Реставратор с молнией в кармане. Том 6

Глава 1. Империя наносит ответный удар

Эдмунд поднял на меня взгляд и хрипло произнёс:

— Я согласен… Давай обсудим детали.

Я больше не сдерживался и шумно выдохнул. Только сейчас я понял, насколько сильно вся эта ситуация на меня давила. Наверное, с того самого момента, как мы с герцогом заключили договор.

Хотя нет, раньше – ещё после нашей встречи в резиденции семьи Ричи, когда я начал осознавать, кем на самом деле является этот старик и каким влиянием обладает. С тех пор я подспудно ожидал какой-нибудь катастрофы.

Не знаю, что это было. Возможно, обычная опаска перед людьми, которые обладают настоящей властью и способны одним приказом поднять силовые структуры. А может, просто логика подсказывала, что из подобной ситуации невозможно выбраться без серьёзных последствий.

Но в итоге всё получилось. Эдмунд согласился, а значит, я в очередной раз выкрутился и получил отсрочку.

— После моей смерти ты привяжешь мою душу к себе и сделаешь всё возможное, чтобы аннулировать мой контракт с Варваром, — герцог не отводил с меня холодного взгляда. — Мне не нужно новое тело. Я не собираюсь начинать ещё одну жизнь на Земле. Я хочу спасти свою душу.

Я серьёзно кивнул.

— Я вижу только один реальный вариант, — продолжил герцог, потирая свои опухшие костяшки. — Просветитель должен забрать меня к себе, в свой доминион. Если я окажусь под его защитой, Варвар уже не сможет до меня дотянуться.

— Хорошо, — твёрдо ответил я. — Приложу все усилия, чтобы этого добиться.

Прозвучало уверенно. Вот только я пока не особо представлял, как именно собираюсь это делать.

Просветитель – древний монстр, живущий на Луне. Да, в разговоре с герцогом я оперировал тем, что являюсь его потомком – но, если уж совсем честно, я понятия не имел, даёт ли мне это хоть какое-то преимущество.

— Взамен ты получишь мою полную поддержку, — неожиданно произнёс Эдмунд, глядя на меня как-то обречённо. — После моей смерти мои люди перейдут под твоё командование. Ты получишь часть моих оборотных средств. Разумеется, всё состояние передать тебе я не смогу, но сумма будет весьма внушительной, поверь.

Я молча слушал, офигевая от перспектив.

— Кроме того, тебе достанется моя коллекция артефактов. И, разумеется, жемчужины.

Эдмунд запустил руку под одежду, вытащил длинный футляр и, положив его на прилавок, откинул крышку. Внутри мягко поблёскивали Лунные жемчужины.

Я пересчитал их и невольно подался вперёд.

— Шесть? — выдохнул я.

— Шесть, — спокойно подтвердил герцог. — Позови Тони. Я хочу, чтобы он лично услышал мой приказ.

Я быстро кивнул и направился к выходу. Сердце гулко колотилось в груди. Честно говоря, на такой подарок я совершенно не рассчитывал.

Да, я думал о том, насколько полезным может оказаться Эдмунд Гразе после смерти. Он станет отличным советником, источником информации и помощником в делах, особенно в финансовых. В конце концов, если Гразе позволит привязать к себе его душу, он прекрасно будет понимать: его дальнейшая судьба напрямую зависит от меня – от моего развития, силы и, что ещё важнее, безопасности.

Но чтобы вот так прямо – и людей, и финансы… На такое я точно не рассчитывал.

Выйдя из лавки, я сразу увидел Тони. Горбун стоял чуть в стороне и мрачно поглядывал на дверь.

— Герцог зовёт, — передал я.

Тони коротко кивнул и быстрым шагом вошёл внутрь, а я последовал за ним.

Подойдя к прилавку, я деактивировал Диск тишины. Поверхность металлической шайбы покрылась сетью мелких трещин, однако сам артефакт не развалился – возможно, потому, что заложенный в него час работы ещё не истёк и внутри сохранились остатки энергии. Обычный человек уже ничего не смог бы с ним сделать, но для меня это не проблема. Потом использую Восстановление.

— Слушай мой приказ, — Эдмунд дождался, пока Тони остановится перед ним. — Мы с Артуром пришли к соглашению. После моей смерти ты и мой отряд перейдёте под командование Артура Ричи и встанете на его защиту. Я заранее оплачу вам десять лет службы.

— Господин?.. — ошарашенно выдавил Тони.

— Все прежние распоряжения, касающиеся уничтожения семьи Ричи и других близких Артуру людей, отменяются, — жёстко продолжил герцог. — Вся подготовка должна быть свёрнута. Ты меня понял?

Несколько секунд Тони молчал, и по его лицу было видно, насколько сильно услышанное выбило его из колеи.

— Да, господин, — наконец склонил голову он.

БАХ!

Снаружи что-то грохнуло так, что задребезжали стёкла, и мы все одновременно повернулись к двери. Почти сразу последовал второй удар, после чего дверь распахнулась и в лавку ввалился здоровяк, с ног до головы закованный в чёрные металлические доспехи.

Часть его лица была закопчена, от брони поднимался лёгкий дымок. Мужчина тяжело дышал, но на ногах держался уверенно.

— Атака! Это люди «Империи»! — рявкнул он и тут же развернулся обратно к выходу. — Их много!

Тони грязно выругался и сорвался с места с такой скоростью, что я едва успел заметить движение. Свисающие с его запястий цепи сами собой взмыли в воздух и заскользили следом, будто живые.

Через секунду горбун уже исчез за дверью. Здоровяк в доспехах выскочил следом, а с улицы практически сразу донеслись выстрелы, крики и оглушительный треск молнии.

Я мгновенно выхватил револьвер и встал рядом с Эдмундом, напряжённо глядя на вход. Сердце колотилось как бешеное, а в голове крутилась только одна мысль: какого хрена вообще происходит?! Почему Наследник вдруг отправил своих людей по мою душу?

Снаружи что-то взорвалось, и окна разом осыпались внутрь мелкой стеклянной крошкой. Я машинально прикрыл лицо рукой и попытался разглядеть, что там происходит.

Обзор был паршивый. Через выбитые окна я видел только небольшой участок улицы перед лавкой, а большую часть происходящего заслоняли стены, дым и вспышки от способностей.

Тот самый здоровяк в чёрных доспехах уже стоял прямо перед входом, широко расставив ноги и подняв руки. Всё его тело окутывало плотное молочно-белое сияние, которое разрослось в стороны и практически полностью перекрыло фасад лавки.

В защиту тут же ударила синяя молния. Свет вокруг здоровяка прогнулся, пошёл волнами, но выдержал, а спустя пару секунд с другой стороны прилетел чёрный разряд.

Тот оказался совсем другим. Он не столько вспыхнул, сколько будто выел часть света, однако сияние снова удержалось.

— Твердыня справится, — хрипло бросил Эдмунд, заметив мой взгляд. Сам он выглядел на удивление спокойно, хотя пальцы, лежащие на прилавке, едва заметно подрагивали. — Пока он стоит у входа, сюда не прорвутся.

Будто назло герцогу, снаружи раздался новый взрыв. В воздухе мелькнуло ярко-белое лезвие, врезалось в сияющую защиту и разлетелось ослепительными брызгами.

Твердыню протащило назад на несколько шагов, но он удержался. Сияние на мгновение почти прижалось к стене лавки, а затем снова расправилось.

— Это ещё что за хрень?.. — выдохнул я и крепче сжал револьвер. Судя по всему, среди нападавших был кто-то, способный на очень мощные атаки.

Где-то левее полыхнул огонь, после чего улицу качнул новый взрыв. Я мельком увидел человеческую фигуру в пламени, потом перед окном промелькнула одна из цепей Тони и мгновенно исчезла из поля зрения.

Первые минуты боя превратились в настоящий хаос. По фасаду били пули, молнии и какие-то энергетические снаряды, Твердыня принимал большую часть атак на себя, а я мог лишь стоять внутри и по отдельным вспышкам пытаться понять, что происходит снаружи.

Один раз в проёме мелькнул Тони. Горбун пронёсся мимо с такой скоростью, что за ним тянулся смазанный след, а две цепи одновременно рванулись куда-то в сторону противоположного дома.

Следом раздался металлический грохот и чей-то вопль. Я так и не увидел, попал он или нет.

Эдмунд достал из внутреннего кармана тонкую глиняную пластинку и крепко сжал её обеими руками. Он то и дело поглядывал в окно, однако наружу не лез, и я полностью разделял эту тактику.

Потом всё изменилось.

Где-то снаружи вспыхнуло что-то золотое. Я успел заметить только длинную светящуюся полосу, которая пронеслась над улицей и ударила в невидимую до этого полупрозрачную преграду.

БАХ!

От удара содрогнулись даже стены лавки. Перед худым мужчиной в чёрных доспехах, которого я наконец сумел разглядеть через окно, на несколько мгновений проявилась огромная призма, а по её поверхности побежали светящиеся трещины.

Мужчина стоял чуть в стороне от основного боя, окружённый четырьмя Мистиками. Между его поднятыми ладонями уже разгоралось белое сияние, и я сразу понял, что именно он выпускал те чудовищные плазменные атаки.

Почти сразу прилетела вторая вспышка, только теперь серебряная, гораздо тоньше и быстрее. Она попала точно в одну из трещин на призме, защита пошла волнами, а одного из четырёх охранников буквально поставило на колено.

Худого Мистика качнуло, руки дёрнулись в сторону. Вот только накопленную атаку он уже не мог остановить.

Ослепительно-белый поток сорвался с его пальцев и прошёлся по лавке.

БА-БАХ!

На этот раз Твердыня не смог перекрыть всё. Плазменный резак ударил выше его защиты, прошёлся точно по перекрытию между первым и вторым этажами, и часть стены с оглушительным грохотом рухнула внутрь.

Я едва успел отскочить. Сверху посыпались кирпичи, деревянные обломки и штукатурка, воздух мгновенно заполнился густой пылью.

— Твою мать! — заорал я, прикрывая голову руками. — Чтоб вас всех свиньи драли, уроды!

Блин, из-за Шарлотты я уже разучился нормально ругаться…

Несколько крупных камней грохнули совсем рядом, а один кусок стены развалился прямо на прилавке.

Когда пыль немного улеглась, в фасаде образовался широкий пролом. Обзор стал гораздо лучше, хотя радоваться этому совершенно не хотелось.

Теперь я видел добрую половину улицы. И лучше бы, наверное, не видел.

Повсюду мелькали люди, вспыхивали барьеры, били молнии и проносились пули. Через дорогу зияли разбитые окна клуба барона Уэльса, а возле его входа кто-то затаскивал внутрь раненых.

Чуть дальше снова полыхнула золотая вспышка. Я не видел того, кто создавал копья, – его закрывали дым, обломки и сражающиеся люди, зато сами снаряды было прекрасно видно.

Одно из них врезалось в сияющий щит какого-то Мистика, вокруг рук которого плясали обычные синие молнии. Защита прогнулась, но выдержала.

Почти одновременно небо над улицей начало стремительно темнеть. Тучи собирались прямо над домами, внутри них полыхали разряды, а через пару секунд сверху обрушился настоящий дождь из молний.

Одна ударила в лежащий на боку экипаж и разнесла его на куски. Вторая пришлась в крышу большого здания напротив, ещё несколько одновременно ударили в защиту Твердыни.

Молочно-белое сияние просело почти до самого фасада. Здоровяк пошатнулся, но каким-то чудом удержался и снова расправил защиту.

— Да сколько же вас там?.. — пробормотал я, пытаясь следить сразу за несколькими участками улицы. Это уже не походило на обычное нападение – снаружи шла полноценная битва Старших Мистиков.

Чуть левее я наконец разглядел Тони и ещё одного человека из людей Эдмунда. Тот буквально полыхал огнём и один за другим швырял в противников огненные шары.

— Пылающий, — коротко пояснил герцог, заметив мой взгляд. — Один из моих Старших.

Как раз в этот момент Пылающий метнул огромный огненный шар куда-то за пределы моего обзора. Через секунду там рвануло так, что в нескольких домах одновременно вылетели остатки стёкол.

Ответ прилетел практически сразу. Чёрная молния прочертила улицу, Пылающий успел отскочить, а разряд ударил в стену позади него.

Кирпич мгновенно почернел и начал осыпаться, будто его изнутри разъела какая-то зараза. Даже отсюда выглядело крайне неприятно.

Тони тем временем сдерживал сразу нескольких противников. Цепи метались по улице настолько быстро, что я видел только блестящие полосы.

Одна из них ударила в фонарный столб. Горбун резко дёрнул рукой, вырвал тяжёлую конструкцию прямо из мостовой и метнул куда-то вправо.

Раздался грохот. Спустя секунду осыпался угол соседнего дома, но кого именно пытался достать Тони, я не увидел.

Почти сразу по Твердыне прошлась длинная автоматная очередь. Пули в полёте вспыхивали, меняли направление, превращались в светящиеся иглы и маленькие взрывающиеся снаряды.

— Что ещё за хрень?.. — я пригнулся за остатками прилавка, когда одна из пуль рикошетом влетела внутрь лавки. Она ударилась о стену и оставила в кирпиче глубокую воронку.

Один из людей Эдмунда высунулся из-за укрытия всего на мгновение. Первая пуля разбила его защиту, вторая ударила в плечо, и мужчина с криком исчез за обломками.

Цепь Тони тут же хлестнула в сторону стрелявшего. Автоматная очередь оборвалась.

В другом конце улицы снова вспыхнули золотые копья. Одно ударило в того самого Мистика с синими молниями, а почти сразу после этого по улице одновременно прошли плазменный серп и мощный электрический разряд.

Обе атаки ударили куда-то в сторону, которую я из лавки практически не видел. Сначала камень там расплавился, а затем молния буквально взорвала мостовую.

Осколки разлетелись на десятки метров. Один из них врезался в край нашего пролома и отщепил кусок кирпича.

— Кто там вообще с ними дерётся? — процедил я. Я видел только золотые вспышки и периодически мелькающие защитные барьеры, но самих новых бойцов закрывали дым и дома.

Эдмунд ничего не ответил. Он стиснул свою глиняную пластинку ещё сильнее и продолжал следить за улицей.

Красное копьё ударило в землю под ногами Мистика с молниями. Взрыв подбросил его в воздух, а защитный купол вокруг тела ярко вспыхнул и погас.

Следом прилетел ещё один золотой снаряд. Вторая защита продержалась всего мгновение и разлетелась светящимися осколками.

Мистик сумел удержаться на ногах, но больше не полез вперёд. Вокруг него образовалось плотное поле из электрических разрядов, и он начал отступать.

В это же время где-то справа началась новая заваруха. Я слышал крики, удары и взрывы, иногда видел мелькающие барьеры, но разглядеть самих сражающихся не мог.

Тони и Пылающий всё ещё держались. Горбун носился между противниками, а Пылающий поливал улицу огнём, пока внезапно воздух прямо за его спиной не дрогнул.

Я даже не сразу понял, что произошло.

Секунду назад там никого не было. В следующую секунду из пустоты возник человек в сером костюме с коротким клинком в руке.

— Сзади! — заорал я, хотя прекрасно понимал, что с такого расстояния Пылающий меня не услышит. Он всё-таки начал оборачиваться, но слишком поздно.

Клинок коротко блеснул. Голова Пылающего слетела с плеч, однако на этом убийца не остановился.

Он положил ладонь на падающее обезглавленное тело.

Что-то глухо хлопнуло – труп с чудовищной силой впечатало в мостовую и размазало по камням.

Меня едва не вывернуло.

— Сука… — процедил я, вскидывая револьвер, но стрелять было уже не в кого. Мужчина в сером начал исчезать прямо на глазах и через секунду полностью растворился.

— Скрытник, — очень тихо произнёс Эдмунд. Его лицо заметно побледнело, а пальцы на пластинке побелели. — Значит, и он здесь.

После смерти Пылающего давление на Тони резко усилилось. С двух сторон в горбуна почти одновременно ударили синяя и чёрная молнии, но тот исчез буквально за мгновение до попадания.

Разряды вспахали мостовую. Тони появился уже сбоку от одного из противников и хлестнул его цепями.

Перед мужчиной вспыхнула защита, но горбун уже оказался рядом. Он ударил кулаком прямо в барьер.

БУМ!

Мистика швырнуло через пол-улицы и впечатало спиной в стену. Сверху посыпались кирпичи, однако добить противника Тони не успел – небо снова вспыхнуло. Несколько молний одновременно обрушились на горбуна, а тот взмахнул цепями и закрутил их вокруг себя.

Разряды били в звенья, уходили по металлу в мостовую и перескакивали на электрические фонари. Один с хлопком погас и осыпал улицу стеклом, ещё один зафонтанировал искрами.

Я смотрел на всё это и чувствовал, как пересыхает во рту. Несколько Старших Мистиков за считаные минуты превращали целую улицу в руины, и ведь ни одна сторона до сих пор даже не выглядела окончательно побеждённой.

Тут сверху раздался резкий свист.

Я вскинул голову и сразу узнал человека, который пронёсся над крышами. Тот самый летающий тип, которого я уже видел в резиденции Наследника.

— Вот дерьмо… — выдохнул я, одновременно поднимая револьвер. Летун резко ушёл вниз и направился прямо к лавке.

Твердыня успел заметить его и сомкнул защиту над зданием. Мужчина в воздухе на мгновение вспыхнул и каким-то образом проскочил прямо сквозь молочно-белое сияние.

Он влетел через пролом на второй этаж, пробил остатки перегородки и рухнул вниз буквально в нескольких метрах от нас. Поднялся почти мгновенно, причём на его лице появилась такая довольная улыбка, будто всё происходящее его только забавляло.

Я выстрелил первым.

БАХ!

Одновременно с пулей с моих пальцев сорвалась Прыгающая молния. Летуна будто дёрнуло в сторону, и он ушёл сразу от обеих атак.

— Сдохни! — заорал я и уже собирался стрелять снова, когда краем глаза заметил движение Эдмунда. Герцог вытащил из внутреннего кармана крохотную курительную трубку из желтоватого стекла и дрожащими пальцами переломил её пополам.

Из обломков с тихим свистом вырвался клуб дыма. Он мгновенно вытянулся в тонкую струю и ударил Летуну прямо в лицо.

Мужчина заорал, схватился за глаза и рухнул на колени. Вокруг него замигали щитовые барьеры – они вспыхивали и тут же превращались в песок.

БАХ! БАХ!

Я дважды нажал на спуск. Одна пуля вошла в грудь, вторая – куда-то под ключицу, Летуна отбросило на спину.

Он всё ещё дёргался. Я шагнул ближе и выстрелил ещё раз.

БАХ!

Пуля вошла в шею. Тело несколько раз судорожно дёрнулось и затихло.

— Один есть… — выдохнул я и только сейчас понял, что едва не задыхаюсь. Руки дрожали так сильно, что пришлось перехватить револьвер обеими руками.

За проломом бой тем временем продолжался. Худой Мистик с козлиной бородкой снова поднял руки, между ладонями начало разгораться знакомое белое сияние.

