Рецепт апокалипсиса 3

Глава 1.1

Если кто-нибудь спросит, почему я сорвался с теплого насиженного места и отправился навстречу неизвестности, я, конечно же, отвечу, что спокойная жизнь не для меня, что старый мир стал мне мал, а новые невероятные приключения так и манят в загадочную даль. И это будет почти правда.

Но на самом деле все намного сложнее – и причин было куда больше. Например, Соске-куну надоело строить из себя Великого и Ужасного, и он почти перестал появляться в Хуэко Мундо, даже в своем любимом тронном зале. Ками-сама помог, наверное, миллиону страждущих, но мир живых лучше так и не стал, и от этого начинающее божество впало в депрессию. Объявило, что из-за возросшей силы вынуждено покинуть землю и отправиться в иные планы бытия. «Иными планами бытия» оказался мой внутренний мир, где Ками-сама при поддержке Хоугиоку занялся расширением виртуальности до размеров галактики, а потом, возможно, и вселенной. Если вдумчиво подойти к делу, то вполне можно занять себя на вечность-другую. Как ни странно, после его ухода, основанный им культ набрал только еще большую популярность и уже превращался в настоящую религию. Вирту-Ня сначала помогала шинигами наводить порядок, но потом они и сами стали справляться, а богиня оказалась не у дел. Со скуки подсела на сетевые игрушки и совсем забросила дела в реальности.

У меня тоже все было отнюдь не радужно. Нет, в начале-то все было нормально – мне удалось убедить арранкаров, что у них в Хуэко Мундо установилось правление военной аристократии, а я тут просто так, для красоты. Но вот личная жизнь у меня не сложилась. Сначала все было неплохо, но, кажется, я дурно влиял на Унохану. Она знала, что я бессмертен, поэтому в поединках, которые у нас были вместо прелюдии, вообще не сдерживалась. Я уже и припомнить не могу, сколько раз мне приходилось Лас Ночес восстанавливать, а уж сколько более мелких «любовных гнездышек» было уничтожено, вообще сосчитать нельзя. Ячиру, которая сама себя назвала «тысяча стилей», многому меня научила, как в бою на мечах, так и в медицинских кидо. Я тоже мог показать ей нечто интересное, но опыта у меня было несоизмеримо меньше. И как-то вышло так, что некоторое время спустя я начал ощущать себя не более чем подставкой для меча. А потом Унохана и вовсе начала обходиться без меня, фехтуя только с Кусанаги. Глупо, конечно, ревновать к собственному мечу, но я ничего не мог с собой поделать. А может, я просто неудачник в любви, не знаю.

Из всех нас блаженствовала только Ева. Она познакомилась-таки с кланом Комамуры и узнала удивительную вещь – ее муж оказался оборотнем, и мог почти полностью превращаться в человека. Правда, условия уж больно жесткие для оборота – надо вырвать собственное сердце. Но Еве так хотелось увидеть своего благоверного с некомими, что она переполошила весь ИВМ и Двенадцатый отряд. И через пару месяцев получила положительный результат. А увидев Саджина в почти полностью антропоморфной форме, но с длинными белыми волосами, волчьими ушами и хвостом, влюбилась в него еще раз. Даже я должен был признать, что настолько мужественного бишонена в жизни не видел, а Элис все порывалась завести себе такого же.

Ева на радостях впервые в жизни тоже превратилась в человека, но со своими чудесными ушками и хвостиками так и не смогла расстаться. Поэтому походила на беловолосую кицунэ, но с моими чертами лица, более мягкими и женственными, однако легко узнаваемыми. Правда, чета Комамура не долго шокировала Сейретей своей ошеломительной внешностью и вскоре вернулась к привычному виду.

А через год после замужества Ева родила тройняшек. Первые двое – девочка и мальчик - явно пошли в мамочку и были белыми и пушистыми. А младшенький почему-то получился в человеческой форме, рыжий, кареглазый и хорошенький, как ангелок. Если бы не волчьи ушки и хвост, я бы решил, что тут каким-то образом отметился Ичиго. Я частенько поддразнивал этим Еву по мысленной связи, и она не осталась в долгу и отомстила мне самым жестоким образом. Ее детки росли очень быстро и уже через несколько месяцев вполне себе бегали и даже что-то лопотали. И коварная лиса подучила их звать меня дедушкой. Весь имидж мне попортила, меня даже в Хуэко Мундо совсем бояться перестали. Как тут бояться, если три мелких ушасто-хвостатых спиногрызика то и дело использовали меня вместо лошадки?

Не знаю, совпадение это или нет, но в этом мире с учетом разницы времени в Хуэко Мундо я провел столько же лет, как и в том, откуда меня выставили таинственные высшие силы. И опять же, в моем уходе были виноваты боги, на этот раз в моем собственном лице, точнее лицах. Я во всеуслышание объявил, что отправляюсь в путешествие, и остальные как-то на удивление слабо отреагировали на это заявление. Наверное, подумали, что я просто в круиз собираюсь или еще куда. Только Заэль знал, как на самом деле обстоят дела, и неожиданно заявил, что совершит сеппуку, если я не возьму его с собой. Отговорить его не удалось, пришлось забрать, чему умники были только рады. Перенаправив на Еву потоки энергии, идущие ко мне от солнца Хуэко Мундо и из мира живых, я мог не волноваться, что с демоницей что-нибудь случится. Впрочем, она и без них прекрасно бы прожила, но теперь с такой силой станет одним из самых могущественных существ в мире.

Почему-то раньше я считал, что миры относительно друг друга расположены линейно, словно нитка бус, и нужно просто запомнить точки перехода, чтобы вернуться обратно. Не знаю, откуда я взял эту дурацкую теорию, но она моментально развеялась, стоило лишь шагнуть за грань привычной реальности. Мир, в который я попал, был совершенно неприветливым и встретил меня темнотой, прорезаемой огненными сполохами, ядовитым газом и реками лавы. То ли конец света, то ли самое его начало – не понятно, поэтому я поспешил вернуться обратно, но вместо вселенной Блича вывалился в какое-то совершенно незнакомое место. Пометавшись немного туда-сюда, взял себя в руки и устроил в ИВМ экстренное совещание на извечную тему «Что делать?».

Умники выдвинули несколько теорий о межмировых путешествиях, но у них было слишком мало материалов для исследования, а прыгать наобум мне не хотелось, ведь тем самым я бы перемещался все дальше от дома. Не то чтобы я считал, будто вернуться к Наруто и Итачи будет просто, и что я весь такой в белом костюме с черной окантовкой приду и с легкостью наваляю местным демиургам, но и подобной подлянки не ожидал.

Однако и на одном месте сидеть не имело смысла, поэтому умники уговорили меня на эксперимент – делать переход, представляя не конкретное место, где я должен оказаться, тем более что за время моего отсутствия оно непременно изменилось, а некое основополагающее свойство мира, куда хочу попасть. Если бы идея сработала, то я мог сразу оказаться дома. Только вот не верилось мне в это, поэтому я решил, что если не получится с первого раза, больше по мирам прыгать не буду, а дождусь, пока мне не придумают нормальный способ путешествий. Тем более что умники с Заэлем недавно научились перемещаться во времени, правда, чем выше «давность» заданной даты, тем больше энергии надо потратить, и тем сильнее меня душил хомяк. Так что научиться передвигаться в пространстве – вполне выполнимая для них задача.

Поэтому я шагнул в межмировой проход, думая о том, что дом – это место, где меня ждут, но стараясь не вспоминать конкретных мест и лиц, которые наверняка изменились, пока меня не было.

Глава 1.2

Переход в другой мир прошел довольно неудачно – я выпал из солнечного утра в невидимый разлом в пространстве, и вдруг попал в темноту, да еще и сверзился примерно с полутораметровой высоты на деревянный пол. Переход всегда немного дезориентирует, поэтому я приземлился на колени. Вспыхнул электрический свет, и я увидел напротив себя узкую кровать с сидящим на ней ребенком. Мальчик выглядел лет на девять, и уже открыл рот, кажется, собираясь закричать. Впрочем, не могу его за это осуждать, но вот переполох сейчас был бы для меня совершенно лишним. Ребенок имел вполне европеоидную внешность, поэтому я произнес на языке Шекспира:

- Привет. Ты говоришь по-английски?

Мальчик выдохнул, закрыл рот, потом открыл его снова и, слегка запинаясь, ответил:

- Д-да.

- Это я удачно попал, - я улыбнулся ему как можно доброжелательней и начал испускать успокаивающую реацу. – Не подскажешь, где я очутился?

- На Тисовой улице.

- К черту подробности. Страна-то какая?

- Англия.

- А год?

Мальчик удивился, но прилежно ответил:

- Тысяча девятьсот девяностый.

- Блин, опять в прошлое попал, - пробормотал я, внимательнее приглядываясь к обстановке.

Оказался я в странной маленькой комнатке со скошенным потолком – то ли чулане, то ли чердаке, и выпрямиться в полный рост здесь можно было только на маленьком пятачке, дальше просто не хватало места. Мальчик близоруко прищурился на меня, а потом нашел на прикроватной тумбочке очки и поспешно нацепил на нос. Круглые очки, перемотанные на переносице скотчем.

Я почувствовал себя весьма неуютно, когда одна невероятная догадка зародилась в моем мозгу - все же было довольно трудно поверить, что я вот так запросто взял и свалился на голову главному герою этой вселенной. Да и мало ли в Англии Тисовых улиц, на которых в чуланах проживают лохматые зеленоглазые мальчики с плохим зрением?

Пока я думал, как потактичнее поинтересоваться у ребенка, нет ли у него на лбу шрама в виде молнии, он успел спросить первым:

- А вы кто?

- Вообще, это довольно сложный вопрос, я бы даже сказал, философский. Но если кратко, то зовут меня Учиха Саске, а если тебя интересует моя профессия, то я шинигами.

Что самое странное, должность капитана Двенадцатого отряда была единственной моей работой, за которую я действительно получал зарплату. Точнее, не я, а одна из моих внутренних личностей, но не суть. Все остальные посты – помощника Акацуки, Примера Эспада и даже Бога Хуэко Мундо я занимал исключительно на благотворительных началах. До чего я бываю бескорыстный, сам себе порой удивляюсь.

- Шинигами? – озадаченно переспросил возможно-Гарри-Поттер.

- У нас так называют богов смерти, или, по-вашему, Жнецов. Ну, знаешь, такие мрачные, в черном балахоне и с косой? Но балахоны и косы уже тысячу лет как устарели, теперь мы носим другую униформу.

Гарри настороженно вжался в угол кровати, явно собираясь спросить, не по его ли душу я пришел, но я не дал ему и слова вставить.

- Так вот, мне стало скучно дома, и я решил попутешествовать по мирам, развеяться немного. И сюда совершенно случайно выпал, я пока не умею выбирать место по желанию.

- Путешествовать по мирам? – недоверчиво повторил мальчик. – Как волшебник, что ли?

- Еще круче – как бог, - я отряхнул от пыли колени и щелчком сбил с плеча упавшего с потолка паука.

- Бог? - скептически переспросил ребенок.

- Не такой, как христианский, который сотворил мир за шесть дней, но стремлюсь к этому, - скромно ответил я и для наглядности создал над головой нимб и слегка засветился, одновременно испуская толику положительной реацу.

Мальчик вытаращился на меня так, что размером глаз стал похож на анимешного персонажа. Поэтому я притушил сияние, дабы не смущать юный разум.

- Давай-ка уточним кое-что, - я даже помахал у него рукой перед лицом, чтобы привлечь внимание к своим словам. – Тебя зовут Гарри Поттер?

- А откуда вы знаете?

- Ну, я же бог, мне положено кучу всяких вещей знать, - с умным видом изрек я. – Сколько тебе сейчас лет?

- Десять. Сегодня исполнилось.

- Поздравляю, - улыбнулся я. – А ты случаем, не загадывал, чтобы кто-нибудь пришел и забрал тебя отсюда?

- Я… - Гарри покраснел и отвел взгляд.

- Наверное, поэтому я тебе на голову и свалился. Похоже, твое желание меня сюда и притянуло. Обычно я в таких оживленных местах не появляюсь.

- Извините, - выдавил мальчик.

- Не извиняйся, я даже рад, что так вышло. И так как я стараюсь быть добрым богом, то исполню твое желание.

- Вы меня… убьете? – вдруг выдал Гарри.

- С ума сошел?! – возмутился я. – С чего бы мне тебя убивать?!

- Но вы же бог смерти, и сказали, что заберете меня…

- Боги смерти людей не убивают, они помогают хорошим привидениям подняться на небо, а плохих отправляют в ад, - наставительно произнес я. – А предлагал я тебе в прямом смысле слова уйти отсюда вместе со мной, и поселиться, например, в Лондоне. Или еще где. У меня ведь тут никого нет, ни друзей, ни знакомых, да и тебя в этом доме ничто не держит, поэтому давай будем друг у друга?

Я протянул ему руку, и Гарри несколько секунд недоверчиво смотрел на нее, а потом вцепился с такой силой, какую сложно предположить в худом десятилетнем мальчике.

Глава 2

Лагуна, пальмы, белый песок, теплое море и небо, такое яркое, как бывает только в рекламе Баунти. Я часто прихожу сюда для того, чтобы поплавать или покататься на сёрфе. Можно пообщаться с моими личностями, можно позагорать, можно расслабится, попить коктейли, искупаться... А ещё здесь хорошо успокаивать нервы или просто отдыхать. Сюда-то я и перенёсся с Гарри, оставив во внешнем мире только клона под хенге Поттера.

Первая реакция Гарри на Лагуну была предсказуемой: широко распахнутые глаза, приоткрытый рот и кратковременная потеря речи.

- Это... как? Где мы? - о, потихоньку отходит, молодец, психика устойчивая.

- Мы в моем внутреннем мире. Я начал его создавать в восемь лет, и до сих пор вношу мелкие изменения. Красивое местечко получилось, да? Одно из моих самых любимых.

- Здесь великолепно!!! – и смотрит на меня так, будто одновременно и верит, и хочет ущипнуть себя за руку, убедиться, что это не сон.

- Устраивайся, - я щелкнул пальцами, создавая два удобных шезлонга. – Нам многое нужно обсудить. И начнем с того, что не стоит доверять незнакомцам, даже если они при первой встрече показывают всякие прикольные фокусы.

- Но… - рот Гарри удивленно округлился.

- Со мной тебе повезло, но я лично был знаком с несколькими личностями, которые маленьких мальчиков, вроде тебя, на обед ели. И это не фигура речи.

Ребенок вжался в сиденье, настороженно глядя на меня.

- Я не говорю, что не стоит вообще никому доверять, но надо быть осмотрительнее. Мало ли для чего тебя хотят использовать.

- А вы для чего… То есть, почему вы мне помогли?

- У меня на это множество причин. Во-первых, я тоже сирота, моих родителей убили, когда мне было семь, поэтому я знаю, каково это. Во-вторых, терпеть не могу, когда детей обижают. Я уже несколько детских приютов открыл, да и вообще, часто занимаюсь благотворительностью. В-третьих, творить добрые дела полезно для кармы, да и хобби у меня такое. В-четвертых, ты немного похож на моего лучшего друга, не внешностью, а характером. Ну, и в-пятых, ты волшебник, а мне всегда было интересно изучить магию.

- Я волшебник? – недоверчиво переспросил Гарри.

- Самый настоящий. И в одиннадцать лет получишь приглашение на учебу в магической школе.

- А это разве не магия? – мальчик неопределенно повел рукой.

- Нет, это, скорее, сила моего воображения. Все, что ты сейчас видишь и чувствуешь, для тебя нечто вроде иллюзии. Твое настоящее тело в данный момент лежит в лечебном коконе, а здесь находится только сознание.

Гарри только сейчас заметил, что на нем нет очков, да и синяки все пропали.

- Значит, это все ненастоящее? Как сон?

- Сложный вопрос, - улыбнулся я. – Философы всех времен над ним бьются, но так и не дали конкретного ответа. Мне больше всего нравится версия, что мир – это лишь сон бабочки. А может быть, что это я тебе снюсь, или это ты мне. Какая разница?

Гарри озадаченно посмотрел на меня, видимо, не совсем уловив ход моей мысли.

- Впрочем, все это неважно. На сегодня у нас другое занятие. Я тут недавно создал парк развлечений вроде Диснейленда, и надо бы проверить все аттракционы. Идем? – я встал и протянул ему руку.

Мальчик помедлил секунду, а потом радостно вскочил.

- Диснейленд? Правда, Диснейленд?

- Скорее, уж Саскеленд, но будет весело, - я подвел его к дыре в земле, над которой висел указатель с надписью «Кроличья нора».

- Что это?

- Самый быстрый способ путешествия для гостей моего мира, - хмыкнул я. – Прямо как в сказке про Алису. Ты высоты не боишься?

- Нет, - ответил Гарри и крепче сжал мою руку.

- Тогда полетели. Раз, два, три, - я шагнул вперед, и Гарри, не дрогнув, последовал моему примеру, прыгая в бездонную пропасть.

Сразу видно будущего гриффиндорца – инстинкт самосохранения полностью атрофирован. Мальчик даже не пискнул, только стиснул мою ладонь, а через полминуты уже почти освоился и с интересом крутил головой по сторонам. Он еще и ловец прирожденный, вестибулярный аппарат как у космонавта.

На стенах тоннеля горело множество мелких золотых лампочек, и создавалось впечатление, будто мы летим меж звезд сквозь вселенную.

- Смотрел фильм про супермена? – прокричал я, потому что встречный поток воздуха заглушал слова.

- Немного! Еще комикс читал.

Я перевернул нас в воздухе, и теперь мы летели головой вниз, а потом создал на нас обоих костюмы супермена и вытянул вперед сжатую в кулак руку. Гарри радостно засмеялся и тут же повторил за мной. Он уже настолько освоился в воздухе, что отпустил мою руку и начал выделывать что-то вроде фигур высшего пилотажа. Хорошо хоть, тоннель достаточно широкий, а то размазало бы его на такой скорости по стене. Совершенно безбашенный пацан, как я посмотрю. Мне уже заранее жалко его учителей.

Наконец, нора закончилась, и нас выбросило на солнечный свет, особенно яркий после полумрака тоннеля. Гарри вскрикнул от неожиданности, когда я поймал его и поставил на землю рядом с собой.

- Круто! Давайте еще раз повторим?!

- Успеется, - усмехнулся я и развернул его на сто восемьдесят градусов. – Ты лучше на это посмотри.

- Ооо, - Гарри задрал голову, пытаясь рассмотреть вершину огромной американской горки.

Я вновь взял его за руку и повел, чтобы мальчик не споткнулся, глазея по сторонам.

- А это кто? – он указал на огромную статую Итачи.

Я уже и запамятовал, что поставил тут это изваяние. У меня здесь понатыкано их по всему миру два-три… десятка… ну не больше сотни, это точно…

- Мой старший брат.

- А это? – Гарри показывал уже на других посетителей парка. – Я думал, в этом мире только мы.

- В некотором роде так и есть. Все, кого ты видишь – мои клоны.

- Клоны?

- Там, где я родился, люди, обладающие силой, придумали специальные дзюцу – это нечто вроде заклинаний, благодаря которым можно делать всякие удивительные вещи, например, создать точную копию себя самого. Обычно копии быстро развеиваются, но мои очень прочные. А еще есть дзюцу, меняющие внешность, например, вот так.

Я специально сложил печати и произнес: «Хенге», - прежде чем превратился в Элис.

Гарри вытаращился на меня, забавно приоткрыв рот.

- Обычно я выгляжу, как Саске, но когда бываю такой, зови меня Элис.

- Эээ… - Поттер, кажется, не знал, как к такому отнестись.

- Раздвоение личности, - развела руками я. – Но если бы не оно, я не создала бы все это, да и для маскировки просто идеально. Никто, кроме тебя, ведь не знает. Кстати, маги тоже могут изменять внешность, но для этого нужны специальное зелье или врожденная способность к метаморфизму.

- Если это такое дзю… дзя… то есть заклинание, то я тоже смогу ему научиться?

- Пока не знаю, слишком уж по-разному устроены наши способности. Например, у меня очаг силы, мы ее называем чакрой, находится в животе, и от него энергия по сосудам вроде кровеносных течет по всему телу, - я создала иллюзию схематичного изображения кейракукей. – А у тебя ядро силы находится в груди, и никаких сосудов не имеет. Так что пока не скажу ничего определенного. Зато я могу научить тебя другим классным штукам.

Я сделала вертушку в воздухе вверх ногами. Прием весьма бесполезный в реальном бою, зато невероятно эффектный.

- Или вот так, - я выхватила пистолет и «выстреляла» на стене ближайшего павильона улыбающийся смайлик.

- Вау! Как круто! – Гарри восторженно блестел глазами, рассматривая рожицу из пулевых отверстий, он даже про парк развлечений забыл. – Когда начнем?

- Не так быстро, - я потрепала его по взъерошенным волосам. – Сначала надо твое тело долечить, а то у тебя заметный недобор веса и роста. Да и физические тренировки следует проводить в реальном мире, а тут только медитировать поучимся.

- Меди… что?

- Медитировать. Если коротко – погружаться в свой внутренний мир. Но и помимо этого можно многое сделать, например, научиться чувствовать свою силу и управлять ей, защищать свое сознание от чужих атак и многое другое. Но на сегодня у нас другое задание – отдыхать и развлекаться.

Я вернулся в свое тело и повел Гарри к ближайшему аттракциону, по дороге создав нам мороженого и сахарной ваты. Нам предстоял очень длинный и насыщенный развлечениями день.

Глава 3

Мы отлично провели время с Гарри. Устали и накатались на аттракционах до тошноты, конечно, но зато его лицо было таким довольным, а сам он постоянно улыбался. И буквально излучал доверие ко мне и восхищение – такое приятное чувство, я уже и позабыл, как это бывает, пожалуй, так сильно доверял мне только Наруто. Да и то лишь потому, что мы были детьми и выросли вместе.

Я устроил Гарри в одном из коттеджей на окраине Города. Район тут малонаселенный, поэтому резкого наплыва фанатов не ожидается. Впрочем, они, так или иначе, придут знакомиться с Поттером, не зря же я в детстве так любил книги о нем.

После того, как уложил Гарри в постель, сам отправился во внешний мир, наказав внутренним личностям присмотреть за мальчиком. Надо было заняться Дурслями, нельзя же спускать им с рук такое обращение с ребенком, но сначала стоит самому проверить насколько все плохо. С этими мыслями я принял облик Гарри и устроился в чулане. Ждать пришлось недолго – скоро в дверь забарабанили.

- Мальчишка, вставай и помоги мне с готовкой!

Пожав плечами, вышел из чулана и отправился на кухню. Кстати, и завтракать уже пора.

- Пожарь бекон и смотри, чтобы ничего не подгорело! – бросила миссис Дурсль и вышла.

Не люблю готовить, но разок можно. Когда Петуния вернулась, я уже уплетал огромный бутерброд с прожаренным до хруста беконом. Вредно, конечно, но я все-таки бессмертный, да и потолстеть не могу.

- Что?!... – миссис Дурсль просто захлебнулась воздухом от возмущения. – Ты что творишь?!

- Спасаю вашего мужа от преждевременной смерти, а сына – от ожирения, - доброжелательно ответил я, дожевывая завтрак. – Вот тут написано, что люди, завтракающие жареным беконом, даже до пятидесяти лет не доживают.

Я протянул ей предварительно материализованный журнал «Здоровье», и легкое гендзюцу заставило Петунию моментально поверить в написанное.

- Чтобы все съел! – она подвинула мне тарелку с остатками бекона, а сама начала варить овсяную кашу.

Дадли и Вернон такого изменения меню не одобрили, и поэтому оба были раздраженными. Миссис Дурсль даже пришлось сказать, что это холодильник забарахлил, и все, кроме молока, испортилось.

Кузен Гарри, чтобы как-то скрасить унылый завтрак, попытался пнуть меня под столом, но только отбил ногу. Зато Вернон все не унимался, и начав ругать производителей некачественных холодильников, каким-то непонятным образом заключил, что виноват именно Поттер. Он распалялся все больше, начал краснеть, обвинять непутевых родителей Гарри, а потом и вовсе замахнулся, чтобы ударить.

- Стоп, - произнес я, и Дурсли замерли, скованные гендзюцу.

Меня всегда поражало, как неплохие, в общем-то, люди, почувствовав безнаказанность, могут превратиться в сущих монстров. Я не раз видел такое, например, в дальних районах Сообщества Душ, куда, по идее, должны были попадать только хорошие люди. Увидев местный «рай» и поняв, что зря всю жизнь вели себя примерно, они теряли всякие представления о добре и зле, и творили такое, что волосы дыбом вставали. Так и Дурсли, которым подкинули Гарри, словно бездомного щенка, посчитали, что могут сделать с ним что угодно, раз уж он никому не нужен. А ведь не будь здесь Поттера, Дурсли бы считались образцовой семьей – вряд ли Вернон поднял бы руку на своего ненаглядного наследника или примерную жену. Зато сейчас, судя по силе замаха, будь на моем месте Гарри, он бы не просто получил оплеуху, а полетел бы на пол вместе со стулом.

Я щелкнул пальцами, снимая обездвиживающее гендзюцу, и внушил Дурслям, что Гарри сейчас сидит под замком в чулане, а сам направился в ближайший полицейский участок. Самому наказывать Дурслей – слишком жирно, пусть местные власти с ними разбираются. А по дороге заглянул к миссис Фигг и ей тоже сделал внушение, что у соседей ничего интересного не происходит, и не надо никому ничего докладывать.

В участке я продемонстрировал всем синяки, обильно покрывающие тощенькую тушку Гарри, применил легкое внушение, и полицейские тут же засуетились, до глубины души проникнувшись трогательной историей бедного сиротки. Сразу понабежали социальные работники, какие-то общественные активисты, меня отвели на медицинское освидетельствование и передали на растерзание детскому психологу. Мы с ним очень интересно пообщались за чаем с печеньем. Он осторожно выспрашивал у меня подробности жестокого обращения, особенно интересуясь, не подвергся ли я физическому насилию, а я втирал ему про основы дзен-буддизма, что «жизнь – есть страдание». Готов поспорить, после общения со мной он стаканами глушил успокоительное, а может, и что покрепче.

После этого я оставил вместо Гарри клона и отправился улаживать остальные дела. Надо было и самому легализоваться, а то у меня даже паспорта нет. Вообще-то, я уже больше двадцати лет без паспорта живу, шиноби или арранкару он как-то ни к чему. Но теперь без него не обойтись, хорошо, что у меня есть тот, кто поможет со всеми документами.

- Ня, – позвал я и не дождался ответа.

- Ня! - повторил уже более нетерпеливо, а в ответ снова тишина.

- Ня!!!

Раздалось довольное хихиканье, и передо мной материализовалась девочка в сейлор фуку и с малиновыми волосами. Вирту-Ня собственной персоной, мой оцифрованный клон, она же Виртуальная Богиня.

- Ты так мило някаешь, Саске, что я просто не могу удержаться. В следующий раз, чтобы призвать меня, надень еще и некомими, - она наставительно подняла вверх указательный пальчик.

- Ага, - недовольно хмыкнул я. – Может, еще и шнурки погладить к твоему приходу?

- Вот же бука, - надулась та, - не буду тебе помогать, тогда узнаешь.

- Будешь, куда ты денешься, иначе больше никогда не услышишь няканья в моем исполнении.

- Зануда. Вот сейчас как сделаю тебе документы на имя Абдурахмана Абдурахмановича Махалаева, узнаешь тогда!

С этой угрозой и ковайным смехом Ня просочилась внутрь одного из компьютеров небольшого интернет кафе, где я устроился. Кстати, меня снова забросило в прошлое, даже относительно предыдущего мира. Интернет здесь не так распространен, как мне хотелось бы, но Вирту-Ня и этого хватит, чтобы охватить весь мир. Помимо документов, она займется также обеспечением моего материального благосостояния. Схемы отработаны еще в прошлом мире, так что уже через месяц я стану богатеньким Буратино.

Я еще немного полазил по сайтам, в основном, новостным, и сделал себе пометку прикупить акций компаний вроде Эппл и Майкрософт. Не знаю, как надолго задержусь в этом мире, но Гарри после меня точно останется миллионером.

Глава 3.2

- Вставай, нас ждут великие дела! - будил я Гарри, щекоча его за пятку.

Мальчик сначала испугался спросонья, не отошел еще от жизни у Дурслей, хотя я слегка приглушил все его негативные воспоминания, а потом начал хихикать, пытаясь спрятать от меня свои ноги. Готов поспорить, он в жизни не улыбался столько, сколько со мной за последние два дня. Первый - в Саскеленде, а второй день я работал гидом, показывая свой внутренний мир. Сводил в ИВМ, где он с удивлением рассматривал своё тело, успевшее вырасти почти на пять сантиметров. А ещё умники обследовали его и сказали, что магия не похожа ни на духовную энергию, ни на чакру, она теснее связана с физическим телом и более плотная, поэтому расходуется и восстанавливается медленнее, а также не имеет циркуляции, вместо этого словно бы пульсирует в такт сердцебиению. Поэтому спонтанные выбросы магии у детей происходят, только когда они взволнованны или чем-то напуганы, то есть, когда у них подскакивает пульс, а, следовательно, и активность ядра.

После экскурсии умники сообщили, что тело Гарри полностью здорово, и его можно забирать. Я материализовал нас с мальчиком в одном из парков Лондона, и Гарри тут же принялся себя ощупывать, одновременно удивляясь, каким удивительно четким видится мир вокруг. Из-за ускоренного времени в лечебном коконе физически он стал на несколько месяцев старше, да и внешне изменился очень сильно. Пожалуй, сейчас даже Дурсли его не узнали бы. Исчезли нездоровая худоба и бледность, и теперь Гарри выглядел как симпатичный десятилетний мальчик – зеленые миндалевидные глаза, черные растрепанные волосы и радостная улыбка. Пожалуй, у него есть все шансы вырасти бишоненом.

В большом торговом центре мы прикупили ему одежды на все случаи жизни, а еще кучу игрушек. В общем-то, Гарри уже достаточно большой и сознательный для таких детских забав, но лишними все равно не будут.

К этому моменту Вирту-Ня уже успела сделать мне документы и банковскую карту, так что я смог снять в приличном отеле номер – люкс для взрослого с ребенком. Пока Гарри радостно скакал на кровати в своей комнате, я просматривал собранную Ня информацию о выставленных на продажу особняках. Раз уж я в Соединенном Королевстве, нельзя упускать такую возможность пожить как настоящий английский лорд – в доме с собственным дворецким и горничными. Интересно, если я сделаю некомими частью униформы горничной, это не покажется слишком странным? А дворецкого непременно должны будут звать Себастьян…

Пребывая в таких радостных мечтах, я одну за другой просматривал фотографии особняков. Предложений было довольно мало, но я нашел более-менее подходящий вариант. Если сейчас заняться покупкой, то к тому моменту, как разрешится ситуация с опекунством Поттера, у нас уже будет дом.

- Гарри, - позвал я, и раскрасневшийся от активного отдыха мальчик подбежал ко мне. – Как тебе? Хочешь жить тут?

Я показал ему выбранную фотографию.

- А можно?

- Конечно. Я собираюсь оформить опеку над тобой, так что все будет официально. Ты согласен?

- Да! – Гарри сделал какое-то странное движение, словно хотел выплеснуть охватившие его чувства, но не знал, как.

- Иди сюда, - я притянул его и взъерошил волосы таким привычным с детства жестом.

Гарри вцепился в меня, сразу было видно, что ему немного неловко от непривычных объятий, но сейчас он был слишком счастлив, чтобы обращать внимание на такие мелочи.

- Я люблю обнимашки, - сообщил я, еще сильнее взъерошив его волосы, - так что привыкай.

Гарри как-то слишком знакомо фыркнул в ответ. Неужели от меня нахватался? И когда только успел.

На следующий день мы начали тренировки. Я перенес нас на тихую лесную опушку вдали от туристических троп и с помощью мокутона создал несколько снарядов, макивар и мишеней. Гарри с открытым ртом наблюдал, как из земли в прямом смысле слова вырастают тренажеры.

- Ух ты! А я тоже так смогу?

- Ты сможешь еще круче, - пообещал я. – Например, маги могут взять обычный камень и превратить его, например, в птицу. Или трансформировать один предмет в другой и даже создавать вещи прямо из воздуха.

- Скорей бы уже научиться!

- Не спеши, в Хогвартсе семь лет заниматься, надоест еще.

Для начала я показал Гарри, как делать разминку, потом несколько упражнений для укрепления различных групп мышц. Тело Гарри было в отличной форме после лечения, и он почти не устал, поэтому мы разучили еще несколько движений базового тайдзюцу, того, что нам преподавали в академии шиноби. Оно вполне подходило и для тех, кто не может пользоваться чакрой.

Под конец мальчик совсем выдохся, и я немного подлечил его медицинской чакрой, чтобы снять последствия интенсивной тренировки. Удобная все-таки штука, иначе мой новый ученик завтра пластом бы лежал от боли в мышцах. После процедуры Гарри стал выглядеть намного бодрее, и я рассказал ему об основах медитации. Почти целый час Поттер старательно пытался войти в медитативное состояние, но у него ничего не получалось.

- Не переживай, мне самому несколько лет потребовалось, чтобы попасть в свой внутренний мир, - утешил я его.

Потом мы прямо на той полянке устроили пикник, и после небольшого отдыха продолжили занятия.

Я вспомнил, как научил Наруто метать кунаи точно в цель и решил проверить, сработает ли эта методика на Гарри. Его первый бросок я незаметно поправил с помощью гендзюцу, и больше мальчик не промахивался, свято уверенный в правдивости моих слов. Нет, я все-таки гениальный преподаватель, в который раз убеждаюсь. Вон из Наруто какого крутого шиноби вырастил, Ичиго тоже научил… всякому… а уж кого я из Гарри воспитаю, даже представить страшно.

Глава 4.1

Оказалось, что оформить опеку над ребенком не так уж просто. Я даже разыграл целое представление – пожертвовал детскому приюту крупную сумму денег, а во время небольшой экскурсии, которую провели специально для меня, якобы случайно натолкнулся на «Гарри» и тут же воспылал к нему теплыми чувствами из-за сходства с моим лучшим другом. Но даже благотворительность не сильно помогла мне ускорить соблюдение всех формальностей – пришлось собрать целую кучу документов и пройти несколько проверок. Да мне даже жениться пришлось, чтобы придать себе больше респектабельности в глазах общества! На роль моей «жены» с огромным удовольствием согласилась Элис, я потом еле отбился от ее настойчивых попыток исполнения супружеского долга.

И все равно для остальных людей я выглядел слишком молодо, хотя по документам мне уже было двадцать один. Я даже попытался состарить себя на пять лет, но особой разницы не заметил, поэтому остался в привычном облике. В качестве компромисса сделал видимой седую прядь. Достаточно внимательные люди смогут понять, что это не краска, и, несмотря на молодость, мне многое пришлось пережить.

Клон, старательно изображавший Гарри, за месяц утрясания бюрократических формальностей собрал на мою голову все проклятия, какие только знал. Хотя приют ему попался действительно неплохой, и на условия жизни жаловаться было просто грех.

Зато за это время я успел купить особняк, провести там небольшой косметический ремонт, завезти новую мебель и нанять прислугу. Последний пункт, кстати, отнял больше всего времени и усилий. Не мог же я взять на работу первых попавшихся, каждого кандидата пришлось тщательно отбирать. И если обычные горничные подбирались по «симпатичности», то с домоправительницы был совсем другой спрос. Подходящую кандидатуру с трудом нашла Вирту-Ня. Девушка была единственным ребенком в семье потомственных военных, так что, несмотря на пол, выбрала службу в армии. И благодаря несгибаемому характеру достигла отличных результатов, побывала во многих горячих точках и имела отличный послужной список. Но потом приключилась какая-то темная история, даже Ня мало что смогла об этом раскопать. Как я понял, кто-то сверху отдал приказ о зачистке мирных жителей, и десантникам пришлось выполнить, а отказавшихся, впрочем, таких было всего два человека, отправили под трибунал. Мою «домоправительницу» сумели отмазать родители, а ее товарищ по несчастью вообще пропал с концами, так и не дойдя до «суда».

После этого девушка разочаровалась в том, что считала делом всей своей жизни, бросила все, сменила имя и переехала в другую страну. Сейчас ее звали Мэри Кроуфорд, и когда на ее резюме откликнулись и предложили работу горничной, она не особенно удивилась, ведь никакой гражданской профессией не владела. По сути, ее всю жизнь учили только убивать, и лучше всего она умела обращаться со снайперской винтовкой, хотя и с обычными пистолетами, да и в рукопашной тоже была неплоха.

Надо отдать ей должное, подвох она почувствовала сразу, как только встретилась со мной лично. А уж когда увидела сумму оклада и документы о неразглашении, взгляд у нее стал таким, будто она смотрит на меня через прицел снайперской винтовки.

- Извините, думаю, я вам не подхожу, - холодно произнесла она.

Глава 4.2

- А мне кажется, что вы просто созданы для этой должности. Мне нужен человек, который сможет взять на себя командование, и знает, что делать в чрезвычайной ситуации. Кроме того, я хотел бы, чтобы вы за отдельную плату дали моему подопечному несколько уроков стрельбы и…

- Понятия не имею, о чем вы говорите, - резко перебила меня Мэри и встала, собираясь уйти, - извините за напрасно потраченное время.

Я знал, что больше всего на свете ей хочется забыть обо всем, связанном с военной службой, и жить обычной мирной жизнью, но по собственному опыту понимал, что это невозможно.

- Это навсегда останется внутри, война никогда нас не оставит, - каюсь, я использовал легкое гендзюцу, усиливающее действие моих слов, и девушка замерла, с силой сжимая дверную ручку, но за порог так и не шагнула. – И я предлагаю не пытаться изображать из себя обычного человека, который смерть только в кино видел, а оставить все как есть и просто жить, настолько нормально, насколько получится. Например, днем быть горничной, а по вечерам тренироваться на стрельбище, чтобы не растерять навыки.

Мэри медленно повернулась, еще раз смерила меня взглядом, задержав внимание на седой пряди, и спросила:

- Так что там за чрезвычайная ситуация?

Я мысленно улыбнулся, чувствуя победу, но на моем лице это никак не отразилось.

- Родителей моего подопечного убили несколько лет назад, а сам он выжил только чудом. Я опасаюсь, что через некоторое время и Гарри попытаются убить, и поэтому собираюсь научить его, как постоять за себя, но сам специализируюсь на холодном оружии и боевых искусствах. Нужно чтобы кто-нибудь научил его, с какой стороны за пистолет браться, хотя я и надеюсь, что ему это умение никогда в жизни не пригодится. Вероятность того, что нападут на этот особняк, очень мала, но на тот невероятный случай мне хотелось бы, чтобы здесь был хоть один надежный человек.

- Не проще ли нанять инструктора и нормальную охрану?

- Не проще, - хмыкнул я, припомнив, какую густую сеть охранных и сигнальных кидо-заклинаний развернул вокруг особняка. Теперь на территорию без моего ведома даже мышь не проскочит. – Охрана здесь и так неплохая. А насчет инструктора… Мне кажется, у вас отлично получится, ведь мне нужно, чтобы Гарри научился не просто стрелять, но и выживать в любых условиях.

Девушка слегка нахмурилась, но вернулась на место за столом напротив меня и начала уточнять детали. Когда с этим было покончено, и оставалось только подписать контракт, я решил предупредить ее насчет всяких странностей, которые могут тут произойти. Все-таки у Гарри до сих пор случаются спонтанные выбросы волшебства, да и мои клоны могут отколоть какой-нибудь номер. Неизвестно, как отреагирует на это Мэри, и лучше будет обговорить все заранее.

- Кстати, если заметите что-нибудь необычное, не предпринимайте никаких действий, просто предупредите меня.

- Необычное? – тут же напряглась Мэри.

- Ничего криминального, - я поспешил ее успокоить. – Я имел в виду нечто аномальное или что-то вроде того. Например, вещи будут двигаться сами по себе или картины шевелиться…

Девушка посмотрела на меня таким взглядом, будто решала, вызвать мне санитаров из психбольницы прямо сейчас, или подождать обострения. Но ясно было одно – наниматься ко мне на работу ей окончательно расхотелось. Пришлось уплотнить реацу под стопкой бумаг и поднять ее в воздух, что со стороны выглядело как телекинез. Мэри моментально вскочила на ноги:

- Что это?!

- Те самые странности, о которых я говорил. Поэтому-то все работники и подписывают документы о неразглашении, согласно которым обсуждать происходящее здесь могут только со мной. Впрочем, я и сам мало что вправе рассказать, потому что попадаю под действие Статута о секретности. Но если вы сами догадаетесь, что именно тут происходит, Статут окажется недействительным. Кстати, вы единственная, кому известно о всяких «аномальностях», остальные просто подписали бумаги о неразглашении, даже не поинтересовавшись, что именно нельзя разглашать. Думаю, они если и заметят странности, то внимания не обратят, спишут на разыгравшееся воображение или призраков каких-нибудь.

Я подвинул ей документы на подпись, протянул ручку и произнес с улыбкой змея-искусителя:

- Соглашайтесь, и скучать вам точно не придется.

Она недоверчиво посмотрела на меня, словно спрашивая, в своем ли я уме – предлагать ей такое сомнительное удовольствие. Но условия найма были действительно хороши, да и любопытство, слегка подстегнутое моим гендзюцу, ей покоя не давало. Документы Мэри подписывала с таким видом, будто сама не верила, что это делает, но размашистый росчерк все-таки поставила.

- Вот тут бы мне следовало злодейски расхохотаться и показать рожки и хвост… - я не договорил, потому что Мэри снова посмотрела на меня своим взглядом «из-за прицела», что по ощущениям было похоже на ки. И я решил не раздражать девушку лишний раз. – А впрочем, не обращайте внимания, это просто чувство юмора у меня такое дурацкое.

Я примирительно улыбнулся и, поднявшись из-за стола, протянул ей руку для рукопожатия. Когда не по-девичьи крепкая ладонь сжала мою в ответном жесте, я пообещал:

- Мы обязательно сработаемся.

Казалось бы, зачем мне такие сложности, как бывшая, по сути, наемница, в качестве домоправительницы? Затем, что так жить намного веселее. И к тому же, что может быть круче горничной со снайперской винтовкой? Только горничная с гранатометом.

Мне хотелось и дворецкого найти под стать, но не получилось. Между профессионалом и бишоненом я выбрал последнее, потому что два в одном никак не сочетались. Пришлось довольствоваться неким Джоном Смитом, и как ни странно, это было его настоящее имя. Джон родился в самой обычной семье и от множества своих сверстников отличался только внешностью – правильными чертами лица, иссиня-черными волосами и глазами цвета переспелой вишни. Но вот по жизни парню капитально не везло и, несмотря на очень красивое лицо и спортивное телосложение, актерская карьера у него так и не сложилась. А когда его нашла Ня, он был уже по уши в долгах и на все согласен. Хотя его и напрягали некоторые пункты в трудовом договоре, по которому он теперь должен был откликаться на имя Себастьян, носить фрак и частенько с выражением приговаривать «Да, мой лорд».

Кажется, сперва Джон думал, что он мне нужен в неких непристойных целях, потому что поначалу у него было очень мало обязанностей – в основном, подавать мне чай с пирожными. Позднее всяких обязанностей прибавится, но пока ни у Джона не было опыта, ни у меня – представления, что именно должен делать дворецкий. Так что в первое время парень каждый раз напрягался в моем присутствии, похоже, он ожидал, что я на него вот-вот наброшусь с неприличными предложениями. Однако пока если кто на кого и набрасывался – так это горничные на меня, я даже пожалел, что нанял именно этих двух. Но черная униформа с белыми кружевными фартуками так хорошо на них сидела, что просто рука не поднималась никого уволить.

Мэри ее форма тоже шла, хотя и смотрелась построже – платье было длиной намного ниже колен, и на фартуке оборки вместо кружев. Свои темные волосы девушка собирала в пучок, и если не смотреть ей в глаза, выглядела самим воплощением строгости и благопристойности. Она ответственно подошла к своей должности и строила дворецкого и горничных только так. Это лишь благодаря ее усилиям в особняке царили чистота и порядок.

Когда все было полностью готово для проживания, мы с Гарри переехали из гостиницы в наш новый дом. Мальчик быстро освоился и облазил все помещения, а также небольшой парк и полигон со стрельбищем. Особняк был расположен довольно уединенно, и до ближайших соседей надо было ехать пятнадцать минут на машине, что меня полностью устраивало. Можно было не опасаться чужого любопытства насчет выстрелов, да и прочих странностей вроде необычных вспышек света или взрывов.

Единственным, что омрачало радость Гарри, стало приближение начала нового учебного года. До первого сентября оставалось всего несколько дней, и я записал его в хорошую школу, которая просто пленила меня своей формой для мальчиков. Темно-синие шорты и пиджак, белые гольфы и рубашка с шелковым галстуком-лентой необычайно шли Гарри – так и хотелось затискать его от умиления. Впрочем, у школы, помимо очаровательной формы, было множество других достоинств вроде отличной репутации и продуманной программы обучения, так что с выбором я не прогадал.

Глава 5

Когда с обустройством быта было покончено, я решил вплотную заняться изучением магии. Умники в ИВМ уже давно во всех подробностях изучили ядро Гарри и теперь страдали от недостатка информации. Ведь для всестороннего исследования требовалось намного больше данных, а значит, мне предстояло найти других волшебников, чтобы понять, как меняются магические ядра в зависимости от возраста и интенсивности использования. Да и вообще, пора было налаживать контакты с магическим миром, ведь Гарри скоро в Хогвартс идти, и мне хотелось как следует подготовиться к этому ответственному шагу.

Но тут вставал вопрос, как вообще этих волшебников найти, не буду же я ходить по центру Лондона и шаринганом искать людей с магическими ядрами. К тому же я понятия не имею, где именно находятся Косой переулок и Министерство Магии, а прочесывать улицу за улицей в мои планы точно не входит. Да еще и неизвестно, как на меня подействуют антимаггловские заклинания, вдруг я не смогу увидеть заколдованные здания, даже если натолкнусь на них?

Можно было бы поискать Годрикову лощину, где вперемешку живут магглы и маги, но имелся способ проще. Миссис Фигг так и не съехала с Тисовой улицы, а значит, ее камин все еще был подключен к сети, и по нему можно было переместиться по любому магическому адресу. После того, как Дурслей арестовали за жестокое обращение с ребенком, я ожидал, что маги засуетятся и попытаются забрать из приюта своего мальчика-который-выжил. Но почему-то волшебники отреагировали на удивление вяло, и, по словам клона, изображавшего Гарри, рядом с детским домом никаких подозрительных личностей с магическими ядрами не появлялось.

Впрочем, мне же легче – не придется искать других способов попасть на магические улицы. Так что прикрывшись иллюзиями, я проник в дом миссис Фигг. Самой ее на месте не оказалось, а коты, которых здесь было едва ли не с десяток, меня не заметили из-за гендзюцу. Некоторые питомцы были такого размера, что я заподозрил в них магических существ, но и они сквозь мои иллюзии не видели. Взяв горсть летучего пороха, я бросил его в камин и четко произнес:

- Косой переулок.

Должен признать, это был самый неприятный из всех способов перемещения, что мне когда-либо приходилось на себе испытывать. В пункте назначения меня на такой скорости вышвырнуло из камина, что я едва устоял на ногах. Внешность я заблаговременно сменил, не хотелось, чтобы мое лицо примелькалось тут раньше времени, и теперь выглядел как ничем не примечательный мужчина средних лет. Приземлился я в каком-то магазинчике, и отряхнувшись от сажи, вышел на улицу.

Время было довольно ранним, да и день будним, так что народу на улицах было немного. И все равно многочисленные витрины пестрели всякими занятными штуками, которые так и хотелось рассмотреть повнимательней, но пришлось отложить это на потом, ведь местных денег у меня не было. Поэтому мой путь лежал прямо в Гринготтс, и через полчаса я стал обладателем волшебного кошелька, связанного с сейфом, где теперь лежала небольшая кучка галеонов. Кстати, обменные курсы у этих гоблинов совершенно грабительские, меня внутренний хомяк чуть не задушил за такое расточительство. Надо будет подумать насчет какого-нибудь бизнеса в магическом мире, а то на одном обмене можно разориться.

Разобравшись с наличностью, я первым делом купил безразмерную сумку. Во-первых, было интересно разобраться, как она работает, а во-вторых, надо же куда-то покупки складывать. Следующим на очереди стал книжный магазин, где я набрал почти три десятка разнообразных томов – от сказок до научных трудов по нумерологии. Потом я просто начал заходить во все магазины и лавочки подряд и стал обладателем кучи полезных и не очень вещей, начиная от набора котлов и заканчивая забавным вечно дрожащим растением в горшке.

Время пролетело незаметно, и почувствовав голод, я заглянул в кафе, чтобы перепробовать все виды мороженого. День уже близился к вечеру, и народу на улицах стало больше, они сновали туда-сюда, покупали что-то в магазинах или останавливались в ресторанчиках и забегаловках, которых тут было довольно много.

Я вздохнул, отправляя в рот последнюю ложку десерта, и расплатившись, отправился на «охоту». С помощью гендзюцу я заманивал в неприметный переулок случайного прохожего и, прикрывшись иллюзиями, запечатывал его в свой внутренний мир. А через минуту выпускал обратно, благодаря ускоренному времени умники как раз успевали считать с магического ядра всю информацию и взять образцы. После десятой «жертвы» я решил, что теперь материала для исследований достаточно, и вернулся к еще не осмотренным магазинам.

Самым большим из них оказался магический зверинец, где, как утверждала реклама, можно было приобрести любое животное. Не знаю, как насчет каких-нибудь особо экзотичных питомцев, но выбор действительно был обширным. Однако мое внимание моментально привлек большущий черный ворон, ужасно похожий на статуэтку, стоявшую на столе в моей комнате в клановом особняке. Глаза птицы, почему-то красные, сверкали темными рубинами, а перья блестели на солнце, словно осколки обсидиана.

- Привет, красавчик, - я подошел ближе к клетке.

Ворон покосился на меня, едва заметно склонив голову, но больше никак не отреагировал. Тут к нам подскочил продавец, заметивший мой интерес, и начал нахваливать товар, особенно напирая на то, что сейчас у всех совы в качестве почтальонов, а ворон, разносящий письма, поможет мне выделиться из толпы.

- К тому же это очень молодой экземпляр и легко поддастся дрессировке. Если вы будете часто с ним беседовать, то он очень быстро выучит язык. В отличие от сов, которые понимают от силы несколько десятков слов, да и те все связаны с доставкой почты, вороны очень умны и даже могут научиться свободно разговаривать. А те, которые доживают до ста лет, даже немного колдовать умеют.

- Ничего себе, - я посмотрел на птицу с новым интересом.

Тот задрал клюв, как мне подумалось, слегка горделиво, и чуть распушил перья.

- Назову тебя Кра, сокращенно от «Красавчик», - хмыкнул я, на что ворон недовольно на меня зыркнул. Мне даже показалось, что человеческий язык он уже неплохо понимает.

Когда я расплачивался на кассе, неожиданно услышал какой-то странный свистящий шепот:

- …есть хочу, есть хочу, есть хочу…

Сначала я подумал, что звучит иностранная речь, но через миг с удивлением понял, что это тот условный язык, на котором я общался с Кусанаги до того, как она стала моим занпакто. Голос раздавался из соседнего помещения, где располагались всевозможные террариумы, и я из любопытства отправился туда. Оказалось, что это бубнит небольшая змейка, монотонно покачивающая головой. Остальные рептилии просто дремали, пригревшись под специальными лампами, и чтобы проверить, действительно ли Кусанаги в свое время научила меня парселтангу, я тихо прошипел:

- Привет.

Все змеи тут же проснулись и уставились на меня. Продавец, который только что зашел в зал и моего шипения не слышал, удивленно произнес:

- Что это с ними?

- Не знаю, может, подумали, что я им еду принес, - пожал я плечами.

- Точно, - продавец посмотрел на часы, - уже время ужина. Желаете приобрести еще кого-нибудь?

Змеи словно отмерли и стали вести себя довольно беспокойно, шипя на разные лады: «Говорящий! Говорящий!»

- Пожалуй, нет, - я начал поворачиваться и тут заметил небольшую белую змею в самом дальнем террариуме.

Рептилия выглядела точь-в-точь как та змея, шкурку которой в качестве талисмана хранил Орочимару. Что-то сегодня слишком многое мне о доме напоминает, и как я ни старался гнать от себя печальные мысли, где-то в груди появилась легкая тянущая боль. Сначала ворон, похожий на тех, что использовал Итачи, а теперь вот змея. Осталось только говорящую жабу встретить, и тогда у меня точно приключится полноценный приступ тоски по дому.

Хотя это хорошая примета - встреча с белой змеей, да и сама она считается символом бессмертия. К тому же мне показалось, что рептилия смотрит на меня как-то жалобно, будто умоляет забрать ее отсюда, но при этом ведет себя смирно, в отличие от остальных. Заметив мой интерес, продавец начал рассказывать, какое это полезное животное, и как сильно ценятся ее чешуя и яйца в зельеварении. Оказалось, что змея еще и не ядовитая, поэтому держать ее дома совсем не опасно.

Так что из магазина я вышел, держа в одной руке клетку с вороном, а в другой – переносной террариум со змеей, которую я решил назвать Белоснежкой. В конце концов, не Снежком же ее было нарекать. Интересные лавки на Косом переулке закончились, так что я решил наведаться в Лютный. К тому же мне нужно было купить волшебную палочку, а перед Оливандером светиться не хотелось, да и магии во мне нет, так как я по сути маггл, и не хотелось бы, чтобы кто-то догадался.

Убрав клетку и террариум во внутренний мир, я еще раз сменил внешность и отправился на «темную» сторону магического мира, ориентируясь по памяти одного из магов, ставшего сегодня жертвой науки. Лютный переулок представлял собой довольно жуткое местечко, одни сушеные человеческие головы, выставленные прямо в витрине, чего стоят. Сюда даже солнце не заглядывало, и хотя был еще ранний вечер, кругом царила полнейшая темень. Но нужную мне лавку я все-таки нашел и на радостях купил целых три палочки, подходящие для боевого мага, и еще несколько интересных вещичек вроде проклятой фигурки какого-то каменного божка или книги о ядах.

После этого я вернулся на Косой переулок, а уже оттуда через Дырявый котел вышел в маггловскую часть Лондона. После старинной, будто бы застывшей в прошлом или даже позапрошлом веке волшебной улочки, современный город казался слишком шумным и суетливым, а машины, фонари и неоновые вывески – совершенно чужеродными. Поэтому, уточнив адрес, я не стал добираться домой на такси, а, плюнув на конспирацию, переместился сначала во внутренний мир, а потом уже в особняк.

Глава 6.1

На следующее утро я собрал всех обитателей поместья в холле и представил им моих питомцев, чтобы при встрече не пугались.

- Это Кра, он очень умный и неплохо понимает человеческую речь.

Ворон, сидевший на моем плече, слегка распахнул крылья и каркнул:

- Кра!

Кажется, имя ему все-таки понравилось, раз он уже начал самостоятельно представляться.

- А если вы еще и беседовать с ним будете иногда, то он и разговаривать быстро научится.

- Разговаривать? – удивленно и настороженно переспросила одна из горничных, слегка испуганно косясь на здоровенную птицу. В ее представлении вороны должны были быть раза в два меньше.

- Даже попугаев говорить учат, а Кра такой умница, он скоро и беседу поддерживать сможет, - я легонько почесал птицу под клювом.

- Кр, - подтвердил тот, довольно жмурясь.

Вообще, мне попался на удивление дружелюбный и общительный ворон. Особенно, если сравнить его с призывными птичками Итачи. От тех я ни разу за три года и слова не услышал, хотя они, как и любые призывные животные, по идее, умели говорить.

- Так что если кому захочется пообщаться с хорошим слушателем, Кра всегда к вашим услугам. Он у меня очень дружелюбный и компании любит.

Все с сомнением покосились на огромную птицу, но промолчали.

- А это Белоснежка, - я расстегнул ворот рубашки, чтобы все могли увидеть пригревшуюся на моей шее змейку.

Кто-то испуганно вскрикнул, и к моему удивлению, это оказался Себастьян. Девушки вели себя куда мужественнее.

- Она весьма стеснительная, поэтому, пожалуйста, не кричите, увидев ее, а то напугаете, - я укоризненно посмотрел на дворецкого, который уже взял себя в руки. – А вообще, встречи с белой змеей к удаче, так что считайте, будто у вас появился амулет на счастье.

Гарри я с питомцами познакомил еще вечером, сразу после того как вернулся из магического квартала с покупками. Ему очень понравились всякие волшебные штуки, что я принес, но больше всего – разговаривающая змея. Его даже не смутило то, что парселтанг обычно считают признаком темного мага, и он так заболтал Белоснежку, что она от него сбежала и попыталась спрятаться у меня в одежде. Пришлось намотать змейку на шею, чтобы не ползала во всяких неожиданных местах. С тех пор она там и обитала, я даже внимание на нее обращать перестал.

А через две недели ко мне подошла Мэри, выглядевшая еще серьезнее, чем обычно.

- Сэр, мне нужно с вами поговорить.

Я привел ее в свой кабинет, и мы расположились на тех же местах, где проходило собеседование.

- Вы просили сообщать вам, если я замечу какие-то странности. Так вот, этих странностей накопилось уже предостаточно. И самая главная это то, что вы иногда появляетесь словно бы из ниоткуда и точно так же исчезаете.

Каюсь, моя вина, но порой мне настолько не хотелось тратить время на дорогу, что я решил забыть о конспирации. И, конечно же, Мэри не могла не заметить. Однако сейчас она на меня так строго смотрела, что мне захотелось слегка ее подразнить. Так что я развел руками и с невинным видом ответил:

- Привык к незаметному проникновению, и ничего не могу с собой поделать. Порой машинально начинаю красться там, где мог бы промаршировать с духовым оркестром.

Девушка недоверчиво на меня посмотрела, но решила не заострять внимания на этом моменте и продолжила:

- И еще насчет нашего первого урока стрельбы с Гарри. Он явно держал в руках пистолет впервые в жизни. И когда в первый раз он промазал, вы погладили его по голове, сказали учитывать отдачу, и все остальные выстрелы пришлись точно в цель! Это же невозможно!

- Все дело в том, что Гарри очень талантливый мальчик, - пожал я плечами. - С метательными ножами он вообще ни разу не промахнулся. Я просто объяснил ему методику, а все остальное сделал он сам.

- А вчера я видела, как Гарри читал «Ворона» Эдгара По, а Кра в нужных местах вставлял подходящие слова.

Кстати, я эту сценку тоже видел. Довольно забавно получилось – Гарри вслух читал стих, а Кра расхаживал по изголовью его кресла и в конце каждого «куплета» вставлял свое карканье. Но говорил он пока невнятно, и я так и не понял, это одно и то же слово, или все-таки разные, как должно быть по сюжету.

- Я же говорил, что Кра умница? Похоже, он – результат какой-то удачной мутации, которая повлияла не только на цвет глаз, но и на мозг. Впрочем, даже обычных птиц много чему можно научить. Вот, например, мы с Гарри недавно в цирк ходили, так там попугаи такое вытворяли… Особенно мне понравился тот, который тапочки хозяину приносил. Гарри хотел и Кра так же научить, но тот на него обиделся и полдня отказывался общаться.

Мэри поджала губы, недовольная ответом, но странности у нее еще не кончились, поэтому она продолжила:

- И еще я несколько раз видела, как Гарри разговаривает со змеей, причем не на английском языке, и она его прекрасно понимает. Это вы тоже можете как-то объяснить?

- Могу, - хмыкнул я. – У Гарри врожденный дар понимать змеиный язык. А мне вот пришлось его изучать. Впрочем, основная сложность парселтанга лишь в произношении, а слов всего несколько сотен, да и времени всего два – прошедшее и настоящее.

Девушка явно ожидала, что я и в этот раз отговорюсь какой-нибудь ерундой, и теперь смотрела на меня удивленно. Кажется, она даже слегка жалела, что узнала такие подробности, но все же спросила:

- Так змеиный язык можно выучить?

- Можно. Если хотите, дам вам пару уроков.

- Это было бы… познавательно, - Мэри смотрела на меня еще более недоверчиво, чем в начале разговора.

Я снял с шеи Белоснежку, которая явно облюбовала это место и предпочитала находиться там большую часть времени. Она, конечно, уже успела обследовать свой новый дом, но до сих пор в случае чего сразу спешила ко мне и просилась на ручки. Змею я посадил на стол и попросил выполнять мои указания. А потом с ее помощью преподал Мэри несколько слов, которые больше всего могут пригодиться человеку при встрече с пресмыкающимся, вроде «не кусай», «ползи назад» и прочих.

Девушка, кажется, не поверила, что это не розыгрыш, но послушно повторяла шипение, пока у нее не начало получаться более-менее разборчиво. После десятка изученных фраз, когда Мэри поняла, что змея действительно выполняет то, что ей скажут, от недоверия не осталось и следа.

- Что она говорит? - полюбопытствовала домоправительница, когда змея разразилась особо длинной тирадой.

- Удивляется, что людям приходится учить язык. У змей-то это умение врожденное, вот она и жалеет нас бедняжек, - вольно перевел я, опустив момент про то, что Белоснежка уже устала заниматься всякими человеческими глупостями.

Я вернул змею на место, и она тут же притворилась спящей, обвившись вокруг моей шеи.

- Это поразительно! - кажется, Мэри пришла в полный восторг от урока, и теперь жажда познания мучила ее еще больше. – Я все голову ломаю, никак не могу понять, кто же вы. Столько всяких деталей и подсказок получила, но никак не могу собрать из них цельную картину.

- Но у вас ведь уже есть какие-то предположения? – усмехнулся я. – Поделитесь, ведь мне тоже интересно.

- Вы… инопланетянин? – кажется, девушка сама сомневалась в собственном рассудке, произнося это.

Я улыбнулся и уже открыл рот, чтобы сказать что-то насмешливое, но тут сообразил, что она права. Я ведь действительно с другой планеты, хоть та и похожа на Землю.

- Сначала хотел ответить, что нет, но потом сообразил, что вообще-то, да. Однако мы так похожи, что я постоянно об этом забываю. Должен признать, что интуиция у вас просто невероятная, раз вы с первого раза про меня угадали.

- Да быть такого не может! – кажется, в этот раз Мэри отказывалась мне верить, хотя сама и выдвинула эту версию. – А как же зеленые человечки и летающие тарелки?!

- А вот их я и сам ни разу не видел, хотя уже много где побывал. Кстати, этот мир – единственный, где я встретил нечеловеческую расу. На всех остальных планетах проживали только люди и производные от них.

- Производные?

- Мутанты и генетически модифицированные люди. Ну, еще и духи встречались, правда, не знаю, можно ли отнести их к отдельной расе, они все-таки когда-то тоже были людьми.

- Что за нечеловеческая раса? Если бы она существовала, я бы о ней знала!

- А вот тут уже начинает действовать Статут о секретности, кстати, он с Гарри связан, а не со мной, я вообще просто мимо проходил. Так что догадывайтесь скорее, кто же он такой. Даю небольшую подсказку – к нечеловеческим расам он не относится, впрочем, их с людьми спутать ну очень сложно.

- Если… если допустить, что все сказанное вами, правда, то… То почему вы мне все это рассказали? Не боитесь, что я могу передать информацию заинтересованным людям? Нужные связи у меня еще остались, - Мэри снова начала смотреть на меня взглядом «из-за прицела», полагая, что при такой информированности мне останется ее только ликвидировать.

- Потому что я могу видеть возможные варианты будущего, и вероятность вашего предательства составляет всего пять процентов. И даже если вы все-таки кому-нибудь расскажете о происходящем тут, вам могут не поверить. А если и поверят, есть шанс, что позовут стирателей памяти. И хорошо, если мастер попадется, а то какой-нибудь новичок может запросто устроить обширную амнезию.

- Вы мне угрожаете?

- Просто информирую. К тому же вам слишком сильно тут нравится, так что эти пять процентов я вообще в расчет не беру. А чтобы уж совсем вас задобрить, готов выполнить какое-нибудь ваше желание. Можно даже загадать что-нибудь необычное, вдруг вы всю жизнь мечтали единорога погладить. Напишите список, чего вам хочется, а я выберу и выполню то, что мне будет проще всего сделать, - улыбнулся я с видом демона-искусителя.

- И все это в обмен на душу? – скептически спросила девушка.

- В обмен на лояльность. С душами я вообще стараюсь не связываться, высшие силы обычно очень не любят, когда кто-то вмешивается в порядок мироздания.

- Я должна подумать, - неопределенно ответила Мэри и встала.

Но когда я вечером проверил вероятности, те самые пять процентов исчезли без следа. Так что я теперь мог не сомневаться в верности моей домоправительницы.

Глава 6.2

Умники наконец-то закончили обработку сведений и выдали неутешительный результат – магия и чакра совершенно не сочетаются. Равно как магия и реацу. Как только две разных энергии вступали в контакт, та из них, которой было больше по объему, тут же поглощала другую. Причем основная проблема заключалась в том, что у меня в наличии магии было - кот наплакал, а других энергий – хоть залейся.

Гарри, узнав о моей проблеме, тут же согласился помочь. Благо, он как раз достиг в медитации таких успехов, что научился чувствовать свою магию и сливать ее в специальные накопители, разработанные в ИВМ. Кстати, у магических ядер оказалась одна занятная особенность – количество энергии в них было ограничено только физической и психологической выносливостью волшебника. И если у шиноби, например, могла кончиться чакра, то маги были в состоянии колдовать до тех пор, пока есть силы поднять палочку и произнести заклинание.

Кстати, такой «слив» энергии приносил двойную пользу – у меня накапливалось все больше контейнеров с концентрированной магией, а ядро Гарри разгоралось все ярче и ярче. Да и объемы волшебства, которое он мог выделить, возрастали с каждым разом.

Умники начали из этой магии воссоздавать точную копию ядра Гарри, чтобы и я тоже стал колдуном, но проблема была в том, что у меня не нашлось подходящего тела. Мое собственное оказалось насыщенно чакрой, которая мгновенно растворяла все волшебство, и то же самое происходило и с клонами. Духовные тела не подходили по той же причине.

Выход неожиданно нашел Заэль. Он предложил создать искусственное тело вроде гигая, вырастив его из моих клеток, но с подавленной системой циркуляции чакры. Однако процесс оказался чрезвычайно длительным и занимал очень много времени, даже по меркам внутреннего мира, так что я пока не знал, сработает ли это. Да и ядро еще было не готово, ведь, чтобы оно самостоятельно начало вырабатывать энергию, объем вложенной магии должен превысить некий предел, а до того знаменательного момента пока было далеко.

Через месяц по внешнему времени ядро начало светиться белым светом с легким голубым оттенком. Конечно, до завершения ему было еще далеко, но такой прогресс не мог не радовать. Так что я не удержался, решил похвастаться Гарри своими успехами и сводил его на экскурсию в ИВМ, где в специальной прозрачной камере прямо в воздухе, словно маленькое и пока неяркое солнышко, висело мое будущее магическое ядро.

- Ух ты! Так вот как оно выглядит? – мальчик с любопытством обошел контейнер, разглядывая ядро со всех сторон.

- Да, - улыбнулся я в ответ. – Если все сработает, то у нас с тобой будет одинаковое волшебство. Можно сказать, что мы станем братьями по магии.

- Братьями? – со странным выражением лица спросил Гарри. – И тогда я смогу называть тебя братом?

- Ты уже сейчас можешь, - я поднял его на руки. – Зови меня братом или Саске, как тебе больше нравится.

Гарри обнял меня за шею, пряча счастливое и слегка покрасневшее от переживаний лицо. Я по привычке взъерошил его непослушные волосы и произнес:

- Помню, когда я был маленьким, то постоянно ходил за старшим братом хвостом и просил поиграть со мной или потренироваться.

- Это тот, чьи статуи стоят по всему внутреннему миру?

- Да. Если честно, я его портрет и в настоящем мире на скале высек, - засмеялся я, вспомнив этот эпизод.

- Ты сильно по нему скучаешь? – серьезно спросил Гарри, заглядывая мне в глаза.

- Ужасно, - я почувствовал, как в груди что-то болезненно сжалось. – Я его уже много лет не видел.

- А навестить его ты не можешь? – удивился мальчик.

- Мне никак не удается найти дорогу домой, - с горечью ответил я.

- У тебя все получится, - пообещал мне Гарри и даже слегка неуверенно погладил по голове, пытаясь утешить.

- Конечно, получится, - улыбнулся я и решил переключиться на более веселую тему. – А давай попробуем сделать что-нибудь магическое?

Глаза мальчика тут же загорелись интересом:

- Что?

Я вернул нас в реальный мир и поставил Гарри на пол:

- Может, зелье какое-нибудь сварим?

Мальчик тут же согласился, и я начал доставать все необходимое из сейфа. В виртуальности магические предметы я старался не хранить, чтобы чакра на них не повлияла, да и в реальности следовало проявить осторожность. Гарри просмотрел все волшебные вещи еще в тот день, когда я их только купил, и больше всего ему понравились книги с двигающимися картинками, правда, их приходилось убирать в запираемые ящики стола, чтобы горничные во время уборки не заметили и не начали задавать вопросов. А вот купленные мной палочки Гарри не подошли – сыпали сердитыми красными искрами или холодели, хотя мальчику и удалось зажечь на них люмос. Так что я решил подождать ту остролистовую с пером феникса. Интересно, мне она тоже подойдет?

«Зельеварить» мы с Гарри устроились на первом этаже в одной из неиспользуемых комнат. Мальчик под моим руководством тщательно подготовил все нужные ингредиенты и начал добавлять их в котел, строго следуя рецепту, который мы нашли в книге «Шуточных отваров и зелий». И через полчаса мы получили «ярко-розовую жидкость с явно выраженным сладким запахом», как и было сказано в инструкции. Если верить книге, то у нас получилось Летучее зелье, которое являлось одним из основных компонентов волшебной жевательной резинки и давало возможность ненадолго подниматься над полом на полметра.

Глава 7

Приближался Хэллоуин, а я все никак не мог решить, рассказать ли Гарри, что именно в этот день погибли его родители, или не портить ребенку праздник. В конце концов, я рассудил, что мальчику надо знать правду.

Гарри выслушал меня внимательно и отреагировал куда спокойнее, чем я ожидал. Впрочем, он ведь давно был в курсе, что его родители умерли, а сейчас лишь узнал, когда и как именно.

- А ты сходишь со мной туда? Можно я посмотрю на дом, в котором жил, и на… кладбище?

- Конечно, схожу, - я обнял его и привычно взъерошил волосы.

- А я смогу рассказать родителям, как сейчас живу? Они услышат меня, если я приду на их могилу?

Мальчик с надеждой посмотрел на меня, помня, что я бог смерти, и могу подсказать ему, как пообщаться с родными.

- Не услышат, - покачал я головой. – Кладбища, они скорее для живых, а мертвые к своим могилам не привязаны. После смерти душа попадает в мир мертвых и теряет воспоминания. Но некоторые люди, обладавшие при жизни особой силой, например, магией, прошлую жизнь забывают не сразу, и их можно на время призвать обратно и даже почти воскресить.

На этих словах Гарри встрепенулся и уставился на меня, но прежде, чем он задал вопрос, я продолжил:

- Когда мне было семь, я хотел воскресить своего отца, чтобы спросить, куда он дел все деньги. Но когда я стал старше и наконец-то узнал, как можно призвать душу с того света, я так и не решился побеспокоить его покой. Мертвым очень не нравится, когда их оживляют, им тяжело среди живых. Хотя твои родители наверняка захотели бы на тебя взглянуть, и скоро у них появится такая возможность. В этом мире есть артефакт – Воскрешающий камень, который может ненадолго воскресить мертвых. И однажды этот камень окажется в твоих руках.

- Тогда я расскажу родителям, что у меня появился старший брат, - улыбнулся Гарри. – Ты им обязательно понравишься.

- Надеюсь, - усмехнулся я и отправил Гарри собираться в дорогу.

До Годриковой лощины, постоянно сверяясь с картой, нас довез Себастьян, он с недавнего времени совмещал обязанности дворецкого и шофера. Например, Гарри в школу отвозил именно он, да и остальных иногда до Лондона подкидывал. У Джона в трудовом договоре было прописано не задавать лишних вопросов, поэтому он и не спросил, зачем нам понадобилось тащиться в такую даль в какую-то маленькую деревушку.

Поселение было совсем небольшим, и Себастьян остановил машину недалеко от центральной площади рядом с церковью. Вся деревушка была украшена к празднику, по улицам бегали дети в костюмах, и даже перед входом в церковь стояли большие ярко-оранжевые тыквы.

Гарри взял с сиденья букет белых лилий, который мы купили по дороге, и вылез из машины. Я сказал Себастьяну, что мы вернемся часа через два, и он может подождать нас в пабе неподалеку, и тоже выбрался на улицу.

Гарри нерешительно смотрел на видневшееся невдалеке кладбище, и я взял его за руку, подбадривая.

- Если ты не хочешь, мы туда не пойдем.

Мальчик замотал головой и потянул меня в сторону калитки:

- Идем! Я должен посмотреть.

Кладбище было очень старым, и возраст некоторых надгробий исчислялся сотнями лет. Шаги Гарри все замедлялись, ему явно было тут неуютно. Хотя было еще светло, но атмосфера была какой-то гнетущей, да и пасмурное небо нависало слишком низко, готовое вот-вот разразиться дождем.

- Красивое кладбище, - произнес я, чтобы разрядить обстановку.

Гарри с удивлением посмотрел на меня, и я пояснил свою мысль:

- Здесь надгробия такие разные и даже изваяния есть. А некоторым могилам уже сотни лет, а может и вовсе тысяча. От этого места так и веет историей, наверняка можно много интересного узнать, если походить тут и почитать надписи на надгробиях. Там, где я родился, все по-другому было. И кладбище выглядело, как зеленое поле с длинными рядами белых прямоугольных плит. Конохе было меньше ста лет, а ряды могил чуть ли не до горизонта тянулись. У нас вообще слишком часто и рано умирали…

Теперь уже Гарри сжал мою руку, пытаясь подбодрить, и я улыбнулся ему, стараясь отвлечь себя и его от грустных мыслей.

- Я тут вдруг подумал, что нам надо было Кра с собой взять. Он бы тут хорошо смотрелся, да и день сегодня подходящий, чтобы разгуливать с говорящим вороном на плече.

Мальчик в ответ фыркнул:

- Тогда уж и Белоснежку надо было с собой взять, а то она бы обиделась.

- А потом жаловалась бы всю дорогу, что ей холодно, - покачал головой я и потянул Гарри в сторону надгробия из белого мрамора. – О, гляди, Дамблдоры. У директора Хогвартса такая же фамилия.

Мальчик с интересом взглянул на выбитую в камне надпись, и уже сам пошел к следующему памятнику. Кажется, и ему стало интересно. Некоторые надгробные камни оказались уже настолько изъедены временем, что буквы было почти невозможно разобрать, но я все-таки заметил могилу Игнотуса.

- Смотри, Гарри, это один из твоих предков. Представляешь, у магов даже есть сказка о нем и его братьях.

- Сказка? – заинтересовался мальчик и подошел ближе, рассматривая замшелый камень с едва различимыми буквами.

- Игнотус Певерелл, - прочел я и коснулся символа, выбитого под именем, - а это знак Даров Смерти. Давай расскажу тебе эту сказку в иллюзии? Она мне очень нравится, хотя, как и большинство магических сказок, довольно жестокая.

Гарри быстро и радостно закивал головой, он уже был знаком с моим гендзюцу и сказками, которые я частенько ему показывал. Я активировал шаринган, и весь остальной мир отодвинулся от нас, подмененный историей, которую я продемонстрировал в виде стилизованного мультика. Рисованные картинки помогли хоть немного смягчить жестокость повествования.

- Ух ты, - произнес мальчик, когда сказка закончилась. – А это был тот самый воскрешающий камень, про который ты говорил?

- Да. А мантия-невидимка передавалась в вашей семье из поколения в поколение. И твой отец знатно похулиганил в Хогвартсе, скрываясь под ней. Ты получишь ее на следующее Рождество от Дамблдора, у которого она хранилась все это время.

- Здорово! А то отвод глаз мне никак не дается. А тут раз, надел мантию, и тебя уже никто не видит.

- Поддастся, если продолжишь тренироваться так же усердно, - хмыкнул я. – Раньше у тебя и медитировать не получалось, а сейчас уже умеешь чувствовать и направлять свою энергию.

Гарри польщенно улыбнулся и продолжил расспросы:

- А эта Смерть, что дала Певереллам дары, она тоже шинигами, как ты?

- Если честно, таких подробностей я не знаю, - задумчиво ответил я. – Когда я перемещался сюда, то спрятал свою силу, чтобы другие шинигами меня не почувствовали. Да и сам я с ними встречи не искал, и даже не знаю толком, как здесь выглядит тот свет, хотя в прошлом мире, наоборот, среди живых почти не появлялся. В бога смерти я уже наигрался, а теперь хочу побыть волшебником. Возможно, в будущем как-нибудь навещу коллег, но это точно случится не скоро.

Мальчик взволнованно посмотрел на меня:

- Ты хочешь уйти на тот свет?

- Не скоро, - успокаивающе улыбнулся я ему. – К тому же, ты тоже со смертью связан. Есть легенда, что тот, кто соберет все Дары, станет Повелителем Смерти. Может, после этого ты на тот свет будешь ходить, как к себе домой?

- И я стану как ты?

- Почему как я? – усмехнулся я. – Ты станешь еще круче. Знаешь ли, ученики должны превосходить своих учителей.

Наконец, мы нашли надгробие, на котором были написаны имена Поттеров. На белом мраморе уже лежало несколько букетов – похоже, маги не забывали тех, кому были обязаны избавлением от Волдеморта. Гарри медленно возложил цветы и застыл, уставившись невидящим взглядом на выбитые в камне буквы.

Я сжал его ладонь и, не добившись никакой реакции, поднял на руки. Мальчик отмер и уткнулся мне в шею.

- Я ведь должен плакать, - его голос прозвучал глухо. – Но почему-то не могу.

- Я тоже не мог плакать на кладбище, - я погладил его по спине. – Мы ведь знаем, что их души сейчас на том свете, а через некоторое время возродятся вновь. По сути, все мы бессмертны, просто меняем тела и путешествуем из одного мира в другой, следуя великому кругу перерождений. Тут даже печального ничего нет, грустно лишь, что они теперь не с тобой. Но если бы они были здесь, то сейчас очень гордились таким сыном.

- Правда?

- Конечно. Я вот тобой очень горжусь.

Гарри слегка шмыгнул носом и, наконец, улыбнулся.

- А теперь пойдем, посмотрим на памятник, который тебе поставили на главной площади.

- Мне поставили памятник? – округлил глаза мальчик.

- Еще какой, - произнес я, быстро уходя с кладбища. На сегодня разговоров о смерти с нас точно хватит.

Памятник Гарри впечатлил, и осмотрев его со всех сторон, мы отправились на поиски дома Поттеров. Пришлось обойти почти всю деревушку кругом, прежде чем мы обнаружили то, что искали. На руины было наложено антимаггловское заклинание, но шаринган прекрасно сквозь него видел.

Большая часть коттеджа устояла, хоть и была сплошь оплетена плющом, но правую часть верхнего этажа снесло начисто. Живая изгородь здорово разрослась, да и за ней трава вымахала по пояс. Гарри медленно протянул руку и коснулся ржавой калитки, и над ней тут же возникла деревянная табличка, гласившая, что этот дом оставлен в неприкосновенности как памятник Поттерам. Кроме того, вся табличка была исписана чернилами разных цветов.

«Да здравствует Гарри Поттер!», «Гарри, мы с тобой!» и все в том же духе.

- Оказывается, обо мне знает так много людей! – удивился мальчик.

- О тебе весь магический мир знает, - просветил его я. – Еще устанешь от фанатов бегать. Кстати, хочешь зайти внутрь?

Я кивнул на дом, и Гарри с сомнением посмотрел на табличку.

- А можно?

- Это ведь твой дом, - с этими словами я подхватил его на руки и запрыгнул сразу на второй этаж сквозь пролом в стене.

Опасаясь за прочность перекрытий, Гарри я на пол не поставил, и так и нес его на руках. Если тут вдруг что обрушится, я успею поставить щит.

Кажется, детская была полностью разрушена, причем не только отраженным заклятием, но и погодой. Я осторожно толкнул непонятно как уцелевшую дверь в соседнее помещение и шагнул внутрь, с удивлением разглядывая почти не тронутый взрывом и временем коридор и лестницу. Кажется, маги наложили здесь какие-то консервирующие чары. Напротив лестницы была еще одна дверь, и я прошел туда. Здесь, похоже, располагалась спальня.

Широкая кровать была заправлена, но покрывало оказалось слегка смято, будто там недавно кто-то лежал. Рядом валялся плюшевый красно-желтый кот, и увидев его, Гарри как-то напрягся.

- Мне кажется… я его помню…

Я подал ему игрушку, и мальчик тут же притиснул ее к себе.

- Смотри, Гарри, - я указал ему на прикроватную тумбочку, на которой стояли рамки с фотографиями.

Лили и Джеймс, обнимающие маленького Гарри, улыбались и махали со снимков. Гарри, сидящий у меня на руках, неожиданно всхлипнул, и я молча протянул ему самую большую рамку. Мальчик тут же прижал ее к груди, другой рукой вытирая покрасневшие глаза.

На книжных полках над кроватью нашлось еще и два толстых альбома с фотографиями, их я тоже передал Гарри.

- Давай… - голос мальчика дрогнул, - давай уйдем отсюда.

Гарри изо всех сил старался сдержать слезы, ему тяжело было вот так столкнуться с прошлым, тем более что он впервые увидел лица своих родителей, пусть и на фотографиях. Казалось, будто Поттеры только недавно вышли куда-то из замороженной во времени комнаты, и это оказывало куда более сильное воздействие, чем строгое белое надгробие.

- Хорошо, - я развернулся к выходу и поцеловал в макушку Гарри, который пытался задерживать дыхание, чтобы не всхлипывать. – Плакать – это нормально. Было бы куда хуже, если бы ты вообще никогда не плакал.

- Я же не девчонка, - пробурчал Гарри, пытаясь незаметно вытереть слезы о плюшевого кота. – Я сильный.

- Очень сильный, - подтвердил я. – А еще храбрый, добрый, умный…

- Эй вы! Что вы там делаете?! А ну стойте! Я сейчас авроров позову! – прервал меня чей-то вопль.

Я как раз вышел в разрушенную часть дома, и теперь какой-то маг, стоящий у калитки, кричал, направив на нас палочку. Гарри машинально прижал свои сокровища крепче, настороженно глядя на волшебника, а я на всякий случай поставил перед нами щит, невидимый для остальных. Должно быть, незнакомец только что сюда аппарировал, раз я не почувствовал его приближение.

- Да как вы посмели! Это же дом Поттеров! – продолжал яриться мужчина.

- А это Гарри Поттер, - вставил я в небольшую паузу, когда маг на миг прекратил орать и начал выводить палочкой в воздухе какую-то фигуру.

Волшебник, как раз собиравшийся произнести какое-то заклинание, так и замер с открытым ртом, но быстро спохватился:

- Поттер? – недоверчиво переспросил он, вглядываясь в недовольно нахмурившегося Гарри.

Я спрыгнул со второго этажа и приземлился перед оградой. Мужчина, увидев такое, испуганно охнул и отшатнулся.

- Что?.. Как это?...

- Зачарованная обувь, - холодно ответил я с таким видом, будто поражался невежеству собеседника.

- Сам Гарри Поттер! – внимание мага тут же переключилось на мальчика. – Такая честь! Можно пожать вам руку?

Гарри прижался теснее ко мне, недовольный тем, что посторонний увидел его покрасневшие глаза и следы слез.

- Вы пугаете ребенка, - еще более ледяным тоном произнес я. – А сейчас прошу извинить, мы торопимся.

С этими словами я создал иллюзию, будто мы с Гарри аппарировали, но вместо этого поспешил к церкви, где мы оставили машину. Волшебник еще некоторое время смотрел на то место, с которого мы исчезли, и приговаривал:

- Сам Гарри Поттер! Расскажу – не поверят!..

Когда мы добрались до главной площади, я заметил, что Себастьян уже дожидается нас в автомобиле, должно быть, в местном пабе ему не понравилось. Поэтому мы смогли сразу же отправиться в обратную дорогу. Мне пришлось наложить легкое гендзюцу, чтобы водитель не услышал, о чем мы говорим, иначе Джон узнал бы много странного и необычного.

Гарри разложил свежедобытые сокровища на сиденье и теперь внимательно их рассматривал. Один из фотоальбомов был полностью посвящен маленькому Гарри, а в другом были снимки в основном Джеймса и Лили.

- Посмотришь его со мной? – прижав альбом к себе, спросил он.

- Конечно, с удовольствием, - ответил я, и мальчик тут же придвинулся ко мне, прижавшись к боку, и устроил альбом у меня на коленях.

На первом развороте был изображен участок фамильного древа Поттеров, начиная от Гарри и вниз, до прапрабабушек и прапрадедушек.

- Некоторые фамилии как там, на кладбище, - заметил мальчик.

- Магов по сравнению с магглами очень мало, и почти все друг другу приходятся какими-нибудь кузенами. Ты еще в Хогвартсе почти все эти фамилии встретишь.

Дальше в альбоме шли снимки родителей Гарри и их многочисленных друзей, когда они еще учились в школе на старших курсах, тут даже общее гриффиндорское фото имелось. Затем шли фотографии со свадьбы, и в самом конце – снимки Поттеров с маленьким сыном. Перелистнув последнюю страницу, Гарри почти сердито захлопнул альбом и отложил его в сторону.

- Я не понимаю… Ведь у родителей было так много друзей, да и родственников полно. И столько людей обо мне знает и радуется, что я жив, так почему же меня отдали Дурслям? Это все ложь, и на самом деле я никому не нужен?

- Нужен, даже слишком нужен, - я усадил Гарри к себе на колени и поцеловал в макушку. – Любая магическая семья была бы счастлива тебя усыновить. Даже просто находиться рядом с тобой уже выгодно, а уж быть твоим родственником – тем более. Поэтому-то тебя и держали подальше от магического мира, чтобы никто не смог получить влияние с твоей помощью. Вообще, это довольно распространенная тактика. Помнишь, я говорил, что ты похож на моего лучшего друга?

Гарри озадаченно кивнул в ответ.

- Его родители тоже героически погибли, спасая свою страну. На Коноху напал Девятихвостый демон, и они ценой своих жизней запечатали монстра в своем новорожденном сыне. А Наруто, так звали моего друга, отдали в приют, хотя было много семей, которые его бы усыновили. Информацию о том, что его родители – герои, засекретили, а самого его все ненавидели из-за живущего в нем демона. Но Наруто не сдавался, он упорно тренировался каждый день, и поэтому вырос очень сильным, победил всех врагов и сам стал героем. И знаешь, что самое интересное?

- Что? – заинтригованно переспросил мальчик.

- У него были точно такие же непослушные волосы, - я взъерошил макушку Гарри, - и прикольные шрамы на лице.

Я пальцем «нарисовал» полоски на щеках мальчика, и тот захихикал от щекотки.

