Ретро Бит [9]

Глава 1

Лоурайдер – плохая машина для деловых поездок, но оставлять Линду без Тойоты я не стал и поехал на фиолетовой красотке Эль-Камино. С мистером Алкорном мы уже в достаточной степени знакомы, чтобы он не решил отказаться от контракта, увидев у меня понтовую пацанскую тачку. Хотя, конечно, надо ее менять на что-то умеренно статусное, чтобы не воспринимали меня нищебродом. Не на Делореан, конечно. Он в гараж мечты обязательно пойдет, но потом, не сейчас.

Название местечка Милпитас, продиктованное Элом, мне ни о чем мне не говорило, Йосемити Драйв в адресе уже вызвало теплые ассоциации с Оукхерстом. Нашел в атласе автомобильных дорог, тоскуя по удобным гугл или яндекс картам. Захотелось свой создать. Почему бы и не вписаться? Не лично, набрать команду и поставить задачу. Лет через десять-пятнадцать. Пока рановато.

Почти час по автостраде, и это еще без пробок. Вполне понятно, чем наш проклятый старый дом Алкорна не устроил. Каждый день столько тратить на дорогу туда и обратно – и я бы все проклял, начав искать себе место работы поближе к дому. Или новый дом, если работа очень хорошая.

На въезде на огороженную территорию меня тормознул охранник у шлагбаума.

– Эй, вато, ты не туда свернул, – сказал он вполне себе беззлобно, как будто желая помочь. – Парковка, где тусуются любители лоурайдеров, в дальней части квартала.

Вот я и говорю, неудачная машина. Но хоть без негатива уточняет. Это не те дроиды, которых вы ищете!

– Меня зовут Кристобаль Колон. Мне именно сюда, бизнес-парк Йосемити, назначена встреча с мистером Алкорном, у него черная БМВ, должен быть уже тут. В машине позади меня мистер Больцман, мой адвокат.

Лицо дядьки-сторожа в удивлении вытянулось, но он указал, куда мне податься.

– На вас выписан пропуск. Покажите, пожалуйста, ваши права. Да, всё верно, это вы. Здание 1070, вон там, в глубине на юго-западе.

Параноидальненько, но, может, и оправдано. Мы вот тоже охраной обзавелись и как-то спокойней на душе стало. А то техники на десятки тысяч долларов набралось – и заходи, кто хочет, бери, что понравилось.

Встроенного в голову компаса, как у большинства американцев, у меня нет. Но куда мне показали, сообразил, нашел, и припарковался возле очередного низкого, но широкого здания, очень похожего на то, где Стив Джобс обитает, только поменьше. Эл ждал нас в своем БМВ и тоже приехал с адвокатом.

– Лео Больцман и Глория Флорес, мои юристы, – представил я спутников и позволил адвокатам завести споры по деталям контракта, пока мы с Алкорном осматривали недвижимость.

Ну ничего так, мне понравилось. Что-то вроде уже готового офиса Сьерры в Оукхерсте, только вмещенного в один этаж. Типовая бетонная застройка, соседние блоки-кирпичики почти ничем друг от друга не отличаются. Тут половина Сан-Хосе, по ощущениям, именно такая. Прямо хоть адаптацию “Иронии судьбы” снимай, где разработчик перепутал Сан-Хосе и Сан-Диего, и устроился не в ту компанию вместо Павлика.

Отдельное помещение под мастерскую, несколько кабинетов для руководства, бухгалтерии и каких-нибудь манагеров. Пара туалетов и даже душ. Учитывая, что на нашей Калифорнщине жарко, совсем не лишняя деталь.

– Неплохо, мне нравится. Беру при условии, что в комплекте идет генеральный директор, который станет тут всем управлять на наши с Рокки деньги.

– Раз ты приехал с юристами, то бумаги при себе? Подпишу прямо сейчас. Надо же, ввязался на старости лет в авантюру… Это всё Воз, я до последнего считал, что это его розыгрыш.

Ага, старец Фура прямо. Всего на пару лет постарше Возняка. Да на нем пахать можно. Я в его возрасте даже еще не знал, кем стану, когда вырасту. Ну, то есть как профессионал состоялся, да, но настоящим взрослым себя не ощущал. Может быть, потому и вжился так легко в роль школьника.

Найдя адвокатов, мы с Элом подписали трудовое соглашение и прямо камень с плеч. В том смысле, что кучу обязанностей я на него сваливаю, а сам только общий вектор в светлое будущее для “Каналья Хардвер” стану указывать. “Туда не ходи, сюда ходи, а то снег башка попадет” и в таком духе.

Ох, и с каким же я воодушевлением летел обратно домой. Хотелось рассказать хорошие новости Линде, Пондсмитам и вообще друзьям. Обязательно позвонить Рокки, чтобы и его обрадовать.

Неладное я заприметил, когда проехал большую часть Эль-Серрито насквозь и подъехал уже к Проклятому Старому Дому – цветомузыка из красных и синих вспышек разрезала вечернюю тьму. Со стороны нашего участка. А когда свернул за изгиб дороги, обнаружил полицейскую машину, перегораживающую въезд на территорию особняка. Вот тут я напрягся. Да что скрывать – легкую панику словил.

Затормозил прямо напротив полицейского Форда и бросился к дому.

– А ну стой на месте! – окликнул меня коп. Совершенно незнакомый. И тут мне хватило мозгов подчиниться. Мигалка давала достаточно света, чтобы увидеть направленный на меня пистолет. Расовый профайлинг, да?

– Офицер, что тут случилось?

– Я сказал стоять и не двигаться! Держи руки так, чтобы я видел.

– Линда, что с ней? Это мой дом, офицер.

– Руки на виду! Живешь тут?

– Работаю. Здание принадлежит мне, меня зовут Кристобаль Колон.

Очень тянуло вопреки здравому смыслу рвануть к Дому и отыскать там Линду. Но не настолько я идиот, чтобы пытаться пулю обогнать. А в том, что полицейский выстрелит, как-то сомнений никаких.

– Руки на виду! – в очередной раз потребовал коп. – Лицо не прячь.

И посветил мне в рожу фонариком. Это удержаться и не зажмуриться – то еще испытание, но я смог.

– Лицо чистое, не расцарапано, – заключил коп, чем только добавил вопросов. – Медленно и без резких движений достал водительские права и показал мне.

– Сэр, Линда Ким, моя невеста, что с ней? – повторил я самый насущный вопрос в процессе демонстрации документов.

– В соседнем доме, – мотнул головой коп в сторону жилища Монти и Селесты. – Её опрашивают, парамедик осмотрел, серьезных травм нет, – пистолет страж порядка убрал.

– Я собираюсь побежать к ней. Пожалуйста, не надо стрелять мне в спину.

– Ладно, только не беги, иди шагом. С ней офицеры Рейзер и Тис.

О том, кто это такие, я вспомнил уже на ходу, едва не срываясь на бег – патрульные, что приезжали к нам проверить, не удерживаю ли я Линду силой в арендованном доме. Вроде бы вполне адекватные. Во всяком случае, меня не били.

– Хефе! – окликнул меня Рамон, дежурящий у крыльца. – Эль-Кей в порядке, только охрипла, ее копы допрашивают. То есть опрашивают.

Святой человек.

– Что? Что случилось?

– Какие-то хуэвоны к вам вломились, ударили охранника по голове, хотели ограбить, но сеньорита Ким им дала отпор. Гатита одному лицо подрала, второго копы вроде как пристрелили дальше по улице, я выстрелы слышал. Но это не точно.

Орале! Линда защитила наш дом. Дослушивать историю от Санчеса я не стал, ноги сами несли меня в гостиную, где моя красавица говорила с женщиной-полицейской, сидя на диване. Глаза у нее были покрасневшие, будто только что плакала. Рядом что-то записывал со слов Монтгомери широкоплечий мужчина. Селеста, сидя в позе лотоса на подушках у окна, флегматично чесала за ушком кошку. Инь-янь, она же Каналья, громко мурлыкала на всю комнату.

– Линда!

Никакие возражения офицера Тис не помешали мне обнять свою невесту. Целая! Живая! И почему, когда я оставляю ее одну, всякий раз случается какая-нибудь миерда? Ну ладно, не каждый, но тенденция неутешительная.

Девушка прижалась ко мне и я почувствовал, как напряжение её отпускает. Тело, сжатое до сих пор, как пружина, тает в моих объятьях. Всё, выдохнули. Теперь можно мысленно пошутить про Криса Коламбуса и “Один дома”.

В следующие десять минут я узнал версию произошедшего с перспективы патрульных. Поступил вызов о проникновении, звонил Синклер. Прибывшие Баллок и Кейн обнаружили бессознательного Джорджа, получившего удар по голове. Как именно к нему так подобрались – выясняется. Охранник получил сотрясение и его сейчас везут в больничку, но прогноз по нему благоприятный.