Четверо его защитников выглядели уже куда хуже. Один стоял на колене, второй тяжело дышал, у остальных по лицам текла кровь.

Худой вдруг вздрогнул и замер, будто услышал что-то. Белое сияние между ладонями погасло, а его лицо резко изменилось.

— Отступаем! — заорал он так громко, что я услышал даже из лавки. — На резиденцию напали! Все отступаем! Сейчас же!

Люди «Империи» начали отходить практически одновременно. Автоматчик тут же открыл длинную очередь по защитникам, заставляя всех спрятаться, а Мистик с чёрными молниями выпустил широкую дугу разрядов.

Тони попытался броситься следом. Одна из его цепей выстрелила вперёд, обвилась вокруг ноги какого-то бегущего Мистика и повалила того на мостовую.

Вторая цепь тут же легла ему на шею.

Рывок.

Голова покатилась по камням, а тело ещё несколько метров протащило по улице.

Я невольно сглотнул. Тони даже не посмотрел на убитого и уже собирался рвануть дальше, когда пространство вокруг вдруг дрогнуло – по улице прокатилась едва заметная полупрозрачная волна.

Меня мгновенно начало клонить в сон. Ноги стали ватными, револьвер едва не выпал из пальцев, а голова сама собой опустилась к груди.

— Не-е… — прохрипел я и пустил по телу разряд. Это помогло – моё сознание мгновенно прояснилось.

Эдмунд рядом клюнул носом и навалился на прилавок. Через пару секунд он встрепенулся, тяжело вдохнул и снова поднял голову.

Снаружи стало неожиданно тихо. Я выглянул через пролом и увидел, что на мостовой лежат сразу несколько человек.

Кто-то уже начинал шевелиться, кто-то оставался без сознания. Остатки «Империи» тем временем быстро уходили, прикрываясь последними выстрелами и вспышками молний.

Тони тоже стоял рядом.

Я уже хотел перевести дух, когда на дальнем конце улицы появились новые люди. Пятеро – все были одеты в белое. Белые плащи, белые костюмы, даже перчатки и обувь – и, что особенно странно, несмотря на пыль, копоть и грязь вокруг, на их одежде не было ни единого пятна.

Они спокойно шли прямо к лавке, не обращая внимания ни на тела, ни на разрушения.

Перед ними неожиданно появился человек в чёрном.

Я не заметил, откуда он пришёл. Ещё секунду назад проход был свободен, а теперь незнакомец уже стоял посреди улицы, полностью перекрывая белым дорогу.

На нём был длинный чёрный плащ и широкополая шляпа инквизитора. Между пальцами тлела сигарета.

Белые остановились. Незнакомец спокойно докурил, бросил сигарету на мостовую и раздавил носком сапога.

— Не вмешивайтесь, — негромко произнёс он. Голос был спокойным, но даже отсюда я прекрасно его услышал.

Один из белых что-то ответил, однако слов я не разобрал. После этого он сделал шаг вперёд.

Человек в чёрном даже не пошевелился.

Несколько секунд они просто смотрели друг на друга.

Наконец один из белых что-то сказал остальным. Все пятеро развернулись и начали уходить так же спокойно, как пришли.

Я нахмурился. Кто, мать его, это такие? Что за черти?

Эдмунд тоже заметил незнакомца. Герцог медленно выпрямился, всё ещё сжимая в руках глиняную пластинку.

— Первое Копьё, — хрипло произнёс он. — Зачем ты пришёл?

Человек в чёрном повернул голову в нашу сторону.

— Приказ, — равнодушно ответил он. В его голосе не было ни намёка на напряжение.

— Какой? — Эдмунд подался вперёд и вцепился пальцами в край уцелевшего участка прилавка. Его лицо заметно изменилось.

Первое Копьё пожал плечами и снова достал сигарету.

— Мне не приказывали убивать ни тебя, ни лавочника.

— Тогда что тебе приказали? — не унимался герцог. Впервые за всё время я услышал в его голосе что-то похожее на тревогу.

Незнакомец лениво прикурил и выпустил дым через нос.

— А вот это тебе уже знать ни к чему.

— Верно, — раздался совсем рядом холодный голос. — Уже ни к чему.

Я даже не успел повернуться.

Воздух возле Эдмунда дрогнул, и буквально в шаге от герцога возник человек в сером костюме. Тот самый, который убил Пылающего.

Коротко блеснул клинок, и голова Эдмунда отделилась от тела.

Кровь хлестнула на прилавок, стену и пол.

— Эдмунд!

Я выстрелил почти не целясь.

БАХ!

Перед убийцей вспыхнул полупрозрачный щит, и пуля разлетелась о него.

С пальцев тут же сорвалась Прыгающая молния. Мужчина резко отпрыгнул в сторону, уходя от разряда.

Я выпустил сферу молний, высвободив разом половину резерва.

На этот раз моя атака зацепила убийцу – его тело дёрнулось, лицо исказилось от боли, и я сразу нажал на спусковой крючок револьвера.

БАХ! БАХ! БАХ!

Перед противником один за другим вспыхнули защитные щиты. Пули разбились о них, не причинив никакого вреда.

Я снова ударил Прыгающей молнией, но убийца резко взмахнул рукой. Электрический разряд будто толкнуло в сторону, и он врезался в пол лавки, оставив чёрный след.

Остановившись у стены – подальше от Твердыни и его сияния, – мужчина сплюнул на пол и посмотрел на обезглавленное тело Эдмунда.

— Ублюдок, — процедил он, и лицо перекосилось от ненависти. — Двенадцать лет назад твои псы уничтожили моих братьев и моего отца. Я тогда поклялся, что однажды отомщу тебе.

Он тяжело дышал и не мог отвести взгляд от трупа.

— Двенадцать лет я ждал, — добавил мужчина уже тише. После этого его губы растянулись в вымученной улыбке, а в глазах заблестели слёзы.

Тони рванул его сторону, одна из цепей со свистом рассекла воздух, но опоздала – мужчина уже отпрыгнул.

Цепь прошла через пустое место и с грохотом врезалась в пол лавки.

Убийца начал медленно исчезать, не сводя глаз с трупа.

Воздух рядом зарябил. Я резко повернул голову и увидел, как из обезглавленного тела медленно поднимается полупрозрачный силуэт Эдмунда Гразе.

Герцог сперва посмотрел на собственное тело, затем перевёл взгляд на почти исчезнувшего убийцу.

— А ведь я его помню, — произнёс призрак. — Тогда он был совсем ребёнком.

Эдмунд скривился, словно вспоминая что-то неприятное.

— Я смалодушничал. Отпустил мальчишку, решил, что хватит и остальных, — он качнул головой. — Надо было вырезать всю семейку… Артур, привязывай меня к себе. — Эдмунд повернулся ко мне. — Быстро, пока меня не утянуло в Мир Духов.

— Уже, — бросил я, не отрывая взгляда от призрака. Я и без его советов прекрасно понимал, что нужно делать.

Вот только была одна проблема – мне не хватало места.

Я сосредоточился на появившейся между нами связи и попытался активировать Привязку. Перед глазами тут же вспыхнула надпись:

Достигнут предел привязанных Духов.

Эквивалент Старших Духов: 5,5 из 6.

— Да чтоб тебя… — выдохнул я и стиснул зубы. Снаружи бой окончательно затихал, но легче от этого совсем не становилось.

Эдмунд был Старшим Духом и занимал целый слот, а свободной у меня оставалась лишь половина. Можно было разорвать одну из уже существующих связей или освободить место каким-то другим способом. Например – уничтожить душу.

Я бросил взгляд на Сиси. Она стояла чуть в стороне и испуганно смотрела то на меня, то на призрак Эдмунда. Поймав мой взгляд, девушка замерла, и её глаза медленно расширились.

— Нет, Артур… — едва слышно выдохнула она. — Пожалуйста, не надо!

Глава 2. Интерлюдия. Мария Буслаева

Мария Буслаева невозмутимо сидела в просторном экипаже вместе со своими сыновьями. Пятерым людям внутри было тесновато, но Мария была категорически против разделения: за свою жизнь она не раз попадала в засады именно во время поездок и прекрасно знала, что в опасной ситуации команда должна держаться вместе.

За окнами медленно проплывали вечерние улицы. Было около семи, но город ещё не успел опустеть: закрывались лавки, ремесленники возвращались домой, у трактиров собирались первые посетители.

— У меня плохое предчувствие, — мрачно произнесла Мария, обводя сыновей тяжёлым взглядом. — Будьте готовы использовать всё: способности, артефакты – вообще всё, что у вас есть. Алёша, ты меня понял? Не дури и вперёд не лезь.

— Да понял я, понял, — недовольно проворчал тот, отвернувшись к окну.

— Святослав, разведка на тебе. Не увлекайся и не забывай смотреть по сторонам, — продолжила Мария.

— Знаю, мам, — младший небрежно отмахнулся. — Не первый раз.

— Как думаешь, зачем Виктор сам поехал следом за нами? — Илья подался вперёд, уперев локти в колени. — Не очень-то это на него похоже.

— Не знаю, — Мария качнула головой. — И сейчас это неважно. Приедем – там разберёмся.

Прямо посреди экипажа вдруг возник небольшой полупрозрачный шар, и все пятеро мгновенно напряглись. Перед Марией и Алёшей вспыхнули защитные барьеры, Илья схватился за оружие, а Добрыня обеими руками рванул со спины свой громадный щит.

БАХ! Верхний край щита пробил крышу экипажа, и внутрь посыпалась щепа.

— Это я! Каспар! — торопливо раздался из шара встревоженный голос. — Я Мистик, это моя способность. Слушайте внимательно!

Добрыня замер со щитом перед собой и со стуком опустил его на пол.

— На лавку Артура Ричи только что напали люди «Империи», — быстро продолжил Каспар. — Сейчас они сражаются с людьми герцога Гразе. Будьте готовы вступить в бой сразу по прибытии.

— Гразе наш союзник? — нахмурилась Мария. Она прекрасно знала, сколько неприятностей мог доставить этот человек.

— Сейчас – да, — без колебаний отозвался Каспар. — Его люди защищают лавку.

Мария тихо выругалась и удобнее перехватила ремень с артефактами. Ей всё меньше и меньше нравился этот заказ.

— У герцога там отряд из тринадцати Мистиков, трое из них Старшие, — торопливо перечислял Каспар. — Первый – Тони, горбун. Управляет цепями. Его тело многократно усилено артефактами и эликсирами, поэтому он обладает нечеловеческой скоростью и силой. Один из сильнейших Мистиков города.

— Про него слышала, — коротко бросила Мария. Имя Тони ей действительно попадалось, причём почти всегда рядом со словами «лучше не связываться».

— Второй – Пылающий. Чистый разрушитель: огонь, взрывы, чудовищный жар. Третий – Твердыня, защитник. Он заключил контракт с Великим Духом и входит в десятку лучших защитников планеты. Пробить его «Ауру» практически невозможно.

— Это хорошо… Очень хорошо, — Мария быстро проанализировала ситуацию. — Сколько Старший у «Империи»?

Каспар на несколько секунд замолчал, и одной этой паузы Марии хватило, чтобы внутренне напрячься ещё сильнее. Насколько она знала, у Наследника было не так много Старших – пять-шесть от силы. Но недавно из Янтарной Тюрьмы сбежали те, кто раньше служил ему. Среди них печально известные «Сокрушитель», «Гроза» и один из тройки «Палачей».

Кроме них, у Наследника имеются Кронос, Летун и ещё двое «Палачей».

Ни с кем из них Мария не хотела вступать в бой без крайней необходимости. За себя она не боялась, но рядом были сыновья, а в схватке с противниками такого уровня даже одна ошибка могла стоить жизни кому-то из её детей. А такого допускать Мария не собиралась.

Тут из шара донеслось:

— На стороне «Империи» Пять Старших. И десять обычных Мистиков. У Герцога тоже десять.

— Дело дрянь, — Алёша выпрямился. — Будут жертвы.

— Перечисли Старших, — повелительным голосом велела Мария.

— Сокрушитель, Второй Палач, Третий Палач и…

Впереди что-то грохнуло так, что стёкла экипажа жалобно задребезжали, а лошади испуганно заржали. Спустя секунду над крышами домов вспыхнуло ослепительно-белое зарево, и почти сразу следом пришёл второй удар – ещё сильнее первого.

Экипаж резко прибавил ход, но уже через десять секунд снова начал тормозить: улица впереди оказалась забита бегущими навстречу людьми.

Мужчина с окровавленным лицом тащил за руку плачущую девочку, какая-то женщина прижимала к груди ребёнка, а двое молодых парней волокли под руки раненого. Люди выскакивали из домов, бросали корзины, сумки и покупки, сталкивались друг с другом и даже не пытались разобраться, что происходит впереди, – им хватало грохота и вспышек над крышами.

— Дальше не проехать! — крикнул кучер и натянул поводья. — Там всё перекрыто!

Мария первой распахнула дверцу и выпрыгнула наружу, сыновья тут же последовали за ней. Они оказались в начале улицы Бехера, и увиденное заставило даже её на мгновение замереть.

Ещё недавно здесь шла обычная вечерняя жизнь, теперь же улица напоминала поле боя. Один экипаж лежал на боку, рядом на мостовой билась в упряжи раненая лошадь, несколько фонарных столбов были повалены, в окнах домов плясали отблески пожаров, а воздух заполняли дым, пыль и резкий запах раскалённого камня.

На улице выделялось крупное трёхэтажное здание из тёмно-красного кирпича со стрельчатыми окнами. На фоне соседних домов оно казалось особенно массивным.

Сейчас несколько окон были выбиты, а возле входа толпились люди. Мужчины в белых рубашках и жилетах затаскивали внутрь раненых прохожих и помогали женщинам с детьми укрыться подальше от улицы. Некоторые держали в руках трости, причём явно не прогулочные – Мария заметила характерные стойки и движения людей, привыкших использовать их как оружие. Что именно находилось в этом огромном здании, она понятия не имела, но сейчас оно быстро превращалось в импровизированное убежище.

Чуть дальше, на противоположной стороне улицы, ярко полыхнуло молочно-белое сияние. Мария сразу заметила стоящего перед небольшим двухэтажным зданием здоровяка в чёрных доспехах: тот широко расставил ноги и держал перед собой обе руки, а созданная им защита огромным полукругом накрывала почти весь фасад. Она вспомнила слухи и поняла, что это и есть Твердыня – а значит, здание у него за спиной наверняка являлось лавкой Артура Ричи.

Мария едва успела это понять, как в сияющую защиту почти одновременно ударили две молнии. Первая была ярко-синей, вторая – почти чёрной, и на несколько мгновений вся улица утонула в болезненном бело-синем свете. Защита Твердыни пошла волнами, но выдержала оба удара.

Мария вскинула руку, и в её ладони сформировалось длинное золотистое копьё. Оно медленно наливалось светом, пока она взглядом искала первую достойную цель.

— Видите Мистика чуть левее лавки? — снова заговорил Каспар. — В чёрных доспехах, с козлиной бородкой. Вокруг него четверо охранников.

Мария почти сразу отыскала нужного человека. Худой мужчина с впалыми щеками и клочковатой бородкой стоял чуть в стороне от основной схватки, обе руки держал поднятыми, а между ладонями постепенно разгоралось ослепительно-белое сияние.

— Это Сокрушитель, — продолжил Каспар. — Один из сильнейших ударников Наследника. Может создавать плазменные атаки разной мощности: чем дольше концентрируется, тем сильнее удар. Сейчас готовит новый выстрел по лавке. Помешайте ему.

Мария даже отвечать не стала – просто размахнулась и метнула копьё. Золотая вспышка прочертила улицу, но четверо Мистиков вокруг Сокрушителя одновременно вскинули руки, и между ними мгновенно сформировалась полупрозрачная призма.

Копьё врезалось точно в центр защиты. Грохнуло так, что стоявших рядом людей качнуло ударной волной, а по призме во все стороны побежали светящиеся трещины.

Всех четверых защитников тряхнуло. Один схватился за грудь, второй едва удержался на ногах, однако защита всё-таки устояла.

— Твари, — процедила Мария и тут же подняла вторую руку. Золотое копьё било чудовищно сильно, но и сил жрало немало, поэтому второе она сформировала другим – тонким, почти белым и куда более быстрым.

Пронзающее копьё сорвалось с ладони и вошло точно в одну из появившихся трещин. Призма ярко вспыхнула, пошла волнами, один из четверых Мистиков вскрикнул и рухнул на колено, а самого Сокрушителя качнуло назад.

Концентрация сбилась, но слишком поздно. Между поднятыми руками Мистика уже сформировался ослепительно-белый плазменный поток, который тут же сорвался с пальцев и ударил в сторону лавки.

Из-за попадания копья Сокрушитель взял выше, чем собирался, и плазменный резак прошёлся точно по перекрытию между первым и вторым этажами. Камень вспыхнул и начал крошиться, во все стороны брызнули стёкла, а часть фасада с оглушительным грохотом обрушилась вниз. На мостовую посыпались куски кирпича, один из которых пробил крышу уже брошенного экипажа.

— Убейте эту суку! — зло заорал Сокрушитель, указывая на Марию. Его бородка дёргалась от ярости, а между пальцами уже снова начинал разгораться белый свет.

— Детки, ко мне! — рявкнула Мария и отступила на полшага.

Добрыня уже стоял перед матерью. Он упёр огромный щит в мостовую, практически полностью закрыв её собой – поверх металла разгорелись символы, и щит увеличился в размерах. В это же время Алёша один за другим развернул вокруг семьи несколько полупрозрачных барьеров.

Святослав замер чуть позади, активируя свою способность. Его взгляд расфокусировался – теперь младший видел всю улицу сверху, словно находился высоко над крышами, и мог следить сразу за противниками, переулками и окнами ближайших домов.

Илья выдернул боевой топор и встал справа от матери. Он едва успел перехватить оружие двумя руками, когда Святослав резко бросил:

— Справа! Быстро!

К ним уже двигался один из Старших Мистиков «Империи». Вокруг его рук плясали молнии, мелкие разряды перескакивали между пальцами и били в мостовую, оставляя на камне чёрные отметины.

— Сдохни! — заорал он и выбросил вперёд обе ладони. С пальцев сорвался мощный поток электричества, мгновенно превратив расстояние между ними в сплошную синюю дугу.

— ХА! — Добрыня повернулся навстречу атаке и подставил щит. Его защитные артефакты вспыхнули один за другим, одновременно перед ним сомкнулись барьеры Алёши, и молния ударила в многослойную защиту.

Воздух загудел, вокруг запахло озоном, а Добрыню протащило назад почти на метр. Подошвы заскрежетали по камню, но он всё-таки удержался и, стиснув зубы, снова шагнул вперёд.

— Не смей трогать моих детей! — взревела Мария, уже формируя новое копьё. На этот раз оно было тяжёлым, золотым, созданным исключительно ради убойной силы.

