.

-Давай, дорогая. Будет что рассказать - набирай меня, я долго ещё спать не буду.

Душ я принять успела. Постояла под теплыми струями, потом сделала воду обжигающе-горячей на несколько секунд, а потом постепенно меняла её на прохладную, освежающую. Конечно, такой душ был более уместен утром, но очень уж хотелось как следует смыть с себя усталость и эмоции этого дня.

В планах у меня было поколдовать над своим резюме, сделав его более привлекательным. Нужно было придумать формулировку своего домашнего рабства, где я каждый вечер совершенствовалась, как юрист и адвокат в частности.

Мысли мои прервал звонок в дверь. “Наська примчалась” - решила я, и пошла открывать без задней мысли, в чём была: тонкий муслиновый халат на голое тело и полотенце на голове.

За дверью оказался Слава. Один, без Герды. С длинной лилией в руках. Распустившихся цветов на ней ещё не было, но зелёными плотными бутонами она была усыпана, как банановая гроздь плодами.

Слава протянул мне цветок, не делая шага вперёд:

-Сказали, что жёлтая.

Я молчала, потому что настроилась спускать всех собак на Наську за подставу с работой, а вот для Славы у меня заготовленной выволочки не было. Да и заслужил ли он её, было неясно.

-Выглядишь просто космос, - он стоял так же, не двигаясь.

Я взяла лилию.

-Не помню, чтобы приглашала тебя сегодня, - нахмурилась я для приличия, хотя внезапно была очень рада его видеть. И в глубине души надеялась, что он как-то объяснит мне ситуацию с женой подробнее.

В комнате зиграл-запиликал телефон.

-Тогда я пошел? - вежливо уточнил Слава, не шелохнувшись.

Я махнула рукой.

-Заходи, раз пришёл, - строго так сказала. А сама повернулась и пошла в комнату к телефону, невольно улыбаясь.

На экране высветилось: Даня Гуревич. Надо было ответить.

-Посиди, я поговорю недолго, - сказала я Славе, указав рукой на кресло, а сама присела на диван, стянув полотенце с головы.

Слава кивнул, и сел на ковёр по-турецки прямо передо мной. Я сделала страшные глаза, чтобы он молчал, потому что уже успела ответить на звонок.

-Данечка, привет. Да ничего, нет, не занята.

Слава с невозмутимым лицом положил руку на моё колено и пощекотал пальцем. Сдержав смех, я погрозила ему кулаком.

-Лилечка, ты же расскажи мне подробно: куда ты устроилась, где живёшь сейчас? Ты одна?..- было слышно, как Данька волнуется, стараясь при этом говорить лёгким тоном. На последнем вопросе он заикнулся и шумно сглотнул.

-Одна, одна, - подтвердила я, придерживая Славу, который уже успел переместиться ближе, и тянулся губами к моему колену.

-Как хорошо, Лилечка! Давно пора было…Так куда ты устроилась? Фирма знакомая? Почему ты не позвонила мне, я бы мог помочь…

-Поставь цветок в воду, - прошипела я Славе, зажав микрофон пальцем, - и брысь от меня, пока мы не поговорим!

-Лиля, ты с кем-то там ещё разговариваешь? - встревоженно проговорил Данька.

-Горынечка, давай я потом тебе позвоню! Это телевизор бубнит, мешает. Надо его вырубить.

Слава при этом изобразил пантомимой удар себе под дых и рухнул, уронив на меня голову.

Снова еле сдержав смех, я быстро попрощалась с Данькой и нажала кнопку отбоя.

-Славка! Да уйди ты! Попросила же дать мне поговорить спокойно.

Слава поднялся, и, как ни в чем не бывало, пошел на кухню, прихватив лилию. Послышалось хлопанье, бряканье, потом шум воды.

-А кто такой Данечка? - прокричал он из кухни, - если это бывший муж, то он таких любезностей не заслуживает, как мне кажется.

Я поискала расческу, причесала еще влажные волосы. Посмотрелась в маленькое зеркало. Сойдёт. А если кому-то хочется покрасивей - не стоит являться без приглашения.

Лилия стояла на кухонном столе в графине. Слава сидел с невинным видом и вопрошающим взглядом.

-Не муж и не бывший, - ответила я на его вопрос, - однокурсник, друг. Кстати, о бывших…Достань там тарелку с сыром в холодильнике и помидоры.

-И это? - Слава поднял половинку бутылки вина, которая стояла там с прошлого нашего вечера.

-Давай, - махнула я рукой, - вместо сыворотки правды.

-Я и без неё скажу тебе всю правду, и ничего, кроме правды, - шутливо заверил меня Славка.

Мы сделали по глотку. Я решила быть прямой, как Галка, не юлить, и не крутить.

-Я встретила в парке твою жену. Она гуляла с Гердой.

Выражение лица Славы изменилось. Сначала на удивлённое, потом на деланно-равнодушное.

-Откуда ты знаешь, что это была именно моя жена? Мало ли кто мог выйти с Гердой. Соседка, или сестра приехала.

Об этом я как-то не подумала.

-Мне показалось, что это именно она, - неуверенно проговорила я, - красивая такая пепельная блондинка. И кольцо на пальце.

Слава выжидательно смотрел на меня, мол, ну, продолжай.

-Просто, если ты не закончил отношения с ней…мне не очень хочется обжечься или, чего доброго, быть причиной окончательного разрыва.

-Никто не может стать причиной ничьего разрыва, - возразил Слава, - только двое. Те, кто в паре.

-Это не суть дела сейчас, - не дала я увести разговор в ненужную философию, - просто если у вас ещё непонятная фаза, и финал неясен…

-Тебе было плохо со мной, не понравилось? - перебил меня Слава, глядя прямо в глаза.

-При чём тут это? - вызывающе спросила я, выдерживая его взгляд, - даже если и очень хорошо, то что?

По телу при этом у меня заходили теплые волны, я почувствовала, как покраснели щёки.

-А то, цветочек мой аленький, что не нужно замудряться. Я ведь не пытаю тебя: кончено ли всё у тебя с мужем. Вы ведь не в разводе ещё?

-Это другое совсем! - возмутилась я. - во-первых, я ушла от него и живу отдельно. И ты приходишь сюда теперь, как к себе домой. А про тебя я ничего не знаю. Встретила её - почти заплаканную, грустную…

-Так, ну хватит, - Слава поднялся, - я не для того пришёл, чтобы мне проповеди читали. Почему бабы не могут, чтобы было хорошо и просто? Почему нужно всё усложнять?

-Слав, ну послушай…

Наш разговор пошел настолько не так, что мне уже не хотелось ничего выяснять. Просто, чтобы не было этих резких слов и холодных глаз.