Гарри повеселел и начал расспрашивать меня о детстве и тренировках, а о фотографиях будто бы и вовсе забыл. К альбомам он вернулся только через день, когда убедился, что они больше не смогут его расстроить. Фоторамка заняла почетное место на прикроватной тумбочке Гарри, а плюшевый кот теперь сидел рядом с ней, потому что в обнимку с игрушками Гарри никогда не спал, считая себя уже слишком большим для этого.

Глава 8.1

Время летело незаметно, и к Рождеству Гарри, благодаря тренировкам и правильному питанию, ухитрился подрасти на три сантиметра. В школе у него появилось несколько друзей, и они частенько приезжали к нему в гости, или сам Гарри наносил кому-нибудь визит.

Пару раз мы с Гарри и нашим «инструктором по выживанию» Мэри ходили в походы, чтобы мальчик знал, как вести себя в лесу. Наша суровая домоправительница показала, как добыть еду и самому не стать чьей-нибудь добычей. Впрочем, в английских лесах с хищниками и опасностями не густо, поэтому в следующий раз мы решили отправиться «выживать» куда-нибудь в джунгли.

И, тем не менее, Гарри понравилось жить в палатке и питаться «подножным кормом», который сначала надо было самому добыть. Он научился ловить рыбу, ставить силки и распознавать съедобные растения и грибы.

Рождество мы с Гарри встречали во Франции. Специально поехали туда, чтобы посетить Парижский Диснейленд, и за несколько дней исходили его вдоль и поперек. В конце концов, мальчик вынес вердикт, что Саскеленд круче – там нет очередей, и можно стрелять из пистолетов или прыгать по кроличьим норам.

Вообще, за тот год самым знаменательным событием стало то, что Заэль прочел-таки все семь книг про Гарри Поттера и воспылал желанием навестить Отдел Тайн. Умники его горячо поддержали, так что я не препятствовал. И так как Заэль по сути своей дух, которого люди не видят и не слышат, и который может спокойно проходить сквозь стены, то он стал отличным разведчиком. Несколько дней он пропадал где-то в недрах Министерства магии и вернулся таким счастливым, что с первого взгляда стало ясно – нашел нечто интересное.

Умники тут же засуетились, подготовили несколько гигаев, копирующих Невыразимцев, в камень-ножницы-бумагу разыграли право отправиться во внешний мир и провели подмену. Пяти магам считали память и внушили острое желание немедленно все бросить и отправиться на постоянное место жительства куда-нибудь в Мексику или Бразилию. Благо, среди Невыразимцев мало компанейских людей, так что подмены никто не заметил. Да и магией они, как настоящие ученые, пользовались редко, предпочитая теорию практике, так что и тут все обошлось.

Еще одним заслуживающим внимания событием стала совершенно случайная встреча с другим шинигами, ну или как они тут называются. Однажды в начале мая мы с Гарри сидели в кафе в одном из больших торговых центров, как вдруг словно бы из ниоткуда появился тип в строгом черном костюме и с огромной косой через плечо. Причем с первого взгляда видно было, что это отнюдь не сельскохозяйственный инструмент – слишком уж хищный изгиб, да и цвет антрацитово-черный, словно бы поглощающий солнечный свет, говорили сами за себя. Жнец взмахнул косой, с легкостью разрубая человека пополам, и тот, внешне оставшийся совершенно целым, схватился за остановившееся сердце.

Люди вокруг тут же засуетились, пытаясь оказать человеку помощь, но было поздно – душа уже отделилась от тела. А Жнец достал откуда-то вполне современного вида блокнот и сделал несколько пометок, бормоча себе под нос:

- Ох уж эти людишки, понапридумывали лекарств, а у нас вся отчетность летит в тартарары, - с этими словами он закинул косу на плечо и исчез.

- Что происходит? – взволнованно спросил меня Гарри, увидев, что мужчина, сидевший за три столика от нас, вдруг упал на пол.

- Чувствуешь что-нибудь необычное?

- Нет, - удивленно ответил мальчик, - а что я должен почувствовать?

- Тут только что поработал Жнец. И оказывается, ты был прав – местные шинигами действительно забирают людей, которые по какой-то причине не умерли, хотя должны были. А там, где я работал, только душами занимались, и живых не трогали. Впрочем, тут я ни одной неприкаянной души не заметил, наверное, поэтому местным шинигами больше заняться нечем.

Я встал из-за стола и подхватил Гарри на руки, нечего ему на такое смотреть.

- Пойдем отсюда. Одно хорошо - теперь ты, должно быть, сможешь фестралов увидеть.

- Кого?

- Фестралов. Это такие магические создания – что-то среднее между очень худой лошадью и маленьким драконом. У них черная шкура, белые глаза без зрачков и кожистые крылья, как у летучих мышей. Видеть их может только тот, кто видел смерть, но сами по себе это довольно безобидные животные. Их запрягают в кареты, которые возят учеников от вокзала до Хогвартса.

- Ух ты, - мальчик повернулся и еще раз посмотрел на упавшего мужчину, чтобы уж наверняка увидеть фестралов, когда приедет в школу.

- Гарри! – укоризненно произнес я.

- Что? – невинно переспросил тот и заявил, - смерть – это естественный ход событий.

- Научил на свою голову, - проворчал я.

***

Приближалось лето, а значит, и одиннадцатилетие Гарри. Умники обещали как раз к нему закончить «выращивание» магического ядра и тела для него. Так что я собирался тоже пойти в Хогвартс, можно сказать, исполнить давнюю мечту – ведь в прошлой жизни я так надеялся получить конверт с приглашением в школу волшебства.

Письмо пришло в середине июля, и Гарри долго не решался его открыть, раз за разом перечитывая адрес, написанный зелеными чернилами.

- Смелее, - подбодрил его я.

Мальчик, наконец-то, решился и вскрыл конверт, а потом вслух зачитал весь текст, будто до сих пор не верил, что его на самом деле возьмут в школу волшебства и чародейства.

- Ура! – он радостно обнял меня. – Я еду в Хогвартс! А когда мы все это купим? - Гарри помахал списком учебников и принадлежностей.

- После твоего дня рождения. Как раз мое тело будет полностью готово, так что приобретем сразу два комплекта.

Мальчик в ответ хихикнул:

- И все-таки, я не могу представить тебя ребенком. Ты ведь будешь таким же маленьким, как я?

- Вот еще! Я все равно буду старше тебя – у меня день рожденья раньше. Так что ты как прежде останешься младшим братиком, - я привычно взъерошил его волосы.

На письмо следовало отозваться до тридцать первого июля, так что я сочинил ответ в тот же день, и поинтересовался, как записать в школу моего младшего брата, который приедет из Японии для получения образования в Англии. С именами небольшая неувязка вышла – и я, и мой «брат» звались Учиха Саске. Мои документы менять уже поздно – слишком много всего на них оформлено, да и Вирту-Ня меня бы придушила, если бы я об этом заикнулся. А самому имя менять ну совсем не хочется, за столько лет я полностью сроднился с «Саске» и ничего другого для себя даже представить не могу. Поэтому решил оставить все как есть, а любопытствующим отвечать, что у нас в роду детей по традиции нарекают в зависимости от даты рождения. И нам с «братом» не повезло родиться в один и тот же день, пусть и с разницей в одиннадцать лет.

Запечатанный конверт я привязал к лапе Кра, причем вид у него был такой важный, будто он не почту собирается доставить, а, как минимум, сокровища короны. Хотя его можно понять – в первый раз письмо понесет, да еще и по такому важному поводу.

Через полторы недели пришел ответ, в котором меня уведомили, что для поступления в Хогвартс ребенок, чье имя не появилось в специальной книге, должен пройти собеседование. И что представитель школы, который проверит моего брата на наличие магических способностей, прибудет тридцать первого июля.

Но вообще-то, как раз в этот день у нас было намечено празднование дня рожденья Гарри, и к нему в гости собиралась прийти почти половина класса. Уже и приглашения были разосланы, и фокусники приглашены, и куча всякой праздничной мишуры закуплена, так что менять планы было поздно. Оставалось только надеяться, что проверять на магические способности придет не Хагрид, а кто-то более компетентный, да и компактный. Полувеликан мне бы точно всех детей распугал, тут и предвиденьем обладать не надо.

Глава 8.2

Рано утром тридцать первого июля я в торжественной обстановке распечатал из внутреннего мира свое новое свежевыращенное тело и сразу вселился в него. Только тут я заметил, что умники успели обвязать его атласной ленточкой, словно я был еще одним подарком ко дню рожденья Гарри. Я на них даже злиться не стал, потому что знал – бесполезно.

Мальчик смотрел на меня с таким удивлением, что даже кругом обошел и пальцем потыкал, будто проверяя, настоящий ли я.

- Саске? – слегка неуверенно спросил он.

Мы с клоном, оставшимся рулить взрослой версией меня, синхронно и совершенно одинаково фыркнули. Гарри, конечно, общался с моими внутренними личностями, да и Элис иногда «проявлялась» и с удовольствием играла в мамочку, но одновременно двух меня, отличающихся только возрастом, мальчик еще не видел.

- Нет, ну до чего же милый ангелочек, - не выдержал клон и принялся меня тискать.

Кстати, в одиннадцатилетнем теле, таком непривычно крошечном, да еще и без чакры, от него отбиться было просто невозможно. Магией я пользоваться пока совсем не умел, поэтому, в конце концов, притворился мертвым и дождался, когда клону надоест.

Гарри, прекрасно знакомый с тем, что такое «обнимашки», отошел подальше и даже сумел сделать что-то вроде отвода глаз, чтобы не попасть под раздачу.

Получив свободу, я первым делом принялся проверять свои новые способности. Но, к сожалению, они пока ограничивались тем, что мне удалось зажечь люмос на конце волшебной палочки. Зато мой контроль над энергией распространялся и на волшебство, так что я мог выделить немного чистой, светящейся магии прямо сквозь ладони.

В этом теле чакрой я пользоваться не мог, но умники похимичили с костями, мышцами и кожей, заметно укрепив их, так что физической силой меня не обделили. Правда, весил я соответственно одиннадцатилетнему возрасту, и любой взрослый человек, не особенно напрягаясь, мог меня поднять.

Умники в ИВМ, проанализировав информацию, полученную от незаметно обследованных магов и из архивов Отдела Тайн, выявили, что у взрослых волшебников ядро словно бы прорастает тонкими ветвящимися, будто вены, каналами к руке, в которой держат палочку. И чем чаще этой палочкой пользуются, тем толще и крепче эти каналы, и тем легче дается любое колдовство. Способности к чародейству можно было усиливать с помощью постоянных тренировок, почти как мышцы накачивать. Но у нас с Гарри пока и зачатков этих каналов не было, вот палочки нас почти и не слушались.

Ближе к обеду начали прибывать первые гости, так что нам стало не до магии. Гора подарков, большую часть которой притащили я и мои внутренние личности, все росла, как и количество детей на лужайке перед домом. В программе праздника было все, что нужно детям для веселья, начиная с огромного торта и заканчивая подвижными играми. Сам я в основном дегустировал всякие вкусности и присматривал за другими детьми, благо они видели меня в первый раз и не особо рвались знакомиться. И то через пару часов несколько девочек осмелели и попытались со мной подружиться, остро напомнив кошмар моего детства – фан-клуб Саске-куна.

А к пяти часам в ворота позвонили, и мой клон лично отправился встречать волшебного гостя. К счастью им оказалась МакГонагалл, причем весьма похожая на свою киноверсию. Пока клон развлекал профессора разговором за чашкой чая, к месту действия подтянулись мы с Гарри.

День сегодня был жаркий, так что после торжественной части праздника с тортом и задуванием свечек дети начали играть в догонялки и кидать друг в друга маленькие воздушные шарики, наполненные водой. Так что Гарри был более чем наполовину мокрый и теперь пытался хоть слегка высушить волосы полотенцем. Я в игре не участвовал и ловко уклонялся от случайных разноцветных зарядов, так что выглядел аккуратнее всех остальных гостей.

МакГонагалл смерила нас внимательным взглядом, задала Гарри несколько вопросов и полностью переключилась на меня. Расспросила о том, как часто у меня бывают магические выбросы и в какой форме выражаются, а под конец поставила на стол штуку, похожую на шар для предсказаний, попросила положить на нее руки и заставить засветиться. Я не пожалел магии и щедро влил ее в матовое стекло, но к моему удивлению тот не засиял, а просто треснул и развалился на несколько крупных кусков.

- Ой, извините, профессор, я не хотел.

- Ничего страшного, - волшебница взмахом палочки восстановила сферу и отпустила нас с Гарри.

По дороге я «подслушал» о чем она там говорит с клоном, и узнал, что я по всем параметрам обещаю вырасти очень сильным магом. На что тот ответил, будто у нас в роду все такие, и попросил обращаться к нему по имени, раз уж профессор будет целых семь лет учить его младших братьев, и им еще не раз предстоит увидеться друг с другом. При этом он настолько очаровательно улыбался, что порозовевшей МакГонагалл оставалось только согласиться и в ответ позволить называть себя Минервой.

Немного придя в себя, профессор отдала клону ключ от сейфа Поттеров, раз уж он являлся его официальным опекуном, и предложила свою помощь с покупками к школе. От помощи клон отказался, зато напоследок учтиво поцеловал МакГонагалл руку и проводил до выхода. Слегка дезориентированная такой галантностью ведьма аппарировала прямо от ворот, позабыв о конспирации, а я подумал, что теперь нас с Гарри можно смело записывать в любимчики профессора трансфигурации.

***

На следующий день Гарри проснулся очень рано, потому что по утрам мы обычно тренировались, но сегодня решено было отложить упражнения и посвятить все время магическому шопингу. Мы начали собираться, но тут клону вдруг захотелось нарядить меня по последней волшебной моде для детей – в рубашку с кружевами и шелковым бантом на шее, шорты длиной до колен, белые гольфы и ботинки с каблуками. Пока я с возмущенными воплями пытался от него удрать, неожиданно научился одному интересному волшебному трюку – если быстро бежать, искренне желая от кого-то смыться, то можно начать парить в воздухе безо всякого Летучего зелья. Хорошо, что комната у Гарри была большая, места для маневра много, и я некоторое время уворачивался от клона, прыгая по стенам и потолку безо всякой чакры. Наконец, мне удалось прорваться в коридор, и я, предвкушая свободу, перепрыгнул через перила лестницы второго этажа, но был пойман за ногу, да так и завис вниз головой, сердито глядя на ухмыляющегося клона. - Что здесь происходит?! – раздался строгий голос. У слуг сегодня был выходной, но Мэри, как всегда, находилась здесь, и теперь вышла проверить, что за шум. Картина ей предстала еще та – хозяин держит своего младшего брата за щиколотку над пролетом второго этажа. - Я слышал, будто в некоторых волшебных семьях детей, у которых долго не было магического выброса, специально пугали или роняли с высоты, чтобы их магия проснулась. Вот мне и стало интересно, что случится, если я сейчас разожму пальцы. - Да как вы можете?! Это ведь ваш брат! – шокированная Мэри даже подбежала ближе, чтобы поймать меня. - Это не брат, это мой клон. Я его специально вырастил таким, чтобы он мог пользоваться магией. - Эй, вообще-то, это ты – мой клон! – возмутился я. - Ни фига, - ухмыльнулся тот. – У кого настоящее тело, тот и рулит. - Даже если это клон, все равно нельзя так с ним поступать! - вступилась Мэри с таким видом, будто уже планировала, как именно будет избивать мою взрослую копию за жестокое обращение с ребенком. Мы с клоном переглянулись и решили не обострять ситуацию. - Я пошутил, на самом деле Саске просто не хотел надевать костюм, который я ему приготовил, и попытался сбежать. Он сам собирался спрыгнуть с лестницы, но я успел поймать его за ногу. Однако эти слова нашу домоправительницу совсем не убедили, так что я тоже внес свою лепту – сменил тело на точную копию из чакры и материализовался уже на первом этаже рядом с Мэри. - Даже если бы он меня уронил, со мной бы все равно ничего не случилось, - пояснил я. - Тогда зачем было так громко орать, будто тут и, правда, кого-то убить хотят? - Так веселее, - с невинным видом ответил я. Девушка смерила меня своим тяжелым взглядом, и ничего не сказав, ушла. Но то, что она, как минимум, считает нас чокнутыми, и без слов было ясно.

Глава 9.1

Пока мы с клоном бесились, Гарри успел уже полностью собраться и теперь посматривал на нас с нетерпением. Так что мы не стали его задерживать и тоже быстро переоделись. У меня с Гарри был почти один размер, поэтому я позаимствовал у него костюм, а тот наряд, что пытались подсунуть мне внутренние личности, запихнул в самый дальний угол шкафа.

Клон переместил нас в Лондон, недалеко от Дырявого котла, и мы быстро прошли насквозь мрачный грязноватый бар. Мальчика-который-выжил никто с ходу не опознал, так как его шрам был прикрыт густой челкой, поэтому с просьбами о рукопожатии к нам никто не бросился.

Вид шумной и пестрой магической улочки буквально оглушил Гарри, и мне пришлось вести его за руку, чтобы не потерять. Первым делом мы отправились в Гринготтс, посмотреть на сейф Поттеров, да и у меня магическая наличность почти закончилась.

Гарри с любопытством глазел по сторонам, не в силах решить, что ему кажется более интересным – низкорослые страшноватые гоблины или маги в смешных нарядах, напоминающих разноцветные платья. Один из работников банка внимательнейшим образом изучил ключ от сейфа, чуть ли не на зуб его попробовал, но, в конце концов, позвал Крюкохвата и сказал сопроводить нас. После довольно длинного путешествия на тележке по подземной железной дороге, больше похожей на американские горки, Гарри едва ли не приплясывал и хотел повторить спуск еще раз или два, а то он не успел дракона рассмотреть. Гоблин покосился на него, но ничего не сказал, и просто отпер дверь маленьким ключиком.

- Ух ты! – восхитился Гарри, увидев горы золотых, серебряных и медных монет.

- Это точно, - подтвердил я. – Похоже на хранилище Скруджа МакДака, только поменьше. Слушай, можно я кое-что попробую?

Мальчик кивнул, видимо, догадавшись о моей задумке. Я с разбегу рыбкой нырнул в кучу монет, и будь я обычным ребенком, мне было бы очень больно. Но я сменил тело на копию и «просочился» сквозь золото. А потом вынырнул в другом месте и выплюнул несколько мелких монеток. Гарри засмеялся, а клон снисходительно фыркнул, но я-то знал, что ему тоже хочется так сделать, однако статус не позволяет. Зато Крюкохват смотрел на меня просто квадратными глазами, поэтому я специально для него нырнул еще пару раз, а потом «поплыл» на спине. Интересно, поверят ли ему остальные гоблины, когда он расскажет им про этот трюк?

Гарри набрал монет в сумку, и мы поехали обратно, только гоблин на меня всю дорогу как-то странно косился. Поднявшись на поверхность, клон затребовал полный финансовый отчет по собственности Поттеров и выяснил, что Гарри принадлежит только содержимое сейфа, руины фамильного особняка, разрушенного, когда были убиты его бабушка и дедушка, и дом в Годриковой лощине, который маги превратили в своеобразный памятник.

Еще клон поинтересовался, где можно восстановить семейный гобелен и найти ближайших родственников Гарри. Гоблины заверили, что за отдельную плату сами могут провести все необходимые ритуалы и тут же принялись за дело. Последнего Поттера принялись тормошить и дергать во все стороны, ставить его внутрь разных выбитых на каменном полу фигур, заставляли произносить какую-то тарабарщину, и чуть ли не хороводы с бубнами вокруг него водили, а под конец надрезали руку и добавили его крови в какое-то зелье. Этим зельем облили большой кусок чистого плотного полотна и сказали ждать.

Вся процедура заняла около часа, я даже заволновался, не нахимичат ли они лишнего, поэтому клон незаметно поймал одного из гоблинов и считал его память. Оказалось, что все так и должно быть, и через некоторое время нам вручили здоровенный, на всю стену гобелен, с изображенным на нем раскидистым фамильным древом. К нему еще прилагалась толстенная книга с описанием основных магических родов Англии, чтобы уж точно никого из даже самых дальних родственников не пропустить.

Убрав все это в безразмерную сумку, клон повел нас с Гарри в кафе восстанавливать силы. По дороге я вспомнил, что как раз в этот день Волдеморт должен был ограбить Гринготтс. Надеюсь, Хагрид успел забрать из сейфа философский камень, а то вся история пойдет коту под хвост. Казалось бы, такая мелочь, а может изменить целый мир.

В кафе мы перепробовали двадцать видов мороженого, а клон еще и несколько коробок с пирожными прикупил и запихал в безразмерную сумку, создав запас на черный день. Кстати, Гарри мы тоже приобрели бездонную сумку вместо чемодана, конечно, стоит она дороже, но запихнуть туда можно целую тонну, да и еда в ней почти не портится.

Следующим на очереди стал магазин мадам Малкин, где нас быстро измерили и подобрали по комплекту подходящих мантий. С Малфоем мы не столкнулись, потому что за покупками пошли на день позже, чем в каноне. Затем мы посетили канцелярскую лавку и книжный магазин, где я снова набрал толстенную стопку всевозможных книг помимо учебников. Кстати, история Хогвартса там тоже была, надо будет ознакомиться с этой книгой, да и Гарри почитать вместо сказок на ночь.

Закупив все по списку, приложенному к письму, мы отправились в торговый центр «Совы», где клон приобрел белую полярную сову. В магазине такая имелась только одна, поэтому можно было предположить, что это та самая Хедвиг.

- Это мне? – удивился Гарри, когда клон вручил ему клетку с птицей.

- Вообще-то, ее должны были подарить тебе еще вчера, и не от моего лица, так что я просто восстанавливаю справедливость. Считай, что это подарок от мироздания.

- Эээ… - Гарри слегка нахмурился, пытаясь вникнуть в смысл речи, а потом решил не заморачиваться. – Спасибо!

Рядом располагался магазин метел, вокруг которого толпились мальчишки, практически приклеившись носами к витрине. Мне тоже стало интересно, что там за Нимбус-2000 такой, и я потянул своих спутников внутрь. Дети проводили нас такими завистливыми взглядами, что даже мне захотелось повернуться и показать им язык.

Из магазина мы с Гарри вышли счастливыми обладателями новейших гоночных метел, но и помимо того продавец всучил нам всякой сопутствующей ерунды вроде наборов по уходу за прутьями и летной экипировки. Он даже показал нам, как правильно садиться на метлу, впрочем, в подробном руководстве по полетам это и так было продемонстрировано двигающимися фотографиями.

- А в письме ведь было написано, что первокурсникам нельзя иметь собственные метлы, - с сожалением произнес Гарри, прижимая к себе длинный сверток, который он отказался убирать в сумку и теперь нес в руках.

- Их нельзя привозить в Хогвартс, а у нас до школы еще целый месяц. К тому же, тебя вскоре ждет большой сюрприз.

- Какой? – тут же оживился мальчик.

- Не скажу, - фыркнул я, - а то сюрприза не получится.

Глава 9.2

Магазин волшебных палочек я специально оставил напоследок. Олливандер с первого взгляда опознал Гарри и тут же поведал о том, какие именно палочки продал его родителям и Волдеморту. Только после этого он заметил меня с клоном.

- Не имею чести быть знакомым, мистер… - он замолк, вопросительно глядя на клона.

- Учиха. И давайте без «мистера», знали бы вы, как это словосочетание слух режет. Зовите меня просто Учиха-сан. Мне нужно приобрести палочки для брата и подопечного, - он взъерошил волосы Гарри. – Надеюсь, у вас найдется необходимое.

- Конечно, можете не сомневаться! – заверил Олливандер и начал измерять нас с Гарри линейкой.

При этом он попутно рассказывал об уникальности каждой палочки и о том, как важно для мага ее правильно подобрать. Олливандер подавал нам палочки одну за другой, но ни одна так и не откликнулась.

- А вы необычные клиенты, - почему-то обрадовался продавец. – Но не волнуйтесь, где-то здесь у меня лежит то, что вам непременно подойдет.

Наконец, он подал Гарри палочку из остролиста и пера феникса, и та после взмаха осыпала нас множеством ярких красных и золотых искр.

- О, браво! Это действительно то, что надо! Так, так, так… очень любопытно… чрезвычайно любопытно…

- Извините, - спросил Гарри, - что именно кажется вам любопытным?

Олливандер некоторое время смотрел на Гарри своими странно бесцветными глазами, а потом поведал, что эта палочка – сестра той, которая оставила шрам на лбу мальчика-который-выжил. Гарри поежился, а я вытащил палочку из коробки, куда ее начал было упаковывать продавец, и тоже взмахнул ей. Из кончика вырвались точно такие же яркие искры, как и в первый раз.

Олливандер, поначалу хотевший сказать что-то возмущенное, так и замер с открытым ртом.

- Впервые вижу, чтобы одна палочка одинаково слушалась сразу двух магов, - произнес он, опомнившись. – Невероятно! Просто невероятно!

- Сэр, а если палочка Волдеморта – сестра этой, то мне она тоже подойдет? – спросил я.

Олливандер едва заметно вздрогнул, услышав имя Того-кого-нельзя-называть, но все же ответил:

- Подойдет, но я бы не советовал пользоваться чужой палочкой. Не только она влияет на мага, но и маг на нее…

- Так Волдеморт же умер десять лет назад. Зато как круто было бы пользоваться его палочкой! Скажите, сэр, если Гарри победил Темного Лорда, то та палочка принадлежит ему?

- Да… По законам магии выходит именно так.

- Я бы ни за что не стал бы ей пользоваться, - поморщился Гарри.

- Ты мог бы подарить ее мне, - намекнул я и вновь к обратился к Олливандеру. – Сэр, вы не знаете, что случилось с той палочкой, и куда она делась?

- Признаться, я никогда даже не задумывался об этом, - озадаченно ответил тот. – Должно быть, ее забрали прибывшие на место происшествия авроры.

- Вряд ли ее будет легко добыть, - произнес клон. – Думаю, ты не один такой, кто захотел себе настолько знаменитую палочку. Так что придется тебе пока довольствоваться обычной.

- Нууу… - протянул я, делая вид, что расстроился. – Я все равно хочу палочку Волдеморта. Не важно, сколько придется ждать!

- Несколько месяцев, как минимум, - хмыкнул клон, мысленно прикидывая, куда мог деться такой знаменитый артефакт.

Вряд ли палочка действительно попала к аврорам, ведь когда Волдеморт возродился, она уже была у него. Скорее всего, это Хвост подсуетился и унес ее с развалин в Годриковой лощине. Или он уже потом, незадолго до возвращения Темного Лорда, где-то ее добыл. Надо будет напрячь поддельных невыразимцев, чтобы поискали информацию.

Тут Олливандер спохватился, вспомнив о своих обязанностях, и продолжил подавать мне волшебные палочки одну за другой. Перьев феникса у него больше не было, хотя бессмертная огненная птица могла подойти мне идеально из-за моего сродства со стихией огня. Кажется, продавец перебрал все запасы, что у него были, и в самом конце одна из палочек с редким сочетанием – когти огненной саламандры и железное дерево – все-таки потеплела после взмаха и испустила струйку золотых искр. Конечно, спецэффекты были не такими яркими, как от остролистовой, но хоть что-то.

Зато моя палочка была красивой – темной, почти черной, не очень длинной, но идеально прямой, с заостренным кончиком и удобной рукояткой, инкрустированной серебром. На металле была искусно выгравирована ящерка, обвивающая длинным хвостом деревянную часть артефакта. Мне эта палочка сразу понравилась, потому что с первого взгляда было ясно – чтобы убить ей кого-нибудь, можно даже смертельного проклятья не произносить, достаточно просто ткнуть противника посильнее.

Олливандер обрадовался так, будто это ему первую палочку подобрали, и даже упаковал коробки с покупками в яркую подарочную бумагу. Клон расплатился, и мы, наконец, смогли покинуть этот магазинчик, в котором так надолго задержались.

На улице уже темнело, и повсюду зажигались разноцветные волшебные фонари, придавая Косому переулку какое-то особое очарование. В наступающих сумерках вывеска ближайшего ресторанчика так заманчиво сияла, что мы решили отметить там первый день Гарри в волшебном мире. Обстановка внутри оказалась весьма уютной и как будто прямиком из семнадцатого-восемнадцатого века. Но, подозреваю, это не хозяин заведения стремился воссоздать историческую атмосферу, а волшебники отстали от современности на пару-тройку веков. И все эти горящие свечи, стены из серых необработанных камней, кое-где украшенные гобеленами и картинами, живописные пучки сушеных трав, свисающие с деревянных потолочных балок – не стилизация под средневековье, а самая что ни на есть суровая реальность.

А вот магическая кухня меня разочаровала – она почти не отличалась от обычной английской. Или это просто я привык к японской и никакую другую принимать не хочу?

Но в целом день прошел удачно, да и Гарри просто сиял от счастья, то и дело поглаживая свою новенькую метлу, с которой он сидел чуть ли не в обнимку. Кажется, он уже не мог дождаться следующего утра, когда наконец-то можно будет опробовать ее в деле.

***

Последний месяц каникул пролетел очень быстро, впрочем, оно всегда так и бывает. За это время Гарри успел пролистать все учебники, а «Магические отвары и зелья» по моему совету так и вовсе прочитать от корки до корки. Мы даже сварили несколько простых рецептов оттуда, но подозреваю, профессор Снейп быстро отобьет ненавистному Поттеру всю любовь к этому предмету. Зато на метле Гарри летал так, словно та была частью его тела, трагически потерянной в детстве. Но теперь они, наконец-то, воссоединились, и согнать мальчика с метлы, чтобы отправить его, например, обедать, было все равно, что Бемби обидеть. Он начинал смотреть на меня такими печальными зелеными глазищами, что у меня даже совесть просыпалась. Мою секретную технику «глазки-как-у-кота-из-Шрека» он уже видел пару раз и даже скопировал, удачно адаптировав под себя. Первого сентября Гарри проснулся в пять часов утра, хотя тренировки у нас обычно начинались полседьмого, и в который уже раз проверил, все ли собрал в свою безразмерную сумку. Но медитации помогли ему успокоиться, так что на вокзал, куда нас довез Себастьян, мы прибыли чинно и спокойно. Переход на платформу девять и три четверти только со стороны выглядел страшно, а на самом деле никак не ощущался. Мы без проблем попали на перрон и увидели пышущий паром Хогвартс-экспресс. Было еще только двадцать минут одиннадцатого, поэтому мы без спешки выбрали свободное купе в конце поезда и устроились там. Чемоданов у нас не было, и в руках мы несли только клетки с птицами – У Гарри Хедвиг, у меня Кра. Как только мы расположились в купе, ворон тут же потребовал выпустить его из клетки и принялся расхаживать по столу. Сова на это только презрительно ухнула, и спрятав голову под крыло, сделала вид, что уснула. Вообще, у наших птиц что-то вроде противостояния – Кра ужасно гордится тем, что умеет говорить на человеческом языке, и постоянно «дразнит» этим Хедвиг. Кстати, словарный запас у него уже довольно большой, он даже несколько стихов наизусть знает – выучил, пока Гарри делал домашнее задание по литературе в прошлой школе. Клон, провожавший нас в Хогвартс, устроил прощальные обнимашки и, смахнув притворные слезы, наказал писать ему почаще. Он и на платформе стоял, махая нам с таким трагичным видом, будто мы и, правда, расстаемся. Хотя на самом деле мог в любой момент переместиться ко мне, а, следовательно, и к Гарри. Когда поезд тронулся, Кра попросил дать ему книгу, и устроившись на специальном переносном насесте, принялся ее «читать». Вообще-то, на самом деле читать он еще не умел, но ему нравилось рассматривать картинки. Я специально купил ему несколько ярких азбук с красочными рисунками, чтобы он побыстрее все буквы выучил. Правда, он у меня еще довольно маленький – ему пока немногим больше года, хотя птицы, конечно, взрослеют не так как люди. Но с учетом того, что магические вороны живут сто-сто пятьдесят лет, он почти ребенок. Кра давно наловчился перелистывать страницы лапой, иногда помогая себе клювом, и делал это с таким самодовольным видом, что у Хедвиг не хватало сил притворяться спящей, и она вся передергивалась, недовольно ероша перья.

Глава 10

Неожиданно дверь в купе открылась, и внутрь заглянул рыжий веснушчатый мальчик:

- Можно я сяду тут? А то в остальных купе все занято.

- Располагайся, - я кивнул на свободные места.

- Какой странный ворон, - мальчик плюхнулся на свободное сиденье и уставился на Кра. – Притворяется, будто умеет читать, но на самом деле птицы слишком тупые для этого.

- Хам! Невежа! – моментально вскинулся Кра, возмущенно распахнув крылья. – Грубиян! Сам тупица!

Мальчик отшатнулся от неожиданности, вжавшись в угол сиденья.

- Тише, тише, - я протянул руку, и Кра тут же перебрался ко мне на предплечье.

Кстати, веса в нем уже почти три килограмма, да и размах крыльев впечатляющий, так что когда он начинает злиться, в купе сразу же становится тесно. Когти и клюв у него тоже весьма внушительные, крепкие и острые, не хуже, чем у призывных воронов. Те обычного человека заклевать могут насмерть за несколько секунд, так что не удивительно, насколько испуганным выглядел Уизли.

- Не злись на мальчика, Кра, он не хотел тебя обидеть, он просто невежливый, - я погладил ворона по спине и почесал под клювом, стараясь утихомирить. – На самом деле ты очень-очень умный.

- Я отличаюсь умом и сообразительностью. Умом! И. Сообразительностью! – выразительно косясь на рыжего, повторил ворон еще раз.

Успокоившийся Кра позволил усадить себя обратно на насест и принялся листать книгу с еще большим чувством собственного достоинства. А Хедвиг начала издавать тихие звуки, будто чем-то подавилась, но, подозреваю, это был совиный вариант ехидного хихиканья. Наверное, у птиц, как и у змей, тоже есть свой язык, а то уж больно выразительно наши питомцы общаются.

- Он разговаривает?! – пришел в себя Уизли, с удивлением таращась на Кра.

- Первый раз, что ли, говорящую птицу видишь? – я выразительно закатил глаза, будто такое встречается на каждом шагу. – Слушай, ты точно волшебник? Таких элементарных вещей не знаешь.

- Волшебник! – мальчик даже вытащил палочку в доказательство. – И в семье у меня все волшебники!

- Верю-верю, - отодвинул я от себя кончик палочки, которой Уизли мне чуть ли не в лицо тыкал. – Ты тоже успокойся.

Рыжий сел обратно на свое место и попытался придумать новую тему для разговора:

- А вы слышали, что в этом поезде Гарри Поттер едет? Он ведь наш ровесник, и в этом году поступает в Хогвартс. Вот бы его увидеть!

Гарри покосился на мальчика, но пока ничего не сказал, оставив все общение на меня.

- С чего ты взял, что Поттер поступит в Хогвартс? Может быть, он решил в другую школу зачисляться? Я слышал, что в Салемской академии готовят самых сильных боевых магов. У них там и дуэльное мастерство, и боевые искусства, и холодное оружие изучают.

- Гарри Поттер должен пойти в Хогвартс! Это лучшая школа волшебства в мире!

- А ты кто такой, чтобы за Гарри Поттера решать?

- Да все знают, что Хогвартс – лучший!

- Нет, серьезно, ты кто такой? Мы уже минут десять разговариваем, а ты до сих пор не представился.

- Ой, точно, - спохватился мальчик. – Меня зовут Рон Уизли.

- Учиха Саске.

- Гарри Поттер, - представился Гарри.

- Что?! – Рон аж подскочил с сиденья и вытаращился на него, а потом перевел взгляд на меня. – Ты же сказал, что он поехал в какую-то там академию!

- Я сказал «может быть», - доброжелательно улыбнулся я. – Хотя если бы он действительно захотел учиться в Салемской академии, вряд ли бы у него получилось. Потому что я только что ее придумал.

Уизли уставился на меня, хватая ртом воздух, словно вытащенная из воды рыба, а Гарри прикрыл лицо раскрытой книгой и попытался не засмеяться.

Ситуацию спас заглянувший в купе круглолицый мальчик, разыскивающий жабу. Я успокоил его, сказав, что всех питомцев доставят в спальни учеников, и можно за них не волноваться. Тем временем Рон более-менее пришел в себя и снова сел на свое место. Несколько минут он молчал, изредка настороженно косясь то на меня, то на Кра, а потом снова начал болтать. Я изредка задавал наводящие вопросы, и через час Уизли выболтал вообще все, что только мог, включая номер семейного сейфа.

Гарри иногда тоже вставлял несколько фраз, у него уже были уроки по добыче информации, и сейчас он осторожно пробовал применить их на практике. Когда Рон окончательно выдохся, Гарри знал всю его недлинную биографию и мог бы составить подробнейшее досье.

Под конец Уизли даже продемонстрировал своего питомца. Мне захотелось просветить мальчика, кого он на самом деле с собой таскает, но пока было рано, так что я оставил разборки с Петтигрю на потом.

Вскоре из коридора донеслось позвякивание, и в купе заглянула женщина, предложившая приобрести сладостей. Я накупил ворох всего и высыпал на стол, надо же было заценить все эти странные лакомства. В Косом переулке я пробовал мороженое и пирожные, но кондитерский магазин мне не встретился, так что многие вкусности я видел впервые.

И честно говоря, был порядком разочарован. Особенно мне не понравилось, что шоколадная лягушка пыталась выпрыгнуть из моего рта в то время, как я старался ее разжевать. Довольно мерзкое ощущение, и даже молочный шоколад не сделал его приятнее. Та же история повторилась с пищащими сахарными мышами и мармеладными червяками. Даже обычный с виду кекс оказался с сюрпризом – с противной тыквенной начинкой. А уж когда и драже порадовали неожиданным сочетанием – клубникой с чесноком – я решительно отодвинул от себя эти волшебные сладости и впредь зарекся их есть.

Зато детям, кажется, понравилось. Даже Кра увлеченно клевал пытающегося от него уползти мармеладного червяка.

После обеда Рон угомонился, перестал болтать и даже достал какую-то книгу, но ничего из нее так и не прочел. А еще через некоторое время дверь снова распахнулась, и в купе вошли три мальчика.

- Весь поезд только и говорит, что Гарри Поттер едет в этом купе. Это ты, что ли? – обратился он к Гарри.

- Да.

- Это Кребб, а это Гойл, - небрежно бросил бледный мальчик, представив своих спутников. - А меня зовут Малфой. Драко Малфой.

- Бонд. Джеймс Бонд, - произнес я, заглушив смешок Рона.

Гарри не удержался и прыснул, на что Драко слегка нахмурился и недовольно посмотрел на меня.

- Никогда не слышал о такой фамилии. Ты, что, из магглов?

- Меня зовут Учиха Саске, а Джеймс Бонд – это секретный агент, и ты только что представился в точности как он. Неужели ты маггловские фильмы смотришь?

- Что?! Я бы никогда даже не приблизился к такой гадости!

- А жаль, - притворно вздохнул я. – Вот мы с Гарри очень любим их смотреть. Если бы ты тоже этим увлекался, то сейчас могли обсудить кино.

- Я знаю тему для разговора поинтереснее. Например, о том, что одни семьи волшебников гораздо лучше других. – Он повернулся к Гарри. – Поттер, я полагаю, ты не захочешь дружить со второсортными. Я мог бы помочь тебе разобраться.

- Не волнуйся, Малфой. У Гарри уже есть отличный помощник, - я вытащил из бездонной сумки и положил на стол толстенную книгу с описанием всех английских магических родов. – Тут и про тебя есть, и про Уизли, да и про остальных британских волшебников.

- Блин, ну зачем мне все это учить? Ладно, прапрабабушек и дедушек, но остальных-то для чего? Они же умерли давным-давно! – простонал Гарри, на которого эта книжка действовала лучше любого снотворного.

- Ничего не знаю, - хмыкнул я. – Мне в детстве пришлось выучить все тридцать четыре поколения вплоть до основателя. Так почему я один должен страдать? Ты тоже помучайся. Кстати, Малфой, ты вот до какого колена своих предков знаешь?

- Эээ, - по лицу Драко сразу было понятно, что он судорожно попытался сосчитать известных ему пращуров, но спохватился и с достоинством ответил, - конечно же, я знаю всех.

- А у тебя, случаем, вейл в роду не было? А то ты такой хорошенький, так бы и обнял, - я смерил Малфоя оценивающим взглядом с головы до ног, и тот непроизвольно сделал шаг назад. – Хотя эта прическа тебе совсем не идет.

Я очаровательно ему улыбнулся, чуть склонив голову набок, и похлопал ресницами.

- Садись сюда, - я указал на сиденье рядом с собой. – И поближе, а то твоим друзьям места не хватит.

- Эээ… Меня в нашем купе ждут! – Драко мгновенно придумал отмазку и практически сбежал, а Кребб и Гойл удалились следом.

- Хм, нервный он какой-то, - пожал плечами я.

Гарри снова прикрылся книжкой, но в этот раз еще и подозрительно трясся, словно от еле сдерживаемого смеха.

- Ты хотел пригласить Малфоя в наше купе! – возмущенно возопил Рон.

- А что, нельзя?

- У него же вся семейка – темные маги! Его отец служил Сами-Знаете-Кому!

- А чем темные маги от светлых отличаются? У вас тут есть какая-то особая темная магия, которой светлые пользоваться не могут? У меня дома ничего такого не было, и заклинания подходили для всех волшебников.

- Ну… нет, вообще-то. Специальной магии, которой могут пользоваться только темные маги, нет. Но они сами по себе злые, и всякие плохие вещи творят!

- Пьют кровь младенцев? Закусывают ее пирожками с котятами? Приносят в жертву рыжеволосых мальчиков? – заинтересовался я.

Рон слегка позеленел и на всякий случай отодвинулся от меня подальше:

- Нет! С ума сошел, что ли?!

- Тц. Тогда не интересно. Я вот как-то фильм смотрел, там темный маг из жира некрещеного ребенка какое-то зелье варил; одному мужику палец отрезал ради кольца, а потом язык выгрыз; на какую-то тетку проклятье наложил, чтобы она старела в день по двадцать лет, да и вообще собирался мир уничтожить. Вот это я понимаю – чернокнижник! А ваши какие-то так себе, не темные, а слегка мутные.

Уизли позеленел уже совершенно явственно и забился в самый дальний от меня угол.

- Ты чего так испугался-то? Я же сказал, что это фильм. Магглы его придумали, чтобы друг друга попугать, а на самом деле ничего такого не было.

Но Рон решил свое место не покидать, даже если это все выдумки, да и вообще разговаривать со мной поменьше, а то мало ли.

Глава 11.1

Остаток пути прошел тихо-мирно, в купе к нам больше никто не заглядывал. На платформе заметно возвышающийся над людским морем Хагрид зычно собирал первокурсников, а Гарри все вертел головой в поисках тех самых карет с фестралами. Но народу было слишком много, а младшеклассников вели совсем в другую сторону, так что ему не удалось проверить, видит ли он этих необычных животных.

Хогвартс предстал перед нашими глазами совершенно неожиданно, и все первокурсники дружно выдохнули от восхищения. На входе нас встретила МакГонагалл и провела внутрь замка. Пока мы ждали начала распределения, в комнату прямо сквозь стену влетели призраки. Кстати, это первые духи, которых я встретил в этом мире. Похоже, здесь привидением может стать только маг или сквиб. Однажды надо будет все-таки поподробнее узнать об устройстве местного загробного мира.

Наконец, нас пустили в Большой зал и выстроили в длинную шеренгу перед табуреткой со Шляпой. Детей начали вызывать по одному, постепенно распределяя по факультетам, и никаких неожиданностей не приключилось, все попали туда же, куда и в каноне. Даже над Гарри Шляпа не долго думала, почти мгновенно отправив в Гриффиндор. Похоже, воспитывать героев – это мое призвание. В конце концов, не распределенными остались только двое – Уизли и я.

- Учиха, Саске! – объявила МакГонагалл и едва заметно мне улыбнулась, подбадривая.

Я без опаски уселся на табурет и водрузил на голову Распределяющую Шляпу. Я всегда считал свой разум хорошо защищенным, ведь никому не удавалось обмануть меня с помощью иллюзий. А в магическом мире я еще и окклюменцию изучил, вначале по книгам, а потом с помощью «поддельных» невыразимцев. Так что сейчас я просто выдвинул на передний план воспоминания из поезда и со дня рождения Гарри, где я вел себя как обычный ребенок, и расслабился.

Только я не учел того, что разум Шляпы был не человеческим, и даже не особенно близким к нему. Людям довольно сложно представить себе, как мыслит предмет, и вот на этом я и прокололся. Шляпа легко прошла сквозь мои защиты, будто и не заметив их, и провалилась во внутренний мир туда, где под вечной луной серебрится море чакры, постепенно подтачивающее черные скалистые острова.

Не знаю, кто из нас был ошарашен больше – Шляпа или я. Но тут из воды взметнулись десять огромных змееподобных Стражей-драконов, готовых разорвать чужеродный разум на куски и уничтожить вторженца.

Вдруг раздался какой-то громкий звук, от которого у меня заболели уши и едва не лопнули барабанные перепонки. И только миг спустя я понял, что это визжит Шляпа. Взмахивая полями, она ухитрилась слететь с моей головы, и теперь на удивление шустро удирала в сторону преподавательского стола, чтобы спрятаться среди профессоров. Нужно было срочно что-то предпринимать, поэтому я сменил тело на точную копию и активировал шаринган, прикрыв изменившиеся глаза иллюзией.

- Если расскажешь об увиденном хоть кому-нибудь, я сделаю так, чтобы ты могла чувствовать боль, а потом порежу тебя на сотню кусочков и сожгу каждый из них один за другим, - сказал я ей с помощью гендзюцу, приправленного слабеньким ки.

Шляпа перестала орать и забилась куда-то под ноги директору. Обзывать меня монстром она вроде бы не спешила, поэтому я зачел ее молчание как готовность к сотрудничеству.

В зале стояла абсолютная тишина; сначала все таращились на визжавшую Распределительную Шляпу, но после того, как она спряталась, все взгляды скрестились на мне. Поэтому я принялся испускать успокаивающую реацу, но в этот раз безо всяких визуальных спецэффектов. Сделав большие-пребольшие честные глаза, я начал объяснять настороженно смотрящей на меня МакГонагалл:

- Я просто хотел попасть на Гриффиндор вместе с Гарри! Но Шляпа отказалась меня туда пускать. Поэтому я в шутку представил, как поджигаю ее, а она поверила! Но я бы никогда такого на самом деле не сделал! Честное слово! Я просто пошутил!

Свою речь я сопровождал секретной техникой «глазок», так что у МакГонагалл не было шансов. Кстати, если смотреть в мои зрачки, то действительно в самой глубине можно увидеть галактики.

- Что ж, мистер Учиха, я думаю, мы могли бы пойти вам на встречу и…

Профессор не договорила, потому что ее перебил истошный вопль Шляпы:

- Слизерин!!! Только Слизерин!

Тц, вот паразитка, решила хоть так мне подгадить. Но на моем лице отразилась только печаль и, последний раз посмотрев на МакГонагалл грустными глазами мультяшного котенка, я отправился за стол Слизерина и сел на свободное место. Шляпу еще минут десять уговаривали проверить последнего ученика, и та, в конце концов, все-таки соизволила отправить Уизли на Гриффиндор. На этом церемония распределения была закончена.

Я смотрел на длинные столы, которые скоро окажутся уставлены золотыми блюдами с едой, и совсем не чувствовал воодушевления по этому поводу. Почему-то до меня только сейчас дошло, что кормить тут будут отнюдь не моими любимыми кушаньями. Вы когда-нибудь слышали об английском ресторане? Я вот, например, нет. Наверное, дело в том, что самое знаменитое английское блюдо – овсянка. А самое знаменитое английское магическое блюдо – тыквенный сок, да и вообще, тыква в любом виде. Британские маги даже сладости ухитрились испортить – меня вот подташнивать начинает при виде шоколадных лягушек, да и остальные «лакомства» вроде лакричных тараканьих усов и пищащих сахарных мышей энтузиазма не вызывают.

Учебный год еще не начался, а я уже убить готов за онигири и данго. Что же со мной через неделю на английской диете станет?

Глава 11.2

Короткая и невразумительная речь директора быстро закончилась, и праздничный ужин возник на столе. И вот тут-то я понял, что чудеса действительно существуют – передо мной стояло несколько подносов с роллами и суши. Наверное, какой-то домовик почувствовал мою тоску по японской кухне и сжалился над несчастным ребенком. Я сейчас просто расцеловать готов был этого эльфа, надо будет обязательно его найти и поблагодарить. С этой мыслью я достал из внутреннего мира палочки и приступил к трапезе.

- Итадакимас!

Соседи по столу удивленно на меня покосились, но пока молчали. Однако не успел я как следует насладиться вкусом первого ролла, как меня прервали.

- Ты что, молишься? И чем это ты ешь? – презрительно сморщив нос, спросил Нотт, сидевший ближе всего ко мне.

- Итадакимас означает «приятного аппетита», так что я всего лишь проявил вежливость. А это – палочки для еды. Но вообще, это довольно многофункциональная штука. Они изготовлены из очень прочного металла, остро заточены и отлично сбалансированы, - я продемонстрировал это, покачав на кончиках указательных пальцев каждую из темных, с навершиями из крупных рубинов, палочек. А потом начал вращать их между пальцев, так что они со свистом выписывали круги и восьмерки.

Дети за столом теперь смотрели на меня так, словно я им тут фокусы показываю, поэтому я решил подпортить впечатление.

- Так что эти палочки можно использовать как метательное оружие или как стилет, - я перехватил правую палочку обратным хватом и почти наполовину резко воткнул в столешницу, отчего мои ближайшие соседи испуганно отшатнулись.

- Если верить легенде, этими штуками был убит один не очень удачливый сегун, - как ни в чем ни бывало, продолжил я, выдергивая палочку и протирая ее салфеткой. – Мне старший брат этот набор подарил на одиннадцатилетие. Туда еще входило кольцо с ядом, которым отравили жену императора, но оно мне велико, да и яд давно высох.

Мои соседи попытались отползти еще дальше, а слегка позеленевший Нотт сдавленно спросил:

- И ты все равно ешь этими штуками?

- А что такого? – пожал плечами я, подхватывая еще один ролл. – Это ж почти триста лет назад было. Да и продезинфицировал я их.

Но некоторых детей это не успокоило, кажется, аппетит я им испортил. Даже удивительно, как такие нежные цветочки в темномагических семьях выросли. Я-то думал, тут у каждого есть перстень с ядом, просто как милая фамильная традиция.

- Наверное, не зря Шляпа так орала, - себе под нос пробормотал Нотт.

Но в тот момент для меня роллы были куда важнее, чем поддержание светской беседы. Домовик, который их готовил, явно постарался на славу. Конечно, до шеф-повара японского ресторана не дотягивает, но для местной кухни очень даже неплохо. И я так увлекся ужином, что незаметно для себя съел все роллы. Впрочем, мои соседи на такое необычное для них блюдо и не претендовали.

Постепенно все за столом насытились и начали переговариваться. И Кровавый Барон выбрал как раз это время, чтобы представиться новичкам. Первокурсники сидели довольно компактной группой, поэтому я мог заметить, что все они побаиваются жуткого призрака, хотя и стараются не подавать вида.

Так что я был единственным, кто рассматривал его с любопытством и безо всякой опаски. Кровавый Барон заметил мой интерес, и я обратился к нему с вопросом:

- Сэр, могу ли я спросить вас насчет кинжала, или это будет слишком невежливо с моей стороны? – я указал взглядом на торчащий из его груди прозрачный клинок.

- Давно меня никто не спрашивал о смерти, - кровожадно усмехнулся призрак. – Что же, попробуйте рискнуть, молодой человек.

- Вы этот клинок для создания антуража носите или просто не можете от него избавиться?

- Сей кинжал причиняет мне боль уже тысячу лет. – Барон зыркнул на меня как-то особенно жутко. – Если бы я мог от него освободиться, то давно бы это сделал.

- Тогда можно я его заберу? Мой брат коллекционирует оружие, ему точно понравится.

- Мальчишка! Да что ты!... – Барон не успел договорить, потому что я уже схватился за призрачную рукоять и потянул на себя.

Пришлось сменить тело на копию, состоящую из духовной энергии, и даже залезть на лавку с ногами, чтобы дотянуться до парящего в воздухе привидения, но пораженное лицо Барона того стоило. Ученики, сидевшие рядом со мной, моментально замолчали, в шоке глядя то на призрачный кинжал в моей руке, то на серебристую прозрачную кровь, засочившуюся из раны. Тишина кругами расходилась от меня, словно волны от брошенного в воду камня.

- Благодарю, - произнес я и убрал оружие во внутренний мир, а потом, как ни в чем не бывало, сел на свое место.

Похоже, за соседними столами заметили, что тут происходит что-то странное, и начали переспрашивать соседей. Через проход от меня Гарри, сидящий за столом красно-золотых, указал взглядом на зависшего в ступоре Барона и драматично изобразил фейспалм, на что я только фыркнул.

- Т-ты.. ты как это сделал?! – слегка запинаясь, воскликнул Нотт. – Люди ведь не могут прикоснуться к призракам!

- Просто у меня в предках были боги. Вот мне и передалась малая часть их способностей, - я пожал плечами с таким видом, будто в этом не было ничего особенного.

- Это типа как у магглов был сын божий? – презрительно хмыкнул Нотт, недоверчиво сощурившись.

- Вообще-то, я родом из Японии. У нас там совсем другие представления о богах. И Риккудо Сеннин, от которого берет начало мой род, был кем-то вроде вашего Мерлина, только круче. Поэтому его и называли богом.

- Почему это круче? – обиделся Нотт.

- Потому что Великий Мудрец мог людей воскрешать и открывать врата в мир мертвых. Ну и по мелочи – гору там снести или озеро создать. А ваш Мерлин, насколько я знаю, такого не умел.

- Зато Мерлин мог без палочки колдовать!

- Пфф. Риккудо тоже.

Мальчик, наверное, еще бы поспорил, но тут еда пропала с тарелок, и со своего места поднялся Дамблдор с напутственной речью. Я даже не прислушивался, и так зная все, что он скажет. Потом старосты собрали первокурсников и повели в подземелье. Гостиная выглядела вполне по-слизерински – обилие зеленого цвета и змей в декоре. С каменного потолка на цепях свисали здоровенные люстры и вдоль стен горели металлические светильники с зачарованными свечами, создавая неплохое для подземелий освещение. Дальняя стена была стеклянной и выходила прямиком вглубь озера, но поздним вечером там было слишком темно, и ничего разглядеть не удалось.

Старосты кратко рассказали нам о правилах поведения и отправили по кроватям. Хорошо, что спальни тут были общие, а то я так и не привык спать в одиночестве. Уставшие дети, почти не переговариваясь, переоделись в пижамы и расползлись по постелям. Я последовал их примеру, все-таки, детское тело брало свое, и ему тоже был необходим отдых.

Глава 12

Утром я проснулся раньше всех, быстро привел себя в порядок и отправился к выходу из замка. В семь тридцать я уже был в холле, а через пару минут подтянулся и Гарри.

- Привет. Как спалось на новом месте? – спросил я.

- Нормально. Только Рон слегка храпит, - хмыкнул тот. – А тебе как спалось в логове слизеринцев?

- Ничего так, но храпят сразу двое – Кребб и Гойл. Я ожидал, что там будут закованные в кандалы скелеты и развешанные по стенам инструменты для пыток, но у них оказалось на удивление мило. А дальняя стена из стекла и выходит прямо в озеро, как будто в огромном аквариуме. Кстати, ты молодец, запомнил дорогу из гриффиндорской башни с первого раза.

Гарри радостно просиял в ответ.

К счастью, входная дверь оказалась уже открыта, и мы беспрепятственно вышли из замка.

- Ну что, давай начнем с пробежки вокруг Хогвартса, а заодно и место для тренировок присмотрим.

Мальчик кивнул, и после короткой разминки мы начали пробежку. Кое-где тут были проложены тропки, но иногда бежать приходилось прямо по траве. Зато мы изучили территорию вокруг замка, и нашли несколько подходящих и довольно укромных мест, где можно было бы устроить небольшой полигон.

- А зимой где будем заниматься? – спросил Гарри, когда тренировка закончилась.

- Надеюсь, где-нибудь в замке найдется что-то вроде спортзала. А если нет, то займемся паркуром, лестниц в Хогвартсе много.

Мальчик засмеялся, в красках представив такую картину. Да уж, от подобного зрелища любой учитель поседел бы. Надо будет и правда как-нибудь устроить, тем более что ранним утром почти все обитатели Хогвартса спят. Мы с Гарри разошлись по своим гостиным принять душ и переодеться в школьную форму, договорившись встретиться в Большом зале через полчаса.

Когда я переодевался, все мои сокурсники уже проснулись и лениво потягивались. Пожелав им доброго утра, я отправился на завтрак. Слизеринский стол был почти наполовину заполнен, но я там пока никого не знал, так что прошел к гриффиндорскому и сел рядом с Гарри. Но прежде, чем кто-нибудь успел высказаться по этому поводу, к нам подлетел Почти Безголовый Ник.

- Юный сэр, не могли бы вы уделить мне немного времени? Позвольте представиться – Николас де Мимси-Дельфингтон.

Я представился в ответ, и призрак, явно волнуясь, начал излагать свою просьбу. Если коротко, то он хотел, чтобы я оторвал ему голову. Неслабая такая заявка, особенно для завтрака, но как я понял, о нежной психике детей тут никто не заботится.

Привидение смотрело на меня с такой надеждой, что мне даже как-то совестно стало отказывать. Да и остальные гриффиндорцы глядели на нас с неослабевающим интересом, явно ожидая шоу. Так что я распечатал вчерашний кинжал, а Николас дернул себя за левое ухо, и его голова упала набок, повиснув на лоскуте кожи. Я закончил дело, начатое палачом еще четыреста лет назад, и невозможно счастливый призрак наконец-то стал Совсем Безголовым.

Николас, рассыпаясь в благодарностях, вежливо раскланялся по всем правилам средневекового этикета и, весело подкидывая смеющуюся голову, удалился. Готов поспорить, он пошел хвастаться.

- Помнится, кто-то говорил, что не хочет выделяться, - с намеком произнес Гарри.

- Любовь к эпатажу однажды меня погубит, - притворно вздохнул я.

Мальчик в ответ очень знакомо фыркнул – понахватался от меня дурных привычек и умных слов.

- Кстати, попробуй прикоснуться, - я протянул ему кинжал, который еще не запечатал обратно.

Пальцы Гарри легко прошли сквозь клинок.

- Не получается, - пожал плечами тот.

- Да, духовной энергии в тебе маловато.

Я убрал кинжал, сменил тело и достал палочки.

- Итадакимас!

- Итадакимас, - с улыбкой ответил мне Гарри и принялся ковырять вилкой омлет.

Вообще-то, палочками кушать он тоже умел, но мне так и не удалось привить ему горячую любовь к японской кухне. Зато я после стольких лет уже вилки и ножи воспринимал как что-то чужеродное.

Остальные гриффиндорцы косились на нас и перешептывались, но если раньше кто-то и хотел прогнать меня из-за красно-золотого стола, то сейчас явно передумал. И только я успел слегка заморить червячка, как над ухом раздался чей-то вопль:

- Эй ты! Чего тут расселся?! Проваливай к своим слизеринцам!

Оказалось, что это на завтрак явился Рон, явно рассчитывавший, что после вчерашнего распределения ему больше не придется терпеть мою компанию.

- Ну, ты и лицемер, Уизли, - я смерил рыжего уничижительным взглядом. - Вчера ехал со мной в одном купе, сидел за одним столом и даже сладостями моими спокойно угощался. А сегодня уже кричишь на меня и пытаешься прогнать только потому, что у нас на мантиях значки разного цвета? Тебе вообще не стыдно за свое поведение? И как ты только на Гриффиндор ухитрился попасть?

Мальчик шокировано уставился на меня, открывая и закрывая рот, словно вытащенная на берег рыба:

- Я… э…

- Что нужно сказать? – строго спросил я.

- Эээ… Извини? – неуверенно выдавил из себя младший Уизли.

- Извиняю, - царственно кивнул я. – Молодец, можешь сесть.

Рон все еще в легкой прострации плюхнулся на лавку с другой стороны от Гарри, который старательно пытался не расхохотаться.

В остальном завтрак прошел спокойно, и пожелав Гарри удачи на уроках, я расстался с ним до вечера.

Первый день занятий начался без происшествий. Да и во время уроков я поначалу не выделялся, хотя бы потому, что колдовал точно так же, как и остальные первокурсники, то есть практически никак. Исключением стала только трансфигурация. Нужно было превратить спичку в иголку, но моя все никак не сдавалась и даже двадцать минут спустя так и осталась совершенно деревянной. У Малфоя и Забини спички хотя бы заострились, за что им начислили баллы, а моя так и не изменилась. А ведь я даже попытался скопировать шаринганом это заклинание, но толку от этого не прибавилось. Магических каналов в моем теле еще не было, поэтому волшебство отказывалось течь через палочку должным образом.

В конце концов, я отложил палочку и выделил немного чистой магии прямо сквозь ладонь. Несколько сияющих капель упали на спичку, а заодно и на парту, на которой она лежала. И результат превзошел все мои ожидания. Спичка вдруг проросла толстыми зелеными извивающимися лианами, причем так быстро, словно взорвалась изнутри. А парта вдруг взбрыкнула и загарцевала по классу. Хорошо, что я один сидел за столом и успел отшатнуться, а то она бы и по мне потопталась.

Ближайшие ученики вскакивали со своих мест, девочки визжали, лианы разрастались все шире, и урок чуть не был сорван. Но МакГонагалл быстро навела порядок – одним взмахом палочки «вырубила» резвую парту и вернула ее на место, вторым – вернула спичке прежний вид, и буквально парой фраз заставила всех успокоиться.

- Извините, профессор, - я снова сделал большие и честные глаза, - я, правда, не понимаю, как такое могло получиться.

И ведь не соврал даже, я действительно не понимаю, почему магия подействовала так странно, я ведь и не думал ни о чем таком.

- Мистер Учиха, впредь постарайтесь быть осторожнее, - строго произнесла МакГонагалл, но быстро смягчилась. – Если вам что-то непонятно по теме урока, вы всегда можете обратиться ко мне.

- Спасибо, профессор, - я мило ей улыбнулся, и на этом инцидент был исчерпан.

Мои однокурсники как-то не спешили начать со мной общаться, так что после ужина я отправился в гости к гриффиндорцам проверить, как там устроился мой младший братец. Дорогу в башню найти было сложно, ведь я ориентировался только на общее направление, в котором ощущал Гарри, но так вышло даже интереснее. Кое-где пришлось прыгать с лестницы на лестницу, или с помощью шарингана искать потайные ходы, однако до нужного места я добрался. Полная Дама, с которой я вежливо поздоровался и назвал пароль, с удовольствием меня пустила внутрь чужой гостиной, тем более что я был не в слизеринской форме.

У гриффиндорцев было куда более шумно, даже удивительно, как они в таком бедламе ухитряются уроки учить. На мой приход поначалу никто не обратил внимания, и только староста проявил бдительность.

- Стой! Что ты тут делаешь? – Перси навис надо мной с таким видом, будто собирался броситься грудью на амбразуры, лишь бы не допустить слизеринца в святая святых.

- В подземельях так темно и страшно, - я схватил за руку полностью деморализованного этим старосту, и печально посмотрел на него снизу вверх, используя свою коронную технику «глазки-как-у-кота-из-Шрека». – И я там совсем никого не знаю, а Гарри – мой единственный друг. У меня здесь больше совсем-совсем никого нет.

Перси «глазки» явно проняли, и он, осторожно отцепив меня от себя, разрешил побыть тут немного.

- Спасибо! Ты самый лучший староста на свете!

- Эээ… Ну, так уж и лучший, - смущенно пробормотал слегка порозовевший Перси, которому нечасто такие комплименты делали, и я понял, что теперь мне открыт безлимитный доступ в гриффиндорскую гостиную.

Глава 13

Гарри сидел в большом кресле у камина и читал какую-то книгу, когда я пристроился рядом. Благо сиденье было просторным, а мы – мелкими, и при желании, сюда можно было втиснуть еще одного меня.

- Что читаешь?

- Учебник по чарам. Нам уже в первый день домашку задали, - вздохнул в ответ Гарри.

- Ты у меня умница, - я взъерошил ему волосы и чмокнул в висок.

Гарри-то к подобному уже привык, зато остальные смотрели на это просто квадратными глазами.

- Ты чего делаешь? – удивленно воскликнул Рон, который в последнее время старался постоянно держаться рядом с мальчиком-который-выжил.

- Детей нужно постоянно обнимать и целовать. А если этого не делать, то у них могут возникнуть всякие комплексы и психологические проблемы, которые непременно проявятся во взрослой жизни, - наставительно произнес я.

- Ааа, - протянул Рон, сделав вид, будто хоть что-то понял.

Постепенно окружающие привыкли к моему присутствию и снова разговорились, хотя то и дело бросали на меня косые взгляды. Но я пустил в ход все свое обаяние и немного гендзюцу, и к концу вечера вокруг меня словно бы случайно собрались все младшекурсники. Кажется, я слегка переборщил с «очаровательностью», и меня даже отпускать обратно к слизеринцам не хотели, предлагая заночевать у них в спальне.

На следующий день я решил все-таки завести хоть какие-то связи на своем факультете, но не с однокурсниками, мне и на Гриффиндоре мелкотни хватает, а с более интересными для меня слизеринцами. Точнее, слизеринками, а еще точнее – старшекурсницами. Девушки не устояли перед техникой «глазок», и через несколько минут я уже оказался в тесном девичьем кругу, и даже получил несколько поцелуев, обнимашек и шоколадных конфет. Собственно, обычно я провожу свободное время именно так, только рейтингом повыше. Но сойдет пока для одиннадцатилетнего тела. А если уж захочется развлечений категории «от восемнадцати и старше», то просто поменяюсь местами с клоном, оставшимся в Лондоне.

К среде я, наконец, вспомнил про домовика, который приготовил для меня суши в первый школьный день, и отправился на поиски картины с фруктами, за которой скрывался вход в кухню. Эльфы встретили меня как родного, и мгновенно притащили откуда-то подносы со всякими вкусностями. Я набрал всего понемногу и поинтересовался, кто из них догадался приготовить мне суши. Вперед выступил один из домовиков и представился как Дипси. А когда я поблагодарил его и сказал, что было очень вкусно, он едва не лишился чувств от счастья, и даже предложил звать его, если что-нибудь понадобится. Остальные эльфы, кажется, позавидовали ему, и начали подсовывать мне еще больше сладостей, напрашиваясь на похвалу. Еле вырвался от них, и то лишь после того, как они нагрузили меня большой коробкой с пирожными.

***

- Я могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть…. – бархатный голос Снейпа был истинным наслаждением для слуха. Ученики сидели, как кролики перед удавом, слушали, затаив дыхание, и боялись отвести от профессора взгляд. – Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки.

Ученики начали недоуменно переглядываться, а я одарил Снейпа влюбленным взглядом, и тот даже слегка занервничал. Кстати, Элис во мне говорила, что профессор ничего так. Конечно, на бишонена не тянет, но кажется весьма интересным мужчиной, высоким, с идеальной осанкой, лет тридцати на вид. Кстати, он действительно эффектно взмахивает полами мантии, когда разворачивается, и демонстративно поправляет идеально белые манжеты. А волосы у него и правда блестящие, но не жирные, хотя я вполне готов поверить, что он после каждого урока посыпает голову пеплом и смазывает сажей в знак скорби.

В общем и целом, Снейп оказался весьма интересным, и будь на моем месте снейпоманка, она бы уже устроила ноузблид фонтаном до потолка. А я всего лишь решил, что профессор станет еще одним способом скрасить довольно унылый школьный досуг.

- Поттер! – ожидаемо произнес Снейп, - что будет, если я смешаю измельченный корень асфоделя с настойкой полыни?

Прежде чем Гарри растерялся, я с помощью гендзюцу нашептал ему на ухо верный ответ.

- Напиток живой смерти.

- Если я попрошу вас принести безоаровый камень, где вы будете его искать?

- В желудке козы.

- Какая разница между клобуком монаха и волчьей отравой?

- Никакой.

- Известность еще не все, Поттер. Или развернуто отвечать на поставленный вопрос вам мешает не собственное раздутое эго, а маленький словарный запас?

Ну вот, все-таки перешел на личности, похоже, Снейпу все равно, что ответит Гарри, он просто ищет повод придраться. А обижать моего мелкого брата, пусть и только по магии, а не по крови, я не позволю. Пожалуй, местным уже пора уяснить, что у меня пунктик на братьях.

- Профессор, мне кажется, что на первом уроке это мы должны задавать вам вопросы, а не наоборот.

- Вам именно, что кажется, Учиха, - Снейп недовольно зыркнул в мою сторону.

- Тогда почему вы расспрашиваете о магических веществах ученика, который почти всю жизнь прожил среди магглов?

- Прежде чем задавать вопросы, вы должны были поднять руку и дождаться разрешения говорить, - Снейп отвлекся от Гарри и перенес все свое негативное внимание на меня.

- Гермиона уже минут десять пытается привлечь ваше внимание, но как-то поднятая рука ей совсем не помогает.

- За этот наглый ответ я записываю на ваш счет штрафное очко.

За моей спиной кто-то ахнул, и отовсюду раздались удивленные шепотки. Еще бы, Снейп, должно быть, впервые снял баллы со своего факультета. Мои губы сами собой расплылись в довольную улыбку, пока я неотрывно смотрел в его глаза, почти такие же темные, как у меня. В них пока еще не было той горячей неприязни, которая загоралась при взгляде на Гарри, но если я захочу, это только вопрос времени.

- Сядьте! – рявкнул он, и начал урок.

Зелье мы должны были варить в парах, но из-за меня слизеринцев оказалось нечетное число, и профессор из вредности не добавил меня третьим к кому-нибудь, а оставил в одиночестве. Впрочем, так даже лучше – никто не мешается и под руку не суется. А опыт варки зелий у меня есть, точнее, на курсах ирьенинов мы изготовляли в основном яды и противоядия, но процессы очень похожи.

Снейп мрачной тенью кружил по классу, то и дело критикуя кого-нибудь, но у меня, к его огромному сожалению, придраться было не к чему.

В конце урока Невилл предсказуемо расплавил свой котел, превратив его в бесформенную кляксу, и при этом облился едким зельем.

- Идиот! – Снейп почти прорычал это в лицо хнычущему от боли мальчику. – Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза?

Невилл только заплакал еще громче, а красные волдыри появились и у него на лице.

- Отведите его в больничное крыло, - скривившись, произнес профессор, обращаясь к Симусу.

- Профессор, если бы мы учились в маггловской школе, у Невилла, а точнее у его родителей или опекунов, было бы полное право подать на вас в суд, и все шансы выиграть дело, - громко сказал я.

- Еще одно штрафное очко за разговоры на уроке, - недовольно произнес Снейп. – И запомните уже, у нас тут не маггловская школа.

- Но это не дает вам права оскорблять учеников. К тому же, вы ни слова не сказали о технике безопасности, и из-за этого пострадал ребенок.

- Еще пять штрафных очков, и столько же, если не замолчите прямо сейчас.

- Да хоть десять, профессор. Но этим вы меня все равно не заткнете.

- Отработки. С сегодняшнего вечера и на две недели вперед.

- Отказываюсь, - невозмутимо заявил я, отчего у Снейпа едва не пропал дар речи, а большинство учеников удивленно охнуло. – У вас нет никаких оснований, и в уставе Хогвартса не сказано, что учеников надо наказывать за правду.

Северус переждал шум учеников на заднем плане и более-менее пришел в себя, хотя мой безмятежный вид и довольная улыбка бесили его все больше и больше.

- Боюсь, я буду вынужден написать вашим родителям о безобразном поведении на моем уроке.

- Если вы действительно умеете отправлять письма на тот свет, то можно я в конце тоже припишу пару строчек предкам?

- К директору, немедленно! – терпение Снейпу отказало окончательно, и он схватил меня за плечо, выдергивая из-за стола. – Урок окончен! Подписанные образцы поставьте на мой стол!

Последние фразы он рявкнул остальным ученикам, уже почти стоя в дверном проеме. Я еще успел заметить, что Гарри показывает мне поднятые вверх большие пальцы, полностью одобряя мою выходку, и сделал себе пометку поговорить о том, что подобное мое поведение не должно быть образцом для подражания.

Снейп воодушевленно несся в директорский кабинет, так и не ослабив хватки на моем плече.

- Профессор, вы мне синяки оставите! – возмутился я. – Не бойтесь, я никуда по дороге не сбегу.

Северус глянул на меня, недовольно скривив губы, но захват ослабил.

- Тараканий ус, - произнес он в конце пути, и горгулья резво отпрыгнула в сторону.

- Гадость какая, - скривился я. – Как вы вообще это едите?

Снейп светскую беседу о сладостях не поддержал, торопясь предстать пред светлые очи Дамблдора. Тот был слегка удивлен неожиданным визитом, и даже слегка пожурил Северуса, что тот так эмоционально реагирует на детские выходки учеников.

- Здравствуйте, директор, - вежливо поздоровался я. – Мне давно хотелось побеседовать с вами в более приватной обстановке, чем Большой Зал.

- Для этого не обязательно было устраивать безобразия на уроке, - мягко упрекнул Дамблдор.

- Но согласитесь, так намного веселее.

Директор позволил себе улыбнуться и спросил:

- Так что же привело тебя сюда?

- Хотел посмотреть вам в глаза и узнать, есть ли у вас совесть.

Снейп даже вздрогнул от этих слов, хотя уже вроде бы должен был привыкнуть к моей манере вести переговоры.

- Знаете, мой старший брат от лица Гарри Поттера хотел подать на вас в суд, но все юристы в один голос утверждали, что против главы Визенгамота даже дела не заведут. А ведь вы оставили годовалого ребенка холодной ноябрьской ночью на пороге маггловского дома, словно бездомного щенка. И при этом прекрасно знали, что миссис Дурсль ненавидит все магическое и терпеть не может собственную сестру. Да и ребенку, пережившему сильнейшее темномагическое воздействие, не оказали никакой медицинской помощи, даже рану на лбу пластырем не заклеили.

- Все мы допускаем ошибки, и я был уверен, что Петуния ради родного племянника сможет преодолеть некую неприязнь…

- Вы могли бы сказать, что ошиблись, если бы вам было пятнадцать, двадцать, пусть тридцать лет. Но чем взрослее становится человек, тем меньше у него прав на ошибку, и у вас их уже не осталось, - перебил я Дамблдора. – Но и от ошибок вы подстраховались, иначе как объяснить тот факт, что через пару дней после появления Гарри на Тисовой улице, неподалеку поселилась некая миссис Фигг, лично с вами знакомая. И она не могла не заметить, что у Гарри недобор веса, и что его неделями держат взаперти.

- Все было не так страшно, как ты описываешь, - начал директор, но я опять не дал ему договорить.

- Не так страшно? Вернон Дурсль до сих пор сидит в тюрьме за жестокое обращение, Петуния отделалась условным сроком и лишением родительских прав, а Гарри попал в приют. Где его и нашел мой брат и сильно удивился, что это маленький волшебник делает среди магглов. И удивление нии-сана только возросло, когда он понял, что это тот самый легендарный мальчик-который-выжил, и усыновить которого посчитала бы честью любая магическая семья. Честно говоря, если бы со мной сделали то же самое, я бы приложил все усилия, чтобы однажды возложить белые хризантемы на могилу виновника и не слишком сильно улыбаться на его похоронах. Но Гарри такой добрый мальчик, он почему-то совсем на вас не злится, хотя и в курсе всей этой истории.

- Ненависть ни к чему хорошему не приводит, Гарри очень мудро поступил, что не стал копить злобу в сердце.

- Никогда не мог понять все эти христианские заморочки о всепрощении и подставлении второй щеки под удар. По-моему, самый страшный грех – оставить зло безнаказанным.

- Месть порождает только лишь новую месть, а ненависть разрушает не только того, на кого направлена, но и того, кто ее чувствует, - изрек Дамблдор, огладив бороду, и закончил с мягкой улыбкой, - если бы люди не умели прощать, то род людской давно бы уже прервался.

- Когда мне было семь лет, почти весь мой клан был уничтожен. Вырезан за одну ночь, а меня оставили, так сказать, на развод, чтобы не потерять ценные гены. И один из тех, кто отдал приказ на уничтожение, потом улыбался мне точно так же, как вы, и говорил, что ненависть – это плохо. Поэтому, пожалуйста, больше не делайте так в моем присутствии.

Дамблдор после моего заявления начал выглядеть весьма шокированным, и я даже почувствовал некоторое моральное удовлетворение. Однако улыбка, появившаяся на моем лице, до глаз не добралась, и они выглядели теперь совершенно безжизненными. Помнится, в свое время мне пришлось немало потренироваться перед зеркалом, чтобы мои улыбки не выглядели такими жуткими, но сейчас даже к месту пришлось.

- Директор, это все, что я хотел вам сказать.

Альбус отмер и отпустил меня с миром. Кажется, он хотел поговорить с Северусом после моего ухода, но я соврал, что не запомнил обратную дорогу, и Снейпу пришлось провожать меня до обжитых мест. Выглядел тот весьма подавленным. Уж не знаю, что он там воображал о жизни ненавистного Гарри Поттера, но реальность его весьма потрясла.

- Профессор, - позвал я, но тот не отреагировал, полностью погруженный в свои мысли, и тогда я с коварной усмешкой взял его за руку.

От этого простого действия Снейп вздрогнул и инстинктивно попытался вырваться, однако быстро пришел в себя и остановился.

- Что вы делаете? – возмущенно спросил он.

- При сильном эмоциональном потрясении людям необходим тактильный контакт.

- Поищите себе для контактов кого-нибудь другого, - произнес он, пытаясь вырваться из хватки.

- Вообще-то, я имел в виду вас, - мило улыбнулся я, и прежде, чем Снейп успел ответить, продолжил. - Как вы думаете, теперь директор попытается меня убить?

- Что?! С чего бы Дамблдору…

- Но я ведь почти прямым текстом ему угрожал, - перебил я.

- Что за чушь! Альбус никогда бы не стал такого делать!

- А жаль, - печально вздохнул я. – Жить сразу стало бы веселее. Кстати, я собирался сказать, что превращу вашу жизнь в ад, если вы будете обижать Гарри, но судя по характеру мимических морщин, вы уже там живете, причем, последние лет десять. Как вообще такой социопат, как вы, решился стать учителем? Вы же детей ненавидите. Или вы мазохист, профессор?

- Учиха! Что вы себе позволяете? – почти прорычал Снейп, нависнув надо мной.

- Если честно, я себе позволяю вообще все. Иногда даже фастфуд на ночь ем, хоть это и вредно.

Кажется, Северус уже дошел до того, что был готов придушить меня прямо тут и по-тихому припрятать труп.

- Как насчет сделки, профессор? – я улыбнулся с видом демона-искусителя. – Я обещаю вести себя на ваших уроках, как пай-мальчик, а вы начнете дополнительно заниматься со мной зельями.

- Дополнительные занятия с вами? – Снейп обвел меня взглядом так, словно я был особо мерзким, да еще и подгнившим ингредиентом. – Ни за что.

- Значит, вы врали там, в классе? – холодно спросил я и отпустил его руку. – «Разлить по флаконам известность, сварить триумф, заткнуть пробкой смерть» - всего лишь красивые слова, вроде тех, что говорил Дамблдор? Хоть кто-нибудь в этом чертовом Хогвартсе вообще говорит правду?

Я окатил вновь ошарашенного Снейпа презрением во взгляде и резко отвернулся.

- Не трудитесь меня провожать, профессор, дальше я и сам как-нибудь справлюсь.

Северус то ли не захотел отвечать, то ли в который уже раз за день искал оброненный дар речи, но ушел я, можно сказать, по-английски. И только зайдя за угол, позволил себе легкую улыбку. Готов поспорить, Снейп этого так не оставит.

Глава 14.1

И я оказался прав – в понедельник преподаватель зельеварения во всеуслышание объявил, что мне назначены отработки с ним на весь год по средам и пятницам. Ученики, не понаслышке знакомые с мерзким характером Снейпа испуганно охали и бросали на меня сочувствующие взгляды. Даже кое-кто из слизеринцев поглядывал с жалостью, хотя они пока относятся ко мне довольно настороженно.

- Профессор, а я уже говорил вам, как сильно вы мне нравитесь? – я одарил Северуса очередным влюбленным взглядом.

- Не подлизывайтесь, Учиха, это не уменьшит вашего наказания.

- А если я вас обниму в знак искренности моих чувств?

Снейп только хмыкнул и поспешил скрыться, наверняка догадался, что я не постесняюсь привести угрозу в исполнение.

- Ну, ты попал, приятель, - Рон, стоявший рядом со мной и Гарри, сочувственно хлопнул меня по плечу. – Хотя на уроке было круто, когда ты с ним спорить начал.

- Настоящий мужчина должен быть готов нести ответственность за свои слова, - с умным видом изрек я. – И если он готов, то ему уже ничего не страшно.

Первокурсники, во главе с Уизли сосредоточенно внимали моей мудрости, пока я читал коротенькую лекцию на тему «что такое хорошо, и что такое плохо», а Гарри только скептически на меня посматривал. Он-то был единственным, кто знал, что эти отработки будут повинностью скорее для Снейпа, чем для меня.

***

В четверг начинались уроки полетов на метле, и из-за этого многие первокурсники стали выглядеть очень взволнованными. После того, как на доске было вывешено объявление о том, что занятие будет объединенным для Гриффиндора и Слизерина, все только об этом и говорили. Большинство детей переживало, а Гарри так и светился энтузиазмом, я даже не решился огорчать его известием, что старые потрепанные школьные метлы – это далеко не новенький Нимбус 2000.

День выдался солнечный и немного ветреный, но вполне подходящий для полетов. Всего на двух первых курсах учился двадцать один человек, и столько же метел ровным рядом лежали на траве. Мадам Хутч дала краткие инструкции, но Невилл, ужасно нервничавший, слишком сильно оттолкнулся от земли и пробкой взмыл в небо. Для него первый полет закончился сломанным запястьем и Больничным крылом, куда его повела преподавательница. Хутч запретила оставшимся ученикам прикасаться к метлам без ее присутствия, но когда это дети беспрекословно слушались учителей?

Малфой решил выпендриться и, заметив оброненную напоминалку Невилла, захотел ее спрятать. Гриффиндорцы зашумели, но Драко провоцировал именно Гарри.

- Попробуй, отними, Поттер! – с этими словами он вскочил на метлу и взлетел.

Гарри в запале тоже схватился за метлу, но потом сообразил, что творить глупости, способные привести к исключению, да еще и прямо на глазах опекуна – не самая лучшая затея. Он незаметно покосился на меня, и дождался разрешающего кивка.

Кажется, Малфой был впечатлен тем, как хорошо Гарри держится в воздухе даже на старой школьной метле, но постарался сохранить лицо. Он подбросил напоминалку вверх, а сам поспешил спуститься на землю. Гарри пришлось войти в пике, чтобы поймать шарик в последний момент у самой земли, после чего он мягко приземлился на траву и вскинул руку вверх, как обычно делал, когда ловил снитч во время наших с ним летних матчей.

- ГАРРИ ПОТТЕР!

От окрика разозленной МакГонагалл, ставшей свидетелем этой сцены, подпрыгнули почти все. Профессор увела поникшего Гарри, а я украдкой показал ему большой палец, чтобы подбодрить. Малфой принялся распинаться, как хорошо станет в школе, как только выгонят этого выскочку Поттера, Рон начал за него заступаться и чуть не нарвался на драку, но тут, наконец-то, вернулась мадам Хутч и продолжила урок.

За обедом я подсел за гриффиндорский стол рядом с Гарри:

- Судя по сияющему виду, тебя можно поздравить? – спросил я.

- Да! Я стану ловцом! МакГонагалл сказала, что напишет моему опекуну, чтобы он прислал мою метлу сюда! – мальчик едва ли не подпрыгивал от радостного возбуждения.

- Ты молодец, - я улыбнулся и привычно взъерошил его волосы.

Но Малфой как раз в этот момент счел своим долгом явиться и испортить Гарри настроение напоследок, он-то считал, что ненавистный Поттер сегодня же уедет из Хогвартса. Гарри ответил колкостью, намекнув, что Малфой трус, и тот вызвал его на дуэль волшебников.

- До смерти? Или всего лишь до получения увечий? – тут же поинтересовался я.

- Что?! – опешил Драко.

- Да, пожалуй, дуэли до смерти слишком проблематичны – потом тело надо куда-то девать и объясняться с безутешными родственниками, - задумчиво протянул я, потирая подбородок. – Решено, дуэль будет длиться до тех пор, пока один из вас не потеряет способность сражаться. Секундантом Гарри буду я, а у тебя кто?

- Кребб, - ответил пришедший в себя Малфой. – В полночь. В зале Наград.

Драко резко развернулся и удалился со всей доступной ему величественностью, что со стороны смотрелось довольно забавно.

- Эм… Саске, я не знаю ни одного боевого заклинания… Да и не боевого ни одного тоже пока выполнить не могу, - неуверенно произнес Гарри.

- Ерунда, - отмахнулся я. – Малфой, конечно, не имел права выбирать за тебя оружие, раз был вызывающей стороной, но и волшебная палочка много на что способна сгодиться. Даже если у тебя не получится что-нибудь наколдовать, можно просто ткнуть противника в глаз. Главное, не переусердствовать, если воткнешь слишком глубоко – достанешь до мозга, и все закончится летальным исходом. Зато, если аккуратно надавить в нужном месте, глазное яблоко останется целым и будет забавно болтаться на нервах и сосудах, как на нитке.

Вокруг меня все разом замолчали, и я оказался словно бы в коконе тишины. Полюбовавшись несколько секунд на слегка позеленевшие лица всех окружающих, кроме Гарри, уже привыкшего к моим приколам, я вздохнул:

- Мерлин, ну чего все такие нервные и юмора не понимают? Пошутил я. Пошутил! Конечно же, нельзя никому в глаз тыкать. Хотя колдмедики и могут его восстановить, а если не смогут – предложат искусственный. И, между прочим, все, у кого есть искусственный глаз, любят демонстративно его доставать, чтобы, например, помыть в стакане. Почему им можно шутить на эту тему, а мне – нет?

- Так у тебя же нет искусственного глаза, - ответил Рон, быстрее всех пришедший в себя. Он-то со мной был знаком несколько дольше остальных и уже успел выработать слабый иммунитет.

- Скоро будет, – с уверенностью произнес я и потянулся пальцами к левому глазу.

Со всех сторон раздались сдавленные звуки, когда окружающие увидели в моей руке глазное яблоко. А уж когда я закинул его в рот и начал жевать, особо впечатлительных вообще чуть не стошнило.

Глава 14.2

- Ааа!!! – Рон в ужасе вскочил на ноги, тыча в меня пальцем.

Гарри не выдержал и рассмеялся, он-то сумел рассмотреть, что именно происходит.

- Блин, Гарри, ты мне все представление портишь, - попенял я и открыл зажмуренный до этого левый глаз, чтобы все могли убедиться – он на месте. – Конфетку никто не хочет?

