Ретро бит [4]

Глава 1

Темницы рухнут и свобода нас встретит радостно у входа! Я снова белый человек с полным набором прав! Кроме права покупать алкоголь, табак, оружие, контент 18+. Права голосовать, баллотироваться, быть присяжным, жениться на своей девушке, спать со своей девушкой. Бесправный шестнадцатилетка я! Но, как минимум, договоры мои теперь никто оспорить не сможет.

Сразу за дверьми зала суда на шею к Лео бросилась Глория, а меня начали поздравлять все пришедшие поддержать, причем тоже не обошлось без обнимашек.

– Тобалито! Орале! Мадре де Диос! Ты теперь взрослый и самостоятельный! – Елена меня чуть не задушила в объятиях и расплакалась.

– Кристобаль, великое достижение, теперь вас ждет Беркли и нобелевская премия по литературе. Я счастлива, что хотя бы немного способствовала появлению ваших великих стихов, вовремя познакомив вас с творчеством Эдгара Аллана По, – сказала мне миссис Уайт, – возьмите визитку профессора Кроуфорда и обязательно ему позвоните.

– Сынок, поздравляю. Не забывай только, кто тебя поддерживал в трудные времена, – хлопнул по плечу бобр Ковальски. – Зайди завтра, обсудим сотрудничество. Не обязательно ведь и дальше платить тебе всё официально? – последняя часть фразы, безусловно, шепотом. Орать на пороге суда о серых схемах – глупо.

– Надеюсь, мои показания хоть немного помогли, – подмигнула Ханна Крэбтри и, как равному, пожала мне руку. – Терпеть не могу таких крючкотворов, которые просят наговаривать на подопечных. Удачи во взрослой жизни, мистер Колон.

– Мистер Колон, у меня к вам единственная просьба – не бросайте шахматы, – подошел Миллер. – Мои показания были объективны, как вы заметили.

Долгожданная свобода как требовала праздника. И потому я заскочил в Аркадию, порадовать Линду, едва ли не на пару минут, чтобы затем отправиться в супермаркет за мясом. Увы, не к Билли, он теперь почти рок-звезда, а не всего-то мясник.

Пикник устроили на все том же пустыре за трейлерным парком. Усеченным составом, без музыкантов, но с Марией и Мигелем. Мне хотелось еще и Дейва Дейлайта позвать, он хороший товарищ, но богатый белый гик из спокойного района в нашей дыре окажется неминуемо ограбленным. Я не стал рисковать, лучше на пляжные посиделки позову.

Слова поздравлений, тосты, жареное мясо, Линда, прижимающаяся теплым боком. “Жить хорошо! А хорошо жить, как известно, еще лучше.” И даже полицейский, явившийся нас отчитать за несанкционированный огонь в запрещенном месте, всего-то взял бутылочку пивка и схомячил шашлычка. Потому, что это оказался Круз.

– А завтра у меня съёмка для Плейбой! Йеп! – поделилась со всем Трейси. – Младшенькая, ты ведь со мной?

– В каком смысле с тобой? – напрягся я, представив объективы камер, направленных на принимающую картинно соблазнительные позы Линду.

– Глядите, СиСи ревнует! – рассмеялась “Пенелопа Смит”.

– У нас завтра запара в парикмахерской, ни я, ни Кармен не можем пойти, – пояснила Елена, – а Гло у нас теперь вообще на работе не появляется, она помощник адвоката.

– А у Эдди завтра запись, хотя он мечтал побывать. СиСи, не парься, это приличное издание. Ну, самое приличное из неприличных. Никто там младшенькую не развратит. Она водителем мне поработает и моральную поддержку окажет.

– Помощь миссис Флорес объективно неоценима для “Больцман и партнеры”, – подтвердил Лео, – завтра мы начинаем собирать материалы по делу Гектора Колона. Это важнее, чем фотосессия. Тем более, что Плейбой – уважаемый журнал и риски нулевые. Я проверял договор.

Вот как тут не отпустишь, когда во взгляде Линды подлинный интерес расцвел? Да что скрывать, я и сам бы сходил, если бы пригласили. Из чисто эстетически-познавательных мотивов.

– Мистер Ковальски, мы с Линдой будем вынуждены прекратить у вас работать в ближайшее время, – подошел я к поляку, – спасибо за всё хорошее, что вы для нас сделали. Все три автомата с Флэппи Бёрд я оставляю вам. У Рамона есть инструкции по их обслуживанию. В контракте с издателем я попрошу отдельным пунктом оговорить разрешение на их использование в вашем зале, а далее попробую улучшить конструкцию.

– Просто не хочешь терять прибыль с них, сынок? – улыбнулся в усы польский бобр – Ты хороший пацан, я буду рад, если добьешься всего, чего для себя наметил. Сейчас лето и найти новых работников в прачечную не так сложно. Администратором Аркадии станет Кастильо, у нее хорошо получается. И этот твой проныра Рамон. У меня месяц что-то в рулевом стучало, он за два часа разобрался.

А мой приятель, похоже, чинит всё, от холодильника до лыж, как более настоящий “тыж”, чем я сам. Не стоит ли попробовать его кодить научить? Дело-то нехитрое, нажимай на кнопочки, составляй из ключевых слов алгоритмы. Подумаю об этом.

Далее терять время на ерунду я не стал. Пошел в свой рабочий кабинет, в задней комнате, и набрал номер Кена Уильямса. Нужно заключать контракт и валить из опасного района, где на запах денег собирается всякая шваль.

И не мне одному! Гонорар Трейси в семь тысяч тоже привлечет стервятников. Как и заработки Лео за ведение моих дел. Как минимум пару тысяч я ему обязан буду отстегнуть, и по закону, и по совести. Смогу ли я забрать с собой в Корсголд всех? Елена не захочет бросать Гектора в тюрьме, но сможет к нему ездить – не такая и сложная дорога, наверное.

– Офис компании Сьерра Он-Лайн, добрый день! – ответил мне бодрый женский голос, немного гнусавый, как будто простуженный, и со слегка непривычным мне выговором.

Они уже Сьерра! Я знал, что не ошибся в послезнании, но всё-таки очень приятно получить подтверждение того, что движусь в правильную сторону.

– Привет. Меня зовут Крис. Кристобаль Колон. Мы общались с мистером и миссис Уильямс по вопросу издания моих игр. Можете перевести звонок на одного из них?

– Минутку, – я услышал шорох бумаг и звуки ударов пальцев по клавиатуре.

В трубке заиграла музыка – джаз, показавшийся мне именно сейчас диссонансным и раздражающим. Мелодия хаоса, созданная на импровизации. И это за мои же деньги! Дядя Джон хороший мужик, но счет за междугородние переговоры выставляет мне исправно. А ведь я не только в Корсголд звоню, но и до “Пиратской бухты” периодически коннекчусь, посмотреть, что там нового у “Дока Крякера”. Куча релизов! Где пираты столько места берут? Неужели счастливые обладатели винчестера? Я на них цены видел и больно стало от одного лишь понимания суммы. Я на щедрый аванс от Сьерры смогу себе хорошо, если парочку позволить. Аж до зубовного скрежета хочется их заполучить и меньше иметь дела с дискетами.

– Онлайн-системс, Кен у аппарата… то есть Сьерра Онлайн, все еще не привык, – бодро поздоровался “батька”. – Привет, Крис. Это ведь ты? Парень с главной игрой всех времен с городского турнира по аркадным играм. Роберта каждый день вспоминает про тебя и твою девушку.

– Ее так увлекло наше текстовое приключение?

– По правде говоря, да. Роберта очень хочет издать вашу игру, и особенно – увидеть новые рисунки твоей подруги.

– Сэр, я решил свои проблемы с эмансипацией и готов всерьез обсуждать контракты.

– Отлично, попросту замечательно, парень. У нас тут большой переполох в связи с изменившимся названием, переездом и появлением крупных инвесторов. Нам нужны новые проекты и новые разработчики. Прыгай в машину и жду тебя в Окхёрсте. Вас обоих. Будь уверен, тебе так понравятся чистый горный воздух и секвойи, что и не помыслишь о возвращении обратно в душный Эл-Эй, к смогу и преступности.

– Сэр, по правде, я даже не представляю, где это. Корсголд на карте находил.

– Соседний городок, меньше десяти миль по сорок первому шоссе. Переехали сюда потому, что тут лучше инфраструктура для сотни программистов. Тебе у нас понравится, а Линде – еще больше.

– Хорошо, мы приедем. Но, сэр, я хотел бы показать проект договора своему адвокату перед тем, как что-то подписывать.