Слава, однако, вышел в коридор, и ушел, не сказав даже “пока”.

Да черт побери! Вот как вести себя правильно? Не задавать вопросов вообще, как я Сёме, доверять безоговорочно? Так там полный крах семейной жизни. Здесь отношениям полтора дня, захотелось по-честному - итог такой.

Я набрала Галку. Пусть рассудит.

Какое счастье, когда есть подруга, которая и похвалит, и поругает, и поддержит. Особенно, когда больше никого у тебя нет.

Галя мгновенно оценила выражение моего лица.

-Ну давай, что случилось? О, у тебя винишко там? Я тогда тоже себе плесну. Рассказывай, деточка моя.

Галя, на, минуточку, была на месяц младше. Однако сейчас я почувствовала себя в любящих маминых руках, когда набивала себе шишку.

Глава 11

Я работала в салоне уже две недели, может, чуть больше. Ничего такого страшного или отвратительного там не происходило. Клиенты в основном были адекватные. Самым противным был, пожалуй, первый клиент Дорохов. Поэтому, я немного успокоилась и продолжала работать дальше, хотя конечно, это не было работой моей мечты. Вечерами я вспоминала о том, как составляла для Сёмы дела, готовила ему речи к ответственным выступлениям, рылась в доказательствах… И у меня что-то внутри обрывалось, мне хотелось туда, обратно.

Честно говоря, я уже смирилась и понимала что раз уж жизнь пошла по-другому пути, значит это было нужно.

И в первую очередь для меня.

Сегодня Светлану попросили заменить кого-то из девочек. Я оставалась одна, хотя по срокам не должна была. Слишком рано. Но Светлана спокойно сказала, что я уже вполне могу справиться. А если что – позову её по внутренней связи.

Я очень сильно волновалась, потому что именно в этот момент остаться наедине с каким-нибудь Дороховым для меня было страшнее всего…

И когда я увидела, что в дверь входит Данечка Гуревич, я чуть на пол не рухнула от радости и удивления.

– Лилечка, дорогая, как же я рад тебя видеть, солнце моё! – он поцеловал сначала одну кисть моей руки, затем другую.

Я ещё долго не могла вдохнуть или выдохнуть, меньше всего я ожидала увидеть здесь Даню: салон с его расценками, был для очень уж обеспеченных людей. Дане точно здесь было делать нечего

Потом появилась мысль: откуда он мог знать, где я работаю?

Даня названивал мне все эти две недели, и я тщательно оберегала его от этой информации. Во-первых знала, что он расстроится, потому что новая работа была точно не моего уровня и склада ума, и Даниил это прекрасно понимал. Во-вторых, не хотела давать какой-то информации Семёну. А поскольку они работали вместе, так или иначе это могло просочиться.

– Даня, скажи мне одно: как ты узнал, где я работаю? Тот хитро прищурился:

– Не так-то уж мы и просты, ты же помнишь? Связи есть везде.

Я махнула рукой:

– Ладно, скажи честно: ты пришёл ко мне просто так или всё-таки решил приодеться?

Даня всплеснул руками:

– Готов приобрести набор… Как у вас это называется… Капсула? Чтобы выглядеть на судах достойно и максимально презентабельно. Я же лучший, как ты считаешь?

Я на секунду замешкалась. Вот что ему ответить: ты лучший, или лучший Сёма? Или Сёма лучший, благодаря мне?

Тут я позиций своих сдавать была не намерена, и умалять своих достоинств тоже.

– Данечка, давай перейдём к делу, – свернула я эту бесполезную дискуссию, – тебе нужны классические костюмы, сорочки строгих тонов, и, естественно, обувь.

Даня схватился за голову.

– Господи, разве я раньше об этом задумывался? У меня был костюм в котором я заканчивал институт, в нем пришёл на выпускной, в нем потом вёл и свои речи в суде. Как видишь, не поправился, не похудел, остался таким, как был, – он повернулся передо мной и перед зеркалом

– Данечка успокойся и не суетись так. А сейчас мы всё для тебя выберем и решим.

Я просто заметила, как Даня начал взмахивать руками, и как изменился его голос, переходя на тонкие вибрации.

– Присаживайся вот сюда Сейчас я тебе подыщу всё, что нужно. Я уверена, тебе понравится.

На самом деле, за эти две недели Света, несмотря на нашу с ней разницу в менталитете, отлично со мной поработала. Я стала разбираться в брендах и престижности одежды. Тем более, что готовые капсулы существовали у нас и раньше.

Я быстро подобрала Дане по размеру всё, что на мой взгляд подходило к его типажу, примерно представляя, как это будет выглядеть на нём при выступлениях в суде. Коричневый костюм, чёрный классический, и два синих.

Впрочем, потом я забеспокоилась о цене.

– Данечка, это не перебор? Может, ты выберешь из этого что-то одно? Ну, максимум, два. Потому что здесь очень дорого.

Даня взмахнул руками.

– Лилечка, не беспокойся! Деньги есть! Мне нравится всё, я беру. Ты стала очень здорово разбираться в этом… прикиде или как оно называется… Но у меня к тебе будет одна большая просьба…

Даня сделал паузу, я пожала плечами.

– Ну конечно, я постараюсь сделать для тебя всё, что в моих силах. А что случилось? – я сделала паузу. Происходящее меня начинало слегка напрягать.

Даня ответил:

– Я прошу тебя стать моим личным помощником.

Я растерялась, потому что вообще не поняла, о чём он говорит.

– Ты вообще про что? Я ушла от Семёна, чтобы быть от него подальше А ты предлагаешь мне встречаться с ним каждый день на фирме.

Данино выражение лица приобрело неприятный оттенок. – Лиля, вы с ним расстались! Эта история завершена, всё кончено. Почему ты должна лишаться хорошей работы? Ты знаешь, сколько я готов платить помощникам? Твой салон здесь рядом не стоял.

Попасть в “Юриад”, конечно, было мечтой. Покорением Эвереста, или какие там ещё есть вершины мира…

Да, я очень хотела. Но вот это всё…

– Даня, ты знаешь, мне нужно подумать. И, пожалуйста, не дави на меня. Возможно, да – я отвечу согласием, но давай пока что разберемся с твоей одеждой.

Когда он ушёл, я немедленно набрала Галку с привычным уже вопросом: “что делать?”

Не то чтобы я не понимала, как мне поступить. На предложение в глубине души я уже согласилась, но мне хотелось чтобы меня поддержали, что ли.

Галя помолчала.

– А ты сможешь, работая каждый день с Сёмкой, не вернуться потом к нему?

– Ни за что! – здесь я была очень категорична. – Абсолютно точно этого не будет, могу тебя заверить.

