Репка 2. Колобок-Попаданец

Глава 1. Попадание Колобка

Я в первой жизни был продажник,

И подогретый вёл прозвон,

И мог бы быть, возможно, даже

До нач отдела возведён,

Однако в целом лысым скуфом

Был сорок взрослой жизни лет,

И был единственным мне пруфом

В компе домашнем интернет.

Но в глубине души мятежной

Мечтал о подвигах и славе,

О битвах и любови нежной

В средневековом чистом нраве!

И вот, когда КАМАЗ на "красный"

Промчался, сбив меня с пути,

Я был готов: то шанс прекрасный!

Давай, душа, вперёд лети!

Моя история печальна.

Я так хотел спасти Россию

И от татар, и к изначальной

Вернуть Руси. Почти мессией

Я стать мечтал для наших предков,

Но не сбылося то пока.

Да, я попал, и в целом метко

По времени... Но в Колобка.

Моё сознание вернулось,

Когда остыл я на окне,

И осознание проснулось,

Что не свезло тут с телом мне!

Я б даже был готов холопом

Очнуться, даже батраком,

Но были б ноги, торс и попа,

И в целом чтобы мужиком,

Но Колобок!? Такой подставы

Признаться, я не ожидал.

Верните мня обратно, право,

Я б руку правую отдал!

А, впрочем, нету даже левой,

Как нету ног, и что меж них...

Да я б согласен быть и девой,

Коль выбор бы такой возник.

Но прочь уныние и слабость!

Россию слабый не спасёт!

Сейчас грозят мне дед и баба,

И я уйду от них. Вперёд!

Глава 2. Колобок встречает Мыша

Я свалил от бабки с дедом

И могу теперь себе

Эту первую победу

Отпечатать на судьбе.

Покатился по тропе я,

Кувыркаясь через лоб,

Утро ночи мудренее,

От врагов спастися чтоб.

Как закончилося поле,

Закатился в березняк,

Затаиться тута что ли?

Нет, пожалуй, что никак.

Покатился вглубь лесную

По черничнику тайком.

Вижу морду вдруг косую:

Повстречался я с зайком.

Заяц молвит по сюжету,

Мол, сожру тебя, чувак!

Твоё шествие по свету

Завершится просто так!

Я же, будто на рэп-баттл

Завожу речитатив:

Я от деда и от бабы

Убежал, таков ретив!

И от рожи косорылой

От твоей я укачу,

Потому как, зайка милый,

Быть я жранным не хочу!

С тем рванул я под кустами

Мимо зайца по листве,

Тот за мной, но был волками

Пойман за уши в траве.

Я был тоже остановлен

Волком серым, что спросил:

Ты откуда круглый, словно

Тебя кто-то закруглил?

Отвечаю: я от бабы

И от деда убежал,

И от зайца тоже, кабы

Ты меня б не задержал!

Но напрасно пасть разинул,

Серый, душную свою!

Я тебя уже покинул,

Чао, бамбино, и адью!

С тем рванул я под кустами,

Волк же голод утолил

Зайцем, и остался там, и

Вслед за мной не поспешил.

Углубился я в чащобу,

Лес сомкнулся надо мной,

Надо двигаться мне, чтобы

Не остаться под сосной!

Тут навстречу косолапый

Бурый старый русский Миш!

Протянул ко мне он лапы...

Но прервал медведя... Мыш!

Мелкий Мыш, но не обычный:

Продвигается рывком,

И медведю околично

Вышибает дух пинком!

Так мы с ним и подружились,

Он поведал мне, что шёл

По следам Параши милой,

Что разбойник в плен увёл.

И пошли мы с ним по следу

Вместе, мне ведь все равно,

Мне ни к бабе и ни к деду

Воротиться не дано.

Глава 3. Колобок выбирает себе имя

Пока шли мы по траве,

Я профит нашёл и в том,

Что в одной лишь голове

Концентрирован - во всём

Своём теле Колобка,

Не имея рук и ног,

Я могу умом слегка

За реальности порог

Заглянуть, как в Интернет,

И оттуда почерпнуть

Все, чего на свете нет -

Так и лазил там весь путь.

И, статью я там читая

Прям на сайте новостном,

Понял: больше не желаю

Называться Колобком!

Колей тоже не с руки:

Я ж не царь ещё пока.

Ник судьба мне прореки

Чтоб заместо Колобка!

Может имя Колоброд

Написать мне в паспортец?

Арагорн так звался вродь

В книжке Властелин Колец!

Или может Коловрат?

Был Евпатий там такой,

Тоже Русь спасать был рад

Своей сильною рукой.

Тьфу. Руки то ведь и нет,

Как нема ведь и ноги.

Ну-ка, сука, интернет,

Выбрать имя помоги!

Коля! - крикнул тут мне Мыш,

Догоняя кое как, -

Ну куда ты так спешишь,

Покатился как мудак!

Я не Коля, отвечаю,

Ибо это имя влом бо,

Мыш, запомни, я желаю

Чтоб ты звал меня Коломбо!

Да, ребята, вспомнил тут

Этот старый сериал,

Сыщик был реально крут,

Чётко мысли развивал!

Ну а мне ведь самый смак -

Мыслью жечь сердца людей,

Ибо больше я никак

Не могу ведь стать сильней.

Глава 4. В гостях у Бабы Яги

У затеи Мыша по возврату Параши

Есть изъян, что успеху грозит:

Информации мало для поисков наших,

Тут большой на неё дефицит.

Я катился и думал, и думал об этом,

Как нам не ошибиться в пути?

И очнулся лишь в чаще: ни зги, ни привета,

И никак нам вперед не пройти.

Вдруг увидели свет в одиноком оконце

У избы, что на курьих ногах.

А уж ночь, закатилось уж ясное солнце,

И ссыкотно маленько, ага.

Но потом я просёк, что у бабки, что в этой

Колченогой избушке живёт,

Артефакт ведь иметься должон по сюжету,

Что искомое в мире найдёт.

Иль клубок, что ведёт, будто нить Ариадны,

Иль тарелка и яблочко с ней,

Или просто пусть скажет, куда - то и ладно,

С направлением путь веселей.

Бабка нас приняла (с Мышем шутки ведь плохи)

Да накрыла нам ужин на стол,

Я же думал, как выудить нам с неё крохи

Информации, вот в чем прикол.

Говорю: бабуленция, есть у нас мненье,

Что имеете блюдечко вы,

По которому можно вести наблюденье

За объектами из головы.

Полагаю, что блюдечко это храните

Вы в подвале избушки своей,

Вон, веревка на шее у вас, посмотрите:

Знать, то ключик с подвала дверей.

Угадал я, представьте, хотя наудачу

Я про ключик и блюдце сказал,

И старушка, поняв в целом нашу задачу,

Отвела нас с Мышонком в подвал.

Глава 5. Просмотр видосов по тарелке

Просмотр видоса по тарелке

Меня не разочаровал:

Как только плод, подобно белке,

Окружность ей прорисовал,

Так сразу на поверхность блюдца

Картинка вышла под заказ:

Богатыри идут, смеются,

И знать не знают насчёт нас.

Потом пошло изображенье:

Красивый замок на скале

В готичном стиле - загляденье!

Как бы французское шале!

И там, светлице заточёна,

Живёт Параша во плену,

Пока ещё не обручёна,

Не превращённая в жену.

Прикинув путь до той домины,

Тарелку сразу отключил,

И у принявшей нас фемины

Я тут ночлега попросил.

Взамен, чтоб бабка не скучала,

Вручил ей книжку Братьев Гримм,

Чтоб в ночь она её читала -

Мол, как прочтёшь, поговорим.

Глава 6.Таймскип до статуса полубога

Да чего я вам тут это,

Распинаюсь, как дурак?

Я ж Коломбо типа, где-то

Как-то вроде кое-как!

Вы же всю эту вот шнягу

Прочитали же уже!

И про репку, и про брагу,

И про Мышь на вираже.

И про то, как мы с Мышом

Свободили с-под замка

Прашу и других ешшо

Жён, невинных, знач, пока.

Вот потом случилось худо:

Откусил мне правый бок

Некий Фролка вот отсюда

Вот до сюда на зубок!

Долго я потом валялся

В муках, типа, в забытьи,

Мыш же, сука, развлекался

В приключения свои!

Я во сне их наблюдало:

Как в турнире дрался Мыш,

Как на мечике летал он,

И как с Ламой тёрся, слышь!

Но в итоге победил он

Всех китайцев, получив

За победу куш нехилый,

Им меня потом лечив!

Он привёз мине пилюлю,

Я её водой запил,

И тотчас помчался в люлю,

И во сне переварил.

А проснулся поутру -

И от радости ору:

Я теперь не Колобок,

А в натуре Полубог!

Глава 7. Новые возможности

Мой прорыв на новый статус

Не прошел совсем уж даром:

Подросли мои все статы,

Стал я блин Воздушным Шаром!

Над Ельцом взлетаю гордо,

И висю как солнце я,

И довольна моя морда,

Будто сытая свинья!

Обрабатывать могу я

За секунду сто гигов,

Да ещё при том бегу я

В час на тысячу лигов!

Удружил мне в общем Мышка:

Спас от боли и увечья,

Дал пилюлю, только слишком

Стал я крут: нечеловечья

Силушка во мне играет,

Сподвигает к новым движам,

И всё выше поднимает,

Оставляя всех всё ниже!

Как-то раз взлетел я в небо,

Чуть повыше облаков,

И подумал: где я не был?

Почему не был таков?

Тут от мыслей отвлекает

Меня Мышка на мече.

Говорит: кто тут летает?

Кто летает тут вопче?

Это ты, Коломбо-дружка?

Что задумался ты, вей?

Выпьем с горя, где же кружка?

Чай, репьёвка, не портвейн!

Репки, кстати, нынче много:

По три раза урожаи

Прова смерды очень строго

На полях его сбирают.

Пров же гонит репьяки,

Да в бутыли разливает.

Папе в Рим те бутыльки

Раз в полгода отправляет.

Папа шлет в ответ вино,

Да душистый козий сыр,

Да тальянское пшено,

Знаменито на весь мир.

Из того пшена муки

Баба Прову каждый день

Ввпекает пирожки

Если бабе вдруг не лень.

Но зато, из уваженья

Не печёт она пока

Кроме тортов и печенья

Больше нова Колобка

Глава 8. Колобковая система меридианов

Среди тела колобочия

Прям по центру, где начинка,

Я открыл вдруг средоточие

Типа Мышкина ядра.

Но в отличье от Мышарика

Вместо маны в ней перчинка

Энергического шарика -

Ну, такая вот мура.

С той перчинки энергетика

Прям по телу разливается

А ведь в теле-то скелетика

Никакого во мне нет.

Я как есть шарообразненький

Как планета, получается,

И во мне тестообразненький

И мучной во мне скелет.

Потому меридианная

У меня система хитрая:

Непонятная и странная

Средоточия вокруг.

Изучал её внимательно,

И репьяк хлестал я литрами,

Чтоб понять всё обязательно,

И помог мне в этом друг.

Мыш однажды в упоении

Объявил, что бабой ромовой

Стал, с репьевки наполнения

Чем ужасно оскорбил.

Поступил он не по-дружески,

Оскорбление огромное,

Ведь и полу я же мужески,

И репьяк всегда я пил!

Глава 9. Интерлюдия. Пахом-богатырь

В сильной княжеской дружине

Испокон веков поныне

Главным средь богатырей

Атаман был Ерофей.

Его правою рукой

Был лихой казак Сисой,

А рукой его знач шуей

Был могучий ратник Шура.

Ну а главным в остальном

Был сам старшина Пахом.

Да, конечно, был Илья

(тут не отрицаю я)

И Добрыня был герой,

И Алёша тож порой,

И могучий Святогор

Тож серьезный с давних пор,

И Данила, и Прокоп

Завсегда готовы, чтоб

Супротив врага в поля

Выйти ратной сечи для.

Но они ведь все по драке:

Как врагам надрать их сраки,

Как спасти княжну из плена,

Как злодея об колено

Походя переломить.

В остальном же, стало быть,

Их главнее в том и сём

Ерофей, Сисой, Пахом.

Вот Пахом идёт в палаты

Грановиты и богаты,

Ерофея главный штаб,

Где тот любит своих баб.

Докладает там Пахом

С уважением и страхом:

В выполнении задач

По постройке вилл и дач

Вся дружина отличилась,

В воровство не уличилась!

Ерофей слегка икнул

И на сей доклад кивнул:

Продолжайте в тот же дух:

Чтобы дач не меньше двух

Было у меня сэк среде...

Ща скажу примерно где.

Тут он карту развернул

И куда-то пальцем ткнул.

Вот сюда поставь одну

Дачку новую для мну!

Посмотрел Пахом на лист

И сбледнул, как бледный глист:

Ерофева задача

Непроста: желает дачу

Не на Клязьме, не на Крыме,

А в самом знач Древнем Риме!

Тут придётся попотеть,

Порешать, да потрындеть

Потому что в Риме власть

Не получится украсть.

Отправляется Пахом

Пополам с одним грехом

В самый дрипаный кабак,

Чтоб обдумать, чо да как.

В кабаке гуляет голь

Прям в сутане, что ни моль,

И ни ржа не пробирают,

И огонь не прожигает,

И водой не промочить,

Разве только износить.

Подошла к Пахому голь,

Говорит: в чем твоя боль?

Шкалик мне поставь репьевки

И поведай, мы тут ловки,

Чай, поможем чем тебе

В твоей трудной знач борьбе!

Шкалик заказал Пахом

Голи признается в том:

Мол, давай поговорим,

Как поставить дачу в Рим?

Говорит Пахому голь:

Это, брат, как будто гольф:

Цель мала и далека,

Непривычная рука

Даже клюшкой в круглый мяч

Попадёт не сразу, бачь.

Ну а в лунку чтоб попасть,

Надо опыта набрасть!

Так и дачу в Римский град

Сложно вставить, говорят.

Только все же выход есть!

Через месяцев так шесть

Из далеких римских стран

Приплывет к нам караван.

Ибо в княжестве Ельце

В староверческом сельце

Гонит Пров незнамо как

Стратегический репьяк!

Римский папа сей нектар

Покупает как товар!

Так что, коль стоит задача

В древнем Риме сбацать дачу,

К ходке следующей нать

Предложенье сочинять:

Что-то надо предложить,

Чтоб землицы там купить,

А на той землице, знач,

И построить типа дач!

Отвечает тут Пахом:

По решим с тобой на том!

Глава 10. Интерлюдия. Соловей отшельник

Соловей сидит в избе,

Размышляет о судьбе.

Как он был, да как он жил,

Как он жись свою прожил.

Сотни лет он жил в шале,

Был всегда навеселе,

Был могуч, силён и смел,

Восемь жёнушек имел.

Но в какой-то жалкий миг

Почему-то как-то сник.

Как так вышло? Отчего

Победила Мышь его?

Ладно был бы это граф -

У того хватает прав.

Ладно был бы то король -

Не такая б вышла боль.

Ладно был бы кардинал -

Он тогда б причину знал!

Но в победу грызуна

Он не верил нихрена!

Ну, конечно, с тем Мышом

Богатырь Илья пришел,

Да Добрыня и Алёша,

Да еще полно поплоше

Добрых молодцев с Ельца.

Если с этого конца

Рассуждение иметь,

То полегче. И болеть

Чуть перестаёт душа.

Непонятно ни шиша!

Соловей разжёг очаг.

Отражение в очах

У него дрожит огня:

Дух, так что там у меня

С расслоением души?

Погляди, да не спеши!

Всё внимательно смотри

Да всю правду говори!

Стала ночь светла, как днём.

Он склонился над огнём.

Тут-то из-за очага

Раздалось: "Угу-Ага!"

И оттуда вышел Дух

О главах примерно двух.

(как мы помним, кладенец

Положил ему конец,

На два тела разрубив

И вконец его убив,

Но с чего-то этот Дух

Продолжает мучить слух).

Говорит одна глава:

"Да, душа твоя жива!

У неё разбойный нрав -

В этом вроде бы я прав -

Но и склонности к добру

Тоже есть, я в том не вру!"

Тут вторая голова

Говорит: "Душа мертва!

И её чтоб оживить,

Надо ей познать любви!"

Соловей махнул рукой:

"Не тревожьте мой покой!

Я семь раз познал любовь,

Да восьмой почти что вновь

Раз с Парашей наступил.

Но я чашу ту испил,

И повтора не желаю!

Я душою отдыхаю

Ото всяких этих баб.

Я от них душой ослаб!

Буду дальше я отшельник.

А в шале пусть мой брательник

Злой разбойник Попугай

Покоряет горный край.

Я же буду тут, в тайге,

Чуть подобен той Яге,

Буду чахнуть от тоски

И осную Соловки!

(в честь себя их назову

На народную молву!)"

Глава 13. Интерлюдия. Черномор

Старый дядька Черномор

Жил один с тех самых пор,

Когда милая Наина

Променять его на Финна

Приняла решение:

Вот неуважение!

С той поры пришлось ему

Жить на берегу. В Крыму.

Без своих морпехов,

В целом без успехов.

Жил он в хлипком шалаше,

Собирал траву в саше:

Вот гвоздика, вот шафран,

Вот ромашка, вот тимьян,

Вот лаванда, вот шалфей -

В травах дядька корифей!

Только репки Черномор

Там не видел до сих пор.

А без репки и репьяк

Не доступен, ну никак!

Если спросите, с хренак,

Нахрена ему репьяк,

Я пошлю вас в те края,

Где ни разу не был я.

В тех краях живёт отшельник,

Вот он каждый понедельник

Принимает ходоков

Объясняет кто каков.

Вам, возможно, скажет он:

Черномор, мол, видел сон!

В этом сне ему приснилось,

Что Наина воротилась,

Объяснив причину так:

У тебя, родной, репьяк,

А у Финна мудака

Вовсе нету репьяка!

Вот, проснувшись ото сна,

Черномор решил: с хрена

Буду жить я под водой,

Как и прежде холостой?

