Репродукция драконов. Практикум

Пролог

Спасибо Марии Семенчевой: без неё мне было бы намного более одиноко писать эту книгу. Спасибо Асе за стремление взвести курок каждого ружья до предела. Даше и Рыси — за впечатления и замечания. Ирине — за внимание к деталям и стремление к недостижимому идеалу.

Посвящается тем, кому кажется, что многое в его жизни происходит не вовремя. То есть всем нам.

Солнце неторопливо поднималось из-за горизонта. Оно уже успело побывать на континенте эльфов, и теперь, наконец, двинулось дальше, чтобы принести новый весенний день в Оззское королевство. Солнце несмело осветило леса Лехазива и Мустара — долин вампиров. Подобралось к подножию Суровых гор, где скрывалась красавица Орзая — прекраснейший из гномьих городов. Потребуется пара часов, чтобы рассвет коснулся крыш Озза — сердца королевства — и ещё столько же, чтобы он добрался до островов дриад и троллей на западе. Но уже сейчас на северо-востоке, высоко над вершинами Крастара в золотистых лучах купался чёрно-серый дракон.

Он плавно, уверенно поднялся под облака, пока перед ним не открылся вид на море. Заложил широкий круг, будто показывая кому-то расстилающиеся внизу горы, чьи вершины никогда не покидает снег. Вновь набрал упущенную высоту и, разглядев внизу что-то, видимое лишь ему одному, сложил кожистые крылья и камнем рухнул вниз.

Некому было видеть это падение. Лишь боги, недовольно ворча, дивились наглости и сумасбродству дракона. Да и не дракон он для них вовсе: так, трёхсотшестидесятилетний мальчишка. Поэтому, когда он почти у самой земли расправил крылья, не было ни восторженных криков, ни бурных оваций. Только пасущиеся в долине гарпии, потревоженные знакомым, но чересчур громким звуком, нехотя проследили за полётом чёрно-серой тени и быстро вернулись к жеванию немногочисленных весенних трав.

Единственная персона, ставшая свидетелем этого невероятного падения и при этом имеющая руки, а не лапы, аплодировать тоже не могла, так как была чрезвычайно занята. Девушка с белыми как снег волосами мёртвой хваткой вцепилась в драконий гребень.

Вихрем промчавшись по долине, дракон несколькими мощными взмахами сбросил скорость. Как только огромные лапы коснулись земли, девушка разжала пальцы, кубарем скатилась по серому крылу, да так и осталась лежать на снегу закутанной в плащ безвольной куклой, глядя в небо. Через минуту она обречённо произнесла:

— Керр, ты шкыров псих.

Дракон недоумённо склонил голову. Огромный серый глаз завис в нескольких саженях над девушкой.

— Неужели нужно было будить меня в такую рань, чтобы пытаться убить столь изощрённым способом?

В её голосе слышалось возмущение, но в голубых глазах дракон разглядел неподдельный восторг от полёта. Поэтому Керр игриво фыркнул, выпуская из носа две тонких струи дыма, и точным движением хвоста присыпал девушку снегом. Исса по-мышиному завозилась в сугробе, пытаясь выбраться. Через несколько минут безуспешных ковыряний она, наконец, вспомнила, что является магом воды, и одним взмахом смела с себя несколько пудов снега.

Детёныш гарпии, всё это время наблюдавший за забавной человечкой, осмелел и медленно подошёл к ней.

— Привет. Ты ко мне? — она по привычке склонила голову набок. Гарпёныш скопировал её движение и сделал ещё шаг. Принюхался к сумке на её плече и нервно затоптался на месте всеми шестью лапами. Исса понимающе улыбнулась и раскрыла сумку.

— Вот хитрец! Еду учуял. Ладно, Керр всё равно сказал, что не голодный. И вообще, «зачем нам бутерброды», верно? — Исса постаралась повторить утреннюю интонацию командира, но не удержалась и добавила пару ехидных ноток.

Керр лишь небрежно фыркнул и отвернулся, намекая на несоразмерность бутерброда и драконьего желудка.

Приняв такую реакцию за согласие, Исса положила перед гарпией один бутерброд, а за второй принялась сама. Гарпёныш с минуту наблюдал за аппетитно жующей человечкой, а затем быстрым движением раздвоенного языка проглотил угощение. Исса осторожно, стараясь не спугнуть малыша и не запутаться в полах тёплого плаща, вытащила из сумки блокнот и карандаш. Следующие четверть часа детёныш радостно гонялся за зачарованным снежком, пока она делала зарисовки и пометки. Боясь спугнуть гарпёныша, Исса спросила телепатически:

— Сам длиной не больше сажени, а язык вытянул на два локтя вперёд. Ты видел?

— Да видел, видел. Тебе ещё долго?

— Почти всё. Никак не могу сосчитать пальцы на средней паре лап, он так вертится!

— Должно быть четыре. Это HarpiaPacatus.

— Что ж ты раньше не сказал? А я тут сижу, в шарады играю.

— Ты не спрашивала.

Малыш вдруг прекратил носиться по сугробам и, чем-то встревоженный, замер прямо перед Иссой. Она, всё это время сидевшая в снегу, заинтересованно посмотрела на гарпёныша. Когда маленькое тельце содрогнулось в судороге и исторгло из себя фонтан кислоты, магесса инстинктивно вскинула руку, уже понимая, что не успевает.

Но дракон успел. За мгновение до того, как первые капли коснулись человеческой руки, перед ней опустилось перепончатое крыло. И только через секунду рядом возникла тонкая, но прочная ледяная стена.

Керр сердито рыкнул и выпустил в обидчика облако горячего дыма. Гарпёныш, почувствовав закипевшую внутри него кислоту, взвизгнул от боли, а затем угрожающе растопырил похожую на щупальца гриву и бросился на гиганта. Дракон в ответ продемонстрировал внушительный набор клыков и снова зарычал. Кажется, голодным из долины сегодня не уйдёт никто.

Внезапно между двумя столь разными по размеру, но всё же невероятно похожими созданиями возникла ледяная стена. Гарпёнышу она принесла спасительную прохладу и защиту, а дракон от неожиданности дёрнулся и уколол самый кончик носа об одну из верхних сосулек.

— Керр, ну ты чего? — с укором спросила Исса. — Ему же больно от твоего дыхания! Кислота пакатусов очень чувствительна к перепадам температур. Он просто ещё маленький, не умеет контролировать отрыжку.

— Всё он умеет. Ты сама ему бутерброд с колбасой скормила, а пакатусы травоядные. У них от мяса изжога.

— Тогда он тем более не виноват! И вообще: откуда такая осведомлённость о гарпиях?

— Мы должны знать, что едим.

— Что?! — возмущенно воскликнула она.

— Это наше стадо, Исса. И про температуру их я тоже знаю. Дривы пакатусов уже пару декад как выводят из пещер, чтобы они привыкли пастись на солнце, и к лету с ними было меньше проблем.

— Вы что, едите гарпий?

— Только травоядных: у них кислота не пропитывает мясо.

— А чем вам говядина и свинина не угодили?

— И много нужно свиней и коров, чтобы прокормить несколько тысяч драконов?

Под пристальным взглядом Керра Исса задумалась и принялась за мысленные расчёты. Потом вспомнила, что в высокогорьях могут найти себе пропитание только горные козлы и гарпии, и обречённо махнула рукой, признавая поражение.

Дракона тем временем окутала серая дымка, и через несколько секунд на его месте стоял темноволосый мужчина лет тридцати в лёгкой кожаной куртке и штанах.

— Между прочим, я тоже пострадал, — обиженно пробубнил Керр, потирая кончик носа.

Исса тяжело вздохнула и встала. Отряхнула снег с плаща и штанов и подошла к Керру. Осторожно убрала его руку от лица и внимательно осмотрела пострадавший орган.

— Хм… Нос уже зажил. Что-то ещё болит?

Она стала методично осматривать его со всех сторон, выискивая травмы. Но Керр перехватил её руки и осторожно обнял.

— Исса, я уже декаду пытаюсь вытащить тебя на первое свидание, а ты тут… гарпиями любуешься.

Она тяжело вздохнула и посмотрела в глаза цвета осеннего неба.

— Ты же знаешь, почему мы не могли никуда выбраться: трое родов за декаду.

— Но время почитать про гарпий ты нашла.

— Не поверишь, — Исса хмыкнула, — но схватки у дракониц могут длиться до нескольких суток. И целителю в это время остаётся только ждать и иногда обезболивать. Так что времени на чтение было достаточно. Между прочим, ты сам мне подарил этот справочник!

Керр улыбнулся уголками губ и крепче прижал девушку к себе, принимая оправдания. Исса закопалась носом ему в куртку, вдыхая запах промёрзшей хвои, ставший уже родным.

— Как дети?

— Переношенные и очень слабые. Но кланы уже забрали их и матерей в Гнездо. Так что сегодня у нас с Делиной выходной.

— На балу многие захотят лично сказать вам спасибо. Можно считать, сегодняшний праздник в вашу честь.

Керр взял её за руку и зашагал вверх по склону, увлекая за собой.

— Куда мы сегодня: на полигон или в дозор? — спросила она, пытаясь успеть за командиром, одинаково легко шагающим по лужам и сугробам.

— Никуда.

— А завтра?

— И завтра никуда. В честь Весеннего бала во всём Красте выходные, ты же знаешь.

Человеку, хоть и полукровке, было тяжело идти наравне с драконом, поэтому Исса ответила телепатически:

— Может, лучше в дозор?

Керр уловил её сбившееся дыхание, сменил привычный быстрый шаг на прогулочный и перехватил Иссу под локоть.

— Даже не надейся. Мусшу должен всем показать нового мага Краста.

— Может, обойтись портретным амулетом из личного дела? — предложила она. — И вообще: кому надо, уже и так меня знает.

— Рима не простит, если ты не выгуляешь её бальное платье.

Исса представила лицо швеи, услышавшей, что её шедевр может не появиться на балу, и вздрогнула.

— А вот это уже серьёзно.

— Вот-вот. А я хочу станцевать со своей hav’er ark’hev.

Исса украдкой улыбнулась: ей впервые в жизни так сильно хотелось с кем-то станцевать.

— У меня пока нормально получается только вальс.

— У меня тоже.

Исса недоумённо вскинула брови.

— Я думала, все драконы хорошо танцуют.

— Многие. Но я и здесь умудрился выделиться.

Керр грустно усмехнулся, что-то вспомнив, и Исса поспешила сменить тему:

— Кстати, ты так и не объяснил, что такое это zhot hav’er ark’hev.

Он задумался и медленно, будто подбирая слова, ответил:

— Дословно, наверное, это «право быть близким и любимым». Понимаешь, у нас… довольно сложные отношения с женщинами. Драконицы привыкли сами выбирать себе партнёра. И раньше делали это весьма оригинальным способом.

— Это как?

— Ну… — Керр замялся, не желая вдаваться в подробности. — Они сравнивали мужчин. Во многом. А потом распределяли, как трофеи. Это было давно, несколько сотен лет назад. Но и живём мы подолгу.

— А от старых привычек отказываться трудно, — Исса понимающе кивнула.

— Верно. А ещё драконицы бывают очень эмоциональны, когда дело касается детеё. И иногда это мешает им принимать решения. В общем, в какой-то момент Совету это надоело, и он ввёл zhot hav’er ark’hev. Для мужчины этот статус даёт право защищать драконицу, добиваться её внимания, а в моменты опасности брать на себя ответственность за её жизнь и здоровье. При условии, что потом драконица подтвердит, что согласна с решением партнёра.

— Поэтому Малый Совет снял с тебя все обвинения за то, что ты использовал на мне Убеждение?

Керр кивнул. Помогая Иссе на особо крутом участке, воспользовался моментом и заглянул в глаза цвета водной глади. Попытался найти в них укор или обиду за то, что произошло в Зале Советов. Но увидел лишь понимание.

— А что насчёт женщин? Зачем им это право?

— Встречаться с другим, будучи чьей-то hav’er ark’hev, считается оскорблением. Зато драконица может просить у своего партнёра очень многое, вплоть до самых безумных желаний, — Керр многозначительно хмыкнул. — Кстати, во время приступов драконьего безумства женщинам оказалось проще успокаивать тех мужчин, кто связан с ними zhot hav’er ark’hev. А вот для не-дракониц стать hav’er ark’hev — всё равно что официально выйти замуж, со всеми вытекающими правами и обязанностями.

— Как удачно ты, оказывается, проскочил стадию ухаживаний, — задумчиво пробормотала Исса.

— Что? — Керр сделал вид, что не расслышал.

— Говорю: а что, только драконицы меняют партнёров, как перчатки? А драконы типа все такие белые и чешуйчатые?

— Ну почему же? Zhot hav’er ark’hev работает одинаково для обоих партнёров. Просто драконы редко когда ухаживают за двумя женщинами сразу.

— Неужели сил не хватает? — ехидно спросила она.

— С силами проблем нет, — Керр подхватил её на руки и, легко запрыгнув на высокий камень, аккуратно поставил на землю. — Просто мы выбираем одну женщину. И добиваемся её.

В его голосе слышалась решимость. И грусть по чему-то давно потерянному.

— А если не получится?

— Тогда надо сделать выводы и идти дальше, — Керр прикрыл ладонями глаза Иссы и развернул её лицом к обрыву. — Помню, мы сначала хотели полететь на водопады и к леднику. Но там пока нет гарпий, а ты столько о них рассказывала в последние дни… Не расстроишься, если мы слетаем на водопады в следующий раз?

Исса легко улыбнулась.

— Не-а. Такого утра в горах у меня ещё не было.

— Утро ещё не закончилось. Смотри.

Он убрал руки от её лица и перехватил её за талию. Девушка поудобнее устроилась в объятиях дракона и только затем открыла глаза.

Перед ними расстилались горы. Древние, снежные, неприступные. Казалось, когда ещё не было ни эльфов и людей, ни троллей и дриад, ни вампиров и драконов — горы уже стояли здесь, такие же холодные и невероятные в рассветных лучах.

— Красиво, — прошептала Исса, глядя на горы.

— Да, красиво, — согласился Керр.

Исса повернулась к нему и только тогда поняла, что всё это время серые глаза неотрывно смотрели на неё. Почувствовала, как щёки заливает румянец, закуталась в плащ и поспешно спросила:

— А почему Крастар — Драконий хребет? Здесь же сплошной горный массив, просто куча хребтов и вершин!

Керр небрежно пожал плечами.

— Озз раньше был эльфийским континентом. А у эльфов вечные трудности с переводом с драконьего.

— Как в той книге, из-за которой мы чуть не поссорились?

— Ага.

— Ясно. А что там? — она указала рукой на юго-запад.

— Там же Краст, мы оттуда прилетели, — непонимающе ответил Керр.

— В смысле? Юг же там, — Исса махнула рукой себе за спину и тут же запуталась в собственном плаще.

Керр задумчиво перебрал волосы на затылке.

— Знаешь, Ашар мне о чём-то таком рассказывал. Кажется, это называется топографический кретинизм.

— Издеваешься?! — обиженно прошипела она, пытаясь совладать с непослушным предметом гардероба.

— Отнюдь. До сих пор не понимаю, как ты ещё не заблудилась в пещерах Краста. Ты просто отвратительно ориентируешься в пространстве!

— Я стала ходить по пещерам одна только после Большого Совета.

— Значит, Краст тебя принимает и оберегает. Это хорошо.

— Тогда что там? — Исса, снова путаясь в плаще, повернулась лицом к новообретённому северу. — На востоке — море и эльфийский континент, на юге — Озз, на западе — Гномья столица. А что на севере?

— Крастар — Драконьи горы.

— А за Крастаром?

Керр усмехнулся.

— Крастар очень большой. Очень.

— И всё же?

— Не знаю. Не помню, чтобы кто-то из драконов летал так далеко. Но если лететь на север всю декаду, под крылом всё ещё будет Крастар.

— А сколько лететь отсюда до, скажем, островов дриад?

— До южных или западных?

— Ну, пусть будет южных.

Керр задумался. Исса вновь поправила непослушный плащ, возомнивший себя флюгером на весеннем ветру.

— Ту же декаду, наверное. Но в горах летать сложнее.

Исса попыталась соотнести расстояния на карте и восхищённо присвистнула. Когда плащ в очередной раз задел Керру ногу, тот вспылил:

— Слушай, ну это же просто кошмар! Как ты в нём всю зиму проходила?

— А что ты предлагаешь? В Красте нет нормальных лавок с зимней одеждой. Большая часть жителей — драконы, а вам всегда тепло. Ты даже сейчас в летней куртке!

— Но ведь эта тряпка совсем не греет, только мешается! — Порыв ветра вновь колыхнул тяжёлую ткань, и Керр не выдержал. — Дай сюда.

Несколькими быстрыми движениями он обмотал плащ вокруг плеч, живота и груди Иссы. Больше всего оборотов ткани пришлось именно на грудь, поэтому формы девушки, издали похожей на подростка, теперь заметно округлились.

— Ну вот, теперь у меня грудь, как у Атты! — возмутилась Исса.

— А мне нравится, — Керр улыбнулся и притянул её к себе.

— Ну так и женился бы на Атте.

— Не хочу. Хочу на тебе.

— Ну так ты уже.

— Ну так я и не жалуюсь.

Он хитро сощурился и, поймав во взгляде разрешение, прильнул к её губам. Если каждый их поцелуй должна предварять очередная колкость — он готов отращивать их тысячами, как чешуйки.

Керр бы очень хотел продлить этот поцелуй. Но любопытство и беспокойство Иссы чувствовались без телепатии, на уровне запахов.

— Что-то не так? — он ослабил объятия, давая Иссе возможность отстраниться. И был рад, что она этой возможностью не воспользовалась.

— Всё равно не понимаю. Так жена или невеста?

— Hav’er ark’hev. Остальное — только наше дело.

— И?

— Моё право — защищать и добиваться. Твоё — решать, когда и как далеко пускать.

Он втянул носом воздух. Вместо любопытства пришли боль и страх.

— Керр, — Исса вся сжалась, пытаясь стать меньше. Глубоко вздохнула, будто собираясь с силами. — Я не могу пока. Мне нужно время.

— Знаю, — он поправил прядь белых как снег волос. — Но ты ведь пока не собираешься никуда уезжать?

— Из Краста? Ни за что.

— И я не собираюсь. Значит, время у нас есть, — он вновь прижал её к себе и, поцеловав в самый кончик уха, прошептал: — Я буду ждать, сколько потребуется. Помнишь?

— Помню. Спасибо.

Только почувствовав, что Исса действительно успокаивается, Керр повернулся в сторону обрыва и посмотрел вниз.

— Как думаешь, высоко?

Она проследила за его взглядом. Не отпуская его, сделала маленький шажок к краю обрыва и заглянула вниз.

— Очень. Я бы даже сказала, мерхун как высоко.

— Отлично, — Керр расстегнул куртку. — Ты не могла бы положить руку мне на спину, но под курткой?

Исса склонила голову набок и недоверчиво приподняла бровь.

— Ты же только что говорил, что не будешь меня торопить.

— Я прошу тебя положить мне руку на рубашку на спине, а не залезть в штаны, — парировал он.

Исса, краснея и недовольно бурча, сунула правую руку под куртку и положила ладонь на горячую спину. Про себя отметила, что с большим удовольствием обняла бы этого конкретного дракона и без рубашки.

— Выше, между лопаток.

— Керр, ты на полголовы выше. Чтобы так дотянуться, мне придётся к тебе прилипнуть!

— Я не против, — Керр вновь притянул её к себе и довольно заурчал, словно поймавший полёвку степной кот. — Теперь собери в ладонь побольше ткани и крепко сожми.

— Да что вообще происходит? — возмутилась она, но странную просьбу выполнила. — Вот так?

— Нет. Не сверху, а сбоку. Как будто держишься за мой гребень.

Исса по-новому собрала в ладони ткань и только затем осознала смысл сказанного.

— Керр, что ты задумал?

Дракон хитро сощурился, наслаждаясь моментом.

— Керр, не надо. Пожалуйста. Я боюсь.

А вот это была неправда: с ним она ничего не боялась, и они оба это знали.

Керр легко подхватил её. Обмотанный плащ оказался удобным упором для рук. Керр развернулся спиной к пропасти и подошёл к самому краю.

— Керр? — в голосе слышались тревога и… любопытство?

Дракон вновь довольно заурчал.

— Не дёргайся. Расслабься. Вообще не держись за меня. Только рука на спине. Вот так. Крепко сожми ладонь. Хорошо.

Голубые глаза встретились с серыми.

— Ты мне веришь?

Море утонуло в осеннем небе.

— Да.

Он поцеловал её. А затем, не отрываясь от солоноватых губ, сделал шаг назад.

Два падающих силуэта окутала серая дымка. А через несколько секунд в небо взмыл чёрно-серый дракон. За гребень на спине держалась его hav’er ark’hev.

Они летели на юго-запад. Туда, где Драконьи горы уступали место равнинам Озза. Где две трети года властвовала зима. Где древний ледник спускался к высеченным в толще скал тёмно-серым замковым стенам.

Они летели домой.

Они летели в Краст.

_

Репродукция драконов

Работа на соискание звания гранд-магистра

Выполнена магистром второй ступени

Иссиной Марисской

Место выполнения работы — замок Краст

Раздел второй. Практикум

Совершенно секретно

Собственность драконов Краста

Глава 1. Актуальность темы исследования

Обычно мы называем это помещение спальней девушек, но сегодня оно стала настоящей «девчачьей» комнатой. Атта нервно отмеряла шаги, ожидая, когда же я выведу пятно, в суете посаженное на её платье минуту назад. Мариша никак не могла определиться с украшениями. Айра, как всегда, всё это комментировала, нагоняя панику.

— Исса, ну что там? — Атта склонилась надо мной после очередного круга по комнате.

— Почти всё. Отойди, свет загораживаешь.

Атта послушно отшагнула и тут же наткнулась на Маришу.

— Девочки, ну помогите! Зелёные или красные?

— Эх ты! Опять всё в последний момент решаешь, а Расту потом мучиться, — Айра укоризненно зацокала. — Платье хоть покажи.

Мариша вернула украшения в шкатулку и накинула платье. Тёмно-зелёный, серый и совсем немного бордового. Рима, как всегда, неподражаема. Но с учётом тёмных волос и ярко-зелёных глаз драконицы выбор казался очевидным не только мне.

— Зелёные, — хором ответили мы с Аттой и Айрой.

— Спасибо! — Мариша облегчённо выдохнула.

— Атта, готово. Тебе повезло, что чернила были водные, а не спиртовые.

Драконица забрала платье, оценила мою работу по пятноудалению и осталась довольна:

— Мне повезло, что ты маг воды. Спасибо!

— На здоровье. Айра, а ты чего такая спокойная?

Блондинка хитро сощурилась и поудобнее устроилась на постели, всем своим видом показывая, что у неё всё под контролем.

— А я жду, когда ты начнёшь надевать свои туфли.

— Не дождёшься: я их не надену, — парировала я.

— А вам не кажется странным, что мастер, который никогда раньше не ошибался с размером, умудрился именно для Иссы сделать туфли на полразмера меньше? — задумчиво протянула Атта.

— Согласна, — пробурчала Мариша, выбираясь из платья. — Ни за что не поверю, что Рима ошиблась, снимая с тебя мерки.

— А кто хоть мастер? — спросила я.

— Да эльф какой-то, — Айра пожала плечами. — Каждый год к нам приезжает перед балом. Хотя, как по мне, все они на одно лицо. Так что не факт, что это тот же ушастик, что прошлой весной.

— Значит, мне просто не повезло. Бывает, — я флегматично пожала плечами. Не так уж и хороши эти туфли, чтобы переживать, что они не попадут на бал.

— Что, и всё? — Айра никак не могла поверить в моё спокойствие. — Ни тебе истерик, ни воплей «всё пропало»?

— Эй! За панику в отряде отвечаю не я. За этим обращайся, вон, к Марише…

Упомянутая драконица в ответ на «смертельное оскорбление» швырнула подушку, которую я с трудом успела поймать.

— Ну, или к Атте… — уже менее уверенно предложила я.

Вторая подушка чуть не сбила с ног.

— Или, вообще, к Ашару. Эй! — возмутилась я, схлопотав третьей подушкой по прежде расчёсанным волосам.

Ашара в девчачьей комнате не было, так что за своего парня вступилась Айра. Девчонки, радуясь успешной коллективной атаке на беззащитную магичку, захихикали.

— Ну так что, пойдёшь босиком или выберешь путь страданий?

— Формально, — заметила Атта, — Исса уже представилась Красту как дочь эфира. И может придерживаться традиций своих предков.

— То есть прийти нагой и босой? — едко уточнила Айра.

Атта кивнула.

— Ну нет, — я тяжело вздохнула. — Хватит и того, что я приду без украшений.

У драконов принято наряжаться на праздники. Но выпускницам приютов, пусть и магически одарённым, корона в качестве приданого выдаёт только пару рубашек и штаны. Первые сапоги мне подарил директор Магической Академии, а на вторые к концу первого курса пришлось зарабатывать самой. И на куртку. Накопить сумму для покупки хотя бы простенького колечка или подвески даже не пыталась: почти весь заработок спускала на зелья, амулеты и книги. А с переездом в Краст и появлением нормального жалования выяснилось, что все эти милые побрякушки мне совершенно неинтересны. Так что, если у драконов и есть сокровищницы, то я на них покушаться точно не стану.

Из раздумий меня выдернул голос Айры:

— Ну так что: с босыми ногами или недовольной мородчкой?

— Ни то и ни другое.

Я показала ей язык и вытащила из-под кровати старые бальные туфли Римы. За последние декады я неплохо их разносила, и теперь они сидели, как влитые. Вот только вид у них… н-да, совсем не праздничный.

— Да нет, — скептически фыркнула Айра. — Ты этого не сделаешь.

— Спорим?

— Ставлю серебряник, что выкрутится, — откликнулась Мариша.

— Не верю. Серебрушка! — Айра кинула монету на стол.

Я подошла к кадке с водой для умывания и, зачерпнув полный ковшик, спокойно вылила его на лежащие на кровати туфли.

— Эй! Постель сама будешь сушить! — возмутилась Мариша.

— Напугала мага-водника, — хмыкнула Атта.

Я их уже не слушала, вытягивая воду, только пропитавшую потёртую замшу. Нужно, чтобы вода прошла в ткань только на треть толщины, не больше. Через несколько минут, когда первый, фоновый слой льда окреп, принялась за второй. Ещё четверть часа — и туфли покрылись причудливым узором, напоминающим тот, что остаётся на морозном стекле.

— Красиво, — на одном дыхании прошептали драконицы.

— Как у Золушки в сказке.

— Исса, а мне так сделаешь?

— Могу. Но у вас кожа очень тёплая: за полчаса всё растает.

— А у тебя, значит, не растает? — уточнила Атта.

— Не-а, — я пожала плечами. — Должна же быть польза от моей «эфирности».

— Опять выкрутилась, госпожа магесса, — по-доброму проворчала Айра, вставая и протягивая мне монету.

— Ты же Марише проспорила?

Айра и Мариша дружно покачали головами и улыбнулись. Вечно с этими драконами ничего не понятно. Ну да ладно.

Биение драконьего сердца за дверью и телепатический зов отвлекли меня от переодевания. Убедившись, что девчонки вновь увлеклись приготовлениями к балу, я прошмыгнула на лестницу. В коридоре нервно перетаптывался самый крупный блондин отряда.

— Привет, Раст.

— Привет. Ис, а Мариша уже определилась с цветами, или как обычно?

Я тяжело вздохнула. Большинство Крамаири не были кровными родственниками, но знали друг друга с детства. Поэтому неудивительно, что внутри недавно образованного рода сформировались такие пары, как Раст с Маришей и Ашар с Айрой. После снятия проклятия Марианы драконы стали открыто проявлять свои чувства, не боясь, что приступ безумства застанет их в самый неудачный момент. Но если Айра и Ашар уже декаду как встречались, не скрываясь, то у Раста с Маришей всё сложнее. Высокий, статный воин совершенно терялся рядом со знахаркой отряда, проявляя свои чувства только в действиях, но не в словах. А Мариша вроде всё видела и понимала, но, кажется, совершенно не осознавала масштаб нахлынувших на дракона эмоций.

Вот и сейчас Раст растерянно держал в руках серую жилетку и две рубашки: бордовую и тёмно-зелёную. Рима и здесь всё поняла и предусмотрела.

— В бордовом ты выглядишь опасным. Лучше зелёный.

— Спасибо, — он облегчённо выдохнул и шагнул в сторону мужской спальни.

— Раст, мне тоже совет нужен.

Вьюгой метнулась в комнату и схватила с кровати два корсета: сине-голубой и серый.

Раст думал над ответом меньше минуты:

— Голубой.

— Почему? Родовой цвет Керра — серый. Думала, ему будет приятно.

Раст усмехнулся и качнул головой.

— Поверь, он не будет смотреть ни на корсет, ни на платье. Он будет смотреть на тебя.

— Тогда какая разница?

— Ну, я знаю как минимум одного дракона, который будет рад, если ты наденешь побольше серого. Но мне кажется, что ему делать приятно ты не захочешь.

Я попыталась сохранить нормальное выражение лица, но вместо этого получилось нечто кривое и нелепое. Раст расхохотался и, махнув на прощание рукой, ушёл переодеваться.

Ташисс Крам. Глава клана и отец Керра. И как я могла забыть?

Ташисс окинул оценивающим взглядом бальный зал и остался доволен. Скромнее, чем в прошлом году, но всё равно получилось красиво и со вкусом. В последние годы украшением зала к Весеннему балу занимался Патрик. Но этой весной драконам пришлось вспомнить, каково это: самим забираться под потолок по шаткой лестнице и развешивать фонарики. Эх, найти бы этого сморчка, прижать к стенке да хорошенько расспросить: почему сбежал, когда Краст в нём так нуждался. Тем более учитывая, что его вины в проклятии Марианы не было.

Ташисс отхлебнул вина, пряча за бокалом гримасу недовольства. Два клана разведчиков, Крамы и Гримты, за два месяца так и не смогли отыскать одного вшивого мага воздуха, пусть и архимага. Больше сотни драконов прочесали весь континент, но так и не нашли старика. Нет, его много где видели, но нигде он не задерживался дольше, чем на пару часов, каждый раз уходя телепортами. А отследить архимага-пространственника без привлечения его коллег оказалось невозможно, так что оставалось только ждать. Но именно это живущие по две тысячи лет драконы умели очень хорошо.

Керр подошёл тихо, как и полагается разведчику. Ташисс улыбнулся уголками губ, почувствовав гордость за сына.

— Привет, пап. Наших не видел?

— Твой брат где-то там, — Таш кивнул в сторону столиков с закусками. — Пытается найти своей капризной супруге абрикосы в шоколаде.

— Весной? — Керр склонил голову набок и приподнял бровь. Раньше он так не делал. Неужели от своей человечки нахватался?

Ташисс тяжело вздохнул.

— Да, я знаю, что фрукты и какао дриады поставляют только летом. И Шерр это тоже знает. Но не его беременная hav’er ark’hev.

— Ну, тогда я вряд ли могу ему чем-то помочь, — задумчиво протянул Керр. — А мама?

— Ещё не пришла, но обещалась.

— Хорошо.

Таш повернулся к сыну и внимательно посмотрел на него.

— Хочешь их познакомить?

— Обязательно. Но не сегодня. Думаю, у Иссы и без того будет насыщенный вечер.

— Ты слишком высокого мнения о своей человечке.

Лицо Керра окаменело лишь на мгновение, но Ташисс это заметил.

— Знаешь, когда я назвал Иссу своей hav’er ark’hev на Малом Совете, я не шутил, — Керр старался говорить спокойно и ровно, но глава Крамов уже знал, что сын закипает.

— Конечно, не шутил, — Ташисс пожал плечами. — Ты просто спасал свою шкуру. А в итоге подставил девчонку. Твоего запаха нет. И если он не появится, в Гнезде её сожрут.

— Клыки пообломают, — усмехнулся Керр. — Краст её принял.

— Краст — да. Но не драконы. Это ж надо было додуматься: провести частичную инициацию прямо на Большом Совете!

— Кстати, она понятия не имела, что и как делать. Но у неё получилось. Неужели для тебя это ничего не значит?

— Плевать, что это значит, — Ташисс с удивлением отметил, что сам уже готов дымиться от раздражения. — Она не выдержит полную инициацию.

— Сейчас — нет. Но магом Краста не за один год становятся.

Ташисс внимательно посмотрел на сына. Таким он не видел его уже очень давно, почти полвека.

— Неужели серьёзно?

Керр медленно кивнул, не отрывая взгляда от главы клана.

— Тогда прими её в род.

— Чтобы ты мог отдавать ей приказы в обход Совета? — Керр грустно усмехнулся и покачал головой. — Ну нет. Она теперь маг Краста. А маг Краста не принадлежит ни одному из кланов. И Совету придётся научиться с ней общаться, нравится вам это или нет. Всему Совету.

Ташисс сделал ещё глоток и сменил тему:

— Ты всё ещё не перелинял. Пора бы уже. Тем более, раз связал себя новой клятвой.

Керр недовольно поморщился.

— Ой, только не начинай. Летом точно не до того.

— Опять к своим гарпиям подашься?

— Они не просто так двадцать лет нападают на Краст. Что-то изменилось.

Ташисс небрежно пожал плечами.

— Никто так ничего и не нашёл.

— Потому что не искали.

— Ты искал.

Да, он злился на сына. Самоуверенный мальчишка решил, что гарпий нужно не убивать, а умасливать. И даже умудрился продавить на Малом Совете решение об основании нового рода. Да чего уж там, Ташисс сам согласился. Но он был уверен, что не перелинявший после смерти hav’er ark’hev дракон не сможет активировать Круг. А он смог. Основал свой род. Правда, сам при этом чуть крылья не склеил. Вот же cretino, причём оба.

— Роду Крамаири всего шесть лет. Мы вылетаем к гарпиям одни, и только в тёплый сезон. Ты и сам понимаешь, что времени прошло всего ничего. Но с новым магом поиски пойдут быстрее.

— И не надейся, — строго сказал Ташисс. — Её место теперь в Красте.

Керр усмехнулся.

— То ты не пускаешь её в Краст, то не выпускаешь из него. Ты уж определись.

— У нас сотня беременных дракониц. Её дело — сидеть в замке и принимать роды, — не слишком уверенно пробубнил Таш.

Керр подошёл к нему вплотную, посмотрел в глаза и улыбнулся.

— Я очень хочу посмотреть, как ты сообщишь это Иссине, — сказал он и, повернувшись к парадной лестнице, добавил: — Кстати, вот и она. А теперь прошу меня простить, господин Ташисс Крам: я должен быть со своей hav’er ark’hev.

Керр легко поклонился и направился в зал. Глядя вслед сыну, Ташисс бессвязно выругался и залпом осушил бокал.

Глава 2. Цель и задачи

Платье было великолепным: лёгкая струящаяся ткань, не слишком пышная юбка, низкий корсет, открытые плечи. И рукава, как у мелькета мага: расширяющиеся у запястий, чтобы незаметно колдовать. Думала, в бальном платье будет неудобно, но Рима сотворила настоящее чудо. И цвета: голубой, синий и совсем немного серого. Ташисс будет дымиться от недовольства. Волосы заплетать не стала, только заколола передние пряди, чтобы не падали на лицо. Чую, хороший обзор в этом праздничном серпентарии мне ой как пригодится.

Я почувствовала их изучающие взгляды сразу как начала спускаться по парадной лестнице. Не стала сдерживать рефлексы мага крови и прислушалась к пульсу присутствующих. Из не-драконов — только мы с Делиной. Ну, и кто из этих ящеров первым попробует меня сожрать?

За невесёлыми раздумьями не заметила, как ладони стали прозрачными и текучими. Мерхун, как не вовремя. Втянула руки в рукава и попыталась успокоиться. Получалось плохо. Керр, где ты?

Он уже стоял у нижней ступени. Серая рубашка с голубым узором по воротнику. Ой, папочка будет не рад…

Боги и Предки, это Керр так на меня смотрит? Как, как…

Да, Исса, признайся уже себе: Керр так смотрит именно на тебя. Как влюблённый мужчина.

