Ремесленник миров

Пролог

Как ни банально это звучит, но некоторое время назад мой жизненный путь на Земле трагически оборвался.

Столь безумно-печальное событие произошло обычным майским днём и случилось оно прямо в собственной квартире. Причиной финала жизни не старого ещё мужчины (я бы даже сказал мужчины в самом рассвете сил, хе-хе) стал выстрел из пистолета с глушителем в голову. Вот такой вот совсем грустный конец земного пути слесаря-сборщика металлоконструкций пятого разряда цеха новых разработок одного очень известного в нашей необъятной стране предприятия. Не секретного, но тем не менее.

Казалось бы, кому понадобилось убивать простого работягу?

Жил я до того «памятного» дня тихо-мирно в спальном районе пусть и большого, но далеко не курортного города. Детей не нажил, с женой давно развёлся. На рожон никогда не лез, хотя силушкой меня боженька одарил, да и работа мышцы в тонусе блюсти велела. В вопросе выяснения отношений я придерживался двух железных правил: «громко орать надо исключительно в лесу, когда заблудился» и «спорить с разного калибра дебилами бесполезно, так как, начав такой спор, ты скатываешься до уровня интеллектуального развития этого индивида, а там тебя тупо опытом задавят». Кулаками во хмелю я направо-налево тоже не махал. Не потому, что норму горячительных напитков всегда знал, а потому что к алкоголю относился, как к неадекватному аргументу власть имущих, с помощью которого пополнялся государственный бюджет родины. Банально, но денег на спиртное мне всегда жалко было. Лучше пожрать чего-нибудь вкусного на кровно заработанные купить, или, например, библиотеку электронных книг через интернет пополнить, чтоб на досуге залипнуть в занимательное чтиво.

Вновь справедливо возникает вопрос: кому же всё-таки понадобилось убивать самого обычного человека? Да ещё из огнестрела с глушаком.

И тут следует упомянуть про моё, так сказать, хобби, связанное с руками, которые росли у меня из правильного места.

Сколько себя помню, всегда где-нибудь что-нибудь чего-нибудь мастерил. То на даче с отцом баню отгрохаем девять на двенадцать, то забор у соседей поставим – китайская стена скромно тихо плачет в сторонке от грандиозности замысла архитектурной и инженерной мысли, то в квартире ремонт на «все деньги» замутим. Когда колледж закончил, какое-то время на стройке работал, где кем только не доводилось побывать: от маляра-штукатура, до монтажника-высотника. Потом подвернулось местечко на заводе слесарем-сборщиком. Причём попасть туда, было едва ли не сродни чуду со сдачей зачётов на допуск в команду космонавтов. С последним, конечно, чуть приврал малость, но от истины недалече.

В общем, человек я был рукастый, со светлой головой на плечах и с неуёмным желанием нести в мир новое, доброе, прекрасное. М-да.

Всё бы ничего, но порой жизнь подкидывает разного рода неприятные сюрпризы и на хребет падает тяжкая ноша. Полоса белая сменяется её мрачной товаркой. Вот и в тот злосчастный день ко мне пожаловала чёрная полоса…

Неожиданно в нелепой автокатастрофе погибли родители. Какой-то криворукий чёрт потерял на дороге распотрошённую связку арматуры. Причём сделал тот гад это на крутом повороте просёлочной дороги дождливой августовской ночью, когда видимость даже с включённым ксеноном и противотуманными фарами околонулевая. Прутки рассыпались ближе к обочине, часть из них скатилась в придорожную канаву, отчего и без того опасный участок стал похож на ощетинившийся в оборонительном построении строй древнегреческой фаланги или испанской терции. В результате старенький семейный пикап и налетел на эти треклятые сариссы, насквозь проткнувшие всех кто был внутри машины: отца, мать и их шкодливого, но прикольного персидского кота. Последнего тоже безумно жалко, хоть он творил порой разного рода непотребство. Дюжина пар тапок тому безмолвные свидетели... Да, как-то так.

Врачи подтвердили, что смерть у моих родных, в том числе и хвостатого Шустрика, была мгновенной. Травмы несовместимые с жизнью… Как потом изрёк следователь (кстати, сосед родителей по дому) с кривой усмешкой на сальной физиономии: налицо безусловная вина водителя пикапа, не справившегося с управлением и отчасти невероятное стечение крайне редких обстоятельств…

Ну да, его бы близких нашпиговали железом как швейную подушку иголками, а любимого пса проткнули подобно бабочке ржавой булавкой, которой энтомолог нанизывает живность для своей коллекции, посмотрел бы я тогда, как он заговорил. К слову, уголовное дело тихой сапой закрыли. Виновных вроде как бы и нет, поскольку хозяев злосчастной арматуры так и не нашли (или не искали), а мне посоветовали смириться с потерей и тихо жить дальше.

Поскольку в семье я был единственным ребёнком, после смерти самых близких на свете людей, от них мне досталась двухкомнатная квартира. К тому моменту я уже давно обзавёлся собственной «однушкой», где вполне комфортно тянул лямку размеренной холостяцкой жизни. Когда закончились все юридические формальности со вступлением в права наследства, после долгих размышлений я всё же решил не продавать родительскую квартиру, а переехал туда сам. В прежней же берлоге я собственными золотыми руками потихоньку сделал шикарный ремонт и сдал её мужику-бизнесмену, который как раз искал приличное жильё для своей любовницы. Алина – та самая любовница моего бизнесмена-арендатора, аж визжала и скакала от восторга, когда я показывал этой сладкой парочке жилплощадь с понтами, куда глаз не кинь. «Однушка» после ремонта и меблировки на самом деле получилась как с картинки в журнале.

Собственно, из-за вышеобозначенных двух моральных уродов я и отправился в мир иной.

Первые пять месяцев всё шло хорошо. Арендную плату за квартиру бизнесмен по фамилии, кстати, Бедров переводил мне на карту. С учётом сделанного мной ремонта, техники и мебели, сумма была вполне приличная и даже несколько выше рынка за аналогичное по площади жильё. Выходила неплохая такая прибавка к зарплате.

Арендатор в разговоре подчёркивал, что человек он исключительно пунктуальный и проблем с оплатой никогда не будет. Поначалу так оно и было. Однако за последний месяц он неожиданно затянул с деньгами чуть ли не на неделю. Наконец, Бедров позвонил и сказал, что у него возникли какие-то проблемы с банковским приложением, и попросил заехать на квартиру и забрать наличные у его пассии.

К слову, любовница Бедрова, по первому впечатлению, особа оказалась крайне стервозная, заносчивая и беззастенчиво тупая. Смазливая, изрядно накаченная силиконом физиономия, да подтянутая в спортивном зале филейная часть были, вероятно, единственными достоинствами Алины.

В пятницу вечером после работы я приехал на адрес своего прежнего места жительства, где эта гадина устроила скандал из-за того, что я якобы вымогаю у неё деньги. Аргумент, что, мол, вообще-то это ежемесячная плата за снимаемую для неё же её любовником квартиру, она гневно отвергла, после чего нагло заявила, что с недавних пор именно она является законной собственницей моей «однушки», а я – вор и мошенник. Ещё сказала, что «котик», то есть её хахаль Бедров, недавно выкупил квартиру у меня и все бумаги заверены нотариально и сейчас лежат у неё в сейфе.

От такого поворота я ожидаемо сначала впал в ступор, потом попытался уточнить момент про продажу, но эта чокнутая завизжала, разорвала на себе халат, от чего на плече у неё показалась аляповатая татуировка, и дикой кошкой набросилась на меня, целясь когтями в глаза. К счастью я успел вовремя среагировать и закрыл те рукой, однако Алина успела полоснуть меня по лицу. Атака полоумной удалась. Из расцарапанной щеки обильно хлынула кровь. Видя это, мерзавка вытолкнула меня за порог и захлопнула перед носом дверь.

Я сразу же позвонил Бедрову, но тот был «вне зоны доступа». Пока стоял на лестничной площадке в тихом ауте и вытирал платком кровь со щеки, из-за запертой двери доносился истошный двухэтажный мат на великом и могучем. Решив, что связываться с истерично голосящей дурищей смысла нет никакого, поехал домой.

Все мои попытки дозвониться в этот и следующий день до Бедрова закончились ничем.

В воскресенье поздно вечером он сам приехал ко мне. И приехал, замечу, не один, а с двумя какими-то шкафоподобными гориллами. Картинка с видеодомофона чётко показывала полное отсутствие очагов интеллекта на щетинистых рожах спутников моего арендатора. Странное дело, по какой-то причине меня совсем не насторожил визит Бедрова с подобным сопровождением. За что, собственно, и поплатился. Едва я успел открыть входную дверь, как в тот же миг был отправлен в нокаут бейсбольной битой или каким-то схожим по убойности тяжёлым предметом.

Очнулся уже намертво привязанным к стулу, который стоял посреди разгромленной собственной спальни с кляпом во рту.

Дальше начались три долгих часа жестоких пыток. Предварительно мне вкололи какой-то то ли наркотик, то ли ещё какую-то дрянь. Видимо, чтобы быстро не помер. Били все трое и всем, чем только можно. От бесчисленных ударов по всему телу я несколько раз терял сознание. Гориллы быстро приводили меня в чувство с помощью воды из чайника и жуткие побои продолжались. Чтобы не загнулся раньше времени от кровопотери, раны методично прижигали. Под конец расправы затухающим сознанием я ещё силился сосчитать количество переломов, но мысленно бросил эту затею, так как не смог решить: учитывать или нет выбитые зубы. Они ведь вроде как тоже относятся к костям человека.

Между работой в качестве боксёрской груши для двух спортивных мутантов и пособия для хирургов-реаниматологов, Бедров поведал мне занимательную историю про то, как я вечером пятницы ограбил его драгоценную «малышку», а потом попытался ещё и изнасиловать ту. Неважно, что наплела эта змея и наплела ли вообще. Это был лишь повод. Про нотариально заверенные документы о продаже квартиры я помнил и обязательно поинтересовался бы у Бедрова: как так вышло?

Поинтересовался, если бы мне это дали сделать.

Не дали.

Твари.

В первые минуты расправы у меня ещё теплилась надежда, что всё как-то образуется, но под конец «разговора» мне стало понятно, что живым мне из этой ситуации не выбраться.

Когда Бедров достал пистолет, в голове промелькнула последняя мысль: «отмучился». Потом раздался хлопок от выстрела и наступила темнота…

Глава 1

Свет.

Не, не так.

Яркий свет!

Боли нет. Сознание ясное.

Хочется потрогать ладонью лицо. К глубокому сожалению сделать это не представляется возможным. Причина оказалась до неприличия проста – материальное тело отсутствовало. Нельзя ощупать то, чего нет, тем, чего нет.

– Вот, Саша, ты и на небесах, – озвучил я в голос нехитрую истину. – Поганцы угробили светлого и доброго человека. Всё, что нажито – наглым образом украдено. Наверное.

Сам факт того, что могу говорить, немного настораживал. Если нет тела, как же я в таком случае слова вслух произнёс? Или это причудливый выверт сознания, которое пытается адаптироваться к новым условиям?

«Так, спокойно! Последнее, что помню: резкий толчок в голову… Вот же ж! Просто прекрасно! Я что, стал привидением, бестелесным духом? Ещё и неотомщённым…»

Поскольку органов зрения, как я понимаю, у меня теперь тоже нет, попробовал сместить угол обзора окружающей действительности вправо. Получилось! Потом по оси вращения влево. На триста шестьдесят градусов. Тоже вышло! Шеи-то у меня теперь тоже нет…

Картинка осталась прежней: всюду, докуда хватало остроты зрения – или теперь уже виртуальной фокусировки? – струился как бы из ниоткуда в никуда ослепительно яркий белый свет.

Хотя, нет. Окружающий меня свет был не абсолютно белый, а с какими-то включениями жёлтых и голубых лучиков. Визуально эти самые лучики проходили сквозь то, чем теоретически могли бы быть мои глаза, на доли мгновения как бы чуть-чуть ослепляя их и даря калейдоскоп бликов разной тональности. Звуковой тональности.

Ха!

Похоже, в загробном мире можно звук не только слышать, но и видеть!

– И мысли тоже, – неожиданно сзади раздался лишенный эмоций голос.