В ходе опроса свидетелей выяснилось, что одному грабителю Линда залила глаза перцовым баллончиком, второму расцарапала лицо лучшая Каналья в мире, которой я теперь по гроб жизни обязан покупать элитный тунец из супермаркета.

Оба преступника попытались сбежать и один из них, латинос, которому кошка подпортила лицо, скрылся. Второго, атлетичного негра, ранили копы на границе квартала и он в больнице под арестом. Вот сейчас ясно стало, почему глядя на меня, постовой у ворот возбудился. Расовый профайлинг и прочая миерда. И зачем лицо на предмет царапин изучал, понятно.

И глядя на след от ладони на тонкой шее девушки, мне очень захотелось пойти и добить пендехо. Вот так, наверное, американцы к необходимости владения оружием и приходят. Джорджу револьвер, правда, не очень помог. Наоборот, его оружие каброны-налетчики с собой утащили.

Рассказывали в основном полицейские, а Линда больше кивала и иногда поясняла что-то совсем слабым голосом, прямо как во время памятной ангины.

Про то, что унести могли и что-то из техники, я в последнюю очередь подумал. А ведь там не наша Эппл Лиза за десять штук, еще даже не анонсированный Макинтош, Корвус со всеми исходниками… ай, карамба! Как тут не вспомнить негра, вломившегося в прачечную? Дверь в серверную запирается и вроде как надежная, но не стоит ее переоценивать.

– Мистер Колон, к вам, как к собственнику здания, у полиции есть вопросы, – закончили копы. – Явитесь завтра в участок поговорить с детективом, которого назначат на дело.

– Младшенькая! Живая! А ты где был, лошадиная ты задница?

У офицера Рейзера при виде раскрасневшейся Трейси, ворвавшейся в дом в привычной ей легкой маечке, чуть кровь из носа не пошла, как в японской мультипликации показывают. Но претензии по делу! Стоило беспокойству отступить, меня захлестнуло острое чувство вины.

– Трейси, Крис ни в чем не виноват! Я сама отказалась поехать с ним на… – каждое новое слово давалось Линде все с большим трудом и “на встречу” она не договорила.

– Мисс, успокойтесь, ничего фатального не произошло, – сказал разгневанной блондинке коп.

– Мистер Колон, как к владельцу здания, к вам просьба – пройти вместе со мной осмотреть место происшествия и сообщить, что было украдено или перемещено. Руками ничего не трогать…

Да! Именно то, что мне сейчас требовалось! Беспокойство за то, что сперли неанонсированный Макинтош и юристы Эппл оставят меня без штанов – второе по силе после переживаний за Линду. А что, если это такая интрига Джобса? Ну, то есть сначала позвать меня в программу раннего доступа к железу, а затем украсть Макинтош. Месть за то, что мы дружим с Рокки и открываем своё производство! Не-не-не, параноидальный бред. Крупные компании и богатые бизнесмены так не поступают, если им репутация дорога. Раскопают же.

– Стоп! Мой клиент никуда с вами не пойдет, пока я не пойму, что тут происходит. Леонард Больцман из “Больцман и Флорес”, – добавил суеты дядя Лёня, явившийся очень своевременно.

Я объяснил. Пересказал всё, что сам узнал к данному моменту.

– Мистер Колон, не имею возражений против содействия следствию, но на всякий случай я пойду с вами и прослежу за соблюдением процессуальных норм.

А мне уже наплевать на все нормы, хотелось пойти и узнать, придется ли мне продавать душу и обе почки, чтобы рассчитаться с яблочниками за утерю Мака. Оставили Трейси и Селесту побыть с Линдой, лишь бы не бросать ее одну, и пошли изучать ущерб.

От проклятого старого дома как раз отъезжал угловатый кирпич фургона скорой помощи. Надеюсь, Джордж на самом деле не сильно пострадал. Он, как оказалось, тот еще левас, раз позволил к себе подобраться, но человек-то хороший. Или он в сговоре с пендехо бандитами? Иначе как те вообще попали внутрь?

Поднялись на высокое крыльцо, зашли в дом и открыто материться захотелось. Что же так натоптано-то? Вот прямо грязными ботинками по чистому полу. Как раз наша клининг-менеджер, то есть Машенька Кастильо, незадолго до моего отъезда в Милпитас все полы перемыла. Ее Линда как следует на чистоту настроила.

– Тумбочка для сменной обуви перевернута, – указал я на бросившуюся в глаза подробность. – Просить вас переобуться в тапочки бесполезно, да?

И все проигнорировали мою боль от того, что чистый паркет грязные слонопотамы затоптали. Причем наверняка это копы, судмедэксперты и прочие слуги закона потрудились. Сменку пересчитывать я не стал. Даже если и спер кто лишние тапки, пусть подавится ими.

– Парень, мы не в операционной, – раздраженно бросил Рейзер, – пошли, посмотришь дальше, сначала комнату, где произошло нападение, затем мы с тобой по всему дому пройдемся.

– Господи! Да зачем было ставить эти жуткие статуи?! – воскликнула офицер Тис.

Не стал ей отвечать, пошел дальше, к офисному крылу здания. Орале! Дверь, возле которой лениво прислонился к стеночке знакомый рыжий “Руди”, чуть ли не в щепки разлетелась. Это чем пендехо ее выбивали? Кувалдой? Гидравлическим молотом?

В программерской застал ожидаемый бардак. На полу возле стола Говарда выброшенный Линдой пустой перцовый баллончик. А ведь спас ее подарок Гектора, получается. После такого ни капли не жалею о сорока тысячах за дом для родни.

На столе Бренды отсутствовал комп, но если злоумышленники утащили только Эппл 2, то я готов им похлопать и предложить еще один, лишь бы не возвращались. Нет, просто смахнули со стола, возможно, сослепу, вон он валяется рядом со стулом. Едкая перцовая взвесь до сих пор не совсем выветрилась и глаза у меня начало слегка пощипывать.

– Ничего не трогайте, только смотрите, – предупредил сопровождающий патрульный.

Я прошелся по общей программерской, затем по смежному с ней нашему с Линдой кабинету. Всё, кажется, на месте.

– Есть еще одна комната, – сказал, имея в виду серверную.

– Да, дальше по коридору, – подтвердил Рейзер, – там грубо вскрыта дверь.

Внутри всё оборвалось. Та значит, приходили целенаправленно за Эпплами? Не хотелось даже мысленно ёрничать, изображая лейтенанта Коломбо, слишком уж серьезная ситуация.

В вопровождении стража порядка я на негнущихся ногах прошелся по тому самому коридорчику, отсекающему серверный шум от всего остального. Издалека услышал милый сердцу гул. Шумит – значит, работает! Завывания Корвуса давно стали для меня привычными и почти родными. Как минимум жесткий диск у нас не экспроприировали в пользу малоимущих налетчиков.

Дверь и в самом деле вскрыта жестко, аж наличник с правой стороны отвалился. Но скорее всего фомкой или чем-то подобным, а не кувалдой, как в программерской. Внутри же…

– Пинче кабронес! Ихо де пута чингада! Каго эн ту мадре, кулеро де миерда! – выругался я на испанском, не стесняясь офицера. Русский подошел бы еще лучше, но на то, чтобы наш великий и могучий мат остался только у меня в голове, самоконтроля мне хватило. Но… – Пута гранде!

– Я так понимаю, нет чего-то важного, – констатировал полицейский.

Будет он мне тут еще иронизировать! Пендехо гринго!

– Недостает компьютера стоимостью в десять тысяч долларов, он находился вон там, – указал я в угол, где еще этим утром гудел сервак Сан-1 и красовался гигантский, по меркам 1983 года, девятнадцатидюймовый монитор. А сейчас… пусто. Нет его! Украли!

И какое же облегчение, что оба яблочных компьютера оказались настолько уродливыми и неказистыми, что на них никто не позарился. Громадный моник на 19 дюймов смотрелся всяко привлекательней небольшого куба Макинтоша и Г-образного уродца Эппл Лизы. Слава сумрачным купертинским дизайнерам. Красота мир не спасла, а вот неказистость уберегла детище Джобса от кражи.

А вот великий Ктулху и все его Древние оказались такой себе охраной.

Глава 2

Далее подъехали полицейские эксперты и начали наводить свою форму беспорядка, связанную с порошком для снятия отпечатков пальцев. Марии, как офис-менеджеру и, возможно, нанятым уборщицам предстоит увлекательный квест по наведению порядка. А может быть, и нам самим, как-то не очень хочется на свою территорию теперь посторонних пускать.

Также на место представитель охранной фирмы примчался – подтянутый тип менеджерской наружности.