— У тебя очень милое выражение лица, командир.

— Скажи прямо: идиотское. Я знаю.

Керр протянул руку. Я неуверенно вложила в его ладонь свою, всё ещё водную. Он, не выказывая удивления, перехватил меня под локоть и шепнул на ухо:

— Зря переживаешь, keshmi’er.

Ладони вновь стали обычными, и я облегчённо выдохнула. Всё-таки якорь для эфира — очень полезная штука.

— Если что, это был комплимент, — деловито пояснил Гранд.

— А то я без тебя не догадалась.

Да, я сунула в складки платья кристалл Грандимира — бывшего главы клана Вел. Нельзя же заявиться на драконий бал без карманного переводчика.

Итак, что у нас в программе? Драконы, как объяснили девчонки, на балу не утруждают себя формально-торжественными речами, объявлением танцев и прочей мрачно-скучной мерхунятиной. Бал-то единственный в году, на нём принято отдыхать и расслабляться, хоть и соблюдая общепринятые приличия.

Единственный, кто, по мнению драконов, никогда не должен расслабляться — это я. Для «госпожи Марисской» это первое официальное мероприятие в качестве мага Краста, так что этим вечером я должна официально «познакомиться» с Малым Советом. Как будто я не живу здесь полгода, и меня не узнаёт по цвету волос весь замок и полгорода в придачу.

— С кого начнём? — деловито спросил командир, лавируя в потоке драконов и дракониц, спешащих найти своих родных.

— Есть на этот счёт какие-то правила?

— Ты должна успеть пообщаться со всеми главами кланов и сартром. С Мусшуиссом в конце. В остальном порядок не важен.

— Тогда давай начнём с Лиртов. Где-то с ними должна быть Ди.

— Понял.

Делина обнаружилась рядом с Айроном Лиртири и Асшем Лиртом — главой клана. Милые дядечки, хоть мы и не сразу с ними поладили: ну не доверяют драконы чужакам, особенно когда дело касается потомства. Но постепенно и глава клана, и глава отряда Лиртири стали делиться со мной и Делиной сведениями о беременности и родах, так что теперь клан целителей помогал нам, а не пытался утаить «все на свете драконьи тайны».

Мы с Керром вежливо поздоровались, сделали несколько комплиментов присутствующим дамам (зелёно-коричневое платье Делины выглядело на дриаде-полукровке просто сногсшибательно) и подтвердили мою готовность в дальнейшем сотрудничать с Лиртами уже в качестве мага Краста.

Теперь Дривы. Пожалуй, один из самых спокойных кланов. Умудряются кормить весь Краст: выращивают гарпий на мясо и каким-то немыслимым образом держат плантации овощей и фруктов в пещерах без солнечного света. Ди, может, и могла бы посоветовать им что-то своё, дриадское. Но если за столько лет Дривы ни разу не обратились за помощью даже к ней — значит, и без меня справятся. Ощущение, что им вообще плевать, кто я и что я. Что ж, не самый плохой расклад.

А вот с Дормами сложнее. Сначала я думала, что они ремесленники, как и Велы. Но выяснилось, что они скорее строители и декораторы, причём в большей степени именно строители. За восемьдесят лет, что Патрик был замковым магом, он выполнил несколько тысяч заказов для Дормов на различные амулеты и заклятия. А теперь он ушёл, и вместо него есть только я. Согласитесь, маг воды со специализацией целительства так себе замена магу воздуха, причём бытовику и пространственнику. К счастью, Дормы это понимали: глава клана сообщил, что по решению Малого Совета я остаюсь магом отряда Крамаири, а в Оззскую Академию уже направлен официальный запрос на мага земли или воздуха со специализацией, подходящей замковому магу. Самым сложным после этой новости было от радости не броситься Дорму на шею и не заорать во весь голос, что теперь я ради его клана готова на всё. Впрочем, броситься на шею этому великану, которому я была лишь чуть выше пояса, было бы проблематично.

— Как просто, оказывается, завоевать твоё расположение: всего лишь освободить от нелюбимой работы, — насмешливо прошептал Керр, когда мы вновь шли по залу в поисках очередного главы клана.

— Ревнуешь?

На секунду прижалась к нему чуть крепче, чем того позволяли правила. Керр придержал меня за талию, не дав отстраниться.

— Немного. Но я своё ещё наверстаю.

Глава клана Морт был в своём репертуаре: сразу после приветствия воин пошёл в атаку.

— Отряду Мортов нужен маг.

— Насколько мне известно, Краст уже отправил в Магическую Академию запрос на замкового мага. Академия обычно направляет лишь одного выпускника в год в одно и то же место, — спокойно объяснила я прописную истину. — Можно сделать запрос на эльфийский континент, но они, как мне помнится, не обучают боевых магов.

— Нам нужен именно боевой маг. Срочно.

Никак не пойму, почему глава клана воинов обращался с этим вопросом ко мне, а не к Малому Совету или сартру.

— К сожалению, Краст не может запросить в Оззе второго мага ранее, чем через год, — я обречённо развела руками. Не представляю, чем могу здесь помочь.

— Нам очень надо, — продолжил давить дракон. Судя по тому, что Керр не вмешивался, формально всё в рамках приличия. Но ощущения рядом с огромным широкоплечим мужчиной на две головы выше тебя — так себе.

— Я обсужу с сартром, что можно сделать.

— Ты что, прислуживаешь сартру?

А вот и первая провокация. Добро пожаловать в мир кровожадных ящеров, госпожа магесса.

— Нет. Но и действовать в обход Малого Совета не стану.

— Молодец, — телепатически похвалил Керр.

Морт тяжело вздохнул, а затем применил запрещённый приём:

— Арчибальд Фрейсский рекомендовал сартру обратиться с этим вопросом к вам.

О-па. А вот это уже интересно. Если, конечно, Морт говорит правду.

— Керр?

— По-моему, не врёт. Но я бы уточнил у Мусшу перед тем, как что-то обещать.

Нетерпеливое сопение воина немного мешало размышлять. Арчибальд Фрейсский, директор Оззской Межрасовой Магической Академии, никогда не подставлял своих студентов. Значит, решил, что мне есть что предложить драконам. Думай, Исса, думай. У тебя за десять лет в Академии было не так уж много приятелей.

И только один — боевой маг.

— Маг огня вас устроит?

— Боевик?

— Да.

— Стихийник?

— Насколько я знаю — нет.

Да, стихийная магия рядом с драконами работает стабильнее, чем классическая каркасная. Но стихийники в среднем слабее своих коллег, хуже проходят выпускные экзамены, да и в целом встречаются реже. Я стихийник, но нам с Крастом просто повезло друг с другом, и на повторную удачу рассчитывать не стоит.

К счастью, Морт это понимал.

— Лучше, чем ничего.

— Хорошо. Я обсужу этот вопрос с сартром Мусшуиссом в ближайшее время.

Керр, верно оценив ситуацию, взял меня под руку и, пожелав Морту хорошего вечера, повёл в круг танцующих. К счастью, там как раз начинался вальс.

Не знаю, с чего это Керр решил, что плохо танцует: он уверенно вёл, легко лавируя между другими парами, некоторые из которых двигались по совершенно немыслимым траекториям. А пару раз, когда я путалась в шагах и едва не спотыкалась, Керр просто крепче прижимал меня к себе, приподнимал над полом и нёс так несколько тактов, не прекращая танцевать. Впрочем, я старалась этим не злоупотреблять и уже через пару разворотов ставила ноги на пол, вливаясь в ритм. Наконец-то бал начинал доставлять удовольствие.

— Уже половину Совета обошли, и всё ещё без скандала. Кажется, это победа.

Я тяжело вздохнула.

— Это была самая лёгкая половина. Впереди два клана разведчиков и новый глава Велов.

— Не думаю, что с Велом будут сложности: Влад уважает решения своего предшественника, а Гранду ты явно нравилась. А вот Гримты и Крамы… Исса, у меня просьба.

Я знаю, о чём ты хочешь попросить, командир. Но и ты прекрасно понимаешь, что я не могу простить Ташисса. Он шкыров месяц пытал тебя лишь за то, что ты спас меня не особо разрешённым способом. Ну не принято так у людей, даже у полукровок.

— Керр, я знаю, что не стоит стучаться в чужой замок со своим кодексом чести. Но для меня это слишком.

— Я не прошу тебя прощать его или дружить с ним. Я лишь прошу не устраивать при всех скандал.

— И не собиралась, — небрежно фыркнула я. — Поверь, если я решу убить главу клана разведчиков, то сделаю это так, чтобы ни один Крам не подкопался.

— А Гримт? — едко уточнил он.

Воспоминание о плотоядном лице Даршмира заставило рассмеяться.

— О, от этого ящера ничего не утаить! Так что я сразу приду к нему с повинной, надеясь на быструю смерть.

— Мне кажется, или он тебе нравится больше Таша?

— Не уверена. Скорее, просто кажется честнее. Он хотя бы не скрывает, что воспринимает меня только как закуску.

Теперь уже рассмеялся Керр.

— Исса, один мой знакомый очень просил уступить ему танец. Ты не против, если я оставлю тебя на него?

Я удивлённо приподняла бровь.

— Ты отдал кому-то танец со мной?

— Лишь пообещал, что спрошу тебя.

— А почему он сам меня не спросит? В столице обычно даму приглашают на танец напрямую. Или в Красте свои правила?

— В целом те же, за одним исключением: о танце с hav’er ark’hev нужно спрашивать её партнёра.

Точно, только Керр вправе ухаживать за мной. А что, логично.

— И что, он смог убедить тебя, что не имеет на меня никаких неприличных планов?

— Ага. И даже пообещал, что будет танцевать только вальс.

А что я, собственно, теряю?

— Ладно. А ты?

— Пойду пообщаюсь с семьёй и старыми знакомыми. Как только освобожусь — сразу найду тебя.

— Хорошо. За полчаса — час, думаю, меня не успеют съесть полностью.

— Как только услышу хруст твоих магесских косточек — сразу прибегу.

Музыка стала тише, обозначая возможную смену партнёра. Керр легко поклонился, я ответила реверансом. А через секунду на месте командира уже стоял Влад Вел. И это называется «один мой знакомый»? Ну спасибо, Керр, удружил!

— Госпожа Иссина.

— Господин Владмир.

Спокойно, Исса. Это просто танец. Правую ладонь — в ладонь партнёра, левую — ему на плечо. Ну подумаешь, глава клана. Это, между прочим, уже пятый за вечер.

С преемником Грандимира Вела я ещё не общалась телепатически, так что потребовалось время, чтобы настроить связь.

— Похоже, телепатия даётся вам нелегко? — сочувственно спросил дракон, с минуту наблюдавший за моими мучениями.

— Поверьте, господин Владмир, раньше было хуже.

Он приподнял уголки губ, обозначая улыбку.

— Можете звать меня Влад. Причём даже при посторонних.

— Довольно непривычно называть главу клана кратким именем. Но я постараюсь.

— Отлично. Я подумал, что нам будет лучше пообщаться здесь, среди танцующих, а не в окружении любопытных глаз и ушей.

Боги и Предки! Неужели кто-то из драконов, наконец, сам решил раскрыть мне очередную тайну Краста? Умоляю, скажите, что это так!

Влад, видимо, уловив что-то в выражении моего лица, легко улыбнулся и пояснил:

— На самом деле, у меня к вам просьба.

У-у, кто бы сомневался. Ящерицы меркантильные.

— Что ж, чего-то такого и следовало ожидать от преемника Грандимира Вела. Я вас внимательно слушаю.

— Малый Совет поручил мне отдать вам приказ, но я считаю, что неправильно начинать общение с будущим магом Краста в таком тоне. Поэтому воспринимайте это как пожелание, которое мы очень просим исполнить.

Формулировку про приказы и просьбы я проглотила спокойно, но смутило другое:

— Прошу прощения, вы сказали: «будущий маг Краста»? Мне казалось, я уже…

Влад посмотрел на меня, как на умалишённую.

— Так вы не знаете… Мусшу должен был сообщить.

— Я ещё не виделась с ним сегодня.

— Плохо. Много кто называл вас магом Краста сегодня, во время бала?

— Вроде никто, — немного подумав, ответила я.

— А вы сами часто так представлялись?

— Только в разговоре с Лиртами.

— Тогда ничего страшного, — он облегчённо выдохнул. — Лирты не из тех, кто придирается к словам, если дело не касается рецепта какого-нибудь зелья. Понимаете, Исса, вы ещё не совсем маг Краста. Да, пролив свою кровь в Круге на Большом Совете, вы заявили, что желаете им стать, и Краст принял вас. Но мы называем это частичной инициацией. Вы сейчас, как бы это сказать… на испытательном сроке, вот!

— Дайте угадаю: куча обязанностей и никаких прав.

— Что-то вроде того. Суть в том, что вас принял Краст, но не его драконы. И только став своей для драконов, вы будете готовы к полной инициации. Но об этом лучше расспросить Мусшуисса.

Я его расспрошу. Я его так расспрошу, мерхуна крылатого!

Влад сдавленно хрюкнул, и только тогда я поняла, что всё это время каждую свою мысль транслировала дракону. Естественно, правнук Грандимира, самого язвительного из известных мне чешуйчатых, не смог оставить это без комментария:

— Иссина, ваша неспособность к телепатии восхитительна. Мы просто обязаны увековечить это в Хрониках!

— Давайте я сочту это за комплимент, и мы вернёмся к нашим драконам. Так что за просьба?

Хоть Влад и сохранил беззаботное выражение лица, но судя по пульсу, напрягся. Что-то тревожное, что-то личное. Но от всего Малого Совета. Любопытно.

— Иссина, правильно ли я понимаю, что проклятие Марианы было активировано как последнее заклятие умирающего мага?

— Верно.

— Есть ли какой-то список заклинаний, которые могут быть использованы в подобных случаях?

— Последним заклятием может быть всё что угодно.

— А можно определить, какое именно заклятие маг использовал в качестве последнего?

— Не всегда. Это зависит от многого: самого заклинания, опыта и силы мага, обстоятельств смерти. Последнее заклятие Марианы, например, не смогли определить несколько десятков магов.

— Малому Совету нужно, чтобы вы определили, какое последнее заклятие применил предыдущий маг Краста. Это возможно?

Я задумалась и не заметила, как вальс сменился чем-то мне неизвестным. Влад, взяв меня под руку, отвёл к ближайшему окну.

— Где и когда он умер?

— Около трёхсот шестидесяти лет назад, в пещерах Краста. Мы покажем вам место в ближайшие дни.

— Обязательно покажете. Но это ничего не даст. За столько времени все следы исчезли. Нужны свидетели.

Теперь уже задумался Вел.

— Свидетель есть, по крайней мере, один. Но он прошёл после этого не одну линьку, так что придётся задействовать Круг.

— Линька?

— Мы живём до двух тысяч лет, а память у драконов очень хорошая. Поэтому периодически мы линяем, чтобы не тяготиться воспоминаниями. Это позволяет спокойнее принимать своё прошлое, но стирает из памяти детали. Круг помогает на время вспомнить события в мельчайших подробностях.

Влад поёжился и нервно потёр плечо.

— Свидетель. Сколько ему было на момент тех событий?

— Пятьдесят три. Первая линька в пятьдесят лет, следующая — в сто. Но в тот раз Малый Совет разрешил дракону перелинять в пятьдесят пять: у него на глазах погиб его отец, и два года мальчик каждую ночь просыпался с криками.

— Стоит ли тогда его тревожить, это действительно нужно?

Влад грустно усмехнулся:

— Прошло больше трёхсот лет. Теперь тот мальчик — взрослый дракон. Но без мага Круг не вернёт воспоминания. Так вы поможете?

Зелёные глаза неотрывно смотрели на меня. Почему же в них столько боли?

— Сделаю, что смогу. Договоритесь с Советом об активации Круга. Но если у кого-то из дракониц внезапно начнутся роды, ритуал придётся перенести.

— Понимаю. Спасибо. Что ж, не смею больше вас задерживать, госпожа Иссина. Приятного вечера.

Только я хотела возразить, что никуда не спешу, как место Влада у подоконника рядом со мной занял Даршмир Гримт с двумя бокалами.

— Наконец-то и до меня дошла очередь! — наигранно проворчал глава клана разведчиков, протягивая бокал.

— Подумала, что наше с вами общение, господин Даршмир, стоит оставить на десерт.

Приняла бокал, но отпивать сразу не стала.

— Думаю, вы ещё долго будете для меня лакомым кусочком, Иссина.

У главы клана Гримтов, специализирующихся на дознании и маскировке, только одно увлечение — чужие секреты. Так что подобную фразу из уст Даршмира стоило воспринимать как комплимент.

Я недоверчиво принюхалась к бокалу и спросила:

— Надеюсь, там всего лишь зелье правды?

— Ну, можно и так сказать, — янтарные глаза смотрели одновременно насмешливо и оценивающе. — Говорят, это зелье действительно расслабляет и развязывает язык. Людям в большей степени, драконам — в меньшей. И название красивое — вино. Вы же предпочитаете белое, верно?

Всё же сделала глоток и не сдержала улыбку. Из четырёх сортов белого вина, которые я успела заметить на столах, Гримт выбрал именно «Жемчужину островов» — моё любимое, дриадское.

— Не думала, что вы знаете обо мне так много.

Даршмир улыбнулся, довольный удавшейся шуткой.

— Работа у меня такая. Новости хочешь?

Интересная это раса — драконы: пока ты им не нужен — относятся, как к назойливой мухе. Но как только начинаешь представлять для них какой-то интерес — оказывается, что их высокомерие и равнодушие были не так уж и плохи. По крайней мере, раньше Даршмир Гримт смотрел на меня как на слегка протухшее блюдо, а теперь — как на изысканную закуску, которую просто ещё не понял, как надо съесть, чтобы было повкуснее.

Как так получилось? Да просто за последние декады мы с главой Гримтов провели вместе немало часов, готовя церемонию прощания с Ражимиром и его сыном, причём так, чтобы выполнить все условия для снятия проклятия Марианы и соблюсти хотя бы основные традиции прощания с умершими. Ещё я помогала Даршмиру с поиском книг учения о «чистой крови» и выявлением тех, кто держал их в руках. Не могу сказать, что мы стали друзьями, но его маниакальное стремление найти и сжечь все до единого экземпляры и методичность, с которой он ради этого вытряхивал передо мной грязное бельё своего клана, вызывали уважение.

— Насчёт «чистой крови»? — Гримт кивнул. — Давайте.

— Всех сторонников нашли. Три десятка драконов в Гнездо на перевоспитание. Представляешь, всего шесть экземпляров этой дряни — и такие последствия. Через пару лет зачистим повторно. Сейчас проверяем остальные кланы. Таш, кстати, тоже нашёл у себя пару книг. Он тебе не рассказывал?

Я нервно передёрнула плечами.

— Ташисс Крам не обязан мне отчитываться. Но помочь в поисках он меня не просил, если вы об этом.

Гримт, всё это время стоявший ко мне в пол-оборота, резко повернулся и внимательно посмотрел на меня.

— Неужели всё ещё дуешься на него? Глупенькая, — он улыбнулся и дёрнул рукой, будто хотел погладить меня по голове, но потом передумал. — Поверь, он совершенно не тот, кого тебе следует бояться.

— А кого следует? Вас?

Гримт запрокинул голову и звонко рассмеялся. Высокий, поджарый, опасный. Серые, будто припорошенные пеплом волосы на секунду скрыли лицо. Вот так посмотришь на него — и не скажешь, что ему больше семисот. Ну, четыреста, ну, четыреста пятьдесят, но не семьсот.

— Меня ты и так боишься, девочка. И правильно делаешь. Нет, моя дорогая ket. С самыми опасными обитателями Краста тебе только предстоит познакомиться. Хочешь совет?

Ой, знаю я этот хитрый прищур. Гримт никогда ничего не предлагает просто так.

— И что взамен?

— Всего лишь честный ответ на один маленький вопрос.

— Только если это не навредит мне, Красту, Керру, его роду, клану…

— Да, да, да, — раздражённо перебил Гримт. — Я помню, у тебя, как обычно, куча условий. Можешь даже вообще не отвечать. В конце концов, это всего лишь игра. Ну же, соглашайся.

Эх, опять ведь спросит какую-нибудь пакость.

— Ладно. Давайте свой совет.

— Прислушайся к Ташиссу. Он любит своих детей. И ради Керра не будет ни вредить тебе в открытую, ни подставлять.

Я склонила голову набок и приподняла бровь, не скрывая своего отношения к столь «ценному» совету.

— Дар, это даже на полвопроса не тянет.

Он посмотрел честными-пречестными глазами. Я спокойно пригубила вина. И он сдался.

— Все соки из меня вытянешь, госпожа магесса, — Даршмир издал страдальческий вздох. — Ладно, давай конкретнее: Ташисс станет отговаривать тебя от посещения Гнезда. И будет прав. Я бы тоже на его месте пытался тебя отговорить, но не стану: знаю, что бесполезно.

— Краст — это и замок, и Гнездо. Если в пещерах понадобится моя помощь, если кто-то из рожениц не сможет прийти в замковый лазарет, а Лирты не будут справляться — я пойду туда.

— Да знаю я, знаю, — проворчал он. — Тогда хотя бы не ходи туда одна. Бери кого-то из Крамаири. А лучше двух. А ещё лучше — девушек.

А вот это уже полезно. Непонятно, странно — но определённо полезно.

— А вот за это спасибо, — серьёзно кивнула, показывая, что запомню его слова.

— Ну, теперь моя очередь, — Даршмир предвкушающе улыбнулся и, практически сев на подоконник, подвинулся ближе.

Я тяжело вздохнула, готовясь к очередной гадости.

— Давайте только побыстрее. А то любите вы свои вопросы превращать в сеанс дознания. А мы всё-таки на балу.

— Так даже интереснее, — он отмахнулся и, склонившись над самым моим ухом, тихо спросил: — Расскажи мне, как ты получила этот шрам?

От неожиданности вопроса я дёрнулась, и янтарные глаза оказались прямо напротив моих. Близко, слишком близко. Нас могут неправильно понять. Но Дар это всё специально, работа у него такая — провоцировать.

— Вы про этот? — провела рукой по тонкой полоске на левой скуле, протянувшейся от уха до века. Гримт кивнул. — Сами знаете: Эрик во время похищения цапнул, за несколько часов до Большого Совета.

Он вновь улыбнулся, на этот раз как-то плотоядно.

— Я знаю, кто, девочка. Я хочу знать, как.

С большим трудом оторвалась от гипнотического взгляда Гримта и стала отрешённо рассматривать фонарики, развешенные под потолком. Дар воспользовался этим и вновь зашептал на ухо:

— Я хочу знать, каково это, когда это прекрасное лицо вдруг наполняет боль. Когда нежную плоть разрывает драконий коготь. Что ты чувствовала, когда Эрик медленно рассекал тебе лицо, всё приближаясь к твоим прекрасным голубым глазам? Он же делал это медленно, верно? Нет, только до середины, потом его что-то отвлекло, и рука дрогнула: след неровный. И всё же… Расскажи мне, Исса, каково было, когда он уродовал тебя?

Я закрыла глаза, но вместо Эрика и башни Гримтеров вспомнила комнату общежития Академии. Вместо шрама на щеке засаднили другие, те, что скрыты под платьем. В этом году в моде наряды с открытой спиной, и половина девушек на Весеннем балу заказали у портних именно такие платья. Но не я.

А Даршмир всё говорил и говорил, то громким шёпотом, то почти неслышно. Каждая его фраза всё глубже затягивала в омут липких воспоминаний. К образам добавились звуки, запахи, ощущения. Я уже готова была расплакаться посреди бального зала, когда Даршмир сказал:

— Оч-чень интерес-сно. Неужели та встреча с Эриком тебе так запомнилась? Нет, не верю. Тут что-то ещё. Что-то давнее, давно прошедшее. Но не забытое. Плохо, очень плохо, Исса: у мага Краста не должно быть слабостей. Мы просто не можем себе этого позволить. Но как же любопытно, — Дар облизнулся, демонстрируя раздвоенный язык. — Интересно, а Керр знает?

В таком взвинченном состоянии я не могла позвать Керра телепатически, лишь слегка потянула за якорь. Отклик пришёл почти сразу, и я, поняв, что помощь уже близко, немного успокоилась.

— Правду говорят, что Гримты — лучшие в дознании, — выдавила я. — Но вы упустили одну важную деталь, господин Даршмир.

— И что же я упустил? — он положил свою ладонь на мою. Может, хотел успокоить, а может… А, неважно. Я уже разозлилась.

— Помните, как именно я представилась Кругу Краста на Большом Совете?

— Конечно помню, — Дар усмехнулся. — Ты с гордостью назвала своё родовое имя, данное тебе в твоём замшелом приюте, а затем самоуверенно произнесла: «маг Краста»! Как такое забыть?

— И, тем не менее, вы кое-что забыли, господин Даршмир. Между этими двумя фразами было кое-что ещё.

Медленный выдох — и рука до запястья обратилась водой. Не ожидавший этого дракон буквально провалился своей ладонью в мою. А затем вода заледенела. Сначала на его ладони, потом изморозь поднялась вверх по руке и забралась под рубашку, а через несколько секунд даже капельки пота на его спине обратились колючими льдинками. Даршмир посмотрел на меня со смесью удивления и… восхищения?

— Я — дочь водного эфира. И вот вам мой совет, Даршмир: постарайтесь не забывать об этом.

Дракон чуть повёл бровью, призвал тепло истинной ипостаси и за несколько секунд обратил весь лёд в пар. Я мысленным усилием вернула воду туда, где должна быть моя ладонь, а затем мягко потянула за якорь, делая руку материальной.

— Прекрасный ответ, госпожа Иссина. Я узнал даже больше, чем смел надеяться. Жаль, но мне пора. Приятного вечера, моя дорогая ket.

Через полминуты после ухода Даршмира ко мне, наконец, подошёл Керр. Я ещё не успела прийти в себя после «задушевной беседы» с Гримтом, поэтому беспокойство Керра было вполне понятно.

— Что случилось?

— Даршмир заходил поболтать, — как можно более спокойно ответила я. Получилось плохо.

Керр обнял меня, укрывая от всех возможных неприятностей.

— Опять допрашивал?

— Он называет это «всего лишь игрой».

— Да, в этом все Гримты, — Керр понимающе хмыкнул и прошептал мне на ухо: — Ты не рассказала ему?

— Смотря о чём.

— Я думал, у тебя только один «большой и страшный секрет».

— Про этот не рассказала.

— Хорошо.

То, что я маг крови, знают только Крамаири и Мусшу. А, ещё Гранд, но он теперь кристалл, так что это не считается.

— Эй, я всё слышу!

— Странно. По возрасту тебе не положено. Должен уже постоянно переспрашивать: «Ась?»

Магов крови опасаются даже больше, чем некромантов. Некроманты поднимают трупы: страшно, противно, но в целом понятно, и это не касается непосредственно тебя. А вот маги крови властвуют над живыми — это пугает очень и очень многих. Я их не осуждаю, но и разгуливать по Красту с табличкой «осторожно, опасный маг!» не стану. В конце концов, вторая специализация тоже официально защищена на выпускном экзамене, так что я не сбрендивший маг крови, несущий на алтарь всё, у чего бьётся сердце, а дипломированный специалист!

От раздумий меня отвлекло ощущение чужой магии рядом. Кто-то знакомый, даже очень. Но я сейчас единственный маг в Красте. Странно.

Оглянулась и увидела на улице, в паре локтей от распахнутого окна, открывающийся телепорт размером не больше ладони. Есть только один маг, способный так точно строить телепорты в Красте, несмотря на блокирующие заклинания.

Потому что именно он эти заклинания и ставил последние несколько десятков лет.

— Что это? — недоверчиво спросил Керр, принюхиваясь.

В ту же секунду из портала выпорхнул вестник в виде бумажного журавлика, а сам портал с тихим хлопком закрылся.

— То, что стоит показать твоему отцу.

— Позвать его?

Я качнула головой.

— Может обидеться, что я тебя за ним посылаю. Давай я сама.

Мысленно настроилась на Ташисса. Хоть бы сегодня вызов прошёл без казусов, ну пожалуйста.

— Ташисс?

— Да, Иссина?

— Вы нужны. Это срочно.

— Иду.

Глава клана Крам появился менее, чем через минуту.

— В чём дело, госпожа Иссина?

Я показала вестника, спокойно лежащего на моей ладони. Определённо, адресатом была именно я.

— Да вот, хочу прочитать послание от Патрика при свидетелях.

— Откуда вы знаете, что это от него? — Ташисс насторожился. — Вы же ещё не открыли послание.

— Я не знаю других магов, способных отправить такую штуку к одному из окон Краста напрямую телепортом.

Такой ответ его вроде устроил.

— Хорошо. Открывайте.

Я аккуратно развернула журавлика и показала его с обеих сторон и Ташиссу, и Керру.

— Он пуст, — хором заключили драконы.

— Для вас — да. Послание-то адресовано мне. Я прочту его вслух, но после этого вестник, скорее всего, исчезнет.

— Постойте. По вестнику можно отследить отправителя? — спросил Ташисс.

Я тяжело вздохнула.

— Можно, но нужен маг-следопыт. Или пространственник. А я целитель.

— Понял. Тогда читайте.

— «Добрый вечер, коллега! Поздравляю с новым назначением! Надеюсь, вам на новой должности повезёт больше, чем мне. П.С.»

С последним произнесённым словом бумага осыпалась на подоконник горсткой пепла, который тут же унёс возникший из ниоткуда порыв ветра.

— И что всё это значит? — недоумённо спросили мы с Керром.

Ташисс стал мрачнее осеннего неба.

— Это значит, птенчики, что мы с вами в глубокой мерхуньей заднице, если даже этот старый сморчок знает о новом статусе Иссины. Вот что бывает, когда частичную инициацию проводят на Большом Совете. Пойду обрадую Дара.

Ташисс уже развернулся и сделал шаг в сторону зала, когда, вспомнив о чём-то, вновь обратился ко мне:

— Иссина, знаю, вы не одобряете мои методы. Но я настоятельно прошу вас: не ходите в Гнездо. Самые опасные для вас обитатели Краста — именно там. И ни я, ни Керрим не сможем вас от них защитить.

— Благодарю за заботу, господин Ташисс. Я обязательно прислушаюсь к вашему совету.

Прежде чем идти к Мусшу, мы с Керром всё же решили отдохнуть: нашли всех Крамаири и устроили праздник живота, насколько это было возможно в рамках нескольких столиков с закусками. Айра с Ашаром и Мариша с Растом присоединились к нам только после окончания очередного танца, так что за это время мы с Аттой, Марком и близнецами успели перепробовать все самые необычные вкусности. Кстати, Мор и Рик оказались ещё и знатоками кухонь народов Озза, поэтому каждая тарталетка и закуска сопровождалась небольшой, но запоминающейся историей. Причём Мор рассказывал в основном легенды о создании блюда, а Рик вспоминал, при каких обстоятельствах в них с братом это самое блюдо впервые полетело. Похоже, они успели побывать почти во всех уголках нашего королевства.

Лисшу всё это время общался с братом. Как же жизнь разнесла этих близнецов: Мусшуисс — сартр Краста, Лисшуисс — Старший рода Крамаири, надежда и опора для племянника. Каждый из них на своём месте, и каждый кажется незаменимым. И тем тяжелее мне представлять, насколько же редко им выдаётся время пообщаться вот так просто, как сейчас.

Керр заметил, что я уже несколько минут не отрывала взгляд от окна, рядом с которым устроились его дяди.

— Пойдём к ним, — шепнул он.

— Не хочу им мешать, — я грустно улыбнулась.

— Всё не так плохо, как ты себе напридумывала. Пойдём. Они уже давно обсуждают дела, в том числе тебя.

— Что?! Откуда ты?..

Керр легко рассмеялся, и, кивнув ребятам, потащил меня через весь зал.

— Я их просто спросил, Исса. Телепатически.

Точно, телепатия. Мерхун, вечно о ней забываю.

К сожалению, всё, что за этот вечер успели вывалить на меня главы кланов, оказалось правдой. Красту действительно нужны одновременно два мага, и в Академию отправили запрос именно на замкового. И мне действительно придётся в ближайшее время снова активировать Круг Краста, чтобы вытащить из головы одного из драконов воспоминание трёхсотшестидесятилетней давности.

— Мусшу, а мы не можем дать объявление о поиске мага, например, в газетах? — с надеждой спросила я.

— И как ты себе это представляешь? — возразил Лисшу. — «В замок драконов требуется боевой маг, желательно с опытом убегания от огнедышащих тварей. Оклад по результатам прохождения тестового забега». Так, что ли?

— Вообще-то, что-то подобное мы регулярно размещаем в местных и столичных газетах. Но те, кто приходят по этим объявлениям… — Мусшу растерянно почесал затылок. — В общем, это совершенно не то, что нам нужно. Поэтому я спросил у Арчибальда совета, и он сказал, что ты знакома с одним магом-наёмником. Поможешь?

— Попробую позвать. Но придёт он или нет — не знаю. И должна предупредить: он полуорк, и характер у него соответствующий.

— Разберёмся. Пусть только придёт.

— Ладно. Займусь на днях.

— По делу о последнем заклятии. Мы всё подготовим и сообщим тебе день. Лирты выдадут книги с описанием ритуала возвращения воспоминаний.

— Вы уверены, что Круг мне откликнется? Я же ещё не полноценный маг Краста.

— Ну, — усмехнулся сартр, — будешь сомневаться — точно не откликнется. А так — почему нет? Поверь, Круг Краста способен на большее. Гораздо большее.

— Хорошо. Кстати, спасибо, что предупредили, что я пока не маг Краста.

Мусшу удивлённо уставился на меня, а через несколько секунд ударил себя ладонью по лбу.

— Знал же, что что-то забыл! Что-то важное. Исса, прости, пожалуйста.

— Ладно, пролетели. Глупостей наговорить вроде не успела.

— Ну и хорошо. Кстати, пока не забыл: то, что вы с Керром теперь связаны zhot hav’er ark’hev, мы тоже решили не подсвечивать. Все, кто нужно, и так уже знают. В конце концов, это ваше с Керром личное дело.

Мы с Керром дружно открыли рты, чтобы сказать сартру спасибо, но тут по бальному залу разнёсся звон бокала, по которому кто-то нещадно лупил десертной ложкой. Как и все вокруг, мы обернулись на источник столь раздражающего звука.

Это была драконица в жёлто-сером платье с тёмными волосами и янтарными глазами. Кого-то она мне напомнила. Ну точно: Рекемира!

— Племянница Даршмира? — телепатически спросила я Керра.

— Хуже. Дочь. Лешмира Гримтер. Мы с Лешми вместе росли.

Лешмира оглядела зал, убеждаясь, что захватила внимание всех присутствующих.

— Господа! В этот прекрасный вечер я предлагаю выпить за ту, что освободила Краст от ужасного проклятия Марианы!

А то, что проклятие Мариана наложила, потому что твой брат убил её сына, ты решила не упоминать? Мило.

Драконица подняла бокал и посмотрела прямо на меня.

— За нового мага Краста — Иссину Крамаири!

Ребята ответили мгновенно. Телепатическую волну десятка драконов, гневно шипящих «Марис-ская!» было невозможно не заметить. Но эта дрянь никак не отреагировала. Она смотрела на меня. В честь меня тост, и мне положено сделать первый глоток. Но я вправе и ответить.

— Пусть Боги и Предки вечно хранят Краст и его обитателей.

Я поднесла бокал к губам и, не отрывая взгляда от этой стервы, осушила его. Эх, эти полбокала можно было растянуть ещё на час!

Пока все пили, я смотрела на Лешмиру. Когда она почувствовала, что терпкое вино у неё во рту застывает ледяными шариками, покрытыми многочисленными острыми иглами, то подняла на меня удивлённый взгляд. Я тепло улыбнулась и незаметно отсалютовала ей пустым бокалом, намекая, что и ей придётся выпить всё.