– У тебя есть факс? Нет? Тогда передам в Пирсон и Пирсон, или… – Кен сделал паузу, – запиши номер – это наша карманная неофициальная BBS, я скажу, чтобы выложили туда и открыли доступ на твой номер телефона. Подключишься и заберешь через пару часов. Пароль скажу поставить “LK”, не забудешь.

Факс. Я всегда относился к нему с пренебрежением. Намного ведь проще переслать картинку по электронной почте и распечатать на принтере, чем дозваниваться, говорить “факс примите” и устраивать прочие ритуальные пляски вокруг откровенно устаревшего устройства. Но в 1982-м всё не так. Наличие факсимильной связи в нынешние дикие времена относит тебя к высшей касте продвинутых бизнесменов и отделяет от холопов, до сих пор пользующихся телетайпом со свалки. Ага, я про себя.

Два часа я потратил с пользой – одолжив у Мигеля велосипед, смотался в отделение “Банка Америки” и открыл себе счет. Ехать-то не сильно далеко, но менеджер по имени Ст… нет, не Стив, Стэн – всю душу из меня вынул прежде, чем поверил в моё юридическое совершеннолетие. Встречаются такие люди, виртуозно притворяющиеся тупыми. Вот как раз из таких. “Вам нет восемнадцати, вынужден отказать в обслуживании”, “да, это решение суда о признании совершеннолетним, возвращайтесь со своим опекуном”, “да, я слышал про закон об эмансипации, мы не можем вас обслуживать, так как вам нет восемнадцати” и так по замкнутому кругу. Менеджер-тугодум начинал что-то делать, заполнял одну бумажку и снова вспоминал о главном, по его мнению, препятствии. Возможно, Стивы не так и плохи. Они всего лишь ненавидят Криса и пытаются изредка меня пристрелить.

– Послушайте, Стэн, мой дедушка был чемпионом штата по кегельбану, – выложил я совершенно нелепый аргумент лишь для того, чтобы слегка подбодрить самого себя. Позаимствовал его у персонажа одной из моих любимых серий фантастических книг – девушки-полицейского родом из Калифорнии.

– Что? – непонимающе вылупился на меня сорокалетний менеджер. – Что же вы сразу не показали мне решение суда? Внесите начальный депозит в кассу и подпишите здесь и здесь. Поздравляю, вы стали новым клиентом банка Америки. Желаете оформить чековую книжку?

Кое-что благое упёртый менеджер всё-таки совершил. Время в его компании пролетело незаметно. Злясь на Стэна, я даже позабыл, что на Линду там, быть может, направлены объективы камер похотливых фотографов.

Вернувшись в бывший дайв-бар, я дозвонился по оставленному Кеном номеру и, представившись, как СиСи, нашел на узле одинокий запароленный раздел “Для Криса” с единственным документом внутри. Скачал, распечатал в двух экземплярах на телетайпе. Перечитав, никаких каверз не обнаружил. Обещание щедрых авансов, прописанные проценты от продаж, обязательства по передаче прав на распространение. Всё, как договаривались, ну разве что об юридический язык я мозг немного сломал. За всякими “лицензиарами”, “лицензиатами” и “сублицензированием” никак не хотели видеться я и Сьерра. Не нашел я, в общем, ловушек, но искать их – и не моя специальность, над этим пусть “дядя Лёня” голову ломает. За что я ему плачу? То есть буду платить.

Открыл в срок Аркадию, к нашим уточкам потянулись первые жаждущие расшибить птичек о трубы.

– Хефе, привет! Мне как обычно!

Я уже даже удивляться перестал тому, как легко Рамон получает халяву. И тени мысли не возникло о том, что он не заслуживает колу. Тем более, явился он очень кстати.

– Мне нужно съездить на север штата. Не подскажешь по поводу поездки в Корсголд? Как туда лучше доехать?

– Симон, хефе! Для того и нужны компадре. А хочешь, и сам с тобой съезжу… а понимаю, не хочешь. Никому не нужен третий лишний. Атлас есть? Вача-вача: перевал Грейпвайн, шоссе 99 и 41. Всё время строго на север. Давай отметки сделаю, с ними уж точно но тэ пердерас!

Точно-точно. Никаких пердерасов нам не надо! Хотя на испанском это безобидное “не заблудишься”.

– Воды с собой побольше возьми. Лето, жара, там закипеть легче легкого, – продолжил инструктировать Рамон. – Особенно на перевале. И с фурами поосторожней. Мы с тио когда ехали, из одной арбуз вывалился, почти в нашу тачку. Сумку-холодильник с газировкой возьми. А вот еду, наоборот, не бери, дайнеры на каждом шагу и отличные, даже получше, чем в Сан-Фернандо.

– Крис! – я уже знаю, что у Линды иногда прорезается громкость. Сегодня оказался как раз тот случай.

– Приветики! – на высокий стул передо мной уселась восхитительная Пенни Смит. Я и не заметил, как вечер подкрался и девушки вернулись со съёмок.

– Сеньорита Ким, Трейси, вы сегодня, как всегда, обворожительны, – подал голос Рамон от Дефендера.

– Отлично выглядите, – подтвердил я. Делать вид, что не горю от нетерпения их расспросить, становилось сложнее с каждой следующей секундой.

– У тебя костяшки сбиты, – сказал я “Пенелопе Смит”, заметив состояние ее правой руки.

– Йеп! Поучила одного урода, решившего, что я шлюха. Ты учти, СиСи, я младшенькой удар не хуже поставлю, не вздумай ей перечить.

Рассказали, немного сбивчиво и сумбурно, о случае после съемок. У меня самого кулаки сжались. Карамба! Да как этот пендехо вообще посмел протянуть к ней руки?! Очень захотелось сесть в машину, вернуться и добавить.

– Кино, Крис! Ты представляешь, я делила трейлер с будущей кинозвездой!

И еще с грядущей легендой геймдизайна. Ох эта магия Голливуда, убедившая весь мир, что актеры – какие-то особенные небожители, более достойные восхищения, чем скромные программисты.

А не попробовать ли мне себя еще и в роли сценариста? Вспомнить хороший фильм с сильной и красивой главной героиней и отдать сценарий Трейси, пусть снимается. Не буду спешить вмешиваться. Но если подруга моей девушки начнет хандрить из-за отсутствия ролей, вероятно, придется что-нибудь придумать. При наличии свободных денег, быть может, даже профинансировать.

Протолкнуть бы ее на роль Сары Коннор! Понятия не имею, когда там начнутся съемки Терминатора и кто отвечает за кастинг, но персонаж культовый и, сейчас опять мысленно скажу это слово, легендарный.

Еще где-то в начале восьмидесятых как раз снимался шикарный приключенческий фильм “Роман с камнем”. Очень даже вижу Трейси в роли главной героини. Посмотрим. Хочется верить, что активная девушка пробьет себе дорогу сама.

– А еще я познакомилась с Пэм и Мел! – похвалилась подруга. – Мисс Июль и мисс Август прошлого года. Ты давал мне журналы с ними, чтобы нарисовала.

Ничего себе мир тесен! Джулай и Августа с их чичис и помпис внезапно оказались буквально на расстоянии одного рукопожатия. Я сделал вид, что мне все равно. Почти полная правда.

Вечером навестил Лео и показал контракт, получив экспертное заключение, что всё хорошо, ловушек не предвидится и попросил написать черновик дополнительного соглашения, разрешающего Ковальски эксплуатировать уточек в прачечной и Аркадии, а также трудового договора, по которому Линда Ким получит пятьдесят процентов от прибыли Каналья Геймс от текстового квеста.

Справедливо, как считаю, и не выглядит подачкой. Девушка работает над историей не меньше моего, ее идеи о том, как предстоит погибнуть персонажу, местами бесценны. Ну и не стоит забывать о том, что если не произойдет какой-нибудь катастрофы, мы рано или поздно разделим всё пополам. А я еще и весь дальнейший набор текста ей отдать собираюсь. И есть еще векторные картинки, а также то, что без таланта арт-директора Флэппи Бёрд не стала бы тем самым хитом. Ни о чем не жалею, в общем. Инвестиция в укрепление взаимного доверия.

– У Гектора некоторые проблемы, вернее, у тюрьмы. Охранники бастуют. Грядущие пару недель никаких посещений. Но мы собираем материалы для обжалования дела, – поведала Глория, пока дядя Лёня карандашом от руки сходу выдавал юридические эквилибры. Очень многообещающее “мы”.