Лучше вылезу на сушу,

Отведу в траве я душу,

Выйду на берег пустой,

В час примерно полшестой.

Буду травы я сушить,

С ними будет легче жить!

Вот, с морпехами простившись,

В путь-дорогу снарядившись,

Выплыл дядька прям на пляж,

Да построил там шалаш.

Глава 12. Меридианы Колобка

У китайских тех людей, культиваторов,

Есть предание от древней империи,

В древних свитках у их императоров

Вкратце вписаны эти поверия.

Если суть их передать без подробностей,

То у каждого до Неба идущего

Независимо от добрости-злобности

Есть в телах меридианы большущие.

С головы до пят тянутся линии,

По рукам-ногам.линии тянутся,

У кого-то станут красные - синие,

У кого-то голубыми останутся.

У меня же нет ни ножек, ни рученек,

Нет ни торса, ни шеи, ни задницы.

Так что я меридианы до кученек

Нарисую как придётся, без разницы.

Ну, как будто я планета да в космосе,

И вокруг свое оси я вращаюся.

И мои меридианы вокруг осей

Начинаются и прекращаются.

Я хлебнул репьяка трехрублёвого

И, проникшись с него великою силою,

Рисовал меридиана я нового

Закруглённую линию хилую.

Я для этого в воображении

Себе циркуль представил магический,

И повёл его круглым движением

Прям по телу себе цилиндрически.

Занимался я этим три месяца,

С перерывом на ужин и выпивку,

Надоело - хотелось повеситься!

Но не вышло - не та нынче выправка.

Наконец-то моя медитация

С этим циркулем квазиметрическим

Завершилась, и стал прорываться я

К высшим сферам - почти что эпическим.

Глава 13. Колобок находит свой Путь

Мне надоело развивать меридианы.

На них узлы мне надоело открывать.

Напьюсь репьевки я и буду пьяный,

И завалюсь на свою мягкую кровать.

Ну что за глупость, братцы, в самом деле!

Я колобок, не мэн какой-нибудь!

Отныне буду развивать я параллели:

Я в возвышеньи свой открою Путь!

Я буду круглым, мягким, добрым, цельным,

Я буду пьян часов после шести!

И на всех вас мне будет параллельно!

Я не зову вас к моему Пути!

Я на этап Летающего Шара

Давно шагнул, достигнув небосвод,

Теперь могу летать, как друг Мышара,

И в Интернет могу проникнуть. Вот.

А параллели дальше мне помогут

Шагнуть к этапу Поднебесных Тел.

Мечтать имел я руку или ногу,

Ну а теперь я больше, чем хотел!

Уже сомненья никакого нету:

Меридианы ваши до балды!

Я разовьюсь в Духовную Планету,

Ну а затем дойду и до Звезды!

Ну а потом, возможно, где-то как-то

Я полечу в какой-то сизой мгле

До тех чужих неведомых галактик,

Где знать никто не знает о Земле!

И пусть не князь, и даже не боярин,

Иных миров изведаю закон.

Скажу "Поехали!" я как Гагарин,

И полечу куда-то далеко!

Ну а пока я здесь, и друг мой Мышка

Глядит с вопросом строго на меня,

Я напрягу чуть пьяный свой умишко

И объявлю: всё полная фигня!

Налей, товарищ, крепкой мне репьёвки,

Дерябнем вместе, миленький мой Мыш!

Я был безрукий, и совсем неловкий,

А буду - ловкий. Буду - сильный. Слышь?!!

Я Колобок, в натуре, без базара!

А ты мой друг, Мышарик, без понтов!

Я на этап Воздушного, блин, шара

Шагнул, и дальше ввысь идти готов!

Теперь мне важно, дорогой мой, слышь-ка?

Чтобы ты тож прорвался на этап!

Ты говори, может нужна те мышка?

Я всё пойму, порой нелья без баб!

Да, для себя не вижу я подружку!

Я без сомненья, вечно одинок.

Где ты, о Слойка? Пышка? И Ватрушка?

Я здесь тоскую. Грустный Колобок.

Глава 14. Интерлюдия. Кицунэ

Над седой морской равниной

Недалёко от Пекина

Посреди морских пучин

Островок стоял один.

Или было их поболе -

Восемь-девять даже что ли? -

Не могу того сказать.

В общем, будешь пролетать

Ты на эти острова -

Так сочти: один аль два.

В общем, горы там, леса,

А в лесах живёт Лиса.

Да не просто, слышь Лисуня,

Имечко у ней - Кицуня!

Кто ей дал то погоняло -

Информации тут мало,

Ибо было то давно,

Да и враки всё-равно.

Главное же было в том,

Что стряслось с её хвостом!

Если вспомнить древний толк,

Как с лисой водился волк,

Да в студёну зимню пору

Сунул хвост волчара в прорубь,

Сразу мы с тобой поймём,

Каково с Лисой вдвоём

Очень весело живётся.

Это в песне лишь поётся,

В сказке ж это не сказать,

И пером не написать.

Также следует учесть,

Что хвостов у ней не шесть,

Не пятнадцать и не два,

А один всего-едва!

И с одним всего хвостом

Наша Лисонька притом

Серого беднягу Волка

Сбила, сука, вовсе с толку.

У Кицуни ж их аж девять!

Не найдешь таких нигде ведь!

В общем, тут у нас, в Европах,

Лис настолько хитрожопых

Невозможно отыскать,

Хоть иным не привыкать!

У Кицуни есть хоромны

Оч красивы и огромны,

С ней живёт Кицунин клан

И вынашивает план:

Как весь мир ей захватить

И во всём ей мире жить.

В плане разные этапы

Прописали лисьи лапы,

И всех остальных важнее

Было лисам стать сильнее!

В рамках плана в том году

Через море во среду

Семихвостый Лис один

Полетел во град Пекин,

Чтобы в турнире выступать,

Да пилюлю чтоб отжать.

С той пилюли он без лап

Прорываться на этап

Должен был, когда вернётся -

Восьмихвостым обернётся!

Но случилось что-то, слышь,

Победил Лисёнка Мыш!

В лучших чувствах обманули!

Нет ни славы, ни пилюли!

Воротился он назад

Семь хвостов убравши взад.

Говорит ему Кицуня:

Ну чего, пропали втуне

Все усилия мои

В воспитания твои?

Провинился? Отвечай:

Почему твой рейс в Китай

Вышел, будто просто так?

Будто ты попал впросак?

Брови хмурит Кицуне

(так рассказывали мне).

Отвечает ей Лисёнок:

Матушка, там был Мышонок

На этапе Властелин,

На мече летает, блин!

А ещё умел он крепко

Слышь, выращивать, блин, репку!

Репка ж - это не кусты!

Не помогут с ней хвосты!

Я и так и сяк пытался,

Но ни иня не дорвался!

Говорит Кицуня: так!

Это нам, лисичкам, знак!

Значит, вышел нам тут срок

Покидать наш островок!

Завтра утром на восход

Назначаю я поход!

Завоюем мы Пекин,

И Тибет, и сарацин,

Русь потом мы покорим,

А потом и Древний Рим!

Глава 15. Интерлюдия. Император Китая

Император Поднебесной

Жил житухой расчудесной:

Вволю спал и вволю жрал,

Вволю женщин целовал,

И ни в чём себе отказу

Он не мог терпеть ни разу:

Кто посмеет отказать,

Сразу может приказать

Ему бошку отрубить

Или на кол посадить.

Но вот в плане личной силы

Был он сам довольно хилый:

В плане практик сюнь хуа

Не умел он ни хуа.

Трон он принял от отца,

Правил мирно, слегонца,

И ни с кем не воевал,

На войне не убивал,

И за то его любили,

И за то ему служили.

В императорских войсках

И во джунглях, и в песках

Верно службу, слышь, несли

Суй Фунь Чан и Чунь Чай Ли,

Их в империи во всей

Никого вопще сильней

Не найдется, и ловчей,

И хитрее - и вобче.

Оба практика в Китаю

Все войска, слышь, возглавляют.

В императорский дворец

Входит от Чай Ли гонец.

Докладает он владыке:

Слышь сюда, о солнцеликий!

Полководец Чунь Чай Ли

Мне сказать тебе велит,

Что с японских островов

Флот плывёт весьма здоров.

И на кораблях на тех

Лисы едут прям на всех!

Чунь Чай Ли готовит встречу,

Наточил свой острый меч он,

Но велит мне передать,

Что скорее присылать

Надо бы к нему подмогу,

Потому как враг могучий

Надвигается, как туча,

И, чтоб войско сохранить,

Чай решился отступить.

В общем, так сказал Ли Чай.

Всё ли понял? Отвечай!

Император в это времье

Пил с пиалы чай с вареньем,

Что с женьшеня наварили,

Да ещё туда долили

Пару ложек репьяка,

Что остался от мышка,

Что в турнире победил

И пилюлю получил.

Эта репка на складах

Сохранилась на года.

Из пиалы он хлебнул

Хлеб в варенье обмакнул,

И, красиво зажевав,

Отвечает: Ли не прав!

Если хочет он подмоги,

Пусть хоть вовсе свои ноги

Он себе засунет в зад,

Но ни шагу чтоб назад!

Не хозяйничать лисе

В нашей лесополосе!

Глава 16. Интерлюдия. Бобёр и Осёл

У Бобра с его дружком

Лопоухим Осликом

С той поры дела пошли,

Словно задник им зажгли.

Злато-серебро рекою!

Днём и ночью нет покою:

То они чего-то мутят,

То чего-то баламутят,

В общем, с них на весь Пекин

Для народа грех один.

Вот выходят из трактира,

Где кутить после турнира

Оставалися с тех пор,

Когда Мыш на свой прибор

Под названьем "Кладенец"

Взгромоздился наконец

И помчал на нём до дому

До родного окоёму,

Исцелить чтоб Колобка.

А Бобёр с Ослом пока

Оставались сыты-пьяны,

Выворачивать карманы.

Байки разные травить,

Да народ, слышь, веселить.

Две недели с ними пил

Далай-Лама, что пробил

Свою старую преграду,

Глядя на Мыша награду.

Ведь с пилюли той фонило

Так, что Ослика стошнило!

Впрочем, на вот этот счёт

Версий нечет, а не чёт:

Есть такой там вариант,

Что виновен провиант,

Коим кормят в том трактире.

Ну а версия четыре

Состоит, ребята, в том,

Что Бобёр с его Ослом

Нажралися, словно свиньи,

Водки с рисовой ботвиньи.

В общем, время просвистело

С дня, как Мышко улетело,

Далай-Лама тоже шнырь

В свой тибетский монастырь,

И остались вчетвером

Друг Осёл с его Бобром.

Почему число такое,

Если их осталось двое?

Потому как каждый с них

Видел в друге аж двоих!

Два Бобра и два Осла

Так кутили у стола,

Угощая голытьбу

И не жалясь на судьбу,

Что в дыму такого хмеля

Пролетело три недели.

А потом трактирщик вдруг

Заявил: отсель вокруг

Ни поллитра нет, ага,

Ведь нашествие врага!

Бобр с Ослом тут протрезвели,

Объявление узрели,

Что прибито на столбе:

"В час сей сложный по судьбе

Ампиратор шлёт указ

Для народа в этот раз!

Из-за моря к нам плывут

Лисы, скоро будут тут!

Наши воины сильны,

Но и вы мине нужны!

Приходите к военкому,

Иль к кому-нибудь другому,

Запишитеся в войска!

Всё, товарищи, пока!"

Друг Осёл, а может статься,

Нам в солдаты записаться?

Не слабы с тобой мы, чай,

Мы одни на весь Китай

Можем многое с тобой,

В том числе и в смертный бой!

А согласен, друг Бобёр,

Говорит Осёл: попёр

Я с тобой в военкомат,

Превратимся мы в солдат!

Защитим Китай от лис!

С тем друзья и собрались,

Из трактира вышли в ряд

И пошли в военкомат.

Глава 17. Интерлюдия. Далай Лама

Далай Лама в лотос сел

Ни грустён и не весел.

Вокруг Ламы был Тибет,

Лама зырил на рассвет.

На груди его фуфайка,

На коленях - балалайка,

В мыслях же у Далай Ламы

Думы о России-мамы,

Что покинул сей Далай

Ради горных Гималай.

Лама квинту взял в миноры,

Взглядом обзирая горы,

Кварту следом зачерпнул

И тихонечко вздохнул.

А затем пошёл бренчать,

Разны звуки высекать.

Балалайка душу рвёт,

Словно зверь она ревёт.

Да на весь большой Тибет

С Далай Ламы льётся свет.

Вдруг разверзлись небеса,

Перед ламой полоса:

То ли атман, то ли брахман,

То ли ватман, то ли драхман,

То ли полный аватар

Перед ним висит, как шар!

Он не низок, не высок,

Трансцендентный Колобок!

Повернул к нему он рожу

На пупырышку похожу

И серьёзно говорит:

Лама, ты харе хандрить!

От мыша тебе привет,

Он тут рядом, жрёт омлет.

Я тебе по интернету

Сообщаю новость эту:

Что с японских островов

К вам о девяти хвостов

Хитра Лисонька плывёт,

И детей своих ведёт.

Так что, Лама, не грустись,

Да с горы своей спустись,

Помоги Китаю,

Я тебя считаю

Патриотом той земли,

Так что булкой шевели!

Там ещё Бобёр с Ослом

Вспомогнут в борьбе со злом,

Ну а после мы с Мышом

Тож подтянется ишшо.

Глава 18. Колобок

Да, ребята, вы правы, действительно, то

Далай Ламе явился именно я.

Не могу я на плечи накинуть пальто,

Ибо плеч не имею, увы.

Но зато я умею ходить в интернет,

Позволяет, ребята, сноровка моя

Сообщенье послать, если выхода нет,

Прямо к вам из моей головы.

Впрочем, чтоб Сообщенье моё получить,

Вы должны выходить непременно в астрал

Иль нирваны достичь, или дзен свой словить,

Иль ещё как прорваться вовне.

Вот Далай этот Лама, в Тибете своём -

На рассвете он на балалайке играл,

И таким вот Макаром он за окоём

Заглянул - и доступен стал мне.

Друг Мышарик, жуя у Бабайки омлет

За столом в её старой курногой избе,

Мне сказал, чтобы я, подключив интернет,

Сообщенье ему передал.

Мол, узнал он, репьевки хлебнувши с утра,

Откровенье такое увидев в себе:

Что скорей на подмогу в Китай нам пора,

Что Китаю злой враг угрожал.

Мол, лисички плывут на своих кораблях

По японскому морю к китайской земле,

И не смогут китайцы отбиться в полях

От лисичек тех вредных без нас.

И должны мы собраться и мчать во весь дух

На восток от России (по местной шкале

Где-то тридцать четыре в тентуре без двух

Составляет дорога сейчас).

Глава 19. Интерлюдия. Осёл и Бобёр в военкомате

В славном городе Пекине,

Там, где разве старики не

Отрываются порой,

Где фонарь каждый второй

Красным светом по ночам

Освещает стыд и срам,

В общем, в эти вот кварталы

Боевые генералы

Разместили для солдат

Боевой военкомат.

По ночам инспектор ходит

По домам, куда заводит

Мужиков их тяжкий грех,

И гребет оттуда всех

Прямо из кроватей

До военкоматей.

Коль умеешь, мол, грешить,

Так умей стране служить!

И, представьте, вышел толк!

Сформирован пятый полк!

Между тем, Бобёр с Ослом

В тот квартал заходят днём,

Да подходят ко дверям,

Да ко красным фонарям,

Спрашивают у бойца,

Что дежурит у крыльца:

Подскажи-ка, нам вдвоём,

Где тут в армию приём?

Отвечает им боец:

Проходите в тот конец!

Вот вошли осёл с бобром

Через двери в этот дом,

Их встречают пять врачей.

Непонятно, кто где чей?

Говорит врачам осёл:

Записаться я пришёл

В нашу армию сейчас,

Чтобы встать в защиту нас!

А вот это друг Бобёр,

Он со мною до сих пор!

Первый доктор щурит глаз:

Не пойму я на сей раз,

Чойта у призывника

Уши длинные слегка?

А второй боец притом

Плоским шевелит хвостом?

Присмотрелся врач второй,

Отвечает: к нам порой

Ходят, слышь, и не такие,

И кривые, и рябые!

В императорских войсках

Нет заботы об ушах,

И насчёт его хвоста

Тоже, слышь, беда не та,

Чтоб о ней сейчас грузиться!

Значит так, бойцы, грозится

Нашей родине Китаю

Враг-злодей, я так считаю!

Так что мы вас принимаем

И в пехоту зачисляем!

Что касается ушей,

Ты, боец, на них пришей

Маскировочную нить,

Чтоб ушами не светить!

Что касается хвостов,

То у наших, слышь, врагов

Там у каждого с лисёнков

Их по несколько хвостоёнков,

Так что и у нас в войсках

Нет проблемы в тех хвостах!

После этого друзей

Проводили до дверей,

Там им прапор выдал шмот

(уточнив, нигде ль не жмёт)

И, одевшися в мундир,

Наш Осёл выходит в мир!

А за ним и друг Бобёр

(по гражданке до сих пор)

Вышел из военкомата.

И пошли в войска ребята.

Глава 20. Интерлюдия. Интендант императорский армии

Даже истинный герой

Должен иногда, порой,

Развлекаться по ночам.

Вот и добрый Чин га Чан

Интендант военкомата,

По ночам всегда, ребята,

Развлекается в квартале,

В тех домах, что там стояли.

Только солнце за Тибет -

Интенданта уж и нет!

Утром он на склад пришёл

И увидел, как Осёл

С друганом его Бобром

Подошли к шкафу с добром

Что принадлежит войскам!

Интендант кричит: эй, там!

Я считаю раз два три!

Свои лапы убери!

Я вам выдам форму сам,

Как положено войскам!

В хитрые глаза Осла

Вдруг хитриночка вошла.

Говорит Осёл Бобру:

Чур я красную беру!

А тебе, друган Бобёр,

Синий подойдёт колёр!