— «Приходи на бал» говорили они. «Будет весело» говорили они, — мысленно проворчала я.

Керр ничего не ответил, но положил руку мне на талию. Ладно, признаю: на балу действительно «весело».

Глава 3. О природной магии

На следующий день, как ни странно, мы все проснулись отдохнувшими. Поэтому на завтраке всем отрядом было принято единогласное решение: мы идём на свадьбу. Вернее, на ярмарку, которую устроили орки в честь этого «знаменательного» события. Причём хитрые кочевники умудрились саму свадьбу провести ещё на прошлой декаде, а вот ярмарку растянули аж до Весеннего бала: знали, что весь Краст будет отдыхать, и что торговля в это время будет оживлённой.

У каждого нашлась причина, чтобы посетить ярмарку. Керр с ребятами решили расспросить местных про гарпий: кочевники часто забирались в самые неожиданные уголки Крастара и могли заметить что-то необычное. Девчонки просто хотели повеселиться, а мне нужно найти способ вызвать в Краст знакомого боевого мага.

— Мор, Рик, а вы много времени провели в Степи?

Близнецы, только-только развалившиеся на диване в ожидании, когда соберутся остальные, непонимающе переглянулись.

— Двадцать лет — это много?

— Достаточно. Идёмте, совет нужен.

Я практически волоком протащила близнецов из гостиной к себе в кабинет. Парни поначалу оказывали слабое сопротивление, но, получив от командира спокойный кивок, окончательно смирились с происходящим. Да, именно Керр рассказал мне, что близнецы больше сотни лет провели в различных частях Озза, и предложил посоветоваться с ними насчёт способов поиска Шасха.

Едва дверь моего кабинета закрылась, Рик нервно спросил:

— Исса, ты чего?

И тут я задумалась. Действительно, что это со мной? Зачем поволокла их так резко, даже грубо? Неужели меня так тревожит возможность вновь увидеть друга студенчества? Да ну, бред.

Потёрла виски, пытаясь прийти в себя, и смущённо ответила:

— Извините, ребята. Наверное, не выспалась.

— Да ладно, с кем не бывает. Пролетели.

На секунду показалось, что им в моём поведении понятно больше, чем мне самой. Опять какие-то секреты. Или я действительно не выспалась, а теперь срывалась на ребят и придумывала невесть что? Ладно, потом разберусь.

— Так, два вопроса: во-первых, можно ли в этом идти на орочью ярмарку?

На диван легли льняная рубашка с традиционной вышивкой степняков и жилетка с похожим узором.

— Да, вполне, — ответил Мор.

— Нарядно, как раз для такого случая, — поддержал брата Рик.

Ф-фух. Одной проблемой меньше.

— Кстати, откуда это? — Мор указал на вещи.

— Друг подарил несколько лет назад.

— Просто друг? — Рик ехидно сощурился.

— Не уверена, — ответила я. И, прежде чем драконы успели напрячься, пояснила: — Может, не друг, а просто знакомый. Он орк только наполовину, но мне хватило и этого.

Близнецы понимающе хмыкнули. С орками тяжело найти общий язык из-за их скверного характера, а понятия дружбы у них, считай, и нет: есть родня, братья по оружию и враги. Других вариантов общения с окружающими у орков не предусмотрено.

— Ладно, какой второй вопрос?

— Тот, кто это мне подарил — и есть маг, которого я обещала Мортам. Шасх перед отъездом из Академии отдал мне всё это и сказал: «Понадоблюсь — зови». Но не объяснил, что со всем этим делать. Есть идеи?

Мор уверенно взял в руки жилетку и, отогнув потайной карман, показал заправленные в него ленты.

— Смотри: зелёная — для земляка, красная — для семьи или любимой, синяя — для брата по оружию. Вытягиваешь ленту, обматываешь вокруг неё прядь своих волос и отдаёшь шаману. Он кидает ленту в костёр и, когда вызываемый в следующий раз окажется у огня — он узнает, кто его ждёт и где.

Я нервно передёрнула плечами. Все народы Озза, кроме драконов, способны к магии. Только у каждого эта магия своя. Среди людей и полукровок чаще встречаются маги-каркасники, именно это направление — основное в Оззской Магической Академии. А вот магия остальных народов изучена плохо, её относят к природной, или стихийной: дриады и эльфы воздействуют на растения и животных, гномы и тролли — на кристаллы и камни, а некоторые тролли ещё и обладают даром предвидения. Среди вампиров чаще встречаются маги крови, а среди орков много магов-погодников.

Только если дриады, гномы и остальные просто берут и колдуют, то оркам нужно обязательно превратить магию в фарс: ритуальные облачения, танцы с бубном и прочая дребедень. Если в течение суток после такого «танца» пошёл дождь — тебя признают шаманом, оказывают почёт и уважение. Если нет — привязывают руки-ноги к четырём лошадям и… Ну, вы поняли. Поэтому многие шаманы ради сохранения своей шкуры становятся обыкновенными шарлатанами. Я такое отношение к магии не разделяю и стараюсь от орочьих магов держаться подальше. Но сегодня, видимо, придётся сделать исключение.

К полудню ярмарка была полна шума, гомона и веселья. Дети всех рас (естественно, кроме драконов) срывали с высоких реек яркие ленты с привязанными сладостями, одинаково радуясь и неудачам, и победам друг друга — к ним направились Мариша и Раст. Марк и близнецы свернули на отдельную площадку, где кочевники устроили кулачные бои и принимали ставки. Атта, Айра и Ашар пошли расспрашивать торговок тканями и всякой всячиной, а мы с Керром решили пройтись по продуктовым рядам. Там до нас со всех сторон доносились крики:

— Приходите-покупайте!

— Укроп, петрушка, зелень!

— Покупайте-приходите!

— Молодой бычок, только вчера «бэ-экал»!

— А ну, кому капусту? Свежая капуста!

На знакомого ещё с моего прибытия в Краст продавца капусты было больно смотреть: милый дядечка опрометчиво занял прилавок рядом с дриадским. Да, южане — основные поставщики овощей и фруктов по всему Оззу, вот только в это время года они поставляют невероятно вкусные и питательные клубни аморфопалы, собираемые только по окончанию зимнего цветения. Цветёт эта штука редко, раз в несколько лет, и выдаёт огромный бутон необычной, скошенной формы с соцветием в виде початка. Красиво? Очень. Если, конечно, не принюхиваться: редкое и непродолжительное цветение вынуждает аморфопалы привлекать насекомых-опылителей ярким, насыщенным запахом. А опылители у них — мухи-трупоеды. В итоге даже дриады работают на плантациях аморфопал исключительно в защитных масках, а трупный запах пропитывает вырытые из земли клубни за считанные часы и плохо выветривается даже за декады транспортировки через континент. Ну, это нам так преподаватель по травоведению рассказывал, хотя Ди утверждала, что на рынке запах в разы слабее, чем на плантациях.

Так что мы, как и большинство посетителей ярмарки, по широкой дуге обошли «мёртвую зону», одарив продавца капусты сочувственным взглядом.

— Лучшие специи со всего Озза! Подходите! Только сегодня и только для вас!

— Абрикосы, спелые абрикосы!

Керр, кстати, сначала даже заинтересовался этими самыми абрикосами, но, принюхавшись, брезгливо поморщился.

— Ты же знаешь, что абрикосы будут только к середине лета, верно? — не скрывая иронии, уточнила я.

— Да знаю я, — он вздохнул. — Просто у брата hav’er ark’hev беременная, вчера полвечера его этими абрикосами мучила.

— Пусть попробует курагу.

— Что? — Керр, всё это время задумчиво разглядывающий очередной прилавок, повернулся и недоумённо посмотрел на меня.

— Курага — это сушёные абрикосы.

— Да, я знаю.

— Они хранятся круглый год. Дорогущие, конечно, но зато мы их хоть сейчас на ярмарке найдём.

Керр сначала хмурился, переваривая мысль, но через несколько секунд улыбнулся.

— Исса, ты чудо!

Он подхватил меня на руки и стал кружить. Сама не знаю, отчего, но вдруг стало смешно и легко. Наконец, он поставил меня на землю и, расправляя складки на моей жилетке, пояснил:

— Шерр так замучился с этими абрикосами, что вчера был не в своей шкуре. Давай возьмём для него курагу.

Я покачала головой. В таком хорошем настроении надо быстро идти искать шамана, чтобы закончить с работой. А уже потом отдыхать.

— Ты иди, а я к шаману схожу, сделаю вызов нашего нового мага. А потом найдёмся. Идёт?

— Хорошо, только пусть с тобой близнецы пойдут. Они подскажут, если что. И мне так спокойнее. Тут много народа.

— Поняла. Договорились.

Знаю, что по распоряжению Мусшуисса мне нельзя выходить в город без сопровождения. Но, кажется, сейчас Керр не просто выполнял приказ, но и сам за меня волновался. Надеюсь, так проявляется его забота, а не ревность или недоверие.

Мерхун… Всё-таки хорошо, что Керр поручил меня близнецам: без Мора и Рика я бы никогда не нашла этого треклятого шамана. Вернее, шаманку: тёткоподобная, неопрятного вида женщина сидела у одного из центральных костров, но никто к ней не подсаживался. Расхлябанное тело, сморщенное лицо, заплывшее слоем жира. Она была мерзкой, противной, грязной и даже на вид липкой. Через несколько секунд поняла, что ещё меня в ней настораживает: она не чистокровная орчанка. Я чётко чувствовала в ней кровь орков и троллей, причём примерно в равной пропорции. Хм, с каких это пор я могу ощущать, чья именно кровь течёт в жилах полукровки? Раньше за собой такого не замечала. Надо будет разобраться.

На походном столике перед ней были разложены пучки трав, различные колокольчики и трещотки, заставляющие меня, дипломированного мага, сомневаться в квалификации этой… хм, ну, пусть будет женщины.

— Вы уверены, что она шаман? — телепатически спросила я близнецов.

— Уверены. Видели на той декаде, как она проводила обряд для брачующихся.

От одной только мысли о том, что это существо могло присутствовать на чьей-то свадьбе, да ещё и проводить обряд, меня передёрнуло. Ладно, всего-то и нужно, чтобы она бросила в огонь ленту с моими волосами и сказала пару слов. Спокойно, Исса, ты справишься.

— Добрый день.

Тётка подняла голову, чтобы рассмотреть меня получше, и только тогда я увидела её глаза. Внимательные, цепкие, живые.

— Ну, здравствуй, Иссина.

Я вскинула было брови от удивления, но быстро сообразила, как именно орчанка узнала моё имя.

— Здесь не так много беловолосых девушек, разгуливающих в компании драконов, да?

Шаманка оскалилась и указала на лавку рядом с собой.

— А тебя так просто не проведёшь. Садись. Ну, зачем пришла?

Я аккуратно пристроилась на лавке и достала из кармана заранее заготовленную синюю ленту, уже обвязанную прядью волос.

— Мне нужно кое-кого найти.

— Найти или позвать? — переспросила она.

— Позвать.

— Так-то лучше. Имя?

— Шасх х’Шаль.

Она взяла ленту и уже протянула её к пламени, но в последний момент убрала руку от огня.

— А что мне за это будет?

Вот плутовка! Цену себе набивает. Но близнецы меня уже просветили: денег она не берёт, придётся меняться. Поэтому я вальяжно, неторопливо достала из кармана россыпь драконьих чешуек: разноцветных, переливающихся на солнце всеми цветами радуги. Медленно пересыпала их из одной ладони в другую, давая карге возможность полюбоваться меной. Но и здесь тётка меня удивила.

— Мало.

Я фыркнула, не скрывая раздражения: даже местный травник Ниим дал бы за эту горсть чешуек не меньше золотого. Хотелось идти искать Керра, а не торчать тут с этой противной и жадной бабой.

— Что хочешь?

— Погадать тебе.

Она хитро сощурилась, ожидая, что меня придётся уговаривать. Но я, неожиданно для самой себя, сразу согласилась:

— Идёт. Но сначала проведи вызов.

Шаманка кивнула и, пробормотав что-то невнятное, бросила ленту в огонь. С минуту мы сидели молча, а затем она, будто что-то услышав, произнесла:

— Приходи в «Вереск». Если и будут какие-то вести о нём, то только там.

Я кивнула, принимая её слова к сведению. Орочья таверна находилась не так далеко от замка, так что заходить туда раз в декаду совсем не сложно.

— Теперь гадание.

Она резко схватила меня за запястье и уложила руку на стол, выламывая её. Я вскрикнула от боли и неожиданности и краем глаза заметила, как к нам рванули Мор и Рик. Не успеют. Тётка достала из-под засаленной юбки нож и занесла его над моей ладонью.

Погадать она хочет, дрянь эдакая. На моей крови!

И тут я разозлилась. Резким движением левой руки выбила нож, освободила из захвата правую руку и встала, нависая над громоздким, неуклюжим телом. С силой придавила уже её запястья к столу и сжимала до тех пор, пока не услышала сдавленное шипение орчанки. И лишь затем посмотрела ей в лицо.

— Крови моей не получишь, карга. Хочешь гадать — гадай по глазам.

Она замерла на секунду, оценивая ситуацию: её руки были крепко прижаты к столу, а за моей спиной уже возвышались близнецы.

Карга широко улыбнулась, и я с трудом сдержалась, чтобы не закашляться от смрада, идущего от её прогнивших насквозь зубов и сочащегося зеленоватым гноем кольца в языке. Но лишь сильнее сжала её запястья и повторила:

— Раз я обещала — можешь погадать. Но только по глазам. Или мы уходим. Выбирай.

— Орки не гадают по глазам.

— Так ты и не орк.

Улыбка, наконец, сползла с того, что у этой мерзости было на месте лица, и она серьёзно сказала:

— Жалеть потом будешь.

— Ну, тогда я пошла.

— Стой.

Она впилась в меня взглядом, а я просто стояла и ждала, когда же этот балаган закончится. Прошло не меньше минуты, прежде чем шаманка выдала:

— Вижу море во льдах.

Из груди сам собой вырвался смешок.

— Это я знаю. Что-то ещё?

Она медленно, по-кошачьи прикрыла глаза. А затем резко распахнула их и продолжила:

— Море боли вижу. Не отпустишь её — и сама утонешь, и его погубишь. Кожу снять — на двоих разделить. Кровь смешать — горя испить. Полетишь на север — прилетишь на юг. Кровь прольёшь — дом не вернёшь. Жизнь отдашь — полжизни потеряешь.

Замечательно. Просто ашкыренно.

Я отпустила её руки, пожелала этой мерхуновой карге хорошего дня и нырнула в толпу. Вскоре меня нагнали близнецы.

— Ис, ты как? Всё нормально?

Резко развернулась на каблуках и внимательно посмотрела на парней, почти физически ощущая их тревогу. Вдруг стало стыдно за эту вспышку гнева. Второй раз за день. Да что ж такое?

— Всё в порядке. Просто не люблю делиться кровью.

Рик пихнул под локоть брата и подмигнул.

— Спорим, это у неё профессиональное?

— Даже не спорь, Мор. Так и есть, — теперь уже подмигнула я. — Ну что, идём искать нашего командира?

Керр нашёлся рядом с ближайшей лавкой с сухофруктами. Вручив меня его заботам, Мор и Рик растворились в толпе. Наверняка отправились в оружейные ряды: у близнецов какая-то невероятная любовь к колюще-режущим предметам.

Мы уложили добытую Керром курагу в мою заплечную сумку и неторопливо брели по ярмарке, рассматривая особо интересные товары и обсуждая бредовые выкрики торговок. В какой-то момент в соседнем ряду раздался возмущённый голос Гедрика, и мы пошли на него.

Гедрик Велрис, племянник Грандимира Вела и один из лучших оружейников Краста, возбуждённо обсуждал что-то с коренастой, но миловидной гномихой.

— А я тебе говорю, не получится! Нужна другая сталь, — прорычал дракон, нависая над девушкой.

— А я говорю, уже получилось. Вот, смотри!

Гномиха сунула Гедрику под нос простенький метательный нож, и кузнец вдруг замолчал. Как заворожённый, взял клинок, повертел его в руках, проверил баланс, посмотрел на свет. И спросил:

— Чешуя?

— Не скажу, — игриво ответила она, уперев руки в бока.

— Не говори. Сам вижу. Как переплавили?

— Не знаю, дядя не писал. Ну так что, повторишь?

— Повторю. Дай полгода.

— Два месяца.

— Три.

— Идёт!

Я, всё ещё ничего не понимая, обратилась к командиру:

— Керр, а кто это?

Он повернулся ко мне, не скрывая удивления.

— Ты что, так ни разу к ней и не зашла? Это же Бьянка. Ты ей уже несколько месяцев арбалетные стрелы зачаровываешь. Думал, близнецы уже перестали подрабатывать почтовыми драконами, и ты сама ходишь к ней за заказами.

Мерхун, неудобно-то как. Бьянка передала первую партию арбалетных стрел для зачаровывания ещё зимой. И близнецы, и все Крамаири постоянно твердили: сходи к Бьянке, познакомься хоть с заказчиком. А мне всё было как-то не до того. Так и повелось, что близнецы выполняли роль посыльных. На месте гордой и знающей себе цену гномихи я бы с таким безответственным магом дела вести не стала. А она вот ведёт. Надо исправляться, пока не поздно.

Керр тем временем взял меня под локоть и уверенно повёл к прилавку. Кивнул Гедрику, приветствуя его, и сразу обратил всё внимание гномихи на меня:

— Привет, Бьянка! Смотри, кого я тебе привёл.

Я стояла столбом, не зная, что делать. Мерхун, вообще не помню, как надо знакомиться с гномами: у них же на всё есть свои правила. Ладно, для начала стоит хотя бы подать голос:

— Добрый день.

Она внимательно осмотрела меня и даже перегнулась через прилавок, чтобы изучить мои сапоги. Я вспомнила, что сапоги довольно грязные, и смущённо затопталась на месте. Гномиха тяжело вздохнула, подошла и протянула руку, глядя на меня снизу вверх.

— Ну, наконец-то я тебя вживую увидела. Бьянка.

— Исса. Рада знакомству.

Рукопожатие у Бьянки было крепким. После того, как я тоже ощутимо сжала ладонь гномихи, взгляд её потеплел.

— Ну что, сейчас работу возьмёшь, или опять близнецов запряжём?

— Давай сейчас. А что там?

— Да то же самое: арбалетные. Давай сумку, должно влезть.

Пока Бьянка аккуратно укладывала в мою сумку стрелы, меня окликнул Гедрик:

— Исса, я тут кое-что придумал. Надеюсь, тебе понравится.

Он протянул заготовку под остриё копья. Я сразу почувствовала на нём своё заклятие. Замедляющее заклинание, как оказалось, хорошо ложилось на сталь Гедрика. Я была уверена, что это наша с ним совместная работа, но что-то в заготовке казалось непривычным.

— Гед, ты извини, я сегодня немного не в себе. В чём подвох?

Кузнец скрестил руки на груди и проворчал:

— На клеймо посмотри.

Точно, клеймо Гедрика. Как и все мастера своего дела, Велрис отпечатывал его на каждой своей работе. Шагающий дракон со сложенными крыльями, выдыхающий маленький огонёк. Только теперь хвост дракона украшала аккуратная, но вполне заметная снежинка.

Это не клеймо Гедрика. Это наше с ним клеймо. Он выковал, я зачаровала.

За заклинание амулетов и предметов у меня в дипломе стоит четвёрка. Одна из немногих, и я ей очень горжусь. Преподаватели говорили, что заклинаю я весьма неплохо, но очень уж долго. А тут… Впервые мою работу оценили так высоко.

— Извини, на память отдать не могу: это только заготовка, причём не самая удачная. Но как тебе сама идея, а?

Я подняла на оружейника глаза, полные слёз, и сдавленно прошептала:

— Гед, это очень ценно для меня. Спасибо.

— Эй, полегче, — он ободряюще похлопал меня по плечу. — У нас работы море. Заходи на следующей декаде, рисунок доработаем. Ладно?

— Ага.

Гедрик кивнул Керру и Бьянке и вернулся к своему прилавку. Гномиха выдала мне заметно потяжелевшую сумку, которую тут же вызвался нести командир. Стоит ли говорить, что я была не против?

Мы двинулись дальше по рядам, с трудом протискиваясь между людьми. К полудню народу на ярмарке заметно прибавилось.

— Да, в Марисе на рынке, конечно, спокойнее, — отметил Керр, обходя очередную толпу зевак.

— Это порт в нескольких днях пути от Краста, верно? — уточнила я, вспоминая карту.

— Верно. Драконий порт, через который мы торгуем с эльфами.

— Там ещё одна драконья община? Она такая же, как в Красте?

— Не совсем, — Керр замялся, подбирая слова. — Это действительно драконий порт, торговый город. Шумный, но красивый. Но ты и сама знаешь, — он мягко улыбнулся и посмотрел на меня, следя за реакцией.

— Если честно, никогда там не была. И море никогда не видела.

— Погоди, я что-то запутался, — он тряхнул головой, будто хотел привести в порядок засевшие там мысли. — Ты говорила, что ты из оззского приюта, верно?

— Да. Все приюты под защитой короны считаются оззскими. Озз — это и город, и королевство, — иронично напомнила я основы географии.

— Да, я знаю. Но думал, раз у тебя родовое имя Марисская, то ты из оззского приюта в Марисе, разве нет?

На несколько секунд я задумалась, а потом, осознав всю нелепость ситуации, рассмеялась. Иссина Марисская никогда не была в Марисе. Девушка с родовым именем, означающем на драконьем «морская», ни разу не видела море.

— Нет, меня подбросили в приют Нира. Нир находится ровно между Оззом и озёрной долиной вампиров.

— Да, знаю. Но имя?

— В приюте у нас не было родовых имён. Но, если тебя забирают, то опекун может дать своё родовое имя или придумать любое другое. Конечно, в соответствии с правилами образования имён, принятыми в королевстве.

— И кто же тебя так назвал?

— Дядя Арчи, — машинально ответила я. Заметив непонимающий взгляд Керра, пояснила: — Арчибальд Фрейсский, директор Оззской Межрасовой Магической Академии. Все студенты зовут его Дядя Арчи. Он был в Нире, искал новых магов. Нашёл вот меня и забрал. Официальным опекуном до моего выпуска считалась Академия, так что Дядя Арчи был вправе дать родовое имя.

Керр увлёк меня в закуток между прилавками, чтобы нас не смела спешащая в центр ярмарки толпа, и остановился. Осторожно взял мою ладонь и поднёс к своим губам, не отрывая взгляда. Я почувствовала, как вдоль позвоночника пробежала тысяча мурашек.

— Так почему Марисская?

Внезапная ласка спутала мысли, мешая сформулировать ответ.

— Директор на четверть тролль, а они иногда видят будущее. В общем, он гадает каждому ученику, но только один раз. Приютским — сразу, как забирает.

— Слышал, тролли чаще гадают по глазам. И что же он увидел в твоих?

Керр мягко притянул меня к себе, и я не стала сопротивляться. Мы стояли в тесном закутке, всего в нескольких шагах от толпы. Но мне вдруг стало так уютно, что было уже неважно, увидит нас кто-то или нет.

— Сказал: «Вижу море во льдах. Будешь Марисской».

Керр аккуратно заправил прядь моих волос за ухо. Нежно провёл подушечками пальцев по едва заметному шраму, протянувшемуся от уха до глаза. И шепнул мне прямо в губы:

— Красивая история.

Я не ответила, так как стала вдруг очень, просто чрезвычайно занята. Я целовала одного очень важного для меня дракона. Может, даже любимого. В какой-то момент почувствовала, что начинаю увлекаться, но останавливаться совершенно не хотелось.

И тут вернулся он. Этот отвратительный голос.

Ты никто, и звать тебя никак. Ты никуда от меня не денешься.

Мерхун, опять?

Мягко отстранилась и, чувствуя, как горят щёки и даже уши, попыталась перевести всё в шутку:

— Неужели тебе так нравится целоваться в непригодных для этого местах?

Керр смущённо улыбнулся.

— Прости, не удержался. Ты красивая.

Думаешь, ты красивая? Возможно. Но это я тебя такой сделал. Я тебя создал. Запомни это хорошенько.

Мерхун. Шкыров мерхун!

Наверное, надо что-то ответить. Но в голове, как назло, ни одной умной мысли — один голый ледник, по которому с противным скрежетом полз ненавистный, но такой знакомый голос. Понимая, что вот-вот разревусь от обиды на свою так не вовремя проснувшуюся память, я выдала первое, что пришло в голову:

— Керр, у меня просьба.

— Всё, что угодно.

— Я серьёзно!

— Я тоже.

Нет, он точно издевается. Ладно, раз решила, надо рассказывать. Достала из кармана кристалл Грандимира и протянула ему.

— Это подарок от…

— Можешь не говорить, вижу. Можно?

Керр взял кристалл с невероятным уважением и даже трепетом. Ну да, для меня это просто каменюка, а для драконов — кусочек Предков. Надеюсь, Гранд не в обиде, что я ношу его в основном за пазухой. Кстати, именно это я и собиралась исправить в ближайшее время.

— Он что-то умеет? — спокойно спросил Керр, разглядывая кристалл.

— Да, он…

— Нет, не говори. Это твой подарок. Ты не обязана о нём рассказывать. То, что мы с Лисшу о нём знаем — уже очень большое доверие.

Я лишь пожала плечами. Лисшу и Керр точно видели кристалл Гранда на Большом Совете: я тогда не рискнула брать кристаллического дракона в Круг Краста во время вызова неупокоенного духа Марианы. Но и кто-то из Крамаири мог заметить Гранда, пока я лежала в лазарете без сознания. Так что сам факт наличия у меня кристалла старика Вела секретом уже не являлся. Но о его способности переводить с драконьего рассказывать не хотелось.

— Так что за просьба?

— Гранд сказал, чтобы я сделала из него какое-нибудь украшение, и что только та часть камня, которой я касаюсь, будет работать. Проблема в том, что я понятия не имею, к кому из мастеров обратиться и что из этого кристалла сделать, — смущённо призналась я. — Я и украшения-то не ношу. Из местных мастеров знаю только Гедрика, но он оружейник.

Керр вернул кристалл и сказал:

— Думаю, тебе нужен обычный ювелир, не дракон. Дракон сразу поймёт, что это за камень, и может отказаться с ним работать. На золотой улице много ювелиров-полукровок, некоторых я даже знаю: раньше мама любила украшения, и мы с братом часто ей что-нибудь заказывали. Хочешь, сходим туда на днях? Только камень придётся на какое-то время оставить у мастера.

А вот это нежелательно: карманный переводчик с драконьего мне сейчас ой как нужен. Хотя, стойте. Вот что у меня за голова такая: то ни одной дельной мысли, а то все сразу набежали, как тараканы в погреб?

Я мысленно позвала старика Вела:

— Гранд, а если я расколю сейчас кристалл и часть оставлю у себя, а часть отдам ювелиру?

— Ну?

— А потом ювелир мне вернёт камень уже в изделии.

— И?

— Тогда камень в изделии будет работать переводчиком?

— Если при ношении кристалл будет касаться твоей кожи — да. А остальное можешь выбросить или пустить на реактивы — я не обижусь.

— Гранд, ты лучший!

— Знаю. Дай поспать, — проворчал старик.

Керр всё это время внимательно наблюдал за мной, облокотившись на стену прилавка.

— Ну как, договорились? — спросил он, поняв, что я снова готова общаться с ним, а не с Грандом.

Я кивнула. Сделала ногтем небольшую засечку на камне и протянула Керру:

— Разломи, пожалуйста.

Он недоверчиво посмотрел на меня, но, получив ещё один кивок, разломил кристалл. Камень легко разделился на две неравные части. Новые грани получились ломаными, но никаких крошек от кристалла не было: просто вместо одной каменюки стало две. Я взяла меньший кусок, а больший отдала Керру.

— Сходи, пожалуйста, сам к ювелиру. Нужно, чтобы камень в изделии касался кожи носителя, других условий нет. И я не хочу знать, что именно это будет. Пусть будет сюрприз.

Я легко улыбнулась, и мой hav’er ark’hev ответил тем же.

— Хороший подарок ты загадала, keshmi’er. Сделаю.

Глава 4. Отцовский инстинкт

Я шла по коридорам Гнезда и отчаянно зевала. До заседания Малого Совета всего несколько часов, но Влад только сейчас смог выделить время, чтобы показать место смерти моего предшественника. Возможно, сложность в организации этой экскурсии заключалась ещё и в том, что с нами увязались Даршмир, Ташисс и, как ни странно, Керр. Насколько я поняла, маг Краста, даже частично инициированный, становится членом Малого Совета. Поэтому в присутствии на заседании главы ответственного за меня рода необходимости не было. Но Керр всё равно выразил ярое желание идти с нами, а Влад, Дар и Ташисс спокойно согласились.

Я тяжело вздохнула. Нужно провести ритуал, опираясь на выданные главой Лиртов скудные записи, но пока даже не ясно, в чьи воспоминания придётся залезть. Пожалуй, пора прояснить этот вопрос. Стараясь не сбиться с шага, чтобы окончательно не отстать от драконов, я спросила:

— Влад, а кто будет участвовать в ритуале? Мне нужно поговорить с этим драконом, расспросить его. Желательно прямо там, где всё произошло.

— Да, Асш предупредил. Не волнуйся. Все, кто нужен, уже здесь. Мы пришли.

Коридор вывел нас в небольшой зал. Драконы распределились по периметру пещеры, давая мне возможность осмотреться. Как и везде в Гнезде, стены и потолок были усеяны разноцветными кристаллами — ростками, которые Предки пускают по сети пещер и переходов. Зал был не очень большой, всего пару десятков саженей в длину и десяток — в ширину. На той стороне начинался узкий коридор, примерно на половину высоты заваленный обломками кристаллов. Странного вида растения, хозяйничающие в зале, намекали на близость Пещеры Предков. Интересно, а она соединена с этим переходом?

— Давайте сразу проясним, чтобы тебе было проще готовиться к ритуалу, — холодно-отчуждённым голосом проговорил Влад. — Все, кто присутствует в этой пещере, были рядом с Артуром, когда он умер. Но мы хотим посмотреть мои воспоминания.

Я так и застыла посреди пещеры, поражённая своей глупостью. И как раньше не догадалась? Согласно Хроникам, предыдущий маг Краста, Артур Орирский, погиб триста шестьдесят лет назад, защищая Гнездо от сторонников учения «чистой крови». Владу Велу, сыну Римы Велриш, чуть больше четырёхсот. Рима рассказывала, что её муж был человеком, и что он так и не дожил до двухсотлетия сына. Влад и есть тот мальчик, который видел смерть своего отца — предыдущего мага Краста.

Посмотрела в его зелёные глаза, полные боли и холода, и вспомнила Грандимира.

— У него твои глаза, Гранд.

— Знаю. Он сильный мальчик, справится. Делай своё дело.

Я кивнула и неторопливо обошла зал, после чего спросила:

— Вы уверены, что нам нужны воспоминания Влада? В пещере полно кристаллов Предков, не пробовали спросить у них?

— Пробовали, бесполезно. — Дар указал на заваленный проход. — Артур лежал в том углу, отвернул от нас лицо так, что нельзя было ни услышать его слов, ни прочесть по губам. Предки, как и мы с Ташем, видели и слышали всё, кроме последних слов Арта. Влад и Керр были с той стороны завала. Если кто что и видел, то только они. Но Керру тогда было меньше пяти, так что он вряд ли что-то вспомнит.

— В пещере были только вы пятеро или кто-то ещё?

— Ещё были двое убийц.

— И все мужчины?

— Да.

Плохо. Влад может не пустить меня в воспоминание. Нет женского образа для слияния с ним в момент перехода, чтобы Влад провёл меня в свою память безболезненно для него. Если это так, то в ритуал придётся вводить кого-то третьего. Но сначала надо проверить мою догадку.

— Мне нужно кое-что проверить. Влад, дай руку. К остальным просьба: что бы ни произошло — не мешайте.

Драконы согласно закивали. Влад подошёл и послушно вложил свою ладонь в мою, совсем как маленький мальчик. Может, это и к лучшему: ведь нужно обратиться к воспоминаниям его детства.

— Расскажи, как вы с отцом оказались в этой пещере. Откуда и куда шли.

— Мы не шли. Мы бежали, — он нервно сглотнул. — Мы пришли тем же коридором, что и сегодня. Он держал меня за руку, как ты сейчас, и тянул за собой.

Мы с Владом вернулись в коридор. По сравнению с пещерой здесь было довольно темно, но мне это только на руку.

— Смотри в темноту и слушай меня.

Отпустила руку Влада и положила ладони ему на плечи. Для этого пришлось встать на ближайший камень позади него: всё же большинству драконов я едва доставала до груди. Тихо, но чётко зашептала ему на ухо:

— Это было очень давно, Влад. Но это было.

Мягко провела по его плечам, чуть сжимая их, и повторила:

— Но это было. И это было правдой.

Провела по спине, перевела руки ему на грудь. Зачем-то нашла сердце, хотя мне это ни к чему.

— Ты же покажешь мне правду, Влад? Проводишь к ней?

— Не могу, — его голос стал хриплым, а сердцебиение, наоборот, показалось невероятно громким. — Тебя там не было.

— Я была там. Ты просто забыл.

Мой голос гипнотизировал меня саму. Руки перебирали складки его одежды, теребили волосы, касались щетины. Сами лезли под рубашку, стремясь быть поближе к драконьему сердцу. В моих висках уже бился пульс. Его пульс.

— Проведи меня туда, Влад. Покажи, как всё было.

— Не могу. Тебя там не было. Прости.

Чуть-чуть, мне нужно надавить совсем чуть-чуть, и он согласится. Немного сжать драконье сердце, чуть ускорить кровь, и…

Боги и Предки, что же я делаю?!

С силой оттолкнула его от себя и спрыгнула с камня, увеличивая дистанцию. Сделала несколько вдохов и выдохов, уже понимая, что не справляюсь.

Не справляюсь с зовом крови.

Мерхун, как не вовремя!

— Влад, ты как? — как можно более спокойно спросила я.

Он посмотрел ошалело, но всё же ответил:

— Нормально вроде. А что это было?

Отличный, мерхун меня за ногу, вопрос.

— Я потеряла контроль.

— Состояние эфира? Как тогда, на Совете?

Посмотрела на свои ладони: обычные, непрозрачные, покрытые кожей. Это точно не состояние эфира. Но лучше бы это было оно. Мерхун, как не вовремя! Шкыров мерхун!

— Не совсем. Давай вернёмся к остальным.

— Хорошо.

Влад попытался взять меня под руку, но я лишь качнула головой и шагнула в сторону. Любой контакт со мной сейчас опасен.

К тому моменту, как мы вернулись в пещеру, зов уже барабанами стучал в висках. Нужно срочно отвлечься.

Заметила чётки, которые перебирал Даршмир.

— Дар, что это за чётки? — я не отрывала взгляда от переливающихся в свете кристаллов шариков янтаря.

— Просто чётки, обычные.

— Дай, пожалуйста. Очень надо.

Он пожал плечами и протянул чётки. Я, стараясь не смотреть в глаза главе клана разведчиков, схватила заветные камушки. Только перебрав их с десяток раз, почувствовала, как зов крови начал стихать.

— Ну, как твоя проверка? — спросил Ташисс, всё это время напряжённо наблюдавший за мной.

— У меня для вас две новости, и обе неприятные. Первая: в ритуал нужно ввести кого-то из вас троих. Влад согласен пустить в это воспоминание только того, кто уже в нём был. Я могла бы кем-то притвориться, но в пещере не было ни одной женщины, поэтому нет образа, с которым я могу слиться.

— Давайте я, — предложил Керр.

— Ни за что! — Мне показалось, или Ташисс отреагировал слишком агрессивно? — До линьки в Круг ни ногой! Хватит и прошлого раза.

— Ладно, — Керр пожал плечами, всем своим видом показывая, что для него этот вопрос не принципиален. — Присутствовать-то можно?

— Смотри, сколько хочешь. Но в Круг не лезь! Я сам пойду.