– Ли Гулд, супервайзер, – начал он со своего имени, когда копы указали на меня, только-только закончившего обход всех помещений, чтобы убедиться, что дальше офисного уголка бандиты не пролезли. – Приношу свои искренние извинения от лица “Норд Секьюрити”. Обещаю, что такое больше не повторится. Мистер Карпентер не должен был вообще заступать на две смены подряд, это прямо запрещено служебной инструкцией, но он поменялся с напарником. Мы накажем их обоих. Но поймите, одного человека мало для такой площади, вам нужны двое, как минимум.

– Спасибо, мистер Гулд. Мы учтем это при дальнейшем планировании мер безопасности. Что будет с Фредом и Джорджем? Могу я попросить не увольнять их? Они виноваты, но хорошие люди.

– Обоих переведем на другой, более простой объект, – ровным тоном пообещал супервайзер.

Пожали руки и разошлись. Я смешанные чувства испытал. В какой-то момент паранойя даже шепнула мне “а вдруг охранники в доле?”. Но надо быть полным бабосо, чтобы под такое подписаться. Полиция их проверит. А я, может быть, слишком мягкосердечен, полный левас. Из-за безалаберности ветеранов чуть Линда не пострадала, но уверен, что она бы первая за них бы и заступилась. Угадал.

– Спасибо, что заступился за Фреда и Джорджа, – был я вознагражден поцелуем после рассказа. Крис, мне надо тебе кое-что сказать, – с трудом выдавила из себя девушка позже дома. – Я умолчала про это перед полицией. Кха-кха-кха! Кха-ха-ха!

Вот это выдержала интригу, так выдержала. К тому моменту, как приступ кашля ее отпустил, я уже больше о ее здоровье беспокоился и телефон скорой вспоминал, чем волновался, про что она она там такое копам не рассказала.

– Прости, – с трудом выдала Эль-Кей, – в горле першит. Этот латинос, которого поцарапала Каналья – он сказал, что Гектор должен его кузену десять тысяч… я думаю, это тот самый! Эстебан-Папито.

А ведь совсем недавно его в связи с угоном лоурайдера вспоминал. Каброн как раз подался на север. И что мне с ним делать?

– Я не сказала потому, что не хотела вмешивать в дело Гектора, пока не спрошу у Лео. Он сказал, что Гектор у него что-то украл, у его кузена. А это ведь тот самый Иглесиас, что подставил твоего брата. И я решила, что это уже не нужно знать копам, – закончила признание Линда.

– Ты все правильно сделала, – чмокнул ее в лоб, несмотря на то, что сам ни в чем не уверен. Но пожалуй, нам стоит поговорить об этом завтра утром с Лео до поездки в участок к детективу.

– МЯУ! – раздалось требовательное от холодильника.

Вот же каналья! И когда в дом только снова пролезла? Но заслужила вкусняшки, чего таить.

Утром полицейские объявили мне, что эксперты закончили работу и место преступления снова превратилось в офис перспективной студии геймдизайна. На пост охраны заступили два новых ветерана.

Приехали Джон с Марией и мы начали уборку. А Трейси и Глория явились помогать.

– Устроили тут свинарник. Никогда копов не любила, чесслово! – ворчала Трейси. – Гло, скажи, можно их за это дело засудить?

– За порошок для отпечатков? Нельзя! – с уверенностью сказала Мария вместо старшей женщины. – И это не копы, а эксперты насвинячили, но они делали свою работу, не надо ныть.

– Глория, а можно тебя на минутку, – отвлек я парикмахершу и тихонько пересказал ей всё про Папито под молчаливые кивки Линды.

– Вы молодцы, ребята, что не наговорили копам смутных подозрений, но сейчас мы с вами сядем в мою машину и поедем поговорить с Лео и он скажет что дальше делать. Вам как раз в полдень надо явиться к детективу, я вас подвезу.

– Пацан, ты идеальный клиент, – сказал Больцман, выслушав чуть позже больше меня, чем тяжело говорящую и срывающуюся на кашель Линду.

– Потому что я умный?

– Нет, потому, что у тебя постоянно проблемы, за решение которых я смогу выставить счет. У нас намечается два мероприятия – опознание по фотографии и беседа у детектива с каждым из вас по отдельности. А на неделе, поверьте моему опыту, детектив вызовет к себе на беседу половину фирмы. Не лжем и не умалчиваем, выкладываем всё дословно в том числе и про якобы долг Гектора в десять тысяч. А домыслы оставляем при себе.

– А Гектора не лишат гринкарты за то…

– За эпизод по которому он полностью оправдан в суде, – закончил за нее Больцман, – миграционной службе плевать на слова мелкого уголовника. Рассказывайте полностью и без утайки. Так копам окажется проще взять налетчиков за задницы.

В участке сначала дала показания Линда, затем настала моя очередь. Усатый тучный детектив, представившийся, как Люк Якобс, выложил передо мной коллаж из шести фотографий татуированных латиносов.

– Посмотрите, мистер Колон, может быть, вы знаете кого-то из этих людей или видели в вашем районе во время прогулок.

И карамба! Одного я знал – сурового мужика лет сорока. Да это Дэнни Трехо! Ну точно он! Вот только у нас здесь не тест на знание популярных актеров. Хотя Трехо еще и не факт, что популярен. Не уверен, что он вообще уже начал актерскую карьеру. Да и что это именно он, а не похожий мексиканец, тоже никакой уверенности. Мистер Санчес тоже такого же типажа дядька. Вот была бы отрубленная голова на панцире черепахи – точно узнал бы…

– Нет, никого.

Еще десяток итераций по шесть чикано за раз и всё впустую. Перешли к неграм и в этот раз мне ни Эдди Мерфи, ни Дональда Гловера, ни Моргана Фримена не попалось. Абсолютно незнакомые темнокожие мужчины.

– Никого, сэр. Но я ведь и не видел преступника, я находился в Милпитасе во время нападения. Или по дороге оттуда, точно не уверен.

– Это стандартная процедура.

Затем еще и допрос последовал, названный “дачей показаний”.

“Во сколько вы уехали в Милпитас?”, “А в каком часу вернулись?”, “А кто может подтвердить?”, “Мистер Алкорн находился все время рядом с вами?”

– Кх-кха! – откашлялся Лео. – Детектив, позвольте напомнить, что мой клиент – пострадавшая сторона.

– Я просто выясняю подробности, господин адвокат.

И новая порция “Кто знал, что вас не будет в это время на месте?” и “Пропавший компьютер застрахован?”, “У вашей компании есть финансовые проблемы?”. И только в конце опроса я получил хоть что-то.

– В багажнике у задержанного преступника мы нашли… как это называется, похож на телевизор… монитор. Сможете его опознать? Вот фотографии.

Пять штук криво сделанных полароидных снимков не оставляли сомнений – это мой моник. С легкой опаской за ценное железо я ожидал увидеть на экране трещины или царапины, но слава Омниссии, и полицейским, и ворам хватило деликатности при обращении с ценной техникой.

– Да, это мой монитор, – подтвердил я. – Когда мы сможем его забрать? А сам компьютер?

– Несколько дней уйдут на изучение криминалистами, затем предоставите документы, подтверждающие, что он ваш, и забирайте, юноша. Потребуется сверить серийные номера в документах и на технике. На этом мои вопросы к вам закончились.

По правде, без системника монитор абсолютно бесполезен, каким бы большим и красивым он ни был. К обычному компу без массивной видеоплаты и четырехглавого коаксиального кабеля его даже не подключить. Впрочем, есть в темном царстве американского криминала и луч света – пендехо-грабитель утащил системник, но не отдельный ящик с жёстким диском. Наработки у нас там не то, чтобы масштабные скопились, да и бэкапы регулярно через сеть сливаем на мой комп, а с него на Корвус – но все равно, хоть что-то.

– Мистер Якобс, вопросы остались у меня, – не стерпел я, – как так получилось, что грабители успели взломать дверь в серверную и вынести технику до приезда полиции? И компьютер, и монитор тяжелые. Вдвоем так быстро не справиться.

– Взломали дверь куда? Вы сами ответили на свой вопрос, мистер Колон. Злоумышленников было четверо… – коп как будто собирался что-то еще сказать, но осекся и прервался на полуслове. – Все остальное – закрытая информация о ходе расследования.

– В комнату с оборудованием, – что, неужели и правда термин еще не в ходу?

Четверо. Меня аж пробрало: если бы Линда, как обмолвилась, рассказывая о своём бегстве, отправилась к задней двери – вполне могла столкнуться с кабронами, орудующими возле серверной.

– Лео, если мы наймем частного детектива найти грабителей, это нам чем-то грозит? – спросил я у адвоката, выйдя из участка.