Вот что, друг ты наш прекрасный,

Выдай синий нам и красный

Войсковые те халаты!

Будем мы с Бобром солдаты!

Испугался Интендант,

Затянул на шее бант,

И, икая, им сказал:

Синий это ж адмирал!

У меня таких халатов

Только два, и те куда-то

Запропали со складов...

Красный же и вовсе - кровь,

Это генерала цвет,

У меня таких тут нет!

Так что вот вам два халата

Светло серых, цвет солдата!

Вот вам к ним по рюкзаку,

В них вам тут по сухпайку.

Вот вам кружка, вот вам ложка,

Вот вам палочек немножко,

Чтобы ими кушать рис..

Все, вы в целом собрались!

Так что в полк скорей идите,

Все, закрыто! Уходите!

Вышли вон Бобёр с Ослом,

Говорит Осёл: шалом,

Пособи-ка, друг Бобёр,

Поменяю я колёр!

Он копытом оземь дал,

Цвет халатик поменял!

Стал халатик цвета кровь,

А теперь, Бобёр, готовь

Свой халатик. Вот, прикинь...

Бац - и стал халатик синь!

Подошли они к полку,

Что построил в уголку

Круглой площади полковник,

С виду сущий уголовник!

Вдет в коричневый халат,

Имя носит Сунь Са Лат.

Посмотрел на пополненье,

Глаз расширили в изумленье:

В строй вошли Бобёр с Ослом,

Но цвета - шаблона слом!

В его новом, слышь, полку,

В самом левом, слышь, боку,

С рюкзаком спокойно встал

Самый сущий генерал!

Ну а рядом с генералом

Видит Са Лат адмирала!

Тут полковник заорал:

Адмирал и генерал!

Выйти с строя два шага

Уперёд! Ага ага!

Сделали друзья шаги

С левой со своей ноги,

И Осел сказал: йа-йа!

Серость это ничего!

Предлагаю весь наш полк

Приодеть в сатин и шёлк!

Друг Бобренок, помоги!

И копытом от ноги

Стукнул оземь тут Осёл,

Так что гул кругом пошёл.

И от гула все халаты,

В кои вдеты все солдаты,

Перекрасилися в цвет,

Уж каких тут только нет!

Есть и белые, рябые,

Есть и нежно голубые,

Есть зелёны и черны,

Есть и в цвет самой Луны,

Есть оранжев, фиолет,

Лишь сини и красна нет.

А полковнику халат

Сделал черным, как агат!

Вот теперь то мы готовы,

И одеты, и здоровы!

Выдаигаемся в поход

Пока свете небосвод!

Чтобы к вечеру прибыть

И врага скорей прибить!

Ты братан иди не ссы!

Не боимся мы лисы!

Глава 21. Интерлюдия. Кицунэ разведчик

Пятихвостый Лис Кицунэ

Над пролив ом ночью лунэ

На разведку полетел.

Разузнать он знач хотел,

Что в Китае за войска,

На краю материка

Ожидают ихний флот.

В общем-целом неэу и вот.

Долетел до брежных скал,

Незаметно миновал.

Осмотрел войска Вэй Ли,

Что дозоры там несли,

Да направил свой полет

Вглубь земель. Ли на пятьсот.

Видит - полк идёт дорогой

Да солдат хоть в нем немного,

А при этом у солдат

Разноцветный весь халат!

Знать, элитные войска -

Так Кицун решил пока.

Чуть поближе подлетел,

Лучше рассмотреть хотел -

И увидел он немало:

Адмирала с генералом

Средь элитных тех бойцов

Разноцветных молодцом.

Видно, это командиры!

Так реша, Кицунэ быро

На отряд тот налетел

Скастовал великий спелл.

Завхватил он тех двоих

Новых пденниулв своих -

Адмирала с генералом

Он связал и так авралом

В путь обратный полетел

К флоту лисьему - хотел

Он доставить языков,

Чтоб поведал, каков

У китайцев их расклад,

План какой и где стоят.

Вот спустился он на борт

Корабля, что словно черт,

По морской волне скользя,

Делал все, что нам нельзя.

Там на юте трон стоит,

В нем Кицунэ мать сидит,

Раскрасава, как жар птица,

Девяти хвостах лисица.

Перед мамой положил

Лисий сын, кого схватил.

Смотрит лисья королева

На того, который слева

В красном шёлковом халате

Да с глазами навыкате.

Вид уж очень нехорош:

На осла язык похож.

На второго смотрят лисы -

Вид его прям как у крысы!

Но тупей, и площе хвост.

И повыше малость рост.

Глава 22. Интерлюдия. Осёл и Бобёр в плену у лисичек

Просыпается Бобёр,

Глядь - кругом морской простор!

Просыпается Осёл,

Глядь - кругом древесный пол.

По-моряцки - палуба.

А посредь ей - два столба,

По-моряцки типа мачты.

"Генералом будешь, знач, ты", -

Вдруг раздался лисий голос,

И зашевелился волос.

Поднимают знач глаза

Друга два. Ворчат: "Что за

Наваждение такое?

Столько хвостиков на кое

Дело требуется Лисам?

Хвост есть лапок бисектриса,

А у каждого угла

Бисектрис одна была!

Так зачем же, вашу мать,

У лисы хвостов аж пять?"

Чуть левее посмотрели

Друга два - и обомлели!

У ещё одной Лисицы

Семь хвостов торчат как спицы!

А потом ещё одна -

О восьми хвостах она!

Наконец, глядят, на юте

В адмиральской слышь каюте

Восседает на вантах

Лис о девяти хвостах!

Говорит Ослу Бобёр:

Брат, твой ум всегда остёр,

Молви, чо за ерунда?

Как попали мы сюда?

Только что мы шли с полком

По дороге с ветерком,

Вдруг рассудок мой погас -

И вот тута мы сейчас!

И вокруг кругом лиса!

Ослик, чо за чудеса?

Отвечает тут Осёл:

Я и сам с того весёл!

Мы хотели на войну.

Вот мы тута, типа ну!

А причину вижу в том,

Что халат мой ал цветом!

И что твой халатик синь,

Эт тебе не янь да инь!

Видно, лисы нас украли,

Думав, что мы адмирали!

Тут лисица, что на троне,

В артефактной, слышь, короне,

Да о девяти хвостах,

Говорит: Короче, нах,

Говорите, генерал,

Сколько войск тебе отдал

Император для войны

Против нашей стороны?

Что за новый супер-полк

С вами по дороге шёл?

Вы же, мудрый адмирал,

Объясните, где стоял

Ваш большой военный флот?

Где ваш флагман, что вас ждет?

Мы проплыли пять морей,

Мы обплыли двух Корей,

И Вьетнама, и Тайваня,

Сахалина и Даляня,

Но нигде мы не нашли

Ваши, сука, корабли!

Тут Бобёр смекнул, что их

Приняли тут за других,

И из этого, дать пить,

Можно поиметь профить!

Говорит Бобёр Лисе:

Тётя, при твоей красе

Тебе бы не воевать,

А платочки вышивать!

А коль ты запела вдруг,

Так затмила б всех подруг!

Спой-ка, светик, не стыдись!

Утоли-ка мой капризь!

У такой ведь красоты

Голосок за три версты

Можно слышать без проблем,

Даже если глух совсем!

С тем Бобёр на хвост присел

И орешком захрустел

(он орешки те в Пекине

Прикупив, носил поныне).

Фишку тут Осёл просёк

И подал свой голосок:

Ты, Лисичка, йа-йа-йа!

Морда хороша твоя!

Ты прими мой комплимент

В этот искренний момент!

Ты мне очень нравится!

Я, позволь представиться,

Генерал китайских войск

По прозванию Я Ой!

А вот этот мой приятель -

Всех флотов он председатель,

Адмирал семи морей

По прозванию Бабу Брей!

Ты нас рисом угостни,

В баньке нас ополосни,

Да потом-то и пытай,

Где какие наш Китай

Разместил свои войска.

А без этого тоска!

Друг Бобёр ему кивает,

С важным видом добавляет:

Я бы вспомнил, где мой флот,

Только память, сука, врёт!

Мне бы выпить-закусить,

Вот тогда-то, может быть,

Я вам, лисы, расскажу,

Где я корабли держу!

А пока, увы, никак,

Не способен я на врак!

Глава 23. Кардинал прибыл в Елец с новым караваном

Наш приятель Кардинал

С той поры, как приплывал

В прошлый раз на нашу Русь,

Стал весьма солидный гусь!

Ходит он в златой парче,

Стал он важный и вопче

На кривой к нему кобыле

Путь все римляне забыли!

Но конечно всё. Иссяк

И добытый им репьяк.

Папа вновь его зовёт,

Вновь готовит он поход

От святейшего дворца

Прям до стольного Ельца.

В Средиземский окиян

Выплывает караван.

Полны трюмы все вином

Да тальянским, слышь, пшеном,

Да гишпанским, слышь, хамоном,

Да хранцусским пармезоном.

Да за вёсла в этот раз

Не рабы гребут у нас:

Только граждане, слышь, Рима

Сели к вёслам тут, вестимо.

Честь велика, потому,

К нам на Русь попасть кому.

Ибо, бают, тут у нас

Репьяки пьют, будто квас!

А с него и жизнь мила,

И все прочие дела.

В Черный понт те корабли

На четвертый день вошли

Грекам в ихнем Цареграде

Оплатили входа ради,

И повёл их капитан

В город Темутаракан.

Там опять же тому дьяку

Оказали честь по знаку,

Пересели на коней

И поехали скорей.

Миновали степь и лес,

Проявив к ним интерес,

Вдоль озёр, полеё и рек,

Мимо русских человек,

И пришли, знач, наконец,

В стольный светлый град Елец.

Сразу к князю слышь Гвидону

Зарулили для поклону,

А затем в гостиный двор

Заселилися с тех пор.

Глава 24. Коварный план лисичек

Увидала тут Кицуня,

Что усилия все втуня

Пропадают у неё,

Ибо воинство своё

Обучала силам дня,

Силам магии огня!

И на море окияне

Все её однолисяне

Не настолько хороши,

Как на суше, да в суши.

Собссна, властелин Китая,

Император знач, считая,

Что на море встретить лис

Проще, чтобы подрались

С ними цяньские войска,

Приказал на бережка

Все, знач, выстроить полки,

Чтобы встретить лис в штыки.

И теперь лиса-царица,

Девяхвостая девица,

Глядя на Бобра с Ослом

Призадумалась о том,

Как ей берег покорить,

Лис на сушу водворить.

Говорит она Бобру:

Ваши речи не к добру!

Говорит она Ослу:

Ваши помыслы ко злу!

Я лисичкам щас велю

Приторочить вас к рулю,

Будете вы мне залогом

Чтобы высадка итогом

Блаполучно, слышь, прошла,

Вот такие, знач, дела.

Коль ж китайские войска

Не дадут того пока,

Я вас пламенем спалю,

Пепел по ветру велю!

Тут Бобёр с Ослом смекнули,

Что Лису не обманули,

Что Лиса, слышь, просекла

Их, знач, хитрые дела.

И, чтоб смерти избежать,

От расправы убежать,

Два тут друга обнялись,

Да в рисунок убрались.

Янь да Инь картинка та

Сбоку правого борта.

Лисы пленников искали,

Весь кораблик обыскали,

А когда их не нашли...

Море синее зажгли!

Море пламенем горит,

Лисам путь оно торит.

Тут китайцы испугались,

От прибоя отступались,

Так что сотни хитрых лис

К ним на берег пробрались.

Между тем с горящих волн

Выплыл Ктулху, гнева полн,

Стал крушить он острова,

Чуть не потопив едва

Корабли коварных лис:

Тем едва лишь убрались

От хтонического чуда

В сторону, а он покуда

Брег китайский разносил

И истошно голосил.

Вынырнул из моря кит,

Ктулхе жалобно кричит:

Брат-кальмар, ну что за хтонь!

Море обуяла вонь!

Лисы ж радуются горю:

Что пылает сине море,

Да что берег тот морской

Весь раздолбанный такой.

В бухту входит лисий флот,

Лиска на берег идёт.

Глава 25. Осёл и Бобёр думают, как спасти море

Лишь Кицунь войска толпой

Вышли на берег пустой,

Так с их флагманского борта

Слезли - чуть красивше чёрта -

Два, слышь, друга до сих пор -

Друг Осёл и друг Бобёр.

Уж на что они разны,

Уж на что теперь грязны

(из-за копоти пожара)

А таки ж дружбанска пара!

Крепче, чем Бобра с Ослом

Лишь у Мыша с Колобком

Может дружба быть, наверно,

Да и то едва примерно.

В общем, вышли без фанфар

На прибрежный чёрный гар.

Глядь - лисичии войска

Стали лагерем пока.

Видно, будут план чертить,

Как Китай им захватить.

Говорит Ослу Бобёр:

Я, дружище, не допёр:

Как лисички отожгли -

Море синее зажгли?

Аль у них такая сила,

Чтоб вода огнём горила?

Али магия тогда,

Чтоб огнём гореть вода?

Непонятно мне сие

Возгорание мое!

Призадумался Осёл,

Да к прибою подошёл.

Глядь - вода покрыта плёнкой,

Будто масляной варёнкой.

Говорит Осёл Бобру:

Это, дружка, не к добру!

Знать, лисички в наше море

Масло вылили на горе!

И его и подожгли!

Вот такие бобыли!

Что ж, ответил тут Бобёр:

Вспомни, Ослик, как с тех пор,

Когда жили мы в шале

На высокой той скале,

Был у нашего там босса

Агрегатик на колёсах,

Ну а в нём сидел дракон,

Четырёхголовый он.

Тот дракон то масло жрал

И добавки всё орал.

Если б был у нас с собой

Тот дракошка заводной,

Он бы масло всё схарчил,

Море быстро б свободил!

Ну так что ж, Осёл в ответ:

У меня дракона нет!

У меня-то тоже нету,

Но зато из Интернету

Можем мы позвать пока

Дружку Мыша - Колобка!

Глава 26. Кардинал

Прибыв в стольный град Елец,

Кардинал открыл ларец,

В коем слуги принесли

Все пустые бутыли.

Говорит: боярин Пров!

Ты не будь ко мне суров,

А прими вот стеклотару,

Обменяй её на пару

Знач чекушек репьяка.

Наша дружба бо крепка!..

Пров, одет в соболью шубу,

Молвит кардиналу: любо

Мне, прелатушка, твой тон.

На те пять бутылок вон!

Остальные ж бутыли

Покупай знач за рубли!

Да за серебро и злато,

Коим Талия богата.

Ну и в целом будь как дома,

Все тут просто и знакомо!

Заключили новый ряд

На пятьсот ботлов подряд.

А потом честным пирком

Граппой, знач да репьяком,

Отмечали эту сдельку

Безо двух деньков недельку.

И в разгаре как был пир,

Подошёл к ним Богатыр

По про званию Пахом

(нам он, в общем то, знаком).

Говорит Пахом прелату:

Наша рать вельми богата,

И желает наша рать

В Риме землю покупать.

Будем строить тама дачу -

Для отчизны, не иначе!

Ты скажи мне, кардинал,

Чтоб за землю ты желал

От России получить?

Ну, не мне тебя учить.

С этим словом он кивает

И одним глазком мигает,

Двумя пальцами ведёт

И с улыбочкой идёт

Прямо, слышь, лицом к лицу

К преподобному отцу.

И тихонечко так шепчет:

Нам землицу бы покрепче,

И желательно мне, слышь,

Чтоб не прошмыгнула мышь!

Кардинал глядит вальяжно,

Батырю кивает важно

И ответ ему даёт:

Порешаем это вот!

Нам для этого решенья

Небходимо вспоможенье.

После ж шепчет, еле слышь:

Нам нужна тут ваша мышь,

Кторая растит вам репку.

Будет сделка наша крепка!

Коль её мне ты отдашь

В полный полон значит наш,

Так знач тут же немедля

Будет в Риме вам земля!

Так что думай, чо да как!

Папе нашему репьяк

Очень нравится весьма

Для светления ума.

Только репа не така,

Не выходит репьяка.

Глава 27. Похищение Мышки

Мышка - это ж не хухры:

С ним с недавней той поры,

Когда сбегал он в Китай,

Лишь Илья один, считай,

Мог бы сладить булавой

При контакте с головой.

Но Илюшу на Мыша

Не натравишь ни шиша!

Да и Лёша, и Добрыня -

С Мышкою друзья отныне!

Призадумался Пахом,

В размышленьях над пахом

Чешет потной пятернёй,

Весь печальный и смурной.

Тут ведь вот какой затык:

Дача в Риме - куш велик,

Но с Мышом не совладать,

Коль нахрапом нападать.

В думах он идёт в кабак,

Чтоб совет спросить за так.

В кабаке кабацка голь,

Из порфиры выбив моль,

Из виссона выбив пыль,

Опираясь на костыль,

Ко Пахому подошла

И такую речь вела:

Ой же ты, дружок-Пахом!

Что ж ты чешешь над пахом?

Али вошки завелись?

Али душки извелись?

Отвечает тут Пахом

(ставя шкалик над столом):

Я, как ты мне подсказал,

В Риме землю сторговал,

Но за это я должон

Мыш отдать им, слышь, в полон!

Только Мыш же - очень крут,

Если байки нам не врут!

Как же мне его скрутить,

Чтоб тальянцам отплатить?

Говорит Пахому голь:

Понимаю твою боль!

Но не бойся, это дело

Мы осилим всё всецело!

Ты дождися утреца,

Да на поле у лесца

Вырой ров - вершка четыре,

Да туда, слышь, мясо в сыре

Положи, прикрыв травой,

Да прикройся с головой.

Только сыр не просто так:

Положив него мышьяк,

Да карболку, да укроп,

Да касторку от микроб,

А чтоб запах перебить -

Репьяком его залить.

Мышка скушает - и спать!

Тут-то ты - его вязать!

Да скорее в Древний Рим,

Там, мол, всё обговорим!