— Да понял я, понял. Исса, Таш подойдёт?

— Вполне.

— Отлично, с этим разобрались. Какая вторая новость?

Я вновь погрузилась в чётки, пытаясь подобрать слова. Слишком давно не слышала зов крови, так давно, что уже забыла, каково это. А если я разучилась с ним бороться? А если не справлюсь? Не отвлекайся, Исса: жёлтый шарик, потом оранжевый, два жёлтых и три оранжевых…

Ко мне подошёл Керр и, кажется, о чём-то спросил, но проклятый зов не давал сосредоточиться. Только теперь в ушах стучала кровь не только Влада, а всех драконов в пещере. Поэтому появление рядом Керра не стало для меня неожиданным. Просто было неинтересно, что именно он скажет. Важно было только слышать, как бьётся его сердце.

Чётки не помогали, но обеспокоенный взгляд серых глаз буквально выдернул меня из кровавого омута.

— Исса, что случилось?

Не люблю признаваться в своих слабостях. Но одна я с этим точно не справлюсь. Сглатывая слёзы, хрипло ответила:

— Со мной что-то не так. Я магически нестабильна.

Керр тяжело вздохнул и прижал меня к себе. Хотелось спрятаться в его куртке от зова и вообще от всего на свете. Из состояния беспомощности и отчаяния выдернул голос Гримта.

— Началось, — недовольно протянул он, скрещивая руки на груди.

— Я думал, это случится позже, — хмыкнул Ташисс.

— Может, отложить ритуал? — предложил Влад.

— Да нет. Сейчас отведём её к Асшу, и через пару часов она как раз придёт в себя, — спокойно ответил Дар. — Ну что, давайте тогда выбираться отсюда?

— Вы можете нормально объяснить, что с Иссой? — спросил Керр, не скрывая раздражения.

— Она — частично инициированный маг Краста. Доступа к нашей силе у неё пока нет, но управлять ей она должна научиться заранее. Вот Краст её и искушает. Да ты не переживай, через пару месяцев она сообразит, что с этим делать, и всё пройдёт. А пока Асш выпишет какие-нибудь травки успокоительные. Ну или что он там в этих случаях советует? Ой, я не помню, давайте у него спросим, — небрежно заключил Даршмир, направляясь к выходу.

— А если я не соображу? Если не справлюсь?

Гримт подошёл и наклонился так, что его янтарные глаза оказались прямо напротив моих. Его светлая, добрая улыбка настолько контрастировала со звериным взглядом, что от охватившего меня ужаса я вжалась в Керра.

— Если не сообразишь, как жить с практически безграничной силой — значит, не сможешь быть магом Краста. И тогда Краст убьёт тебя, девочка. Ты пролила свою кровь в Круге, и пути назад нет.

— Я сделала это, чтобы избавить Краст от проклятия, — огрызнулась я.

— И мы это ценим, — Даршмир кивнул, по-прежнему не отводя взгляда. — Но ты заявила, что хочешь стать магом Краста, и никто тебя за язык не тянул. Так что это твой выбор, ket. И отвечать за него будешь только ты.

— Но я не просила власти. Не просила силы. Я не хочу!

— А я, думаешь, хочу?! — зло выплюнул Гримт. — Никто не хочет. Ни я, ни Влад и Керр, ни Таш. Мы все хотим просто жить: строить, создавать, путешествовать. Любить. Но мы, шкыр нас за ногу, драконы. Магические существа, понимаешь ты это?! И ничего, живём же как-то с этой силой, привыкли. И ты привыкнешь. Только не делай глупостей, чтобы нам не пришлось потом плакать над твоим погребальным костром, ладно?

Я смотрела на Дара и с ощущением полной безысходности вдруг осознала, что он не врёт. Впервые Даршмир Гримт говорил мне чистую правду, ничего не скрывая.

— Ладно. Поняла. Без глупостей.

— Ну, вот и чудненько, — лицо Дара смягчилось, он отвернулся и направился к выходу из пещеры. — Раз такое дело, чётки можешь оставить себе. Считай это свадебным подарком.

— Спасибо.

Два месяца зова крови. Боги и Предки, как это пережить?

Мы шли по переходам Гнезда, а зов всё усиливался. Пульс каждого встреченного дракона эхом разносился у меня в голове. Даже перебор чёток не помогал: янтарно-рыжие камни теперь казались алыми. Кровь шептала, кровь манила. Кровь умоляла позвать её, попросить её, приказать ей. Шедший чуть сзади Керр догнал меня и обнял за плечи.

— Керр, я не справляюсь.

— Вижу. Расскажи, чтобы я смог помочь.

— Помнишь, я говорила, что многих магов крови сводит с ума зов? Так вот это он.

— Получается, Краст искушает тебя не своей силой, которой у тебя ещё нет, а твоей собственной?

— Ага. И проблема в том, что я этой силой вполне могу воспользоваться. Керр, я в таком состоянии опасна. Это же как дать способность Убеждения Краму, жаждущему власти!

— Понял. Ты говорила, что наше Убеждение в чём-то схоже с магией крови. Кстати, Убеждающие тоже проходят через подобное «испытание искушением».

— И как вы с этим справляетесь?

Я нервно дёрнула плечом, когда мимо нас прошёл очередной дракон. Кажется, Лирт: за ярким запахом драконьей крови чувствовался лёгкий флёр эльфийской. Тьфу, пакость какая! Уже по запаху кровь определяю, отвратительно.

— Есть одно средство, оно сильно притупляет жажду власти у драконов. Но усиливает наши тревоги и страхи. И, вообще, на вкус та ещё гадость. Как будет работать на тебе — не знаю. Но можно попробовать.

Я лишь кивнула. Говорить теперь хотелось только о крови. А ещё о хрупкости и беспомощности драконов. Казалось, некий неведомый хищник, живущий на самом краю сознания, проснулся и теперь с интересом вынюхивал добычу. Керр крепко обнял меня и поцеловал в висок.

— Буду через полчаса. Потерпи немного, я быстро.

В Зале Советов нас уже ждали Мусшу и Асш. Заседание должно начаться через час, так что именно столько у нас есть, чтобы привести меня в чувство.

Асш Лирт, оценив моё состояние, был, мягко говоря, в шоке. Сказал, что ни разу не слышал о столь сильном воздействии Краста на сознание мага. Мусшу заметно напрягся:

— Исса, ты знаеш, что с тобой?

Я сделала неопределённый жест и взглядом показала Мусшу, что не готова обсуждать это при главах кланов. Сартр, верно поняв намёк, обратился телепатически:

— Это связано с твоей специализацией?

— Да.

— Раньше у тебя такое было?

— Очень давно. Это зов крови. Чем больше рядом живых существ, тем сильнее соблазн подчинить их своей воле. Я давно научилась с ним справляться и уже почти не слышу его. Но даже когда я только начинала обучение, зов не был таким сильным, как сейчас. Мне страшно, Мусшу.

Он положил руку мне на плечо и уже вслух произнёс:

— Ничего, сейчас отпоим тебя успокоительным, и станет легче. Может, до ритуала даже успеешь поспать.

Отвар Асша действительно позволил немного расслабиться и задремать. Но и сквозь сон я слышала тихое биение сердца сидевшего рядом Лирта. В таком состоянии мне не то что Круг активировать — элементарное заклинание доверить нельзя. Боюсь, сейчас в моих руках любой кристалл превратится в амулет подчинения.

Керр трансгрессировал прямо в Зал Советов. Асш, недовольный нарушением правил, поморщился, но говорить ничего не стал. Неужели я настолько плохо выглядела в состоянии, близком к всемогуществу, что драконы меня так жалели?

Керр принёс странного вида грибы, шляпки которых целиком состояли из голубых и розовых нитей. Нити слабо фосфоресцировали даже в ярком солнечном свете, заливающем Зал Советов через отверстия в потолке.

— Жуй. Если получится — глотай.

Забавно: Делина совсем недавно рассказывала об этих грибах. Ericius fugax — грибы семейства гребенчатые. По консистенции как сыроежки, но очень горькие. Обладают тревогонагнетающими свойствами. Внешне похожи на ежовик гребенчатый, но нити светятся голубым и розовым даже днём.

— Одной штуки для начала хватит. Я не помню, какая у людей реакция на фугакс, — сказал Асш, протягивая самый маленький гриб, с полпальца в высоту.

Стараясь не задумываться о возможных последствиях экспериментов на собственном организме, я схватила гриб и решительно закинула его в рот. С первого же укуса язык и щёки обожгло невероятной горечью, но я упрямо продолжила жевать, чувствуя, как мысль об отвратительном вкусе вытесняет из головы зов крови. Что ж, не так я себе представляла чудодейственный эффект от грибов, но какая, в сущности, разница? Главное, что работает.

Через несколько минут вместо жажды власти пришёл страх. А что, если драконы уже поняли, что я маг крови? Мне вообще можно было становиться магом Краста? А что Совет сделает с Керром и Мусшу за то, что они меня прикрывали? И как в таком состоянии проводить ритуал? И Даршмир. Этот седой лис наверняка уже раскусил меня. А Ташисс? Он тоже умеет убеждать и наверняка знает, на какую конкретно магию похоже Убеждение.

Они знают, кто я. Они убьют меня.

Надо бежать.

Попыталась вскочить, но несколько пар рук усадили меня обратно. Рядом оказался Керр, обнял меня и зашептал:

— Это так работают грибы фугакса. Они усиливают твои страхи. Всё в порядке, тебя никто не обидит. Ты в безопасности. Поспи немного, и всё пройдёт.

Я послушно прислонилась к нему и закрыла глаза. Сквозь сон в сознание пробивались голоса драконов.

— Очень интересно. И почему же её так накрыло? — задумчиво произнёс Дар.

— А я даже знать не хочу.

— Вот поэтому, Таш, Красту и нужно два клана разведчиков: потому что ты ничего не хочешь знать, хотя по долгу службы обязан. Она ведь маг Краста.

— Она даже с собой не может справиться, куда ей Круг активировать? Она не та, кто нам нужен. Только зря мучаем её. Сам видишь: она не справляется.

— Вижу, что не справляется. Но, сдаётся мне, мы с тобой понятия не имеем, с чем именно она не справляется. Так ведь, Мусшу?

— Да идите вы оба… готовиться к ритуалу. Через полчаса начинаем.

После короткого сна стало легче. Зов крови сместился куда-то на край сознания, а со страхом быть растерзанной Малым Советом неплохо справлялись чётки Даршмира. Правда, драконов заметно раздражало ритмичное щёлканье янтарных шариков, но мне было всё равно: активация пентаграммы требовала максимальной сосредоточенности и спокойствия.

Вообще-то странно, что драконам периодически нужна такая штука, как Круг Краста, представляющий собой универсальную пентаграмму. Да, многие руны расположены не так, как в учебниках, но сути это не меняет: пентаграммы и руны — ещё одна форма каркасов, способная принимать и видоизменять магическую энергию, не более того. Базовые пентаграммы мы проходили на третьем курсе, так что для подготовки к ритуалу я распотрошила старые конспекты.

А ещё пентаграммы очень любят маги крови, поэтому пришлось вспомнить и уроки Валенсии Клюквы. Вы бы видели моё лицо, когда я поняла, что отдельными элементами Круг Краста схож с пентаграммами для жертвоприношений, причём с расчётом на колоссальные объёмы энергии. Правда, элементы эти будто вывернуты наизнанку, так что в итоге я всё равно представляла работу Круга Краста лишь в общих чертах, ну да ладно. Лирты в ритуале уверены, так что буду придерживаться изначально выданных рекомендаций, но с учётом нашей ситуации.

В ритуал пришлось внести некоторые изменения. Изначально Круг Краста должен активировать Малый Совет в полном составе, но Ташисс и Влад нужны мне внутри. Поэтому внешний контур будут держать не восемь драконов, а только шесть. Вне пентаграммы оставались Керр и Рима, пришедшая поддержать сына.

— Напоминаю: в Круг никому не заходить, даже внешний контур не трогать. Если всё сработает верно, пентаграмма сама подцепится к каждому из вас, — сказала я главам кланов и сартру. Драконы быстро закивали, показывая, что знают о возможных последствиях входа в активированный Круг. Вот и славно.

— Ташисс, — мысленно позвала я, — Вам нужно взять Влада за руку и сделать несколько шагов, будто вы тянете его по тому коридору, что вёл в пещеру. Я постараюсь объединить воспоминания Влада с тем, что помнят Предки, поэтому изображение должно получиться объёмным. Как только окажетесь в воспоминании — сделайте несколько шагов вслед за Артуром, а потом отойдите в сторону. Иначе сольётесь с его образом и не сможете свободно перемещаться в воспоминании. Потом выберете точку обзора рядом с Владом, чтобы увидеть, что сказал Артур. Я буду рядом, но мои возможности будут сильно ограничены. Так что вы должны сами всё услышать и запомнить.

— Понял.

— И не двигайтесь, когда всё закончится: мне понадобиться время, чтобы закрыть Круг.

Ташисс кивнул, вошёл в пентаграмму и встал между рунами «знание» и «путь». Влад встал на колени напротив, между рунами «дитя» и «прошлое». Пятидесятилетний дракон ростом взрослому примерно по пояс, так что Влад сейчас имел тот же угол обзора, что и в детстве. Я тоже зашла в Круг и стала обходить пентаграмму. Несколько простых фраз, пара капель крови — и руны начали светиться ровным голубоватым светом. Итак, Круг меня слышит. Теперь осталось активировать нужные руны, чтобы задать вопрос. Точно нужны «прошлое», «правда» и, пожалуй, «смерть». Тут, кстати, пентаграмма отходит от канонов: есть только руна «разрушение», а «смерти» нет. Ладно, должно подойти. Интересно, какой руной обозначают мага Краста?

— «Спутник», — подсказал Гранд.

— Спасибо. Как думаешь, ничего, что ты тоже в Круге?

— Я не буду мешать, обещаю.

— Ну спасибо, — проворчала я.

Активировала «спутник». Ещё раз проверила. Руна «разрушение» светилась как-то неровно, но в целом работала. Ладно, пусть будет так. Чего-то не хватает… Точно, нужно же подключить воспоминания Предков. Хм, ближе всего к ним подходит руна «прошлое», но она уже активирована. Как же уточнить запрос? Наверное, я бы добавила руну «дом», ведь кристаллы Предков защищают Гнездо. Должно сработать. В последний момент добавила ещё и «желание»: для понимания последнего заклятия важно знать, чего именно хотел Артур перед смертью. Вот теперь можно начинать. Встала на руну «спутник» (раз это руна мага Краста, то тут мне теперь и место) и кивнула Краму.

Ташисс подошёл к Владу, взял его за руку, развернулся и уверенно сделал шаг, увлекая его за собой. Реальность пошла рябью, и через несколько мгновений уже не Ташисс, а Артур тащил маленького Влада по коридорам Гнезда, а в руках у Влада был зажат крошечный чёрно-серый дракончик.

Керр?

— Быстро-быстро-быстро!

Собственный голос казался Ташиссу чужим. Куда он бежит? И зачем тащит за собой этого мальчишку?

— Пап, я больше не могу, — донеслось сзади.

Таш подхватил мальчика на руки и понёс дальше. Странно, почему так тяжело нести всего одного ребёнка? Для дракона он не представляет существенной тяжести.

Неожиданный толчок в бок отпихнул его к стене, и только тогда Таш понял, что это не он нёс мальчишку, а Артур тащил на руках собственного сына.

— Слишком долго. Надо было отходить раньше, — раздался в голове знакомый женский голос. Он звучал на фоне стука перебираемых чёток, и это раздражало.

Таш осмотрелся, не в силах понять, в какой части Гнезда находится. С одной стороны в коридор начал заползать тёмный, густой туман.

— Воспоминание рассеивается, Влад далеко. Догоняй!

Таш бросился в противоположную от тумана сторону, куда ушли Артур с Владом. Уже на бегу пришло осознание, как он тут оказался. Воспоминание, это всего лишь воспоминание самого ужасного дня в жизни Влада.

Самого тяжёлого дня для Таша и Дара.

Боги и Предки, помогите ему ещё раз пережить этот отвратительный день.

Он догнал их уже в пещере. Артур поставил Влада на землю рядом со входом в следующий коридор. Простой пасс, одна фраза — и проход начал затягиваться кристаллами Предков. Ташисс удивлённо присвистнул: никогда раньше не видел, чтобы кристаллы росли так быстро, тем более по просьбе мага воздуха.

— Ну же, полезай.

— Нет, я буду с тобой. Я тебя не брошу!

Артур присел, чтобы быть на одном уровне с сыном, и внимательно посмотрел на него.

— Влад, ты должен позаботиться о Керре и остальных. Они маленькие, и им страшно. Спрячьтесь в Пещере Предков и не выходите, пока не придут взрослые.

— А если придут плохие взрослые?

Артур тяжело вздохнул.

— Мама. Дедушка Гранд. Айрон и Асш, Таш и Дар, Лисшу и Мусшу. Им можешь доверять. Запомнил?

Влад под строгим взглядом отца весь подобрался и серьёзно кивнул.

— Запомнил.

— Отлично. Ну, полезай.

Артур помог сыну перебраться через закрывшие почти весь проход кристаллы и передал маленького дракончика, с любопытством поглядывающего вокруг. Ташисс уже и забыл, каким крошечным был его первенец.

Арт отвернулся от сына и не видел, как Влад, вместо того чтобы бежать в Пещеру Предков, так и остался стоять с той стороны стены из кристаллов.

Маг вышел на середину пещеры и принял стойку. Таш осторожно обошёл его и сел, прислонившись спиной к кристаллической преграде. Если откуда и будет видно, что сказал Арт, то только отсюда.

Гулким эхом из коридора раздались шаги преследователей. Таш поморщился от громкого звука, понимая, что тот многократно усилен страхом Влада. В пещеру вошли двое. Ташисс, как ни старался, не смог отвести от них взгляда. Боль в сердце отозвалась горечью на губах. Ну почему, почему именно они?

Таш не знал, каково было бы Дару вновь видеть это. Знал только, что до сих пор не смог простить ни их, ни себя.

Напротив Артура Орирского стояли Тайрис Крам и Драгшер Гримт.

Отец Ташисса и дядя Даршмира.

Проклятый день.

— Вот ты где, Артур, — проворчал Тайр, по кругу обходя мага. — А мы тебя везде ищем.

— Так я не прячусь, — спокойно ответил Арт, скрещивая руки на груди. — К чему мне прятаться от Малого Совета? Тем более от глав кланов разведчиков.

Арт незаметно начал выплетать какое-то заклинание, лишь слегка подёргивая пальцами. На секунду Таша посетила — нет, не надежда, а лишь её тень. Но потом он вспомнил, что всё это — только воспоминание, которое уже не исправить.

— Это очень хорошо, что ты помнишь, кто мы, — протянул Драг. — Надеюсь, ты также помнишь, что маг Краста подчиняется приказам Малого Совета. Так вот, мы приказываем тебе, маг Краста Артур Орирский, провести нас к детям и содействовать в проведении проверки на чистоту крови.

— Там же ваши внуки.

— Не переживай: мы проверим всех. И твоего сына тоже.

Артур закончил плести одно заклинание и, не отпуская его, начал следующее.

— Все дети драконов — драконы. Нет необходимости в проверке. Так что вы оба можете спокойно идти по своим делам.

— Перечишь Малому Совету, человек? — зло выплюнул Гримт.

— Вы двое — ещё не Малый Совет.

— Сейчас для тебя мы и есть Малый Совет. Так что это не просьба, Артур, это приказ: проведи нас к детям.

— Боюсь, уважаемые главы кланов Крам и Гримт, это невозможно. Не сегодня. Не для вас. Вы обрекаете Краст на вымирание. Я этого допустить не могу.

— Что ж, это твой выбор.

Тайр достал кинжал и сделал шаг. Арт выпустил два усмиряющих заклинания. Он не мог тогда промахнуться, никогда не промахивался. Тайр даже здесь смухлевал, применив Убеждение.

Драг легко уклонился от неровно брошенной сети. Отец Таша даже этого делать не стал: за секунду до соприкосновения с заклятием он трансгрессировал туда, где стоял Арт.

Трансгрессия — невероятно сложное и опасное состояние перехода между истинной ипостасью и человеческой. В теневой форме дракон может как заполнить собой всё пространство пещеры, так и просочиться в самую узкую щель. Если, конечно, он достаточно хорошо освоил столь нестабильное состояние: в этот момент высвобождается огромное количество магической энергии, разрушающей всё, что встаёт у неё на пути.

В этот раз на её пути оказался Артур.

Тайр прошёл сквозь тело мага, принял человеческий облик совсем рядом со стеной из кристаллов и, не оборачиваясь на оседающего на пол Арта, позвал:

— Влад, где ты? Выходи, малыш, мы отведём тебя к папе.

— Сначала вы отправитесь за ним следом.

Ташисс произнёс это одними губами в тот же миг, как это сказал его образ из прошлого.

Они с Даром одновременно трансгрессировали в пещеру, всего на пару секунд не успев на помощь другу.

Это первое, за что Таш так и не смог простить себя. Первое, но не последнее.

— О, вы как раз вовремя, — проговорил Драг, глядя на племянника. — А мы тут ваших детей ищем. Не поможете?

— Aba, это безумие.

— Безумие, Таш, это скрещиваться с этими тварями. А затем с их отродьем, — Тайр брезгливо поморщился. — Ты хоть знаешь, кто родители Таи?

— Знаю. Оставь мою hav’er ark’hev и сына в покое.

— Ну а ты, Дар? — спросил Драг. — Ты хоть понимаешь, кем вырастут твои сыновья?

— Хм, даже не знаю, — Даршмир задумчиво смотрел в потолок, поигрывая кинжалом. — Может, драконами?

Таш, почти забывший про Артура, быстро взглянул на него. Тот всё ещё дышал, голова была повёрнута к драконам. Поэтому Таш не мог видеть его лица. Но он знал, что друг ещё жив, он это помнил.

— Бабка Аиши была человеком, а мать Кристы — полукровка. Никак не можешь выбрать между двумя бабами, да ещё и обе не драконицы, а так, одно название!

— Не смей даже произносить их имена! — злобно прошипел Дар и повернулся к Ташу: — Пора с этим заканчивать.

— Согласен. Вместе?

— Как всегда.

Драг разочарованно вздохнул:

— Такие взрослые, а такие глупые.

— Ладно, у нас ещё дети есть. Может, хоть они умнее, — проворчал Тайр, доставая кинжал.

Они атаковали одновременно. Даршмир пошёл на дядю, заменившего ему отца и мать, Ташисс поднял руку на родного отца. Разведчиков не учат честно сражаться, их учат быстро убивать. Ни Дар, ни Таш до того дня ни разу не одолевали в схватке этих двоих. Но тогда, видимо, вмешался сам Краст.

Ташисс, словно заворожённый, наблюдал, как он из прошлого берёт отца в простой, но рабочий захват, выбивая из его руки кинжал. Как голыми руками проворачивает голову. И лишь услышав характерный хруст позвонков, произносит:

— Прощай, aba.

Дару пришлось одновременно проще и сложнее. Он не мог вынудить противника совершить ошибку, как это сделал Таш, всего на мгновение Убедив тело отца. Но у Даршмира всегда были свои методы. Резкая подножка, перехватить руку с кинжалом и ударить своим клинком под рёбра — и вот уже Драг повалился на каменный пол. Даршмир спокойно перерезал дяде горло, не оставив шанса на регенерацию.

— Дар, что мы наделали?

— Спасли наших детей от двух уродов, — хмыкнул тот, вытирая клинок о штанину. — Давай проверим Арта. Может, ещё жив.

Они подошли к магу. Арт всё ещё дышал и даже слабо улыбался.

— Хорошо, что успели. Дети в Пещере Предков, — чуть слышно прошептал он.

— Ты лежи, Арт. Сейчас лекарей позовём, они помогут, — запричитал Ташисс, пытаясь перевязать рану, зияющую огромной дырой в груди мага.

Арт остановил его и взял за руку.

— Таш, не надо. Поздно. Аура в хлам.

Драконы замерли на мгновение, осознавая произошедшее.

— Сколько у тебя? — отчуждённо спросил Дар.

— Минута, — прошептал Арт.

— Скажи, что сделать.

— Рима, Влад.

— Позаботимся, не волнуйся.

— Мой дневник… в башне.

— Кому отдать?

Артур тяжело сглотнул и еле слышно просипел:

— Магу Краста.

— Сделаем. Что ещё?

— Живите. Просто живите, — одними губами произнёс Арт. Голова завалилась на бок.

Таш и Дар больше ничего не могли услышать. Но Влад, к которому отец повернул голову, даже сквозь кристаллическую преграду запомнил, как шевелились его губы. Увидел это и Таш.

— Есть, — мысленно обратился он в пустоту.

— Тогда нам пора, — прошептала магесса, и мир вокруг вновь покрылся рябью.

Возврат прошёл легко, если не считать ошалело глядящего по сторонам Ташисса и захлёбывающегося слезами Влада. Драконы, поняв, что ритуал окончен, кинулись было в Круг, чтобы помочь Велу, но замерли от моего окрика:

— Стоять! Круг не закрыт.

Влад лежал на каменных плитах и тихо выл от боли и безысходности. Вытаскивать из памяти воспоминания трёхсотшестидесятилетней давности — это вам не прогуливаться по окрестностям Краста.

Не обращая внимания на возмущённые взгляды глав кланов и тяжёлые вздохи Римы, я подошла к Ташиссу и заглянула ему в глаза. Серые, как у Керра, но немного другие, с едва заметными зелёными всполохами. И не такие родные.

— Что он сказал?

Дракон поморщился.

— Какую-то бессмыслицу.

— Что. Он. Сказал? Дословно.

— Сказал: «Ti’tchu mavatsh’mi».

— Гранд? — мысленно позвала я своего карманного переводчика.

— Хм, ну… У нас есть поговорка: «Не позволяй никому убить себя». Так вот тут очень созвучно, но вместо «я» стоит «они», а вместо «убить» — «разрушить». Но мы так не говорим. Ташисс прав: это полная бессмыслица.

— То есть буквально он сказал: «Не позволяй им себя разрушить»?

— Да.

— Спасибо, Гранд.

Я встала и медленно обошла Круг. Постепенно угасали руны «правда», «прошлое», «дом» и «желание». «Спутник» всё ещё был напитан силой: Круг не закрыт, и я — всё ещё работающий в нём маг. А вот руна «разрушение» опять вела себя странно: она угасала намного быстрее других, причём рывками.

Не позволяй им себя разрушить.

Пожалуй, это лучшее последнее заклятие, которое можно было придумать.

Я подошла к Владу и села рядом. Теперь нужна фраза-ключ, чтобы закрыть воспоминания и окончательно вернуть дракона в реальность.

— Влад.

Он поднял на меня изумрудно-зелёные глаза, полные боли и слёз.

— Артур… папа очень хотел, чтобы ты жил и был счастлив. И он сделал всё, чтобы защитить тебя. Он был замечательным человеком.

Влад притянул меня к себе и крепко сжал, как плюшевую игрушку. Дышать в драконьих объятиях было проблематично, но я героически выдержала это минутное проявление чувств. Постепенно дыхание Влада успокоилось, а пульс выровнялся. Мерхун, опять я слышу его сердце! Где эти шкыровы грибы?

Помогла Владу встать и заняла место на «спутнике». Несколько фраз, взмах рукой — и пентаграмма окончательно погасла, закрывая Круг Краста.

— Теперь можно.

Рима подбежала к Владу, Даршмир направился к Ташиссу. Им определённо есть, что обсудить. Ко мне подошёл Керр.

— Ты как?

— Нормально, только устала немного. И опять зов вернулся. Может, съесть ещё один гриб?

— Ну уж нет, — Керр усмехнулся и покачал головой. — Одного в день будет достаточно. И лучше ешь их на ночь, чтобы во сне переживать «откат» со страхами.

— Ладно. Слушай, а как оно всё вообще прошло? Я была внутри воспоминания и понятия не имею, что у вас тут творилось.

— Ну… — задумчиво протянул командир. — Как по мне — впечатляюще. Некоторые образы даже сюда просачивались. Раньше все знали о тех событиях только со слов отца и Даршмира, а теперь весь Малый Совет видел, как именно Тайр убил Артура.

— Тайр был твоим дедом, верно? Отцом Ташисса, Мусшу и Лисшу?

— Да.

— Ташиссу пришлось убить собственного отца.

— Он спасал меня. Спасал других детей. Но это был непростой выбор.

— Думаю, ему сейчас нужна твоя поддержка.

Керр кивнул.

— Да, пойду к нему. Хотел убедиться, что ты в порядке.

— Я в порядке. Иди, — я чуть улыбнулась.

Через несколько минут, когда все пришли в себя и главы кланов расселись по своим местам, Мусшу обратился ко мне:

— Исса, расскажешь, что случилось?

— Проще показать.

Вновь активировала Круг. На этот раз даже моя кровь не понадобилась. Забавно, с каждым разом Круг откликался быстрее, будто мы постепенно привыкали друг к другу. Драконы заметно напряглись, но, поняв, что я лишь перегоняю энергию из одной руны в другую, успокоились. Наконец, вся пентаграмма была равномерно подсвечена голубоватым светом, идущим изнутри каменного пола. Все, кроме руны «разрушение», которая слабо мерцала, пропуская через себя намного меньше энергии, чем остальные.

— Асш, сколько в обычно в Красте родов в год?

— До безумства было около четырёх. Но за последние полвека стало намного меньше.

— Сколько беременностей произошло за пятьдесят два года безумства?

— Беременностей с неудачными родами — шестьдесят семь, считая Ирессу и Нору. И ещё около ста беременностей не разрешились до сих пор.

— Итого сто семьдесят беременностей, из которых только шестьдесят семь разрешились родами. А до безумства за те же полвека было бы около двухсот родов. То есть, мы получаем сто тридцать рожениц, которые могли бы умереть в родах из-за драконьего безумства. Но этого не случилось. Почему? Вы что-то делали для этого?

— Когда мы поняли, что роды ведут к смерти роженицы, то постарались ограничить новые беременности, — немного подумав, ответил Лирт. — Но не могу сказать, что это хоть как-то сработало: драконица беременеет, только если и она, и её партнёр хотят ребёнка. Причём достаточно даже подсознательного желания. Так что осознанно перестать заводить детей драконы могут только через тотальное воздержание, — Асш развёл руками.

— Что, конечно, невозможно, когда речь идёт о воздержании на протяжении пятидесяти лет, — ехидно добавила я.

— Определённо. А ещё за эти полвека сильно увеличилась продолжительность беременности, будто дети сами оттягивали роды. Раньше мы не наблюдали такого большого числа затяжных беременностей.

Я переводила взгляд с одного члена Малого Совета на другого, наблюдая на их лицах следы усиленной работы мысли. Кажется, каждый уже подсчитал, скольких именно женщин они недопотеряли.

— Это всё, конечно, очень здорово и даже чудесно, — проворчал Морт. — Но как это связано со смертью Артура Орирского?

— Я считаю, что столь малые потери во время полувека безумства — результат действия последнего заклятия мага Краста Артура Орирского, — я подошла к руне «разрушение» и специально прогнала через неё побольше энергии, чтобы драконы даже со своих мест увидели, как неохотно она принимает ману. — Последними его словами были: «Не дай им разрушить себя». Сказано на драконьем, чтобы Краст точно услышал. И в устойчивом выражении вместо слова «убить» использовано «разрушить», потому что в Круге Краста нет руны смерти, но есть руна разрушения. Даже сейчас, при активации Круга, эта руна плохо принимает ману. Уверена, если попытаться активировать с помощью Круга какое-нибудь проклятие или заклинание, способное разнести половину Гнезда — оно не сработает.

— Последний пункт предлагаю не проверять, — тут же вставил сартр. Главы кланов согласно закивали.

— Если вопросов нет, то я деактивирую Круг. Если никто не против.

— Да, конечно.

Круг закрылся практически сам, но я на всякий случай ещё немного постояла на своей руне, выравнивая дыхание и выказывая своё уважение Красту.

На этой позитивной ноте мы и закончили заседание Малого Совета. Каждый из глав кланов, прежде чем вернуться к своим делам, подошёл ко мне и сказал хотя бы пару слов. Кажется, демонстрация способностей нового мага Краста их впечатлила. Не то чтобы это входило в мои планы, но, возможно, теперь меня не будут настолько явно воспринимать в качестве надоедливого таракана, подброшенного соседом по общежитию.

Даршмир до последнего не отрывал взгляда от Влада, которого Лирт повёл в сектор своего клана к лекарям. Только получив ободряющий кивок от Асша, Гримт повернулся ко мне.

— Теперь ты понимаешь, ket, во что ввязалась? Много ли ты знаешь пентаграмм, позволяющих одной фразой спасти полторы сотни магических существ?

Из груди вырвался тяжёлый вздох. Я-то понимаю, во что влезла. А вот вы понятия не имеете, кому доверили такую силу.

А когда поймёте, то обязательно меня убьёте. Так, на всякий случай.

По крайней мере, я бы на вашем месте так и поступила.

— Да перестань ты уже стучать этими чётками! Я начинаю жалеть, что подарил их.

— Поздно, Дар. Подарки обратно не возвращают.

Глава 5. Klifa rakha

— «…В результате сложных геополитических процессов всего за сотню лет получилось то, что мы видим на карте сейчас: независимое от эльфов Оззское королевство, во главе которого стоит род эльфов-полукровок. Эльфы же образовали ядро современного дворянства. Прочие коренные народы Озза вошли в состав нового королевства на особых условиях, соблюдение которых обеспечивают драконы Краста. Итак, острова троллей и дриад, долины вампиров Лехазив и Мустар, степи орков и горный массив Восточного Крастара вошли в состав Озза как «Вольные города» — территории, сохранившие частичную автономию, но присягнувшие на верность королевскому роду. Гномы же отказались признавать пакт о Вольных городах, и потому Суровые горы в сердце материка, а также Западный массив Крастара официально являются территорией независимого гномьего королевства со столицей в городе Орзум». Интересно, а чем в это время занимались драконы Мариса и Шелета?

Я устало откинулась на спинку стула и протёрла глаза. Сегодня нам с Делиной пришлось остаться в лазарете на ночь. Знахарка уже давно спала рядом с рождённым вчера дракончиком и его уставшей, но счастливой мамой в соседней комнате. А мне по жребию досталась ночь с Виктой Гримтшер. К вечеру, когда схватки усилились, выяснилось, что драконицу успокаивал мой голос, речитативом зачитывающий «Хроники Краста». Как чувствовала, что сегодня в лазарете у меня будет куча свободного бессонного времени, вот и взяла с собой выданный Мусшу том «Хроник». Правда, совершенно не планировала читать эту нудятину вслух, да ещё и посреди ночи.

С другой стороны, из-за затянувшейся смены я так и не съела вечернюю порцию фугакса, который оставила в лаборатории. Так что теперь мне и самой требовалось отвлечься, чтобы не вслушиваться в биение сердца драконицы и её малышей. Да, у Викты ожидается двойня, да ещё и беременность длилась больше двадцати лет. Так что Лирты при первых же схватках отправили драконицу в замок. Всего несколько декад — и вот мы уже работаем сообща. Что ж, хоть это радует.

Викта, всё это время кружившая по комнате в попытке найти комфортное положение, вдруг схватилась за живот. Ночная сорочка в районе ног быстро намокла, и на пол вылилось несколько стаканов околоплодных вод, окрашенных ярко-алым.

— Кажется, началось, — хрипло прошептала она. — Кровь — это же плохо, да?

Я подошла к Викте, заставила её упереться руками в стену и чуть подогнуть ноги. Стала растирать ей поясницу.

— Всё в порядке. В твоём случае это ожидаемо. Малыши большие, их двое. Постой немного в этой позе, пока я позову Делину, ладно?

Ди проснулась быстро, так что уже через пять минут она осмотрела роженицу и заключила:

— Раскрытие почти полное, можем начинать. Но малыши крупные, толкаются. Боюсь, застрянут. Думаю, лучше резать. Ис, что скажешь?