– Что там нового с твоим сладеньким пирожочком, не объявлялся? – Галя спрашивала меня об этом каждый день.

Я уже сама не знала: хочу ли я, чтобы Слава написал или позвонил. Пока что его не было. Видимо, наша история была точно закончена.

Я по-прежнему ходила гулять в парк каждый день, кормила уток. Но ни Славы, ни его жены, выгуливающих Герду, я не видела.

– Знаешь, Галя, пойду-ка я прогуляюсь, воздухом подышу. И вообще, мне нужно понять: действительно ли я готова уйти из салона.

Тут в экране Галя подпрыгнула, это выглядело довольно смешно, но привычно.

Слушай, подруга. Ну ты совсем с ума сошла. Это работа твоей мечты! Тебе дают возможность, пусть даже твой противный Данечка! – К слову, Галя почему-то не любила Данечку, чисто интуитивно. Никогда в жизни они с ним не встречались. Подруга втолковывала мне те мысли, которые я проговаривала внутренне, которыми убеждала себя.

– Ну и ладно, и пойду, – кивнула я. – Правда уже и к салону привыкла, но адвокатура – это моё всё, я к этому шла всю жизнь…

Галя перебила меня:

– Ещё и на Сёму своего работала, не покладая рук. Днём для него готовила, убирала, стирала… А ночами выписывала ему документы!

Я решительно кивнула:

– Да правда, плевать на Сёму. Пойду работать с Даней. Вряд ли такая возможность ещё представится. Да и не каждому такое дается… И если уж Данька мне это предложил, значит надо соглашаться.

Галка кивнула.

– Давай, умница моя, иди покорми своих уточек, успокойся, перевари всё, особенно про новую работу.

Собралась я быстро: натянула джинсы, лёгкую толстовку, ветровку, взяла пакетик с геркулесом для уток, и вышла из дома.

Было немного холодновато, хотя до этого погода стояла прекрасная и я каждый день гуляла. Не меньше двух часов.

Как хорошо, что я выбрала это место для житья. Просто повезло: этот волшебный парк рядом с домом. Остановившись на мостике, я кинула первую горсть хлопьев в воду. Утки громко крякая, стали подплывать и хватать уже привычное угощение.

– Здравствуйте! – раздался женский голос. Я обернулась. Ко мне рвалась Герда. Со мной очень мило поздоровалась Славина жена. А сам Слава шёл рядом, не глядя на меня. Где-то в глубине души мне хотелось повернуть ему голову до щелчка. Было больновато, но всё-таки терпимо. Я ещё не успела в него так уж сильно влюбиться.

– Здравствуйте! – помахала я рукой, надеясь что моё лицо не выдаёт никаких чувств. Помахала и Герде. – Привет, собачка! – нужно было не забыть, что я не знаю как ее зовут.

Когда Слава с женой и с Гердой прошли мимо меня, я почувствовала как у меня противно дрожат колени: не хочу… не хочу!!! Даже думать об этом… Зачем я вообще во всё это ввязалась…

И я решила никому никогда об этом не рассказывать.

В этот самый миг я поняла, что я действительно готова пойти работать в “Юриад”, потому что поняла: ничего более унизительного со мной произойти больше не может. Как же я ошибалась.

Глава 12

Я сидела рядом с дверью с надписью “Кадровый отдел”.

Даня сказал, что всё будет нормально. Сам он присутствовать не мог, потому что должен был выступать в суде. Я очень надеялась, что и Сёмы сегодня не будет.

– Вы ко мне? Проходите, пожалуйста, – выглянула, улыбаясь, девушка моего возраста.

Глядя на нее, невозможно было не улыбнуться в ответ. Удивительно милое лицо, ямочки, гладкие блестящие волосы, ниспадающие на пышную грудь.

Я поднялась.

– Вы Оксана? Тогда к вам, наверное…

– Да вы проходите, – девушка уступила мне проход, – Даниил Константинович звонил только что, беспокоился о вас.

Кадровый отдел состоял в данный момент из одной Оксаны.

Мне трудно было представить, как она тянет на себе всю фирму. Это же какой документооборот…

– Лилия… Шафранова? – Оксана бегло просмотрела мои документ, – Вы что, супруга нашего Семёна?

Я вздохнула. Вот почему Даня не предупредил её…

– Как вам сказать… Ну скажем, бывшая супруга…

Оксана сложила перед собой руки, как бы извиняясь.

– Ох, мне неловко! Я просто удивилась, что за вас просит не Семён, а Даниил. Боже упаси, не подумайте, что мне любопытно…

Но, по-моему, ей было как раз любопытно.

– Я же к Даниилу иду работать, вот он, соответственно, и попросил, – улыбнулась я очаровашке-кадровику.

Девушка деловито перебрала бумаги, затем выдала мне бланк:

– Лилия, напишите заявление, и я провожу вас на рабочее место. Потом принесу журналы, где нужно будет расписаться. Ну там, техника безопасности и прочее. Шеф у себя, он всё подпишет…

Оксана тарахтела быстро и мелодично, а я любовалась ею. Такая плюшечка симпатичная! Интересно, Семён к ней тоже подкатывал?.. Вот зачем я об этом думаю? Не совершила ли ошибку, придя в “Юриад”? Все эти воспоминания…

Оксана приняла у меня заявление и поднялась.

– Пойдёмте, Лилия. Там у Даниила Константиновича такой кавардак… Я вам сочувствую.

В кабинете Даньки царствовал не просто кавардак. Там был вселенский хаос.

– Господи! – вырвалось у меня.

Оксана с выражением произнесла:

– А я что говорила?

Бумаги валялись тут и там. Несколько сшитых дел лежали стопками на столе и тумбочке рядом с ним.

Я повернулась к Оксане.

– Серьёзно? За этим никто не следит?

Кадровичка несколько неловко пожала плечами и, отведя взгляд, ответила мне: – Раньше, конечно, было получше. Но совсем недавно Данил Константинович почему-то передал вашему супругу… Ой, простите, вашему бывшему супругу свою помощницу, а найти новую не так-то уж легко. Все такие капризные…

– Алису? – спросила я деревянным голосом.

– Что, простите? – не поняла меня сначала Оксана.

– Я говорю, помощницу, которую передал Даниил Константинович моему бывшему супругу, зовут Алиса?

Оксана заулыбалась.

– Да-да, это она. Вы тоже с ней знакомы? Я ответила лучезарной улыбкой:

– Нет, мы пока что ещё не знакомы.

Оксана ушла, а я осталась одна в кабинете.