Вышел в поле наш Пахом

Не один, а, знач, с конём,

Вырыл ямку, сунул сыр,

Забодяжив в нём до дыр

Всё, что голь ему сказала,

Да на ухо прошептала.

Сам рогожею прикрылся,

Да листвою притворился.

Стал он, тихо, не дыша,

Ждать прихода, знач, Мыша.

Мышка ж, встретивши рассвет,

Вышел в полюшко чуть свет,

Дабы репку возрастить,

Да Парашу угостить

(ибо милая Параша,

Раскрасавишна то наша,

Ото князя понесла,

Князю сына родила,

И теперь весь стольный град

Пьяный пятый день подряд!)

Вдруг наш Мыш учуял сыр.

Потемнел весь светлый мир!

Мышка носом потянул,

Направление смекнул,

Да прям к ямке подлетел,

Сыр уж скушать он хотел,

Но увидел под рогожей

Красную Пахома рожу.

И похому говорит:

Это кто-йта тут лежит?

Отвечает тут Пахом:

Я тут обрастаю мхом!

Медитирую тут я

Ради Духа Муравья!

Как постигну смысел в ём,

Так вернусь в родимый дом!

А, ну ладно, молвит Мыш,

Раз ты тако говоришь,

То и будь вполне здоров!

Я ж попробую сыров!

Скушал сыру Мыш - и враз

Призакрылся левый глаз.

Скушал сыру Мыш - и два -

Наклонилась голова!

Скушал сыру Мыш - и три!

Спит мышарик наш, смотри!

Наш Пахом его берёт,

В туесок его кладёт,

Да несёт скорей к Прелату

В белокаменну палату.

Тут Прелат, не будь болван,

Собирает караван,

Да выходит сразу в путь -

И не прям куда-нибудь,

А до самого до Рима

Путь его лежит, вестимо!

С караваном и Пахом

Едет пополам с грехом

В древний Рим, чтоб получить

Тама землю, может быть.

Глава 28. Как обнаружили пропажу Мышки

Пров проснулся где-то в два.

На крыльцо шагнул едва,

Глядь туда где Репки воз

Мышка поутру принёс...

Только Репки там и нет,

И Мыша пропал и след!

Топнул Пров босой ногой:

Это чо за бунт такой?

Где-на репа-на моя?

Из чего мне гнать репья?

Жучка вышла спод крыльца

Окосела слегонца,

Прову Жучка отвечала:

Мышка в поле ускакала

С утра самого ранья,

Это видела, слышь, я.

А назад уж не пришла,

Вот такие, Пров, дела.

Жучка во всю пасть зевнула

В будку влезла и уснула.

Пров белугою взревел:

Это чо за беспредел!

Я тут знач ночей не сплю,

Разливаю в бутылю,

А какие то мыши

Нам тут делают шиши!

Эй, холопы, ну-ка встать,

Нука Мышку мне сыскать!

Да без лишних без затей

Всыпать подлому плетей!

Прова верные холопы

Дураки и остолопы

Побежали вдоль Ельца -

Ищут Мышку подлеца.

Только город обошли,

Но Мышонка не нашли.

Вышли в чистые поля,

Поискали, галки для,

Но, вестимо, не нашли

И домой ни с чем пришли.

Пров с повинной головой

К князю в терем шёл смурной.

В ноги зятю там упал,

В есть дурную докладал.

Князь с грустиночкой вздохнул,

Да рукой своей махнул,

Мол, раз так, ну знач пока

Поживём без репьяка.

Ибо я ведь, наконец,

Типа молодой отец!

Но отсель даю приказ:

Весь репьяк тащи в лабаз!

И ни ботла ни чекушки

Ни рюмашки, ни полкружки

Больше мы не продаём,

Только сами его пьём!

Мышку ж я велю сыскать

И судьбу его узнать!

Коль вернётся - награжу,

Коль сбежал, так накажу!

Глава 28. Мыш в плену

Мыш проснулся сам не свой:

Воздух чувствует чужой!

Слышно моря мерный шум,

Вёсел скрип и пыльный трюм.

Мышка связан, в пасти кляп,

Да и сам вельми ослаб.

Прана с маной на нуле,

Ядра будто в киселе!

Видно, Мыш попал в беду,

Аль какую ерунду.

Стал осматриваться Мыш.

Повернул головку лишь -

Сразу тотчас же узнал:

Перед ним тот кардинал,

Что ко князю приезжает,

Да репьевки покупает!

За столом предать сидит,

Да на Мышку все глядит.

Как увидел, что очнулся,

Сразу тотчас встрепенулся.

О ля ля, о Белла Мыш,

Ты теперь принадлежишь

Папе римскому и мне,

Итальянской, знач, стране!

Будешь репу нам растить,

Папе римскому служить!

И тогда тебе он даст

Моцареллы целый таз!

Будешь кушать ты от пуза,

А вдовесок - кукуруза!

Если ж будешь бунтовать,

Значит, будешь голодать,

Мы там в Риме все просты,

Наши помыслы чисты,

Труд достойный уважаем,

Крепостных не обижаем,

И домашних животин

Не низводим до скотин.

С тем он произнёс "пока!"

И захлопнул сундука.

Оказался Мыш во тьме,

То ль в уме, то ль не в уме,

В медитацию вошёл,

Стал искать (и не нашёл)

Ни полстолько, ни чутка

Маны с праною пока.

А без них ведь силы мало

У мышонка сразу стало,

Как без них ему сбежать?

Да никак, ивона мать.

Глава 30. Пахом выбирает участок

Как приплыли в древний Рим,

Так Пахом яйцом сырым

Глотку сгладил сподтишка,

Чтоб не выдать петушка,

Да идёт ко Кардиналу:

Мол, пора бы вам помалу

Расчитаться тут со мной

За подгон шикарный мой!

Покажи мне мой надел,

Чтоб я сразу поглядел.

Кардинал ему в ответ:

В Риме тут свободных нет

Ни кусочка от земли,

Все кусочки продали.

Так что можно нам с тобой

Выбирать почти любой:

Кой покажешь, тот куплю,

Если даже королю

Он какому надлежит,

Ведь прелат я, а не жид!

Сел в карету кардинал

Место рядом указал,

Мол, Пахом, сюда садись,

Покажу тебе я жись!

Целый день они катали,

Все участки выбирали.

Наконец, сказал Пахом:

С Римом я теперь знаком,

Он поболее Ельца,

Если с энтого конца.

Если ж взять другой конец,

То поболее Елец!

Так что я согласен взять

Тута вот гектаров пять.

Кардинал нахмурился лоб:

Нет, не то я жадный чтоб,

Но на столько то земли

Даж иные короли

Пасть её разевают. Ты ж

Подогнал мне только мышь!

В общем, вот тебе, Пахом,

Бывший наш публичный дом.

Можешь ты его сносить

Да дворец тут возносить.

А на прочие наделы

Дел ещё ты не наделал,

Вот заслужишь - ты и Рим

То опять обговорим.

А пока мне спать пора,

Папе мышь казать с утра!

Глава 31. Папа и Мыш

Рано утром поутру

Прямо к папскому двору

Кардинал идёт, хромая,

Да шкатулку обнимая.

Та шкатулка не проста:

Из чеширского кота

Роговицы от когтей

С рун магических затей

Изготовлена была,

Вот такие, блин, дела.

Подошёл прелат к престолу,

Да на каменный на стол (у

Красной вазы для цветов)

Он поставить уж готов

Ту заветную коробку.

Папа тут промолвил робко:

Погоди, брателло, слышь,

Это правда, что там Мыш?

Тот, который на мече

Там летает, и вопсче?

Кардинал ему кивает

И шкатулку открывает.

И оттуда не спеша

Вынимает он Мыша

Мыш спокоен неспроста:

Он чеширского кота

Связанпо рукам усами,

А они ведь даже сами

Безо всяких рун вопшей

Ослабляют всех мышей.

Вот и наш Мышарик слаб,

Еле дышит, видно, каб

Не закалка в три ядра,

То во гроб уже б пора.

Папа чуть приободрился,

И маленько расхрабрился,

Говорит Мышу: буэнно,

Сера, типа непременно

Вам желаю я успеха,

Но оно пока не к спеху.

В общем так, таков расклад:

Я те, мышка, очень рад!

Ты на репу возрасти,

А потом себе лети,

Мы неволить тя не будем,

Не желаем нашим людям

Мы таких ужасных бед.

Ну. Каков тут твой ответ?

Будешь репу нам растить?

Или бошку те рубить?

Глава 32. Мыш в Риме

Мышка сильно не страдал.

Раз уж к папе в плен попал,

Надо папе знач помочь,

А сомнения все - прочь!

Да, конечно, князь Ельца

Будет грустен слегонца,

Что на репку наш Елец

Монополии конец.

Что стратгический знач плод

Рим получит типа вот.

Будут в Риме гнать репьяк

Типа сами, просто так,

И до русской знач земли

Не пошлёт уж корабли.

Ну и ладно, ну и ок,

Пусть свой глнют репьячок.

Мышка папе подмигнул,

Уважительно кивнул.

Типа ладно, слово крепко,

Будет вам тут в Риме репка!

Только вот один вопрос:

Кто меня сюда привёз?

Помню ехал взаперти,

Что ни в тубзик не пойти,

Ни попить и ни пожрать,

Только можно было спать.

Мне бы знать, по чьей вине

Неудобно было мне.

Чтоб, как выполню заданье,

Дал ему б я наказанье.

Папа сильно не страдал,

Говорит: вон, кардинал

Мне тебя сюда принёс,

Так с него и, типа, спрос.

Кардинал же закричал:

Я тебя не воровал,

Сонным зельем не поил,

Сыром едким не кормил,

Это богатырь Пахом

В Риме хочет строить дом!

Он ко мне, слышь, подошёл,

И такую речь повёл,

Мол, такая есть задача -

Надо в Риме мне тут дачу

Бы построить наскоряк,

Но бесплатно, просто так.

Я ж ему в ответ: так вота,

Дачу надо отработать,

Сделай, чтоб у нас росла

Репка, знач. Таки дела.

Мыш на это говорит:

От, Пахомка, мат-едрит!

Дачу, знач, не в гребенях,

Подавай, а в Риминях?

Ну, окей, папаня, знач,

Понял я объем задач.

Репку вам я тут устрою,

Мнетуттнету геморрою,

Только просьба не сырьём

Торговать, а лишь репьём.

Пусть получит потребитель,

Крепких репьяков ценитель

Для сравненья из Ельца

Репьячок, и из Римца.

Будет Прову конкурент,

Для развитья аргумент!

Но взамен ты мне потом

Дашь расчесться с подлецом!

Объясню я суть Пахому

И рвану к родному дому.

Папа мышке отвечал:

Я и раньше замечал,

Что у мышек есть мозги!

Ладно, мышка, помоги

Нам тут репкою разжить,

А Пахома хоть убить

Можешь в гневе ты вполне,

Это типа пофиг мне!

Так на том и порешили,

Рукожатьем закрепили.

Мышка вышел на балкон,

С коего (таков закон)

Папа речи лишь толкал,

Итальянцам объяснял,

Что к чему по ихней вере

На каком-либо примере,

И с балкона он внизу

Репку вырастил сразУ

Прям на площади она

Там а выросла одна!

Глава 33. Атаман Ерофей

Главный средь богатырей

Атаман знач Ерофей

Потянулся на кушетке,

Съел укропную конфетку,

Встал и вышел на балкон,

Дум о Родине полон.

Думал он, как бы ловчей

Сделать Родину бедней,

А себя значит богаче.

Только так, а не иначе!

Дело было не мура:

Очень Родина хитра,

Очень Родина сильна,

Значит, родная сторона,

Ведь и сам же атаман

Тут рождён и воспитан,

Да и зам его Сисой

Тоже вырос тутовой,

А уж ихний шнырь Пахом

Тута каждому знаком!

И коль Родина знач мать

Им троим, она же, знать,

Тоже хитрая вполне,

Не в пример другой стране!

Так что чтоб её дурить,

Нужно ум свой отточить,

Надо хитрость прокачать

Чтобы Родину кидать,

Надо многое уметь,

Чтобы Родину иметь!

Ерофей позвал Сисоя.

Тот приперся: чо такое?

Со те надо, атаман,

В час столь ранний чтоль уж пьян?

Атаман ему в ответ:

Отвечай мне без котлет:

Как там движется задача

По постройке в Риме дачи?

Отвечает тут Сисой:

Там процесс идёт такой.

Когда тут Прелат гостил,

Наш Пахом с ним говорил,

Сторговал он не спеша

Землю в Риме на Мыша.

Так что вот уж пять недель

Как уехал он ужель

С караваном в Древний Рим.

Как вернёт - поговорим.

Ну а коли не вернётся,

Думать заново придётся.

Что ж, динамика ясна,

Атаман глаголет, - На

Вот тебе, дружок Сисой,

Перстенечек золотой.

Ты его, слышь, заслужил,

Позволяю, чтоб носил!

Будет дача, слышь, у нас,

В самом Риме! Просто класс!

Надо к этому моменту

Подготовить себе ренту.

Чтоб когда бы нам валить,

Чтобы в Риме мирно жить,

Нам от нашей, слышь, страны

Получить златой казны.

Дабы там не голодать,

А добра, слышь, наживать,

И бывали у нас дабы

Не простые наши бабы,

А ухожены ядрены

Дренвнеримские матрены!

Глава 34. Финн и Наина

К Гибралтару с внешних вод

Подплывает странный плот.

С виду хлипок плотник наш,

Да на нем стоит шалаш.

Но коль лучше кинешь взор -

Не шалаш то, а шатер,

А у ентого шатра

Видно пламя от костра.

А на том костре шашлык

Жарит некий знач старик.

Мы то с вами знаем уж,

Чьих плывет там пара душ:

Это Финн с его Наинной

Завершают путь свой длинной,

Обплыли весь круглый свет,

Где чего уж только нет,

Да приплыли с дальних стран

Вновь в средьземский окиян.

Путь держали в древний Рим:

Там про всё поговорим.

Расскажу я, думал Финн,

Кардиналу про картин,

Что видал с той стороны

С удивительной страны.

Дескать, есть там, слышь, земля,

Где ни папы, ни краля,

Ни попал, ни кардинала,

Ни гишпанца, ни итала,

Весь народ там краснорож,

На узбека чуть похож.

На правах первопрохода

И я дал тому народу

Да и в целом той стране

То, что любо очень мне.

Так что, дружбе кардинал,

Запиши себе, чтоб знал:

Этот новый континент

В сей значительный момент

Я назвал Земля Наины.

Ну, ты в курсе, с кой причины.

Так прокручивал в башке

Разговор, с веслом в руке

Финн, минуя Гибралтар,

С шашлыка сбивая жар.

Тут выходит с шалаша

С расстановкой, не спеша,

Раскрасавица Наинна,

Что жена, мы помним, Финна,

Наливает с кувшина

Финну крепкого вина.

Финн винишка накатил,

Шашлычишком закусил,

Да быстрей ещё погрёб,

До Италии знач чтоб

Побыстрей ему доплыть,

Да открытье затвердить.

Вдруг взапучилась вода,

Засосала в никуда,

А с другой слышь стороны

Вопли громкие слышны.

Тут Наина побледнела,

Шепчет Финну еле еле:

Милый, я ж не говорила,

Слева тут лютует Сцилла,

Ну а с правой стороны

Вон Харибдины видны

В пасти зубы, словно горы,

Не спастись нам в эту пору.

Ты прощай, любимый мой,

Не вернуться нам домой!

Спорить Финн с женой не стал,

А чекушечку достал

Кою бережно хранил

С той поры как он уплыл

С берегов святой Руси.

Не смотря на беды вси,

Он её не доставал,

Сам с бедами бедовал.

Тут же времечко пришло,

Не по силе это зло.

Вынул пробку с горлышка,

И лоточек репьяка

В глотку вытек из чекушки,

Обжигая гортанюшки.

Тута сразу ощутил

Финн прибавку своих сил,

И погрёб ещё скорей

Между Сцилл и Харибдей.

Разогнался так, что в миг

До Италии достиг.

Подплывает до земли,

Видит - за горой вдали

Над холмом, где Капитолий,

Репа высится там что ли?

Точно, репа - с Эвересь

Где-то вымахала здесь!

Говорит Финн жинке: слышь,

Тут гостит, походу, Мышь!

Глава 35. Папа и репа

В замке Ангела Святого

Все проснулись в полшестого.

Папа вышел на балкон

Свитой пышной окружён.

Смотрит - средь семи холмов

Чуть повыше всех домов

Репка медленно растёт,

Заслоняя небосвод.

Вот уж, выросла она

Так, что издали видна!

Папа Репке очень рад:

То ж сколько лет подряд

Будут из плода сего

Делать вкусного всего!

Репчинзано и репьянти,

Репиньяно Итальянти,

Репончелло и Репусто,

Репускат, Репло с капустой.

Всех напитков не назвать,

Что из репы можно гнать!

Тотчас римские когорты

Подошли к репному борту,

Стали копьями колоть,

И куски потом молоть,

Ставить брагу, чачу гнать,

Всяк старался: смерд и знать!

Весь работал древний Рим

Над плодом таким большим,

Заготавливал тот плод

Впрок на будущий знач год.

Две недели шла работа,.

Только репы отчего-то

Убыль вовсе не видна,

На весь Рим она одна

Уже выше облаков

Возросла с обиняков.

Мышка с репки вниз слетел,

Папе громко засвистел:

Мол, папаня, принимай

Да домой меня пускай!

Папа важно так кивает,

Но при этом возражает:

Вдруг закончится та репка?

Раз тебя тут держит крепко

Ус чеширского кота,

То живи пока тута.

Будешь, мышка, в Риме жить,

Будешь мне пока служить!

Ну а лет через пяток

Отпущу тебя чуток.

Глава 36. Мышка думает о бренности бытия

Мышка думает: вокруг

У меня один лишь друг.

Ум его весьма глубок,

Он зовётся Колобок.

Остальные - мудаки,

Души их невелики,

Правды ждать от них едва,

Ложь сплошная их слова.