— Не надо резать! Я сама рожу! — сквозь слёзы возмутилась Викта, а затем охнула, когда её вновь скрутило от боли.

Я положила руку драконице на живот и прислушалась. Наверное, даже хорошо, что я так и не поела вечером грибов: чётко ощущалось не только сердцебиение малышей, но и их положение в утробе. Действительно, толкаются. Но застрять пока не успели, и пуповины не спутаны. Разные плодные пузыри, две плаценты — малыши будут похожи между собой не больше, чем обычные братья-погодки. Кстати, Лирты сказали, что будут мальчики.

— Пока не критично. Можем попробовать повернуть их и ускорить роды, чтобы не удерживать их в неудобных позах несколько часов. Но тогда без обезболивания, сама знаешь.

Знахарка наклонилась к драконице и заглянула ей в глаза.

— Викта, мы можем сделать так, как говорит Исса, но при стимуляции родов я не смогу дать тебе обезболивающее. Будет в разы больнее, чем сейчас. Придётся не только терпеть боль, но и тужиться, правильно дышать и во всём нас слушаться. Если ты не выдержишь и потеряешь сознание — малыши пострадают, и у нас будет очень мало времени, чтобы вытащить их. Я должна тебе сказать об этих рисках, чтобы ты знала, из чего выбираешь.

Викта думала не меньше минуты. Мы аккуратно придерживали её, чтобы она не свалилась от боли при очередной схватке.

— Буду рожать сама.

Мы с Делиной переглянулись.

Ну и дура.

Это идиотское желание «рожать самой» во что бы то ни стало убило не одну сотню пациенток по всему континенту. Ну почему кто-то решил, что помощь лекаря или целителя в сложных родах — это плохо? Откуда это поверье, что терпеть мерхунью боль — это нормально, а тонкий шрам на животе — это «клеймо на всю жизнь»? Говорят, эльфийки рожают «сами». Но у них младенцы в полтора раза мельче, чем у других рас, при почти такой же комплекции матери. Дети, как говорят лекари, «вылетают со свистом». А тут драконица, двадцать лет беременности при норме в её случае до двенадцати. С отличной регенерацией. Да у неё через месяц даже шрама от операции не останется. Но нет, всё туда же: «рожаю сама». Как будто в случае с разрезанием матки мы с Делиной вместо неё мучаемся!

И, как назло, в лазарете ни одного дракона, кроме новоиспечённой мамы в соседней комнате. Муж Викты где-то в Гнезде. Вообще не понимаю, как можно было отправить рожающую жену в лазарет, а самому завалиться спать. Но Викта сумбурно объяснила, что всё в порядке. Других родственников как будто вообще нет, за весь вечер роженицу так никто и не навестил. Впервые сталкиваюсь с таким отношением драконов: обычно у нас тут не менее двух представителей рода или хотя бы клана, готовых в любой момент подпитать новоиспечённую маму. Если нужно, то и со мной маной делились, а сейчас придётся рассчитывать только на свой резерв и на высокую скорость его пополнения в Красте. Но ману я получаю не от самого Краста, а от драконов вокруг. И вот как раз их сейчас рядом нет. Да, дела.

Викте тем временем становилось хуже. Мы с Делиной помогли ей забраться на кушетку и уложили на бок, чтобы было удобнее двигать малышей. Теперь осталось только решить, как именно мы будем их перемещать: магией крови или просто руками через живот.

— Ди, ты или я?

— Давай лучше я, — немного подумав, ответила знахарка. — Ты командуй, куда и как, я подвину. А потом ты запустишь схватки.

— Договорились. Викта, готова?

— Да, — сдавленно просипела она, корчась от боли.

В несколько пассов я приостановила схватки и расслабила стенки матки, чтобы у малышей было больше места для манёвра. Показала Делине, кого и куда толкать и поворачивать. Малыши активно сопротивлялись такому самоуправству, но после уговоров мамы всё же согласились полежать немного на новых местах. Я вновь вернула матке тонус, закрепляя малышей в нужном положении. А теперь пора поработать.

Викта решила рожать на четвереньках. Не самая удобная поза для нас с Делиной, но комфорт мамы важнее. Я могу только запустить схватки, но тужиться роженице придётся самой.

— Девочки, мне страшно.

— Поздно, Викта. Теперь надо работать. Решайся.

Схватки начались без моего вмешательства. Первые две были ещё слабыми, но постепенно их частота и сила нарастали. К пятой схватке Викта решилась.

— Хорошо. Готова.

Ди проверила раскрытие и положение малышей.

— Всё в порядке. Ис, давай.

Ускорить кровоток, дать небольшой импульс в нервы, управляющие стенками матки. Часть крови перенаправить на мышцы пресса, чтобы Викте было проще тужиться. Это всё, чем я могла ей помочь.

— Схватка, — предупредила я.

Викта скорчила нелепую рожицу и закричала. В соседней комнате захныкал новорождённый дракончик.

— Нет, Вик, так не пойдёт. Тужься не лицом, а животом и промежностью. Поняла? — строго сказала Ди.

— Да!

— Схватка.

Делина дала Викте соломинку. Та послушно зажала её между губами и, наконец, задышала правильно. Всё же наши занятия по подготовке к родам не прошли зря. Лицо у Викты было красным от напряжения, с кончика носа на простыню падали крупные капли пота. Я ненадолго отвлеклась от стимуляции и активировала водный контур, чтобы немного остудить роженицу.

К четвёртой схватке мы неплохо сработались, а на шестой показалась голова первого малыша. Вернее, мордочка: дракончики всегда рождаются в истинном облике, вне зависимости от ипостаси мамы.

— Ис, смотри.

Я чуть придержала следующую схватку и взглянула на знахарку. Дракончик у неё на руках слабо шевелился. Он был окружён гибкой, но плотной оболочкой, будто покрытой полупрозрачными, быстро темнеющими на воздухе чешуйками.

Klifa rakha— «мягкое яйцо». На всеобщем такого термина вообще нет, так что я, прочитав о нём в одном из учебников Лиртов, про себя назвала это недояйцом. Происходит такое, когда малыш слишком долго был в утробе, но не успел достаточно развиться.

Обычно первую половину беременности драконицы вынашивают яйцо, но постепенно его оболочка растворяется, и на более поздних сроках малыши рождаются в тонкой плёнке, напоминающей обычный околоплодный пузырь. Но если малыш плохо развивается, то для его защиты начинает нарастать вторичная оболочка. Она более скользкая и упругая, и малыш не может сам её порвать даже после родов. А чешуйки на ней не пропускают внутрь воздух. Запаса кислорода в таком яйце хватит всего на пару часов, так что малышу нужно как можно быстрее помочь из него выбраться.

Единственный способ вскрыть klifa rakha— это расплавить его в драконьем пламени.

Но недавно родившим драконицам нельзя менять ипостась, это слишком опасно для них и малышей.

Мерхун.

— Давай второго родим, потом будем думать, — как можно более спокойно предложила я. Делина кивнула.

— Что там? — обеспокоенно спросила Викта.

— Там схватка. Тужься!

Второй малыш появился на свет ещё быстрее, всего за пару схваток. Я бегло оценила состояние роженицы, убедилась, что послед вот-вот выйдет сам, и выскочила из лазарета.

На улице был ливень. Он начался ещё вечером, а к ночи обычный весенний дождь стал настоящим потопом: казалось, вся тренировочная площадка перед лазаретом превратилась в одну гигантскую лужу. Холодно, однако. И безлюдно.

В смысле, ни одного дракона.

Крамаири и Лиртири в дозоре, будут не раньше рассвета. Попыталась телепатически дотянуться до глав кланов или сартра — тишина. Или я плохо зову, или они где-то далеко в Гнезде.

На крепостной стене мелькнула куртка начальника караула.

— Мирт! — пытаясь перекричать шум дождя, позвала я. Потом потянулась телепатически, но зов почему-то не дошёл до адресата. Тут дракон, видимо, что-то почувствовав, обернулся и заметил меня. Уже через несколько минут начальник караула был в лазарете.

— Мирт, у нас тут klifa rakha, причём двое, — не дав ему опомниться, затараторила я. — Не поможешь вскрыть?

Он заглянул в комнату к роженице. Посмотрел на малышей, которых Делина укутала в несколько пелёнок и одеял, пытаясь согреть. Новорождённым дракончикам нужно много тепла в первые часы, особенно яйцам и недояйцам.

Мирт вывел меня в приёмную, затворил двери, чтобы нас не было слышно драконицам и знахарке, и практически прошептал:

— Исса, так не должно быть. Не у Викты. Не в этот раз. Это очень странно.

— Объяснить можешь?

Он покачал головой. Опять секреты. Как же это бесит! Причём дело не в Мирте, а в самой системе: у драконов не принято доверять чужакам, и без решения главы клана никто и слова мне не скажет, даже при угрозе жизни малышей. Мерхуновы драконы. Начинаю понимать Артура, наложившего последнее заклятие: со своей секретностью они сами себя погубят.

— Ты можешь расплавить оболочку?

— Не могу. Не умею. Нужно особое пламя. Так умеют только женщины.

Значит, выбора нет.

— Мирт, мне срочно нужно в Гнездо.

— Ты уверена? — он заметно напрягся. — Ташисс говорил, тебе не стоит…

— Вряд ли Ташисс имел в виду, что стоит оставлять двух драконят погибать, верно? — перебила я, уже надевая куртку. — Помню, мне нельзя ходить в Гнездо одной. Да я и не знаю, куда идти. Проводишь?

— Сколько смогу.

Его ответ мне не понравился, но Мирт уже накинул плащ, так что я вернулась в комнату Викты.

— Ди, как она?

— В порядке. Не волнуйся, я прослежу. С Миртом пойдёшь?

Я кивнула. Знахарка аккуратно передала закутанных в пелёнку малышей.

Викта окликнула меня уже на пороге:

— Исса, ты присмотришь за ними?

— Не волнуйся. Я прослежу, чтобы с ними всё было в порядке, — кивнула я и вышла из комнаты. Делина затворила за мной дверь.

Мы уже долго шли по коридорам Гнезда. Трансгрессировать с малышами на руках было опасно, поэтому приходилось просто идти быстрым шагом. Периодически Мирт забирал у меня дракончиков, чтобы немного отогреть их, и тогда мы переходили на лёгкий бег. Потом я забирала их обратно и подпитывала ауры из своего резерва. Через klifa rakha энергия проходила неравномерно, поэтому доверить подпитку дракону я не могла: тут нужны умения целителя.

Мы ушли далеко вглубь горы, кажется, даже прошли вход в Пещеру Предков, когда Мирт остановился.

— Дальше мне идти нельзя. Тебе туда, — он указал на один из коридоров.

— Спасибо, Мирт.

Я зашагала дальше, стараясь не сбить дыхание. Тренировки с Лисшу и ребятами не прошли даром: судя по ощущениям, всего за полчаса мы прошли несколько миль. Конечно, была усталость, но так и не притуплённый грибами зов крови позволял без труда контролировать собственное сердцебиение. Да, завтра будет откат, организм возьмёт своё, но сейчас нужно спешить.

В Гнезде всегда тепло, но этого всё равно недостаточно для новорождённых. Поэтому я ускорила шаг, когда почувствовала впереди знакомый жар драконьего дыхания. За поворотом открылась огромная пещера. Кристаллы Предков в стенах и потолке, минимум растений — всё казалось таким привычным. И не скажешь, что я зашла в дальнюю, ещё не знакомую часть Гнезда.

По пещере в хаотичном порядке перемещались несколько десятков драконов высотой всего в два-три моих роста: они бегали, запрыгивали друг на друга и даже пытались летать, но неизменно падали. При особо сильных столкновениях со стенами и друг с другом от них в разные стороны летела чешуя. Под ногами хрустнул чей-то зуб, видимо, выбитый во время особо оживлённых споров. Похоже, это подростки.

У дальней стены лежали два взрослых дракона. Или драконицы? Ладно, они тут выглядят наиболее спокойными. Надеюсь, помогут.

Стараясь не попасть под случайный огонь разыгравшейся молодёжи, я подошла к «нянькам». Одна из них соизволила-таки оторваться от наблюдения за драконятами и повернула ко мне морду.

— Здравствуйте. У меня тут… это… — я замялась, так не вовремя забыв название недояиц.

— Klifa rakha, — телепатически подсказала она.

— Да. Двойня. Куда мне их?

— Тебе нельзя здесь быть.

Так, начинается.

— Я обещала о них позаботиться. Это дети Викты Гримтшер, она родила час назад. У них мало времени.

— Я отведу её, Esha, — раздался за спиной смутно знакомый голос.

Я обернулась и не смогла сдержать восхищённого вздоха. Передо мной стояла Аиша Велтрарис, первая жена Даршмира. Пару месяцев назад, когда я встретила мать Ражимира в пещерах Велов, она была буквально высушена болью и отчаянием из-за потери сына, место которого занял Рекемир. Сейчас же это была уставшая, но статная драконица. Её движения завораживали, а травянисто-зелёные глаза внимательно изучали меня.

— Ты вернула мне сына, Исса. Сына и внука.

— Лишь память о них, — я легко поклонилась, стараясь не уронить слабо завозившихся в пелёнке малышей.

— Это большее, на что я могла надеяться, — Аиша поклонилась в ответ. — Но ты зря сюда пришла.

— У меня не было выбора. Klifa rakha нужно пламя.

Она бросила взгляд на пелёнку и кивнула.

— Идём.

Аиша вела меня каким-то немыслимым маршрутом: то мы шли по широким лестницам и просторным залам, способным вместить несколько десятков драконов, то протискивались через узкие извилистые коридоры, больше напоминавшие лазы диких зверей. Я окончательно заблудилась и совершенно не понимала, где нахожусь. Что ж, будем надеяться, что меня потом не оставят скитаться по этому мерхуньему лабиринту в поисках выхода, а проводят хотя бы к Пещере Предков.

Очередной узкий лаз вывел в широкий коридор, рассчитанный всё же на человеческую ипостась. Из него то и дело открывались ходы в огромные пещеры, из которых на нас смотрели драконы в истинном облике. Они просовывали головы в коридор, чтобы получше разглядеть непрошенную гостью. Шелест чешуи за спиной слился в монотонный шорох, а промокшая от пота рубашка быстро высохла от горячего дыхания принюхивающихся исполинов, желавших познакомиться поближе.

Помнится, во время моих визитов в сектор Гримтов в Гнезде меня называли «нелепой закуской». Что ж, действительно, многим здесь я на один укус. Некоторые драконы были настолько большими, что в арках высотой в два моих роста умещался только глаз. Такими огромными, насколько я поняла, вырастают обычно Морты или Дормы. Одни воины, другие строители — и тем, и другим важна сила и мощь.

Постепенно стали встречаться и драконы в человеческом облике. Вернее, драконицы. За следующие полчаса я не увидела ни одного мужского лица. Драконицы расступались перед Аишей, пропуская нас, и не стесняясь рассматривали меня. Кто-то с любопытством, кто-то с сочувствием, но большинство — со злобой. Они прижимались к стенам, чтобы ненароком не коснуться меня или малышей, и молча провожали нас взглядами серых, карих, зелёных, янтарных и даже голубых глаз.

В какой-то момент я услышала за спиной сдавленное шипение:

— Ghrot!

Затем другой голос, громче:

— Rotzch!

Вскоре почти каждая из дракониц выкрикивала мне прямо в лицо:

— Shermot!

— Rotzch!

— Ghrot!

—Lekachan!

— Гранд, мне стоит знать перевод? — мысленно спросила я, уже зная ответ.

— Нет, определённо нет, — старик тяжело вздохнул.

— Значит, я правильно поняла, что ни одно из этих слов не означает ни «здравствуйте», ни «целитель», ни «госпожа маг Краста».

— Исса, скажу честно: мне за них стыдно, — не скрывая разочарования, произнёс Гранд.

— Да ладно. Может, у них сегодня день плохой. Дождь там, или просто с мужьями поссорились. С кем не бывает.

Я пожала плечами и тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли. Надо поскорее вскрыть klifa rakha и возвращаться, а то как-то здесь неуютно.

— Тебе сюда, — Аиша остановилась и указала на вход в ближайшую пещеру. — Положи малышей в озеро и уходи. Надеюсь, ещё увидимся.

Аиша нырнула в незаметный отнорок. Я зажгла пульсар и пустила его следом, чтобы окликнуть драконицу и попросить проводить меня обратно. Но в узком извилистом ходе уже никого не было.

Замечательно. Просто прекрасно.

Ладно, сначала малыши, потом домой, в Краст. В нормальный Краст.

Пещера была в несколько раз больше той, где я встретилась с Аишей. Здесь растений было больше, а кристаллов в стенах — меньше. Я бы совсем ничего не смогла разглядеть в этом сумраке, если бы не огромное озеро, расположенное посреди пещеры.

Озеро лавы.

Казалось, оно светилось изнутри, заливая пещеру мягким оранжевым светом, меняющимся в такт упругим, неторопливым движениям лавы. Это создавало причудливую игру теней, хаотично перемещающихся по стенам и потолку.

Красно-оранжевая, как закатное солнце, жидкость слабо колыхалась, наползая на берег. Почти как вода, вот только отступала она неохотно, оставляя после себя алые от жара камни. Листья растений, осмелившихся поселиться близко к берегу, были тёмными, почти чёрными от избытка света и тепла. Но это не мешало местным кустам и травам цвести самыми разнообразными и причудливыми формами и цветами.

— Смотрите, кто тут у нас. Сама Иссина Крамаири. Добро пожаловать в Гнездо, госпожа магесса.

Лешмира Гримтер появилась незаметно, как и полагается разведчице. В другое время я бы подпрыгнула на месте от неожиданности. Но сейчас зов крови был как никогда силён. Так что я слышала и пульс Гримтер, и сердцебиение нескольких дракониц, вальяжно развалившихся у стен пещеры, но внимательно за нами наблюдавших.

Лешми перегородила мне путь к озеру. Я развернула пелёнку и показала малышей.

— У klifa rakha мало времени. Пропусти, потом поговорим.

Она криво усмехнулась, но шагнула в сторону. Я, всё ещё не уверенная, что поступаю правильно, подошла к озеру, развернула пелёнку и аккуратно опустила драконят в лаву.

— Кто мать-с? — раздался у меня в голове голос одной из дракониц. Судя по обилию шипящих, сквозящих даже в мысленной речи, она не любила общаться на всеобщем.

— Викта Гримтшер.

— Она ш-шива?

— Да. Думаю, завтра вернётся в Гнездо.

— Х-хорош-шо.

— Вы присмотрите за ними?

— Пос-саботимс-ся.

Драконица встала и подошла к озеру. Открыла пасть, опустила её в лаву там, где лежали малыши, и аккуратно сомкнула челюсти. Затем выпрямилась, втянула ноздрями воздух и с шумом выдохнула струю пламени. Пасть она при этом держала полуоткрытой, поэтому внутри получилось нечто наподобие взрыва, заставившего лаву вскипеть.

Внутри у меня всё заледенело. Боги, она что, сварила их заживо?

Драконица постояла минуту, а затем, склонив голову рядом со мной, разжала челюсти. Изо рта у неё выпали два маленьких дракончика. Они всё ещё были в klifa rakha, но плёнка уже не была покрыта чешуйками и казалась совсем тонкой. Малыши завозились в своих пузырях, и, орудуя когтями и зубами, в несколько рывков оказались на свободе. Немного отдышались, потом посмотрели на меня, издали переливчатую трель (Гранд перевёл это как «спасибо») и поползли к драконице, расплавившей своим огнём klifa rakha.

Ну вот, теперь малыши в безопасности, так что я могу идти. Вот только куда?

— Я же говорила, что она придёт, — удовлетворённо хмыкнула Лешми.

Ответом ей было сдержанное фырканье.

Глава 6. Развивающие игры

Я обернулась. Ход в коридор, по которому я пришла, перегородила Лешмира Гримтер, так и не сменившая ипостась, и средних размеров драконица серо-чёрного, пёстрого окраса.

— Ну, как тебе у нас? Нравится, госпожа магесса? — спросила Лешми, обходя меня по кругу. Так нирская лиса ходит вокруг загнанной овцы.

Магический резерв был полон лишь на треть. Плохо. Остальное ушло на Викту, поддержку малышей и бег сюда. И, судя по всему, эти двое со мной маной не поделятся.

Воды вокруг тоже не было. Лавовое озеро переводило почти всю влагу в пар, который с током воздуха тянуло в коридор. Единственный источник воды — кустарники, заполонившие пещеру. Эх, не люблю тянуть воду из живых существ.

— Знаешь, весьма неплохо, — ответила я, принимая максимально расслабленную и безобидную позу. — Тепло, красиво. И конкурсы интересные.

— Что? — опешила она.

Понятно, нирский анекдот про тамаду и свадьбу она не знает. Значит, в разведке была совсем недолго. Близнецов, например, таким не удивишь.

Лешми встала так, что я оказалась между ней и серой драконицей, подошедшей совсем близко. Мне не нужно оборачиваться, чтобы знать, где они стоят: зов крови настолько силён, что я почти наяву видела, как сокращались их сердца.

Кстати, у драконов они семикамерные: две части несут кровь к лёгким, две — к телу и крыльям, две — к голове. Седьмая камера сокращается только перед тем, как дракон выдыхает пламя: резкий приток крови к огненным железам вызывает их сокращение, и выдыхаемый воздух загорается. Асш, впечатлённый моими целительскими способностями, дал мне доступ к секции Лиртов в библиотеке, который я использовала по полной, пока дракон не передумал.

— Говорю, весело тут у вас.

— А, ты любишь игры, Исса? Керр тоже их любит. Мы с ним раньше много играли.

Если бы сегодня вечером я съела гриб фугакса, то не услышала бы, как изменился пульс серой драконицы. Но тогда я буквально кожей ощутила, как напрягается седьмая камера. И поняла, что происходит, ещё до того, как она сократилась.

За полгода тренировок Крамаири успели многое в меня вбить. Например, что драконье пламя — это очень больно, и что потушить его на предмете или человеке невероятно сложно. Так что, когда драконица плюнула мне в спину огненным сгустком, тело среагировало само. На рефлексах я вытянула воду из ближайших растений и отгородилась ей. Пламя, встретившись с водой, обратило её в пар: всё ещё невероятно горячий, но уже не смертельный. Правую руку, щёку и бок обожгло болью, и я с криком упала на землю, отброшенная к ногам Гримтер взрывной волной.

Перед глазами поплыло, но я мысленно вцепилась в якорь и вернула себя в реальность. Нить, связывающая нас с Керром, отозвалась обеспокоенным звоном, но отвечать было некогда.

— Что же ты не выставила щит, госпожа магесса? — едко спросила эта стерва.

Поставила ногу мне на обожжённое плечо и упёрлась в неё локтем. Я почувствовала, как драконица всем весом давит на пузырящуюся от ожога кожу, и не сдержала стона. Так, нужно срочно отгородиться от боли, иначе я потеряю сознание. Ты хороший целитель, Исса, ты справишься.

Лешми тем временем склонилась надо мной и презрительно улыбнулась.

— Ах да, ты же не умеешь ставить щиты. И как я могла забыть? И драться не умеешь. Да и вообще, маг из тебя так себе. И что Керр в тебе нашёл?

И тут до меня дошло.

— Ты — бывшая Керра?

Мой голос был сиплым и слабым, но его услышали не только эти двое. Остальные драконицы повернули головы в нашу сторону и с любопытством наблюдали за представлением.

Судя по тому, как перекосило лицо Лешми — не угадала.

— А нет, погоди, — продолжила я, приподнимаясь на локте. — Его прежняя hav’er ark’hev умерла. Значит, у вас с Керром вообще ничего не было. Или было, но как-то не сложилось?

А вот теперь в яблочко.

Даршмир Гримт как никто другой умеет делать больно словами. Но Лешми, видимо, так и не смогла привыкнуть к такому стилю общения отца. А вот я многому научилась у Дара. Уже полностью отгородившись от боли, я медленно встала и продолжила:

— Почему же не сложилось? Может, он ходил вокруг да около? Да нет, Керр не такой. Может, ему было некогда? Тоже нет: вы оба почти всю жизнь провели в Красте. Выходит, он просто тебе отказал. Потому что так решил.

— Заткнись!

Я твёрдо стояла на ногах, но почему-то вдруг потеряла равновесие и нелепо завалилась набок. Совсем рядом прошелестела чешуя, и там, где только что была я, сомкнулись огромные челюсти. Каждый зуб был высотой с локоть.

Драконица скосила в мою сторону фиалкового цвета глаз. Поняв, что добыча ускользнула, подняла голову и негодующе взревела.

На том месте, где пару секунд назад стояла я, из земли пробивался ярко-зелёный кристалл.

— Спасибо, Гранд, — мысленно обратилась я.

Вскочила на ноги и бросилась в ближайший коридор, не разбирая дороги. Через несколько шагов по пещере разнёсся возмущённый крик Лешми:

— Мы так не договаривались! Она моя!

И чего она так на меня взъелась? И кто эта драконица с фиалковыми глазами и таким знакомым окрасом? Неужели из Крамов?

Коридоры, до этого переполненные драконицами, теперь оказались пустыми. Я забежала за угол и остановилась, переводя дыхание. Сердце бешено стучало, в груди щемило, и вновь засаднило руку и бок. Масштаб повреждений впечатлял: кожу на боку, руке и щеке прожгло до самых мышц, но до костей жар не дошёл. Эх, отвести бы оставшееся тепло, пока оно не переплавило ткани, но воды нет. Ладно, попробую через кровь.

Краст сделал со мной что-то странное: магия крови далась невероятно легко. Пока излишки тепла покидали ткани, я почти не чувствовала боли. Но нарастить даже тонкий слой кожи, чтобы защитить ожог от инфекции, не успела. От залечивания ран отвлёк заискивающий голос Лешми:

— Куда же ты убежала, госпожа магесса? Ну же, давай поиграем. Мы с Керром в детстве часто играли в Огоньки. Знаешь правила?

Я прислушалась к ощущениям. Драконица с фиалковыми глазами тёрлась чешуёй о камни где-то за стеной. А вот Лешми была совсем близко, в двух десятках шагов. И она чётко шла к моему укрытию, будто поисковый пульсар архимага-следопыта.

— Не знаешь правил? Давай расскажу.

Пятнадцать шагов.

Я сконденсировала из воздуха всю воду, что только смогла. Получилась пара ледяных пластин размером с ладонь. Хоть что-то.

— Всё просто: ты убегаешь, мы считаем. А потом догоняем.

Десять шагов.

Вот только куда бежать? Я совершенно не ориентируюсь в Гнезде и, даже зная это, не удосужилась оставить маячок. Ни там, где меня оставил Мирт, ни в пещере, где встретила Аишу.

Значит, нужен живой маяк. Мысленно потянулась через коридоры в поисках хоть одного знакомого дракона. Сейчас я буду рада даже Ташиссу.

— Успеешь убежать — ты выиграла. А если нет — тогда я.

Пять шагов.

Нашла. По прямой около двух миль. Не Крамаири, но кто-то, кого я хорошо знаю. Эх, жаль, не могу позвать телепатически, так как не понимаю, кто именно там стоит.

Три шага.

Её сердце бьётся ровно, но это поправимо.

— Исса, сделай одолжение, уважь старика.

Два шага.

— Всё, что угодно, Гранд.

— Выберись живой.

Один шаг.

Ну, погнали.

Ледяная пластина залетела Лешми за спину и полоснула по правому уху. Она взвыла от боли и повернулась в сторону опасности. Но я была не в правом коридоре, а в левом. С силой оттолкнулась и прыгнула, ощутимо приложив Лешми о стену. От боли в руке и боку перед глазами заискрилось, но я успела на секунду замедлить кровоток у драконицы. Кровь отлила от головы, и Лешми отключилась. Можно было и не толкать её, но никто в Гнезде не поверит, что драконица потеряла сознание без причины. А сейчас всё выглядело так, будто она неудачно ударилась о камни.

На пол пещеры с тихим звоном упал кинжал, выскользнувший из рук Лешми. Я подняла клинок и с удивлением узнала в нём свою первую работу, сделанную для Гедрика. Таких кинжалов было два: не очень длинные и с удобной шириной, они были одинаково хороши как для метания, так и для ближнего боя. Оба тогда выкупил Рекемир, и один из клинков он воткнул мне под рёбра в ритуальном бою на Большом Совете. Тот кинжал, наверное, всё ещё хранил Даршмир.

А второй сейчас у меня в руках. Да, было бы обидно дважды получить удар оружием, которое я сама зачаровала. Спрятала клинок за голенище сапога и мысленно нашла того самого, вроде как знакомого дракона.

В ближайшем проёме, ведущем в пещеру, показался фиолетовый глаз, и в голове зазвучал незнакомый, но почему-то привычный голос:

Я считаю до пяти,

Не могу до десяти.

Раз, два, три, четыре, пять…

Я нырнула в ближайший отнорок, спасаясь от драконьего пламени. Ноги обдало жаром, но сапоги выдержали. Я ползла по узкому лазу и отчётливо слышала, как шипят за стеной драконицы, как их когти скребут о камни, как эхом разносится по пещерам шорох чешуи…

…Магичку я иду кусать.

Наконец, я вывалилась в нормальный коридор и побежала. За спиной раздалось рычание. Из ближайшей пещеры резко выглянула драконья морда и сомкнула челюсти. Я едва успела остановиться, и огромные зубы клацнули прямо перед моим носом. Поднырнула под не успевшую среагировать драконицу и побежала дальше.

Белый хвостик ей отрежу,

Тонкий пальчик откушу,

Вновь зашуршала чешуя, и я, повинуясь крику Гранда, резко ускорилась. За спиной опустилась когтистая лапа.

До знакомого дракона меньше мили. Где же ты?

Кровь пульсировала в висках, но я, как ни старалась, не могла успокоить ни своё сердце, ни свою кровь. Что-то не так.

Ногти выдерну поштучно,

Ногу — в соусе сварю.

Я выскочила на него внезапно. Минуту назад казалось, что до дракона ещё бежать и бежать — и вот я уже врезаюсь в грудь Даршмира Гримта.

Он схватил меня за плечо и резко дёрнул, не дав упасть. От боли в руке перед глазами потемнело. Гримт, быстро осмотрев меня, строго спросил:

— Что ты здесь делаешь?

— Дар! — я вцепилась Гримту в рубашку. От удивления тот даже отпрянул. — Выведи меня отсюда, быстро!

— Тебе нельзя здесь быть, Исса! Успокойся и объясни, какого шкыра?

С трудом переводя дыхание, я ответила:

— У Викты были klifa rakha, и вас не было. Никого не было. Я просто отнесла их к озеру. А там Лешми! И эта, шкыр, имя не знаю! Дар, уведи меня!

Он резко взял меня за подбородок и повернул на свет. Коснулся обожжённой щеки, а затем провёл кончиком пальца над верхней губой. Палец окрасился алым.

— У тебя кровь из носа. Ты билась лицом?

— Не помню, вроде нет.

Глазки высосу, конечно,

Хрящик носа пожую.

Губы облизну неспешно

И язык ей раздвою.

От тихого, но всепроникающего шёпота заломило виски, я схватилась за голову и скрючилась, тихо застонав. Дар силой заставил меня выпрямиться и вновь заглянул в лицо.

— Та, вторая. У неё были странные глаза? И окрас, как у… Крамов?

Я кивнула.

— Фиолетовые глаза. Как фиалки.

Лицо Дара изменилось.

— Они что-то сказали?

В висках снова заломило, и я поморщилась.

— Огоньки. Они играют в Огоньки.

Дар выругался на драконьем, схватил меня за руку и потащил по коридорам. Боль в сжатой руке отрезвляла, и я не сопротивлялась. Мы перешли на бег.

Я считаю до пяти,

Не могу до десяти.

Раз, два, три, четыре, пять.

Магичку соберём опять.

Мир виделся мутно и бледно, и я не заметила, когда рядом оказался Ташисс.

— Tash! Leshargiaharpia’hev!

Крам выдернул мою руку у Дара, подтянул меня к себе и схватил за подбородок, заставляя поднять голову. Да что у них за привычка такая: трогать лицо. Между прочим, это неприлично!

— Что они тебе сказали, Исса? Это важно.

— Лешми сказала, что они хотят сыграть в Огоньки. А вторая ничего не говорила. А потом она стала читать стишок.

— Ты и сейчас его слышишь?

— Да.

Щёку Эрик пусть погладит,

Ушки к глазкам подошьёт.

Руку Рекемир попросит,

Ногти в пальцы сам воткнёт.

Засаднил оставленный Эриком порез на щеке. Заныл правый бок, но не от свежего ожога, а от шрама, оставленного кинжалом Рекемира. Затем ожили старые порезы на спине. Кровь из носа уже пропитывала рубашку. Мерхун, да что со мной?

— Дар, уведи её.

— Думаешь, в замке она не дотянется? — едко уточнил Гримт.

— Дотянется. Но будет слабее. Я пойду к ней, попробую поговорить.

Дар презрительно поморщился.

— Прекрати её просить и уговаривать. Прикажи. Ты же можешь.

— Не могу.

— Ой, только не начинай! Мы все её любим и ценим, но это перебор.

— Знаю. Отведи её к Керру.

— Уже делаю.

Дар вновь потянул меня за собой. В какой-то момент я перестала понимать, где я и куда бегу. Кажется, даже упала, и Дар понёс меня на руках. Стены пещер резко сменились каменной кладкой замка.

Я считаю до пяти,

Не могу до десяти.

Раз, два, три, четыре, пять.

Магичку я иду искать.

Дар аккуратно поставил меня на пол, и я сразу облокотилась о стену, чтобы не упасть. Голова гудела, перед глазами всё плыло, руки и ноги не слушались. Меня будто выворачивало наизнанку. И, судя по ощущениям, процесс шёл довольно успешно.

— Что случилось?

Керр. Правда, за кровавой пеленой его почти не видно, но голос успокаивал и даже убаюкивал.

— Они играют с ней в Огоньки.

— До сих пор?

— Похоже на то.

— Исса, — Керр аккуратно взял меня за плечи, — кто там был?

Я не смогла ответить. Желудок и кишки скрутило жгутом, и меня вырвало собственной кровью.

Мерхун, как же её много.

Протёрла рот рукавом рубашки и попыталась остановить внутреннее кровотечение, но кровь не отозвалась. Моя собственная кровь не откликалась на мой зов.

— А ты сам как думаешь? — ответил за меня Гримт. — Лично я знаю только одного Крама, способного на такое. Вернее, способную.

Керр крепко обнял меня. Боль наконец отступила. Я закрыла глаза и услышала где-то вдалеке встревоженный голос Гранда:

— Исса, нельзя спать!

Но я уже провалилась в пустоту.

— Нет, нет. Исса, не спи! Нельзя спать!

— Поздно. Она тебя не слышит, — Дар тяжело вздохнул и облокотился о стену. — Если Shagol кого-то забрала, то вряд ли уже отдаст. Если только Таш не прикажет.

— Не прикажет. Он ей никогда не приказывает.

Керр стёр рукавом рубашки кровь с губ Иссы, но она никак не отреагировала. Тело девушки при этом не обмякло, и она всё так же продолжала стоять, оперевшись о стену. Полное Убеждение тела. Сердце Иссы всё ещё билось только потому, что контролирующая её драконица пока не решила, стоит ли её убивать.

— Слушай, — протянул Гримт, поворачивая голову к Керру. — А если ты её отберёшь? Перехватишь контроль и выведешь?

Керр покачал головой:

— Я уже убеждал Иссу, второй раз она может не выдержать. Слишком опасно.

— Не опаснее, чем отдать её нашей Shagol.

Даршмир ещё немного постоял молча, а затем предложил:

— А если позвать её через zhot hav’er ark’hev?

— В смысле?

— Ну, как в сказках у эльфов. Поцелуй истинной любви и всё такое.

— Я не читал эльфийских сказок, — проворчал Керр, вглядываясь в лицо Иссы. Он пытался звать телепатически, но она не отвечала: её сознание было слишком глубоко скрыто за завесой боли.

— Боги и Предки, — Гримт тяжело вздохнул и потёр рукой переносицу. — Просто поцелуй её!