– Нет, пацан, ты не имеешь право поручать какому-то бывшему копу делать полицейскую работу и проводить гражданский арест, но… – Больцман выдержал театральную паузу, – заказ на поиск пропавшего имущества закон тебе не запрещает. Я всё устрою, сам ко всяким мутным личностям не суйся.

– А оплата?

– Не переживай, не разорим тебя. Я даже отдельного своего интереса искать в сделке не буду, ты и так мне хорошо платишь.

Спустя еще полчаса мы с Линдой делились впечатлениями в машине.

– Меня просто попросили еще раз рассказать все с самого начала и показали фотографии. Один чернокожий оказался похожим на того, которого я из баллончика ослепила, но я не так и хорошо его рассмотрела. Честно про это сказала.

Крепости ее нервов и отходчивости только позавидовать остается. Или дело в том, что, как тут говорят, “не в первый раз на родео” – то есть, бывало и хуже. Я про то, что монитор обнаружили, сообщил.

– Сам компьютер, скорее всего, другие преступники утащили. Их было четверо.

– Курва! – сердито прошипела Линда. – И что нам теперь делать?

– Спросим у Атари, нет ли у них еще лишних Сан-1, если нет – поговорим о покупке нового. Там Сан-2, наверное, на подходе. Застрахуемся от кражи, наймем охрану получше… и в итоге захватим мир!

Нужно больше золота! А то на одних страховках по миру пойду.

Остаток субботы и воскресенья мы потратили на увлекательную уборку. Какая же гадость этот ваш порошок для дактилоскопии! Мелкий, прилипчивый, легко размазывающийся. Мерзость!

– Кристобаль, это нечестно! Нас ограбили и мы за это сами отбываем наказание на каторге! – пожаловалась Мария, наша главная рабочая сила.

– Заставить бы этих лошадиных задниц тут все отмывать. Чтоб их бычок отлюбил, чесслово! Смекаете? – поддержала Трейси. Кару она придумала воистину жестокую.

Я вкалывал на черной работе наравне со всеми – приехали и Пондсмиты, и музыканты, и все программеры, живущие поблизости. Проклятые криминалисты как будто поставили себе целью весь дом порошком засыпать, избавляясь от складских излишков.

Но чем хороша тупая физическая работа – голова свободна и, вытирая полы на карачках, я в размышления погрузился. Например, про план проникновения на малополезную нам платформу от Эппл. Единственный инструмент разработки, обнаруженный мной на яблочных компах – Паскаль. Текстовые квесты и их производные, вплоть до Алхимии и Химер, у нас как раз под него и разрабатываются. То есть, основные механики и сценарии в большей части игр уже готовы, нужно всего лишь взять и переписать интерфейс. Монти под моим чутким руководством справится, у него всё хорошо с Паскалем.

Сюда же прибавляем большую троицу карточных офисных убивалок времени – Косынка, Солитер, Паук. И, конечно, делать их надо не эксклюзивно, а для широкого ассортимента платформ. Так-то не очень хочется лить воду на мельницу Стива Джобса, он, как в газетах пишут, меня зверски избил, но его продукт рынок все равно не захватит, зато мы отметимся в списке уважаемых компаний и, может быть, пару четвертаков на этом заработаем.

Четвертаков, которые поделим 80 на 20 с батькой Кеном. Не, тут я не совсем справедлив. Продажи – это тоже большой труд, но… занимайся я изданием сам, мог бы получать больше. Вернее, занимайся им “Каналья Паблишинг”, зарегистрированная в Неваде или, может быть, вообще в Пуэрто-Рико. Это тоже штат США, между прочим, но немного ненастоящий, для которого звездочка на флаге не полагается. Этакий штат Шрёдингера в зависимости от того, “а мы продаем или покупаем – это две большие разницы”. И там очень вкусные низкие налоговые ставки федерального налога для реальных производств, как обрисовывал мистер Сильверман. Не для фиктивной конторы с почтовым ящиком и секретаршей, а реального тиражирования дискет. Главный минус идеи – я в этом не очень разбираюсь. Но люди как-то справляются. Ричард Гэрриот, вон, начал самоиздаваться, значит, не такое и сложное дело. Главное – найти правильных помощников и не пытаться тянуть этот воз на себе.

Мимо меня по мытому прошлась с поднятым хвостом пушистая каналья, оставляя после себя отпечатки лапок. Нет моральных сил на нее сердиться после того, что кошка для нас сделала. Наоборот, захотелось чем-нибудь ее угостить.

Возвращаемся к играм. Патито в монохромном виде какой-то непритязательной получается. Мозгу игрока придется тратить дополнительные усилия на то, чтобы распознавать шарики с одинаковым паттерном заливки. А мозг не любит напрягаться. Хотя, возможно, я переоцениваю проблему и несколько мелких паттернов дадут визуально разные оттенки. Стоит это дело испытать.

Шутер! Вот что надо делать! Мышь буквально создана для стрельбы, даже однокнопочная. Не обязательно трехмерный, на него уйдет слишком много усилий, Макинтош их не стоит. А вот двухмерный с видом сбоку… лучше сверху. О, во сколько я таких переиграл. Знаменитый “Алиен шутер”, например. Он прекрасен. Мод на него, “Зомби шутер”, тоже ничего, но мы попробуем что-то попроще.

Во-первых, никакой изометрии, ее время еще не пришло, чистый вид сверху, как в великолепном Кримсонлэнд, на него и ориентируемся. Во-вторых – никакого скроллинга, Мак не поддерживает его аппаратно, а потому – фиксированная арена во весь экран… а там герой отстреливает толпы врагов, постепенно прокачиваясь. Ну как толпы? Столько, сколько потянет железо. Быть может, и двадцать противников одновременно окажутся проблемой. Но попробуем их потянуть. Итого: простейший схематично нарисованный протагонист отстреливается от скупо анимированных насекомых. Во все стороны хлещет черная кровища! Можно даже пули не рисовать, как в Алиен шутере и было сделано. Выстрел – и сразу труп пришельца.

Много вариантов оружия делать не станем, экономим ресурсы. Пять-семь. Пистолет, автомат, дробовик, рельсотрон-снайперка, гранатомет, ракетная установка. И хватит! Классический набор. Но что нужно обязательно – набор уровней и прокачка. Это механики, которые еще никто применительно к аренным шутерам не изобрел.

Народу зайдет!

Почему я так уверен? Да потому, что, во-первых, мне нравилось, во-вторых, уже есть такая игра и Линда даже ставила в ней рекорды – “Роботрон 2084”. Вот только стрельба с прицеливанием аналоговым джойстиком – это что-то для избранных гениев, таких, как Эль-Кей, а не меня. Другое дело – клавомышка. Вот под этот стандарт и ориентируемся. Позже можно попытаться сделать версию под другие платформы, цветные, но с автоматическим прицеливанием. Стрельба с джойстика без автотаргета – боль. Да и помощь в выборе цели все равно с полноценной мышкой не сравнится.

А еще чего бы и не привязать новинку сюжетно к другим проектам. То есть, допустим, главный герой – это Хелл Таннер и происходит рубилово во время остановки в “Долине Проклятий”, точнее, где-то на пути по “Дороге ярости”. Там новому герою мы имя пока еще не придумали. Или еще вариант – не герой, а героиня. Пенни Смит крошит пришельцев-демонов-мутантов внутри гробницы. Чичис при виде сверху главное обозначить. Спин-оффы – это нормально, они расширяют вселенную.

Захотелось немедленно бросить уборку и начать набрасывать прототип. Или хотя бы диздок к игре. И мне срочно нужен хороший программер, знакомый с ассемблером под процессор Моторола 68000. Даже два. Можно б/у, с пробегом по России. И где мне его взять?

– Глория, а как вы с Лео нашли Джимми и Кенни? – спросил я у работающей неподалеку веником бывшей парикмахерши.

– Лео знакомые по юридической школе на них указали.

– А как у тебя с юридической школой дела? – поинтересовалась Линда. Вот до той степени ей любопытно, что больного горла не пожалела.

– Поступила на заочное обучение. Будет тяжело, но я справлюсь, а если проблемы Лео окажутся той ерундой, как он сам говорит – оформим его моим наставником через пару лет.

– Мне пришла в голову идея насчет кадрового агентства для поисков программистов, – пояснил я, зачем вообще спрашивал.

– Готовься отдать им двухмесячный оклад нанимаемого и найдут кого-нибудь, – откликнулась Глория.

Нет! Не заслуживаю я титула Короля Транжир. Максимум – на роль графа де Транже потяну, даже не герцога Транжирского. Всё внутри меня принялось активно протестовать супротив того, чтобы заплатить условные пять тысяч долларов за подбор программиста. Уж лучше кого-нибудь схантить. Например, у тех контор, кому Эппл Макинтоши щедро раздает. Или… Сэм Гарланд обещал мне программистов. Закончим уборку и позвоню ему. Насколько я видел ассемблер под PDP-11 со стороны, он не так уж сильно от диалекта под Моторолу 68К отличается. То есть кодер, привыкший к университетскому железу, переучится на яблочное быстро. Позвоню Сэму попозже и напомню.