Вернувшись в трейлер, я начал методично готовиться к отъезду. Первым делом аккуратно упаковал в непромокаемую папку свежие бумаги об эмансипации. Два экземпляра. Лео, оправдывая репутацию профессионала, получил в суде целый десяток справок с круглыми цветными печатями о моем юридическом совершеннолетии. Паранойя продолжала твердить, что без судебных бумажек мы уедем до первого полицейского патруля с проверкой документов.

Наполнил пару пластиковых канистр водой. Елена испекла нам на перекус эмпанадас – вкусные мексиканские чебуреки с мясом, сыром и овощами. Настоящее объедение.

И, безусловно, я не забыл взять дискеты с кассетами – демки всех игр, какие успел написать, включая Тетрис. Выехали на рассвете. Оукхерст ждал.

Глава 2

Выехали из города до пробок и до основной южной жарищи. Сорок минут спустя проехали перевал Грейпвайн и, надо сказать, как-то большего я ждал от калифорнийского “райского сада”. Пейзаж, как в вестерне – коричневые от пожухлой травы горные склоны наводили на ассоциации с Безумным Максом.

Пинто, может быть, ехал и не очень быстро, но зато чудесно взбирался в горку, чего я не слишком ждал от тяжеленького универсала. Вообще, от двигателя в 2.3 литра я ожидал динамики не хуже, чем у “Мустанга”, но получалось ближе к вазовской шестерке. Об этой аномалии я еще месяц назад у Рамона уточнял и узнал, что, кроме литража, есть еще и “степень сжатия” и вот она у нашего форда невелика. В чем смысл козырять объемом движка, который не позволяет ехать, я не очень понял. И, кстати, почему именно тут пендехостанцы используют метрическую систему? Где так любимые ими галлоны?

Однако спустившись ниже, мы оказались в совсем иной местности – на гигантской плантации всего, что способна дать плодородная калифорнийская почва. Овощи, фрукты, прочие продукты. И тыква, и брюква, и “импортная клюква”, как в песенке поётся.

Вииу-виу-виу. Бип-бип-бип! То, что белая полицейская Импала включит мигалки и тормознет нас, стало мне очевидным, едва я заметил копов в зеркале заднего вида. Приятно почувствовать себя провидцем, предсказавшим проблему. Не очень радостно, что она всё же случилась.

– Ты как будущее предсказывать умеешь! – воскликнула Линда с пассажирского сиденья. Я с ней делился опасениями о том, что два подростка далеко не уедут без внимания представителей властей.

Остановился на обочине рядом с кажущейся бесконечной апельсиновой плантацией. Оба патрульных покинули салон, а вот мы с девушкой остались внутри. Каждый пендехостанец знает, что не надо провоцировать полицию, выходя из машины без их требования.

Двое мужчин – белый за сорок, с усами, как у Омнимена, ну или все же детектива Магнума, раз на улице 1982-й, и чернокожий лет тридцати, лысый, как коленка. Форма у них не темно-синяя, как у Круза, а цвета хаки. Понятия не имею, почему так. Возможно, чтобы отличать городских от деревенских. У пендехостанской полиции своя цветовая дифференциация штанов.

Белый коп постучал по стеклу водительской двери, а темнокожий оставался позади. Контролировал ситуацию, наверное.

– Добрый день. Офицер Миллер, дорожный патруль Калифорнии. Причина остановки – ваш автомобиль двигался с подозрительно низкой скоростью и создавал помехи движению. Будьте добры, ваши водительские права и регистрацию на транспортное средство.

Сомнительно, что он родственник нашего математика. Но фамилия очень распространенная, немецких эмигрантов в штаты прибыло раньше множество. Даже популярная марка пива в честь нее названа. А вот про нарушение скоростного режима и помехи – наглая ложь. Мы, может быть, и не летели стрелой, но ехали уж точно не хуже фуры с капустой прямо перед нами.

– Добрый день, офицер. Вот мои права и доверенность на автомобиль, оформленная на мою девушку, она сегодня на пассажирском сиденье.

– Шестнадцать лет? – заглянул в права Миллер. – И куда же вы направляетесь с юной леди в таком возрасте, мистер Колон? Выглядит так, будто вы просто сбежали из дома на отцовской машине. Заглушите двигатель и выйдите из салона. Медленно.

– Офицер, я эмансипирован. У меня есть решение суда, – справку я ему протянул вместе с прямоугольником водительского удостоверения, но люди сплошь пендехо и не любят читать документы.

– Сначала выйди из машины, – потребовал усач, – руки держи на виду. Мисс, оставайтесь на своём месте.

Не знаю, зачем ему понадобилось вытащить меня наружу, может быть, чтобы не дал по газам и не устроил погоню.

– Сэр, я юридически совершеннолетний. У вас в руках судебное решение, прочитайте его, – подсказал я.

– Пацан, знал бы ты, какие только бумажки мы видим каждый день. Любой подросток, у кого есть доступ к копиру, пытается состряпать поддельную справку.

Какая дурацкая ситуация. Мне что, нужна справка о том, что бумага не поддельная? Экспертное заключение?

– Сэр, там печать семейного суда Лос-Анджелеса, заверяющая подлинность документа.

– Роджер, а я её знаю, пассажирку, – вдруг сказал темнокожий напарник офицера Миллера, сбив тому фокус внимания с моего аргумента.

– И кто же это? Йоко Оно?

У меня аж зубы свело! Как можно сравнивать мою красавицу с, возможно, самой ненавистной певицей в массовой культуре? Почти никто в интернете не сомневается, что именно она развалила Битлов. У меня своего мнения по вопросу нет, не узнавал подробностей, да и скверна битломании меня не поразила. Считаю, что у них есть несколько невероятно удачных песен, а к остальному творчеству равнодушен.

– Да нет же! Недавно по ящику крутили городской турнир по аркадным автоматам. У меня дочка просила на кассету записать и раз пять уже финал пересматривала. Это чемпионка штата по какой-то дурацкой игре с лягушками.

– Фроггер, – подсказала Линда, – и она не дурацкая.

– Сэр, мы едем в Оукхерст на деловую встречу с мистером Уильямсом, крупным разработчиком игр, – нашелся я. – У моей девушки с ними рекламный контракт.

Копия того самого договора на тысячу баксов у нас тоже с собой есть, на всякий случай. История о том, что чемпионка едет в другую часть штата отрабатывать рекламные обязательства всяко правдоподобнее рассказа шестнадцатилетнего пацана о том, какой он гениальный программист.

Турнир по телевидению на самом деле крутили, мы во время показа включили KNXT в Аркадии на телике под потолком и популярность заведения на время выросла. Очень многие узнали чемпионку в скромной девушке-менеджере, а ее парня – в ремонтнике. И только сейчас, когда темнокожий коп ляпнул про запись, я понял, что и нам следовало бы ей обзавестись для личного архива.

Не то, чтобы подобные видео со всякими примечательными моментами кто-то пересматривал. Не знаю ни одного человека, кто видеосъемку со своей свадьбы на полном серьезе смотрел бы, например. Но все равно как-то глупо потерять момент. Как и с тем репортажем в новостях. Первое появление на ТВ будущей иконы игровой индустрии. Может быть, даже двух.

– Да, это я! – охотно подтвердила Линда.

– Роджер, точно те самые. Они так в кадре засосались, что я хотел моей Дебби глаза рукой закрыть, чтобы не смотрела на то, что ей рано. Дебре одиннадцать, ребят.

– Сэр, а не будет большой наглостью попросить вас сделать с кассеты копию и отправить нам по почте? – обратился я к полицейскому.

– Пацан, да ты наглец! – воскликнул офицер Миллер. – Мы тут тебя задерживать собрались, между прочим. То, что вы засветились в ящике, не отменяет статью за бродяжничество.

– Роджер, да заканчивай уже. Представляешь, что будет, если они на следующем эфире пожалуются всей стране на двух вредных копов с девяносто девятого шоссе? Меня мои дети ненавидеть начнут.

– Ладно, Найджел, так и быть. Держи свои права и бумажки, пацан. Между прочим, то, что машина у вас по доверенности, тоже подозрительно, я собирался проверить ее на угон.

– Так проверьте, сэр. Если что, нам через несколько дней ехать обратно, встретите и арестуете, если так. Или передадите сведения дальше по трассе. Мы едем в Оукхерст.

– Наглый ты слишком. Как с равными, со взрослыми говоришь, – раздраженно пробормотал офицер Миллер.