Я достал из кармана пакет с разноцветными мармеладными глазными яблоками и открыл его пошире, чтобы поделиться со всеми. Но почему-то на сладости соблазнился только Гарри.

- Простите, я совершенно случайно услышала ваш разговор с Малфоем… - Гермиона подошла ближе, недовольно хмурясь.

- Как и половина Гриффиндора, - хмыкнул я и протянул ей открытый пакет со сладостями. – Не желаешь мармеладку?

Девочка слегка помялась, но конфету взяла, потому что отказываться было бы невежливо. Хорошо хоть сладости оказались маггловскими, а то магические могли бы и подмигивать, что не добавило им аппетитности.

- ... Вы не должны пользоваться волшебными палочками в школе ночью, подумайте о баллах, которые снимут с Гриффиндора и Слизерина, если вас поймают, а вас поймают обязательно. Это абсолютно эгоистично и безответственно с вашей стороны!

- Не волнуйся, Гермиона, никакой дуэли не будет, а Гарри этой ночью будет спокойно спать в своей кровати, а не бродить по Хогвартсу в поисках приключений.

- Что?! Как это дуэли не будет?! – моментально взвился Рон.

- Малфой на нее не придет, так что мы тоже туда не собираемся.

- Откуда ты знаешь?

- Это же элементарно! Если бы Малфой был настолько храбрым, что рискнул бы прийти на полночную дуэль с самим Гарри Поттером, который Волдеморта еще в младенчестве уделал, то он учился бы на Гриффиндоре. А так как он учится на Слизерине, вместо этого намекнет кому-нибудь из учителей или Филчу, что ночью в Зале Наград будут школьники. Поэтому мы преспокойно можем проигнорировать вызов, а завтра, если у Малфоя не хватило ума наябедничать анонимно, то ему будут светить неприятности за ложную тревогу.

- Ааа, понятно, - разочарованно протянул Уизли. – Жаль, что дуэли не будет. Я бы хотел посмотреть, как Гарри наваляет этому прилизанному слизняку.

- И в кого ты такой кровожадный? – с притворным удивлением спросил. – Так и ждешь возможности подраться, рядом с тобой уже сидеть страшно. Мне кажется, ты на Гарри дурно влияешь, он до общения с тобой таким агрессивным не был.

- Что? – У Рона смешно вытянулось лицо.

- Сам посуди – со мной Гарри знаком полтора месяца и все это время вел себя примерно. А с тобой – полторы недели, и уже успел нарушить школьные правила, чуть не вылететь из школы, настроить против себя Снейпа и Малфоя, и даже ввязаться в магическую дуэль. Все факты говорят против тебя.

- Эээ… - подзавис Уизли, не зная, что на это можно возразить.

- Так что, Рон, советую тебе подумать над своим поведением и больше не подавать дурного примера.

Воспользовавшись очередным всеобщим зависанием, я потянул Гарри к выходу из зала. А то последнее время нам вдвоем побыть толком не удается, не считая утренних тренировок, потому что за тем-самым-Поттером постоянно кто-нибудь ходит хвостиком. Я использовал отвод глаз, и Гарри тут же последовал моему примеру. Оказывается, чтобы освоить этот прием, ему просто не хватало мотивации. В Хогвартсе было полно желающих поглазеть на его шрам, да и на него самого в целом, и Гарри это настолько не нравилось, что он буквально за пару дней завершил технику, над которой бился почти год. Благо чакра для нее не нужна, а только лишь особая концентрация сознания.

Мы шли, держась за руки, и будь тут хоть один мой клон, он бы нас обоих затискал от умиления.

- Саске, - позвал меня Гарри, когда я залюбовался игрой света в оконных витражах и начал идти медленнее.

Мы добрались до дальнего крыла, куда редко кто наведывался, и отвод глаз уже можно было снять. Все равно концентрация пропадала, стоило лишь начать говорить.

- М?

- Почему Малфой вечно меня задирает? Он, конечно, и других гриффиндорцев рад позлить, но в первую очередь цепляется ко мне. И я никак не могу понять, почему. Мы ведь с ним даже не ссорились!

- Просто ты ему нравишься.

- Что? – Гарри резко остановился, уставившись на меня и заметно порозовев. – Малфой… в меня?..

- Погоди краснеть, - захихикал я. – Ты ему как человек нравишься. Он-то, наверное, с раннего детства мечтал, что будет с тобой дружить, а ты на него внимания не обращаешь, вот он и злится. Еще Малфой наверняка представлял, что будет самым крутым во всем Хогвартсе, а ты и тут его переплюнул. Все только о тебе и говорят, а ему ни капли славы не достается.

- Но я ведь ничего не сделал, чтобы стать таким известным. Я просто родился и все!

- Еще сделаешь, не сомневайся. Но для меня ты особенный хотя бы потому, что ты – мой маленький милый братик, - я устроил сеанс обнимашек прямо посреди коридора.

Гарри фыркнул и расслабился, позволяя себя тискать как моей душе угодно:

- Ты и сам – маленький и миленький. Не удивительно, что твой клон постоянно пытается тебя поймать и заобнимать.

- Тц, не напоминай, - я скривился и отпустил Гарри. – Он совсем меры не знает, проходу мне не дает со своими обнимашками. Но я-то ведь не такой прилипчивый!

- Нуу… - протянул мальчик с задумчивым видом. – Как тебе сказать…

- Эй! – возмутился я, - хочешь сказать, что он такой же, как я?

Гарри в ответ засмеялся. Я хотел сделать вид, что обиделся, но мы уже пришли в нужное место. Когда-то здесь располагался один из кабинетов, но потом его почему-то забросили и стали сносить сюда отжившие свой век учебные пособия. Так что на стенах висели плакаты с уже неподвижными или еще слегка дергающимися изображениями, в углах стояли сломанные приборы вроде телескопов и каких-то уж совсем не опознаваемых штук, а по центру находилась большая модель солнечной системы, планеты которой вращались по совершенно непредсказуемым траекториям.

Но разноцветные лучи солнца из витражного окна превращали весь этот волшебный хлам во что-то необычное и завораживающее. Отблесками света на блестящих боках танцующих в воздухе планет можно было любоваться бесконечно, а шуршание и поскрипывание непонятных приборов странным образом успокаивало.

- Тергео, - я с помощью заклинания убрал пыль вокруг нас, по крайней мере, на полу перестали оставаться следы.

Я сменил тело на свою взрослую копию и наложил на дверь и стены комнаты кидо-барьер, чтобы даже призрак не смог просочиться внутрь. Потом создал удобный диван, устроился на нем и приглашающе похлопал рядом с собой по сиденью. Гарри сел рядом, прислонившись к моему боку.

- Это так странно, когда ты становишься то большим, то маленьким. Хотя когда тебя сразу два, еще страннее. Я уже несколько раз это видел, но все никак не могу привыкнуть.

- Кстати, тебе какая версия меня нравится больше?

- Я тебя во всех видах очень-очень люблю. Ты в любой форме такой классный! И ты уже колдовать умеешь, а у меня еще ни одно заклинание толком не получается.

- Ну, разве можно говорить такие милые вещи? Заобнимаю ведь! - Я сгреб Гарри в охапку и чмокнул в макушку. - А насчет заклинаний не переживай, тебе просто не хватает практики. Как думаешь, сколько раз мне пришлось повторить "Тергео" прежде, чем у меня вышло это заклинание?

- Эээ... Один?

- Сто тридцать четыре, - скривился я. - Зато с каждым выученным заклинанием процесс идет все быстрее. Вингардиум левиоса сдалась с пятьдесят второго раза, а Алохомора - всего лишь с пятнадцатого.

- Ого! - удивился Гарри.

- Это еще что. Некоторые дзюцу я разучивал и совершенствовал годами. Например, мою любимую матрицу я почти десять лет шлифовал. Так что на этом фоне магия кажется довольно легкой. Мало того, она может и сама по себе поддерживать волшебника, например, защитить от падения или удара, надо только научиться направлять ее в нужное русло.

- Понятно, - кивнул мальчик. - Я буду больше тренироваться.

- Главное, не перенапрягайся. У тебя ведь помимо магических и физические тренировки есть. Развлекаться иногда тоже надо. Кстати, о развлечениях. Если бы ты пошел на дуэль сегодня ночью, то за тобой потащились бы Гермиона и Невилл, забывший пароль от гриффиндорской башни, и вы все вместе попали бы в запретный коридор на третьем этаже и увидели огромного трехголового цербера. Кстати, дверь там открывается простой Алохоморой, которая под силу даже первокурснику.

- Значит... кто-то хотел, чтобы я там побывал? - нахмурился Гарри.

- Точно. Но раз ты там не отметишься, я схожу вместо тебя. В конце концов, в мифологии Цербер - страж врат в царство смерти. Не могу же я пройти мимо настолько привлекательной вещи? Я даже подумываю себе такого же завести, чтобы поместье сторожил.

- Мэри будет против, - фыркнул Гарри.

- Да, это проблема, - задумчиво протянул я. - И конура для него будет размером с коттедж. Пожалуй, стоит поискать себе более миниатюрного питомца.

Глава 15

Мы посидели еще немного и разошлись по своим факультетам. Ближе к вечеру Малфой начал проявлять явные признаки беспокойства, он даже заговорил со мной, хотя младшие курсы по большей части меня игнорировали. Впрочем, я все свободное время проводил со старшекурсницами или у гриффиндорцев, так что от недостатка общения не страдал.

- Да что ты за слизеринец такой! Постоянно с этими гриффами якшаешься!

- Все претензии к распределяющей Шляпе, я тоже говорил ей, что красный цвет мне идет больше зеленого, - хмыкнул я, и Драко невольно поежился, вспомнив, как кричал артефакт.

Дальше спорить Малфой не решился. Все-таки мой черный юмор и продемонстрированные возможности произвели на слизеринцев большое впечатление. И если гриффиндорцы по большей части считали мои поступки крутыми или прикольными, то слизеринцы относились к такому непонятному мне настороженно.

После отбоя, в двенадцатом часу Малфой ехидно поинтересовался, не струсил ли я. В ответ я предложил пойти вместе до Зала Наград, отчего Малфой моментально сдулся и заявил, что не желает хоть что-то делать со мной сообща. Поэтому я удалился в одиночестве под его торжествующим взглядом. В Зал наград я не пошел, а отправился сразу в запретный коридор третьего этажа.

Цербер впечатлял, хотя у меня во внутреннем мире были свои трехголовые собачки, но не таких внушительных размеров. Похоже, песик не ожидал гостей и сначала таращился на меня всеми шестью глазами, а потом начал тихо рычать. Я материализовал перед ним три мешка Чаппи, которое мне через внутренний мир передал клон, оставшийся в Лондоне.

- Хороший песик, хороший. Угощайся, - я открыл мешок и отошел подальше.

Одна из голов неуверенно потянулась к угощению, и целый мешок корма пришелся ей всего на один зубок. Другие головы последовали ее примеру, и через полминуты огромная псина уже помахивала хвостом, всем своим видом выражая дружелюбие. Похоже, Хагрид совсем не умеет воспитывать сторожевых собак. Цербер даже попытался облизать меня, но у него один язык был такого размера, что я мог бы использовать его как одеяло. Мне пришлось мгновенно переместиться в другое место, чтобы не оказаться в слюнях с ног до головы.

- Фу, Пушок!

Пес с виноватым видом прижал уши, припав на живот и прижавшись мордой к полу. Я похлопал его по носу, и Цербер принялся радостно стучать хвостом по каменным плитам, что по ощущениям было похоже на небольшое землетрясение.

Через люк в полу я спустился без проблем, а дальше сменил тело на копию из реацу и пошел по воздуху, минуя все препятствия и не потревожив ни одной ловушки.

Я не собирался красть философский камень, но умники меня бы не простили, если бы я не дал им исследовать эту легендарную вещь. Поэтому я думал просто изучить его и положить обратно. В конце концов, этот квест может стать неплохим экзаменом для Гарри, надо же ему будет как-то отметить окончание учебного года в Хогвартсе.

Но когда я добрался до конца полосы препятствий, меня ждало ужасное разочарование. Подземный зал оказался совершенно пуст, а философским камнем там и не пахло. Похоже, Дамблдор пока хранил его совсем в другом месте, например, в ящике с носками, а все эти ловушки служили только для отвлечения внимания.

Поняв, что нас надули, умники, уже предвкушавшие такой "лакомый кусочек", разочарованно взвыли, обозвали директора всякими нехорошими словами на сорока разных языках и потребовали себе диадему Ровены в качестве моральной компенсации. Но сегодня мне больше не хотелось приключений, так что я сказал им разбираться с этим без меня. Тут же рядом со мной материализовался пяток клонов с совершенно маниакальными взглядами, и радостно гомоня, умники направились в сторону Выручай-комнаты. А я переместился в спальню Слизерина и лег спать.

На следующее утро я наведался в ИВМ и полюбовался на прозрачный контейнер с куском души Волдеморта. Умники торопились и извлекли его из диадемы совсем неделикатно, да и последующая считка памяти с воздействием моей чакры не пошли ему на пользу. Поэтому теперь у меня в наличии имелось что-то вроде безумного покалеченного пустого. Впрочем, один из кусков Тома Риддла меня волновал мало, куда интереснее был артефакт Ровены. Тот, кто его надевал, тут же начинал фонтанировать идеями. Не то чтобы диадема поднимала уровень IQ, она лишь позволяла сосредоточиться на конкретной цели и мыслить намного продуктивнее, чем обычно.

Поэтому очередь к артефакту выстроилась такая, что сам я мог померить его только через неделю. Те, кому диадема тоже не досталась, или чья очередь уже прошла, рыскали по Выручай-комнате в поисках еще каких-нибудь занятных вещиц, но в основном попадался всякий хлам.

За завтраком совы доставили Гарри из дома продолговатый сверток с метлой и деревянный ящик с квиддичными мячами, которыми мы играли этим летом. Малфой, поняв, что это такое, потом весь день просто исходил злостью и завистью, достав всех слизеринцев разговорами на тему какой же выскочка этот Поттер.

Хотя Гарри и радовался возможности снова летать, квиддичные тренировки три раза в неделю отнимали слишком много времени. Ведь помимо этого у него были и тренировки со мной, и домашняя работа, и дополнительные занятия магией. Поэтому я иногда перемещал его в мой внутренний мир, чтобы мальчик мог развлечься и отдохнуть от бесконечных уроков. Помимо этого я внимательно следил за его здоровьем, и периодически применял медицинские техники, чтобы снять физическую усталость. Из-за такого насыщенного расписания время летело незаметно, и сентябрь промелькнул в одно мгновение.

***

Прошел всего месяц, как я приехал в Хогвартс, но стало уже совершенно ясно, что очередная моя «гениальная» идея оказалась дурацкой. Не настолько, как мысль запечатать в себе Десятихвостого, но близко к тому. Новизна магической школы пропала, и потянулись унылые будни. Вот уж никогда не подумал бы, что добровольно вновь сяду за парту – и посмотрите на меня теперь – самый прилежный ученик Хогвартса. Даже интересные книги в библиотеке скоро кончатся, и Грейнджер при встрече уже ревниво на меня косится и набирает стопку фолиантов потолще. А весь секрет в клонах – умники под моим видом то и дело заходят к мадам Пинс за новой дозой знаний. Она после тридцатой взятой и в тот же день возвращенной книги уже хотела было отказать мне в очередной порции информации, но даже моя одиннадцатилетняя версия ошеломительно действует на женщин. Немного секретной техники «глазок», несколько процитированных по памяти абзацев – и вот я уже любимый посетитель. Умники в восторге и из разрозненных знаний пытаются вывести теоретические основы магии, а я как-то заскучал. Однокурсники моего чувства юмора не оценили, поэтому я частенько зависаю у гриффиндорцев. Красно-золотые косятся на меня с неким подозрением, но в гостях я веду себя по большей части прилично, поэтому они не знают, какую «змею» у себя пригрели. Даже не змею, а здоровенного огнедышащего дракона. Хотя для гриффиндорцев встреча с драконом – всего лишь отличное приключение, а не повод для паники.

Но и с детьми не так уж интересно, порой я себя чувствую учителем младших классов, даже легендарные близнецы Уизли еще совсем мелкие. Моя шутка с мармеладными глазами их вдохновила, и периодически кто-нибудь то и дело за обедом находил в своей тарелке всякие неожиданные гарниры в виде отрубленных пальцев из картофеля или макаронных червяков. Не знаю, как Фреду и Джорджу удалось уговорить домовиков готовить такие непривычные блюда, но трапезы в Большом Зале стали проходить куда веселее.

Единственной отдушиной для меня стали старшеклассницы из Слизерина, но ведь не сись… кхм, то есть не хлебом единым жив человек.

Поэтому пришлось искать приключений самостоятельно. Я некоторое время выбирал между Тайной комнатой и Запретным лесом, и решил остановиться на последнем. Конечно, интересно поглазеть на Василиска и проверить, чьи глаза круче, но в лесу всяких занятных зверушек еще больше.

Поэтому ночью, дождавшись, пока все уснут, я оделся и выскользнул за дверь. Малфой проснулся, и посмотрел мне вслед, но я решил не обращать внимания, не побежит же он ябедничать Снейпу на своего. Вообще я частенько по ночам где-нибудь гуляю, и сокурсники меня пока еще ни разу не заложили.

Ночной Хогвартс совершенно отличался от дневного, словно два разных мира. Я медленно шел по коридорам вдоль косых дорожек лунного света, падающего из высоких окон, и впитывал в себя атмосферу этого волшебного места. Мне даже показалось, что замок дышит и наблюдает за мной.

Сенсорная система сообщила, что Малфой зачем-то потащился за мной и теперь прячется за поворотом. Решив проверить, как далеко он зайдет, я сделал вид, будто ничего не заметил, и пошел дальше. К моему удивлению, он следовал за мной до самого выхода. Огромные двери замка оказались заперты, но поддались простой Алохоморе. Или я чего-то не знаю, или о безопасности учеников тут не слышали в принципе.

Я был уверен, что Драко из замка не выйдет, но, похоже, любопытство или желание добыть обо мне некую секретную информацию победило осторожность. Бесшумно красться Малфой не умел, и я улыбался, слыша каждый его шаг. Они постепенно замедлялись и отдалялись, и я уже понадеялся, что мальчик отстал, но не тут-то было. Не знаю уж из каких соображений, но Драко вдруг ускорился и почти нагнал меня у самого края Запретного Леса. Я сделал шаг под сень мрачных деревьев в непроглядную для человеческих глаз тьму и устроился на ближайшей удобной ветке.

Полминуты спустя Малфой шумно вломился следом и выхватил палочку, зажигая огонек Люмоса.

- Малфой, - окликнул я, и мальчик резко задрал голову вверх, силясь рассмотреть меня на трехметровой высоте.

- Как ты туда забрался, придурок?! Зачем ты вообще в Запретный лес поперся, да еще и ночью?! – Драко хотел проорать это, но быстро спохватился и перешел на злобное шипение. Да и манера растягивать слова от злости и испуга ему тоже отказала.

- Нууу… Все дело в том, что… - я качнулся вперед, и сделав сальто в воздухе, под испуганный вскрик слизеринца приземлился на ноги, - я адреналиновый наркоман. Когда меня никто не пытается убить, жить становится ужасно скучно.

Это заявление я сделал с радостной улыбкой, с удовольствием наблюдая, как вытягивается лицо Малфоя.

- Ты чертов псих, - с чувством произнес он. - И зачем я только поперся тебя останавливать?

- Хочешь сказать, ты пошел в Запретный лес, чтобы спасти меня? – искренне удивился я.

- Не хочу! – возмутился тот. – Просто если бы даже такого идиота, как ты, тут сожрали, у нас всех были бы проблемы.

- Драко, оказывается, ты такой милый, - заявил я. – Хотя успешно скрывал эту свою сторону долгое время.

- Что?! – даже задохнулся от возмущения Малфой. – И я не разрешал тебе называть меня по имени!

- И это ты говоришь после всего, что между нами было?!

- Ничего не было! Я не…

Договорить Драко не успел, потому что я устроил обнимашки. Злой Малфой такой забавный, что удержаться просто невозможно. Гарри вон уже совсем привык к периодическим тисканьям и даже не напрягается больше, надо и Драко приучить, все веселее будет.

Малфой в первую секунду ошарашено замер, а потом начал вырываться:

- Ты что творишь?! Отстань от меня!!!

- Слушай, Драко, ты на ощупь такой приятный и пахнешь вкусно.

- Отпусти меня! – даже при слабом свете Люмоса было заметно, как сильно он покраснел.

Где-то в Лесу недалеко от нас что-то громко зашуршало, и Малфой ломанулся в сторону замка с такой силой, что и меня за собой утянул.

- Успокойся, все в порядке.

- В порядке? – уже не сдерживаясь, заорал он. – Из-за тебя, придурка, нас обоих могли съесть!!!

- Там просто мышь была. Я в темноте прекрасно вижу и отлично ее рассмотрел.

- В темноте видишь?... – Малфой, наконец, притормозил и посмотрел на меня с подозрением.

- Полнолуние было четыре ночи назад, - хмыкнул я, поняв причину его тревоги. – Если бы я был оборотнем, все мои соседи по комнате уже обзавелись бы симпатичными меховыми шубками.

Тут Драко заметил, что я все еще держу его за руку:

- Да отцепись уже от меня!

- Неа. Я тебя до самой кровати провожу и прослежу, чтобы ничего по дороге не случилось.

- Иди лучше в Лес и убейся там, как и собирался!

- Ну уж нет, не могу же я заставить тебя переживать. Кстати, если ты еще не в курсе, то мы теперь друзья.

- Ни за что!

- Друзья, друзья, не отпирайся теперь. Ты мне жизнь спасти пытался, причем аж два раза – когда пошел в лес за мной, и когда оттуда вытащил. После такого или друзьями становятся, или врагами на всю жизнь.

- Уж лучше врагами, - буркнул Драко, все еще пытаясь вырвать руку из моей хватки.

- Ты слишком милый, чтобы быть чьим-то врагом. К тому же, после того, как у моего главного недруга взорвалась голова, остальные как-то не претендовали на эту должность.

Драко, открывший было рот, чтобы заявить, будто он вовсе не милый и такие чокнутые друзья ему не нужны, вдруг заметил, как глаза Саске блеснули в темноте алым отсветом, и счел за лучшее промолчать. И насчет собственной «милости», и вообще.

Обратно до замка мы добрались куда быстрее, чем до Леса. И тут выяснилось, что о безопасности учеников все-таки подумали, пусть и не очень хорошо – снаружи дверь не открывалась. Ни Алохоморой, ни отмычкой, ни грубой силой.

- Из-за тебя нам придется торчать тут всю ночь! – Малфой уже слегка отошел от шока, и снова начал растягивать слова, но обзываться больше не спешил.

- Не кипятись, Драко, а то облысеешь быстро. Да и вообще, все болезни от нервов, слышал о таком?

Малфой едва не задохнулся от возмущения и не сразу смог подобрать ответ.

Я бегло осмотрел окна на первом этаже: все закрыты, да еще и витражные, жалко такую красоту разбивать. Зато на втором этаже окна были попроще.

- Драко, ты репаро уже выучил? – спросил я, потому что сам до этого заклинания пока не добрался.

Малфой проследил за моим взглядом и слегка взбледнул.

- Не вздумай! Я по стенам лазить не собираюсь! И стекла потом чинить тоже!

- Ну ладно, как хочешь, можно пойти и более простым путем. Дипси! – позвал я, и миг спустя перед нами возник домовик.

- Что угодно молодому господину?

- Привет, Дипси. Извини, что беспокою так поздно, но мне очень нужна твоя помощь. Мы тут с моим другом прогулялись немного перед сном, и теперь не можем вернуться обратно. Не мог бы ты незаметно доставить нас в общую гостиную Слизерина?

- Дипси всегда рад помочь, - он протянул нам свои маленькие ручки, и когда мы взялись за них, с хлопком перенес в нужное место.

- Спасибо, ты меня очень выручил. Ты самый лучший на свете эльф!

Дипси слегка порозовел от похвалы, попрощался и исчез.

- И чего ты так перед каким-то домовиком расшаркиваешься? Это их долг – выполнять приказы волшебников, - недовольно пробурчал Драко.

- Он нам так помог. Нужно быть просто последней свиньей, чтобы хотя бы не сказать спасибо.

Малфой обиженно заткнулся, приняв слова на свой счет, и резко развернувшись, направился в общую спальню. Когда мы оба улеглись в свои постели, я произнес:

- Спокойной ночи, Драко.

Ответа не дождался и добавил:

- Сладких снов.

И снова тишина.

- Я могу повторить это на двадцати двух языках, - намекнул я, и Драко сдался.

- Спокойной ночи. И замолчи уже, спать мешаешь, - буркнул он.

Я довольно улыбнулся. Пусть мне и не удалось поглазеть на обитателей леса, зато я, кажется, начал приручать одного милого дракончика.

Глава 16.1

- Доброе утро, Драко! - На следующий день во время завтрака я подсел к Малфою и радостно его поприветствовал.

Тот недовольно на меня покосился, но с обреченным вздохом ответил:

- Чего уж тут доброго… Саске.

Слизеринцы оживленно зашушукались, обсуждая тот факт, что Малфой теперь общается с таким странным и непонятным мной, а Драко принял еще более высокомерный вид, чем обычно.

- Это я тут сижу, - раздался надо мной голос Кребба.

Гойл переминался рядом, не зная, как поступить. Обычно они вдвоем садились рядом с Драко, но теперь тут было только одно свободное место.

- Жаль тебя разочаровывать, Винсент, но это я здесь сижу. И так как я – это совершенно точно не ты, тебе следует найти себе новое место дислокации.

- Эээ, - Кребб слегка подзавис, озадаченно глядя на меня.

То ли слово длиннее пяти букв заставило его задуматься, то ли он размышлял, не обидеться ли на мою реплику и попытаться согнать меня с места силой, но завис мальчик почти на минуту. Наконец, я сжалился над бедным ребенком и избавил его от мук выбора:

- Винс, сядь туда, - я указал ему свободные места. – Грег, ты тоже.

Оба меня послушались, и даже гендзюцу не потребовалось, хватило просто уверенности в голосе.

- Драко, - я наклонился к Малфою, и шепотом спросил у него. – Они действительно такие… несообразительные или просто прикалываются?

- Если они и разыгрывают из себя идиотов, - Драко недовольно скривился, - то за те десять лет, что я с ними знаком, они ни разу не прокололись.

- Оу, сочувствую, - я похлопал его по плечу. – Не удивительно, что тебе захотелось подружиться с кем-то, кто может сказать нечто более глубокомысленное, чем «Гыыы».

- Я не хотел с тобой подружиться, - раздраженно прошипел Малфой.

- Да-да, конечно, - ответил я ему «понимающим» взглядом.

- Но я уже мечтаю, чтобы ты мог говорить только «Гыыы».

Я засмеялся:

- Драко, я тебе уже говорил, что ты удивительно милый, когда злишься?

Тот почти зарычал и начал яростно терзать вилкой омлет в своей тарелке, явно представляя на его месте кого-то другого.

- Драко, - позвал я, и когда мальчик повернулся, вопросительно глядя на меня, послал ему ослепительную улыбку.

И у меня получилось так заразительно, что Малфой едва не начал улыбаться в ответ, но быстро спохватился и притворно нахмурился.

- Не хмурься, а то преждевременные морщины появятся.

- Да чего ты так к моей внешности прицепился?!

- Красота – страшная сила, - с умным видом изрек я, на что Малфой только фыркнул. – Взять хотя бы Волдеморта.

Драко, непредусмотрительно отхлебнувший тыквенного сока, едва не захлебнулся.

- Я читал, что в юности он был настоящим красавчиком. Да, по сути, кроме красоты и ума у него ничего и не было. После окончания Хогвартса ему пророчили должность самого молодого Министра магии, но он свернул явно куда-то не туда, пошел по кривой дорожке, да еще и всю свою обаятельность растерял. Если бы не это, сейчас у магической Британии был бы настоящий лидер, тот, за кем хочется следовать. А не то посмешище, что сейчас. Ты ведь видел Фаджа, да? Серьезно, на него смотришь и не знаешь, то ли смеяться, то ли плакать.

- Так ты… поддерживаешь Темного Лорда? – осторожно спросил Драко.

- Нет. Не Темного Лорда, а того, кем он был до начала террора. В конце концов, это политически недальновидно – убивать противников собственными руками или руками ближайших приспешников. Для ликвидации врагов есть множество всяких других, более подходящих способов. Метод «прийти и убить всех несогласных» для получения власти мог сработать лет пятьсот назад, а сейчас надо действовать тоньше.

Малфой насмешливо фыркнул в ответ:

- Тоже мне, нашелся специалист по захвату власти.

- И не говори, - с улыбкой ответил я, припоминая, как занял место Айзена. – Критиковать других легко, но вот если бы мне вдруг захотелось править где-нибудь, я бы не стал мудрствовать и просто убил бы прежнего лидера каким-нибудь впечатляющим способом. Ну, например, взорвал бы его, и чтобы кратер остался побольше.

Драко покосился на меня со странным выражением лица, но ничего не ответил. Поэтому я продолжил:

- И знаешь, наверное, могло бы сработать. Будь Гарри постарше, когда убил Волдеморта, он бы сейчас стал бы уже каким-нибудь Главным Аврором или Министром.

- Вот еще! – возмущенно фыркнул Малфой. – Да у этого задаваки кроме зазнайства ничего нет!

- У него есть харизма, хотя он сам пока толком не умеет ей пользоваться. А еще хорошая наследственность, известная фамилия, гриффиндорская безбашенность и куча денег.

- Не такая уж и куча, всего-то один небольшой сейф, - себе под нос пробурчал Драко, и уже громче добавил. – И все это не повод к нему подлизываться! А ты в гриффиндорской гостиной времени проводишь больше, чем в нашей!

- Ну не могу же я оставить своего младшего братишку без присмотра?

- Что? Твоя фамилия Учиха, а не Поттер, если ты не забыл.

- Мой старший брат оформил над Гарри опеку, так что мы теперь вроде как «братья-в-законе». Кстати, это просто удивительно, насколько магам наплевать на жизнь своего национального героя. Никто не интересовался, где и как знаменитый Гарри Поттер жил все это время. Да он мог, например, уехать в другую страну, и никогда не узнать, что является волшебником, или даже умереть, а ни один маг и не почесался бы.

- Да ладно врать-то, - недоверчиво произнес Драко. - Чтобы за золотым мальчиком никто и не присматривал? Просто Дамблдор его хорошо спрятал, чтобы бывшие По… то есть враги не нашли.

- Ну да, в маггловском приюте мальчика-который-выжил никто искать бы точно не стал. Нии-сан сам случайно на него натолкнулся, когда благотворительностью занимался.

- В приюте? Да в жизни не поверю, чтобы Поттер мог там оказаться!

- Не хочешь, не верь. Но как еще, по-твоему, нии-сан мог стать его опекуном? Правда, Гарри недолго в приюте пробыл, брат забрал его уже через несколько дней после того, как туда попал.

Драко хотел еще что-то сказать, но тут в зал влетели совы и начали разносить хозяевам письма и посылки. Кра тоже прилетел, он ничего мне не принес, но иногда являлся позавтракать вместе со мной.

- Доброе утро, - я почесал под клювом ластящегося ворона.

- Утро! – подтвердил он, пытаясь взгромоздиться мне на плечо, но, кажется, за прошедший месяц он еще подрос и стал заметно тяжелее. Так что пришлось пересадить его на стол. Я порезал сосиску на мелкие кусочки и подвинул ему:

- Приятного аппетита.

- Спасибо! – в последнее время Кра всерьез занялся изучением этикета и уже делал большие успехи.

Соседи по столу косились на меня, но ничего не говорили. Они уже привыкли, что иногда вечерами ворон прилетает ко мне «почитать» книги или поучить стихи.

К Драко тоже прибыл его филин, но не с пустыми лапами, а с посылкой из дома. И теперь Малфой в торжественной обстановке делился с однокурсниками присланными сладостями. Обычно я завтракал с гриффиндорцами, но сегодня и мне перепало конфет. Драко протянул мне несколько красных леденцов на палочке, и при этом вид у него был такой, будто мальчик задумал какую-то шалость.

Глава 16.2

- Спасибо, - я не подал виду, что подозреваю его в розыгрыше, но на всякий случай сменил тело на копию.

Конфета выглядела довольно аппетитно, и прозрачная алая карамель не внушала никаких подозрений, так что я рискнул попробовать. Некоторые из окружающих буквально затаили дыхание, наблюдая, как я отправляю в рот леденец, так что жаль было их разочаровывать.

- Ммм, - я даже замычал от удовольствия, почувствовав на языке невероятно сладкий вкус крови. Конфета, если ее сжать зубами, начинала буквально истекать соком, но при этом оставалась твердой. – Что это?! Вкус просто божественный!

- Тебе понравилось? – удивленно поднял брови Малфой. – Вообще-то, это кровавый леденец, и обычно их едят вампиры, ну и еще некоторые расы.

- Вампиры? – теперь уже я изобразил удивление. – Странные конфеты тебе родители присылают. Драко, я не знаю о тебе чего-то важного?

- Это не для меня! Это для!.. – Малфой вовремя спохватился и не договорил.

Вместо этого он слегка покраснел, поняв, что чуть не проболтался. Не знаю, кого именно он собирался угостить этими конфетами, вполне возможно, что меня. Но насладиться видом того, как я кривлюсь от отвращения, ему не довелось, впрочем, как и остальным слизеринцам, которые теперь выглядели слегка разочарованными.

- И вообще, может, это я чего-то важного о тебе не знаю? – Драко, наконец, нашелся с ответом.

- Нууу, - протянул я, испытывая терпение окружающих, - у нас в роду было что-то вроде присказки: «Нет ничего слаще крови врага», но вампиров среди Учиха точно не водилось. Только помешанные на убийствах маньяки и психопаты.

- Кровью пахнет, - Кра как раз расправился с завтраком и теперь присматривался к конфете у меня во рту.

Я развернул второй леденец и протянул ему. Кто-то из детей даже поежился, глядя, как ворон мощным клювом раскалывает ее на кровоточащие кусочки и склевывает их один за другим.

- Слушай, Драко, эти конфеты можно заказать в Хогсмиде?

- Наверное. В Сладком королевстве должны быть.

- Отлично, - я достал из сумки перо и лист пергамента. - А как думаешь, из человеческой крови у них конфет нет?

- Шутки у тебя вообще не смешные, - скривился Малфой.

- Может, это потому, что я не шучу? Согласись, «Конфеты из человеческой крови» звучит куда лучше, чем «Конфеты из свиной крови».

Драко на это промолчал, но глядеть на меня начал как-то странно. Я закончил писать заказ в кондитерскую и вздохнул:

- Ладно-ладно, не смотри на меня так. Сознаюсь, помидоры я люблю больше, чем кровь. На втором месте в моем личном рейтинге идут сладости, особенно японские, и только потом уже кровь.

Про то, что самая вкусная кровь у светловолосых девственников, я говорить не стал – и так уже половина младших курсов Слизерина разбежалась из-за стола, не доев завтрак. Не хочу еще и Драко вконец запугать.

- И это должно было меня успокоить?

- Ну да, - я улыбнулся с невинным видом, а потом приписал в конце заказа еще и упаковку шоколадных лягушек, Гарри они почему-то нравятся, да и Малфоя тоже надо чем-нибудь угостить в ответ.

Вечером, прихватив большую коробку шоколада, Кра и слабо упирающегося Драко, я отправился на привычные посиделки в комнату старшеклассниц. Кстати, в слизеринских спальнях девочек «противомальчиковая» защита не работала, так что мы без проблем могли туда пройти.

Через два часа, когда мы возвращались обратно, Малфой шел красный как рак, безуспешно пытался оттереть со щек губную помаду и сквозь зубы шипел ругательства:

- Да чтобы я с тобой еще куда-нибудь пошел!..

- Можно подумать, тебе не понравилось, - закатил я глаза.

- Да что тут могло мне понравиться?!

- То-то ты так мило краснел, когда Сабрина посадила тебя к себе на колени и прижала к груди.

- Это унизительно! И дышать было нечем!

- Ну-ну. Думаешь, я не заметил, как ты лапал ее грудь четвертого размера, делая вид, что упираешься?

- Не было такого! – Драко даже ногой топнул, у него от злости едва ли не пар из ушей шел.

- Не было, так не было, - со вздохом согласился я. – Должно быть, ты еще слишком мал для подобных развлечений. Просто одному моему другу очень нравилось, когда его обнимали хорошенькие девушки, вот я и подумал, что тебе тоже придется по душе.

- Я не маленький!

- Как скажешь. В следующий раз на посиделки я тебя не возьму.

- Я и без тебя могу туда сходить!

- Так все-таки тебе понравилось?

- Ни капельки! Вообще ни разу! Нет! Совершенно точно нет! – все еще красный, как помидор, Драко задрал нос и пошел вперед.

Я не стал ему говорить, что слишком уж яростно он все отрицает, и мысленно поставил себе галочку. Кажется, я иду на рекорд – научил ребенка плохому меньше чем за сутки.

***

Северус всегда считал себя очень наблюдательным человеком, но в этот раз наблюдательность сыграла с ним дурную шутку. Ему начало казаться, что Учиха в Хогвартсе слишком много. Он не раз видел свое персональное наказание в одном месте, а буквально через несколько минут – в совершенно другом. Причем мальчишка делал вид, будто давно тут сидит и всерьез занят делом. Кажется, никто больше не замечал странной «вездесущести» этого нестандартного слизеринца, и Северус начал подозревать, что ловушка расставлена специально для него.

В чем именно эта самая ловушка заключается, он так и не понял, но буквально спинным мозгом чуял подвох. Однако у Учиха был слишком специфический юмор, и поэтому профессор специально не реагировал на все нестыковки, надеясь, что его ученику надоест валять дурака, и он сам все прекратит. Но время шло, а Саске меньше не становилось, и Северус почти привык к тому, что покинув Большой зал, где самый беспокойный ученик Хогвартса неспешно поглощал ужин, можно натолкнуться на него же, но в общей гостиной Слизерина, и уже исписавшего половину свитка эссе по трансфигурации.

Неизвестно, сколько еще профессор закрывал бы на это глаза, но случайно подслушанный в учительской разговор неожиданно все изменил. Мадам Пинс с восторгом расписывала, какой прилежный читатель этот Учиха, и как бережно он относится к книгам. А самое главное – проводит в библиотеке каждый день по несколько часов, даже в выходные. Только вот Северус совершенно точно знал, что по средам и пятницам Учиха находится у него на дополнительных занятиях, а потому библиотеку посетить совершенно точно не может.

Это стало последней каплей, и профессор решил вывести ученика на чистую воду. Для этого на очередной «отработке» он дал Саске самостоятельное задание, а сам, сославшись на некие срочные дела, отправился в библиотеку. И почти не удивился, обнаружив того за отдаленным столиком в окружении нескольких толстых томов.

- Учиха, потрудитесь объяснить, что вы тут делаете.

- Читаю? – слегка вопросительно ответил Саске и даже продемонстрировал в доказательство открытую книгу.

- А должны быть у меня на отработке!

- Да? – удивился тот. – Ну ладно.

Сдав книги библиотекарше, он послушно последовал за профессором. Северус даже засомневался на миг, что в его кабинете действительно обнаружится еще один Учиха, но тот, как ни странно, оказался на месте, правда, не совсем том, где должен был. Из котла с заданным зельем лезло что-то фиолетовое и бесформенное, а оставленный ненадолго в одиночестве ученик подвинул к высокому стеллажу лестницу и теперь с огромным интересом рассматривал коллекцию заспиртованных образцов.

- Ааа!!! – Учиха, в количестве двух штук друг на друга отреагировали совсем не так, как ожидал Северус. Они сначала удивленно вскрикнули, а потом одновременно спросили, указав друг на друга пальцем. – Кто это?!

И затем один поудобнее перехватил банку с образцом, словно собирался кинуть ее в противника, а второй наполовину спрятался за Снейпа.

- Это вы должны мне ответить. Кто из вас под оборотным зельем?

Близнецы перестали ломать комедию и одинаково ухмыльнулись.

- Это не зелье, профессор. Это допельгангер, - ответил один.

- Что?!

- Допельгангер. Злой двойник.

- Почему это сразу я злой? – возмутился второй, тот что прятался за Снейпа.

- Потому что точно не я, - хмыкнул первый, поставил образец на место и спустился на пол.

- Значит, злой тот, что к мадам Помфри ходит?

- Есть еще и третий?! – ошарашено спросил Снейп, чувствуя, как у него чуть ли не волосы на голове встают от ужаса. Один Учиха – уже стихийное бедствие, а три – это чересчур. Хогвартс может такого не вынести. – Ждите здесь!

Глава 17

Северус надеялся, что третий – лишь выдумка, но к своему глубокому сожалению действительно нашел еще одного Саске в лазарете, обсуждающего с медсестрой способы лечения переломов. Его он тоже привел в свой кабинет, и теперь отрешенно наблюдал за одинаковыми учениками и всерьез подумывал, а не пора ли ему на пенсию. По состоянию здоровья.

Один из Учиха играл с содержимым котла в перетягивание ложки-мешалки, и первым делом проинформировал Снейпа, что зелье, кажется, живое.

- Смотрите, какие у него глазки умные, если это, конечно, глазки. Может, оно даже разумное? По крайней мере, ему точно не нравится, когда его тыкают ложкой. Давайте его оставим, профессор? Посадим в аквариум и будем изучать. Все-таки, в зельеварении импровизация – великая вещь. Помните, вы на прошлом уроке о ней говорили? Я поменял всего один ингредиент, зато какой результат!

Второй тихо-мирно читал в уголке книгу из личной библиотеки Снейпа и, кажется, не обращал на остальной мир ровным счетом никакого внимания. А третий теперь с интересом осматривался по сторонам:

- Какой классный кабинет! Прямо как кунсткамера или лаборатория сумасшедшего ученого. И почему я раньше сюда не заходил?

Северус едва сдержал порыв накрыть лицо ладонью и посидеть так минут пятнадцать.

- Так кто из вас все-таки настоящий?

- Это сложный вопрос. Если подходить к нему философски, то мы все настоящие. Ведь мы мыслим, а, следовательно, существуем. Но если вас интересует, где Саске Учиха, то понятия не имею. Я его со вчерашнего дня не видел. А ты, Четыреста Пятый?

Снейпу даже дурно стало, когда он представил, что Учих может быть аж четыреста пять, или даже больше. Оставалось только надеяться, что это имя такое странное, а не порядковый номер.

- По-моему, его вообще в Хогвартсе нет, - тем временем ответил Четыреста Пятый, хотя Северусу и хотелось бы думать, что тот всего лишь Третий. – Аль, ты не знаешь, где Саске?

- В Амстердаме, - буркнул тот, не отрываясь от чтения.

- На фига? – хором спросили первые двое.

- Проверяет, действительно ли там в кафе подают кексы с гашишем. Зачем же еще? – пожал плечами тот.

- Ааа… Понятно.

Северус почувствовал, что ему нужно срочно присесть и выпить чего-нибудь успокоительного, и чем больше градусов в нем будет, тем лучше. Четыреста Пятый заметил его состояние, словно из воздуха достал стакан воды и накапал туда десяток капель из нужного пузырька.

- Почему-то все так неадекватно реагируют, когда мы друг с другом разговариваем, - посетовал тот. – Вот мы и стараемся не светиться перед остальными. Но вы наш любимый сенсей, поэтому мы решили вам открыться.

Успокоительное подействовало быстро, и Северус спросил:

- А почему Четыреста Пятый? Вас действительно… - «четыреста пять» было слишком страшно произнести, поэтому Снейп не закончил фразу, в красках представив себе полчище одинаковых Учих, наводнивших школу.

- Это закрытая информация, - ровным голосом ответил один из них, и Северус понял, что некоторые вещи лучше не знать ради собственного спокойствия.

- А в Хогвартсе вас всего сколько?

- Больше пяти никогда не бывает. Но обычно один-два, редко когда три.

- Как это вообще возможно?

- Просто Саске лет в девять научился создавать собственные копии, и привык, лентяй этакий, спихивать на нас часть своей работы, - ответил безымянный пока клон таким тоном, словно в этом нет ничего особенного. – Сам сейчас развлекается, а мы тут за него вкалываем. Кстати, отработка на сегодня уже закончилась, так что мы пойдем, ладно? И Глазастика я с собой возьму, в конце концов, мы ответственны за тех, кого сотворили.

С этими словами он поднял котел, из которого топорщилось что-то вроде фиолетовых пупырчатых щупалец, и исчез вместе с ним, рассыпавшись золотыми искрами. Тот близнец, которого назвали Алем, аккуратно закрыл книгу и обратился к Снейпу:

- Можно я возьму ее почитать до завтра? О теории взаимозаменяемости некоторых растительных ингредиентов я в библиотеке пока ничего не нашел. Очень интересная идея, да? Давайте как-нибудь соберемся и обсудим ее более детально?

Северус слегка отрешенно кивнул головой, и еще один двойник рассыпался облаком золотых искр, даже не вставая с кресла.

- А я, пожалуй, выйду через дверь, - хмыкнул Четыреста Пятый. – А то вы столько Учих в свой кабинет завели, что будет подозрительно, если ни один из них отсюда не выйдет. Не дай Мерлин, еще решат, что вы бедного Саске расчленили, разложили по баночкам и заспиртовали.

- Неплохая идея, - все так же отрешенно согласился Снейп.

Близнец почему-то засмеялся и притормозил у самой двери.

- Кстати, профессор, не говорите никому о нашем маленьком секрете, ладно? Потому что мы будем все отрицать, - он помахал рукой на прощание и вышел.

Северус подтянул поближе пузырек, из которого ему накапали лекарства, и внимательно изучил этикетку. Так и есть – одно из самых сильных успокоительных в мире. Не удивительно, что он так равнодушно отнесся к настолько ошеломительным новостям. Один из учеников сейчас не в Хогвартсе, и даже не в Великобритании, а Снейп совершенно спокоен. Хотя, Учиха Саске врет, как дышит, и его близнецы, наверняка, переняли эту способность и могли наплести с три короба. Если это действительно близнецы, а не розыгрыш.

Северус сходу мог назвать несколько способов создания собственных двойников – оборотное зелье, метаморфизм, маховик времени… А может, у Саске два брата-близнеца, которые незаметно проникли в Хогвартс, чтобы сэкономить на обучении. При желании и наличии времени можно еще что-нибудь изобрести, впрочем, нет никакой разницы, каким образом Учиха провернул этот трюк. Ясно лишь одно – теперь мальчишка ждет ответной реакции от профессора, например, что тот начнет суетиться, поднимет тревогу и выставит себя полным идиотом. Поэтому Снейп собирался сделать то, что ему совершенно не свойственно – притвориться, будто ничего не происходит, и не предпринимать ровным счетом НИЧЕГО.

Чувствуя, что действие зелья проходит, Северус меланхолично накапал прямо на язык еще несколько капель. Отличная все-таки штука, надо будет сварить еще котел, а лучше сразу два.

Глава 18.1

- Саске, - Гарри посмотрел на меня с таким видом, что я сразу понял – он хочет что-то попросить, и думает, будто мне это не понравится.

Хотя я вроде бы никогда ему ничего не запрещал, ну кроме того, чтобы рассказывать окружающим, кто я такой.

Гарри даже научился технике «глазки-как-у-кота-из-Шрека», точнее он ее слегка доработал, и теперь она могла называться «взгляд олененка». Смотришь в эти печальные зеленые глазищи и чувствуешь себя так, словно вот-вот Бемби обидишь.

- Можно я на завтрашнюю тренировку друзей приведу?

- Похвастаться хочешь? – хмыкнул я.

- Нет, - Гарри слегка покраснел, похоже, похвастаться ему все-таки хотелось. Но должен сказать, у него на это есть полное право. – Просто у меня спрашивали, зачем я каждый день в такую рань встаю, я рассказал, что ты меня тренируешь, и всем стало интересно.

- Ладно, - я усмехнулся и взъерошил ему волосы, на что тот только закатил глаза. Привык уже, даже не смущается. – Но только Рона и Гермиону.

- Гермиону? – с сомнением спросил Гарри.

С девочкой он пока толком и не подружился, уж слишком Грейнджер отпугивала детей своей заумностью, хотя на самом деле просто не знала, как общаться со сверстниками.

- Поверь мне, такие надежные друзья, как она, только раз в жизни встречаются.

- Ну ладно, - с неким сомнением ответил Гарри.

- И передай им, что если захотят, то я и их могу потренировать.

На следующий день в шесть утра все трое стояли передо мной. Рон зябко ежился и зевал, а Гермионе ранние побудки были явно не в новинку. Гарри же за последний год совсем привык и сейчас выглядел бодрым и свежим.

«Приглашенные» гости уселись на поваленное дерево, а мы с Гарри приступили к разминке. Рон чуть не заснул прямо там, где сидел, а Гермиона даже что-то записывала. Для тренировок я специально выбрал такое место, чтобы не отходить далеко от замка, но при этом не быть особо на виду. И то для подстраховки иногда прикрывал нас с Гарри иллюзиями, дабы у возможных соглядатаев не возникало лишних вопросов.

Наконец, разминка закончилась, и Гарри перешел к основной части тренировок. Сегодня мы слегка изменили план занятий, чтобы получилось более зрелищно.

Для начала Гарри почти два метра пробежал по каменной стене, оттолкнулся от нее, сделал в воздухе сальто и эффектно приземлился на ноги. У Рона и Гермионы челюсти отпали совершенно одинаково.

- Офигеть! Это было супер, как круто! Что это за колдовство такое?! – Уизли отмер первым и теперь от возбуждения едва ли не подпрыгивал, тыкая пальцем то в Гарри, то в стену.

- Это не колдовство, это просто результат тренировок, - ответил я.

И в самом деле, источника чакры у Гарри не было, а магию для беганья по вертикальным стенам приспособить так и не удалось. В том смысле, что приклеиваться подошвами с ее помощью не получалось, но иногда она как бы слегка «подталкивала» позволяя подняться выше, чем было возможно по всем законам физики.

- А вот это уже магия, - я взбежал на пять метров, решив не показывать свои истинные способности, и тоже сделав сальто, приземлился на ноги.

- Это физически невозможно! – воскликнула Гермиона и даже потрогала стену рукой, чтобы убедиться, настоящая ли она.

- Мы ведь маги, - улыбнулся я, - законы физики нам не писаны.

Девочка недоверчиво покачала головой, но спорить не стала.

- Теперь давай с кунаями, - обратился я к Гарри, и тот понятливо кивнул.

Он повторил предыдущий трюк, но теперь во время сальто еще и метнул шесть кунаев, каждый из которых вонзился точно в центр мишени. Я уже говорил, что я гениальный преподаватель? Впрочем, надо признать, этот фокус так чисто получился у Гарри в первый раз, должно быть, присутствие зрителей его подхлестнуло.

Гермиона приглушенно охнула, прижав ладони ко рту, а Рон разразился еще более восторженными восклицаниями. Гарри польщено заулыбался, и даже раскланялся. И где только нахвататься успел?

- Это же опасно! – с возмущением закричала Гермиона, справившись с первоначальным испугом. – Вы же оба могли пораниться этими ножами! Вы с ума сошли!

- Это специальный тренировочный кунай, он такой тупой, что надо здорово постараться, чтобы им всерьез пораниться, - я продемонстрировал девочке метательное оружие.

- И все равно! Это опасно! Куда только директор смотрит! Это совершенно недопустимо!

- Гермиона, ты прочла учебник истории до конца?

Девочка сбилась с мысли от неожиданного вопроса, но быстро взяла себя в руки.

- Конечно, прочла! Но какое это имеет отношение…

- Тогда ты должна знать, что всевозможные военные конфликты вспыхивают в магическом мире с периодичностью раз в тридцать-тридцать пять лет, будь то восстание гоблинов или пришествие очередного Темного Лорда. А средняя продолжительность жизни мага около ста лет, и следовательно, на жизнь одного волшебника приходится две-три войны. И здесь возникает закономерный вопрос…

Я специально сделал паузу, и девочка, забыв о прежнем возмущении, нетерпеливо спросила:

- Какой?

- Почему нас не учат самообороне? В Хогвартсе нет даже Дуэльного кружка! И на ЗОТИ нас будут учить только тому, как справиться с каким-нибудь боггартом или гриндилоу. О том, как справиться с темным магом упомянут лишь на последнем курсе, да и то мельком!

- Но мы же дети, понимаешь? Мы в школе, нам не надо сражаться!

- Ты говоришь так, словно кроме школы жизни нет. А родители и Гарри, и Рона сразу после окончания Хогвартса начали сражаться против Волдеморта. Думаешь, специально для них проводили курс молодого бойца, а Пожиратели стояли в сторонке и ждали, пока детки чему-нибудь научатся?

- Но!... – девочка хотела еще поспорить, однако ее перебил вдруг посерьезневший Рон.

- Он прав. Ты из маггловского мира, поэтому просто не понимаешь. Волшебники до сих пор боятся произносить имя Того-кого-нельзя-называть, хотя уже десять лет прошло. Я тогда совсем маленький был, и толком ничего не помню, но мама до сих пор плачет, если натолкнется на фотографию своих братьев-близнецов, которые погибли во время войны. Тогда очень многих убили или запытали до смерти, и ты себе даже представить не можешь, какой это был ужас. Поэтому, если есть шанс чему-то научиться, то я только за.

- И все равно… - Гермиона не желала так просто сдаваться, и снова обратилась ко мне. – Ты же сам говорил, что мы маги. Зачем тогда нам учиться кидать ножи? В таком случае нам надо заклинания учить, а не боевые искусства!

- А боевых заклинаний я пока почти не знаю, - пожал плечами я и улыбнулся. – Зато уже сейчас могу научить от них уворачиваться. Готов, Гарри?

Обратился я уже к своему подопечному, и тот уверенно кивнул в ответ. Я метнул в него кунай, который до этого держал в руке, и мальчик с легкостью увернулся. Гермиона снова испуганно охнула, и даже Рон слегка побледнел. Все новые и новые кунаи словно бы из воздуха возникали в моих руках, и все больше их летело в Гарри. Тот уворачивался, а если не успевал, то отбивал зажатым в руке оружием. Все-таки на публику Гарри действительно работает лучше, заключил я, вскидывая вверх пустую ладонь в знак того, что упражнение закончилось.

- Пятьдесят из пятидесяти, новый рекорд, - похвалил я, и мальчик обрадовано заулыбался.

Рон, кажется, подрастерял свой энтузиазм, все-таки это даже со стороны смотрится страшновато – когда в кого-то кидают ножами.

- Не бойтесь, Гарри уже давно тренируется, поэтому мы перешли на кунаи, а начинали-то с теннисных мячиков.

Уизли поежился, но все же повеселел и начал задавать вопросы:

- А почему ты только нас двоих позвал, да еще и тренировать предложил?

- Потому что я вижу в вас потенциал.

Рон озадачился ответом, а Гермиона удивленно переспросила:

- Даже во мне? Но я ведь и в маггловской школе физкультуру терпеть не могла.

- Особенно в тебе, - ответил я. – Сила воли и решительность у тебя есть, а это главное.

Гермиона моих убеждений явно не разделяла, поэтому я решил подбодрить ее историей из жизни.

- Я серьезно. Вот, например, когда мой брат учился в академии шиноби, это что-то вроде магической школы, только с военным уклоном, у него была одна одноклассница. Она едва получила проходные оценки по физподготовке, зато все теоретические предметы сдала на высший балл. Но потом она начала упорно тренироваться и уже в тринадцать запросто могла пробить кирпичную стену кулаком. А в шестнадцать валуны в три метра диаметром одним ударом дробила.

- Да врешь ведь! – возмутился Рон. – Быть такого не может!

- Так я же не говорю, что она просто силой рук камни ломала. Она научилась выпускать магию в момент удара безо всякой палочки, поэтому скалы и рушились.

- И все равно как-то не верится.

Пришлось продемонстрировать ему, как Гарри ломает деревянные доски, а я – тонкую каменную плиту. Вообще-то, я мог сломать что угодно, но не стоит слишком выделяться. Плита детей явно впечатлила, и больше вопросов они не задавали.

Пока Гарри отрабатывал удары по макиваре, я объяснил детям, как будут проходить наши тренировки. Рон возмутился тем, что ему пока не предстоит ничего интереснее, чем пробежка, да еще и вставать надо будет в такую рань. Утешил мальчика тем, что даже обычная пробежка и небольшой комплекс упражнений сделают его таким выносливым, что на следующий год он запросто сможет вступить в квиддичную команду. А притихшей Гермионе посулил красивую спортивную фигуру, которая еще ни одной девушке не помешала.

Глава 18.2

Приближался Хэллоуин, а в магическом мире в это время частенько что-нибудь интересное происходит, вот и нынешний год не стал исключением. Я надеялся, что Гарри с Роном уже сдружились с Гермионой, но за праздничным столом ее не было, похоже, канон все-таки победил. А через пару минут после начала пира появился Квирелл, объявивший о тролле, и талантливо изобразивший обморок. Детей начали разводить по гостиным, а я прикрылся иллюзией и поспешил за гриффиндорцами. Я не собирался вмешиваться, просто хотел проконтролировать, чтобы дети случайно не пострадали.

Гарри с Роном ухитрились запереть тролля в туалете, но не учли, что там еще и Гермиона находится. И когда оттуда раздался крик ужаса и треск ломаемых перегородок, кинулись спасать гриффиндорку. Я незаметно просочился следом, и увидел, что мои уроки не прошли для Гарри даром. Заклинаний для обезвреживания троллей он не знал, зато подобрал две длинные острые щепы от разрушенных кабинок и метнул их противнику точно в глаза. Но деревянные щепки – это отнюдь не кунаи, и до мозга они не достали, так что монстр продолжил громить все вокруг, но уже вслепую.

Рон догадался применить единственное из известных ему заклинаний и наложил Вингардиум Левиоса на дубинку тролля. Та взлетела вверх и оттуда буквально спикировала на голову собственному хозяину. Тролль покачнулся и с оглушительным грохотом рухнул на пол. От этого щепы сдвинулись и все-таки достали до мозга, прикончив чудовище. Несколько секунд стояла полнейшая тишина, а потом Рон спросил:

- Мы его, что, убили?

- Не знаю, - ответил Гарри, с сомнением глядя на натекающую под головой тролля лужу крови.

Тут вдруг двери распахнулись, и в туалет вломилась целая толпа учителей, будто до этого они стояли за порогом, ожидая подходящего момента для появления. МакГонагалл начала ругать гриффиндорцев за самодеятельность, но Гермиона вступилась и взяла всю вину на себя. Хотя, по-моему, Рона с Гарри наградить надо было, а не штрафовать. Убедившись, что с ребятами все будет в порядке, я вернулся в слизеринскую гостиную и снял невидимость.

- Ты где был?! – ко мне тут же подскочил взволнованный Драко.

- А сам как думаешь? – улыбнулся я в ответ.

- Ты сумасшедший, - с обреченностью во взгляде констатировал Малфой.

- Зато я тааакое видел… - я сделал драматическую паузу, и Драко не выдержал первым.

- Рассказывай уже!

- Гарри с Роном здоровенного тролля меньше чем за две минуты прикончили, я его даже рассмотреть толком не успел. Зато комната в руинах, и все вокруг кровью залито.

- Ты ведь шутишь? – почти жалобно спросил Малфой.

- Шучу, - сознался я. – Крови было мало, так, лужица литра на полтора.

Драко издал какой-то сдавленный звук и побледнел, хотя и так никогда румянцем не отличался, а я продолжил:

- Знаешь, я начинаю подозревать, что в Гриффиндоре все – потенциальные берсеркеры. Гермиона тоже хороша. Представляешь, стоят гриффиндорцы посреди в хлам разгромленной комнаты над трупом тролля, обсуждают сдох он или еще нет, и тут появляются учителя. А Гермиона заявляет, что сама пошла тролля искать, потому что много о них читала и хотела проверить свои силы. Офигеть, да? Так что ты в следующий раз поаккуратнее этих троих дразни, а то мало ли, что у них там в мозгах перемкнет.

Малфой поежился, видимо, в красках себе это представив.

- Но если честно, из гриффиндорцев больше всего меня Невилл напрягает.

- Что?! – тут же возмущенно вскинулся Драко, - этот неуклюжий увалень?!

- Как говорится, в тихом омуте черти водятся. Ты замечал, что он почти на каждом уроке зельеварения ухитряется свое зелье или взорвать, или превратить в кислоту? Я несколько раз попробовал повторить его опыт, но кроме свернувшегося варева и небольшого дымка ничего не получил. Мне кажется, это у Невилла сама магия такая разрушительная, поэтому вокруг него все ломается и взлетает на воздух. Даже представить страшно, ЧТО случится, если его по-настоящему разозлить, и он потеряет контроль, и так небольшой, над своим волшебством.

- Да чушь все это, - не очень-то уверенно произнес Малфой. – Быть такого не может.

- Ну не знаю, не знаю. Я слышал, его родители очень сильными магами были, в аврорате работали и с Волдемортом лично три раза сталкивались. Должен же был Невилл что-то от них унаследовать?

Драко недовольно поморщился, но дальше эту тему развивать не стал.

***

- Саске, можно тебя на минутку? – через три дня Гермиона задержала меня после урока зельеварения.

Драко, который шел рядом со мной, только презрительно хмыкнул, но ничего язвительного не сказал насчет грязнокровок. Похоже, мое красочное повествование о подвигах гриффиндорцев он принял близко к сердцу. Совсем красно-золотых задирать не перестал, но на личности больше не переходил.

- Научи меня драться! – выпалила она, как только мы оказались наедине.

- Да я как бы и так уже…

- Нет! – перебила меня девочка и торопливо продолжила. – Мне нужны не просто пробежки и упражнения. Если честно, я не особо верила, что это хоть чем-то поможет, но физические упражнения полезны для здоровья, вот я и согласилась. А когда меня чуть не убил тролль, я настолько испугалась, что все заклинания забыла. Но ведь я много о них читала и думала, что уж с кем-то настолько тупым смогу справиться. Но там в туалете я только и могла, что кричать от ужаса. Я чувствовала себя такой маленькой и слабой, и это чувство полной беспомощности… Я больше никогда не хочу такого испытывать! Ты говорил, что мы должны уметь сражаться, а я подумала, что это глупо, мы ведь еще школьники. Но когда я чуть не умерла только потому, что какой-то тролль походя едва не размазал меня своей дубинкой, я поняла, что ты прав. Поэтому, пожалуйста, научи меня драться!

- Ладно, - кивнул я. – В некотором роде это даже хорошо, что на вас напал тролль.

- Хорошо? – недоверчиво переспросила Гермиона.

- Да. В противном случае мне пришлось бы долго уговаривать тебя, что в некоторых случаях применение силы – единственный выход. К тому же, первый бой у тебя, можно сказать, уже был, поэтому во втором ты точно не оплошаешь. Да и страх перед собственной беспомощностью – один из лучших стимулов для тренировок. Давай через полчаса встретимся на тренировочной площадке, покажу тебе один прием, думаю, сейчас ты к нему готова.

В назначенный срок Гермиона в спортивной одежде уже ждала меня на месте, и кажется, ее решимость только возросла.

- Начнем с того, что тебе следует забыть, будто ты слабая одиннадцатилетняя девочка.

Гермиона удивленно приоткрыла рот, собираясь что-то спросить, но я не дал ей себя перебить.

- Прежде всего, ты волшебница, никогда не забывай об этом. Впрочем, физическая сила и даже магия не так уж и значимы, куда важнее то, что у тебя тут, - я для наглядности постучал ее пальцем по лбу. – Твоя воля, твой разум, твоя решительность. Вспомни хотя бы Жанну д’Арк. Она была обычной крестьянской девушкой, которая даже читать не умела, но благодаря своей воле и решимости командовала французскими войсками во время Столетней войны. А у тебя есть магия и знания, так что по сравнению с ней ты уже в выигрышном положении.

Говоря все это, я использовал легкое гендзюцу, чтобы Гермиона верила моим словам. Я собирался научить ее метать кунаи точно в цель, а для успеха эксперимента нужно было, чтобы она поверила в собственные силы. Я объяснил ей принцип действия и вложил кунай в руку.

- А теперь вспомни весь свой страх, все свое отчаяние, когда тролль чуть не убил тебя, и сделай так, чтобы больше никогда не чувствовать себя беспомощной!

Слова, подкрепленные гендзюцу, очень сильно подействовали на Гермиону, у нее заметно участился пульс, а вместе с ним и активность магического ядра. Я знал, что такое бывает перед очередным магическим всплеском, и подумал, что мне даже не придется подправлять траекторию полета ножа, волшебство все сделает за меня.

Но вот того, что произошло дальше, я точно не ожидал. Кунай с такой силой вылетел из руки Гермионы, что пробил деревянную мишень насквозь, оставив в центре приличных размеров дыру. Я в шоке вытаращился на это, и едва успел придать лицу нормальное выражение, когда девочка повернулась ко мне, требовательно протягивая руку за новым ножом.

Остальные кунаи деревяшку насквозь не пробили, но воткнулись очень глубоко. А после шестого броска Гермиона выдохлась, и пришлось усадить ее на ствол поваленного дерева, который мы использовали вместо скамейки, и поделиться шоколадкой из моего неприкосновенного запаса на черный день.

Подождав, пока девочка отдышится, а заодно собрав собственные расползающиеся мысли в кучу, я напомнил Гермионе о важности тренировок - для увеличения выносливости - и медитации, чтобы совершенствовалось не только тело, но и дух.

- И еще один важный момент. Теперь, когда ты стала такой сильной, тебе придется быть осторожнее. А то вдруг разозлишься, стукнешь кого-нибудь, и челюсть ему сломаешь, или того хуже.

- Что?! – возмутилась девочка. – Я бы никогда так не сделала!

- Не зарекайся, - хмыкнул я. – В мире полно людей, которым только хороший хук сможет вправить мозги на место. Вот тебе и придется научиться отличать их от нормальных людей. Как говорится, с большой силой приходит большая ответственность.

- А это разве не цитата из Человека-паука? – переспросила Гермиона.

- Оттуда. Но от этого она не стала менее мудрой.

Я проводил девочку, выглядевшую усталой, но воодушевленной, до гриффиндорской башни и отправился в подземелья. И только свернув за угол, я позволил своему лицу утратить бесстрастное выражение.

- ***! – я достал из кармана тот самый кунай, который Гермиона метнула первым, и полюбовался вмятинами на металле, точь-в-точь повторяющими очертания тонких девичьих пальчиков.

Глава 19.1

В легкой прострации я добрался до слизеринской гостиной, где на меня тут же налетел Драко.

- И чем это ты так долго занимался с грязнокровкой? – возмущенно и с нотками ревности спросил он.

- Драко, - я взял его за плечи и внимательно посмотрел в глаза. – Пожалуйста, пообещай мне, что никогда в жизни не будешь сердить Гермиону.

- Ты влюбился в нее, что ли? – ядовито хмыкнул Малфой. – С чего это мне ее не злить?

- С того, - я продемонстрировал ему помятый кунай. – Она рассердилась и вот этой штукой пробила насквозь двухдюймовую доску. И я в жизни ничего подобного не видел.

Драко несколько секунд рассматривал покореженный нож, а потом хмыкнул:

- Думаешь, я поверю, что это сделала Грейнжер? Это ведь снова одна из твоих дурацких шуточек.

Я покачал головой:

- Обычно я так и говорю «это была шутка», но вот сейчас я абсолютно серьезен. Пожалуйста, никогда не зли Гермиону.

Однако Малфой все еще не выглядел до конца убежденным, так что я добавил:

- Ну, если тебе так сильно нравится ее дразнить, что ты действительно не можешь удержаться… - многозначительно протянул я.

- Ничего мне не нравится! – моментально вспыхнул Драко.

- Ну-ну.

- Не нравится!

- Просто в Хогвартсе полно магглорожденных, но единственная, кого ты этим попрекаешь – Гермиона. Подозрительно, знаешь ли.

- Ничего не подозрительно! Она слишком зазнается! И постоянно крутится рядом с Поттером!

- Ага. Сделаю вид, что поверил, - я развернулся и пошел в общую спальню, оставив Драко кипеть от возмущения. Он такой забавный, когда сердится, пыхтит, хмурит бровки и чуть ли ногами не топает. Надо будет почаще его дразнить, слишком уж это весело.

***

За всеми этими заботами время шло незаметно, и один из моих вялотекущих проектов наконец-то вступил в завершающую стадию. И вскоре я собирался начать оправдательный процесс в пользу Сириуса Блэка. Я уже неплохо изучил местное законодательство и понял, что апелляции подавать бесполезно, нужно предоставить публике настоящего преступника. Вообще-то, я давно подумывал помочь Бродяге, как-никак, он один из немногих бишоненов фандома, но сначала надо было добраться до Петигрю. Я почти сразу, как приехал в Хогвартс, подменил крысу Рона подделкой, а настоящего Питера усыпил и припрятал во внутреннем мире до поры до времени.

Оставалась только одна загвоздка - оправданный Сириус мог оспорить мою опеку над Гарри, поэтому сначала мне пришлось стать опекуном Поттера и в магическом мире, а не только в маггловском. Однако волшебники-бюрократы оказались еще более неторопливыми, чем их маггловские коллеги, и документы были окончательно оформлены лишь пару дней назад. Зато все было выполнено настолько идеально, что и комар носа не подточит, и теперь с этой стороны проблем можно было не опасаться.

Чтобы оправдательный процесс вышел погромче, я планировал с помощью гендзюцу заставить анимага превратиться прямо посреди Большого Зала, чтобы было как можно больше свидетелей, и магические власти, засадившие на десять лет невинного человека, не смогли бы замять дело.

Так что через две недели после Хэллоуина ученики смогли полюбоваться уникальным шоу во время завтрака. В Большой Зал забежала крыса, и поначалу на нее почти никто не обратил внимания. Но грызун так целенаправленно двигался к учительскому столу, что через некоторое время его заметили. А когда в десяти шагах от преподавателей крыса вдруг начала увеличиваться в размерах и превращаться в человека, на нее глазели уже все.

- Мой Лорд! – радостно завопил плешивый человечек, падая на колени прямо напротив Квирелла. – Наконец-то я вас нашел!

Квирелл отшатнулся, опрокинув стул, и попытался что-то сказать, но сразу несколько учителей выкрикнули заклинания, и оглушенный анимаг упал на пол. Тут все остальные зашумели, начали вскакивать со своих мест, несколько раз даже сработала вспышка – это один из учеников, ведущих стенгазету, принес с собой фотоаппарат. Вчера пришлось слегка воздействовать на него гендзюцу, зато теперь у меня будут отличные снимки.

Дамблдор усилил голос Сонорусом и приказал ученикам разойтись по гостиным, потому что уроки на сегодня точно были сорваны. Те неохотно последовали его совету, оживленно обсуждая произошедшее. Особенно шумели гриффиндорцы, опознав знакомую крысу.

- Ты слышал это? – презрительно фыркнул Драко, идущий со мной рядом. – Этот анимаг совсем чокнулся, пока был крысой. Надо же до такого додуматься – назвать заику Квирелла Лордом!

- Это был Питер Питегрю, считавшийся погибшим десять лет назад. Все это время он жил в семье Уизли под видом крысы.

- Что?! - опешил Драко и замер как вкопанный посреди коридора. – Откуда ты знаешь?!

- Узнал его по фотографии со свадьбы родителей Гарри. А крысу видел у Рона, он еще жаловался, что она раньше Перси принадлежала. И знаешь, что из этого следует?

- Что?

- Квирелл действительно может оказаться Темным Лордом.

- Чушь! – отрезал Драко и поспешил догнать остальных слизеринцев, ушедших далеко вперед. – Быть такого не может!

- Петигрю явно был Пожирателем Смерти. Должно быть, он как-то почувствовал Лорда через метку.

- Как-то слишком много ты обо всем этом знаешь, - Драко снова остановился и с подозрением посмотрел на меня.

- Мой брат собрал всю возможную информацию о Хогвартсе, да и о магической Англии в целом, так что и я в курсе событий десятилетней давности. В конце концов, не мог же нии-сан нас с Гарри отправить учиться непонятно куда. Но знаешь, что меня расстраивает больше всего?

- Что?

- Какой-то стремный у магической Англии Темный Лорд получается. Мало того, что заикается, так еще и чесноком пахнет. «Вп-п-перед, мои П-п-пожиратели!».

Малфой прыснул, но быстро спохватился и принял серьезный вид. Осторожность говорила ему, что если есть хоть малейшая возможность подобного развития событий, то смеяться точно не стоит.

Глава 19.2

А на следующее утро все передовицы магических газет пестрели снимками оглушенного и связанного Петигрю, которые я вчера заботливо им разослал, и громкими заголовками о чудовищной ошибке Визенгамота. Дамблдор со вчерашнего дня пропадал в Министерстве, пытаясь все уладить, но скандал лишь сильнее разгорался. Следующие несколько дней разговоров только и было, что о Сириусе Блэке, а через некоторое время стало известно, что его оправдали, выплатили компенсацию и отправили в Мунго на реабилитацию.

Вот тут уже решил подключиться взрослый я. Мы с Элис, респектабельные настолько, насколько это возможно при нашей внешности, поджидали Блэка у маггловского входа в больницу святого Мунго, потому что у магического было не протолкнуться от журналистов. Лишней публичности Сириусу сейчас точно не хотелось, так что он постарался выйти из здания незамеченным.

- Мистер Блэк, - окликнул я его, и мужчина резко повернулся, настороженно глядя на меня.

Похоже, его уже просветили, что у Гарри Поттера есть опекун, а в магической Англии не настолько много японцев, чтобы можно было спутать меня с кем-то другим. Тем не менее, я представился и предложил Сириусу обсудить сложившуюся ситуацию. Судя по досаде, появившейся на его лице, Блэк собирался прямо из Мунго махнуть в Хогвартс, чтобы повидаться с крестником, а я ему помешал. Однако он принял предложение совместно отобедать, а заодно и увидеть собственными глазами, в каких условиях живет Гарри.

Заметив автомобиль, на котором мы сюда прибыли, Сириус хмыкнул и поинтересовался:

- А вы, должно быть, заядлый магглолюбец?

- Я люблю не магглов, а прогресс. Магический мир отстал в развитии от маггловского лет на сто, а кое-где и на двести, к тому же он слишком тесен для меня. Зачем довольствоваться малым, когда достижения всего человечества к моим услугам?

Блэк еще раз хмыкнул, но ничего на это не сказал. Всю дорогу до особняка он преимущественно отмалчивался, зато истории о Гарри слушал с жадным интересом. На входе в дом Мэри буквально просканировала его взглядом – слишком уж подозрительно выглядел гость – истощенный до крайности и в странной одежде.

После обеда, не дотерпев до десерта, Сириус задал мучивший его вопрос – когда он наконец-то увидит Гарри. Мы с Элис показательно переглянулись.

- Мистер Блэк, не думаю, что в ближайшее время это возможно.

Сириус моментально вспыхнул и уже вскочил было на ноги, как Элис сунула ему под нос зеркало. Мужчина сам отшатнулся от собственного отражения, и прежде чем он успел сказать хоть слово, я спросил:

- Скажите честно, вы бы подпустили такого человека к своему ребенку? Думаю, ни вам, ни мне не хотелось бы, чтобы у Гарри первое впечатление о крестном было именно таким.

Сириус сел на место и попытался успокоиться. Десять лет в тюрьме никого не украсят, да он сам ужаснулся, когда недавно впервые увидел себя в зеркале во время бритья, а сейчас все обстояло еще хуже. Лихорадочно горящие глаза, красные пятна гнева, по «песьей» привычке оскалившийся рот… Блэк сам признавал, что больше похож на безумного бездомного бродягу, чем на нормального крестного.

- Я не говорю, что вам вообще нельзя видеться с Гарри, уверен, он будет рад с вами познакомиться. Но перед первой встречей вам следует пройти реабилитацию более качественную, чем несколько восстанавливающих зелий в Мунго.

Сириус моментально вскинулся:

- Пройти реабилитацию? В психушку меня определить хотите?!

- В санаторий, - я пододвинул к нему яркий буклет. – Небольшой тропический остров, пальмы, белый песок, теплый океан, девушки в бикини… Все, что от вас требуется – раз в сутки на час приходить побеседовать к Доктору. Не такая уж тяжелая обязанность, согласитесь? А все остальное время можете заниматься чем пожелаете – плавать, загорать, пить коктейли.

Я использовал легкое гендзюцу, создавая у Сириуса непреодолимое желание наконец-то отогреться на солнце после десяти лет пробирающего до костей холода. Кроме того, я обследовал Блэка с помощью риннегана и пришел к неутешительным выводам. Его ментальная оболочка была повреждена почти так же сильно, как у меня в детстве, и помочь тут могла только божественная сила вроде моей. Поэтому я и хотел поместить его во внутренний мир, выдав за курорт, и как следует полечить. Возможно, даже удастся восстановить его бишоненистость, ведь судя по фотографиям десятилетней давности, Сириус был настоящим красавчиком.

- А на рождественские каникулы мы приглашаем вас в гости. Как раз и Гарри приедет из Хогвартса и сможет познакомиться с вами в домашней привычной обстановке, - Элис послала Блэку милую улыбку. – А Новый Год мы планировали встретить в американском Диснейленде, и вас с собой зовем. В прошлом году мы отмечали праздник в Париже, у нас потом куча фотографий и видеокассет осталась, хотите посмотреть?

Сириус моментально согласился, и Элис повела его в гостиную, непривычно мило щебеча. Блэк с головой ушел в просмотр фотоальбомов, и поначалу его расстроило то, что картинки не двигаются, но потом я включил видео, и все претензии к маггловским технологиям пропали.

После просмотра мужчина начал выглядеть странно задумчивым, а потом сам завел речь о санатории. Мне оставалось только согласовать дату, когда Блэк уладит свои дела и вернется сюда за «порт-ключом», а на самом деле я собирался просто отправить его во внутренний мир, создав иллюзию мгновенного перемещения. Иногда магия – очень полезная штука.

***

- Добро пожаловать, мистер Блэк!

Сириус, слегка дезориентированный перемещением, повернулся на голос и замер. В первый миг ему показалось, что у него двоится в глазах – после трансконтинентального порт-ключа и не такое может привидеться. Но нет, со зрением все оказалось в порядке, и его действительно встречали очень похожие девушки в белых купальниках с крупными красными крестами на груди.

- С прибытием! Надеюсь, вам у нас понравится! – с этими словами одна из девушек надела ему на шею венок из ярких тропических цветов.

- Прошу следовать за нами, мы вам здесь все покажем, - вторая близняшка указала на находящиеся неподалеку здания, и Сириус даже смог произнести в ответ что-то утвердительное.

Девушка пошла вперед, указывая дорогу, а Блэк смог убедиться, что и на задней части ее «униформы» тоже имеется красный крест. Похоже, Учиха не соврал насчет райского острова.

После десяти лет в ледяном аду Азкабана Сириус думал, что противоположным полом больше никогда заинтересоваться не сможет, да и колдмедики в Мунго прогнозами не обнадеживали. Но теперь, следуя за хорошенькими медсестричками, Блэк почувствовал не то чтобы мгновенное выздоровление, но некую надежду на исцеление все же ощутил.

Глава 20

- Драко, ты пауков не боишься? – я задержал Малфоя в спальне, когда остальные уже ушли на завтрак.

- Нет, а что?

- Тогда я тебе кое-что покажу.

Я отпер закрытую дверцу своей прикроватной тумбочки, и оттуда выпрыгнуло нечто шустрое и пушистое. Драко совсем по-девчачьи взвизгнул, когда рассмотрел, что это такое.

Вчера ночью я наконец-то нашел в Запретном лесу колонию акромантулов и успел пообщаться с этими занятными созданиями. Впрочем, на человеческом языке говорить мог только Арагог, остальные знали в лучшем случае всего по паре слов.

Не то чтобы у нас с Арагогом вышла нормальная светская беседа, но тот был не прочь немного поболтать, прежде чем приказать своим потомкам съесть меня. Конечно же, у них ничего не получилось, зато я смог слегка поразмяться.

Арагог впечатлился и говорить со мной начал уже совсем другим тоном. Я даже убедил его стать поставщиком весьма ценного яда. Пока мы разговаривали, остальные пауки собрались вокруг, сердито пощелкивая жвалами и потирая ушибленные места.

Обычно акромантулы имеют черную или темно-серую окраску, но один паучок, еще совсем маленький, почему-то родился серо-полосатым, как котенок, и из-за этого все его обижали. Я его заметил, когда один взрослый акромантул, разозленный недавним поражением, ударом лапы отбросил его прочь, отчего тот выкатился мне прямо под ноги.

Большинство детенышей выглядит умилительно, взять к примеру котят или щенков, и маленький паучок тоже был очаровательным, ну, насколько это возможно в его случае. Его тельце и лапки были покрыты мягкой густой шерсткой, отчего он казался толстеньким и неуклюжим.

Я поднял паука на руки и тот с перепуга попытался меня укусить, но моя кожа была слишком прочной. Размером он был как очень крупный тарантул.

- Тише, тише, я тебя не обижу, - я воздействовал на него толикой успокоительной реацу и осторожно погладил.

Паучка я забрал с собой, все равно он был тут никому не нужен, а мне еще один питомец не помешает. На ночь я устроил его в прикроватной тумбочке в гнезде из сухой травы, а утром собирался показать Гарри и попугать Драко.

Акромантулы обычно ведут ночной образ жизни, но мой почему-то был бодрым с самого утра, а когда услышал крик Малфоя, тут же кинулся ко мне, ища, где бы спрятаться.

- Не бойся, малыш, Драко ничего тебе не сделает, - я выловил паучка из своих волос и начал поглаживать. - Он не страшный, он просто кричит громко.

- Т-ты! Ты зачем тарантула в спальню притащил! - Малфой пришел в себя и теперь разозлился.

- Это не тарантул, а маленький акромантул, - уточнил я.

- Еще хуже! Ты совсем с ума сошел?!

- Да не кипятись ты так. Я его вчера в Запретном лесу нашел, а сегодня отправлю брату, он у меня зверушек любит. Зато я с его пра-прадедушкой познакомился и тот рассказал, что лично знал Волдеморта, когда тот еще в Хогвартсе учился, представляешь?

- Во?.. - Драко спохватился и недоговорил это имя. - Ты с акромантулом разговаривал?

- Ага. Оказывается, пауки вполне разумны. А Арагог так и вовсе разговаривает на хорошем английском, что особенно удивительно, учитывая воспитание Хагрида.

- Хагрид? Он-то тут при чем?

- Он тоже учился в Хогвартсе в одно время с Волдемортом, но тот его подставил, свалив вину за убийство Плаксы Миртл на полувеликана и его ручного акромантула. Хагрида выгнали из школы и сломали палочку, а Тома Риддла наградили кубком.

- Откуда ты все это знаешь? - подозрительно спросил Драко.

- Так я же говорил - мне Арагог все рассказал. С привидением Миртл я недавно познакомился, она настоящая находка для шпиона, а кубок в Зале Наград видел и просто сопоставил даты.

- И что, акромантул тебе просто так взял и все рассказал?

- Конечно, - улыбнулся я. - Ему хотелось поболтать на человеческом языке. Правда, потом он приказал своим потомкам съесть меня, но акромантулы - не такие уж серьезные противники. Они ведь не охотятся за добычей, а расставляют ловушки и ждут, пока туда кто-нибудь попадется, поэтому их скорость и ловкость оставляют желать лучшего. Их не так уж сложно победить.

- И ты думаешь, будто я поверю в эту чушь, будто ты одолел кучу огромных пауков?

- Почему бы нет? - хмыкнул я и в доказательство пробежался по стене до самого потолка и, сделав в воздухе сальто с разворотом, приземлился на пол прямо перед Драко.

Малфой охнул и отскочил назад, а паучок, которого я до сих пор держал в руках, издал что-то вроде восторженного писка - такие прыжки пришлись ему по вкусу.

- Вот и умничка. - я почесал пушистую спинку питомца. - Хоть ты и акромантул, не переживай, мой старший брат все равно сможет вырастить из тебя быстрого и ловкого убийцу.

- Псих! - выдохнул Драко. - И чтобы к обеду в Хогвартсе не было никаких акромантулов, а то я все Снейпу расскажу!

- А я-то думал, тебе понравится, - притворно надулся я. - Малыш ведь такой милый! И его можно погладить. Ну, вот скажи мне, где еще у тебя будет возможность погладить настоящего акромантула? Ты ведь упускаешь единственный в своей жизни шанс!

- Обойдусь, - буркнул Малфой. – Это только ты настолько чокнутый, чтобы добровольно живых ядовитых пауков трогать.

Драко внимательно проследил, как я со всем комфортом устраиваю питомца в коробке с дырочками для вентиляции.

- Ну вот, теперь можно идти на завтрак, - заявил я, держа коробку в руках.

- Что?! – возмутился Малфой. – Я за один стол с акромантулом не сяду!

- Неженка, - закатил я глаза. – Если так боишься, то я пойду к гриффиндорцам.

- Вот и катись к своим грифам, они как раз подходят тебе по уровню интеллекта, - надулся мальчик. – И почему Шляпа вообще отправила тебя в Слизерин?

- Подозреваю, что она просто хотела отомстить слизеринцам, - фыркнул я.

Младшекурсники Гриффиндора заметно оживились, заметив, что я собираюсь сесть за их стол. В последнее время я, как порядочный слизеринец, их вниманием не баловал, даже вечерами стал реже приходить в общую гостиную. Как ни странно, на красно-золотом факультете было полно моих фанатов, их даже специфический учиховский юмор не страшил. Хотя, это же гриффиндорцы, их такой ерундой не испугаешь.

Я сел рядом с Гарри, и прежде, чем успел поздороваться, Рон с любопытством выпалил:

- Что это у тебя в коробке?

Как раз в этот момент паучок заскребся изнутри, видимо, почувствовав запах еды. Я чуть-чуть приподнял крышку и просунул туда кусочек отварного куриного мяса. На миг мелькнули пушистые лапки, и шебуршание в коробке стало активнее. Маленькие акромантулы питаются как раз птицами и мелкими животными, которых ловят с помощью паутины. Потом опрыскивают добычу своим магическим ядом, заматывают в кокон, и через некоторое время получают питательный «бульон».

- Рон, подумай еще раз, ты действительно хочешь знать, что у меня в коробке?

- Эээ… Нет, не хочу, - Уизли заметно сбледнул и отодвинулся от меня подальше.

- Вот и я так подумал, - хмыкнул я.

Больше вопросов мне никто не задавал. После завтрака Гарри пошел со мной в совятню, где я познакомил его с моим новым питомцем. После змеи и говорящего ворона мальчик не увидел ничего странного в ручном пауке. Зато Кра смотрел на акромантула как-то слишком уж подозрительно, возможно, почуял в нем природного врага. Пришлось несколько раз повторить ворону, что паучка обижать нельзя. Получив внушение, Кра тут же сделал вид, что ему и дела нет до моего нового питомца, и милостиво протянул лапу, чтобы я мог привязать посылку.

Мне было жалко отправлять маленького акромантула в такое долгое и не особо комфортное путешествие – что-то мне подсказывало, Кра не постесняется хорошенько растрясти его по дороге. Поэтому я через внутренний мир мгновенно переместил паучка к моей взрослой версии, а к лапе ворона привязал письмо, составленное по всем канонам эпистолярного жанра. Почему-то, моему клону ужасно нравилось получать от меня письменные послания, особенно, если они начинались со слов «уважаемый старший брат». Впрочем, у всех свои причуды, а мне не трудно побаловать собственную копию.