До вечера фирма “Каналья Клининг” всё-таки закончила все свои дела, а у меня в голове уже сформировалась таблица прокачки главного героя нашего потенциально хитового шутера.

Глава 3

Лео ошибся – детектив Якобс пожелал опросить не половину “Каналья Геймс”, а вообще всех. За первые два дня новой недели у него побывал каждый из привычных обитателей особняка. Но с большинством разговор выходил краткий, пятиминутный. Исключение – Роберто и Майкл, которых мурыжили по часу с лишним. Расовое профилирование во всей красе.

Ни один допрос не обошелся без присутствия адвоката. Лео и Глория отвозили ребят и Больцман следил, чтобы их права не нарушались, а заодно получал информацию.

– Детектив расспрашивал меня о моих связях с МЕЧА, не состоял ли когда-нибудь в банде и про то, не рассказывал ли я дома или на улице про то, что у нас тут целая комната с дорогой техникой, почти не охраняемая, – рассказал вернувшийся с допроса джун. – Я честно никому не говорил. Даже с младшим братом почти ничем не делился.

– У тебя есть брат? – заинтересовался я.

– Да, Рикардо, у нас год разницы. Ему неинтересны ни компьютеры, ни программирование, ни игры. Одни девушки и вечеринки на уме. Про девушек и расспрашивал. Про мисс Трейси, главным образом.

Что скажете, лейтенант Коломбо? Мог ли Рикардо Рамирес угнать мой лоурайдер? Просто потому, что он молодой латинос. Более косвенных улик и не придумать. Допустим, он втюрился в Консуэлу… и какая-то мыльная опера получается. Но все равно со счетов не сбрасываем. И как бы спросить, насколько они с братом похожи, не обижая самого Ар-Ту подозрениями?

Мог ли брат программера связаться с плохой компанией и сдать ей “богатого кокосика”, у которого куча техники? Даже если ему Роберто ничего не рассказывал? Мог ли в той самой плохой компании затесаться Папито и заинтересоваться “старым знакомым”? И снова возвращаемся к главному вопросу – а не засланный ли все же казачок сам Роберто? Не стоит ли мне его превентивно выгнать… блин, хороший же парень, не хочу никого увольнять, тем более с мотивацией “у тебя брат латинос”.

По подобному принципу стоит начать с меня и дать пинка из фирмы одному наглому каналье, считающему себя самым умным. И чем я тогда лучше гринго, два часа допрашивавших Майкла, нет ли у него друзей и знакомых, подходящих под описание, не он ли сам взламывал серверную и не давал ли он кому-нибудь ключи от офиса?

Вместо продолжения расспросов поставил задачу.

– Лиза, нам надо заказать систему видеонаблюдения, причем с записью на пленку. И подыщи альтернативу охранной фирме. Оцени реалистичность найма собственного штата сторожей и посчитайте с Брендой экономику. От какого числа постов нам выгодны свои люди? И нужно ли им оружие? Нам ведь ни к чему устраивать перестрелки? Нужно всего лишь не спать и вовремя нажать на тревожную кнопку… и чтобы та нормально работала.

– Поняла, сделаю к концу недели, – коротко согласилась та.

– Пацан, нанятый мной мистер Шен тут поговорил кулуарно кое с кем из участка, – вернулся Лео после очередного разговора, на который вызывали Блейза. – Информация неофициальная, две основные версии детектива Якобса в том, что на вас дали наводку строители, делавшие ремонт или уборщики из клининговой фирмы. Отрабатывать в первую очередь собираются именно их. Работники фирмы тоже подозреваются, но с низким приоритетом.

– А ведь логичные варианты, – вынужденно признал я, – и даже не очень противоречат наличию Папито в числе грабителей, ему достаточно как следует разговорить наводчика. Мы ни к строителям, ни к клинерам особенно не присматривались, старались не мешать людям делать их работу. Клинеры еще и имели кучу возможностей слепок ключей сделать.

Нанимаем еще и постоянную уборщицу? Может быть, миссис Хендерсон согласится. Или миссис Дак. Обе они пенсионерки, ничем особенным не заняты.

– К главному входу налетчики, скорее всего, не подъезжали. Зашли и вышли через калитку в живой изгороди с обратной стороны участка. Он у вас большой…

Не сказать, что наличие калитки прямо-таки открытие, я, когда изучал новоприобретённое имущество, её находил в глубине сада. Но там всё заросло настолько жутким бурьяном, что не пройти и не проехать. Но лишь до момента, пока рабочие не навели относительный порядок. Густая крапива охраняла дом лучше, чем профессионалы. Я даже приближаться к садовой двери изнутри участка не стал. Извне подергал во время пробежки для порядка – закрыто. На навесной замок вроде бы. Тарадо бабосо.

– Лиза… я идиот, что не попросил сделать этого раньше. Нужно поменять все замки, а эту калитку заварить, чтобы больше никто не пролез.

– Мастера для замены замков я уже вызвала… правда, из той же фирмы, что и делала нам ремонт…

Теть Лиза коротко ругнулась себе под нос.

– Мы не можем подозревать вообще всех, так и свихнуться недолго. Просто купи личинки для замков сама и проконтролируй, у кого есть доступ к ключам.

Сам же я все-таки занялся игрой под Макинтош, чтобы отвлечься от паранойи и расслабиться. Линда из тех же соображений к ротоскопингу вернулась. У меня родилось для новой игрушки отличное название. Арена, размером во весь экран и без скроллинга – это ведь долина. А в руках у главного героя – пистолет. И следуя долиной пистолета, не убоюсь я зла, не убоюсь никого. Вот и пригодились и название песни, и саундтрек. Как запихать музыку на Мак – мне еще предстоит подумать.

Интересно, с какого момента яблоки начали цениться у звукорежиссеров, композиторов и иже с ними? Вроде бы не за выдающийся звуковой чип, а за графический интерфейс, который позволял визуализировать ноты. Пока же, как извлекать их из звукового чипа, описано в гайдах. Может быть, мне как раз музыкальный синтезатор маководам и предложить? Монти немного разбирается в музыке, “Коробейников” нам написал на карманный Тетрис. Определенно стоит над этим подумать, там более, что стандарт МИДИ уже появился.

Итак, сел за Лизу, где с основными инструментами разработки я уже немножко освоился – почти сразу после того, как получил купертиновское чудо. Начал с простого – поздоровался с миром. “Хеллоу ворлд” на паскале скомпилировался и запустился с первого раза. Всё еще достоин.

– А теперь змейка? – хихикнула Линда, заглянувшая ко мне на минутку в непривычно тихую серверную и подглядевшая через плечо, что я тут создал.

– Ага, и она окажется очень полезной. Тут нет аппаратных спрайтов и скроллинга, как на Коммодоре, поэтому научусь рисовать змейку – пойму, как вообще тут отрисовывать персонажей.

Оказалось, попиксельно, стирая хвост и перерисовывая голову. Применительно к одинокой рептилии и яблокам – ничего сложного. Можно сразу блок пикселей командой КвикДро нарисовать.

С силуэтом будущего стрелка и даже курсором-прицелом требовалось стереть объект целиком и нарисовать заново в другой позиции или с другой анимацией. Ничего сложного, но это пока у нас один персонаж и статичный фон. Брызги черной крови от убитых монстров всё усложнят, придется их перерисовывать после того, как герой прошелся поверх. А без кровищи не комильфо.

Неожиданное откровение подарил мне сеанс RTFM.

– А-а. Ну конечно. Яблочники решили задачу по-своему, – сообщил я вслух.

Линда уже вернулась к ротоскопингу в нашем с ней обычном кабинете, и потому услышала меня лишь резиновая уточка.

– Да-да, мистер Патито. Никаких тебе аппаратных спрайтов, зато можно держать второй экранный буфер и переключать страницы. Старый добрый фокус: один экран показываешь, во второй спокойно рисуешь следующий кадр.

Утенок безмолвствовал.

– Только здесь это особенно к месту, – продолжил я. – Не надо вылизывать каждую операцию так, чтобы успеть вслед за лучом кинескопа. Нарисовал кадр в невидимой странице, закончил – переключил. Пока зритель смотрит на готовую картинку, готовишь следующую. И никакого мельтешения от того, что половина кадра уже новая, а половина еще старая.

Я еще раз пролистал документацию.

– То есть вместо спрайтов и прочих игровых удобств мне выдали тупой кусок памяти и сказали: развлекайся сам. По-яблочному. Но, черт возьми, работать с этим можно.