Попытавшись навести порядок, я поняла что без Дани это бесполезно. Поэтому, освоив стол помощника, прибралась хотя бы там. Потом огляделась и поняла, что нужно и окна открыть, и пол подмести. Видимо, Даня не очень любил пускать в свою обитель каких-то помощниц и уборщиц. В принципе, это объясняло то, что он отправил свою помощницу Семёну.

Именно в эту минуту у меня закралось какое-то неприятное чувство или скорее ощущение… почему-то подумалось что все эти трое были связаны между собой: Даня, Семён и Алиса.

Может во мне проснулась интуиция, которая всегда была характерной чертой моей подруги Галки.

А я обычно была глуха и слепа как крот.

Стоило помянуть чёрта, даже не к ночи, как в кабинет ворвался Семён.

– Подожди, я не понял? Что это за заговор, что за появление здесь на фирме? Лилия! Вот уже несколько недель я прошу у тебя встречи, а тут… Я требую объяснений немедленно!

Стоя на подоконнике, чтобы поправить жалюзи, я, из-за внезапного вторжения и наезда, покачнулась и чуть не упала. От этого озверела ещё сильнее, чем от появления мужа.

– Ты! – я спрыгнула с подоконника, – Ты, ещё смеешь мне что-то там заявлять, что-то выяснять, что-то предъявлять! Да как ты!..

Я замахнулась рукой, и тут поняла, что веду себя совершенно неадекватно…

– Семён, – выдохнула я, – пожалуйста, уйди отсюда. Даня пригласил меня работать его помощником, и ты не смеешь мне препятствовать ни в чём вообще. Ты понял меня??? Просто молча развернись и уйди отсюда. Я очень тебя прошу. Пока по-хорошему.

Видимо, в моём лице или в голосе что-то отразилось такое, от чего Семён сделал несколько шагов назад и вышел из кабинета не говоря ни слова.

Я выдохнула. Сердце колотилось бешено.

“Прийти сюда работать было ошибкой?” – в который раз за день возник у меня один и тот же вопрос.

Ладно, прорвёмся. В конце концов этим днём жизнь не заканчивается, будет ещё время подумать.

Как ни странно, Галя не ответила на мой звонок. Обычно с этим проблем не было. Но мне нужно было поговорить хоть с кем-то. Поэтому я пошла к Оксане. Ноги сами повели туда, в кабинет с надписью: “Кадровый отдел”.

Начинать длинную прелюдию о том, что у нас произошло в семье, я не стала. Просто села перед кругленькой очаровашкой и задала прямой вопрос:

– Как вы считаете: прийти работать фирму, где трудится бывший муж – это очень глупая мысль? Ведь пока ещё не поздно отозвать заявление…

Оксана замялась.

– Вы знаете, мне не хотелось бы начинать наше общение со сплетен и обсуждений чего-то там личного за спиной.

Я горько усмехнулась:

– Оксаночка, очень неприятно в этом признаваться, но меня сейчас меньше всего интересуют похождения мужа, о которых, скорее всего, знает вся фирма. Мне нужна эта работа. Работа по моей любимой специальности.

Оксана подумала несколько секунд. В этот момент стало ясно, что я не зря к ней пришла.

– Хорошо, только давайте не здесь. Хотите встретимся за обедом? Рядом есть кафешка, называется “Арамис”. Там мы сможем поболтать.

Я кивнула:

– Да, так будет лучше.

Оксана внезапно встала, обошла стол, подошла ко мне и слегка приобняла.

– Лилия, я очень вас прошу… У вас сейчас такое лицо… Пожалуйста, не переживайте так. Всё будет хорошо.

И я была так благодарна за то, что она это сделала…

До обеда я трудилась в Данином кабинете: как могла перебирала бумаги, кое-что удалось подшить к делам. Было очень приятно вернуться именно к той работе, к которой я всегда стремилась.

Однако я ожидала обеда и разговора с Оксаной. Потому что чувствовала, она даст мне ту информацию, которая впишется в мою картинку недостающим пазлом.

Посмотрев на часы, я сообразила, что уже почти опаздываю, поэтому накинула пальто и пошла искать кафе “Арами”.

Чтобы быть перед Оксаной как можно более откровенной, я рассказала ей всю нашу историю с Семёном.

Девушка сказала:

– Любую потерю нужно отгоревать. Нельзя абстрагироваться, ведь иначе будет срыв. Может триггернуть даже от любой сцены в кино. Мне кажется, Лиля, вы не перешагнули через ваш разрыв. И вообще… вы не хотели разобраться в его причинах?

Я подумала, что сейчас выплюну кофе в чашку. Какие ещё причины?

Оксана понимающе покачала головой.

– Да, вы спросили не об этом. Если бы дело касалось меня: я бы не смогла работать с бывшим мужем. Но, понимаете, наша фирма, действительно, одна из лучших в Москве. Да, может быть, и в стране! И, насколько мне кажется, вам будет трудно устроиться в подобную. Так вот мой ответ на ваш вопрос: может стоит потерпеть, или хотя бы посмотреть чем это всё закончится? Я кивнула. Пока что Оксана вовсём была права.

- Смотрите, Лилия, в самом самом плохом варианте… ну что может случиться? Допустим, вам не понравится – ну вы уйдёте А вдруг всё будет не так уж страшно? Так что я бы посоветовала вам остаться.

– Оксана, скажите мне, пожалуйста: вы что-нибудь знаете о похождениях, или, как изящнее выразиться… о приключениях Семёна с сотрудницами?

Мне почему-то до боли захотелось это сейчас узнать, хотя я понимала, что девушка совершенно не обязана отчитываться передо мной и сплетничать.

Оксана вздохнула.

– Лилия, если честно, мне есть что вам рассказать. Но не хочется, не хотелось бы… поэтому давайте отложим этот разговор. Если вы спросите меня как-нибудь потом, я вам отвечу. Вы мне почему-то очень глубоко симпатичны и…

– Оксаночка, спасибо вам за этот разговор, я поняла.

Я попросила счёт, мы расплатились и вышли.

– Лилия, вы не подумайте, что я не понимаю вас! Мне просто не хочется, чтобы вы начинали работу в фирме с таких выяснений…

Я совершенно искренне кивнула.

– Оксана, наш с вами разговор очень мне помог, где-то даже вправил мозги. Я пришла в “Юриад” работать. И буду заниматься именно этим.

Очаровашка улыбнулась мне в ответ.

– Вот и правильно. Кстати, шеф подписал ваше заявление. Так что добро пожаловать в нашу команду!

Вернувшись в офис, мы предъявили свои пропуска усатому вахтёру, который на Оксану посмотрел с обожанием, а на меня с подозрением.

Оксана весело рассмеялась:

– Виктор, не смотрите так сурово, не пугайте нам новеньких. Это Лилия, она будет работать с Даниилом Константиновичем.