Хоть в Ельце, а хоть и в Рим ни

Что ни слово - то соври мне.

Так сидел наш Мыш на крыше

Капитолия, повыше

Почти всех вокруг домов,

Но пониже облаков,

Репки тоже чуть пониже,

Но её вершина ближе

Все ж отсюда, чем с земли,

Да с воды, где корабли.

Смотрит Мыш на эту репку,

Думу думает он крепко.

Вдруг Мышонка за плечо

Кто-то теребит. А? Чо?

Мышка голову воротит -

Видит - Финн с Наиной вроде

Тут откуда-то взялись,

С ним на крышу поднялись.

Финн Мышу кричит: привет!

Мы обплыли круглый свет,

И смотри ка, у конца

Вид знакомого лица!

Мыш обрадовался Финну.

Говорит: вон видишь длинну

Эту нитку вокруг меня?

Это ус. Така фигня.

Эта нитка не проста,

Ус Чеширского кота.

Из-за ней я тут застрял,

В Риме, так как кардинал

Им меня охомутал

Пока я в отключке спал.

Ус имеет этот свойство -

Все мышам он беспокойство

Причиняет, коли мышь

Отдалиться децл лишь

От того, кто этот ус

Нацепил мышу на гуз.

И никак его не снять,

Если шифера не знать,

Либо, если кто другой

Его ю снял своей рукой.

В Риме ж римляне собаки

Не желают мне без драки

Дать свободу от оков.

Мол, я ж сразу был таков.

Так что, друг мой милый Финн,

Развяжи вон тот один

Мне на спинке узелок,

Дальше б сам уже я смог.

Ну, развяжешь или как?

Помоги мне, дружбе, так!

Финн жене в глаза взглянул,

И тихонечко вздохнул.

Мол, я б рад тебе помочь,

Но тогда ж меня ведь прочь

Вот прогонит Кардинал,

Он злопамятный, ты б знал!

Так что, мышка, не серчай,

Заходи ко мне на чай,

Я тут рядом, во дворце

Проживаю в том конце.

Глава 37. Чун Чай Ли, Бобёр и Осел

Полководец Чун Чай Ли

По дороге шёл в пыли.

Конь его давно уж пал,

Сам он еле шкандыбал,

Но держал свой острый меч

Обнаженным возле плеч.

Если лисы вдруг настигнут,

То врасплох уж не застигнут,

Наготове будет сталь.

Так Чай Ли в уме считаль.

Держит путь Чай Ли к Пекину.

Полегла его дружина,

Все китайские знач мужи

Лисам, слышь, пошли на ужин.

Думает о том Ли Чай,

Что владыке отвечай.

Как ему, знач объяснить,

Смог сражение он слить.

Так и шёл он по дороге,

Еле преставляя ноги.

Вдруг пред ним из пустоты

Появляются кусты.

Из кустов торчат хвосты

Уши, лапки, копыты.

И, сияя серебром,

Вышли тут Осёл с Бобром.

Говорят они: Ли Чай!

Ты друзей своих встречай!

Мы узнали, слышь, секрет,

Кой один на белый свет!

Мы сидели, слышь, в угле

На лисичьем корабле,

И при нас они сказали,

Как Пекин они решали

Осаждать и штурмом брать,

Стены крепкие ломать.

Только знай, дружок Ли Чай!

Лисы любят невзначай

Побеждать врагов не в лоб,

А с хитринкой, типа, чтоб.

Так и тут, они в Пекине

Отыскали на мякине

Слышь, предателей кого-то,

Кто откроет им ворота.

Мы почти уж услыхали,

Про кого они болтали,

Но пришлось нам удирать -

Не хотелось умирать!

Так что главно щас прибыть,

Да своих предупредить!

Глава 38. Далай Лама

Далай Лама слез с Тибета

(иногда он делал это,

Чтоб размяться, да кому

Мож помочь там одному)

Смотрит - толпы поселян

Стой строны, где Окиян,

Грустно прутся к Гималаям,

Там спасения желая.

Далай Лама к ним летит,

Да ответ держать велит.

Эй вы, мирны поселяне,

Отчего идёте, я не

Понимаю ничего,

Объясните, от кого

Вы спасаетеся туть?

Что сподвигло вас на путь?

Поселяне отвечают:

Там Лисы нападают,

Из Японии приплыли,

С берега моря нас изжили.

Далай Лама им в ответ:

Всё, усёк, вопросов нет.

Полечу-ка я в Пекин,

Их, похоже, я один

Тут могу уже спасти

От кицуньей напасти.

Далай Лама встал на ветер

И в закатном солнца свете

До Пекина полетел,

Как он, собссна, и хотел.

Подлетает он к Пекину,

Видит жуткую картину:

Лисы к городу идут

Все заполонили тут.

Все поля и все леса

Девяхвостная лиса

Захватила почём зря,

Если мягко говоря.

Уж у самых стен столицы

Войско лис стоит-пылится.

Лама войско облетел,

Ибо он хвосты хотел

У лисичек посчитать,

Чтобы силу их узнать.

Только сбился он со счета,

Потому что отчего то

Был замечен он впотьмах,

Так что лис восьми хвостах

К нему в небо поднялся

Бить он Ламу принялся.

Глава 39. Колобок отправляется на поиски Мыша

Я взлетел над Тихим Доном

Словно газовый балун,

И знач сосредоточённым

Взглядом поглядел вокруг.

Может, думал, так увижу

Я какой нибудь валун,

Что горы чуток пониже,

И на нем сидит мой друг?

Но увы, не видно Мыши

Ни на камне, ни в кустах,

Я не вижу и не слышу

Моего знач другана.

Значит, надо в интернете

Посмотреть, знач, в новостях,

Что там знач на белом свете?

Но не пишут ни хрена.

Значит, буду рассуждаться

Как товарищ Пуаро,

Как товарищ Холмс и Ватсон,

Как Коломбо, наконец!

Кто гостил в Ельце в то утро,

Когда канул Мышка-бро?

Кто потом свалил, как будто

Не по кайфу им Елец?

Тут ответов двух не будет:

Это сука Кардинал!

Пусть потомки нас рассудят,

Мы о том поговорим!

Значит, в целом направленье

Я практически узнал!

Начинаю я движенье

Прям на запад, прямо в Рим!

С тем полет я свой наторил

Вдоль теченья над рекой,

Чтоб потом до Черномора

Было мне быстрей домчать ,

Там сверну я на Балканы,

А оттуда уж рукой

Мне до Рима через страны

Будет близенько подать.

Глава 40. Колобок и Черномор

Долетел до побережья моря Черного впотьмах.

Там, где Дон в Азов впадает, если память мне не врёт,

Город Тёмы Таракана расположен на холмах,

Тёма этот - толстый фраер, говорят, что не урод.

Я у Тёмы уточнил бы, не проплыл ли караван

Древних римлян, не уплыл ли, и не вёз ли он Мыша?

Но, скорей всего, Артемий в это время очень пьян

Был, и караван, скорее, он не видел ни шиша.

Так что я не стал спускаться к Тараканьему дворцу,

Пролетел воздушным шаром мимо града на простор

Моря Черного, поскольку мне ругаться не к лицу,

А с такой усатой пьянью не сдержу я разговор.

Акваторию Азова Крым сменил в конце концов,

Я летел над ним, любуясь: до чего красив наш Крым!

Я бы тут остановился, но стараньем подлецов

Мыш пленён, и долг знач тянет мою тушку прямо в Рим.

Южный брег внизу открылся, море Черное ввиду.

А на береге шалашик я увидел у воды.

Тут решил я приземлиться, на посадку я иду,

Подкатился к шалашу я, заглянуть чтоб мне туды.

Эй вы тама, в шалаше!

Есть ли кто живой вопше?

Мне бы вам вопрос задать,

Да посланье передать!

Тут раздвинулись с шуршаньем занавески шалаша,

И оттуда выползает старый Дядька Черномор!

Говорю ему я: дядя, не видал ли ты Мыша?

Я ищу его по свету, но не вижу до сих пор.

Отвечает Черномор мне: ты ли это, Колобок?

Мне рассказывали греки, что проплыли тут надысь,

Что взошла звезда Чернобыль, и взошел над миром Рок,

И лишь Мышка с Колобочком с этим всем б разобрались!

Это я, ответил скромно я, потупя в землю взор,

Мышку ж я ищу по свету, но покамест не нашел.

А поехали-ка вместе, старый дядька Черномор?

Мы до Рима бы доплыли, то-то б папе был прикол!

Черномор достал альбомчик, да, открыв, с него достал

Засушенную травинку уникальной Трын-травы.

Закрутил он папироску, раскурил и глупый стал,

И сказал мне: я согласен, хоть не варит с головы!

Я усилием ментальным силовой создал диван,

Сел в него с удобством дядька, и продолжили полёт.

Мы над морем пролетели, да свернули до Балкан,

Чтоб до Рима нам добраться поскорее. Типа вот.

Глава 41. Колобок и морпехи

Мы с дядькой Черномором

Летели, пели хором

Про город, мол, в котором

Орел, Телец и Лев

Гуляют среди травок,

Не трогают козявок

И золоченых лавок

У них там полный хлев.

Потом замолк попутчик,

Сидит и глазки пучит,

Я думал, его пучит,

А это, слышь, был сплин.

Хандрил, знач, тот мужчина

По девушке, Наина

Её, знач, именина,

Увёл её-де Финн.

А я смекнул тут сразу,

Что Пушкинского сказу

Сюжет тут виден глазу,

Про Людку и Русля.

И говорю я деду:

Чувак, твою я беду

Легко могу в победу

Устроить опосля.

Мы щас с тобой до Рима

Слетаем, не сгорим, а

С папцом поговорим, а

Мышарика спасём.

А после Кардинала

Спрошу я, может знал он

Тогда бы нам сказал он

С тобой о том, о сем.

Как вдруг из-под пучины

Выходят знач мужчины

И без какой причины

На нас глядят они.

И крикнул ихний старший:

Эй ктой-та там на марше

Летит, будто комар? Шей

Не видно, извини.

Я чинно отвечаю:

Мужи, хотите чаю?

Я травок разных, знаю

У дедушки полно!

В альбоме меж страничек

Есть много разных нычек,

И пестиков, и тычек

Там куча, все равно!

Тут дедушка с дивана

Кричит: а ну, бакланы,

Харе кричать, болваны,

Мы щас поговорим!

Айда со мной до Рима,

А нет - летим мы мимо,

Ведь нам необходимо

Попасть, слышь, в древний Рим!

Как после оказалось,

И мне потом сказалось,

То из подводных залов

Морпехи в плыли к нам.

Племяшки Черномора

Живут они под морем,

И там, не зная горя,

Чай пьют по вечерам.

Их дядя молвил строго:

Нас дальняя дорога

Тут ждёт, и нам немного

Есть времени сейчас.

Так что, друзья Морпехи,

Желаю вам успехи,

А ныне нам тут к спехи,

Мы в Рим спешим от вас!

Тут с тридцати героев

Вперед шагнули трое,

У всех мышца горою

И головы в шлемах.

И говорят: мы, дядя,

С тобой пойти тут рады,

Не ради, слышь, награды,

А просто, с×ка, нах!

Присели с Черномором

На мой диван табором,

И чай своим прибором

Там стали наливать.

А дядя вынул травку

С альбомчика приправку

И в чайничек-приставку

Её он стал кидать.

Глава 42. Балканский рубеж

Пиренеи вам не Гималаи,

Чуть пониже горы тут, небось.

Но зато собаки тута лают -

Далматин порода их звалось.

Я же мульт про них смотрел известный,

Да и книжку я про них читал,

Так что я, хоть тута и не местный,

Разбираться в тех собаках стал.

В том мульте, что видел в прошлой жизни,

Эти псы имели мощный нюх

И могли на благо слышь отчизни

Разгадать следы одни из двух.

А ещё была там одна баба,

Что собак на шкуры собрала,

Чтобы шубу сделать с них ей кабы

В этой шубе б ей жара была.

Её звали вроде бы Круэля

А фамилья вроде бы де Вил,

Только это пофиг в самом деле,

И про это зря заговорил.

Подлетели мы к нагорной псарне,

Я диван поставил на вершин,

И к дивану с лаем громогарным

Подошёл огромный Далматин.

Я ему шепчу: вы тут хорваты

Или сербы вы тут типа вот?

Ну а он ответил грубым матом,

Как собака гавкает, урод!

Я схватил собаку прям за ушком

В энергичный, силовой захват

И швырнул куда-то на подушки

Где дедок с племяшками сидят.

Они дали псу копчёной рыбы

И травы собачей на занюх.

И, признаться, лучше не могли бы

Разрешить один вопрос из двух.

Пес затих и лёг там на диване,

Черномор за ухом стал чесать,

А морпехи Слава, Хой и Ваня

Стали псу рыбешки в пасть совать.

Пес сожрал рыбешку уж восьмую

И сказал славянским языком:

Я вам третий час уже толкую,

Что с хорватским я чутка знаком.

Мы сидим всей сворой долматиной

На долматском крепко рубеже,

И себя мы чувствуем скотиной,

Мы со скуки хряпнулись уже.

А у вас тут рыба на диване

И полет во сне и наяву.

Так что я пожалуй буду.с вами,

Я у вас отныне поживу!

Я кивнул всем телом и поднялся

Над горами, двигая диван,

И на запад сызнова подался

Наш спокойный типа караван.

Так по небу мы преодолели

Сей балканский значицца рубеж

И над новым морем полетели

Прям до Рима древнего допреж.

Глава 43. Папа Римский

Древний Рим гудит как улей:

Звездочеты обманули,

Вместо солнышка с востока

К ним над морем одиноко

Непонятная звезда

Приближается сюда.

Папа свой собрал совет,

Требует от них ответ:

Что за хрень сюда летить

В небе, мать её иттить.

Отвечает кардинал,

Что про звезды много знал:

Папа, это типа тело

К нам с России прилетело,

Судя по его строенью

И по рожи настроенью.

Рожа тела, слышь, сердита

Как у римского бандита.

А за этим телом вслед

Некий тянется послед.

Тот последыш нехорош,

На кушетку он похож,

Только сделан с волшебства,

И на нем, слышь, существа

Непонятные сидят

И чего-то там едят.

В общем, нам родного Рима

Защищать необходимо,

Выводить пора войска

И давать всем репьяка.

Выпьет наш легионер,

Станет сразу всем пример.

Выпьет наш центурион -

Сразу умным станет он.

Выпьет рюмочку легат -

Станет сразу сущий гад!

В общем, чтобы дух поднять,

Надо всем репьевки дать.

Будут воины сильны,

Не сдадут врагу страны!

Папа важно так кивнул,

Да рукой своей махнул.

И по манию руки

Вышли из казарм полки.

Встали на семи холмах

Грозно с копьями в руках.

Смотрят прямо на восток,

Где летит наш Колобок.

А за ними в небо чисто

Смотрят стрелами баллисты.

А за линией бойцов

Посреди крутых холмов

Выше башен - мощно, крепко -

Возвышается слышь репка.

Каждый римлянин от ней

Брал кусочки много дней,

И варил, и парил их,

И ещё полно других

Он рецептов применял,

Коих много Рим узнал.

Глава 44. Колобок штурмует Рим

Я приблизился по небу

К древнеримским воротам.

В прошлой жизни я тут не был,

Я ваще был скучным там.

Я тогда сидел в квартире,

Тупо пялясь в монитор,

И ничо в огромном мире

И не видел до тех пор.

Домоседом был ведь я ж,

Да ещё и скуфом.

Так что нынешний вояж

Я считаю пруфом.

Вот стоят передо мной

Рима легионы

И в рога утробный вой

Дуют центурьоны.

Машет палочкой легат

Пятистам баллистам,

Копья тучами летят

Прям в меня все чисто.

Гравиполе я врубил,

Чисто ради форса,

И атаку я отбил

От круглого торса.

А потом включил режим

Огненного града.

Слышу: все кричат "бежим!"

Дрогнула армада.

Легионы в Рим бегут,

Заперли ворота.

Ну и ладно, ну и гут.

Гнаться неохота.

Под летаю к воротам

И диван с друзьями

Опусааю рядом там,

Возле ровной ямы.

Говорю але, народ,

Хватит квасить пьянски,

Мне тут нужен перевод

Чтоб по-итальянски!

Я хочу тут им сказать,

Что я не в обиде,

Но Мыша должны отдать

В первозданном виде!

Слез с дивана Черномор

К воротам подходит,

Итальянский разговор

С местными заводит.

Чао бамбино, Белла чао,

Говорит он местным.

Они что-то отвечао

Хэзэ, если честно.

А потом ко мне с ворот

Вылетает Мышка.

Говорит: кормлёный в рот!

Коля, это слишком!

Развяжи мне узелок

Меж моих лопаток.

Это гребанный дедлок

Мне совсем не слаток!

Подошёл к Мышу тут пес

Масти долматинской

Сунул за спину свой нос

Чуточку кретинской

Там понюхал, зарычал,

Мол, котом воняет,

И зубами нитку взял

И перегрызает.

Тут то Мыш на меч вскочил

И взлетел на небо!

Псиба, Бро, освободил!

Щас репьевки мне бы!

Глава 45. О мире во всем Риме

Мышка с другом Колобком

Засиделись вечерком

В замечательной тратторьи

На приримской территорьи.

Ели пиццу и лазанью,

Шоколадку марципанью,

Пили граппу и репьяк,

И болтали просто так.

Вкус победы - он таков,

С пониманьем языков.

Бой был кратким: с того мига,

Как с Мыша его верига

Вниз разгрызена упала,

Вмиг твердыня Рима пала.

Мышка, в силу как вошёл,

Сразу в город он вошёл

И в тот папский слышь дворец

Свой направил кладенец.

Подлетел он на мече

И сказал: алё, вапсче!

Ты, папаша, щас ответишь

Мне за все страдания эти ж,

Кои вынес тута я.

Где сокровища твоя?

Доставай что есть у вас,

Буду брать я контрибас!