Я повернул плоскость обзора на сто восемьдесят градусов. То ли от испуга, то ли по какой другой причине, сделал это через верхнюю полусферу. Как если бы совершил сальто назад. Раньше я такие акробатические этюды делать даже не пытался. Видимо, всё-таки это от испуга.

– Эмоции в этом месте – предел мечтаний большинства из нас, – подчёркнуто безразлично прокомментировало мой поток мгновенных размышлений существо, парящее в светящемся ничто и стоящее на некоем подобии площадки в виде… хм? Облака?

Выбитое из привычной материальной реальности сознание попыталось хоть как-то классифицировать специфическую действительность. Выходило, мягко говоря, крайне паршиво.

– Это Переходный Чертог, – уточнило существо. – Твой путь на Земле закончился.

После последней фразы я конкретно так подвис.

«Закончился? Значит ли это, что я умер?»

– Да. Твоя физическая оболочка перестала функционировать. Тот отрезок, который ты называешь «жизнь» для тебя завершился. Биологическое тело прекратило временной забег в материальном мире, откуда ты сюда прибыл.

Существо, зависшее напротив меня на белоснежно-лучистом облаке, привычными терминами описать было довольно сложно. Просто какое-то светящееся Нечто. Определённое строение тела у собеседника отсутствовало. Форма субъекта напротив, в виде размытого сгустка концентрированной энергии, моему сознанию никак не поддавалась терминологической оценке.

– Начала, – всё так же безэмоционально представился он.

– Это имя или раса? – «вслух» решил поумничать я.

– Начала.

«Тэк-с. Что-то где-то про такое я уже слышал. Или видел».

Читал я в минувшей жизни очень много. Как понимаю, именно по этой причине как по команде в памяти тут же всплыли знания божественной иерархии высших сил света. Теоретически, по представлениям приверженцев части религиозных учений Земли, пантеон Творца можно разделить на три ступени или порядка. Первый порядок: ближайшие к Богу. Это своеобразная элита Творца-Создателя. Они разделены на три ранга: Серафимы, Херувимы и Престолы. Во второй порядок входят священники-князья небесного двора. Их тоже три разряда. Называются они, соответственно: Господства, Силы и Власти. Последняя, низшая и самая многочисленная третья ступень иерархической лестницы представлена ангелами-служителями. К ним относятся: Начала, архангелы и ангелы.

По этой, я бы сказал, чересчур обрывочной информации выходило, что Начала – высший ранг ангелов-служителей третьего порядка. Они являются защитниками князей второго порядка. А ещё они считаются ангелами-хранителями городов, народов и правителей.

– Вполне исчерпывающее описание, – ответил на поток размышлений и воспоминаний Начала.

– А имя у тебя есть? – осторожно поинтересовался я.

– А зачем оно мне? – вопросом на вопрос ответил высший ангел.

– Ну, как… Чтобы к тебе по имени обращаться, – немного растерялся я.

– Начала.

«Угу. Понятненько. Это видимо и имя его, и фамилия, и звание, и…»

– Да, верно. Нам нет нужды вводить различия между равными. Так нас принято называть. Начала.

«Ясно. Все равны, как на подбор… где же дядька Черномор? Гхм, да».

– Почему я здесь? Вернее – почему ты здесь?

– Я рядом с тобой, потому что ты здесь. А ты в Переходном Чертоге – потому, что твой путь на Земле закончился.

– Нет, я про другое хочу узнать, – логика в словах Начала была феноменально железобетонная, однако ж, и остротой ума я в минувшей жизни иногда пользовался (Ага, последние прижизненные часы на Земле тому кривое подтверждение, хы-хы). – Ты сказал, что мои знания о Началах вполне исчерпывающие, так?

– Да.

– Раз я помер, тогда объясни, почему высший ангел-служитель третьего порядка удостоил чести заглянуть ко мне, – я обвёл «глазами» пространство вокруг собеседника божественного ранга. – Сюда, так сказать, на огонёк. Я же не являюсь князем второго порядка божественной иерархии. На «город» я тоже совсем не похож. До статуса «народ» однозначно не дотягиваю. И уж тем более – я не «правитель».

– У меня нет обязанности что-либо объяснять тебе. Но я отвечу на вопрос, – бесформенный сгусток энергии принял форму искрящегося шара. – Термины, перечисленные тобой, отражают суть явлений и действий. Твой случай из того списка. Начала истинно призваны быть ангелами-хранителями правителей. Ты – правитель.

Как говориться: клиент завис, вернётся не скоро.

– Кто-кто я?! Правитель? С какой галактической радости?!

– Так записано в Мерных Скрижалях планеты Земля, откуда ты прибыл.

«С этого момента поподробнее, пожалуйста».

Если было бы у меня лицо, на нём появилась бы ехидная ухмылочка.

– Начала, извини, что туго соображаю, я тут совсем недавно помер… Но что значит: «ты правитель»? В минувшей жизни я был простым работягой на заводе, никем не командовал, высоких должностей не занимал. Когда решил сдачей в аренду собственного жилья заняться – ничего путного из этой коммерческой затеи не вышло. Из-за этого, в общем-то, здесь и оказался, – грустно подытожил итог прожитого пути на Земле. – И что ещё за Мерные Скрижали?

– В Мерных Скрижалях записаны эпизоды эпох в истории цивилизаций младших миров, каковым является Земля, – принялся с конца «списка» отвечать на вопросы Начала. – В них изложен чёткий план Творца по всем аспектам бытия разумных и неразумных, смертных и бессмертных, мнимых и явных. В Скрижалях Земли текущей эпохи ты причислен к касте правителей вашего мира. И ты им, безусловно, будешь в данную ветвь бытия. То, что ты упустил возможность открыть дар в текущий отрезок времени – отчасти твоя же и вина. За слом предназначения всегда полагается суровое наказание. В твоём случае – наложен штраф на служение в качестве «ремесленника миров». Учитывая, что это не первый твой подобный проступок, штраф переведён в разряд условно безвременных, а служение будет изолированное.

Опаньки! Приплыли.

От переизбытка критически важной информации голова пошла кругом. Фигурально выражаясь. На самом-то деле головы у меня тут вроде бы как и нет. А поскольку её, равно как и прочих атрибутов физического тела, у меня в наличии не имеется, то будем считать это фантомными проявлениями изъятого организма.

Н-да, ситуация…

«Кстати, значит ли это, что по сути своей – я бессмертен? Моя душа бессмертна. Или всё-таки сознание? А может всё вышеперечисленное вместе? И вообще нестыковка получается! Если я «правитель», который однозначно им станет, то как такое может произойти, если меня навечно на каторгу Бога-Творца скоро сошлют? Блин, да ведь это же меня в Ад закинут! Вашу гадь! Лесочки-грибочки! Просто прелестно!»

Были бы ладошки, они бы вспотели. И холодный пот по спине ручьём потёк бы. Если б у привидения ладони и спина имелись, с потовыми железами в придачу.

«Начала ещё и про какие-то прошлые грехи упомянул до кучи. Ох, чего-то денёк у меня прямо-таки с пятницы не задался. Неужели совсем скоро декорации лучистого интерьера Переходного Чертога сменятся мрачным пейзажем Преисподней с кипящими грязными котлами, в которых черти варят грешников?»

– Начала, и что дальше?

– Я жду твоего решения.

– Решения? А какие есть варианты? – оживился я.

– Ты сам должен их найти, – безапелляционно заявил Начала. – У тебя есть три попытки.

«Ага. Просто зашибись! Прямо потусторонний ужастик о рыбаке-браконьере и его золотом джинне. Три желания? Это слишком мало для удовлетворения всех хотений человека (теперь уже вроде как бывшего), который вырос на детских сказках, повзрослел на компьютерных играх и возмужал на фантастической литературе про «попаданцев». С другой стороны для того, кто только что отбыл из расчудесной реальности старушки Земли, и прибыл в «мир иной» – неплохое начало. От Начала.

– Могу я вернуться обратно на пару лет назад?

– Нет. Твой путь в том времени на той Земле пройден. На твоём уровне благости возврата не будет.

Я мысленно дал себе затрещину: «Вот ведь! Минус одна попытка».

– Это не в счёт, – уловив/услышав/учуяв мои мысли, успокоил Начала.

«Радует… Так, стоп!»

– Что за уровень благости?

Искрящийся шар вновь перетёк в состояние бесформенного сгустка энергии.

«Понятно. Вопрос не по статусу ответчика».

– Спорное утверждение, – мне на мгновение показалось, что в голосе Начала проскользнула досада. – Я могу ответить. Просто не хочу.

Во как!

«Ну да, ну да. Кто мы и кто вы. Какой-то там новоявленный жмурик с рангом «командира» и штрафом-клеймом на вечные каторжные работы вопрошает высшего ангела о какой-то лютой фигне. Будем считать, что не по Сеньке шапка».

– Ты ошибся в выводах, – изрёк Начала, и на этот раз голос его кратно усилился. – У тебя ещё не произошла перезагрузка матрицы души. Отсюда эмоциональный дисбаланс. Эмоции – удел смертных. Сейчас для этого не место и не время, – бесформенный сгусток энергии преобразовался в мерно пульсирующий жёлто-оранжевый кокон. – Время моего нахождения в Переходном Чертоге истекает. Нам нужно заканчивать с формальностями. Повторюсь, для принятия решения тебе даровано свыше три попытки. У меня имеется три возможности их реализовать. Таков Закон.

«Кажется, я много лишнего думаю в открытый эфир».

– Теперь по поводу твоего безмолвного потока слов. Ты не «командир» – ты «правитель». Между этими понятиями огромная разница. Командир управляет теми, кто послушен и вынуждает подчиняться тех, кто ему в покорности перечит. Правитель же решает судьбы всех без исключения. В том числе и судьбу командиров. Про штраф скажу лишь то, что мне дозволено сказать. Его оплатить можно, но сложно. Потому, что долго. Под безвременным штрафом понимается, что его оплата будет происходить на специальных угодьях, где временна́я переменная зациклена сама на себя. Изолированное же служение – это работа в отгороженном от остального мироздания кубе специальных угодий, где нет влияния цивилизационной составляющей.

– Начала, можно как-то более сжато и более доходчиво объяснить? Для тупых. Гхм, пожалуйста.

– Тебе предстоит трудиться на благо Творца в Незримой Пустоте, где поблизости нет никого, кто мог бы повлиять на ход твоих работ. В реальности, откуда ты прибыл сюда – это место находится за пределами спиральной галактики, которую земляне называют Млечный Путь. И длиться твоё служение по земным же меркам будет бессчётное количество лет.

«Зашибись. Вот я влип!»

– Когда ты выполнишь работы и уплатишь штраф – уровень благости должен повыситься. Тогда ты сможешь вернуться в то время, про которое говорил. Правда, не вижу в том никакого смысла.

– Оно и понятно. После «бесконечной» трудовой повинности не то, что Земли – самого Солнца не станет, а то и упомянутой выше галактики.

– Ошибаешься, – в голосе Начала я отчётливо различил нотки сарказма. – На Земле время течёт иначе, чем в Пустоте. Бесконечность у тебя будет многим меньше мгновения твоего бывшего мира.

«Успокоил. А то там у меня должнички образовались. Заждались уже, поди».

– Начала, что мне делать?

– Принимай решение.

«Знать бы ещё какое».

– Послушай, Начала, а если я соглашусь на работу… Как там его…

– Ремесленника миров, – уточнил высший ангел-служитель.

– Ага. Его самого! Ремесленника этого. Что тогда произойдёт?

– Я выдам тебе материал для работ, проинструктирую согласно положению Закона Творца и отправлю к месту несения службы.

– А если откажусь? Или, допустим, попрошусь куда-нибудь, где уровень развития мира не такой как на Земле? Пусть он намного ниже будет, но чтобы не в одиночестве за пределами галактики в Пустоте работать.

– В первом случае – я передам дело выше по инстанции. Там всё решит за тебя кто-то из князей второго порядка. Но не советую так поступать. Итог будет точно таким же, как если бы ты добровольно вступил в должность ремесленника миров, но ограничений в таком случае будет изрядно больше, а свободы выбора – чуть меньше.

«Не-не-не, не вариант! Ну его, в звёздную хмарь, такое счастье!»