Я вернулась в свой новый рабочий кабинет – дожидаться возвращения Даньки. И поскольку не знала, чем больше заняться, открыла ближайшее дело и приняла его изучать.

Глава 13

Под конец рабочего дня ко мне заглянула Оксана.

– Лилечка, ну как вы? Всё хотела забежать к вам раньше, но было очень много дел… Домой ещё не собираетесь? Хотите вместе до метро?

Я взглянула на часы. И правда, сколько уже времени!

Даня за это время прислал тучу сообщений, что у него три слушания в разных концах Москвы, и он скорее всего не успеет в офис.

Я кивнула девушке:

– Да, давайте пойдемте прогуляемся, а то уже голова кипит.

Оксана оглядела кабинет.

– Ничего себе! Здесь, по-моему, даже при Алисе не было такого порядк!

Я невольно поморщилась. Эту историю очень хотелось оставить, просто не вспоминать о ней больше.

Хотя кого я обманываю? Об этом мне придётся думать ещё очень-очень долго.

– Оксана, я только пальто накину, – девушка улыбнулась.

– Лиля, встретимся у входа, там где дядя Витя сидит. Мне ещё нужно зайти кое-куда.

По дороге мы зашли в кафешку. Оксана сама предложила, а я подумала: “Почему бы и нет?”

– Лиля мне очень не хочется, чтобы вы вляпались ещё во что-то, – говорила Оксана, отводя от меня взгляд, – я могу вам рассказать… Я же кадровик, знаю всё.

Она замялась.

– Хорошо, что? – резче, чем было нужно, спросила я.

– В общем, когда Даниил Константинович передал свою помощницу Семёну, мы все, мягко говоря, очень удивились, вы понимаете?

– Оксана, я понимаю, по-моему. Я даже начинаю догадываться, что в тогда произошло.

Оксана сочувственно посмотрела на меня.

– Серьёзно, понимаете? Мне бы очень не хотелось лезть в вашу личную жизнь…

Когда я уже ехала домой, мне в принципе было практически понятно, что сотворил Даня. Как попал в эту ситуацию Семён. Это было настолько мерзко, настолько неприятно…

Но мой настрой был таким: “Нет, плевать мне на вас! Я попала в фирму в которую хотела! И дальше я буду жить своей жизнью, строить свою карьеру по-своему! Даня, ты решил поступить так? Так вот, я дальше воспользуюсь тобой! Семён, ты поддался слабости? Слил в унитаз нашу с тобой жизнь? О'кей с этим я тоже как-нибудь справлюсь!”

И когда я встретила у подъезда Славу, я не удивилась.

Просто сказала ему:

– Пошел к чёртовой матери! – и прошагала по ступенькам к своему подъезду.

Потом я набрала Галку, рассказала всё, что узнала, что случилось.

Она помолчала, погладила Матвея, обняла его, и я почувствовала, что она обнимает и меня в этот момент.

– Галя… – мои глаза наполнились слезами.

– Ничего не говори, деточка моя, – она уткнулась лицом в своего кота, – как же мне за тебя больно.

Мы обе поплакали, утерли слёзы.

– Давай так, – решительно сказала Галка, – мы сейчас составим схему…

Я перебила её:

– Галя, мы не будем составлять никаких схем. Я просто оставлю это позади. А дальше они все умоются моими слезами.

Больше я не верила никому, кроме моих подруг. И увольняться с фирмы “Юриад” я не собиралась.

“Знаете что, – подумала я, – а пошло оно всё конём!” И раскрыла дело, которое прихватила с собой, чтобы изучить, потому что привыкла работать по ночам с Сёмиными документами. Это было очень интересное дело, и, по-моему, оно было близко к тому, с чем очень скоро пришлось бы мне столкнуться: раздел квартиры, раздел имущества.

В общем, показалось, что я буду на другой стороне этой истории. Только Даня пока об этом не должен был знать.

Я всхлипнула. Ещё один нож в моей спине. Какого чёрта происходит? Я десять лет жила спокойно! Может быть мне и не надо было оборачиваться тогда с той тарелкой?

Внезапно я вспомнила об утках: “Они же ждут!…”, и отложив дело, пошла собирать им корм.

Это было ожидаемо, но Слава ждал меня у подъезда.

– Лиля, ты не понимаешь! Давай, ты не будешь делать скоропалительных выводов? Пойдём!

Он зашагал рядом.

– Так, покормим малышей, и я домой, – сказала я ему спокойно, ничего при этом не чувствуя.

Слава говорил, волнуясь:

– Ты понимаешь, Лиля, мы с женой давно расстались. Да, она хочет продолжения нашего брака, но я не хочу…

– Слава мне не интересно об этом слушать, – перебила я его, – не интересно зачем ты втянул меня в вашу историю? Слава попытался коснуться моей руки, но я тут же её отняла, его прикосновение было неприятным. Я понимала, что эта история закончена.

Как мне был дорог этот парк, эти деревья, эти дорожки, тропинки. Эти утки, чёрт побери!

Я поняла, что люблю это место, как некоторые любят центр Москвы. Я полюбила это Бибирево.

Потому что здесь началась моя новая жизнь. Я уже знала, что куплю эту квартиру в которой поселилась.

Я думала об этом, идя рядом со Славой… только об этом.

Его слова, доносящиеся до меня, так мешали думать о будущей жизни... Я смотрела на едва зеленеющие деревья и замечала: вот уже нет снега под ногами. И запахи были совершенно другими.

Мне было здесь так хорошо.

Слава богу, Слава больше не пытался продолжить этот неприятный разговор. Он молча проводил меня до дома, попытавшись еще раз коснуться на прощанье.

Придя домой, я вернулась к делу, которое взяла у Дани в кабинете. Мне очень захотелось быть главным защитником этой женщины, против которой выступал Даниил.

На следующий день он встретил меня с распростертыми объятиями:

– Лиличка, как же я счастлив видеть тебя!

На тот момент мне уже было настолько мерзко его видеть: ведь я уже знала всё…

– Данечка, – улыбнулась я ему лучезарно (во всяком случае я надеялась, что это было так). Давай поработаем с твоими делами и наведём порядок: здесь жуткий бардак!

Даня засиял:

– Моя ты рыбка! Я всегда, всегда знал, что ты лучше всех!

Меня затошнило. Почему все эти гады пытаются меня использовать? Но сейчас я думала только о том, как утвердиться на новой работе и как можно быстрее уйти в другую фирму.

Мне вспомнилось: “В критической ситуации вы не подниметесь до уровня своих ожиданий, а опуститесь до уровня своей подготовки”

А ещё мне хотелось выступить на стороне той женщины, против которой выступал Даня.