***

Погода совсем испортилась, и ночной Хогвартс стал куда привлекательнее Запретного Леса. К тому же я изучил почти всех интересных существ, обитающих там. Впрочем, магических созданий там было не так много, около двух десятков видов, да и большинство уже собрались в спячку. Поэтому кроме акромантулов, никто меня не порадовал. Единороги оказались красивыми и милыми, но глупыми, как клубкопухи. От моей взрослой формы они шарахались как от огня, зато одиннадцатилетней версии спокойно позволяли себя гладить. А уж когда я угостил их конфетами, так и вообще начали считать за своего.

На кентавров я тоже полюбовался, но незаметно для них. Забавно, но почему-то этот магический народ напомнил мне американских индейцев. Они даже трубки с какой-то ароматной травой курили, усевшись кружком у костра. Потом долго смотрели в небо и несли какую-то непонятную чушь. Тоже мне, звездочеты, даже Трелони будущее лучше предсказывает.

Из-за всего этого я решил полностью сосредоточиться на изучении Хогвартса. В таком древнем замке наверняка найдется не одна тайная комната, подземный ход или замурованный в стене скелет. Начать я решил с подземелья и первым делом поинтересовался у Кровавого Барона, есть ли тут интересные места. Призрак указал мне две личные лаборатории бывших зельеваров, но там уже несколько сотен лет никто не бывал, и почти все ингредиенты оказались испорчены. Зато я разжился чем-то вроде лабораторных журналов и старинными книгами. Еще Барон открыл три потайных хода, которыми давно уже не пользовались, и даже предложил свои услуги в качестве гида. Но свидетели мне были не нужны, так что я отказался.

Под Хогвартсом обнаружилось множество подземных ходов и залов, куда не могли попасть школьники, так что, обследуя их, я чувствовал себя причастным к какой-то удивительной тайне. Мне даже начало казаться, что сам замок словно наблюдает за мной, но как я ни старался уловить что-то необычное, вроде разума или даже души, живущей в этих древних камнях, так ничего и не обнаружил.

Зато помимо этого нашлось несколько занятных вещей вроде тюремных камер и прекрасно оборудованных пыточных. Похоже, у Хогвартса были темные времена, о которых в истории не упоминается.

Побродив по подземному лабиринту, я обнаружил еще один потайной ход и оказался в какой-то пыльной комнате, заставленной старой мебелью. При моем приближении один из покосившихся шкафов дрогнул и с жутким скрипом распахнул дверцы. И оттуда вдруг шагнул Итачи с искаженным от ненависти лицом.

- Ты убил моего брата! Я уничтожу тебя за это!

Глава 21

В первое мгновение от шока я даже шевельнуться не мог. Внезапно накатил пронизывающий до костей ужас, как бывает иногда в кошмарах, когда даже дышать не можешь, но тут сработала система самогендзюцу и отключила эмоции. Я почти машинально отбил руку Итачи с зажатым в ней кунаем, и понял, что здесь что-то не то. Нии-сан никогда не был таким слабым, да и кунай, отлетев в сторону, просто растворился в воздухе, так и не коснувшись пола.

Мой мозг наконец-то отошел от шока и заработал нормально. Вряд ли Итачи мог переместиться в этот старый шкаф из другой вселенной, а значит, это просто кто-то пытается меня запугать. К счастью, в волшебном мире не так уж много любителей выпрыгивать из темных укромных мест и повергать в ужас прохожих, поэтому и вариант был только один – на меня напал боггарт.

- Умри! – псевдо Итачи протянул ко мне руки, явно собираясь сжать мою шею, но я легко смог освободиться от его хватки.

Теперь уже я поймал его запястья, и призрак слабо дернулся, пытаясь освободиться.

- Я убью тебя, - как-то неуверенно произнес он.

Забавно было видеть такую озадаченность на лице Итачи, я даже улыбнулся. Да и вообще здорово было встретить его столько лет спустя, пусть даже как плохую копию. И хотя он первым делом пообещал убить меня, я все равно рад был его видеть. Пожалуй, боггарт с такой внешностью мне в хозяйстве пригодится.

Должно быть, моя улыбка стала настолько широкой и маньячной, что псевдо Итачи задрожал и начал вырываться активнее. Меня это развеселило еще больше, и не знаю, чем бы кончилось дело, но боггарт вдруг стал полупрозрачным и неосязаемым, после чего струйкой тумана просочился обратно в шкаф и громко захлопнул дверцы.

- Эй! – возмутился я и попытался открыть их, но призрак упирался, крепко держа их изнутри.

Я не стал ломать шкаф, чтобы достать оттуда «Итачи», так как боялся случайно прибить его. Пришлось действовать по-другому. Я отошел подальше от шкафа и настроил систему самогендзюцу так, чтобы казаться напуганным. Как только я опять приблизился к шкафу, дверцы тут же распахнулись и боггарт радостно выскочил мне навстречу снова в образе Итачи:

- Умри!

Он сходу попытался меня задушить, но пальцы у него были настолько слабыми, что его хватка даже дышать почти не мешала. Пару минут спустя боггарт почувствовал подвох и опять попытался ткнуть меня кунаем, но тот оказался еще тупее тренировочных и даже царапины не оставил.

- Сдохни! – неуверенно пробормотал он и снова попытался ретироваться.

И как ни пытался я его удержать, «Итачи» все равно утек сквозь пальцы и спрятался в шкаф. Хорошая игрушка, но хватает ее ненадолго, я хотел бы подольше с ней поиграть, да и вообще, забрать себе насовсем. Только вот во внутренний мир его запечатать – точно не вариант. Кусок Волдеморта, который я выковырял из диадемы, чувствовал себя там хуже с каждым днем, пришлось даже в стазис его поместить, чтобы совсем не деградировал. Но в то же время, Гарри, который не раз бывал в «виртуальности», никаких проблем не испытывал. Должно быть дело в том, что у него был собственный мощный источник магии, который без проблем переносил мою чакру и духовную энергию. Других живых или не очень живых существ я пока в свой мир не запечатывал, так что информации было мало.

Поэтому я нашел среди хлама что-то вроде небольшого сундука с оторванными боковыми ручками, с третьей попытки заманил туда боггарта и запер крышку на замок. Похоже, боггарты – не очень умные создания, если этот каждый раз велся на наигранный страх и вылезал меня попугать. Сундук я притащил в спальню и затолкал под кровать, и так как была поздняя ночь, мои однокурсники все проспали. Мой новый питомец вел себя довольно тихо, лишь изредка шуршал там чем-то и постукивал.

А в среду на очередное занятие к Снейпу я отправился, левитируя перед собой мелко подрагивающий сундук. Профессор молча вскинул бровь, ожидая, пока я сам все не объясню. В последнее время он вообще старается поменьше со мной разговаривать, потому что мои ответы ему по большей части совсем не нравятся.

- Сенсей, мне нужна ваша помощь!

Снейп обреченно вздохнул:

- Позволь предположить, в сундуке у тебя боггарт, и ты хочешь провести над ним некий негуманный эксперимент.

Он уже привык, что я постоянно ему притаскиваю что-нибудь интересное – старинную книгу, необычный ингредиент вроде свежего яда акромантула или даже какую-нибудь странную зверушку или растение.

- Сенсей, я вам сегодня уже говорил, что вы гениальны?

- Твоя лесть на меня не действует. К тому же, боггарты нематериальны, их невозможно использовать в зельеварении.

- Так я же не из него хочу зелье сварить, а сделать так, чтобы боггарт не мог сменить форму. Я поискал в библиотеке, но не нашел ничего подходящего – ни зелий, ни заклинаний. Они вообще существуют?

- Насколько я знаю, нет. Обычно люди предпочитают бежать от своих страхов, а не любоваться на них, - хмыкнул Снейп. – Зачем тебе понадобился «замороженный» боггарт?

- Для тренировки. Если долго чего-то бояться, то в какой-то момент чувства просто перегорают, и остается только равнодушие. А мой боггарт через пару минут превращается в туман и утекает, я просто не успеваю как следует привыкнуть.

Профессор как-то странно посмотрел на меня, но все-таки ответил:

- Для излечения фобий лучше обратиться к специалисту.

- Вряд ли они смогут мне помочь. Давайте я лучше покажу вам свой самый главный страх.

Я откинул крышку сундука, и злой как демон Итачи предстал перед нами во всей красе. Боггарт не мог испускать ки, но все равно выглядел впечатляюще, Снейп даже выхватил палочку.

- Я убью тебя! – псевдо Итачи уже почти привычно принялся меня душить, и профессор послал в него заклинание.

- Ридикулус!

- Протего! – я отбил заклинание. – Не волнуйтесь, сенсей. Боггарт настолько слабенький, что его хватка даже говорить не мешает.

- Ты!.. Ты!... – у Снейпа просто слов не нашлось, как уже случалось пару раз при общении со мной.

Тут поддельный Итачи попытался ткнуть меня кунаем, я с легкостью отмахнулся, а у Северуса задергался глаз. Боггарт наконец-то сообразил, что его снова дурят и попятился к сундуку, собираясь скрыться. Я схватил его за руку, пытаясь удержать, но тот опять утек как дым сквозь пальцы.

- Вот об этом я и говорил, - недовольно произнес я. – Можно его как-нибудь заморозить, чтобы он не мог снова в сундук спрятаться?

Профессор уже оправился после моего небольшого представления, но все равно сердито хмурился.

- Что-то я не заметил, будто тебе страшно.

- Это сейчас я уже привык немного, а в первый раз пошевелиться не мог от ужаса. Еще неделя интенсивных тренировок – и меня даже оригинал не испугает.

Снейп смерил меня странным взглядом:

- Не проще ли разобраться с первопричиной страхов? – спросил он, имея в виду человека, образ которого принял боггарт.

- Не проще. Это еще один мой старший брат, правда, мы о нем стараемся не упоминать. Я уже больше года даже имени его не произносил.

- И… почему он хочет тебя убить? – осторожно спросил Северус.

- Как будто у людей мало причин желать мне смерти, - очаровательно улыбнулся я в ответ. – Готов поспорить, профессор, даже вы можете назвать с десяток оснований прикончить меня.

Снейп едва заметно поморщился, и я понял, что причин он сможет назвать намного больше. Но, тем не менее, Северус все-таки согласился помочь мне с разработкой формулы. Постепенно он и сам втянулся в процесс, и через полтора месяца зелье было готово. Достаточно было побрызгать им боггарта, и тот два часа не мог сменить форму. Но так как почти все эксперименты проводились на самом первом подопытном, он получил передозировку зелий и навсегда «застыл» в виде Итачи.

Должен признать, что это был лучший подарок к Рождеству в моей жизни. Было так весело гоняться за поддельным Итачи по всей комнате или уговаривать его вылезти из-под кровати. Кажется, от ежедневных тренировок боггарт даже стал умнее, по крайней мере, он научился говорить еще несколько фраз вроде: «Отстань от меня!» и «Спасите хоть кто-нибудь!».

Боггарта я поселил в шкафу в своей спальне лондонского особняка и частенько приходил к нему поиграть. Клонам эта забава тоже нравилась, так что псевдо Итачи не голодал и не скучал в одиночестве.

Глава 22.1

Но на этом подарки от мироздания не закончились. За день до начала рождественских каникул раздувшийся от гордости Кра принес мне долгожданную посылку из дома – продолговатую прямоугольную коробку, перевязанную красной атласной ленточкой.

- Не рановато ли для подарков? – насмешливо спросил сидевший рядом Драко.

- Этот подарок я заказал еще пять месяцев назад, так что, скорее, поздновато, - хмыкнул я, снимая обертку и открывая коробку.

- И зачем тебе вторая палочка? – недоуменно произнес Малфой, увидев содержимое упаковки.

- Для коллекции, - ответил я и широко взмахнул палочкой.

Однако никакой иллюминации в виде искр не последовало. Палочка Гарри слушалась меня как родная, а эта почти не реагировала. Я попробовал несколько простых заклинаний, но магия словно бы с неохотой откликалась на мои действия.

- Она тебе не подходит, - прокомментировал Драко. – Маги вообще редко могут подобрать себе вторую палочку, если только на дуэли кого-нибудь победят и заберут чужую.

- И что же мне теперь, Волдеморта воскрешать?

- Что?! Ты хочешь сказать это… - Малфой запнулся, не договорив, и во все глаза уставился на палочку, приоткрыв рот от потрясения.

- Ага. Когда нам с Гарри покупали палочки, Олливандер сказал, что остролистовая является как бы «сестрой» той, что оставила шрам в виде молнии. Но остролистовая и мне подошла, вот я и подумал, что Волдемортовская тоже будет слушаться. К тому же Гарри ведь победил Волдеморта, однако ему эта палочка не нужна, вот он и решил подарить ее мне. Но, кажется, просто подарить ее нельзя, надо отнять силой, - вздохнул я и принялся ожесточенно тыкать палочкой в вилку, пытаясь превратить ее в ложку.

Процесс шел медленно и со скрипом, и через пять попыток предо мной лежало что-то металлическое и бесформенное. Драко не выдержал и театрально закатил глаза, не в силах смотреть на такое вопиющее святотатство.

- Упертая какая, - недовольно произнес я, разглядывая результат трансфигурации. МакГонагалл за такое выше «Удовлетворительно» не поставила бы. – Ладно, и так сойдет. Кстати, помнишь, как Петигрю называл Квирелла Лордом? Я подумываю сегодня на Защите от темных сил сесть на первую парту и понаблюдать за его реакцией.

- Псих, - привычно и уже не особо эмоционально отозвался Малфой.

- Так ты тоже думаешь, что Квирелл – это Темный Лорд?

- Нет! Но рядом с тобой сегодня не сяду.

- Как хочешь, но за реакцией Квирелла проследи.

Урок Защиты начался как обычно, за исключением того, что я сидел в одиночестве. Обычно я садился с Драко, и теперь однокурсники удивленно косились на нас, однако вопросов не задавали.

Все шло нормально, пока Квирелл не повернулся к доске, чтобы записать тему урока. Не успев вывести и первую букву, он как-то странно дернулся, сделал шаг спиной вперед, и резко обернулся.

Все ученики пораженно смотрели на эти странные телодвижения. Нет, Квирелл постоянно дергался, трясся и заикался, но еще никогда так сильно. Мне даже показалось, что он сейчас на меня кинется и попытается отнять палочку – настолько безумный взгляд у него был. Но обошлось – преподаватель еще несколько раз странно дернулся, потом пробормотал что-то и скрылся за дверью. Вернулся он только минут через пятнадцать и все оставшееся время старался на меня даже случайно не взглянуть.

После урока я догнал Драко и спросил:

- Ну как? Ты видел это?

- Ничего я не видел, - недовольно проворчал мальчик. – Профессор Снейп иногда тоже вздрагивает, когда тебя замечает, конечно, не так сильно дергается, как Квирелл, но он себя просто лучше контролирует.

- Пфф! Признай уже, что Квирелл – это Волдеморт, и сегодня он хотел забрать у меня свою палочку.

Но Малфой остался непреклонен в своем мнении.

- Ну как хочешь, - пожал я плечами, - хотя было бы весело еще как-нибудь над ним приколоться.

- Ненормальный, - привычно пробурчал Драко. - Если сам не боишься дергать тигра за усы, то хотя бы других учеников не втягивай!

- Так ты все-таки признаешь, что это может быть Волдеморт?

- Нет! И хватит приставать ко мне с этими глупостями!

На следующий день большая часть учеников покидала Хогвартс, чтобы провести рождественские каникулы дома с семьей, и мы с Гарри были среди этих счастливчиков. А на платформе девять и три четверти нас поджидали мой клон и Элис. Сегодня они особенно постарались со своим внешним видом, и от них буквально исходила аура красоты и богатства. Окружающие постоянно на них косились, но подойти и заговорить не рискнул никто.

- Ах, мой сладенький пупсик! Я так по тебе соскучилась! – Элис молниеносно сгребла меня в охапку, профессионально пресекая все попытки к бегству. – Кто мой маленький ангелочек? У кого самые милые щечки на свете?

Немного потрепыхавшись в бесплодных попытках освободиться, я просто притворился мертвым, даже глаза закатил, высунул язык и подергал ногой в якобы предсмертных конвульсиях. Впрочем, мою «мачеху» это совершенно не смущало, и тисканья продолжались с прежним энтузиазмом.

Гарри тоже получил дозу обнимашек от моего клона, но так сильно, как меня, его не мучили. Наконец, Элис надоело меня жамкать, и она, переглянувшись со взрослым Саске, произвела обмен младшими братьями.

Теперь уже Гарри перепало объятий и поцелуев от Элис, а также обзываний котенком, малышом и конфеткой. Но мальчик героически терпел, мне даже показалось, что в глубине души ему все это нравилось.

Затянувшуюся экзекуцию прервало семейство Малфоев, чинно прошествовавшее к нам. Я тут же перестал притворятся мертвым, а клон, наконец-то, поставил меня на землю.

Глава 22.2

Люциус церемонно раскланялся и завязал разговор. А потом неожиданно пригласил меня с Гарри погостить в Малфой-меноре на каникулах, и кроме того позвал нас всех на Рождественский прием и Новогодний бал. Обычно такие приглашения за месяц - полтора делают, а не вот так спонтанно, но тут в разговор вступила Нарцисса, и ситуация прояснилась. Миссис Малфой упомянула, что видела Сириуса, и ее страстное желание поближе познакомиться с семьей Учиха сразу стало понятно. Чудесным образом преобразившийся Блэк всем любопытствующим рассказывал, что своим прекрасным внешним видом обязан некому загадочному «центру красоты», принадлежащему Элис.

Я все-таки решил открыть свой бизнес в магическом мире, и после тщательного анализа понял, что маги уделяют преступно мало времени и денег своему внешнему виду. В волшебном квартале не было ни одного салона красоты, только парочка парикмахерских и больше ничего. Так что я не стал мелочиться и организовал целый оздоровительно-косметический комплекс, где будут трудиться несколько зельеваров, массажистов, косметологов и стилистов. Последних найти было очень сложно, пришлось их прямо из Франции переманивать. Открыться центр должен был только после Нового Года, но Сириус, послуживший ходячей рекламой, уже обеспечил нам клиентов на несколько месяцев вперед.

И тем не менее, Нарцисса смотрела на нас так, словно прямо не сходя с места начнет пытать, если мы не захотим познакомиться с ней поближе. Я мысленно посовещался со своими клонами, и мы дружно решили, что было бы интересно посмотреть, как живут настоящие маги. Так что слово взяла моя старшая копия:

- Очень заманчивое предложение. Однако я уже обещал Гарри, что мы встретим Новый Год в американском Диснейленде. Но Саске там уже был, так что он может остаться, и Элис вместе с ним.

Я тут же выразил горячее желание провести часть каникул с Драко, и Нарцисса расслабленно улыбнулась. Зато Люциус выглядел не очень-то довольным, похоже, ему эта идея не очень нравилась. И тем не менее все мы вежливо распрощались, договорившись связаться с помощью сов на следующий день.

Мой взрослый клон мгновенно переместил нас всех в поместье, ведь сегодня на вечер у нас было намечено важное событие – праздничный ужин в честь окончания первого полугодия и встреча с Сириусом, который должен был прийти сегодня в гости.

Крестный Гарри заявился с такой горой подарков, будто решил компенсировать все пропущенные праздники разом. Так что за столом царила довольно оживленная атмосфера – сначала клон и Элис разговорили Сириуса, а потом «эстафету» перехватил Гарри, умело вытянув из Блэка всю интересную ему информацию. Моя взрослая копия притворно смахнула сентиментальную слезу, и все присутствующие, кроме Сириуса, смогли прочитать по его губам фразу: «Мой маленький братик совсем вырос».

Когда ужин закончился, нас с Гарри отправили спать, а взрослые продолжили праздновать. Я даже не стал вникать в то, что они там обсуждали – детское тело брало свое, и глаза прямо-таки слипались. А зря, очень зря. Клоны без меня чуть такого не натворили, что просто волосы дыбом.

Начиналось все довольно невинно – моя взрослая копия предложила всем выпить саке. Кстати, его магическая версия, которую заказывали прямиком из крупнейшего магазина в магической части Токио, была куда крепче маггловской. Когда оно закончилось, Сириус предложил угоститься огневиски, а потом в ход пошли и остатки шампанского.

Моя взрослая копия отправилась поискать в доме еще чего-нибудь горячительного, а когда вернулась, застала возмутительную картину. Элис за время отсутствия «мужа» успела зажать Сириуса в угол дивана и принялась лапать самым бессовестным образом. Тот вяло сопротивлялся, потому что уже был слишком пьян для более решительных действий. Впрочем, у него и трезвого было бы мало шансов против Элис.

- Что здесь происходит?! – ледяным тоном осведомился клон, и Блэк даже почти протрезвел, вспомнив, что у хозяина поместья имеется большая коллекция холодного оружия, которым тот прекрасно владеет.

Сириус уже успел мысленно попрощаться с этим светом и приготовиться к «горячей» встрече с предками, когда выяснилось, что обращаются не к нему.

- Элис, ты что творишь?

Та моментально приняла невинный вид и сложила руки на коленях. И выглядела бы как пай-девочка, если бы это не были колени Сириуса.

- А что такого?

- Это же крестный Гарри!

- Но он же бишонен! Ты сам посмотри, какой хорошенький!

- Это не повод! Ты только представь, что подумает Гарри, когда узнает!

- Ну вот, - Элис обиженно надулась и даже немного отодвинулась от Сириуса. – Все время ты мне кайф обламываешь.

- Смирись. Такова жизнь.

- Это не жизнь такая, это ты мне все время малину топчешь. Ну, ничего, скоро и я на тебе отыграюсь. А пока дай, что ли, горе запить, - она выхватила у клона из рук бутылку коллекционного коньяка, сделала большой глоток и передала Сириусу.

Тот тоже приложился к горлышку, запивая пережитый стресс, и пустил бутылку дальше. Вскоре в гостиной вновь воцарилась атмосфера всеобщего уважения и любви ко всему миру, а Блэк подумал, что Учиха, конечно, немного странные, но очень хорошие люди, и что ему ужасно повезло с ними познакомиться. И что, похоже, он совершенно выздоровел, и все последствия Азкабана совершенно сошли на нет, хотя хвастаться этим в данный момент было бы неуместно.

Глава 23

Сириус остался погостить, поэтому Рождество встречал с нами, и значительная часть подарков под елкой была от него. Кажется, он не ожидал, что праздник пройдет в такой тихой обстановке, и не будет толпы гостей.

- Рождество – семейное торжество, - ответил мой клон на его удивление. – Хотя, если честно, я не понимаю, почему маги празднуют день рождения сына божьего. В библии прямо сказано, что колдовство грех, а в средние века христиане с большим удовольствием сжигали волшебников на кострах, ну, или пытались это сделать.

- Эээ, - растерялся Сириус, но быстро нашелся с ответом. – Это просто традиция такая, ничего больше. И если тебе так не нравится этот праздник, то почему ты сам его отмечаешь?

- Из-за Гарри, для него это важно, - клон кивнул в сторону мальчика, радостно потрошащего очередную коробку с подарком. – На самом деле я отмечаю Рождество второй раз в жизни. Моя семья всегда придерживалась крайне консервативных взглядов, и мы не праздновали ничего новомодного вроде дня святого Валентина или Хеллоуина.

- Сочувствую, - Сириус хмыкнул и хлопнул клона по плечу. – Ты пропустил много интересного. Тяжело иметь таких старомодных предков.

- Не знаю, не успел прочувствовать в полной мере, потому что моих родителей убили, когда я был еще ребенком.

- Извини, не хотел напоминать.

- Ничего страшного, это давно было. Зато я хорошо понимаю Гарри.

- Я рад, что у него есть ты. Потому что крестный из меня вышел хреновый, и опекун, наверное, был бы не лучше, - скривился в нерадостной улыбке Сириус.

- Ну, так еще не все потеряно. Книжки о воспитании детей почитай, на курсы какие-нибудь походи, и еще сможешь наверстать упущенное.

- Саске! Смотри, что мне подарили! – разговор прервало неожиданное восклицание Гарри, вскрывшего очередную коробку с подарком.

Мальчик подбежал ближе, радостно демонстрируя нечто воздушное и серебристое, словно текущее сквозь пальцы.

- Это же мантия-невидимка Джеймса, - удивленно произнес Сириус, моментально узнавший легендарную вещь. – Но как она сюда попала?

- Тут есть записка, - Гарри протянул клону клочок пергамента с надписью «Используй ее с умом» и сам подарок.

- Почерк Альбуса Дамблдора, - хмыкнул клон.

- Что?! Так это у него была мантия?! – возмутился Блэк. – В то время как она могла бы пригодиться Джеймсу и Лили…

Он замолк и сжал кулаки.

- Радует, что директор вообще ее вернул, столько-то лет спустя, - клон вернул записку и мантию Гарри. – Попробуй примерить.

Мальчик тут же завернулся в слишком большую для него накидку и пропал из виду.

- Ух ты! Здорово! И отвод глаз не нужен.

- Отвод глаз? – заинтересовался Сириус. – Что это?

- Это – вот, - я возник рядом с Блэком, заставив его удивленно вздрогнуть.

- Ничего себе. Как ты это сделал?

- Очень просто. Нужно просто почувствовать дыхание вселенной и подстроиться под него, стать одним целым с окружающим миром.

- Эээ…

- Гарри тоже так умеет, - я сделал шаг в сторону и безошибочно нашел невидимую руку мальчика, а потом стянул с него мантию. – Покажи крестному, а то он, кажется, не верит.

Я щелкнул пальцами, на мгновение отвлекая внимание Блэка, а когда он повернулся к Гарри, того на месте уже не было.

- Что? Как это?..

- Я здесь, - хихикнул Гарри, появившись с другой стороны от удивленно таращившегося в пустоту Сириуса.

- Ничего себе, - выдохнул крестный, - тебе и мантия не нужна.

- Вот только невидимость исчезает, стоит лишь заговорить или потерять концентрацию, - вздохнул мальчик.

- Что это за способность? Это ведь не заклинание?

- Это меня Саске научил! Он много всяких классных штук умеет!

- Гарри очень способный ученик, и у него явно есть талант, - клон привычно взъерошил непослушные волосы мальчика и повернулся к Сириусу. – Хочешь посмотреть на тренировку? Или даже поучаствовать?

- С удовольствием!

- Тогда все переодеваемся в спортивную одежду и встречаемся на первом этаже рядом с лестницей.

Четверть часа спустя Сириус удивленно разглядывал просторный зал для тренировок, в котором находилось множество непонятных приспособлений. Единственное, что Блэк смог опознать – мишени с нарисованными на них концентрическими кругами. У одной из стен располагалась стойка с деревянными мечами и метательными ножами, а вдоль второй располагались странные снаряды, наверняка имевшие отношение к спорту, но за это Сириус бы не поручился. На его взгляд, подобные штуки можно было запросто использовать и для пыток.

После разминки, знакомой Блэку с санатория, Учиха перешли к основной части тренировки. Мальчики, переодевшиеся в одинаковые рубашки и штаны из белой плотной ткани, встали друг напротив друга и поклонились, сложив руки перед грудью, а потом встали в боевые стойки.

Сириус, знавший о боевых искусствах весьма поверхностно, заинтересованно подался вперед, наблюдая за тренировочным поединком. В аврорской академии, которую он в свое время закончил, преподавали основы рукопашного боя, но то, что сейчас демонстрировали дети, значительно превосходило все его скромные познания.

Гарри постепенно ускорялся, нанося удары все быстрее и мощнее, а под конец и вовсе выполнил толчок с помощью магии, отбросив меня на пару метров. Мы с ним были примерно одинакового роста и веса, но мое тело было прочнее и сильнее, так что я никогда не выкладывался в поединках полностью. Однако результат все равно впечатлял.

- Молодцы! – Элис даже захлопала в ладоши. – Вижу, вы в Хогвартсе времени даром не теряли и здорово подтянули свои навыки.

- Это было невероятно! – Сириус тоже впечатлился. – Никогда такого не видел. Если бы Гарри был немного постарше, то и со взрослым магом справился бы даже без палочки.

- А Гарри и сейчас смог бы справиться со взрослым магом, и даже не одним, - я передал мальчику перевязь с метательными ножами, и тот с готовностью их принял.

Сначала он просто метал ножи один за другим, безошибочно попадая в цель, а потом выполнил свой любимый трюк с взбеганием по стене и эффектным переворотом. После такого фокуса глаза у Сириуса стали просто квадратными.

- Как это?!

- Все дело в упорных тренировках, - просветил его клон. – Кстати, не желаете тоже поучаствовать? Гарри хотел поучиться уклоняться от заклятий.

Сириус согласился, и моя взрослая копия объяснила, что для этого требуется.

- Вы становитесь в разных концах зала, и ваша задача – попасть в Гарри каким-нибудь безобидным заклинанием, вроде Таранталлегры, а его – добежать до вас, не поймав ни одного проклятия, и обезоружить.

Убедившись, что все поняли правила, Элис дала отмашку к началу, и Гарри очень быстро преодолел половину пути, но остановился, поняв, что Сириус специально кидает заклинания мимо.

- Так не честно, крестный! Я ведь ничему не научусь, – мальчик очень похоже изобразил взгляд маленького олененка.

- Извини, - тут же покаялся Блэк. – Просто палочка не поднимается тебя проклясть.

- Не волнуйся, - Гарри хмыкнул, кого-то мне до боли напомнив. – Ты все равно не сможешь в меня попасть.

- Так сильно в себе уверен? – засмеялся Сириус. – Я, вообще-то, аврором был и тоже кое-что умею.

- Давай проверим, - мальчик вернулся на исходную позицию, и после отмашки Элис начался второй раунд.

В этот раз Блэк постарался и заклинания кидал вообще без пауз, как только у него дыхания хватало выкрикивать эти зубодробительные формулы. Однако как бы он ни старался, Гарри оказался быстрее разноцветных лучей, вылетающих из палочки бывшего аврора. Он отпрыгивал, пригибался, уходил перекатом от заклинаний, но все равно неуклонно приближался к противнику. Последние два метра мальчик преодолел на такой скорости, что без использования магии тут явно не обошлось. Сириус прервался на середине заклинания, когда что-то вдруг сжало его правую руку, от чего пальцы вдруг онемели и сами собой разжались, выронив палочку. И только тут он понял, что это Гарри держит его за запястье, нажимая на аккупунктурные точки, вызвавшие легкий паралич кисти.

- Попался! - радостно воскликнул мальчик и отпустил его руку, тут же восстановившую чувствительность.

- Великолепно! – клон подхватил Гарри на руки и высоко подкинул в воздух. – Кто у нас самый крутой маленький волшебник на свете?

Мальчик в ответ рассмеялся, раскинув руки, словно хотел взлететь, как птица, но сила притяжения была неумолима. Моя копия поймала его и еще несколько раз подкинула, а потом закружила.

Сириус смотрел на все это и никак не мог уложить в голове произошедшее. То, что сделал его крестник, было просто невероятно, ничего подобного Блэк в жизни не видел. Это даже немного пугало – насколько ловким и быстрым был Гарри. Да что там, один тот прием с разоружением уже многого стоил, и плюс еще и возможность становиться невидимым. И все это в одиннадцать лет и без палочки! А Учиха относились к невероятным успехам Гарри как к какому-то вполне обычному событию, словно для них подобные трюки были в порядке вещей. Оставалось только догадываться, какими способностями обладают они сами.

***

На следующий день Гарри, мой взрослый клон и Сириус на самолете улетели в Соединенные Штаты, чтобы погулять по Диснейленду и встретить Новый год на океанском побережье, попивая коктейль из кокоса. Конечно, существовали и магические способы перемещения, но степень их комфорта была обратно пропорциональна скорости перемещения. То есть, чем быстрее вы доберетесь, тем хуже будете чувствовать себя по прибытии. Если даже после обычного портключа многих тошнило, то после трансатлантического некоторые вообще сознание теряли, и потом несколько часов приходили в себя. Так что клон выбрал самолет, да и Гарри было интересно на нем полетать. Сириус о самолетах слышал только краем уха, но не особо в них верил, так что его тоже ждал новый опыт. Маггловские документы для него достать было не проблемой, Вирту-Ня об этом позаботилась.

А я с Элис тем временем отправились в гости к Малфоям. Мэнор весьма впечатлял, но чисто внешне отличался от обычного немагического особняка только наличием вечноцветущих зачарованных розовых кустов в саду. Да и изнутри его принадлежность к миру волшебства выдавали лишь двигающиеся портреты. А в остальном это было светлое, просторное и стильное поместье, которое, казалось бы, никак не могло принадлежать потомственным темным магам.

Глава 24

Нарцисса была ужасно рада видеть Элис, но в основном, из-за того, что именно ей принадлежал «Центр красоты», куда миссис Малфой мечтала попасть. Драко тоже был счастлив моему визиту, потому что его каникулы сразу перестали быть скучными, но виду старался не подавать. И только Люциус был недоволен, однако старательно прятался под маской учтивости. Он вполне вежливо общался с Элис и со мной, но от шарингана эмоции скрыть очень сложно. Поэтому мы заметили, с каким облегчением он попрощался с ней вечером, когда та собралась уходить. Малфой и меня бы с удовольствием выпроводил, только вот Нарцисса договорилась, что сначала я у них погощу, а потом Драко у нас, «ведь мальчики стали такими хорошими друзьями».

Причины недовольства Люциуса я узнал только поздно вечером, когда нас с Драко уже отправили спать, но мне захотелось сперва отправиться на разведку и поискать малфоевские «скелеты в шкафах». Не то чтобы мне нужен был на них компромат, но поместье выглядело уж слишком светлым и благопристойным. Здесь просто обязаны были храниться какие-нибудь жуткие кровавые тайны.

Скользя по коридорам неслышной и невидимой тенью, вместо темных секретов я случайно подслушал разговор старших Малфоев. Люциус возмущался, что должен привечать в собственном доме «узкоглазых», с какой-то радости приписав к азиатам и Элис, и что никто не слышал о роде Учиха, поэтому мы могли оказаться и вовсе какими-нибудь грязнокровками. Нарцисса пыталась его успокоить, но тот оставался глух к ее словам, запивая недовольство огневиски и все больше распаляясь.

Честно говоря, я даже не знал, как реагировать на подобные оскорбления. До этого мне ни разу в жизни не приходилось сталкиваться с таким неприкрытым расизмом в свой адрес, и это было… неожиданно. Да и немного досадно, чего уж тут скрывать. А оскорбления я без ответа не привык оставлять, обзывания психом не в счет, на правду ведь не обижаются. Но раз уж это отец Драко, то он отделается малой кровью.

На следующее утро мы с Драко играли в снежки в парке, окружавшем поместье. Я специально выбрал место так, чтобы меня было видно из окон кабинета, где как раз находился Малфой-старший. Тут располагался большой круглый пруд, и это натолкнуло меня на мысль, как произвести неизгладимое впечатление на Люциуса.

- Драко, хочешь, покажу один крутой трюк?

- Какой? – недоверчиво спросил мальчик. Он уже привык, что ничего хорошего от меня ждать не приходится.

- Сейчас увидишь. И лучше отойди подальше и встань вон за то дерево.

- Что-то этот трюк мне уже заранее не нравится, - недовольно пробурчал Драко, но я-то знал, что ему интересно, недаром же он так долго терпит мои выходки.

На берегу были небольшие деревянные мостки, нависающие над водой, и я встал на самый край.

- У меня дома было похожее место, где я тренировался управлять стихией огня.

На эту реплику Драко только фыркнул и явно хотел сказать что-то язвительное, но я уже сменил тело на копию из чакры и начал складывать печати.

- Стихия огня: Великий огненный шар!

Я не стал вкладывать в технику много энергии, и шар получился диаметром лишь в полтора метра, но все равно полыхнуло знатно. Дзюцу взорвалось посередине пруда, и вверх поднялся столб пара и водяных брызг, а меня окатило волной жара. Снег вокруг водоема моментально растаял, а Драко выразился такими словами, которых не должен знать наследник древнего благородного семейства.

Раздался хлопок аппарации, и рядом возник слегка растрепанный Малфой-старший:

- Что здесь происходит?!

- Я просто показывал Драко Великий огненный шар, - и глаза сделал честные-пречестные, а потом ресничками похлопал.

Выражение лица Люциуса просто не поддавалось описанию, я даже почти почувствовал себя отомщенным. Но только почти.

Наконец, Малфой взял себя в руки и произнес:

- Слишком опасно использовать такие заклинания без присмотра взрослых.

- Не волнуйтесь! Я еще в шесть лет научился его делать, и технику безопасности давно знаю. Поэтому и запускал его над водой. В конце концов, это ведь не Цветы феникса, которые во все стороны разлетаются, и не Огненный дракон, от которого потом даже погода портится, - и все это я говорил с тем же невинным видом, с удовольствием наблюдая, как у Люциуса начал слегка подергиваться глаз.

- Ученикам Хогвартса нельзя колдовать на каникулах, - придумал он новый аргумент.

- Нельзя пользоваться палочками, - уточнил я. – Поэтому я и не пользовался.

После этого оставалось только продемонстрировать извлеченную из кармана волдемортовскую палочку, и в очередной раз полюбоваться выражением абсолютного шока на холеном лице. Драко наверняка сообщил ему, какой подарок мне сделали перед Рождеством, но Люциус не поверил, а теперь расплачивался за это. И это еще не все, месть будет страшна и смешна. На этом месте захотелось злодейски расхохотаться, но усилием воли я сдержался, чтобы не спугнуть жертву раньше времени.

***

У Северуса была традиция – встречаться с Люциусом на третий день после Рождества, когда празднования уже завершились, но сам дух торжества еще не выветрился. Эта традиция появилась, когда Северус учился в Хогвартсе, и с тех пор было всего два случая, когда она была нарушена.

В этот год Северус не ожидал сюрпризов от мироздания, однако они начались едва ли не с порога. Потому что хозяин поместья вышел встречать его в совершенно непотребном виде.

- Мерлина ради, Люциус! Что это на тебе надето?! – воскликнул Северус, когда увидел шокирующий наряд друга.

Тот был облачен в короткие пышные панталончики, белые чулки, тонкую нижнюю рубашку и корсет цвета слоновой кости. Все это было обильно украшено кружевом, оборками и светло-розовыми атласными лентами.

- В первый раз вижу, чтобы ты интересовался модой, - удивленно вскинул бровь Люциус. – Но если уж тебя так волнует этот вопрос, могу ответить, что эту мантию я недавно заказал в Париже у знакомого портного. Крой, конечно, не вполне традиционный, но я не понимаю, что могло вызвать у тебя такой ажиотаж.

- Мантия? Вот это ты называешь мантией?!

Северусу захотелось протереть глаза или ущипнуть себя за руку. Он знал Люциуса большую часть своей жизни и не мог поверить, чтобы тот мог так вырядиться ради шутки. Еще большей сюрреальности картине добавляли обычные малфоевские трость, прическа и ботинки. Снейп был человеком весьма осторожным, поэтому не начал доказывать другу, что тот вышел встречать гостя в неглиже, причем, довольно сомнительном и скорее женском, чем мужском. Для начала Северус решил сам во всем разобраться, а уже потом обвинять портного в продаже неправильно зачарованной мантии.

- Добрый день, дядя Северус, - отвлек его голос Драко.

Снейп повернулся и открыл уже рот, чтобы ответить на приветствие, но тут увидел рядом с младшим Малфоем свой главный кошмар последних четырех месяцев – Учиху Саске.

- Здравствуйте, сенсей! – весело улыбнулся тот.

Причем вид у него был такой довольный, что Северус сразу почувствовал подвох. Точно такое же счастливое выражение лица у Саске бывало каждый раз, когда он откалывал очередной невозможный номер и ждал реакции учителя. Например, однажды Снейп стал свидетелем, как Учиха спускается с седьмого этажа на первый, полностью игнорируя лестницы. Мальчик прыгал по стенам и перилам, попирая все законы физики, а Северус едва не поседел, наблюдая за этими кульбитами и пытаясь прицелиться палочкой, чтобы в случае падения поймать его с помощью заклинаний.

Напоследок Саске безо всяких заклинаний, на одной лишь стихийной магии спланировал с высоты второго этажа и мягко приземлился на пол, будто был не тяжелее перышка. Такой трюк Северус видел только в далеком детстве в исполнении Лили, еще до того, как они пошли в Хогвартс. Правда, девочка «слетала» всего лишь с качелей, а не с высоты почти четырех метров, как этот маленький паршивец. А тот, вместо того, чтобы проявить хоть немного раскаяния за потрепанные нервы учителя, с невинным видом поинтересовался, не надо ли чего сенсею.

Вот и сейчас Снейп сразу понял, кто виноват, что Люциус предстал в таком странном виде. И, кажется, только Северус мог видеть это безобразие, раз уж Драко никаких странностей в отце не замечал.

Дети прошли мимо, направляясь к выходу, и Снейп провожал Учиху взглядом до тех пор, пока тот не скрылся за дверью.

- Что он здесь делает? – резко спросил он у Люциуса.

- Драко пригласил друга погостить на каникулах. Кстати, этот Учиха очень одаренный мальчик, если даже половина из того, что о нем рассказывал мой сын, является правдой.

- Одаренный – не то слово, - недовольно, словно от зубной боли, скривился Северус. – Только вот не в тех областях, где хотелось бы. Надеюсь, у тебя найдется выпивка покрепче шампанского? А то на трезвую голову ты просто не поверишь моему рассказу.

- Даже так, - недоверчиво хмыкнул Люциус. – Идем в кабинет, там нам никто не помешает.

Малфой повернулся, и Снейп едва удержал рвущийся наружу смешок, увидев пышный розовый бант на пятой точке хозяина поместья.

- Что-то не так? – поинтересовался Люциус, услышав сдавленное фырканье.

- Все нормально. Просто твоя… мантия слишком уж нетрадиционная.

После пары бокалов отличного огневиски Северус начал рассказывать другу о своем ученике, который, кажется, поставил себе целью довести его до сумасшествия. Правда, некоторые моменты Снейп все-таки опустил, например, о двойниках Саске, да и о странном наряде самого Люциуса тоже не поведал.

- Хм… Если бы мне рассказывал кто другой, я бы не поверил, - Малфой, сидящий в кресле, закинул ногу на ногу, демонстрируя обтянутые чулками круглые коленки, и Северус тут же отвел глаза, уставившись на свой бокал.

Ему пришлось стиснуть зубы и стараться удерживать на лице каменное выражение, лишь бы не засмеяться. Эти пышные панталончики на удивление шли Люциусу, да и розовый цвет был ему определенно к лицу. Интересно, он на самом деле такое белье носит? Или это все шутки несносного Учихи? И тем не менее Снейп решил уберечь друга от нервного потрясения и ни в коем случае не дать ему понять, в каком забавном виде тот сейчас находится по вине одного маленького паршивца.

- Северус, если бы я знал тебя хуже, я бы подумал, что ты изо всех сил сдерживаешь смех, - вдруг произнес Люциус.

- Нет, просто давно ничего крепче воды не пил, поэтому виски на удивление быстро подействовало, - мгновенно нашел отмазку зельевар.

Некоторое время они сидели в тишине, смакуя дорогой напиток, а потом Малфой медленно произнес:

- Так ты думаешь, мне следует ограничить общение моего сына с этим Учихой?

- Думаю. Но вряд ли мое или даже твое мнение имеет хоть какое-то значение, - поморщился Северус. – Я уже успел убедиться, что Учиха всегда получает желаемое. Недавно он даже похвастался, что палочка Темного Лорда теперь принадлежит ему. Не знаю, сколько средств пришлось потратить его брату, чтобы достать ее, но Саске он ни в чем не отказывает. А твой сын – один из тех немногих людей, с кем Учиха действительно общается в Хогвартсе. Вряд ли он его легко от себя отпустит.

- Палочку я уже видел, да и кое-какие трюки тоже, но ты говоришь так, будто речь идет не о ребенке. Северус, ему всего одиннадцать! Мне кажется, ты несколько переоцениваешь его возможности.

- Уж скорее, недооцениваю. Харизматичный, властный, умный, красивый, невероятно одаренный… Никого не напоминает?

- Ты думаешь… - напряженно начал Люциус.

- Нет, - перебил его Снейп. – Я не имею в виду нашего бывшего хозяина. Но Темные Лорды появляются в магическом мире с некоторой периодичностью, и время нового уже подходит.

- И Учиха может стать следующим? – с сомнением спросил Малфой.

- У него есть все задатки, - с недовольством констатировал Северус.

- Тогда, пожалуй, стоит почаще приглашать его в гости, да и вообще…

- Тебе прошлого раза было мало? – резко прервал его мечты о светлом будущем Снейп. – Еще не наигрался во власть?

- А сам-то? У тебя ведь никогда не было персональных учеников, так почему для Учиха сделал исключение?

- Тогда я еще не знал, каков он. Да и мальчишка по сути меня на слабо взял, я даже не сразу понял, что мной манипулируют, - недовольно скривился Северус, вспомнив тот эпизод. – Ты и представить себе не можешь, на что он на самом деле способен.

- Ладно, давай поговорим о чем-нибудь более приятном. – Люциус взмахнул палочкой, и их бокалы вновь наполнились. – Старым друзьям всегда есть о чем поговорить.

- За дружбу, проверенную временем, - отсалютовал стаканом Снейп, и Малфой поддержал его тост. – И все-таки, Люциус, ради всего святого, смени эту... мантию.

Глава 25

Новогодний бал у Малфоев тоже был своеобразной традицией, хотя Северус с большим удовольствием от нее отказался бы. Он никогда не любил шумные сборища, но Люциус все равно настаивал на его присутствии на этом «тесном междусобойчике», куда было приглашено всего-то пятьдесят человек. Это же не рождественский бал, на котором Малфои стремились произвести впечатление и приглашали чуть ли не все высшее магическое общество Европы.

Обычно в это время здесь собирались только лучшие представители чистокровных фамилий с семьями, которых необразованный плебс почему-то называет темными, и те, у кого была метка. Так сказать, своеобразный закрытый клуб. Но в этом году обычный состав оказался разбавлен приятным дополнением – красивой эффектной женщиной. Невежливо было бы не пригласить кого-нибудь из опекунов Учиха Саске, и так как его старший брат находился сейчас где-то в Америке, его заменяла жена. Почти неприлично молодая, яркая и дерзкая. По крайней мере, ее шелковое облегающее платье – изумрудно-зеленое, без рукавов и с открытым лифом, со струящимся до самого пола подолом – все присутствующие женщины сочли слишком вызывающим.

Северус собирался провести этот вечер как обычно, общаясь с кем-нибудь из старых знакомых, и как раз разговаривал с Люциусом, когда мачеха Саске – Элис – сама подошла к ним.

- Профессор Снейп? Саске много о вас рассказывал, и я подумала, что должна лично познакомиться с вами. Не желаете ли потанцевать? – она протянула руку, которую Северус почти машинально принял, и только потом понял, на что подписался.

- Обычно мужчины приглашают женщин на танец, а не наоборот, - все же выразил он свое недовольство.

- Точно, как я могла забыть об этих английских традициях! Так что, профессор, не желаете ли пригласить меня на вальс? – с улыбкой спросила она, уже увлекая Северуса в сторону кружащих под музыку пар.

- Кажется, я начинаю понимать, в кого у Саске такой характер.

- О, спасибо, - Элис улыбнулась, будто ей сделали комплимент.

Она положила одну ладонь Снейпа себе на талию, другую крепко сжала, и зельевару показалось, что девушка и в танце вести собирается, поэтому он быстро перехватил инициативу.

- А вы неплохо вальсируете, профессор, - она прижалась намного теснее, чем требовал танец, но не то чтобы Северус возражал.

- Благодарю, - он, поддавшись моменту, выполнил одно весьма эффектное па, закружив партнершу.

- Как жаль, что это не танго, - засмеялась Элис, вновь оказавшись в его руках.

Вообще, Северус понимал, что ведет себя совсем не так как обычно. Но голос этой красивой девушки, ее смех и улыбки действовали на него гипнотически. Он не мог припомнить, чтобы хоть раз в жизни с ним кто-то так неприкрыто флиртовал. Да что там, он и сам сказал несколько весьма остроумных реплик, заставив партнершу по танцу весело рассмеяться.

Когда музыка стихла, они вернулись обратно к Люциусу, который все это время наблюдал за другом с веселым удивлением.

- Я так рад, что вы нашли время посетить наш скромный вечер. Вы, определенно, стали украшением этого праздника, - Малфой самым учтивым образом поцеловал руку гостьи.

И если бы Люциус не был облачен в очередное неглиже, то Северус счел бы этот жест весьма утонченным. Малфой вообще почти всегда держал себя так, будто его вот-вот начнут снимать для передовицы газет. Но кружевные панталоны, на этот раз длиной до колен, корсет со шнуровкой из голубых атласных лент и нижняя рубашка с длинными рукавами, застегнутая под горло на множество мелких жемчужных пуговичек, сводили все впечатление на нет.

И судя по улыбке, точь-в-точь такой, какая бывает у Саске после очередной шалости, Элис тоже могла видеть этот наряд. Впрочем, Северус бы не удивился, узнав, что именно она научила пасынка этому необычному заклинанию.

- Мистер Малфой, возможно, мои слова покажутся вам слегка бестактными, но я больше не могу молчать. Должна признаться, что нахожу ваш наряд чрезвычайно прелестным!

Люциус, напрягшийся было, тут же расслабился, принимая комплимент.

- А этот цвет так вам к лицу! Он просто идеально сочетается с оттенком ваших волос и глаз.

Малфой польщено улыбнулся, а Снейп совершенно уверился, что девушка тоже видит «прелестное» неглиже.

- Элис! – вдруг раздался возмущенный возглас, и к ним подбежал младший Учиха, а по совместительству ходячий кошмар Северуса Снейпа. – Нам срочно нужно поговорить, отойдем на минуту!

Мальчик схватил мачеху за руку и потянул к выходу из зала. В этот момент Северус как никогда жалел, что на новогодний бал приглашают и детей, а не только взрослых. Он наблюдал, как Элис уходит, грациозно покачивая бедрами, и был просто заворожен мягкими переливами изумрудного шелка на подоле ее платья.

Неожиданно Элис обернулась, проследила направление его взгляда и усмехнулась с видом «я знаю, куда ты смотришь».

Снейпа не часто подлавливали на месте преступления, но сейчас он явно попался на «горячем» и ощутил что-то вроде смущения.

- Северус, я знаю, что ты всегда западал на рыженьких, но не стоит настолько откровенно пялиться на замужнюю женщину. Я слышал, ее муж увлекается боевыми искусствами и коллекционирует холодное оружие, - хмыкнул Малфой.

- Люциус! – зельевар повернулся, собираясь сказать что-то резкое.

Неужели ему нельзя побыть кем-то очарованным хотя бы на этот вечер? Да и вообще, он не думал ни о чем таком, просто любовался, это ведь законом не запрещено.

Но тут его взгляд снова натолкнулся на кружево, оборки и голубой атлас, и ему сразу же расхотелось спорить.

- Люциус, - повторил он уже совсем другим тоном и, наконец, позволил себе широко улыбнуться, глядя на наряд друга. – Этот цвет тебе действительно очень идет.

Светлые брови Малфоя удивленно поползли вверх, он не мог припомнить случая, когда раньше видел настолько широкую улыбку вечно мрачного зельевара.

- Не думал, что когда-нибудь скажу это, но твой интерес к моей одежде уже начинает пугать.

В ответ Снейп только рассмеялся, чего за ним тоже обычно не водилось.

***

- Элис! – возмущенно прошипел я, как только затащил «мачеху» в небольшую гостиную. – Ты что творишь?!

- А что такого? – с притворным удивлением переспросила она.

- Это же Снейп! А ты при всех его чуть ли не лапала!

- Подумаешь. К тому же он явно не против был.

- Он же старый!

- Ему всего-то тридцать один. Да и с каких пор тебя начал волновать возраст?

- Он мой учитель!

- Пфф. Это тебя тоже никогда не останавливало.

- Он не бишонен!

- А что поделаешь? Тут вообще бишоненов нет, глаз положить не на кого. Если только Сириус, но его ты мне трогать запретил. А на безрыбье, как говорится, и сам раком встанешь. Из того, что есть, Северус – лучший вариант. А какой у него чудесный голос? Ммм, я уже предвкушаю, как он будет читать мне сонеты Шекспира. А какие у него сильные руки! И пальцы такие чуткие, просто восторг! И конечно же, ты ведь слышал о том, что говорят про мужчин с большим носом? Мне ну ооочень интересно проверить, действительно ли это так…

Элис мечтательно закатила глаза, а я содрогнулся всем телом, от проползших по спине холодных мурашек. Она же ведь запросто может проделать все, о чем сейчас фантазирует, а потом еще и поделиться со мной воспоминаниями. И ладно бы о каком-нибудь длинноволосом бишонене фантазировала, но это же Снейп! Как я ему потом в глаза посмотрю? Мне же у него еще несколько лет учиться.

Нужно было срочно исправлять ситуацию и переключить внимание Элис на кого-нибудь другого.

- Том Риддл! – выпалил я в приступе озарения. – Шестнадцатилетний Том Марволо Риддл! Я подарю его тебе, как только поймаю.

- Договорились, - моментально ответила Элис и ухмыльнулась. – Порой ты можешь быть таким милашкой, Саске, и всегда знаешь, чем порадовать девушку.

Она потрепала меня за щечку и ушла, мурлыкая себе под нос какую-то песенку. А я вдруг почувствовал себя так, будто меня только что крупно на… кхм, обманули.

Глава 26

На следующий день после Нового Года ничем не примечательная почтовая сова принесла Люциусу Малфою красиво упакованный небольшой сверток. Привычно проверив корреспонденцию на наличие вредоносных чар, и убедившись, что все в порядке, он развернул подарок. Внутри оказался небольшой изящный флакон вроде тех, в которые разливают дорогие духи, но его содержимое на парфюм было совершенно не похоже. Серебристая подвижная жидкость, словно живая, переливалась и закручивалась крошечными круговоротами, не оставляя сомнений в ее назначении.

В кабинете был небольшой думосбор, и Люциус вылил содержимое пузырька туда, решив сразу узнать, что за воспоминание ему прислали. Когда несколько минут спустя Малфой вынырнул из водоворота чужой памяти, его возмущению не было предела. Кто-то посмел сыграть с ним отвратительную шутку, зачаровав мантию на совершенное непотребство! Хорошо хоть, заклинание было выборочным, и мало кто из гостей его видел. Зато теперь понятно, почему Северус так странно себя вел. А кроме того, в присланном воспоминании имелись моменты, когда рядом не было никого, кроме зельевара, и это наводило на неприятные размышления. Вряд ли Северус окажется виновником, но поговорить с ним определенно стоило.

С этими мыслями Люциус сел за стол и быстро черкнул записку для Снейпа, приглашая его в гости как можно скорее. Все-таки подобный разговор лучше было проводить на своей территории, а не в Хогвартсе, пусть и хотелось наведаться в комнаты слизеринского декана немедленно.

А в это время Нарцисса получила точно такую же посылку и немедленно ознакомилась с ее содержимым. После просмотра воспоминания леди Малфой была взволнована отнюдь не тем, что Люциус мог предстать перед гостями в нелепом виде, а тем, как очаровательно ее муж выглядел в том милом нижнем белье. После стольких лет брака отношения давно пошли на спад, но, кажется, Нарцисса поняла, как заставить их заиграть новыми красками. Ей немедленно нужно было приобрести корсет! И те прелестные панталончики с чулками тоже! Благо мерки Люциуса у нее есть, да и портной, который быстро и качественно пошьет все необходимое, тоже найдется.

***

После Нового Года Драко должен был погостить у меня несколько дней, и Элис договорилась с Нарциссой встретиться в Косом переулке, чтобы сначала немного походить по магазинам, а потом отправиться к нам в особняк. Но это «немного» растянулось на несколько часов шопинга, причем леди Малфой большую часть времени уделяла исключительно нижнему белью. Так что нас с Драко решено было отправить вперед, дабы не мешались под ногами. Поэтому мне был доверен младший Малфой и порт-ключ до дома, а дамы решили еще немного прогуляться. Причем порт-ключ был самый настоящий – умники, работающие под прикрытием в Отделе Тайн, научились клепать такие пачками, но моим способом перемещаться все равно было удобнее.

Мы с Драко появились перед воротами, ведущими к особняку, и я нажал на кнопку звонка. Территория поместья за забором была окружена всеми защитами, которые я только знал, а по мере того, как развивалась моя магия – еще и антиаппарационными барьерами, так что до дома можно было только дойти пешком или доехать на автомобиле. Подъездная дорога по случаю прибытия гостей была украшена подсвеченными ледяными скульптурами, но все равно выглядело не так красиво и волшебно, как в Малфой-мэноре.

- Добро пожаловать, молодой господин, и друг молодого господина!

Стоило мне войти в холл, как Себастьян с поклоном меня приветствовал, а горничные и домоправительница изобразили книксен.

- Я дома, - еле удержался от того, чтобы произнести эту фразу на японском.

Готов поспорить, что это мой взрослый клон их подговорил, до этого меня ни разу так не приветствовали. Драко, шедший за мной, от такого приема в первое мгновение опешил, но быстро взял себя в руки. Когда мы удалились на расстояние достаточное, чтобы нас не услышали, зашипел мне на ухо:

- Это что, магглы?!

- Ага, - усмехнулся я.

- А домовиков завести не судьба была?! Это же магглы! Как ты можешь с ними жить!

- Домовики страшненькие и выглядят настолько убого, что так и хочется добить бедняжек из жалости. А магглы подписали документы о неразглашении, поэтому проблем от них не будет. К тому же кроме домоправительницы никто не знает, что живет в одном доме с магами. Мэри пришлось сказать, потому что помимо своих основных обязанностей она иногда преподает нам уроки стрельбы из маггловского оружия и навыки выживания в дикой природе. Нии-сан обещал, что на пасхальных каникулах мы все вместе поедем в джунгли Амазонки. Классно, да?

- Я думал, ты один такой чокнутый, а у тебя, оказывается, вся семейка странная, - закатил глаза Драко.

- Это моя-то странная?! – возмутился я. – Это твоя странная! Мне все уши на Гриффиндоре прожужжали, что Малфои – семья темных магов. А у тебя дома даже ни одного скелетика завалящего не нашлось. Все такое светленькое, уютное, кружева, цветы в вазах по всему мэнору, а в зимнем саду – чайные розы и белые павлины! Павлины! Вы бы еще единорогов завели и розовыми ленточками обвязали! Да у меня в спальне всяких темных артефактов больше, чем у тебя дома.

- У нас тоже!.. – Драко спохватился, что едва не проболтался и добавил уже совсем другим тоном, - всякое есть. И вообще, много ты в темной магии понимаешь!

- Совсем ничего, - тут же согласился я. - А самое главное, не могу понять, чем она принципиально от светлой отличается. Кстати, мы пришли. Добро пожаловать в мои апартаменты!

Я гостеприимно распахнул перед Драко двери, и тот удивленно замер на пороге, окинув взглядом помещение. И было отчего – готов поспорить, на свете найдется мало одиннадцатилетних мальчиков, у которых личные комнаты выглядят так же. Всю противоположную от двери стену занимали книжные шкафы, полностью заполненные всевозможными томами и фолиантами. Там соседствовали и волшебные, и маггловские книги, да и вообще, все магические вещицы хранились исключительно в моих комнатах. Кроме меня сюда доступ имели только Гарри и Мэри, занимавшаяся уборкой и подкармливающая моего боггарта.

Вообще, пришлось долго доказывать ей, что странный парень, прячущийся в моем шкафу, на самом деле не человек. Мэри, кажется, уже навоображала, что это какой-то мой сумасшедший родственник, потому что семейное сходство было налицо. Я даже уколол боггарту палец, дабы домоправительница могла убедиться, что вместо крови у него дым. Зато боггарт, после такого издевательства над собой ужасно обиделся и наотрез отказался высовываться из шкафа. Пришлось выманивать его шоколадкой. Как ни странно, любовь Итачи к сладкому передалась и его двойнику. Поначалу я боялся, что от материальной пищи ему станет плохо, но все обошлось, и конфеты он вообще мог поглощать килограммами.

Вот и сейчас я слегка подтолкнул вперед Драко, застывшего соляным столбом в проходе, и сразу направился к шкафу, дверца которого начала нетерпеливо подергиваться.

- Что это там у тебя? – опасливо поинтересовался Малфой.

- Боггарт.

- Ах, ну да, конечно. Что еще это могло бы быть? Это же ведь так логично – держать в своем шкафу боггарта, - саркастично произнес Драко.

- Под кроватью ему не понравилось, - пожал я плечами и достал из кармана сникерс.

Дверца шкафа тут же приоткрылась, и на свет показалась бледная рука, схватила шоколадку и скрылась обратно. Миг спустя оттуда раздалось шуршание обертки.

- Ты его еще и прикармливаешь, - закатил глаза Малфой.

Между тем шуршание быстро затихло, и дверца шкафа приоткрылась снова:

- Дай еще, или я убью тебя, - раздался приглушенный голос.

- Ах, ты моя умница, - умилился я, протягивая еще одну шоколадку. – Уже научился говорить связными предложениями? Сладкое, и правда, стимулирует работу мозга.

- Я сегодня уже говорил, что ты псих? – меланхолично поинтересовался Драко.

- Ага. Четыре раза.

- Этот будет пятым, - Малфой с опаской покосился на кресло, в котором я обычно устраивался, чтобы почитать; слегка потыкал его носком ботинка, но, видимо, признал безобидным и уселся. – И комната твоя выглядит такой же безумной.

И думается, это его не обилие книг поразило, а впечатляющая коллекция холодного оружия, развешанного и расставленного по всем доступным поверхностям. Или, может быть, два огромных террариума, практически целиком занимавших одну из стен. В одном из них жила Белоснежка, а второй занимал мой ручной акромантул. Вообще-то, я ему имя уже давно придумал – нарек своего питомца Бельфегором. Почему-то в тот момент эта идея казалась мне хорошей, но имя так и не прижилось, потому что паучок куда охотнее отзывался на Малыша.

Но сейчас был самый разгар зимы, и Малыш впал в спячку, завернувшись в кокон из своей паутины. Поэтому поприветствовать меня выползла только Белоснежка. У нее в террариуме были очень комфортные условия, весьма точно повторявшие климат ее далекой тропической родины, так что на зиму спать она не ложилась. Увидев приближающуюся рептилию, Драко тут же машинально поджал ноги, хотя, как истинный слизеринец, змей не боялся. Но от очередного моего питомца ничего хорошего не ждал.

- Хозззяин, - радостно прошипела Белоснежка, с готовностью обвиваясь вокруг протянутой руки, и шустро забираясь еще выше, чтобы обернуться вокруг шеи и потереться о мою щеку. – Хозззяин вернулся.

- Привет, красссавица. Соскучиласссь? – прошипел я в ответ, и глаза у Малфоя стали просто квадратные.

- Ты… змееуст? – дрогнувшим голосом спросил он.

- Нет. Все змееусты – потомки Салазара Слизерина. А я, если ты не забыл, чистокровный японец. Я просто выучил змеиный язык, на самом деле он не сложный, вся трудность исключительно в произношении.

- Ааа… Понятно, - слегка расслабился мальчик.

- Зато вот Гарри – змееуст. Один из потомков того самого Салазара Слизерина и ближайший родственник Волдеморта из ныне живущих магов. Какая ирония, не находишь?

- Ты шутишь?! – тут же вскинулся Драко.

- На этот раз нет. Правда, там родство дальнее – седьмая вода на киселе, но парселтангом владеют оба.

От подобных новостей Малфой слегка подзавис, и я хлопнул в ладоши, привлекая его внимание.

- Научить тебя змеиному языку?

- И что ты хочешь взамен? – мальчик моментально собрался и даже в кресле теперь сидел так ровно, словно аршин проглотил.

- Драко, знаешь, есть такое понятие, как дружба. Это когда ты делаешь что-то приятное для другого человека просто потому, что хочешь его порадовать. А я тебе еще в октябре сказал, что мы теперь друзья.

- Эти сказочки оставь для хаффлпафцев, а я ни за что не поверю, что можно дружить с кем-то совершенно бесполезным. Дружба – это взаимовыгодное сотрудничество, приятное для обеих сторон, и если постоянно отдает только один, то на самом деле его просто используют.

- Ну, если с такой стороны посмотреть, то ты в чем-то прав. Ладно, тогда ты тоже можешь кое-что для меня сделать, - я протянул руку и быстро взъерошил его волосы.

- Эй! – Драко попытался шлепнуть меня по руке, но не успел. – Ты что творишь?!

- Смени прическу, а то твоя зализанность не дает покоя моему чувству прекрасного.

Малфой попытался пригладить волосы и с подозрением посмотрел на меня:

- Надеюсь, ты не хочешь, чтобы у меня была стрижка, как у Поттера.

- Нет, прическу можешь любую выбрать, главное, чтобы она тебе шла.

- Тогда договорились, - мальчик кивнул и предложил начать первый урок прямо сейчас.

Несколько минут спустя, слушая, как Драко старательно повторяет шипение за Белоснежкой, я подумал, что надо будет научить его еще чему-нибудь. Например, играть в компьютерные игры или ругаться по-маггловски, вот Малфой-старший обрадуется-то!

Глава 27.1

В предпоследний день каникул вернулся Гарри с моим взрослым клоном и Сириусом. Зеленые глаза и широкая радостная улыбка на фоне загара смотрелись еще ярче, чем обычно. Впрочем, Блэк по степени «загорелости» и радостности от крестника почти не отставал, и только моя взрослая копия продолжала сиять аристократической бледностью, как и прежде.

- Саске! – радостно воскликнул Гарри, едва увидев меня, и тут же устроил профессиональные обнимашки. Похоже, кое-чему плохому я его все-таки научил.

Мальчик затискал меня чуть ли не до полусмерти и только после этого заметил Драко.

- Привет, Малфой!

- Приветствую, Поттер, - недовольно поджал губы Драко.

Будь его воля, он бы лишний раз с гриффиндорцем не встречался, но Нарцисса предложила устроить «семейный обед» и собраться всем вместе. Так что у нас в скором времени ожидались гости. А пока Гарри начал оживленно рассказывать, как провел каникулы, по мере рассказа доставая из зачарованной сумки подарки и сувениры. И через пару минут все присутствующие обзавелись ушами Микки Мауса на ободке. Даже Драко досталась парочка, но он и не подумал их надеть, зато я свои тут же нацепил, как и мои клоны, а Сириуса и уговаривать не надо было, он всегда рад поддержать какую-нибудь шутку.

Поэтому, когда к часу дня пришли старшие Малфои, то застали удивительную картину – почти у всех присутствующих на голове были странные круглые приспособления, даже у дворецкого и горничных.

- Новая мода? – нейтральным тоном поинтересовался Люциус у моего клона после обязательного ритуала приветствия.

- Нет, просто Гарри привез всем сувениров из Америки, - улыбнулась моя взрослая копия и протянула ему пару ушек. – Не желаете ли присоединиться?

- Боюсь, вынужден отказаться, - процедил Малфой. – Они не подходят к моему костюму.

И судя по взгляду, Люциус не забыл еще шутку с нижним бельем и подозревает всех Учиха скопом, но вслух обвинения предъявлять не будет. Если бы не Нарцисса, то и ноги бы его тут не было, но всерьез ссориться с женой Малфой опасался, поэтому и пришел. Хотя его безмерно напрягали и всякие маггловские приборы, и более того – сами магглы, пусть и присутствовавшие в качестве прислуги, но от этого не ставшие более приятными.

Однако за праздничным столом Люциус был единственным, кому было не по себе. Сириус с Гарри наперебой рассказывали о путешествии, Элис с Нарциссой обсуждали последнюю коллекцию мантий от мадмуазель Лерой, а Драко незаметно резался в PSP, которую я для него создал из своей чакры, ведь в продаже такие игрушки появятся еще не скоро. Даже присутствие магглов им не мешало, а Нарциссе так даже и нравилось, ведь ни один домовик не сможет подать чашку чая с такой очаровательной улыбкой как у этого Себастьяна. Определенно, в идее обзавестись собственным дворецким было нечто соблазнительное.

Под конец обеда, в очередной раз услышав, как Себастьян говорит клону «Да, мой лорд», Люциус все-таки не выдержал:

- Право на такое обращение может дать только благородное происхождение. А я никогда не слышал о роде Учиха.

- И не услышите, - хмыкнула моя взрослая копия. – Японское магическое общество очень закрытое, и с гайдзинами общаются чаще всего магглорожденные. Аристократы иностранцев недолюбливают и о себе информацию почти никогда не распространяют. Поэтому вам неоткуда узнать, что Учиха – один из двух Великих кланов, берущих начало от самого Рикудо. Пока был жив отец, мой титул можно было бы перевести на английский примерно как «наследный принц», и обращаться ко мне «Ваше высочество». Но в тринадцать лет я ушел из дома из-за несогласия с политическими взглядами отца, и наследником стал мой средний брат Итачи. Я порвал с магическим миром все связи, и только через несколько лет случайно узнал, что наш клан был уничтожен, а в живых остались только два человека – мои братья. Но Итачи оказался во всем этом замешан, поэтому главой клана теперь является Саске. Однако в домашней обстановке мы решили не заморачиваться с титулами, и остановиться на обращении «лорд». Надеюсь, это объяснение удовлетворило ваше любопытство?

- Да, благодарю, - процедил Малфой, пытаясь скрыть удивление от такого развернутого ответа. Зато теперь ему стало многое понятно, да и разрозненные сведения об Учиха наконец-то сложились в единую картину.

За столом несколько секунд царила напряженная тишина, но потом Элис с Нарциссой продолжили разговор о мантиях, разрядив обстановку, а Драко продолжил играть в приставку, которую поставил на паузу, как только обстановка накалилась. Когда обед закончился, Малфои вежливо распрощались, а Драко вернул мне приставку с таким видом, словно от сердца ее отрывал. Но он понимал, что тащить такую маггловскую вещь в мэнор точно не стоит.

- Мне кажется, придумать магический аналог будет не так уж сложно, - решил я его утешить. - Волшебные картинки ведь можно заставить двигаться определенным образом? Как-нибудь зачаровать их, чтобы они прыгали, бегали или приседали по команде? И получится нечто вроде Марио, а ты станешь разработчиком игр. Наверное, сочинять их так же весело, как проходить.

- Точно! – глаза младшего Малфоя восторженно загорелись. – Я поспрашиваю отца, он точно должен что-нибудь об этом знать!

Драко заметно повеселел и начал едва ли не подпрыгивать на месте от нетерпения. Похоже, у Люциуса будет веселое окончание каникул, ведь наследник от него не отстанет, пока не получит нужную игрушку.

А поздно вечером, когда я уже почти уснул, передо мной вдруг материализовался Заэль в подкопченной и местами порванной мантии. При этом от него явственно пахло серой, гарью и кровью.

Глава 27.2

- Учиха-сама! – выдохнул арранкар и упал на колени перед моей кроватью, улыбаясь с совершенно безумным видом.

Нет, быть безумным ему по должности положено, но сейчас был явный перебор, да и Заэль никогда не заваливался ко мне без приглашения.

- Мы открыли проход в ад!

- Эм… Молодцы? – неуверенно произнес я, недоумевая, чему тут может радоваться существо, которое порталы между миром живых и мертвых может открывать щелчком пальцев.

- Оттуда вырвалось несколько десятков тварей, которых в местной мифологии называют демонами, трех мы случайно убили, но остальных переловили. Однако суть в том, что проход мы открыли с помощью арки смерти, изменив порядок рун, начертанных на ней!

Я вскочил на ноги, осознав истинный масштаб новостей. Ведь это означало, что теперь у меня есть возможность путешествовать по мирам не методом тыка как обычно, а вполне осознанно, самостоятельно задавая точку выхода.

- А координаты?.. – начал я, но Заэль перебил меня, поняв с полуслова.

- Задаются с помощью рун. К сожалению, знаки настолько древние, что с современными рунами не имеют ничего общего, и расшифровать их пока не удалось. Есть только косвенные упоминания в нескольких источниках, но мы работаем над этим.

Дверь в спальню неожиданно распахнулась, и на пороге возникли мои взрослые клоны, узнавшие о новостях по мысленной связи.

- Это надо отметить! – радостно воскликнула Элис и словно из воздуха достала бутылку шампанского и фужеры.

- За Заэля, самого гениального арранкара во всех мирах! - провозгласила моя взрослая копия, поднимая бокал.

Я поддержал тост, только вот оказалось, что в моем стакане лимонад, а не шампанское, хотя наливали его из одной и той же бутылки.

- Ты собираешься уйти? – раздался вдруг тихий голос.

Я совершенно забыл о Гарри, и теперь вся радость от новости моментально испарилась под его серьезным и печальным взглядом… Мне стало стыдно, что я так обрадовался, не подумав о его чувствах.

- Не прямо сейчас, - я сжал его руку. – Возможно, мне потребуются годы, чтобы открыть проход в нужный мир.

- Ты возьмешь меня с собой?

- Только если ты этого хочешь. Скорее всего, обратно вернуться уже не получится.

- Мне все равно, - Гарри вцепился в меня так, словно я сию секунду вознамерился отправиться в очередное путешествие. – Я хочу с тобой.

- Хорошо, - я обнял его и поцеловал в макушку. – Мне так не хотелось ставить тебя перед таким сложным выбором… Это очень тяжело – оставить дом, друзей и весь свой мир ради неизвестности. Прости, что заставляю выбирать.

- Ты для меня важнее, чем весь остальной мир, - Гарри использовал новую, особо пронзительную, модификацию техники «взгляд олененка», пробирающую до глубины души. – Я хочу остаться с тобой, братик.

- Угх… - я на несколько секунд лишился дара речи от передоза кавая, но потом пришел в себя и устроил обнимашки. - Нельзя говорить настолько милые вещи, затискаю ведь! Ну как я могу отпустить такого няшного младшего брата? Я же тебя теперь никому не отдам.

Гарри весь как-то обмяк, он и, правда, думал, что я могу его бросить, и только теперь смог расслабиться.

- Я не шутил, когда говорил, что мне потребуется несколько лет на разработку заклинания, перемещающего в другие миры. Может быть, когда я закончу, ты уже будешь почтенным старцем вроде Дамблдора, но с оравой внуков и правнуков, которых будет так много, что на Гриффиндоре будут учиться только Поттеры – остальным просто не хватит места и придется отправлять их на другие факультеты.

- И все равно я пойду с тобой! Даже если это будет мое последнее приключение! А вообще, я собираюсь стать Повелителем Смерти, и тогда мы сможем всегда путешествовать вместе и побываем во всех мирах, какие только найдем.

- Хороший план на ближайшую вечность, - одобрил я. – Этим и займемся.

Элис подала и Гарри бокал лимонада, и теперь хорошие новости праздновали уже все мы.

***

Каникулы закончились, и пришлось вернуться в Хогвартс. Мы с Гарри решили не тратить целый день в поезде и переместиться сразу в Хогсмит, и уже там на станции смешаться с остальными учениками, прибывшими в школу.

- Я все-таки вижу фестралов, - Гарри остановился перед одной из карет. - Они и, правда, немного похожи на драконов.

- Красивые животные, но так и хочется их подкормить, - я достал из кармана специально припасенный кусок вяленого мяса и протянул угощение магическому созданию.

Фестрал совсем по-лошадиному фыркнул, обнюхал мою руку и милостиво принял угощение. Решив, что контакт налажен, я осторожно погладил его по костлявой шее. Летающий конь и это воспринял благосклонно, поэтому Гарри тоже решил его погладить.

- А может, мне… - начал я, но Гарри меня перебил.

- Нет, Мэри не одобрит, - засмеялся он, поняв, что мне вдруг захотелось завести себе парочку таких лошадей. – Она вряд ли сможет их увидеть.

- Зато сможет на них полетать, а полеты она любит.

- Что вы делаете? – вдруг раздался удивленный голос Драко.

Я повернулся и поздоровался с Малфоем, для которого мы с Гарри, действительно, выглядели странно – стояли и поглаживали пустоту.

- С фестралом знакомимся. Хочешь тоже его потрогать?

- Нет, спасибо, - скривился Драко.

- А зря. Фестралы милые. Похожи на черных драконов размером с лошадь.

- На драконов? – заинтересовался Драко, но вдруг раздался зычный голос Хагрида:

- По каретам, ученики! Все по каретам!

Тут же началась толкотня и суета, все пытались занять одну карету с друзьями или знакомыми, но зачастую человек в компании оказывалось больше, чем мест внутри. Вот и Гойлу пришлось ехать отдельно от нас, зато Винсу повезло.

- Ну что, Поттер, не боишься ехать в одной карете со слизеринцами? Гриффиндор тут в явном меньшинстве, - хмыкнул Малфой, когда наше транспортное средство двинулось в путь.

- Ты же был у меня дома и видел, как я живу. Думаешь, меня теперь могут напугать первокурсники, пусть и со Слизерина? И это ты еще нашу тренировку не застал, когда Саске кидается в меня метательными ножами.

- Ножами? – недоверчиво переспросил Драко.

- Не волнуйся, они тупые, изготовлены специально для тренировок, - я достал один из кунаев и продемонстрировал слизеринцам. – Надо очень постараться, чтобы кого-нибудь проткнуть насквозь.

- Ты носишь с собой оружие? – поразился Малфой.

- Постоянно, - кивнул я и встряхнул рукой, меняя кунай на сюрикены. Одно неразличимое обычным взглядом движение – и вот уже между пальцев у меня зажаты металлические звездочки. – Я бы еще и меч прихватил, но его так просто, как метательное оружие не спрячешь.

- Ты сумасшедший, - вздохнул Драко. – Я тебе это уже говорил сегодня?

- Нет, еще не успел.

- Надо было с утра тебе письмо прислать, чтобы ты не забывал.

- Я тронут, что ты так обо мне заботишься, но лучше расскажи, как там твой проект с играми продвигается.

- Пока не очень, - недовольно признался Драко. - У меня всего сутки были, я не успел много сделать.

Он достал из сумки лист пергамента и протянул мне. Там был нарисован человечек, стилизованный под пиксельный рисунок, и кнопки, вроде тех, что бывают на игровых джойстиках.

- Нужно коснуться палочкой нужного знака, чтобы он начал двигаться, - пояснил Малфой, и я последовал его совету.

Нарисованный человечек послушно начал бежать, подпрыгивать или приседать, в зависимости от того, на какую кнопку я указывал палочкой.

- Ух ты, как круто! – искренне восхитился Гарри. – И это все ты сам сделал всего за один день?

- У меня врожденный талант к анимации, - Драко явно польстила реплика Гарри, но он попытался это скрыть. – Я уже с трех лет мог заставить свои рисунки двигаться.

- Начало положено, - заключил я, отдавая ему листок. – Доработаешь заклинания, придумаешь дизайн, создашь свою первую игру, затем еще одну и еще… А потом, через пару лет захватишь весь игровой рынок Британии, потому что конкурентов у тебя фактически нет. А еще через пару лет – выйдешь на мировой рынок и заработаешь свой первый миллион галеонов.

- Нда, фантазия у тебя тоже безумная, - скептически произнес Драко, но явно задумался над моими словами и всю дорогу был непривычно тихим.

***

Первый учебный день прошел вполне буднично, зато вот следующее утро принесло сюрпризы. Гарри догнал меня в коридоре по дороге к Большому залу и рассказал, что ночью ему не спалось, поэтому он нацепил мантию-невидимку и отправился гулять по спящему Хогвартсу. Но в одном коридоре чуть не столкнулся с Филчем и был вынужден спрятаться в пустующей классной комнате.

- Дай угадаю, там было зеркало, показывающее заветные желания.

- Да, - кивнул Гарри. – Я не сразу догадался, что именно оно показывает, сначала подумал, что будущее, но потом прочел надпись, и понял.

- Погоди-ка, оно показало тебе будущее? – удивился я. – И что же ты увидел?

Гарри как-то странно покосился на меня, потом решительно выдвинул подбородок и сказал совсем не то, что я ожидал:

- Не скажу.

Глава 28

Я чуть не споткнулся на ровном месте:

- Не скажешь? Почему?

- О желании нельзя рассказывать, а то не исполнится. Но как только оно сбудется, я тебе сразу же расскажу!

- А если я буду тебя долго-долго щекотать, все равно не сознаешься?

Гарри отступил на шаг назад, уже готовый рассмеяться от одной только угрозы щекотки, но все равно упрямо помотал головой:

- Это секрет.

- Ну, раз ты так настаиваешь, - протянул я. – Ладно, можешь молчать, но я тебя все равно защекочу. Только отведи меня сначала к этому зеркалу, я тоже хочу посмотреть, вдруг, что интересное увижу.

Вечером мы крались по тихим темным коридорам уже вдвоем. Гарри запомнил дорогу, так что блуждали мы недолго.

- Это здесь, - Гарри закрыл дверь и стянул мантию-невидимку.

Я первым делом проверил комнату на наличие посторонних, а потом наложил на стены сразу несколько барьеров, работающих на чакре и на реацу, чтобы точно быть уверенным – никто нас не сможет тут подслушать.

Гарри первым заглянул в зеркало, и у него словно бы лицо изнутри осветилось. Не знаю, что именно он там видел, но это будущее ему определенно нравилось.

- Теперь твоя очередь, - Гарри повернулся с довольной улыбкой, и сел на одну из парт, освобождая мне место перед зеркалом.

Я встал напротив Еиналежа, и темная поверхность стекла начала быстро светлеть, словно из-под толщи воды всплывал какой-то силуэт. Еще миг – и я увидел себя, сидящего за обеденным столом и поедающего трехцветное данго с зеленым чаем.

- Что за?.. – от возмущения у меня даже все слова пропали.

Неужели тупая стекляшка считает, что для счастья мне не хватает только данго?!

Но тут изображение словно бы отодвинулось, и я увидел, что за одним столом со мной сидит Итачи. Мне сразу стало легче, все-таки, не настолько я эгоист, чтобы мечтать только об утолении своей потребности в данго, кстати, в этом мире приличных японских сладостей просто нет. Сколько бы я ни искал – все не то, самые вкусные продавались только в нашем с Итачи любимом кафе.

Тем временем изображение отодвинулось еще дальше, и я увидел, что стол намного больше, чем мне показалось сначала, и за ним сидит еще и Наруто. И если Итачи в моем видении почти не изменился, то Наруто начал выглядеть старше, как-то серьезнее, и волосы у него стали короче, и теперь уже не так сильно топорщились во все стороны. Между тем отражение снова изменилось, и теперь за столом сидели еще и Гарри, а за ним Ева со своими мелкими пушистыми сорванцами. Мои «внуки» тоже подросли, и младшенький теперь выглядел лет на пять, а по двум старшим было сложно понять их возраст, потому что они были в своей пушистой форме.

Все сидящие за столом весело переговаривались и пили чай с вкусняшками. А я мог только всматриваться в знакомые лица и по губам читать, о чем они говорят. Мне так хотелось попасть к ним, на самом деле сидеть за тем столом, что я готов был сквозь зеркало пройти, лишь бы оказаться там.

Я сам не заметил, как схватился за раму и прижался лбом к стеклу. В себя меня привел голос Гарри:

- Саске? – он потянул меня за руку, пытаясь отвлечь от коварного отражения. – Саске! Посмотри же на меня!

Я вздрогнул и отвернулся от манящего зеркала, стараясь прийти в себя и взять разбушевавшиеся эмоции под контроль.

- Не надо было тебя сюда приводить, - обеспокоенно пробормотал Гарри, пытаясь увести меня из комнаты. – Что же такого ты там увидел?!

- Все в порядке, не волнуйся, - я даже смог улыбнуться. – Просто увидел свое возвращение домой. И что мы все сидим за одним столом. Итачи, Наруто, ты, моя дочь и…

От удивления Гарри выпустил мою руку и прекратил попытки вытащить меня за дверь:

- У тебя есть дочь? – пораженно воскликнул он.

- Эээ… А я разве тебе не говорил? То есть, Ева мне не совсем дочь. Однажды я поспорил с демоном, запечатанном в моем лучшем друге, что смогу повторить подвиг Рикудо-сеннина и создать биджу. Вот так и появилась Ева. Она зовет меня папочкой, но гораздо чаще мамочкой, и характер у нее весь в меня, только еще вреднее. Она осталась в предыдущем мире, где я прожил несколько лет. Вышла замуж, родила троих детей и чувствовала себя совершенно счастливой. Вот уж за кого, а за нее я совершенно не волнуюсь, она, по сути, стала богиней того мира, и вряд ли кто-то сможет ее обидеть. Поэтому я стараюсь пореже вспоминать о ней, чтобы не скучать. А с Наруто и Итачи немного другая ситуация, я не знаю, все ли у них в порядке, поэтому постоянно о них думаю, и хочу вернуться обратно. Скорей бы уже разработать ритуал для путешествий между мирами, тогда я и ее смогу проведать или позвать к нам в гости.

- У тебя еще и внуки есть, - удивленно произнес Гарри, похоже, из всей моей речи он услышал только это.

- Хочешь, фотографии покажу? – я достал телефон и протянул его Гарри.

- Это твоя дочь? – недоверчиво переспросил он, увидев изображение улыбчивой полярной лисички.

- Листай дальше, там есть ее фото в других формах.

- Ого, - Гарри дошел до снимка, где Ева была размером с многоэтажный дом и сжимала меня в кулаке. – Вот тут вы похожи немного, у нее глаза такие же.

- Смотри дальше, там есть, где мы совсем похожи.

- Вот тут сразу видно, что она твоя дочь, - Гарри добрался до снимка, где Ева была в своей человеческой форме, за исключением лисьих ушек и хвостов, и держала на руках младшего сына. – Вы улыбаетесь совершенно одинаково.

- Ты лучше на внуков моих посмотри! Кажется, они больше похожи на отца, но определенно можно сказать только насчет младшенького, он в папу такой рыженький.

Я увлекся и начал описывать в подробностях семейство Комамура, и спохватился только минут через двадцать, вспомнив, что пора бы возвращаться в спальни, и так уже режим сбили, завтра с Гарри будем сонные ходить.

- Я бы хотел со всеми ними познакомиться, - улыбнулся Гарри и вдруг помрачнел. – Надеюсь, что я им понравлюсь. Все-таки я не шинигами, и даже не шиноби.

- Даже не волнуйся об этом, - я взъерошил его волосы. – Ева точно будет от тебя в восторге и затискает до полусмерти, ты ведь такой кавайный няшка. Да и остальные члены моей семьи вряд ли останутся в стороне. Ты еще прятаться будешь от бурных проявлений их любви, по крайней мере, от тройняшек точно.

Гарри фыркнул, а потом слегка нахмурился:

- Я только сейчас сообразил, что не знаю японского языка, а ты ведь говорил, что у тебя дома говорят по-японски. Я же не смогу никого понять!

- Точно, что-то я об этом не подумал, - теперь была уже моя очередь хмуриться, мне ведь освоение языков далось легко, поэтому я забыл, что у других людей все не так просто. – Но не переживай, у тебя впереди еще несколько лет, сто раз успеешь все выучить.

- А мне кажется, что ты сможешь придумать заклинание для путешествий намного раньше, чем думаешь. Я знаю, у тебя все получится, - Гарри снова взял меня за руку и повел к выходу. – Ты ведь очень-очень умный!