Чтобы впредь те неповадь

Было воли мя лишать!

И паскуда Кардинал

Выходи сюда, чтоб знал!

Папа вышел на балкон,

Слегонца боится он.

Говорит он: слушай, Мыш,

Ты ж не вправду говоришь?

Ты ж не будешь грабить Рим?

Лучше мы обговорим

Чем полезны мы друг другу

Будем в плату за услугу!

Будет наша дружба крепка,

Коль в основе дружбы - репка!

Кардинал вторяет папу:

Мышка, дай пожму я лапу!

Уважаю я тебя

Как родного, слышь, любя!

А коль хочешь наказать,

Так смогу я указать,

Кто тут главный виноватый.

Кто с того теперь богатый!

Кто в дому живёт большом -

Ваш земеля то Пахом!

Он ко мне, слышь, обратился,

Чтобы он обогатился,

Чтоб разжился тут землёй

Чтоб дворец поставить свой.

Я ему и сообщил,

Что давно мечтою жил

В древнем Риме как у вас

Чтобы гнать такой репьяс!

Он мне тут и сообщил,

Что секрет тот ты хранил!

В общем, это он, Пахом,

Захватил тебя сырком,

В кой он зелье подмешал,

Чтобы ты не возражал.

Так что, коль желаешь лжу

Наказать - я покажу

Где Пахомкина слышь дача -

Тут вполне ясна задача!

Вдоль по плацце топай в том

Направленьи - там и дом!

Мышка быстро на мече

Долетел к той, слышь, даче,

Где знач, экс-батырь Пахом

Содержал публичный дом.

Он туда как заселился,

С той поры и веселился.

Никого не увольнял,

Никого не выгонял,

Все, кто там работал до,

Повышают либидо.

Мышка этого Пахома

Зашкирь вытащил из дома

Да на репку на вершину

Он занёс того мущщину

Посадил его на лист

И сказал: гляди ка вниз!

Видишь Рим какой вдали?

Упадёшь - так будешь блин!

Говори, паскуда, гадь,

Как решил меня скрадать?

Отвечает тот дрожа:

Пощади, Мышок, мужа!

Я отчизне ведь служил,

Я отчизной дорожил,

Но начальник надо мной

Богатырь был гад Сисой!

Он поставил мне задачу

Раздобыть, слышь, в Риме дачу!

Я исполнил как умел,

Чай, зломысла не имел!

А потом знач римский папа

Золотил мышонку лапу,

Посвятил его в графья

И хотел уж взять в зятья,

Но потом вдруг вспомнил он,

Что иметь не может жён,

А поэтому и в зять

Никого не может взять.

Так что просто он с Мыша

Отпустил прям все греша.

А под вечер дня того

Мыш сказал: Коломбо, го!

Мы в траторье посидим,

Пиццу тама поедим,

Граппу выпьем и репьяк

Да обсудим чо да как.

Да затем поговорим

Знач о мире на весь Рим.

Глава 46. Контакт

Как приехал Далай Лама,

Так в Пекине стало прямо

Всем полегче от невзгод,

Потому как типа вот.

Да, лисички наступали,

Да, столицу окружали,

Да, китайские войска

Отступали, слышь, пока.

Но надежда брезжит тоже,

Что, знач, Лама им поможет.

Лама, сидя на стене,

Сообщенье пишет мне

Для отправки в интернет

(хоть такого слова нет,

Хоть его никто не знал,

Есть нирвана и астрал,

Есть слышь сумрак или транс

Есть духовный перфоманс,

В общем, как ни называй,

Смысел тот же, так и знай).

Лама вынул балалайку

Натянул на торс фуфайку,

Струны нежно зачерпнул,

"Черный ворон" затянул.

И тотчас ему до нась

Протянулась мыслесвязь.

Говорит мне он: привет!

У меня к тебе совет,

Коль Пекин спасти хотите,

Так скорей сюда летите.

Ибо лисья, слышь, орда

Уж пришла давно сюда.

Жгут предместья, жрут запас,

Угрожают скушать нас!

А они ж потом хотять

Страны все завоевать,

Так что вы там поспешите,

Коль помочь вы нам решите.

Нынче прямо в самый раз

Вам спасти приехать нас!

Тут контакт он разорвал,

Балалайку зачехлял,

И тихонько со стены

Вниз спустился, ведь войны

Тут никто не отменял,

И отчизну не сменял

На расположенье лис.

Все мужчины собрались

У дверей военкомата,

Как Осёл с Бобром когда-то.

Глава 47. Портал до Китая

До Пекина да от Рима

Нам лететь необходимо

Через долы, через горы,

Через злые косогоры,

Расстояние большое,

Быстро пролететь такое

Мы пока что не смогнём:

Ни с водою, ни с огнём

Я так быстро не летал.

Так что нужен нам портал.

Для портала есть рецепт

Исторический концепт

Коий знает с давних пор

Мудрый дядька Черномор.

Ну, коль мне сказать точней,

Его знает Соловей,

Черномор же мне об этом

Рассказал своим соаетом.

В самой той траттории

Рассказал истории.

Говорит он: Колобок,

Путь твой труден и жесток,

Ведь разбойник Соловей

Поселился чуть левей,

Там где тундра и тайга

Свадьбу празднуют. Ага.

Там средь озера-реки

Острова слышь Соловки,

Их назвали в честь него,

Атамана своего.

Мыш на это говорит:

К соловкам нам влом пилить,

Я иначе предложу:

В чан я репку положу,

Вы, знач, дядька (мы ж на вы)

Кинь туда своей травы,

Остальное ж пусть туда

Итальянская еда

Уж какая ни на есть,

В чан кладётся вся, что есть.

С тем над домом Мышка взмыл,

Репку с почвы замутил

Небольшую, чуть с аршин,

Но с духовием большим.

Плод сей, вырвал из земли

И в котёл, что принесли

На костер установили,

Да воды туда налили.

Чтоб разжесь под ним огня,

Попросили у меня.

Тут и дядька Черномор,

Поглядев на мой костёр,

Свой гербарий доставал,

Травы долго выбирал,

И затем их по одной

В тот бульон кидал рукой.

Закипел тогда бульон,

Репкой крепко пахнул он.

И в согласьи с той исторьей

Подошёл к нам шеф тратторьи.

Он принёс нам моцарело,

А потом, как посмотрел он,

Что готовим мы в огне,

Так принёс хамон в вине.

Да потом ещё оливок,

Да ядреных козьих сливок,

Да гребаных трюфелей,

Да индейковый филей.

Все в наш чагн закинул он,

Чтоб вкуснее стал бульон.

И тогда, когда он бросил

В чан щепоть простого проса,

Вспвхнул над котлом портал

В коем город виден стал,

И не Рим, а слышь, Китай,

Мыш кивнул, мол, пролетай!

Я на это лишь кивнул

И в портал башкой нырнул.

Ну а Мыш за мною следом

В путь отправился нкведом.

С нами дядька Черномор

Тож подался до сих пор.

С ним морпехи все втроём,

И диван внесли в проём.

А за ними Долматин

Впрыгнул в тот портал один.

Тут портал то и закрылся,

За спиной затворился,

И остался там наш чан,

В коем суп был Рмсу дан.

Глава 48. Папа римский

Папа, только лишь узнал

(кардинал ему сказал)

Что Мышата с Колобком

Вдруг пропали над костром,

Так от радости Вздохнул

И репьянти отхлебнул.

Он-то очень опасался,

Что недолгий век остался,

Что могучий Колобок

С Рима сделает пирог.

Также было опасенье,

Что за Мышкино плененье

Репку, значить, заберут,

Да с собою, слышь, упрут.

Папа ж к Репке уж привык,

Радовался кажный миг,

Что на весь их древний градь

Репы хватит лет на пять.

А сожрёт как её Рим,

Папа думал, повторим.

Да, увы, теперь уж врядь

Доведётся повторять,

Но и то неплохо, что

Не позарился никто

На имеющий я плод.

Типа как-то вроде вот.

Так, что папа с кардиналом

Расплатился честным налом

За такую значить весть,

Что на стену впору лезть.

А хозяин той траттории

На приримской территории

Из котла того бульон

Продавал за миллион,

Но никто раз не купил,

Сам его употребил.

И проснулся у него

Дар магический с того.

Стал он видеть через стены

И сбивать чужие цены.

Глава 49. Колобок против Лисички

Из портала выходя,

Мы, немного погодя,

Над Пекином взмыли ввысь,

Типа, Мышка, оглядись!

Город этот окружён,

Со сторон всех обложён,

И, куда не кинешь взгляд,

Лисы рыжие стоят.

И поймёт тут и дурак:

Положенье полный мрак.

Между тем, мой добрый друг

Мыш, чутка взглянув вокруг,

Улыбнувшись во всю ширь,

Говорит: как тесен мирь!

Я гляжу - из-за угла

Пара странная к нам шла.

Тут узнал я в тех двоих

Давних недругов своих:

Слышь, Бобра и, слышь, Осла -

Вот такие, брат, дела!

Мышка ж мне кричит тотчас:

Эти двое, слышь, за нас!

Раньше, да, признаю я,

Оба, знач, у Соловья

Зачарованы служили,

Но с тех пор, как мы побили

Соловьёву злую рать,

Оба тут живут опять.

Я же с ними на турнире

Уж с обоими был в мире!

Я кивнул, я тут не спорю,

Тут с лисичек сколько горя,

Так что мне с бобров-ослов

Нету смысла брать улов!

Говорю: короче, так!

Я иду мочить собак,

В смысле лис, туда за стену!

Нарисуйте эту сцену,

Как я их щас разнесу!

Вам их шкуры принесу!

Подлетел я над Пекином,

Надо рвом и надо тыном,

Через ров перемахнул

Да на лис глазком взглянул.

Щас я ка-ак их всех урою!

Сразу уровень открою!

Щас я чакры ка-ак открою!

Сразу лис я всех урою!

В общем, выше я взлетел

И урыть всех лис хотел.

Вдруг какая-то лисица,

Видно, всех тех лис царица,

О двенадцати хвостах,

Подлетела в небесах.

И направила в меня

Море алого огня!

Я врубил тут гравиполе

(в том огне - дурак я что ли

Просто жарить так бока?

Нет уж, не дурак пока!)

В общем, поле тот огонь

Превратило в дым и вонь.

Я ж в ответ рассвирепел

И, как водится, запел:

Я от бабушки ушёл

(тута взрыв произошёл),

Я от дедушки ушёл

(тут тайфун туда пришёл)

Я от зайчика ушёл

(тот свалился древа ствол).

Я от волка убралсЯ

(ураган тут началсЯ),

От медведя я умчАлся

(град с дождём тут вдруг начАлся),

Вы б сейчас, паскуда, лис,

От меня бы убрались!

(с этим словом в ту Лисичку

Из моей второй глазнички

Вышел ало-бурый луч

И вонзился ей под ключ!)

Лиска рухнула наземь,

И с двенадцати ей семь

Прям хвостов оторвало,

И ещё один сожгло.

Тем не менее, Лиса

Ожила за полчаса

И взлетела, слышь, опять

Тут со мною воевать.

Ну а с ней полтыщи лис

В небо следом, знач, взвились.

Стала ночь светла как днём!

Щас тебе бока намнём!

Говорят мне эти лисы.

Запылало поле риса,

И леса, поля пылают,

Лисы сжечь меня желают!

Тут я понял: не смогу

Лис я всех побить. Угу.

Много их, а я один.

Так вернулся я в Пекин.

Глава 50. Защита Пекина и тревожные вести из Нирваны

Над Пекином ночь темна,

Что не видно ни хрена.

На стене стоит Бобёр,

В темноту глаза упёр.

Рядом Ослик с тем Бобром -

Видит столько же кругом.

Лишь один на стенке прям

Видит ясно - Далай Лама.

Видит он отряд тех лис,

Что под стены собрались.

Лама вынул балалайку,

Натянул на торс фуфайку,

"Чёрный Ворон" затянул

И в Нирвану упорхнул.

И оттуда, с той Нирваны,

Лама видит: бусурманы

Подобрались к воротам

И чего-то мутят там.

Что же мутят лисы тут?

В темноте не разберут.

Вдруг ворота распахнулись!

Лисы резко встрепенулись

И ворвались в сонный град -

Весь поганый их отряд!

Кто ж ворота им открыл?

Это, сука, Свинорыл!

Он из клана Кабанов

(мож кто помнит тех свинов,

Кои Мышку отравить

Попытались, чтоб побить

На турнире повезло,

Но свиное не смогло

В разе том достичь победы,

А потом наш Мыш проведал

Ихню таку подлостю

И устроил им же мстю).

В общем этот Свинорыл

Те ворота и открыл,

Ибо клан тех Кабанов

В духе поступил свинов.

Как впоследствии узналось

И наяве оказалось,

Клан кабаний тот надысь

Слал гонца до войска лис

И сказал им тот гонец,

Что в Пекине наконец

Долгожданный будет час,

Когда лисы сменят власть.

Свиньи ж быть знач у тех лис

Вертухаи собрались.

И была б Китаю крышка,

Каб не Колобок да Мышка!

Мышка встал на кладенец

И помчался наконец

На лисичек, и по ним

Вдарил он скиллом одним!

Снёс лисичек сразу трёх

(о хвостах знач тоже трёх)

А потом ещё знач двух

(о хвостах знач тоже двух).

После Мышка ману с праной

Раскрутил как будто пьяный

И давай тех подлых лис,

Что в ворота ворвались,

Бить хвостом поперёк спин,

Хоть их много, он один!

Тут примчал и Колобок

Словно древнеримский бог,

Налетел он на врагов

И давил их как клопов!

Тут Осёл и друг Бобёр

(что стояли до сих пор

На вершине у стены)

Прямо с башни вышины

Спрыгнули прям на лисицу,

Что пыталась остру спицу

Сзади в Колобка воткнуть

И тихонько провернуть.

От того их знач прыжка

Лиска дрогнула слегка.

Тут с пекинской стороны

Чайны верные сыны

В разноцветных слышь халатах

Все китайские солдаты

Набежали на тех лис

И за ними погнались,

Потому что лисы те

Во своей неправоте

Осознали пораженье

И начали отступленье.

Вот закрылися ворота,

Но не радостно чего-то.

Стали раны все латать

Да товарищей считать.

Посчитали: нет свиней.

Где же делися оней?

Тут как раз-то из Нирваны

Вышед Далай-Лама пьяный

И китайцам говорит:

Свиньи всё! Дебет-кредит!

Лисы, знач, мерси-боку!

Повернулся к Колобку

И ему знач продолжал:

В Интернете я читал,

Что лисичьи слышь войска

Не один Пекин пока

Окружили, но идут

Лисы и в дальнейший путь!

Так что близок уж конец:

На пути их град Елец!

Глава 51. Гибель свиней-предателей

Члены клана Кабана

Сбёгли все из ПекинА

Чтоб, когда про их афронт

Весь людской узнает фронт,

Не пустили их на сало

(впрочем им бы это б мало!)

Ночью тёмной пробрались

И пришли во ставку Лис.

Мол, товарищи лисицы,

Надобно б нам полечиться.

Только в лисий лазарет

Свиньям входа, что-то, нет.

Видно, мало послужили,

Да ещё не заслужили

Хрюшки тут лечения

Как бы к сожалению.

Так что бедным кабанам

Лечь пришлось вповалку там,

Где недавно шло сраженье.

Вот такое уваженье.

Возмущённо встал Ниф Ниф,

Клана свиньего ширриф,

Говорит: какого зада?

Нас лечить вообще-то надо!

Отвечает ему Лис

О шести хвостах: Заткнис!

Вы нам, свиньи, обещали,

Чтоб ворота открывали,

Чтобы мы уже Пекин

Захватили в день един!

А на деле что у нас?

Мы сидим и видим вас!

Те ворота вновь закрыты,

А друзья в земле зарыты!

Так что, чушки, тут не ныть!

Не желаем вас лечить!

Отвечает тут Ка Бан:

Наш обет на то был дан,

Что ворота отопрём

И охрану уберём!

В эту ночку те ворота

Охраняла наша рота,

Так что оба пункта враз

Мы исполнили тотчас!

Ну а то, что после вы

Не сносили головы,

Это, Лис, не наша боль!

Так что нас лечить изволь!

Лис шести хвостов молчит,

Мыслеречью говорит.

Лисья эта мыслеречь

Потекла в башку сиречь

Главной самой той Лисы,

Что во все вон те часы

После битвы с Колобком

На кровати, слышь, ничком

В лазарете том лежит

И хвостами шевелит.

Теми, что еще остались

И в сраженье не сломались.

Хоть она была побита,

А умом ещё сердита,

Ум смогла ещё сберечь.

Так на лисью мыслеречь

Отвечает знач она:

Прочь гоните Ка Бана!

Раз он нам не обеспечил

В городе вино и свечи,

Императора корону

И мине дорогу к трону,

Значить, веры свиньям нет!

Вот таков тут наш ответ!

Лисы, выхватив катаны,

Да кривые ятаганы,

На свиней напали,

Когда свиньи спали.

Всех их вырезали враз

И пустили на запас

Свинье мясо хорошо,

Пригодится им ишшо!

Глава 52. Соловей-отшельник

Наш отшельник Соловей

Задержался у дверей

От своей избушки -

Почесать за ушки

Кошке, что вот в этом годе

С ним тусила на природе.

Так стоял он и чесал,

И часов не замечал.

Когда перед ними вдрух

Воплотился скорбный Дух.

Дух тот, если помнит кто,

Был слугой его за то,

Что когда-то где-то как -

Был он Соловейке враг.

И как тот его побил,

С той поры ему служил.

И была у ньго сперва,

Слышь, вторая голова.

Нынче ж той второй главо

Место пусто таково.

Нет, порой она туда

Возвращает иногда,

Но потом опять куда-то

Исчезает иногда-то.

Вот и нынче этот Дух

Не имел заглавий двух,

А имел тот дух, увы,

Лишь единой головы

На плечах наличие -

Чисто для приличия.

Говорит он Соловью:

Босс, я быстро и адью!