Я смотрела в глаза моего лучшего друга, а сердце было на мокром месте.

Меня предали все, абсолютно все. Кроме подруг. И теперь я должна была отомстить. По-своему, по женски.

– Данечка, – пропела я, – давай поработаем!

Мы детально рассмотрели дело, я разобралась во всех нюансах, и уже знала, что расскажу Галке вечером. Это дело уже стало моим, пусть так и будет!

Мы же сильные девочки, что нам плакать и голосить?!

На свято место всегда претендентов найдётся уйма.

Не хочет? Не надо! Бери пальто, вызывай такси.

Подрастём и напишем о нём в мемуарах: «Три вялых дюйма».

Мы большие девочки. Больше всех этих помещений.

Пусть стучатся в трубу. И наш адрес отныне таков:

Город стёртых и нет отвеченных сообщений,

Улица длинных, не принятых нами звонков.

Мы бродящие девочки из дрожжевого теста.

Мы любой январь проживаем сочным густым июнем.

Ну, полежим под его квартирою в знак протеста,

Зато потом встанем, поправим чёлку и гордо сплюнем.

Мы же сильные девочки. Где хотим, там и плачем.

От кого хотим, от того и рожаем детей.

Мы стольких людей послали к чертям собачьим,

Что теперь даже как-то боязно за чертей.

Мы же взрослые девочки. Мы познаёмся в воинстве.

Проигравший, как водится, ловит с окна манатки.

Если мы говорим о каком-то твоём достоинстве,

Значит, мы уже знаем о каждом твоём недостатке.

Мы хорошие девочки. Мы не гордимся победами.

Мы не строим гробниц в чужих душах, не жаждем Голгоф.

Наши враги всегда с нами делятся бедами.

Потому что нам нравится быть причастными к бедам врагов...

Я звучащая девочка. Я мелодия всех гармоник.

Я сама себе друг, сослуживец, кумир и обитель.

Я маленький, бедный, замёрзший слоник.

Пожалей меня, мальчик, пока никто не увидел.

(Марьяна Высоцкая)

Глава 14

Я была полностью готова к следующему рабочему дню. У меня был план, как действовать и в каком направлении двигаться.

По пути в “Юриад” я думала: как же провернуть это дело с той женщиной, Марией Петровной Кравцовой, против которой подал иск муж. Чем ей помочь и как доказать, в первую очередь самой себе, что я профессионал.

Мне нужно было обставить Даню и Сёму.

Так я добралась до работы. Взглянув в мои глаза, дядя Витя кивнул уже более благосклонно.

– Ну вот, слава богу. А то я думал плакса какая-то.

Наверное, действительно во мне что-то изменилось со вчерашнего дня. Я протянула дяде Вите пропуск.

– Да проходи уже! – махнул он рукой, – теперь я уж тебя не забуду. А ты хорошенькая!

Он окинул меня взглядом. Вот же: пенёк замшелый, а туда же.

– Ой нет, нет ради бога, – рассмеялась я, – таких комплиментов мне на данный момент не нужно.

– Да понял я, понял… – вздохнул дядя Витя и сказал: – Оксанка пять минут назад проскакала мимо. Я уж налюбовался. Ох, девки, что ж вы со мной делаете…

Даня уже был на месте.

– Ну что, дорогая, поехали работать?

Я вынула дело из своей объёмной сумки. Достала ноутбук, за которым вчера просидела полночи.

– Даня, послушай, а ты уверен, что что мы собрали все необходимые сведения?

Он расплылся в довольной улыбке.

– А давай ты как раз этим и займешься? Всё проверишь. Мне нужно, чтобы ты встретилась с истцом и ответчицей… Как там её…

Я сказала без запинки:

– Её зовут Мария Петровна.

– Вот-вот, с ней, – пренебрежительно махнул Даня рукой. – Ты знаешь, сколько мы с тобой заработаем на этом деле?

Я полюбопытствовала:

– Это потому, что у него есть всё, и нужно отнять у жены последнее?

Даня пока ничего не подозревал в моей игре и думал, что выиграл эту битву. Возможно, где-то так и было. Но он ещё не знал, что проиграл войну.

Чем торчать с ним в кабинете, мне лучше было действительно встретиться с участниками этого дела.

Во-первых, я знала, что нужно не только моё субъективное мнение, чтобы оценивать ситуацию по документам. Необходимо было выслушать обе стороны. Поэтому я кивнула:

– Назначай обе встречи, я поеду. Может быть, нам удастся выяснить что-то новое… – в принципе, здесь я Даниилу не соврала.

Мы созвонились с участниками процесса и они согласились встретиться сегодня же. Наверное, им было это интересно, каждому по-своему.

– Так, не забудь, его зовут Лавр Анатольевич.

Хорошо, что я стояла в данный момент к Даниилу спиной. Мою усмешку он увидеть не мог.

– Я помню, помню, Даня. А его жену зовут Мария Петровна, – специально повторила я.

– Ну да, ну да, – Даня углубился в изучение какого-то очередного документа, а я вышла из кабинета. Мне навстречу шёл Семён.

– Лиля, у меня к тебе есть серьёзный разговор, – начал он.

Я махнула рукой и прошла мимо.

– Лиля, пожалуйста!

Я обернулась.

– Ну хорошо, что ты хочешь?

– Лиля… Давай зайдем ко мне на две минуты и поговорим.

– А Алиса там? – поинтересовалась я невинно.

Сёма в растерянности развел руками.

– Нет, иначе я бы тебя не звал.

– Ну и на том спасибо, – усмехнулась я. – Хорошо, пойдём. Две минуты у меня есть.

Мы зашли в Сёмин кабинет, который очень отличался от Даниного. Более опрятный и представительный.

– Зайка моя дорогая… – потянулся ко мне Семён.

– Так, убери, пожалуйста, от меня руки, это раз! – сделала я шаг назад. – Быстро говори чего ты хочешь! У меня еще две встречи сегодня.

– Значит, теперь ты и правда правая рука Горыныча, – Сёмино лицо нервно исказилось.

– Это теперь не твоё дело, и давай скорее по существу.

– Лилечка, – плечи Сёмы опустились, – без тебя у меня повисло дел пять. Я откладываю слушания сколько могу… Пожалуйста, я тебя умоляю, помоги мне в конце концов!

Это было удивительно, но он даже повысил на меня голос в этот момент. Наверное, у него была истерика. Не мог же он быть настолько бессовестным.

– Я очень тебя прошу, давай хотя бы закончим то, что вместе начали.

У меня не было других эмоций, кроме изумления. Он абсолютно ничего не понимал.