Кажется, он пытался отвлечь мое внимание от зеркала и поскорее увести от опасного артефакта, так что я сделал вид, будто не заметил его маневра. Только вот после увиденного кое-что я понял с пугающей ясностью – если на разработку нужного заклинания действительно уйдут десятилетия, я просто сойду с ума. Все эти годы я упорно гнал от себя воспоминания о доме, запрещал себе даже думать о тех, кто мне дорог, но на самом деле просто умирал от желания их увидеть.

Поэтому следующей ночью я невидимой и неслышной тенью вновь скользил по темным тихим коридорам Хогвартса, чтобы опять увидеть обманчивое отражение счастья.

Только вот комната уже была занята.

- Добрый вечер, директор. Тоже пришли полюбоваться зеркалом? – вежливо поинтересовался я у Дамблдора, скрытого каким-то заклинанием.

- Добрый вечер, - Альбус стал видимым и на удивление доброжелательно ответил на приветствие. – Хотя я бы сказал, что сейчас уже глубокая ночь, и всем юным ученикам следует быть в своих кроватях, а не любоваться на опасные артефакты.

- А я сказал бы, что старым мудрым волшебникам не следует оставлять опасные артефакты в местах, где их может найти любой ученик. Но к чему лишние слова? – я нахально прошел мимо него к зеркалу и уставился в манящую глубину.

Как и в прошлый раз, желанные образы возникали словно бы нехотя, медленно всплывая из темноты. В этот раз я лучше себя контролировал и не пытался влезть в зеркало, но не удержался от того, чтобы хотя бы не прикоснуться к отражению.

Дамблдор дал мне пару минут полюбоваться на заманчивые картинки и произнес:

- Зеркало Еиналеж показывает нам не больше и не меньше, как наши самые сокровенные, самые отчаянные желания. Однако оно не дает нам ни знаний, ни правды. Многие люди, стоя перед зеркалом, ломали свою жизнь. Одни из-за того, что были зачарованы увиденным. Другие сходили с ума оттого, что не могли понять, сбудется ли то, что предсказало им зеркало, гарантировано им это будущее или оно просто возможно.

- То, что показывает мне зеркало, вполне возможно. Я хочу вернуться домой, но из-за некоторых обстоятельств это будет очень непросто. Возможно, пройдут долгие-долгие годы, прежде чем я снова смогу переступить порог родного дома, но у меня почти не осталось сил ждать, - произнес я, не отрывая взгляда от отражения.

Не очень-то мне хотелось откровенничать с Дамблдором, но надо было успокоить старика, рассказав, что я мечтаю не о власти и захвате мира, а о том, как бы поскорее покинуть Англию и больше не путаться у него под ногами.

Титаническим усилием воли я все-таки отвел взгляд от зеркала и посмотрел на директора. И тут меня осенила идея, не то чтобы гениальная, но вроде бы неплохая. Мантия Дамблдора была расшита замысловатыми рунами и звездами, складывающимися в созвездия, да и на заколке, которой он иногда скреплял бороду, был выгравирован рунический орнамент. Именно это заставило меня задать следующий вопрос:

- Вы не знаете, что означают эти руны? В библиотеке я ничего похожего не нашел, – я быстро нарисовал пальцем прямо в пыли, покрывавшей ближайшую парту, несколько непонятных знаков, изображенных на арке смерти.

Ошарашенный резкой сменой темы директор несколько секунд задумчиво рассматривал руны, машинально поглаживая бороду.

- К сожалению, нет, но недавно мне попалась одна занятная книга о рунической тайнописи, возможно, она сможет тебе помочь. Зайди завтра после занятий в мой кабинет, я отдам ее тебе. Пароль на входе – «Всевкусное драже». Как видишь, в этот раз тебе не придется дразнить профессора Снейпа, чтобы попасть ко мне, - Альбус даже подмигнул мне, напомнив о том случае.

- Благодарю, - ответил я, слегка удивленный тем, что директор действительно хочет мне помочь. Но возможно, дело в том, что он надеялся так поспособствовать моему отъезду из Англии.

Дамблдор ответил мне благодушной улыбкой, но потом, видимо, вспомнил наш первый разговор и поспешно перестал улыбаться. После чего посоветовал мне отправляться в кровать и больше не искать Еиналеж, и Гарри передать то же самое.

Глава 29.1

Книга, выданная Дамблдором, оказалась на удивление полезной. Я узнал несколько способов шифрования, о которых и не догадывался раньше, все-таки, этой областью знаний я никогда не интересовался, да и специализация у меня не та. Работа по изучению Арки Смерти закипела с новой силой, благо, в Отделе Тайн имелись свои шифровальщики. Кстати, некоторые невыразимцы постепенно догадались, что часть их коллег была подменена, но виду не подавали, пытаясь самостоятельно разобраться, что происходит. Из-за этого многие волшебники начали задерживаться на работе и даже приходить по выходным, стараясь вычислить всех двойников. Похоже, новая тайна в Отделе Тайн казалась им весьма увлекательной, так как остальные загадки магии тут веками расшифровывали, а теперь появилось что-то новое и интересное.

Но по Арке Смерти пока удалось выяснить только то, что часть знаков значительно старше остальных, и появилась задолго до того, как люди додумались пользоваться рунами. Зато оставшиеся знаки были успешно опознаны как рунная тайнопись, и это вселяло определенную надежду. Раз кто-то до меня уже догадался, как открыть врата в другой мир, то и я смогу повторить этот трюк.

Все эти подвижки в исследовании натолкнули меня на мысль, что надо бы пошевеливаться. Вряд ли я задержусь тут на такой длительный срок, что Гарри успеет закончить Хогвартс, а оставлять волшебника без магического образования мне совсем не хотелось. Поэтому я решил окончить школу экстерном, чтобы потом самостоятельно обучить младшего братика всему, что должен знать каждый маг.

Правда, программа Хогвартса ускоренного обучения для отдельного ребенка не предполагала, но я надеялся, что учителя смогут пойти мне навстречу. Особенно Снейп, вот уж кто будет рад-радешенек, что я буду мозолить ему глаза и трепать нервы не семь лет, а намного меньше. Поэтому вечером в день рожденья моего дорогого декана я стоял на пороге его личных комнат и вежливо стучал в дверь. Вот уже минут десять стучал, но готов поспорить, у Северуса терпение лопнет первым. Меня таким холодным приемом не смутить, к тому же простенькая иллюзия сводила на нет действие заглушающих чар, из-за чего Снейп мог в полной мере насладиться ритмичным перестукиванием. В честь праздника я даже попытался отбивать ритм песенки Happy Birthday, не знаю, насколько хорошо у меня получалось, и смог ли профессор ее угадать.

- Что тебе нужно, маленькое чудовище? – устало спросил Северус, когда дверь все-таки открылась.

- С днем рожденья, сенсей! – радостно воскликнул я, как ни в чем ни бывало. – И я рад, что мы с вами уже перешли на неформальное общение, и вы больше не зовете меня «мистер Учиха». Знали бы вы, как это выражение слух режет.

- Ты ведь от меня просто так не отстанешь? – обреченно произнес профессор.

- Вы уже знаете ответ, - с этими словами я продемонстрировал ему небольшую подарочную коробку.

Несколько минут Северус боролся сам с собой, но, в конце концов, отступил в сторону, давая мне пройти внутрь, вместо того, чтобы захлопнуть дверь.

- Этот подарок я сам делал, открывайте скорее, вам понравится, - мне пришлось едва ли не силой вручить коробку Снейпу.

- Я не ношу украшения, - недовольно произнес он, достав из упаковки широкий белый браслет с тремя закрепленными на нем серебряными пластинками.

- Это не украшение, это артефакт! Ремешок сплетен из волос единорога, и при ношении благоприятно сказывается на здоровье, а еще при необходимости его можно приложить к ране, и он остановит кровь. А на пластинках изображены специальные иероглифы. Первый помогает успокоиться, второй – усыпляет, третий, наоборот, бодрит, как пузырек нашатыря под носом. Чтобы знаки подействовали, нужно смотреть на них примерно тридцать секунд.

Северус недоверчиво хмыкнул, но, тем не менее, уставился на среднюю пластинку:

- И все же мне не верится, что какая-то закорючка может… - тут иероглиф, являющийся разновидностью графического гендзюцу, подействовал, и профессор покачнулся, едва устояв на ногах. – Что за?...

Он потряс головой, пытаясь стряхнуть наваждение, но внезапная сонливость так просто отступать не желала.

- Посмотрите на последний знак, - посоветовал я.

Снейп неохотно последовал моему совету и едва заметно вздрогнул, когда символ подействовал.

- Я не могу принять такой дорогой подарок, - почти с облегчением заявил он, пытаясь вернуть мне браслет обратно.

Я тут же убрал руки за спину.

- Не такой уж он дорогой, я сам единорога чесал и ремешок плел, и гравировку сам делал. А три серебряные пластинки не так уж много стоили.

- Мальчишка! Ты хоть представляешь, сколько может стоить артефакт с такими необычными свойствами, как у этого браслета?

- Понятия не имею. Но для вас, сенсей, мне никаких денег не жалко, потому что вы самый добрый и адекватный учитель из всех, что у меня были.

Глава 29.2

- Самый добрый? – недоверчиво переспросил Снейп.

- Да! Если бы вы видели, что со мной Гай-сенсей делал, вы бы так не удивлялись, - я весь передернулся, вспомнив о силе юности. – Поэтому я решил сделать вам еще один подарок – закончить Хогвартс пораньше.

- Какое счастье - я буду мучиться не семь, а всего пять лет, - хмыкнул Северус, - сегодня просто день приятных сюрпризов.

- Не совсем так. Я хотел бы попробовать сдать экзамен за третий курс уже в конце этого года, и если все пройдет нормально, в чем я, в общем-то, не сомневаюсь, то в конце следующего года сдать СОВ.

Снейп на это даже ничего не ответил, просто смерил меня странным взглядом, поэтому я поспешил пояснить его выгоду:

- И всего через полтора года мы с вами распрощаемся, возможно, что навсегда. Я вернусь домой, и если появится возможность, буду писать вам письма и слать открытки на праздники. Разве это не чудесно?

- Звучит даже слишком хорошо, чтобы быть правдой. И я бы с радостью пошел уговаривать директора поставить на тебе этот бесчеловечный эксперимент, но у детей в твоем возрасте еще слишком нестабильная магия, чтобы ты чисто физически смог сдать нормативы третьего курса.

- А я вундеркинд, - и улыбку посамодовольнее, знаю, что Северуса она бесит. – Теорию я уже изучил, осталось только практику немного подтянуть.

На самом деле, ежедневные упорные тренировки принесли свои плоды, и сейчас мое магическое ядро и каналы были «раскачаны» примерно как у четверокурсника, но некоторые заклинания третьего и второго курсов я действительно не учил – они показались мне слишком скучными.

- К тому же, вы сами говорили, что школьная программа рассчитана на стадо баранов, а я явно отличаюсь от этого стада. И не стоит забывать про моих доппельгангеров, ведь я получаю от них весь приобретенный опыт, поэтому могу обучаться в несколько раз быстрее.

Снейп едва заметно поежился, вспомнив свою первую встречу с моими клонами.

- Одной теории мало, даже если ты сдашь письменные и устные работы, то практику все равно не потянешь.

- Давайте проверим. Дайте мне сварить какое-нибудь зелье из программы третьего или четвертого курса, для них ведь тоже нужна магия, и когда я справлюсь, вы признаете, что я готов.

- Не когда, а если ты справишься, - недовольно поправил меня Северус, - в чем я очень сомневаюсь.

- Тогда договорились, - радостно улыбнулся я. – Когда приступаем?

- Завтра во время дополнительных занятий, - несколько обреченно ответил Снейп.

- Тогда до завтра! – я попрощался и оставил профессора запивать стресс после встречи со мной.

С зельем я справился на превосходно, но Снейп, конечно же, этого не признал, хотя и назвал мое варево вполне пригодным. Его совсем не радовала перспектива договариваться сначала с директором, а потом и со всеми остальными профессорами об ускоренном курсе обучения для меня, но с другой стороны грела мысль о нашей скорой разлуке, если все пройдет нормально.

Дамблдор, к удивлению Северуса, быстро согласился на экспериментальное обучение для одного из учеников, а остальные учителя хоть и были против, но с решением директора спорить не могли. Однако за утрясанием всех формальностей прошло несколько недель, и в это время меня успели снабдить кучей учебной литературы и дополнительных материалов. И даже закрепили за мной один из пустующих классов, чтобы я мог без помех отрабатывать уже изученные заклинания, а также записали на несколько факультативов, где учителя поначалу пытались отговорить меня от этой затеи, а потом начинали обучать с каким-то слегка нездоровым энтузиазмом. Мне даже показалось, что они между собой поспорили, от чьих занятий у меня быстрее голова опухнет и мозг из ушей потечет. Если бы не клоны, то, наверное, я бы не справился, а так оставалось время и на отдых, и на развлечения.

Остальные ученики, когда узнали о моей самоубийственной затее с ускоренным обучением, только пальцем у виска крутили. А Драко и вовсе так сильно впечатлился, что назвал меня психом не дважды или трижды за день, как обычно, а целых двадцать семь раз, я специально считал. И лишь Гермиона, узнав о персональном экстерне только для меня, сочла себя оскорбленной в лучших чувствах и тоже захотела учиться по такой программе.

- И зачем тебе это нужно? Я верю в твою способность закончить Хогвартс в четырнадцать лет, но что дальше? На работу тебя точно не возьмут, даже на стажировку, а в магический университет если и поступишь, то будешь для остальных студентов не более чем занятной диковинкой.

Гермиона, открывшая было рот, чтобы возмутиться, призадумалась и сказала совсем не то, что собиралась:

- А тебе тогда зачем так рано Хогвартс заканчивать?

- Я собираюсь вернуться домой через полтора года. Так что обучение в Англии продолжить не смогу, поэтому и хотел хотя бы СОВ получить. Зря я, что ли, тут время тратил? Пусть хоть какой-то диплом будет.

Время прошло незаметно, и вот на носу уже был квиддичный матч между Гриффиндором и Пуффендуем. Самая первая игра, на которой Гарри дебютировал в качестве ловца, прошла довольно буднично, потому что я подсуетился и смог добавить Квиреллу в еду убойную дозу слабительного, и тот на трибуны попасть не сумел. Сегодня придется придумать что-нибудь новенькое, чтобы нейтрализовать его, вряд ли второй раз удастся трюк с неучтенными лекарствами.

Преподаватель защиты от темных сил явно был настороже и трясся и дергался в день квиддичного матча сильнее, чем обычно. Он даже не стал ничего есть за завтраком и в Большой зал переместился при помощи домовика, а не пришел пешком, поэтому парочка настроенных на него ловушек так и не сработали. Похоже, Волдеморт почувствовал чей-то негативный интерес в свою сторону, но виновника вычислить, вроде бы, не смог. По крайней мере, Квирелл на всех зыркал настороженно, а не только на меня. Ну да ладно, матч должен быть коротким, если все пойдет по канону, то Гарри поймает снитч уже через несколько минут после начала. А если игра все-таки затянется, придется отвлечь учителя методом, который еще Гермиона придумала – поджечь ему мантию. Нет, все-таки есть во всех гриффиндорцах что-то маньячное, с виду могут казаться тихими, но копнешь поглубже, а там такие тараканы отборные, что мои собственные даже как-то теряются на их фоне.

Гарри перед матчем почти не нервничал, все-таки он очень много тренировался, да и первая игра прошла нормально, и ему нечего было бояться. А снитч он действительно поймал практически молниеносно – прошло всего три с половиной минуты, так что Гарри стал не только самым молодым ловцом столетия, но и самым быстрым. Гриффиндорцы в полном составе высыпали на поле поздравлять победителей, а Квирелл, с откровенно недовольным видом, отправился куда-то в сторону Запретного леса. Через некоторое время в том же направлении последовал Снейп, я сначала хотел проследить за ними, но передумал – все равно ничего нового не узнаю.

А еще через два дня Рон, с жутко таинственным видом поведал Гарри, Гермионе, ну и мне за компанию, что случайно подслушал разговор директора и Хагрида о каком-то Пушке, охранявшем философский камень. Оказалось, что близнецы Уизли все-таки не вынесли таинственности и полезли проверять что же такого запретного хранится на третьем этаже, и увидели цербера, сидящего на люке. По секрету поделились этим с младшим братцем, а тот уже сам сложил две части истории и предположил, что цербер это и есть Пушок. Что такое философский камень он не знал, но подозревал, что если его охраняет огромная трехголовая псина, то штука ценная.

Я даже просканировал Уизли шаринганом, пытаясь понять, играет ли он роль, или действительно просто подслушал. Как оказалось, Дамблдор использовал его вслепую – мальчик действительно не знал, что директор готовит для Гарри ловушку. Меня это немного успокоило – все-таки не уизлигад намечается, и в этом мире пока только директор строит против последнего Поттера козни. Он даже задачу ему максимально упростил – не стал впутывать Фламеля и ограбление Гринготтса. Интересно, как он теперь даст детям понять, что на камень охотится именно Волдеморт?

Глава 30

Приближались пасхальные каникулы, но учителя как сговорились и начали задавать столько домашних заданий, что многие ученики решили остаться в Хогвартсе. Все были уверены, что я-то, с моим ускоренным в три раза обучением, точно проведу праздники в замке, не вылезая из библиотеки, но были неприятно удивлены, когда я начал готовиться к отбытию.

- И как ты собираешься писать все те эссе, которые тебе задали на время каникул? – ядовито поинтересовался слегка взъерошенный Драко. – Твоя библиотека с Хогвартской точно не сравнится. Даже я домой не еду, хотя мне нужно исписать всего-то метров пять свитков, а не двадцать, как тебе.

В последнее время он решил подналечь на учебу, то ли из-за того, что с удивлением обнаружил себя далеко не лучшим учеником на курсе, то ли Люциус в очередном письме намекнул ему, что хватит страдать ерундой и заниматься рисованием анимированных картинок. Проект Драко с созданием игры успешно продвигался, и уже был готов бумажный прототип, но управлять им приходилось палочкой, а мальчику хотелось создать что-то вроде приставки, чтобы игрой могли пользоваться и те, кто еще не достиг одиннадцатилетия. Так что ему пришлось провести небольшое исследование и заняться изучением создания артефактов. Пока у него получалось только создать что-то вроде кнопки, меняющей цвет предмета при нажатии, но он уже явно был на верном пути.

- У меня есть секрет, который позволяет мне все успевать, - я понизил голос и принял таинственный вид, отчего Драко непроизвольно наклонился ближе, стараясь меня расслышать. – Для этого нужно всего лишь уметь разделяться на несколько частей.

- Пфф, - разочарованно выдохнул Малфой. – И почему я каждый раз ведусь и жду, что ты скажешь что-то умное?

- Потому что я действительно говорю умные вещи, но нужно быть гением, чтобы понять мои речи, - поучительно произнес я и сменил тон на обычный. – Серьезно, Драко, ты никогда не замечал, что меня в Хогвартсе больше, чем должно быть?

Мальчик уже открыл рот, явно собираясь сказать что-то насмешливое, но вспомнил несколько странных случаев, связанных с его однокурсником. Он очень много времени проводил с Саске – они вместе ходили на занятия, на обеды-завтраки-ужины в Большом зале, спали в одной комнате и даже большую часть каникул провели вместе. Но Драко иногда слышал от других учеников, что Учиху видели одного или в другой компании, как раз в те моменты, когда они делали что-то совместно.

Раньше Малфой не обращал внимания на эти сведения, мало ли что сплетники могли перепутать или переврать, но сейчас у него в голове словно бы сложился паззл.

- У тебя есть маховик времени! – выпалил он.

- Почему сразу маховик? Может, у меня есть братья-близнецы, которые тайно тоже обучаются в Хогвартсе и помогают мне с домашкой?

Драко даже отвечать на это не стал, но посмотрел так выразительно, что я засмеялся.

- Ладно, сознаюсь, они мне не братья, а клоны. Ну, или дубли, копии, доппельгангеры, можно как угодно назвать, но мне больше нравится «клоны».

Малфой продолжал на меня скептически смотреть, видимо, ожидая, что я вот-вот скажу: «Шутка!». Но я молчал, зато клон, с которым я заранее договорился, открыл дверь в спальню и радостно поздоровался с Драко.

- Может быть, все-таки сойдемся на версии, что это твой брат-близнец? – почти жалобно спросил Малфой. – Это я еще готов принять.

- Если тебе так будет легче, то можешь считать их близнецами, - разрешил я.

Тут дверь открылась снова, и внутрь просочился еще один клон. Он приветливо помахал рукой Драко и уселся на мою кровать рядом с первым. Хорошо, что в спальне, кроме нас, никого не было, а то их появление точно произвело бы фурор, возможно, некоторые особо впечатлительные личности начали бы разбегаться с криками ужаса. Но Малфой уже был закален общением со мной и даже в лице почти не поменялся.

- Я вообще-то решил тебе про них рассказать, чтобы ты не беспокоился о моей успеваемости. Как видишь, я смогу и сочинения написать, и отдохнуть.

Дверь открылась еще раз, пропуская третьего клона. Тот явился не с пустыми руками, а с ополовиненной коробкой шоколадных конфет, похоже, только что вернулся от старшекурсниц. Он, как ни в чем ни бывало, плюхнулся на кровать рядом с Драко:

- Конфетку?

Малфой машинально взял одну и закинул в рот.

- Ну и что тебе тут мой клон втирает? – поинтересовалась моя копия.

Драко подавился и закашлялся, а мой двойник начал заботливо похлопывать его по спине.

- Эй! – Возмутился я. – Это ты мой клон!

- Чем докажешь? – насмешливо хмыкнул тот.

Я даже слегка подзавис, пытаясь придумать, как на самом деле доказать свою «настоящесть», но в конце концов, сообразил.

- Я могу заставить тебя исчезнуть!

- Сделаешь так, и я обижусь! – недовольно надулся двойник. – И буду тебе мстить! И всех остальных клонов подговорю!

- Ладно-ладно, - тут же пошел я на попятную. - Пусть Драко сам угадает, кто из нас настоящий.

Все мои клоны тут же вопросительно уставились на Малфоя, отчего тот слегка поежился, но быстро взял себя в руки, а потом, бубня под нос какую-то считалочку, принялся по очереди указывать на каждого пальцем. Стишок закончился на Четыреста Пятом, но Драко почему-то развернулся в мою сторону.

- Вот этот настоящий.

- Молодец! – похвалил я его. - Интуиция тебя не подвела.

- А вы вообще друг от друга чем-нибудь отличаетесь? – Малфой, чуть прищурившись, принялся рассматривать нас, пытаясь найти разницу.

- Мои клоны немножко неадекватные, никогда не знаешь, что они в следующий момент устроят.

- Еще более неадекватные, чем ты? – недоверчиво произнес Драко.

- Ну, они иногда даже меня пугают, - пожаловался я. – Кстати, хочешь, я тебе на каникулы одного подарю, чтобы не скучно было? Аль будет каждый день тебя развлекать, а еще посмотри, какой он милый.

Я потыкал в щеку сидящего рядом клона.

- Вообще-то я Четыреста Пятый, - обиделся тот.

- Упс, ну извини, перепутал слегка.

- Нет, спасибо, - Драко даже затряс головой, словно я уже пытался силой всучить ему своего клона. – Мне и одного тебя слишком много.

- Ну, как хочешь. Но если что, Аля иногда можно в библиотеке найти, он там чаще всего бывает. Остальных клонов в Хогвартсе, наверное, не будет. И если что, ты про моих двойников не знаешь, их существование – секрет. К тому же, я буду все отрицать.

- Погоди, - вдруг встрепенулся Малфой. – Ты сказал «Четыреста Пятый»?! Вас, что, тут больше четырех сотен?!

- Нет, - засмеялся клон. – Это шутка такая. На самом деле я Четыре Тысячи Шестьсот Тридцать Девятый, но полное мое имя звучит как-то не очень, пришлось взять псевдоним.

У Драко сделалось такое забавное лицо, как будто случилось нечто настолько невероятное и ужасное, и в голове у него уже начал прокручиваться сценарий грядущего апокалипсиса.

- Я же говорил, что они еще более неадекватные, чем я? – пришлось выручать младшего Малфоя, так как выглядеть он начал, будто вот-вот сойдет с ума. – Шутки у них вообще не смешные, да?

Драко облегченно выдохнул и осторожно спросил:

- Так сколько вас всего?

- Это закрытая информация, - ровным голосом ответил Аль, и Малфой понял, что некоторые вещи лучше не знать ради собственного спокойствия.

Мне не хотелось тратить целый день в дороге, поэтому из Хогвартса мы с Гарри выбирались не на поезде, а с помощью порт-ключа. Мой взрослый клон заранее написал письмо, что нас заберут от ворот школы, поэтому недовольный Снейп, который не смог отвертеться от этой почетной миссии, провожал нас до условленного места.

Забирать нас пришли Элис и Сириус. Они с самого утра гуляли в Хогсмите, поэтому сюда пришли пешком. Северуса всего перекосило, когда он увидел своего давнего школьного врага. Да и улыбка Блэка стала больше похожа на оскал, кажется, он тоже был рад встрече. Но положение спасла моя «мачеха», радостно воскликнувшая:

- Северус! Добрый день! Так приятно вновь с тобой встретиться!

С этими словами она подскочила к Снейпу и с чувством троекратно расцеловала в обе щеки.

Сириус и Северус от такого приема мгновенно впали в ступор, забыв начать свой обычный обмен любезностями. И если Блэк вскоре стал приходить в себя, то Снейп был шокирован куда глубже, потому что руки Элис во время приветственного объятия находились куда ниже его пояса и даже ниже поясницы. Никто никогда не лапал Северуса так бесцеремонно, поэтому тот все никак не мог поверить в реальность происходящего.

- Элис! – зашипел я почти на парселтанге, глядя на эти домогательства.

- Ах, прошу меня простить, - Элис отступила на шаг назад и невинно улыбнулась. – Мои русские корни дают о себе знать. Порой я бываю слишком эмоциональна и не сдержанна. Должно быть, англичанам это чересчур непривычно.

- Кхм, да, - смог выдавить из себя Снейп. – Я тоже очень рад встрече.

А про себя Северус подумал: «Как же хорошо, что Долохов не имеет привычки здороваться так же бурно, а то ведь у него не просто корни русские, он весь целиком русский».

Глава 31

**В этой части появится новое действующее лицо, и если вы смотрели Сверхъестественное, то знайте, что в моей голове нового героя озвучивает Кастиэль :) **

Как я и обещал Гарри, на пасхальные каникулы мы отправлялись в джунгли Амазонки, поэтому из Хогвартса переместились в поместье, чтобы переодеться и собрать вещи. Путешествовать мы решили самолетом, потому что с нами в качестве инструктора ехала Мэри. Сириус тоже горел желанием присоединиться, а вот Элис сказала, что у нее есть дела поважнее, поэтому в поход мы отправились впятером. Мне пришлось путешествовать в детском теле, а то было бы подозрительно, если бы мой взрослый клон провел без меня не только рождественские, но и остальные каникулы. Но мы с моей копией договорились периодически меняться телами, чтобы оценить разницу ощущений.

Место для нашего похода я выбрал самое спокойное и проходимое, ну, насколько это вообще возможно в джунглях. При этом я сверялся не только с маггловскими, но и с магическими картами. Не хотелось случайно напороться на заповедник каких-нибудь магических тварей, у меня все-таки двое детей на руках – я и Гарри.

Туризм тут был совсем неразвит, но только потому, что цивилизация сюда еще почти не добралась. В небольшом городке, который был последним населенным пунктом на нашем пути, удалось узнать, что примерно в пятидесяти километрах отсюда обитает небольшое племя коренных индейцев, поэтому маршрут пришлось еще немного откорректировать, чтобы с ними не столкнуться.

Начать путешествие мы решили как обычные магглы, а все магические игрушки, заметно облегчающие жизнь, я убрал в безразмерную сумку, и постановил, что пользоваться ими будем только на обратном пути, чтобы сравнить ощущения. В конце концов, мы сюда приехали научиться выживать в дикой природе, а не отдохнуть с комфортом. И только Сириус периодически вздыхал о том, как легко было бы расчистить путь взмахом палочки или уменьшить вес рюкзака. Но остальным было интересно превозмогать трудности собственными силами, поэтому Блэку пришлось замолчать, особенно после того, как Мэри смерила его презрительным взглядом.

Кстати, выглядела моя домоправительница в военной форме цвета хаки просто сногсшибательно. Причем, в буквальном смысле – при взгляде на нее ни у кого и мысли не появлялось, что она так нарядилась только потому, что хаки сейчас в моде. Мы все были одеты в костюмы похожей расцветки, и только на ней одежда смотрелась именно униформой.

Наш маршрут был рассчитан так, чтобы не уставать слишком сильно. Переходы были не очень длинными, а в перерывах Мэри рассказывала, как добывать еду, какие из растений можно есть, что делать при встрече с хищниками. Кстати, в первый день нам никто крупный даже не повстречался, только пара змей скользнули в траве, да еще потревоженные птицы возмущенно кричали вслед. Джунгли в такой близи от человеческого жилья были совсем не густыми, по сути отличаясь от английских лесов только видами растений. А вот на следующий день стало уже веселее, кое-где приходилось прорубаться с помощью мачете. Мэри со здоровенным ножом в руке выглядела истинной Амазонкой, даже Сириус проникся, и все ее указания выполнял четко и без своих обычных прибауток. Кажется, до него начало доходить, что эта маггла его одной левой уделает, пусть он и бывший аврор.

А вечером мы ужинали первой пойманной добычей. Точнее, это Гарри поймал птичку, которую потом поджарили на костре и дружно съели. Днем Мэри показывала, как можно охотиться и изготавливать оружие из подручных средств, но только Гарри удалось кого-то изловить. Сириусу было непривычно работать руками, поэтому у него все получалось кривовато, а я не особенно усердствовал, чтобы дать магам возможность посоревноваться.

На третий день все более-менее привыкли к длительной ходьбе, поэтому нам удалось пройти весьма приличное расстояние. А на предпоследнем привале Мэри незаметно отозвала меня в сторону и продемонстрировала навороченный армейский навигатор. Он не только определял наши координаты, но и отмечал пройденный маршрут на карте.

- Я не понимаю, как это возможно, но готова поклясться, что мы все время шли по прямой. А навигатор показывает, что мы вот тут сделали немаленькую петлю, будто обходили что-то невидимое, - Мэри указала на траекторию нашего пути, выгибавшуюся неожиданной дугой.

- Хуже того, что ни я, ни Сириус тоже ничего подозрительного не заметили. Похоже, это настолько мощные чары, что даже на магов и пришельцев действуют, - задумчиво произнес я. – А я ведь не только человеческим зрением по сторонам смотрел.

- Что будем делать?

- Не думаю, что это что-то опасное, иначе нас бы уже прокляли или того хуже. Но убраться отсюда как можно дальше не помешает.

Мы с Мэри перестроили маршрут так, чтобы быстрее вернуться к цивилизации. Конечно, можно было бы мгновенно переместить всех обратно в город, но не хотелось портить остаток каникул. У нас и так оставалось всего два с половиной дня, хотелось бы как следует ими насладиться. Тем более, что все уже втянулись в ритм походной жизни, и даже Сириус больше и не вспоминал о палочке, с каким-то азартом выполняя всю необходимую работу руками безо всякой магии.

Мы с Мэри вернулись к остальным, и я объявил:

- Мы тут посоветовались и решили устроить тест на выносливость. До вечера постараемся пройти так много, сколько сможем, а кто первым сдастся и начнет ныть, тот дохлый флоббер-червь.

Не знаю, не вызвало ли подозрений это неожиданное предложение у Гарри и Сириуса, но оба тут же согласились, а Блэк так вообще пообещал прийти первым. Честно говоря, если бы мы делали ставки, я бы поспорил, что именно Блэк будет слабым звеном, однако вслух я этого не сказал. Но, кажется, Блэк следил за своей физической формой, и самый длинный переход не доставил ему проблем.

К намеченному месту мы успели прийти до темноты, но сильно уставшими, так что решили в этот раз заночевать в волшебной палатке, а не в обычных. И еду готовить не маггловским способом, а с помощью магии. Точнее, готовил Сириус, мы-то с Гарри кулинарных чар вообще не знали. Впрочем, и Блэковских умений хватило лишь на сэндвичи и горячий чай.

Очень странно было сидеть в кресле посреди обычной английской гостиной, попивать чай из фарфоровой чашечки и в то же время слышать звуки вечерних джунглей сквозь тонкие тканевые стенки. Мэри так вообще выглядела дезориентированной тем, как в обычной с виду палатке могли поместиться четыре комнаты и кухня. Еще больше безумия картине придавал вид самонарезающихся прямо в воздухе ветчины, хлеба, огурцов, помидоров, складывающихся затем в неровные стопки бутербродов.

- Безумное чаепитие, - себе под нос пробормотала Мэри, принимая из воздуха тарелку с сэндвичем, которую к ней отлевитировал явно красующийся своими умениями Сириус.

- Для полноты картины нам только цилиндров и карманных часов не хватает, - подтвердил я.

Ночью, когда все улеглись спать, я оставил вместо себя несколько клонов для усиления охраны и незаметно выскользнул из палатки. Охранный периметр ставил я, так что и его я тоже не потревожил. Мне было слишком интересно, что же такое непонятное повстречалось нам на пути, поэтому я переместился обратно в то место, которое мы обошли по дуге.

Как ни странно, даже мангеке шаринган не смог обнаружить ничего подозрительного, я прошел несколько раз туда-сюда, но так ничего и не отыскал. Мне даже начала казаться все более вероятной теория о том, что тут просто какая-то природная магнитная аномалия, которая сбивает компасы и чувство направления, но риннеганом воспользоваться все-таки решил. Уж несколько лет прошло с тех пор, как я включал его последний раз, до этого все как-то повода не находилось.

Вначале мне почудилось, что я на краткий миг увидел свет, как будто сейчас день, и какие-то иероглифы, но неожиданное видение быстро пропало. Однако подумать об этой странности было некогда, потому что в следующее мгновение я наконец-то узрел необычную энергетическую сеть, огромным куполом накрывающую часть джунглей. Ячейки сети оказались достаточно крупными, чтобы можно было проникнуть внутрь, не потревожив плетение, чем я и воспользовался. Риннеган пришлось отключить, все-таки было слишком непривычно им пользоваться, к тому же обычный шаринган позволял прекрасно видеть ночью.

Деревья, по мере того, как я продвигался вглубь, стояли все реже, и большая их часть была усыпана плодами, хотя для некоторых видов явно был не сезон. А кроме того, земля была покрыта цветами, многие из которых цвели, наполняя ночной воздух тонким ароматом. Ближе к центру аномалии начали встречаться стайки светлячков и ночных бабочек, и с каждым шагом огоньков, мерцающих в траве, становилось все больше, пока они не стали похожи на рождественские гирлянды, раскиданные тут и там прямо на земле.

А в самом центре стояла небольшая ступенчатая пирамида из потемневшего от времени камня. Высотой она была всего лишь около трех метров, а на ее вершине восседал самый необычный бишонен, каких я только видел. Его глаза были закрыты, а на лице и руках виднелись полустертые следы каких-то узоров. Распущенные черные волосы были настолько длинными, что спадали к подножию пирамиды, а на голове находился причудливый убор из блестящих сине-зеленых перьев и драгоценных камней. Одет был бишонен в нечто вроде юбки до колен, подвязанной сложно закрученным расшитым поясом, и такое огромное количество золотых и жемчужных ожерелий, что они закрывали его грудь и живот словно кольчуга. Картину дополняла огромная крылатая змея, обвивавшая пирамиду своими кольцами в несколько слоев. Когда я вышел из-за деревьев, она подняла голову и зашипела в мою сторону:

- Чужак. Сссдесссь чужак.

Глаза бишонена медленно открылись, и стало видно, что они неярко сияют голубым светом. Так же неспешно он повернул голову в мою сторону и произнес что-то на неизвестном мне языке.

- Я не понимаю, что ты говоришь, но я понимаю твою змею, - последнюю часть фразы я произнес на парселтанге.

- Смертный, как проник сюда ты.

Таинственным образом слова бишонена прозвучали словно стихотворная строка, хотя парселтанг крайне беден на художественные средства. В одном-единственном предложении этот странный парень словно бы уместил незаконченную мелодию, которая буквально требовала продолжения. И хоть интонация его слов не была вопросительной, я ответил:

- Я не смертный. Я странник в поиске знаний. Я не знал, кто ты, поэтому пришел получить ответы, - в парселтанге не так уж много слов, описывающих абстрактные понятия, поэтому довольно сложно изъясняться на отвлеченные темы. А уж быть вежливым и вовсе непосильная задача.

- Имя мое не скажет ничего тебе, его давно забыли люди. Предали, осквернили, пороком запятнав.

Бишонен отвернулся и теперь глядел прямо перед собой, и явно погрузился в невеселые воспоминания, отчего у него даже свет глаз слегка потускнел.

- Люди так устроены, что забывают, предают, порочат. Винить их, все равно что воду упрекать в том, что она мокрая. Но так же люди способны на великие дела, и могут создавать такие прекрасные вещи, что даже богов в силах удивить.

Мой собеседник ничего на это не ответил, но глаза у него, кажется, разгорелись чуть ярче.

- Так кто же ты? – повторил я.

- Кецалькоатль имя мне.

- Ты тот, кто научил людей считать, строить здания, обрабатывать землю, наблюдать за звездами, дал им маис и какао, а также запрещал человеческие жертвоприношения?

Бог встрепенулся от моих слов и повернулся ко мне уже всем телом, отчего многочисленные ожерелья на его шее мелодично зазвенели.

- Удивлен немало я, что помнят о деяниях моих.

- Помнят. Но не все, лишь те, кто любит знания. Даже назвали твоим именем самого большого из древних летающих ящеров, известных не магам. Но лично я готов поставить тебе памятник только за то, что ты дал людям какао. Шоколад, который из него готовят, для меня самое вкусное лакомство на свете.

Бишонен едва заметно улыбнулся:

- Принес ты в сердце мое радость. И чоколатль не зря богов напитком называли, раз любят до сих пор его.

- Сейчас из него не только напиток делают, но и твердый шоколад.

Я достал из своего неприкосновенного запаса на черный день все сладости с какао, какие там хранились. Вышло примерно пять с половиной килограмм – здоровенная куча конфет и шоколадных батончиков, которая из-за разноцветных фантиков казалась еще больше, чем она есть на самом деле.

- Минуло десять сотен лет, как человеческие руки подношенье совершали мне в последний раз. С тех пор питался я лишь плодами и цветами, что сами опадали на мой храм, единственный, что уцелел, когда низверг меня Тескатлипока.

Я еще раз окинул взглядом трехметровую пирамиду, кажется, его прежние почитатели не особенно заморачивались с ее строительством. Но потом присмотрелся внимательнее с помощью риннегана и понял, что передо мной только вершина храма, а большая его часть ушла под землю. Похоже, тот энергетический купол, сбивавший с пути всех посторонних, накрывал только пирамиду – настолько большой она была.

- Как наградить тебя мне, Странник В Поиске Знаний.

Я не сразу сообразил, что бог решил, будто это мое имя, но поправлять его счел слишком невежливым, это же ведь я самолично так представился. К тому же самого Кецалькоатля звали и Пернатым Змеем, и Ветром, и Утренней Звездой. Должно быть, богу такое имя казалось вполне нормальным. Надеюсь, если я потом представлюсь, как Саске Учиха, проблем не возникнет. Хотя Странник В Поиске Знаний звучит довольно неплохо, длинновато, но интересно. Может, найти перевод на каком-нибудь древнем языке и потом так всем представляться?

- Я хотел бы говорить с тобой об устройстве мира, о ходе звезд по небосклону, обо всем, что ты захочешь мне поведать.

- Возьми, - Кецалькоатль снял с одного из своих многочисленных ожерелий золотую раковину и протянул мне. – Когда захочешь ты беседы, мое ей имя назови.

- Благодарю, - я принял дар и поспешил откланяться. В конце концов, если бы я не ел шоколад целую тысячу лет, а потом передо мной появилась бы куча вкусняшек, мне тоже было бы не до этикета.

По дороге к лагерю я размышлял о своей удаче. Почему-то я постоянно ухитряюсь попадать в какие-то нестандартные ситуации. Мне даже начинает казаться, что если я раскручу глобус, а потом ткну в него пальцем, то на том месте, которое я укажу, обязательно окажется какая-то аномалия. Это даже весело, надо будет как-нибудь попробовать, если вдруг заскучаю. Правда, обычно такие аномалии ничего хорошего в себе не содержат, но в этот раз мне повезло наткнуться на доброжелательного бога. А ведь мог попасться кто-то из его кровожадных родственников, которым требуются человеческие сердца на завтрак. Но Кецалькоатль вроде бы не из таких, и тем не менее, надо бы уйти из этой части джунглей как можно скорее.

Оставшаяся часть каникул прошла без приключений, а о встрече с местным богом я пока никому не рассказал, решил сначала посмотреть, как у нас дальше сложатся отношения. Надеюсь, Кецалькоатль сможет помочь в достижении моей цели.

Глава 32.1

По приезде домой я узнал, какие такие дела вдруг появились у Элис, что она решила не ходить с нами в поход по Амазонке. Оказалось, эта нехорошая женщина активно подбивала клинья к Снейпу, о чем она радостно поведала мне чуть ли не с порога. Выяснилось, что Элис на следующий же день после нашего отъезда позвала на свидание зельевара, обставив все в своей обычной манере – то есть, сам Северус узнал, что это свидание, когда было уже слишком поздно. И ведь предлог для встречи подобрала такой, что не подкопаешься – позвала декана, чтобы обсудить успехи своего чада, проходящего ускоренное обучение. Во время каникул доступ в Хогвартс посторонним закрыт, так что встречаться пришлось на нейтральной территории, а именно в Косом переулке.

Сначала Элис заманила наивного профессора в кафе для парочек, а потом, пользуясь тем, что Северус практически ни в чем не мог ей отказать, затащила его в свой «центр красоты», мотивируя это заботой о здоровье дорогого учителя. Там Снейпа подвергли полному комплексу косметических процедур, от чего зельевар стал выглядеть лет на пять моложе. После такого стресса Элис отвела уже почти несопротивляющегося профессора в ресторан, где чуть ли не силой закормила всякими деликатесами. А в конце вечера с милой улыбкой поблагодарила за прекрасное свидание, доконав Снейпа окончательно.

С тех пор Северус стойко держал оборону, отказываясь встретиться еще раз, но прямым текстом так и не послал, постоянно находя уважительные причины, по которым никак не может покинуть Хогвартс.

Узнав такие новости, я сделал себе в памяти пометку начать угрожать Снейпу называть его папочкой, если он продолжит встречаться с Элис, а с ней самой провел воспитательную беседу, напомнив о нашем уговоре насчет Тома Риддла, и пообещав предоставить его сразу же, как только мне в руки попадется нужный крестраж.

На этот раз в Хогвартс отправился мой клон в детском теле, а сам я остался, чтобы подготовиться к первому сеансу связи с Кецалькоатлем. Мне впервые в жизни выпала возможность поговорить с настоящим и, что самое главное, дружелюбно настроенным богом. Конечно, шинигами тоже называли себя богами, но это все-таки не совсем то.

Судя по той информации, которую мне удалось найти в библиотеках, Кецалькоатль всегда был исключительно мирным богом и выступал против человеческих жертвоприношений, популярных в то время среди его почитателей. Правда, встречались упоминания, что во имя него людей все-таки убивали, но это было уже после того, как Пернатого Змея, по его же словам, свергли.

Поэтому я решил не сдерживаться и действовать с размахом, чтобы даже бог впечатлился. В конце концов, я же обещал ему статую. Так что в выходные, когда в поместье никого кроме меня и Мэри не было, с помощью дотона создал во внутреннем дворе статую Кецалькоатля в натуральный размер. Даже верхушку его храма повторил и змею, все это строение обвивавшую. Закончив с ваянием, обошел свое творение по кругу, любуясь тем, как красиво получилось. Все-таки, Кецалькоатль настоящий бишонен, и его статуя может украсить собой любое место. Интересно, ее придется везти в Южную Америку, или богу все равно, где она будет стоять? Надо бы с ним обсудить этот вопрос, надеюсь, ему понравится. Ну и кроме того, я приготовил немного гостинцев – шоколад, цветы, фрукты и несколько красочных энциклопедий с картинками. Английского языка бог не знает, но хоть иллюстрации посмотрит.

- Тут курьер привез… - Мэри вышла во двор, чтобы рассказать о доставке, и замерла на полуслове, увидев изваяние, которого еще час назад тут не было. – Что это?

- Статуя Кецалькоатля - бога, который принес людям маис и какао, - как ни в чем ни бывало ответил я, продолжая любоваться своим творением.

Мэри глубоко вдохнула, потом еще раз, видимо, с первого не смогла успокоиться, и ровным голосом произнесла:

- Курьер доставил корзины со сладостями и фруктами, и еще несколько букетов цветов. Где их разместить?

- Все надо расставить тут, - я указал на нижнюю ступень пирамиды, которая стала чем-то вроде пьедестала.

Домоправительница сдержанно кивнула, развернулась и уже почти дошла до двери, но остановилась и все-таки задала вопрос:

- Какао ведь родом из Южной Америки?

- Да. Но сейчас большая его часть выращивается в Африке.

- Я, конечно, пожалею, что спросила, но это с Кецалькоатлем мы столкнулись тогда в джунглях?

- Бинго! В том месте, которое никто не мог увидеть, был спрятан его храм.

- А этот Кецалькоатль он кто? Тоже какой-то волшебник или магическое существо?

- Я же сказал, что он бог.

Мэри в ответ недоверчиво хмыкнула:

- Я еще готова поверить в магов и инопланетян, но боги – это уже перебор.

- Пришелец говорит тебе, что боги, как и маги, существуют, а ты не веришь. Интересно, почему бы это?

- Да как это вообще возможно? Ладно, маги и инопланетяне вполне могут спрятаться или замаскироваться под обычных людей. Но боги?! Тем более, во множественном числе!

- Сейчас богов не так уж много осталось. Когда люди перестают в них верить и приносить жертвы, они умирают от голода. Как я понял, Кецалькоатль выжил только потому, что мог питаться плодами и цветами, что сами опадали на последний из его храмов. А вот его более кровожадные собратья погибли, как только им перестали совершать человеческие жертвоприношения.

- Тогда, выходит, и местные боги где-то тут живут? И, например, Тор с Локи сидят на руинах своих святилищ где-нибудь в ближайшем лесу? – скептически произнесла Мэри.

- Это вряд ли. Мне кажется, вот они-то как раз были инопланетянами, однако древним скандинавам показались могучими, словно боги, вот те и начали им поклоняться. Но точно не знаю. Можно будет у Кецалькоатля спросить, только он на другом континенте жил, мог и не слышать о них.

- И как с ним можно связаться? Просто помолиться, и он услышит? – недоверчиво спросила девушка.

- Пернатый Змей дал мне это, - я продемонстрировал золотую ракушку. – А я подумал, что без гостинцев беспокоить бога будет невежливо, и решил подготовиться.

Мэри еще раз оглядела статую и неуверенно спросила:

- А могу ли я присутствовать при разговоре?

- Не стоит пока, - я покачал головой. – Как я понял, Кецалькоатль теперь людей недолюбливает. Это именно люди участвовали в его свержении и разрушении храмов, другие боги тоже отметились, но сделано все было руками смертных. Хотя, я спрошу его насчет тебя, и может, если ты начнешь ему молиться и приносить дары, он и сменит гнев на милость.

- Эм… я подумаю над этим, - Мэри потрясла головой, будто пыталась получше уложить там полученную информацию и поспешила в дом, чтобы принести сюда доставленные цветы и сладости.

Красиво все расставив, я еще раз полюбовался на дело рук своих. Осталось только приятную музыку включить и шампанское открыть, и будет похоже, что я Пернатого Змея на свидание зову, а не на философскую беседу об устройстве мира. Хмыкнув своим мыслям, я поднес к губам золотую ракушку и произнес:

- Кецалькоатль.

Еле удержался от того, чтобы добавить в конце: «Приём, приём», но такого бог точно не поймет. Надо бы как-нибудь в мягкой форме рассказать ему, что я часто дурацкие шутки откалываю, чтобы он не удивлялся моему странному поведению.

Прошла минута, за ней вторая, а ничего так и не случилось. Я уже начал представлять, как в этот самый миг Пернатый Змей, сидя на вершине своей пирамиды, ухохатывается над моими попытками вызвать его на разговор с помощью бесполезной безделушки, которую он всучил мне, лишь бы отделаться.

Глава 32.2

И тут рядом вдруг раздался тихий вздох, и одновременно с этим я почувствовал чье-то присутствие. Затем статуя шевельнулась и стремительно начала менять цвет, как будто кто-то снял окаменение на камеру, а теперь поставил на обратную перемотку. Минуту спустя передо мной сидел Кецалькоатль собственной персоной.

- Приветствую тебя, Странник В Поиске Знаний.

Я даже слегка вздрогнул, услышав от бога приветствие на английском языке, но вот мое прозвище он произнес на парселтанге, наверное, потому, что можно было подобрать несколько вариантов перевода.

- Приветствую тебя, Кецалькоатль, - с некоторой заминкой, но я все же смог ответить на приветствие. – Ты говоришь по-английски?!

- Богом мудрости не зря меня именовали. Я поглотил те письмена, что ты оставил мне, и ведаю теперь несколько человеческих языков.

Я сначала не понял, про какие письмена он говорит, но потом сообразил, что он имеет в виду обертки от сладостей, на которых много чего понаписано. И надеюсь, «поглотил» он их в метафизическом смысле, а не в прямом, а то мне неловко становится от мыслей, что не предупредил древнее существо о необходимости разворачивать фантики. Надеюсь, с Пернатым Змеем все в порядке, но спрашивать бога об особенностях его пищеварения было бы слишком не вежливо.

- Я думал, что ракушка будет передавать только голос. И я очень рад увидеть тебя воочию.

- Боги воплощаться могут в любом своем изображении точном. Потому и представляют искаженными их, лишь бы не призвать случайно и не оскорбить несовершенством форм.

- А я-то думал, в древности художники просто рисовать не умели. Иначе почему они так странно изображали твой прекрасный облик? – я открыл «Мифы и легенды народов мира» на страницах, посвященных Пернатому змею.

Там были приведены картинки и фотографии статуй, и в лучшем случае, Кецалькоатль был похож на загогулину с человеческим лицом, а в худшем – на коренастого человечка в перьях и с огромным ртом. Я отлеветировал открытую книгу вверх, чтобы богу было удобнее рассмотреть ее.

Кецалькоатль шевельнулся, поднимая руки, чтобы поймать фолиант, и на его груди зазвенели многочисленные золотые ожерелья. По нему сейчас нельзя было сказать, что несколько минут назад он был полностью каменным, в данный момент бог выглядел совсем живым, даже, скорее, оживленным и предвкушающим новые знания.

- Поразительно, - он быстро пролистал книгу. – Удивительный знаний источник. Чтобы собрать все эти сведения, кому-то весь мир целиком обойти нужно было.

- Сейчас это не так уж и трудно, многие люди любят путешествовать, чтобы посмотреть на новые места. Да и информацию теперь найти не сложно. У не магов есть такая штука, с помощью которой они могут очень быстро передавать сообщения друг другу, даже если находятся на разных концах света. Пока она только создается, но через несколько десятилетий с ее помощью можно будет получить почти любые сведения.

- Ты прав был, Странник В Поиске Знаний. Люди удивить богов могут. Должно быть, потому они и свергли нас, ведь не нужны им больше мы.

Книга в его руках начала быстро истаивать, словно клочок дыма над затухающим костром.

- Что это? – поинтересовался я, наблюдая за необычным зрелищем.

- Я поглотил эти письмена, чтобы сохранить их в своей памяти. Теперь постиг я еще больше человеческих знаний и смогу говорить понятней для человеческого слуха.

- И это с любыми языками работает?

- Да. В силах моих постичь все, что когда-либо было написано.

- Не мог бы ты взглянуть на это? Можешь прочитать, что тут написано? – я достал из внутреннего мира фотографию Арки Смерти и почувствовал, как у меня даже сердцебиение участилось от мыслей о том, что Кецалькоатль сможет помочь расшифровать эти чертовы руны.

Бог взял фотографию, и через несколько секунд она тоже испарилась, словно дым. Еще спустя минуту Пернатый Змей открыл рот и произнес нечто, похожее на скрип и шелест, какой бывает при помехах связи. Я уже успел расстроиться, подумав, что зашифрованное рунное письмо не может понять даже бог знаний, но тут он повторил прочитанное по-английски:

-  арка, якорь номер †Џ‡Ґ.

Причем некоторые слова все так же оставались набором почти невоспроизводимых звуков, а остальные были вполне понятны.

- Не для людей и не людьми создан был язык этот, - пояснил Кецалькоатль. – Не принадлежит он нашему миру.

- Так тут часто бывают пришельцы из других миров? – удивился я, все-таки мне больше нравилось считать себя особенным.

- Раз в тысячу лет появляется кто-нибудь, достаточно могущественный, чтобы обратить на себя внимание богов. Но если он не мешает естественному ходу вещей, то и мы ему не мешаем.

- Благодарю тебя, - я склонился в вежливом поклоне. – Ты мне очень помог. Что я могу сделать для тебя?

- Это мои слова, - бог слегка улыбнулся. – Ты дал мне столько силы, сколько у меня не было последнюю тысячу лет. Это я должен спрашивать, чего ты хочешь.

- Вести с тобой беседы – вот все, о чем хочу я попросить, - теперь улыбнулся уже я. – У меня никогда не было возможности пообщаться с богом, и накопилось множество вопросов, которые я хотел бы задать.

- Я выслушаю их все, - кивнул Кецалькоатль.

Я мысленно возликовал, радуясь такому удачному шансу, и, сев в позу для медитаций, поднялся в воздух, чтобы наши лица находились на одном уровне, ведь нам с Пернатым Змеем предстояла долгая беседа.

Спустя пару часов я окончательно охрип и мне пришлось позвать Мэри и попросить принести нам чая. Домоправительница старалась не подать виду, будто происходит нечто необычное, и ей не впервой угощать бога, но любопытством от нее фонило так, что не надо быть эмпатом, чтобы это почувствовать. Кецалькоатль отнесся к ней вполне доброжелательно и с интересом попробовал новый для него напиток.

Кстати, чай он пил вполне обычно, как все люди, а сладости и цветы, которые стояли вокруг его статуи, испарились, словно дым на ветру, из чего я сделал вывод, что бог может насыщаться разными способами. Вообще, за прошедшие два часа я узнал об устройстве мира и сущностей, его населяющих, больше, чем за всю предыдущую жизнь. Впрочем, Кецалькоатль в подробности не углублялся, отвечал кратко и по существу, или не отвечал вообще, если вопрос попадал под категорию запретных. Только вот, о перемещении между мирами он почти ничего не знал, кроме того, что они возможны. Да и сам он бывал лишь в мире богов, где родился, а потом сошел на землю.

Когда Кецалькоатль ушел, и его статуя вновь стала каменной, я еще некоторое время продолжал висеть в воздухе, осмысливая услышанное. Я передал умникам информацию о переводе, с которым мне помог Кецалькоатль, и сейчас в Отделе Тайн вовсю бурлила работа.

- Хоть я и видела все собственными глазами, мне до сих пор сложно поверить в существование богов, - произнесла Мэри, медленно приблизившись к пирамиде.

- Есть миры, которые населены только богами, - сказал я, спускаясь на землю. - А есть миры, жители которых называют себя богами, но по сути, являются просто инопланетянами со сверхспособностями.

- Даже обидно, что в мире, наполненном магией, богами и пришельцами, мне не повезло родиться всего лишь человеком.

- Ну это ты зря, - хмыкнул я. – Поверь, быть феечкой или домовиком тебе понравилось бы куда меньше. А в целом, люди довольно успешная раса. На всех планетах, где я побывал, именно люди были доминирующим видом. Я вообще-то, тоже родился человеком и только потом эволюционировал.

- Значит, я тоже могла бы эволюционировать? – оживилась Мэри.

- Нууу, - задумчиво протянул я, окинув ее преувеличенно внимательным взглядом. – Вероятно, если проведешь большую часть жизни в медитациях и духовном самосовершенствовании… а еще можно вызвать контролируемую мутацию или поставить на тебе пару экспериментов с приживлением чужой реацу…

- Думаю, ты прав, и быть человеком не так уж и плохо, - быстро ответила Мэри и даже отодвинулась от меня подальше, словно я прямо сейчас собрался поставить над ней парочку опытов.

- Правильное решение, - кивнул я. – Поверь, ты почти с любым магом сумеешь справиться, даже если не можешь заставить ананас плясать.

- Заставить ананас плясать? - недоверчиво переспросила девушка.

- Ага. Между прочим, такое задание есть на экзамене по чарам. Маги вообще придумали кучу бесполезных, а порой и совершенно дурацких заклинаний и зелий. Для них магия – это нечто вроде электричества для нас. С ней можно делать множество полезных вещей, а можно использовать просто для забавы. Но отними у магов волшебные палочки, и они станут практически беззащитны, да еще и в панику впадут.

- Ну, если смотреть с этой точки зрения, то обычным человеком быть не так уж плохо.

- Кстати, об обычных людях. Кецалькоатль сказал, что ему было бы интересно пообщаться с людьми, чтобы понять насколько они изменились за последнюю тысячу лет. Так что если захочешь, можешь тоже с ним связаться. Теперь эта статуя стала чем-то вроде его алтаря, тут можно молиться и совершать жертвоприношения. Кецалькоатлю обычно преподносили цветы, плоды, змей и колибри. Но с последними пунктами в Англии не густо, поэтому можно обойтись первыми двумя. А еще ему нравятся книги, можно подарить, например, большой толковый словарь или какое-нибудь художественное произведение, богу будет интересно. Слова молитвы я тебе потом напишу, их легко запомнить.

Мэри себе под нос пробурчала что-то недовольное, но я сделал вид, что не услышал. Я знал, что она слишком любит все сверхъестественное и не сможет устоять перед искушением. Тем более, что ярой христианкой она не была и за все время нашего знакомства в церковь ни разу не ходила.

А сам я отправился в рабочий кабинет, нужно было сделать несколько звонков и уточнить кое-что. Прокручивая в голове слова молитвы Кецалькоатлю на давно мертвом языке я подумал, что они звучат довольно ритмично и легко могут превратиться в небольшую песенку. И эта деталь отлично вписывалась в план, который зародился у меня всего несколько минут назад. Надо все-таки как следует отблагодарить Пернатого Змея за помощь с расшифровкой надписи на Арке. Надеюсь, мой сюрприз ему понравится.

Глава 33

На то, чтобы устроить сюрприз Кецалькоатлю, пришлось потратить почти все мои маггловские деньги, впрочем, имея возможность видеть будущее, их было не так уж сложно заработать. Для начала я купил небольшую кондитерскую фабрику и занялся ее модернизацией. Пернатый Змей дал людям какао, и именно на этом я хотел сыграть.

«Больше шоколада Богу Шоколада!», «Черепа для Трона Че… то есть, еще шоколада!», - примерно такие выкрики раздавались, когда личности в моем внутреннем мире собрались, чтобы обсудить грядущую рекламную кампанию. Мало было просто начать выпускать шоколадки, на обложке которых будет написан латиницей текст молитвы Кецалькоатлю, я хотел сделать так, чтобы прилипчивая, пусть и непонятная, песенка звучала из каждого телевизора по всей Великобритании. Со временем производство можно будет расширить, и песенку начнут транслировать по всей Европе, а затем и по всему миру. Правда, до этого пока далеко, несколько месяцев потребуется только для того, чтобы наладить поставки и выпуск в одной лишь Англии.

Идея с изготовлением шоколадок увлекла меня самого, все-таки, сладости – это моя слабость. Так что я с клонами здорово повеселился, придумывая новые и необычные сочетания вкусов. Но пришлось ограничиться всего тридцатью разновидностями, больше пока не позволяли производственные мощности, поэтому довольствовались пока более-менее обычными шоколадками с джемом из тропических фруктов, попкорном или маленькими солеными крекерами. Плитки с начинкой из засахаренных лепестков орхидей или варенья из роз решили оставить на потом, для специальной лимитированной серии.

Образ Кецалькоатля тоже пришелся кстати. Пришлось немного исказить его облик, чтобы кто-нибудь особо невезучий не ухитрился призвать его с помощью фантика, но все равно получилось симпатично. В рекламе бог представал в виде длинноволосого индейца, но с синими глазами и светлой кожей. От узоров, татуировками покрывавших все его тело, пришлось отказаться, как и от змеи, его сопровождавшей, все-таки в представлении западной культуры это скорее отрицательный образ, который ассоциируется, прежде всего, со змеем-искусителем, а не с символом медицины. Сине-зеленые блестящие перья, растущие прямо из спины и плеч Кецалькоатля, в моей трактовке превратились в крылья, что добавило образу еще больше романтичности.

Помимо этого, клоны создали несколько коротких рекламных роликов, в которых, как в мультсериале, рассказывалась история Пернатого Змея, о том как он, увидев страдания людей, решил помочь им и сошел на землю, а потом добыл семена маиса и какао. И заканчивалась каждая серия песенкой, под которую радостные индейцы танцевали и прославляли бога шоколада. Умники щедро сдобрили все это графическим гендзюцу, так что реклама была просто обречена на успех. А еще, если собрать все вкусы серии, на обратной стороне оберток можно было прочесть черно-белый комикс о Кецалькоатле, но в него клоны гендзюцу не встраивали и добавили просто из любви к искусству.

Пока я развлекался с шоколадной фабрикой, мой клон, отправленный с Гарри в Хогвартс, тоже не скучал. Он постоянно отправлял мне отчеты о том, чем занимается Гарри, поэтому я не волновался. А зря. Ведь следить надо было за клоном, потому что он уже продумал и почти осуществил план, как забрать себе вылупившегося у Хагрида дракончика. Я успел вмешаться в самый последний момент и все-таки сбагрил агрессивную рептилию в Румынию, а не к себе во внутренний мир или, что еще хуже, на задний двор. Клон упирался и клянчил, но я был непреклонен. Правда, если бы это был не норвежский горбатый, а какой-нибудь более симпатичный дракон, я мог бы и не устоять…

По канону Гарри должен был попасться после контрабанды драконов, однако в этот раз я взял все в свои руки, и операция прошла как по маслу. Но сама ситуация напомнила мне о том, что где-то по Запретному Лесу бродит Квирелл и нападает на единорогов. Они хоть и глупые, но милые создания, и было жалко отдавать их на растерзание Темному Лорду. Так что я отправил клонов-шпионов следить за ним и где-то в глубине души даже посочувствовал Волдеморту. Если уж клоны даже меня достать умудряются, то об остальных и говорить нечего.

Квирелл с момента последнего квиддичного матча, когда я всеми силами пытался его подловить, немного расслабился и больше не ожидал подставы, так что шпионить за ним было проще простого. Уже на следующую ночь после установления слежки профессор отправился в Запретный Лес, а я дал клонам разрешение делать с ним что угодно, главное, чтобы жив остался. Ведь если «убить» главного злодея сейчас, послезнание может рассыпаться как карточный домик, да и кроме того, он был мне нужен. Дамблдор не спешил возвращать настоящий философский камень в закрытое крыло на третьем этаже, а я все-таки хотел взглянуть на оригинал. Без Волдеморта и приманку в ловушку никто не положит, а еще и Гарри надо бы потренироваться в сражении с настоящим врагом. Конечно, я собирался все проконтролировать, но опять прибить главного злодея и отыгрывать его роль самому было бы чересчур, да и Гарри мог обидеться на такую подставу.

Отправив клонов на задание по запугиванию Темного Лорда, я даже почувствовал слабые угрызения совести, но потом прислушался повнимательнее к своему организму и понял, что это был всего лишь легкий голод. Утолив его найденной в кармане конфеткой, я отправился спать. А утром довольные клоны наперебой начали докладывать, что теперь Квирелл заикается по-настоящему. И если бы не был лысым, то слегка поседел бы. А еще оказалось, что гендзюцу на него почти не действует, потому что в его голове сразу два «квартиранта», причем один из них силен в ментальной магии, поэтому пришлось пугать подручными средствами.

Если обобщить их рассказ, Квиреллу пришлось всю ночь отбиваться от неизвестных магическому миру полуматериальных монстров, которые гоняли его по Лесу до самого утра и растаяли лишь с первыми лучами солнца. Помимо этого там фигурировали призраки убитых Волдемортом людей, вылезающие из земли руки мертвецов и неведомые черные шипасто-когтистые тени, плюющиеся кислотой. На заднем плане мелькали еще и щупальца тентаклевых монстров, но воспоминания, предоставленные клонами, оказались обрезаны так, что было не понятно, удалось ли им хоть раз поймать Риддла или нет.

Темный Лорд привык, что это он самый страшный кошмар во всем Соединенном Королевстве, и поначалу пугаться не желал, но тело принадлежало все-таки Квиреллу, а тот поддался панике настолько легко, что и на Волдеморта в конце концов подействовало. Если поначалу он еще помнил, что является крутым боевым магом, то потом продемонстрировал, что бегать по пересеченной местности может очень быстро даже без магии. А уж с магией-то догнать его было проблематично даже клонам.

На завтрак он не явился, потому что едва смог добраться до Хогвартса. Уж не знаю, как он объяснял остальным профессорам свое состояние – клоны к тому времени сняли наблюдение – но несколько дней Защиту от Темных Сил в школе не преподавали, потому что Квирелл сказался больным. Я даже сходил его проведать, принес шоколадных лягушек и заодно убедился, что Волдеморт вроде бы не собирается искать себе новый сосуд. Все-таки, крови единорога он успел несколько раз напиться еще до той ночи, как я за него взялся, поэтому выглядел довольно неплохо, даже синяки и ссадины после экстремальной прогулки по Запретному Лесу почти прошли.

Между тем, время шло, и экзамены становились все ближе и ближе. В библиотеке, обычно пустой и гулкой, было не протолкнуться от учеников, вдруг вспомнивших, что до окончания учебного года осталось всего несколько недель. А торговля сомнительными снадобьями для увеличения ума и улучшения памяти достигла таких размахов, что по Слизерину ходил каталог, в котором можно было сделать заказ, всего лишь ткнув палочкой в нужное зелье. Пришлось даже отбирать этот самый каталог у Драко, потому что тот как-то уж слишком заинтересованно его просматривал. На пасхальных каникулах он вновь занялся созданием игры, и достиг в этом немалых успехов, но из-за этого учеба опять просела, и теперь Малфой не знал, за какой учебник хвататься и как запихнуть всю эту информацию себе в голову.

Я занимался по отдельной программе и, благодаря абсолютной памяти, кажется, был единственным, кто не сомневался в успешной сдаче экзаменов. К удивлению профессоров, которые обучали меня по ускоренной в три раза программе, я отлично со всем справлялся, даже заклинания и зелья, которые проходят третьекурсники, вполне мне удавались.

Гермиона тоже решила подналечь на учебу и проводила в библиотеке столько времени, что приходила туда одной из первых и уходила последней, когда мадам Пинс выгоняла последних учеников из обители знаний. Грейнджер пыталась и Гарри с Роном приобщить к этим посиделкам, но их хватало только на несколько часов, потом они внезапно вспоминали о каких-нибудь срочных делах и сбегали.

Однажды Гермиона задержалась дольше обычного, но погруженная в чтение, спохватилась только тогда, когда за окном совсем стемнело. Обычно библиотекарша всех оповещала о закрытии, но в этот раз девочка подумала, что ее просто не заметили тут, за самым дальним столиком. Поэтому она расставила взятые книги по местам и отправилась в башню Гриффиндора.

До отбоя оставалось еще пятнадцать минут, так что она даже не особенно спешила. Но тут одна из лестниц вместо нужного этажа привела ее совсем не туда. Чтобы не обегать все крыло, Гермиона хотела срезать путь через один из потайных, но при этом всем известных ходов. Только и тот почему-то вдруг привел ее совсем не туда, куда должен – прямиком к учительской. Теперь до отбоя оставалось уже меньше пяти минут, поэтому девочка прокралась мимо чуть приоткрытой двери на цыпочках, однако услышанное заставило ее замереть и прислушаться:

- Вы уверены, что принятые нами меры смогут остановить Сами-Знаете-Кого?

- Конечно, Помона, - ответил ей голос МакГонагалл. – Шесть профессоров работали над защитой, да еще и Хагрид предоставил цербера…

Дальше Гермиона подслушивать не стала и, тихой мышкой проскользнув мимо учительской, добралась наконец-то до гостиной, где и рассказала об услышанном Гарри и Рону. А на следующий день и мне.

Похоже, с каноном все было в порядке, и мое вмешательство его не сильно изменило. Так что битва с Волдемортом должна была пройти точно по расписанию.

Глава 34.1

Ученики, не верящие своему счастью, медленно, но верно расползались по всему Хогвартсу и прилежащей территории. Последний экзамен – история магии – закончился, и все первокурсники наслаждались свободой. Все, за исключением меня, так как экзамены у такого талантливого вундеркинда принимала специальная расширенная комиссия, и сдавать их приходилось в министерстве, куда забирали после того, как остальные школьники уже отмучились, и возвращали в Хогвартс только вечером. Кажется, английские маги захотели похвастаться успехами своей системы образования и пригласили несколько профессоров из других школ полюбоваться на уникума. Поэтому экзамены и затягивались так надолго каждый раз – всем хотелось со мной пообщаться и задать несколько дополнительных вопросов. Кажется, гении в магическом мире встречаются не так уж часто, по крайней мере, британцы упоминали только Дамблдора, который уже с юного возраста выделялся талантами. Иностранные гости тоже называли своих великих магов, правда, я почти ни о ком из них не слышал.

Поэтому, когда в Хогвартсе начался квест с философским камнем, я был далеко, зато мои мини-клоны были настороже и не спускали с Гарри глаз. Гриффиндорское трио наслаждалось заслуженным отдыхом на берегу озера, когда у Гарри неожиданно заболел шрам.

- Ой, - он поднял руку ко лбу.

Все выглядело так, будто шрам заболел сам по себе, но я надежно заблокировал осколок души Волдеморта, который все еще находился в нем. Да и клоны смогли увидеть, что в Гарри прилетел небольшой сгусток энергии откуда-то извне.

- Что случилось? – спросил Рон, видя, что друг продолжает морщиться и тереть лоб.

- Шрам болит. Он никогда раньше не болел, а сейчас вдруг начал и сильно.

Теперь ахнула уже Гермиона, прижав руку ко рту.

- А с тобой-то что случилось? – удивился Уизли.

- Этот шрам оставил Тот-кого-нельзя-называть! Боль может означать, что Темный Лорд близко! – воскликнула девочка.

Рон с Гермионой замолчали, напряженно обдумывая ситуацию. Конечно, их почти целый год тренировал Саске, и они многому у него научились. Гермиона, например, ни капли не сомневалась в своей возможности победить взрослого волшебника, тем более, что эффект неожиданности будет на ее стороне, ведь никто не ждет от двенадцатилетней девочки серьезного сопротивления. Да и зачарованные ножны с тренировочными кунаями, которые ей и Рону на Рождество подарил Саске, были как всегда, на ее запястьях. Достаточно всего лишь поранить нападающему руку, в которой тот держит палочку, и это почти гарантированно выведет противника из строя.

Гермиона действительно готовилась к войне, ведь Саске был прав – на ее жизнь наверняка придется какой-нибудь Темный Лорд, и возможно, даже не один. Весь магический мир считал, что Тот-кого-нельзя-называть мертв, но разговор, недавно подслушанный в учительской, убедил ее в обратном. Возможно, война для нее начнется даже раньше, чем она думала. Только вот она была совершенно не готова столкнуться с таким могущественным магом прямо сейчас. Честно говоря, где-то в глубине ее разума иногда мелькали мысли о том, что она может однажды стать настолько же сильной, как и Дамблдор, особенно, после тренировок Саске, однако даже по самым смелым расчетам, это заняло бы лет десять. Грейнджер даже пару раз задумывалась о том, какие реформы она бы провела, став Министром магии или директором Хогвартса, но не всерьез, а просто в качестве разминки для ума.

И вот теперь, когда Гермиона вновь столкнулась с угрозой лицом к лицу, причем на этот раз опасность была куда серьезнее тролля в женском туалете, она лихорадочно перебирала в уме варианты возможных действий, и не находила ни одного способа победить Темного Лорда силами трех школьников. Они никак не могли справиться с этим самостоятельно.

- Нам нужно срочно рассказать учителям! – взволнованно произнесла девочка. – Они смогут…

Гермиона замолчала на середине фразы, потому что ее посетила ужасная догадка, и она заговорила очень быстро, боясь потерять мысль, так что Гарри с Роном ее едва понимали.

- Я читала в «Развитии и упадке Темных искусств», что тело Темного Лорда, когда он был повержен, превратилось в пепел, но рядом были найдены его палочка и обрывки мантии, поэтому все были уверены, что он мертв. Но если он и выжил каким-то образом, то сейчас он вроде призрака и не имеет собственного тела. И философским камнем сам воспользоваться не может, а значит, ему кто-то помогает. Тот-кого-нельзя-называть мог вселиться в любого человека или заставить одного из своих приспешников наложить подчиняющее заклинание на кого-то. А это значит, что мы никому не можем доверять!

Последние слова она почти прокричала в отчаянии, а ужасные мысли о том, что людей, подчиненных заклятием, может быть больше одного, вообще не стала озвучивать.

- Готов поспорить, что это Драко Малфой помогает Тому-кого-нельзя-называть, - тут же произнес Уизли. – Его темная семейка безо всякого заклятья готова Сами-знаете-кому ботинки лизать.

- Не глупи, Рон! – сердито воскликнула Грейнджер. – Какая польза Сам-знаешь-кому от первокурсника? Это точно кто-то из взрослых!

- Тогда это Снейп! – тут же переключился мальчик. – У него просто на лбу написано «я замышляю что-то ужасное».

- Снейп, как декан, сопровождает Саске в министерство для сдачи экзаменов, - тут же напомнил Гарри. – Они вернутся только к отбою, так что Снейпа тоже можно вычеркнуть. Вообще-то, если верить маггловским детективным историям, то преступником всегда является самый безобидный или незаметный. Кто в Хогвартсе выглядит самым безвредным? Кого бы мы заподозрили в последнюю очередь?

- Эээ… - Рон озадаченно почесал в затылке. – Профессор Стебль? Или, может, Квирелл?

- Тогда уж скорее Трелони, - возразила Гермиона.

- Кто? – удивились мальчики, они впервые слышали это имя.

Гермиона раздраженно закатила глаза, но пояснила:

- Она преподает прорицание, начиная с третьих курсов. И раз вы о ней даже не слышали, то она явно поднимается на вершину нашего списка.

- Еще убийцей часто оказывается дворецкий, - добавил Гарри. – Кто у нас в Хогвартсе дворецкий?

Глава 34.2

- Еще убийцей часто оказывается дворецкий, - добавил Гарри. – Кто у нас в Хогвартсе дворецкий?

- Хагрид, наверное, - неуверенно произнесла Гермиона. – Он является хранителем ключей. Но на полувеликанов не все заклинания действуют, да и вселяться в него Тот-кого-нельзя-называть не стал бы. Хагрида можно исключить из списка.

- Тогда Филч! Он тоже вроде дворецкого! – убежденно воскликнул Рон. – Сами-знаете-кто мог просто пообещать ему разрешить мучить учеников, и тот бы с радостью начал ему помогать!

- Филч – сквиб, его тоже вычеркиваем, - произнесла Гермиона, и на удивленный взгляд Гарри пояснила, - сквибы – это те, кто не может колдовать, но магических существ и заколдованные здания видит.

- Тогда у нас остаются только Трелони, Квирелл и профессор Стебль, - подытожил Гарри.

На самом деле он знал, в кого вселился Волдеморт, но не мог поделиться этим секретом с остальными, не раскрывая источника знаний. Вот и приходилось направлять друзей на верную догадку окольными путями.

- Вообще-то, у нас остаются все взрослые, за исключением Дамблдора, Снейпа, Хагрида и Филча, - мрачно произнесла Гермиона, - ведь Тот-кого-нельзя-называть вряд ли читал маггловские детективы.

- Идея с детективами мне нравилась больше, с ней у нас злодеев меньше выходит. Да и Дамблдора я бы не стал исключать. Если уж кого и нельзя заподозрить, то именно его, значит, он тоже в списке, - возразил Рон. – А еще близнецы рассказывали, что запретный коридор на третьем этаже открывается обычной алохоморой, которую любой первокурсник наколдовать может. Не очень-то похоже, что директор действительно пытается остановить Сами-знаете-кого.

- Если Дамблдор действительно находится под влиянием Темного Лорда… - медленно произнесла Гермиона, в то время как ее разум рисовал ужасные картины возможного будущего.

Все-таки общение с Саске, мыслящим совершенно невообразимым образом, сильно на ней сказалось. Поэтому в ее голове уже разворачивался сценарий полноценного апокалипсиса, причем затронувший не только волшебный, но и маггловский мир.

- Если Дамблдор действительно под влиянием Темного Лорда, - повторила она, - то я не хочу жить в таком мире.

- Ну ладно, - проворчал Рон. – Будем считать, что Дамблдор всего лишь сумасшедший. Или он просто выдохся, пока ставил остальные ловушки перед философским камнем, а на дверь ему просто фантазии не хватило.

- Если бы Саске был тут, он бы сказал, что Дамблдор специально поставил простые ловушки, чтобы я тоже их прошел и в конце снова столкнулся с Волдемортом, а тот бы еще раз об меня убился, - Гарри не нравилось скрывать от друзей правду, но эта фраза была довольно безопасной, ведь, в конце концов, доказать причастность Дамблдора все равно не получится.

- Итак, раз уж мы все обговорили и так толком ничего не выяснили, - Рон поднялся с травы и отряхнулся, - то, может, уже пойдем спасать философский камень?

- В смысле «пойдем»? Вы что, со мной идете? – спросил Гарри, тоже поднимаясь на ноги.

- Не глупи, Гарри, - Гермиона присоединилась к ним. – Конечно же, мы идем с тобой. Без нас ты не справишься.

- И вы понимаете, что это смертельно опасно, и что Волдеморт не пощадит нас только потому, что мы первокурсники? Мне-то деваться некуда, он все равно не оставит меня в покое, и лучше столкнуться с ним сейчас, пока он всего лишь дух, чем когда он вернет себе тело.

- Мы не оставим тебя одного, - решительно произнес Рон. – К тому же, когда еще мне выпадет шанс показать все, на что я способен?

Уизли машинально коснулся зачарованных ножен на запястье. Когда Саске только начал тренировать их, и Гермиона уже научилась своему супертрюку с пробиванием доски насквозь, а у самого Рона еще ничего не получалось, он едва не бросил все это. Но Саске убедил его, что нельзя останавливаться на полпути, и если у него даже нет какого-то необычного таланта, то старанием и терпением он все равно сможет многого добиться. И действительно – прошло меньше года, а он уже может уворачиваться от заклинаний лучше Гарри, попадает в цель намного чаще, чем Гермиона, а взбегает по стенам и прыгает выше и дальше, чем они оба.

Честно говоря, Уизли иногда задумывался о том, что хочет быть не просто другом Мальчика-который-выжил, когда все воспринимают его просто тенью знаменитого Поттера, а самому стать прославленным героем. Например, спасти Гарри жизнь. Или, что было бы еще круче, тоже победить Темного Лорда. Сейчас, когда Волдеморт ослаблен, у него больше всего шансов на победу. Об одержимых он слышал только страшилки, но все они сходились в одном – там злодеев побеждали потому, что они были неуклюжими и медлительными. Вот и теперь у него были неплохие шансы застать врага врасплох.

- А что именно мы будем делать, когда доберемся до философского камня, и столкнемся с Сами-знаете-Кем? – спросила Гермиона. – Нам нужен какой-то план.

- Нам надо будет его вырубить, - Рон хлопнул кулаком по ладони. – Гермиона, ты целься в голову, у тебя меткость похуже, чем у нас с Гарри, но в голову точно попадешь. Только целься закругленной стороной куная и без своей суперсилы. Я беру на себя руки, а Гарри – ноги. После того, как он упадет, для надежности еще и заклинанием каким-нибудь надо его оглушить. Тогда Сами-знаете-Кто или покинет тело, или потеряет над ним контроль. А в виде духа он ничего не сможет нам сделать, жаль только и мы его поймать никак не сможем.

- А если мы придем, а там еще никого нет? – спросил Гарри.

- Тогда хватаем камень и бежим в учительскую, главное, чтобы там было много профессоров, и один одержимый не сможет всех победить и отнять у нас сокровище. Зато все поймут, что ловушки ненадежны, и придумают что-нибудь получше, - Уизли даже сам удивился, как быстро придумал неплохой план.

И особенно ему нравилась та часть, в которой камень ненадолго окажется в его руках. Гермиона говорила, что с его помощью можно что угодно превратить в золото, и по дороге до учительской как раз можно будет провести парочку коротких опытов с трансмутацией. Рон никогда не увлекался ничем научным, но вот эксперименты с трансмутацией определенно могли стать его любимым занятием.

- Ладно, а если мы не сможем пройти ловушки?

- Тогда все равно бежим в учительскую и рассказываем учителям, как увидели кого-то подозрительного, входящего в запретный коридор, - Уизли моментально выдал еще один пригодный план и мысленно возгордился собой еще больше. – И нам уже пора выдвигаться. Вряд ли Тот-кого-нельзя-называть будет ждать до отбоя, ведь после экзамена замок все равно почти пустой. Я думаю, он пойдет за камнем прямо сейчас.

- Тогда вперед! – Гарри решительно отправился к замку, думая о том, что Саске был прав, и более верных друзей, чем Рон и Гермиона, готовых вместе идти сражаться с Волдемортом, ему не найти.

Глава 35.1

- Что вы, трое, делаете в замке?

Первое препятствие на пути к философскому камню попалось гриффиндорцам даже раньше, чем они думали - на третьем этаже они наткнулись на профессора МакГонагалл. К счастью, они еще находились довольно далеко от запретного коридора, поэтому не вызвали ненужных подозрений.

- Профессор МакГонагалл, Пивз отнял у меня книгу и улетел куда-то на третий этаж. Я думаю, он бросил ее где-то здесь, а Гарри и Рон помогают мне в поисках, - храбро выступила вперед Гермиона.

- Хм, - декан посмотрела на стопку книг в собственных руках. – Хорошо, можете поискать ее, но не приближайтесь к запретному коридору. И если через полчаса поиски не увенчаются успехом, сообщите мне, я разберусь.

- Спасибо, профессор!

Дети подождали, пока учительница уйдет, и Рон прокомментировал шепотом:

- Это было круто. Ты с каждым разом все лучше и лучше врешь учителям.

- Это ложь во спасение, - слегка покраснела Гермиона.

Гриффиндорцы пошли дальше и уже через пять минут без труда миновали второе препятствие – огромного цербера, громогласно сопящего под звуки зачарованной арфы. Гарри первым прыгнул в люк рядом с его лапой и тут же отскочил в сторону, поспешно выпутываясь из зашевелившихся дьявольских силков. Рон и Гермиона последовали его примеру, так что и третье препятствие их почти не задержало.

В комнате с летающими ключами Гарри легко поймал нужный и открыл дверь. Он хотел взять с собой и метлу, но вынести ее из помещения не удалось. В следующем зале свет загорелся только тогда, когда закрылась дверь в предыдущий.

- И что нам теперь делать? – произнес Гарри, стоя на краю огромной шахматной доски.

- Похоже, нам надо сыграть вместо фигур, чтобы пройти на другую сторону, - хмуро произнес Уизли, пытаясь мысленно просчитать ходы, благодаря которым он сможет переместить сразу три свои фигуры на противоположный край доски и не потерять ни одну из них. – Я… я не уверен, что смогу за раз провести всех нас троих, а сыграть три партии одну за другой будет слишком долго и немногим менее опасно.

- А встать втроем на одну клетку, как будто мы одна фигура, нельзя? – спросила Гермиона.

Рон ненадолго задумался, но потом покачал головой:

- Думаю, тот, кто устроил эту ловушку, предусмотрел подобное. Зато есть кое-что, чего он предусмотреть не мог! – обрадовался мальчик внезапно пришедшей в голову идее. - Например того, что мы можем далеко прыгать и бегать по стенам. Тут главное – не касаться пола, а выстроить фигуры так, чтобы можно было перепрыгнуть с одной на другую, я смогу. Так, Гарри, встань на подставку того слона, а ты, Гермиона, на ту ладью.

Сам Рон забрался на коня, устроившись позади всадника.

- Готово!

Услышав его слова, белая пешка шагнула на две клетки вперед.

- Ага, белые всегда начинают первыми, - пробормотал Рон и начал руководить фигурами, выстраивая их в нужном порядке.

Через некоторое время шахматы оказались в нужных местах, и Уизли встал на круп каменного коня, придерживаясь за голову всадника:

- Всем приготовиться! Нам надо начать одновременно. Не знаю, попытаются ли фигуры нас остановить, но на прикосновение они реагируют не мгновенно, а через несколько секунд, вполне хватает времени, чтобы перепрыгнуть на следующую. Так что заранее продумайте, куда будете наступать и за что хвататься.

- Готово! – кивнул Гарри, наметив маршрут.

- У меня тоже, - откликнулась Гермиона, благо ей нужно было совершить всего два прыжка, Рон постарался подвести ее фигуру поближе к краю.

- Тогда на счет «три». Раз, два, три!

Гриффиндорцы дружно выполнили прыжки, больше похожие на акробатические трюки, и благополучно перебрались на другую сторону доски. Как и предсказывал Уизли, фигуры начинали шевелиться, когда их касались, но было не понятно, попытались бы они остановить жуликов или нет, так как игроки оказались слишком быстрыми для каменных скульптур.

За следующей дверью гриффиндорцев встретил такой отвратительный запах, что глаза начинали слезиться, а на полу комнаты лежал источник этого зловония - тролль с огромной шишкой на голове.

- Хорошо, что нам не пришлось с ним возиться, - невнятно пробормотал Уизли сквозь рукав мантии, которым он пытался закрыть нос. – Не хотелось бы потом получить какую-нибудь дурацкую кличку вроде «Рон – убийца троллей».

Аккуратно перешагнув ноги тролля, гриффиндорцы прошли в следующую комнату. На первый взгляд там не было ничего опасного – только стол с семью разнокалиберными сосудами. Но когда дверь закрылась, спереди и позади вспыхнула стена ярко-фиолетового пламени, перекрывая дорогу.

- Смотрите! — Гермиона схватила со стола свиток пергамента.

Гарри перегнулся через ее плечо и прочитал:

- Впереди опасность, то же позади, но две из нас помогут, ты только их найди. Одна вперед отправит, еще одна — назад, в двух — вино всего лишь, а еще в трех — яд.…

- Я понял! – тут же воскликнул Рон. – Я знаю, что нужно делать!

- Неужели? – скептически спросила Гермиона, - ты даже задание до конца не дослушал.

- Да и так все понятно, - отмахнулся мальчик. – На этом столе есть то, что поможет пройти сквозь пламя, так?

- Ну да.

- Тогда… - Рон подошел вплотную к столу и, слегка поднатужившись, опрокинул его вместе со всем содержимым прямо в пламя, преграждавшее дорогу.