– Во втором случае сюда прибудет другой Начала. С ним и обсуждай детали.

Судя по способу подаче информации, мой нынешний высший ангел-хранитель не очень-то жаждет избавиться от опекаемого им непутёвого «правителя».

– Правильно ли я понимаю, вариант с другими мирами мне тоже лучше не выбирать?

– Это твой выбор. Я не вправе давать совет.

– Но про отказ ты же посоветовал?

– Там нет пересечения интересов других Начала. Второй порядок выше нас по статусу. Сортировка «правителей» по мирам – зона ответственности Начал. Но… мне будет жаль, если ты выберешь такой путь.

Впервые за всё время нашего с высшим ангелом общения, тот сделал паузу в произносимой фразе. Не стоит пренебрегать предупреждениями столь могущественной сущности!

– За изречённое откровение я буду вынужден понести наказание, – вновь безэмоционально произнёс высший ангел.

А уж это точно дорогого стоит!

– Спасибо, Начала.

– Слов благодарности не требуется. Мой долг оберегать избранного свыше правителя.

Выбор вроде бы очевиден. Однако Начала дал мне три попытки на поиск вариантов определения своей участи. Как говориться: попытка – не пытка.

– Если я верно понял…

– Ты исчерпал поиск путей решения, – огорошил Начала. – Теперь ты можешь лишь подтвердить свой выбор.

– Как так-то?! – если бы при мне было моё физическое тело, по нему бы сейчас табуном пробежались предательские мурашки с холодком.

«Вот идиот! Я же сам «желания» волшебному джинну в лице Начала заказывал! Сначала спросил: что будет, если соглашусь на штрафную работу ремесленником миров? Второй раз – если не соглашусь. И напоследок про другие миры ляпнул! Так и знал! Всегда есть пункты, написанные мелким шрифтом, про которые «забывают» упомянуть перед подписанием контракта, а тупые обыватели отключают мозги, когда ставят подпись, не читая бумаги».

Ладно. Нечего на зеркало пенять, коли в ней кривую морду лица узрел. Раньше надо было к квалифицированным косметологам и пластическим хирургам обращаться.

– Я согласен быть ремесленником миров.

– Выбор сделан! – торжественно провозгласил Начала.

Не успел я что-либо ответить, как яркость света Переходного Чертога стала резко многократно усиливаться. Меня охватило состояние близкое к панике. Самым противным в данной ситуации было то, что я никак не мог хоть как-то повлиять на процессы вокруг.

Практически ослеплённый, заметил, как Начала очередной раз поменял форму «тела». Из пульсирующего жёлто-оранжевого кокона он сначала перетёк в ослепительно бело-голубую «каплю», а затем принял исходный вид бесформенного сгустка лучистой энергии. После окончания преобразования Начала просто схлопнулся в никуда.

К этому моменту свет вокруг стал просто нестерпимо-обжигающим и одновременно – несущим усыпляющую прохладу…

Моё сознание в очередной раз потухло.

Глава 2

Очнулся я свободно паря в бесконечной пустоте космоса.

– Незримая Пустота, – интуитивно догадался я.

Почему так решил, спросите? Ответ прост до неприличия – во время недавнего разговора Начала прямо заявил, что трудиться во искупление грехов я буду за пределами родной спиральной галактики. А она как раз находилась напротив меня. Ага. Тут даже самый тупой догадается. Поверх гигантской звёздной структуры так прямо и было по-русски написано: «Млечный Путь». И ещё стрелочка мигающая имелась, которая указывала на обозначенный макрокосмический объект.

Вид на родное звёздное скопление был потрясающий!

Гигантские рукава галактики, состоящие из бессчётного количества звёзд, медленно вращались вокруг загадочного центра, где теоретически должна находиться сверхмассивная чёрная дыра. Тот тут, то там внутри галактического диска периодически вспыхивали одинокие маяки отдельно взятых катаклизмов космического масштаба – взрывы сверхновых. Цвет Млечного Пути поражал богатством красок и оттенков. Этакий калейдоскоп цветового спектра.

Рядом с большим братом имелось несколько размытых брызг звёздных скоплений меньшего размера. Большое и Малое Магеллановы Облака. И не только они. Земные названия прочих конгломератов материи я не помнил.

Переведя взгляд чуть влево, нашёлся и «большой брат» мастной группы галактик – Туманность Андромеды. По моим скромным прикидкам, эта спиральная галактика была раза в два больше Млечного Пути.

– Просто чума! Так, стоп. Я же в вакууме! – охолодила восторженный разум тревожная догадка. – Спрашивается: как я могу говорить, когда у меня нет не то, что собственного тела – даже подобия рта?!

Мысли о том, как вообще возможно видеть воочию всё происходящее, по внутренним ощущениям появились спустя долгие минуты лицезрения окружающей красоты. Завораживающей, божественной красоты!

– Отчего же у тебя нет тела? – раздался голос сзади. – Оно у тебя есть. Просто оно создано и работает по другим законам Творца.

Не, ну что за манера подкрадываться со спины!

– Начала?

Я вихрем перевёл взгляд на высшего ангела-служителя. На периферии зрения заметил, как мимо что-то стремительно пронеслось. Внешне это «что-то» было похоже на огромный неправильной формы булыжник.

– Да, это я, – прежним, лишённых эмоций голосом подтвердил божественная сущность третьего порядка.

И тут меня осенило. Тот «камешек», который так мило фантастически резво проплыл мимо меня, есть не что иное, как самый настоящий астероид! Масштаб в текущей новой реальности плохо поддавался определению, но судя по «картинке» перед «глазами» с ворохом всевозможных галактических объектов разной степени массивности, размером космический странник был несколько десятков, если не сотен километров в поперечнике. А раз так, то какого же роста я-то тогда стал?!

– Как подобное вообще возможно?!

– Твоё нынешнее тело теперь существенно больше прежней земной биологической оболочки, – безучастно подвёл черту под судорожным мыслительным процессом Начала. – Для сведения: диаметр пролетевшего мимо астероида составляет двести восемь стандартных километров.

Информацию о циклопическом размере космического странника я пропустил мимо ушей. Гораздо важнее была первая часть ответа высшего ангела третьего порядка.

У меня есть собственное тело! И оно болтается в невесомости посреди скопления местной группы галактик? Невероятно, но факт.

«Насколько же я теперь подрос, интересно знать?»

Я посчитал нужным кое-что проверить. Сначала решил зажмуриться, потом – попытаться поднять руки до уровня лица.

К удивлению и несказанной радости мне удалось сделать и то и другое. Когда открыл глаза, перед ними открылся немного пугающий и одновременно завораживающий вид. Две открытые человеческие ладони, на которых сардельками торчали вполне нормальные такие человеческие пальцы. По пять стандартных штук на каждой. Вся эта дикая красота висели на некоем удалении от меня, и сильно смахивала на медицинские перчатки, которые слегка накачали сжатым воздухом. Цветом ладони были бледно-розового цвета. Настораживало, правда, полное отсутствие какой-либо связи ладоней с остальным новым телом.

Для убедительности того, что «глаза» мне не врут и передо мной часть моего же нового «организма», сжал по очереди ладони в кулак, затем разжал кулаки, пошевелил пальцами, изобразил пятернёй ряд простых комбинаций, потом сжал кулаки снова и ударил ими друг о друга. Ощутимо почувствовал «контакт», и мысленно улыбнулся, что предусмотрительно не стал проверять «конечности» на прочность, ограничив силу удара.

«Так. Если есть «руки», пусть в урезанном виде, в форме ладошек-перчаток, то это же всё-таки «руки»! А раз так, значит должна быть голова, ноги и всё остальное по списку!»

– Нет, – не преминул разочаровать Начала. – Поверь, то, что есть – вполне достаточно для работы ремесленником миров.

«Что, серьёзно?»

Решил проверить.

Перевёл взгляд туда, где технически должно находиться собственное туловище. Ожидаемо перед глазами предстало печальное зрелище. Ног или чего бы то ни было похожего на торс рассмотреть не удалось. Больше всего расстроила пустота на месте теоретического соединения одного с другим. Некстати подумалось про «бубенчики» и причинное место. Увы и ах…

На всякий случай провёл «руками» ниже уровня глаз. «Ладошки» прошли в пустоте, не найди никаких элементов нового организма.

«Вашу гать! Как с таким недокомплектом собственной тушки работать-то! Выдали только пару огрызков конечностей. С другой стороны тут и плюсы есть. Теперь у меня тупо нет никакой надобности удовлетворять естественные потребности обычного земного тела. Как говориться, нет тела – нет и дела по его, тела, поддержанию в нормальном рабочем и здоровом состоянии. А поскольку трудотерапия по времени мне предстоит бесконечно долгая, то и смысла думать об этом – тоже нет».

– Начала, так значит, здесь мне предстоит отбывать наказание?

– Да. Я доставил тебя к месту несения службы.

– В виде головы с двумя обрубками вместо рук, – грустно подытожил я.

– Вообще-то, головы у тебя тоже нет. Для работы ремесленника миров достаточно иметь длани, объёмный взор, уста и всеслышащий разум, – вогнал в полную депрессию едким уточнением высший ангел.

– Лапы, глаза, рот и аналог ушей? – с ехидцей уточнил я.

– Да, – по обыкновению коротко ответил Начала, проигнорировав иронию.

– Весело у вас живётся загробным каторжанам, – хмуро пробормотал я.

После небольшой трагической паузы Начала всё-таки решил подкинуть некоторых подробностей моего предстоящего жития-бытия:

– Форма твоего тела не конечна. Вместе с развитием возводимых миров тебе будет предоставлено право произвольно менять свой облик. Не сразу, но тем не менее. Теперь по существу дела. Длани могут творить как живую, так и неживую материю. Вес и объём здесь значения не имеют. Полная информация, необходимая для работы ремесленника миров, изложена в Книге Зодчего и Книге Благ. Их найдёшь во Внутреннем Чертоге. Доступ к нему – на тыльной стороне левой длани. Надеюсь, сложности с доступом туда у тебя не будет, равно как и с пониманием содержания книг.

Я перевёл взгляд на левую «перчатку». Действительно, на тыльной стороне там имелся значок в виде двери. Даже петли и массивная ручка присутствовали.

– Начала, можно вопрос?

– Слушаю.

– Чертог этот – это что вроде комнаты отдыха в межгалактической пустоте?

– Скорее – склад. У тебя на Земле книжных дел оракулы и транжиры времени в игровых иллюзиях погружения сознания так «пространственный карман» часто называют.

Сначала я немного завис, но потом до меня дошло. Однако! Какое всё ж таки пафосное и занимательно точное обозначение писателей-фантастов и фанатов определённого жанра компьютерных игр озвучил Начала.

– Продолжим. Объёмный взор или очи. С помощью данного атрибута ты сможешь увидеть результат своих работ. Твоё зрение абсолютно. В пределах зоны ответственности ремесленника миров оно вездесуще и всепроникающе. Нет ничего, чего бы ты здесь не смог увидеть. Далее. Уста. Они позволят тебе общаться с любой материей, энергией, эфиром, духом и пустотой, кроме тех случаев, когда они подконтрольны созданиям Творца первого и второго порядка. С ними контакт можно получить после запроса к Началам.

– К тебе, то есть.

– К любому из нас. На призыв явится тот, в чьём ведомстве поднятый вопрос.

– Другими словами: надо мной присматривать будешь не один ты?

– Мой долг быть рядом всегда. Однако ты не единственный правитель, чьи интересы я обязан блюсти. Мироздание Творца-Создателя бесконечно велико.

– Понятно.

– В заключении поведаю о принципе применения всеслышащего разума. Как ты уже заметил, для Начала нет надобности слышать произнесённые вслух слова. В мире Земли самый близкий термин этому – «телепатия». Однако он не до конца раскрывает истинную суть всеслышащего разума. С его помощью тебе откроется поток мыслей и речей всех сотворённых тобой живых и неживых объектов, голос Незримой Пустоты, а также шёпот слепков душ и эфирных потоков. В Книге Благ обязательно изучи раздел, который посвящён данной теме.

– Послушай, Начала, так чем всё-таки мне здесь конкретно предстоит заниматься? Какие мои обязанности? Что должен делать ремесленник миров посреди вакуума космоса, находясь между кучи галактик?