Уточка, судя по выражению пластмассового лица, была согласна.

Просвещал утенка я не просто так, убивая время, а запустив компиляцию змейки. Слишком медленно для мощного процессора 68К. Да у меня сишный код на Сан-1 быстрее собирался! Этой платформе не хватает Турбо Паскаля.

Герой прототипа, собранного к концу дня, умел только ходить по Долине. Даже в сторону курсора еще смотреть не научился, но это мы исправим.

И потекли дни, наполненные проблемами и радостями. Понедельник, вторник, среда и четверг. К четвергу, я знаю, окружающие готовились, Линда и вовсе что-то затевала. Я всё или, по крайней мере, частично замечал, не слепой же и не глухой, но делал вид, что тупой. Не то, чтобы я на самом деле умный…

Началось утра четверга очень рано, еще до пробежки с Дюке.

Телефон, изобретение темных сил, зазвонил с рассветом, отобрав у меня пару часов законного сна.

– Алло, – с приличествующей раннему времени суток интонацией выдал я на автомате.

– Тобалито-о-о! Орале! Наконец-то я до тебя дозвонилась! – послышался бархатный голосок Изабеллы. – Эсе, не вздумай повесить трубку, я сейчас тебе спою Лас Маньянитас!

И затянула приятно и мелодично Эстас сон лас маньянитас…

Что-то мексиканское народное. Моих знаний испанского хватило, чтобы в переводе получалось нечто похожее на “нам песня строить и жить помогает” или “Проснись и пой”.

– Спасибо, Изабелла. Очень красиво, – вынужденно признал я, – но почему так рано? Пять утра!

– Потому что “Лас Маньянитас” поют вместе с утренними пташками, чтобы разбудить именинника, а не когда тебе угодно. Сабэс? И позвони я позже – меня бы опередила Эленита. Пусть диос пошлет тебе мучас динеро, крепкие хуэвос и много любви. Сабэс!

На периферии с той стороны трубки послышался раздраженный мужской голос. Я прямо забеспокоился, как бы Беллу там на месте не приняли в канальи, но та что-то столь же неразборчиво и по-латински эмоционально ответила, и мужчина замолчал.

– Ладно, пока-пока, карналито, передавай привет Линдочке! Теперь вы с ней можете пожениться! Увидимся в субботу. Сабэс?

– С днем рождения, Крис, я тебя люблю! – прижалась ко мне всем телом Линда. И каких-то еще подарков мне не надо. Достаточно того, что с горлом у нее все нормально и экстренно посещенный доктор этот факт подтвердил.

И никого счастливей в мире нет, ведь мне сегодня восемнадцать лет!

Старшую сестру Изабелла опередила не более чем на полчаса и вскоре я услышал еще одну версию Маньянитас, а затем и Гектор трубку перехватил, чтобы сказать, что я теперь настоящий омбре и они приедут к нам в субботу.

Какие выводы я могу сделать? Елена поёт чуточку лучше, не зря училась у Хулио Иглесиаса. Но я бы предпочел, чтобы меня отхеппибёздили уже после завтрака.

– Гав! – радостно поздравил меня Дюке, когда я зашел за ним для пробежки. Он мне рад независимо от даты на календаре, но даже в его лае “с днем рождения” почудилось.

Череда телефонных и, реже, личных поздравлений продолжалась до самого вечера. Целая куча народа внезапно вспомнила, что я существую и родился ровно восемнадцать лет тому назад. Приятно, очень приятно, но утомляет.

– Мон дьё, поздравляю! – сказал Филипп Канн, дозвонившийся в офис. – Жди меня в субботу с подарком.

– Приятель, совсем взрослый стал! – я прямо почувствовал похлопывания батьки Кена по плечу, несмотря на то, что он находится в Оукхерсте за сотни километров. – В субботу увидимся!

– Крис, восемнадцать – это потрясающий возраст! Я твои годы только пиццу есть и умел, а ты даже круче, чем Стив, который пришел в восемнадцать устраиваться в Атари. Ты невероятный, чувак! В субботу мы с Кэнди к вам заедем.

– Сынок, междугородняя связь дорогая, поэтому просто поздравляю тебя. С днем рождения! – дозвонился Ковальски. – В субботу проинспектирую как ты там на севере устроился.

– Привет, вундеркинд, – поздоровался набравший Эл Алкорн. – Завидую твоей энергичности. Твоя девушка меня на вашу субботнюю вечеринку пригласила. Мы с женой будем, тогда и подарок вручу. А пока наслаждайся молодостью, она так быстро проходит.

– Крис, привет, это Сэм Гарланд, с днем рождения. Желаю тебе премии Тьюринга, и плевать что ты к ней не стремишься.

– Мистер Колон, Банк Америки поздравляет вас с восемнадцатилетием, у нас есть к вам специальное предложение…

Ну хоть эти про субботу ничего не сказали, похоже, Линда запланировала на нее что-то масштабное и я сюрприз портить не стал.

Без подарков, впрочем, тоже не обошлось.

– Держи, пацан, это бланк регистрации в призывной службе, ты обязан подать его в тридцатидневный срок после исполнения восемнадцати лет. Все уже заполнено, тебе только поставить подпись и лично отнести его дядюшке Сэму, – протянул мне листок Лео, заглянувший в офис. Чак и Блейз зааплодировали.

– У нас же нет обязательного призыва….

– Это просто формальность, пацан. Службу по призыву отменили в семьдесят третьем, но Джимми Картер восстановил регистрацию потенциальных призывников в восьмидесятом. Штрафы там крупные, так что советую подать бланк, даже если ты принципиальный пацифист.

Я и в отечественной армии не служил, и в пендехостанскую не очень хочу. Как говорили молодые комики в одной телепрограмме, “стоп”! Семьдесят третий – это десять лет назад. Я мысленно отмотал возраст Больцмана.

– Лео, а ты сам под призыв не попадал?

– Не просто под призыв, пацан – я рисковал оказаться во Вьетнаме и очень этого не хотел. Ни убивать, ни умирать. А потому я усердно зубрил законы в юридическом колледже ради студенческой отсрочки и дотянул-таки до отмены. Мы с миссис Флорес донесём до тебя информацию о том, насколько расширились твои права с восемнадцатилетием, пацан, и с чем придется подождать до двадцати одного года.

– Может быть, и называть меня по-другому начнешь? – не то, чтобы меня как-то угнетало это его вечное “пацан”, но слегка поднадоело.

– Это одна из взрослых привилегий, все еще тебе недоступных. Зато теперь ты можешь голосовать, баллотироваться на уровне штата и получать приглашение в присяжные. Тебе разрешено покупать сигареты, приобретать длинноствольное оружие и взрослые журналы. Ну и если вы, молодежь, всё еще собираетесь совершить ошибку, то жениться без разрешения суда.

– Собираемся, Лео, и я… – задавил шутку, что уговорю Глорию позволить ему пропустить рюмочку на торжестве. Человек завязал, не пьет уже больше года, так зачем портить ему статистику? – … и я приглашаю вас на нашу свадьбу.

Еще и подарки – в этот день я получил их много, и все дурацкие.

Миссис Дак принесла бататовый пирог. Откуда она вообще узнала дату моего рождения? Чак, наверное, рассказал.

Три бывших программиста Сьерры подарили мне блок сигарет, подшивку Плейбой за целый год, включая номера Трейси и Изабеллы, а также пневматическое ружье. Из последнего мы даже постреляли у нас в саду по распечатанным на принтере мишеням с яблочками.

Я мазила! Это с мышкой я снайпер и раздавал хедшоты в Контр-Страйке. А с настоящим… то есть духовым… оружием – не полный и окончательный левас, конечно, но около половины выстрелов в молоко. У Линды намного лучше получалось – на аркадном опыте или потому, что она представляла вместо мишеней головы бандитов. Кто всех поразил меткостью – Трейси и Машенька. Ни одного промаха у обеих! Даже когда отошли на большую дистанцию. Все попадания в яблочко.

– Йеп! Папаша давал мне пострелять из своего дробовика, вот и научилась, – похвалилась блондинка, крутанув ружьё, как делают в вестернах после очередной перезарядки. В нашем случае – чистое позерство.

– А меня Круз стрелять учил, – похвалилась Мария, – и из настоящего дробовика, и из воздушки. А тебя Гектор, получается, нет? Ты же хвалился, что выбиваешь десять из десяти, когда два года назад меня погулять звал. Что, выходит, врал?

Скорее всего, именно так. Не то, чтобы изначальный Крис ни в чем хорошо себя не проявлял. Бесил Миллера он, например, великолепно и чичис в тетрадках рисовал хорошо. Но вот талант к стрельбе поставлю под сомнение.