Гермиона ахнула и открыла рот, чтобы возмутиться, но Уизли схватил их с Гарри за руки и побежал по перевернутому столу. Неизвестно, что именно сработало – или зелье, которое можно было применять не только внутрь, или нестандартный подход, или столешница ненадолго перекрыла стену пламени, но миг спустя гриффиндорцы уже оказались в следующем зале.

Глава 35.2

... и поняли, что врываться с разбегу в неизвестное место было не слишком умно. Потому что в середине просторного каменного помещения стояло знакомое Гарри зеркало Еиналеж, а перед ним – профессор Квирелл. Одет он был в свою привычную фиолетовую мантию и дурацкий тюрбан, но его выражение лица и осанка поменялись так разительно, словно принадлежали совсем другому человеку.

- Надо было ставки делать, я бы победил, - ошарашенно произнес Рон.

Спохватившись, он отпустил руки Гарри и Гермионы и выхватил палочку. С запозданием те тоже последовали его примеру.

Квирелл расхохотался, увидев их приготовления:

- Трое п-первокурсников пытаются меня остановить. Смешнее я ничего в жизни не видел. Вы хоть п-понимаете, кому собираетесь противостоять?

- Профессор Квирелл, - слегка дрожащим голосом произнесла Гермиона, - не волнуйтесь, вам сумеют помочь. Директор Дамблдор наверняка сможет прогнать Того-Кого-нельзя-называть…

- П-прогнать Лорда Волдеморта?! – вдруг рявкнул Квирелл. - Этот старый дурак Дамблдор д-давно уже выжил из ума! Он даже не заметил, что мой повелитель уже почти год находится в Хогвартсе. У т-троицы первокурсников и то оказалось больше мозгов, чем у него, раз уж вы смогли меня вычислить. Как вам это удалось? Отвечайте!

- Мы просто перебирали всех взрослых, кого сложно заподозрить, - пробормотала Гермиона.

Первоначальный шок от встречи с резко изменившимся Квиреллом уже прошел, и она успела взять себя в руки. Поэтому теперь старалась выглядеть более испуганной, чем есть на самом деле:

- А еще мы случайно подслушали от профессоров, что Тот-кого-нельзя-называть охотится за философским камнем…

- И всего-то, - разочарованно хмыкнул Квирелл. – Просто ткнули п-пальцем в небо, не имея никаких доказательств. Вам всего лишь п-повезло с догадкой. Но может, вы еще и догадались, как достать камень из зеркала?

- Нет! – Гермиона даже замотала головой, стараясь выглядеть еще более испуганной.

- Тогда они нам не нужны, - вдруг раздался шипящий голос, исходящий прямо от Квирелла, хотя рот профессора был закрыт. – Убей лишних, оставь только Поттера.

Квирелл поднял палочку и начал произносить:

- Ава…

…Рон почувствовал, что время как будто остановилось. Он видел, как медленно-медленно шевелятся губы взрослого мага, и слышал, как звуки ужасного проклятья размываются до невнятного гула: «Аааа-ваааа-дааааа…». Мальчик все видел так четко и ясно, как никогда в жизни, но был напуган настолько, что даже пальцем не мог пошевелить, тело просто отказывалось слушаться. Все, что ему оставалось – это смотреть на человека, который собирался его убить…

…Гарри успел вскинуть палочку, только вот он не знал ни одного подходящего заклинания и уже хотел использовать Фините Инкантатем, хоть и понимал, что оно не поможет. Последняя надежда оставалась только на Саске, ведь тот не мог бросить его в такой момент…

Вдруг раздался какой-то громкий и тонкий звук, на мгновение заглушивший так и не произнесенные до конца слова заклинания, и голова Квирелла вдруг взорвалась. Ошметки мозга и раздробленных костей широким веером разлетелись вокруг, основательно заляпав зеркало и пол. Кровь из обезглавленного и рухнувшего тела хлынула фонтаном, придавая картине еще больше жутких деталей.

Гарри и Рон сначала даже не поняли, что случилось, и только через несколько секунд до них дошло, что это Гермиона, отчаянно взвизгнув, метнула в профессора кунай и вложила в бросок всю доступную ей мощь. Еще некоторое время они в ступоре смотрели, как подергивается тело их бывшего учителя, а потом почти синхронно отвернулись, сдерживая тошноту.

И только Гермиона продолжала смотреть прямо, не в силах поверить, что это ее рук дело. Поэтому она первой заметила, что от трупа поднимается какая-то темная дымка, и еще раз вскрикнула. Черная тень с горящими красными глазами метнулась в ее сторону и прошла насквозь, не причинив вреда, а потом как будто скрутилась в воронку и исчезла где-то под потолком.

- Я… я… я… - Гермиона хотела сказать «я убила человека», но у нее в голове словно бы что-то заклинило, и изо рта вырывались только тихие беспомощные звуки.

***

Я поменялся местами с одним из клонов и наблюдал за приключениями троицы с тех пор, как они открыли запретную дверь алохоморой, и незаметно подстраховывал, чтобы избежать даже малейшей угрозы их жизням и здоровью. В последнем помещении я создал технику «ложного окружения», потому что обычные иллюзии на Волдеморта не действовали. А эта техника хорошо зарекомендовала себя с тех пор, как мои двойники пугали Квирелла в лесу, так что Темный Лорд не смог бы попасть в детей авадой при всем желании.

Я сам не знал, как именно будет побежден Волдеморт, и уже приготовил несколько сценариев, чтобы и самому при этом остаться незамеченным, и поймать еще один осколок души Того-кого-нельзя-называть. Но вот от произошедшего я оказался настолько шокирован, что чуть не свалился с потолка, откуда вел наблюдение.

Гермиона снова сумела поразить меня до глубины души. Все-таки не зря я предупреждал Драко не злить ее. Эта девочка может не просто в челюсть дать, но еще и голову оторвать мимоходом. Она начала мне неприятно напоминать Сакуру, причем напоминать настолько сильно, что у меня у самого однажды сломанная ею челюсть заныла. Надо будет младшего Малфоя еще раз насчет Грейнджер предостеречь, чтобы уж точно держался от нее подальше.

Вот только Сакуру изначально растили с мыслью, что быть профессиональной убийцей – это круто, а Гермиона, похоже, впала в ступор от первого в ее жизни убийства. И это нужно было исправлять как можно быстрее.

Глава 35.3

Я невидимкой переместился к Гарри и начал с помощью гендзюцу давать указания незаметно от остальных:

- Срочно похвали ее и успокой! А то как бы она сама себя с ума не свела от переживаний.

Гарри тронул девочку за плечо, и не добившись никакой реакции, потянул, разворачивая к себе лицом.

- Гермиона! Это было невероятно круто! Ты нам всем сейчас жизни спасла! И не только нам, ты весь магический мир спасла! Если Волдеморт добрался бы до камня, он создал бы себе тело и снова начал войну!

Грейнджер почти не реагировала на его слова, и Гарри пришлось ее встряхнуть уже за оба плеча, чтобы ее взгляд снова стал осмысленным.

- Спасибо, Гермиона! – Гарри, заметив, что его действия приносят результат, даже решился крепко обнять ее, при этом ненавязчиво поворачивая спиной к трупу. – Спасибо, что спасла мне жизнь!

При этом Гарри еще и ухитрился незаметно пнуть по ноге Рона, приводя в чувства и его, и взглядом указал на Грейнджер, беззвучно прося помощи. Уизли, все еще слегка зеленоватый, присоединился к благодарностям, и даже выдал забавное предположение:

- Теперь тебе, наверное, тоже прозвище дадут, как Гарри. Будешь Девочкой-которая-выжила. Или Той-кто-одолела-того-кого-нельзя-называть. Хотя нет, как-то слишком запутанно. Может, назовешься Победительницей-Темного-Лорда?

Гарри слегка подтолкнул Гермиону к Рону, и знаками показал, чтобы тот ее обнял. Уизли покраснел как помидор, но указания выполнил. Девочка к этому моменту пришла в себя достаточно, чтобы тоже смутиться. И пока они сбивчиво что-то говорили друг другу, мы с Гарри спешно очищали заклинаниями все вокруг от ошметков Волдеморта. К счастью, кровь уже перестала течь, так что через несколько минут мы справились.

- Моя первая жертва подорвалась на собственной взрывчатке и выглядела еще хуже. Но я тогда был старше, да и эмоций почти не испытывал, так что перенес первое убийство очень легко… - начал я.

- Я в порядке, - Гарри, хоть и бледный, как полотно, упрямо поджал губы. – Все нормально, правда. А вот Гермионе намного хуже.

- Потом я с ней поговорю. Но если все будет плохо, и сама она не справится, заблокирую ей часть воспоминаний, чтобы произошедшее она воспринимала как страшный сон, который приснился давным-давно.

Увеличив заклинанием носовой платок, я накинул его на тело, а потом отлевитировал труп подальше, благо, Рон с Гермионой старательно не смотрели в эту сторону.

- И что теперь? – спросил Гарри, когда все дела были закончены.

- Что-то никто не спешит вам на помощь. Наверное, у Дамблдора сигнализация срабатывает, только если достать из зеркала философский камень.

- Можно я попробую? – торопливо произнес Гарри, не давая мне посмотреться в Еиналеж.

- Ну ладно, - хмыкнул я.

Гарри встал перед зеркалом, и уже через несколько минут ойкнул и хлопнул себя по карману брюк, нащупывая там камень.

- Так легко? Я просто посмотрел, и все, - удивился мальчик.

- Может, оно только на тебя и Дамблдора настроено было, - пожал я плечами.

Гарри достал камень из кармана и протянул мне, я внимательно осмотрел легендарный артефакт и создал копию, а оригинал закинул во внутренний мир на радость умникам и Заэлю. Дубликат же отдал Гарри. Красть философский камень я не собирался, но вот изучить его было очень интересно.

Прошло еще десять минут, а директор так и не появился. Гриффиндорцы окончательно пришли в себя и столпились перед зеркалом.

- Может, нам надо как-то достать оттуда камень? – неуверенно произнесла Гермиона.

- Я уже, - Гарри достал из кармана подделку и продемонстрировал ее друзьям.

- Ничего себе, - ахнул Рон. – Как тебе удалось?

- Просто посмотрелся в зеркало и он вдруг оказался у меня в кармане.

- Можно посмотреть? – с интересом спросила Гермиона, и Гарри передал камень ей.

- И я тоже хочу! – Рон забрал артефакт у Гермионы. – А как он работает? Давайте что-нибудь в золото превратим? Мы же заслужили награду, ведь так?

- Не глупи, Рон, - привычным поучительным тоном произнесла Гермиона, кажется, она уже почти оправилась от произошедшего. – Думаешь, все так просто? Я читала, что для превращения нужны специальные круги для трансмутации и особое алхимическое оборудование.

- Вот же невезуха, - Рон с неохотой вернул камень Гарри. – Обидно же. Мы тут мир спасаем, а нам только спасибо скажут и восвояси отправят. Разве нам не полагается какая-нибудь премия?

- Это вряд ли, - хмыкнул Гарри. – Мне, например, в прошлый раз не давали.

- Какие премии, Рон?! Я человека у… у… убила, - с трудом произнесла Гермиона. – Меня вообще посадить могут…

- Ты что! – возмутился Уизли. – Ты же нас и весь мир спасала! Это не убийство!

- Квирелл был злодеем, он добровольно служил Волдеморту, - поддержал его Гарри. – Даже если бы нам удалось его просто вырубить, то он бы попал в Азкабан. А Сириус как-то говорил, что такого даже врагу не пожелаешь, лучше сразу смерть.

- Давайте лучше подумаем, как отсюда выбираться, - сменил тему Рон. – Огонь до сих пор горит.

Гриффиндорцы подошли поближе к выходу, все еще перекрытому стеной магического пламени, и убедились, что оно и не думает гаснуть.

- Странно, что тут никакой сигнализации нет, - произнесла Гермиона. – Почему никто до сих пор не узнал, что в запретное крыло кто-то проник? Мы ведь тут уже довольно-таки долго находимся.

- А может, нас вообще до отбоя не хватятся, или даже до завтрашнего утра, - пессимистично предположил Рон, и все молча с этим согласились.

- Остается только ждать, - вздохнул Гарри и присел на ступеньки.

Остальные последовали его примеру и некоторое время сидели, изо всех сил стараясь не смотреть на накрытое тканью тело. К сожалению, комната была круглой и пустой, кроме зеркала в ней ничего больше не было. Поэтому гриффиндорцы сосредоточились на разглядывании Еиналеж.

- У меня есть идея! – неожиданно воскликнул Рон пять минут спустя. – Я знаю, как нам пройти сквозь пламя! Мы столкнем туда зеркало и пробежим по нему, как по мосту!

- Рональд Билиус Уизли! – Гермиона от возмущения даже подскочила, уперев руки в бока. – Ты действительно собираешься засунуть древний уникальный артефакт в огонь?! И даже если ты это сделаешь, то выход из той комнаты все равно будет перекрыт. Ты только зря испортишь ценную вещь.

Рон открыл рот и едва не предложил кинуть в пламя на той стороне труп Квирелла и пробежать по нему, но вовремя сообразил, что это плохая идея. Очень. Плохая. Идея.

- Да я просто предложил, - пробормотал он. – И вообще, древние артефакты очень крепкие, ничего бы зеркалу не сделалось.

Гермиона успокоилась и села, а гриффиндорцы снова погрузились в молчание и созерцание.

Еще через полчаса, когда от адреналина в крови и следа не осталось, зато вместо него пришла какая-то слабость и апатия, Рон со вздохом произнес:

- Что-то есть так хочется. В Большом зале скоро ужин начнется, а мы до сих пор тут сидим.

- У меня с собой шоколад есть, - Гарри достал три плитки и бутылку воды и раздал друзьям, а на удивленные взгляды пояснил. – Карманы зачарованы на расширение пространства, так что я с собой всегда еду ношу.

А еще через десять минут пламя вдруг погасло, и Дамблдор, шагнувший в зал, застал идиллическую картину – трио гриффиндорцев, мирно уплетающих шоколадки, и один труп, скромно прикрытый огромным носовым платком.

- Что тут произошло? – только и смог произнести он.

- Квирелл хотел забрать философский камень и отдать его Темному Лорду, но мы его остановили! – ответил Рон, так как Гермиона и Гарри никак не могли подобрать подходящих слов.

- Гарри, мальчик мой, ты снова всех спас, - начал Дамблдор, но его перебили.

- Вообще-то, это Гермиона его остановила, сэр. Он уже начал говорить «Авада Кедавра», а она раз – и прихлопнула его! – отрапортовал Уизли.

От таких новостей Дамблдор даже слегка завис и несколько секунд неверяще смотрел на понурившуюся девочку.

- Меня ведь не посадят в Азкабан за это? – пролепетала Гермиона.

- Конечно нет, дитя, - наконец нашелся с ответом директор. – Ты поступила очень храбро, сам Годрик Гриффиндор гордился бы тобой. А теперь давайте я сопровожу вас в Больничное крыло, после таких потрясений вам просто необходим медицинский осмотр и полный покой.

Я на всякий случай убедился, что гриффиндорцы добрались до больничного крыла и после недолгого обследования и порции зелья сна без сновидений разошлись по кроватям. Похоже, полный покой требовался не только детям, но и самому директору, потому что он попросил у мадам Помфри двойную дозу успокоительного и едва не забыл забрать у Гарри философский камень. Мальчику пришлось самому об этом напомнить, благо, к тому времени я уже успел провести несколько экспериментов, взять образцы и вернуть оригинал.

Философский камень оказался очень интересным артефактом, однако, в целом, он был мне не нужен. Но умникам он понравился, пришлось едва ли не с боем отнимать. Так что сегодняшний квест я считал весьма успешным. А еще в очередной раз убедился, что на гриффиндор набирают совершенно безбашенных учеников. Мало кто из детей смог бы так спокойно вести себя в подобной ситуации, тот же Малфой наверняка в обморок бы грохнулся. Так что Годрик действительно мог гордиться золотой троицей – из них вырастут славные воины.

Омак №1

— Я гений, — самодовольно произнес Драко, с гордостью глядя на дело рук своих.

— А еще красавчик, — тут же заворковало висящее на стене зеркало. — И с этой прической выглядишь как маленький сладкий ангелочек…

Мальчик привычно пропустил мимо ушей последовавший перечень комплиментов и решил, что когда будет писать мемуары «Как я заработал свой первый миллион галеонов», слова зеркала упоминать все-таки не станет.

Перед ним лежал истинный шедевр — первая в мире магическая игровая приставка. Плод его непрестанных трудов выглядел достойно наследника рода Малфоев. Корпус был сделан из белого золота, а кнопки — из драгоценных камней. Ну, не совсем из золота и камней, Драко пришлось приказать домовикам зачаровать сделанную им заготовку, чтобы она выглядела так шикарно, у него-то самого трансфигурация держалась недолго. Но не суть. Главное, что ему удалось совместить знания нескольких магических наук в одном невероятном артефакте. Мальчик даже и сам удивлялся, что сумел столько всего выучить — тут ведь были и чары, и трансфигурация, и руны, играющие роль батареек, аккумулируя магию, и даже зелья для пропитки пергамента с зачарованными двигающимися картинками, который тут был вместо экрана.

Он мог по праву гордиться своим первым артефактом. Это ведь не какой-нибудь дурацкий визжащий фрисби или кусачая дверная ручка! Это уникальный в своем роде предмет, или даже легендарный, и возможно, лет через двести-триста он станет настоящей реликвией!

Драко полюбовался на приставку еще немного и взял ее в руки, нажимая кнопку включения. Он запускал ее в первый раз после сборки, но был уверен, что все работает. Темный экран, защищающий пергамент, на котором, собственно и была нарисована сама игра, стал прозрачным, и сквозь него начали проявляться слова:

«Поздравляем!

Вам удалось создать игровой артефакт легендарного ранга!

Бог Игр признает ваш талант и дает вам свое благословление!»

— Что? — удивился Драко. — Я такой функции не закладывал.

Через несколько секунд слова исчезли, и вместо них появились заставка и слова:

«Начать новую игру?

Да/Нет»

Малфой выбрал «Да», и вдруг в воздухе перед его лицом возникла полупрозрачная табличка со светящимися буквами:

«Подождите.

Идет инициализация системы…

15%… 25%… 50%… 80%…»

Это было очень неожиданно, и сначала Драко слегка запаниковал, но потом собрался и выхватил палочку.

«Инициализация завершена.

Администрация желает вам приятной игры!»

Табличка исчезла, но вместо нее справа сверху появились две зеленые полоски со странными названиями НР и МР, а слева вверху — маленькая фотография лица самого Драко с цифрой «12». Мальчик испуганно закрутил головой, пытаясь понять, что это такое, но странные картинки следовали за его взглядом, постоянно оставаясь в поле зрения.

Еще внизу были какие-то маленькие значки, которые Малфой не сразу заметил, но один из них замигал красным цветом, и мальчик невольно сосредоточил на нем внимание. Значок тут же перестал мигать и развернулся в еще одну полупрозрачную табличку. Но она была крупнее предыдущих и содержала намного больше информации:

Имя: Драко Малфой

Возраст: 12 лет

Раса: Человек

Класс: Маг

Специализация: Игрок

Уровень: 12

HP: 150

MP: 1500

Сила: 16

Ловкость: 21

Выносливость: 15/15

Интеллект: 31

Мудрость: 12

Харизма: 35

Удача: 24

Свободные очки: 5

Артефактор: 20 ур. (Вероятность создания легендарного артефакта 0,025%)

Зельевар: 12 ур. (Вероятность создания легендарного зелья 0,013%)

Змееуст: 4 ур. (Вероятность отдать приказ змее 4%)

Достижения:

«Любимчик богов» (Вам благоволят уже две могущественные сущности. Удача +20%, шанс обратить на себя внимание божественной сущности +20%)

«Мимимишность» (Вас окружает аура кавайности. Репутация со всеми женскими персонажами +15%)

«Психическая устойчивость» (Вы часто оказывались в безумных ситуациях, и это закалило ваш разум. Вероятность отразить ментальную атаку +30%)

Свернуть

Малфой дочитал сообщение до конца и мысленно сосредоточился на кнопке «Свернуть». Полупрозрачная табличка тут же исчезла.

Это все было слишком странно и необъяснимо, и прежний Драко, каким он был еще год назад, сейчас бы вскочил и со всех ног бросился к Papa, чтобы тот решил проблему. Но нынешний Драко, закаленный общением с Саске, знал, что если вдруг начинается какая-то непонятная хрень, то виноват, скорее всего, этот самый Саске Учиха. Поэтому он не пошел к отцу, тот и так был против его интереса к созданию игры, а узнав, что у нее оказался такой странный побочный эффект, мог и вовсе запретить заниматься этим. Так что оставалось только дождаться Саске, который должен был приехать на следующий день, и вытрясти из него всю правду об очередной странной «шутке».

Глава 36.1

Дамблдор решил поощрить свершение подвигов гриффиндорцами, и наградил каждого из золотого трио пятьюдесятью баллами. Гриффиндор и так слегка опережал Слизерин по количеству баллов, так что тут обошлось без драмы, и Большой Зал не перекрашивали в последний момент из серебристо-зеленых в красно-золотые цвета. Все ученики откуда-то знали, что случилось в запретном коридоре на третьем этаже, и теперь многие пялились на Гермиону почти так же, как на Гарри в начале учебного года. Некоторые даже начали называть ее девочкой-которая-выжила, но это только от недостатка фантазии. Близнецы Уизли старались это исправить и каждый раз приветствовали ее по-новому, придумывая какой-нибудь изощренный титул. Особенно мне понравились «Гермиона - истребительница лордов» и «Сорвиголова».

Учебный год закончился, и мы с Гарри решили продолжить свою традицию и съездить в Диснейленд, на этот раз токийский. А после - навестить магический квартал, посмотреть, как живут японские маги. В Америке мы тоже посещали поселение волшебников, но особой разницы с английским не заметили, разве что, за маггловской модой местные маги следили внимательнее, и под легкими мантиями многие носили джинсы.

Сириус хотел поехать с нами, но пришлось его отговорить, иначе он мог заметить, что я и сам в магической Японии первый раз. Кстати, когда я рассказывал Люциусу, почему он не слышал ничего о чистокровной семье Учиха, я не соврал о закрытости волшебного общества. Иностранец не сможет узнать даже фамилий старинных кланов, не говоря уже об именах наследников. Так что и мы с Гарри не сумели попасть дальше местного Косого переулка. Впрочем, для получения целого вороха впечатлений нам и этого хватило. Маги тут ходили исключительно в традиционной одежде, и в глазах рябило от всевозможных кимоно и юката, а иностранцы выделялись в толпе как белые вороны. Зато Гарри смог поупражняться в изучении японского, общаясь с местными магглами и волшебниками. Он изучает язык всего полгода, но уже без проблем может поговорить с кем-нибудь, например, спросить дорогу или уточнить, который час.

По возвращении домой я намекнул Сириусу, что Гарри было бы интересно посмотреть, как живут настоящие британские маги, и практически напросился к нему в гости. Блэк слегка поупирался, но быстро сдался и честно предупредил, что в старом особняке на Гриммо несколько лет никого не было, и что там могла завестись всякая дрянь, вроде магических паразитов и спонтанных темных проклятий. Я успокоил его, сказав, что Гарри не помешает потренироваться в защите от темных сил. После этого Сириус приободрился и начал прикидывать, как сделать для Гарри неплохой наглядный урок из путешествия по старому темномагическому особняку. Причем так увлекся, что купил учебники за второй и третий курс, чтобы освежить собственные знания и составить для крестника краткую программу обучения. На запрет колдовства для школьников во время каникул Сириусу было глубоко начхать, тем более, что в министерстве отслеживали место колдовства, а не конкретную палочку.

И всего через неделю тренировок Блэк заявил, что Гарри готов. Особняк на Гриммо встретил нас пылью, клочьями паутины и запустением. А после того, как Сириус случайно уронил подставку для зонтов в виде ноги тролля, еще и воплями портрета. Если его достопочтенная матушка и при жизни так орала, то неудивительно, что Сириус сбежал из этого негостеприимного местечка и даже годы спустя вспоминал о нем с содроганием.

Домовик, вышедший встречать нас, был под стать дому, но с ним разобраться было легче всего – Сириус просто приказал ему скрыться с глаз долой. А когда тот стал невидимым, но продолжил бурчать себе под нос оскорбления, Блэк откорректировал приказ и заставил эльфа держаться от нас подальше.

Прогулка по старому особняку вышла веселая – дом как будто специально старался нас отпугнуть, выдвигая нам навстречу все новые препятствия. Тут были и несколько боггартов, и тучи докси, и проваливающиеся половицы, и зачарованные шторы, пытавшиеся удушить того, кто подойдет слишком близко. А помимо всего этого имелись целые полотна паутины, со множеством подозрительно крупных пауков, слой пыли такой толщины, что издали казался мехом, и затхлый воздух, дышать которым можно было только через заклинание головного пузыря.

Под шумок мне удалось незаметно найти и изъять медальон Слизерина. Да, получилось не очень красиво, но мне совершенно не хотелось, чтобы Сириус узнал о крестражах Волдеморта, и о том, как они связаны с Гарри. Мало ли кому Блэк мог потом проболтаться, а утечка информации могла порушить мне все планы. Поэтому на месте медальона я оставил точную его копию. Пришлось постараться, чтобы он не только выглядел, но и ощущался как крестраж, однако мне вроде бы удалось.

Воодушевленный таким успехом, через пару дней я отправился в Литтл-Хэнглтон и нашел хижину, в которой когда-то проживали Гонты. Полуразвалившаяся лачуга была увешана таким количеством заклинаний, что сияла ярче неоновых вывесок, если смотреть на нее шаринганом. В распутывании проклятий я не был особенно хорош, так что даже не стал пытаться. Но у крестражей есть одно удобное свойство – их нельзя уничтожить обычным способом, поэтому я просто спалил катоном эту ветхую постройку. Противопожарные чары некоторое время держались, но стихия огня оказалась сильнее, и вскоре я уже стоял на пепелище. Мощное пламя уничтожило все, кроме крестража, в прах обратились не только стены, но и чары, на них наложенные.

Переместив очередной осколок души во внутренний мир, я начал планировать операцию по захвату следующего. Проще всего было с дневником – я даже знал точную дату, когда Люциус попытается подсунуть его Джинни, ведь в этот день Локхарт будет раздавать автографы. В этот раз я собирался действовать в магическом теле, так как Драко за неделю до этого пригласил меня в гости, и я, можно сказать, сопровождал крестраж от поместья Малфоев до Флориш и Блоттс.

Миссия прошла успешно, никто ничего не заметил, и кроме того, я наложил легкое гендзюцу на Локхарта, под действием которого он публично признался в своих преступлениях. Иллюзия спала, и Гилдерой, осознав произошедшее, попытался сбежать, но из всех магических действий ему лучше всего давался только обливиэйт, поэтому его быстро спеленали заклятиями и вызвали авроров.

Все шло настолько гладко, что я решил в этот же день добыть и последний крестраж – чашу Хаффлпафф. Тем более, что задержание Локхарта создало очень удачную шумиху, и в завтрашних газетах большинство статей будут именно про него, а не про ограбление Гринготтса. В банк я проник самым обычным способом – в сопровождении взрослого клона и Гарри, как будто нам просто нужно было взять деньги со счета. Крюкохват довез нас до банковской ячейки Поттеров, а потом клон стал невидимым и, взяв гоблина под контроль с помощью гендзюцу, заставил доставить до сейфа Беллатрикс Лестрейндж. Мы с Гарри остались у его ячейки, вместе с еще одним двойником, и потренировались «нырять» в монетах, а через десять минут уже и первый клон вернулся. Ему удалось удачно подменить чашу на подделку, не потревожив охранную систему, а гоблину просто подправить память. Поэтому теперь, если кто-нибудь поинтересуется у Крюкохвата, почему он так задержался, он сможет с чистой совестью рассказать, что наблюдал за тем, как двое человеческих детенышей «купаются» в деньгах. Гоблин еще после моего первого посещения банка впечатлился, так что внушение легло на благодатную почву. Не удивлюсь, если он однажды тоже попытается повторить такой трюк.

Похоже, банковские работники так и не узнали, что их ограбили, или просто не захотели выносить сор из избы, но в газетах не было никаких упоминаний о Гринготтсе. Зато с каждой передовицы смотрело лицо Локхарта, однако он впервые в жизни не был этому рад. Через пару недель должен был состояться суд над ним, и в прессе сообщалось, что будет срочно найдена замена на место профессора защиты от темных сил.

Глава 36.2

Все складывалось удачно, и я решил не откладывать в дальний ящик «сборку» Волдеморта, тем более, что все составные части уже были у меня. Оставалось только со всей осторожностью извлечь последний осколок из Гарри, впрочем, тот был одним из самых мелких и слабых, так что при наличии додзюцу труда это не составило. Единственная странность – при активации риннегана я вновь на миг увидел свет и какие-то иероглифы, но не успел их рассмотреть.

Собирать паззл из кусочков Волдеморта оказалось весьма кропотливым занятием. Приходилось действовать аккуратно – я ведь не хотел, чтобы его после «сборки» плющило так же, как меня после десятихвостого демона. Честно говоря, я не был уверен, что Темный Лорд не загнется от такой эмоциональной встряски, хотя он и так, практически мертвый, но рисковать не хотелось. К тому же, мне нужно было тщательно поработать с его памятью – стереть все, что было после создания первого крестража, и еще несколько дней до того момента. Я хотел, чтобы молодой Том Риддл, который, надеюсь, получится у меня в результате, еще не был убийцей. Пусть его первая жертва – Плакса Миртл - и была случайной, это все равно позволило ему создать крестраж.

Эта работа занимала у меня примерно по часу в день, и все это время приходилось держать риннеган активным. Еще никогда я не напрягал свои новые глаза так долго, и через неделю с удивлением заметил, что на склере появились тонкие концентрические круги, даже когда додзюцу не было активировано. Нужно было присмотреться, чтобы их заметить, но в целом, они не сильно выделялись. У большинства обладателей риннеганов они не «выключались» по желанию, как шаринганы, и этим бедным, но могучим шиноби приходилось постоянно ходить со стремными бледно-сиреневыми полосатыми гляделками. Неудивительно, что некоторые из них прятали глаза под челками или масками. Возможно, скоро я пополню ряды этих несчастных, и свои прекрасные черные глаза смогу увидеть только в иллюзии. Похоже, риннеган начал эволюционировать, но я даже не знаю, рад я этому или нет.

Я начал подумывать отложить сборку Волдеморта до лучших времен, но Элис ходила вокруг меня и ныла, что хочет своего собственного бишонена вот прямо сейчас. Пришлось подчиниться, потому что она угрожала снова позвать на свидание Снейпа, если я не выполню ее требования.

И вот, наконец, последний осколок встал на место и все трещины исчезли, а Том Риддл вновь стал целым. Не успел я порадоваться успешно выполненной работе, как опять перед глазами появились какие-то иероглифы. В этот раз они задержались подольше и постепенно приобретали четкость. Я уже подумал, что это пробуждается какая-то новая техника риннегана, но смутные знаки вдруг сложились в слова:

«Мы ждём тебя, Саске! Возвращайся скорее к нам. Наруто и Итачи».

От неожиданности я потерял концентрацию и додзюцу деактивировалось. Я тут же снова его включил, но никаких посланий больше не появлялось. Я несколько часов провел, включая и выключая риннеган, но больше не смог увидеть те слова.

- Может, надо попробовать в то же время, что и в первый раз? Это явно почерк Наруто, и послание висело на потолке. Возможно, он подвесил пергамент так, чтобы видеть его каждое утро, и сейчас просто не то время суток, - предположила Элис, пытаясь отвлечь меня от бесплодных попыток.

Глаза от чрезмерной нагрузки уже жгло так, будто я спалил половину Лондона в черном пламени Аматерасу. Так что я вытер кровавые слезы и настроил будильник на нужное время.

Неожиданная весточка из прошлого мира всколыхнула весь ИВМ. Пока я тут пытался вновь выйти на связь, умники строили теории, пытаясь понять, что это вообще такое было. Версий было много, но все сходились в том, что между нашими с Наруто риннеганами есть особая связь, осталось только научиться ей пользоваться. А еще, похоже, мой друг обнаружил эту связь раньше – тот пергамент с посланием был уже довольно выцветшим, похоже, в том мире прошел не один год.

Но самое главное – возможно, мне удастся нащупать ту нить, связавшую меня с Наруто, и уже по ней найти нужный мир среди миллиардов параллельных. Как это сделать, я пока не представлял, поэтому довольствовался малым – написал другу ответное послание. Хотел ограничиться парой строчек, чтобы получилось так же кратко и понятно, как у Наруто, но в процессе увлекся, и получился целый плакат. Некоторое время я пялился на него, стараясь запечатлеть и передать сообщение, но так и не понял, получилось у меня или нет.

Будильник наконец-то сработал, а межмировая связь так и не включилась. От немедленного впадения в депрессию меня спасла Элис, начав выдвигать теории о том, что время в разных мирах течет по-разному, потом еще и несколько умников материализовались и начали шумно проводить какие-то расчеты, выписывая формулы прямо на стене. В конце концов мы сошлись на том, что связь может не работать только с моей стороны, и Наруто послание все-таки получил, или получит в скором будущем, как только активирует додзюцу. Так что мой плакат дополнился яркими вставками с просьбой рассказать, как пользоваться риннеганом. Если в его сторону связь работает уже несколько лет, то он мог и какую-нибудь технику придумать для облегчения работы с ней.

Оставалось только надеяться, что получение второго послания не займет еще десять лет.

Омак № 2.1

Непроизвольно затаив дыхание, я шагнул в арку портала. Несколько лет напряженной работы не прошли даром – мне наконец-то удалось задать нужные координаты и отправиться домой, туда, где меня ждали мой брат и мой лучший друг.

Путешествие в портале было очень красочным и быстрым – меня как будто протащило по яркому коридору с огромной скоростью и выплюнуло на твердую поверхность. Приземление вышло довольно жестким, будь я обычным человеком, все кости переломал бы, а так просто поднял целую тучу взрытой земли, травы и щепок от расколовшегося дерева. Поэтому полминуты я просто отряхивался и отплевывался от налипшего мусора. А потом открыл глаза и замер в шоке. Все вокруг было таким ярким, четким и… плоским. В прямом смысле слова плоским – я как будто смотрел на двигающуюся фотографию. Точнее, даже не так – я смотрел словно бы на окружающий меня огромный экран, на котором показывали какой-то мультик про лес. На самых близких ко мне ветках еще можно было различить отдельные листья, а вот дальше кроны сливались просто в зеленые пятна. То же самое произошло и с травой, и даже с облаками – они выглядели, как белые куски бумаги, приклеенные на голубой куполообразный потолок.

Не понимая, что происходит, я хотел коснуться одного из листов на ветке, но вдруг с ужасом понял, что моя рука тоже стала плоской и нарисованной, да еще и обведенной черным контуром.

Я моментально сложил печати и попытался развеять это безумное гендзюцу, в которое неизвестно как попал. Но ничего не изменилось, и тогда я активировал шаринган, однако стало только хуже. Четкость зрения стала такой, что мне показалось - еще немного, и я увижу пиксели. Пришлось признать, что это такая невозможная реальность, а не иллюзия, правда, мой мозг едва ли не кипеть начинал, когда я пытался понять, как может существовать такая плоская вселенная. Хотя был еще вариант – при путешествии я слишком сильно ударился головой, и сейчас лежу в коме, просматривая красочные глюки. И второй вариант нравился мне едва ли не больше, ведь мой риннеган соберется с силами только дней через пять-шесть, и до этого времени я не смогу связаться с Наруто, чтобы понять, что не так было с координатами. А значит, до тех пор мне придется торчать в этом сумасшедшем двумерном мире.

Собравшись с духом, я снова начал рассматривать свои руки. Они были раскрашены всего двумя цветами – светлым и более темным в тех местах, где лежали тени. Складки кожи на костяшках, линии на ладонях и даже отпечатки пальцев исчезли. На ощупь кожа тоже стала более гладкой, не такой ровной, как теперь выглядела, но и от прежних ощущения заметно отличались.

Медленно подняв руки, я осторожно коснулся своего лица. И самые худшие опасения меня не обманули – оно тоже изменилось. Я достал из внутреннего мира зеркальце и, затаив дыхание, заглянул в него. А после этого содрогнулся всем телом от увиденного и выронил злополучное зеркало.

Мое прекрасное лицо стало гротескной маской – глаза увеличились и обзавелись черным контуром, зрачки и радужки стали непроницаемыми черными кружочками, рот превратился в линию, а нос – в несколько черточек и треугольник тени. Но хуже всего было с волосами – они стали скопищем черных треугольников.

В отчаянии я схватился за эти самые треугольники, и понял, что на отдельные волоски они все-таки разделяются, хотя на ощупь и кажутся непривычными.

Я нервно засмеялся, хотя сейчас в самый раз было бы закатить истерику и трагично возопить в небо сакраментальное: «За что мне это?!» Помнится, когда я впервые очнулся в теле Саске, то переживал, что попал в аниме. Но тогда я просто не знал, что оказаться можно в на самом деле нарисованном двумерном мире, иначе счел бы за счастье такое удачное попадание.

Итак, я попал в аниме. Самое натуральное, нарисованное аниме. И судя по тому, что мое нарисованное лицо выглядит точно так же, как лицо Саске в Шиппудене, это все-таки мир Наруто. Поняв, что так и продолжаю истерически хихикать, немедленно заткнулся и решил создать теневого клона, чтобы хоть с кем-то поделиться эмоциями.

- ААААА! – тут же начал орать призванный дубль, с ужасом тыкая в меня пальцем. – Какое уродство!!! Убейте меня кто-нибудь, я больше не могу это видеть!

- Не драматизируй так, придурок, - недовольно пробурчал я. – Не настолько все страшно.

Клон тем временем попытался выцарапать себе глаза, но понял, что это слишком больно, и с размаху несколько раз приложился о дерево, чтобы развеяться.

- Вот зараза, - сквозь зубы прошипел я, снова оставшись в одиночестве. – Не так уж все и плохо.

Я поднял зеркальце и заглянул в него снова. А потом опять содрогнулся от отвращения и отбросил его подальше. Оказывается, в профиль мой нос выглядит, как галочка, я даже нащупал на нем острый угол. Внезапно идея тоже постучаться головой о дерево показалась мне очень заманчивой. И пока я задумчиво пялился на это нарисованное, но такое твердое дерево, мой мозг попытался самостоятельно решить проблему с восприятием действительности и попробовал добавить окружающему миру объема. Стало еще хуже, окружающий меня «экран» словно бы вспух пузырями, а по краю обзора замельтешили какие-то цветные черточки и пятна. Одним словом, у меня действительно начались галлюцинации. Со стоном я закрыл глаза руками, но тут же отдернул их, нащупав свои ресницы. С ними, как и с волосами произошла та же ужасная трансформация – они превратились в сильно вытянутые упругие треугольники.

Но с закрытыми глазами стало все-таки легче, так что я достал из внутреннего мира черную плотную ленту и организовал себе повязку на лицо, которая не позволит мне даже случайно приоткрыть веки. Немного подумав, достал и перчатки, чтобы непривычные осязательные ощущения тоже не так беспокоили. Со слухом, вроде бы, все было нормально, а остальные органы чувств мне проверять было слегка страшновато.

На случай потери зрения у меня была разработана сенсорная система, и сейчас я развернул ее и поковырялся с настройками, чтобы «видеть» окружающий мир в виде темных силуэтов, словно сейчас глубокая ночь. Пока настраивал, заодно просканировал окружающее пространство и с удивлением засек вокруг множество источников чакры, причем все были мне знакомы. Похоже, этот лес очень популярен не только у шиноби Конохи, но и у некоторых нукенинов. Одно из двух – либо они тут на пикник собрались, либо я удачно попал перед самым началом битвы Саске и Итачи, очень уж характерным был состав участников.

К счастью, с самого появления тут я привычно удерживал щиты, и никто, вроде бы, меня не засек. Я здесь, конечно, немного нашумел при приземлении, но, кажется, это осталось незамеченным, лес тут большой. Так что я создал глайдер и на максимальной скорости понесся туда, где чувствовал чакру нии-сана. Пожалуй, наша встреча даже сможет примирить меня с существованием в этом двумерном мире.

Наруто тоже был неподалеку, но его слишком плотно окружали другие коноховцы, а мне хотелось пообщаться наедине, поэтому я отправил туда клона, тоже с завязанными глазами, передать просьбу о встрече. Мой двойник нашел одного из клонов Наруто, которых тот десятками рассылал во все стороны, и чуть не довел беднягу до инфаркта своим эффектным появлением. Позвал на приватную встречу в убежище Учиха через три часа и так же эффектно рассыпался золотыми искрами.

Внутри убежища было полно узких коридоров, так что глайдер я развеял и пошел дальше пешком. Итачи восседал в пафосной позе на каменном троне в центральной зале. Его глаза были расслабленно прикрыты, словно он пришел не на последнюю в своей жизни битву, а просто попозировать модному фотографу для обложки журнала «Аkatsuki’s Bazaar».

- Что ты видишь… - начал он заготовленную заранее речь, но тут открыл глаза, заметил мою повязку и сбился.

- Я вижу нечто ужасное. Нии-сан, спаси меня, - с места в карьер начал я, быстро проходя разделявшее нас расстояние. – У меня галлюцинации, и они сводят меня с ума.

От моих слов Итачи будто окаменел, от шока он даже дышать перестал, а уж когда я со словами: «Мне нужна твоя помощь», плюхнулся к нему на колени, обняв за шею, вообще был близок к коме.

- Я столько лет ждал нашей встречи, - пробормотал я, уткнувшись ему в висок и вдыхая родной запах, перебиваемый горечью лекарств.

Итачи судорожно втянул воздух, наконец вспомнив, что нужно дышать:

- Что?..

- Так мне легче, - пояснил я свои действия. – Если я ничего не вижу и могу чувствовать твою чакру, мне становится лучше.

Так мы и сидели несколько минут. Итачи – в предобморочном состоянии, но постепенно приходил в себя, а я просто кайфовал, представляя, что это мой нии-сан. Впрочем, мой Итачи не дал бы мне у него на коленях порассиживать, давно согнал бы уже, или, что еще хуже, смотрел с сострадательным выражением «у моего маленького братика опять съехала крыша».

Но идиллия длилась недолго – вскоре неподалеку от убежища появилась чакра местного Саске, и у моего горла моментально очутился кунай.

Омак № 2.2

- Кто ты? – ледяным тоном спросил Итачи.

- Я – Учиха Саске, - начал я, кунай предупреждающе шевельнулся, и по моей шее потекла капля крови, но это не помешало мне закончить. – Из параллельного мира.

Лезвие тут же замерло, похоже, Итачи был в курсе существования других реальностей:

- И твой мир настолько сильно отличается, что ты пришел за помощью ко мне? К тому, кто уничтожил клан Учиха?

- Вообще-то, я считаю, что в уничтожении нашего клана виновата, прежде всего недальновидная политика главы. Это Фугаку облажался со своим заговором, а тебе пришлось разгребать последствия. Я знаю, как все было, и даже собственноручно убил Данзо. В моем мире с тех пор прошло уже больше десяти лет.

- Ты выглядишь не старше шестнадцати, - снова напрягся Итачи.

- Я больше не старею. Ну, за исключением вот этого, - я подергал себя за прядь. Точнее, за треугольник, одна половина которого была окрашена черным, а вторая – белым. – Поседел во время четвертой мировой войны, которая и у вас скоро начнется.

Итачи убрал кунай, и на мгновение замер, прислушиваясь. Чакра местного Саске была уже совсем рядом, похоже, он только что вошел в убежище.

- Интересно, какое у него будет лицо, когда он нас заметит? – с усмешкой спросил я.

- Он не должен тебя увидеть, - ответил Итачи, отцепляя от себя мои руки.

- Тогда пойдем со мной, - я встал с его колен и потянул за полу плаща.

- Извини, Саске. Я должен остаться здесь. Моему Саске надо пробудить Мангеке Шаринган, - он слегка улыбнулся и потянулся, чтобы ткнуть меня в лоб двумя пальцами, как делал это обычно, но я испуганно шарахнулся в сторону.

- Прости, - улыбка тут же исчезла, и лицо Итачи застыло безжизненной маской.

- Это не из-за тебя, - поспешил я исправить ситуацию. – У меня тут третий глаз, так что я не люблю, когда трогают мой лоб.

- Третий глаз? – недоверчиво спросил Итачи. – Как у Рикудо Сеннина?

- Мой глаз круче, - тут же начал хвастаться я. – Он почти что угодно может, надо только четко формулировать запросы. Но не уходи от темы, я не дам тебе умереть от руки Саске!

- Я должен, другого пути нет, - ровно произнес Итачи. – К тому же, я болен, мне и так недолго осталось.

- Я могу тебя вылечить! Идем же!

Но Итачи оставался непреклонен, поэтому мне пришлось срочно менять тактику.

- Ты не хочешь жить, потому что тебя мучает чувство вины, но хочешь сделать так, чтобы Саске страдал из-за него всю оставшуюся жизнь? Ты ведь знаешь, какой он добрый, хоть и пытается это скрывать. Он до сих пор никого не убивал! Но если ты станешь его первой жертвой, он уже никогда от этого не оправится.

- Но ты ведь смог.

- Мой Итачи жив. Правда, один раз его едва ли не воскрешать пришлось, но в тот миг, когда мне показалось, что он умер, я едва не решил уничтожить мир, потому что не собирался страдать в одиночку.

Однако и этот довод Итачи не убедил, но тут на меня снизошло озарение:

- Тогда я сам сражусь с ним!

Нии-сан открыл рот, чтобы возразить, но я щелкнул пальцами, материализуя самого прочного из моих клонов, но с внешностью Итачи. К счастью, дубль не стал ломать комедию с битьем головой о стену, и голосом нии-сана произнес:

- Глупый младший брат, дай мне самому обо всем позаботиться.

- Клон не сможет справиться с Саске, - Итачи все еще продолжал упорствовать.

- Ха! – двойник выбился из образа и самодовольно ухмыльнулся. – Да я Десятихвостого победил! Надрать задницу одному маленькому самоуверенному Учиха для меня вообще не проблема.

Итачи едва заметно нахмурился, и клон тут же поправился:

- Кхм, то есть, надрать задницу, а потом красиво умереть у него на глазах.

Двойник едва ли не вытолкал Итачи из кресла и занял его место, приняв точно такую же позу, а мы просто отошли в сторону и прикрылись иллюзией. Мы еле успели, потому что миг спустя в залу вошел местный Саске.

- Что ты видишь сквозь свой шаринган? – клон шпарил как по писаному.

- Я стал сильнее и теперь вижу только одно, Итачи. Я вижу твою смерть! - Саске ответил, а потом они надолго замерли, глядя друг на друга.

- Не думал, что сражения иллюзионистов такие скучные, - прошептал я Итачи через несколько минут.

Иллюзия нас хорошо скрывала, но громко говорить все равно не хотелось.

- Я тоже никогда не был с этой стороны битвы, - так же тихо произнес Итачи.

- О, у нас гости, - я заметил, как сквозь каменную стену «просочилось» лицо черно-белого Зецу. – Пойду поздороваюсь.

В прошлом мире я смог поймать только белого Зецу, но похоже, жизнь решила дать мне шанс собрать полную коллекцию. Что самое забавное, черный Зецу из этой плоской реальности выглядел практически так же, как его двойник из трехмерной вселенной. На нем отсутствие одного из измерений почти не сказалось.

Он что-то почувствовал в последний миг и попытался удрать, но я все-таки смог запечатать его во внутренний мир. После этого я вернулся к Итачи, и мы еще несколько минут любовались на противостояние Саске и моего клона. Причем в буквальном смысле противостояние – они просто стояли друг напротив друга и ничего не делали. Но вот, наконец, младший брат смог вырваться из иллюзии и буквально взорвался вихрем огненных дзюцу. Похоже, мой двойник не стал придерживаться сценария и добавил реплики собственного сочинения. А он как никто другой знает, каким образом быстрее всего вывести Саске из себя.

Мы с Итачи поспешили покинуть залу, потому что взбесившийся младший брат устроил там настоящий огненный шторм и проломил крышу. К счастью, большая часть купола устояла, и мы продолжили наблюдение оттуда.

- Ты стал очень сильным, - произнес Итачи, когда я филигранно поджарил руко-крыло Саске с помощью Аматерасу.

- Это еще что, - мгновенно распушил я хвосты. – Клон не врал, когда сказал, что я победил Десятихвостого.

- Так ты теперь джинчурики?

- Нет, я не запечатал Джуби в себе. Скажем так, я его съел. И честно говоря, это была не самая лучшая моя идея, слишком дорого мне это обошлось, - я машинально подергал себя за седую прядь. – По-моему, я тогда умер. По крайней мере, ощущалось оно именно так. А когда очнулся, увидел Наруто с активированным риннеганом. Мне кажется, он что-то со мной сделал. Риннеган ведь много чего может, воскрешать в том числе.

- Я всегда знал, что ты станешь очень могущественным шиноби, но даже не представлял, насколько, - снова похвалил меня Итачи.

- А еще я биджу сотворил, белую девятихвостую лисицу, и она теперь зовет меня папочкой, а если хочет повредничать, то мамочкой. И солнце однажды создал, правда, по размерам оно скорее как луна, и вращается вокруг планеты, а не наоборот, но если с земли смотреть, то разницы никакой, - меня понесло еще дальше, потому что впервые за много лет наконец-то появилась возможность хоть кому-то похвастаться.

- Это удивительно, - у Итачи даже привычный покерфейс дрогнул, и ради такого случая я приподнял повязку, чтобы полюбоваться на его лицо.

Правда, ее быстро пришлось вернуть на место, все-таки этот мир слишком сильно на меня влияет. Итачиподобный клон – молодец, вон как долго держится, хотя наверняка тоже начал глюки ловить.

Омак № 2.3

А тем временем над нами начали собираться грозовые тучи, и Саске приготовился использовать свою самую мощную технику. Так что нам с Итачи пришлось срочно искать более безопасное место для наблюдения. Взрыв от Кирина был шикарный, Дейдара бы обзавидовался, да и вспышка света оказалась такой яркой, что была видна сквозь повязку и закрытые веки. А когда Саске уже решил, что победил, клон развернул Сусаноо в форме Королевы на полную мощь.

- Сейчас потребуется твоя помощь, надо запечатать Орочимару и его восьмиглавую гидру, а у меня запечатывающих техник для такого объема чакры нет.

Итачи под прикрытием гендзюцу зашел внутрь моего Сусаноо и активировал свое. Со стороны выглядело так, словно у Королевы выросли лишние руки и быстро управились со Змеиным Саннином. Только вот самому нии-сану эта короткая схватка не так уж легко далась – он побледнел, а из глаз потекли кровавые слезы. Так что я применил свою фирменную лечебную технику, ту самую, которой лечил предыдущего Итачи. Правда, тут случай настолько запущенный, что потребуется много времени и сил на полное исцеление. Но и я с тех пор сильно продвинулся, как целитель, так что прогнозы положительные.

Битва подходила к концу, и мой клон, изображая крайнюю степень одержимости, добрался до Саске, ткнул ему пальцами в лоб, улыбнулся и талантливо притворился мертвым. Младший брат постоял несколько секунд, потом сполз на землю и отключился. Клон тут же встал, утер кровь, отряхнулся и пошел к нам.

- Ну? Как я сыграл?

- Достойно Оскара! – я изобразил аплодисменты.

- Значит, я заслужил награду? – довольно произнес клон, сменил внешность на мою и уткнулся лицом в плечо Итачи.

– Чуть с ума не сошел от глюков, - пожаловался он, плотно зажмурившись. - Утиные жопки! Я видел эти гребаные утиные жопки со всех возможных ракурсов! Да у меня кровь из глаз текла не от того, что шаринган напрягаю, а от этого жуткого зрелища!

Итачи явно не понял, о чем он, но по голове из сочувствия погладил. А вот я понял и обиделся.

- Сам ты утиная жопка! – я машинально попытался пригладить торчащие треугольники на макушке, но быстро отдернул руку.

Уток за хвост я никогда не трогал, но, подозреваю, что на ощупь они именно такие.

- Нии-сан, у тебя ведь тут поблизости есть убежище? Надо бы уходить отсюда, а то сейчас половина Конохи набежит.

- Есть, - признал Итачи. – Но я думал, что больше не вернусь туда, и не обновлял защиту.

- Я могу заняться этим, у меня есть несколько крутых барьерных техник, - снова не удержался я от хвастовства, но тут заметил, что нии-сан подошел к Саске, собираясь поднять его, и нести на руках до самого убежища. – Подожди, тебе нельзя напрягаться! Как медик говорю!

Итачи посмотрел скептически, но позволил мне самому транспортировать местного Саске. И хорошо, а то я бы не пережил такой несправедливости. Его на руках нии-сан носит, а меня – нет?!

До убежища добрались быстро, и там Итачи с интересом понаблюдал, как я накладываю барьерные кидо. На волне вдохновения я такого понавертел, что нас тут даже боги засечь бы не смогли. А потом усыпил обоих Учиха и хорошенько подлечил. Как раз подходило время встречи с Наруто, поэтому пришлось оставить клона поддерживать купол исцеляющих заклинаний. Он, сидя у кровати Итачи, и держа его за руку, выглядел таким умиротворенным, что аж зависть брала. А теплая подсветка от лечебной магии делала эту картину еще более уютной, еле заставил себя оттуда уйти.

К руинам, оставшимся после сражения, я добрался даже чуть раньше назначенного срока, но все желающие уже успели тут побывать и полюбопытствовать. Коноховцы тоже приходили, все обыскали и ушли, но Наруто, видимо, использовал замену на клона, которого отправил с друзьями, а сам вышел мне навстречу из-за чудом уцелевшего обломка стены.

- Саске! Что с твоими глазами?! Это Итачи их забрал? – выпалил он, как только меня увидел, похоже, этот вопрос не давал ему покоя, ведь мой клон, который назначил встречу, тоже был в повязке.

- С глазами все в порядке, - я приподнял ленту и воочию увидел прическу Наруто. Содрогнулся и вернул ее на место, потому что треугольников на голове друга было еще больше, чем у меня. – У меня галлюцинации, поэтому приходится ходить с закрытыми глазами. Но не волнуйся, в пространстве я и без зрения прекрасно ориентируюсь.

- Что здесь произошло?

- Если кратко, то пробуждение Мангеке Шарингана. Но я хотел рассказать тебе о другом. Дело в том, что я не тот Саске, которого ты знаешь. Я из параллельного мира, который отличается от этого так сильно, что у меня мозг начинает перегреваться и выдает галлюцинации.

- Эээ… Я не понял, про параллельное, но я чувствую, что ты – Саске. – Наруто потер в затылке и выдал коронную фразу. – Вернись в Коноху, и бабулька Цунаде сможет вылечить твои галлюцинации.

Я засмеялся, и Наруто удивленно уставился на меня – не часто он видел смеющегося Саске. Да даже просто улыбающегося.

- Ты в своем репертуаре, - с теплом в голосе произнес я. – Но что ждет твоего Саске в Конохе? Его ведь в тюрьму посадят, как нукенина, а может, и еще что похуже придумают.

- Но… - растерялся Наруто, похоже, так далеко свой план по возвращению лучшего друга он еще не продумывал.

- Когда сможешь защитить Саске от Конохи, тогда и зови его домой. Ты уже на верном пути, если станешь достаточно влиятельным, никто не посмеет причинить ему вред.

- Я понял, - чуть нахмурился Наруто, но вскоре снова заулыбался. – А ты точно не мой Саске?

- Могу доказать, - хмыкнул я, и устроил обнимашки.

Наруто сначала напрягся, потом засмеялся:

- Ладно, верю-верю. Можешь уже отпускать.

- Нет, - я помотал головой. – Не так быстро. Я своего Наруто больше десяти лет не видел. Ты, конечно, не совсем он, но Наруто – всегда Наруто, в каком бы мире ни жил. Ты всегда будешь для меня очень важен.

Узумаки даже слегка покраснел от моих слов:

- Ну, - смущенно пробормотал он. – Ты тоже мой лучший друг. Хоть ты и отличаешься от моего Саске, но ты тоже Саске. Мы всегда и везде будем друзьями.

- Зря ты так думаешь, - не смог удержался я от шутки. – В некоторых мирах мы с тобой парочка, и у нас даже дети есть.

- Чего?! – Наруто отпрыгнул от меня и уставился с таким подозрением, что я не выдержал и рассмеялся.

- Так ты шутишь, что ли? – Узумаки облегченно выдохнул.

- Не шучу. Есть миры, где мы оба – девушки. Есть миры, где у нас хвосты и ушки, как у животных. Есть миры, где не существует шиноби, и мы с тобой – обычные школьники. Но о таких мирах, где мы друг другу никто, я не слышал.

- Ну тогда ладно. А ты точно, не из того мира, где мы парочка? – все еще подозрительно спросил Наруто.

- Нет, на этот счет можешь расслабиться, - хмыкнул я. - Зато, если все пойдет так, как известно мне, ты с Сакурой тоже побываешь в другом мире, и встретишь там злого Наруто-брюнета-с-шаринганом, который попытается захватить власть.

- Ого! А что… - Наруто замолчал и нахмурился. – Мой клон только что развеялся. Меня сейчас начнут искать.

- Я рассчитывал, что времени у нас будет больше. Ладно, тогда запоминай основное: скоро Пейн попытается уничтожить Коноху. У него есть семь тел, которые он контролирует с помощью риннегана. Их глаза связаны, и все, что видит один – видят и другие. У каждого тела своя способность, но одно из них – с шестью круглыми пирсингами на лице и тремя игловидными в каждом ухе – может воскрешать остальных, его надо нейтрализовать в первую очередь. И еще Пейну нужно несколько секунд, чтобы повторно использовать свои самые мощные дзюцу, в этот момент его и можно атаковать. Если спросят, откуда информация, скажи, что ее передал тебе Саске, это хоть немного подправит его репутацию. И еще скажи, что у него будет Вечный Мангеке Шаринган, как у Мадары. Про меня не упоминай, ладно?

- Я все понял, Саске, - серьезно кивнул Наруто.

- И еще кое-что. Тоби – это Обито Учиха, он с помощью шарингана прячет свое тело в особом измерении, поэтому его нельзя ранить. Но второй его глаз находится у Какаши, и тот сможет попасть в это измерение и атаковать изнутри.

Тут я почувствовал, что к нам приближается чакра Сая, похоже, его послали вперед, как самого мобильного.

- Кажется, мне пора, - я посмотрел в небо, где крохотной точкой появилась нарисованная птица с всадником. – До встречи, Наруто. Надеюсь, до очень скорой. Я постараюсь вразумить твоего Саске и оставшуюся информацию передам с ним.

Я поднял руку в прощальном жесте и рассеялся сотней золотых искр. Правда, это была просто иллюзия, но под ее прикрытием я переместился в другое место, и быстро добрался до убежища. Коноховцы теперь, наверняка, снова начнут рыскать в поисках Саске, но наше пристанище им точно не найти. Клон все это время так и просидел у постели Итачи в блаженном умиротворении. Прогнать его не удалось, но, к счастью, у нии-сана две руки. Так что я сел с другой стороны кровати, взял его за руку и тоже погрузился в нирвану.

Омак № 2.4

- Очнулся наконец-то, - произнес я, заметив, что ритм дыхания Саске изменился, хоть он и попытался это скрыть.

С момента битвы прошло чуть больше суток, и за это время младший брат успел полностью восстановиться благодаря моим лечебным техникам. Нии-сан проснулся раньше, и они с клоном сейчас были в другом убежище. Вообще-то, я сам хотел пойти с ним, но побоялся доверять двойнику такое важное дело, как вразумление младшенького. Клон запросто мог заиграться и довести его не до Мангеке, а до полноценного сумасшествия. Так что мы с младшим Учиха сейчас оказались наедине друг с другом.

Саске резко сел и судорожно схватился за повязки на голове.

- Лечение прошло успешно, но первое время сильно напрягаться не советую.

Младший Учиха быстро избавился от повязок и тут же уставился на меня активированным додзюцу.

- Ты вообще слушаешь, что тебе говорят? – раздраженно закатил я глаза.

- Кто ты? – напряженно спросил Саске.

- Твой брат-близнец, с которым тебя разлучили в далеком детстве, - с совершенно серьезным выражением лица произнес я.

- Ты лжешь!

- Ну ладно, тогда я – Саске из другого мира. Такой вариант тебе больше нравится?

- Это просто какое-то дзюцу, чтобы подделать мою внешность. Отвечай, кто ты такой! – Саске разозлился еще сильнее и встал с постели.

- У тебя есть шаринган, и ты все равно не можешь отличить правду от лжи? – насмешливо спросил я.

- Ты!... – младший Учиха схватил меня за ворот одежды. – Отвечай немедленно!

- Я уже ответил. Не моя вина, что ответ тебя не устраивает. Может, лучше спросишь, зачем я здесь?

- Ты мне все расскажешь! – Саске встряхнул меня.

- Ты ужасно невежливый, но так и быть, я отвечу. Я здесь, потому что Итачи, перед тем, как отправиться на встречу с тобой, попросил позаботиться о тебе. Я принес тебя сюда и исцелил твои раны.

- Это ложь!

- Чтобы пробудить шаринган, нужно потерять то, что тебе дорого. Все Учиха слишком эмоциональны, они умеют любить и ненавидеть как никто другой. И каждый раз, когда мы теряем то, что любим, в мозгу вырабатывается особая чакра, которая заставляет шаринган эволюционировать.

- Не смей причислять себя к клану! – Саске снова встряхнул меня, на этот раз сильнее. – У тебя нет права называть себя Учиха!

В ответ я приподнял повязку и показал свой Мангеке, плавно превратившийся в риннеган. Саске тут же отшатнулся и замер напротив в настороженной позе, явно продумывая, как меня лучше атаковать. А я со стоном и дрожью отвращения вернул повязку на место. К сожалению, риннеган дал мне возможность рассмотреть утиную жопку с небывало высоким разрешением. В этом плоском мире мое додзюцу быстро подстроилось и попыталось добавить предметам объема, превратив их во что-то похожее на не очень качественную компьютерную графику.

- Что с твоими глазами? – напряженно спросил Саске.

- Риннеган – следующая стадия эволюции шарингана, и мои глаза как раз в процессе. А еще у меня постоянные галлюцинации, и лучше тебе не знать, что я вижу, а то в зеркало смотреться не сможешь.

- Как тебе удалось заполучить такую силу?

- Ты, наверное, считаешь себя самым несчастным Учиха во вселенной, - хмыкнул я, а Саске скрипнул зубами, однако снова за ворот меня хватать поостерегся. – Но это не так. У тебя отняли семью, а у меня забрали вообще все. Не только тех, кого я любил, а вообще всех, кого я знал. Даже мое имя и часть памяти больше мне не принадлежат. Я оказался в чужой стране, в чужом мире, и вот это все со мной проделали дважды. Тут не то что риннеган пробудишь, а богом станешь, лишь бы поболтать по душам с теми, кто сотворил со мной такое. И кстати, заметь, когда я говорю «поболтать», я действительно имею в виду пообщаться, а не убивать сразу, не разобравшись. Может быть, все-таки есть какая-то рациональная причина, по которой для меня устроили этот адский утренник.

- Ты ничего не понимаешь, - процедил сквозь зубы Саске, явно приняв усмешку на свой счет. – Итачи был злым, он уничтожил наш клан только для того, чтобы проверить свои силы! Не о чем было с ним разговаривать!

- Итачи сделал это, чтобы спасти тебя. У него был выбор: или умереть вместе со всеми, или взять вину на себя, и тогда ты остался бы в живых. Клан собирался устроить переворот в Конохе, и началась бы гражданская война, а за ней, возможно, и еще одна мировая, потому что другие деревни не остались бы в стороне. Правительством было принято решение уничтожить всех Учиха, и Итачи выполнил грязную работу, взамен взяв слово с Хокаге, что тот защитит тебя от Данзо.

- Ты лжешь!

- А потом Итачи шпионил за Акацуки в пользу Конохи и жил только в ожидании того момента, когда ты убьешь его и сможешь пробудить Мангеке. Он был серьезно болен, и последнее время держался только на лекарствах и упрямстве.

- Замолчи! Это все ложь! Я тебе не верю! – Саске даже закрыл уши руками.

- Ты повторяешься, - холодно произнес я. – Ладно, я просто перечислю тебе факты, а ты сам сложишь из них общую картину. За несколько дней до Той Ночи, в клановом квартале собрались все Учиха, многих пришлось отозвать прямо с миссий. Помнишь, какая тогда царила атмосфера? Все они подозревали Итачи в убийстве Шисуи и готовы были напасть в любой момент. Фугаку снял все деньги со счетов клана, и вряд ли для того, чтобы устроить самую грандиозную вечеринку в истории Конохи. В правительстве сидели не дураки, и быстро сложили два и два. Хокаге пытался найти какой-то компромисс, но не очень усердствовал, и Данзо успел первым. Он приказал Итачи вырезать весь клан…

- Заткнись! – заорал Саске. – Заткнись, или я заставлю тебя замолчать!

- У Данзо в правой глазнице находится глаз Шисуи, а в руку имплантированы десять шаринганов. Откуда он их, по-твоему, взял? – как ни в чем ни бывало продолжил я.

- Это все ложь! – младший Учиха, кажется, дошел до такого состояния, что забыл о моем риннегане, и снова схватил за одежду, впечатывая в стену. – Итачи сам сказал мне, что с ним был Мадара!

- На самом деле это был ученик Мадары - Обито Учиха, которого считали погибшим в третьей мировой, и на могилу которого постоянно ходит Какаши-сенсей. Обито – настоящий лидер Акацуки, хоть и представляется всем как Тоби-хороший-мальчик. Он был недоволен тем, что Итачи сложно контролировать и незаметно травил его маленькими порциями яда, сильно усугубившими болезнь. Обито хочет погрузить весь мир в Бесконечное Цукиеми, где будет жива девушка, которую он любил, а Итачи мог помешать его планам. Поэтому он решил получить другого Учиха, которым будет легче манипулировать. Он ждал, когда закончится твоя с братом битва, чтобы завербовать в Акацуки.

- Ты все лжешь, - едва слышно произнес Саске, но по его лицу было видно, что он уже сам собрал полную картину из разрозненных кусков.

- Ты пытался убить собственного брата, который ради тебя готов был терпеть любую боль и ненависть. Его презирали и проклинали все, кого он знал, ему пришлось убить собственных родителей для того, чтобы предотвратить войну…

- Замолчи, - почти простонал Саске, схватившись руками за лицо, кажется, мои речи, наконец-то, подействовали, а то я уже выдыхаться начал.

- Все ненавидели его, - бормотал он как в бреду. – Это все ложь, всегда было ложью… Это Коноха виновата… Все знали правду… Коноха уничтожила мой клан…

Саске резко поднял лицо, залитое слезами, и распахнул глаза, в которых горел шестилучевой Мангеке Шаринган:

- Коноха должна быть уничтожена! – с безумным выражением лица произнес он.

Омак № 2.5

- Вот же идиот, - вздохнул я и отвесил Саске подзатыльник вместо пощечины при истерике.

Хорошо, что я мгновенно переместился в другое место, потому что от ответного удара Саске одна из стен убежища обрушилась. Кажется, после пробуждения Мангеке, младший Учиха был малость не в себе и продолжил гоняться за мной, разрушая все на своем пути. Дав ему побеситься пару минут, я прокричал:

- Итачи жив!

- Что?! – Саске прервался на середине движения и едва не упал.

- Итачи жив, и я уже начал лечить его от отравления. Потребуется много времени, но он полностью выздоровеет.

- Ты снова лжешь? – почти робко спросил младший.

- Вообще-то я не соврал тебе ни разу. Заметь, я никогда не говорил, что Итачи мертв. Он довольно тяжело болен, но смерть ему больше не грозит. Кстати, уже можешь начинать благодарить меня за то, что не дал тебе совершить самую большую ошибку в жизни.

- Кто ты такой? – проигнорировал Саске мою реплику. – Почему ты делаешь все это?

- Я же уже говорил. Я – это ты из параллельного мира. В моей реальности время идет быстрее, примерно на десять лет вперед, поэтому я знаю, что тут должно было произойти, и не мог позволить Итачи умереть, пусть он и не совсем мой брат.

- Так это все правда? – уже совсем растерянно спросил младший. – Я… я хочу увидеть Итачи.

- Не уверен, что это хорошая идея.

- Я должен его увидеть, - тут же вспылил Саске, потом спохватился и через силу выдавил еле слышное «пожалуйста».

- У тебя эмоциональная нестабильность. Не хотелось бы, чтобы от радости при встрече с Итачи ты снова попытался его убить.

- Я не!.. – попытался возразить Саске, но я его перебил.

- Ты себя плохо контролируешь. Еще пять минут назад ты обещал уничтожить Коноху, потом пытался прибить меня, а теперь смотришь на меня глазами побитого щеночка и просишь о встрече.

- Но!..

- Давай я тебе лучше кое-что покажу, - я снова не дал Саске вставить реплику и повел его к небольшому тайнику, где после битвы спрятал его меч.

Давать Саске оружие во время нашего разговора показалось мне плохой идеей, так что я спрятал Кусанаги отдельно. Кстати, моя Кусанаги ревновала к самой себе из другого мира и напомнила мне, что однажды я поклялся не брать в руки других мечей, кроме нее. Поэтому я открыл тайник и, не касаясь, провел над блестящим лезвием ладонью.

- Соскучилась, малышка? – спросил я на парселтанге.

В ответ Кусанаги нетерпеливо заизвивалась и радостно зашипела. Мы успели с ней немного познакомиться до того, как я спрятал ее здесь, поэтому она меня уже знала.

- Что ты сделал с моим мечом?! – моментально взбесился Саске.

- Просто поговорил на змеином языке, - я насмешливо наблюдал за тем, как он почти ревниво хватает свой меч и чуть ли не облизывает на предмет повреждений. – Кстати, тебе не помешало бы тоже выучить. Если сумеешь ее очаровать, она будет слушаться только тебя, и никто больше не сможет ей воспользоваться, чтобы причинить тебе вред.

- Очаровать ее? – удивленно переспросил Саске.

- Кусанаги считает себя девушкой. И очень любит бишоненов и комплименты. С первым тебе повезло, а насчет второго… Попробуй, что ли, книжки какие-нибудь почитать… Хотя даже не знаю, сможет ли тут вообще хоть что-то помочь…

Я почувствовал, что к нам приближается еще один клон, которого я послал за едой. Бедняге пришлось неслабо прогуляться – ближайшая нормальная кондитерская была отсюда в нескольких часах полета. Впрочем, двойник и обычной еды прихватил.

- Самое время перекусить, - и прежде, чем Саске возмутился, пояснил. – Ты давно не ел, а за время обеда, может быть, и мозги на место встанут.

Младший возмущенно засопел, но возражать не стал. Поэтому, когда клон добрался до нас, покорно принял коробки с бенто. Я тоже открыл одну и уставился на подозрительное содержимое. Потом приподнял повязку и посмотрел еще раз, надеясь, что картинка станет аппетитнее. Рис выглядел одним монолитным белым пупырчатым комком, а еще там были коричневые куски непонятно чего. Помидоры я опознал, но они были двухцветными и выглядели настолько нарисованными, что я почти ощутил во рту вкус бумаги.

- Почему ты не ешь? - спросил Саске, уже успевший расправиться с первой порцией.

- Мой мир очень сильно отличается от твоего. Настолько сильно, что у меня от этого начались зрительные галлюцинации. Здесь все выглядит не так, и даже еда кажется совершенно несъедобной, - я со вздохом отдал коробку младшему.

- А как же ты? – с тревогой спросил он.

- Теоретически, я вроде как бессмертный, так что от голода не помру.

- Бессмертный? – удивленно произнес Саске.

- Теоретически, - повторил я. – Я не старею, и если уничтожить это тело, то я создам новое.

- Как ты этого достиг? – младший тут же забыл о еде и подался вперед.

Вообще, у шиноби не принято выспрашивать о техниках, но кажется, Саске действительно начал воспринимать меня как близкого родственника, да и наше с ним сходство способствовало. А может, это сказывалась его эмоциональная нестабильность.

- Если очень обобщить, то самое главное в человеке – это душа. Она бессмертна и практически неразрушима, по крайней мере, в этой вселенной нет способов ее уничтожить. Ты ведь слышал о нечестивом воскрешении? Так вот, если душа достаточно сильна, она может вернуться из Чистого мира и остаться здесь. Учиха с этим проще – с помощью изанаги они могут отменить собственную смерть, в буквальном смысле слова восстав из мертвых, как это сделал Мадара после битвы с Хаширамой. Это тот способ, который придумали еще до меня. Можно еще захватывать чужие тела, как Орочимару. Я пошел другим путем, но когда я предложил своему Итачи последовать за мной, он отказался. И вот тут-то кроется самый главный недостаток бессмертия – в конце концов ты останешься совсем один. Друзья и все знакомые умрут от старости, даже их правнуки умрут, а ты останешься. Увидишь расцвет и падение цивилизации, проживешь тысячи лет, даже если не будешь желать этого. Смерть не наступит, даже если ты станешь жаждать ее больше всего на свете.

Саске вздрогнул, слишком ярко представив себе эту картину, и я решил добавить в нее немного светлых красок:

- Впрочем, может, все не так уж плохо. Я был знаком с существами старше трех тысяч лет и не заметил, чтобы они хоть сколько-нибудь тяготились своим существованием. Возможно, со временем психика подстраивается, не знаю, на себе я это еще не проверял.

- А как… - Саске хотел еще что-то спросить, но тут пространство перед нами скрутилось в воронку и буквально выплюнуло из себя Тоби.

- Привет, привет, Саске-кун! – радостно поздоровался он, видимо, решил, что один из нас просто клон. – А я тебя везде уже целый день ищу! Где же ты был?

Младший брат напрягся, да и я тоже не был готов к такой встрече. Расслабился во время нашего «пикника», но зато быстро придумал, как извлечь выгоду из неожиданного визита.

- Я спал, - невозмутимо ответил на вопрос Тоби. – Устал что-то после вчерашней схватки.

Обито на миг смешался, а Саске и вовсе посмотрел на меня, как на психа.

- А что с твоими глазами? – Тоби снова вернулся в образ и продолжил задавать вопросы.

- Капилляры в глазах полопались, и я не хочу, чтобы кто-то видел меня таким некрасивым.

Обито снова слегка завис, но через несколько секунд спохватился:

- И что ты собираешься делать теперь, когда исполнил свою мечту и убил Итачи?

- Я собираюсь воскресить его.

Тоби на этот раз завис уже конкретно, и не дождавшись новых вопросов, я начал объяснять сам:

- Сначала нужно будет вырастить его клона, я думаю воспользоваться лабораторией Орочимару, образцы ДНК у меня есть. Потом применю технику нечестивого воскрешения, чтобы призвать его душу в наш мир. Возможно, мне удастся немного доработать это дзюцу, чтобы воскрешенный был полностью живым. А если нет, то придется воспользоваться риннеганом, чтобы оживить призванную душу до конца.

- Почему ты мне это рассказываешь? – Обито даже забыл кривляться, и спросил это совершенно нормальным тоном.

- Потому что у тебя есть доступ к риннегану. И потому что ты тоже в этом заинтересован. Тебе приходилось терять близких, ты знаешь, каково это, ведь Рин до сих пор ждет тебя в Чистом Мире.

Тоби заметно вздрогнул:

- Что?.. Как ты…

- Итачи передал мне много воспоминаний. Я многое знаю. Тебя зовут Обито Учиха, и ты хочешь погрузить мир в Бесконечное Цукиеми, в котором Рин будет жива. Но сам подумай, как она отреагирует, когда узнает, что ты уничтожил все, ради чего она умерла? Она хотела сохранить мир, пусть даже ценой своей жизни, а ты собираешься развязать новую войну. Рин возненавидит тебя, если ты доведешь свой план до конца.

- Замолчи!

- Она всегда была доброй. Но даже она не сможет простить такое…

- Заткнись!!!

Должно быть, это типичная для Учиха реакция на стресс, поэтому Обито вел себя почти как Саске, не желающий слышать правду о брате. Кажется, Тоби собирался напасть на меня и силой заставить замолчать, но я предусмотрительно активировал броню Сусаноо. Поняв, что заткнуть меня так просто не получится, он вдруг телепортировался, лишь бы не слышать дальнейших откровений.

- Э? – удивленно произнес я, уставившись на то место, где еще секунду назад стоял мой собеседник. – Куда?!

- Похоже, ты его достал, - хмыкнул Саске и сел обратно, снова принимаясь за бенто. – Неужели через десять лет я стану таким же невыносимым?

- Да ты и сейчас не подарок, - отзеркалил я его ухмылку. – Самовлюбленный высокомерный засранец.

- Это ты сейчас о себе? Прозвучало, будто комплимент.

- О тебе. Я-то в отличии от тебя, обаятельный, общительный и очаровательный.

Саске вдруг расхохотался:

- Я знаком с тобой меньше часа, но уже раз десять хотел убить. Да, ты действительно очень обаятельный!

Я плотно скомкал салфетку и запульнул ему прямо в лоб. Младший не успел увернуться, потому что слишком сильно смеялся.

- Эй! – он надулся и потер лоб. – За что?

- Просто проверка, - мило улыбнулся я. – В прошлый раз, когда я тебя по голове стукнул, ты попытался меня убить. В этот раз всего лишь обижаешься. Кажется, тебе действительно стало лучше.

- Значит, я могу увидеть Итачи? – тут же оживился Саске.

- Ты точно сможешь себя контролировать?

- Обещаю!

- Если накосячишь, то сразу предупреждаю – потом не жалуйся.

- Я готов, - младший сосредоточенно нахмурился.

- Ладно, - с сомнением произнес я. В крайнем случае, я всегда успею разнять двух братьев.

Омак № 2.6

Когда мы с Саске добрались до второго убежища, где ждал Итачи, я сразу понял, почему клон, доставивший нам еду, так быстро ушел, и даже не попытался приколоться над младшеньким. Оба моих двойника бедного нии-сана буквально в угол зажали и теперь наперебой кормили его с палочек принесенным бенто. И судя по трем уже пустым коробкам, Итачи скоро лопнет.

- Эй, а ну кыш от него! – тут же скомандовал я, заслужив благодарный взгляд от нии-сана. – Я тоже хочу его покормить.

Взгляд Итачи вновь стал обреченным. А может, мне только показалось. Все-таки я еще не привык к его нарисованному лицу и не научился различать пятьдесят оттенков покерфейса.

- Шучу, - хмыкнул я, но клонов все-таки разогнал. – Идите лучше с Саске поиграйте, а то он вон грустит в одиночестве.

Двойники переглянулись, и широко улыбаясь, пошли к младшенькому. Саске слегка дернулся, как будто хотел сбежать, но быстро взял себя в руки. Вообще, он хотел поговорить с Итачи, но как только увидел его, то все подготовленные вопросы тут же вылетели из головы. Младший настолько заметно растерялся, что я решил дать ему время привыкнуть к нашему обществу. Один из клонов создал диван и теперь уговаривал Саске туда сесть, а тот упирался, предчувствуя подвох.

Итачи наблюдал за всем этим с легкой тревогой, и я поспешил его успокоить:

- Да ничего они ему не сделают, максимум, научат плохому.

Нии-сан едва заметно приподнял одну бровь.

- Да ладно, ему только на пользу пойдет. А то дожил до шестнадцати, а сам всего два раза целовался, и то с Наруто.

Вторая бровь Итачи тоже поползла вверх.

- Это вроде как была случайность, но когда она происходит второй раз, то становится слишком подозрительной, - хмыкнул я.

Мы оба посмотрели на Саске, которому один из клонов что-то показывал на виртуальном экране.

- Точно! – я хлопнул себя рукой по лбу, - давайте я покажу вам кино про будущее!

Клоны тут же организовали что-то вроде кинотеатра и удлинили диван, чтобы все могли на нем поместиться. Один из двойников жестом фокусника достал откуда-то несколько пачек чипсов и раздал всем по одной, а я запустил на экране плоскую иллюзию из нарезки Шиппудена о событиях, происходивших после битвы Саске и Итачи.

Братья смотрели «кино» так пристально, что кажется, порой даже дышать забывали, не то что чипсы есть. А я вот рискнул попробовать местную еду и убедился, что на вкус она действительно как папье-маше с ароматизаторами. Зато хрустит даже лучше, чем в моем мире.

Показ растянулся на несколько часов, и это только для той укороченной версии событий, которую я почерпнул из манги и аниме. Конца у нее не было, так что пришлось добавить пояснений от себя.

Я даже не успел закончить последнее предложение, как в голове возникло странное ощущение, а риннеган включился словно бы сам собой. Такое происходило в первый раз, и похоже, это Наруто, напуганный тем, что я не прибыл в пункт назначения, сумел активировать нашу межмировую связь раньше времени, хотя обычно нашим глазам нужно было, как минимум, пять суток на восстановление.

Картинка была слегка мутной, и поэтому, когда я увидел Наруто, то подумал, что он смотрится в зеркало. Но потом понял, что это не отражение, а чужой взгляд. Похоже, Итачи наконец-то тоже смог пробудить "взгляд сквозь миры". С братом связь работала стабильнее, а не так как с Наруто - передавая короткие "видеоролики" длительностью всего в несколько секунд. Так что я успел не только рассмотреть в руках лучшего друга очередной плакат-письмо, но и прочитать его слова по губам, и отправить ответное сообщение в виде начертанных прямо в воздухе иероглифов, кратко описывающих происходящее. На заднем плане были еще и удивленные местные Итачи и Саске, так что ответ получился вполне наглядным. В конце я еще успел пообещать перепроверить свои расчеты и снова связаться с ними, когда риннеган восстановит свои способности. На этом связь прервалась, но это и так был рекорд длительности. Наверное, дело в том, что мои глаза когда-то принадлежали Итачи и наоборот.

Здешние Учиха не мешали мне, когда я вдруг замер, а потом сдернул с глаз повязку и начал выписывать светящимися иероглифами отчет о происшедшем. Они терпеливо дождались окончания представления, и только после этого начали забрасывать меня вопросами. Точнее, Саске начал, а Итачи просто взволнованно смотрел. Ну то есть, я полагаю, что это было волнение, все-таки нарисованный покерфейс еще более непроницаемый, чем настоящий.

Я рассказал, что между риннеганами иногда появляется связь, с помощью которой можно передавать сообщения даже в другие миры, и что я где-то накосячил с расчетами, поэтому попал не домой, а в их странный мир, и теперь буду все пересчитывать заново.

Клоны уже успели нацепить белые халаты и очки, придававшие им более умный вид, и развернуть виртуальную модель "якоря", который мой брат "выплавил" в каменной плите своей чакрой неподалеку от Конохи, и который, по идее, должен был указать мне нужный мир из множества параллельных. Теперь оставалось только понять, что пошло не так, раз меня выкинуло из межмирового тоннеля на полпути, и исправить этот косяк.

- Я могу как-нибудь помочь? - спросил Итачи.

- Я несколько лет над этой штукой работал, - вздохнул я. - И мне помогали целый научный отдел и бог знаний. А изначально эту штуку придумали инопланетяне, которые разговаривают на языке, больше похожем на радиопомехи, и логика у них настолько же доступна для человеческого мозга, как и язык - для голосовых связок. Хотя...

Я замолчал, обдумывая пришедшую в голову идею. Вообще-то, этот якорь имеет нечто общее с пространственной печатью, по крайней мере, некоторые принципы довольно схожи.

- У тебя, случаем, нет знакомого мастера печатей Узумаки?

- Знакомых нет, - покачал головой Итачи. - Но если хоть один выжил после разрушения Узушио, то я его тебе найду.

- Это на крайний случай. Возможно, я справлюсь сам, хотя бы методом научного тыка. Или кто-нибудь из вас пробудит риннеган и отправит меня в параллельную вселенную. Или мой собственный риннеган наконец-то начнет работать нормально и перестанет забрасывать меня куда попало...

- Так риннеган еще и проходы в другие миры открывает? - удивился Саске.

- Да. Вообще, он много чего умеет, но требуется время, тренировки и всякие потрясения, чтобы он начал работать в полную силу…

Договорить я не успел, потому что клоны меня перебили:

- У нас тут появилась одна занятная теория о том, почему якорь не сработал, - произнес один.

- Скорее всего, это из-за проблем с передачей информации, - добавил второй. – Мы отправляли трехмерное изображение якоря, а до Наруто могла дойти лишь плоская двухмерная картинка. Поэтому и отправило нас почти по нужному адресу, только с измерениями недобор вышел.

- И время не совсем то, так что все-таки надо пересчитать все еще раз, - подвел итог первый, и они увлеченно погрузились в расчеты.

- Кажется, мой отъезд не откладывается на неопределенный срок, и домой я все-таки попаду, - пояснил я для братьев Учиха и довольно улыбнулся.

Только вот Саске, кажется, мою радость не слишком разделял. Похоже, он был бы не против, чтобы я задержался подольше и поделился знаниями. Ему впервые попался такой доступный источник информации, что он никак не мог остановиться, ведь раньше-то даже крохи сведений приходилось едва ли не силой выбивать. Но пришлось его обломать, он сегодня и так слишком много знаний получил, наверняка уже мозги закипать начали, поэтому объявил тихий час и отправил всех спать, а сам погрузился во внутренний мир, руководить расчетами.

Через три дня все было готово, и в этот раз я отправлял Наруто не просто мысленный образ якоря, а выполненный на бумаге сложный чертеж, чтобы уж точно быть уверенным – никакие данные по дороге не потеряются. Сам я за это время успел построить новую Арку Смерти, благо это было не так уж сложно, ее надо было просто скопировать с предыдущей. Дождавшись условленного срока, за который Итачи с Наруто должны были подготовить все в другом мире, я снова шагнул в открывшийся проем портала, надеясь, что уж в этот раз точно попаду, куда надо.

Глава 37.1

Приближалось первое сентября, а с ним и новый учебный год, и у меня появилось страшное искушение бросить все и сосредоточиться только на изучении связи и переходов между мирами. Но тогда Гарри остался бы один в Хогвартсе, да и мои планы получить магическое образование отправились бы коту под хвост. Так что пришлось брать себя в руки и отправляться в школу.

А в Хогвартсе меня ждал сюрприз – выяснилось, что Сириус Блэк стал новым преподавателем защиты от темных сил. Поэтому он весь такой загадочный был при нашей последней встрече, но я оказался слишком загружен проблемой риннегана, и обращал мало внимания на окружающий мир. Впрочем, я и сейчас думал только о том, чтобы «достучаться» до межмировой связи, и периодически менялся местами с клоном, чтобы в своем настоящем теле снова включить додзюцу и попытаться пообщаться с Наруто.

И той же ночью мои метания наконец-то были вознаграждены – я снова смог увидеть послание из дома. На этот раз пергамент был совсем другим, и кое-где заляпан мелкими кляксами, словно у Наруто дрогнула рука, когда он начал писать. Но самое замечательное – внизу были сделаны надписи рукой Итачи. Мой старший брат и лучший друг тоже не сдерживались и исписали целый плакат побольше моего. Связь прервалась через минуту, но я успел в мельчайших подробностях запомнить послание. Так радостно было получить весточку от родных, что я некоторое время просто наслаждался затопившей меня эйфорией, и только после этого смог осмыслить написанное.