– Мисс, а можно ваш автограф? – спросил Найджел, наклонившись к опущенному ветровому стеклу Линды. – Для дочери. Подпишите “для Дебры”. Только надо написать что-то такое про уроки, что жизнь – это не только игрушки.

– А ваша дочь любит Звездный Путь, сэр? – спросила девушка.

– Вроде бы смотрит. Недавно в кино ходила на новый фильм.

– Дебра, живи долго и процветай, но не забывай про домашку. Хорошо учиться – по-вулкански логично. LK, – вслух прочитал темнокожий текст, оставленный у него в блокноте.

– Если позволите, у меня в рюкзаке есть сувениры. Это не взятка, а знак уважения от одного поклонника Звездного Пути и видеоигр к другому.

– Конечно, пацан, Дебби придет в восторг, – разрешил более молодой полицейский и усатый Миллер в раздражении закатил глаза.

Найдя на заднем сиденье рюкзак, я медленно, чтобы не спровоцировать агрессию вооруженных людей, достал футболку с уткой-девушкой, самого минимального размера, что у нас имелся. Хорхе их наделал по несколько каждого пола, вот и пригодилась.

– Это что, логотип рок-группы? – придирчиво взглянул Миллер.

– Маскот нашей студии по разработке игр. Вы еще услышите про нас.

– Упаси господь! Ладно, проваливайте, и чтобы больше не плелись как черепахи! – отпустил нас Миллер.

По полям, по полям, синий “Пинто” едет к вам! У него в кабине кто-то песенку поёт. Этот кто-то – я сам. Раз уж встал на пагубный путь плагиата, то можно хотя бы перед своей девушкой что-нибудь исполнить. Особенно к месту ничего не вспоминалось, поэтому спел просто популярное. Как умею, наверняка безбожно фальшивя и уверен, что пару раз переврав слова, а еще кое-где просто неразборчиво мычал – там рифму придется подбирать заново.

“Отпусти и забудь”, она же “Let It Go”. Плагиатить у Диснея мне ничуть не стыдно после того, что эта корпорация сделала со “Звездными Войнами”. За основу взял кавер Пейтона Перриша, прописавшийся в моем плейлисте. Не то, чтобы я помнил слова достаточно хорошо, но даже с пробелами в тексте Линда смотрела на меня, как на настоящую рок-звезду, и этого мне довольно.

– Сюда по-хорошему нужен женский вокал, – сказал я подруге. – У Эдди получится хорошо, но у певицы – лучше.

И тут бы ей триумфально исполнить песню не хуже принцессы Эльзы, но из-за астмы даже моё недопение звучит звонче.

– Елена хорошо поёт. Правда, только песни Хулио Иглесиаса, – подсказала та. Но, на мой взгляд, и тёть Лена вокалом тоже не блистает. Идеальный выход – пусть “Бесконечность тьмы” пригласит женщину для записи трека. Со всей их новой популярностью легко найдут.

– Решим с песнями позже, давай лучше про игру. Как тебе идея нескольких концовок в зависимости от действий героя? Например, дадим ему возможность спастись ценой жизни другого персонажа.

Всю дорогу мы обсуждали третий акт “Сорока тысяч способов сдохнуть” и от некоторых идей Линды воистину веяло жутью. Особенно там, где мы поставили перед персонажем цель “перейти дорогу”. Все опасности шоссе из Фроггера от гоночной машины до асфальтового катка перечислили.

– Представляешь на месте главного героя игры того помощника продюсера? – спросил я, когда девушка предложила прикончить персонажа падением после боксерского удара в челюсть.

– Йеп! – ответила девушка, подражая “Пенни Смит”. – Я редко злюсь, но этот Джек просто взбесил. На Трейси, как на кусок мяса, смотрел, а на меня – вообще ноль внимания, как будто я не существую. Ладно бы просто с парнем перепутал. У меня худи как будто волшебное, даже умных людей обманывает.

Ну что тут ответишь?

Часам к трем дня прибыли наконец-то в Корсголд. Есть подозрение, что название населенный пункт получил не за золотые прииски, а из-за желтого цвета окружающих холмов. Это в России у нас “золотая осень”, воспетая поэтами, а на калифорникейщине золото – летний цвет. Даже обещанные Кеном сосны выгорели и пожелтели. Вечнозеленые, да? И не зря тут, по всей видимости, природные пожары лютуют, в такую-то сушь. Чистейший горный воздух, наполненный ароматами хвои, правда, в наличии. Им надышаться невозможно. Или это из-за того, что кислорода не хватает? Я же не горец, а презренный житель равнин.

Архитектура – колоритная до крайности. Вот прямо точь-в-точь декорации небольшого городка для типичного ковбойского фильма о том, как крутой герой боевика всех побеждает. Тут даже салун имелся, с самым подходящим для него названием “Салун”, выглядящий так, будто построили заведение еще во времена “Дикого Запада”. Да тут “Назад в будущее 3” можно было бы снимать, весь колорит в наличии!

Не остановиться и не побывать – решительно никаких сил. Мы перекусывали в дайнере по пути в районе полудня, но тут совсем иная атмосфера. Припарковались, зашли внутрь через деревянные вращающиеся двери, так и просящие, чтобы сквозь них кого-нибудь выкинули на улицу мордой в грязь. Грязи, правда, нет, дороги отличные – ничего удивительного, настоящей зимы-то не завезли, а следовательно, расширяющаяся при замерзании вода покрытие не калечит.

– Вау! – одновременно сказали мы с Линдой. Закралось даже подозрение, что я еще раз переместился во времени, на этот раз лет на сто. Не одному же Марти Макфлаю пробовать на вкус времена золотой лихорадки. Камин, сложенный из дикого камня. Добротная деревянная мебель, такая, что не развалится, если об стол кого-нибудь припечатать лицом. Отполированная самим временем барная стойка с батареей бутылок позади. Пара бильярдных столов. За еще одним – компашка бородатых мужиков в ковбойских шляпах и фланелевых рубашках лениво режется в покер и потягивает пиво.

Захотелось к ним примкнуть и с ледяным пивком из запотевших кружек, и с покером. Я не фанат карт, но периодически с мужиками после работы резались в холдем. Для программистов он подходит не хуже шахмат, так как, кроме логики и холодного расчета, присутствует еще и элемент рандома.

– Детишки, вы дверью ошиблись, – прогудел басом здоровенный седой бармен. – Молочные коктейли и газировку наливают в дайнере через дорогу. А здесь взрослые дяди отдыхают.

– Эй, Хэнк, глянь-ка на их майки, – подал голос один из картёжников. – Утки какие-то. Небось, очередные из секты Кена? Те, что Оукхерсте целыми днями кнопки на телевизорах жмут.

– Ага, мы едем к мистеру Уильямсу, – подтвердил я. Линда привычно спряталась у меня за спиной. – Проголодались, а у вас пахнет вкусно.

– Еще бы! Таких домашних бургеров, как здесь, вы нигде не купите, – добродушно рассмеялся бармен. – Бетти, накорми молодежь.

Потратив десять баксов, мы буквально обожрались бургерами с толстыми поджаристыми котлетами ручной лепки и жареной картошкой по-деревенски, во всём выигрывающей у геометрически ровных картофельных брусков из макдака. Жареная на сале и с беконными шкварками! “Зашибись, картошка с салом,” – так любил приговаривать один из моих коллег, даже если перед ним находилось другое блюдо. Пища богов, нашедшая ключик к моей русской душе. В пыльном и пропахшем смогом Лос-Анджелесе такой нет. Даже в приятном дайнере у тёти Розы еда стандартизированная.

– Кушайте, кушайте, ребятки, – подбодрила нас полная официантка, принеся кувшин с ледяным лимонадом. Настоящим и натуральным, сделанным из лимонов и сахара. Во всяком случае, в кувшине плавал порезанный на кружочки лимон. – У нас в городе мистера Уильямса все очень уважают.

Перекусив, поехали в Оукхерст. Всего-то десяток миль и чуть выше в горы, но отличия разительные – ковбойская романтика закончилась, в окружающих холмах появилась зелень. Самая обычная большая деревня при трассе. В Америке почему-то такие мелкие населённики упорно называют городами, наверное, с целью потешить эго его жителей. По пути мы не один десяток идентичных насквозь проехали.

Спросив дорогу у местных, мы с Линдой оказались на парковке у большого двухэтажного деревянного сруба. Вывеска на здании гласила “Мебель и фурнитура”, за соседней дверью по тому же адресу расположилась парикмахерская. Отлично, мы ехали больше половины дня, чтобы подстричься и купить диван!