Керр недоверчиво покосился на Дара. Истинной любви на всю жизнь не бывает. Кому, как не драконам, живущим по две тысячи лет, это знать? И всё же, если есть хотя бы крошечный шанс вернуть Иссу — Керр не станет его упускать.

Он прислонился лбом к её холодному лбу, провёл кончиками пальцев по тонкому шраму на левой щеке и прошептал:

— Исса, вернись ко мне. Пожалуйста.

Её губы были солёными от крови и уже начали остывать. Керр старался не задумываться о том, насколько непривычно целовать Иссу, не посмотрев перед этим в глаза цвета родниковой воды. Лишь бы она их открыла, лишь бы посмотрела на него ещё раз.

Пусть даже не на него. Плевать. Лишь бы она жила.

Керр оторвался от пересохших губ и посмотрел на Иссу. Глаза так и остались закрытыми, а дыхание стало совсем тихим.

Не сработало. Жизнь всё так же по каплям покидала её.

Когда Керр отстранился от Иссы, Даршмир уже стоял совсем рядом. Принюхался сначала к ней, затем к Керру.

— Да ладно.

Керр посмотрел на Дара, не скрывая раздражения.

— Нет запаха? — тот удивлённо вскинул бровь. — Нет твоего запаха. Так вы не…

— Это наше дело, — холодно оборвал Керр.

— Но как? — Дар не скрывал восхищения. — Как вам удалось всех провести? Я ведь был уверен, что запах есть. Просто слабый, но я списал это на… А, неважно! Так как?

— Я постоянно был рядом. Мы целыми днями вместе. В замке этого достаточно.

— Но не в Гнезде, — Гримт понимающе кивнул. — У женщин нюх намного лучше. Да, заварили вы кашу.

— Я заварил. Исса не знает.

— Так поговори с ней.

— И как ты себе это представляешь? — Керр зло посмотрел на Дара. — «Исса, мне нужно тебя трахнуть, но это для твоего же блага». Так, что ли?

— Ну, — Дар неопределённо пожал плечами и улыбнулся. — Связь уже есть. Как-то же она тебя позвала, раз ты вернулся из дозора раньше.

— Это не zhot hav’er ark’hev. Это якорь, — Керр смутился. — Может, я ей вообще не нравлюсь.

Некая догадка промелькнула у него в голове, но юркая мысль-ящерка тут же улизнула, не дав поймать себя за хвост.

Керр растерянно смотрел на Иссу. Он совсем не понимал, как она к нему относилась. И не знал, как заслужить её внимание. Первая hav’er ark’hev сама выбрала его. Вероника просто подошла и сказала: «Будешь моим». И Керр был не против. Потому что она ему нравилась, и потому что так было принято. Драконы редко когда тратят время на долгие ухаживания, обычно всё с самого начала понятно по запаху: нравится–не нравится, твоё–не твоё.

Но Исса не дракон. Она человек, пусть и полукровка, и выросла среди людей. А Керр провёл вне Краста всего пару лет. Молодому дракону-разведчику просто некогда было узнавать, как у людей принято ухаживать. Слышал, обычно дарят подарки, водят на свидания. Но Керру почему-то казалось, что это всё не про Иссу. Она совсем не носила украшений, одевалась просто и удобно, как и все драконы, и с удовольствием проводила дни напролёт с отрядом, в лазарете или в библиотеке. Что такой, как он, может дать ей?

Керр невольно улыбнулся, вспомнив, как забавно Исса хмурит брови, когда залечивает сложные раны или учит новое заклинание. Как наклоняет голову и приподнимает бровь, выражая недоверие. И как заразительно смеётся над очередной шуткой кого-то из Крамаири.

Боги и Предки, не забирайте её. Не сейчас. Дайте ему побыть с ней ещё немного.

Из уха Иссы потекла струйка крови. Дар нахмурился.

— У Таша не получилось. У тебя пара минут, чтобы попрощаться. Может, и услышит, но уже точно не вернётся. Никто не может устоять перед полным Убеждением, сам знаешь.

Но Исса однажды уже смогла. Тогда, на Большом Совете, она буквально вытолкнула сознание Керра из своего тела.

Драконы не властны над стихией.

Но Исса не контролирует переход в состояние эфира. Это происходит, когда она сильно волнуется или боится.

Поймал.

— Дар, нагони на неё Страх.

— Что? — тот непонимающе посмотрел на Керра.

— Ты один из лучших Гримтов. Ты с ней разговаривал. Ты знаешь её страхи. Нагони Страх, самый сильный.

— Ты уверен? Ей придётся потом самой с ним разбираться. И это точно не перебьёт Убеждение.

— Я знаю. Просто сделай, — прошептал Керр пересохшими губами.

— Ладно, — проворчал Гримт. — Мерхун, я при тебе стесняюсь!

— Дар!

— Ладно-ладно-ладно! Отойди.

Керр отпустил Иссу и сделал два шага назад. Даршмир наклонился к ней и что-то зашептал на ухо. Через несколько секунд её лицо скривилось от ужаса. Керр мысленно нашёл якорь, распустил нить и с силой оттолкнул от себя ту, которую обещал никогда не отпускать.

По телу девушки пошла рябь, словно круги от брошенного в пруд камня, и она стала водой. Не водным силуэтом, а обычной массой воды, которая водопадом рухнула на каменный пол, по пояс окатив драконов. Замковый переход превратился в одну большую лужу.

Даршмир встал на одну ногу, снял сапог и вылил из него воду.

— Впечатляет, — хмыкнул он. — А обратно как?

Керр присмотрелся к луже. Ни одежды, ни вещей. Только кристалл Грандимира лежал на полу. Керр встал на колени, наклонился и поцеловал воду. Глупо, но других идей у него не было. Мысленно потянул за якорь и начал медленно наматывать нить. Когда почувствовал сопротивление с той стороны, позвал:

— Исса, ты нужна мне.

Одежда на драконах быстро высохла. Вся вода собралась в знакомый силуэт. Керр потянул за якорь ещё немного, и кожа Иссы вновь стала обычной. Он аккуратно взял Иссу на руки и встал.

— Это было красиво.

— Да ну тебя.

— Нет, правда. Я впечатлён.

— Без Страха не получилось бы. Спасибо.

— Ладно. Идите отдыхайте. И обязательно расскажи ей о последствиях. Фугакс ей не скоро понадобиться.

— Понял. А ты куда?

— А я, — Гримт тяжело вздохнул, — пойду карать виновных. Исса не просто так оказалась в Гнезде именно сегодня.

— Кстати, зачем она туда пошла?

— Она несла klifa rakha, двойню.

Керр задумался, а затем с сомнением произнёс:

— Да нет. Они не могли такое провернуть.

— Наши женщины? — Дар хмыкнул. — Ты просто не представляешь, на что они способны.

Первые лучи солнца едва коснулись замковых стен, когда глава клана разведчиков вошёл в лазарет.

— Господин Даршмир, — Делина неспешно встала, напрасно пытаясь скрыть свою настороженность от Гримта.

Как и другие главы кланов, Дар редко заходил в лазарет. Но только его появление нервировало знахарку так сильно. Такое отношение полукровки было даже приятно, но сегодня могло помешать делу, поэтому Дар тепло улыбнулся:

— Доброе утро, госпожа Делина.

Он медленно втянул носом воздух и, почувствовав уже не настороженность и недоверие, а страх, недовольно поморщился:

— Ну что вы, госпожа Вольгская. Я всего лишь пришёл проведать Викту и сообщить ей, что дети в порядке.

Знахарке потребовалось меньше секунды, чтобы сложить пазл.

— Что с Иссой? Где она?

Н-да, вот и успокоил. И почему именно с ней всё так сложно? Иногда Дару казалось, что Делина видит в нём хладнокровного убийцу всего живого. Но был уверен, что не представал в данной роли перед этой конкретной полукровкой. Ладно, если дружелюбность Гримта кажется знахарке чем-то диким, можно вернуться к привычному холодно-отчуждённому тону:

— Она с Керром. Всё уже в порядке, насколько это возможно. И мы бы очень хотели разобраться со всем этим, не привлекая внимания. И не распространяясь о случившемся.

— И что же конкретно случилось? — вкрадчиво поинтересовалась она, подходя ближе.

Страх уступил место решимости, и это отчаянное желание защитить подругу забавляло. Проигнорировав вопрос, Даршмир неторопливо протянул:

— Кто знает, что у Викты родились… необычные дракончики?

— Только я, Исса, Мирт и сама Викта.

— А роженица в соседней комнате? Из Лиртов, кажется?

— Вся информация о пациентах строго конфиденциальна, — сурово сказала знахарка, скрещивая руки на груди.

— Она здесь?

— Около часа назад вернулась в Гнездо. Родные забрали.

— Спрашивала о соседке?

— Если бы и спросила — получила бы тот же ответ, что и вы, господин Даршмир, — уже не скрывая возмущения, ответила Делина.

Значит, в Гнезде ещё никто ничего не знает. Отлично.

— Ваша принципиальность вызывает восхищение, госпожа Вольгская. Надеюсь, когда-нибудь это будет воспето в Хрониках, — Даршмир принялся неторопливо расхаживать по комнате.

Идеально чистый стол с одинокой чашкой чая. Полупустые шкафы: всё убрано по местам. Полки и ящики подписаны аккуратными, будто по трафарету высеченными рунами, пропитанными яркой краской: даже cretino найдёт бинты нужного размера. Несколько справочников и атласов: только те, которые действительно могли пригодиться на приёме. И ни одной статуэтки, ни одного амулета богини плодородия, которой поклонялись дриады.

Но этот демонстративный отказ от служения Тирас не мог обмануть Гримта: на каждой хорошо освещённой полке легко нашлось бы место для цветка. Будто полукровка запретила себе заводить растения, но не посмела занять их место чем-то ещё. Дар усмехнулся: пытаясь отказаться от своих дриадских корней, Делина становилась к Тирас даже ближе, чем коренные жители островов.

Она ушла от дриад на другой конец света, но даже здесь, на севере континента, пыталась отречься от своих корней. Вот только к чему это? Может, и их подарок ей не понравится? А, неважно, Дар давно должен был его отдать, так что:

— Кстати, у меня для вас подарок. Правда, я бы не хотел отдавать его просто так.

Делина тяжело вздохнула, видимо, ожидая от него очередного предложения о споре или сделке. Порой репутация того, кто ничего не делает просто так, работала лучше, чем авторитет главы клана.

— И что же вы хотите?

Он хитро сощурился, предвкушая веселье.

— Говорят, ваши травяные сборы просто восхитительны. Не угостите меня чаем?

Не ожидавшая такой простой просьбы знахарка опешила:

— Да, конечно… Минут десять подождёте, пока заварится?

— Конечно! — он важно кивнул. — Я как раз пока навещу роженицу.

Когда дверь за знахаркой закрылась, лицо дракона вновь окаменело. Даршмир тяжело вздохнул и, коротко постучавшись, вошёл в комнату к горе-матери.

Викта сидела на кровати и выглядела свежей и отдохнувшей. Скольких трудов стоила знахарке и магессе эта утренняя лёгкость пациентки? Да, регенерация у драконов превосходная, но рожать двойню, да ещё и klifa rakha, невероятно трудно.

Верш, муж Викты, стоял между кроватью и окном. Видимо, он только открыл его по просьбе жены. Что ж, даже лучше, что они оба здесь.

— Даршмир, — супруги склонили головы в лёгком поклоне.

Гримт лишь качнул головой, показывая, что формальности излишни. Подождал несколько секунд, пока драконы расслабятся. Затем спокойно подошёл к Викте и с размаху дал ей пощёчину.

Верш зарычал и бросился в атаку, но Дар схватил его за горло и с силой приложил о ближайшую стену. Рука Дара покрылась светло-серой чешуёй, а когти едва не царапали деревянную стену за спиной у подчинённого.

— Верш, — Даршмир неотрывно смотрел в глаза Гримтшеру, не скрывая гнева в вертикальных зрачках. Голос его звучал спокойно и даже безучастно, — скажи мне, что ты не знал, что собиралась сделать твоя жена с вашими детьми. И не знал, зачем она хотела это сделать.

— Оставь его. Он ни при чём, — бросила Викта, пытаясь встать.

— Леш-шать, — спокойно, даже ласково прошипел Гримт, и драконица послушно залезла обратно под одеяло. — Твой ответ, Верш?

— Она просто сказала, что хочет быть на родах одна, — просипел тот, пытаясь разжать пальцы Даршмира.

— И ты пошёл досыпать?! — Дар с трудом сдержался, чтобы не сжать лапу сильнее. — У неё вторые роды, cretino, двойня. Ты уже полгода как вернулся с задания. Неужели не отоспался? Не мог пару ночей с женой побыть. Ты хоть знаешь, что она с ними сделала? Что она обернула их в klifa rakha?

Дар убрал лапу, только когда лицо Верша исказилось в гримасе ужаса от осознания.

— Иначе бы она не пошла к ним.

Даршмир повернулся к Викте.

— К ним — это к кому, Викта? К кому ты отправляла магессу?

Драконица смутилась, но под пристальным взглядом главы клана ответила:

— Лешми попросила.

— А Лешми рассказала тебе, что она собиралась сделать с магессой? И кто будет вместе с ней?

Лицо Викты дёрнулось в попытке умолчать, исказить, скрыть правду. Но главе клана соврать невозможно.

— Она это заслужила. Человечке не место среди нас.

Дар устало потёр переносицу.

— Эта, как ты выразилась, человечка, избавила Краст от драконьего безумства. И только благодаря ей и Делине твои дети сегодня родились. И, вопреки твоей глупости, живы и здоровы. Кстати, любопытно, что ты даже не спросила меня, что с малышами. Тебе настолько плевать на них? А, нет. Лешми наверняка уже сообщила тебе, что дети в порядке.

— Лешми сообщила мне, — отозвался Верш. — А я пришёл сюда и рассказал Викте.

Даршмир вскинул брови, вспомнив разговор с Иссой в Гнезде, и протянул руку открытой ладонью вверх. Викта непонимающе посмотрела на главу клана.

Мусшуисс этой ночью был в замковой части Краста. Иссина не могла дозваться его не просто так. Что-то блокировало её телепатические способности. То же, что когда-то не дало Ражимиру предупредить жену об опасности.

— Ну же, Вик, — ласково прошелестел Даршмир. — Отдай уже эту гадость.

Она скривилась, будто от очередной пощёчины, и вытащила из-под матраца небольшой камень. Как только блокирующий телепатию кристалл оказался в руке у Гримта, тот внимательно осмотрел его: обычный сердолик, не кристалл Предков. Скорее всего, одна из старых работ Патрика, которую кто-то из запасливых разведчиков приберёг на всякий случай.

— Хороший амулет. Нашли же, на что использовать, cretino.

— Ей здесь не место, — упрямо повторила Викта. — Она сделала свою работу, сняла проклятие. Ей за это заплатили. Пусть проваливает и живёт своей жизнью, а не отбивает наших мужчин, чтобы плодить потом невесть что!

Даршмир спокойно убрал кристалл в карман, не выказав охвативших его удивления и разочарования.

Они с Ташем допросили всех драконов двух кланов, всех до единого. Вычислили, кто причастен к учению «чистой крови», отправили к Старшим и Предкам на перевоспитание. Не проверили только тех, кто сейчас на заданиях в Оззе, но и их обязательно допросят, как только те вернутся в Краст.

А ещё они не допрашивали беременных. И недавно родивших. Потому что любая проверка Страхом или Убеждением может навредить матери или ребёнку.

Вот кого они пропустили. И пропускали каждый раз, когда пытались выдернуть эту заразу с корнем. Вот кто прятал и передавал книги своим детям, а они впитывали идеи «чистой крови» с малых лет.

Как говорит Исса, ашкырительно.

— Скажи мне, Викта, — безмятежно протянул Дар, — как долго ты не была в Оззе? Двадцать лет?

— Двадцать два.

— Двадцать два, — эхом отозвался Гримт, подходя к окну. — А ты за эти двадцать два года читала хоть одну сводку с данными Гримтов или Крамов? Хоть одну?

— Нет конечно, — она обиженно фыркнула. — Простой разведчице такие данные не дают.

— Так с чего ты решила, что лучше Малого Совета знаешь, нужен ли Красту маг?

Даршмир не был зол. Он был в бешенстве.

— Но…

— Ты понятия не имеешь, что происходит в Оззском королевстве, Викта. И Верш тоже не знает: он не видит всей картины, — Дар развернулся и посмотрел подчинённой в лицо. — Но я-то её вижу. Ты веришь мне, Викта? Веришь своему клану?

— Верю, — чуть слышно отозвалась она, не в силах оторвать от него взгляд.

— Хорошо. Тогда слушай и запоминай. И донеси это до всех женщин Гнезда. До всех, поняла меня? Красту не выжить без мага. Если в ближайшие годы некому будет активировать Круг — нам не помогут ни Предки, ни боги.

Даршмир повернулся к Вершу.

— У тебя месяц, чтобы побыть с детьми и привести дела в порядок. Потом отправишься на задание. Освежи знания о степняках.

Супруги возмущённо вздохнули: степи орков расположены на юге континента, и кочевники подолгу привыкали к пришлым. Значит, Верш не увидит семью ещё не меньше десяти лет.

— Что, не нравится? Могу тогда на острова к дриадам.

Верш только поморщился: острова дриад были от дома ещё дальше.

— А я? — подала голос Викта.

— А ты, — задумчиво произнёс Даршмир, подходя к двери, — Сиди дома, расти детей. Считай это отпуском. Или отставкой.

— Сколько? — пересохшими губами прошептала она.

— Двести лет. Для начала.

— Ты не можешь! Я — одна из лучших!

Дар, уже собравшийся открыть дверь, обернулся и спокойно, как малому ребёнку, объяснил:

— Лучшие разведчики сначала собирают информацию и делают выводы, а уже потом действуют. И никогда не идут против клана и Краста. Двести лет, Викта. Или можешь отправиться к Предкам хоть завтра — выбирай. Малый Совет свершит суд над всеми участниками покушения на мага Краста в ближайшие дни. Так что время на размышления у тебя есть. Пусть Боги и Предки хранят ваших детей, — Даршмир произнёс на прощание ритуальную фразу и закрыл за собой дверь.

Солнце уже лениво выкатилось из-за гор, прогревая и без того никогда не остывающие тёмно-серые камни замка, но двор, обычно наполненный в это время разминающимися бойцами, был пуст. Казалось, весь Краст застыл в ожидании. Крамаири уже по привычке собрались в гостиной, но обсуждать прошедший вылет в дозор, а главное, его последствия совершенно не хотелось. О том, что творилось в Гнезде, драконы тоже старались не думать. Крамаири с тревогой поглядывали на дверь в комнату главы рода, прислушиваясь к каждому шороху.

Исса тяжело дышала и тихо стонала от прикосновений, но Мариша методично обрабатывала обожжённые участки, изредка командуя Керру, как лучше придержать девушку. Пар прожёг кожу до мышц, почти не тронув рубашку, и теперь пропитанную кровью и сукровицей ткань приходилось вымачивать, чтобы не отдирать с мясом. Когда очередь дошла до спины и бока, Мариша удивлённо выдохнула:

— Керр, смотри.

Керру давно казалось, что Исса будто стеснялась драконов, но списывал это на разницу в воспитании: в истинном облике драконы всегда покрыты чешуёй, поэтому и к обнажённому человеческому телу относились намного спокойнее, чем люди или те же эльфы. Поэтому желание Иссы посещать купальню в одиночку или мыться в рубашке казались не настолько странными, чтобы лезть к гостье с расспросами. Теперь же Керр понял, в чём дело: Исса стеснялась не их, а себя.

Шрам, который он заметил у неё на боку за пару часов до Большого Совета, тянулся через всю спину от самой лопатки. Ему вторили другие, разной ширины и длины, выделяющиеся на бледной коже багровыми пятнами рубцов.

Керр взглянул на оставленный Эриком шрам и на след от кинжала Рекемира: порез на щеке долго заживал из-за беспокойной мимики Иссы, а рану в боку пришлось зашивать дважды из-за проблем с регенерацией после полного Убеждения. Но всё равно эти шрамы выглядели лучше тех, что были на спине. Неужели Исса, лучшая из известных Керру целителей, не смогла их залечить? Или не захотела?

Мариша закончила обработку и вышла из комнаты.

Керр лёг на кровать рядом с Иссой и осторожно обнял, стараясь не задевать обожжённые участки, покрытые липкой, приятно пахнущей травами мазью. В который раз передал свою силу по ментальной связи, поддерживая регенерацию, но не вмешиваясь в естественный ход вещей. Время, им нужно время. Но, похоже, именно времени у них совсем нет. Да и поможет ли оно? Сколько лет Исса живёт с этими шрамами, а они всё никак не заживут.

Керр закрыл глаза и осторожно провёл подушечками пальцев по спине Иссы, запоминая каждую неровность кожи. Он покрыт чешуёй, она — шрамами. Что ж, бывает и так.

Уловил изменение дыхания и не сдержал улыбку:

— Привет.

Вместо ответа она выгнулась безумной кошкой и резко перевернулась. Столкнула его с кровати и, навалившись сверху, приставила к горлу кинжал. И откуда только взяла?

Рука, державшая клинок, тряслась в крепком захвате Керра. Сталь неприятно царапала кожу, и он нарастил на шее чешую, чтобы не отвлекаться на такую мелочь.

Голубые глаза были полны ужаса и непонимания. Она его не узнала. Страх затуманил разум.

— Исса, ты в Красте. В башне Крамаири.

Лицо исказилось в гримасе злобы. Она дёрнулась, но клинок не приблизился к его горлу ни на палец.

— Всё хорошо, ты в безопасности. Ты звала меня по якорю, помнишь?

Керр всё говорил и говорил, наблюдая, как стеклянные глаза вновь оживают. Как недоверие и страх сменяются узнаванием и… снова Страхом.

Мерхун, как же Дар в этом хорош.

— Керр?

— Да, это я. Всё хорошо. Можно, я заберу у тебя эту штуку?

Исса кивнула. Он медленно, по одному разжал её пальцы, помогая выпустить клинок. Аккуратно отложил его в сторону. Исса, осознав свою наготу, стянула с кровати одеяло и, отгородившись им, стала пятиться, пока не врезалась спиной в шкаф.

Керр попытался подсесть ближе, но Исса только сильнее вжалась в дверцу. Сдавленно зашипела от боли из-за ожогов, но так и не отодвинулась от шкафа.

— Не надо.

— Хорошо. Я здесь посижу. Можно?

Она кивнула.

— Что произошло?

— На тебе применил полное Убеждение один очень сильный дракон. Ты почти умерла. Нам пришлось нагнать на тебя Страх, чтобы вывести в состояние эфира.

— Что значит — нагнать Страх?

Керр тяжело вздохнул, подбирая слова.

— У каждого клана есть свои особенности. Крамы могут управлять телом, Гримты — разумом. А лучший способ подчинить себе чужой разум…

— Это страх. Гримты нагоняют страх? Я думала, они только внешность меняют.

— Ну, знаешь ли, — Керр усмехнулся. — это было бы не очень честно, если бы Гримты могли только менять цвет волос и глаз, а Крамы — убеждать. Крамы, конечно, внешность не меняют, но могут отводить взгляды, не давая себя запомнить.

— Мило. И какой клан следующий?

— В смысле?

— Крамы — Убеждение, Гримты — Страх. Кто следующий будет меня испытывать? Вы бы хоть предупредили, что у вас такая… хм… интересная инициация мага Краста.

Лицо Керра на мгновение окаменело. Нет, Исса не сказала ничего такого. Но он теперь не мог решить, как реагировать: смеяться или плакать.

— Исса, инициация мага Краста проходит в Круге, но только когда маг к этому готов физически и ментально. На это может потребоваться несколько лет. Никаких других испытаний нет.

— Тогда почему та драконица хотела меня сожрать?

Керр смутился.

— Они тебя не принимают. Не принимают чужака. Драконы Гнезда реже общаются с другими расами, чем те, кто живёт в замке. А самки… очень трепетно относятся к своей территории. Им нужно время, чтобы привыкнуть к тебе.

— И что мне делать?

За Керра ответил заглянувший в комнату Таш:

— Жить. Просто жить, — он окинул Иссу внимательным взглядом и лишь затем обратился Керру: — Надо поговорить.

— Минуту.

Отец скрылся за дверью.

— Исса, тебе нужно поспать. Давай помогу перебраться на кровать.

Он встал и подошёл к Иссе, собираясь подхватить её на руки. Но она вся сжалась, тело будто свело судорогой. В комнате похолодало.

— Не надо. Позови… кого-то из девочек.

Керр остановился в растерянности. Исса чётко понимала, где она и с кем говорит, но всё равно боялась.

Боялась его.

— Хорошо, позову Маришу и Атту, — спокойно сказал он и вышел, аккуратно затворив дверь.

Мерхунов Страх. Что же Дар ей наговорил?

Глава 7. Неботерапия

В Академии плетение каркасов казалось невероятно скучным. Особенно учитывая, что любое заклинание я плела в два, три, а то и пять раз дольше, чем требовалось по учебникам. Как иронично, что теперь именно монотонная работа с маной спасала меня от безумства.

Петля, узелок, затянуть. Вытянуть рабочую нить. Снова петля. Узелок, затянуть…

— Ты бы хоть свет зажгла, — проворчала Мариша, заходя в кабинет.

— Наощупь легче работать.

А ещё в полумраке не так заметна разница в цвете кожи на обожжённой руке и здоровой. Интересно, в Хрониках Краста есть сведения хотя бы об одном не-драконе, дважды пережившем полное Убеждение тела, а затем ещё и призыв Страха?..

Я всегда буду частью тебя.

Петля, узелок, затянуть. Вот всё, на что меня хватало эти несколько дней, прошедшие после родов Викты. Совет меня не беспокоил, Крамаири были освобождены от дежурств и сидели в башне, лишь раз в день выходя на тренировку. Но никто не вился вокруг меня, не тревожил вопросами о самочувствии. В комнату заходили только Мариша, Атта и иногда Айра.

— Исса, сколько амулетов ты можешь заклясть за день?

— Раньше могла пять. Сейчас — два.

— А сколько обычно заклинает средний маг?

— За день? От двадцати.

— Тогда нашкыра ты берёшь заказы на амулеты у Ниима?! — взвыла Мариша.

Потому что это единственное, что отвлекает от голоса. Отвлекает от боли в старых шрамах, которые уже никогда не разгладятся. От мысли о том, что с Керром всё будет точно так же.

Петля, узелок, затянуть.

Вчера заходил Ашар. Сказал, что всегда готов выслушать. Из него и вправду получился бы хороший целитель душ, вот только я не хочу никому открываться. Всё равно не поможет.

— А ещё ведь работа с Гедриком в кузне. И Бьянка. Исса, давай договоримся: как только у Краста появится замковый маг, ты передашь ему заказы Ниима. Ну зачем тебе эти амулеты?

Никак не могу решить, что хуже: если я продолжу отталкивать Керра или если расскажу ему про свой Страх?

Петля, узелок, затянуть. Вытянуть нить.

— Исса?

Встревоженный взгляд Мариши сложно долго игнорировать.

— Хорошо. Обещаю.

— Ну, вот и чудненько. А теперь, будь добра, возьми бутерброд и спустись в гостиную. Помоги с уборкой.

Мариша целыми днями только и делала, что пыталась меня накормить, так что эту часть фразы я привычно пропустила. Но уборка? Это что-то новенькое. Ладно, амулеты подождут.

Тому, что Мариша скромно назвала уборкой, не хватало слова «масштабная». Не знаю как, но Крамаири умудрились вынести из гостиной абсолютно всю мебель, и теперь мне предстояло сделать влажную уборку покрытых огнедубом пола и стен. Да, тут действительно нужен маг: огнедуб настолько же не любит воду, насколько устойчив к огню. Но без влаги пыль так и будет клоками летать по комнате. Раньше Патрик раз в месяц проходил по основным помещениям замка универсальным очищающим заклинанием, но я не маг-бытовик, так что придётся работать почти вручную.

Способности возвращались быстрее, чем после прошлого Убеждения, но мне всё равно требовалось больше движений руками, чтобы управлять даже родной стихией. Крамаири с хихиканьем наблюдали, как я, от напряжения высунув язык, сосредоточенно водила руками по воздуху. Мои движения повторял солидный пласт воды, растёкшийся по стене этаким желе. Каждый раз, когда ребята отвлекали меня, желе нервно вздрагивало, вызывая очередной приступ хохота.

— Как там Рекемир говорил? — задумчиво протянула Айра, подходя к окну. — «И это наш хвалёный маг Краста. Уверяю тебя, Исса, человеку совсем не стыдно проиграть половой тряпке».

— Айра, ещё одно слово, и я…

— И ты — что? — с вызовом спросила эта язва.

От её взгляда огнедуб под моими ногами ярко вспыхнул и тут же погас. Но этого хватило, чтобы я шарахнулась в сторону и споткнулась. Безуспешно пытаясь удержать равновесие, дёрнула рукой и послала уже набравшую пыль и грязь воду в сторону… Айры. Большая часть жидкости выплеснулась в окно, но и того, что попало на драконицу, хватило, чтобы превратить нашу «огненную девушку» в облезлую помойную крысу.

— А вот что, — закончила фразу я, одновременно смущённая и довольная.

Гогот драконов эхом разнёсся по пустой комнате, отражаясь от свежевымытых стен. Стеклянные вставки на крыше задрожали, но выдержали.

Я быстро собрала с древесины остатки влаги. Ребята стали расставлять мебель по местам, а я подошла к Айре. Та, бессвязно ругаясь, покорно приняла помощь. Когда остатки воды покинули гостиную через злосчастное окно, Айра, что-то заметив на улице, попросила:

— Исса, а заморозь воду, — голос Айры был ровным, но она неотрывно смотрела в окно, куда-то под нашу башню.

— Зачем? Я же её уже вылила. Что там?

— Просто сделай.

Я тяжело вздохнула и в несколько пассов попросила обратиться льдом всю ту воду, что совсем недавно была в моей власти. С недовольством отметила, что декаду назад сделала бы это вообще без помощи рук.

— Сильнее, — приказала Айра.

— Что?

— Проморозь сильнее. Делай.

Я заморозила так сильно, как только могла, а затем отпихнула Айру и выглянула в окно. Лучше бы я этого не делала.

Во дворе было пусто. Не было обычно проводивших в это время спарринги бойцов, не было снующих туда-сюда драконов, ответственных за обустройство Краста. Зато прямо под нашей башней возвышалась скульптура грязного, серо-коричневого цвета. В пыльно-ледяной плен попали две драконицы: одна была в привычных для замка кожаных куртке и штанах, а вот вторая закуталась в длинный серый плащ с капюшоном. На меня были направлены две пары искрящихся бешенством глаз: янтарные принадлежали Лешми, а фиолетовые…

Внезапно перед глазами потемнело, из носа пошла кровь. Стало трудно дышать.

— Керр! — встревоженно крикнула Айра, оттаскивая меня от окна.

Он не выходил в гостиную, пока я делала уборку. Керр быстро понял, что рядом с ним мне становится хуже, поэтому он старался не попадаться мне на глаза все эти дни после пробуждения в его кабинете. Но сейчас Керр мгновенно появился рядом и с силой развернул к себе.

— Исса, смотри на меня. В глаза.

Серые. У Ташисса — с зелёными всполохами, у Керра — пёстро-серые, цвета осеннего неба. Красиво.

Когда дышать стало легче, он крепко обнял меня и прижал к себе.

Не разрывая объятий, пряча её от всего мира, он выглянул в окно.

Серые глаза встретились с фиалковыми.

— Моя.

Драконица презрительно повела плечом, пытаясь растопить лёд на плаще. Лёд поддавался неохотно.

— Лишь игрушка.

— Не тебе решать.

— Посмотрим.

— Смотри, что принёс, — Керр отстранился и накинул мне на плечи удлинённую куртку до середины бедра с капюшоном. Снаружи — тёмно-серая шкура гарпии, внутри — меховой подклад.

— Спасибо, — я смущённо отвела взгляд, чувствуя, как едва отошедший на край сознания Страх вновь зашевелился. — Будет что надеть зимой вместо плаща.

— Думаю, она пригодится раньше, — Керр улыбнулся и шагнул в сторону, увеличивая дистанцию. Страх тоже немного отступил.

Командир посмотрел на дверь за секунду до того, как в неё зашёл глава клана Крам.

— Ну как?

— Одобрили. Декада.

— Спасибо.

Ташисс поморщился.

— Так лучше для всех. Нам тоже нужно время. Керр, через час вас не должно быть на горизонте.

— Понял.

Крамаири замерли, ожидая решения командира.

— Полчаса на сборы. Большая вода, потом посмотрим восток. Атта, собери Иссу.

— Через верх? — обеспокоенно уточнил Раст.

Керр кивнул.

Ребята стали собираться. По привычным, но чуть дёрганым движениям было видно, что выбранный командиром путь нравился не всем.

— Исса, сколько тебе нужно времени на поисковую сеть?

Я недоверчиво покосилась на Керра. Хоть Атта и соберёт мои вещи, но сумку с амулетами и зельями я ей не доверю, а на неё тоже нужно время.

— Размер ячеек? Площадь?

— Пять на пять саженей. Большая сеть, на несколько миль.

— Могу милю в высоту и три в ширину. Нужно минут двадцать.

— Отлично. У тебя полчаса на сборы и сеть. Атта поможет.

Я кивнула и направилась к лестнице. Уже ступив на неё, уловила недовольный шёпот Мариши:

— Боги и Предки, ненавижу Чистку.

Не уборку. Чистку.

Так не говорят даже драконы.

— Ташисс. — Крам, всё ещё стоявший у входа, поднял на меня вопросительный взгляд. — Почему мы уходим сейчас?

Крамаири замерли, прекратили сновать туда-сюда и собирать вещи и смотрели теперь только на нас с Ташем.

— Потому что так решил Малый Совет.

— Я не могу уйти на две декады, — голос звучал хрипло, но твёрдо. Надеюсь. — У нас много дракониц на поздних сроках.

— Уверяю вас, Иссина, во время вашего отсутствия родов не будет, — холодно отчеканил глава клана Крам. — Госпожа Вольгская прекрасно проведёт время в библиотеке с отрядом Лиртири. А вы пока развеетесь и заодно займётесь обязанностями мага отряда.

Внезапная догадка заставила меня осмелеть. Страх мешал быть человеком, но не целителем.

— Что такое Чистка? И почему не-драконам лучше быть от неё подальше?

Ответом была тишина. Казалось, Ташисс никак не мог выбрать: сказать правду или сожрать меня, чтобы не раздражала неудобными вопросами.

— Я остаюсь.

— Исса, — попытался успокоить подошедший Керр, — ты маг дозорного отряда. Ты летишь с нами.

— Нет, — я сняла куртку и смяла её, отгораживаясь от него. — Я целитель. И нужна здесь.

Это Керр старался держать дистанцию и боялся ко мне прикасаться. Ташиссу, как оказалось, было глубоко начхать на личное пространство потенциального мага Краста. Он сжал мои плечи и, словно куклу, поставил меня на ступеньку выше — так, чтобы наши глаза оказались вровень.

— Иссина Марисская, Чистка — это то, что не следует видеть не-дракону, целителю и магу Краста. То есть тебе. Поэтому, будь добра, подготовь поисковую сеть и соберись к вылету, как сказал твой командир. Кстати, у тебя осталось двадцать пять минут.

Применил ли тогда Ташисс Убеждение? Наверное нет. Сделала ли я всё в точности, как он сказал? Конечно да.

Мерхунов дракон.

Собравшиеся на взлётной площадке одной из башен, Крамаири, казалось, совсем не торопились. Странно: чтобы нас, как выразился Ташисс, «через час не было на горизонте», нужно было вылететь сразу, как только он отдал приказ. И то не факт, что успели бы. А теперь у нас всего полчаса, и ребята спокойно проверяли сумки с вещами, не торопясь на ком-то их закреплять. Да, в дальних вылетах Крамаири приходилось по очереди работать грузовыми драконами, что поделать.