Говард семь из десяти выбил, троица программеров – на грани статистической погрешности лучше меня отстрелялась. Японка Юки, которую заманила в сад Линда, попадала девять из десяти.

Имелось стойкое ощущение, что хуже меня никто не стреляет, пока Говард не позвал примкнуть к забаве Роберто. Ноль. Полный и абсолютный. Он же это не чтобы меня подбодрить? А то еще обиднее окажется, когда правда выплывет. Или у парня со зрением не все в порядке?

– Си-Си! В субботу я приглашаю тебя на репетицию нашего спектакля. Хотела на премьеру, но она только осенью! – объявила Трейси, когда все испытали ружьишко.

– Хорошо, приду, – легко согласился, успев заметить, как Линда и Трейси украдкой перемигиваются. Сюрпризы я не слишком люблю, но когда они от чистого сердца – способен порадоваться.

Больше в этот день ничего кроме дополнительных поздравлений от кучи людей и не произошло. И восемнадцать мне уже!

Глава 4

Интерлюдия. Роджер Желязны

Обещание посмотреть и послушать кассеты, данное компании странных, в хорошем смысле этого термина, молодых людей он собирался исполнить еще в отеле, но видеомагнитофона в номере закономерно не имелось, а спустившись вниз, чтобы отыскать кого-то из персонала, способного помочь, он столкнулся с Сильвербергом и Нивеном, ищущими бар. Кто бы отказал на его месте в помощи товарищам, страдающим от жажды? Об аудиокассете он в тот раз так и не вспомнил.

Когда рейс на Санта-Фе задержали из-за непогоды и объявили, что ему придется подождать три часа в аэропорту, Роджер занялся разбором трофеев с БейКона. Рукопись начинающего писателя с отличным тонким чувством юмора, пару новых книг от коллег с их подписями и две кассеты, чуть не позабытые в баре. Потянулся к плееру, новомодному, японскому, подарку от Джуди… и обнаружил, что провод наушников переломлен пополам. Ничего такого, что технически подкованный человек не способен поправить в своей мастерской. Той, что находится у него в гараже, в Санта-Фе.

Нет ничего хуже бессмысленного ожидания. На исходе второго часа он поймал себя на том, что уже десять минут пялится на вращающуюся рекламу кухонного комбайна Кузинарт с зеленой надписью на красном фоне. Зеленое и красное, ходит по кругу, по кругу, по кругу… это стоит использовать.

Рукопись новичка, Уильямса, про котов оказалась весьма неплоха. В нескольких местах он не засмеялся в полный голос лишь потому, что находился в общественном месте.

Уже в Санта-Фе, забрав машину с парковки, он снова попытался послушать кассету, но в магнитоле намертво застряла предыдущая. Как будто бы провидение не желало знакомить его с творчеством странных ребят. Иллюстрации, сделанные молодой азиаткой, ему, между прочим, очень понравились. Та как будто с натуры Хелла Таннера рисовала.

Дома его встретили Джуди, дети, кот, забывший о его существовании за неделю и коробка корреспонденции, которую требовалось срочно разобрать. Кассеты он отправил на самое заметное место на полке в кабинете. То самое, оказавшись на котором, вещи становятся невидимыми на неопределенный срок.

Про намерение починить плеер он вспомнил на четвертые сутки нахождения дома – не так и часто он им пользовался. Кусачки, паяльник, синяя изолента. Роджер зачистил провод, скрутил, пропаял, заизолировал и остался доволен. Вставил злополучную кассету в плеер и… и тот не включился. Вскрытие показало, что виноваты севшие батарейки. Нашлись ли дома запасные? Нет. Не бежать же из-за такой ерунды в магазин по соседству, который еще и закрылся двадцать минут назад?

Утром, покупая продукты, он заодно и батарейки купил, сразу четыре, чтобы создать дома стратегический запас. Заправил дома в плеер, включил – работает. Не зря потратил на игрушку пятьдесят долларов.

Испытав чувство триумфа, несоразмерное достижению, Роджер отправился на кухню сделать себе кофе, чтобы, вернувшись, не найти плеер на месте, только кассету.

– Джуди, а ты не знаешь, куда делся мой плеер? – спросил Роджер жену.

– Девин его взял с собой в школу, сказал, что обещал Мелиссе дать послушать новый альбом Майкла Джексона, – флегматично ответила та. – Я знаю Мелиссу, хорошая девочка, не сломает.

Не то, чтобы он переживал по поводу возможной поломки или даже пропажи плеера. Но невыполненное обещание давило на мозг.

Видеомагнитофон у него дома, конечно, был. В современном мире это такой же рядовой прибор, как кофеварка, пылесос или Кузинарт. И кассета, оставленная молодым латиноамериканцем, в магнитофон Роджера не влезла. Несовместимый стандарт – новомодный VHS у подаренной и Бетамакс у писателя.

Нивен за стаканчиком в баре рассказывал об видеоигре, которая ему понравилась – в ней главного героя преследовала смерть. Сейчас Роджер почувствовал себя тем самым героем, только следовала за ним иная сущность, настроенная недружелюбно к кассетам и плеерам, а не ему самому.

Достойно ли мужчины отступать перед неприятностями? Кто бы ни путал ему Тени, писатель не сдался и поехал в видеопрокат, где взял магнитофон подходящего стандарта на сутки. Собрался устроиться в гостиной, сесть на диван и все-таки посмотреть… как его настигла гроза. Не исключено, что та самая, задержавшая на несколько часов в Сан-Франциско. Она прошла над горами, сверкая молниями… свет моргнул и электричество вырубилось на четыре часа. Может быть, сами Зевс и Тор не желали ему позволить изучить врученный материал.

Когда питание снова включилось, стоял поздний вечер и Джуди только-только уложила Шеннон. Будить младшую дочь – последнее дело. Да и давненько они с женой не устраивали романтического вечера при свечах. Срок аренды истек и он добросовестно вернул магнитофон.

Так продолжалось полтора месяца. Не сказать, что судьба противилась изучению материалов каждый день. Но всегда находилось что-то, что переключало фокус внимания на себя. Девин привел Мелиссу в гости и требовалось познакомиться с его возможной избранницей, у Шеннон разболелся зуб, позвонил агент и трижды за беседу сказал самое страшное из словосочетаний – “срок сдачи в издательство”. У Джуди сломалась машина и он, как настоящий мужчина, взялся отремонтировать ее сам. Даже справился – повод для гордости и той самой благодарности от жены, которую в возрасте за сорок получаешь уже не так часто. Кот где-то подхватил лишай и пришлось срочно везти его к ветеринару…

За эти шесть недель он написал сорок страниц для седьмой части Хроник Амбера, и переписал главу шестой книги использовав так удачно пришедшую в голову шутку про лягушку в Кузинарте. Дочитал рукопись того молодого писателя с конвента и даже написал на нее рецензию, по большей части хвалебную, но не без замечаний. Про кассеты он вспоминал почти каждый день, но каждый раз в неподходящий момент, в который послушать нет возможности.

Все поменялось, когда, ведомый упрямством, он поехал в молл, чтобы купить в Радиорубке свой собственный VHS-магнитофон. По наитию он нажал на кнопку экстрактора и магнитола выплюнула, казалось бы, намертво застрявшую кассету. Ловушка? Сейчас он вставит ту самую невезучую пленку и зажует уже ее.

Роджер рискнул. Воткнул кассету в деку и нажал на запуск… это что, Джонни Кэш? Нет, не он, певец явно сильно моложе, но очень старается. Неужели кто-то из числа визитеров с конвента? Ни латинос, ни афроамериканец не подходили по голосу. Мелодия – эталон для вестерна. Тот, кто сочинил слова, явно любит 22 псалм. И он удивительно точно попал в мироощущение Таннера. Желязны сам не заметил, как прослушал трижды, перематывая кассету раз за разом. Намерение посмотреть видео крепло с каждой попыткой.

Шестисот долларов за магнитофон ему было жалко, но Роджер сжал зубы и заплатил. Тот, кто сочинил мелодию, явно прочитал его повесть.

Дома он безжалостно отключил свой старый Бетамакс и подсоединил на его место новый видеоплеер. Положил кассету в лоток вертикальной загрузки. Неужели сейчас возьмет и получится? Не начнется пожар, торнадо не унесет его дом в Канзас, а в окна не полезут твари из царства теней? Получилось!

На экран вывелась картинка, по всей видимости, записанная на видеомагнитофон с компьютера. Тот самый рисунок, продемонстрированный ему молодой азиаткой, скорее всего, еще школьницей, но разноцветный и составленный из множества квадратиков. С лаконичной надписью о необходимости доставить вакцину. В этой корявой по причине технического несовершенства картинке он увидел на порядок больше “Долины проклятий”, чем в полуторачасовом голливудском фильме. Во имя Единорога! У Таннера даже дробовик слегка дымился. Этого эффекта ребята добились, меняя всего несколько кубиков на экране.