И лишь ярко-красный спортивный порш неизвестной мне модели с номерными знаками ON-LINE говорил о том, что мы приехали правильно, а Кен Уильямс нас не разыгрывал, когда называл место и адрес.

--------------------

(глава выдана бонусом за 1000 лайков преждевременно. Надеюсь, никто не в обиде за это)

Глава 3

Магазин “Мебель и фурнитура” выглядел ну очень похоже на то, что я видел в родном Воронеже в девяностых в одном здании с почтой. Большое помещение, заставленное шкафами и диванами так плотно, что получился лабиринт, но при этом обеспечивая максимум обзора для ассортимента. И как только эти люди не изобрели тетрис раньше меня?

– Простите, мэм, не подскажете мне, где найти мистера Кена Уильямса или его супругу? – окликнул я менеджера торгового зала, румяную тетеньку лет пятидесяти.

– Так на втором этаже, парень. Лестница сбоку. Вам не нужен диван? Вы только присядьте, вставать не захочется. Вон на тот, красный.

– Крис, мне не хочется вставать, – подтвердила Линда, послушавшись женщину, – это самый удобный диван в мире.

– Делают у нас в Оукхерсте, мой муж ходит с владельцем мебельного цеха на рыбалку. Качество – лучшее в штате. Это вам не массовый конвейер. Каркас из дуба, пружинный блок, суперпрочная обивка.

Не стал подвергать себя искушению и проводить диванный тест-драйв собственной пятой точкой.

– Спасибо, мэм, но мы не местные, а доставлять ваш замечательный диван за сотни миль наверняка окажется накладно.

– Так вы же к Кену? Ребят, по вам видно, что вы компуктерные гении. Работать у него станете, он вам дом для аренды подберет. Туда и поставите. Ловите шанс, хороший диван – как жена: можно искать всю жизнь, но так и не встретить ту самую.

Взгляд мой зацепился за ценник на диванной спинке. Восемьсот долларов?! Нафиг-нафиг мне “жениться на диване” за такие расценки.

– Мы еще заглянем к вам, мэм, но нехорошо мистера Уильямса заставлять нас ждать. Спасибо, что подсказали.

– Дом! Крис! – прошептала мне на улице Линда. – Настоящий дом, а не трейлер, для нас двоих.

– Для нас и для Дюке, – поправил ее я, – не вижу причин отказываться.

На самом деле заманчиво звучит. “Хорошо иметь домик в деревне”. Скотину заведем, поросят, курей, гусей, уточек. Огород садить будем. Картошку, как минимум. Эх, ностальгия, простая жизнь, как у бабушки в деревне, вдруг показалась на удивление притягательной. И не дауншифтинг, а возврат к корням. Но нет, безусловно нет.

Сбоку от мебельного торгового центра на самом деле нашлась лесенка, ведущая на второй этаж. Узкая и хлипкая, похожая на пожарную. О том, что нам туда, наверх, красноречиво говорила крошечная вывеска “Сьерра Онлайн (Ранее Онлайн Системс)” рядом со ступенями.

– Кажется, у меня идея еще одного способа смерти для квеста, – пробормотал я, вступая на скрипучие и узкие деревянные ступени.

Поднялись наверх – я первый, Линда за мной. Зашел через простую деревянную дверь, обитую дерматином и чуть не закашлялся от густого табачного запаха. Помещение у входа оказалось еще и курилкой.

– Привет, – поздоровался со мной смолящий сигарету худой белый парень лет двадцати, одетый в футболку с лого AC/DC. Темноволосый, кучерявый. Уместно ли называть его Батхедом? Посмотрим на поведение.

– Привет. Мы к мистеру Уильямсу. Не подскажешь, как его найти?

– Ты! Глазам поверить не могу! Надо срочно сказать Джону, что его чемпионка приехала! – юноша во все глаза вытаращился на Линду.

Меня это напрягло. Чего это моя девушка “чемпионка Джона”? Захотелось отыскать неведомого Джонни и как следует ему объяснить, что негоже претендовать на даму сердца других рыцарей клавиатуры. В противном случае – дуэль с использованием бейсбольной биты в подворотне и откусыванием хуэвоса злым питбулем.

– Привет, я Линда, – смущенно поздоровалась она и все же закашлялась от дыма.

– Джон точно будет вне себя от счастья. Он как тебя по ящику увидел, так выпал из коматоза и снова программировать научился. Ты его буквально спасла. Пойдём, я провожу вас к Кену. Я Нил, Нил Крамер, но для своих – Армстронг. Понимаете, почему, да?

– Один маленький шаг… – начал я цитату и Нил охотно закивал, а затем и протянул руку для рукопожатия, затушив сигарету в пепельнице.

– Ага, в честь первого человек на Луне. Я мечтаю сделать игру об лунной миссии, но пока не определился с жанром. Пошли, пошли, Кен у себя в кабинете.

Нил распахнул дверь и у меня дыхание перехватило от чувства ностальгии, настолько похожей оказалась открывшаяся картина на офис воронежской фирмы, где я начинал свой трудовой путь благодаря рекомендациям преподов политеха. Со скидкой на несколько иной технологический уровень.

Табачным дымом несет едва ли не так же, как в курилке. Большое помещение подошло бы на еще один отдел мебельного, но торгующий столами, стульями и офисной мебелью. Около полутора десятка столов заняли всю площадь большого зала. Расположение хаотичное, как влезло. На столах компьютеры и мониторы, почти всегда по два. Интуитивно нащупанное мной решение с цветным экраном для тестирования и монохромным, но четким, для кодинга оказалось в ходу у профессионалов.

Один экран, цветной, подключается к стандартному композитному выходу, а второй – к плате расширения, аналогичной той, что мне продал по-свойски Дейв Дейлайт.

– Эй! Джон! Тут твоя муза! – позвал Нил. На его крик обернулось сразу несколько человек, большей частью молодые белые парни, ни одного негра, латиноса или женщины. В 21 веке Сьерру бы уже сто раз отменили за отсутствие инклюзивности и разнообразия. В благословенные 80-е расизм индустрию еще не искалечил и конторы вольны нанимать сотрудников по их навыкам, а не цвету кожи, полу и квотам. Идиотизм с менеджерами по разнообразию пока не придумали.

– Джон у Кена, показывает прототип, – отозвался прыщавый блондин, сидящий недалеко от входа. У него на экране я увидел ассемблер для Эппл 2. – Ого! Та самая девушка с уточкой!

– Ага! Парни из юридического сказали, что с ней уже рекламный контракт заключили.

Количество внезапных поклонников Линды начинало напрягать. Богатые белые парни, заработавшие десятки тысяч долларов во вполне себе юном возрасте, ведь всяко предпочтительней смотрятся, чем нищий латинос из трейлерного парка.

– Привет! Я Каспер! – назвал себя “Прыщавый”. И чего он так улыбается? Дружелюбное, Ктулху его дери, привидение!

– Я Крис, это моя девушка Линда, – представил я, сделав упор на “моя девушка”.

– Завидую, чувак. Девчонок много, а чемпионка Эл-Эй по аркадным автоматам одна. Проходите сразу к Кену, там Джон ему как раз новый билд своего порта Фроггера показывает. Проходите-проходите, Кен рассказывал, что ждет чемпионку со дня на день.

Офис мистера Уильямса располагался в торце помещения, отделенный прозрачной перегородкой с опущенными жалюзи. Блондин провел нас через лабиринт столов кратчайшим путем, подсказывая, где лучше обойти, а где нужно смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о провода. Техники много и электричество к компам протянули абы как, обычными бытовыми удлинителями. Кен, сцуко, да что ты такое творишь!? Захотелось пойти и отчитать руководителя Сьерры. Или натравить на компанию пожарную инспекцию, если тут таковая имеется. Сгорят ведь от любой искры. Или от неудачно затушенной сигареты.

Зашли к Кену без стука. Обстановка у босса Сьерры аскетичная, не считая дорогого офисного кресла, обтянутого натуральной кожей. Мистер Уильямс и худой темноволосый парнишка лет шестнадцати как раз смотрели в экран большого телевизора Сони, где лягушка пыталась перейти дорогу. И, пожалуй, выглядела игра чудесно, почти не хуже, чем в оригинале на аркадных автоматах.

Порт на Эппл 2 казался кривой поделкой рядом с почти полноценной копией оригинальной игры, с заметными отличиями разве что в некоторых цветах. Версия для Атари получилась более темной, чем мне привычно. Но в любом случае, я смотрел и не находил, к чему придраться.