– Строить новые миры во славу Творца, – ошарашил новостью Начала. – Изучи Книгу Зодчего. Там найдёшь все ответы на интересующие вопросы.

– А если я там чего-нибудь не пойму?

– Без «если». Ты справишься, – убеждённо заявил высший ангел.

– Ясно. Справлюсь, так справлюсь, – рассеянно ответил я. – Значит, теперь будем прощаться?

– Да. Но после того как ты возьмёшь вот это, – с последними словами Начала «извлёк» из ниоткуда серую коробку. – Внутри находится материал для работы ремесленника миров.

Оценить габариты контейнера было довольно сложно. Какой-либо вменяемой привязки, на основе которой мне удалось бы измерить объект, попросту не было. Даже тот недавний космический булыжник успел давно скрыться в Незримой Пустоте.

Съедаемый любопытством я сосредоточенно принялся осваивать управление новыми «руками». Длани отлично слушались мысленных команд, как если бы всё происходило инстинктивно. Коробка по сравнению с руками была чуть меньшего размера. После недолгой возни с упаковкой, удалось её вскрыть.

Внутри я обнаружил странные бруски с продольными бороздками в верхней их части. На ощупь они напоминали самый обычный пластилин. Помниться, в детстве минувшей жизни мне очень нравилось лепить разного рода поделки. Особенно тогда вдохновляла возможность ваять солдатиков, крепости, корабли и всякие сопутствующие военной тематике вещицы, чтобы потом устраивать грандиозные баталии, а затем кучу времени тратить на восстановление порушенного.

Всего в наличие имелось семь одинаковых брусков. Одинаковые они были по форме, но отличались по цвету. Для успокоения совести я для себя его определил как: белый, красный, жёлтый, зелёный, синий, коричневый и чёрный.

– И что мне с ними делать?

Как оказалось, вопрос я задал в пустоту. Буквально. Пока копался в коробке, Начала бесшумно свалил в бесконечное Ничто.

– Просто замечательно. Вот и попрощались, называется, – с досадой буркнул я в вакуум космоса. – Ладно. Ну, что, Шурик, будем, помолясь, творить доброе, светлое, вечное? Где тут у нас наша мудрая Книга Зодчего?

С этими словами я приблизил к «глазам» левую длань. На её тыльной бледно-розовой стороне по-прежнему выделялся рисунок винтажной двери. Пространственный карман.

– Понять бы ещё, как мне забраться во Внутренний Чертог?

Едва я подумал о способе открытия заветной дверки, как передо мной возникла объёмная проекция некоего помещения в виде куба. Три боковые стенки и пол его были слегка затушёваны жёлтой краской. Потолок и передняя стенка отсутствовали. Внутри куба посередине одиноко стоял стеллаж, на верхней, десятой по счёту полке которого сиротливо лежали два покрытых паутиной фолианта.

– М-дя уж. Уборку помещений тут явно проводили очень давно.

Хозяин ловчей сети тоже быстро обнаружился. Молочно-белого цвета паучок с двумя рядами красных глаз сидел на правом источнике «кладезя знаний» и весело перебирал лапками.

– Ну, здравствуй, дружок. Как тебя звать-величать и что ты тут забыл?

– Моё имя Йот, владыка Лександр, – неожиданно услышал я ответ арахнида-альбиноса. – С этого мига вечности я безмерно рад служить вам в качестве хранителя Внутреннего Чертога.

О как! Не успел помереть и фактически оказаться в некоем подобии ада, как уже мне присягают на верность отдельные представители класса членистоногих из подтипа хелицеровых. Весёленькое дельце.

«Служить, значит? Ага, понял».

Раз так, будем строить из себя большого начальника:

– Так, Йот, теперь ёмко, но кратко объясни-ка мне: почему ты обозвал меня владыкой и нарёк Лександром?

– Прошу прощения, если глупым словом оскорбил вас! – прошелестел паучок. – Владыкой принято называть всех ремесленников миров на службе Творца-Создателя. Если будет на то ваша воля, со стороны вашего покорного слуги такого больше никогда не повториться.

– Я не сержусь, Йот. Владыка так владыка, – успокоил я единственного на данный момент подчинённого.

– Благодарю за милость, владыка! – воспрянул духом арахнид. – Лександром же я назвал вас, да простит меня мой владыка, потому что это ваше имя.

«Чё? Не понял?»

– Вообще-то, меня мама Александром назвала. В прошлой жизни.

– Я понимаю, владыка. Однако вынужден вам доложить, что согласно Положению о наречении ремесленников миров, имя его не может начинаться с начальной буквы-образа. Это привилегия высших.

«Угу. Ясно. Каторжанам делают именное обрезание. Во искупление, так сказать, части грехов. Принято».

– Хорошо. Пусть будет Лександр. Слушай, Йот, ты вообще давно тут сидишь?

– Владыка, я здесь был всегда, – поспешно ответил паук-хранитель. – Как Начала по приказу князей второго порядка создали Внутренний Чертог, так с тех пор я бессменный его обитатель.

– Чем же ты тут питался всё это время?

– После того, как последний ремесленник миров завершил свой труд и его забрал Начала, я впал в спячку. В тихих грёзах мне пища не нужна.

– И давно ты заснул? Когда тот последний владыка ушёл?

– Я не знаю, владыка Лександр. Здесь и за пределами Чертога время течёт с разной скоростью.

– Понятно. Но теперь-то ты очнулся ото сна. Чего теперь будешь есть?

– Владыка, я питаюсь крошками, которые падают в Незримую Пустоту после работ ремесленников миров.

– Стало быть, теперь мне тебя кормить, – подытожил я нехитрую схему продуктового снабжения слуги.

– Да, владыка.

Странно, или мне всё-таки показалось? После ответа арахнид в знак уверенности по случаю скорой кормёжки потёр друг о друга передними лапами. Вот ведь, блин. Послали товарищи высшие существа на мою несуществующую шею нахлебника. Что ж, делать нечего – придётся кормить. Вопрос только чем?

– Кстати, Йот, как имя последнего ремесленника миров, которому ты служил?

Арахнид на какое-то время, что называется, «завис».

Неожиданно для себя я прекрасно понял, о чём думает хранитель Внутреннего Чертога, как будто он всё вслух говорил:

«Как же я мог забыть имя прежнего владыки? Неужели опять Начала избирательно память стёр? Вот так трудишься, трудишься без устали лапами ворочаешь, а под конец – бац и в голове рваная паутина. Хорошо хоть имя своё помню! Нет, будь что будет, а я уговорю владыку Лександра подать жалобу на Начала!»

«Э, э! Полегче! Только не надо меня лбом сталкивать с высшим ангелом-служителем, уважаемая букашка! Я тут в «мире ином» без году неделя. Негоже мне права качать раньше времени».

За сотрудника, конечно, обидно, что так с ним нехорошо поступают, однако, прежде чем мутить интриги божественно-галактического масштаба, надо сначала разобраться: что тут к чему и зачем.

И тут до меня неожиданно дошло!

«Так вот, значит, как всеслышащий разум работает! Телепатия онлайн. Отличное приобретение».

– Владыка Лександр, простите, но я не помню имени прошлого ремесленника миров, – наконец, родил ответ Йот. – Я хотел бы попро…

– Ничего страшного, мой славный бессменный хранитель Чертога, – оборвал я арахнида-альбиноса на полуслове. – Забыл и забыл. Но обещаю – по мере своих скромных сил постараюсь разобраться в причинах твоей странной диссоциативной амнезии. Излечение гарантировать не буду, но сделаю всё, что смогу. Отменное здоровье сотрудников – великое благо для любого адекватного руководителя.

– Премного благодарен, владыка! – тут же вдохновился Йот. – Да будет легка ноша ваша в качестве ремесленника миров!

– И тебе спасибо, Йот, за пожелание, – кажется, мой единственный сотрудник отныне будет предан мне как самому себе. – Ладно, хватит лирических отступлений. Давай, мой многоногий друг, наконец, перейдем к насущным делам. Надеюсь, ты имеешь представление: с чего должен начать работу новоявленный ремесленник миров?

– Да, владыка! Конечно, знаю!

– Отлично! Рассказывай…

Глава 3

– Владыка, – паук-слуга переполз на край древней книги, на которой сидел всё прошедшее время, – после того, как Начала перенёс вас в специальные угодья, он должен был выдать вам короб божественного субстрата.

– Ты имеешь в виду коробку с разноцветным «пластилином»?

Арахнид совсем по-человечески потёр лапой по многоглазой голове, всем видом показывая, что слегка задумался.

– Ну да. Можно и так сказать. Владыка, а у вас там сколько всего разноцветных брусков?

Я перевёл взгляд на висящий в вакууме распотрошённый короб.

– Семь, – озвучил я итог нехитрого пересчёта содержимого упаковки.

– То есть как семь? – встрепенулся хранитель Внутреннего Чертога. – Странно. Обычно их всегда шесть бывает. Очень странно.

– Поверь мне, Йот, их тут ровно семь. Ни меньше, ни больше.

– Владыка, не могли бы вы назвать их цвета, – вытянулся на лапках слуга, словно пытался заглянуть за стены места вечного узилища и сам определить скрытый от глазных соцветий паучьего тела спектральный класс субстрата.

– Да легко, – реакция Йота самую малость развеселила. – Белый, жёлтый, красный, зелёный, синий, коричневый и чёрный.

– Ух ты! – многоногий хранитель аж подпрыгнул от удивления. – Владыка, надо же! У вас есть белый субстрат! Это великое чудо! Настоящий подарок от высших!

– Пока не пойму причины твоей радости, но раз мне отсыпали чуть больше, чем предыдущему ремесленнику миров – не отказываться же от даров.

– На моей памяти Начала впервые так расщедрился, – радостно пискнул Йот. – За всё время служения хранителем Внутреннего Чертога, брусков, как вы их назвали, «пластилина» почти всегда было шесть. Однажды одному владыке даже всего пять брусков дали. У него тогда ещё зелёного не было.

– Сочувствую его горю, – хмыкнул я.

В мозгу начала свербеть мыслишка по весьма странной избирательности памяти Йота. Имя прошлого ремесленника миров он напрочь забыл, а о разном количестве субстрата, выдаваемого моим предшественникам, так он прекрасно помнил. Возьму на заметку.

– Однако давай вернёмся к нашей прежней теме разговора. С чего мне начинать работу?

– Вообще-то, да простит владыка мне мою дерзость, вам лучше всего начать с изучения Книги Зодчего.

– Успеется, – отмахнулся я, совсем не горя желанием корпеть над толстенной книжищей. – После на досуге как-нибудь полистаю. Ты давай, просвети начальство. Кратенько, но ёмко.

Как это обычно бывает в таких случаях, совсем уж кратенько у Йота не вышло.

Выяснилось, что для начала мне нужно создать светило. То есть самую настоящую звезду – огненный шар, в недрах которого бушуют термоядерные реакции. Чтобы его сотворить, мне требовалось отщипнуть часть бруска «пластилина», скатать пальцами из него шарик и отправить в свободное путешествие по Незримой Пустоте. Остальное сделается автоматически.

Цветом субстрат, годный для изготовления нового солнца, мог быть четырёх видов: жёлтым, красным, голубым или белым. Всё как по учебнику астрономии, с его звёздной градацией по спектральному классу светил. На счёт голубого цвета была небольшая загвоздка. Йот пояснил, что для создания такого субстрата я должен смешать часть белого и синего брусков «пластилина» в некоей специфической пропорции. Точное количество каждого из компонентов он не знал.

Решил, что ну его, в галактическую муть, такие сложности. К тому же вспомнились особенности голубых звёзд – они крайне яркие, горячие и короткоживущие. Раз уж я должен мастерить новый космический очаг, то путь он будет похожим на светило родной планетарной системы.

По словам слуги-арахнида, размером заготовка под рукотворное светило должна соответствовать среднему размеру схожей по типу звезды. Находился нужный размер, как уточнил Йот, исключительно опытным путём.

После вводной лекции пришла пора практических занятий.

Чтобы Йоту были лучше видны мои манипуляции, я поместил коробку с божественным субстратом напротив Внутреннего Чертога. К моей великой радости сделать это было довольно-таки просто. Даже несмотря на то, что пространственный карман вроде как должен находиться внутри длани.