Вообще Керр интересно собрал отряд: все Крамаири были разного размера и цвета. Обычно в дозоры летали именно «по цветам»: зимой легче маскироваться серым Марку, Керру и Айре, в тёплый сезон — светло-жёлтым Расту и Ашару. А вот зелёные Мариша и близнецы, а также бордовые Мусшу и Атта в истинном облике шли только в патруль по знакомой территории, и никогда — в дальний дозор. Уж слишком они заметны на фоне гор. Но сейчас происходило что-то странное: в истинном облике были самые «мелкие» Крамаири: Атта, Айра, Ашар и Керр.

— Атта, бери Марка и Маришу. Айра и Аш — близнецов и Лисшу. Раст, Исса — залезайте. Сумки ребята возьмут.

Я передала Марише свои вещи и забралась на Керра. Раст, пристроившийся рядом, заметно нервничал.

— Ты бы знала, как я не люблю улетать верхами, — вздохнул блондин.

Мощные пальцы нервно переплетались и вновь распускались, но Расту никак не удавалось успокоиться. Я ободряюще похлопала нашего светловолосого громилу по плечу и поудобнее схватилась за драконий гребень.

Керр быстро набрал высоту, взлетая почти вертикально и не тратя время на круги. Мы поднялись, наверное, уже на милю и всё продолжали лететь вверх. От набора высоты заложило уши и стало трудно дышать, но Раст крепко держал меня за руку и следил, чтобы я не отпускала Керра.

Керр поднялся до первого слоя облаков и сделал круг. С высоты город казался намного меньше, с трудом можно было различить дома и улицы. Весь замок теперь можно было накрыть одной ладонью. Раз — и нет его, и мост от города тянется будто в никуда.

Когда на крыло встали Ашар, Атта и Айра, Керр вновь стал набирать высоту. Боги и Предки, куда уж выше? Я торопливо перенастроила сердце и сосуды, но дышать всё равно было сложно.

Серые крылья утопали в облаках. Вблизи они были похожи на дымку от свежего варева. Только у Делининых зелий дым обычно цветной, а облака были белыми, как свежевыпавший снег.

На несколько минут верх и низ потеряли всякий смысл, а потом появилось солнце. Яркое, не затенённое облаками, оно казалось огромным и невероятно близким. Но не горячим. Может, я так привыкла к дыханию драконов, что тепла солнца мне уже недостаточно?

— Раст, это контрольная высота. Пойдём с неё.

Керр сделал ещё несколько мощных взмахов и только затем выровнялся и вышел на круг. Раст тяжело вздохнул:

— Боги и Предки, как же высоко.

— Ты что, боишься высоты? — я удивлённо вскинула брови.

— Нет, просто не любит перевоплощаться в небе, — ответил Керр. — Раст, не торопись, ребята нас пока не догнали.

— Но и времени зря не теряй. Я помню, помню.

Раст закрыл глаза и сосредоточился. Его окутала серая дымка, густым облаком накрывшая почти всю спину Керра. Я уже решила, что Раст сменит облик прямо у него на спине, и прикидывала, как самый мелкий дракон отряда собрался держать на лету самого крупного. И что будет с тушкой магички, по нелепому недоразумению оказавшейся в середине этого бутерброда. Но тут Раст, вернее то, что от него осталось, сполз под брюхо Керру и материализовался уже под ним. Нелепо взмахнул огромными пшеничными крыльями, сетуя на плохо державший массивное тело разреженный воздух, но всё же выровнялся.

К этому моменту нас уже догнали остальные. Марк и Лисшу быстро сменили облик на истинный. Айра исполнила какой-то невероятный кульбит и пролетела над спиной Марка брюхом вверх, буквально стряхивая с себя близнецов и сумки, а на следующем вираже сменила ипостась и спрыгнула следом. Атта и Ашар аккуратно пересадили Маришу на Раста, а потом и сами пристроились на спине у блондина уже в качестве пассажиров.

Я встала в полный рост и, недоверчиво косясь на Керра, ступила на его крыло. Ребята говорили, что это совсем не больно, но я всё равно не любила ходить по перепонкам и тем более костям. Командир всё ещё летел выше остальных, поэтому мне нужно было «просто» пройти по его крылу и спрыгнуть на Лисшу.

Высота большая, крупным драконам тут тяжело: подъёмной силы не хватает даже с большим размахом крыльев. Поэтому я быстро, но аккуратно перешагивала от одной перепонки к другой, внимательно глядя под ноги.

— Исса, стой, — спокойно позвал Лисшу.

Я застыла с разведёнными в сторону руками и, не отрывая взгляда от крыла, спросила:

— Что-то не так?

— Посмотри вокруг. Не бойся, не упадёшь.

Я была почти на середине крыла Керра и явно мешала ему ловить восходящие потоки. Но раз драконы просят постоять и посмотреть…

Подняла голову и тут же поймала резкий порыв ветра в лицо. Зажмурилась, чуть качнулась, но устояла. Ветер свистел в ушах, выдувая все мысли. Выгоняя неприятные воспоминания и идущий следом Страх.

Мы так привыкли, что небо — где-то там, высоко над головой. А тут оно было вокруг. И в тоже время — где-то внутри. Ярко-голубое, светлое и чистое. Солнце — большое и настоящее, облака — густые и плотные, почти материальные.

Казалось, даже если я оступлюсь и шагну не на крыло — ничего страшного не случится. Меня подхватят, удержат на этой высоте. Драконы, боги или собственные мысли — не знаю. И это ощущение было невероятно странным. Вроде и неземное, но в то же время очень родное, моё.

Может, когда ты в небе, небо — в тебе?

— Вот теперь иди.

Когда я перебралась на спину к Лисшу, Керр сменил облик и пристроился рядом. Теперь весь отряд и поклажа были на трёх самых крупных драконах.

— Держись крепче и приготовь сеть, — строго сказал Керр, обнимая меня и прижимая к спине Лисшу.

Если мелким драконам легче набирать высоту, то что тогда проще даётся крупным?

Правильно: падение.

Лисшу, Раст и Марк синхронно сложили крылья, вместо вертикального падения выруливая на диагональ. Наверное, это и есть магия: воздух наверху был слишком разреженным, чтобы держать крупного дракона, но достаточно плотным, чтобы почти до крови царапать лицо. От свиста встречного ветра и резкого сброса высоты заложило уши. Я судорожно сжала пальцы на гребне Лисшу, боясь сорваться в свободный полёт.

Керр помог натянуть капюшон и показал, куда выпустить сеть.

— Вдоль хребта, к морю?

— Да. Спугнём гарпий, чтобы не уходили в долины. Давай.

Хоть я и напитала заклинание от Керра, но активация такой большой поисковой сети далась нелегко. Кажется, на пару секунд я потеряла сознание и всё-таки отпустила Лисшу, но Керр практически вдавил меня в драконью шкуру. Когда Лисшу расправили крылья, я уже пришла в себя и могла наслаждаться полётом.

Расстояние, которое обычный дракон пролетает за час, Крамаири преодолели минут за десять, скрывшись за горизонтом точно в срок.

— Успел, — усмехнулся стоявший на самой высокой башне Краста Таш.

Дар недовольно хмыкнул и перебросил ему монету.

— Может, ещё постоим? — с надеждой предложил Гримт.

— Да нет уж, идём. У нас мало времени. Суд, Чистка…

— Ты так говоришь, будто тебе нравится пытать собственных подчинённых.

— Ага, — Таш поморщился. — Особенно беременных женщин. Моё любимое занятие, как раз вместо обеда. Ты не знал?

— Вместе?

— Как всегда.

Дар замялся. На секунду пожалел, что подарил любимые чётки девчонке. Сейчас бы пригодились.

— Что будешь делать с Shagol?

— Пусть Совет решает. Я её покрывать не стану.

Дар недоверчиво хмыкнул и направился к ближайшему входу в Гнездо.

Таш ещё несколько минут стоял, задумчиво глядя на горизонт.

«Не припомню, чтобы эфиры выдерживали такие перепады высот. Надо бы покопаться в Хрониках», — подумал он.

Через полчаса Крамаири сбросили скорость. Близнецы и Мариша сменили облик и теперь летели параллельно с нами, но несколькими милями южнее: выглядывали ушедших в долины гарпий. Я почти без перерывов плела поисковые сети, снова и снова пуская их вдоль границы гор и равнин, к морю.

Гарпии, хоть внешне и схожи с драконами, но так и не стали полноценными теплокровными: по их венам течёт кислота, чувствительная к перепадам температур. Поэтому зимой они перебирались в южные части Крастара, а к лету возвращались на север. Межсезонье, как выяснили Крамаири в прошлые годы, — самое неспокойное время: если погода оказывалась с капризами, да ещё и дождливая, гарпии не могли найти комфортную температурную зону и становились агрессивными. Поэтому одна из задач дозорных отрядов — спугивать гарпий с насиженного юга обратно в горы. Лето уже почти вступило в свои права, так что через декаду мне не придётся плести поисковые сети, так раздражающие скиминокусов — самых агрессивных представителей класса Harpia.

Я сидела на широкой спине Лисшу, скрестив ноги, и сосредоточенно плела очередной каркас, а Керр лежал на дяде с другой стороны гребня и щурился на весеннее солнце. Короткие тёмные волосы на ветру то прятали, то вновь открывали лицо. Казалось, Керр лежал на пляже на берегу реки, а не летел в миле над землёй на огромной огнедышащей ящерице.

— Это я-то ящерица? — возмутился Лисшу.

— Прости, случайно вслух подумала.

— Не просто вслух, а на общий канал, — хихикнул Рик. — Любишь ты нас, госпожа магесса.

Керр звонко рассмеялся и приподнялся на локте. Перенастроил связь, чтобы нас никто не слышал.

— Ис?

— М-м? — отвела взгляд и вернулась к плетению. Неужели меня теперь пугает даже мысленный разговор?

Что бы ни случилось, куда бы ты ни пошла — я всегда буду с тобой. Всегда буду частью тебя.

Пять лет уже прошло, а я всё никак не могу забыть этот голос.

Мерхун. Шкыров мерхун!

— Твой Страх. Он ведь обо мне, да?

— С чего ты взял? — я нервно дёрнула плечом и чересчур сильно затянула очередной узел каркаса.

— Ты не реагируешь так ни на Раста и Марка, ни даже на Таша. Только на меня.

— Не хочу это обсуждать. Разберусь сама.

— Я хочу помочь.

— Не нужна мне помощь, понятно? — зло прошипела я, закипая.

Руки тряслись, каркас заклятия перекосился, и я раздражённо его развеяла.

Мерхунов Страх.

Устало вздохнула и тоже легла. Керр просунул руку между пластинами гребня и, потянувшись ко мне, едва коснулся кончиками пальцев моей ладони.

— Что мне сделать?

— Держись от меня подальше.

Керр убрал руку. А я была рада, что за гребнем Лисшу он не видел моих слёз.

Через несколько минут Керр сказал:

— А, знаешь, в твоей экскурсии в Гнездо есть свои плюсы.

Утёрла лицо рукавом и села. Облокотилась о гребень Лисшу и заглянула на ту сторону спины. Керр лежал, флегматично закинув ногу за ногу. Уголки губ были приподняты, но во взгляде не было издёвки.

— Ты серьёзно?

— Вполне. Дар сказал, что ты нашла его в коридоре. То, что ты сама выбралась из Гнезда, достойно уважения. Так что и без Чистки многие драконы станут относиться к тебе иначе.

— Последние сажени до замка Даршмир нёс меня на руках, — напомнила я.

— Неважно. Драконы не лезут в чужие норы. Те, за кем лезть не надо, достойны уважения.

— Очень по-драконьи. В смысле, непонятно.

Керр сел и стал блуждать взглядом по гребню Лисшу. Пригладил чуть отошедшую чешуйку и пояснил:

— Нет никого уязвимее человека, который верит, что его спасли. Даже если он дракон. Поэтому разведчики Краста не спасают своих из плена, это знает каждый Гримт и Крам. Пленник может быть приманкой, и его освобождение — это большой риск. Хочешь жить — спаси себя сам.

— Звучит жестоко.

Керр пожал плечами.

— Это правило не нарушали веками. Даже когда мы стали забирать своих из плена, то давали возможность «выбраться самому»: с тебя не снимут кандалы, а кинут ключ или отмычку. Тебя не понесут на руках — дадут самому сделать хотя бы пару шагов до свободы. Из жестокого правила это стало традицией, позволившей отличать своих от чужих.

— Выходит, раз я смогла сама пройти половину пути из Гнезда…

Керр посмотрел на меня как-то странно. Наверное, так смотрит отец на подросшего ребёнка: одновременно с тревогой и гордостью.

— Весь путь, Исса. Даршмир нёс тебя саженей сто, не больше. Ты сама разобралась с Лешми, сама выбралась из той пещеры, сама нашла Дара. Мне жаль, что меня не было рядом. Но теперь ни один дракон Краста не посмеет считать тебя обузой.

Я не знала, что ответить. Никакой гордости за своё поведение той ночью я не испытывала, поэтому сменила тему:

— А мы надолго в Марис?

— На пару часов. Если тебе надо что-то докупить — скажи ребятам, они подскажут, где что найти.

— Мы не там ночуем? — удивилась я.

— Нет, в горах. Нам дали декаду, чтобы проверить эту часть Крастара. Площадь большая, надо торопиться. А что?

— Мне бы зайти в Ковен. Можно?

Знаю, неловко получилось: отпрашиваюсь, будто дитё малое. Но мы так внезапно вылетели, что я не сразу сообразила, что могу отчитаться перед Ковеном именно в этот раз.

Керр удивлённо посмотрел на меня и ответил:

— Конечно, чего спрашиваешь? Марк и Атта проводят.

Глава 8. Море и горы

Ближе к закату показался Марис. Ребята специально заложили широкий круг, чтобы показать мне море.

Оно было огромным. Бескрайним. Пенистым, гневным от весенних ветров. И в то же время всепрощающим. Сине-бирюзовые волны переливались на солнце, которое уже коснулось вплотную подобравшихся к морю горных вершин.

— А почему кораблей нет? Порт же — вот он.

— Погода нелётная, — хмыкнула Айра. — В смысле неплавучая. Или как там моряки говорят?

— Шторм, — подсказал Ашар.

То, что с высоты драконьего полёта казалось «просто волнами» при приземлении выглядело как огромные пласты воды, яростно штурмующие волнорезы порта. Я слезла со спины Лисшу и плотнее закуталась в куртку, в который раз за день порадовавшись обновке. Керр был рядом, но с помощью не лез.

— Я пойду отчитаюсь. Лисшу со мной. Встречаемся через два часа.

Керр с Лисшу улетели обратно в горы, видимо, в Гнездо Мариса. Ребята побрели на рынок за припасами, а Атта и Марк потащили меня в сторону путевой башни.

Марис — чисто портовый город: причалы и верфи занимали большую его часть, а немногочисленные дома и постоялые дворы тянулись вдоль единственной улицы, зажатой между морем и скалистыми предгорьями. Тёплое течение, идущее от центрального побережья эльфийского континента, очень сильное, поэтому кораблям эльфов проще добраться по нему на северо-восток Озза, чем прорываться сквозь стихию к центральному побережью, в долину Лехазив.

Примечательно, что вампиры Лехазива этой проблемы не испытывали, напрямую торгуя с эльфами. Но по давней традиции ушастых на свои корабли не пускали и сами к ним на борт со своей помощью не лезли. Вот и получалось, что эльфам проще торговать через драконов, за отдельную плату готовых даже взять корабль на буксир, чем договариваться с красноглазыми. Поэтому вампиров и их полукровок в Марисе почти не было, а вот драконов и эльфов — полно.

Кстати, внешне драконы ничем не отличались от людей или полукровок. Разве что своей «обычностью» и максимальной человекоподобностью, да высоким ростом. Но и тут есть исключения: Марк, Атта и остальные Крамаири на одну-две головы выше меня, а вот с Керром мы почти одного роста.

Вновь стал дурманить запах чужой крови. Полукровки, эльфы, драконы — в какой-то момент от всепроникающего зова стала кружиться голова. Привычным движением нащупала в кармане чётки Даршмира и защёлкала янтарными шариками. Атта с Марком недовольно поморщились, но промолчали.

Путевая башня, как и положено, находилась прямо над магическим источником. Рядом с местами обитания драконов естественных источников маны всегда мало, так что выбора у строителей особо не было, и башню портального мага пришлось совместить с ратушей и местным отделением Ковена. Туда-то мне и надо.

Все ратуши устроены примерно одинаково, поэтому нужный кабинет нашёлся быстро. Марк и Атта, верно оценив ситуацию, остались в коридоре.

Я коротко постучалась и вошла в кабинет «самого-главного мага» в Марисе. Надеюсь, мои расчёты верны, и дежурный маг уже сменился.

— Какие люди, и без охраны! — язвительно протянула Люва.

Огненно-рыжие волосы, уложенные в сложную косу, не прятали заострённые уши: магистр Люва, как и многие полукровки, не стыдилась своих эльфийских корней и не боялась предвзятого отношения. Зелёные глаза, будто проникающие в самую душу собеседника. Тонкие изящные пальцы, способные одним щелчком нагнать бурю или усмирить её. Казалось, она совсем не изменилась за эти годы.

— Охрану за дверью оставила. Можно?

Я растерянно мялась на пороге, чувствуя себя неуютно под оценивающим взглядом преподавательницы по погодной магии. На втором курсе она сломала ногу из-за моего неудачного заклинания от гололедицы. Однако сейчас я была невероятно рада видеть эту ворчливую, но по-своему добрую женщину.

— Ты выросла, Исса.

— С кем поведёшься, — я пожала плечами.

— На проверку? Рановато.

— Позже могу и не успеть. Не я выбираю, когда улетать.

— Многие вещи происходят помимо нашей воли, — Люва тяжело вздохнула и поправила очки. — Проходи, садись.

Стараясь не переживать раньше времени, я подошла к столу, поудобнее устроилась на стуле и попыталась расслабиться. Процедура предстояла не самая приятная, так что моё спокойствие крайне важно.

Люва аккуратно собрала бумаги и поставила между нами кристалл неправильной формы размером с ладонь. Сейчас он был прозрачным, но вскоре поменяет свой цвет.

Я положила левую руку на камень, а в правой зажала лежавший рядом амулет правды. Ну, погнали.

Маг обязан отмечаться в любом из Ковенов Озза не реже раза в пять лет. Исключение — маги тёмных дисциплин. Некроманты, маги крови и те, кто призывает демонов, должны проходить допрос ежегодно.

— Назовите своё имя и год выпуска.

— Иссина Марисская. Магистр второй ступени. Выпуск тысяча восемьсот двадцать четвёртого года эпохи Теней.

Проверяющий маг обязан передать результаты допроса в Ковен Озза, не распространяясь о них коллегам. Но какова вероятность, что представитель Ковена, перепуганный появившимся в его кабинете магом крови, забудет о конфиденциальности?

Правильно: очень высокая.

— Место работы, должность?

— Замок Краст. Замковый целитель, маг дозорного отряда Крамаири.

Поэтому мне и нужна была Люва: она принимала мой выпускной экзамен в Академии. А Академия своих не подставляет.

— Стихия и специализация?

— Вода. Целитель, маг крови.

Амулет правды светился зелёным, а кристалл, определяющий способности, переливался синими и алыми гранями. Но магесса и бровью не повела.

— Иссина Марисская, помышляли ли вы о чём-то, противоречащем законам Озза?

— Нет.

— Участвовали или слышали о заговоре против короны?

— Нет.

— Знаете ли о заговорщиках или предателях, угрожающих благополучию Озза и его подданных?

— Нет.

— Использовали ли вы запрещённые техники магии крови на людях, полукровках или представителях других рас?

Ритуал с очищением крови, который я проводила на Керре, классифицировался как забытая техника. Не запрещённая, а именно забытая. Странно, но это так. А вот снежный призрак, которого я создала из капли крови, спасаясь из башни Гримтеров, формально относился именно к запрещённым заклятиям. Но я ни на кого его не натравливала, значит…

— Нет.

Кристалл правды едва заметно посветлел в сторону жёлтого, но быстро вернулся к травянисто-зелёному.

— Благодарю вас за честные ответы, госпожа Иссина Марисская, магистр второй ступени. Кристаллы с записью нашего разговора будут переданы в Ковен сегодня же. Вы свободны.

— Спасибо, — одними губами прошептала я. Люва чуть улыбнулась и, тут же вернувшись к своей привычной хмурости, сухо кивнула, указывая на выход.

Я едва успела облегчённо выдохнуть, закрывая за собой дверь, как наткнулась на них.

— Ну привет, коллега.

Видимо, близнецы — это какой-то особо извращённый вариант пыток, придуманный богами специально для меня. И если к Рику и Мору я уже привыкла, то к этим ребятам привыкать не хотелось.

Братья Хематис были одного со мной роста. Тёмно-карие, почти чёрные глаза, длинные чёрные волосы заплетены в традиционные косы — они и не скрывали свои вампирские корни. Десять лет назад эти двое стали первыми магами крови, защитившими звание магистров первой ступени. В Нире начались волнения, особенно в пограничных с вампирами деревнях. В столице же возмущение и страх переросли в полноценное шествие до королевского дворца. После этого король и Ковен ужесточили закон о тёмных магах, запретив вампирам-полукровкам обучаться магии крови. Теперь в крови мага могло быть не более восьмой части крови жителей долин.

Вы спросите: как так вообще получилось, что люди узнали о специализации братьев Хематис, и какое им до этого дело? Поясняю: цвет мелькета означает стихию мага, а по желанию маг может по краю ткани вышить ещё и узор, соответствующий специализации. Но если специализация двойная, то маг обязан заявить в узоре оба направления. Так что мой мелькет, как вы понимаете, без вышивки.

Но братья Хематис с первого года обучения в Оззской Академии были известны по всей столице как «Кровавые братья» — лучшие наёмные убийцы. И да, эти напыщенные придурки разгуливали по городу в синих мелькетах с кроваво-красной вышивкой. Прелестно, правда? В общем, когда они выпустились магистрами первой ступени, то решили, что теперь можно убивать легально, и развесили по столице объявления с предложением своих услуг и копиями дипломов.

При этом формально они ни разу не нарушили законов Озза: платили налоги с заказов, оформляя их как охрану частных лиц и территорий. Магию крови использовали так вдумчиво, что не только спокойно проходили ежегодные допросы, но даже были свидетелями по ряду убийств своих менее осторожных коллег.

Именно благодаря братьям Хематис я точно знала, чем грозит публичное признание моей специализации. Но благодарности к ним по понятным причинам не испытывала.

— Так и будешь стоять столбом или поздороваешься? — спросил Левый.

— Ну вот, опять нам не рады, — грустно вздохнул Правый.

Я знла их имена и могла их различать. Просто не хотела. Эти двое — одно из самых больших разочарований Клюквы: Валенсия была их наставником, но редко когда приводила в пример на наших занятиях. Разве что когда речь заходила о плате за заклятие. За многие техники магии крови, особенно запрещённые и забытые, нужно «платить»: болью, магической энергией или просто неприятными ощущениями. Подвох в том, что именно маг крови решает, кто и в какой мере будет платить: он сам или его жертва. Я старалась платить сама и часто отделывалась «простым» магическим или физическим истощением. А вот Кровавые братья работали по принципу «кому должен — всем прощаю».

— Привет. Что вы здесь делаете?

— Представляешь, — наигранно вздохнул Левый — одна знакомая желтоокая драконица нашептала, что здесь можно найти одну светловолосую магессу родом из Нира. Вот мы и решили проведать соотечественницу, узнать, как дела. Не обижают тебя эти огнедышащие твари?

Рядом с ними и раньше было неуютно, но сейчас подстёгиваемый Крастом зов крови и пробудившийся Страх явственно намекали на необходимость побега. Может, я и попятилась бы, если бы не видела, кто стоит за спиной у Хематисов.

— Неужели Лешми так впечатлилась общением с нашей Иссой, что попросила о помощи таких красавчиков? — томно вздохнула Атта, обнимая Хематисов и прижимая их к своей пышной груди.

Разница в росте оказалась как нельзя кстати, и близнецы буквально утонули в рубашке Атты. И том, что было под ней.

— Какие милые, сладкие мальчики, — продолжила она, проводя покрытой чешуёй ладонью по щеке Левого. — Что же мне с вами делать? — томно шепнула она на ухо Правому.

Растерянность в глазах безжалостных магов крови быстро сменилась ужасом. Я закусила губу, чтобы не рассмеяться и не испортить Атте веселье.

— Отпусти мальчиков, Атта, — спокойно попросил подошедший Марк, нависая над полукровками, словно готовая сорваться с обрыва глыба. — Они торопятся. Верно?

Марк был очень учтив и мило улыбался. Наверное, именно поэтому Левому удалось-таки выдавить из себя хриплое «да». Он вывернулся из ослабевшей хватки Атты и скрылся за дверью в кабинет Лювы, прихватив с собой брата.

— Никогда бы не подумала, что они так боятся драконов, — протянула я и направилась к выходу.

— Драконов? Да брось. Они даже не поняли, кто мы, — Марк усмехнулся.

— Чего же они тогда испугались?

— Женщину. Представляешь, эти придурки боятся женщин. Как банально, — Атта фыркнула.

— Откуда ты знаешь?

— Мы с Лешми тогда работали в паре, — нехотя призналась Атта. — Тут под руку подвернулись эти двое. Такие забавные, видят Боги. А потом мы случайно выяснили один из их страхов, и Лешми решила потренировать меня на этих красавчиках.

Мы несколько минут шли молча, пока я складывала мозаику.

— Атта, а ты точно из Крамов?

Она тянула с ответом. В какой-то момент показалась, что Атта телепатически советовалась с Керром, как поступить. Мы уже шли по главной улице Мариса, когда она нехотя протянула:

— Папа из Гримтов, но я родилась Крамом. Дядя предлагал сменить клан. Говорит, дар хороший, можно развить. Но я не захотела.

Я не стала спрашивать дальше. Атта и так рассказала больше, чем хотела. И больше, чем я была готова понять. Потому что либо Страх разбудил во мне ещё и манию преследования, либо драконы Крамаири не так просты, как казались эти полгода.

Мы провели в горах почти декаду. Прошерстили (или прочешуили?) весь восточный массив Крастара на несколько десятков миль на север. Крамаири с явным удовольствием проводили большую часть времени в истинном облике, сгоняя гарпий в верховья.

В высокогорьях снег не сходил даже летом, поэтому Крамаири долго выбирали места, чтобы обустроить для гарпий летние гнездовья. Чаще мы делали их на южных склонах: детёнышам драконоподобных видов для развития нужно тепло.

Керр, как и обещал, показал мне ледники. Лёд намерзал под самыми вершинами, а затем под собственным весом медленно сползал, вылизывая склоны. На перегибах лёд вздымался, ломаясь, и образовывал трещины. Пущенный вниз одной такой расщелины пульсар погас прежде, чем достиг дна, но успел спугнуть притаившихся мелких гарпий — меруба. Керр и Айра сдавленно хихикали, наблюдая, как я отбиваюсь от этих безобразников.

На резких перепадах высот образовывались ледопады: пласты льда карнизами свисали над обрывами и, обламываясь, скатывались ещё на несколько миль.

Все ледники были разными. Северные, более массивные, казались такими же незыблемыми, как наш мир. В те редкие часы, когда солнце всё же дотягивалось до северных склонов, ледники давали свой, какой-то особенный цвет. Гранд перевёл с драконьего его название как «истинно-белый».

Южные ледники двигались быстрее: постоянно подгоняемые солнцем, они льнули к скалам, всего за несколько десятилетий обтёсывая под собой камни, и презрительно выплёвывали вылизанную породу высокими моренами. На границе льда и камня они смешивались: крупные булыжники и мелкое крошево породы скользили по льду, никак не желавшему отпускать каменную добычу. Ребята не разрешали мне ходить по таким местам: слишком опасно. Не знающие покоя булыжники только и ждали момента, чтобы скрыть под собой неосторожного путника.

Гарпии нуждались не только в гнёздах, но и в защите. Несколько стычек с браконьерами прошли без меня. Я слышала разговоры по общему телепатическому каналу, но лишний раз с расспросами не лезла: стекающая с морд чужая кровь и кожей ощущаемое удовольствие, смешанное с брезгливостью к врагу, говорили сами за себя. Ну да, наивно было полагать, что драконы будут отлавливать браконьеров и доставлять их в тюрьму Мариса или Хашила для суда. Впрочем, не стихающий зов крови и меня превратил в кровожадное существо, огрызающееся по любому поводу.

Единственное, что меня успокаивало — это наша работа. Агрессивные и хитрые скиминокусы летом превращались в заботливых родителей. Гарпии не подпускали к детёнышам людей, поэтому все Крамаири общались с ними в истинной ипостаси и следили, чтобы я не приближалась к особо агрессивным особям. Но и для меня нашлось дело: нужно было искать места с сильными родниками, чтобы к середине лета у детёнышей был водопой, а ещё предупреждать о возможных лавинах.

Крамаири открылись для меня с совершенно новой, семейной стороны. Никогда бы не подумала, что девочки будут советоваться с Лисшу, Марком и Керром, как лучше обустраивать гнёзда. И хоть делали они одно и то же, но ощущалась их работа совершенно по-разному. Лисшу складывал гнёзда, будто погружаясь в болезненные, но тёплые воспоминания. Марк делал это с какой-то скрытой надеждой. А чувство вины Керра так больно било по сознанию, что приходилось телепатически от него отгораживаться.

Роду Крамаири всего шесть лет, и всё это время они изучали гарпий. Керр ещё перед Весенним балом подарил мне свой любимый справочник. Небольшой такой, около тысячи страниц. Таскать с собой этого книжного монстра, способного раскрошить даже троллий череп, было невозможно. Поэтому весь прошлый месяц я параллельно и читала учебник по гарпиям, и конспектировала наиболее важные и интересные сведения в отдельную тетрадь.

Атта, собирая мои сумки, предусмотрительно сунула туда и конспект по гарпиям. Поначалу я стеснялась в них подглядывать, но уже на второй день обедала в обнимку с тетрадью.

— Что читаешь? — спросил Керр, устраиваясь с миской каши напротив.

— Сравнение брачных ритуалов заризов и скиминокусов. У них разные условия, в которых нужно строить гнёзда, а мы делаем их совсем рядом. Почему?

Керр недоверчиво покосился на тетрадь, а затем протянул руку.

— Можно?

Я кивнула и передала Керру записи. Он осторожно перелистал страницы, вчитываясь в неровный почерк.

— Откуда ты это взяла?

— Ты сам мне дал почитать справочник по гарпиям. Толстый такой, помнишь?

— Помню. Не понимаю, зачем ты его переписываешь.

— Не переписываю, — надулась я. — Выписываю важное. То, что хочу запомнить. Это называется «конспект». Слышал о таком?

— Тебе что, нужно записать, чтобы запомнить?

— Ну да. А тебе нет?

— Нет. Дракон может запомнить всё, что когда-либо прочёл. Если, конечно, постарается.

— Жаль тебя огорчать, но у представителей других рас память работает чу-уть сложнее, — я вытащила из его рук конспект и аккуратно сложила в сумку.

— И много ты уже написала таких… конспектов?

— В Красте? Пару тетрадей.

— Вообще. Пока училась. В школе, потом в Академии, чтобы стать целителем.

— О, ну, тогда много.

Керр поднял голову. Серые глаза внимательно изучали меня. Под этим взглядом стало некомфортно, и я заёрзала.

— Почему ты так смотришь?

— Как?

— Будто я у тебя на глазах чешуёй покрылась и крылья отрастила.

— Это называется «смотреть с уважением». Слышала о таком?

Я смущённо спряталась в миске с кашей. Через несколько минут Керр сказал:

— Многое в поведении гарпий поменялось за эти полвека. Заризы, скиминокусы и даже пакатусы раньше жили в разных долинах. Но теперь предпочитают растить потомство вместе: только так они чувствуют себя в безопасности. Кто-то мешает им воспитывать детёнышей, спугивает с привычных гнездовий, крадёт яйца и даже детёнышей.

— Браконьеры?

Керр неопределённо пожал плечами.

— Не только. Драконы не вмешивались в это, нам последние полвека было не до чужих проблем. А теперь гарпии не доверяют нам. Вот, приходится исправляться.

Он сник, да так и продолжил есть, согнувшись над миской. Будто в одиночку нёс на плечах вину всех драконов Краста. Я поставила на землю свою недоеденную кашу и подсела к нему.

— Расскажи, какие они.

Керр посмотрел недоверчиво.

— Тебе правда интересно?

— Писать конспекты — это долго и нудно. Поэтому я конспектирую только то, что мне интересно, — призналась я.

Может, мне тогда и не были интересны гарпии. Просто захотелось чуть больше узнать о том, что важно для Керра.

За следующий час он не только научил меня понимать степень агрессивности скиминокусов, но и умудрился объяснить разницу в брачных играх пакатусов, заризов и нескольких других видов гарпий. К концу дня от всех этих деталей голова шла кругом, но Керр рассказывал только то, что важно для обустройства гнёзд, так что я быстро втянулась и уже на следующий день бегала по склонам, выискивая камни нужного размера и цвета.

За проведённую в Крастаре декаду Страх забился куда-то в дальний угол сознания: днём было много работы, а по вечерам я была настолько уставшей, что проваливалась в сон, как в бездонную яму.

Вокруг костра, жадно грызущего плохо горящие в высокогорье ветки, было тихо. Крамаири телепатически вели разговор, внимательно прислушиваясь к дыханию Иссы.

— Может, не надо? — Мариша нервно дёрнула хвостом.

— Времени мало, а она загоняет Страх. Потом не вытащим.

— Керр, это очень плохая идея, — отметил Мор.

— И вообще не смешная, — серьёзно кивнул Рик.

— Знаю. Есть получше?

Драконы растерянно молчали. Идеи были. Но на них не было времени.

Раст нервно сплетал и расплетал пальцы. Эта странная привычка, выработанная в человеческой ипостаси, смотрелась нелепо у массивного дракона, чьи золотисто-жёлтые когти отбрасывали блики от всполохов костра. Но даже задорная игра света не могла растворить мрак этой ночи.

— А если оставить всё, как есть? — неуверенно предложил Марк.

— О, ну конечно! — едко протянула Айра. — Кто бы сомневался, что именно ты предложишь поджать хвост!

Лисшу строго зашипел, призывая к порядку — первый звук, по-настоящему разбивший тишину ночи. Исса недовольно заворочалась, но лишь сильнее закуталась в куртку и уже через минуту вновь засопела.

— И всё равно: это неправильно, — твёрдо сказал Лисшу. — Я против.

— Я учту твоё мнение, Старший, — холодно ответил Керр. — Но решение за мной.

Атта тяжело вздохнула и поглубже закопалась в куртку. Не от холода — от ощущения мерзости.

— А если я не хочу?

— Тогда мне придётся Приказать.

Драконов — кого в человеческом, кого в истинном облике — передёрнуло. Род Крамаири был основан в частично активированном Круге: для полной активации не хватало мага Краста. Что-то во время ритуала пошло не так, и теперь каждый Приказ главы рода ощущался невероятной болью и ненавистью: к самим себе, к роду, к Красту. К проклятой Тени и Договору, который даже драконы не в силах нарушить.

Может, они и заслужили тот Договор. Хроники говорят, что всё было очень, очень непросто. И Старшие всегда рассказывали драконятам, что Договор с Тенью — это милость богов, давших зарвавшимся драконам шанс исправиться.

Больше трёх веков Круг существовал без мага. Краст ослаб, и драконье безумство больно ударило по общине. Красту нужен маг. Настолько сильный, насколько это возможно.

У мага Краста не должно быть слабостей. Потому что самая большая слабость Краста — это его маг.

— Хорошо. Пусть будет по-твоему.

Атта подошла к спящей Иссе и села рядом. Погладила по спине, делясь теплом со вздрагивающей от ночного холода человечкой. Атта медленно, глубоко задышала, настраиваясь на Иссу и её Страх. Затем наклонилась и что-то зашептала ей на ухо. Исса заворочалась, лицо, до того расслабленное сном, скривилось в гримасе брезгливости и ужаса.