После заставки пошел игровой процесс и чтобы увидеть в движущихся по экрану прямоугольниках бронированную машину и летучих мышей, требовалась доля фантазии. У Желязны она имелась в избытке. Качество записи получилось не очень и по экрану периодически пробегала темная полоса, но…

– Джуди, смотри! – окликнул он жену, зашедшую в гостиную с Шеннон на руках. – У него отвалился пулемет и пробиты колеса. Чем меньше оставалось колес, тем хуже он ехал! А сейчас Таннер выходит из машины… и идет пешком, – запись оборвалась. – Я хочу знать, что дальше.

– Роджер, это ведь по твоей повести. Ты знаешь, что дальше, – напомнила супруга.

– Я хочу знать, как они интерпретировали остальное, – поправился мужчина, – и я хочу задать несколько вопросов мистеру Эриксону, отменившему встречу с этими ребятами.

В Нью-Йорк он позвонил из кабинета. Новая секретарша Карлоса переключила линию на своего босса, едва Желязны назвал фамилию. Иногда хорошо быть знаменитым писателем.

– Привет, Роджер, ты закончил роман раньше срока? Или редактор снова навязывает тебе правки? – деловито поинтересовался его агент. Они сотрудничали не так давно, но Эриксон очень неплохо себя показал и брал свои 15% не за пустые слова.

– Карлос… на БейКон ко мне подошли молодые люди и предложили экранизировать “Долину Проклятий” как видеоигру, пожаловались, что ты им отказал, – не стал делать секрета из причины своего звонка писатель.

– Были такие. Невероятно наглые ребята, да еще с дурной репутацией. Тебе следовало позвать охрану, чтобы их выкинуть за дверь, если докучали. Или позвонить мне, чтобы я позвал охрану.

– Они вели себя вежливо, получше большинства фанатов. Почему ты им отказал?

– Я навел справки о них. Их студия называется “Каналья”, ты ведь знаешь испанский?

– Тяжело его не знать, когда живешь в Санта-Фе. Мой сосед, кажется, только на испанском и говорит. Называют себя Мерзавцами, значит?

– И соответствуют названию – ходячий судебный иск. Глава студии – малолетний преступник. Его брат судим за кражу. Он утверждал в интервью калифорнийскому таблоиду, что его избил Стив Джобс. Атари подали на них в суд за плагиат. По музыке и стихам, которые он пишет, вели расследование из-за сатанизма и школьной стрельбы, где пострадало два человека. Я не хочу сказать, что парень в чем-то виноват, но рядом с ним все время дурной информационный фон. Уважаемые компьютерные журналы открыто обвиняют его в марксизме, что неудивительно, так как он замечен в связях с радикалами из МЕЧА, ну знаешь, теми, которые устраивали протесты в Беркли и громили улицы, лишь бы пограбить магазины. У него есть споры по поводу авторства с университетским профессором! Если ты хочешь видеоигру по своим книгам, давай я подберу тебе разработчиков получше. Вот “Сьерра Онлайн”, например. Лидеры рынка текстовых квестов. Как раз тот жанр, что тебе бы подошел.

– Карлос, я посмотрел запись игры, которую они мне принесли. Я очень мало понимаю в играх, но, на мой взгляд, выглядит на две головы выше, чем Пэк-Мэн или Галага. Там есть сюжет, стрельба и музыка, как из вестерна. И при этом Таннер настоящий, а не прилизанный военный.

– То есть они сделали игру по твоей книге, не получив разрешения? Отлично, Роджер, у нас есть железобетонные основания для иска. Даже если игру эти Канальи выпустят под другим названием. Ты очень правильно сделал, что мне позвонил. Невозможно уследить за всеми, а теперь мы имеем шанс задавить плагиат в зародыше. Подобную наглость стоит наказывать…

– Мы не станем подавать иск, Карлос, – решил Роджер. Перед мысленным взором у него стоял легкий дымок на иллюстрации, изображающей Таннера. Такие мелкие детали мог добавить только настоящий поклонник.

– Но это разумно! Они не имеют права… – продолжил гнуть свою линию агент.

– Карлос, не спорь, – отрезал писатель.

– Как скажешь, Роджер. Но я считаю, что ты ошибаешься. Я не уверен, что эти так называемые программисты вообще умеют читать, не то, чтобы твои книги. Ты ведь платишь мне как раз в том числе и за то, чтобы всякие сомнительные личности не мешали тебе работать.

Своя правда в словах агента имелась. Писатель ее услышал, понял, но не принял. Этот парень сказал, что ему понравился Мерлин! Он молодой программист из Беркли!

– Карлос, я собираюсь исправить ошибку, встретиться с ребятами и изучить, что они делают, – сообщил он агенту.

А потому, вежливо попрощавшись, он начал набирать номер, оставленный на визитке, приколотой к аудиокассете.

– Алло, Каналья Геймс, Линда Ким у аппарата, – ответила, по всей видимости, та самая азиатская художница. Кореянка, судя по фамилии. Междугородняя связь работала из рук вон плохо, и голос молодой девушки показался ему очень хриплым, как будто ее недавно пытались задушить.

– Здравствуйте, это Роджер Желязны. Я посмотрел кассету и хотел бы увидеть игру. Понять, как в нее играют, как выглядит не на записи.

– Орале! – сдавленное латиноамериканское восклицание было бы логично ожидать от самого юного компьютерного гения, а не его корейской подруги.

– Здравствуйте, мистер Желязны! Мы обязательно устроим вам демонстрацию. Назовите место и время, и мы… кха-кха-кха… – девушка зачастила настолько быстро, что поперхнулась и закашлялась. А еще Роджеру стало очевидным, что слышно ее плохо не из-за помех, а из-за проблем со здоровьем. Скорее всего, слишком любит мороженое и заработала ангину. Его дети тоже постоянно перебарщивают с ледяными сладостями.

– Мисс Ким, я чувствую себя виноватым и смущенным за то, что не посмотрел кассеты сразу. История о том, почему это у меня не получилось, достойна отдельного фантастического рассказа. Знаете, есть видеоигра о том, как за героем идет сорок тысяч смертей…

Давно он не чувствовал себя настолько неловко. Рассказу о том, как техника ломалась, едва он пытался прослушать кассету, девушка явно не поверит, но похвалит его богатую писательскую фантазию. Этой байке, пожалуй, никто из фантастов, когда он ее расскажет, не поверит.

– Вы играли в нашу игру! – восторженно, но едва слышно пискнула Линда. – Мы с Крисом вдвоем написали к ней сценарий. Ой! Простите, я вас перебила!

Чувство неловкости кратно усилилось.

– Нет, мне рассказывал про нее коллега, Ларри Нивен.

– Ларри Нивен играл в нашу игру! Невероятно!

Девушка звучала уже настолько тихо, что Роджер забеспокоился, не сделалось ли ей дурно. Она показалась ему худой и слабой физически.

– Линда, позвольте мне сначала извиниться. Я затянул просмотр кассеты, хотя не должен был. Я на самом деле хочу увидеть вашу игру, но заставлять вас куда-то приезжать неправильно. Я на следующей неделе собирался посетить Сан-Франциско… побывать в Беркли, уточнить кое-какую информацию для книги.

Роджер почувствовал, что краснеет. Искусный лжец со страниц своих книг, лично обманывать он умел не очень хорошо. Хотя выбрать дом для Виктора Мелмана, возможно, и в самом деле не помешало бы.

– И я заехал бы к вам в студию лично, – продолжил писатель, – посмотрел и игровой процесс, и как создаются такие программы. Возможно, игры могли бы стать темой одной из моих следующих книг.

Вот тут Желязны уже не лукавил. Увиденное на экране его в достаточной степени заинтересовало, но новая тематика требовала тщательного сбора информации.

– Правда-правда? Вы меня не разыгрываете? Тогда записывайте – 1101 Арлингтон бульвар, Эль-Серрито, Калифорния 94530. Это наш офис. А скажите, вы уже выбрали дату приезда? Я бы вас встретила или попросила друга. Видите ли, в четверг, двадцать пятого августа, у Криса день рождения, а 27-го мы собираемся устроить маленькую вечеринку для самых близких друзей. Ваше появление… нам всем было бы очень приятно. Но если прилетите в любой другой день, нас тоже устроит.

Эриксон бы непременно запретил ему появляться на подобном мероприятии и именно это склонило чашу весов в другую сторону. Роджеру захотелось слегка уколоть надменного агента, который судит о книгах по обложке и решает, с кем ему стоит разговаривать, а с кем нет.

– Хорошо, я буду в субботу. Встречать меня не стоит, закажу такси.