Йот объяснил очевидную нестыковку в нахождении объекта иного измерения посреди обычного пространства Незримой Пустоты квантовым принципом структуры божественного артефакта. Просто оказалось, что хоть Внутренний Чертог, а также сами угодья, где я начал отбывать трудовую повинность, существуют в разных континуумах, но малый объём моего «виртуального» склада, с бесконечно долго живущим там Йотом, вполне может воплотиться в осязаемой, зримой форме структуры стандартного мироздания.

Для себя я нашёл более простую и понятную формулу объяснения происходящего.

Когда идёшь по магазину, ты складываешь продукты в корзину, а после оплаты на кассе – перемещаешь всё купленное богатство в пакет, вынутый из кармана куртки. Здесь магазин – специальные изолированные угодья, корзина для еды – выданная высшим ангелом-служителем коробка с «пластилином», а пакет есть не что иное, как мой пространственный карман. Пакет можно достать и бродя между прилавками. Он своеобразное скрытое от глаз остальных покупателей измерение. И в него можно в любой момент запихнуть какую-нибудь мелкую съестную фигню, а затем бросить в ту же корзину. Кстати, можно ведь и саму корзину засунуть в пакет. Если тот достаточно большой…

Про последнее – сделал заметку в голове. Надо будет обязательно в ближайшее время провести парочку научно-дилетантских экспериментов.

– Ладно. Как сказал великий космический первопроходец матери-старушки родной планеты: «Поехали!»

– Владыка, не торопитесь! – взвизгнул Йот, когда я вытащил правой дланью жёлтый брусок «пластилина» и решил целиком его скатать в шарик. – Попробуйте сперва из красного божественного субстрата сделать светило. И отщипните для заготовки примерно половину плитки.

– Разумно, – на левой длани я оттопырил большой палец вверх, показывая Йоту, что благодарен ему за своевременный совет, после чего поменял жёлтый брусок на красный. – Может вообще треть использовать?

– Тогда уж – лучше четверть, владыка, – заосторожничал слуга.

– Во! Правильно говоришь! Материала не так много. Нужно экономить ценный ресурс, – согласился я.

Принцип «зажигания» термоядерной космической печки для меня важен был постольку поскольку. Лишь бы заработало, как говориться. Да и смысл забивать голову высоконаучной ерундой? Тем более, когда «голова» в весьма урезанном виде. Хе-хе. Если бы Начала был уверен, что я запорю работу едва её начав, он навряд ли так быстро смылся в межгалактическую даль. Значит – я должен, просто обязан справиться!

– Так, что дальше, Йот? – я держал в правой длани небольшую красную сферу, рассматривая её со всех сторон.

– Бросьте заготовку в Пустоту, – деловито ответил арахнид.

Я сместился чуть в сторону, чтобы слуге из Внутреннего Чертога было видно происходящее, и забросил «снежок» в безжизненный космос.

Примерно с минуту шар просто летел, но затем по его поверхности забегали всполохи гневных электрических разрядов. Кажется, начался процесс запуска термоядерного реактора. Иллюминация по нарастающей усиливалась и в завершении заготовка из божественного субстрата ярко вспыхнула.

Гы! Похоже, я только что стал свидетелем рождения новой звезды, которую сам же и создал.

В глазах слегка зарябило. На периферии сознания на фоне эйфории от разумения момента божественного творчества зародилось, а потом волной разошлось по всем немногим элементам выданного «тела», волна непередаваемого блаженства. Прямо до мурашек. Я могу поклясться, что в тот момент «уши» различили колокольный малиновый перезвон, литавры, утробный гул сотен медных труб, на который наслаивалось ангельски-прекрасное пение сокрытого в Великой Пустоте неведомого хора. Длани стали ощутимо подрагивать в такт мерного танца пульсации нового космического странника – летящего во вселенской тьме одинокого красного карлика…

– Владыка, с вами всё в порядке? – вывел из состояния, близкого к экстазу, обеспокоенный паучок-слуга.

– Гхм, угу, – только и смог выдавить я в ответ.

«Так вот ты какой – миг божественного творения!»

Наблюдая за новенькой звёздочкой, я глуповато улыбался. Интересно, от спектрального класса нового светила и его размеров зависит количество выдаваемой благости? Это ведь она была, надеюсь?

– Йот, как тебе почин? – с гордостью указал я дланью на звезду.

– Великолепное начало, владыка Лександр! С первого раза и полностью рабочий космический очаг! Просто удивительный результат! – восхищённо замахал белыми лапками слуга. – На моей памяти ещё никто ни разу так быстро не лепил годные светила!

Слова бессмертного хранителя Внутреннего Чертога лились бальзамом на душу.

– Что дальше? Может, ещё одну звезду зажжём? – азартно потёр я длани друг о друга.

В какой-то момент осознал, что «перчатки» хоть и вошли в тесный контакт между собой, на положении Пространственного Чертога это никак не отразилось. Обиталище арахнида-альбиноса висело в некоей матово-белой дымке, подсвеченной изнутри. Мысленно «повелел» пространственному карману сместиться чуть влево. И… неожиданно всё получилось! Товарищ божественный каторжанин, то есть я, стал телекинетиком!

Экспериментальный оптимизм обломал Йот:

– Пока рано, владыка. Дождёмся, когда начнёт формироваться облако роста.

«А это что ещё за неведомая фигня? Впору словарь божественных терминов заводить».

– Облако роста? – переспросил я недоумённо.

– Совершенно верно, владыка. Так называется протопланетная материя, которая скоро будет собираться вокруг нового светила… Вот, смотрите! Уже началось!

И действительно, вокруг молодой звезды стала формироваться сфера тускло-белесой пыли.

– Откуда взялись такие объемы вещества? Мы же тут висим между галактик. Кругом вакуум! Пустота!

– Незримое Ничто исконно неоднородно, – последовал ответ Йота. – Всегда есть что-то, что в обычное время ничем не связано. Теперь, когда появился центр притяжения – разбросанная по космосу материя собирается воедино.

«Ага. Гравитация вступила в дело. Массивное тело звезды как магнит «пылесосит» ближайшие окрестности. Понятно».

Между тем межзвёздная пыль всё плотнее и плотнее окружала новую звезду. Из короны красного карлика то и дело вырывались огромные протуберанцы, которые ножом проходили сквозь собираемое вещество. В какой-то момент концентрация его достигла критической массы, и на определённых расстояниях от источника света исходная структура облака роста стала уплотняться.

– Владыка, сейчас самое время подкинуть субстрата, чтобы ускорить рождение планет, – вывел из созерцания чуда творения арахнид.

– Как это сделать? – не отрывая взгляда от просмотра онлайн-трансляции сотворения звёздной системы, поинтересовался я у слуги.

– Возьмите немного божественного субстрата и бросьте туда.

– Йот, какого цвета отщипывать «пластилин»?

– Любого, владыка. Кроме белого и жёлтого. Они плохо подходят для строительства небесных тел на данном этапе.

– Готово, – с такой элементарной задачей я справился быстро. – Мне нужно в шарики его раскатывать или просто кривой кусок отправить в полёт?

– Форма и размер особого значения не имеют, но позволю себе вам рекомендовать делать субстрат в виде шара.

Сказано – сделано. Четыре крохотных «снежка» по очереди полетели в сторону новорожденной звёзды.

Первым стал шарик коричневого цвета. На подлёте к месту назначения он произвольно рассыпался на несколько частей. Те, к слову сказать, столь же быстро приняли шарообразную форму. По итогу я насчитал десять «тел». Попав внутрь газопылевой туманности, они стремительно стали занимать строго определённые места вокруг материнского светила.

Через пару мгновений орбиты протопланет были уже чётко различимы. Осколки первого «снежка», словно ледоколы шли вокруг красного карлика, попутно собирая бесхозное вещество. Кажется, пришёл черёд формирования протопланетного диска.

На момент запуска мной в свободный полёт второго шарика (на сей раз я выбрал брусок «пластилина» синего цвета), общая сфера планетарной туманности успела исчезнуть процентов на двадцать. Теперь были хорошо различимы десять новорожденных протопланет, между которыми по спирали к центру системы текли потоки «молока» в виде невостребованного пока что строительного материала.

Зрелище было потрясающее. На ум пришла мысль о чересчур быстром ходе процессов. С какой же скоростью сейчас течёт время? С одной стороны происходящее шло за гранью реальности. Разве может целая звёздная система родиться за какие-то несколько минут? С другой стороны – Начала вроде как говорил, что на специальных угодьях временна́я переменная зациклена сама на себя. Вполне вероятно я наблюдаю процессы, которые при обычном ходе времени идут многие сотни тысяч, если не миллионы лет.

Между тем в новорожденной звёздной системе выделились две неравные по количеству группы планет.

В первую попали тела на ближней к красному карлику орбите. Я насчитал всего три таких объекта. По размеру эта троица оказались существенно меньше своих братьев из второй команды. Несмотря на коричневый цвет исходного материала субстрата, сейчас новорожденные дети рукотворного светила пламенели жгучими маячками расплавленного вещества.

Вторая группа небесных тел была представлена газовыми гигантами. Во всяком случае, я так решил их охарактеризовать после более внимательного рассмотрения. Семь пульсирующих сфер. Все одинакового бурого цвета. Каждый от пяти до двадцати раз превосходит размером любого из стайки «малышей». Семь грозных чудовищ прочно обосновались на периферии системы.

Между двумя этими группами оформилась непонятная на первый взгляд пустота. Вроде как планет там не было, но и строительного материала не осталось вовсе.

После того, как в область контроля матери-звезды попал мой синий «подарочек», пропажа быстро нашлась. Вместо одного объекта на «пустой» орбите двигалось более трёх десятков тел. Добравшись туда, синяя сфера божественного субстрата распалась на сотню фрагментов, которые быстро разлетелись по системе. Большая их часть устремилась к трио «малышей», где один за другим они сталкивались с ближайшими к звезде планетами. Десятка два-три столкнулись со скрытыми космическими телами на «пустой» орбите. Оставшиеся – бомбардировали гиганты.

Третьим по счёту я отправил в полёт шарик «пластилина» зелёного цвета. По непонятной для меня причине он разделился лишь на пять частей. Два упали на ближние к красному карлику газовые гиганты, третий принялся кружить и собирать один за другим кусочки мозаики на якобы «пустой» орбите, а два последних – упали на вторую и третью планеты из группы «малышей».

В заключение, для ускорения строительства системы молодого светила, мной был запущен «ковчег» из «пластилина» чёрного цвета. По размеру я его слепил самый маленький. Однако после пересечения некоей невидимой границы системы, сфера лопнула на многие сотни, если не тысячи осколков. Получилась своеобразная космическая шрапнель.

Объёмный взор позволил узреть сущий ад в подконтрольной мне точке пространства. Едва рождённые одиннадцать протопланет (на «пустой» орбите всё-таки собралось ещё одно крупное небесное тело) были буквально прошиты насквозь россыпью чёрных снарядов. В какой-то момент мне показалось, что и одинокому красному карлику не миновать той же участи. Каково же было моё удивление, когда уцелевшие после столкновения с планетами шальные осколочки вдруг соединились в единый кусок серо-чёрного вещества и тот стал быстро удаляться по спиральной траектории прочь от центра. Окрестности светила новый объект однако не покинул. Его забросило на дальний рубеж притяжения красного карлика.

Я стал свидетелем появления пятой каменистой или двенадцатой – по общему счёту, – планеты, созданной мной звёздной системы безымянного (пока что) нового светила.

– Йот, а теперь что делать?

– Ждать, владыка, – коротко ответил хранитель Внутреннего Чертога.

– Чего ждать?

– Когда созреют планеты, – последовало странное пояснение.

– В смысле созреют? Они, что – овощи на космической грядке? Ты это серьёзно? – усомнился я во вменяемости арахнида.

– Абсолютно, владыка Лександр! Светило исправно работает, его дети-спутники успешно взошли после посева. Теперь нам остаётся только ждать, когда новые миры нальются силой.

Вот такой вот я межгалактический агроном, оказывается. Сею планеты и звёзды в космической бездне аки рожь или пшеницу на вспаханном поле.

Глава 4

Ждать пришлось ощутимо долго.