Бросок – и перед Старшим Мистиком вспыхнул защитный купол. Копьё врезалось в него с такой силой, что полупрозрачная поверхность прогнулась почти до самого тела, а противника отбросило на несколько шагов.

— Его зовут Вольт, но больше известен как Второй Палач, — тут же сообщил Каспар. — На нём ещё как минимум два защитных артефакта примерно такой же мощности. Когда они разрядятся, он, скорее всего, отступит, а до тех пор будет давить вас молниями.

— Очень вовремя сообщил, — процедила Мария, не сводя глаз с противника. Второй Палач уже снова поднимал руки, но в этот момент улица неожиданно начала темнеть.

Мария вскинула голову и увидела, как над домами стремительно собираются тяжёлые тучи. Ещё несколько минут назад вечернее небо было почти чистым, теперь же облака закручивались прямо над улицей Бехера, а внутри них один за другим вспыхивали разряды.

— Гроза, ещё один Старший «Империи», — предупредил Каспар. — Управляет погодой и молниями. Не стойте на открытом месте, сейчас ударит!

Предупреждение запоздало буквально на секунду. Небо вспыхнуло, и сразу несколько молний обрушились вниз.

Одна попала в лежащий на боку экипаж, разметав горящие доски по мостовой. Вторая ударила в крышу большого здания, заставив спрятавшихся внутри людей закричать, а ещё три практически одновременно обрушились на сияние Твердыни.

Защита просела почти до самого фасада. Твердыня тяжело шагнул назад, опустил руки, сжал кулаки, и молочно-белый свет вокруг него мгновенно стал плотнее.

Следующая молния ударила прямо сверху и погасла в сиянии. Затем ещё одна, и ещё, но защитник продолжал стоять, будто вбитый в мостовую.

— Вот это щитовик, — невольно выдохнул Илья. Он даже на несколько мгновений забыл про приближающихся противников.

— Не отвлекайся, — одёрнула его Мария.

Она мельком огляделась. Чуть дальше по улица кипела куда более серьёзная схватка – Тони и Пылающий вдвоём сдерживали сразу троих Старших Мистиков.

Мария узнала их – это были Гроза, Третий Палач и Арсенал.

Первый управлял погодой и стоял позади, второй выпускал чёрные молнии, а Арсенал был вооружён странным автоматическим оружием.

Пылающий выбросил обе руки вперёд, и огромный огненный шар ударил в Грозу. Взрыв получился настолько мощным, что на нескольких ближайших домах одновременно вылетели окна, а Старшего, несмотря на вспыхнувший барьер, всё равно швырнуло назад.

Практически сразу ответил Третий Палач. Чёрная молния сорвалась с его ладони, Пылающий едва успел уйти с линии атаки, и разряд врезался в стену за его спиной.

Кирпич не взорвался и даже не загорелся. Он мгновенно почернел, пошёл трещинами, а затем начал осыпаться мелкой крошкой, словно за несколько секунд успел пролежать под дождём сотню лет.

— Не принимайте чёрные молнии на себя даже через обычную защиту, — предупредил Каспар. — Они разрушают материю. Сильный артефакт, возможно, выдержит, но проверять не советую.

Тони тем временем двигался так быстро, что Мария временами теряла его из виду. Несколько цепей извивались вокруг горбуна словно живые змеи: одна ударила в защиту Грозы, вторая заставила Третьего Палача отступить, а третья уже летела в сторону Арсенала.

Тот резко прервал очередь и отскочил, а цепь вместо него ударила в чугунный фонарный столб. Тони дёрнул рукой – и столб вместе с камнями вырвало из мостовой.

Горбун развернулся всем телом и отправил тяжёлую конструкцию прямо в Арсенала. Тот успел уйти с линии удара, зато столб с грохотом снёс угол дома позади него, заставив спрятавшихся внутри жильцов в ужасе закричать.

Мария уже собиралась снова заняться Вторым Палачом, когда с противоположной стороны улицы прокатился треск автоматической стрельбы. Арсенал выбрал новую позицию возле перевёрнутого экипажа и длинной очередью прошёлся по защитникам лавки.

Пули менялись прямо в воздухе. Одна вспыхнула и взорвалась при соприкосновении с сиянием Твердыни, вторая неожиданно изменила траекторию, третья превратилась в длинную светящуюся иглу и пробила выставленный обычным Мистиком барьер.

Арсенал почти не целился, но ни один выстрел не пропадал зря. Оружие в его руках словно само понимало, во что нужно превратиться, чтобы достать очередную цель.

Один из людей Гразе неосторожно высунулся из-за каменной тумбы всего на секунду. Первая пуля разбила его защитный амулет, вторая ударила в плечо, и мужчина с криком рухнул обратно за укрытие.

— Любое оружие в руках Арсенала становится артефактным, — напряжённо сообщил Каспар. — Не высовывайтесь из-за защиты без необходимости.

Одна из цепей Тони снова метнулась к стрелявшему, и Старшему пришлось оборвать очередь. Мария проследила за этим лишь краем глаза и тут же услышала голос Святослава:

— Мам, Второй Палач готовит атаку!

Одновременно заговорил Каспар:

— Сокрушитель тоже заканчивает концентрацию. Делает вид, что целится в лавку, но ударит по вам. Скорее всего, они атакуют одновременно.

Мария удивлённо прищурилась. Как Каспар умудрялся предугадывать действия противников?

Вопрос пришлось оставить на потом. В её руке уже формировалось новое копьё – тонкое, имеющее характерное название «Игла». Мария метнула его во Второго Палача – тот дёрнулся в сторону, однако она чуть повела кистью, и копьё изменило траекторию прямо в полёте. Перед противником вспыхнул очередной защитный щит, принявший удар на себя.

— Сейчас! — крикнул Каспар.

— Врассыпную! — рявкнула Мария, и все пятеро одновременно бросились в разные стороны. Движение было отработано сотни раз, поэтому никто не метался и не мешал друг другу.

На месте, где только что стояла семья, вспыхнул ослепительный плазменный серп и с грохотом врезался в мостовую. Камень начал плавиться, а через мгновение туда же ударил мощный поток молний.

Расплавленную мостовую буквально взорвало. Осколки разлетелись во все стороны, один врезался в стену возле Марии, второй пробил деревянную дверь ближайшего дома, и изнутри сразу донёсся испуганный женский крик.

— Суки! — выругалась Мария, на бегу формируя новое копьё. На этот раз оно наливалось красным светом – взрывное.

Она метнула его не в самого Второго Палача, а прямо ему под ноги. Мистик понял задумку слишком поздно и успел лишь вскинуть руки.

Грохнул взрыв, мостовая вздыбилась, а Старшего подняло в воздух и швырнуло назад. Перед ним вспыхнул защитный купол, принял основную силу удара и погас.

— Один! — крикнул Каспар. — У него остался один защитный артефакт! Бей!

— Не указывай мне! — огрызнулась Мария и уже формировала следующее копьё. Золотой снаряд сорвался с её руки прежде, чем Второй Палач успел окончательно подняться.

Защита вспыхнула снова, прогнулась и разлетелась на куски света. Самого Мистика отбросило ещё на несколько метров, но он ловко удержался на ногах и сразу начал отступать, размашисто двигая руками.

Вокруг него возникло плотное поле из трещащих электрических разрядов. Лезть туда вплотную явно не стоило, но Мария и не собиралась.

Буслаевы тем временем снова собрались вместе. Добрыня встал впереди со щитом, Алёша восстановил пару потраченных барьеров, а Илья едва успел поймать взгляд матери, когда со стороны «Империи» донёсся крик.

К ним бросилась целая группа обычных Мистиков. Некоторые держали оружие, вокруг других уже вспыхивали защитные или атакующие способности.

— Илья! — Мария даже не стала уточнять приказ.

Старший сын резко шагнул вперёд и метнул топор. Оружие со свистом пронеслось над улицей, пробило вспыхнувший перед одним из нападающих защитный барьер, вошло ему в грудь и буквально вбило человека в мостовую.

Илья протянул руку, и топор рванулся обратно. Один из Мистиков попытался перехватить оружие, но оно резко изменило направление, краем лезвия располосовало ему предплечье и только после этого вернулось хозяину в ладонь.

Мария сформировала сразу два коротких копья, гораздо слабее привычных, зато почти мгновенно. Первое вспыхнуло красным и взорвалось перед группой нападающих, заставив сразу троих отшатнуться, второе – тонкое и белое – пробило защиту ещё одного Мистика и вошло ему в плечо.

Добрыня шагнул вперёд и с размаху ударил щитом следующего противника. Тот отлетел на несколько метров и рухнул на спину, а Алёша тем временем сомкнул два барьера вокруг другого, буквально заперев его между прозрачными стенами.

Илья оказался рядом раньше, чем пленник успел что-то придумать. Удар обухом топора пришёлся точно в висок, и Мистик обмяк между барьерами.

Мария уже собиралась переключиться на следующего противника, когда услышала напряжённый голос Святослава:

— Сзади Пылающего! Там что-то есть!

Она резко повернула голову, но позади Пылающего никого не было. Только через мгновение воздух едва заметно дрогнул, и прямо за спиной Старшего словно из пустоты возник мужчина в сером костюме.

Пылающий начал оборачиваться, однако убийца был быстрее. Короткий взмах ножа, вспышка – и голова Пылающего слетела с плеч.

Тело ещё не успело упасть, когда убийца положил ладонь ему между лопаток. Что-то глухо хлопнуло, после чего обезглавленного Мистика с чудовищной силой впечатало в мостовую и буквально размазало по улице.

Марию замутило. За свою жизнь она видела немало смертей, но к подобным картинам так и не привыкла.

— Твою мать… — выдохнула она, стиснув зубы. В следующую секунду убийца уже начал растворяться в воздухе.

— Это Пустой! — одновременно предупредил Каспар. — Полная невидимость, я не могу определить его местоположение.

— Святослав, попробуй отследить его! — Мария машинально придвинулась ближе к детям. Если этот ублюдок решил выбрать следующей целью кого-то из них, легко ему точно не будет.

Младший несколько секунд смотрел куда-то сквозь дома, после чего побледнел и мотнул головой. Его способность оказалась бесполезной.

— Не вижу, мам. Вообще ничего.

Смерть Пылающего мгновенно изменила расклад сил. Третий Палач и Гроза больше не были связаны его атаками и одновременно развернулись на Тони.

С двух сторон ударили молнии – синяя и чёрная. Горбун исчез за мгновение до попадания, а оба разряда вспахали мостовую там, где он только что находился.

Тони появился сбоку от Третьего Палача. Одна цепь хлестнула противника по ногам, вторая ударила сверху, заставляя вспыхнуть защитный барьер.

Горбун уже был рядом. Он оказался почти на голову ниже противника и на таком расстоянии выглядел совершенно нелепо – до тех пор, пока не ударил.

Обычный удар кулаком пришёлся в защиту Третьего Палача. Барьер выгнулся внутрь, а самого Старшего швырнуло через пол-улицы и впечатало спиной в стену.

Сверху на него посыпались кирпичи. Тони уже двинулся следом, однако Гроза вскинул руки, и тучи над улицей закрутились ещё быстрее.

Сразу несколько молний обрушились на горбуна. Тони взмахнул цепями, и металл вокруг него превратился в бешено вращающийся вихрь.

Разряды били в звенья, уходили по металлу в мостовую и перескакивали на окружающие предметы. Один фонарь взорвался, во втором что-то замкнуло с яркой вспышкой, а третий зашипел и зафонтанировал искрами.

Мария невольно задержала взгляд на этой схватке. Она прекрасно знала, насколько опасны Старшие, и сама относилась к ним, но даже ей редко доводилось видеть столько сильных Мистиков в одном бою.

Всего несколько минут – и целая улица превращалась в развалины. Камень плавился, стены рушились, фонари валялись на мостовой, а обычные люди прятались за стенами, потому что от случайного промаха Старшего можно было погибнуть так же легко, как от прямой атаки.

Сверху раздался резкий свист, и Мария вскинула голову. Над крышами на огромной скорости пронёсся ещё один человек.

Он действительно летел. Без крыльев, без какого-либо аппарата и настолько быстро, что вслед за ним по улице прокатилась воздушная волна.

— Ещё один! — крикнул Святослав, но было поздно. Летун уже резко ушёл вниз и направился прямо к лавке.

Твердыня заметил его и поднял руки. Молочно-белое сияние сомкнулось над зданием, превращаясь в сплошной купол, но летящий Мистик лишь вспыхнул на мгновение и прошёл сквозь защиту. Почти сразу оттуда загрохотали выстрелы.

Первый, затем ещё два почти подряд. Что-то тяжёлое упало, послышался короткий крик, после чего прогремел последний выстрел и наступила тишина.

— Летун мёртв, — сообщил Каспар. — Артур его убил.

Мария несколько мгновений молчала, не уверенная, что правильно расслышала. Потом перевела взгляд на полуразрушенную лавку.

— Лавочник убил Старшего Мистика? — уточнила она. — Того, который только что туда влетел?

— Да, — коротко ответил Каспар. — Расслабляться рано. Пустой снова исчез, и я не могу определить, где он находится. Его наиболее вероятная цель – Эдмунд Гразе.

Удивление Марии лишь усилилось. Откуда Каспар вообще получал всю эту информацию?

Сам он явно был связистом, а значит, либо рядом с ним сидел кто-то, способный наблюдать и анализировать происходящее, либо его собственная способность была куда сложнее, чем казалась. Впрочем, разбираться с этим следовало потом – если они вообще переживут ближайшие минуты.

Сокрушитель уже готовил очередную атаку. Он снова поднял руки, и между пальцами начало разгораться белое сияние, а четверо защищавших его Мистиков выглядели заметно хуже, чем в начале боя.

Один стоял на колене, второй тяжело дышал, третий держался за бок, а по лицу четвёртого текла кровь. Мария поняла, что ещё пара хороших попаданий – и защиту Сокрушителя можно будет окончательно проломить.

В её ладони сформировалось новое копьё. На этот раз оно было серым, будто сотканным из дрожащего воздуха, – «Гул». При попадании копьё не пробивало защиту, а разрывалось сферой оглушающего шума, забивая слух, сбивая концентрацию и мешая нормально пользоваться способностями.

Мария уже отвела руку для броска, когда Сокрушитель неожиданно вздрогнул. Белое сияние между его ладонями исчезло, а сам мужчина замер, будто к чему-то прислушиваясь.

— Что?.. — выдохнул он, и его лицо резко изменилось. Спустя мгновение Сокрушитель сорвался на крик: — Отступаем! На резиденцию напали! Все отступаем! Сейчас же!

Люди «Империи» начали отходить практически одновременно, словно заранее были готовы к такому приказу. Арсенал развернулся и длинной очередью прошёлся по улице, заставляя защитников прятаться, а Третий Палач выбросил руки и выпустил широкую дугу чёрных молний.

Тони пришлось отскочить. Гроза тем временем поднял обе руки, и над улицей вспыхнуло небо.

Сразу десятки разрядов ударили между отступающими и людьми герцога. Мостовая скрылась за сплошной стеной электричества, несколько молний ударили в стены домов, вынуждая даже самых горячих преследователей остановиться.

— Не отпускать! — заорал кто-то из людей Гразе. Несмотря на приказ, по-настоящему продолжил погоню только Тони.

Одна его цепь выстрелила вперёд и обвилась вокруг ноги обычного Мистика. Рывок – человек рухнул на мостовую, а вторая цепь тут же захлестнула его шею.

Тони дёрнул рукой, и тело протащило дальше уже без головы. Горбун даже не посмотрел на убитого, переключившись на следующего противника.

В этот момент пространство вокруг словно дрогнуло. По улице прокатилась почти незаметная полупрозрачная волна, и Мария сперва даже не поняла, что произошло.

Затем сознание начало уплывать, ноги стали ватными, а формирующееся в руке копьё рассыпалось серыми искрами. Алёша рухнул первым, за ним Илья, Добрыня попытался удержаться, опираясь на щит, но тоже опустился на колено.

Святослав продержался немного дольше остальных и всё-таки свалился на мостовую. Сама Мария пошатнулась, едва не последовав за сыновьями, и до крови прикусила губу.

Боль немного прояснила сознание. Мария узнала воздействие практически сразу.

— Магия усыпления… Очень сильная, — прохрипела она и бросилась к сыновьям. — Дети! Просыпайтесь! Живо!

Она схватила Илью за воротник, встряхнула и пару раз ударила ладонью по щеке. Краем глаза Мария продолжала следить за улицей, хотя изображение временами двоилось.

Остатки сил «Империи» стремительно отступали. Арсенал уже исчез за поворотом, Гроза прикрывал остальных последними молниями, Сокрушитель пятился вместе со своими охранниками.

Тони рванул было следом, но Твердыня что-то крикнул ему. Горбун остановился, раздражённо дёрнул цепями и всё-таки остался возле лавки.

Почти сразу на противоположном конце улицы появились новые люди. Мария сперва решила, что прибыла инквизиция, но уже через несколько секунд поняла, что ошиблась.

Форма была знакомой, однако все пришедшие были одеты в белоснежное. Белые плащи, белые мундиры, даже перчатки – ни одного тёмного пятна.

Они двигались неторопливо, совершенно не обращая внимания ни на трупы, ни на разрушенные здания. Один из них спокойно переступил через лежащую на мостовой оторванную руку и даже не опустил взгляда.

Мария медленно выпрямилась, не сводя глаз с приближающегося отряда. Она не узнавала ни одного из этих людей, но сам факт, что они спокойно идут через поле боя, говорил достаточно.

— Каспар, кто это? — спросила она. Рядом застонал Илья и наконец начал приходить в себя.

Шар связи несколько секунд молчал, а когда голос наконец раздался, Каспар говорил заметно тише:

— Это Мечи. Элитный отряд фракции Сына Творца, один из двух сильнейших отрядов Собора. Будьте осторожны и не провоцируйте их.

Мечи шли прямо к лавке, не ускоряя шага и будто совершенно не замечая разрушений вокруг. Твердыня повернулся к ним лицом, а Тони чуть сдвинулся в сторону, освобождая себе место для манёвра.

Цепи горбуна с тихим звоном приподнялись над мостовой и медленно заскользили по воздуху. После недавней бойни этот звук почему-то показался Марии особенно неприятным.

Однако до столкновения так и не дошло. Откуда-то появился человек в чёрном и спокойно вышел прямо навстречу Мечам.

Мария даже не заметила, когда именно он оказался на улице. Секунду назад проход перед белыми был свободен, а теперь незнакомец уже стоял посреди дороги, полностью перекрывая им путь к лавке.

На нём был длинный чёрный плащ и широкополая шляпа инквизитора, а между пальцами тлела сигарета. На фоне целого отряда он выглядел почти нелепо – один человек, спокойно вставший перед несколькими элитными Мистиками Собора.

Но Мечи остановились. Ни один из них не сделал больше ни шага.

— А это кто? — негромко спросила Мария, внимательно рассматривая незнакомца.

Шар связи возле неё затрещал. Голос Каспара стал ещё тише:

— Первое Копьё. Командир Копий – элитного подразделения Собора, принадлежащего фракции Творца.