На горящую ветку забралась саламандра. Огненный эфир гневно застрекотал, недовольный тревогой своей сестры, и уже собрался прыгнуть на вмешавшуюся в сон водного эфира драконицу. Но, увидев, что Исса успокаивается, скрылся в пламени костра.

Атта подошла к Керру, дрожащими руками взяла у него лист и карандаш и стала быстро писать. Это собственные страхи мы помним всю жизнь, а чужие вылетают из головы, словно ветер, играющий в прятки между вершинами Крастара. Атта протянула Керру исписанный корявым почерком лист.

— Спасибо.

— Иди ты… К мерхуну в задницу.

Глава 9. Степень разработанности темы

Спалось почему-то плохо. Обычно в горах меня не тревожили ни кошмары, ни обычные сны. Но в эту ночь память решила подкинуть картины прошлого. Страх, за декаду работы скрывшийся куда-то на край сознания, выпрямился во весь рост и снова начал хозяйничать в голове. Казалось, миску с утренней кашей мне протягивал не Лисшу, а тот, чей яд исполосовал мне спину несколько лет назад.

— Мы сегодня обратно, да?

— Не совсем, — уклончиво ответил Керр. — Нас ждут на полигоне.

Мы быстро собрали вещи и через несколько часов были на месте. Это был не самый большой полигон, где я побывала за эти полгода, зато из цирка открывался вид на Краст: до города было меньше получаса лёта.

Ребята закинули сумки в искусственную пещеру-укрытие и разбрелись по цирку. Мы с командиром устроились у ручья. Мне по-прежнему было сложно находиться рядом с Керром, но не хотелось обижать его своим напускным безразличием.

Лето окончательно вступило в свои права. Керр показал мне колосок:

— Дракон или гарпия?

Я рассмеялась.

— В Нире гадают: петушок или курочка. А в Академии — зомби или демон. Ну, пусть гарпия.

Керр улыбнулся и содрал с травинки колосья. Пучок получился низким и ровным.

— Угадала.

Он подсел на мой камень. Я зажмурилась, но не отодвинулась.

— Поговори со мной, — попросил он.

Задрала голову и посмотрела в безоблачное сине-голубое небо. Почему-то вспомнилось, как мы в приюте таскали пирожки с вишней, как раз в начале лета.

— В Нире сейчас собирают первый урожай вишен, — сказала я.

— Тех самых? Ярко-алых?

— Ага. Ты бывал там?

— Нет. Как-то не сложилось. Но про вишни слышал.

Я горько усмехнулась:

— Ну да, любой ребёнок знает про Нир три вещи: озёра, щеглы, вишни. А то, что нирские плантации кормят половину страны, причём отнюдь не вишнёвым вареньем — это так, мелочи.

Мы немного помолчали, прежде чем Керр ответил:

— Зато образ красивый. А почему щеглы?

— Из-за вишен. Щеглы весной садятся на деревья и трещат. Красные головы в белых цветах. Как будто на ветке сразу и цветок, и ягода. И летом тоже сидят, но тогда кажется, что дерево всё усыпано ягодами, а часть из них ещё и движется.

— Красиво, наверное. А они не едят ягоду?

— Не-а. Нирские — не едят. Мы даже вишню собираем вручную, без магии, чтобы птиц не тревожить. Оттого она и дорогая. Но мы на птиц не сердимся, наоборот, в вишнёвых садах огороды делаем. Щеглы всех жуков едят: и с деревьев, и с грядок.

— Ис?

Я повернула голову и столкнулась с ним почти нос к носу. Румянец на щеках и Страх в голове разгорелись одновременно.

— Да? — хрипло выдавила я.

— Я не щегол, но тоже могу есть жуков. Если мне на них показать. Что тебя тревожит?

Попыталась отвернуться, но он аккуратно придержал меня за плечо. Не принуждая, прося остаться и довериться.

Наверное, прошла целая вечность, прежде чем беспокойно гуляющие в голове мысли оформились в признание:

— Не понимаю, что со мной. Прошлые мои отношения были… Скажем так, не совсем удачными. И теперь я боюсь, что и с тобой будет так же.

— Твой Страх — он про это?

Я кивнула.

— Со мной что-то странное. Я боюсь повторения того, что было тогда, но сама будто жду, чтобы оно повторилось. Слежу за каждым твоим взглядом, пытаюсь угадать настроение. А потом пугаюсь и отгораживаюсь. Это почти как на одержимость. Я пыталась отвлечься, но получается плохо.

Керр задумался.

— Это может быть из-за первого Убеждения. Или так играет твой Страх. Я поищу в Хрониках об Убеждении эфиров и их полукровок.

— Спасибо.

— А может, — он притянул меня к себе. — Просто я тебе так сильно нравлюсь?

Я не хотела этого поцелуя, но Керр был настойчив. Когда я попыталась отстраниться, он не ослабил объятий.

— Керр, пусти.

— Почему?

— Не хочу. Не сейчас.

— Уверена?

Он повалил меня на траву и оказался сверху. Одной рукой придавил мои запястья к земле, а второй залез под рубашку.

— Керр, хватит, — жёстко сказала я.

— А ты останови, — томно шепнул он на ухо. — Или не хочешь? Никуда ты не денешься, я всегда буду частью тебя.

Одна эта фраза провалила меня в мерзкие воспоминания. Теперь вместо горячих ладоней Керра по коже скользили другие, влажные и липкие. Властные.

Вслед за прикосновениями я вспомнила дыхание. Взгляд. И голос. Опять этот мерхуний голос.

Я всегда буду рядом, куда бы ты ни пошла.

В ручье было много воды. Ей я и окатила этого полоумного. Их обоих.

Керр удивлённо охнул и откатился в сторону. Потом приподнялся на локте и оценил результат нашей незапланированной помывки.

— Надо будет организовать конкурс мокрых рубашек, — задумчиво протянул он, не отрывая от меня взгляда.

Я одним движением высушила себя, а освободившуюся воду швырнула ему в лицо. Керр закашлялся.

— Получилось, конечно, мокро, — заявил этот чешуйчатый, отплёвываясь, — но вариант рабочий. Надо бы повторить.

На всякий случай откатилась от него подальше, и уже с более безопасного расстояния спросила:

— Что повторить? Домогательства, которые мне не нравятся? Да что с тобой? Проклятие Марианы уже не действует, так что драконьим безумством не прикроешься.

— Ты о чём? — он изобразил саму невинность.

— Ты ко мне приставал.

— Разве?

— Да, мерхунов хвост даю на отсечение! Или драконий, зависит от твоих показаний. Так какого шкыра?

Керр на секунду перешёл в теневую форму, высвобождая тепло истинной ипостаси и высушивая одежду. Спокойно встал и протянул мне руку:

— Иногда, чтобы победить Страх, надо посмотреть ему в лицо.

Ну ашкыреть урок философии.

— Ты что, опыты на мне ставишь? Типа сломаюсь или нет?

— Я пытаюсь помочь. Делаю, что могу.

Он произнёс это спокойно, без тени насмешки. И эта его уверенность в своей правоте меня взбесила:

— Вот только я об этом не просила! И вообще, как ты узнал, что говорить? Ты что, залез ко мне в голову? Или Дар рассказал?

— Даршмир тут ни при чём. — Керр задумчиво посмотрел на небо. — У нас гости. И, похоже, им нужен целитель.

Я подняла глаза и увидела трёх драконов: два серых, один желто-зелёный. Вроде не ранены, но летели тяжело. Странно.

Керр почти бежал к пещере. Я едва поспевала за ним, на ходу перебирая чётки Даршмира, чтобы успокоиться. Если Керр думает, что я забуду про его выходку с приставанием — он мерхун как ошибается! Вот разберёмся с делами и накручу ему хвост. Вокруг шеи, ага.

У входа уже принимали человеческий облик Даршмир, Ташисс и Асш Лирт. Никак не запомню полное имя главы клана лекарей: там какая-то безумная комбинация свистяще-шипящих. Гримт и Крам выглядели уставшими, но всё равно умудрились сменить ипостась, не уронив сумки. А вот Лирт едва держался на ногах.

— Исса, поможешь? — с надеждой спросил Ташисс.

— Чем смогу.

Мы усадили Асша у входа в пещеру, и я всмотрелась в ауру. Не как у Керра после Убеждения, но очень похоже: она была сильно потрёпана и плохо держала энергию. Несколько минут я запаивала и сплетала самые крупные каналы, на мелкие концентрации всё ещё не хватало. Шкырово Убеждение, когда же я восстановлюсь?

— Пока только так. Теперь подпитывайте.

— Не можем. Нам нельзя.

Я подняла гневный взгляд на Ташисса. Использовали Убеждение на главе клана?

— Что вы…

— Мы — ничего, — отрезал он. — Это всё Круг. Нам нельзя ему помогать.

— Тогда тащите в воду.

Мы аккуратно отнесли Асша к небольшой заводи. Дар с Ташем придерживали голову и плечи. Я окунулась в ледяную воду, приветствуя родную стихию, и лишь затем попросила о помощи. Забирала энергию у воды, пропускала через себя и отдавала Лирту, как делала это с Керром. Но Асш не был так истощён, так что уже через час выглядел не ужасно, а просто плохо. В общем, как главы кланов разведчиков. Мы вернулись в пещеру, как раз когда Лисшу раскладывал по мискам кашу.

— Можно узнать, что случилось? — спокойным тоном спросила я, но никто, похоже, в моё безразличие не поверил.

— Чистка всем даётся нелегко, — Дар неопределённо пожал плечами. — Можно сказать, отделались малой кровью.

— Сколько? — лицо Керра окаменело.

— Двадцать два к Старшим и Предкам, — ответил Дар. —Четверых забрал Круг. Двух ваших и по одному от меня и Асша.

Керр настороженно посмотрел на отца, но, уловив в его взгляде что-то, понятное лишь ему, облегчённо выдохнул.

— Иссина, у Малого Совета есть к вам просьба, — спокойно, даже ласково сказал Ташисс. — Но мы должны быть уверены, что это останется в тайне.

Ну кто бы сомневался. Я криво усмехнулась.

— Клятва на крови подойдёт?

Таш с Даром удивлённо кивнули. Не ожидали, что так быстро соглашусь? А, неважно. Так надоели эти недосказанности, что уже всё равно. Нужные слова были произнесены, и костёр принял несколько капель моей крови. Ну же, чешуйчатые любители секретов, давайте, удивляйте. Тайные родственные связи, братоубийство, течение о «чистоте крови» — что на этот раз?

Крамаири заняли свои привычные места: кто поближе к костру, а кто в углу или у стены. Они выглядели взволнованными, но по-разному. Близнецы и Айра были похожи на ожидающих подарков детей. Керр, Раст и Атта заметно нервничали.

Главы кланов остались стоять у входа. Ташисс извлёк из сумки небольшой сундук и поставил на ближайший камень. Быстро снял замки и открыл.

— Смотри, но не трогай, — он сделал приглашающий жест.

В сундуке на бархатной ткани лежали кристаллы. Небольшие, разной, неправильной формы. Каждый в своей выемке, подогнанной под него. Девять штук, и все серые.

— Что это за камни?

— Турмалины, кварц. Это важно?

— Просто спросила, — я неопределённо пожала плечами.

Никогда не испытывала интереса к кристаллам, но то, как спокойно отвечал на мои вопросы глава клана разведчиков, настораживало.

Таш жестом попросил отойти от камней и повернулся к Крамаири:

— Кто первый?

— Давайте я, — Лисшу поднялся и стал разминать плечи и шею. — Сколько я его не брал, лет двести?

— Двести пятнадцать.

Размеренным шагом Лисшу подошёл к сундуку и не глядя вытащил камень. Крепко сжал в ладони, что-то невнятно пробормотал, а затем подошёл ко мне. Походка казалась чуть тяжелее, чем обычно. Он выжидательно замер, давая себя рассмотреть.

Передо мной стоял Лисшу. Те же тёмные волосы с сединой на висках. Серые, чуть выцветшие глаза. Было сложно сосредоточиться на его лице: казалось, стоит отвести взгляд — и оно сотрётся из памяти.

Кристалл помогает разведчику оставаться неузнанным? А что, удобно.

— Очень ненавязчивая маскировка. Тонкая работа, — не скрывая восхищения, призналась я. — Вот только…

«Вот только бесполезная, потому что драконов выдаёт их магический фон» — хотела сказать я. Но осеклась на полуслове.

Потому что от Лисшу не фонило.

Он больше не был источником маны. Аура стоявшего передо мной существа могла принадлежать как человеку, так и полукровке со слабым, неразвитым магическим даром. Но точно не дракону.

Лисшу не ощущался драконом. Вообще.

— Рот закрой, а то дракон залетит, — посоветовала Айра.

— Ашкыреть, — только и смогла выдавить я.

Подошла к сундуку и ещё раз взглянула на камни. У большинства Крамов глаза серые, значит, серые камни — дар Предков клана разведчиков. Десять Крамаири, девять камней. Наверное, у Ашара нет кристалла: он сменил клан всего пару лет назад.

Драконы никогда не покидают общину без необходимости. Драконы не лезут в дела королевства. И уж тем более не суются в столицу, полную магов, голодных до живых источников маны.

Или?..

— Ташисс Крам, — я не отрывала от него взгляда. — Скажите, что это единственные кристаллы, позволяющие драконам скрываться от людей. Что их всего девять.

Ташисс был спокоен и вежлив. Но с каждым его словом меня охватывал не страх, нет — отчаяние и горечь. Потому что драконы не врут.

— В клане Крам около двух сотен камней, и часть из них сейчас вне Краста.

Дар встал рядом с Ташем.

— У Гримтов примерно столько же.

— И что вы хотите от меня?

Даршмир от моего ледяного тона недовольно поморщился. Таш заметно напрягся и вновь жестом предложил отойти от сундука.

— Керрим.

Глава рода Крамаири подходил к сундуку медленно. Так приговорённый идёт на виселицу.

Керр взял свой камень, задумчиво покрутил меж пальцев, но всё же сжал в ладони. Я переключилась на восприятие ауры: хотелось поймать момент, когда дракон перестаёт быть собой.

Но вместо маскировки ауры увидела, как кристалл разъедает её изнутри, корёжит, выламывает каналы.

Керр шёл ко мне шатко, тяжело. Казалось, с каждым шагом он проваливался в камни пещеры, словно в песок. Меньше чем за минуту лицо осунулось и побледнело. Он с трудом фокусировал взгляд.

— Ну всё, хватит. Отдай, — Таш подставил сыну плечо.

— Я сам могу положить свой кристалл, — прохрипел Керр.

— Ты и сто лет назад с трудом держал его, а уж сейчас… Тебе надо перелинять.

— Керру нужна линька? — Я помогла разжать Керру пальцы и аккуратно положила камень на место.

— Да уже полвека как нужна, — проворчал Ташисс. — Но, поверь, и до этого было немногим лучше.

— Жизнь с кристаллом всем даётся нелегко, — пояснил Гримт. — Кто-то, как Мор и Рик, живёт с ними по много лет, но потом подолгу отсыпается. А кто-то, как Керр, не может даже нормально настроиться на камень. Больше половины в контакте с кристаллом не способны к телепатии.

— Многие разведчики готовы уйти к людям, но не могут из-за проблем с кристаллами, — пояснил Лирт. — Они что-то делают с аурой, но наши лекари не могут найти решение. Ты хорошо работаешь с нашей аурой. Керра, вот, за декаду на ноги поставила…

Итак, драконам нужна моя помощь. И не кому-нибудь, а сразу двум кланам разведчиков. А если я откажусь помогать им шпионить за людьми, меня почти наверняка убьют. Чудесно, просто чудесно!

— Как удачно, что я недавно прошла проверку в Ковене, да, командир? — я холодно посмотрела на Керра, постепенно приходившего в себя. Перевела взгляд на Таша и Дара. — Пакт о Вольных городах на меня не распространяется. Официально я подданная Озза и короны. Вы понимаете, что я обязана сообщить о шпионаже, о маскирующих кристаллах?

— Ты поклялась на крови.

— И теперь одна из клятв разорвёт меня прямо на проверке: либо ваша, либо присяга Ковену. Вот спасибо!

— Следующая проверка только через пять лет, — напомнил Даршмир. — За это время многое изменится. Давайте решать проблемы по мере их поступления.

Я тихо выругалась и привычным движением стала перебирать чётки. Ну не объяснять же ему, что я маг крови, и ближайшая проверка в Ковене уже через год? Только не сейчас, не так. Кстати, то, что хотят от меня драконы, обычному целителю, скорее всего, не под силу.

— Исса, мы не ждём, что ты разберёшься с этим быстро. Но будем рады любой помощи.

Я не слушала Лирта: разглядывала ауры близнецов, с разрешения Таша взявших свои кристаллы. Мор и Рик сроднились с камнями за считанные секунды. Казалось, они даже получали от этого удовольствие. Я стала размышлять, что можно сделать с аурой. Из действенных вариантов были только жуткие и запрещённые техники. Но Керр такого не выдержит, по крайней мере сейчас. Но именно ауру Керра я знала лучше всего: почти декаду распутывала её после применённого на нём Убеждения.

— Я помогу. Но есть условия.

— Даже так, — фыркнул Гримт. — И что же ты хочешь, ket?

Удивительно, но Даршмир говорил это своё «ket» почти ласково. Хотя наверняка это ругательство.

— «Ket» значит девчонка. Но Дар говорит это на полтона теплее, чем положено, — пояснил Грандимир.

Точно. У драконов значение слова зависит ещё и от температуры. Вот только как они определяют температуру слов?

— Для этого нужно быть драконом, — снисходительно пояснил Гранд.

Я глубоко вздохнула и подошла к главам кланов.

— Я начну с Керра. Но только после того, как он перелиняет.

— Идёт, — Ташисс кивнул.

— Я пока не могу. У нас летние вылеты, — напомнил Керр.

— Вот тебе и мотивация побыстрее перелинять, — хмыкнул Крам. — Следующий вылет отряда разрешаю только с перелинявшим командиром.

Керр тихо выдохнул сквозь зубы, но спорить не стал.

— Что-то ещё?

Я встала напротив Ташисса так, чтобы меня было видно Гримту и Лирту.

— Вы не будете спрашивать, что я делаю и как. Не будете спрашивать Крамаири и других драконов, которых отправите ко мне. Не будете никаким образом пытаться узнать, как именно я сроднила кристалл с драконом. Никаких допросов, Страха, Убеждения, слежки, подкупа, привлечения не-драконов. Ни-че-го.

Ташисс смотрел на меня сверху вниз, не отводя взгляда. Он был похож на восточную рысь: такой же опасный и непредсказуемый. Рядом с ним я была охотником, растратившим все стрелы и потерявшим последний кинжал. Ещё секунда — и он оторвёт мне голову, а я ничего не смогу ему противопоставить.

Даршмир же был невероятно похож на лиса из нирских сказок: того, который легко обманет, но ответной лжи не простит. Если рысь не успеет отгрызть мне голову — лис оторвёт ноги, но уйти не даст.

А Асш… Он просто ждал решения двух хищников. Этакая долинная цапля — та самая, которая вместо лягушек питается падалью. Если рысь и лиса всё же решат сожрать меня, он полакомится останками.

— Я должен доверить тебе жизнь и здоровье своего сына, но не имею права даже пытаться узнать, что ты будешь с ним делать. Верно я тебя понял? — спросил Ташисс.

— Верно. Или так, или никак.

Я протянула дракону руку. Он пожал её без колебаний.

— Договорились.

— Ну, раз так, — Керр усмехнулся. — Давай познакомлю тебя с отрядом Крамаири, госпожа магесса.

Я удивлённо посмотрела на Керра и ребят. Первым ко мне подошёл Лисшу. Он всё ещё держал свой кристалл, и черты лица упорно ускользали от моего взгляда.

— Лисшуисс Крамаири, урождённый Крамарис, — представил дядю Керр. — Пятьсот лет в разведке Краста, из них больше двухсот — на заданиях.

— Нам с Мусшу приходилось подолгу отсыпаться, — виновато пояснил он.

— Выполнял задания на территориях гномов и троллей, на северо-западе Оззского королевства и в столице, — продолжил Керр. — Полвека назад на спор одолел тролля в рукопашную.

— Неправда, я на самом деле старый, беспомощный и очень мирный!

— Но на тренировках уделываешь и Раста с Марком, и даже некоторых Мортов, — возразил Таш.

Лисшу только хмыкнул и протянул мне руку. Я пыталась сосредоточиться на чертах лица, заметить характерные для уже знакомого мне Старшего Крамаири движения — безуспешно.

Я пожала руку этому, другому Лисшу. И только тогда осознала масштабы вранья, в которое сама себя загнала.

Никто никогда не скрывал от меня, что Крамы и Гримты разведчики. Но война Полукровок закончилась больше двух веков назад. Все расы, кроме гномов, присягнули Оззу, пусть и сохранив частичную независимость в качестве Вольных городов. Но я и помыслить не могла, что драконы развернули в Оззе полноценную шпионскую сеть. Мы же одно государство: Озз и равнины, степи орков, долины вампиров, острова дриад и троллей, общины драконов. Или нет?

Ко мне подошёл Раст.

— Растшисс Крамаири, урождённый Крамсис. Семьдесят два года на заданиях. В основном западные земли и степи орков.

— И как такого большого мальчика взяли в шпионы? — съехидничала я, пожимая руку нашему светловолосому громиле.

— Он устраивает отличные пожары, — пояснил Таш. — Кровь Мортов берёт своё.

Клан воинов славится мощным пламенем? Надо запомнить.

— Я тоже пожары делал! — обиженно возразил Марк. — Помнишь корабли у островов дриад, лет восемь назад? Это был я, — похвастался наш темноволосый великан, пожимая мне руку.

Я округлила глаза.

— Десяток кораблей, контрабандой провозивших на острова дриад артефакты и сгоревших дотла — твоя работа?!

— Ну, я был не один, — смущённо пояснил Марк. — И артефакты там были непростые. Но зато как полыхало, ты бы видела!

— Тоже мне, горячие парни, — съязвила подошедшая Айра. Лицо блондинистой язвы тоже расплывалось, но голос был хорошо узнаваем.

— У Айраишссы редкий дар, — пояснил Даршмир. — Даже среди Мортов немногие могут повелевать пламенем в человеческом облике.

Айра протянула мне объятую огнём ладонь. Я подождала, пока пламя стихнет, и лишь затем пожала её.

— И как же среди Крамаири оказалось столько потомков Мортов?

— Все они родились Крамами, — пояснил Ташисс. — Мы спокойно относимся к бракам между кланами. Раст рос вместе с Керром, Марк — с Маришей.

— А Айру мы затащили, — пояснил один из близнецов и подмигнул мне.

Шутил обычно Рик, но из-за кристаллов и без того невероятно похожие близнецы казались необычной двоящейся галлюцинацией.

— Это как? — я недоумённо подняла бровь и наклонила голову.

— Даже не вздумай! — прошипела Айра. Схватила Рика за рукав мгновенно загоревшейся куртки, но было поздно. За брата ответил Мор:

— А мы в неё влюбились, оба. Она перед нами хвостом крутила, а выбирать не хотела. Вот мы и заявили, что она не то что семейный статус — род сменить боится.

Я покосилась на Ашара, который едва сдерживал смех. Похоже, он эту историю знал. Но делал вид, что не в курсе, чтобы не расстраивать Айру.

— Близнецы у нас — почти легенда. Сто два года на заданиях. Побили наш с Ташем рекорд, гады, — по-доброму проворчал Дар.

— В смысле — рекорд? Лисшу с Мусшу были на заданиях в два раза дольше? — спросила я.

— Да, но Лисшу и Мусшу отсыпались между миссиями, а они — нет, — ответил Таш. — Равнины, степи, острова дриад и троллей. Даже на континент эльфов их два раза посылал — всё без толку: они умеют только есть и разносить трактиры. Одна из лучших групп прикрытия.

После близнецов подошла Мариша. Заплела волосы в необычную косу. Подбоченилась, сморщила нос и дала получше себя рассмотреть.

— Ну, неужели и сейчас не узнаешь? — проворчала она. Я лишь пожала плечами. — Ну присядь тогда, чтобы быть пониже, как в детстве.

Я присела на корточки и узнала её сразу, с полувзгляда. Ей не хватало тёмно-синей юбки и белого, измазанного мукой и вареньем фартука. А ещё — запаха пирожков с начинкой из нирских вишен.

— Ты! — восхищённо выдохнула я. — Ворчливая Эмма — это ты! Ты держала пекарню на краю города, рядом с приютом. А мы у тебя пирожки таскали, — я виновато потупила взор.

— Ты же не думаешь, что я этого не замечала? — Мариша подмигнула и протянула руку. — Вы, конечно, были те ещё демонята. Зато всегда знали, что происходит в городе. С тем заданием мне повезло.

Не знаю, что именно выдало Атту: неуверенная походка, безуспешные попытки поправить волосы или то, что она решила подойти последней. Вряд ли Даршмир, который смотрел на неё почти как на остальных. Скорее уж янтарные чётки, намотанные на моё запястье: при рукопожатии несколько шариков чуть потеплели, почувствовав родную кровь.

За несколько мгновений пазл сложился, причём невероятно легко и ровно. Я со всей силы сжала ладонь драконицы.

— Аттами…

— О, она не нуждается в представлении, — перебила Ташисса я. — У нашей кареглазой Атты — редкий дар. Она чует чужие Страхи. Дядя предлагал ей развить дар, но она отказалась: не хотела идти по стопам деда. Как мило, что у Драгшера Гримта, погибшего за чистоту драконьей крови, такая красивая внучка.

С каждым словом в моём голосе становилось всё больше злобы и горечи. Атта попыталась прервать рукопожатие, но я лишь усилила хватку, вкладывая в это движение всю свою обиду и гнев.

— Но дар ты всё же развила: Лешми помогла. Сколько вы вместе проработали, лет десять, двадцать? — я притянула Атту ближе и посмотрела ей в глаза. — И как ты узнала про мой Страх?

— Двадцать семь лет. Я вижу Страх через сны.

Так вот откуда эти кошмары прошлой ночью. Ашкыреть как здорово!

На Атту было больно смотреть: губы мелко подрагивали, она с трудом сдерживала слёзы. Я брезгливо отдёрнула руку.

— Вот она какая — драконья дружба, — выплюнула я.

— Исса, — окликнул Керр. — Это я ей приказал.

— Ой, только не надо врать! — прикрикнул Дар. — Приказа не было, мы же видим. Она сама на это пошла. Аттами, такого я от тебя не ожидал.

Я не слышала ворчание Дара, затянувшего лекцию об опасности игр с чужими Страхами. Не видела, как Ташисс прожигал Керра гневным взглядом, телепатически отчитывая его. В одну секунду я стала слепа и глуха ко всему вокруг. Села, где стояла, обхватила руками голову. Сил не было даже плакать.

Правда — ложь. Правда — ложь. Ложь — правда.

Как маятник у часов — вот на что похожа драконья честность.

Молчать о безумстве, пока гостью не станет домогаться помешанный дракон? Да не проблема.

Подчинить тело не-дракона, чтобы спасти, или просто ради забавы? Да хоть два раза!

Полгода притворяться, что понятия не имеете, как скрываться от магов, когда уже много веков используете для этого кристаллы Предков? Мы честные драконы, даже лица свои при этом скрывать не будем!

Залезть в сны мага Краста, чтобы вызнать страхи, которые сами же перед этим и нагнали из глубин памяти? Наше любимое занятие!

Мерхуновы драконы. Ненавижу!

Я встала, накинула мелькет и вышла из пещеры.

— Слушайте, мне тут это… В Гнездо, в общем, надо. Ещё увидимся, — Асш кивнул Гримту и Краму и вышел из пещеры.

Ташисс окинул тяжёлым взглядом род Крамаири. Ещё раз посмотрел на сына, до крови прикусившего губу. Встретился взглядом с Даром и одновременно с ним выдал:

— Вот же cretino.

Крамаири промолчали. Все, кроме Лисшу:

— А, по-моему, всё не так уж плохо.

— Ах да! — язвительно протянул Таш. — Передай Мусшу, что его идея рассказать ей о маскировке произвела невероятный эффект! Впрочем, впечатлений у Иссы и без того хватало, верно? — он недовольно покосился на Атту. Одной лекции от Дара недостаточно, придётся и Ташу с ней поговорить.

— Я тоже пойду, — Даршмир по-кошачьи потянулся. — Покажу нашей ледяной леди тропу до Краста. Вряд ли она сегодня захочет летать на драконе.

— Я поговорю с ней, — дёрнулся было Керр. Но Таш остановил его.

— Обязательно поговоришь, но позже. Сначала разберёмся с твоим родом.

Даршмир спокойно подошёл к Иссе, стоявшей над обрывом и задумчиво перебирающей чётки. На последних шагах специально ступал тяжелее, чем привык: чтобы шорохом камней предупредить о приближении. Недоверчиво покосился на руку, державшую янтарные бусы над пропастью.

— Знаешь, это ведь камни моих Предков. И я бы очень не хотел, чтобы они падали так высоко.

Исса скептически покосилась на Дара, хмыкнула и убрала чётки в карман.

— Что, так просто? Сунешь в карман десяток незнакомых драконов?

— Драконом больше, драконом меньше, — она флегматично пожала плечами.

Дар немного помолчал, прежде чем продолжить. Нет, слова нашлись сразу, но произнести их было нелегко: он уже давно разучился просить.

— Исса, тебе нужно простить Атту. Она сделала глупость, и сейчас тебе больно. Но ты маг Краста, пусть и не полностью. Не простишь Атту ты — не простит и Круг.

Магесса накинула капюшон, засунула руки в карманы мелькета и лишь затем повернулась. Дар только хмыкнул: сколько бы человечка ни пыталась скрыть свои чувства, такую обиду учует любой дракон.

— И как же он её накажет?

— Какая ты стала кровожадная… Не знаю. Но я буду молить богов, чтобы ты её простила.

— Я думала, драконы не поклоняются богам: не видела ни одного храма ни в Красте, ни в Марисе, — она склонила голову набок. Дар был готов поклясться, что одна из бровей, скрытых сейчас под капюшоном, была приподнята.

— Именно так. Но я буду молиться.

Исса тяжело вздохнула.

— Хорошо. Знаешь, я уже почти привыкла, что вы во всё вкладываете двойной смысл, что постоянно недоговариваете. Просто…

— Просто неприятно, когда тот, кого пытаются обмануть — это ты.

Исса кивнула. Дар понимающе хмыкнул и подошёл ближе. Положил руку на плечо, отодвинул всегда неловкую магичку подальше от края обрыва и показал на каменную осыпь сбоку.

— Видишь тропу? Не сходи с неё — часа через четыре будешь в городе.

— Твоих часа четыре или моих?

— Твоих. Я дойду за два. Горы, свежий воздух — что ещё нужно, чтобы проветрить голову?

— Спасибо. А то я им сейчас такого наговорю…

— Вот и не надо. Погуляй по городу, если будет настроение: как раз будешь там к вечеру. А потом возвращайся. К Мусшу, в башню Крамаири, к Делине — куда захочешь.

— Но не в Гнездо, — холодно сказала Исса, потирая обожжённую руку.

— Мы многое сделали за эту декаду. После Чистки никто и в Гнезде тебя не тронет.

— Но и помогать не будет, верно? И в городе, наверное, так же.

— Дай им время к тебе привыкнуть. Драконы — жуткие консерваторы.

Даршмир ещё немного постоял, пока Исса выбиралась на тропу. Убедился, что она точно видит разницу между устойчивыми камнями и осыпью, и лишь затем окликнул:

— Только, чур, без глупостей. Ты обещала.

— Помню.

— Ну, и зачем вы к ней полезли?

— Она стала загонять Страх.

— Не тебе решать, как ей жить со своими страхами. Или ты не согласен?

Керр недовольно скривился. Ташиссу такая реакция не понравилась.

— Она-то разберётся, вот только вам нужно не это. Вам нужен маг Краста.

— Он нужен нам, Керр. Всем нам. Время, правда, поджимает.

— Вот именно, — Керр подошёл к Ташу и заглянул ему в глаза. — Мы все знаем, что случается с теми, кто оказывается «недостаточно хорошим» магом Краста. Я не хочу, чтобы это случилось с ней.

Таш не стал отводить взгляда, лишь криво улыбнулся.

— Если будешь действовать так грубо — потеряешь её.

— Пусть так. Но она будет жива.

Крам покачал головой.

— Боюсь, в этот раз всё сложнее. Давай так: Малый Совет займётся магом Краста, а ты — своей hav’er ark’hev. Но сначала перелиняешь.

Керр с надеждой посмотрел на Таша, но тот лишь строго пояснил:

— Ты стал совершать ошибки. И вредишь этим своему роду и Иссе. Больше тянуть нельзя. Я предупрежу Таю, она будет ждать в Гнезде через декаду.

Керр привычным мягким шагом переступал с камня на камень. Всё-таки отец прав: пешие прогулки помогают привести мысли в порядок. И чего он полез к Иссе?

Мерхунова линька. Тёплый сезон в горах короткий. Керр так надеялся за это лето найти причину тревог скиминокусов. А тут эта Лешми со своими претензиями. Да ещё и линька. Как не вовремя.

Мариша догнала его почти у самого леса.

— Керр, погоди! Можно с тобой?

Он задумчиво посмотрел на Маришу и кивнул. Она никогда не лезла с советами, но всегда была рядом, когда это нужно. Как старшая сестра или мама. Хотя нет, как раз на Таю Мариша была совсем не похожа.

Шли молча. Тропа вела через хвойный лес, наполненный щебетом птиц и шорохами мелкого зверья. Исса, наверное, и половины этих звуков не различала, когда проходила здесь пару часов назад. Зато она замечала что-то другое, то, что откликалось ей. Может, ярче слышала шум водопада в сотне саженей слева, или ворчала на летнюю засуху, из-за которой земля, плохо удерживаемая корнями деревьев, осыпалась под ногами даже на тропе. И уж точно любительница вкусно поесть слышала запах местной сдобы, который обычно поднимался в горы вместе с печным дымом.

И которого, кстати, сейчас почему-то не было. Как и других запахов.

Как и запаха девушки, прошедшей здесь совсем недавно.

Драконы остановились.

— Керр? Запахов нет.

— Ага.

Он прислушался к магическому фону, как учила на тренировках Исса. Тут недавно кто-то колдовал, совсем близко. Жаль, драконы не умеют чувствовать каркасы заклинаний. Зато можно примерно понять, где активировали заклятие.

— Били по площади. Что-то слабое. Не оглушающее, наверное, просто маскировка. И сбоку от тропы — точечный телепорт.

— Исса?

— Нет, — Керр качнул головой. — Она прошла раньше. Кто-то отсекает нас от неё.

Он мысленно потянулся к Лисшу, но наткнулся на невидимую стену. Мариша тоже не смогла ни с кем связаться.

— Мариша, есть идеи, куда Исса пойдёт в городе?

— Да куда угодно, — она хмыкнула и скрестила руки на груди. — Но точно не туда, где мы будем её искать. Она не в том настроении, чтобы общаться с драконами.

— Может, к Бьянке? — предположил Керр.

— Она не так хорошо дружит с гномихой, чтобы идти к ней плакаться. Да Исса вообще ни к кому не ходит плакаться, — немного подумав, Мариша добавила: — Тогда, наверное, просто будет шататься по городу. Если есть деньги, зайдёт к Нииму за травами.

— Понял. Возвращайся к нашим. Скажи Ташу и Лисшу, что у нас гости. Я найду Иссу.

Мариша стала возвращаться по тропе вверх, чтобы обернуться на открытом месте, не ломая деревья. Керр зашагал вниз в прежнем темпе, то и дело прислушиваясь и проверяя якорь, связывающий его с Иссой. Она где-то близко, но тревожить магическую связь он не решился: слишком тонка эта нить и слишком не похожа на понятную драконам hav’er ark’hev.

— Ох, Исса, во что же мы опять влезли? — прошептал Керр.