Тут такая нынче жись,

На весь мир вторженье лис!

Уж сибирь и полКитая

Все под ними, я считаю,

Уж они к реке Урал

Подошли как раз вчера.

А по нынешней поре

Подошли уж к Бухаре!

Соловей на то стоит,

Кошку чешет и молчит.

А потом прочистил горло -

И мысля его попёрла:

Раз такое дело, слышь,

Нам потребна будет Мыш!

Помню, круто той весной

Он разделался со мной,

Так что сможет лисам тем

Он устроить крепких тем!

Дух на это отвечал:

Мыш, я слышал, уж начал

Свою с лисами войну,

В общем, значит, типа, ну.

Он, к тому ж, не одинок:

С ним тот самый Колобок,

Только раньше он, как в сказке,

Из башки давал подсказки,

А теперь и сам он тож

На горыныча похож.

Тож по небу он летает,

Тож огнём кругом метает,

Но срубить ему башку

Но получится в веку

Ибо шеи не имеет,

Остальное ж все умеет.

Вот такой вот нынче он

Имбалансный, слышь, дракон.

Ладно, молвил Соловей,

Раз уже без нас первей

Мыш начал свои бои,

То услуги тут мои

Не потреюны никому,

Так что, если по уму,

Я останусь в Соловках,

Не останусь в дураках!

С тем Солова в дом вошёл,

Свою дверь подпёр на кол.

Глава 53. Кицунэ захватывают Азию

Кровожадные Кицуни

Не давали ни купцу, ни

Просто путнику в пути

Мимо них за так пройти.

Наводнили их войска

Весь Китай, лишь гор пока

Не забрали под себя

По причине голубя,

Что Далай послал домой

Из Пекина по прямой.

Лама с голубем письмо

Переслал другим ламо,

Там сказал, чтоб подлых лис,

Коль до гор бы добрались,

Не пускали в Шаолинь

Ни толпой, ни по единь.

А без главной кицуни

Не способны те одни

Супротив тибетских Лам,

Так что, с горем пополам

Лисок Ламы не пустили,

Путь в Тибет им запретили,

Попытались те на склон

Там вщобраться с двух сторон,

Но от лам-то огребли,

Полетели до земли.

Стали лисы у подножья

Вдоль дорог и бездорожья

Всяких спутников ловить,

Так-то, мать его иттить.

А когда они Китай

Захватили весь, считай,

То пошли на Бухару,

Ко бухарскому двору,

Чтоб по шелкову пути

До Европы им дойти.

Ну там и по дороге

До Руси еще немного.

После ж мимо Русалима

Можно в Африку, вестимо.

Глава 54. Колобок, Мыш и Далай Лама

Мы сидели в кабаке

Все с пиалами в руке

Пили вкусный циньский чай

Я, Мышонок и Далай.

Ну точнее, Лама был

Человек, рукой он пил,

Мышка лапками держал,

Помаленьку отпивал,

Только я, рук не има,

Пил усилием ума.

Это, братцы, ведь непросто -

Был бы я повыше ростом,

Так скорей всего б не смог

Дотащить до рта чаёк.

Но поскольку я привык,

Да и ростом невелик,

То пиалку силой духа

Дотащил почти до уха,

А потом оттуда в рот

Чай полил наоборот.

Между тем, пока пил,

Лама речь нам говорил:

Вы, друзья, Пекин спасли

Тем что быстренько пришли.

И теперь уже от лис

Мы почти что отбились,

Только весть тут к нам дошла

Наша армия пришла

На подмогу ко столице,

Но не может к нам пробиться.

То армада китайчан,

Генерал в ней Фуй Сунь Чан

Был с ней в южных он пределах

И про лисье эти дело

Он недавно лишь узнал,

Да в Пекин войска погнал.

И в отличие от Чай Ли

Поражений не несли

Те войска ещё от лис,

Так что в целом добрались.

Ну, раз так, гутарит Мыш,

Мы тогда немножко лишь

С вами время проведём

Да домой скорей пойдём,

Потому как эти лисы,

(есть такая у мня мысыль)

На Россию нападут,

Коль первее нас дойдут.

А коль мы быстрей дойдём,

Сам на них и нападём!

Тут к нам кто-то подошёл.

Глядь - а то наш друг Осёл!

А с ним рядом друг Бобёр

Пузо лапками подпёр.

Хором оба говорят:

Мыш, возьми и нас в отряд!

Мы уже давно в Китае,

Все трактиры тута знаем,

А у вас там на Руси,

Знаем далеко не вси!

Мышка смотрит на меня,

Мыслеречью спрос чиня:

Брать нам их или не брать?

Что подскажешь, Коля-брат?

Я подумал, погадал,

Да ответ тож мыслью дал:

А давай, брат Мыш, возьмём!

Там походу всё поймём,

Всё ж забавный их тандем

Будет весело нам всем!

Отвечает так им Мыш:

Ну короче, эта, слышь,

Мы на Русь вас, знач, возьмём,

Но с условием однём:

Командир над вами будет

Колобок, он вас рассудит,

Коли б встал меж вами спор,

Или дружеский укор.

Коль согласны, прям сейчас

Жду ответ на то от вас!

Те кивнули, и с тех пор

Мы пошли на внешний двор,

Там костерчик разожгли,

Да туда щепоть пыли

Мышка бросил из мешка

(там он носит репьяка

Да от всяких разных трав,

Да для плова всех приправ,

Ну а главное, нашли

Там мы горсть родной земли).

Горсть земли, упав в костёр,

Мигом вспыхнув, как ихор,

Над костром разверзла твердь

Между жисть и между смерть,

И пред нами засиял

Трансцендический портал.

Мы туда по одному

Входим вопреки всему,

И, представьте, гой еси,

Оказались на Руси!

Глава 55. Осёл и Бобёр на Руси

Выйдя в городе Ельце

Из портала на крыльце,

Стали тут Бобёр с Ослом

Озираться знач кругом.

Видят - улица бела,

Да златые купола,

Да на маковках кресты

Необычной красоты.

Говорит Ослу Бобёр:

Я, брат, кажется, допёр!

Тут, брат Ослик, на Руси-т,

Будет весело тусить!

Там, в Китае, только рис,

Да ещё чутка маис,

Здесь же гонят самогон

С самв разных злаков, вон!

Даже, вон, растёт тут репка,

И с неё репьевка крепка,

И рецепт тут есть пока

Реального репьяка!

Говорит Осёл Бобру:

Я, братишка, не совру,

Коль скажу, что на Руси

Изучу трактиры вси!

А игорные дома

Посетить нам тут сама

Прям судьбинушка велит:

Так мне разум говорит!

И друзья, решивши так,

В первый же вошли кабак.

Глава 56. Осёл, Бобёр и Голь Кабацкая

Как зашли они в кабак,

Сразу тихо стало так,

Будто в этом заведеньи

Обитают привиденья.

Из-за каждого стола

Пара пьяных глаз была

В них направлена в упор.

Здрасте все! Сказал Бобёр.

Все привет! Сказал Осёл

И ко стойке подошёл.

Им кабатчик заявляет:

Тут зверям не наливают!

Тута только для людей

Пьяниц, ухарей, б*дей,

Да ещё для тех, кто всласть

Любит чо-нибудь украсть.

Для воров и для бандитов

Дверь моя всегда открыта,

Для жулья и для плутов

Я налить всегда готов!

Отвечает тут Бобёр:

Так о чем, слышь, разговор?

Я мошенник, ослик плут,

Самое нам место тут!

Наливай скорее нам

По рюмашкам стаканам

Разбитного репьяка,

Не рассержен я пока!

А для радости такой

На тебе вот золотой!

Ну, коль правду говорите,

То пожалуй, закусите,

Вот вам пиво и капуста,

А другого нету, пусто

Нынче в погребе моём.

Наливай, пивка попьём!

Сели Бобрик и Осёл

За залитый пивом стол,

И тот час к ним подошоль

Грязный тут кабацкий голь.

Сам он пьяный, но зрачок

Смотрит пристально из ок,

А на нем, слегка подрана,

Кардинальская сутана!

Говорит он им: привет!

Угостите али нет?

Ну садися, чувачок,

Угостим тебя чуток!

Сел на лавку к ним тот голь,

Говорит: вы тут отколь?

Ослик чинно отвечает:

Мы тут с самого Китая!

Прилетели мы с Мышом,

С его другом Колобком,

Будем тута на Руси

Изучать трактиры вси!

Так что, ты их знаешь коль,

Дорогой кабацкий голь,

Присоединяйся к нам,

Будешь сыт и пьяный сам!

Глава 57. Осел, Бобёр и Голь Кабацкая 2

А скажи мне, милый Голь,

Как вы пьёте алкоголь?

Вопросил Голя Бобёр,

Да подлил ему кагор.

Отвечает Голь Бобру:

Скажу честно, не совру,

Пьём его мы по чуть чуть,

Когда есть чего нибудь!

Если ж нету ничего,

Пьём его мы ого-го!

А скажи мне, милый Гол,

Влпрошает тут Осёл,

Неужели на Руси

Так сутаны носят вси?

Нет, Голяк ему ответил,

Такова одна на свете

Есть единственна сутана,

Лучше даж чем у Султана!

Мне её, чтоб ты, знач, знал,

Подарил сам кардинал!

А скажи, приятель Голь,

Как ты сносил адску боль?

Так спросил его Бобёр

И ножом ребро подпёр.

Он ведь слышал от Мыша,

Что сказали кореша

Ему в Риме в той траттории

Что начало сей истории

Было в том, что Кардинал

Про Мыша тогда узнал.

А узнав, за это знанье

Расплатился раздеваньем,

В смысле типа облаченье

Поменял на сообщенье.

Так что этот значит Голь

Оказался подлый тролль,

Что продал Мыша секрет

За одевку и жилет.

Так что Бобрик не шутя

Мог лишить его житя.

Отвечает в страхе Голь:

Брат, не налр ацкий боль!

Я вам сам все расскажу,

Да как было покажу!

Вон смотрите, за углом

Есть красивый новый дом.

В том дому живёт Сисой,

Над дружиной он главной.

А второй там красивей -

Там живёт сам Ерофей.

Это главный богатыр

Прям на весь на русский мир!

Он ворует круче всех

И везде ему успех!

Ну а дальше третий дом

Там жил их дружок Пахом.

Вот с Пахомом я тогда

Говорил: его беда

Состояла в том, что им

Дачу надо было в Рим!

Все понятно, сука Гол,

Говорит тогда Осёл,

Значит, эти вот три дома

Где все просто и знакомо,

Будем мы с Бобром трясти,

Чтоб до правды догрести!

Но потом, сейчас молись,

Чтоб отбились мы от лис!

Как Россию защитим,

Так Сисоя навестим!

Глава 58. Колобок и Мыш прибывают на совет к Князю

В славном городе Ельце

В светлом княжеском дворце

Князь Гвидон знач восседает,

Донесенья изучает.

Донесенья прям держись!

В Русь пришло вторженье лис!

Пал татарский град Казань,

Пала Астрахань, Рязань,

Пал и Китеж, и Торжок,

И Калуга, и Лужок.

Лисье войско вдоль Донца

Докатилось до Ельца!

Уж вдали знач раздались

Завыванья злобных лис!

И из русских всех лесов

В войско шёл призыв лисов!

Так что войско каждый день

Прибавляет свой числень!

Хмурит брови светлый князь,

Пред народом не чинясь.

За столом богатыри

Пьют репьяк они, смотри:

Пьёт Илья и пьёт Добрыня,

Пьёт Алёша, пьёт Горыня,

Пьёт Пафнутий и Федот,

Святогорка тоже пьёт.

И другие батыри

Хлещут тот репьяк, смотри!

Князь его уж не жалеет:

Пусть лишь лисок одолеют!

Вдруг открылись в главный зал

Двери. Князь ведь приказал

В терем не пущать вопша

Никого опричь Мыша.

Смотрит: а и правда Мыш

С Колобком тут входит. Слышь!

Говорят ему друзья:

Помогу тебе щас я!

Мы про этих значит лис

Уж давно разобрались!

Подкатился Колобок

К князю. Молвит: мир жесток,

И лисицы те сильны,

Но у них с той стороны,

Где хвосты у них висят,

Сантиметров пятьдесят

Если мерять по спине,

Уязвимое вполне

Место есть у них одно.

Я нащупал, где оно!

Когда дрался я с Лисой

У Пекина под луной,

Я хвосты ей обломал,

А иные оторвал,

И узнал я тот секрет:

Больше мест на теле нет

Уязвимых у лисец.

Вот такой вот, блин, песец.

Но коль в это попадать,

Можно нам их побеждать!

Глава 59.. Соловей и лисички

Соловей по лесу брёл,

Словно бы лесной орёл.

Брал лисички и грузди

В кузовочек позади,

Брал опята, сыроежки,

Да боровички, конешки,

Вдруг увидел он в лесу

Семихвостную лису!

Удивился Соловей:

Не видал таких лисей!

Он хотел уж обойти,

Да в сторонку отойти,

Чтоб зверушку не пугать,

От делов не отвлекать,

Но лисичка вдруг сама,

Будто злобная кума,

Налетела на нево,

Поломала кузовок.

Да увесиста пинка

Соловью дала слегка.

Тут выходят из-за сосен

Лис других аж восемь сотен!

Семихвостных штуки три,

Пятихвостных - двадцать три,

А по три каких хвоста -

Лисок там около ста!

Да по два ещё хвоста

Лис ещё четыреста!

Остальные все просты,

По одной у них хвосты.

Ну а главная лисица,

Восьмихвостная сестрица,

Позади их всех стоит,

Соловья сожрать велит!

Окружили Соловья,

Всё стемнело от зверья!

Щас сожрут они его

Среди леса одного!

Станут сытыми тогда,

Ибо сытная еда!

Но отшельник Соловей

Вдруг взлетел повыш ветвей,

Да, как в юности хотел,

На весь лес он засвистел!!!

Все кицуни пали ниц!

Ни одна их тех лисиц

Устоять тут не смогла,

Вот такие слышь дела.

Только главная лиса

Устояла средь леса!

От её восьми хвостов

Формируется покров,

Что от свиста защищает,

Да прибить её мешает.

Посмотрела та лиса

На такие чудеса,

Что от всей её бригады

Собирать лишь кости надо,

И лишь те, по семь хвостов,

Кое-как ходить готов.

Подала она сигнал,

Как лисичий генерал,

И оставшихся в живых

Лис собрала сразу всих,

Да усилием ума

Потащила их сама

Вдаль от чудо-Соловья,

Мол, с тобой не справлюсь я!

Соловей же от свисты

Собирать стал те хвосты.

Он набрал хвостов от лис

Много, просто завались!

Там и рыжих, там и белых,

И зелёных очумелых,

И коричневых, и красных,

И оранжевых прекрасных,

И ещё (он петь готов!)

Фиолетовых хвостов!

Соловей хвосты собрал

И до дому похромал.

Глава 60. Папа Римский снова отправляет кардинала на Русь

Между тем, в стране Тальянской,

В ставке древнелатинянской,

Папе молвил кардинал:

Папа, я тут щас узнал,

Что на Русь и Бухару-т

Лисы из Китая прут!

И дошли уж до Ельца,

Так что ждём уже гонца

С неизбежным сообщеньем

О России пораженье!

Папа мудро покивал,

Пока в рюмку наливал

Из хрустальна бутылька

Самогонна репьяка.

А потом и говорит:

Коль лисица победит,

То на весь на белый свет

Будет репьяка секрет

Только в Риме лишь у нас.

Это было б просто класс!

Наша репка велика,

С неё много репьяка

Хватит гнать ещё лет сто ведь,

Если с толком экономить.

Но на всякий на случай

Ты на Русь таки ступай:

Коли устоит Елец,

Ты под самый под конец

Ихней значицца войны

Доплывешь до их страны.

Их с победой слышь поздравь,

Да до Рима, слышь, направь

Караваны с репьяком.

Если ж Русь падёт ничком

Перед лисьею ордой,

Ты тогда как раз такой

Весь красивый приплывёшь,

Лиску другом назовёшь.

Там, глядишь, и с этих лис

Репки будет завались.

Кардинал тайком вздохнул,

Со смирение кивнул,

Да пошёл по той причине

В порт родимой Терраччины,

Чтоб галеры снаряжать,

Да на Русь там отплывать.

Миновав публичный дом,

Вспомнил он, что там Пахом

Поселился с той поры ж,

Как пленен был русский Мыш.

Кардиналу в это дом

Вход заказан светлым днем,

Ведь зовётся он публичным,

И считалось неприличным,

Чтоб духовный этот сан

Заходил туда бы сам.

Так что он сидел в карете,

А слуга его при эте

В дом стучался самогом

И кричал: Эй, ты, Пахом!

Дверь ты быстро открывай,

Да наружу вылезай,

Есть вопросы слышь к тебе

По твоей кароч судьбе!

Вышел из дому Пахом,

С чуть прикрытым, слышь, пахом.

Пред прелатом смирно встал,

Ждать вопросов тихо стал.

Кардинал же лишь кивнул

Да слуге рукой махнул.

Слуги быстро подбежали,

Руки подлому связали,

Да Пахому без затей

Дали двадцать пять плетей.

В цепи тут же заковали,

В Терраччину знач погнали,

Посадили на галеру

Показали для примеру,

Как весло рукой держать,

Чтоб галере вдаль бежать.

Кардинал же вспомнил вдруг,

Что тут в Риме есть знач друг,

Кой в походе пригодится,

Ибо может по водице

Лихо плавать на плоту

(даже землю кругом ту

Он обплыл ваще вокруг,

Вот такой вот чёткий друг!).

В Риме он такой один -

Геккльберри старый Финн!

Он с женой своей Наиной

Проживает в Терраччине,

И скучает уж давно

По общению с волной,

Так что Финна Кардинал

Тож на Русь с собой позвал.

Тот же долго не ломался,

Быстро сразу соглашался,

Ведь хотел он типа, слышь,

Чтоб не обижался Мыш.