Человек в чёрном спокойно докурил сигарету, бросил её на мостовую и раздавил носком сапога. Один из Мечей что-то сказал ему, но Мария находилась слишком далеко и не разобрала ни слова.

Первое Копьё ответил коротко. После этого один из белых сделал шаг вперёд, однако человек в чёрном даже не пошевелился.

Они просто стояли и смотрели друг на друга. Висела звенящая тишина – волна усыпления вырубила всех людей на улице, поэтому никто не кричал и не звал на помощь.

После грома, взрывов, стрельбы и криков эта внезапная тишина казалась почти ненормальной.

Наконец командир Мечей что-то произнёс своим людям. Белые развернулись и так же неторопливо начали уходить обратно, не сделав ни единой попытки пройти к лавке.

Мария медленно выдохнула. Если один человек сумел остановить отряд такого уровня несколькими словами и одним своим присутствием, связываться с ним ей точно не хотелось.

Первое Копьё осталось стоять возле лавки. Кто-то изнутри здания что-то ему крикнул, и человек в чёрном, повернув голову, коротко ответил.

Сыновья Марии тем временем уже пришли в себя. Добрыня сидел, опираясь на щит, Алёша морщился и тёр виски, а Святослав пытался подняться, когда из лавки снова донеслись выстрелы.

Первый прогремел отдельно. Потом ещё три – почти подряд, после чего внутри здания повисла короткая тишина.

Мария резко повернула голову к лавке. Нехорошее предчувствие, мучившее её всю дорогу, снова напомнило о себе.

— Каспар? — позвала она. Ответа не последовало, и тогда Мария повысила голос: — Каспар, что там?

Шар связи дрогнул. Когда связист наконец заговорил, его голос звучал глухо:

— Гразе убит. Пустой всё-таки добрался до герцога.

Мария стиснула зубы и уставилась на разбитые окна лавки. В них она увидела мужчину в сером костюме, забрызганном кровью, держащего в руках короткий нож.

Тот самый Пустой – он что-то с ненавистью говорил, глядя куда-то вглубь лавки.

Тони вдруг развернулся и выстрелил своей цепью в него, но Пустой отпрыгнул, и цепь с грохотом проломила пол лавки.

Фигура Пустого побледнела, стала полупрозрачной и окончательно растворилась. На улице вновь стало стало тихо.

Над домами медленно расходились вызванные Грозой тучи, и сквозь них снова показывалось вечернее небо.

Мария огляделась и только теперь смогла в полной мере оценить последствия. Ещё совсем недавно по этой улице ездили экипажи, закрывались лавки, а прохожие спешили домой.

Теперь мостовая была покрыта телами, кирпичами, разбитым стеклом и кусками металла. В стенах нескольких домов зияли проломы, почти все фонари были уничтожены, а посреди улицы догорали остатки экипажа.

И ведь всё это произошло за считаные минуты. Несколько Старших Мистиков сцепились друг с другом – и целый квартал едва не превратился в руины.

— Идите в лавку, — быстро распорядился Каспар. — Защитите Артура Ричи. Сейчас это главное.

Мария тяжело выдохнула и посмотрела на сыновей. Илья уже поднялся на ноги, Добрыня перехватил щит поудобнее, Алёша восстановил первый барьер, а Святослав вытер кровь с разбитой губы и снова активировал способность.

Мария протянула руку, и в её ладони начало формироваться новое золотое копьё. Усталость давала о себе знать, но сейчас отдыхать было рано.

— Вы слышали его. Держимся вместе и идём в лавку, — приказала она, первой двинувшись вперёд. — И давайте без самодеятельности.

Глава 3. Отряд «Зет» прибыл!

— Нет, Артур… Пожалуйста, не надо! — Сиси с ужасом смотрела на меня, будто прочитала мои мысли.

Я ничего не ответил. Уничтожить Сиси или просто разорвать с ней связь было самым быстрым вариантом: она занимала половину эквивалента Старшего Духа – ровно столько, сколько мне сейчас не хватало.

Тут в лавку ворвался горбун. Он сделал несколько быстрых шагов, увидел обезглавленное тело Эдмунда и резко замер, будто налетел на невидимую стену.

Только сейчас я обратил внимание, что белое сияние пропало. Получается, Твердыня ушёл?

Цепи вокруг горбуна обмякли и с грохотом упали на пол. Несколько секунд Тони просто смотрел на тело хозяина, словно разум отказывался принимать то, что видят глаза.

— Господин?.. — сорвалось с его губ.

Он метнулся вперёд и рухнул на колени рядом с Эдмундом. Дрожащие руки схватили герцога за плечи, будто Тони всё ещё надеялся растормошить его, заставить подняться.

— Господин… — повторил он уже громче.

Тони перевёл взгляд на отрубленную голову, лежащую неподалёку, и его лицо перекосилось. Из груди вырвался сдавленный хрип, а в глазах мгновенно выступили слёзы.

— Нет… Нет… — он вцепился пальцами в одежду Эдмунда. — Господин!

Тони затрясло всем телом. Он медленно поднял голову и посмотрел на меня.

В его взгляде смешались боль, ярость и почти животное отчаяние. Цепи вокруг него снова поползли вверх, а пальцы сжались так сильно, что побелели костяшки.

— Ты… — процедил он.

— Не мешай! — крикнул Эдмунд.

— Не мешай! — тут же повторил я. А затем резко наклонился и прошептал в ухо горбуна: — Душа твоего хозяина ещё тут! Прикрой меня, идиот!

Тони застыл. Вся ярость словно разом исчезла с его лица, уступив место настолько растерянному выражению, что горбун стал походить на брошенного щенка.

— Что?.. — выдохнул он, переводя взгляд с меня на тело Эдмунда.

— Скажи ему следующее: три розы, две ладони и бык, — быстро затараторил герцог. — Скажи, что всё пошло по сценарию «Табу». Быстрее!

Я тут же склонился и прошептал в ухо горбуна слова Эдмунда.

Тони дёрнулся, будто его ударило током. Он широко распахнул глаза, и в них впервые появилась не только боль, но и крохотная надежда.

— Откуда ты…

— Не мешай, пожалуйста, — перебил я его. — Прикрой меня, пожалуйста. Этим ты поможешь… Ему.

Горбун тяжело дышал и несколько секунд не сводил с меня глаз. Было видно, что он до сих пор не понимает, что происходит, но знакомая фраза Эдмунда оказалась для него достаточным доказательством.

Призрак герцога вдруг начал медленно подниматься над полом.

— Артур? — старик впервые посмотрел на меня с настоящим страхом. — Что происходит?!

Тони хотел что-то сказать, но осёкся, увидев выражение моего лица. Он стиснул зубы, поднялся на ноги и ещё раз посмотрел на тело хозяина.

— Спаси его, — хрипло выдавил горбун.

После этого Тони резко развернулся и выскочил из лавки. Цепи взметнулись следом за ним.

Фух, ну хоть эта проблема решилась. Теперь осталось привязать герцога.

Я не собирался уничтожать Сиси – зря она боится. Максимум – отпущу её в Мир Духов. Но…

В памяти сами собой всплыли слова Просветителя: у каждого Истинного Мага свой путь. Путь, который зависит только от него самого – не от каких-то правил и не от чужих ограничений.

Я сам прокладываю себе путь. А значит…

Я снова посмотрел на Эдмунда и активировал Привязку. Ничего. Связь словно упёрлась в невидимую стену.

— Сука… — я стиснул зубы.

За щекой у меня уже лежала Лунная жемчужина – я сунул её туда ещё в самом начале боя, чтобы в любой момент иметь доступ к энергии. Теперь я начал тянуть из неё заряд – сильнее, ещё сильнее. По телу побежали прозрачные электрические всполохи.

Внутри закололо – я принудительно увеличивал свой призрачный резерв.

— Что ты делаешь? — настороженно спросила Сиси.

Я не ответил.

— Я тебя привяжу, — процедил я и снова активировал Привязку.

На этот раз что-то изменилось. Я почувствовал нить – тонкую, едва заметную, почти рвущуюся. Но она была.

Нить протянулась от меня к Эдмунду и обвилась вокруг его призрачного тела.

Перед глазами мелькнуло сообщение:

Эквивалент Старших Духов: 5,5 из 6,5.

— Получается…

Я перестал расширять свой призрачный резерв – боль становилась всё сильнее и уже мешала концентрации.

Герцог остановился в воздухе – всего на мгновение, – а затем его снова потянуло вверх.

— Что за хрень?! — вырвалось у меня.

Я вытягивал из жемчужины всё больше энергии, укрепляя связь, однако кто-то словно тащил Эдмунда в противоположную сторону.

Вдруг на призрачном теле герцога проступили чёрные цепи – одна, вторая, третья. Они обвивали руки, ноги и грудь Эдмунда, а их противоположные концы уходили куда-то вверх и исчезали в пустоте.

— Нет! — заорал Эдмунд, когда его резко дёрнуло вверх. — Артур! Не дай Варвару забрать меня!

— Да вижу я! — рявкнул я.

Тут в лавку вошли пятеро человек – женщина и четверо здоровяков.

— Мы прибыли по приказу вашего отца, чтобы защитить вас, — мрачно произнесла женщина.

Не обращая на неё внимания, я тянул из жемчужины всё, что мог. Но этого не хватало. Чёрные цепи натянулись, и моя собственная нить связи задрожала – сейчас порвётся.

Мысли лихорадочно метались, и тут взгляд упал на лежащий на прилавке открытый футляр. Жемчужины!

Я рванулся к нему, сгрёб сразу несколько и, не придумав ничего лучше, запихнул их в рот, как грёбаный бурундук.

Сиси ошалело уставилась на меня, но мне было плевать. Я потянул энергию сразу из всех жемчужин.

Одна оказалась почти пустой, во второй оставалось заметно больше, а третья была заряжена ещё сильнее.

Энергия хлынула внутрь, по телу побежали молнии – казалось, электричество течёт уже не по коже, а прямо по крови. Всё внутри странно резонировало.

Мой резерв вновь начал расширяться – но на этот раз быстрее и безболезненнее, будто Лунные жемчужины помогали мне.

Я снова вцепился в связь с Эдмундом.

— Сюда!

Призрачная нить стала толще, потом ещё толще. Теперь она больше напоминала настоящую цепь из полупрозрачных молний, оплетающую тело старика. Чёрные цепи натянулись в ответ.

Я стиснул зубы так, что заболела челюсть, и тянул – ещё, ещё!

Первая чёрная цепь лопнула, и Эдмунд вздрогнул.

— Давай! — заорал он.

Вторая цепь разлетелась тёмными клочьями, за ней третья. Моя связь становилась всё плотнее: молнии уже полностью покрывали призрачное тело герцога, а электрическая цепь обвивала его в несколько витков, не позволяя подняться ни на сантиметр.

Последняя чёрная цепь натянулась так сильно, что задрожала.

— Давай же… — прохрипел я, вытягивая из жемчужин всё, до чего смог дотянуться.

ХРРР!

Цепь лопнула, и призрак Эдмунда резко рухнул вниз.

Я пошатнулся и обеими руками вцепился в край прилавка.

— Фу-ух…

Эдмунд тоже тяжело дышал. Он посмотрел на свои руки, потом на меня. Связь оставалась на месте.

Получилось.

Только теперь я наконец вспомнил, что вокруг вообще-то недавно шёл бой. И что ко мне прибыла странная компания.

Вытащив изо рта все жемчужины, я перевёл взгляд на женщину и четверых здоровяков, которые настороженно смотрели на меня, и спросил:

— Кто вы, говорите, такие?

***

Чуть ранее.

— Мам… — Алёша понизил голос почти до шёпота. — Мне кажется, он псих.

— Молчи, — процедила Мария.

Все пятеро Буслаевых стояли посреди полуразрушенной лавки и смотрели на Артура Ричи. Тот стоял у прилавка, вцепившись в него одной рукой, и запихивал себе в рот какие-то жемчужины. При этом он пучил глаза и таращился куда-то в небо, а по его телу то и дело пробегали молнии.

— Сюда! — прохрипел он.

— Мам, ну ты сама посмотри… — не унимался Алёша, кивком указывая на лавочника.

— Я сказала – молчи, — Мария медленно выдохнула.

— Давай! — заорал лавочник, пуча глаза и протягивая руки к небу.

Мария уже раз сто пожалела, что согласилась на этот странный заказ.

***

Виктор Ричи, Каспар и барон Кисар сидели в экипаже чуть в стороне от улицы Бехера, и все трое выглядели неважно. Каспар тяжело дышал, по его лицу стекал пот – использовать способность столько раз подряд было для него крайне тяжело.

Барон Кисар – низкорослый мужчина с густыми закрученными усами и в колпаке, до побелевших пальцев сжимал свою трость, поддерживая способность «Купол Сокрытия». С помощью своей силы он спрятал весь экипаж.

Виктор тоже был заметно бледен. От отца ему досталось несколько редких артефактов, идеально дополняющих его дар. Один помогал собирать информацию, другой позволял наблюдать за происходящим на расстоянии. А дальше в дело вступала собственная способность Виктора: чем больше он знал – тем больше мог узнать.

Именно так они и работали всё это время. Виктор собирал крупицы информации, использовал силу, делал выводы и давал указания отряду Марии, а Каспар поддерживал с ней связь и передавал всё необходимое.

Теперь люди «Империи» отступили. На улице появились сразу два элитных подразделения Собора, но в схватку так и не вмешались. Казалось, всё наконец закончилось.

— Ещё люди, — вдруг прохрипел Каспар.

— Где? — мгновенно подобрался Виктор.

— Два экипажа. Остановились недалеко от улицы. Из них выходят люди.

— Да чтоб вас…

Виктор прикрыл глаза и активировал один из артефактов. Перед внутренним взором тут же возникла улица, будто он смотрел на неё с большой высоты. Два чёрных экипажа. Семеро мужчин, которые уже двигались к лавке.

Первым делом Виктор внимательно рассмотрел их маски, одежду, оружие и манеру двигаться. Затем вспомнил всё, что когда-либо слышал о подобных группах. Способность тут же подхватила эти сведения, и новые детали начали одна за другой складываться в голове.

— Отряд «Зет», — тихо произнёс он.

— Кто? — Каспар вытер мокрый лоб рукавом.

— Люди семьи Син… Что они тут делают?

Виктор сосредоточился сильнее.

— Прибыл отряд «Зет», — зашептал Каспар, прикрыв глаза. — Будьте готовы. Защищайте господина Артура.

Он выдохнул. Передача слов через Посланника забирала слишком много энергии. Хорошо хоть, что не приходится отправлять персональных Посланников, привязанных к определённым людям и видимым только им. Обычные Посланники жрут меньше энергии.

— Их семеро, — заговорил Виктор. — Двое Старших Мистиков. Командир Фальк, так же известный как «Сдвиг» и его заместитель «Форт».

— Артур, это я, Каспар, — быстро сказал старик. — Не переживай, это моя способность. Так я могу общаться на расстоянии.

— Они опоздали, — Виктор, продолжая наблюдать за отрядом «Зет», усмехнулся.

— Что? — не понял Каспар.

— Если бы они появились несколькими минутами раньше, то могли бы серьёзно изменить ход боя. А сейчас – нет.

— Один из отрядов семьи Син, — заговорил Каспар, передавая свои слова через Посланника. — Не знаю, почему они здесь.

Отряд «Зет» тем временем спокойно шёл по улице, и навстречу им вышел Тони. Горбун остановился посреди мостовой и несколько секунд молча смотрел на приближающихся людей. А затем земля вокруг него взорвалась – из-под мостовой вырвались сразу несколько цепей и метнулись к противникам.

Начался бой, и Виктор невольно подался вперёд.

Отряд «Зет» действовал удивительно слаженно: никто не мешал остальным, и каждый действовал ровно так, как было надо.

Особенно выделялся их командир, Фальк. Его способность явно была связана со временем – он двигался совершенно неправильно. Вот он шагнул вперёд, и цепь Тони прошла в нескольких сантиметрах от его лица, а в следующий миг Фальк вдруг оказался там, где стоял секунду назад. Ещё движение – и он уже на несколько шагов впереди. Горбун снова и снова пытался достать его цепями, но безрезультатно: Фальк словно перескакивал между отдельными мгновениями, не забывая палить сразу из двух револьверов.

На всю улицу грохотали взрывы и выстрелы.

Тони стрелял из револьвера, швырял небольшие бомбы, после которых улицу затягивало ядовитым дымом, атаковал цепями сверху, снизу и сразу с нескольких направлений. Но отряд «Зет» постепенно теснил его обратно к лавке.

Фальк был во главе атаки. Второй Старший закрывал его мощными барьерами, от которых отскакивали цепи горбуна и в которых вязли его пули.

Остальные пятеро держались чуть позади и работали куда менее заметно, но именно из-за них Тони никак не удавалось переломить бой. Один из Мистиков короткими ударными импульсами постоянно сбивал траекторию горбуна, мешая ему маневрировать, а другой будто цеплялся способностью за металл – несколько раз цепи Тони внезапно дёргались вниз и на мгновение прилипали к мостовой или стенам, вынуждая его рвать их обратно силой.

Ещё один почти не атаковал вовсе. Он всё время держал Тони в поле зрения, и Виктор быстро понял почему: даже когда улицу затягивал густой ядовитый дым, бойцы «Зет» продолжали стрелять и двигаться так, словно прекрасно знали, где находится горбун. Скорее всего, связист – и заодно что-то вроде разведчика, передающего остальным положение противника.

Двое последних тоже оказались далеко не лишними. Один выпускал небольшие энергетические стрелы, которые сами по себе не отличались особой мощностью, но всё равно могли серьёзно ранить. Он бил часто и почти без пауз, вынуждая Тони постоянно держать их в уме и тратить часть внимания на уклонения.

Последний Мистик усиливал атаки товарищей. Он то и дело выпускал в воздух небольшие сгустки энергии, похожие на полупрозрачные облачка, и любой снаряд, прошедший через них, заметно прибавлял в силе. Особенно хорошо это работало с револьверами Фалька – несколько усиленных выстрелов один за другим сбили артефактные щиты Тони и заставили горбуна ещё быстрее отходить к лавке.

Получалась почти идеальная связка. Один отслеживал противника и передавал его положение всей группе, второй мешал Тони работать цепями, третий сбивал его с нужной траектории, четвёртый постоянно держал под огнём, а пятый усиливал атаки остальных. На острие всего этого шёл Фальк под защитой второго Старшего, и именно поэтому отряд «Зет» шаг за шагом теснил одного из сильнейших Мистиков Бернгольда обратно к лавке.

Присоединись Твердыня к горбуну, с противниками покончили бы за минуту. Но сразу после гибели герцога он покинул поле боя – и никто даже не попытался его остановить.

Виктор, конечно, с удовольствием нанял бы такого монстра защиты. Вот только прекрасно понимал: ему не хватит ни связей, ни денег, чтобы заинтересовать Мистика подобного уровня.

Когда горбун уже почти дошёл до лавки, способность Виктора подсказала: надо действовать.