Говоря “для Атари”, стоит понимать, что речь о близких родственниках “Вик-20”, а не днищенского Атари 2600, у которого, как я читал в журнале, всего 128 байт оперативки. 128 байт, Карл! Туда хотя бы змейку впихнуть уже задача со звездочкой. А мне еще и Тетрис уместить придется. Справлюсь.

Прыг-прыг-прыг… лягушка, управляемая Кеном, не смогла пересечь дорогу и угодила под фуру.

– Можно мне попробовать?! – нарушила тишину Линда.

– О, наша чемпионка! – обрадовался Кен. – Рад, что вы добрались без приключений. Попробуй! Мне кажется, что Джон прыгнул выше головы, сумев побороть ограничения на количество отображаемых спрайтов. Плохо понимаю, как.

– Держи, покажи навык, – Кен с широкой улыбкой протянул Линде джойстик, а сам достал сигарету. Разработчик же молча пялился на мою девушку и даже слова не сказал. Надеюсь, он попросту очень скромный и, подобно Раджу Кутрапали, неспособен говорить с женщинами, а не втюрился. Для него же будет лучше, если не так!

Прыг-прыг-прыг…

Лягушка принялась бодро перебегать дорогу и собирать мух, а также других жабок.

– Очень хороший порт! – заключила гениальная LK, загипнотизировавшая всех своим мастерством. – Тайминги и паттерны поведения уровня очень хорошо соблюдены. Выглядит даже красивее, чем в оригинале.

Тут разработчику бы вежливое “спасибо” сказать, но он только покраснел.

– Познакомьтесь, это Крис и Линда, вы видели их по ящику. Крис разработал ту аркаду с уткой и трубами, и я надеюсь, что мы с ними подпишем контракт. Крис обещал привезти нам главную игру всех времен.

Если честно, у меня зародились сомнения, стоит ли отдавать свои игры в этот пожароопасный колхоз, где ведущий разработчик выглядит мальчишкой и не умеет делать бэкапы. Хотя, наверное, уже умеет. И за Фроггер ему на самом деле хочется похлопать.

– Сегодня я привез кое-что попроще. Не стану выкладывать на стол сразу главный козырь. Все, кому я показывал демо-версию, оставались довольны.

– Что, не впечатлен нашим офисом? Он не похож на небоскребы “Кремниевой долины”? – добродушно рассмеялся батька Кен.

– Мебельный и парикмахерская меня удивили, – не стал скрывать я.

– Они съезжают в течении месяца. Я выкупил всё здание, но не стал вышвыривать арендаторов на улицу, пока не найдут себе новые площади. Хозяин мебельного возит на рыбалку по лучшим местам в округе. Нельзя с таким человеком ссориться.

– Это звучит интересно, – признал я. Как нормальный мужик, я рыбалку вполне себе уважаю и в деревне у бабушки не одно ведерко карасей перетаскал. А в одной из контор, где работал, мы даже всем отделом на Волгу рыбку удить ездили.

Надо признать – поступив по-человечески, а не как дикий капиталист, батька заработал себе весомый плюсик в карму. Озаботился бы я сам судьбой парикмахерской, в то время как мои собственные разрабы чуть ли не на головах друг у друга сидят?

– А как перестанем тесниться на втором этаже, облагородим всё здание, – поделился планами мистер Уильямс. – Вам стоит отдохнуть с дороги. Поехали ко мне на ранчо, размещу в гостевом домике. Или сразу устроишь нам демонстрацию?

Джон все это время продолжал как в кататоническом ступоре находиться. Тяжело, наверное, его тимлиду. Работал я как-то с таким вот гениальным аутистом. Код он писал, как боженька, я при всех своих компетенциях не успевал за его полетом мысли. Хотя есть ли тут вообще культура групповой разработки? Или один проект – один разраб? И как долго они смогут продолжать в таком режиме?

Программирование – командный вид спорта. И мне тоже нужна своя команда. Не получится писать сложные игры в одно лицо с инструментами каменного века. Затем я сюда отчасти и приехал – не только начать зарабатывать, но и подобрать несколько талантов на перспективу. Кен заработает на тетрисе столько, что простит мне любой хедхантинг.

– Крис, покажи им Пенни Смит, – предложила Линда. Понимаю ее нетерпение. Девушка так много трудилась над спрайтами расхитительницы гробниц, что буквально изнывает от желания показать их профессионалам. Да и у самого меня, что скрывать, свербит.

– Нам потребуется Вик-20, – предупредил я.

– Каспер, принесешь? – спросил батька.

Принес. На всякий случай у меня в машине среди вещей валялся мой экземпляр Коммодора, но у Сьерры имеется несколько собственных. Комп подключили к тому же телеку, что и ранее консоль от Атари.

Пенелопа Смит начала свой бесконечный побег от гигантского валуна.

– Кнопка W, чтобы сдвинуться вверх, S – вниз, Пробел – прыжок, – объяснил я управление. По-хорошему, следовало бы сделать интерактивные подсказки, но они не вместились.

– Ах-ха-ха! У нее грудь подпрыгивает! – рассмеялся Каспер. – Круто сделано! За анимацию бега респект.

– Спасибо, – смущенно прошептала Линда.

Тестировать игру взялся сам Кен и уже через пару минут камень раскатал Пенни в блинчик.

– Изначально я планировал более сложный геймплей, – начал рассказывать я, – дать героине два пистолета и возможность стрелять во врагов, а также взбираться по скалам, но три с половиной килобайта памяти не оставили надежды. Реализую идеи на следующем поколении железа.

– У нас есть прототип Коммодор 64, дадим тебе доступ – напомнил Кен. – Кто еще хочет попробовать новую?

Меня не удивило, что захотели все. Буквально все, чуть ли не очередь выстроилась. Даже молчаливый Джон попытался и у него Пенелопа убежала дальше других.

– Темпл Ран. А ты умеешь придумывать броские названия, парень, – похвалил Уильямс, – завтра же предложу тебе за нее контракт и аванс. Больше ничего не хочешь мне показать?

– Прототип нашего текстового квеста, нужен Эппл 2.

– Нет-нет, это уже территория Роберты, первой обязана увидеть она. Собирайтесь и поехали. Ребят, вы с Крисом и Линдой еще успеете пообщаться.

И кто бы сомневался, что красный порш с парковки принадлежит самому батьке. Я, может быть, и не великий автоэнтузиаст, но был бы не против на таком прокатиться. Но пришлось сесть за руль нашего Пинто. Хорошо хоть по газам Кен не дал, а то бы без шансов за ним угнаться. Разбогатею и куплю себе Делореан! Или Понтиак Фаербёрд, как в еще не вышедшем на экраны “Рыцаре дорог”.

Ехать пришлось минут десять в сторону Корсголда, а затем свернуть на проселочную дорогу в желтый сосновый лес.

– Какое необычное место! – восхитилась по пути Линда. – Все эти парни – они как будто бы приходят на работу, чтобы тусоваться с друзьями. Но от запаха сигарет меня чуть не замутило. Почему все программисты там постоянно курят? Тебя я дымящим ни разу не видела.

– Мозгу нужен кислород, а не угарный газ, – проворчал я.

– И еще Джон удивил. Он явно умный, почти как ты, но такой зажатый, даже постеснялся пару слов нам с тобой сказать. Нужно ему помочь, найти хорошую девушку. Может быть… нет, никого не вспоминаю. Все мои подруги работают в парикмахерской.

Ох эта ее тяга к сводничеству. Но чем бы ни тешилась. Может быть, и правда скромному разрабу поможет, и тем самым упростит мне задачу его схантить в будущем. Порт Фроггера меня с самой лучшей стороны удивил.

Приехали! Дом, а точнее, ранчо Уильямсов напомнило мне локацию из одной из моих любимых игр – РДР2. В эпилоге второй части “Красного смертельного искупления” Джон Марстон строит дом на купленном участке. Не скажу, что у Кена точь-в-точь такой же, но архитектурные традиции времен дикого запада при постройке выдержаны. Дом большой. Да попросту огромный! Метров триста квадратных на двух этажах. Бревенчатые стены, кажущаяся приземистой за счет невысокого фронтона черепичная крыша, большие окна. Пристроенный сбоку гараж. Вот это вот, я понимаю, “хижина в лесу”. А вокруг как раз сосновый лес. Участок, прилегающий к дому, просто гигантский. В парочку гектаров, наверное. Подъездные дорожки хорошо заасфальтированы.

Припарковались. Кен вышел из своего порша и его чуть было не сбил с ног румяный карапуз лет четырех-пяти с воплем “папка приехал!”.