К сожалению, никаких особых техник для риннегана у Наруто не было. Он просто активировал додзюцу, каждый раз, когда смотрел на плакат, который повесил на потолке, и мог видеть все, что видел я, если активно пользовался шаринганом или риннеганом. Зато была и хорошая новость – Итачи тоже начал пробуждать риннеган, только вот пока никаких неожиданных способностей, вроде взгляда сквозь миры, у него не появилось, но брат обещал разузнать об этом побольше.

Я немедленно сочинил ответное послание, содержащее, в основном мои эмоции от нашей переписки, но под конец собрался и задал несколько вопросов по делу, в частности, уточнил временные промежутки между полученными мной сообщениями.

Ответную весточку я получил через пять дней, и из нее стало понятно, почему наша с Наруто связь такая прерывистая. Оказывается, риннегану нужно время на восстановление способностей. И что, на самом деле, на риннегане есть томое, как на шарингане, но их не три, а шесть. Но потрясло меня больше всего то, что мой лучший друг ухитрился побывать на Луне. Мне даже на миг завидно стало, сам-то я в космосе еще не был. Оказалось, что на Луне жили родственники Рикудо Сеннина, и последний из них, слегка чокнувшись от одиночества, решил уничтожить Землю. Так вот, Наруто тогда обработал его своим мозговыносом, а после моего запроса о техниках риннегана снова наведался на Луну в поисках информации. Только нашел не совсем то, что ожидал. Выяснилось, что мать Сеннина была инопланетянкой и свободно могла перемещаться между измерениями. И что она очень опасалась своих сородичей, которые тоже могли прийти на Землю и похитить всю чакру. А еще у этих инопланетян были риннеганы, с помощью которых они и путешествовали. Теперь понятно, как я находил «прорехи» между мирами и проходил сквозь них. Я-то думал, что это такая моя особенность, а оказалось, что это все благодаря риннегану.

И, если обобщить всю информацию, то получается, что на моей далекой-далекой родине снова намечается что-то нехорошее, если и не конец света, то близко к нему. Я-то ведь так и не узнал, чем на самом деле должна была закончиться история с десятихвостым демоном. К сожалению, мангу прочитать я не могу, ведь до того, как Масаши Кишимото начнет ее писать, еще долгих семь лет. А в предыдущем мире этой истории просто не было.

Так что домой мне захотелось с удвоенной силой. Обобщив всю полученную информацию, я понял, что мне нужно еще больше ускориться с разработкой межмировых путешествий. Некоторые подвижки уже были – умники в Отделе Тайн провели несколько экспериментов и смогли открыть врата в другие измерения уже осознанно. Выяснилось, что Арка Смерти может открыться к любому «маяку», хотя мы до сих пор так и не поняли, что это за маяки такие. К сожалению, в обратную сторону Арка не работала, и все, что попадало в нее, назад уже не возвращалось, хотя умники изгалялись как могли, и засовывали туда не только видео- и фотокамеры, но и магических големов и даже животных. Один лаборант даже мини-робота собрал, однако и тот канул бесследно. Тот случай, когда из Арки полезли демоны, так и остался единственным, когда она сработала как выход, а не вход. Однако зверушки оказались неразумными, и никакой информации о работе портала от них получить не удалось.

К сожалению, на этом исследование застыло на мертвой точке, и больше ничего добиться от Арки не удалось. Так что я решил снова обратиться к Кецалькоатлю, он, конечно не специалист по межмировым путешествиям, но пообщаться с умным человеком, точнее, с богом, всегда приятно. Тем более, и повод у меня имелся – шоколад с Пернатым Змеем набирал популярность, и вскоре начинал работать мой новый магазин сладостей в Лондоне. В честь такого события я создал еще одну статую бога знаний и собирался устроить торжественное ее открытие перед магазином.

После того раза, когда впервые призвал Кецалькоатля, я больше его не вызывал, не хотел злоупотреблять его доверием. Все-таки, он спал тысячу лет, а тут его по пустякам дергают по несколько раз в год, на его месте я, наверное, разозлился бы. Но сейчас у меня был достойный предлог.

В этот раз Кецалькоатль появился почти мгновенно, едва я закончил произносить его имя. Сейчас он выглядел немного по-другому – его глаза сияли голубым огнем так ярко, что было видно при дневном свете, а по перьям то и дело пробегали красочные всполохи.

- Странник В Поиске Знаний, рад приветствовать тебя я, - с этими словами он встал и спустился вниз по ступеням своей пирамиды.

Я слегка заторможено поздоровался в ответ, с удивлением наблюдая, как легко он двигается, так сразу и не скажешь, что он, вообще-то, каменный, и с пирамидой составляет одно целое. Между тем, бог ступил на землю, и вокруг его босых ног прямо сквозь каменные плитки дорожки начали пробиваться экзотические цветы.

- Это поразительно! Не знаю, как ты это сделал, но я не получал от верующих столько силы даже в дни своего расцвета.

- Я начал изготавливать шоколад с твоим изображением, - я указал на коробки со сладостями, в которых были представлены все виды выпускаемой продукции. – И людям он очень понравился. Плюс, реклама по телевидению и радио.

Бог с интересом начал разглядывать яркие обертки плиток шоколада. Некоторые он разворачивал и пробовал на вкус, но большинство распылил дымом и поглотил разом. Когда он закончил с этим и похвалил лакомства и нарисованную на обложках историю, я продолжил рассказ.

- Еще я планирую создать твою новую статую. Она будет располагаться в Лондоне, поэтому мимо нее каждый день будет проходить множество людей. Они не верят в твое существование, ну, может быть, за исключением детей, но это не мешает притоку духовных сил. Только вот я не знаю, как долго продержится популярность сладостей с твоим изображением. Чтобы о Боге Шоколада помнили еще долгое время, надо будет создать целый промышленный концерн, вроде Нестле или Марс, и на это может уйти несколько десятилетий. А ты знаешь, что я собираюсь вскоре покинуть твой мир. Тебе нужно будет выбрать того, кто займется делами компании. Я предлагаю на эту должность Мэри, с твоей информационной поддержкой она точно справится. Она отличный управленец, любит сложности и все необычное. А что может быть необычнее создания глобального кондитерского концерна, который является всего лишь прикрытием для языческого культа?

Глава 37.2

- Странник В Поиске Знаний, даже самые преданные из жрецов не делали для меня столько и не заботились так о моем процветании. Как мне отблагодарить тебя?

- Должно быть, это прозвучит странно, но не мог бы ты стать моим другом? – спросил я.

Свои желания я мог и сам исполнять, а вот дружбы бога у меня еще не было, да и когда еще выпадет шанс найти настолько дружелюбную высшую сущность?

- Я знаю, что значит слово «друг», но не уверен, способен ли я на подобные чувства. Боги обычно связаны друг с другом либо родством, либо любовью, либо ненавистью. Никогда не слышал от других о дружбе, и сам ее не испытывал. Но я постараюсь. Мир так сильно изменился, значит, и я тоже смогу изменить себя. Расскажи мне, что обычно делают друзья.

- Ну, - я даже слегка растерялся от такого вопроса, - друзья помогают друг другу, много общаются, обсуждают интересы, ходят вместе куда-нибудь…

- Значит, ты начал дружить со мной еще до того, как попросил стать твоим другом? Ты помог мне, а теперь я хочу ответить тебе тем же. Сейчас, когда у меня есть вся эта сила, я могу помочь тебе найти дорогу домой. Я отыщу все упоминания того языка пришельцев на Арке Смерти, что остались на Земле. Надеюсь, это поможет в твоих поисках.

- Да, еще как поможет! – от избытка чувств я чуть не кинулся к Кецалькоатлю с обнимашками, но в последний момент сообразил, что это будет уже чересчур. – Давай тоже для тебя что-то сделаю. Раз уж ты теперь можешь перемещаться, то пойдем, я тебе покажу кое-что интересное.

Я повел бога в свой кабинет, где был установлен самый современный компьютер, который мне казался древним экспонатом музея.

- Вот, это тот самый артефакт, благодаря которому люди могут передавать информацию на огромные расстояния и находить ответы на любые вопросы. Например, есть ли колени у пингвинов или как выжить во время зомби-апокалипсиса. Вообще-то, этот артефакт может решать и очень серьезные задачи, но большинство используют его только для развлечения. Правда, сейчас все это находится в зачаточном состоянии, и полноценно начнет работать только лет через десять – двадцать.

Я показал Кецалькоатлю, как пользоваться компьютером, но стоило ему коснуться клавиатуры, как сразу все заискрилось и затрещало, монитор мигнул синим экраном смерти, покрылся сеткой трещин и задымился. Точно так же задымились системный блок, клавиатура и даже мышка.

- Нда… - задумчиво произнес я и отправил сломавшуюся машинку во внутренний мир, чтобы потом выкинуть. – Эта штука все равно мне не нравилась.

Вместо сломавшейся техники я материализовал на столе последнее изобретение ИВМ – ноутбук из чакры. У умников и раньше были ноутбуки, но они были лишь видимостью техники, как телефоны, которые я раздавал друзьям. А этот экземпляр повторял принципы работы настоящих компьютеров, его даже можно было подключить к обычной сети. Умники создали его еще тогда, когда я только попал в этот мир, и раздумывал, как заработать денег. Но устраивать революцию в информационных технологиях было делом очень долгим, энергозатратным и муторным, поэтому решено было заняться другими проектами. И вот сейчас игрушка наконец-то пригодилась.

Укрепленный ноутбук из чакры смог без проблем выдержать прикосновение бога, и Пернатому Змею удалось-таки выйти в интернет. Кецалькоатль был потрясен тем, что людям удалось создать такие удивительные вещи, и не уставал восхищаться гениальной задумкой. И меня тоже озарила вполне гениальная идея.

- В будущем придумают специальную программу, которая будет осуществлять поиск информации в сети, и вскоре станет настолько популярной, что даже появится новое слово – загуглить, произведенное от названия этой программы. Если бы каждый раз, задавая вопрос в интернете, люди упоминали тебя, то это могло бы создать огромный поток духовной энергии. Нужно или самим придумать эту программу, или заплатить разработчикам, чтобы они использовали твое имя. Правда, слово «закецалькоатлить», звучит не очень, но думаю, эту проблему можно как-то решить.

- Я понимаю язык, который люди придумали, чтобы говорить с машинами, но не могу понять, как это работает. Все это кажется мне настолько невероятным, что даже пришельцы из других миров не выглядят такими уж чуждыми. Чем больше я узнаю о мире, тем более удивительными мне кажутся люди.

Говоря все это, Кецалькоатль выглядел действительно озадаченным, у него даже глаза немного потемнели и перья перестали сверкать. Кажется, столкновение с маггловскими технологиями лицом к лицу его порядком загрузило. А может, дело в том, что он своими божественными способностями случайно подключился ко всей информации в сети, и даже для него данных оказалось слишком много.

- Есть множество книг про машинные языки и создание программ. Если хочешь, при следующей встрече я тебе их передам, и ты сможешь сам разобраться, как все это работает, - предложил я, и Пернатый Змей с готовностью кивнул, вставая из-за компьютера.

Провожая Кецалькоатля до его пирамиды, я решил, что лет через двадцать обязательно вернусь в этот мир и посмотрю, во что он превратится, если всем здесь будет заправлять бог знаний.

Глава 38.1

На следующий день я купил несколько книг о программировании и об устройстве компьютеров и возложил их на алтарь Кецалькоатля. Книги незамедлительно обратились дымом и втянулись внутрь статуи. А еще через день золотая ракушка, которую дал мне бог знаний при первой нашей встрече, засветилась и начала мелодично позвякивать. Кажется, аналог сотовой связи появился задолго до того, как люди научились пользоваться электричеством. Когда я ответил на вызов, Кецалькоатль появился на вершине пирамиды во всем своем сияющем великолепии.

- Приветствую тебя, Странник в поиске знаний.

После небольшого взаимного расшаркивания бог сразу же перешел к делу:

- Я изучил книги, которые ты мне передал, и теперь знаю, как договориться с человеческими машинами, и сделать так, чтобы они не ломались от моего прикосновения.

С этими словами он начал спускаться, одновременно меняя облик. Его блестящие перья словно бы втянулись внутрь тела, узоры на коже побледнели и почти исчезли, а длинные волосы, обычно струящиеся за ним, едва касаясь земли, будто трехметровый шелковый шлейф, укоротились и сами заплелись в косу. Когда босые ноги бога коснулись земли, вокруг них не начали прорастать экзотические цветы, так что в целом он выглядел вполне как человек, только необычная красота и длинная, почти до колен, коса, выбивались из образа.

Я успел порадоваться, что купил новый компьютер взамен почившего, и пригласил Пернатого Змея в кабинет. На этот раз техника вела себя прилично, и не искрилась в ответ на прикосновения бога. После включения компьютер пару раз мигнул монитором, и кажется, собирался зависнуть, но Кецалькоатль чуть нахмурился, и тот вдруг начал работать на такой скорости, которая, по-моему, превосходила ттх раза в два. Пальцы Пернатого Змея непринужденно порхали по клавиатуре, будто он был программистом со стажем, и мне даже на миг стало завидно. Похоже, читерские способности бога знаний говорить на любых языках распространялись и на машинные. Подозреваю, что он и информацию мог считывать с дисков напрямую, сразу в двоичном коде.

Кецалькоатль печатал с таким вдохновленным видом, и строчки на мониторе появлялись с такой скоростью, что я вскоре даже перестал пытаться вникнуть в то, что он делает. Поэтому отошел и устроился на кресле для посетителей, а через некоторое время и вовсе попросил Мэри принести нам горячего шоколада. Кецалькоатль современный вариант чоколатля оценил, но от компьютера не оторвался, и даже одной рукой набирал символы с невероятной скоростью.

Мэри с интересом покосилась на бога за компьютером, но больше никак не выдала своего любопытства. Я еще не обрадовал ее новостью, что вскоре ей предстоит возглавить культ Бога Шоколада, и, наверное, только поэтому она была такая спокойная. Пусть лучше сначала сам Кецалькоатль предложит ей стать его жрицей.

Еще через полчаса Пернатый Змей закончил и позвал меня к монитору.

- Я обещал найти все упоминания того языка пришельцев, о котором ты меня спрашивал, - он развернул передо мной виртуальную карту Земли, помеченную разноцветными точками, и у меня чуть челюсть не отпала.

Я-то думал, он для развлечения что-то печатает, ну или делает поисковик имени себя красивого, а он оказывается, для меня старается. Кецалькоатль изменил масштаб карты, приближая самое густое скопление точек.

- Красным я отметил места, где знаки оставлены самими пришельцами, а зеленым - те, которые оставляли люди, подражая инопланетянам. Самые ранние отметки здесь, - он указал на Стоунхендж, - думаю, пришельцы впервые появились именно тут, а потом расширили свое влияние, начав взаимодействовать с местными. Но мои территории находились далеко, и до меня долетали лишь слухи о чужаках, поэтому я не знаю подробностей.

- Пернатый Змей, можно я сделаю то, что обычно делают люди со своими друзьями, когда очень счастливы, но у них не хватает слов, чтобы передать это?

Бог знаний с интересом посмотрел на меня:

- Да, конечно, мне всегда интересно узнавать новое о людях.

Так что обнимашки я устроил с разрешения Кецалькоатля, и попытался вложить в них всю свою радость.

- Ты самый лучший бог на свете!

Кстати, на ощупь Пернатый Змей оказался точно как человек, только температура тела чуть выше. Несмотря на предупреждение, Кецалькоатль все равно оказался слегка шокирован, у него даже незаплетенный кончик косы распушился.

- Было очень… познавательно, - произнес бог, когда я его отпустил. – Людские обычаи такие занятные.

- Ты надолго можешь оставаться в этом облике? - спросил я, потому что мне в голову пришла замечательная идея.

- Сколько пожелаю.

- Тогда не хочешь поприсутствовать на открытии памятника в твою честь? Можешь просто понаблюдать со стороны, или, если захочешь, можно выйти на сцену, чтобы все тебя увидели.

- Это было бы очень познавательно. Но я думал, что мне нельзя показываться людям, дабы не смущать их разумы. Обычно смертные очень бурно реагируют на богов.

- Никто не узнает, что ты бог. Я представлю тебя как Кецалькоатля, но все будут считать, что ты приглашенный актер.

- О. Как необычно! Ты скажешь правду, но люди станут думать, что ты соврал. Какой занятный человеческий парадокс.

- Да уж, парадоксов у людей полно. Но ты ведь не против, если они будут заблуждаться на твой счет?

- Не против. Мне даже интересно, сможет ли хоть кто-то узреть истину.

Глава 38.2

Через несколько дней мы вместе с Кецалькоатлем прибыли в Лондон. Всю дорогу он перемещался от одного окна лимузина к другому, с неизбывным интересом рассматривая монотонные английские пейзажи. Хотя Пернатый Змей теперь мог незримо присутствовать в любом месте, где пожелает, ощущения "во плоти" отличались от тех, что он получал в божественной форме. Кстати, мой дворецкий, который вел машину, и глазом не моргнул, когда увидел такого необычного пассажира, а ведь Кецалькоатль и в почти человеческой форме выглядел весьма колоритно со своей невероятно длинной косой, множеством ожерелий и расшитой набедренной повязкой.

Церемония открытия прошла по сценарию, и бог получил порцию обожания напрямую от зрителей, а не опосредованно, как обычно. Люди пришли в восторг от того, насколько живой человек похож на персонажа из мультяшных роликов, и едва ли не пританцовывали под звуки играющей отовсюду песенки-молитвы. Праздник удался на славу, и по завершению уже сам Кецалькоатль чуть ли не напевал прилипчивый мотивчик.

- Друг мой, тебе удалось совершить настоящее чудо! Даже на пике моей силы и славы люди не любили меня так сильно, как сейчас! - Пернатый Змей выглядел очень взбудораженным после шоу, у него даже щеки раскраснелись, и глаза горели почти так же ярко, как в божественной форме.

Кажется, всеобщее поклонение влияло на него почти как легкое алкогольное опьянение.

- Все любят шоколад, а уж бога шоколада, да еще с такой внешностью, не любить просто невозможно, - улыбнулся я. - Не хочешь ли попробовать еще кое-что человеческое?

Когда Кецалькоатль с энтузиазмом согласился, я повел его в небольшое кафе, открывшееся рядом с моим магазином сладостей. Почти все посетители были в курсе, что рядом проходил праздник шоколада, поэтому не очень удивлялись необычному внешнему виду одного из гостей. Бог не успокоился, пока не перепробовал все виды пирожных, и глаза официанток, приносивших нам заказы, становились с каждым разом все круглее и круглее, пришлось даже сказать им, что у нас с другом очень быстрый метаболизм и такое количество еды нам на один зубок.

- Даже бог знаний вроде меня еще тысячу лет назад и подумать не мог, что однажды будет свободно находиться среди смертных и вкушать их еду, - Кецалькоатль почти торжественно проглотил последний кусочек пирожного, запил молочным коктейлем и продолжил. - Мир так сильно изменился, поэтому я тоже должен измениться. Я не буду ждать, пока люди все сделают за меня, а сам себе построю храм, и в нем непременно будут подавать все эти вкусные штуки и еще сорок два сорта мороженного.

- Мне нравится твоя идея, - засмеялся я. - Такое место будет очень популярным.

Пернатый змей продолжил продумывать интерьер своего будущего дома и решил, что стены там будут от пола до потолка покрыты книжными полками, а прямо внутри здания станут расти плодовые деревья и работать фонтаны с горячим шоколадом.

После такого насыщенного событиями дня Кецалькоатль поспешил в свою пирамиду переваривать новые впечатления, а я засел в кабинете перечитывать отчеты, предоставленные умниками из ИВМ, которые все это время работали над тайной внеземных рун. Невыразимцы из Отдела Тайн почти в полном составе толклись в Стоунхендже и нескольких других местах, где были найдены те же знаки. Причем среди невыразимцев были не только мои клоны, но и настоящие маги. Кажется, до них начало доходить, что они имеют дело с инопланетными, а не просто древними магическими артефактами, и энтузиазм из них так и пер. Маггловских фильмов про то, как пришельцы похищают землян и ставят над ними опыты, волшебники не смотрели, поэтому просто в экстаз приходили от одной лишь возможности вступить в контакт с какой-нибудь разумной высшей расой, еще четыре тысячи лет назад нашедшей способ путешествовать меж звезд.

Исследование древних мегалитов принесло неожиданно много информации. К счастью, инопланетяне не просто высекали свои руны на поверхности камней, а вплавляли их внутрь на энергетическом уровне, иначе время давно уничтожило бы все следы. А так нам достались довольно крупные "обломки" сложного многоуровневого узора, из которого умники пытались сложить нечто цельное и работоспособное.

Судя по всему, пришельцы создавали свои "узоры" с помощью техники, а не магии, хотя результаты были довольно похожи. Я тоже мог сотворить в камне сходные энергетические структуры с помощью чакры, но подобная, вплоть до микронов точность, мне была недоступна. Умники предположили, что вот эти энергетические структуры и есть те самые якоря, которые упоминались на Арке Смерти, и осталось только собрать осколки в одно целое и разобраться, на каком источнике энергии все это работало.

Через пару недель клоны смогли завершить энергетический узор, издалека немного похожий на пентаграмму, испещренную непонятными значками, правда, кое-где ее "дорисовывали" собственными силами, полагаясь только на воображение и чутье. Вместо источника питания умники приспособили накопительную печать из чакры и попытались открыть проход из Арки Смерти в Стоунхендж. С первого раза ничего не вышло, и пришлось пробовать снова и снова, подбирая недостающие элементы узора чуть ли не методом тыка.

Глава 39.1

К концу октября эксперименты все-таки увенчались сомнительным успехом - в центре каменного круга материализовался комок глины - все, что осталось от волшебного голема после путешествия через арку. Тем не менее, умники сочли это прорывом и устроили вечеринку прямо в Отделе Тайн, не делая различий между клонами и магами. Я так и не понял, удалось ли хоть кому-то из волшебников вычислить всех "подменышей", но кажется, все эти новые тайны и загадки делали их жизнь веселее и ярче. По крайней мере, в отпуск невыразимцы идти отказывались, многие чуть ли не ночевали на работе, забыв о выходных и праздниках.

Я сам был так захвачен исследованиями, расширением шоколадной фабрики и прерывистой "перепиской" с Наруто, что обращал довольно мало внимания на окружающий мир. В себя я пришел только, когда Совсем-Безголовый-Ник пригласил меня на его годовщину смерти и совмещенную с ней торжественную церемонию вступления в ряды Клуба безголовых охотников. И вдруг внезапно оказалось, что уже Хеллоуин на носу, а два школьных месяца пролетели так быстро, что я их и не заметил.

Я честно рассказал гриффиндорскому трио, что их может ждать на призрачной вечеринке, но они все равно захотели туда сходить. Все-таки не каждый день такое событие случается, чтобы живых позвали на вечеринку мертвецов. Поэтому я решил позвать и Драко, он как раз придумывал свою новую игру и застопорился на одном из уровней, исчерпав идеи для интересных препятствий на пути игрока. Я надеялся, что подземелье с привидениями поможет ему в творческом поиске.

Юбилей смерти Совсем-Безголовый-Ник праздновал с размахом - призрачных гостей было столько, что и в без того прохладном подземелье появился иней на стенах, а дыхание вырывалось изо рта белыми облачками пара. Зато Клуб охотников был просто в ударе - они так азартно играли в хоккей отрубленными головами, что праздник стал больше похож на день рождения, а не смерти.

Слухи о том, что это я достал из Кровавого барона кинжал и окончательно отрубил им голову Нику, похоже, расползлись уже по всему миру, и ко мне подошел почти десяток призраков, просивших избавить их от всевозможных орудий убийства. Так что моя коллекция пополнилась еще парочкой отравленных стилетов, несколькими ножами, рыцарским мечом и шикарным боевым топором.

После юбилея мы еще успели забежать в Большой Зал к самому концу пира и похватать уже почти исчезнувшие с подносов праздничные сладости. Кажется, многие ученики были разочарованы, что в этом году на Хеллоуин ничего интересного не произошло. Но василиск все еще дремал в Тайной комнате, потому что некому было его разбудить, а я все никак не мог выкроить пару часов в своем плотном расписании на визит вежливости.

Время летело незаметно. Я и оглянуться не успел, как уже наступила пора квиддичного матча. Слизерин против Гриффиндора, но в этом году Драко так и не стал ловцом, потому что у него просто не хватало времени еще и на квиддич, ведь он занимался разработкой игр. Кстати, две из них были уже почти готовы и сейчас находились в стадии тестирования. Так что сейчас мы с ним сидели рядом на трибунах и болели за свою команду. Правда, я болел еще и за Гарри, так что в одной руке у меня был зеленый флажок, а в другой – красный, с надписью «Поттер». Другие слизеринцы косились неодобрительно, но связываться со мной никто не рискнул. Хотя я честно болел за зеленую команду, мне нравился их жесткий стиль игры, проходящий по самой грани, но правил игры все-таки не нарушающий.

- Что это с бладжером? – пробормотал Драко, заметив, что тот преследует только Гарри.

Я это заметил уже давно и теперь пытался вычислить, где прячется Добби, но так и не смог. А бладжер тем временем как будто бы становился все злее, и не давал Гарри ни минуты отдыха.

Я вскочил на ноги и наложил на себя сонорус:

- ОСТАНОВИТЕ МАТЧ! БЛАДЖЕР ПРОКЛЯТ!

На учительской трибуне учителя зашушукались, Трюк оглянулась посмотреть, кто это такой громкий, но этим реакция взрослых на мой крик и ограничилась.

Я выругался по-японски из-за такого пофигизма и решил брать ситуацию в свои руки. С трибун я просто не мог достать бешеный бладжер заклинанием, тот двигался слишком быстро и непредсказуемо, а метлу, чтобы подлететь поближе, отнять было не у кого – все игроки находились слишком далеко, мои манящие чары пока не получались настолько мощными. Поэтому я сменил тело на копию из реацу и побежал по воздуху. Меня провожали всеобщие вздохи изумления и невнятные восклицания, слившиеся в единый гул.

Гарри понял, что я собираюсь сделать, и полетел мне навстречу, виляя из стороны в сторону под атаками мяча. Выгадав момент, когда бладжер оказался максимально далеко, я запустил в него кунаем с взрывной печатью и выставил барьер. Нас обоих обдало горячей воздушной волной, и на этом вред от бешеного мяча закончился. Гарри подлетел поближе, с улыбкой стукнул меня по подставленному кулаку и вдруг рухнул вниз, уходя в почти вертикальное пике. В первый миг я подумал, что домовик решил проклясть его метлу, и упал следом, но быстро заметил, что Гарри летит за снитчем. Однако тормозить я все равно не стал и эффектно врезался в землю, подняв в воздух небольшую тучу пыли.

Народ вокруг в едином порыве испуганно ахнул и повскакивал с трибун.

- Приземление, супергеройское приземление! - громко объявил я, поднимаясь в рассеивающихся клубах пыли и отряхивая коленку.

Гарри, оказавшийся рядом, засмеялся и вскинул вверх руку с зажатым в ней золотистым мячиком.

Учителя наконец-то отреагировали, вскочили со своих мест и побежали к нам, Трюк засвистела в свисток, объявляя конец матча, и остальные зрители тоже начали спускаться с трибун.

- Гарри! Ты в порядке?! – первым до нас добрался Сириус и начал осматривать Поттера на предмет повреждений.

- Со мной все хорошо, но этот бладжер явно пытался меня убить. Если бы не тренировки Саске, он бы мне точно сломал что-нибудь или вообще с метлы скинул.

- Саске! – Сириус, будто только вспомнив обо мне, обернулся и воскликнул. – Ты как? С такой высоты рухнул и с такой скоростью. Быстрее, чем Гарри на метле. Я пытался вас заклинаниями поймать, но не успел.

- Я в порядке, перед падением просто создал щит, - улыбнулся я в ответ.

- А как ты так по воздуху пробежал? В первый раз такое вижу.

- Это вы еще моего учителя не видели. Когда он бежал, у него под ногами сам воздух вскипал.

- А как… - Сириус хотел еще что-то спросить, но голос подошедшего Снейпа его перебил.

- Учиха, – холодно процедил он. - Что вы себе позволяете?

Северус казался разъяренным, но я-то видел, что он бледнее обычного, явно переволновался, глядя на мое выступление.

- Мне пришлось спасать Гарри от проклятого бладжера самому, раз уж никто из преподавателей, которым это вроде как по должности положено, на опасность не отреагировал.

- Бладжеры и должны пытаться сбить игрока на землю, - прошипел Снейп, - уж за полтора года могли бы правилами квиддича поинтересоваться.

- Бладжеры должны стараться сбить как можно больше игроков, а не приставать к одному. Этот явно был проклят.

- Если он и был проклят, то вы перестарались со взрывом, не оставив даже клочка для изучения. Теперь уже ничто не сможет подтвердить вашу теорию заговора. Вы необоснованно вмешались в игру ради некой гипотетической опасности…

- И, по-вашему, я должен был спокойно смотреть, как кто-то пытается убить моего брата?! – перебил я его. – Даже если опасность всего лишь гипотетическая, я все равно не останусь в стороне!

- Никакой опасности не было, - раздался голос незаметно подошедшего Дамблдора. – Хогвартс – самое безопасное место.

- Скажите это Квиреллу, директор, - я повернулся к новому действующему лицу. – Он-то здесь немало настрадался, и от случайных отравлений, и от учеников с зачарованными снежками, и от лесных обитателей. А в конце вообще умер.

- Кхм, - Дамблдор погладил себя по бороде, но не нашелся, что на это ответить. – И все же, Саске, ты излишне бурно отреагировал, напугал всех, едва не сорвал игру…

Глава 39.2

- Сириус! – я повернулся к Блэку. – Хоть ты-то скажи! Ты же видел, что с бладжером что-то не так? Он ведь Гарри и убить мог!

- Ну, это же всего лишь бладжер, - замялся тот. – Квиддич, конечно, опасная игра, но не настолько…

- О, прекрасно! – я раздраженно всплеснул руками. – Если вам всем наплевать, что одним учеником может стать меньше, то я вам в этом поддакивать не собираюсь! Идем отсюда, Гарри, потому что если я срочно не съем что-нибудь шоколадное, то сейчас устрою еще парочку взрывов!

Я позволил своей злости прорваться наружу, обдав окружающих легким влиянием жажды крови. А потом схватил Гарри за руку и повел в сторону замка.

Снейп хотел что-то возразить, но Дамблдор его остановил, сказав, что надо дать мальчику, то есть мне, успокоиться. А за его спиной Трюк начала шумно переругиваться со слизеринской командой, которая пыталась доказать, что пойманный снитч не засчитывается, потому что было вмешательство постороннего человека. На что судья объявляла, что раз у меня не было метлы, то мои действия вмешательством не считаются.

- Саске, - на полпути к замку нас догнал запыхавшийся Драко. – Я часто называл тебя психом. Но я ошибался. Потому что вы оба психи! На всю голову больные!!!

- Драко, меня всегда до глубины души трогает, что ты так сильно обо мне переживаешь, - я остановился и раскинул руки. – Устроим дружеские обнимашки?

- Иди ты, - отшатнулся Малфой.

- Не надо стесняться, тут все свои, - хихикнул я и сделал вид, будто собираюсь его поймать.

Драко отскочил в сторону и встал так, чтобы между нами оказался Гарри. Я почувствовал, как настроение неуклонно поднимается, и широко улыбнулся.

- Ладно, раз уж ты такой скромный, то останешься без обнимашек. Кстати, как тебе мое супергеройское приземление?

- Это когда ты со всего размаху об землю шлепнулся? – скептически спросил Малфой, тоже слегка успокоившийся. – Я уж подумал, от тебя только мокрое место останется.

- Да что ты понимаешь! Все крутые персонажи так приземляются! Тебе обязательно надо использовать это в какой-нибудь игре. Будет очень стильно!

Я продолжил движение к замку и объявил Драко:

- Сейчас я покажу тебе самое классное место во всем Хогвартсе. Только ты особо о нем не распространяйся, а то там не протолкнуться от посетителей будет.

- И что же это за место такое? – недоверчиво произнес Малфой.

- Кухня, - торжественно объявил я, распахивая перед нами дверь, - где добрые домовики всегда готовы накормить оголодавших детей.

Эльфы тут же начали радостно нас приветствовать и принесли мне мой обычный заказ – пирожные из шоколадного бисквита, шоколадного крема, шоколадного сиропа и шоколадной глазури. После этого мое настроение окончательно поднялось до своего нормального уровня, и я понял, что в состоянии обсудить произошедшее и никого при этом не убить.

- Нет, Драко, ну ты видел, как в Хогвартсе халатно относятся к здоровью учеников? Подумаешь, какая мелочь, всего лишь проклятый бладжер, который пытался убить студента. Как будто у них запасных Гарри Поттеров еще штук десять припрятано, и одним больше, одним меньше – не страшно.

Тут вперед неожиданно шагнул один домовик и, нервно дергая себя за уши, заговорил:

- Дипси знает, кто проклял бладжер, но Дипси нельзя колдовать вне Хогвартса без приказа, поэтому Дипси ничего не мог сделать. Другой домовик хотел сделать больно Гарри Поттеру сэру, а Дипси не мог помочь.

Я узнал своего давнего знакомца и попытался его успокоить, пока тот не перешел к более тяжким самоистязаниям:

- Все нормально, ты не виноват. Но ты не мог бы позвать сюда того домовика? Я хочу с ним поговорить.

- Дипси все сделает! – с этими словами эльф исчез и вернулся только через три минуты, таща за уши помятого и упирающегося Добби.

- Плохой эльф, очень плохой эльф! – Дипси толкнул второго домовика к нам, а остальные работники кухни одобрительно зашумели и столпились вокруг.

Я на всякий случай сам ухватил Добби за многострадальное ухо, чтобы тот не смог удрать.

- Зачем ты хотел сбить Гарри с метлы?

- В Хогвартсе будут твориться ужасные, кошмарные вещи! Гарри Поттер должен уехать отсюда ради своего блага! Добби спасет Гарри Поттера сэра, чего бы ему это не стоило!

- Слушай сюда, - я раздраженно встряхнул домовика, ухватив второй рукой за наволочку. – Если посмеешь еще раз навредить Гарри, даже ради его блага, я тебя убью.

На последних словах я позволил ему увидеть мои шаринганы и приложил ки. Поэтому эльф не начал рассказывать, что хозяева по пять раз на дню обещают его прибить, и безоговорочно поверил моим словам, трясясь от страха.

- Я сам позабочусь о Гарри Поттере, твоя помощь не нужна, - я отпустил домовика, но тот так и остался стоять на месте, с ужасом пялясь на меня. Кажется, с ки я слегка перестарался.

- Это наш домовик, - тихо произнес Драко, и я повернулся к нему. – но я клянусь, я понятия не имел, что он творит.

Малфой, похоже, решил, будто мы с Гарри будем обвинять его и его семью в нападении, но все равно решил сознаться, кому принадлежит этот чокнутый эльф. Хотя при этом и выглядел так, словно ждал, что я прямо сейчас объявлю его своим главным врагом.

- Расслабься, Драко, я не думаю, что ты как-то к этому причастен. Ты же лапочка, ты бы не смог кого-нибудь убить. К тому же Добби сознался, что это была его личная инициатива.

Малфой фыркнул, но ему заметно стало легче:

- Много ты понимаешь.

Драко перевел взгляд на домовика и снова нахмурился, а затем ему в голову явно пришла какая-то идея. Малфой быстро стянул с себя галстук и кинул в эльфа:

- Проваливай отсюда!

- Добби свободен? – домовик недоверчиво уставился на предмет одежды в своих руках, а потом повторил, уже с другой интонацией. – Добби свободен!

Эльф с хлопком исчез, и я опять повернулся к Драко:

- Надеюсь, твой отец не будет ругаться за это.

- Да с таким домовиком в одном доме жить страшно. Отравит чем-нибудь, а потом скажет, что это было для нашего же блага.

Малфой нервным жестом притянул к себе тарелку с пирожным и попытался заесть стресс.

Гарри приподнял бокал с чаем и произнес тост:

- За то, чтобы никого из нас никогда не пытались облагодетельствовать насильно.

И мы с Драко молча присоединились к этому пожеланию.

Глава 40

В декабре в Хогвартсе неожиданно объявили об открытии дуэльного клуба. Неожиданно в том числе и для меня. Я-то думал, что канонная идея о клубе принадлежала Локхарту, а оказалось, что нет.

- А почему в Хогвартсе дуэльный клуб открывают только сейчас? Какие-то плюй-камни тут есть, а дуэлей нет, - спросил я Малфоя, после того, как мы вместе прочитали объявление в холле.

- Вообще-то, есть, - ответил Драко. – Просто он вроде как закрытый. Флитвик сам отбирает кандидатов из числа лучших старшеклассников. А сейчас решили открыть клуб для всех.

В восемь часов в слегка преобразившемся Большом зале собралась почти вся школа, кроме большинства старшеклассников. Им, похоже, не интересно было наблюдать за этой «песочницей». Тренерами назначили Сириуса и Снейпа, и если первый прямо-таки светился энтузиазмом, то Северус, кажется, был близок к тому, чтобы начать убивать.

- Тебе не кажется, что Дамблдор ненавидит Снейпа? Сначала заставил работать тут учителем, хотя он детей терпеть не может, а теперь вот вынуждает объединиться с Блэком, - произнес я, глядя на этих двоих, прямо-таки искрящих эмоциями.

- Я не удивлюсь, если Дамблдор вообще всех ненавидит, - философски пожал плечами Драко.

Тем временем двое профессоров зашли на помост и продемонстрировали нам яркий, но довольно короткий поединок, в основном, щитовые и обезоруживающие чары. Однако у взрослых магов и этот небольшой набор заклинаний выглядел очень впечатляюще. Так что представление удалось, хотя скорее всего, директор просто запретил им использовать что-то еще, иначе они могли весь зал разнести.

Довольный Сириус еще раз продемонстрировал основные стойки и сказал:

- А теперь я хочу пригласить сюда одну из моих сильнейших учениц. Мисс Грейнджер, прошу вас.

Раскрасневшаяся от всеобщего внимания Гермиона взошла на помост, и Снейп не мог не прокомментировать:

- Я думал, что это Поттер – твой любимчик.

- А у Гарри я сам могу кое-чему поучиться, - хмыкнул Сириус. – Однако именно мисс Грейнджер показывает лучшие результаты на моих уроках. Должен предупредить, атаки у нее очень мощные, так что ее противнику придется нелегко.

- Мистер Малфой, не желаете ли попробовать? – произнес Снейп, и Драко вздернул выше подбородок, выходя вперед.

- Эх, а я-то думал, что это я его любимый ученик, - недовольно пробормотал себе под нос.

Впрочем, я больше опасался за Драко, потому что Гермиона не всегда рассчитывала силу, однажды у меня три ребра во время спарринга с ней треснуло, и это с моими укрепленными костями и мышцами. Тренеры дали своим чемпионам последние указания и покинули помост.

- Палочки на изготовку! На счет три. Раз, два, три…

Сириус не успел договорить последнее слово, как Драко атаковал. Впрочем, дуэльный кодекс этого не запрещал. Гермиона ловко увернулась и послала в ответ риктумсепру, которая чуть не выкинула Малфоя за пределы помоста. Снейп совсем не нежно за шкирку вздернул его на ноги и толкнул обратно к Гермионе, а я начал подозревать, что и Драко он не очень-то любит.

- Флиппендо! Таранталлегра! – Малфой запустил сразу два заклинания, что опять же не запрещалось дуэльным кодексом, правда, такие двойные заклинания не теряли в мощности только у опытных авроров.

Гермиона такого не ожидала и смогла увернуться только от первого, Малфой хотел воспользоваться преимуществом и снова атаковал, но Гермиона ухитрилась уйти от заклинания почти балетным движением. Девочке некогда было применить отменяющие чары, но она смогла справиться с пританцовывающими ногами и двигалась туда, куда нужно было ей, а не левой пятке.

- Ступефай!

Драко выставил щит, но я видел, что тот не выдержит, а заклинание у Гермионы действительно вышло слишком мощным, такое может на сутки в нокаут отправить.

- Ложись! – я воспользовался иллюзиями, чтобы мой голос слышал только Малфой.

Кажется, он уже настолько привык к тому, что рядом со мной в любой момент может что-то взорваться или полыхнуть, что упал на пол не раздумывая. Луч заклинания прошел выше, и мальчик начал подниматься на ноги.

- Атакуй снизу.

Драко последовал совету и запустил в Гермиону Депульсо, еще даже не встав с пола. Такого она тоже не ожидала, и заклинание отшвырнуло ее к противоположному концу помоста. Из-за пританцовывающих ног она не смогла сразу подняться, и пришлось сначала потратить время на отменяющие чары. Довольно усмехающийся Малфой подошел ближе, держа ее на прицеле палочки, но тут Грейнджер воспользовалась его трюком и атаковала, не вставая с пола.

- Левикорпус!

С такого расстояния и под таким углом заклинание отразить было трудно, и Драко взлетел в воздух вверх ногами, барахтаясь в сползшей на голову мантии. Фините инкантатем у него не сработал, и Гермиона с довольной улыбкой выпрямилась, выходя из дуэльной стойки и опуская палочку.

- Атакуй, - подсказал я, и слизеринец, бросив попытки освободиться, направил палочку на Грейнджер.

- Экспеллиармус!

Из-за неудобного положения и сползшей на лицо мантии заклинание получилось довольно слабым, и Гермиону не отбросило в сторону, а всего лишь вырвало из руки палочку.

- Отлично, просто отлично, - Сириус, хлопая в ладоши, поднялся на подиум. – Вы оба показали прекрасное знание заклинаний и отличную скорость реакций. Обычно дуэли новичков заканчиваются уже после пары заклинаний, а вы продержались очень долго и устроили впечатляющий бой. Мистер Малфой продемонстрировал несколько уловок, которые могут здорово помочь в настоящем сражении, а мисс Грейнджер показала, как важна гибкость и хорошая реакция.

Блэк отпустил дуэлянтов, и Драко подошел ко мне.

- И что это было?

- О чем ты? – спросил я с самым невинным видом.

- Твой голос в моей голове.

- Ох, Драко, тебе никто не говорил, что слышать голоса – это плохо? Даже в магическом мире плохо, - я притворился, что взволнован.

- Я серьезно, - хмуро посмотрел на меня Малфой.

- Ну ладно, - я перестал ломать комедию. – Просто Гермиону я сам тренировал и знаю, что порой заклинания у нее выходят слишком мощными. Так что я всего лишь решил немного уравнять шансы.

- Хм, - Малфой посмотрел на меня подозрительно, но возмущаться не стал. Все-таки благодаря моим советам он свел дуэль вничью, а не валяется сейчас в больничном крыле.

- Слушай, а твои родители еще не обрадовали тебя радостной новостью, что рождественские каникулы ты проведешь с нами? – я решил сменить тему.

- Так они все-таки согласились? – удивился Драко.

И было чему удивляться – ведь консервативные Малфои отпускали своего драгоценного отпрыска в маггловский мир. Мой старший клон их сразу предупредил, что мы все поедем в Америку, ведь у нас остался еще один не посещенный Диснейленд. Но ему удалось убедить Люциуса, что это пойдет только на пользу его карьере, ведь сейчас в правительстве засилье магглолюбцев, и если Малфой вдруг продемонстрирует такую демократичность, то у его противников просто не останется козырей. А сейчас его действительно прессовали, причем настолько сильно, что он боялся возвращать сына в поместье из-за постоянных обысков, которые больше напоминали погромы.

И для того, чтобы ни у кого не осталось сомнений, что Люциус больше не магглоненавистник, клон предложил ему начать изучение маггловской культуры, чтобы потом тыкать носом остальных магов в их устаревшие или вовсе нелепые сведения про обычных людей. Старший Малфой страдал неимоверно, но упрямо читал детские энциклопедии о том, как все устроено, а так же газеты и журналы, чтобы при случае блеснуть информацией о современном мире. Больше всего на свете он желал прилюдно унизить Уизли, который всегда так хвалился своими познаниями о магглах, но на самом деле даже не умел пользоваться телефоном.

Клон только довольно потирал руки, ведь все это было частью давней мести за снобизм, с которым Малфой относился ко всему недостаточно чистокровному или недостаточно английскому. И если Люциус думал, что отделается одними только кружевными панталонами, то это было слишком наивно с его стороны. Потому что Элис тоже начала знакомить Нарциссу с маггловской культурой и первым делом повела ее на шоппинг по магазинам нижнего белья. И там миссис Малфой узнала несколько новых замечательных слов вроде «стринги» и «бикини». Так что Люциуса ждал новый увлекательный поворот в его супружеской жизни, но об этом он пока еще и не подозревал. Как и о том, что у Элис следующим пунктом в списке маггловских достопримечательностей, с которыми обязательно нужно познакомить Нарциссу, значился сексшоп.

Одним словом, Люциусу предстояло очень интересное и разностороннее погружение в маггловскую культуру.

Глава 41

Приближался Йоль, а за ним и Рождество, поэтому умники в честь праздника решили устроить самый масштабный эксперимент с инопланетным порталом и попробовать кое-что новенькое. Только вот поручиться за безопасность никто из них не мог, и по самым пессимистичным прогнозам выходило, что в районе Стоунхэнджа могут начаться пространственно-временные аномалии. До этого мы работали в зоне исторического памятника только периодически, и его на это время закрывали от маггловских туристов «на профилактику». Но из-за нового эксперимента никто не мог предсказать, насколько затянется настройка портала, а потом и устранение возможных последствий. Поэтому было принято решение связаться с маггловским правительством, чтобы полностью исключить нахождение в этом районе посторонних людей.

У главы Отдела Тайн были соответствующие полномочия, и он наряду с Министром магии мог напрямую связаться с премьер-министром, хотя ни разу еще этим правом не пользовался. А я напросился просто за компанию, любопытно же было взглянуть на главу государства. К сожалению, к этому времени Тэтчер уже ушла в отставку, с ней познакомиться было бы еще интереснее.

Джон Мейджор на появление в своем кабинете двух магов отреагировал на удивление спокойно, впрочем, говорящий портрет его предупредил заранее, да и мы не были первыми магами в его жизни. Глава Отдела Тайн кратко ввел его в курс дела, и только тут министр возмутился:

- Что?! Вы хотите сказать, что помимо магов существуют еще и пришельцы?

- И это еще не весь список, - хмыкнул я. – Возможно, вам вскоре выпадет честь познакомиться с настоящим богом. Он еще не решил, нужна ли ему поддержка на государственном уровне, или он справится своими силами. Но если решит, что вы ему пригодитесь, очень советую всячески содействовать. В прошлый раз во времена его правления страна пережила небывалый расцвет науки и технологий, и если бы не война между богами, то государство стало бы величайшей империей в мире. Но в этот раз противников у него не осталось, поэтому особых проблем не ожидается.

Кстати, Кецалькоатль действительно пока еще не до конца определился с тем, как именно будет строить свою шоколадную империю. Сейчас он изучал все о менеджменте и управлении, и Мэри заодно с ним, хотя и до сих пор иногда ворчала, что она на такое не подписывалась. Но жрицей нового культа уже стала, так что за Пернатого Змея я не волновался, он оказался в надежных руках. Однако поддержка на государственном уровне не помешает, им ведь еще весь мир захватывать, а пока можно на Англии потренироваться.

- Бог, ну конечно же! – было первым, что сказал глава Отдела Тайн, когда мы с ним вернулись на портальную площадку. – Как же я сам не догадался! Именно этой детали мне и не хватало, чтобы сложить полную картину!

С этим возгласом он убежал куда-то вглубь отдела, затерявшись в лабиринте коридоров. Я-то думал, он хотя бы поинтересуется, кто я вообще такой, но он не задал ни одного вопроса с тех пор, как один из моих замаскированных клонов представил меня ему и сказал, что я буду присутствовать на встрече с премьер-министром. Я так до сих пор и не узнал, до чего додумались настоящие невыразимцы по поводу происходящего в Отделе Тайн, но кажется, у них была своя теория о творящемся тут безобразии, и только что они получили новую дозу информации. Судя по всему, невыразимцы вычислили почти всех оставшихся магов и обменивались сведениями внутри своего секретного кружка. Мне даже стало интересно, до чего они там додумались, и насколько далеки их догадки от реальности.

В день испытания стояла необычайно пасмурная погода, а низко нависшее небо было готово вот-вот разразиться снегом с дождем. Зато ветра почти не было, да и температура воздуха была довольно высокой для декабря. Умники и невыразимцы подготовили все для эксперимента и убедились, что в округе нет ни одного постороннего. Половина моих клонов сейчас находилась у Арки Смерти, и в условленное время активировала портал. В этот раз мы использовали совершенно новые источники энергии, которые разработали в Отделе Тайн специально для сегодняшнего дня, и все присутствующие были полны энтузиазма.

Пока самым большим нашим достижением были сильно покореженные големы, так что все радостно загалдели, когда над Стоунхенджем открылась необычайно яркая и четкая арка портала, я даже успел увидеть, как из нее выпал совершенно целый контрольный голем. А потом из портала хлынуло что-то похожее на черное комковатое желе. В первые же секунды это желе захлестнуло и мгновенно растворило в себе нескольких моих клонов и, к сожалению, двух невыразимцев, которые стояли ближе всего. Остальные клоны успели среагировать и взлетели в воздух, подхватив менее шустрых магов. Портал закрылся, прервав поток этой странной жидкости, но ее оказалось уже слишком много по эту сторону. И эта штука явно была живой и жутко голодной. Или не очень живой – я чувствовал исходящее от нее духовное давление, к тому же она запросто растворяла не только органику, но и моих клонов из чакры. Жуткая черная штука, которую мы случайно впустили в этот мир, не спешила растекаться по максимальной площади, а как будто бы собралась в большой бугристый комок и вдруг быстро выстрелила вверх щупальцами. Почти все успели увернуться, и только одному из невыразимцев, которого удерживал в воздухе клон, не повезло. Он невовремя дернулся, и щупальце на излете слизало подол его мантии, нижнюю часть брюк, ботинки, и длинную полосу кожи с левой ноги.

Мы все взлетели выше, а черная инопланетная тварь завозилась еще активнее и явно собралась снова нас чем-то удивить. Я не стал ждать развязки и создал вокруг нее самое мощное барьерное кидо. Черная жидкость взбурлила и пошла волнами, похожими на маленькие цунами, и мне даже на миг показалось, что она вот-вот растворит барьер, но обошлось. Мы все отлетели в сторону, спустились на землю и устроили срочное совещание. Даже маг, которого едва не освежевала эта тварь, рвался высказаться, почти не чувствуя боли из-за адреналина. К счастью, его рана не была опасной и быстро залечивалась зельями, которые можно найти в любой аптечке. Кто-то предлагал немедленно уничтожить жуткое инопланетное существо, которое одним махом убило несколько человек, но большинство все же хотело его сначала исследовать. Через полчаса бурных дискуссий было решено взять немного тканей для опытов, а остальное сжечь. Даже если этот инопланетянин был разумным, то первый контакт явно не задался, и ни о какой дипломатии теперь и речи идти не могло.

Я сделал в барьере крошечное отверстие и тут же закрыл его, и все равно желеобразный монстр успел пропихнуть наружу почти литр своей странной плоти, яростно пытавшейся добраться до окружающих. Маги быстро организовали несколько удерживающих заклинаний, благо все невыразимцы ранее работали с веществами, к которым нельзя прикасаться, и знали, как их хранить. Затем они попытались сжечь инопланетную тварь адским пламенем, но то почему-то не причиняло ей вреда. Волшебники были глубоко шокированы этим, ведь по их мнению магический огонь мог сжечь что угодно. А я окончательно убедился в духовной природе этого пришельца и опробовал на нем огненное кидо. В этот раз неизвестный монстр все-таки был уничтожен, хоть и сопротивлялся пламени почти целую минуту.

Подавленные маги, расстроенные срывом эксперимента и гибелью коллег, начали приводить территорию в порядок, уничтожая следы гари и собирая уцелевшие измерительные приборы. Решено было даже снять часть верхнего слоя почвы, на случай если инопланетная тварь оказалась токсичной. Хорошо, что с нами была пара стирателей, которые обычно выезжают на места магических катастроф в маггловском мире и приводят все в порядок. Эти парни свое дело знали и быстро выровняли землю и даже как-то вырастили на ней пожухлую в зимнее время траву. Только вот оплавленный алтарный камень уже никак нельзя было вернуть в прежнее состояние. Придется создавать с нуля, хорошо хоть, его внутреннее строение я скопировать успел.

Испорченный алтарь отлевитировали подальше и погрузили под землю, а на его месте я с помощью стихии земли «вырастил» новый, точно такой же по внешнему виду. Только вот придется потратить еще много времени на то, чтобы создать внутри сложную энергетическую структуру межмирового портала. Но этим я решил заняться позже, потому что был слишком расстроен сегодняшним провалом.

Вечером этого дня я сидел дома, ел большой шоколадный торт прямо ложкой и жаловался Кецалькоатлю на жизнь. Бог знаний практически поселился у меня и только изредка отлучался по своим божественным делам. В последнее время они с Мэри работали над открытием еще одной фабрики и пока у них все отлично получалось. Это только у меня в жизни была темная полоса, отдалившая мое возвращение в Коноху на неизвестный срок.

- Друг мой, не отчаивайся, это лишь временные трудности, даже у богов они бывают, - Пернатый Змей тоже взял ложку и ковырнул торт с другого бока. – Надо же, так и правда вкуснее.

Я подумал, что на этом божественные утешения закончились, но через некоторое время Кецалькоатль продолжил:

- Возможно, я знаю, с чем вы столкнулись. Давным-давно, когда я только появился на свет, я слышал от других богов о пожирателе миров, который живет в Извечной Пустоте и стремится уничтожить все живое. Самые могущественные боги отвечали за то, чтобы сдерживать его и защищать эту планету. Но со временем даже они потеряли силу и исчезли. Хорошо, что в этот мир проникла только малая часть пожирателя, и ты быстро смог ее уничтожить. Иначе эта прожорливая тварь могла найти сюда дорогу и явиться вся целиком. А теперь она знает, что здесь есть сила, способная ее уничтожить, и будет держаться подальше.

Я издал неопределенный звук, не зная, как реагировать. Пернатый Змей только что похвалил меня, сравнив с самыми сильными богами?

- А еще я, кажется, знаю, что не так с твоим порталом, - продолжил Кецалькоатль. – Ты не просто приоткрыл дверь, чтобы попасть из одного места в другое, ты пробил дорогу в Извечной Пустоте, сверкающую, как оживленная магистраль в ночное время. Поэтому пожиратель миров ее и заметил. Я полагаю, источник энергии был слишком мощным, а в остальном портал вполне рабочий.

Я вскочил на ноги, моментально забыв про торт и депрессию, и забегал из угла в угол, размышляя над его словами вместе со всем ИВМ. По всем расчетам выходило, что Пернатый Змей прав.

- Кецалькоатль, ты гений!

- Я знаю, - скромно подтвердил тот, успев умять уже половину торта.

- Ты самый замечательный, самый талантливый, самый добрый и самый лучший из богов!

Кецалькоатль весь засветился, причем в буквальном смысле. Он получал энергию каждый раз, когда его восхваляли, а уж если это делал кто-то с такой большой духовной силой, как у меня, то это было похоже на небольшой фейерверк.

Глава 42.1

Наступили зимние каникулы, но я был так занят с экспериментами, что не смог поехать с Гарри в Диснейленд. С ним поехали Сириус, мой клон и Драко. Больше всего парком развлечений был впечатлен Малфой. У него с собой была колдокамера, выглядевшая, как ретро-фотоаппарат, и он постоянно делал снимки. Когда он вернулся, то фотографий у него хватило на отдельный альбом. Кстати, уши Микки-Мауса он все-таки нацепил, хотя и сказал, что просто не хотел выделяться из коллектива.

Кажется, путешествие в маггловский мир его здорово вдохновило, и он почти целый блокнот изрисовал набросками новой игры. Целый год прошел с тех пор, как я показал ему приставку, а он все еще продолжал гореть этой идеей. У него уже было готово несколько игр, в основном по мотивам маггловских, но теперь он хотел создать что-то свое. Мы с Гарри были в некотором роде его бета-тестерами, потом еще и Сириус присоединился, он постепенно все больше начинал общаться со своими родственниками, и с Малфоями в том числе. И вот он был в совершенном восторге от приставок, и даже пообещал спонсировать будущий игровой бизнес Драко, если Люциус будет против увлечений сына.

А я все это время практически не покидал Отдел Тайн. Впрочем, остальные невыразимцы от меня почти не отставали – оказалось, что у них тут есть комната отдыха, в которой стоят магические палатки. Поэтому многие даже не уходили домой, у них тут были все удобства.

Волшебники каким-то образом вычислили всех моих клонов, так что я до сих пор не знал, что там происходит в их тайном кружке, но похоже, никто не был против моего присутствия. Мне даже было интересно, догадались ли они, что кроме Заэля тут только один посторонний человек. Впрочем, лишние загадки никак не мешали совместной работе, и уже через полтора месяца был готов новый источник энергии. На этот раз мы постарались придать ему минимально возможную мощность, и портал открывался только на десять секунд, зато ничего не «зажевывал» и незваные гости в него больше не лезли. Предметы и големы проходили через него в полной сохранности, а вот животные выглядели ошарашенными и некоторое время после «путешествия» были заторможенными. Но на их физическом состоянии перемещение больше никак не сказывалось.

Кстати, выяснился один странный эффект – на выходе из портала предметы оказывались на две секунды раньше, чем в этот портал попадали. То есть, когда Арку «включали» в министерстве, оказывалось, что портал уже некоторое время работает в Стоунхендже.

Наконец, наступило время испытания на человеке. Первым вызвался один из моих клонов. Для начала он сунул в портал только руку, но тут же с невнятным восклицанием ее отдернул. К ужасу всех присутствующих, его кисть, которая успела погрузиться в светящийся проем, полностью исчезла. А на противоположной стороне портала она так и не появилась. Тут же началась паника и попытки оказать первую помощь пострадавшему, но клон решил совсем забить на конспирацию и просто отрастил новую руку.

После этого страсти немного улеглись, но желающих нырнуть в портал больше не оказалось. И только через неделю, когда были проведены дополнительные опыты и составлен нормальный протокол испытаний, мы решили попробовать еще раз. За это время невыразимцы провели несколько экспериментов на разумных или относительно разумных магических созданиях вроде гномов, фей и лепреконов. Был даже один домовик, которым его хозяин был готов пожертвовать во имя науки. И все подопытные переходили сквозь портал в целости и сохранности, а те, что могли говорить, рассказывали про длинный светящийся коридор.

Так что было решено попробовать еще раз на людях. На этот раз вызвался Заэль, хотя я и пытался его отговорить, но он был тверд в своем решении. В этот раз мы все были научены горьким опытом, и теперь на противоположной стороне портала находились мои клоны и маги со сквозным зеркалом, и Заэль шагнул в проем Арки только после того, как они доложили, что арранкар уже появился на противоположной стороне.

Из портала Заэль вышел слегка ошарашенным, но совершенно целым. Он рассказал, что путешествие похоже на падение в бесконечном тоннеле из хаотичных вспышек света и по ощущениям длилось несколько минут, а не секунд. У него с собой было несколько видов часов, но оказалось, что ни одни из них в портале не работают.

На радостях от успешно проведенного испытания в Отделе Тайн было решено отметить это событие, и Невыразимцы, вдохновленные открывшимися горизонтами, ухитрились напоить не только Заэля, но даже меня и клонов, хотя мы все устойчивы к ядам и зельям.

Оставив магов праздновать, я решил наконец-то наведаться в Хогвартс. И так вышло, что попал как раз в канун дня всех влюбленных. Клон наметил на этот день множество веселых мероприятий и совсем не хотел меняться местами, но мне удалось уговорить его провести этот день в Бельгии или Швейцарии, поедая самый лучший шоколад, какой он только сможет найти. И даже прихватить с собой Кецалькоатля, чтобы тот мог продегустировать иностранную продукцию и познакомиться с еще одним забавным человеческим обычаем. И как-то я так хорошо и заманчиво все расписал, что сам соблазнился, и начал раздумывать, а так ли мне нужен этот Хогвартс, и не лучше ли самому смотаться в Европу. Но клон мгновенно испарился, не оставив мне выбора. Хорошо, что он уже заранее все подарки и открытки приготовил, так что мне оставалось только привести его планы в действие.

Глава 42.2

Четырнадцатого февраля я проснулся в отличном настроении, но тщательно следил за тем, чтобы на лице не отразилось ничего необычного, иначе Драко мог почуять подвох и сбежать. Когда мои сокурсники наконец-то собрались и вышли из общей спальни, я попросил Малфоя задержаться.

- Ну что еще, - проворчал как всегда недовольный с утра Драко, наблюдая, как я копаюсь в своем сундуке.

- Нашел, - я повернулся к нему, держа в руках большую коробку конфет в форме сердца. – Драко, сегодня день всех влюбленных, и я давно хотел тебе кое-что сказать…

Взгляд Малфоя затравленно метнулся к выходу, но я перекрывал ему путь к свободе.

- Эм… Может, потом поговорим, а то на завтрак опоздаем? – попытался он все-таки уйти он неловкого разговора.

- Я больше не могу ждать! Мои чувства так и рвутся наружу! – слегка переигрывая, воскликнул я и протянул коробку вперед. – Я с первого взгляда понял, что ты очень милый! А когда начал с тобой общаться, оказалось, что ты на самом деле прелесть. И поэтому я хочу сказать, что я тебя очень, очень, очень…

Малфой, пошедший розовыми пятнами, отступил назад на несколько шагов, с ужасом глядя то на меня, то на коробку-сердце.

- …очень уважаю. Ты хороший друг и с тобой всегда весело. Так что прими от меня этот дружеский шоколад, в знак наших товарищеских отношений, - уже обычным голосом закончил я и широко ухмыльнулся.

- Ах ты!.. – Драко понял, что я над ним просто прикалываюсь, и задохнулся от возмущения. – Я-то уже подумал, что ты!..

- Что я собираюсь признаться тебе в любви? – я состроил удивленное лицо. – То есть, первое, о чем ты подумал, это о том, что я влюблен в тебя? Ну… Даже не знаю… Ты не совсем в моем вкусе, но если ты так настаиваешь, то я готов рассмотреть твою кандидатуру в этом качестве…

- Да заткнись уже! – сердитый Малфой вырвал коробку из моих рук и, кажется, собрался меня ей стукнуть.

- Подожди! Это конфеты по спецзаказу! Там все твои любимые вкусы!

Драко присмотрелся к коробке получше и сменил гнев на милость.

- Ладно, так и быть, я их возьму. Пошли уже на завтрак. Но если мы все-таки опоздаем, я точно тебя прокляну.

К моему удивлению, Большой Зал оказался украшен во все оттенки розового цвета, а с потолка сыпалось конфетти в виде сердечек. Совы летали туда-сюда, бросая адресатам небольшие посылки или любовные послания. Причем некоторые из этих писем были больше похожи на розовые громовещатели и начинали пронзительно орать стихи или песни, стоило их открыть. Кроме того, всюду сновали садовые гномы, обряженные в подобие тог, и хватали встречных магов за ноги, требуя дать им послание для отправки, или наоборот, гонялись за «везунчиками», которым надо было это послание отдать.

В прошлом году никакого особого внимания день святого Валентина не удостоился, а в этом его почему-то решили отметить так ярко. В книге все свалили на Локхарта, а тут даже неизвестно кто решил устроить такой праздник. Вообще, я подозреваю Дамблдора, но уверен только процентов на девяносто, потому что среди магов полно еще более странных личностей.

Перед уроком заклинаний Гарри отловил какой-то особо крупный и уродливый гном.

- Эй, ты, Гайи Поттей! Тебе музыкальное послание, Гайи Поттей, самолично. Стой смийно! – он начал угрожающе бренчать на арфе, а Гарри заозирался в поиске путей отступления.

Но как назло, любопытные школьники подтянулись поближе, окружив плотным кольцом и явно собирались поглазеть на бесплатное представление. Причем, тут был не только наш курс, а кажется, половина всей школы собралась. Спрятаться при такой толпе под отводом глаз было просто нереально. Я решил помочь ребенку и уберечь его от моральной травмы, потому что поющий гном – это и правда страшно.

- Беги, Гарри, беги! – с этими словами я бросил на пол дымовую бомбочку из магазина приколов.

Пока школьники прикрывали лица рукавами и отмахивались от разноцветных клубов дыма, Поттер незаметно отступил в сторону под отводом глаз и практически вжался в стену, чтобы его никто не задел. Он не собирался весь день бегать по Хогвартсу от гнома, да и уроки прогуливать было нельзя, поэтому решил просто стать невидимым. Но не успел я порадоваться за него, как почувствовал, что кто-то вцепился мне в ногу.

- Учиха Саске! Тебе музыкальная откыытка! – еще один страшненький гном цепко ухватился за мою штанину. Кажется, он извлек урок из печального опыта своего соплеменника, и держался очень крепко.

- Ну надо же, какой ты популярный, - с довольной ухмылкой произнес Драко, наваливаясь мне на плечо, чтобы я не смог сбежать. – Давай послушаем, что за стихи тебе пишут.

- Его глаза чернее ночи,

И волосы черные очень,

Чернее жирной сажи.

И любой вам скажет,

Что он смазливей,

Чем девчонка даже.

Хочу, нормальным чтоб он стал

И быть придурком перестал!

Пока слегка картавый гном завывал, старательно пытаясь превратить эти стишки в песню, Малфой выглядел таким довольным, что не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, кто автор данных виршей.

- Драко, в тебе явно умирает поэт. Я прямо слышу его предсмертные хрипы и вижу судорожные корчи.

- Понятия не имею, о чем ты, - ухмыльнулся Малфой и отпустил меня, делая вид, будто он совершенно ни при чем.

- Я вынужден признать, что дурно на тебя влияю, - притворно вздохнул я. – Раньше ты был таким хорошим ребенком, настоящим слизеринцем, примером для подражания. А после общения со мной совсем омагглился, да еще и валентинки мальчикам слать начал.

- Мистер Учиха, прежде чем высказывать столь грязные инсинуации, вы должны учесть, что услугами гномов можно воспользоваться множество раз за сегодняшний день, вплоть до самого отбоя, - высокомерно произнес Малфой и добавил в конце еще одну неслабую угрозу. – А еще можно заказать для поздравления целый гномий хор.

Я представил, как за мной целый день гоняется толпа картошкоподобных монстров и даже слегка поежился.

- Мистер Малфой, признаю, что я был неправ. Вы все еще истинный слизеринец и пример для подражания, - сказал я, копируя тон Драко. – Я искренне вами восхищаюсь и готов каждый день дарить по коробке дружеского шоколада.

- Принимаю ваши извинения, поэтому в подарках нет никакой необходимости, - слегка поспешно произнес Драко, кажется, его тоже не очень вдохновляла данная перспектива. – Предлагаю считать инцидент исчерпанным.

- Как скажете, мистер Малфой, - хмыкнул я.

Сегодня целый день кто-нибудь дарил мне открытки или сладости. Старшекурсницы со Слизерина вообще отметились в полном составе, я отчетливо слышал, как скрипят зубами от зависти другие парни, когда очередная девушка поздравляет меня с праздником. Так что вечером я сидел на своей кровати, обложившись подарками, и раскладывал их по четырем разным кучкам в зависимости от факультета дарительницы. На первом месте был Слизерин, потом с небольшим отрывом шел Гриффиндор, за ним Когтевран – наверное, сердца когтевранок были сражены тем, сколько времени я провожу в библиотеке, иначе я никак не могу объяснить свою среди них популярность – и на последнем месте был Пуффендуй, набравший всего пару голосов.

- Я единственный, кто хочет придушить его ночью подушкой? – наконец не выдержал Нотт, не получивший ни одной валентинки. – Может, хватит уже хвастаться?

- Не будь таким завистливым, Теодор. Так и быть, я поделюсь с вами конфетами.

- Не зазнавайся только потому, что ты слишком смазливый, - фыркнул Забини.

- Блейз, я знаю, что ты сам хотел быть самым смазливым на нашем факультете, но не сложилось. Не принимай это так близко к сердцу. Но ты все-таки получил сегодня три поздравления, так что торжественно зачисляю тебя в клуб красавчиков.

- Что еще за клуб? – пытаясь казаться незаинтересованным, спросил Забини.

- Это клуб, в который могут попасть только самые популярные слизеринцы.

- И в этом твоем клубе пока всего два человека, - фыркнул Блейз.

- Вообще-то, Драко тоже туда попадает.

- Но у него же всего две открытки! – возмутился Забини.

- Ему с утра подарили здоровенную коробку конфет, - невинно улыбнулся я. – Наверное, дарителю Драко очень дорог.

Малфой взглядом пообещал меня убить, но коробку все-таки продемонстрировал, как доказательство, а «неудачники», ничего не получившие в этот день, проводили ее завистливыми взглядами.

В тот момент я даже представить не мог, что клуб, который я придумал просто смеха ради, однажды станет самым популярным в Хогвартсе. Много лет спустя юные маги будут плести интриги, устраивать подкупы и даже покушения, лишь бы попасть туда. Даже следующий Темный Лорд будет состоять в этом клубе, впрочем, как и Министр магии того времени. Но это уже совсем другая история…

Глава 43

Наконец, невыразимцы закончили праздновать «открытие века», и Отдел Тайн смог вернуться к нормальной работе. Поэтому мы все перешли к решению одной из главных проблем в работе инопланетной технологии. Люди, магические создания и даже пустые могли проходить сквозь портал, а вот мои клоны почему-то распылялись по дороге. Мне даже думать не хотелось, что возможно, я окажусь единственным, кто не сможет воспользоваться Аркой. К счастью, Заэль выдвинул теорию, что дубли теряют стабильность из-за слишком большого расстояния между нами. Все-таки они не являются самостоятельными существами и состоят из моей чакры.

Поэтому я решил пройти через портал самостоятельно. Вряд ли такая штука сумеет меня убить, все-таки, я слишком крепкий, но она запросто может закинуть меня не в Стоунхендж, а в какую-нибудь соседнюю вселенную. Так что я принял все возможные меры предосторожности и собрал все и всех, кого хотел взять отсюда. Гарри я тоже забрал из Хогвартса и поместил во внутренний мир, ведь я же дал слово не оставлять его здесь.

Было немного волнительно шагать в инопланетный портал, но маги по сквозному зеркалу подтвердили, что я благополучно прибыл на ту сторону, так что я просто сделал шаг вперед. Внутри действительно оказался светящийся коридор, немного похожий на кроличью нору в моем внутреннем мире. И время тут действительно тянулось довольно медленно, и я даже успел сам с собой порассуждать на тему «Как создание порталов изменит этот мир, и изменит ли оно его вообще». Все-таки, маги такие консерваторы, что еще лет двести будут ковыряться в инопланетной технологии, сооружая из нее замену аппарации и каминной сети. А магглы к тому времени могут изобрести свои собственные способы мгновенных перемещений в пространстве.

Наконец, путешествие закончилось, и я оказался в Стоунхендже. Забавное ощущение – я не только переместился вперед в пространстве, но еще и немного назад во времени.

Гарри тут ни разу не был, так что я выпустил его из внутреннего мира поглазеть на достопримечательность. Кстати, невыразимцы никак не отреагировали на его появление. Думаю, про то, что я его опекун, они уже давно были в курсе. Мы с Гарри немного пофоткались на фоне внушительных камней, и тут я ощутил что-то странное. Кто-то пристально наблюдал за мной, и у этого кого-то были совсем не добрые намерения. Я мгновенно повернулся к источнику этого внимания, готовый ко всему, но ощущение чужого присутствия мгновенно исчезло.

- Что случилось? – слегка нахмурившись, спросил Гарри.

- За нами кто-то наблюдал, - ответил я, пытаясь засечь хоть какие-то следы чужого присутствия. – И я понятия не имею, кто это был, но намерения у него не самые дружелюбные.

- Гоменум Ревелио! – Гарри поднял палочку и по земле разбежались цепочки полупрозрачных следов, но каждая из них вела к какому-то определенному человеку, а не обрывалась в пустоте. – Я пока только это заклинание для обнаружения знаю.

- Ого, когда успел выучить?

- Я попросил Сириуса научить меня каким-нибудь крутым заклинаниям. Я сейчас еще Патронуса разучиваю, он уже почти получился, - радостно похвастался мальчик.

- Это здорово, - искренне похвалил я. – У меня вот Патронус не выходит.

Однажды я честно пробовал выучить это заклинание, но, наверное, воспоминание выбрал неправильное. Я сосредоточился на том моменте, когда восстановил способность испытывать эмоции и впервые после пробуждения увидел Итачи. Из палочки вместо серебристого тумана полилось что-то розовое и бесформенное, а я всерьез испугался, что моим патронусом станет розовое желе, и поэтому больше никогда не упражнялся с этим опасным заклинанием.

- Ты такой молодец, - я погладил Гарри по голове и спросил, - у тебя, кажется, волосы стали длиннее?

- Я решил их отращивать. Длинные волосы – это круто, а еще в них может магия накапливаться!

Я, чтобы не смущать ребенка, не стал спрашивать, не подражает ли он в этом Сириусу, с которым в последнее время сильно сблизился, и вместо этого задал совсем другой вопрос:

- Ты ведь еще не передумал путешествовать со мной?

- Конечно нет! – горячо воскликнул Гарри. – Я и японский уже почти выучил! Пишу еще не очень красиво и говорю с акцентом, зато читаю уже с легкостью!

- Ты у меня умница, - похвалил я его еще раз. – Я тобой горжусь, ты такой талантливый.

Мальчик радостно улыбнулся в ответ, и я тоже захотел, чтобы меня кто-нибудь похвалил. Но ничего, полагаю, осталось совсем немного времени, прежде чем я смогу встретиться с Итачи. Он обычно скуп на похвалу, но ради такого случая может и расщедриться. Мне осталось только придумать, как создать «якорь», к которому будет открываться арка. Насколько я понял, Стоунхендж – это скопление таких «якорей», что-то вроде инопланетного вокзала, к которому вело множество арок. И, скорее всего, остальные арки находятся не на Земле, или давно разрушены, раз невыразимцы о них никогда не слышали.

В целом, задача не выглядела такой уж невыполнимой. Нам в общих чертах уже удалось понять, как выглядят эти самые «якоря» - очень сложные трехмерные структуры, на энергетическом уровне вплавленные внутрь камней Стоунхенджа. Каким образом все это работает, так и не удалось до конца разобраться, но методом тыка мы смогли добиться результатов. Теперь надо было создать собственный уникальный «якорь» и передать его чертежи Наруто по связи между нашими глазами. Как хорошо, что риннеган тоже может копировать информацию, как шаринган, иначе я бы состарился, прежде чем переслал бы информацию небольшими частями, пригодными для обычного запоминания.

Мы постоянно «переписывались» с Наруто через наши риннеганы. Итачи каким-то образом тоже смог присоединиться к нашей связи, и длительность сеансов немного увеличилась, так что мы смогли пообщаться и на отвлеченные темы. Например, я узнал, что Наруто все-таки женился на Хинате, и у них уже появились дети. Итачи, оказывается, тоже женился, но его выбор спутницы жизни настолько меня шокировал, что я даже думать об этом не мог. Только наличие милых племяшек, пошедших внешностью в Итачи, смогло немного примирить меня с этим фактом.

Из-за такого частого и интенсивного использования додзюцу концентрические круги на моих глазах стали более заметными, пришлось даже спрятать их с помощью гендзюцу, чтобы слишком внимательные люди не задавали неудобных вопросов. Но, честно говоря, это была невысокая цена за возможность пообщаться с дорогими мне людьми.

Работа над «якорем» успешно продвигалась, но и о безопасности я не забывал. Теперь в тех местах, где я часто бываю, постоянно дежурили клоны-шпионы. Да и кроме того, я рассказал о том, что за мной кто-то наблюдал, всем вовлеченным людям. Даже Сириуса попросил быть более внимательным и присматривать за Гарри в Хогвартсе. Невыразимцы в Отделе Тайн теперь тоже ходили обвешанные всевозможными проявляющими талисманами и чарами. Никого подозрительного засечь им так и не удалось, зато неожиданно был открыт новый вид невидимых магических тварей. Мэри я тоже попросил быть настороже, хотя она и не смогла бы противостоять неким таинственным и недоброжелательным силам, но мы с ней разработали систему знаков на случай, если она заметит что-то подозрительное. Кстати, после того, как она была признана верховной жрицей Кецалькоатля, ее аура стала более яркой и плотной, почти как у магов. Так что возможно она вскоре тоже получит какие-нибудь сверхъестественные способности.

И, конечно же, больше всего я поведал Пернатому Змею. Остальным я не стал говорить, что ощущение чужого недоброжелательного взгляда было очень похоже на то, что я чувствовал перед тем, как меня изгнали из моего родного мира. Это очень сильно меня беспокоило, но Кецалькоатль пообещал мне разобраться с проблемой. Его сила росла с каждым днем, и он был уверен, что сможет поспорить с любой божественной сущностью на Земле.

Глава 44

Кецалькоатль в рекордные сроки построил свой первый храм. Точнее, не построил, а реконструировал уже существовавшее здание в Лондоне. Снаружи оно осталось почти прежним, а вот изнутри больше напоминало ступенчатую пирамиду, стены которой были полностью покрыты книжными полками. Пернатый Змей развернулся во всю широту своей божественной души, и у него получилась великолепная смесь зимнего сада, библиотеки, кондитерской и компьютерного клуба.

Он собрал в одном месте все вещи, которые ему нравились в человеческом мире, и это заведение стало чрезвычайно популярным. Сюда приходили даже те, кто не любил читать, потому что тут было множество уютных уголков под сенью тропических растений, где можно попить горячего шоколада и поесть вкуснейших сладостей. А кроме того, здесь находилось единственное место в мире, где первыми появлялись всевозможные компьютерные новинки. Потому что Кецалькоатль серьезно подошел к моему рассказу о гугле и набрал команду энтузиастов, которые создавали новые программы и программное обеспечение. Полагаю, в этом мире Майкрософт и Эппл вряд ли будут такими же популярными.

- Друг мой, ты только посмотри на это, - с улыбкой произнес Кецалькоатль, взглядом указывая вниз.

Мы с ним сейчас находились на самой вершине пирамиды, которая представляла собой что-то вроде вип-зоны, откуда легко можно было увидеть все нижние уровни. Пернатый Змей, не долго думая, назвал это место Храмом шоколада, и каждый день сюда приходили новые люди, невольно отдавая ему часть своей энергии. Фотографии и статуи Кецалькоатля попадались на каждом шагу, а его прекрасное лицо давно уже стало неотъемлемой частью рекламной кампании. Кстати, мало кто знал, что это именно он владелец нескольких кондитерских фабрик и остальных более мелких фирм, потому что большинство дел теперь вела Мэри.

- Вряд ли хоть один Бог получал столько обожания, сколько я сейчас, - с неподдельным удовольствием произнес он. – Сейчас никто не может сравниться со мной по силе.

- Ты снова светишься, - с ответной улыбкой заметил я.

- Трудно удержаться, - Кецалькоатль взглянул на свои сверкающие руки и на мгновение прикрыл горящие синим огнем глаза. – Никогда прежде я еще не обладал такой мощью.

- Рад, что ты этим наслаждаешься. Только не забывай об осторожности. Кто знает, как отреагирует общественность, когда выяснит, что ты настоящий бог. Я не хочу, чтобы какие-нибудь религиозные фанатики бегали в твоем прекрасном храме с воплями о конце света, или того хуже, пытались устроить теракт. Времена крестовых походов уже прошли, но люди легко могут придумать что-нибудь новое им на замену.

- Не волнуйся, друг мой. Я буду осторожен, - Пернатый Змей приглушил сияние, но его улыбка осталась все такой же ослепительной. – Я все-таки бог знаний, делать что-нибудь необдуманное – не в моем стиле. К тому же, теперь я знаю, как справляться с людьми. А среди богов у меня не осталось конкурентов. Три основные религии не представляют угрозы, потому что их боги давно уже удалились от дел, а все остальные слишком мелкие, чтобы противостоять мне. Кто бы тебе ни угрожал, я смогу с ним разобраться. Твои расчеты межмировых врат ведь уже закончены? Тогда я хотел бы присутствовать на первом испытании и лично все проконтролировать.

- Да, мы уже завтра начнем испытания. И спасибо тебе за помощь. Не знаю, сколько лет бы у меня ушло на исследования, если бы не твоя поддержка.

- Это самое малое, что я могу для тебя сделать. Ведь ты подарил мне новую жизнь и целый мир в придачу.

- Мне очень интересно, как будет выглядеть этот мир лет через двадцать-тридцать под твоим руководством. Появятся ли лунапарки на Луне? Или хотя бы летающие скейт-борды?

- Если люди не додумаются до летающих скейт-бордов, то я готов сам их создать, - ответил Кецалькоатль. – А еще маленьких роботов, говорящих на бинарном языке.

Как раз недавно мы занимались тем, что обычно делают друзья, то есть смотрели вместе фильмы. И среди них оказался «Назад в будущее», после чего мы плавно перешли к обсуждению возможного будущего с приведением примеров из прочитанных книг и просмотренных фильмов, и некоторые вещи, описанные в фантастике, явно запали богу знаний в душу. Он даже начал собирать фигурки любимых персонажей и придумывать, как воплотить в жизнь те или иные изобретения.

Несмотря на то, что это именно люди в прошлый раз разрушали его храмы, Кецалькоатль все равно любил их за необыкновенную фантазию и поразительную способность создавать вещи, которые даже богов могут удивить. Поэтому он научился принимать и отрицательные человеческие качества, а еще начал изучать философию и психологию, чтобы лучше их понимать. И все это давало мне надежду, что в этом мире не наступит конец света, если одна могущественная сущность слишком заиграется.

На следующий день мы с ним присутствовали при первом испытании межпространственного портала. Эксперимент проходил в довольно отдаленной местности, так что помешать нам никто не мог. Умники совместно с невыразимцами рассчитали формулу нового якоря, к которому должна была открыться Арка, а я воплотил ее в специально подготовленной каменной плите.

Кецалькоатль ради такого торжественного события даже «замаскировался» под человека старательнее, чем обычно – он был в длинном пальто, шляпе, темных очках и вид имел совершенно шпионский. Даже свою шикарную косу до пят он старательно спрятал под одеждой, и только непривычный для местных гордый индейский профиль выбивался из общей картины. Я не мешал богу развлекаться, но полагаю, невыразимцы уже давно догадались кто это такой на самом деле, потому что некоторым из них явно не удавалось сохранить спокойное выражение лица.

Невыразимцы из Отдела Тайн по сквозному зеркалу доложили, что Арка включилась, но стало уже ясно, что якорь не сработал. Было обидно, но умники быстро подправили что-то в формуле и попробовали еще раз. И еще. И еще.

Через три часа я смирился, создал столик, как в летнем кафе, и два стула к нему. Потом достал из пространственного кармана шоколадный торт, заготовленный специально для такого случая, и принялся медленно есть его прямо ложкой. Кецалькоатль присел на другой стул, тоже вытащил откуда-то ложку, которую он, кажется, носит с собой специально для таких случаев, и присоединился ко мне.

- Друг мой, не расстраивайся. Я чувствую, что ты на верном пути, просто тебе нужно больше времени.

В ответ я только издал неопределенный звук и запихнул в рот особенно большой кусок торта.

- Кстати, ты знаешь, в моей любимой кондитерской появился новый шоколатье, - попытался отвлечь меня от грустных мыслей Пернатый Змей. – Сладости он готовит просто божественные, я всерьез раздумываю над тем, как сделать его бессмертным, чтобы смехотворно короткий срок человеческой жизни не лишил этот мир такого таланта.

И тут вдруг со стороны плиты раздались радостные крики. Я с удивлением повернулся в ту сторону и увидел, что портал действительно сработал – в центре плиты лежала кучка глины, которая изначально была подопытным големом. Конечно, якорь еще требовал доработки, но прорыв уже случился. И теперь умники радостно вопили и обнимались с невыразимцами, а может, все было наоборот – в такой куча-мале уже было непонятно, кто начал первым.

- Ответ – сорок два, - неожиданно произнес Кецалькоатль.

- Что? – переспросил я.

- Ответ на главный вопрос о жизни, вселенной и всем таком. Тебе потребовалось сорок две попытки. А я и не знал, что это работает.

- Погоди-ка, разве в твоем храме продается не сорок два вида мороженого? Я был уверен, что в этом числе и правда есть какой-то сакральный смысл.

- Я просто выбрал их в честь той забавной книги, - легкомысленно ответил Пернатый Змей. – Похоже, этот твой эксперимент дал ответы сразу на несколько вопросов.

Я хотел задать еще вопрос, но опять почувствовал чье-то негативное внимание в мою сторону. На этот раз оно было гораздо слабее, будто чей-то недоброжелательный взгляд, скользнувший по спине. Похоже, этот таинственный некто пытался скрыть свое присутствие, но не преуспел до конца. Кецалькоатль тоже почувствовал присутствие чего-то незримого, но эта неуловимая сущность вновь исчезла.

- Ты понял, что это было? – мрачно спросил я, когда обнаружил, что не могу найти и следа незваного гостя.

- Я не уверен, - слегка нахмурившись, ответил Кецалькоатль. – Мне нужно кое-что проверить.

Но тут к нам подбежал один из невыразимцев, на мантии которого в районе груди была прожжена небольшая круглая дырка.

- Взгляните на это! После того, как среди нас объявили повышенную бдительность, каждый из отдела должен был обязательно носить проявляющий амулет. Мне достался вот этот – один из самых старых в хранилище. Он называется «Обнаружитель духов» и ярко светится рядом с призраками, но может и нагреваться поблизости от всякой другой немертвой нечисти вроде инферналов и вампиров. И только что он вспыхнул так сильно, что прожег мне мантию!

Я взял из его рук амулет, похожий на гладкую серебряную монетку, подвешенную на длинную цепочку. Монетка закачалась, и я увидел на обратной стороне какой-то почти стершийся знак. Однако когда я прикоснулся пальцами к самой монете, знак словно бы засветился изнутри и стал совершенно четким – треугольник с вписанным в него перечеркнутым кругом.

Омак № 1.2

«Поздравляем! Вы получили новое достижение!»

Драко давно привык к тому, что у него перед глазами периодически возникают полупрозрачные таблички, а в ушах звучит бесплотный голос, и уже перестал вздрагивать.

Кстати, именно благодаря этому, ну и общению с Учихой Саске, у него появилось предыдущее достижение «Покерфейс восьмидесятого уровня». Да и психическая устойчивость достигла максимальной степени.

Табличка свернулась и уступила место новой:

"«Избранник богов» (Вам благоволят уже три могущественные сущности. Удача +50%, шанс обратить на себя внимание божественной сущности +50%)"

А вот тут удержать невозмутимое выражение лица было уже сложнее, и Драко справился только благодаря тому самому «Покерфейсу». Потому что его только познакомили с неким человеком, который представился Кецалькоатлем, и судя по всему, это именно он был той самой божественной сущностью. Выглядел он довольно необычно для человека – одна коса почти до пола чего стоила – но все же Драко ни за что не заподозрил бы в нем бога.