— Сейчас, — быстро велел он. — Пусть Мария бросит огненное копьё.

— Мария, бросай огненное копьё! — торопливо велел Каспар.

Буквально через три секунды из-за спины горбуна вылетело пылающее копьё. Оно со свистом пересекло улицу и врезалось прямо в группу «Зет».

БУМ!

Вспыхнул огненный шар, и людей раскидало в разные стороны. Мария снова атаковала так, чтобы не убить – не хотела наживать себе врагов.

Тони мгновенно воспользовался моментом, и две его цепи метнулись вперёд.

ХРЯСЬ!

Сразу двое лишились голов. От семерых осталось пятеро.

— Вот теперь всё, — тихо пробормотал Виктор.

Оставшиеся начали отступать. Тони же, наоборот, пошёл вперёд. Горбун вдруг безумно захохотал и начал сквозь смех материться и… плакать? Цепи вокруг него извивались, словно живые змеи, а в обеих руках появились револьверы, из которых он палил почти без остановки.

Виктор перевёл внимание на Первое Копьё. Тот стоял чуть в стороне и спокойно курил, равнодушно наблюдая за происходящим. Мечи, отступившие к дальнему концу улицы, тоже не вмешивались – просто ждали. А Мария с сыновьями так и остались внутри лавки.

— Молодец, — тихо произнёс Виктор.

— Кто? — Каспар непонимающе посмотрел на него.

— Мария. Её задача – защищать Артура, а не гоняться за врагами по улице.

Тони тем временем настиг ещё одного бойца «Зет». Цепь обвилась вокруг его туловища, последовал рывок – и тело буквально разорвало пополам, а внутренности выплеснулись на мостовую.

Цепь продолжила свой полёт и снесла часть стены дома.

Виктор поморщился и мысленно поблагодарил того из Мечей, кто несколько минут назад накрыл улицу усыпляющей волной. Большинство обычных людей сейчас спали – иначе случайных жертв бы прибавилось.

Врагов осталось четверо, и они отступали всё дальше. Один был тяжело ранен – удар цепи сломал ему руку, и теперь та безвольно болталась вдоль тела. Двое Старших Мистиков пока ещё держались, но даже Виктор видел, что они уже выдыхаются.

Тони подловил и убил раненого, но дойдя до края улицы, остановился.

Трое противников тоже замерли – тяжело дыша, они не сводили глаз с горбуна.

И тут произошло нечто странное. Все трое членов отряда «Зет» одновременно рухнули на мостовую – просто обмякли, будто марионетки, у которых разом перерезали нити.

Несколько секунд Виктор вообще не понимал, что случилось, а потом медленно перевёл взгляд на Первое Копьё. Тот всё так же стоял в стороне, только теперь его рука с сигаретой была вытянута в сторону трёх тел, а на губах играла едва заметная усмешка.

Тони резко развернулся к нему, и цепи вокруг горбуна поднялись в воздух.

— Ты же не вмешиваешься? — хрипло спросил он.

— Ненавижу Синов, — пожал плечами Первое Копьё и неторопливо затянулся. — Они как тараканы. Давишь, давишь, а они всё равно откуда-то лезут.

Тони ещё несколько секунд смотрел на него, потом перевёл взгляд на три неподвижных тела и развернулся к лавке.

Виктор же продолжал сидеть, не шевелясь. Он не понимал лишь одного: как? Первое Копьё находился в десятках метров от противников. Не было ни вспышки, ни движения энергии, ни видимого удара – и тем не менее он каким-то образом мгновенно убил трёх Мистиков, двое из которых были Старшими…

Глава 4. Пирожочек меняет профессию

— Ваш отец отправил нас для вашей защиты, — сообщила женщина, с настороженностью и некоторой опаской глядя на меня. — Меня зовут Мария. Это Илья, Добрыня, Алёша и Святослав.

Она указала по очереди на здоровяков. Те кивали, услышав своё имя.

— А Тони вас пропустил, что ли? — я кивнул в сторону горбуна, который стоял посреди улицы и напряжённо смотрел куда-то вдаль.

— Пропустил, — Мария коротко кивнула. — Я рассказала о своих целях, и он не стал мешать.

Может, у него тоже есть какой-нибудь артефакт, различающий правду и ложь?

В этот момент прямо в центре помещения появился полупрозрачный шар, и из него раздался голос:

— Прибыл отряд «Зет». Будьте готовы. Защищайте господина Артура.

Мария едва заметно шевельнула рукой, и четверо её сыновей тут же заняли позиции вокруг меня. Добрыня опустился на одно колено впереди и с грохотом вогнал край громадного щита прямо в пол моей многострадальной лавки – щит начал увеличиваться прямо на глазах.

Я же выхватил револьвер и направил его на полупрозрачный шар. Голос показался мне смутно знакомым.

— Это ещё что за херь? — напрягся я.

— Артур, это я, Каспар, — торопливо заговорил шар. — Не переживай, это моя способность. Так я могу общаться на расстоянии.

— Вот как… — пробормотал я и опустил оружие. — Ну ладно.

Снаружи раздалась серия выстрелов. Я глянул в разбитое окно, но успел заметить лишь мелькнувшую цепь Тони – сам бой шёл где-то чуть дальше по улице. Я шагнул было к выходу.

— Не высовывайтесь, — тут же остановила меня Мария, не сводя глаз с улицы. — Ждём здесь.

Я кивнул и прислушался к грохоту выстрелов и взрывов. Заодно бросил взгляд на герцога. Тот стоял неподалёку и с любопытством разглядывал собственное полупрозрачное тело, а затем переводил взгляд на остальных призраков – Сиси, Шарлотту и Давыдова. Пока все молчали.

— Что это за отряд «Зет»? — спросила Мария, глядя на шар.

— Один из отрядов семьи Син, — тут же отозвался тот голосом Каспара. — Не знаю, почему они здесь.

— Они за мной, — поморщившись, буркнул я.

Мария быстро перевела на меня взгляд, но ничего не сказала.

Я же вспомнил старого детектива Шмуэля, в которого совсем недавно выпустил несколько пуль посреди улицы. Похоже, этот козёл всё-таки не стал искать железобетонных доказательств и просто доложил семье Син, что Энтони убил именно я. Вот старый ублюдок.

Снаружи продолжало грохотать. Похоже, этот отряд и правда весьма силён, раз способен на равных сражаться с Тони. Я совсем недавно своими глазами видел, на что способен горбун – он в одиночку спокойно сдерживал двоих Старших Мистиков.

Время шло, а бой всё не заканчивался.

Эдмунд тем временем разговорился с Давыдовым и начал расспрашивать его о призрачной жизни. Старик вообще заметно изменился – будто помолодел лет на двадцать и даже приободрился. На собственное тело, лежащее неподалёку, он почти не смотрел.

— Мария, бросай огненное копьё! — вдруг раздался голос Каспара.

Женщина грязно выругалась и вскинула руку. Над её ладонью вспыхнуло длинное огненное копьё. Мария шагнула вперёд, резко размахнулась и метнула его через разбитое окно. Пылающее копьё со свистом пронеслось над улицей и исчезло из моего поля зрения.

БУМ!

Грохнул взрыв, следом донеслись крики, перемежаемые треском ломаемых костей и рвущейся плоти. Похоже, отряд «Зет» только что понёс первые потери.

Бой продолжался ещё какое-то время, но выстрелы звучали всё дальше и дальше. Краем глаза я заметил мужика в чёрном, который всё это время спокойно стоял на другой стороне улицы и курил. Он вдруг вытянул руку с сигаретой куда-то в сторону.

А затем всё стихло.

Через несколько секунд раздался напряжённый голос Тони:

— Ты же не вмешиваешься?

— Ненавижу Синов, — пожал плечами мужик в чёрном и снова затянулся. — Они как тараканы. Давишь, давишь, а они всё равно откуда-то лезут.

Я нахмурился. Это что получается? Он только что их убил?

«Спроси у старика, что за способность у этого чувака в чёрном», — мысленно попросил я Шарлотту.

Этот мужик не просто так торчал напротив моей лавки и явно чего-то от меня хотел. Поэтому лучше заранее понимать, к чему готовиться.

Шарлотта метнулась к Эдмунду. Герцог выслушал её вопрос и почти сразу подлетел ко мне.

— Никто не знает, в чём именно заключается способность Первого Копья, — негромко начал он. — Точно известно лишь то, что он способен исчезать из виду. Причём так, что даже Старшие Мистики не могут его обнаружить.

Я снова посмотрел на человека в чёрном. Тот спокойно курил, будто вокруг не валялись трупы и не была разнесена половина улицы.

— Кроме того, у него есть какая-то атакующая способность, — продолжил Эдмунд. — Такая же неуловимая, как и его скрытность. Никто толком не понимает, как именно он атакует.

— Замечательно… — пробормотал я.

— Первое Копьё ещё известен под прозвищем Жнец, — добавил герцог. — В негласном рейтинге сильнейших Мистиков он входит в первую пятёрку.

Я скривился. И как мне, интересно, сражаться против такого монстра?

Мария тем временем отошла от разбитого окна и вернулась к нам. Выглядела она крайне измождённой: плечи опустились, лицо осунулось, а под глазами залегли тёмные круги. Только сейчас я понял, что ей, наверное, уже под пятьдесят, хотя с первого взгляда и не скажешь. Думаю, в лучшей форме Марии и тридцати не дашь.

Снаружи повисла тишина.

Я сделал несколько шагов к выходу, но тут поймал на себе взгляд Первого Копья. Жнец вытащил сигарету изо рта и указал ею прямо на меня.

— Ты. Жди здесь.

— Чего ждать? — напрягся я.

— Просто жди, — мужчина пожал плечами и снова затянулся.

Я заскрипел зубами. Вот же… И что мне теперь делать?

В лавку вошёл Тони. Выглядел горбун… нестабильно. Посмеивался под нос, и при этом из его глаз катились слёзы. Взгляд его был безумным, пугающим.

Он посмотрел на мои руки – я до сих пор держал в ладони семь Лунных жемчужин. Из-за появления отряда «Зет» и начавшейся схватки у меня так и не нашлось времени нормально их рассмотреть.

— Тони, — я посмотрел на горбуна. — Прикрой меня пока.

Тот, не ответив, развернулся ко мне горбом. Разбросанные вокруг него цепи тихо звякнули и приподнялись над полом, странно подрагивая.

Тонни смотрел на курящего мужика в чёрном и продолжал то ли смеяться, то ли плакать.

Я опустил взгляд на жемчужины.

Скорее всего, в ближайшее время мне предстоит серьёзный бой, а значит, нужно стать сильнее прямо сейчас. И один из самых очевидных способов – увеличить свой призрачный резерв до максимума. Для начала стоило понять, насколько он вообще вырос.

Я посмотрел на Эдмунда и сосредоточился. Перед глазами тут же появилась знакомая информационная надпись.

Объект: Эдмунд Гразе.

Статус: привязан.

Ступень: Старший Дух.

Способность: Регенерация.

Целостность: 71%.

Доступно: Поглощение, Восполнение, Разрушение.

Заряд: 195 из 230.

Я приподнял брови. Ничего себе.

Мне удалось увеличить максимальный резерв больше чем в два раза, причём гораздо безболезненнее, чем в прошлый раз. Скорее всего, дело в жемчужинах: я вытягивал энергию сразу из нескольких, и они каким-то образом вошли в резонанс, заметно облегчив расширение.

Но мне ещё было куда расти. Думаю, второй резерв, как и первый, способен дойти до трёхсот единиц. Значит, надо немного дожать.

Я снова посмотрел на лежащие в ладонях жемчужины и только тогда заметил странность – все семь едва заметно мерцали.

— Хм?..

Я сосредоточился сильнее, и перед глазами неожиданно появилась новая надпись. В отличие от привычных, она была золотистой и тоже слегка мерцала.

Объект: Бусины из Чёток Просветителя.

Возраст: более 2000 лет.

Состояние: неполный комплект.

Комплектность: 7 из 12 бусин.

Свойства: недоступны.

Условие формирования неполного артефакта: не менее 8 бусин.

Доступно: —.

Заряд: 300 из 300.

— Ого… — вырвалось у меня.

Взгляд сразу зацепился за строчку про условия. Нужно восемь бусин. А у меня семь.

Мысли лихорадочно закрутились. Я поискал глазами полупрозрачный шар, но нигде его не увидел.

— Каспар! — громко позвал я. — Ты тут?

Мария бросила на меня короткий взгляд, ничего не сказала и вышла на улицу. Там она махнула рукой небесам, и через несколько секунд в лавке снова появился полупрозрачный шар.

Фига, и как это работает?

— Я тут, — донёсся из шара измученный голос Каспара. — Что такое?

— Кольцо, которое мой отец искал по приказу Просветителя. Его добыли?

Повисла короткая пауза.

— Да, — наконец отозвался Каспар. — Кольцо у нас. Твой отец как раз звал тебя на ужин, чтобы передать его.

— Супер, — я шумно выдохнул. — Мне нужно забрать это кольцо. Прямо сейчас.

— Мы останемся здесь, — Мария, поймав мой взгляд, сразу покачала головой. — И отправлять кого-то из сыновей я не стану.

Я скосил глаза на четырёх здоровяков, каждый из которых выглядел ровесником собственной матери, но комментировать не стал.

Просить Тони тоже не хотелось. Горбун после смерти хозяина явно был немного не в себе, и доверять ему настолько ответственное задание я не собирался.

— Давай я схожу! — Шарлотта подлетела ко мне, возбуждённо сверкая глазами. — Займу тело Пирожочка и сбегаю к ним. Пусть только скажут, где они. Это же где-то недалеко?

Я задумался всего на секунду. А ведь и правда.

— Каспар, где сейчас отец? — спросил я вслух.

— На улице Крамера, — после небольшой паузы отозвался тот. — Она следующая за Бехера. Мы во дворе небольшой гостиницы, там стоит старый экипаж без лошадей. Но он скрыт магией.

Я посмотрел на Шарлотту. Та решительно кивнула и умчалась в сторону мастерской. Похоже, Пирожочек сбежал туда, как только началась вся эта заварушка. Вот трусливая крыса.

— Скоро к вам прибежит жирная крыса по имени Пирожочек, — предупредил я. — Передайте кольцо ей.

Шар молчал.

— Артур… — наконец осторожно заговорил Каспар. — Я правильно тебя услышал? К вам прибежит крыса и заберёт кольцо?

— Да, — совершенно серьёзно подтвердил я и снова бросил взгляд на Жнеца. — Сам я сейчас покинуть лавку не могу, а отправить к вам мне некого. А вы, насколько я понял, принести кольцо тоже не можете?

— Не можем, — устало отозвался Каспар. — Нас тут всего трое. Если выйдем на улицу, нас с большой вероятностью остановят либо Мечи, либо Копья, либо этот горбун.

— Тогда ждите.

Со стороны мастерской раздалось царапанье.

Я подошёл к двери и открыл её. Из мастерской тут же выбежал Пирожочек. Жирная крыса с огромным трудом поднялась на задние лапы и приложила переднюю лапку к голове.

Я несколько секунд молча смотрел на неё. Пирожочек кивнул, опустился на четыре лапы и ловко выскользнул на улицу.

Увидев ошарашенный взгляд Марии и её детей – кто-то из них даже открыл рот от изумления – я тяжело выдохнул.

Да уж… Никогда бы не подумал, что однажды буду использовать Пирожочка в качестве посыльного.

***

— Мам, мож ну его нахер? — зашептал Алёша, испуганно глядя на лавочника. — То он жемчуг жрёт и бормочет что-то, то ему жирная крыса-почтальон честь отдаёт! Я его боюсь, мам.

Алёша специально шептал на своём языке – вдруг у лавочника ещё и уши странные?

— Молчи, — шикнула на него мать. — У богатых свои причуды…

Мария не хотела признавать, но и она уже начала опасаться этого странного лавочника…

***

Каспар дрожащими пальцами откупорил бутылёк с экстрактом красного янтарита – уже второй за последний час – и залпом выпил содержимое. По телу прокатилась волна тепла, усталость начала отступать, а в голове немного прояснилось.

Конечно, через несколько часов за такую глупость придётся расплачиваться. Подобный экстракт вообще не рекомендовалось принимать чаще одного раза в сутки, но выбора не было – Каспару требовалось поддерживать способность.

На улице творилось что-то совершенно непонятное. Первое Копьё отказывался выпускать Артура из лавки, а связываться с одним из сильнейших Мистиков страны никто не желал. Мечи просто стояли, словно ждали чего-то. Полиция и инквизиция не совалась сюда, обходя улицу стороной.

Каспар посмотрел на нахмурившегося Виктора, а затем перевёл взгляд на барона Кисара.

— Знаешь, Виктор, — неожиданно заговорил барон, поглаживая закрученный ус, — я не только отдал тебе свой долг, но теперь, кажется, ещё и ты мне должен. Ты втянул меня в очень опасную ситуацию.

— А что тут опасного? — хмыкнул Виктор, явно не желая оказываться в должниках. — Мы просто сидим здесь и ничего не делаем. От тебя требуется лишь скрывать нас.

— Ты не прав и знаешь об этом, — Кисар недовольно покачал головой. — Я вообще стараюсь не вмешиваться в настолько рискованные дела.

— Ладно, — проворчал Виктор. — Признаю долг. А теперь убери способность. Скоро к нам прибежит какая-то жирная крыса.

Барон скептически посмотрел на него.

— Я уже её вижу, — пожал плечами Виктор. — Она только что пересекла улицу Бехера. И да, она действительно очень жирная.

Кисар хмыкнул и прикрыл глаза. Каспар ничего не почувствовал, однако прекрасно понимал: Купол Сокрытия, до этого прятавший экипаж от чужих глаз, исчез. Если кто-нибудь сейчас наблюдает за окрестностями, то вполне может их заметить. Но Виктор осознанно пошёл на этот риск ради младшего сына.

Виктор прикрыл глаза. На его виске запульсировала вена, а пальцы крепче сжали небольшую стеклянную сферу – артефакт, благодаря которому Виктор мог наблюдать за происходящим с высоты.

— Каспар, открой дверь. Крыса уже близко.

Дворецкий выполнил приказ, и через несколько секунд в экипаж запрыгнула здоровенная мохнатая туша. Пирожочек остановился посреди салона и с любопытством уставился на троих мужчин.

Виктор полез в карман и вытащил кольцо. Оно выглядело очень старым: металл потёрся и местами позеленел от времени. Только крупная жемчужина, закреплённая в навершии, совершенно не пострадала.

Виктор наклонился и протянул кольцо крысе. Пирожочек как-то совсем по-человечески скривился, но всё же неохотно открыл пасть и взял кольцо зубами. А затем вдруг замер, и шерсть на его теле встала дыбом.

Крыса резко развернулась и с совершенно неожиданной для такой туши скоростью выскочила из экипажа.

— У меня к Артуру всё больше и больше вопросов, — тяжело вздохнул Виктор, проводив её взглядом, и посмотрел на барона Кисара. — Нам надо сменить позицию. Нас уже могли заметить.