Пока раскалённые до состояния огненных сфер каменистые планеты остывали, а бурая атмосфера газовых гигантов фильтровалась, придавая каждому из них неповторимый цветовой оттенок, я успел кратко пообщаться с Йотом на тему хранения коробки с «пластилином».

– Владыка, для этих целей как раз и нужен Внутренний Чертог. Здесь места хватит на сотню таких вместилищ божественного субстрата.

Где взять такое гигантское количество универсального строительного материала арахнид-альбинос не сказал. То ли потому, что не знал, то ли от того, что я не удосужился спросить. Вопрос же я не задал, по той простой причине, что особо торопиться мне некуда. Впереди бесконечная вечность времени. Успеется ещё.

«Пластилин», кстати, чудесным образом восстановился в изначальном объёме, чему я был безмерно рад. Оно и понятно – божественный субстрат! А то странно бы выходило: построил я, скажем, десяток звёздных систем, и бац – материал закончился! И как тогда жить-быть на космической каторге? Как работу-то работать во искупление грехов, спрашивается? Теперь же можно о сырье не беспокоиться. Оно у меня, похоже, имеет неисчерпаемый источник восполнения объёма.

Для перемещения в пространственный карман того нехитрого запаса субстрата, который мне выдал Начала, прилагать усилий не потребовалось. Едва я подумал о желании спрятать «пластилин» на склад, как разорванная раскрытая коробка исчезла из обычного пространства, а на нижней полке стеллажа появился неказистый металлический ящик.

«Не понял? Куда чёртов паук дел ценный…» – до конца мысленно возмутиться я попросту не успел.

Видя, как очи нового ремесленника миров хаотично осматривают окружающее пространство, хитрый многоногий негодник почувствовал неладное и перешёл к тяжёлой артиллерии – лести:

– Благодарю за доверие, владыка Лександр!

Йот шустро спрыгнул на пол и напоказ суетливо перебирал лапками возле нового предмета в хранилище.

– Рваный короб я сразу утилизировал, – деловито уведомил меня слуга-арахнид. – Его содержимое положил в более подходящую тару. В такой форме божественный субстрат занимает меньше места. Гораздо меньше! Владыка, теперь я могу передавать бруски, как вы его называете «пластилина», прямо вам в длани. С этого момента вам нет нужды доставать весь ящик.

– Йот, отныне и во веки веков термин «божественный субстрат» заменяется словом «пластилин». Краткость – сестра таланта и добродетель нашего тяжкого ремесла.

– Как прикажите, владыка.

– Кстати, ты сказал, что утилизировал коробку. Не поторопился? У нас тут явная нехватка припасов, – взглядом указал на почти пустые полки стеллажа. – Вдруг она на что-нибудь сгодилась бы в дальнейшем?

– Не нужна она нам, владыка. У нас же есть пластилин! Из него можно сотворить всё, что душе угодно!

– Ладно, понял. Скажи тогда мне, Йот, где стоит тот утилизатор, с помощью которого ты стёр из мироздания рваную упаковку?

– Он нигде не стоит. Это я и есть, владыка. Съел я эту плохую коробку. Очень вкусно! Спасибо вам, за заботу! – заметив недобрый прищур очей работодателя, паук-альбинос забеспокоился: – Вы же сами мне говорили, что выделите мне продуктовый паёк!

– Неужели? Когда это, интересно знать?

– В самом начале нашей встречи, – многочисленные красные бусинки-глаза хранителя Чертога натурально так хитро прищурились. – Вы сказали, цитирую: «стало быть, теперь мне тебя кормить». Вот я и поел, что вы мне дали.

Лесочки-грибочки! Он же запросто так и пластилин сожрать мог! Однако…

– Впредь, Йот, будь любезен, уточняй: можно ли есть то, что я тебе передаю во Внутренний Чертог.

– Так точно, владыка!

Наконец созданные мной новые миры «созрели». Внешне это выглядело одновременно и неожиданно странно, и предсказуемо логично.

На ближних к звезде четырёх планетах в какой-то момент произошла череда поверхностных вспышек, после чего вокруг космических тел образовалась тонкая белесая дымка. Газовая «скорлупа» околозвёздного каменистого квартета по химическому составу была уникальна и крайне неоднородна. Это я по цвету атмосферы этой четвёрки понял. У первой планеты она была серо-коричневая, у второй – зеленовато-жёлтая, у третьей – красная, а у четвёртой – белесо-голубая.

Рождение атмосферы у «созревших» возле красного карлика четырёх объектов сопровождалось бурными процессами на их ближних орбитах. Околопланетное пространство ожидаемо оказалось совсем не стерильным. Разного рода космического мусора там хватало с избытком. Вот из этого пыле-каменистого хлама и начали формироваться планетарные спутники.

– Так, Йот, а теперь чего делать?

– Ждать, владыка.

– Опять?!

– Совершенно верно, – от моего возгласа паучок слегка присел на лапках.

– И долго ждать? – дабы не пугать подчинённого, вопрос был задан тоном, больше подходящим для пренебрежительного общения.

Подействовало. Арахнид-альбинос заметно расслабился.

– Ждать нам, владыка Лександр, до тех пор, пока спутники у планет не созреют, а прочие системные объекты не займут своё законное место. Да и обретение звездой сферы душ – процесс крайне медленный.

– Ага, понятно… Так, подожди-ка, что ещё за «сфера душ»?

Похоже, Йот был сильно удивлён вопросом. Он часто-часто замигал многочисленными красными глазками, не в силах произнести хоть что-то членораздельное. Потерялся, бродяга.

– Мпф э-э-э, бы-э.

– Очень информативно.

Возникло жгучее желание рассмеяться в голос. Едва сдержался. Негоже начальству прилюдно демонстрировать веселье от факта того, что твои вопросы приводят к коллапсу мозговой деятельности подчинённого.

– Что не так, Йот? – решил аккуратно зайти с другой стороны. – Про спутники планет я понял. Про «системные объекты» тоже вроде всё просто. Это ведь астероиды, кометы и прочий периферийный мусор на внешней границе системы, так? – вялый кивок загипнотизированного арахнида. – Мне неясен термин «сфера ду́ша». Это что ещё за банно-прачечный инвентарь? И по какой такой великой космической радости нам его надо ждать? Его по почте, что ли пришлют сюда?

– У-у-у ы-ы-ы э-э-э, – паучок всплеснул лапками и едва не повалился на спину.

– Вашу гать!

«Похоже, проблему я не то, что не решил, а наоборот – только усугубил. Вот ведь незадача. Ай-я-яй! Как бы мой бессмертный сотрудник внезапно лапки не откинул. Начала, думаю, точно не обрадуется такому событию. Ещё какой-нибудь штраф навешает, не приведи Создатель, или срок добавит. С формулировкой «за жестокое отношение к межгалактической фауне», или, скажем, с припиской «за нарушение трудового законодательства, приведшее к мучительной невменяемости разумной формы бессмертной жизни. Надо срочно приводить подчинённого в рабочее состояние».

– Йот, ау! Возвращаемся в реальность. Спокойно. Всё хорошо. Ты дома, у себя во Внутреннем Чертоге. Я владыка Лександр, ремесленник миров.

– Владыка, разве Начала вам не рассказал про то, что новые миры должны быть заселены разумными существами? – наконец, оттаял арахнид.

– Не помню, вроде нет.

– Странно, – Йот задумался. – Обычно Начала всегда объясняет новым ремесленникам миров, что те могут слышать шёпот слепков душ и эфирные потоки.

– Ну, было что-то такое, – порывшись в памяти, признал правоту паучка. – Ещё он упоминал про голос Незримой Пустоты и про доступ к потоку мыслей и речей сотворённых мной живых и неживых объектов.

– Вот видите, а говорите, что не помните! – воодушевился бессменный житель Внутреннего Чертога. – Всё это вам открыто благодаря великому дару всеслышащего разума! Это подробно изложено в Книге Благ. Вам срочно нужно выучить всё, что там написано… – уловив мой «грозный прищур очей», Йот быстренько сбавил напор в попытке обязать любимое руководство изучить должностные инструкции. – Так вот, чтобы в новых мирах появилась жизнь, тем более жизнь разумная, необходимо дождаться появления у новой звезды сферы душ. Именно там зарождаются эфирные потоки, по которым в новые миры и обратно перемещаются бессмертные матрицы.

«Ничего себе откровение!»

– Подожди, Йот, правильно ли я понимаю: душа любого существа, в том числе и моего – это некий побочный продукт термоядерных реакций внутри звезды?

– Нет, владыка, всё с точностью до наоборот! – вроде как усмехнулся арахнид (во всяком случае, в его эмоциональном фоне преобладала именно ирония). – Само рождение бессмертных душ является источником таких процессов, главным и извечным смыслом существования любого светила. Побочным же продуктом звезды как раз и становится весь спектр её излучения. Когда вы скатали свой первый шарик из пластилина и бросили его в космос, в тот же миг произошло душетворение. Объём нового светила определяет будущее количество искр жизни, то есть – бессмертных матриц. Вы ведь видели те всполохи на поверхности звезды в самом начале? Это и стало показателем того, что начался наиважнейший этап вашей миссии здесь. Помните, я вам сказал про полностью годный источник?

– Угу, помню.

– Так вот, как только светило «зажигается», сразу можно говорить о том, что внутри него стала формироваться сфера душ. Искры жизни появляются не все разом, а постепенно и поэтапно. Некими сгустками. Сначала идут крупные формы: души планет, их спутников и прочих системных объектов. Подстёгивает такой процесс обретение светилом вокруг себя газопылевой туманности. Потом приходит черёд более мелких структур: неживой материи и протобульона низшей жизни. Завершается всё стадией рождения душ, способных к слиянию со сложными биологическими субстанциями. С этого момента сфера душ полностью пригодна к дальнейшей работе ремесленника миров.

– Как-то всё это чересчур мудрёно, – проворчал я в Незримую Пустоту.

– Пока всё, что вы делали – довольно-таки стандартная процедура, – видимо арахнид-альбинос счёл моё брюзжание поводом к дальнейшей просветительской деятельности среди бестолкового руководства. – Владыка, предположу, сейчас манипуляции с пластилином вам в диковинку, но поверьте на слово, такая работа очень скоро надоест. Монотонный труд, даже в космических масштабах быстро утомляет морально. Однако не всё так грустно и безнадёжно! Когда звёздная система полностью созреет, а сфера душ нальётся бессмертными искрами, настанут радостные времена! Тут уже перед вами откроется полный простор для творчества! Ух!

Информация из уст бессменного хранителя Внутреннего Чертога стала воистину шокирующей. Теперь уже мне понадобилось какое-то время, чтобы «переварить» услышанное…

Мы висели в Незримой Пустоте в молчаливом бездействии. Йот ход мыслительного процесса хозяина не прерывал, а я приводил к общему знаменателю полученную информацию. А подумать действительно было над чем. Благо – в выделенных «угодьях» временной фактор роли не играл.

Принять мысль, что, вероятно, ты сам, всё земное человечество вместе с родной планетой, да, в конце концов, и целиком Солнечная система является результатом работы примерно такого же «штатного» ремесленника миров было совсем не просто. Ведь если бессмертная душа, вернее их бессчётное множество, по сути – исходная причина «включения» любой звезды, то…

«А что, собственно, «то»? Конкретно в моём персональном случае условно-бестелесного каторжанина знание тонкостей технологического процесса изготовления, как Йот выразился, «годных космических очагов» с их планетарными системами было не принципиально. В конце концов: со звёзд мы пришли, на них все и уйдём. Или почти все. Некоторые, например, как я, депортируют в изолированные угодья. Гхм, да… Ну, да не о том же речь! Главное чтобы система работала! Для меня сейчас первейшее значение имеет не отработка навыка лепки светил, планет и прочего межзвёздного хлама, а способность на пригодных для жизни объектах сотворить эту самую расчудесную жизнь… И, как я понял, для её появления нужно дождаться, созревания сферы душ. Ага. Подождём. Нам спешить некуда… Кстати, надо бы всё-таки последовать совету подчинённого и пролистать выданную литературу…»

Между тем, созданная мной звёздная система потихонечку «созревала». Орбиты почти всей дюжины планет уже были заняты. Там вовсю потихоньку кружились естественные спутники. Что любопытно: ближайшая к красному карлику каменистая планета оказалась в списке обделённых. Причина для меня была непонятна. Вроде бы и вокруг местного «Меркурия» поначалу чего-то формировалось. Странно. Впрочем, Незримая Пустота с ним, нет и нет.