Все еще под впечатлением от такой внезапной встречи он последовал за Саске в комнату, которую ему отвели, когда он еще в прошлый раз гостил в особняке Учиха. Летние каникулы наступили всего несколько дней назад, и он только что сюда приехал. А по дороге столкнулся с каким-то божеством, которому Саске буднично сказал: «Привет», и представил Драко как своего друга.

Это было довольно трудно осмыслить, тем более что, у Драко появились некие подозрения насчет двух других божественных сущностей, которые обратили на него свое внимание. Одной из них предположительно был Бог Игр, который дал ему свое благословление после создания той игровой приставки. А вот вторая… вторая сущность скорее всего тоже проживала в этом доме. Но кто именно это был? Саске, который мог прикасаться к призракам, создавать свои копии и бегать по воздуху? Его загадочный старший брат? Или не менее загадочная мачеха?

В тот день, когда Драко получил свою игровую систему, он всю ночь не мог заснуть, размышляя о произошедшем и изучая новые возможности. Он быстро обнаружил инвентарь, который работал почти как безразмерная сумка, только еще лучше. Например, туда можно было положить комплект одежды, а потом мгновенно переодеться, просто выбрав в меню нужное действие. А еще продукты там совершенно не портились, даже мороженое не таяло, и чай не остывал. Число ячеек было ограничено, но имелась возможность сложить несколько предметов в один пакет, и он занимал только одну ячейку.

Немного позже он обнаружил еще одну невероятно читерскую способность – он мог множество раз распределять очки характеристик. Сначала он даже не понял, насколько это круто, а потом просто ради эксперимента вложил большую часть очков в силу и стукнул кулаком по дереву. К его безмерному удивлению не самый тонкий ствол переломился в месте удара, а сам Драко закричал от боли. Он не учел, что его рука не настолько прочная, чтобы легко перенести подобные нагрузки. И теперь кулак был разбит в кровь, кажется, там еще и половина костей переломалась, но присматриваться к ужасной ране было слишком страшно. В панике он закинул очки в выносливость, которая помимо всего прочего отвечала за здоровье и способности к самоисцелению. НР и МР тоже неожиданно подскочили, а раны затянулись прямо на глазах. После этого Драко понял, что прежде чем что-то делать, нужно сначала увеличить мудрость и интеллект, чтобы все обдумать, и только потом экспериментировать. За что тут же был вознагражден очередной табличкой:

«Мудрость +1»

Вообще, поначалу получать очки и увеличивать уровни было довольно просто, но со временем процесс сильно замедлился. Прошел уже почти год, а Драко все еще был только на девятнадцатом уровне. Впрочем, это был не такой уж плохой результат – на этом же уровне находилось большинство старшекурсников в Хогвартсе. Способность видеть чужие уровни, если они не сильно превышали его собственный, появилась примерно через пару месяцев после самой системы и здорово обрадовала Драко. Благодаря этой способности он мог видеть еще и имена других людей, если был с ними знаком. Так что теперь никакие маскировочные чары и зелья не могли его обмануть.

Еще в системе имелась книга заклинаний, где появлялись все когда-либо выученные заклятья и чары, вместе с подробным описанием и изображением движения палочкой. Помимо этого в книгу можно было записать рецепты зелий, да и просто делать заметки, что превращало ее в самую крутую в мире шпаргалку.

Кроме этого система давала еще множество всяких возможностей, например, если понизить харизму до минимума, то люди просто переставали обращать на него внимание. Не то что бы он становился невидимым, просто слишком незначительным. Это ощущение Драко ужасно не нравилось, но он все равно пару раз пользовался этой уловкой, чтобы незаметно улизнуть с какого-нибудь скучного сборища.

Еще можно было повысить интеллект и с легкостью запомнить какой-нибудь текст или выучить новое заклинание. Правда, через некоторое время начинала кружиться голова и появлялось сильное чувство голода. Так что всеми этими уловками следовало пользоваться с осторожностью, и Драко долго экспериментировал, чтобы подобрать оптимальное число очков для каждой характеристики. И все равно, эта система была сплошным читерством, и порой заставляла Драко чувствовать себя практически всемогущим. Его так и распирало похвастаться кому-нибудь, но вовремя повышенная мудрость подсказала, что не стоит этого делать.

В тот день, когда он только получил систему, Драко собирался вытрясти из Саске ответы на все вопросы, но быстро передумал. В конце концов, Учиха не рассказывает ему обо всех странных штуках, происходящих в его жизни, вот и Малфой тоже не собирался выкладывать все карты на стол. Тем более, что у системы, насколько Драко понял, не существовало верхнего предела, то есть можно было совершенствоваться бесконечно, получать новые уровни, способности и достижения. Так что он собирался однажды не просто догнать Учиха Саске, а даже превзойти его, оставив далеко позади. А потом стать самым могущественным магом в мире.

Глава 45

- Итак, значит, Смерть? – задумчиво спросил Кецалькоатль, раскачивая амулет на длинной цепочке.

Мы сидели на вершине пирамиды в его новеньком храме, в той самой «вип-комнате», что так полюбилась богу шоколада.

- Я и сам немного удивлен, - ответил я и подставил ладонь под медальон.

Кецалькоатль опустил руку, и как только амулет коснулся моей кожи, едва заметный символ на нем словно бы вспыхнул изнутри. Я хотел сжать пальцы, но Пернатый Змей резко отдернул руку. Я в ответ на желание бога поиграть в кошки-мышки только закатил глаза, но снова подставил ладонь, позволяя ему развлекаться дальше.

- Ты совсем не похож на тех, кто обычно имеет дело со Смертью. Ее последователи обычно не такие… оживленные.

- В прошлом мире я вроде как был одним из многих богов смерти и долгое время жил в измерении мертвых. Наверное, это наложило свой отпечаток. Но я не знал, что Смерть реально существует. Я имею в виду, как личность. Там никто не говорил о Ней.

- В этом мире Смерть – самый старый из богов. Она появилась в тот момент, когда разумные осознали свою смертность. И уже после нее появились все остальные боги. Она самая могущественная, и ей даже ничего не надо предпринимать, чтобы оставаться такой, ведь каждая смерть в этом мире делает ее немного сильнее. Но она давно отошла от дел. Даже во времена моей юности никто не слышал, чтобы она действовала напрямую. Однако у нее всегда было много последователей. И сейчас кто-то из них явно тобой заинтересовался.

- Тц, - я раздраженно сжал ладонь, но опять не поймал амулет. – Я же так старался не показывать свою силу. Как они вообще на меня вышли?

- Скорее всего, они просто присматривали за Аркой. Причем не очень внимательно, раз спохватились, только когда эксперименты уже так далеко зашли. Впрочем, ты в любом случае можешь о них не волноваться, друг мой. Я возьму решение этой проблемы на себя.

Я снова сжал пальцы, и в этот раз Кецалькоатль не стал отдергивать руку, позволив амулету лечь в мою ладонь. Символ даров смерти вновь засветился изнутри, но глаза Пернатого Змея на мгновение полыхнули синим пламенем, и знак тут же погас.

Между тем приближался конец учебного года, и учителя, которые готовили меня к сдаче экзаменов, снова активизировались. Кажется, кто-то даже делал ставки, смогу ли я все сдать или нет. Все-таки это был первый случай в истории, когда кто-то замахнулся на СОВ после всего лишь двух лет обучения. В Министерстве собирали специальную комиссию, которая будет принимать экзамен, и даже пригласили туда несколько магов из других школ, чтобы похвастаться достижениями отечественного образования. А ученики Хогвартса смотрели на меня как на героя-смертника, близнецы Уизли даже завели привычку время от времени хлопать меня по плечу со словами, что они никогда не забудут мой подвиг. Одна лишь Гермиона молча завидовала и из солидарности решила подготовиться к письменным вопросам не только для второго, но и для третьего курса.

Эксперименты с Аркой тоже шли в хорошем темпе. Прототип нового «якоря» был уже готов и проходил последнюю доработку. Лабораторные мыши преодолевали портал с девяностопроцентным успехом – только у каждой десятой по дороге терялось ухо или кончик хвоста. Но умники обещали доработать этот недостаток.

Я уже связался с Наруто и Итачи по межмировой связи, рассказал об успехах с порталом, и они начали искать подходящее место для «якоря». Нужно было найти подходящую площадку, достаточно удаленную от жилых мест, и при этом вдали от всяких аномалий и искажений. Досадно будет, если меня размажет по вселенной только потому, что кто-то решит выполнить неподалеку призыв или побаловаться еще с какой-нибудь пространственной техникой.

Судя по всему, я смогу отправиться домой в ближайшее время, как только закончу со всеми делами. Мне даже самому не верилось, что я наконец-то исполню то, чего хотел так долго. Постоянно казалось, что в последний момент что-то пойдет не так, или кто-то попытается мне помешать. Поэтому я старался предусмотреть все и быть готовым к любому исходу событий.

Ну и конечно же, надо было разобраться со всей появившейся у меня собственностью. Так что я решил раздарить все свое имущество, раз уж покидаю это место. Не знаю, удастся ли когда-нибудь вернуться, но на всякий случай я скопировал себе несколько местных «якорей». Теоретически, я смогу переместиться к ним, если построю новую Арку.

Кондитерская фабрика досталась Кецалькоатлю, который давно уже завел себе все необходимые человеческие документы. Особняк перешел к Мэри, а мой магический бизнес – Сириусу. Правда, я собирался сказать ему об этом практически перед самым отбытием. Конечно, жаль, что ему придется расстаться с крестником, но тут уж ничего не поделаешь. Гарри твердо решил отправиться со мной. Сириусу я пока сказал только, что мы переезжаем в Японию и не сможем часто видеться, потому что там магические семьи еще более закрытые, чем тут. Не честно было скрывать от него такую важную правду, но зная его импульсивный характер, я не хотел рисковать. Тем более, если с межмировыми порталами все пройдет гладко, то я почти и не совру.

Перебирая список незавершенных дел, я вдруг вспомнил о Волдеморте. С тех пор, как я его «собрал», прошло уже довольно много времени, но все были так заняты возможностями риннегана, что никто про беднягу и не вспомнил. Даже Элис, хотя это был вообще-то ее заказ. И все это время Том Риддл висел в стазисе, всеми покинутый.

Элис тут же оживилась, вспомнив про бишонена, и сама занялась антуражем и сценарием для его первого пробуждения. Она поместила Риддла в санаторий, который остался во внутреннем мире еще после Сириуса. Сама нарядилась в костюм медсестры, правда, не такой, в котором встречали Сириуса, а обычный. Том все-таки несовершеннолетний, да еще и родом из другого века, как бы он от такого зрелища сердечный приступ не получил. Элис даже написала несколько вариантов сценариев в зависимости от того, как будет реагировать «пациент». А еще она очень хотела проверить, действительно ли Риддл не может влюбиться, или это все выдумки Дамблдора.

Что должен был подумать обычный подросток, проснувшийся в комнате с видом на пальмы и белый песок и в обществе красивой заботливой медсестры? Кто-то решил бы, что попал в рай, некоторые более мнительные заподозрили бы похищение или розыгрыш. Однако Том Риддл всегда отличался от обычных людей. Внешне он идеально отыгрывал смущение и недоумение, но сейчас он был внутри моего мира, и я мог видеть все его мысли. Волдеморт действительно оказался маньяком-психопатом. За те пару минут общения, что смогла выдержать Элис, он даже успел придумать для нее несколько пыток и способов убийств. Даже удивительно, что убил он впервые только в шестнадцать, а не раньше. Хотя возможно, он просто не попадался или тренировался на беззащитных животных.

Так что теперь большой шоколадный торт ложкой ела Элис. И жаловалась Кецалькоатлю, что жизнь так несправедлива. В мире и так мало бишоненов, а один из них еще и оказался психопатом. Чтобы морально поддержать ее, Пернатый Змей вернулся в свою божественную форму и даже разрешил поиграть с его волосами. Элис принялась гладить невероятно длинные шелковые пряди и действительно почувствовала себя намного счастливее.

А Волдеморта пришлось вернуть обратно в стазис. Я просто не знал, что с ним делать. Если банально вышвырнуть из моего внутреннего мира, то он же может в кого-нибудь вселиться и начать все заново. Пожалуй, надо оставить его на будущее, как оружие массового истребления. Если однажды мне попадется место, которое я захочу уничтожить – то просто скину туда Темного Лорда. Он там быстро шороху наведет.

Омак № 1.3

Драко решил поискать в библиотеке имя "Кецалькоатль" просто от нечего делать. Ну в самом деле, не мог же Саске пригласить к себе домой настоящего бога, а потом еще и представлять его всем под настоящим именем? Однако, пролистав несколько книг, Малфой понял, что Саске было вполне по силам это провернуть. Точнее, он не просто мог, он уже сделал именно это. У него по дому действительно разгуливал настоящий бог! Причем из самого кровожадного пантеона в мировой истории! Да в его честь люди столько крови проливали, что ей можно было наполнять бассейны и плавать в них!

Внешне Драко оставался совершенно спокоен благодаря покерфейсу восьмидесятого уровня, но вот внутри он мысленно кричал так громко, что будь рядом хоть один легиллимент, он бы уже оглох от этого ора. Чуть подрагивающими руками Малфой преувеличенно осторожно закрыл книги и отодвинул их от себя. Он до сих пор поверить не мог, что недавно лично познакомился с высшим существом. Хоть игровая система и показала ему уведомление, он не думал, что знакомство будет таким буквальным. Тот же Бог Игр не явился к нему самолично, он всего лишь дал благословение и предложил загрузить интерфейс. А этот Кецалькоатль даже поздоровался с ним!

Но это еще ладно. Драко теперь беспокоила другая вещь. Он знал, что старший Саске производит всевозможные сладости под маркой бога шоколада, и даже сам Малфой их часто пробовал. Да он и в храме шоколада был вместе с Учиха и отлично провел время. Честно говоря, это был один из лучших дней в его жизни после поездки в Диснейленд. Тогда он и не подумал ничего такого, но сейчас внезапно осознал, что Учиха создают настоящий культ! Они уже возвели крупный и очень популярный храм в Лондоне, и теперь лицо и имя Кецалькоатля в каждой газете можно найти. Драко слышал, что бизнес Саске-старшего приносит отличную прибыль, и что сладости он продает не только в Англии, но и в других странах. А из этого следовало, что культ Кецалькоатля распространился уже очень широко, и скоро, возможно, захватит весь мир.

"Интеллект +1"

Перед его глазами тут же возникла табличка, подтвердившая, что он размышляет в правильном направлении. Кстати, упоминание подало ему неплохую идею, и Драко тут же закинул большую часть очков в мудрость и интеллект, чтобы рассуждать о таких невероятных вещах было легче.

И это тут же принесло свои плоды. Малфой подумал, что раз старший Учиха не заморачивался с псевдонимом для бога шоколада, то он мог и со своим полениться это сделать. А из этого следовало, что два Саске на самом деле могли быть одной и той же личностью. И в самом деле, где это видано, чтобы родители назвали своих сыновей одинаковыми именами? Пусть Учиха и рассказывал всем, что это традиция у них в семье такая - называть Саске всех, кто родился двадцать третьего июля.

И теория о том, что его лучший друг на самом деле не человек, а некая божественная сущность, с каждой минутой казалась Драко все более убедительной. Ведь она объясняла все те необычные вещи, которые мог творить Учиха - прикасаться к призракам, бегать по воздуху, создавать свои копии... Кстати, о копиях. Что мешает сделать их старше или младше, а то и сменить им пол? Хоть Элис никогда не показывала сверхъестественных способностей, это вовсе не значило, что их у нее нет.

"Интеллект +1"

Еще одна табличка подтвердила верность его выводов. И Драко поспешил уменьшить интеллект и мудрость до нормальных значений. Он и так уже случайно раскрыл основание всемирного тайного культа и существование настоящих богов прямо по соседству. Того и гляди додумается, что даже Поттер - потомок какого-нибудь невероятно могущественного создания.

"Интеллект +1"

Бесстрастно подтвердил игровой итерфейс, и тут уж Драко не выдержал. Даже у его покерфейса восьмидесятого уровня были свои пределы.

- Аааааааааааааа! - Малфой с воплем ужаса выбежал из библиотеки.

Он раньше никогда не думал, что быть умным - это так страшно.

Глава 46

Все экзамены я сдал на высший балл. Председатель комиссии, которая принимала у меня СОВ, так велеречиво меня расхваливал перед иностранными коллегами, что я заподозрил, будто они ставки делали, и главный экзаменатор угадал с результатом, сорвав огромный куш.

Гарри в Хогвартсе тоже прекрасно сдал экзамены, и мы даже устроили по этому поводу небольшое празднование. До того, как все разъедутся по домам, еще было немного времени, поэтому нужно было закончить с одним делом, которое я отложил напоследок.

В последний день учебного года директор Дамблдор получил весьма интригующее письмо с просьбой о встрече, где говорилось, что речь пойдет сами-знаете-о-чем, и не стал отказываться. Так что в назначенное время я в своем взрослом теле вместе с Гарри стоял у дверей кабинета и пытался угадать пароль. Наконец, горгулья отпрыгнула в сторону, и мы смогли пройти.

Дамблдор поприветствовал нас и предложил чаю. Но тут я решил сломать ход беседы и в ответ сам угостил его лимонными дольками. Только вот в отличие от леденцов, которыми всех обычно потчевал Альбус, я предложил ему специально заказанные из России мармеладки. Старый волшебник пришел от них в восторг, ну значит, ему будет чем утешиться после нашего разговора.

- Итак, мальчик мой, о чем ты хотел побеседовать?

- О наипорочнейшем из всех волховских измышлений.

Дамблдор тут же напрягся:

- Не думаю, что Гарри стоит такое слушать.

- Гарри такое не только слышал, но и сам был крестражем.

- Был? – уцепился за сказанное слово директор.

- Был. Именно в прошедшем времени.

- Но как?!

- В нашей семье все обладают высокой духовной силой и поэтому могут взаимодействовать со всевозможными нематериальными сущностями, будь то призраки, духи или даже души. Вы, должно быть, сами были свидетелем, как Саске помог двум местным привидениям. А я сумел безболезненно избавить Гарри от осколка чужой души, так что Волдеморт теперь не сможет захватить его тело.

- Это замечательные новости, мальчик мой! – произнес Дамблдор с улыбкой, только вот в глазах его радости было не видно.

- Вижу, что вас это не очень-то осчастливило, - хмыкнул я, и перебил собравшегося что-то возразить директора. – Спешу вас обрадовать, что я обычно не бросаю начатые дела на середине, и об остальных осколках я тоже позаботился. Волдеморт явно не знал меры, и пришлось повозиться, чтобы добраться до остальных крестражей. Дневник, кольцо, медальон, чаша, диадема и, собственно, сам Том Риддл, точнее, тот небольшой кусочек, что от него остался.

- Но как?! – поразился Дамблдор.

- Об этом вам расскажет Гарри, он видел все своими глазами. Все же для меня с моими наследственными способностями, процесс выглядел иначе, чем для обычных магов.

С Гарри мы заранее обговорили этот момент, так что он хорошо мне подыгрывал. Мальчик достал палочку, будто и правда собирался показать некое заклинание, однако вместо этого молниеносно послал в Дамблдора экспеллиармус. Заклинание получилось мощным, директора откинуло вместе с креслом в одну сторону, а жезл смерти полетел в другую. Гарри ловко его поймал, но к этому времени Дамблдор уже успел вскочить на ноги и выхватить откуда-то другую палочку, все же не зря его считали величайшим магом. Он-то и под экспеллиармус попал только потому, что мальчик-который-выжил чаще всего тренировал именно это заклинание и выполнял в мгновение ока. Да и не ожидал старый волшебник нападения от такого прилежного ученика.

- Что здесь происходит?! - загрохотал его голос, а некоторые из непонятных артефактов, во множестве расставленных по кабинету, опасно заискрились.

Я прикрыл Гарри собой и поднял ладони, показывая, что мы больше не нападаем.

- Повелитель смерти только что получил последний из трех Даров, - кратко пояснил я, и Дамблдор замер.

Поняв, что директор нападать не собирается, я рассказал подробнее:

- На самом деле люди слегка перепутали. Не тот, кто соберет все три Дара, станет повелителем, а наоборот, собрать все три сможет только тот, кто уже родился им. Да и насчет Смерти сказка врет. Эта древняя богиня давно уже не показывается смертным. Вместо нее там был один из мрачных жнецов, у меня на родине их называют шинигами. И на самом деле он отдал Дары не просто случайным путникам, а собственным детям. Так что Гарри - потомок того самого жнеца, и в нем с самого рождения пробудились некоторые способности. Именно поэтому он пережил Аваду Кедавру. И поэтому только в его руках все три Дара будут работать так, как должны, - я смешивал правду и собственные вымыслы, но версия получилась довольно стройная.

В конце концов, я точно знаю, что шинигами тут есть, и если они сильно извернутся, как отец Ичиго, то могут даже завести общих детей с человеком. Поэтому вероятность того, что я прав, довольно велика. Кажется, Дамблдор тоже поверил. Он поднял перевернувшееся кресло и тяжело опустился в него.

- И что же дальше?

- В общем-то, ничего особенного. Я просто вернусь на родину и возьму с собой Гарри, чтобы он мог пройти обучение, подходящее для шинигами. В конце концов, их продолжительность жизни сильно отличается от человеческой, и вскоре люди в любом случае заметили бы странности в нестареющем мальчике-который-выжил. И раз уж мы все решили, то позвольте откланяться. Гарри я сам заберу из Хогвартса, так все же куда быстрее, чем на поезде, - я решил уйти поскорее, а то вдруг еще Дамблдор придет в себя и найдет какую-нибудь нестыковку.

К счастью, директор не попытался нас остановить. Возможно, он даже почувствовал некое облегчение, когда осознал, что угроза Волдеморта пропала, и даже жертвовать никем не придется.

На следующий день мы с Гарри стояли перед Аркой Смерти, и думали о том, ничего ли не забыли. Питомцев захватили, важные вещи тоже, со всеми попрощались... Я напоследок вспомнил содержание второй книги о мальчике-который-выжил, и тут меня осенило. Я действительно забыл нечто важное - так и не посетил Тайную комнату! Вечно то одно, то другое, а времени проверить трубы под туалетом Плаксы Миртл так и не нашлось. Но теперь-то уж точно поздно что-либо предпринимать, поэтому пусть маги сами с василиском разбираются.

Глава 47

Провожали нас с Гарри всем Отделом Тайн, так что я сделал им прощальный подарок и рассказал про питомца Салазара Слизерина. Некоторые так растрогались от того, что я в очередной раз подкинул интересную задачку, что чуть не расплакались.

Напоследок я еще уточнил, всех ли моих клонов они вычислили. Когда я уйду, правда откроется сама собой, но если не спрошу сейчас, то ответ узнаю не скоро, а может и вообще никогда. Невыразимцы попереглядывались, и вскоре те, кто был в тайном клубе, отошли в сторону, тем самым разделив свои ряды на две части. Как оказалось, вычислили почти всех. И только один из невыразимцев, которого ошибочно сочли чужаком, остался стоять рядом с клонами.

- Как же так?! - воскликнул он, заламывая руки. - Вы организовали тайное общество, а меня не позвали? Предатели! Вы разбиваете мне сердце!

- Вот поэтому и не позвали, - недовольно ответил глава отдела. - Слишком уж ты эмоциональный стал, раньше намного тише был.

- Да я просто на курсы актерского мастерства хожу, - возмутился тот. - Может же у меня быть хобби?

В конце концов все невыразимцы воссоединились, пообещав принять в клуб и последнего оставшегося. После моего ухода у них появится много вакантных мест, все же я немало людей тут заменил своими клонами. Впрочем, особо расстроенными они от этого не выглядели, так как новых работников найти не так уж сложно, ведь половина выпускников с Райвенкло с радостью согласится.

Кецалькоатль тоже пришел меня проводить. Расставаться с тем, кто за такой короткий срок возродил его культ, ему явно не хотелось, но и останавливать меня в полушаге от исполнения мечты он бы точно не стал.

- Удачи, друг мой... - начал он, но в помещении внезапно появились новые действующие лица.

- Никому не двигаться! - воскликнул один из пяти мужчин, внезапно возникших рядом с Аркой смерти.

Все пятеро были одеты в одинаковые костюмы-тройки и в руках держали антрацитово-черные косы. И, судя по тому, как вздрогнули остальные присутствующие, видеть их мог не только я.

- Вы обвиняетесь в нарушении законов природы и попытке незаконного вывоза души из этого мира.

Я пришел в себя первым и пренебрежительно фыркнул, пока невыразимцы пытались сообразить, кто это такие, и что вообще происходит:

- А инопланетян, которые по всей Земле свои порталы расставили, вы тоже в нарушении законов обвиняли? И что это еще за история с запретом вывоза душ? Впервые о подобном слышу, хотя раньше был вашим коллегой, только в японском отделении.

- Не знаю, что за бедлам в вашем японском отделении, но у нас все четко: сколько человек родилось, столько же умрет. Число душ в мире всегда должно быть постоянным.

- А как же тогда крестражи? - хмыкнул я. - Когда человек разбивает свою душу на части, у вас наверняка перестают концы с концами сходиться.

- Это не твое дело, - рявкнул другой жнец и нервным жестом поправил очки.

- Судя по реакции, крестражи вас явно расстраивают. Наверняка вы с ними ничего поделать не можете. И человек, который однажды родился, в этом случае умереть никак не может.

- Мы не собираемся обсуждать это с чужаком, - угрюмо сказал мужчина, перехватывая косу в боевую позицию.

- Подождите! Зачем так сразу проявлять агрессию? На самом деле я просто хотел предложить сделку. Я соберу для вас одну расколотую душу, а вы не станете препятствовать мне и позволите забрать Гарри. В конце концов, вы все равно останетесь в плюсе - вычеркнете пункт из списка подзадержавшихся на этом свете, да и Гарри вполне может перед смертью вернуться сюда. Все же в старости многие люди становятся сентиментальными и с ностальгией вспоминают о родине.

- Не собираемся мы заключать никаких сделок с кем-то вроде тебя!

- Друг мой, - вмешался Кецалькоатль, - тебе действительно не нужно с ними сотрудничать. Я могу просто прогнать их отсюда.

После этих слов косы в боевые позиции перехватили и оставшиеся мрачные жнецы. В принципе, мы с Кецалькоатлем действительно могли без проблем накостылять им, но я понадеялся, что все-таки смогу впарить местным шинигами Волдеморта, который все еще был в моем внутреннем мире.

- Кецалькоатль, ты же знаешь, какой я миролюбивый, и терпеть не могу использовать насилие для решения проблем, - сказал я, и бог шоколада с удивлением посмотрел на меня. - Так уж вышло, что я лично сталкивался с магом, расколовшим свою душу на целых восемь частей, и в данном случае буду только рад помочь жнецам все-таки отправить его на тот свет.

- Восемь частей? - поразился один из английских шинигами.

Все жнецы тут же стали еще мрачнее, чем до этого. Похоже, они были не в курсе последних новостей из мира магии, и душа, расколотая не как обычно, пополам, а на целых восемь кусков, явно портила им статистику еще больше, чем любое другое происшествие.

- И ты действительно можешь ее собрать? - с сомнением спросил самый старший из прибывших.

- Конечно. Я доставлю вам целого Волдеморта, если вы пообещаете не вмешиваться в мои с Гарри дела.

Жнецы тихо посовещались между собой, косясь на переливающегося силой Кецалькоатля, и в конце концов с неохотой согласились. Кажется, они ожидали, что я прямо сейчас отправлюсь собирать все куски, раскиданные по свету, и возмутились, когда я просто выложил перед ними крепко спящего Волдеморта.

- Так ты хотел забрать из мира сразу две души?!

- Вот его-то я точно не хотел с собой брать, просто боялся тут оставлять. Он же психопат, который прошлую магическую войну развязал, и наверняка новую начнет, если окажется на свободе.

Через несколько минут они все-таки успокоились, забрали Риддла и удалились восвояси. Убедившись, что незваные гости точно ушли, мы вернулись к тому моменту, где нас прервали. Напоследок я еще раз со всеми попрощался, переместил Гарри во внутренний мир и шагнул в Арку.

После полета сквозь пространственный тоннель психоделической расцветки я наконец-то прибыл в пункт назначения. Место выглядело точно так же, как фотография, которую мне через риннеган показал Наруто, только вот ни его самого, ни Итачи поблизости не было. Да и каменной плиты, в структуру которой вплавили якорь для перемещения, тоже под ногами не оказалось. Поэтому у меня сразу появилось неприятное ощущение, будто что-то пошло совсем не так.

Омак № 3.1

Я несколько минут постоял на одном месте, надеясь, что ситуация прояснится сама собой. Однако чуда не произошло, и Наруто с Итачи не выскочили из-за ближайшего куста с радостным возгласом: «Сюрприз!»

Вздохнув, я отправился на разведку, благо Наруто перед перемещением показывал мне карту местности, поэтому я знал, в какой стороне находится Коноха. Чтобы местные меня не увидели, я сменил тело на шинигами и побежал по воздуху. И через час уже издалека, едва заметив впереди Деревню Скрытого Листа, сразу понял, в чем была проблема с порталом. Мы явно напортачили со временем, потому что вместо города с многоэтажной застройкой, которой так хвастался мой лучший друг, я увидел Коноху такой, какой она была в моем детстве и юности. Да и на горе оказались высечены всего четыре головы хокаге, что подтверждало мою догадку.

Я с легкостью прошел через сигнальный барьер, окружавший деревню, и попал внутрь. Квартал Учиха находился поблизости, и я из ностальгии решил первым делом заглянуть туда. И лишь когда увидел снующих по улицам людей с красно-белым символом клана на спине, до меня дошло, что резни еще не было, и все Учиха живы. Почему-то этот факт так сильно поразил меня, что я застыл на месте, потрясенно глядя на своих еще живых соклановцев. Неужели сбой портала, перенесший меня в прошлое – это знак судьбы, которая позволит мне изменить события и спасти всех?

Эту идею следовало хорошенько обдумать, и я захотел найти место потише, чтобы мне ничего не мешало. На улице уже начинало темнеть и повсюду зажглись разноцветные бумажные фонари, так что я поспешил к храму, где в это время обычно никого не было.

На ступенях храма спиной ко мне стоял какой-то мальчик. Еще до того, как я понял, кто это, сердце словно совершило кульбит в груди. Итачи! Сейчас он выглядел лет на двенадцать, и в это время в детстве он казался мне таким взрослым и сильным, но сейчас я видел только безмерно одинокого ребенка, на плечи которого собирались взвалить целый мир.

От неожиданной встречи у меня перехватило дыхание, и несколько секунд я даже не мог заговорить и просто пялился на старшего брата, который теперь ростом мне и до плеча не дотягивал.

- Кто здесь?! – Итачи резко обернулся и метнул кунай в моем направлении, похоже, взгляд оказался настолько интенсивным, что он сумел его почувствовать.

Сейчас мое тело не было материальным, так что я даже уклоняться не стал, и оружие прошло сквозь меня.

- Покажись! – потребовал Итачи, и я сменил тело на настоящее.

- Привет, - улыбнулся я, наверное, слишком широко, но сдерживаться не осталось сил.

- Кто ты такой? – нахмурился старший брат, сразу заметив семейное сходство.

Всех Учиха он знал в лицо, так что странный незнакомец насторожил его еще больше.

- Ты меня знаешь, причем очень даже хорошо. Попробуй посмотреть на меня шаринганом. Кстати, вот тебе небольшая подсказка: параллельные миры существуют, и время в них может идти по-разному.

В глазах Итачи загорелись два томоэ, и я буквально почувствовал, как меня сканируют с ног до головы. Шаринган позволял узнать человека по самым мелким деталям, даже если тот тщательно замаскировался или, например, постарел. Так что через несколько секунд на лице старшего брата появилось шокированное выражение, когда он осознал, кого видит перед собой. Тут я уже больше не мог себя сдерживать, шагнул вперед и крепко обнял Итачи. Тот напряженно застыл в моих руках, но сопротивляться не стал.

- Я так соскучился по тебе, нии-сан. Или теперь я должен называть тебя младшим братом? – улыбаясь как дурак, спросил я.

Маленький Итачи вызывал у меня почти такую же реакцию, как в тот раз, когда меня плющило после завершения войны. Я готов был прямо на этом месте растечься розовой лужицей и пищать что-то восторженное, словно фанатка, увидевшая своего кумира. Мой братский комплекс прямо-таки завывал сиреной: «Нии-сан такой кавайный! Хочу забрать его себе, и пусть весь мир катится к черту!»

- Ну, хватит уже, - произнес Итачи, когда объятия несколько затянулись, и слегка неуверенно добавил, - отото.

- Нет уж. Я слишком долго тебя не видел. К тому же маленький нии-сан слишком милый, - я обнял его еще крепче, слегка приподнимая, и теперь из-за разницы в росте, ноги Итачи болтались в воздухе.

- Глупый младший брат, - недовольно пробурчал Итачи, но не приложил особых усилий, чтобы освободиться. – Поставь меня на землю!

Омак № 3.2

В конце концов, мне все-таки пришлось отпустить Итачи. Он почему-то был против того, что я понесу его до дома на руках. За те несколько минут, что мы с нии-саном потратили на приветствие, клоны во внутреннем мире успели устроить совещание, дружно поумиляться на маленького брата, а потом все-таки перешли к обсуждению важного вопроса: «Что делать с грядущим уничтожением клана?»

Среди клонов нашлись даже те, кто предлагал вообще не вмешиваться, потому что прошлое изменять нельзя. После работы в Отделе Тайн мы все довольно четко уяснили этот вопрос, потому что случай с печально известной Элоиз Минтамбл был крайне показательным. Она отправилась в прошлое на пятьсот лет назад, а при возвращении обратно мгновенно состарилась на этот срок. И это еще не все последствия – несколько человек исчезли из реальности, превратившись в «нерожденных», а само время исказило свой ход. Например, вторник длился двое с половиной суток, а субботы на той неделе не было вообще. С тех пор эксперименты со временем проводили более аккуратно, но порой последствия все же были такими, что даже магглы замечали, будто некоторые часы пролетают очень быстро, а другие, наоборот, тянутся невыносимо медленно.

Я, конечно, не на пятьсот лет назад вернулся, но максимальный безопасный срок для путешествий во времени – всего пять часов. Если я что-то исправлю или кого-то спасу, мир может измениться необратимо, причем в худшую сторону. Так что я мог бы просто попросить Итачи никому и никогда не рассказывать об этой встрече, и спрятаться где-нибудь, пока риннеган не «перезагрузится» и мы с Наруто не починим портал общими усилиями.

Впрочем, таких клонов быстро заткнули самыми прочными кляпами, а для надежности еще и связали, утверждая, что мой случай – не путешествие во времени, а попадание в параллельный мир. Параллельные миры в самом каноне прописаны, так что вероятность этого весьма высока.

Остальные же личности разделились на две большие группы. Одна предлагала схватить Итачи и убежать с ним в другой мир, чтобы не догнали и не отняли, а вторая – спасти вообще всех Учиха. Но, скорее всего, что-то опять пойдет не по плану, какая-нибудь бабочка взмахнет не тем крылом, и непременно случится катастрофа. И вот после нее уже точно можно хватать Итачи и бежать отсюда.

Более-менее определившись с планом действий, я решил не сразу бросаться наносить добро и причинять справедливость, а пока дать клану Учиха возможность самому себя спасти. Для начала можно просто рассказать, что ждет их впереди, если они продолжат вести себя как напыщенные отморозки. Ну а перед этим осторожно поведать Итачи о его участии в грядущих событиях. Хотя как вообще можно осторожно рассказать ребенку, что он скоро станет отцеубийцей и самым известным преступником в Стране Огня?

Но прежде, чем я успел что-то придумать, раздался смутно знакомый голос:

- Привет, Итачи! С кем разговариваешь?

Я обернулся и увидел позади Шисуи, и поспорить готов, что он сюда не пешком пришел, а переместился какой-то техникой, издалека увидев, что нии-сан общается с неким подозрительным незнакомцем. Хоть кузен и выглядел весьма дружелюбно, я знал, что он в любой момент готов напасть.

- Привет, Шисуи.

Мальчик слегка нахмурился и начал казаться еще более напряженным. Хотя его скорее уже можно было назвать подростком, это Итачи пока выглядел больше ребенком, чем тинейджером.

- Мы разве знакомы?

- Посмотри на меня шаринганом.

Глаза кузена тут же покраснели, а потом удивленно расширились, когда он опознал меня:

- Как это возможно?!

- Я построил портал, чтобы перемещаться между мирами, но, похоже, напортачил с временными координатами. Хотя, скорее всего, и с пространственными тоже, потому что попал в параллельный мир, а не в свой.

Шисуи слегка подзавис, обрабатывая информацию. С одной стороны, шаринган говорил ему, что я не вру, с другой, поверить в мои слова было очень сложно.

- Надо же, как все меняется, когда вырастаешь, - произнес я, почти с умилением разглядывая кузена. – В детстве ты меня так бесил, потому что всегда забирал Итачи на свои дурацкие тренировки, а сейчас кажешься даже слегка милым.

Я протянул руку, чтобы ущипнуть его за щеку, все еще по-детски округлую, но мальчик шлепнул меня по запястью, не давая дотронуться.

- Тц. Беру свои слова обратно. Ты все такой же бесячий, - хмыкнул я и повернулся к Итачи. – Нии-сан, ты видел? Он меня только что стукнул! Не дружи с ним больше, раз он такой злой.

- Мне начинает казаться, что ты не из будущего прибыл, а съел какую-нибудь пилюлю, ускоряющую рост. Сколько тебе лет вообще?! – возмутился на мое ябедничество Шисуи.

- Я точно и не знаю, - задумался я. – Думаю, где-то десять…

- Ха! Точно пилюля! – перебил кузен.

- …тысяч лет, - я все-таки закончил предложение.

- Мог бы подостовернее число придумать!

- Для меня время течет не так, как для других людей. С твоей точки зрения прошло пять минут, а для меня примерно два часа. Но если я хочу растянуть время, то еще больше. Хотя вот этому аватару, с которым ты сейчас разговариваешь, около пятидесяти лет, - я быстренько в уме провел расчеты.

Дни рожденья я давно не отмечал, так что потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить свой возраст.

- Как это возможно?! – потрясенно спросил кузен.

- Давайте лучше в гендзюцу поговорим, - предложил я и сразу втянул их в иллюзию.

Мне пришлось создать отдельное закрытое ото всех пространство, а не просто переместить их во внутренний мир, потому что мои личности жаждали пообщаться с маленьким Итачи, и мне хотелось держать их подальше от него.

Пространство представляло собой солнечную цветочную поляну, ведь я старался сделать обстановку как можно более расслабляющей, потому что разговор нам предстоял тот еще. Для начала я поведал, что стал шинигами, но это секрет, и не стоит о нем распространяться. И не дав детям переварить эту шокирующую информацию, я перешел к рассказу о надвигающейся резне в клане Учиха. Стараясь максимально упростить историю, я показал ее в виде чибиков и без кровавых подробностей.

После просмотра двое юных гениев Учиха некоторое время были в шоковом состоянии, потому что даже чибики не смогли смягчить ужасную правду.

- Разве ты не должен меня ненавидеть? – побледневший Итачи первым пришел в себя и обратился ко мне с вопросом.

- Мне кажется, я могу простить тебе что угодно, нии-сан. Тем более, что ты еще ничего не сделал.

Гендзюцу в реальном мире заняло всего секунду, так что если у нас и были наблюдатели, то они ничего не заметили. После этого Итачи отвел меня домой, чтобы пообщаться с родителями, и Шисуи мы также захватили, ведь он тоже сыграл некоторую роль в грядущих событиях.

Как удобно, когда у всех твоих родственников есть шаринган – не надо долго и упорно доказывать, что ты их сын, только из будущего. С родителями я разговаривал отдельно от Итачи и Шисуи, и поэтому показывал им версию произошедшего безо всякой цензуры.

Наверное, я слегка переборщил с кровавыми подробностями, так как родителям потребовалось минут пятнадцать и несколько чайников успокаивающего чая, чтобы прийти в себя.

- И что ты собираешься предпринять? – в конце концов спросил Фугаку.

- Я? Ничего. Как показала практика, люди очень не любят, когда их спасают насильно. Клану Учиха придется самому постараться и кардинально измениться, чтобы избежать этого печального конца. И начинать надо с поведения, ведь большинство Учиха ведут себя так, будто Коноха принадлежит им. А между прочим, Мадара, который эту Коноху основал, не одобрял политику клана и даже косвенно поучаствовал в его уничтожении. Так что на самом деле нам вообще нечем гордиться. Даже шаринган есть далеко не у всех, да и многие из тех, кто смог его пробудить, довольно слабы. Остальные кланы нормально уживаются в деревне, и только мы вечно как бельмо у всех на глазу со своими непомерными запросами.

- Мы – великий клан! – возмутился Фугаку. – А совет джонинов посмел лишить нас исконной территории и переселить на окраину!

- Вообще-то, вы этому радоваться должны и забрать себе как можно больше территорий за пределами Конохи. Через пару десятилетий там начнется грандиозное строительство, и земля будет на вес золота. Стребуйте с совета побольше площади в качестве компенсации и угомонитесь наконец. И, кстати, главу клана тоже надо сменить на кого-то более гибкого и дальновидного.

Кстати, пока ждете следующую проду, можете почитать другую мою книгу в похожих жанрах (попаданство, гендерная интрига, сверхспособности, только ниндзя там не японские, а китайские) - "Безмятежный лотос" （＾∀＾●）ﾉｼ

Омак № 3.3

- Да как ты смеешь, мальчишка! – не выдержал Фугаку и ударил кулаком по столу, едва не сломав его.

Я понял, что он считает меня всего лишь своим сыном, который всего лишь стал чуть взрослее, и был уверен, что я должен его уважать и слушаться. Но для меня он был просто чужим человеком, к тому же я всегда винил его в случившемся с Итачи. Так что щадить его чувства я не собирался.

- Ты ужасный руководитель, под твоим неумелым начальством великий клан превратился в ничто. Кстати, отец ты тоже отвратительный, всегда хотел тебе это сказать. Ты еще при жизни нанес обоим своим сыновьям моральные травмы, а уж что было после твоей смерти, даже вспоминать не хочется.

Фугаку-доно явно не привык к такому обращению, и даже поднялся на ноги, кажется, собираясь преподать мне урок. Но мне не хотелось с ним препираться, поэтому я выпустил духовную силу, заставившую его рухнуть обратно.

- Я давно уже не твой сын, - для наглядности я даже сменил облик на тот, который использовал, когда притворялся пустым. – Я даже больше не человек.

Судя по реакции зрителей, костяные пластины, рога и клыкастая маска их впечатлили.

- Ты для меня всего лишь призрак из далекого прошлого, - в этой форме мой голос звучал, словно потустороннее эхо, вызывая холодные мурашки у тех, кто его слышал. – Если нужно будет, я сам тебя убью, так что не испытывай мое терпение, смертный.

Я сменил облик на привычный, убрал духовное давление и мило улыбнулся:

- Но обычно я против бессмысленных убийств, так что сначала попробуем другой метод.

После этого со мной больше никто не спорил, и Фугаку объявил сбор старейшин, чтобы совместно обсудить новую политику в клане.

Хорошо, что шиноби могут при желании собраться в одном месте довольно быстро, поэтому я даже не успел заскучать, пока ждал их. В этот раз я сменил облик на пустого сразу после того, как представился, чтобы старейшины не пытались давить на меня авторитетом. Когда все прониклись, я показал им иллюзию с полным погружением, продемонстрировав воспоминания Саске о том, как выглядел квартал Учиха в ночь резни, и затем ровные ряды могил. А потом еще и изобразил Данзо, со вживленными в руку шаринганами, и даже опознал по чакре, чьи именно это были глаза.

Аудитория оказалась благодарной, и показ произвел на нее глубокое впечатление. Несколько минут никто даже говорить толком не мог, хотя это, наверное, моя вина – переборщил слегка с гендзюцу, зато старейшины теперь навсегда запомнят эти сцены. Напоследок я высказал им свои пожелания – приструнить особо задиристых соклановцев, у которых кроме понтов ничего нет, и сменить главу.

А затем я допустил большую ошибку – оставил этих старперов самих думать о выходе из кризиса. Конечно, стоило за ними проследить, а то Учиха горазды выдумывать всякую дичь, по себе знаю, но слишком уж сильно мне хотелось увидеть Итачи. Так что я покинул зал собраний и поспешил в комнату нии-сана. Шисуи тоже все еще был там, и до моего прихода они что-то тихо обсуждали.

Маленький Саске также оказался здесь: кидал детские сюрикены в висевшую на двери мишень и периодически спрашивал у старшего брата совета.

- Я был таким няшным в детстве, - умилился я, ведь этот Саске был немного младше того, чье тело я когда-то занял. - Итачи, не удивительно, что тебя так от меня плющит.

Я машинально протянул руку, чтобы потрепать маленького себя по волосам, но младший недовольно надулся и отбежал подальше.

- Ты – это правда я? Ты мне не нравишься!

- А вот это плохо, - я притворился обеспокоенным, - себя надо любить. Но вообще ты правильно сделал, что отошел. Я только сейчас подумал, что нам не стоит прикасаться к друг другу. Потому как есть крошечная вероятность, что мир будет уничтожен из-за этого.

От этих слов Итачи и Шисуи моментально поменялись в лице, они, в отличие от маленького Саске, приняли мое заявление всерьез.

- К счастью, у меня есть решение этой проблемы, - произнес я и сменил тело на клона-волшебника. – В таком виде я законы пространственно-временного континуума точно не нарушу.

Клон, выращенный специально для того, чтобы вмещать магию, оказался неожиданно полезен и в другой роли. Ко вселенной Наруто он не имел никакого отношения, так что я мог им пользоваться безо всяких опасений. К тому же теперь я выглядел почти ровесником Итачи, что мне тоже пришлось по душе.

После этого я решил познакомить родственников с Гарри, не держать же мне его во внутреннем мире все это время, пока не разберусь с порталом и кланом Учиха. Итачи был слегка в шоке от того, что познакомился с моим приемным сыном, а Саске смотрел недоверчиво.

Зато Гарри расстарался и произвел на них всех хорошее впечатление, он усердно учил японский и сейчас мог вполне сносно общаться. А еще он продемонстрировал свою магию, которая всех поразила. Шиноби в голой мощи сильнее волшебников, и если нужно что-то разрушить, лучше них кандидатов не найти. Но маги могут взмахом палочки восстанавливать то, что сломалось, будь то предмет мебели или, например, человеческая кость. Да и трансфигурация тоже выглядела невероятно для шиноби.

Гарри уже знал, что я немного промахнулся и попал не туда и не тогда, поэтому воспринял вынужденную остановку как тренировку перед знакомством с новой семьей и был не против пообщаться со всеми.

Пару дней я провел в блаженном ничего неведении, наслаждаясь обществом Итачи и приятной ностальгией. Нии-сан даже небольшой отпуск взял, чтобы не отвлекаться на миссии. Саске тоже блаженствовал, ведь старший брат был дома, и охотно тренировался вместе с ним и с пришельцами из другого мира. К самому себе из другого времени он поначалу относился слегка настороженно, но его взрослый «Я» так охотно делился техниками и советами в спаррингах, что вскоре стал словно второй старший брат. К «своему» будущему сыну Саске сперва вообще не знал, как обращаться, но постепенно и к Гарри привык. А Шисуи в эти дни вообще как будто поселился у нас и к себе уходил только поспать. Итачи не возражал против его присутствия, так что и мне пришлось с ним смириться. Однако идиллия вскоре была нарушена, причем довольно неожиданным для меня образом.

Омак № 3.4

После одной из тренировок мы решили всей компанией сходить в местное кафе, которым владел кто-то из Учиха. Пределы территории клана я старался не покидать, чтобы не светить своим присутствием перед остальной деревней. Да и в целом в эти дни далеко от главного поместья не отлучался, максимум, до ближайшего тренировочного полигона. Так что для меня стало большим потрясением то, что наследника клана отказались обслуживать. Я и прежде замечал, что на нашу компанию странно смотрят, но думал, что это из-за меня и Гарри, все-таки каждого тут знают в лицо, и вдруг из ниоткуда появились два подозрительных чужака.

Я начал выяснять, что происходит, и от услышанного чуть не принялся в ярости крушить все подряд. Оказалось, что эти замшелые пни, которые называли себя старейшинами Учиха, не придумали ничего лучше, кроме как найти козла отпущения и жестоко покарать его. И крайним, естественно, назначили Итачи, ведь это он в будущем участвовал в резне клана. Не будь он наследником главной ветви, его бы еще и показательно казнить могли, чтобы уж наверняка предотвратить будущие события. А так им пришлось довольствоваться тем, что они распространили слухи, будто Итачи продался Данзо, стал его послушной марионеткой, и теперь убьет любого по указке главы Корня.

Я разослал невидимых клонов по кварталу, чтобы выяснить, кто именно начал распускать сплетни, а сам отправился к Фугаку и потребовал созвать совет старейшин еще раз. Сейчас я выглядел как ребенок, примерно ровесник Итачи, и взрослые шиноби, собравшиеся в зале заседаний невольно расслабились, почему-то решив, что я не представляю серьезной угрозы, все же миленькие с виду дети и на ниндзя действуют умиротворяюще. Даже мой прошлый облик, хоть и напугал поначалу, сильного впечатления после себя не оставил, потому что местные жители привычны ко всяким жутким кракозябрам, и шипами с костяными масками их не удивишь.

Даже отец не выглядел слишком напряженным, хотя и знал, как я отношусь к Итачи, и что я точно не одобрю, когда на него попытаются повесить всех собак. Но он уже словно бы заранее смирился, что старшим сыном придется пожертвовать. Для него стало очевидным, что младший добьется куда больших успехов, когда вырастет, поэтому он уже не переживал о положении Итачи в клане.

- Мне интересно, кому пришла в голову идея, что ложно обвинив наследника главной ветви, вы сумеете избежать смерти? Как вы вообще могли подумать, будто найдя козла отпущения, решите все свои проблемы? – я поначалу еще старался понять, почему они сделали такую тупую вещь вместо того, чтобы исправить причины, из-за которых Учиха грозила скорое уничтожение.

- Мальчишка! Да что ты вообще можешь знать об управлении кланом? – фыркнул самый старый из присутствующих шиноби. – Жертвы в таком большом деле всегда необходимы.

- Точно. Жертвы необходимы, - согласился я и сменил облик на более подходящий.

Посреди моего лба в виде третьего глаза открылся Хоугиоку, на голове выросли небольшие заостренные рога, а в глазах зажегся риннеган. Выглядел я теперь как какой-то демон или инопланетянин, впрочем, далекие предки Учиха действительно были не с Земли. Всех присутствующих тут же придавило духовным давлением, причем настолько сильным, что они даже дышать могли через раз. От переполнявшей злости я неожиданно для себя пробудил новую технику риннегана – ту самую, которую использовал Пейн, когда вытаскивал души из живых людей. Только моя версия немного отличалась – из спины выросли десять полупрозрачных призрачных рук, отдаленно напоминавших хвосты Десятихвостого, и вцепились в тех, кто собирался пожертвовать Итачи и распускал о нем слухи.

Когда из человека силой выдирают душу, это выглядит весьма неприглядно, даже дементоры кажутся гуманнее, потому что их жертвы к тому моменту находятся в полуобморочном состоянии и мало что ощущают. Зато вот мои жертвы были в полном сознании и прочувствовали каждую секунду.

Фугаку тоже не избежал этой участи, но у него я вытащил душу не целиком, а только ноги ей оторвал, так что он теперь не сможет ходить, пока я не верну ему потерянную часть.

Когда с экзекуцией было покончено, я вернул себе обычный облик и улыбнулся всем, кто остался в живых. Теперь эти шиноби выглядели так, будто никого страшнее меня никогда не видели.

- Знаете, вообще-то для путешественников во времени есть одно важное правило – будущее изменять нельзя, - доверительно сообщил я все еще парализованным из-за моего давления людям. – Однако я понадеялся, что попал не в прошлое, а в параллельный мир, поэтому смогу предотвратить резню. Но вы меня так разочаровываете. Я не вижу причин, по которым нужно оставить вас в живых. Пожалуй, я все-таки восстановлю правильный ход событий и сам убью всех Учиха, кроме себя и Итачи, как и должно быть. Или все-таки дать вам еще один шанс?

Я обвел взглядом побелевших от ужаса шиноби.

- Ладно, так и быть, предоставлю вам еще одну попытку. Порой я такой добрый, сам себе удивляюсь. Попробуем реорганизовать клан Учиха еще раз. Необходимые жертвы, как и учил самый главный старейшина, были принесены, так что теперь все точно должно пройти как по маслу. В обновленном совете остались только самые умные люди, да и глава клана сменился. Старый немного приболел, ему придется уйти в отставку. А новым главой назначьте Шисуи, не зря же его гением называют, должен справиться.

Новости о смене власти в клане Учиха потрясли всю деревню. Для посторонних придумали версию, что Фугаку разоблачил предательство нескольких старейшин и покарал их, но сам при этом серьезно пострадал. И против назначения Шисуи на его место никто даже не возражал. Те из Учиха, кто имел хоть какое-то влияние в клане, просто боялись теперь спорить со мной, а остальные думали, что таким молодым главой будет легко манипулировать, поэтому втайне даже были рады.

- Ну почему я? – воскликнул кузен, после того, как я первым поведал ему радостную новость.

- Ты же хотел изменить мир к лучшему, вот тебе и шанс предоставится. К тому же Гаару назначат Казекаге примерно в твоем возрасте, и он будет лучшим правителем Суны с момента основания. Так что не бойся, у тебя есть все шансы стать отличным главой Учиха, - я с довольной усмешкой похлопал его по плечу, ненавязчиво подталкивая к выходу, потому что у него теперь дел невпроворот и некогда в гости ходить.

Но на самом деле его кандидатуру я выдвинул только потому, что этот пацан меня уже достал. Он постоянно крутился рядом с Итачи, словно это он – его родной брат, а не я. Но теперь у Шисуи свободного времени вообще не будет, так что и торчать у нас дома он не сможет.

Когда мать и Итачи узнали, что я лишил отца способности ходить, они посмотрели на меня не то чтобы осуждающе, но скорее недоверчиво, как будто не думали, что я на такое способен.

- Слов он не понимает, пришлось принять более жесткие меры. Но я верну все как было через несколько дней, только не говорите ему пока, пусть как следует прочувствует. – Я посмотрел на Микото и с некоторым усилием впервые к жизни обратился к ней так, - мама, хватит быть идеальной женой. Ты же ведь была такой крутой куноичи до того, как вышла замуж. Не знаю, кто вбил тебе в голову, что нужно во всем слушаться мужа, но забудь об этой глупости. Не позволяй ему самому решать судьбу всей семьи, ведь он уже много раз доказал, что не справляется. Он собирался снова пожертвовать Итачи, и этого я ему не мог простить.

…мне казалось, что теперь-то, когда я лично указал клану Учиха путь в светлое будущее, все точно станет хорошо. Но это было довольно наивно с моей стороны – полагать, будто мои соклановцы смогут жить без проблем. Прошла всего пара дней, и я понял, что ситуация вокруг Итачи накалилась еще сильнее. Никто не смел открыто выказывать ему неприязнь, но смотрели на него с такой ненавистью, что не нужно владеть шаринганом, чтобы прочитать их убийственные намерения во взглядах. Выяснилось, что все связали внезапную смерть старейшин с Итачи, ведь погибли как раз те, кто говорил, что он – шпион Данзо. Семьи убитых только подливали масла в огонь, плачась всем вокруг, будто это Итачи их погубил.

Некоторые в конец отбитые личности вообще пришли к нам домой, чтобы «преподать урок» предателю. Теперь, когда Фугаку больше не был главой, несколько не особо умных Учиха решили, будто могут безнаказанно поквитаться с гением, которого всегда ставили им в пример.

Честно говоря, я немного психанул, когда узнал про цель их визита. Сначала избил всех троих, в процессе издевательски комментируя их умственные способности и боевые умения, а потом превратил в слизней. Слизни из них вышли просто на загляденье – здоровенные, черные и лоснящиеся, с красивым узором из красных прожилок.

Выпустив пар, я сразу подобрел и даже разнес жертв трансфигурации по домам. Пришлось потратить некоторое время, доказывая Учиха, что это действительно их родичи, но несколько наглядных демонстраций сразу добавили моим словам весомости. Трансфигурация – вещь недолговечная, и скоро придурки вернутся в свою обычную форму, но я понятия не имел, сколько времени на это потребуется, так что сказал, будто они снова станут людьми, как только раскаются. Надежнее, конечно, было бы вообще их убить, но я вроде как клан спасти пытаюсь, а не вырезать самолично. Хотя с каждым днем во мне все больше крепнет желание покончить уже с этим фарсом.

Омак № 3.5 ​ ​ ​

Честно говоря, после всех этих демонстраций иномирной силы и магии мне казалось, что я здорово запугал всех Учиха, и вот теперь-то уж точно они перестанут создавать проблемы. Но эти ненормальные вели себя так, словно они бессмертные, и нарывались на неприятности по несколько раз на дню. Взрослые через одного были еще более-менее адекватные, но вот молодежь – вообще вся на голову отбитая. Мне кажется, я почти всех Учиха в возрасте от шестнадцати до двадцати превратил кого в лягушек, кого в ящериц, но после того, как народ понял, что магия не вечная, и действительно спадает через некоторое время, бояться меня почти перестали.

Я даже в некотором роде посочувствовал Фугаку и вернул ему способность ходить раньше времени. Возможно, он не настолько плох, как я думал, просто подчиненные ему достались неуправляемые. Отец начал помогать Шисуи с новой должностью, а то бедный пацан сейчас был так занят, что, кажется, вообще не спал с тех пор, как стал главой. По крайней мере выглядел он теперь словно слегка несвежий зомби, мне даже почти совестно стало.

К счастью, мой риннеган наконец-то перезагрузился, и я снова смог связаться с Наруто. Я передал ему новые данные для портала, который умники из ИВМ пересчитали за это время. Теперь мне снова оставалось только ждать, когда Наруто сделает следующий якорь, а пока нужно было заняться делами клана, чтобы уладить все как можно скорее.

В виде шинигами я смог проникнуть на неофициальные «посиделки» Третьего хокаге, Данзо и старейшин Конохи. После неожиданной смены главы Хирузен считал, что Учиха стали менее опасными, все же Шисуи слишком молод для серьезных интриг, к тому же весьма предан деревне. Данзо же предлагал для профилактики все-таки избавиться от самого неудобного клана, но не особо настаивал. А уж когда Учиха наконец смирились с вынужденным переездом в обмен на участок пустой бесплодной земли за пределами Конохи, да еще и решили принимать в ряды полиции не только своих соклановцев, то тут даже глава Корня признал, что Шисуи оказался весьма полезен.

Конечно, на этом угроза для Учиха не исчезла на совсем, оставался еще и Тоби, но тут уже я анонимно подкинул Хирузену подробную информацию об Акацуки, и всех шиноби, которые в будущем могут попасть в ее ряды. Ну а чтобы Обито точно не заскучал, похожие папки с данными я с помощью клонов разослал во все великие деревни.

И тут произошло одно очень неприятное событие. Наруто угодил в больницу из-за очередного идиота, возомнившего, будто он может отомстить девятихвостому, избив беззащитного ребенка. Почему-то здесь почти все люди уверены, будто могут решить свои проблемы, просто найдя козла отпущения. Желательно, как можно более маленького и слабого, чтобы уж точно не получить сдачи.

Я до этого иногда незаметно навещал Узумаки, подкидывая ему деньги, снаряжение и вкусную еду, но на глаза не показывался. Все же с Саске они пока просто одноклассники, а шарингана у Наруто нет, так что я никак не могу доказать, что я его лучший друг из будущего. Я уже думал о том, как бы улучшить жизнь джинчуурики, и даже предпринял несколько шагов в этом направлении, но план пришлось резко ускорить. Я рассказал отцу, матери, Итачи и Шисуи, что Наруто в будущем станет величайшим из шиноби, и совместными усилиями мы придумали способ, как все-таки забрать его в клан. Это уже пробовали сделать сразу после смерти Четвертого хокаге, но тогда попытка провалилась. Однако сейчас предоставился еще один шанс.

Про то, что Фугаку несколько дней был наполовину парализован, слышала вся деревня, и теперь он притворился, будто последствия оказались очень серьезными, и жить ему осталось недолго. Он прибыл на совет джонинов в инвалидной коляске и устроил громкий скандал, что сына его лучшего друга чуть не убили, хотя тот и находился под опекой Хирузена. Фугаку заявил, что не сможет посмотреть в глаза Минато в загробном мире, и с места не сдвинется, пока лично не позаботится о Наруто.

С одной стороны, хокаге не хотелось отдавать джинчуурики, а с другой – не выгонять же силой почетного шиноби, героя третьей мировой и бывшего главу. К тому же клановые явно встали на его сторону и начали возмущаться, что нельзя так небрежно относиться к сыну Четвертого. В конце концов Хирузен посчитал, что Фугаку скоро умрет, и тогда можно будет легко забрать Наруто от Учиха. Ведь Шисуи не станет противиться этому решению, потому что носитель девятихвостого должен быть нейтральной фигурой, иначе нарушится баланс сил в деревне. Так что вскоре Узумаки, не верящий в свою удачу, переехал в клановый квартал.

И только мне начало казаться, что я точно сделал все возможное и исправил канон, как Учиха преподнесли мне очередной неприятный сюрприз. Хирузен, похоже, решил подстраховаться, и, чтобы крепче привязать к себе Итачи, назначил его капитаном АНБУ, хотя у того еще толком ни опыта не было, ни подходящего ранга. В моем мире это событие произошло намного позже, уже после того, как Итачи зарекомендовал себя сильным шиноби. Для соклановцев это стало очередным подтверждением того, что нии-сан продался руководству деревни, и ненависть к нему вспыхнула с новой силой.

Дошло до того, что к Итачи начали относиться как к изгою, даже хуже, чем обычные коноховцы раньше относились к джинчуурики. Меня вся эта ситуация ужасно злила. Я теперь точно начал понимать, почему прошлое нельзя исправлять – ведь каждый раз выходит только хуже, чем было. Дошло до того, что я уже всерьез подумывал притвориться Тоби и самому всех Учиха вырезать. Но самым расстраивающим было то, что Итачи принял ситуацию так, словно он и правда заслужил такое отношение. Мне кажется, даже если бы его начали камнями закидывать, он бы не стал сопротивляться и позволил людям выместить гнев на нем. И это бесило меня больше всего.

Наконец, взрослый Наруто снова связался со мной и сказал, что у него все готово. И я сразу же засобирался домой, хотя ситуация с Учиха еще не разрешилась до конца. Итачи я хотел взять с собой, все равно ему тут делать нечего, но нии-сан неожиданно отказался.

- Извини, отото, я не могу пойти с тобой. Я должен остаться тут.

Я едва подавил порыв схватить его и утащить силой, и для начала попытался уговорить. Разумные аргументы не срабатывали, Итачи все твердил, что это его долг – защищать Коноху, так что мне пришлось надавить на больное:

- А что насчет Саске? Если ты останешься, все будут называть его братом предателя. Но если ты исчезнешь, то эта история забудется намного быстрее.

Нечестный, конечно, прием, но на нии-сане сработал безотказно, особенно когда я пообещал, что мы сможем сюда вернуться, ведь координаты этого мира у меня теперь есть.

…Проводы в другой мир были весьма скромными, ведь все проходило в строгой секретности. Арку портала я создал прямо в одной из потайных комнат в поместье, изначально она предназначалась для хранения всяких ценностей, но теперь там будет только переход между измерениями. Я скопировал Арку Смерти внешне, однако энергетическая «начинка» у моего творения была намного проще, ведь вела она только к одному конкретному месту, заданному координатами, а не к любому якорю, как оригинал. Да и заряд энергии тут значительно меньше – всего на пару переходов, поэтому почти не фонит магическим излучением и не вызывает иллюзии потустороннего шепота. Если кто-то посторонний ее увидит, то и не поймет, что это портал, а не просто элемент архитектуры, исписанный неизвестными закорючками.

Провожающих было всего четверо: Шисуи, Саске и родители. Саске выглядел самым расстроенным, но все же не просил Итачи остаться, потому что отношение остальных Учиха к нии-сану злило его не меньше, чем меня. Он даже подрался уже несколько раз с теми, кто плохо говорил о его брате. Прощание вышло весьма эмоциональным, хотя Итачи и пытался удерживать покерфейс. Наконец, все напутственные слова были сказаны, и я поместил Итачи во внутренний мир, чтобы точно не потерять его во время перемещения. Гарри уже был там и обещал проследить, чтобы мои внутренние личности не затискали нии-сана до смерти.

Шагая в арку портала, я постарался не усмехаться слишком сильно. Кажется, мне действительно удалось все, что было задумано. Клан спас, и даже информацию о будущем им оставил, поэтому они вроде бы не должны убиться в ближайшее время. По крайней мере, Хоугиоку, который может предсказывать будущее, говорит, что Учиха выживут с вероятность в пятьдесят девять процентов. Если округлить, то это вообще почти сто! Шисуи справится, не зря же его гением считают.

А еще я сумел забрать Итачи с собой, что для меня гораздо более ценно, чем спасение Учиха. Так что теперь у меня будет сразу целых два нии-сана. Это же просто рай какой-то! Правда, Хоугиоку со стопроцентной вероятностью предсказал, что Саске из другого мира пробудит риннеган раньше срока и припрется ко мне, чтобы забрать своего Итачи, но с этим я уже ничего не мог поделать.

Глава 48

После полета сквозь пространственный тоннель психоделической расцветки я наконец-то прибыл в пункт назначения. Место выглядело точно так же, как фотография, которую мне через риннеган показал Наруто, только вот ни его самого, ни Итачи поблизости не было. Да и каменной плиты, в структуру которой вплавили якорь для перемещения, тоже под ногами не оказалось. Поэтому у меня сразу появилось неприятное ощущение, будто что-то пошло совсем не так.

Я несколько минут постоял на одном месте, надеясь, что ситуация проясниться сама собой. Однако чуда не произошло, и Наруто с Итачи не выскочили из-за ближайшего куста с радостным возгласом: «Сюрприз!»

Вздохнув, я отправился на разведку, благо Наруто перед перемещением показывал мне карту местности, поэтому я знал, в какой стороне находится Коноха. Чтобы местные меня не увидели, я сменил тело на шинигами и побежал по воздуху. И через час уже издалека заметил впереди Деревню Скрытого Листа. У меня даже сердце забилось быстрее от радости, когда я увидел знакомые места. Только вот счастье мое длилось меньше секунды, потому что я понял: места слишком уж знакомые. Коноха выглядела в точности так же, как и в тот день, когда я ее покидал. Ошибиться я не мог, ведь деревню после разрушения Пейном отстраивали по моему плану. А значит, я все-таки вернулся домой, вот только со временем прибытия мы накосячили.

Под невидимостью я быстро добрался до квартала Учиха. Все выглядело таким же, как я и запомнил, те же люди, те же здания. Уточнив сегодняшнюю дату с помощью газет, я с удивлением понял, что вернулся почти на десять дней раньше, чем покинул Коноху в прошлый раз.

Это было очень удачно – ведь теперь я смогу узнать, кто же выгнал меня из этого мира в прошлый раз. Я раскинул сенсорную сеть как можно шире, чтобы сразу заметить любое подозрительное существо, а себя наоборот, скрыл по максимуму, чтобы даже шинигами меня не заметили, и отправился в главное поместье Учиха. После стольких лет увидеть наконец родной дом было очень волнительно, однако приходилось сдерживаться. К сожалению, я не мог поприветствовать ни Итачи, ни Наруто, но даже просто встретить их уже было бы здорово.

С замиранием сердца я просочился прямо сквозь стену и заглянул внутрь дома. Планировку я помнил, так что оказался сразу в своей комнате. К моему восторгу, помимо Саске тут оказались еще и Итачи с Наруто. Все трое оживленно разговаривали и смеялись, похоже, приступ паранойи у меня начался чуть позже, а пока все наслаждались недолгими часами мира и спокойствия.

Я полностью просочился внутрь и сел на единственное свободное место рядом с Саске. Вот так можно было даже представить что лучший друг и старший брат смотрят на меня и разговаривают со мной. Я даже отвечал им вслух, рассказывая, как рад наконец-то их увидеть, только вот меня никто не слышал.

Я еле-еле сдерживался, чтобы не раскрыть себя. Это было адски сложно, ведь передо мной, буквально на расстоянии вытянутой руки сидел нии-сан, которого я столько лет мечтал увидеть.

Я на несколько минут совсем забыл о своей цели – найти тех, кто изгнал меня отсюда – но тут Саске вдруг начал хмуриться и беспокойно оглядываться. Он даже активировал шаринган, но увидеть меня так и не смог. Впрочем, я, к своему удивлению, тоже никого не засек, хотя ощущения у меня появились весьма странные – что-то вроде чувства надвигающейся опасности. Смутное дурное предчувствие вызывало постоянное беспокойство, от которого невозможно избавиться.

В прошлый раз я тоже испытывал нечто похожее, только намного сильнее, и более выраженное, словно кто-то наблюдал за мной недобрым взглядом. Однако, как ни странно, я со всеми своими божественными и магическими способностями так и не смог определить источник этой угрозы.

Я перепробовал все, что мог, даже создал несколько клонов и разослал их в разные стороны, но ничего так и не засек. Магические средства тоже никого не нашли, хотя я использовал все, даже те, которые были описаны только в закромах Отдела Тайн.

Время шло, однако источник опасности мне так и не удалось обнаружить. Раньше я думал, что меня изгоняют из мира некие высшие силы, но теперь, когда я сам стал шинигами и с богами мог общаться на равных, оказалось, что сейчас во всей Конохе нет ни одной, даже самой слабенькой духовной сущности. Всякие призраки и духи вообще шиноби не жалуют, хотя бы потому, что некоторые из них могут запросто навалять нематериальной сущности. А от меня тогдашнего, только что съевшего Десятихвостого демона и фонящего жуткой чакрой, вообще все потусторонние создания шарахались, как черт от ладана.

Так что через некоторое время у меня появилось одно очень нехорошее подозрение, которое крепло с каждым днем. В Отделе Тайн было много информации о перемещениях во времени, и одно из самых важных правил хронопутешественников гласило: «Нельзя сталкиваться с самим собой». Как самый простой и распространенный случай – человек попытается напасть на своего двойника, потому что в магическом мире встреча со своим близнецом ничего хорошего не сулит. Только вот этим все не ограничивается. Последствия встречи могут быть куда более странными и непредсказуемыми, особенно, если срок путешествия большой. Порой происходят искажения во времени, открываются пространственные аномалии или даже начинают от ускоренного старения разрушаться окружающие предметы.

Так что когда у новенькой металлической кровати, на которой спал я-из-прошлого, подломились ножки, я окончательно убедился, что все происходящее – моя вина. Взбешенный Саске залез на крышу, где уже сидел я, окутанный всевозможными чарами невидимости, и закричал:

- Хватит, я понял! Я ухожу!!!

У меня появилась слабая надежда, что вот сейчас-то неведомая сила наконец-то проявит себя, ведь небо было чистым, без единой тучки, а на моей памяти, после этих слов пошел дождь.

Прошла секунда, за ней другая, и последняя надежда угасла. Я поднял палочку и наложил заклинание, вызывающее ливень. Потому что второе важное правило хронопутешественников гласит: «Прошлое менять нельзя».

В архивах Отдела Тайн описано множество случаев, когда волшебники пытались обойти это правило, но ни у кого не вышло. Как бы они ни старались, результат исправлений всегда был хуже, чем изначальный вариант. И все равно постоянно находились те, кто пытался что-то изменить. В большинстве случаев эти смельчаки либо погибали, либо и вовсе стирали себя из реальности. О том, что они вообще когда-то были, знали только невыразимцы, и то лишь благодаря особым артефактам.

Возможно, в любой другой ситуации я бы тоже попробовал побороться, и не заставлял бы прежнего себя покидать этот мир, только вот, если я-из-прошлого останусь дома, то исчезнет все, что я создал или изменил за это время. Кецалькоатль так и продолжит медленно угасать в своей пирамиде, а Гарри, скорее всего, пропадет из моего внутреннего мира и вернется в чулан под лестницей.

Поэтому я просто ушел, когда убедился, что все идет так же, как и в прошлом. Я и так подзадержался тут, ведь связь с риннеганом Наруто восстановилась еще пару дней назад, и я передал ему новые координаты, пересчитанные умниками. И вот теперь я, наконец, был готов снова шагнуть в арку портала.

Правда, имелось у меня нехорошее предчувствие, что и в этот раз я домой не попаду. Ведь у меня, похоже, осталась еще одна не замкнутая временная петля.

Глава 49

После полета сквозь пространственный тоннель психоделической расцветки я наконец-то прибыл в пункт назначения. Место выглядело точно так же, как фотография, которую мне через риннеган показал Наруто, только вот ни его самого, ни Итачи поблизости не было. Да и каменной плиты, в структуру которой вплавили якорь для перемещения, тоже под ногами не оказалось. Поэтому я сразу понял: что-то опять пошло не так.

- Тц. Это уже начинает раздражать.

Я быстро добрался до Конохи и выяснил, что снова попал не в то время. На этот раз я очутился здесь даже раньше, чем до этого. По срокам выходило, что Саске еще не вернулся в деревню и пока работает с Акацуки. Также я убедился, что это действительно мой мир, а не какой-нибудь параллельный, ведь квартал Учиха был именно таким, каким я его помнил. Хоть меня и объявили нукенином, конфисковав все имущество, на местных жителях это никак не сказалось, и за исключением главного поместья и нескольких самых больших и дорогих домов, жизнь тут по-прежнему шла своим чередом.

Наруто в Конохе пока не было, так что меня тут больше ничто не задерживало, и я быстро покинул это место, направившись на одну из баз Акацуки. Первоначально я думал, что придется снова скрываться, чтобы меня никто не заметил, но тут мне в голову пришла отличная идея.

Сейчас я был практически на сто процентов уверен, что та таинственная сила, которая стерла всем Акацуки воспоминания о моем рассказе про эксперимент над шиноби – это я сам. Очень уж массовая потеря памяти похожа на действие обливиэйта. Впрочем в Отделе Тайн я узнал еще несколько способов, как стереть память ненужным свидетелям, так что выбор у меня был большой.

И раз уж меня все равно никто не запомнит, то можно и не скрываться. Поэтому я принял облик себя тогдашнего и даже достал из закромов памятный черный плащик с красными облаками. Это выглядело даже как-то ностальгично, да и с Итачи можно не только увидеться, но и поболтать, поэтому я был весь в предвкушении. Главное – не пересечься нигде с самим собой, чтобы не получить такой же негативный эффект, как в прошлый раз. К счастью, благодаря шарингану, у меня была отличная память и я поминутно смог восстановить свои перемещения в те дни.

В прошлом я нередко тренировался без Итачи или катался на глайдере, пока тот читал книги. Так что теперь, стоило Саске выйти за дверь, как я тут же занимал его место. Нии-сан, наверное удивлялся, с чего это младший брат вдруг стал настолько прилипчивым, но как всегда ни о чем не спрашивал. В благодарность за это я даже выдал ему толстенную стопку книг из будущего и из другого мира, не зря же я в Бличе писателем подрабатывал. Вот и пригодился этот навык, чтобы порадовать Итачи.

Когда Саске возвращался, мне приходилось уходить. Впрочем, это время я не тратил впустую – мне нужно было выследить и поймать всех Акацуки, чтобы стереть им память. Те считали меня полным психом и разбегались, словно тараканы, поэтому пришлось немного попотеть.

Каюсь, не удержался, и напоследок поиздевался немного над теми нукенинами, кто мне не особо нравился. Кому-то просто на лице картинку нарисовал, кому-то «напророчил» смерть в скором будущем и с подробными описаниями… Все равно они после не могли ничего вспомнить. А вот Тоби не повезло больше всех.

Однажды он очнулся в номере отеля в другой стране в совершенно незнакомом месте, и почему-то одетый в костюм панды. От местных жителей он узнал, что вчера выступал с танцевальной группой и произвел настоящий фурор.

С Обито порой случались провалы в памяти, иногда он обнаруживал себя неизвестно где и с ног до головы заляпанным чужой кровью, но настолько странное пробуждение с ним приключилось впервые. Тоби даже в голову не пришло, что это могла быть чья-то шутка, он счел это просто странной игрой своего подсознания.

Закончив с Акацуки, я хотел пару дней провести в этом времени, чтобы насладиться общением с Итачи, ведь такого молодого я его больше не увижу. Однако нии-сан начал что-то подозревать, хотя я старался в точности копировать прежнего себя. Но на то он и гений, чтобы видеть то, чего не замечают остальные. Так что пришлось мне срочно сматывать удочки и ретироваться.

«Ну, ничего страшного», - я утешал себя тем, что скоро увижу своего собственного Итачи, прилипну к нему намертво, и никто не сможет мне в этом помешать.

Я создал в недоступном для обычных людей месте одноразовую арку портала с новыми координатами и с предвкушением скорой встречи шагнул внутрь. Только вот и в этот раз моим мечтам о возвращении домой не суждено было сбыться.

Глава 50

После полета сквозь пространственный тоннель психоделической расцветки я наконец-то прибыл в пункт назначения. Место выглядело точно так же, как фотография, которую мне через риннеган показал Наруто, только вот ни его самого, ни Итачи поблизости не было. Да и каменной плиты, в структуру которой вплавили якорь для перемещения, тоже под ногами не оказалось. К тому же сейчас стоял уже поздний вечер, а по моим расчетам должен был быть полдень.

Я сменил тело на шинигами и быстро долетел до Конохи. Еще издалека я заметил, что голов на горе хокаге всего четыре, а значит, меня снова закинуло в прошлое. Я сразу отправился в квартал Учиха, чтобы узнать точную дату, но стоило мне пересечь границу, как я моментально понял, какой сегодня день. В квартале не горел ни один фонарь, а в ночном воздухе стоял густой запах крови. В этот раз мне не повезло очутиться здесь во время резни в клане. Судя по тишине, все уже закончилось, и действующие лица покинули это место. Честно говоря, мне совсем не хотелось еще раз видеть ту сцену, которая долго преследовала меня в кошмарах, но нужно было узнать, как именно моя душа оказалась в теле маленького Саске. Ведь сегодня тот самый день, когда я попал в мир Наруто. Возможно, сейчас я наконец-то узнаю, зачем меня вообще втянули во все это.

По дороге я увидел несколько душ только что убитых Учиха, которые не отправились в Чистый мир и застряли здесь из-за ненависти и желания отомстить. Во вселенной Блич такие души непременно превратились бы в пустых и охотились на людей, но тут мир не тот, да и шастающие повсюду шиноби запросто могут распугать любых духов. На ходу я взмахом меча отправил нескольких призраков в Чистый мир, но несколько штук тут же разлетелись в разные стороны и затаились. Некогда было с ними разбираться, но я отметил, что у Саске, оказывается, уже в детстве имелась высокая чувствительность к потустороннему. Не зря же мне раньше казалось, что за мной тут постоянно наблюдают.

Я вскоре нашел маленькую фигурку ребенка, лежащего посреди улицы, и поспешил к нему. У меня еще теплилась небольшая надежда, что вот сейчас-то я наконец пойму, кому обязан своим появлением в этом мире. Однако эта надежда мгновенно погасла, когда я присмотрелся к Саске и понял, что в его теле уже нет души. Ребенок передо мной был мертв, хоть на нем и не было серьезных ран. Но, похоже, он не выдержал шока от потрясения, а потом еще и от действий Итачи.

Биологическая смерть еще не наступила, тело было почти как живое, ведь сердцебиение и дыхание остановились меньше минуты назад. Я в панике бросился проводить реанимацию, а сам пытался судорожно придумать выход из ситуации. Кажется, я попал в очередную временную петлю, которую мне предстояло замкнуть. Правда, я пока понятия не имел, как это сделать.

Однажды я сказал Наруто, что во всех своих проблемах виноват я сам. Но я бы никогда не подумал, что это выражение окажется настолько буквальным! Судя по тому, что никакая божественная сущность не спешила на помощь маленькому Саске, спасать его придется мне самому. Я переместил мальчика во внутренний мир, чтобы выгадать побольше времени, и срочно поднял весь ИВМ по тревоге. Нам нужно было в кратчайшие сроки придумать, как призвать душу из другого мира и поместить ее в это тело, чтобы воскресить.

Даже с учетом многократного ускорения, времени оказалось катастрофически мало. Ведь обычно ритуалы подобной сложности разрабатываются годами, а то и десятилетиями. К тому же мне пришлось совмещать знания, полученные в трех разных мирах, потому что ни в одном из них не было готового рецепта, как воскресить человека, используя чужую душу.

Лепить нужное заклинание пришлось едва ли не на ходу, поэтому неудивительно, что оно получилось таким корявым. Магия буквально вырвала нужную душу из другого мира и переместила сюда. Мало того, что по дороге эта душа получила некоторые повреждения, из-за которых у меня потом были проблемы с памятью о своей предыдущей жизни, например, я забыл свое имя и лицо, так кроме этого я еще и увидел последние моменты перед смертью. Оказалось, что я, в отличие от других попаданцев, умер не по вине грузовика-сана или хотя бы кирпича, упавшего на голову, а из-за собственного заклинания.

Но сейчас размышлять об этом было некогда, для начала надо было приживить душу к телу с помощью риннегана. Только вот и тут вылезла проблема – взрослая женская душа никак не хотела помещаться в тело маленького мальчика. Я кое-как утрамбовал ее туда, но тут ментальная оболочка Саске не выдержала и пошла трещинами. Сплюнув от досады, я соорудил что-то вроде Цукиеми, повторив свои воспоминания о том прошлом, когда только-только попал в этот мир, и поместил туда душу, чтобы она сама собрала оболочку и полноценно подселилась в это тело.

Как бы мне ни хотелось ускорить этот процесс, но тут поможет только время. Придется ждать почти десять лет, пока душа и тело подстроятся друг под друга, и только тогда я-из-прошлого сможет полностью восстановить себя с помощью риннегана.

Маленький Саске теперь дышал самостоятельно, хотя все еще был без сознания. Я осторожно уложил его на то же место, где нашел, и как можно скорее поспешил прочь из Конохи. Полагаю, если бы я остался хоть на минуту дольше, снова сработал бы тот странный механизм, который не позволяет хронопутешественникам находиться рядом с прошлой версией самого себя.

Эта временная петля стала для меня самой тяжелой. Нелегко осознавать, что стал причиной собственной смерти, а заодно и причиной попадания в другой мир, где пришлось сражаться, убивать и даже участвовать в войне. Я боялся сорваться и начать все крушить от злости. Есть ли на свете больший попаданец-неудачник, чем я?! Сначала сам себя убил, потом сменил себе пол и закинул в другой, совершенно недружелюбный мир. И все это проделал собственными руками и полностью осознавая последствия. Чертовы временные петли, и чертовы высшие силы, которыми в конце концов оказался я сам! Интересно, если я себя за это изобью, мне хоть немного полегчает?

Я несколько часов летел на предельной скорости, надеясь, что хотя бы движение поможет мне отвлечься от собственных мыслей. Через некоторое время я все же пришел в себя и смог слегка успокоиться. От открывшейся мне неожиданной истины у меня даже риннеган слегка эволюционировал: я понял, что теперь время, которое требовалось на его восстановление, заметно уменьшилось. И если раньше мне приходилось ждать почти пять дней, прежде, чем я снова смогу связаться с Наруто, то теперь этот срок сократился всего до пяти часов. Я сначала обрадовался, что стал немного сильнее, но через пару минут резко помрачнел. Если мои божественные силы и дальше продолжат расти, то я того и гляди стану самым могущественным созданием в мире. А там неожиданно может выясниться, что я этот самый мир и создал, используя в качестве основы аниме, просмотренное в прошлой жизни. Я говорил однажды, что все эти элементальные страны выглядят искусственными, и будет очень досадно, если вдруг окажется, что такими я их сделал сам.

Мне пришлось даже потрясти головой, чтобы избавиться от этих странных мыслей. Ну нет! Быть такого не может! Не могу я создать целый мир. И мой внутренний мир не считается – он слишком маленький и почти воображаемый. И то, что я однажды сотворил солнце в Хуэко Мундо – тоже не в счет, оно ведь не совсем настоящее.

«Луна здесь тоже не совсем настоящая», - тут же ехидно напомнил внутренний голос, а может, это был кто-то из клонов.

- Ненененене, я отказываюсь! – вслух запротестовал я, глядя на ту самую луну, которая в эту ночь была необычайно большой и кроваво-красной.

«Ну ладно, не хочешь, как хочешь. Тебя пока никто и не заставляет. И хорош уже с самим собой разговаривать! Выглядишь, как псих», - высказался внутренний голос, и я точно убедился, что это кто-то из клонов.

Не знаю почему, но после этого мне почему-то сразу полегчало. Ну в самом-то деле, не могло же все на свете произойти по моей вине. К тому же, Наруто рассказывал мне про Ооцуцуки, которые были инопланетянами и совершенно точно не имели ко мне никакого отношения.

Успокоившись окончательно, я сосредоточился на том, чтобы все-таки вернуться в правильное время и со всей тщательностью пересчитал координаты для якоря. На этот раз я точно попаду домой – в нужное время и в нужное место!

Глава 51

После полета сквозь пространственный тоннель психоделической расцветки я наконец-то прибыл в пункт назначения. Место выглядело совсем не так, как фотография, которую мне через риннеган показал Наруто, и ни его самого, ни Итачи поблизости не было. Земля вокруг была так сильно перекорежена, словно неподалеку произошло двенадцатибалльное землетрясение, ну или сражение двух очень мощных шиноби.

Каменная плита, в структуру которой вплавили якорь для перемещения, на этот раз все-таки очутилась под моими ногами, как и должна была по плану, только вот она оказалась покрыта толстым слоем пыли и засохших листьев, а еще треснула посередине. Похоже, именно из-за этого перемещение прошло нестандартно – на этот раз через портал я проник не целиком. Мои ступни явно потерялись где-то по дороге. Как ни странно при этом я не чувствовал никакого физического дискомфорта и все еще продолжал находиться в вертикальном положении, даже мог ходить, хотя ниже щиколоток у меня была пустота.

Я сменил тело на шинигами, но это не помогло – ног у меня по-прежнему не наблюдалось. И что самое ужасное, пустота продолжала разрастаться, и медленно поднималась все выше и выше, как будто меня постепенно стирали из этого мира. Я на максимальной скорости рванул в сторону Конохи, надеясь, что смогу там найти если не помощь, то хотя бы объяснение происходящему.

И как ни странно, кое-что я действительно узнал, причем еще до того, как подлетел к Конохе вплотную. Гора с лицами хокаге была видна издалека, и я сразу заметил, что голов на ней семь, только вот все они расколоты. Да и сама деревня лежала в руинах. Больше я ничего разведать не успел – пустота разрослась так сильно, что поглотила меня целиком. Самыми последними, кажется, исчезли глаза, и вид разрушенной Конохи из будущего глубоко отпечатался в моей памяти. А дальше меня снова затянуло в межпространственный тоннель.

Вот и конец третьего тома *злодейский авторский смех на заднем плане*

Шучу (✿◠‿◠)

Хотя третий том на самом деле закончился, но я уже начала выкладывать четвертый. Саске домой все-таки вернется, причем уже в первой главе.

Спасибо всем, кто читал, ставил лайки и писал комментарии ❤