Барон Кисар недовольно поморщился. Одно из колец на его пальцах вспыхнуло и тут же погасло, а из артефакта вырвался густой серый дым, быстро окутавший всех троих.

— Тебе придётся компенсировать мне этот артефакт, — буркнул барон.

— Компенсирую, — вздохнул Виктор.

Все трое покинули брошенный экипаж.

***

«Я добежала! — раздался в голове возбуждённый голос Шарлотты. — Нашла их! Я вообще не видела этот экипаж, пока он вдруг не появился прямо из воздуха!»

Я стоял посреди лавки, слушал девочку и перебирал Лунные жемчужины. Все семь выглядели совершенно одинаково. Вместимость каждой составляла пять тысяч единиц, а вот оставшийся запас энергии отличался – где-то больше, где-то меньше. В самой заряженной оставалось всего около шестисот единиц – возможно, именно она была моей первой жемчужиной, но сейчас я уже совершенно не мог их различить.

«Ого! — вдруг воскликнула Шарлотта. — Скоро буду!»

Я поднял взгляд на дверь, но совсем не ожидал, что буквально через несколько секунд в проёме мелькнёт жирная туша. Пирожочек влетел в лавку на такой скорости, что просто не успел затормозить.

БАМ!

Крыса врезалась в обломанный край стены, отлетела в сторону, вскочила, ошалело мотнула головой и одним длинным прыжком оказалась рядом со мной. Её тело слегка вибрировало, а вся шерсть стояла дыбом.

Пирожочек выплюнул кольцо мне под ноги и тут же обмяк, растёкшись по полу, а из его тела вылетела Шарлотта.

— Прикинь! — возбуждённо выпалила девочка. — Теперь я знаю, почему Пирожочек так хотел получить эту жемчужину! Она его усиливает!

— В смысле? — мысленно спросил я, наклоняясь и поднимая кольцо.

— Когда я взяла кольцо в рот, сразу почувствовала кучу энергии! — Шарлотта активно замахала руками. — Я стала намного быстрее, запахи стали сильнее, звуки громче – вообще все чувства обострились! И тело тоже точно стало крепче. Я в стену врезалась и совсем ничего не почувствовала!

Я перевёл взгляд на Пирожочка. Крыса лежала на полу, сонно хлопала глазами и широко зевала.

— И ещё энергия жемчужины его подпитывает, — добавила Шарлотта, тоже посмотрев вниз. — Когда я вселилась, Пирожочек не спал, а просто прятался в мастерской. Его дух сразу начал сопротивляться. Сначала не очень сильно – я бы продержалась несколько минут, поэтому и вселилась в него. Но как только я взяла кольцо… — девочка нахмурилась. — Я сразу поняла, что ещё немного – и он меня вышвырнет. Я едва успела добежать обратно.

— Любопытно… — протянул я, снова разглядывая старое кольцо.

Металл был настолько изношен, что вытащить жемчужину не составило особого труда. Я аккуратно подцепил крепление и уже через несколько секунд положил восьмую бусину на стол рядом с остальными семью. Все восемь одновременно едва заметно засветились.

Я сосредоточился, и перед глазами снова появилась золотистая надпись.

Объект: Бусины из Чёток Просветителя.

Возраст: более 2000 лет.

Состояние: неполный комплект.

Комплектность: 8 из 12 бусин.

Условие формирования: выполнено.

Доступно: Формирование неполного артефакта.

Заряд: 300 из 300.

Вот оно. Я тут же активировал новую функцию.

— А?!

Из обеих моих рук вырвался поток молний, и в тот же миг оба моих резерва – и призрачный и обычный – опустошились до дна. Восемь бусин одновременно поднялись над столом. Между ними заплясали молнии, соединяя жемчужины тонкими электрическими нитями, и бусины медленно разошлись в стороны, выстраиваясь в неполный круг.

-----

Ставьте лайк, друзья! Все вместе, дружно, по одному лайку! (Но только по одному, не надо тыкать два раза!)

Глава 5. Возвращение Тирана

Резиденция Кровавого Императора.

Наследник, он же Фридрих Янтарский, мерил шагами зал, чувствуя всё возрастающую панику. Даже отсюда он слышал грохот взрывов.

Каким-то образом враги смогли обнаружить и вскрыть его тайную резиденцию. Более того, если атаковавших первыми Воронов Брана Фридрих ещё рассчитывал остановить с помощью защитных механизмов и оставшихся здесь сокровищ, то буквально через несколько минут к ним присоединились ещё два элитных отряда – Эйнхерии Норланда и Ночная Охота Альтенбурга.

Три элитных подразделения, полностью состоящих из Старших Мистиков – это страшная сила. Только защитные механизмы резиденции до сих пор не позволили им уничтожить «Империю», но Фридрих прекрасно понимал – долго так продолжаться не может. Ещё немного, и враги доберутся сюда.

Он остановился и стиснул кулаки. Фридрих был уверен, что способен дать бой любому из этих отрядов по отдельности – новые силы, дарованные предком, сделали его чудовищно сильным. Но против всех сразу? Его просто измотают и убьют.

На краю зрения мелькнуло движение. Фридрих резко развернулся, а его ладони мгновенно окутали серебристые молнии.

У дальней стены стояла девушка.

— Кто ты? — напрягся Фридрих.

Незнакомка была с ног до головы затянута в чёрную кожу. Маски на ней не было, и от её лица становилось не по себе: красивое, почти кукольное, оно казалось совершенно неживым, а взгляд оставался пустым и безэмоциональным.

— Посланница Верховного Понтифика, — ровным голосом произнесла она. — Он велел передать: только с помощью предка ты справишься с нынешней ситуацией.

— Я не собрал достаточно поглотителей! — раздражённо бросил Фридрих, скривившись. — Для полноценного ритуала нужно почти десять тысяч душ. Где я должен был взять столько за несколько дней?!

— Верховный Понтифик поможет тебе.

Девушка неторопливо подошла к столу. Фридрих напрягся ещё сильнее – серебристые молнии стекли с ладоней на плечи, а затем покрыли всё тело. Посланница даже не посмотрела на них. Она сняла с плеча небольшую кожаную сумку и положила её на столешницу.

Сумка тут же начала увеличиваться, и через несколько секунд на столе уже лежал увесистый мешок. Девушка распахнула его. Внутри находились тысячи заполненных поглотителей душ.

— Откуда?.. — ошеломлённо выдохнул Фридрих.

— Неважно, — отрезала она. — Начинай ритуал. Сейчас же.

Наследник стиснул зубы. Он был далеко не глупым человеком, и в голове тут же замелькали вопросы.

Такое количество поглотителей невозможно собрать за несколько дней – да что там, даже за несколько месяцев. Значит, Собор давно владел секретом их создания и всё это время тайно собирал души. Но тогда почему предок ничего ему не рассказал? Почему Собор не помог раньше? Зачем вообще пришлось собирать души самостоятельно, заключать сделки, тратить деньги и людей?

Они ведь союзники, разве нет?

БА-БАХ!

Где-то совсем близко прогремел чудовищный взрыв. Здание ощутимо тряхнуло, с потолка посыпалась пыль.

— Поторопись, — холодно велела девушка. — Иначе можешь не успеть.

Фридрих схватил мешок и почти бегом направился к алтарному залу. Сомнения никуда не исчезли, но сейчас было не до них. Мысли то и дело возвращались к подготовленному тайному хранилищу.

После ритуала его тело окажется на грани краха. Фридрих будет чудовищно ослаблен и, возможно, потеряет немало лет жизни. Но он выживет. Он уже укрепил организм множеством эликсиров, прошёл необходимые процедуры и приготовил целый запас лучших лекарств, какие только смог найти. После ритуала он доберётся до тайного хранилища, восстановится и выживет.

«Я выживу», – повторял он себе снова и снова, шагая по коридорам.

«Я точно выживу».

Фридрих ворвался в алтарный зал и замер, тяжело дыша. Его руки дрожали, а одежда пропиталась потом.

Гигантское зеркало высотой почти в шесть метров по-прежнему занимало большую часть дальней стены, а перед ним полукругом стояли каменные пьедесталы – те самые, на которых совсем недавно покоились раскрытые шкатулки с поглотителями душ. Раньше Фридрих смотрел на зеркало едва ли не с благоговением, но сейчас оно внушало ему какой-то подсознательный ужас. Собственное отражение казалось неправильным, чужим.

БУМ!

Что-то грохнуло прямо над головой, и Фридрих вздрогнул. Они уже внутри здания.

— Быстрее… — пробормотал он.

Он подтащил мешок к девяти каменным пьедесталам и начал выгружать поглотители. По-хорошему, следовало всё тщательно рассчитать – в каждую ёмкость должно было попасть определённое количество душ обычных Мистиков и Старших. Но времени не осталось, и Фридрих просто заполнял пьедесталы один за другим.

Прогремел ещё один взрыв, где-то совсем рядом закричал человек.

Наследник достал нож, глубоко полоснул себя по ладони и прижал окровавленную руку к зеркалу.

— Предок мой… — его голос заметно дрожал. — Услышь меня.

Серебристая поверхность пошла волнами, и Фридрих замер.

Давление на разум появилось почти сразу – знакомое, тяжёлое, властное. Но сегодня оно становилось сильнее с каждой секундой. Какая-то глубинная часть сознания требовала сопротивляться, и Фридрих заставил её замолчать.

На зеркальной поверхности проступили очертания гигантского лица, а пьедесталы начали загораться один за другим.

Тресь. Тресь. Тресь.

Поглотители лопались десятками. Заключённые внутри души превращались в густой полупрозрачный туман, который мгновенно тянулся к зеркалу – гигантское лицо открыло рот и начало пожирать.

Фридрих тяжело опустился на колени. Мысли становились вязкими и медленными. Внутри собственного сознания появилось что-то чужое – огромное, чудовищно сильное. Оно медленно заполняло его разум.

Он мог сопротивляться, наверное. Но не стал.

Наследник закрыл глаза и добровольно распахнул сознание навстречу чужой душе. Последнее, что он услышал, – треск очередной партии поглотителей.

А затем всё исчезло.

Прошло меньше минуты. Последний пьедестал погас, все ёмкости опустели. Взрывы наверху стихли.

Мужчина, стоящий на коленях перед зеркалом, медленно открыл глаза. Он поднял голову и несколько секунд молча смотрел на своё отражение, а потом губы Фридриха растянулись в широкой, немного безумной улыбке.

— Я жив… — хрипло произнёс он.

Мужчина медленно поднялся, повёл плечами и с хрустом повернул шею сначала в одну сторону, затем в другую.

— Я снова жив, — улыбка стала ещё шире, когда он вновь взглянул в зеркало. — Получилось…

Он запрокинул голову и захохотал. Из тела сами собой вырвались молнии. Первые разряды ударили в стены, вспарывая камень, вторые прошлись по потолку, третьи врезались в гигантское зеркало.

БА-БАХ!

Зеркало с оглушительным треском разлетелось на тысячи осколков, но мужчина даже не посмотрел в его сторону.

В этот момент дверь алтарного зала буквально взорвалась, и внутрь одновременно ворвались сразу несколько атак: ослепительный столб огня, искажающий пространство луч, чёрный энергетический шар и гигантские каменные обломки, разогнанные чужой силой до чудовищной скорости.

Следом летели ещё несколько энергетических снарядов.

Молнии вокруг Фридриха взорвались навстречу, и все атаки попросту исчезли. Камень рассыпался в пыль ещё в воздухе, огненный столб погас, а энергетические снаряды растворились за несколько метров до цели.

Мужчина медленно повернулся к пролому. Двигался он непривычно плавно и неторопливо, с ленивой грацией хищника, которому некуда спешить. Перед ним стояли бледные люди и смотрели на него с явным ужасом.

Он опустил взгляд на свои ладони, неторопливо сжал и разжал пальцы, словно примерял новые перчатки. Затем поднял голову, и в глазах, ещё несколько минут назад принадлежавших Фридриху, вспыхнул янтарный свет.

— Одержимость… — хрипло выдохнул кто-то из Старших Мистиков, отступив на шаг.

— Какое грубое слово, — поморщился мужчина. Голос остался голосом Фридриха, но звучал теперь ниже, глубже. — Я всего лишь вернулся за своим.

Он чуть развёл руки и довольно усмехнулся.

— Знаете, ребята… вы мне даже помогли. Если бы не ваше нападение, этот слюнтяй ещё долго сомневался бы, прежде чем добровольно впустить меня в своё тело.

На кончиках его пальцев заискрили новые молнии – но уже не серебристые. Угольно-чёрные разряды с золотисто-янтарным отблеском медленно поползли по рукам, оплели плечи и шею. Воздух в зале затрещал, а мелкие каменные осколки на полу сами собой приподнялись и задрожали.

— Поэтому в благодарность я подарю вам лёгкую смерть.

Кто-то из нападавших рванул назад, кто-то вскинул руки, выставляя барьер. Но никто не успел.

Из тела Фридриха вырвался чудовищный поток чёрно-золотых молний. На одно мгновение алтарный зал залило ослепительным светом, в котором растворились и барьеры, и оружие, и сами люди. Не было ни криков, ни борьбы – лишь сухой раскатистый треск, прокатившийся по каменным сводам.

Когда свет погас, на месте пролома осталась лишь оплавленная дыра. По полу стелился едкий дым, пахло горелой плотью и раскалённым камнем, а вдоль стен лежали обугленные тела тех, кто ещё секунду назад считался элитой трёх стран.

Мужчина неторопливо стряхнул с пальцев последние искры и перешагнул через ближайший труп, даже не взглянув на него.

***

Я ошеломлённо смотрел на восемь Лунных жемчужин, зависших передо мной в воздухе. Они образовали почти правильное, но разомкнутое кольцо.

Перед глазами появилось новое золотистое информационное табло, однако взгляд сразу прикипел к одной строчке. Она мигала – такого раньше вообще никогда не происходило. Более того, надпись была заметно крупнее всех остальных.

Доступно: Слияние.

Я торопливо пробежался глазами по остальной информации.

Объект: Артефакт «Неполные Чётки Просветителя».

Возраст изделия: более 2000 лет.

Состояние: частично собран.

Комплектность: 8 из 12 бусин.

Свойства:

«Истинное зрение» – позволяет видеть духовную сущность живых существ: духов, Одержимых, Осквернённых, Проклятых, жертв Духов-Паразитов, чужие метки, духовные связи и иные скрытые воздействия.

«Просветление» – многократно ускоряет мышление, восприятие и обработку информации. Позволяет за короткое время анализировать огромные объёмы сведений, замечать скрытые закономерности и находить решения, недоступные обычному разуму.

«Очищающий свет» – воздействует непосредственно на испорченную суть, нанося вред Диким Духам, Одержимым, Осквернённым, Проклятым, Духам-Паразитам и духовным меткам.

«Разрыв уз» – позволяет обнаруживать и разрушать духовные связи, посредством которых одна сущность воздействует на другую, подчиняет её или удерживает.

«Печать Души» – позволяет запечатать душу Одержимого, Дикого Духа, Духа-Паразита или обычную душу. Чем темнее душа, тем эффективнее способность.

Доступно: Слияние.

Заряд: 0 из 300.

Я шумно выдохнул и тут же активировал Слияние.

Восемь жемчужин синхронно дрогнули и медленно поплыли ко мне. Я инстинктивно отступил на полшага. Жемчужины одна за другой становились полупрозрачными и без всякого сопротивления входили прямо в мою грудь.

Я замер, а затем почувствовал их. Все восемь.

Внутри меня словно появились восемь наполненных энергией сфер. Причём их запасы каким-то образом полностью восстановились – каждая теперь была заполнена до краёв.

Но это было далеко не всё. Я стал чувствовать сам артефакт – его устройство и возможности. И ещё кое-что: четыре едва ощутимых вектора, тянущих меня в разные стороны.

Я прикрыл глаза и сосредоточился. Оставшиеся четыре бусины были разбросаны где-то по миру, на огромном расстоянии друг от друга, но теперь я их чувствовал – очень слабо, и всё же чувствовал. Думаю, если у меня будет достаточно времени, я смогу найти каждую из них.

Я попытался сосредоточиться на этом ощущении ещё сильнее – и внезапно понял кое-что ещё. Мне даже не обязательно собирать Чётки полностью. По крайней мере, не для того, чтобы ненадолго воспользоваться их настоящей силой.

Я мог спроецировать недостающие четыре бусины через уже существующую связь, вытянуть сюда часть их силы и на несколько секунд сделать Чётки условно полными. Пусть такая версия артефакта будет неполноценной и продержится совсем недолго, но этого может хватить, чтобы воспользоваться всеми его свойствами.

Оставался лишь один вопрос – какими именно?

Я углубился в новые ощущения, вспомнил способности чёток и начал кое-что понимать. Похоже, суть способностей Чёток скрывалась в самом прозвище Просветителя. Причём «просветление» здесь можно было понимать сразу в двух смыслах.

Первый – просветление разума. Озарение. Резкое ускорение мышления, понимания и восприятия – по сути, что-то очень похожее на способности Умников.

Но существовала и вторая грань – свет, способный воздействовать на душу. И чем сильнее душа была искажена, загрязнена или наполнена чужеродной силой, тем разрушительнее должно было оказаться воздействие.

По сути… Вторая грань Чёток была связана с Табу.

До конца разобраться в новых ощущениях я не успел.

ГРОХОТ! – Небо словно раскололось.

Я вздрогнул и резко поднял голову. Через разбитую крышу и окна было видно, как над городом собираются угольно-чёрные тучи – они выделялись даже на фоне темнеющего неба.

Я вышел из лавки, остановился посреди улицы и медленно огляделся. Тучи затянули всё небо – куда ни посмотри, сплошная чёрная масса.

— Мы уходим, — дрогнувшим голосом произнесла Мария.

Я повернулся. Женщина смотрела на меня, и на её лице ясно читалось чувство вины.

— Прошу прощения, Артур, — она стиснула зубы. — Но я больше не могу здесь оставаться.

— Я вас понимаю, — негромко пробормотал я.

И действительно понимал. Даже Первое Копьё выглядел напряжённым. Сигарета исчезла, а сам мужчина неподвижно смотрел в небо. Из-под его ног медленно расползалась полупрозрачная дымка.

Я нахмурился. Раньше я бы вообще ничего не почувствовал, но теперь, после Слияния с Чётками, ощущал едва заметную реакцию артефакта. Способность Жнеца тоже каким-то образом была связана с душами – видимо, это способность-Табу.

Но сейчас это было неважно. Что-то приближалось, и от одного этого ощущения внутри всё сжималось.

— Эй! — крикнул я Жнецу. — Ты до сих пор хочешь здесь оставаться?!

Вдалеке вспыхнула молния – огромный разряд соединил небо и землю где-то не так уж далеко от нас. Через мгновение донёсся такой треск, что под ногами содрогнулась земля.

— Уходим! — крикнула Мария и сорвалась с места.

Четверо её сыновей тут же бросились следом. Я проводил их взглядом и оглядел улицу.

Жнец исчез – его словно и не было. Те пятеро инквизиторов в белом тоже пропали.