Как раз в этот момент принесло Алису. Я в первый раз увидела её, но сразу поняла, что это она. Потому что, встретившись со мной взглядом, девушка прищурилась, а уголок её рта некрасиво дернулся.

Ну что ж, яркая такая. Ноги от ушей. Высокая – на голову выше меня.

Я повернулась к Семёну.

– Послушай. По-моему, сейчас все вопросы и просьбы ты должен адресовать ей, – обогнула девушку и вышла из кабинета.

Первая моя встреча была назначена Даней с Лавром Анатольевичем.

Он оказался очень похож на нашего со Светланой клиента Дорохова – манерами и очень неприятным высокомерным взглядом.

“Думаешь, словил бога за бороду? –- подумала я ехидно. – Это мы ещё посмотрим.”

Однако вежливо улыбнулась и решила слушать его максимально беспристрастно.

– Ну, в общем, понимаете… Я уже рассказывал всё Даниилу Константиновичу… Эта женщина во время нашего брака сидела дома, и ни черта ничем не занималась. Теперь ей, оказывается, помимо алиментов нужна наша квартира. А как вы понимаете, сумма алиментов значительно превышена.

– Почему вы так считаете? – спросила я его, – по-моему, даже по представленным документам, вы должны платить своей супруге на детей тридцать процентов своего дохода.

– Я не понимаю! – взвился клиент. – Кого вы защищаете – меня или её?

Я немного сбавила обороты: не стоило его так уж пугать.

– Простите, конечно же, мы представляем вас. Я подумала в первую очередь о ваших детях.

Лавр махнул рукой:

– В любом случае она всё потратит на ерунду. Поэтому, надеюсь, ничего она не получит. У неё самой работа есть – что-то там шьёт, продаёт. Почему я не рассматриваю эти её доходы? Почему я вообще должен чем-то делиться? Как вы думаете, сколько стоит свозить двоих детей на две недели в Таиланд?

Я пожала плечами.

– А сколько стоит собрать ребенка в школу? Кружки, репетиторы, одежда? А еда в течении года?

– Послушайте, когда мы жили вместе, она вообще об этом не задумывалась. Поэтому и я сейчас думать об этом не намерен.

– Лавр Анатольевич, – мягко начала я, – вы понимаете, что по закону и согласно всем представленным документам, вам не получится избавиться от алиментов? Вам лучше пойти на мировое соглашение с Марией Петровной.

– Я не рассчитывал на это! – бросил мне в ответ Лавр, – и Даниил Константинович мне пообещал!

– Да, конечно, – ответила я, – но только при согласии вашей супруги.

– Бывший супруги, – поправил меня Лавр Анатольевич.

До встречи с Марией Петровной было ещё два часа, и я решила заехать к Гале. Было по дороге.

– Моя ты золотая! – Галя ждала меня распахнув настежь дверь, пока я поднималась на лифте.

Мы обнялись и простояли так несколько секунд. Конечно, говорили мы каждый день, и по несколько раз в день. Но как же необходимо вот так обнять родного человека.

– Раз в столетие приедешь, и то на полчаса! Ну что за безобразие! – Галка обчмокала мои щеки и нос. – Матвей, не ори!

Кот забрался на свою когтеточку в прихожей и громко мяукал.

– Подожди, у меня тут есть для него кое-что… – я покопалась в сумке, – давно уже для него таскаю.

Матвей подарок оценил, и принялся играть в кошки-мышки с искусственным плюшевым грызуном.

– Рассказывай, что нового.

Мы с Галкой сели на маленькой уютной кухоньке, где пахло кофе и ванилью.

Я быстро пересказала события сегодняшнего дня. Галя схватилась за голову.

– Нет, ну какой подлец!

Я отпила чуть остывший кофе.

– Кого из троих ты имеешь в виду?

Подруга осеклась и поморгала.

– Вот жеж упыри… Так сразу и не скажешь, кто занял первое место в этом поганом рейтинге. Да чего уж там, Сёма, конечно. Горыныч ваш сволочь и всё такое, но Сёмка не имел права поддаваться. У Горыныча была хотя бы цель завоевать, вернее заполучить тебя.

– Я же видела её сегодня, Галь. Алису эту. Сложно, наверное, было не поддаться, даже на слабо.

Галя поднялась, и уставилась на меня в упор.

– Нет, дорогая. Очень легко отказаться, если любишь другого человека. А Сёма…

– А Сёме было со мной просто удобно. И, наверное, скучно. Раз ради глупой подначки смог рискнуть семьёй.

Подруга уселась на место.

– Но кто бы мог подумать, что лучший ваш друг способен на такую низкую интригу… Как людям доверять после этого?

Этот вопрос так и повис в воздухе. Мы ещё немного посидели, и я поехала на встречу с Марией Петровной.

Весенний день был прохладным и пасмурным, немного напоминал осень. Иногда срывался лёгкий дождик, от которого даже не хотелось укрыться под зонтом – он был свежим и приятным.

Деревья раскачивались под порывами ветра, молодые листочки на них трепетали.

Наверное, моё настроение было похоже на этот пасмурный день: немного грустное, в чём-то печальное.

Конечно же, я переживала крах десяти лет своего брака. Но в целом вполне можно было дальше жить.

А ещё мне почему-то было очень важно помочь сейчас этой неизвестной Марии Петровне. И я была настроена очень решительно.

Глава 15

Мария Петровна оказалась симпатичной женщиной, полноватой, немного нервной. Она была ровесницей своего бывшего супруга.

В ней не было, правда, его холёности и лоска. Однако, видно было, что в юности она была настоящей красавицей - скулы, точеный профиль, прекрасные глаза.

Встретиться мы договорились у неё дома, в ближайшее кафе, а тем более в офис она идти наотрез отказалась.

Квартира была небольшая, двушка. Одна из комнат, куда она пригласила меня побеседовать, была рабочей - на двух столах лежали отрезы ткани, кружева, бобины с тесьмой. У окна стояли два портновских манекена в разрисованной мелом будущей одежде.

- Я не знаю, что ещё могла бы вам рассказать. Даниил Константинович записал всё, - женщина заправила прядь волос за ухо, рука чуть дрожала.

-Мария Петровна, я вам не враг, - проговорила я мягко и убедительно, насколько могла, - в первую очередь я хочу помочь вам и вашим детям.

Она растерянно смотрела на меня.

- Я не понимаю. У меня было совсем другое мнение после встреч с вашим коллегой…

-Расскажите мне всё сами в двух словах, а потом пройдёмся по каждому пункту в ваших противоречиях…- я заметила, что перешла на казенный язык и постаралась исправиться, - мы просто поговорим и выясним, как вам помочь.

Мария Петровна неуверенно кивнула.

-Да, конечно…Да что же мы стоим, присаживайтесь сюда. Хотите чаю?