«Хорошо бы озаботиться топонимикой. А то скоро жизнь в новые миры нести, а у них и названий нет. Не «первый», «второй», «третий» и далее по списку их обозначать!»

– Владыка, – тихонько пискнул арахнид, привлекая внимание.

– Да, Йот.

– Спутники планет полностью готовы. Чтобы процесс шёл быстрее, настало время дать имена небесным сферам. В Книге Зодчего так прямо и сказано.

Я досадливо хмыкнул.

– Ты прямо мысли читаешь!

– Что вы, что вы, владыка! – всплеснул передними лапками хранитель Внутреннего Чертога. – Я на такое не способен! А вы… вы сейчас думали об этом? Изумительное совпадение!

– Хм, Книгу действительно надо бы прочесть, – озадаченно буркнул я. – Ладно. Раз, говоришь, для ускорения процесса стоит озаботиться названиями планет, так тому и быть. Не мне заведённый порядок вещей менять. Так. Скажи-ка, Йот, есть ли какие-то ограничения в топонимике?

– Нет, владыка. Здесь ремесленнику миров предоставлена полная свобода выбора.

– Отлично, – потёр я ладошки друг о друга. – В мире, откуда я прибыл, планетам нашей звёздной системы люди дали названия в честь богов древней мифологии. Так что я последую традиции родного дома…

По итогу недолгих размышлений вслух, все двенадцать небесных тел получили свои имена. Первые пять полностью совпадали с названиями объектов Солнечной системы: Меркурий, Венера, Земля, Марс и Юпитер. Шестым шёл Перун. Я посчитал нужным разбавить сугубо греко-римский пантеон кем-то близким мне с культурно-исторической стороны.

Далее следовал Сатурн. Такое название седьмая планета системы красного карлика получила, поскольку большую часть времени пока формировалась спутниковая группировка, на её орбите были чётко различимы самые большие кольцевые структуры. Причём плоскости колец располагались перпендикулярно друг другу.

На восьмом месте стояла Тиамат. Это уже отсылка к аккадской мифологии. Насколько помню, так звали богиню первозданной стихии. Её ещё потом Мардук прибил и из двух частей тела создал небо и землю. Такая вот кровавая божественная расчленёнка.

Девятую и десятую позиции занимали опять «греко-римляне». Начиная с пятой планеты, напомню, вокруг звезды вращались газовые гиганты. Этой парочке я дал название, соответственно, Уран и Нептун. Уж больно они по цвету на своих собратьев из Солнечной системы напоминали.

Последним из семейства газовых гигантов и одиннадцатой по общему счёту была Шива. Ага, это уже из индуизма «ноги растут». Почему бы и нет? Как-никак это ведь я звёздную систему создал. Так что имею полное право!

Ну и завершала список, как ни парадоксально, планета под названием Плутон. Здесь я решил восстановить справедливость. На Земле по кривому умыслу (я, кстати, склоняюсь к версии о коррупционной составляющей данной безумной затеи) одноимённое небесное тело недалёкие учёные мужи разжаловали в карликовую планету. Ремесленник миров владыка Лександр, данной ему властью, вновь поднял статус Плутона до прежнего. Хотя бы и в невообразимо огромном удалении не то, что от звезды по имени Солнце, а и от самой спиральной галактики Млечный Путь. Хе-хе.

– Йот, имена планетам я дал, – вдохновение требовало продолжение банкета. – Как на счёт названия самой звезды и спутников небесных тел? Времени и фантазии, прям нутром чую, у меня через край, так что и над всякими астероидами готов изгаляться.

– Владыка, нет, рано, – испортил настроение арахнид-альбинос. – Сфера душ должна полностью «созреть», а эфирные потоки связать небесные тела в сеть звёздной системы. Когда это произойдёт – тогда можно.

– Ничего, мне спешить некуда. Подождём-с.

Глава 5. Интерлюдия.

Посреди бескрайнего, ослепительно белого пространства парили две бесформенные искрящиеся Сущности. Перед ними в проекции выделенного участка межзвёздной Пустоты висела масштабная копия совсем недавно рождённой звезды, вокруг которой кружилась дюжина разного размера планет.

– По-моему, он неплохо справляется. Твой подопечный быстро втянулся в работу.

– Согласен. Несмотря на дисбаланс сознания после перехода, он вполне освоился. Взять хотя бы его первый очаг. Он полностью функционален. Без видимых искажений. И система уже почти готова.

– Ты помнишь наш уговор? Всё в силе?

От напоминания о давнем, крайне неприятном происшествии второй Начала резко изменил видимый спектр свечения. Вдобавок всплеск негатива дополнился увеличением частоты пульсирующего излучения.

– Если бы забыл, ты бы непременно напомнил, – эмоциональный фон Сущности стабилизировался, мерцание прекратилось. – Разумеется, помню. Если он создаст мир нулевого ранга, ты можешь изъять систему из угодий.

– Лишний раз убеждаюсь, что с тобой предельно комфортно вести дела.

– Долг платежом красен, – если бы речь шла о биологическом существе, новый виток изменения светимости вполне подходил под понятие «тяжёлый вздох». – Однажды ты помог мне, теперь я оказываю ответную услугу.

– Это и имел в виду. Другие не столь ответственны и щепетильны в плане следования традициям.

Ответа на явную провокацию не последовало. Попытка завести разговор на щекотливую тему о вольностях в рядах божественной паствы Создателя и дискриминации по иерархическому признаку ожидаемо провалилась.

– Я всё-таки хочу знать истинную причину твоей заинтересованности в системе молодого очага моего подопечного, – наконец, после затянувшегося молчания произнёс Начала-хозяин. – Исследование? Но там нет, да и не может быть ничего необычного. Стандартное светило с семейством рядовых миров. Точно такие же твои умельцы штампуют сотнями каждый отчётный цикл. В личную коллекцию? Ты всегда избегал привязанности. К тому же звёзды красного спектрального класса дёшево стоят. Обменять их потом намного сложнее, чем получить. Не понимаю. Объяснишь?

– Прежде молчал, потому что не было предмета для обсуждения, – осторожно ответил Начала-гость. – Теперь держать информацию в секрете необходимость отпала. Видишь ли, я хочу заменить один проблемный очаг в большом рукаве на новую систему, которую слепил твой ремесленник миров.

В то же мгновение обе Сущности изменили цвет светимости. Каждый по своей причине. Гость стал оранжевым, а Начала, под чьим присмотром с недавних пор начал трудиться владыка Лександр – ярко-синим.

– Это против правил! – впервые повысил голос хозяин ослепительно белого пространства. – Вторые будут недовольны, в особенности – Силы. Да и Господства скажут в укор нам, если что.

– Глупости, – Начала-гость вернул облику прежний цветовой оттенок. – Если Власти не доложат выше, о замене знать никто не будет. Кроме нас двоих, разумеется. Тебе я полностью доверяю, а самому на себя донос отправлять – верх безумия. Власти же будут молчать, поскольку тот, в чьём подчинении находится местная группа галактик, сам мне указал на путь решения многофакторной задачи.

– А если Господства инспекцию проведут? – обеспокоенно предположил «вслух» Начала-хозяин. – Шум поднимется до самого первого порядка! И мы гарантированно крайними станем. Опять архангелом быть захотелось?

– Положим, крайними ни меня, ни тем более тебя сделать не удастся, – возразил Начала-гость, хотя судя по всполохам разрядов электричества на поверхности «тела», полной уверенности в сказанном у него не было. – Если же будет дознание, то вторым же и хуже. Помнишь, я говорил о битом секторе в малом рукаве? Там ещё склока получилась с тёмными из-за контроля территории.

– Забудешь такое…

– А знаешь, кто довёл до бойни? Наш патрон Власти! И Господства тогда замяли дело, чтобы наверху гам не подняли. А мы с тобой ситуацию исправили, и, заметь, никто даже благодарностью озаботиться не подумал! У меня теперь вторую эпоху пустые системы без толку кружат с ключевым местом как раз с красным карликом в центре. Точно таким же, как твой владыка Лександр недавно создал. Когда я произведу замену системы, битый сектор можно будет легко возродить, поскольку связующая нить эфирных потоков через новое светило станет пригодна для перехода массивных душ. И обители в новой системе твоего подопечного вполне подходящие. Их запросто через коридор провести можно.

– Да, согласен. Имена владыка Лександр подобрал для планет просто идеальные для твоей авантюрной затеи…

– Не умничай. Сам же парня прозевал в его родном мире. Ещё и штрафов бедолага непонятно как умудрился нахватать.

– Знаю. Потому и подыгрываю…

– Не кисни, вместе мы решим и эту беду. Кстати, кто у него хранителем Внутреннего Чертога сейчас?

– Йот, кто же ещё. Он по их миру дока. Прошлого ремесленника миров до выпуска меньше, чем за эпоху довёл.

– Слышал. Красавчик! Куда Перуна перевели, интересовался?

– Силы себе забрали. Кажется куда-то в Большие Ясли на повышение. С предварительной стажировкой, разумеется.

– Ну вот, ещё плюс нам! Перун у Силы пристроен. А я, если суета вокруг подмены случиться, заявлю, что специально обитель с таким именем нашёл у тебя, чтобы увековечить выпускника, так сказать. И тебя добром помяну. Смотрите, мол, князья, под чьим бдительным взором трудиться в штрафных угодьях новый владыка, который с первого раза очаг зажег, и сонм обителей нарёк именами светлыми.

– Угу, когда со списком таких «светлых» ознакомятся, так нас не то, что в архангелы, в ангелы не разжалуют. Сразу в букашек Внутренних Чертогов каких-нибудь ремесленников-недоучек материализуют.

– Хах! Это ты про Марс и Плутон сейчас? Вполне способные личности.

– Издеваешься?

– Подшучиваю!

– О, Создатель, почему я вынужден работать с такими коллегами?!

– Вопросы руководству не в такой форме задаются. Знать давно должен! – иронично «хохотнул» световой иллюминацией Начала-гость. – Могу научить, если что.

– Помолчал бы ты. А то вот закрою проекцию и попрошу на выход. Потом изведёшь себя догадками…

– Убедительно. Умолкаю.

– Так бы сразу!

Глава 6

– Эх! Как же всё-таки хорошо быть большим! Правда, брат?

– Не знаю, мне мой размер нравится, – Марс с облегчением выдохнул. – И питомец у меня всего один, не то, что у тебя пузатого. Шестнадцать голозадиков – это избыточно много, брат. Шум, суета на орбите, ругань из-за всякой ерунды. Ещё, не приведи Создатель, разом вдруг взрослеть начнут – драк не избежать, а там и до шлепка свыше недолго.

– Так-то оно так, – насупился Юпитер, представив «живую картинку» вероятного – даже очень вероятного! – не столь отдалённого будущего. – Но мне и раньше, в прошлом воплощении хотелось над малышнёй нянчиться. Кто-то Там, видимо, услышал мои молитвы. Раз даровали испрошенное – назад оглядываться дурной тон.

– Ты большой, тебе видней, – Обитель на четвёртой от светила орбите задумчиво хмыкнул.

– Не в личном диаметре дело, мелкий, – в разговор братьев неожиданно влезла Тиамат. – Вы, мальчики, вообще, как я погляжу, только размерами меряетесь. Вроде не впервые получили тело, опыт прошлых жизней накоплен должен быть огромный, а едва стабильную форму шара приняли – так опять впали в младенчество.

– А мы и есть младенцы! – возмущённо взвизгнул с дальнего конца системы Плутон. Ишь, какая мудрая сестра выискалась! Имеем полное право быть дурашками! Тем более, пока наш Создатель мамане имя не придумал. Она дремлет – мы, значит, сами по себе!

– Я тебе покажу, паршивец ты эдакий, «сами по себе»! – грозно шикнула с одиннадцатой орбиты Шива. – Думаешь, черноты объелся, так на тебя управы никто не сыщет? Вмиг затяну притяжением твоих двух «зверушек» с твоей псарни, запоёшь потом!

– Не-е-е! Не надо-о, – захныкал крайний в системе каменистый Обитель, от чего его жёлто-коричневая атмосфера дополнилась белыми разводами.