– Знакомьтесь, это мой младший сын, Крис, – представил Уильямс, подняв ребенка на руки, – дальше по дорожке гостевой домик. Он небольшой, но вы поместитесь, чтобы переночевать. Однако Роберта меня прибьёт, если отпущу до того, как покажете ей квест.

– Привет, Крис. Я Кристобаль Колон, но можно просто СиСи, – пожал я крошечную ручонку маленького человека. Как-то тепло на душе стало при виде простой семейной обстановки. А не поселиться ли мне точно так же в глуши и писать код, не оглядываясь на всяких пендехо, желающих забраться в карман? Что может быть лучше?

Глава 4

Не поставь я себе амбициозные цели облагодетельствовать игровую индустрию, то идея жить в глуши на скромные несколько миллионов в год смотрелась бы отличной. Но как-то мелко выходит. Глупо упускать шанс сделать мир чуточку лучше, когда он у меня есть. Уже сравнивал мысленно возможность тихой спокойной жизни с отклонением оффера из Гугла.

– Заходите, Роберта должна быть у себя в кабинете, – Кен, как гостеприимный хозяин, позвал нас в дом.

Да чтоб я так жил! Пластик и алюминий в отделке остаются люмпенам из трейлерных парков. Успешные люди за натуральные материалы – в основном красное дерево, камин из дикого камня. Высоченные, больше трех метров, потолки, под которыми видны толстые деревянные балки. Настоящий лакированный паркет… и Кен тоже не привык разуваться, входя в дом. А таким приличным человеком казался! Пришлось буквально пересилить себя и не попросить тапочки.

В гостиной диван, очень похожий на приглянувшийся Линде, только белоснежный, на стенах несколько картин и постеров игр Сьерры. Вернее, тогда еще Онлайн Системс.

– Дорогая! Я дома, у нас гости! – громко оповестил мужчина, демонстрируя отличную акустику жилища, и повел в кабинет.

Ох… где-то внутри меня заворочался возмущенный буржуазными излишествами пролетарий. В рабочее помещение Роберты при желании можно было бы вместить весь наш трейлер. Да что там, я совсем немного преувеличу, если скажу, что мобильный дом можно с успехом припарковать у нее на столе. Это настоящий стол-мечта. Здоровенный, скорее всего дубовый, простой прямоугольной формы, но с продуманным менеджментом проводов, никакой лапши. Два монитора, как полагается, и графический планшет, к которому прямо-таки прикипела взглядом моя девушка.

Рядом со столом маркерная доска, разрисованная стрелочками. Как понимаю, в попытке изобразить дерево решений персонажа.

– Крис, Линда! Я очень рада, что вы все-таки приехали! – узнала нас женщина. В простом домашнем сарафане она выглядит довольно милой. – Вы привезли продолжение? Так ведь?

Что подкупает в миссис Уильямс – она явно на самом деле любит игры. Вот Кен не такой. По моим впечатлениям, он любит деньги, большие дома, спорткары, лодки и, судя по неподдельной нежности во взгляде, свою жену. Для нее и старается, выстраивая бизнес-империю.

– Кен, надо им отдохнуть с дороги. Поездка так выматывает! Но вы ведь привезли продолжение сценария сорока тысяч способов?

– Лучше. Мы привезли прототип игры, – сказал я и достал дискету. Не перепутать бы, носитель с тетрисом лежит совсем рядом. Хотя я почти уже очаровался этими простыми деревенскими миллионерами и от того, чтобы разрешить им издавать “игру всех времен”, нахожусь буквально в одном шаге. Нужно лишь выбить себе процент получше.

Миссис Уильямс вставила дискету в дисковод и… биииип! Компьютер выплюнул на экран сообщение “I/O ERROR”. Вот потому я и не доверяю дискетам.

– Попробуйте вот эту, – протянул вторую копию.

“Резервное копирование и никакого мошенничества”. Весь ключевой код сохранен у меня по нескольку раз и дискеты хранятся в разных местах, отдельно друг от друга. Если вы параноик – это еще не значит, что ненадежный носитель не подведет во время презентации игры издателю.

– Джону стоило бы у тебя поучиться, – хмыкнула Роберта.

На этот раз загрузка прошла и на экране появилось приветственное сообщение игры.

– Все-таки без текстового парсера слишком легко, – сказала женщина, глядя на короткий список из пяти вариантов действий. Спустя 15 секунд без выбора в углу появился таймер, подталкивающий быть решительней.

– Вы можете переключать варианты нажатием кнопок влево и вправо или W и S. Активный подсвечен меткой слева от номера, – подсказал я, – выбор опции через пробел или Энтер.

Стрелок “Вверх/Вниз” на клавиатуре Эппл 2 нет, а влево и вправо есть, вот и сделал сразу оба варианта.

– Мы с Крисом решили, что игре в некоторых моментах стоит быть более динамичной. Ограничивая время на ответ, мы нагнетаем напряжение и одновременно стимулируем попробовать еще раз, выбрав другой пункт, – смущаясь и краснея, но не запинаясь, пояснила Линда.

Основные этапы презентации мы с ней проговаривали и вчера вечером, и по пути. Я мог бы и сам речь толкнуть, более уверенно, но это ведь ее игра.

– Это совсем не так, как я привыкла, – призналась Роберта, спустя пару минут, несколько выборов и три смерти, – но черт дери, так история кажется непрерывной.

– Именно так, мэм. Представьте, что вы смотрите фильм и каждые несколько минут вынуждены отрываться от сюжета, чтобы разгадать кроссворд, – выдала еще один отрепетированный ответ девушка. – Это сбивает. А мы посчитали, что сюжет важнее подбора глаголов.

– Пошли покурим, парень, я знаю свою жену, она не отпустит Линду быстрее, чем через час, – потянул меня Кен.

Минздрав меня всё еще предупреждает, но запретить окружающим пока не способен. Потерплю, дело привычное. Гектор тоже дымил, как паровоз, не особенно задумываясь о том, что не один живет.

Мы вышли на террасу с, без обмана, чудесным видом на лес и горы. Еще бы зелени прибавить, но этого, наверное, ближе к зиме стоит ждать. Тут же здоровенный мангал с решеткой для барбекю и холодильник с прозрачной дверью, набитый пивом. Серьезно? Барбекюшница на деревянной пристройке к деревянному дому? Один уголёк – и тут из искры разгорится пламя.

Пара аркадных автоматов: Дефендер и Фроггер, а также шахматный столик, расположенный так, чтобы игроки могли наслаждаться пейзажем. И вершина роскоши: джакузи, достаточно просторное, дабы в нем поместились три условно обнаженных женщины и официант. То есть то самое культовое место с фотосессии для обложки игры про Ларри.

– К северу отсюда озеро, мой участок доходит до берега, – похвалился мистер Уильямс, – у меня там лодка, потом тебе похвастаюсь, раз ты такой же поклонник, как я.

– И искупаться там можно?

– Еще бы! Но я больше люблю джакузи, – директор Сьерры кивнул в сторону бассейна.

Лес, озеро, рыбалка, тишина, свежайший горный воздух, отсутствие заметной преступности. А минусы есть? Разве только факт, что всяких кино, театров и концертов тут предвидится около нуля. Но у меня любимое дело имеется, оно лучше любых дешевых зрелищ, заменяемых телевизором. Ах да, ближайший магазин компьютерного железа в нескольких часах езды отсюда, где-то в пригороде Сан-Франциско. Но наверняка доставка не такая дорогая.

– Слушай, парень, – Кен стряхнул пепел, внимательно глядя на меня. – Роберта в восторге от вашей с Линдой истории, так что вопрос об ее издании не стоит. Но я человек прагматичный, бизнесмен, меня больше заинтересовал код. То, как ты избавился от текстового парсера – неплохая идея, сохраняет кучу времени и игроку, и разработчику. Всё еще не куришь?

Мистер Уильямс протянул мне пачку Мальборо.

– Нет, сэр, мне достаточно того смога, что я вдыхаю в Лос-Анджелесе.

– Молодец, говорят, что от табака зубы желтеют.

– Вы играете или это для гостей? – указал я на расположенную на специальном столике шахматную доску. Сыграть с кем-то в шахматы – это лучший способ узнать… насколько он хороший шахматист. С умением вести бизнес самая древняя из дошедших настолок никак не коррелирует.

– Я не гроссмейстер, у нас Джон хорошо играет, соперники для него закончились. Но сыграть, пока женщин ждем, могу, заодно обсудим пару вопросов.