Тони стоял чуть поодаль и дрожал всем телом. А затем медленно повернулся ко мне.

— Где господин? — прохрипел он.

Я не сразу понял вопрос.

— Где мой господин? — Тони шагнул ближе, и цепи вокруг него тихо зазвенели. — Отвечай.

Я оглянулся. Эдмунд стоял буквально в паре шагов позади меня.

— Он здесь, — я ткнул большим пальцем себе за спину. — Если не веришь, спроси что-нибудь, что знаете только вы двое.

Горбун замер и несколько секунд просто смотрел куда-то сквозь меня.

— Господин… прошу простить, но я должен проверить, — голос Тони заметно дрогнул. — Сколько мне было лет, когда вы впервые меня нашли?

— Десять, — ответил Эдмунд. — Почти все считают, что Тони присоединился ко мне уже взрослым, но это не так. Когда я впервые его увидел, ему было десять лет. Его окружила толпа мальчишек и пинала ногами.

Я дословно передал его слова.

Тони застыл, а затем задрожал ещё сильнее. Он ничего не сказал – просто медленно отвернулся и встал ко мне спиной.

— Оно приближается… — вдруг прохрипел Тони.

— Что? — я резко повернул голову.

Горбун смотрел вверх. И в следующую секунду небо над нами взорвалось молниями.

***

Чуть ранее. Тайная резиденция Кровавого Императора.

Конрад Штольц-Янтарски, также известный как Громовержец, тихо посмеивался, оглядываясь по сторонам.

Резиденция была практически уничтожена. Повсюду лежали тела – как людей его далёкого потомка, так и нападавших. Последних Конрад уничтожил лично, и никому из них не удалось покинуть это место. Три страны только что лишились своих элитнейших отрядов, и это обязательно повлечёт за собой последствия.

Конрад поднял голову. Высоко над ним, в каменных сводах, зияла трещина, сквозь которую виднелся небольшой кусочек ночного неба и бледная луна. Резиденция находилась под горой, и всё же враги каким-то образом сумели её обнаружить.

— Любопытно…

Конрад слегка оттолкнулся от пола. Его тело окутали молнии, и мужчина стремительно взлетел вверх. Он пронёсся сквозь полусферу подземной пещеры, вырвался из трещины и через несколько секунд оказался высоко в небе.

Громовержец глубоко вдохнул и рассмеялся.

— Воздух мира живых… Как же он сладок.

Конрад медленно огляделся. Отсюда прекрасно был виден Бернгольд – огромный город раскинулся впереди и сиял тысячами огней.

Тело Громовержца вновь вспыхнуло молниями, и он устремился к столице. Небо следовало за ним: тяжёлые чёрные тучи стремительно собирались над головой, разрастались во все стороны, а внутри них одна за другой вспыхивали молнии.

Воля Владыки давила на этот мир – воля существа, которому здесь не было места. Истинная магия вырывалась из тела Конрада, меняя окружающее пространство и подстраивая его под себя.

До Бернгольда он добрался очень быстро, но останавливаться не стал. Громовержец прикрыл глаза и прислушался к своим ощущениям. Он искал две конкретные души – те, что уже несколько месяцев упорно отказывались умирать.

Конрад прекрасно помнил собственное бессилие. Каждое полнолуние, находясь в Мире Духов, он пытался до них добраться – и каждый раз эти тараканы каким-то образом выживали.

Конрад резко остановился над одной из богатых улиц и улыбнулся.

— Вот и первая.

Внизу возвышалась дорогая резиденция, и в одном из окон мелькнуло испуганное женское лицо.

— О да… — улыбка Конрада стала шире. — На этот раз ты не сбежишь.

Он поднял руку. Небеса оглушительно громыхнули, и вниз рухнул гигантский столб молний.

БУМ!

Резиденция исчезла во вспышке. Вместе с ней удар стёр несколько соседних зданий, превратив камень, дерево и металл в раскалённые обломки. Конрад увидел, как души погибших полетели в Мир Духов. И среди них была она – девушка, которую он искал.

Его господин, Царь Царей, наконец-то забрал то, что принадлежит ему.

— Вот так…

Он уже собирался лететь дальше, когда сердце резко кольнуло. Конрад замер. Его сердце бешено заколотилось в груди, дыхание сбилось.

— Кх…

Он с удивлением посмотрел на собственные ладони. Кожа прямо на глазах начала сморщиваться, на пальцах проступили пятна, суставы стали заметнее. Тело старело.

Конрад недовольно стиснул зубы. Разумеется, он должен был это предвидеть.

Ещё при жизни, когда Конрад был Янтарным Императором, он раз за разом проводил опыты над людьми. Духи, которых присылал его покровитель Ареш, спускались в Мир Живых и пытались занимать чужие тела. Конрад изучал Одержимость десятилетиями, но даже к концу жизни так и не сумел найти способ, который позволил бы хотя бы Старшему Духу полностью и надолго закрепиться в чужом теле. Что уж говорить о Владыке.

Правда, его люди всё-таки вывели почти идеальную формулу: если использовать достаточное количество душ, Одержимость можно стабилизировать на несколько дней, а при особенно удачных условиях – возможно, даже на неделю. Но не больше. А главное – срок напрямую зависел от того, сколько силы использовал вселившийся дух. Чем сильнее воздействие, тем быстрее разрушалось тело.

— В следующий раз надо экономить энергию, — пробормотал Конрад, недовольно оглянувшись туда, где ещё недавно стояла резиденция.

Конрад снова прислушался к миру. Вторая душа всё ещё ощущалась – совсем недалеко.

Громовержец улыбнулся. Его тело вновь окутали молнии, и он полетел к следующей цели.

Глава 6. Легендарная битва

На душе резко стало тревожно – чуйка буквально вопила об опасности.

Медлить я не стал и интуитивно потянулся к Чёткам, активируя ту самую возможность, которую обнаружил после Слияния. Пусть ненадолго, но артефакт должен был стать полным.

Перед глазами возникли четыре призрачные бусины, и от каждой в разные стороны протянулись тонкие, едва различимые нити – туда, где сейчас находились настоящие жемчужины. В следующее мгновение все четыре рванули ко мне и одна за другой вошли в грудь.

Я замер, прислушиваясь к себе. Внутри что-то изменилось, и передать это словами было непросто. До этого я прекрасно чувствовал Чётки, понимал их устройство и возможности, но где-то на краю сознания всё равно маячила раздражающая незавершённость – словно смотришь на мозаику, в которой не хватает нескольких фрагментов.

И вот теперь последние кусочки встали на свои места. Артефакт стал целым, и я шумно выдохнул.

— У тебя глаза светятся, — напряжённо заметила зависшая рядом Шарлотта.

Отвечать я не стал и поднял голову к небу. Вместе с этой целостностью пришло и ещё одно ощущение – будто у полноценного артефакта открывалось нечто новое, недоступное его неполной версии. Но разбираться с этим было некогда: враг уже пришёл за мной.

Я активировал «Просветление», и разум мгновенно очистился. Тревога, страх и копившаяся за последние часы нервозность исчезли, будто их и не было. Сердце по-прежнему колотилось, тело оставалось напряжённым, но мысли стали холодными и абсолютно спокойными, а происходящее вокруг словно замедлилось.

И тогда я увидел его. С неба ко мне спускался человек в ореоле молний – Наследник, Фридрих Янтарский. Вот только теперь это был уже не совсем он.

Мужчина заметно постарел – казалось, ему разом накинули лет двадцать. Лицо осунулось, кожа обвисла, вокруг глаз залегли глубокие морщины. Но куда сильнее настораживало другое: от него веяло чем-то чужеродным.

Я активировал «Истинное зрение», и глаза закололо так сильно, что пришлось прищуриться. Тело Фридриха окутывало ослепительное потустороннее сияние, а за его спиной возвышалось нечто настолько огромное, что на мгновение я даже перестал замечать самого Наследника.

Сгорбленный, чудовищно вытянутый великан уходил ввысь и терялся в чёрных тучах, так что головы я не видел – если она у него вообще была. От громадного туловища тянулись четыре длинные узловатые руки, и каждая заканчивалась пятью пальцами с угольно-чёрными когтями длиной с многоэтажный дом.

Я сразу понял, что вижу душу того, кто сейчас находился внутри Фридриха. Душу какого-то чудовища…

Оно тоже меня заметило. Наследник подлетел уже совсем близко, что-то пробормотал себе под нос и поднял руку. Тучи над ним закрутились, в их глубине глухо заклокотало.

Несмотря на Просветление, от одного вида четырёхрукого чудовища по спине пробегал озноб. Его окружала едва заметная тёмно-бордовая аура, и, хотя никакого запаха не было, мне почему-то отчётливо чудилась кровь.

Но хуже всего было само тело великана. На нём то и дело проступали человеческие лица – сотни, тысячи поглощённых душ. Искажённые ужасом, они появлялись на тёмной плоти, раскрывали беззубые рты в немом крике и снова погружались внутрь.

Зрелище было настолько мерзким и противоестественным, что без Просветления я бы, наверное, просто оцепенел. Но разум оставался холодным, поэтому я не стал дожидаться, пока монстр закончит готовить атаку, и ударил первым.

— Очищающий свет, — прошептал я, приподнимая руку.

В ладони материализовались Чётки, только теперь они выглядели совершенно иначе. Тяжёлые, гораздо крупнее прежних, они свисали чуть ли не до самой земли.

Бусины вспыхнули, и во все стороны прокатилось мягкое золотисто-белое сияние, осветив разрушенную улицу, тела и обломки зданий. Но основной удар ушёл вверх.

Наследник закричал, и в тот же миг небо взорвалось. Тёмно-синяя молния рухнула прямо мне на голову, но в последний момент надо мной вспыхнул полупрозрачный барьер.

БУМ!

Основную мощь удара Чётки приняли на себя, однако меня всё равно швырнуло на землю, а по телу пробежали электрические разряды.

Я оскалился. Резерв стремительно наполнялся энергией, а вслед за ним до краёв наливались и сами Чётки. Что ж, спасибо за подзарядку.

Оттолкнувшись ладонью от разбитой мостовой, я вскочил на ноги и снова вскинул руку.

— Очищающий свет! — выкрикнул я.

На этот раз я уже куда лучше понимал, как управлять способностью.

Вместо рассеянного сияния из Чёток вырвался яркий луч. Словно гигантский прожектор, он прорезал тёмное небо и накрыл висящего в воздухе Наследника, который ещё не успел оправиться от первого удара.

Фридрих снова закричал. Его тело начало буквально усыхать: кожа сморщивалась на глазах, а по лицу и рукам один за другим полезли тёмные волдыри.

Мои губы сами собой растянулись в злой усмешке. Получай, сука.

Великан за спиной Наследника тоже задёргался. Четыре руки судорожно заметались, громадное тело начало сжиматься, а по его поверхности что-то лопалось… Это были те самые человеческие лица, что проступали на тёмной плоти, одно за другим разрывались и исчезали во вспышках света. Похоже, именно на поглощённые души Очищающий свет действовал особенно сильно.

Монстр явно разозлился. Одна из огромных рук рванула ко мне, и движение оказалось настолько быстрым, что я осознал происходящее, только когда чудовищные когти уже пронеслись сквозь меня.

Я дёрнулся, но ничего не произошло – ни боли, ни ран. Громадная полупрозрачная лапа всё ещё висела перед глазами, однако напрямую достать меня дух не смог. Даже сквозь Просветление внутри коротко вспыхнул страх, но тут же угас.

— Разрыв уз! — выдохнул я, вскидывая Чётки.

Из бусин выстрелил тонкий луч света и ударил во Фридриха, слегка оттолкнув его назад. Результат не заставил себя ждать: гигантская фигура Громовержца задрожала, и на мгновение мне показалось, будто она чуть отдалилась от тела Наследника.

И тут же пришло понимание: Разрыв уз действительно мог бороться с Одержимостью, ведь он разрушал саму связь между душой и захваченным телом. Вот только разница в силах была слишком велика. Передо мной был не какой-нибудь обычный Дух и даже не Старший…

Лишь сейчас до меня дошло, что этот хтонический монстр – эта еретическая противоестественная херь – это Владыка.

Так вот каков ты, Мясник… Приятно познакомиться, что тут ещё скажешь.

В этот момент я почувствовал кое-что: четыре фантомные бусины начали тускнеть. Сука, как же не вовремя… Отведённое мне время заканчивалось.

Проекции бусин и так продержались дольше, чем я изначально ожидал. Ещё несколько секунд – и они исчезнут, а вместе с ними уйдёт и большая часть нынешней силы Чёток. После этого нормально атаковать такого монстра я уже не смогу.

Одна из фантомных бусин мигнула и начала растворяться – и вдруг внутри настоящей жемчужины вспыхнул свет.

Энергия была совершенно не похожа на мою – призрачная, но при этом удивительно светлая. Она перетекла во вторую бусину, затем в третью и стремительно прокатилась по всей цепочке, в том числе через четыре почти исчезнувшие проекции.

Фантомные бусины вспыхнули и снова стали плотными. Нет, даже плотнее, чем сразу после активации способности.

Я ещё раз активировал Просветление. Новая волна холодной ясности омыла разум, и догадка пришла почти мгновенно: это вмешался Просветитель. Каким-то образом, находясь в Мире Духов, он всё ещё сохранял связь со своими Чётками – и сейчас подпитал их собственной силой.

Я крепче сжал тяжёлые бусины в ладони. Просветитель дал мне оружие и, похоже, собирался позволить пользоваться им куда дольше нескольких секунд.

Замешкался я совсем ненадолго, но Мяснику этого хватило, чтобы более-менее прийти в себя. Он резко вытянул руку и указал на меня пальцем. Ждать новой атаки я не стал.

— Печать Души! — рявкнул я.

Чётки в моих руках громко звякнули, и вокруг Наследника вспыхнули грани света. Они стремительно сомкнулись, образовав огромный полупрозрачный куб, внутри которого Фридрих застыл с вытянутой рукой.

Я почувствовал сопротивление: Громовержец давил на Печать изнутри, однако вырваться сразу не сумел. Большего мне и не требовалось.

— Очищающий свет! — я резко взмахнул Чётками.

Мощный луч вновь прочертил небо и ударил в неподвижную фигуру. Тело Фридриха содрогнулось и начало усыхать ещё сильнее. Кожа на вытянутой руке почернела и потрескалась, а через мгновение указательный палец попросту отломился и полетел вниз, превращаясь в пепел.

Разум оставался холодным и ясным, но где-то глубоко внутри всё равно поднимался восторг. Я сражался с Владыкой, одним из Двенадцати, и, мать его, побеждал!

Я чувствовал, как сквозь Чётки течёт чужая светлая энергия. Просветитель продолжал поддерживать артефакт, и теперь сил в бусинах было куда больше, чем в начале боя, а значит, можно было не экономить.

— Разрыв уз! — я снова вскинул руку.

Луч ударил в Наследника, и гигантская фигура за его спиной содрогнулась, ещё немного отдалившись от тела Фридриха.

— Очищающий свет!

Небо озарила новая вспышка, и я, не давая противнику опомниться, ударил снова:

— Разрыв уз!

Громовержец попытался вырваться из светового куба, и по граням Печати побежали трещины.

— Печать Души! — процедил я, и куб вспыхнул ярче.

На меня накатила слабость – использование Чёток требовало свою плату, хоть и совсем небольшую, в сравнении с мощью легендарного артефакта.

— Очищающий свет! — я выбросил вперёд руку с Чётками.

Тело Наследника буквально разрушалось на глазах. Кожа сморщилась и почернела, одна щека провалилась, а одежда висела на нём мешком. Даже огромный Дух за его спиной выглядел уже не таким внушительным: силуэт дёргался, лица на тёмной плоти лопались десятками, а связь между ним и Фридрихом постепенно слабела.

Ещё немного времени – и я смогу прикончить самого Владыку. Мне нужно лишь время…

***

Штаб-квартира Собора.

Верховный Понтифик Северин Вальдек стоял перед огромным зеркалом и напряжённо наблюдал за происходящим. Зеркальная поверхность показывала полуразрушенную улицу Бехера: среди обломков, сжимая в руках Чётки Просветителя, сражался Артур Ричи, а высоко над ним завис Фридрих Янтарский, чьё тело занял Громовержец.

Северин видел битву с самого начала, и сейчас её исход становился всё очевиднее: благодаря Чёткам лавочник одерживал верх. Тело Фридриха стремительно разрушалось, и, если так пойдёт и дальше, долго оно не протянет.

Верховный Понтифик подошёл к зеркалу вплотную. Достав тонкий нож, он глубоко полоснул себя по ладони и прижал окровавленную руку к холодной поверхности. После этого Северин прикрыл глаза и потянулся к едва ощутимой связи.

Подобное было доступно немногим: большинство Мистиков даже не чувствовали присутствия своего покровителя. Но контракт Северина связывал его с существом совершенно иного порядка – с Владыкой. И с его позволения эту связь можно было использовать не только для получения силы.

— Владыка… — одними губами произнёс Северин. — Позвольте мне вмешаться.

Ответа не последовало, и Верховный Понтифик продолжил:

— Фридрих скоро умрёт. Его тело уже не выдерживает Одержимости. Если лавочник продолжит атаковать, Громовержец потерпит поражение.

Снова тишина. Прошло несколько томительных секунд, а затем в голове Северина раздался голос – тихий, спокойный, умиротворяющий. Так мог бы говорить старый дед со своим слишком торопливым внуком.

— Не вмешивайся.

Северин застыл, так и не отняв окровавленной ладони от зеркала.

***

Бернгольд, тайная резиденция Червонной Дружины.

В просторном зале за круглым столом семеро человек играли в карты. Ещё трое стояли чуть поодаль, а один расположился в глубоком кресле напротив огромного артефактного экрана.

Подобные устройства появились сравнительно недавно: последнее десятилетие они стремительно набирали популярность в Червонной Империи, а теперь понемногу распространялись и по другим странам.

Сейчас на экране транслировалась всё та же разрушенная улица Бернгольда. Молодой мужчина с Чётками в руках методично уничтожал того, ради кого Червонная Дружина вообще прибыла в Приморскую Республику.

Сидевший в кресле дружинник некоторое время молча смотрел на экран, а затем резко поднялся.

— Мы так и будем здесь сидеть? — хмуро бросил он.

Никто из игравших в карты даже не повернул головы. Мужчина раздражённо оглядел присутствующих и остановил взгляд на одном из тех, кто стоял чуть в стороне и тоже следил за экраном.

Это был плотный, чуть полноватый мужчина в круглых очках, за которыми сияли неестественно-синие глаза. Он был небольшого роста, бородат и с чёрными волосами, стянутыми в хвост.

— Король, неужели мы ничего не предпримем? — в голосе дружинника прорезались требовательные нотки.

— Богиня приказала не вмешиваться, — глава Червонной Дружины медленно перевёл на него взгляд своих ярко-синих глаз.

— Богиня?.. — вздрогнув, выдохнул дружинник.