Через некоторое время стало понятно, что в деле от меня было скрыты некоторые “несущественные” детали.

Дом, где до этого жила семья, был большой, двухэтажный. У мальчиков были отдельные спальни, игровая комната.

Когда муж сообщил Марии Петровне, что подаёт на развод - та не удивилась. Лавр уже долгое время предпочитал проводить время вне дома, да и слухи распространяются быстро.

-Лилия, дальше он сказал мне, что дом я всё равно не потяну финансово, да и добираться до центра далеко. У него была ещё вот эта квартира, и он предложил мне вместо раздела имущества переехать с детьми сюда.

-Значит, квартира была его добрачным имуществом, а дом был куплен в браке? - уточнила я.

Женщина кивнула.

-Да, всё правильно. Мы подписали бумаги и переехали с детьми сюда.

-А теперь ему понадобилась эта квартира?

Впрочем, всё и так было понятно.

-Да, она на первом этаже и ему она понадобилась…не помню, под какой-то офис, что ли. Сказал, что может забрать детей в наш прежний дом…и ими будет заниматься кто-то…

Женщина расплакалась. Её положение было ужасно.

-Понимаете, - всхлипывая говорила она, - ему и дети-то не нужны. Они попросту останутся без обоих родителей…Стоит мне согласиться, мы с ними друг друга просто не увидим. Потом он сошлёт их куда-нибудь в частную школу…разве его пассии будут нужны чужие сорванцы-подростки?

Я взяла её за руку и легонько сжала.

-Ничего этого не будет, Мария Петровна. Не вздумайте даже допускать этой мысли. Я этого не допущу. У нас с вами есть все шансы бороться. Вас просто обманули и запугали.

Бедная женщина подняла на меня заплаканное лицо.

-Но…я всё ещё не понимаю. Вы же адвокат моего мужа…бывшего мужа. Почему вы хотите мне помочь?

-Потому что это правильно, - твёрдо ответила я, - давайте с самого начала, но детально: какие вы подписывали документы, где это происходило, кто при этом присутствовал?..

После нашей встречи я отзвонилась Дане и сказала, что сразу поеду домой, рабочий день был уже часа два как окончен.

-Ну вот, - расстроенно протянул Даниил, - а я надеялся, что те вернёшься и мы поужинаем вместе.

-В другой раз. Я очень устала и меня даже немного тошнит, - правда не стала уточнять, что тошнит от него и нашего клиента.

Более того, я была уверена, что такую изощренную схему обмана подсказал Лавру Кравцову именно Даниил. Мне предстояло найти в этой схеме слабые места и разнести её в пыль.

Я подумала о том, что нужно было отдать Сёме должное - он никогда не промышлял подобным. Конечно же, я знала, что изнанка адвокатской практики бывает очень грязной. Но, работая с Семёном, почти что забыла об этом.

Хотя… возможно, не стоило его идеализировать. Зная мой характер, он вполне мог мне не показывать какие-то не вполне честные свои методы. Но не до таких чудовищных, с которыми я столкнулась в первом же деле с Даней Гуревичем.

У дверей квартиры меня перехватила Настя.

-Ты совсем пропала, даже на сообщения не отвечаешь! - упрекнула она меня, просачиваясь вместе со мной в мою прихожую.

Я рухнула на пуфик, который жалобно скрипнул.

-Наська, честное слово, сил нет…

Моя соседка критически осмотрела меня.

-Да…вид у тебя бледный. А нечего было убегать от нас в свою юридическую пыточную.

Мне хотелось в душ, хотелось есть, хотелось спать. И совсем не хотелось разговаривать.

Настя быстро сориентировалась.

-Давай раздевайся, я тебе ужин разогрею, хочешь? А потом пойду.

Я кивнула.

-Спасибо большое, заяц. Даже отказываться не буду. Ополоснусь сначала.

Когда я вышла из душа, почувствовав себя немного отдохнувшей, Насти в квартире уже не было.

Зато на столе дымился куриный супчик, на тарелочке пестрели нарезанные огурцы и помидоры, а ещё красовался просто гигантский инстаграмный бутерброд - поджаренный белый хлеб со сливочным сыром, красная рыбка и авокадо.

-Божеее, - простонала я, сглатывая.

Этот день из меня все соки высосал. Я дала себе поблажку, и налила бокал красного вина.

Открыв телефон, я увидела целый ворох сообщений, пришедших за последний час.

Я ответила только Гале, а Сёму, Славу и Горыныча, желающих мне прекрасного вечера и сладких снов, проигнорировала.

Рухнув в постель, я немного поразмышляла перед сном. Нужно было решить, что делать с Даней. Его методы работы были не просто нечестными, они были преступными. Мне нужно было поговорить с ним. Просто убедиться, что он сознательно делал всё это… Не то чтобы я не понимала, но почему-то важно было услышать это от него.

А что если он скажет: “Да, Лилечка, мы закрываем глазки на некоторые нюансы, зато знаешь, сколько мы заработаем и какие клиенты после этого к нам потянутся?”

Меня передёрнуло. Вспомнилось заплаканное лицо Марии Петровны. Хотелось взять за шкирку моего однокурсника и долго-долго трясти его, пока не выбьется вся эта нечистота.

Но вряд ли это помогло бы. Он явно не видел в этом ничего дурного: ведь он защищает интересы клиента!

Я не собиралась ни с кем советоваться и делиться этой информацией на работе. Просто пора было идти знакомиться с шефом “Юриада”. И если рыба гнила с головы, то делать в фирме мне было нечего.

О своём работодателе я знала лишь в общих чертах. Что-то рассказывал Сёма, что-то я читала сама в интернете.

Он не очень давно возглавил “Юриад”, что-то около лет трёх. Мне до этого казалось почему-то, что он является просто “лицом фирмы” - на фотографиях и презентационных видео он выглядел, как актёр, играющий Джеймса Бонда, как его…ну как его…

А заправляет фирмой кучка каких-нибудь старых акул, держащихся в тени.

Я уже не заметила, что сплю, и мне вся эта история про Бонда и акул просто снится.

Утром я проспала время на душ, макияж и завтрак. Однако, на работу я ещё успевала. А ещё, как назло, у меня в последний момент выпала линза из рук и пришлось в спешке искать очки.

“Как-то день сегодня не задался, - суеверно подумала я, - может, не стоит сегодня начинать разговор с Даней, и тем более идти выводить его на чистую воду к шефу?”

Отогнав трусливые мысли в сторонку, “кыш, кыш”, я усмехнулась, вспоминая свой нелепый сон.

Ну что ж, мистер Бонд, мистер Джеймс Бонд, сегодня мы с вами познакомимся.