Кен уверенно сел напротив белых фигур. Считать ли это признаком того, что он предпочитает заранее добиться преимущества? Как пригласить для заключения контракта на свою территорию, например. Кресла рядом со столиком очень комфортные, возможно, из того же мебельного.

Е2-Е4. И никакой записи в протоколе или таймера.

Ответил ему зеркально. Спешить показывать, что я неплох, пока не стал. Начал разыгрывать самый классический из дебютов – Итальянскую партию, известную еще с шестнадцатого века. Никаких абсурдных нейросетевых ходов и вообще желания победить любой ценой. И Кен тоже играл без надрыва, расслабленно.

– Так вот, послушай, о чем я хотел поговорить. Крис, я хочу купить права на твою кодовую базу для текстовых приключений. Чтобы мои ребята и Роберта могли использовать инструментарий в будущих проектах Сьерры. Я вижу за твоим подходом потенциал. Повторить то же самое для хорошего разработчика не станет проблемой, но время – деньги. Дам тебе за нее три тысячи долларов прямо сейчас. Согласись, отличная сумма для парня твоего возраста и честное предложение. Что скажешь?

Хитер, батька. И не сказать, что он обманывает. Толковый разраб на самом деле повторит движок за вполне приемлемый срок, набив все те же шишки, что и я. И деньги на самом деле нормальные. Но выбравшаяся из-под асфальтового катка жаба принялась меня душить и требовать поторговаться.

– Сэр, ваши разработчики хороши. Порт Фроггера, который я сегодня видел тому пример. Уверен, для них не проблема повторить мой код. Но, как вы сказали, время – деньги. В данном случае за время, потраченное на повторение моей программы, они успели бы написать игру. Я хотел бы не фиксированную сумму, а небольшую долю с каждой проданной копии. Половину процента, например. И я обязуюсь написать тот же код под другие платформы, как минимум, под IBM.

Потому что, согласно информации из журналов, Паскаль под IBM вообще ничем не отличается от яблочного. То есть мне придется всего-то скопипастить свой код. Или, что возможно, перенабрать вручную – дисководы-то у Эппла проприетарные и пишут в своем формате. Как вариант, скопировать по нуль-модемному кабелю, как будто через BBS передать.

Я вывел слона и ферзя и устроил самую примитивную из атак на вражеского короля – попытку выйти на детский мат. Кен легко защитился при помощи рокировки. И мои притязания на прибыли от движка отразил столь же играючи.

– Вечный пассивный доход за одну написанную библиотеку? Не наглей, приятель. Никто, ни один издатель тебе подобных условий не предложит. Хочешь процентов – пиши сами игры, чем ты с успехом и занимаешься. Но мы можем поторговаться с тобой по гонорару.

Сошлись в итоге на пяти тысячах, при условии, что я не буду продавать тот же движок его конкурентам в ближайший год и портирую на IBM, причем железо для переноса куплю своё собственное. Всё одно я собирался купить себе крутой комп сразу, как только появятся деньги, и мы с Линдой переедем в район поспокойнее. Пока еще не определился, в какой именно. Для Корсголда и Оукхерса есть альтернатива, и я ее собираюсь изучить, как только закончим с контрактами и получим аванс.

Думается, батька меня пожалел и дал почувствовать себя крутым переговорщиком. Торговался бы жестко и в полную силу – ни цента сверху я бы не получил. В любом случае, незапланированные пять кусков очень приподняли мне настроение. Еще несколько раз по столько – и можно покупать Делореан. Продешевил? Быть может. Пожали руки и остались довольными друг другом.

А в шахматах к тому моменту зашли в позиционный тупик, так как ни один из нас не старался. Я прямо-таки запретил себе думать дальше, чем на один ход. Основное сражение ведь происходило в переговорах, а не на доске.

– Отметим? – Кен протянул мне запотевшую бутылку пива из стоящего тут же холодильника.

Шестнадцатилетнему пацану! Что с того, что мне меньше двух месяцев до семнадцати! И пусть в своей изначальной реальности я впервые попробовал пиво в еще более нежном возрасте. Но с точки зрения взрослого – как-то перебор. Впрочем, у пендехостанцев и за руль садиться после пары бутылок – нормальная практика. И в обеденный перерыв выпить не возбраняется.

Ну что, по пиву и оформим сделку? Какое, Фауст, ты предпочитаешь?

Продавшим душу за жалкие пять тысяч я себя не чувствовал. Наоборот, отлично всё сложилось. А потому взял бутылочку метафорического Хольстена, оказавшегося Будвайзером. Открывашку Кен дать не догадался. Ну, я знаю много пацанских способов. Выбрал самый очевидный – поддел крышку ключом от Пинто, найденным в кармане. Не об угол шахматной доски же открывать?

А ничего так! Вкусное пиво и в голову не шибает. Главное – помнить, что я тинейджер, организм неокрепший и масса не та, что прежде. Может, бегать начать, чтобы так и не потолстеть? Пока весь корм, как говорится, не в коня. Ем от пуза, но не набираю.

Пошли проверить, как там наши “девочки”. Они отвлеклись-таки от игры и Линда увлеченно рисовала на графическом планшете, в то время как Роберта смотрела на нее едва ли не по-матерински. В нашу сторону даже не взглянули.

Вернулись на террасу. Я машинально потянулся ко второй бутылке, но остановил себя. Возможно, первое выпитое пиво прибавило мне решимости. А может быть, появилось осознание того, что даже если я параноик, меня всё равно неминуемо ограбят на интеллектулаьную собственность. Быстрота, решительность, натиск! Тем более, что меня осенило, как сделать грядущий договор еще выгоднее. Нужно взять обычный советский…

– Сэр, давайте к моей игре всех времен. Как вы отнесетесь к прогрессивной шкале процентов роялти? Допустим… начиная с пятисот тысяч проданных копий мой процент вырастет до двадцати пяти. А с миллиона – до тридцати.

– Ха-ха-ха, ты фантастически самоуверен. Мы до сих пор не продали даже сто тысяч экземпляров ни одной игры, – рассмеялся Кен. – Во всём мире нет подобного количества ни Эппл 2, ни Вик-20. Подобные тиражи есть лишь у таких хитов, как Пэк-Мэн, выходивших на всех устройствах.

– Если статистика на вашей стороне, то, подписав такой договор, вы ничем не рискуете, не так ли? Всего-то польстите самолюбию одного наглого подростка.

– Понял! – вдруг прищелкнул пальцами мистер Уильямс. – Ты хитрец, парень! Считаешь, что за несколько лет соберутся совокупные продажи с разных платформ и повысят твой процент. Даже не буду обижаться за невероятную наглость – ты всё больше и больше напоминаешь мне меня самого. Я дам тебе твои тридцать процентов после миллиона копий, но каждая платформа обязана считаться отдельно. Нельзя складывать в одну кучу кассеты, дискеты и картриджи.

– Туше, сэр, признаю своё поражение. Пусть каждая платформа считается самостоятельно. Но, может быть, хотя бы за пять-десять лет нужные мне продажи накопятся. Вы к тому моменту гарантированно оправдаете все затраты на производство. А если я вдруг ошибся в потенциале хита, то ничего не переплатите.

Я так себе актер, но разочарование в провале “гениального плана” изобразил со всей старательностью. Надеюсь, что я достаточно похож на амбициозного и умного, но не особенно опытного в бизнесе подростка. Собственно, такой я и есть, а то, что мне сорок пять – это уже частности. В первой жизни я так и не повзрослел, сомневаюсь, что и в этой изменюсь.

– В таком случае, если мы договорились, может прекратишь красться вокруг темы на мягких кошачьих лапках и покажешь прототип? – глава Сьерры использовал слэнговое выражение, сводящееся к “хватит осторожничать, будь решительней”. – Моё слово не последнее в индустрии и никто не сможет сказать, что Кен Уильямс украл у них игру.

Ага-ага, кроме Атари, обладавшей эксклюзивными правами на Пэк-Мэна, почти точным клоном какого стала Зубодробилка от Онлайн Системс. Однако не вижу причин для Кена Уильямса меня сейчас обкрадывать на тетрис. Игра уже зарегистрирована везде, куда дотянулись руки Леонарда Больцмана, а репутация плагиатора и скандал в прессе не очень хорошо скажутся на продажах. Наверное. А не тяпнуть ли мне еще одну бутылочку для храбрости? Нет! Даже первая лишняя, хотя слегка и расслабила натянутые нервы.

– У вас есть еще один Эппл 2, сэр? Я готов провести демонстрацию.

Пришло время узнать, насколько глубока кроличья нора. Это будет леген… подожди-подожди… дарно.