Король называл так лишь одну сущность – Елену Мудрую, одну из Двенадцати.

Раздражение мгновенно исчезло с лица мужчины. Он молча вернулся в кресло и снова уставился на экран – больше вопросов у него не возникло.

***

Тайный бункер «Бессмертных Симурга».

Глава отряда Бахрам Заранди, известный под прозвищем Человек-армия, сидел с закрытыми глазами.

Его правая ладонь лежала на крупной полупрозрачной сфере, с помощью которой он наблюдал за битвой на улице Бехера в Бернгольде. Рядом находились ещё трое – они тоже следили за сражением, каждый своим способом, а остальные члены отряда занимались своими делами и ждали приказа.

— Господин, — негромко позвала женщина.

У неё были пепельные волосы, совершенно белые глаза без видимых зрачков, а обе щеки покрывали глубокие старые шрамы.

— Царь ведь знал, что всё произойдёт именно так? — не дождавшись ответа, продолжила она. — Поэтому и приказал нам прибыть сюда и передать герцогу Гразе бусину из Чёток Просветителя?

— Конечно, знал, — невозмутимо отозвался Бахрам, не открывая глаз. — Наш Царь видит всё. Он – всевидящ!

— Он предсказал эту битву? — женщина слегка нахмурилась.

— Он предсказал то, что должно было произойти, — в голосе Человека-армии не промелькнуло ни тени сомнения.

Женщина некоторое время молчала, а затем покосилась на сферу.

— Тогда какова наша цель? Что мы будем делать дальше?

— Ждать, — коротко бросил Бахрам.

— Чего? — не поняла она.

— Пусть эти двое измотают друг друга, — губы Бахрама медленно растянулись в улыбке. — В конце останется только один.

Он наконец открыл глаза, и улыбка стала шире.

— И он будет слаб. Вот тогда я и сделаю свой ход.

— Против Владыки? — женщина заметно напряглась.

— Против того, кто останется, — Бахрам неторопливо хрустнул пальцами свободной руки. — Я заберу Чётки Просветителя себе.

Он говорил об этом совершенно спокойно, словно речь шла не о схватке с одним из Двенадцати, а о каком-нибудь рядовом Мистике. Казалось, чувство страха у Человека-армии давно атрофировалось.

Наблюдая за тем, как один-единственный человек постепенно берёт верх над Владыкой, Бахрам ощущал лишь возбуждение, и ему всё сильнее хотелось самому вмешаться в бой. Он медленно наклонил голову сначала к одному плечу, затем к другому, разминая шею.

Давно ему не доводилось сражаться в полную силу – слишком уж мягкотелыми стали Мистики в последние годы.

***

Резиденция посла Каристийской Лиги.

В просторном зале собралось несколько десятков человек. Часть из них была одета в дорогие строгие костюмы и явно нервничала, а остальные заметно выделялись на их фоне чёрно-бордовыми пиджаками и песочного цвета плащами.

Но сейчас все без исключения смотрели на стену, где висел огромный артефактный экран, совсем недавно приобретённый в Червонной Империи за баснословные деньги. Сам по себе он не позволял наблюдать на расстоянии, зато многократно усиливал работу разведывательных артефактов и выводил полученную картинку на экран.

Артефакт показывал полуразрушенную улицу Бернгольда, где Артур Ричи раз за разом атаковал Фридриха Янтарского, одержимого Громовержцем.

Несколько мужчин в дорогих костюмах что-то торопливо обсуждали вполголоса, то и дело косясь на экран. Отдельных слов разобрать было нельзя – лишь сбивчивый шелест голосов, в котором изредка проскакивали имена Фридриха и Просветителя. Кто-то нервно поправлял манжеты, кто-то качал головой, а один из мужчин рубанул ладонью воздух и указал на экран, требуя немедленных действий.

Наконец шепотки стихли, и все разом посмотрели на посла.

Тот протёр платком взмокший лоб. Это был невысокий полноватый мужчина лет пятидесяти с аккуратной седеющей бородкой и залысинами, которые он старательно прикрывал зачёсанными набок волосами. На пальцах поблёскивали тяжёлые перстни, а дорогой костюм сидел безупречно – явно шился на заказ у лучшего портного столицы. Вот только сейчас вся эта солидность куда-то делась: щёки посла обвисли, а глаза беспокойно бегали по комнате.

Помедлив ещё пару секунд, он спрятал платок в карман и подошёл к громадному мужчине ростом около двух метров и тридцати сантиметров.

— Господин… — неуверенно начал он.

У здоровяка была совершенно лысая, слегка вытянутая яйцевидная голова и на удивление простодушное, даже немного туповатое лицо. Но внешность была обманчива: перед послом стоял вице-лидер Гетайров, элитного отряда Каристийской Лиги.

— Господин, — повторил посол, нервно поправляя воротник. — Просветитель ведь союзник Владыки Кариса. Разве мы не должны вмешаться и помочь этому человеку?

Громила задумчиво почесал затылок и повернулся к одной из Гетайров.

Девушка сидела на полу, поджав под себя ноги, и со скучающим видом смотрела на экран. На вид ей было не больше восемнадцати. Особенно выделялись её глаза – ярко-фиолетовые, мерцающие так, будто внутри горели крохотные звёзды.

— Госпожа? — вопросительно протянул здоровяк. — Что будем делать?

— Ничего, — равнодушно отозвалась девушка, даже не повернув головы. — Это не наша битва. У нас и без того будет куча проблем из-за гибели этих идиотов, — она вдруг поморщилась. — Так тупо слиться в резеденции этого монстра… Кретины. Ещё и элитой себя называли, носы передо мной задирали, идиоты тупые.

— Госпожа, — неловко прервал её великан.

— А? — девушка недоумённо посмотрела на него. — Чего тебе? Я же сказала – мы сидим тихо и никуда не лезем. Чего не ясно, яйцеголовый?

— Ты слышал командира, — гигант снова посмотрел на посла и пожал огромными плечами. — Ничего не делаем. Ждём.

— Да, господин… — пробормотал посол, бросив быстрый взгляд на девушку.

Он совершенно ей не доверял – именно поэтому и обратился к вице-лидеру, легендарному воину, чья слава гремела по всему континенту. Но спорить с командиром Гетайров посол не собирался, хоть она и не вызывала у него ни малейшего доверия. Да и откуда ему взяться, если эта малолетка только недавно появилась? Но всё же посол молчал – не самоубийца же он, в конце концов, чтобы перечить девушке, которая возглавляла сильнейших Мистиков Каристийской Лиги.

***

— Очищающий свет! — хрипло выдохнул я.

Из Чёток в моих дрожащих руках вырвался новый поток сияния и врезался во Фридриха. Наследник всё ещё находился внутри Печати Души, но от его тела практически ничего не осталось: руки и ноги исчезли полностью, половина туловища была уничтожена, а голова превратилась в почерневший сморщенный комок плоти.

— Разрыв уз… — просипел я.

Сил почти не осталось. Чётки брали на себя основную нагрузку, но каждая атака всё равно вытягивала силы из меня: ноги дрожали, перед глазами то и дело темнело. И всё же я продолжал.

Луч ударил в то, что осталось от Фридриха, и на этот раз что-то изменилось. Раздался оглушительный звон, световой куб Печати Души мгновенно покрылся сетью трещин, вспыхнул – и исчез. Останки Наследника рассыпались прямо в воздухе, и на мостовую полетели чёрные влажные хлопья.

Я непроизвольно опустил руку с Чётками и несколько секунд просто стоял, тяжело дыша и глядя, как хлопья оседают на камни. Неужели?.. Я победил? Только что прикончил одного из Владык?

ГРОХОТ!

Я резко поднял глаза. Чёрные тучи начали расходиться, и я наконец увидел то, что раньше скрывалось за облаками: исполинские плечи, а над ними – голову. Настоящую голову чудовища.

Я застыл. Голова походила на человеческую – и в то же время совершенно ею не являлась: угольно-чёрная кожа, огромные ярко-красные глаза, в которых бушевали целые моря молний, а из раскрытого рта непрерывным потоком вырывались электрические разряды.

И сейчас это чудовищное лицо… смеялось. Смотрело прямо на меня и хохотало.

Гигантское тело вздрогнуло и начало медленно подниматься к небу. Очень медленно…

— Я уйду обратно… — голос загрохотал сразу отовсюду.

Я рухнул на колени, зажимая уши ладонями, но толку от этого не было – по пальцам тут же потекла кровь. Голос проникал не через слух, он бил прямо в душу.

— И вернусь на свой трон, — громыхнуло с небес. — Но чего добился ты, щенок?

Одна из четырёх громадных рук медленно поднялась, и угольно-чёрные когти блеснули в темноте. А затем ладонь обрушилась прямо на меня.

БУМ!

На этот раз удар не прошёл сквозь меня – от одного движения загрохотало само пространство. Ближайшие дома сложились под чудовищным давлением: стены трескались, крыши проваливались внутрь, по мостовой побежали глубокие разломы.

Меня буквально вжимало в землю, и, если бы не Чётки, от меня уже осталась бы мокрая лепёшка. Сияние вокруг моего тела вспыхнуло, и громадные когти ударили прямо в него. Защита содрогнулась, но выдержала.

Душа Владыки продолжала подниматься, всё быстрее отдаляясь от мира живых, и над городом снова прокатился безумный хохот.

— Будь на твоём месте сам Аврелий, он смог бы меня остановить! — презрительно прогремел Громовержец. — Но ты всего лишь жалкая букашка!

Вторая рука рванула вниз.

БУМ!

Меня вдавило в камень, а защитное сияние Чёток заметно потускнело.

— Ты правда решил, что способен выдержать гнев Владыки Молний?! — хохот Громовержца смешался с раскатами грома.

Ещё один удар – и земля подо мной провалилась.

— Очищающий свет! — прохрипел я, сжав Чётки обеими руками.

Бусины полыхнули, и Громовержец взвыл.

Я с трудом поднял голову. В груди огромного Духа зияла дыра, края которой светились золотисто-белым и медленно расползались в стороны. Значит, работает!

— Очищающий свет!

Новый луч ударил во Владыку. Я буквально выдавливал из себя последние силы и так стиснул зубы, что во рту появился привкус крови.

— Очищающий свет! — Чётки вспыхнули снова, и на теле громадной твари появилась ещё одна глубокая рана.

— Очищающий свет! — заорал я, срывая голос.

Громовержец взревел, и внезапно все четыре его руки пришли в движение.

БУМ! БУМ! БУМ! БУМ!

Я даже не понял, что именно произошло.

Мир перед глазами дёрнулся, и в следующую секунду меня вдавило глубоко в землю. Вокруг перемешались камни, грунт и обломки мостовой, а в голове будто взорвалась граната.

Но пальцы всё ещё держали Чётки, поэтому я продолжал.

— Очищающий свет… — едва шевеля губами, прошептал я.

Бусины вспыхнули, и где-то наверху прогрохотал яростный рёв.

— Очищающий свет…

Новая вспышка. Я уже почти ничего не видел, только чувствовал, как пульсируют Чётки, как течёт по ним чужая светлая энергия и как где-то далеко над головой беснуется чудовищная туша Владыки.

Боже, во что же я вляпался?.. Как так вышло? Я же просто хотел пожить для себя – желательно, если можно, то немного богато… Неужели это так много?

Что теперь будет? Если после такого я останусь жив, это будет настоящее чудо. Что ж – пусть так! Я один раз уже умер, так что выживу и теперь!

Даже Просветление не помогало – безумное отчаяние и беспомощность вырывались из меня, желая наводнить разум паникой. Я боролся с ней как мог…

Надеяться оставалось только на Чётки – на силу Просветителя, которая до сих пор наполняла бусины.

Внезапно что-то рвануло меня вверх, и я вылетел из-под земли вместе с камнями и кусками мостовой. В лицо ударил холодный воздух, и только тогда я увидел, что происходит.

Громадные когтистые пальцы окружили меня со всех сторон и медленно поднимали – прямо к голове Громовержца. Его пасть раскрывалась всё шире, а в её глубине бурлили молнии.

— ОЧИЩАЮЩИЙ СВЕТ! — я вложил в этот крик всё, что у меня оставалось.

Чётки вспыхнули ослепительно ярко, и мощнейший поток света ударил прямо в голову Владыки. Его морду дёрнуло в сторону, раздался утробный рёв, а когтистые пальцы вокруг меня начали сжиматься, сминая защитное сияние.

— Очищающий свет! — очередная вспышка стёрла один из громадных пальцев.

— Очищающий свет! — голос сорвался на хрип.

Я уже практически ничего не соображал. Сознание гасло, перед глазами всё окончательно потемнело, но мои пальцы по-прежнему сжимали Чётки. Последнее, что я увидел – как белое сияние вокруг меня мигнуло, и исчезло, поддавшись мощи Владыки.

А затем моё тело пронзила чудовищная боль, и разум провалился в пустоту.

***

Человек-армия прибыл как раз к кульминации боя – и далеко не он один.

Бахрам Заранди ощущал присутствие ещё нескольких чудовищно сильных Мистиков.

Ближе всех, на крыше уцелевшего дома, застыл глава Лунных Драконов Тяньлина – тот самый, что всего месяц назад заставил отступить объединённые силы трёх кланов. Чуть дальше, над разрушенным кварталом, держались командиры Ракшасов и Небесных Волков. С главой Ракшасов Человек-армия однажды сошёлся лично – та схватка в песках длилась почти сутки и закончилась ничьей. Командира Небесных Волков он знал лишь по досье, но оно внушало.

Все они принадлежали к элите своих держав и возглавляли отряды, способные стирать с лица земли небольшие города. Появление любого такого отряда в чужой стране считалось поводом для войны.

Но сейчас никому из них не было дела друг до друга – все смотрели только на одну битву.

Бахрам не хотел признаваться в этом даже самому себе, но ему было страшно – до дрожи, до липкого, животного ужаса.

Исполинское чудовище, полностью проявившееся после гибели Фридриха, оставалось полупрозрачным, но даже так Человек-армия ощущал его мощь, и собственная душа будто сжималась в комок. Так, наверное, чувствует себя крыса, внезапно увидевшая перед собой дракона. Нет, даже хуже – это был первобытный страх ничтожного существа перед Богом.

Но внешне Бахрам оставался совершенно спокоен.

Он видел, что парень продолжает сопротивляться. Артур Ричи… Его имя Человек-армия всё-таки счёл нужным запомнить.

Огромная ладонь подняла Артура над землёй, однако тот снова и снова пускал в ход Чётки: свет бил Владыке в голову, отрывал куски от его пальцев.

А затем когти сомкнулись. На мгновение всё утонуло во вспышке, после чего пальцы разжались.

Из ладони Громовержца рухнуло тело. Нет – то, что от него осталось. Изуродованная мешанина из мяса, обломков костей и внутренностей с глухим шлепком ударилась о землю, во все стороны брызнула кровь.

Бахрам молча смотрел вниз. Погиб человек, которого даже он, Человек-армия, невольно начал уважать – а такое с ним случалось крайне редко.

Пожалуй, Артура Ричи действительно можно было назвать героем. В одиночку выйти против самого безумного из Двенадцати Владык Мира Духов и не просто выстоять, а нанести ему такие раны…

Одна из рук Громовержца была почти уничтожена, половина лица исчезла под ударами золотисто-белого света, а по всему громадному телу зияли светящиеся бреши.

Но Артур всё равно проиграл. Душа Владыки продолжала подниматься всё выше, постепенно покидая Мир Живых, и над городом снова прокатился хохот Громовержца.

Затем Владыка раскрыл другую ладонь, и Бахрам напрягся. На ней лежали Чётки Просветителя – даже с такого расстояния Человек-армия прекрасно их ощущал.

— Вы ведь за этим пришли? — голос ударил прямо в душу.

У Бахрама внутри всё похолодело, дыхание на мгновение перехватило.

Громовержец сжал пальцы, и кулак окутали изумрудно-чёрные молнии.

ВСПЫШКА!

Бахрам невольно прищурился. Когда сияние погасло, гигантская ладонь снова раскрылась, и из неё посыпался серый пепел.

Мелькнуло семь нитей – они начинались из ладони Владыки и уходили в разные стороны. Нити только мелькнули, и тут же исчезли – но Бахрам постарался запомнить, в какое направление они указывали.

— Никто не получит эти Чётки, — прогрохотал Владыка. А затем вдруг безумно захохотал.

Бахрам понял, что сейчас произойдёт, но было уже поздно: из громадного тела вырвался поток молний. Человек-армия сорвался с места, и мир вокруг размазался. Он успел преодолеть несколько десятков метров, прежде чем удар настиг его.

БУМ!

Первый защитный артефакт вспыхнул и мгновенно рассыпался, следом сработали второй, третий, четвёртый… Сокровища Парсиды, лучшие реликвии из личной казны Царя, созданные легендарными мастерами прошлых эпох, разрушались один за другим, а молния всё продолжала давить.

Наконец лопнула последняя защита, и Бахрама швырнуло вниз. Он пробил крышу какого-то дома, проломил перекрытие и рухнул внутрь.

Несколько секунд Человек-армия просто лежал среди обломков. Он выжил, но сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди, руки дрожали, а в голове набатом бился животный ужас.

Никогда прежде Бахрам Заранди не встречался с настолько страшным противником.

***

Тони дрожал, глядя в небо, где наконец растворялась последняя тень чудовища.

Прощальный удар Громовержца едва его не задел, но горбун был уже далеко – сбежал он ещё раньше. Как только в небе появился Наследник и Тони почувствовал заключённую в нём силу, инстинкты буквально заорали об опасности. И он послушался: оставил Артура Ричи одного и спас собственную жизнь.

Теперь Тони стоял посреди улицы и беззвучно плакал. Квартал вокруг был почти уничтожен: дома лежали в руинах, мостовая была переломана, повсюду валялись обломки и тела.

Но Тони было плевать на разруху… Его господин, герцог Эдмунд Гразе, погиб, и даже его душу, скорее всего, уже невозможно спасти. Артур Ричи тоже мёртв – от него практически ничего не осталось. А значит, обещание, которое реставратор дал герцогу, уже никогда не будет выполнено.

— Я подвёл вас, господин… — прошептал Тони.

Он достал револьвер и поднёс ствол к подбородку.

— Прощайте, — горбун прикрыл глаза. — Простите. Простите…. Прощайте.

Палец лёг на спусковой крючок, но так и не нажал.

— Ну же… — Тони стиснул зубы, и палец мелко задрожал на крючке. — Ну же!

Ничего не произошло. Тони простоял так несколько секунд, а затем рука бессильно опустилась, и револьвер повис вдоль тела.

Горбун крепко зажмурился. Никогда в жизни он не чувствовал себя настолько жалким. Он предал своего хозяина, бросил человека, которого должен был защищать, сбежал – и теперь даже не мог смыть этот позор собственной кровью.

Тони развернулся и медленно поплёлся прочь. Его плечи тряслись, а по лицу беспрерывно текли слёзы.

------

Конец 6-го тома. Конец цикла.

Шутка! Скоро продолжение 𓹘h-di>:/j6#0;