Ведь, когда был Мыш пленен,

Попросил ведь Финна он

Ус Чеширский развязать,

Мышку волю тихо дать.

Финн тогда ведь испугался,

Мышке помощь отказался

Он тихонько оказать.

Вот и хочет доказать,

Что вобще-то он не трус,

Потому плывет на Русь.

Глава 61. Битва под Ельцом

Войско лис идёт к Ельцу.

Дело Близится к концу.

Коль падёт наш стольный град,

Лимье иго, говорят,

Одолеет нашу Русь.

Я судить тут не берусь,

Правда ль, нет ли - разбери

Только вслух не говори.

А коль скажешь это вслух,

Сразу глаз лишиться двух!

Это присказка была,

Вот такие блин дела.

Ведь ворота у Ельца

Три ковали кузнеца,

А потом наш добрый Мыш

Укреплял их крепко, слышь.

Ну так вот, они, ворота,

Вдруг открылись отчего то.

Может свиньи то опять

Лисам город хочут сдать?

Нет, не свиньи то, смотри:

Вон идут богатыри!

Из елецких из ворот

Сам Илья пешком идёт!

А за ним идёт Добрыня,

С кулаками будто дыня,

А за ним и Алексей

С ратью прочей также всей.

Вышла из Ельца вся рать

Против лисок воевать.

Лис меж тем ордым орда!

Это типа как всегда,

Коль на Русь приходит враг,

Про него глаголют так.

В общем, много тута лис,

Просто типа завались!

Каждому богатырю

Лис примерно тридцать трю.

А Илье и одному

Лис с полтысячи ему.

Но Илья насчёт числа

Никогда не мыслил зла:

Если видел он то зло,

Бил, не глядя на число!

Так и ныне булаву

В руку взял Илья праву,

Размахнулся и влепил

Сразу лисок пять прибил!

Только те не умирали,

Снова в строй они вставали.

Тут Добрыня взял свой меч,

Да лисичкам бошки сечь

Начал он своим мечом.

А лисичкам нипочём!

Лёша ж вынул крепкий лук

И стрелял по ним с двух рук.

Только стрелы с серебром

Ппотыкали лис притом,

И горели те огнём,

Будто спички ясням днем!

Дело в том, что Алексей

Загутарил стрелки все

Так что знач летят оны

В лисок как бы со спины,

И вонзаются в ту точку,

Где как будто было точно

Место слабое слегка

По докладу Колобка.

И действительно, Лисец

С тех уколов ждал песец.

Только стрелок у Алёши

Даже и таких хороших

Все ж поменьше, чем врагов.

Пусть за тысячу шагов

Он разит стрелой врага,

Мало этого, ага.

Остальные ж стрелы бьют

Бесполезно типа тут,

Потому что от войны

Лисы заговорены.

Глава 62. Битва под Ельцом 2

Колобок и Мыш вдвоём

Да в бойницы слышь проём

Сели чинно на стене,

Наблюдать чего вовне.

А вовне идёт война,

Так что вздрогнула стена:

Лисы тучами летят,

Съесть ельчан они хотят!

Но на их пути, смотри,

Там стоят Богатыри!

Вон Илья с Добрыней в паре

Лисам вешают удары:

Отвлекающий Илья

Им наносит от бедра,

А потом и брат Добрын

Опускает меч свой Дрын

Им конкретно со спины,

С ихней слабой стороны.

И лису с тычка того

Зажигает, слышь, огонь!

У Алеши его стрелы

Уж давно все улетели,

И Алёша саблю взял,

Ею машет, как нахал!

А Данила богатырь

Насадил лису на штырь,

И спиной поворотил,

Чтоб Антон её добил.

И Антон своей секирой

Проводил лису из мира.

Вот и богатырь Антипа

Прям рукой своею, типа,

Трех лисичек за хвосты

Ухватил и прям в кусты

Их швырнул чертополоха.

Лисам сразу стало плохо,

Потому что те кусты,

Прямо скажем не чисты,

В них ходила, слышь, посрать

Богатырская вся рать.

В общем, дело как-то шло,

Но увы, знач, как назло,

Лисы тоже не стояли,

А в богатырей швыряли

Фаерболы и сосульки,

Да ещё каки-то пульки,

Да колючки от шипов,

Да резинки от трусов,

Да железки, деревяшки,

Да болезненные бляшки.

А иные из тех лис

Прям к стене подобрались

И, мазнув её хвостами,

Растворили кислотами

Целый сектор от стены

Прям с фронтальной стороны.

Этого терпеть не мог

Трансцендентный Колобок.

Над стеною он взлетел

И на лисок налетел.

Он направил из-под туч

В них сиреневенький луч,

И спалил им всех скотов,

У кого не пять хвостов,

А поменее того:

Трех иль двух иль одного.

Если ж пять, то тем лучом

Тем лисичкам нипочём.

Потому что пять хвостов

Это значит пять веков!

То есть лет почти полтыщи,

Столько жить, небось, умищи

Можно много накопить,

Если опыт не пропить!

Вот лисички и сильны

От такой вот старины.

Но Коломбо не промах:

Он покрылся в закромах

Головного интернета

И прочёл уже про это.

Чтоб такую слышь лису

Настрогать на колбасу,

Призадумал Колобок

Повернуть свой левый бок,

Там ведь был сформирован

Нулевой меридиан,

Поперёк же (кто смотрел)

Нулевая параллель.

И на ихнем перекрестье

Сила их сливалась вместе!

С этой силы Колобок

Сделал силовой клубок

И швырнул его в тех лис,

Что под стенкой собрались.

И хоть было пять хвостов

У тех лис, итог таков,

Что осталось с них одно

Опаленное пятно.

Колобок же стал опять

Тот клубок формировать.

Между тем веселый Мыш

Как увидел только лишь,

Как дерётся Колобок,

Сразу вынул свой клинок

И, вскочив на Кладенец,

Тож покинул град Елец.

Над войсками тех лисиц

Он порхал, как стая птиц,

Да с китайского клинка

Запускал в них огонька.

Но усилия те втуне

Пропадали, ведь кицуне

С огонька ваще никак,

А наоборот ништяк.

И тогда наш Мышка вниз

На мече знач устремись.

Спрыгнул в поле с кладенца

Недалече от Ельца

И, расставив лапки врозь,

В землю русскую он врос.

Глава 63. Битва под Ельцом 3

Мыш стоял, расставив лапки,

Загоняя ману в тапки,

Прану ж в шапку и колпак,

А оттуда прям в кулак.

Разогнав, он их смешал,

Раскрутил и так взболтал,

И полученный состав

Он в ядро засунул, встав

В позу зяблика на крыше,

Чтобы стать немного выше.

Следом, вынув из ядра

Тех энергий два ведра,

Он их вытащил наружу,

А потом из них поуже

Сделал он веретено

(иль катушку - все равно

Как её ни называй,

Будет круто, так и знай!)

И помогал его в песок,

Там где лапки был носок.

Почва тотчас загудела,

И их ней ботва поспела

Потянулась с небеса,

Вот такие чудеса.

Между этим лисий принц,

В бубен застучал: дынц-дынц!

И от этого музона

Вокруг лис явилась зона

Отчужденья всех стихий.

Пробивает на хи-хи

Всех, кто ей внутри попал,

Засмеёшься - так пропал!

Некротический тогда

Эпидермис навсегда

Завладеет через смех

Телом бренным без помех.

Только дискам нипочём:

Лиски тупо ни при чём,

Ибо чувство юморно

Им природой не дано.

Лисы в зоне заперлись,

Колобок на этих лис

Свой клубок опять послал,

Но клкбок их не достал.

Мышка ж Репку возрастил,

Всех друзей ей угостил,

И от плода у друзей

Силы стало много всей!

И теперь бонатыри

К зоне подошли, смотри!

Перед зоной наша рать

Встала дружно угорать,

С зоны смех до них достал,

Но никто шагать не стал

Сквозь границу внутрь зоны,

Где царят хихи законы!

Что же делать, как же быть?

Как же листок нам добить?

Ситуация ничья,

Пат назвал бы её я.

Вдруг из зоны середины

Девяхвостная скотина

Подлетела в облака

Да оттуда в Колобка

Запустила фаербол

Так что дым столбом пошёл!

Колобок принял удар,

С фаербола взял весь жар,

Подрумянился слегка

Крутанул свои бока.

Повернулся правым боком,

Где в скрещении жестоком

Он экватор свой скрестил

С тенью неземных светил

(это чтобы поэтичней,

И чтоб малость поприличней,

А коль попросту сказать,

Был там у Коломбо задь)

И оттуда он послал

К лису гром-лисоповал!

Гром ударил по лисе

В поясничной полосе,

И лисица с той получки

Улетела прям под тучки

Но вернулася тотчас

На Коломбу целя глаз.

Будет раунд номер два,

Поглядим мы, кто права!

Глава 64. Соловей снаряжается на битву

Соловей в своей избе

Размышляет о судьбе:

Я о мира тут закрылся,

Я ни с кем не говорился,

Я сижу тут у окошка,

Я, да дух, да с нами кошка.

Больше нету никого,

Кроме леса одного.

Так почто меня тревожат

Эти лисьи, сука, рожи?

Ну-ка, Дух, поди сюда!

Видишь шкуры? Видишь, да.

Ты из кучи этой всей

Боевой кафтан мне сшей.

Я надену, слышь кафтан,

Буду страшный, как шайтан.

Все, шуруй, я чтоб к утру

Смог напялить ту муру.

Ты же, кошка, не зевай,

Духу нитки подавай.

Озадачил он трудом

Всех, кто населяет дом,

Сам же вышел на крылечку

И в руке затеплил свечку.

Ей под ноги посветил,

Что-то в почве подсветил.

Дёрнул из земли шнура -

Оказалась там нора.

А в норе той, слышь, ступени

Исчезают в тёмной тени.

Стал спускаться соловей,

Шли ступени всё правей,

Закрутилися винтом

И скрипели, слышь, притом.

Вот открылся длинный ход -

И куда же он ведёт?

Соловей пошёл тем ходом

(он то знал куда, походу)

И пришёл в огромный зал.

Свечкой зал он освещал.

От свечи поджег он лампу,

А от рампы сразу рампу,

А от рампы - вот дела! -

Зажигались факела!

И уже огромный зал

Весь сиянием сиял!

Соловей прошёл по залу

В середину, где лежала

На столе из жёлтой яшмы

То-ль коробка, то ли ящик.

Соловей из-под рубаху

Достаёт на цепке бляху

Бляху ту он к сундучку

Приложил слегка к бочку,

И от этого касанья

Разлилось кругом сиянье.

На коробке самоцвет

Засветился, как рассвет.

Малахитовая крышка

Отворилась быстро слишком.

Сунув руку в сундучок,

Соловей достал свисток.

Хекнул, хмыкнул, и на цепку

Прицепил довольно крепко,

И на шею вместо бляхи

Он повесил, под рубахи.

Повернулся и пошёл

Вверх по лестнице ишшо.

Лишь у выхода он взял

С полки маленький кинжал.

Уходя задул он лампу,

От неё погасла рампа,

А от рампы - факела,

Вот такие блин дела.

Уходя, гасите свет -

Правила важнее нет!

Соловей его блюдет

Вот и долгонько живёт.

По ступеням шаг за шагом

Вышел знач он из оврага.

Посредь леса из порток

Вынул соловей свисток,

Свистнул тихо, чуть дыша -

Чуть не екнула душа!

Поднялся такой буран,

Да такой, слышь, ураган,

Что деревья впереди

Все попадали, гляди!

Вот теперь-то я готов

К битве, знач, против лисов!

Глава 65. Битва под Ельцом. Колобок

Я давно замечаю, что меридиан

С параллелью в местах перекрестий

Создает завихренья энергии ман

И с энергией пран крутит вместе.

Наблюдение важное это себе

Я отметил задолго до боя,

И теперь испытал, и спасибо судьбе,

Получилось некисло такое!

Впрочем тех завихрений веретено

Ограниченно силу имеет:

Лис хвостов до пяти убивает в говно,

А повыше уже не умеет.

Подлетел я к той зоне, что лисья орда

В круг себя обозначила звуком

И теперь понимаю: нельзя мне туда,

Но и им уж не выйти. А ну-ка

Я отправил в ту зону веретено

И оно растворилось в тумане.

Видно, этот туман - это нечто. Оно

Отделяет там Прану от маны.

У границы той зоны стоят батыри,

И мышонок летает на сабле.

И никак не достать нам той зоны внутри

Этих лис, не напрыгнув на грабли.

Между тем, лисий принц закружил два хвоста

Из имевшейся дюжины вправо

А ещё два налево, а прочими стал

Как собака махать величаво.

И от этих движений смертельный туман

Вдруг надвинулся на богатырей.

И они погрузились в какой то дурман,

Сразу видно, приятелей штырит.

Я послал на туман свое веретено,

Но оно растворилось бесследно,

Затянуло все тучами, стало темно,

И видок у нас стал малость бледный.

Мыш опять свою Репку слегка подрастил

Но она ему не помогала,

От тумана растенье лишает я сил,

Этой репки в сражений мало.

Вдруг раздался вдали оглушительный свист!

И подул сногсшибательный ветер.

И туман разметало, и воздух стал чист,

И опять наше солнышко светит!

И от северных рек прилетел Соловей,

Да, тот самый, наш бывший разбойник!

И от свиста его сразу стало светлей

И на сердце мне стало спокойней.

Глава 66. Интерлюдия. Лисий принц

Лисий принц забрал хвосты

Необычной красоты

И кицуням приказал

Чтобы уши всяк зажал.

Из-за свист Соловея

Сорвался их затея:

Чтобы всех богатырей

Окочурить побыстрей.

И теперь пора валить,

Поле битвы оголить.

Все Кицуни, кто готов

Больше двух вертеть хвостов,

Совершили вдруг прыжок

И помчались на Восток.

Откатились от Ельца

Мимо Дона и Донца,

Мимо Волги и Оки

Прям до Яика-реки.

Закрепились на Урале,

И потом полночи спали.

Лис же принц сидел в шатре

Да в волшебной конуре,

И хвостами он вращал

Супротив пяти зеркал.

Вот знач в этих зеркалах

Мутно стало, как во снах,

И из ихней глубины

Лис увидел мордуны.

Это морды лис других,

Из земель совсем иных.

В первом красный Лис Ям Ли

Покоритель той земли,

Что лежит от Бухары

Верст где-т тыщи полторы

К юго-западу идти.

Из второго лис Хин-Ти

Что ведёт свои войска

Прям до Индии пока.

Но ещё он не дошёл,

Лишь Тибета обошёл.

С третьей синий Лис О-Сан,

Что поплыл за океан

В землю красных дикарей,

Покорить её скорей.

А с четвёртого зерцала

Принц увидел генерала

Что ведёт до Рима лис,

Но пока не добрались,

Только вывел он войска

До Аравии пока.

В пятом зеркале от лева

Видна лисья королева,

Что у стен крутых Пекина

До сих пор всё месить глину.

И не может взять пока

По причине репьяка,

Что китайцы дружно пьют

И потом лисичек бьют.

Вот и злится королева,

Вся искрится аж от гнева.

Принц доклад свой прочитал,

Мол, Ельца пока не взял,

Потому что у Ельца

Слишком много молодца.

Там стоят богатыри

(Их наверно тыщи три!)

И разбойник Соловей,

Что свистит как буревей,

И огромный Колобок

И дружок его Мышок.

Погоди, кричит лиса

Королева в голоса:

Как же может быть в таком,

Если мышка с Колобком

Прям вчера ещё в Китае

Мне хвосты пересчитае?

А сегодня у Ельца,

Значит, оба молодца?

Или много средь врагов

Одинаких Колобков?

Все лисицы из зеркал

Рассмеялися в оскал,

Стали принца костерить,

Да по маме материть,

Мол, ты врушка, а не лис,

Обосрался, так молись,

Мы покажем тебе щас,

Как воюет всяк из нас!

С этим прервался сеанс,

Лис присел на свой фаянс.

Глава 67. Папа готовит Рим к нападению Кицунэ

Папа Римский с Кардиналом

По секретным, знач, каналам

Получили, знач, отчёт

Про лисичек, типа, чо-т.

Мол, с восточной стороны

Близится туман войны,

И несут его лисички,

Вроде ростом невелички,

Но количество хвостов

У них более ростов!

Древнеримские войска

Не встречали их пока,

Ибо войско этих лис

До Босфора добрались.

Половину Цареграда

Захватили эти гады,

С Азиатской стороны

Уж стоит туман войны,

Переплыть через залив

Собираются в отлив!

"Слышь, на греков Цареграда

Нам надеяться не надо, -

Папа молвит, теребя

Подбородок у себя. -

Надо, к нам идут пока,

Наготовить репьяка,

Чтобы всем легионерам

По чекушке для примера

Вышло выдать перед боем.

Вот задача нам с тобою!"

Отвечает Кардинал:

"Папа, я ведь тут узнал,

Что из нашей чуть иначе

Репки получилась чача,

Чем в России делал Пров.

С ихних, помнишь, репьяков

Ты с единого глотку

Закричал "кукареку",

А от римского глоток

Только морщился чуток!"

Отвечает папа строго:

"В этом истины немного!

Это просто рецептура,

А репьёвская натура -

Витамины и клетчатка -

В нашей репке столь же сладка!"

Папа стукнул посох в пол,

Кардинал, кивнув, пошел

Из святейшего дворца

До огромного репца.

Там тотчас труба запела

И работа закипела:

Стали репку разрезать

Да на кухню, слышь, таскать,

Там её перегоняли,

Да в бутылки разливали,

И большие бутыли

В погреба скорей несли,

Там репьяк знач дозревал,

Элементы набирал.

Вдруг из западной дали

Папу звуки отвлекли:

К Риму движет кавалькада

Из Парижу, думать надо!

А первее всех анфас

Сам Маркиз де Карабас!

"Ну с такой подмогой Рим

Мы от лисок защитим!" -

Думал папа и опять

Стал в пол посохом стучать.