– Шива, чего ты на братишку взъелась? – подала голос самая крупная из пятёрки каменистых планет. – Он самый младший из детей. Ему многое простительно.

– Да-а… – поддакивая, шмыгнул Плутон. – Мне и так страшно здесь на краю…

– Земля, твоя чрезмерная доброта ему же потом боком выйдет, когда матушка очнётся, – пристыженно сделала попытку оправдать излишне строгую отповедь одиннадцатая Обитель. – Ладно, Плутончик, не плач, пожалуйста. Не буду я твоих «зверушек» забирать. Хочешь, я тебе свою игрушку перекину?

Двенадцатый Обитель чуть сместился на орбите в сторону грозной сестрицы и тут же откатился обратно.

– Не, Шива, спасибо, – смущённо ответил Плутон. – Они у тебя большие очень. Мне мои пёсики нравятся. Они уже подружились. Если появится третий, вдруг эти двое с ним враждовать начнут? Кто тогда убережёт меня от пакостников?

Послышался сдержанный одобрительный гомон старших братьев из середины системы.

– А малыш-то смышлёный у нас! И правда, если у Плутона случится свара на орбите, ему укрыться от внешних негодников будет очень сложно, – Сатурн озвучил самую вероятную причину отказа от щедрого подарка «двенадцатого». – Видели, как у меня двое грызню устроили? Теперь уйму времени будут заново в целое собираться. Так это я! Я больше вдесятеро. Сам, чуть что случится, смогу за себя постоять.

С первой орбиты послышалось недовольное сопение.

– Угу, братик, значит, умный. А я, получается, глупый…

– Меркурий, хватит прибедняться, – прикрикнула Обитель Тиамат на ближайшего к звезде брата. – Сам же распылил по округе личную песочницу. Ты ближе всех к матушке сидишь. Игрушки любимчику без надобности. Тебе её внимания через край хватит. Тем более все без исключения потоки душ рядом проходить будут. Чем заняться всегда найдётся.

– Сестрица, я же не виноват, что ближе всех оказался, – возмутился второй по размеру маленький каменистый Обитель. – Вы дальше сидите, за вами не такой строгий присмотр по определению. А я, коснись какая шалость в семье, первый в списке на наказание.

– Так ты первый и на получение благости стоишь, – хором пристыдили того Юпитер Нептун и Уран.

– Как поток душ польётся на всех, так не до шалостей станет, – закончил общую мысль Юпитер.

– Ой, кто бы говорил…

– А, что, Шива, я не прав?

– Ну, скажем так, не во всём и не до конца.

– Не понял, сестра, поясни-ка, – буро-оранжево-жёлтая атмосфера планеты-гиганта забурлила водоворотами.

– Не кипятись, большой, – устало вздохнул Перун, уже порядком уставший от глупой говорильни братьев и сестёр. – Шива имеет в виду, что поток душ именно, что «потоком» для некоторых из нас может и не дойти. И благость Меркурию хоть и обеспечена, но тут многое будет зависеть от Создателя. Вдруг он решит изменить сетку или, например, иерархию массы или размера установит? Тогда первый с его пустой орбитой и почти наименьшим диаметром снабжаться станет по остаточному принципу. И то, когда матушка волосы распускать решится. А она у нас, сами прекрасно видите, красная. То есть, не гневливая, а значит спокойная. Так что Меркурия мне жаль. Обидно, что так вышло с его игрушкой.

– Э-э, как-то совсем не подумал об этом, – смутился Юпитер. – Может, как-то поможем брату?

– Правда что ли? – дружно хохотнули Венера с Землёй.

– Большой, – подключилась Шива, – а, позволь полюбопытствовать, как ты себе это представляешь? Это я Плутончику могу перекинуть кого-нибудь из своих малявок. Он дальше всех от матушки, её притяжение никого из нас не затронет при перескоке. Меркурию же придётся через весь дом бросать.

К откровенно уже вовсю гогочущим двум маленьким каменистым сёстрам-Обителям присоединилась и Тиамат:

– Кто-нибудь желает получить щелчок в шарик от Шивы? Как надумаете, дайте знать, я хотя бы свою орбиту попытаюсь сдвинуть. Мне веселья вокруг Сатурна хватило по самые глубины ядра наблюдать. Больше подобные выходки смотреть, желания ну никакого нет.

– Создатель, помоги! – проворчал Перун. – Почему я вынужден всё это слушать? Хоть бы матушка очнулась побыстрее…

– А ты не слушай, – ехидно хихикнул Марс. – Ты просто уже изначально старым хрычом родился. Вот тебе всё и не нравиться. А мы молодые, говорливые! Нам молчать невмоготу. Вот очнётся матушка, посмотрит на тебя всего такого хмурого, ворчливого и за тишину радеющего, и отправит из дома гулять – куда Пустота унесёт…

***

«Ох ты ж лесочки-грибочки! Ничего себя я тут поналепил-понастроил новых миров…»

Я слушал разговор созданных мной планет и чувствовал, как шевелятся несуществующие волосы на несуществующей голове. Н-да уж. Фантомные проявления реакций «изъятого» тела на внешние раздражители.

Интересно получается. Всеслышащий разум даёт возможность не только понимать речь космических объектов, но и понимать их эмоции? Я ведь отлично разобрался в изменении окраски атмосферы душевно «беседующих» планет. Взять того же Плутона. Когда он «расплакался» исходный жёлто-коричневый цвет на какое-то время разбавился белым туманом. Или, например, газовый гигант Юпитер. Когда тот разгневался после реплики Шивы, на его поверхности родились несколько десятков «водоворотов». Сейчас почти все они пропали, но парочка красно-серых «глаз» до сих пор кружит ближе к экватору.

Вообще-то, весёленький разговор семьи двенадцати Обителей я услышал совершенно случайно. Чтобы хоть как-то скоротать время, требуемое для полного «созревания» системы, я детально стал разглядывать каждую из молодых планет. В какой-то момент заметил, что внизу справа перед глазами появился непонятный значок в виде колокольчика. Поверх его был нарисован знак вопроса. Недолго думая, я мысленно нажал на «иконку», и – о чудо! – безмолвие сменилось вполне понятной мне речью на родном (для прошлого тела, разумеется) языке. Нажал колокольчик – звук пропал. Повторил забаву – голоса появились снова…

Дополненная, блин, реальность. Мало того, что в загробном мире я получил Внутренний Чертог, читай – «пространственный карман», с бессмертным «юнитом» Йотом, так ещё и интерфейс Объёмного Взора имеет вполне себе игровые элементы. Элемент. Один. Но это, наверное, только до поры, до времени. Выданную Началом литературу-то я так и не удосужился пролистать. Мало ли чего тут ещё имеется.

«А может последовать совету паучка-альбиноса и изучить должностные инструкции, пока дров не наломал?»

Сам себе вопрос задал, сам себя и послал… подальше. Но не навсегда.

Кстати, то, о чём шёл разговор у планет, я интуитивно понял. Хотя и не сразу. Термины уж больно специфические проскальзывали.

Начнём с того, что питомцами, игрушками, зверушками и аналогичными эпитетами «обзывались» спутники планет. Когда осознал смысл только что услышанного, решил уточнить детали. Приблизив «картинку» с областью космоса, где находился Плутон, я ожидаемо обнаружил на орбите вокруг двенадцатой Обители два тела по форме весьма близких к шару. Именно их у хозяина «зверушек» за слишком длинный язык грозилась забрать Шива. Между прочим, по личному наблюдению – тёмно-зелёного цвета сестрица характер имела определённо стервозный. Всю дорогу эта Обитель газовый гигант была как вошь под коросту.

Для порядка перевёл взгляд на упомянутую выше Шиву. У той оказалось всего девять спутников. Все какие-то косенькие. Размером хоть и большие, чем у братца Плутона, но чересчур кривобокие, с чётко видимыми изъянами на новенькой поверхности. Она, чё, своими так называемыми «игрушками» в космический боулинг забавлялась? Когда успела-то?! Не, видимо, всё-таки это влияние эмоционально взрывной натуры одиннадцатой планеты.

Надо будет у Йота уточнить, можно ли мне привести внешний вид спутников Шивы к более радующей взгляд форме космического тела. Идеальной сферы, например. Дремлющий эстет во мне проснулся. Гхм, да.

Глава 7

Почти все спутниковые группировки планет временно безымянной звезды откровенно разочаровали своей однотипностью и малочисленностью. Исключением, как известно, стала Шива. Самое смешное – моей вины в том никакой не было. Тут всё или практически всё делалось в автоматическом режиме. Но то здесь. В моём изолированном узилище…

И то ли дело в родной Солнечной системе! У того же Юпитера спутников под добрую полусотню имеется, да и вокруг прочих газовых гигантов разнообразных булыжников десятки кружились-вертелись. Причём из общего количества орбитального хоровода лишь определённый процент вписывался в понятие «космическое тело сферической формы», большая же часть прекрасно подпадала под термин «хлам». Но то там.

А тут что? У самого большого местного тёзки нашего большого брата спутников всего ничего. Правда, в отличие от «тамошнего» (я же не на Земле, которая в спиральной галактике Млечный Путь осталась), где галилеевых союзных сфер всего четыре: Ио, Европа, Ганимед и Каллисто, а остальные – простые космические каменюки разной степени ущербности, «здешний» Юпитер собрал всю, как он выразился, «малышню» внешне практически идеальную. Шестнадцать шарообразных планетоидов весело плыли по стабильной орбите. Прямо загляденье! Порадовало, что четыре из них обзавелись собственной атмосферой, а ещё парочка под ледяной коркой заимела жидкий океан из воды. Причём температура там была вполне годная для появления сложных форм биологических организмов.

Откуда это узнал? Всё благодаря подсказкам Объёмного Взора, который выдал Начала новоявленному ремесленнику миров. Мне, то есть.

При детальном рассмотрении к каждому космическому телу, будь то Обитель или его спутник, прилагалась текстовая справка (по-русски, кстати), где приводилась подробная характеристика изучаемого объекта. Там был и химический состав, и его структура, и физические параметры, и вероятные этапы эволюции. В общем, много всякой всячины. Даже кратенько давалась выжимка по истории бытия души каждого крупного небесного тела.

На счёт последнего стоит рассказать чуть подробнее, чем просто никак хотя бы потому, что это оказалось весьма занимательное чтиво! Даром, что большую часть я понять даже не пытался, поскольку изложен материал был столь чудовищно иезуитским образом и с применением такой лавины специальной терминологии, что на ум невольно пришло сравнение с попыткой глухо-немо-слепого неандертальца прочесть учебник по квантовой физике, написанным узелковой клинописью через китайскую вязь на тибетском диалекте древнеславянской латыни. Нет, буквы знакомые были все. Иногда из них даже слова в предложения более-менее складывались, а вот общий смысл прочитанного ускользал, как кусок сала из жирных рук. В пору толковый словарь имени меня любимого заводить. Или Йота напрячь для дешифровки с межгалактически-божественного на стандартный русский.

Помимо прочего случайно попалась на глаза таблица с процентным значением показателя успешного создания на каждом космическом теле обладающем душой различных форм жизни, а также доступные варианты развития этой самой жизни. И судя по скорости формирования системы, чую, скоро эта информация мне очень понадобиться.

– Владыка Лександр! – отвлёк арахнид-альбинос от детального изучения данных по четвёртой Обители. – Смотрите, эманации низших форм начали магистральное движение по эфирным потокам!

«Эка завернул паучок!»

Я расфокусировал взгляд и объял Взором всю звёздную систему. В центре вокруг красного карлика сформировался некий мерцающий едва различимый пузырь. От него к двенадцати планетам протянулись светящиеся переливающиеся всеми цветами спектра лучи. Видимо, это и были те самые магистрали. Ещё заметил, что и сами небесные Обители соединялись между собой едва различимыми полупрозрачными нитями. Толщиной те были заметно меньшего сечения. Из-за постоянного движения планет по орбите общий рисунок «сети» получался весьма занимательный. Сомнений в том, что это была как раз таки та самая сеть звёздной системы, про которую говорил Йот, у меня не возникло даже на уровне подсознания.

– То есть сфера душ близка к стадии готовности? – вспомнив пояснения хранителя, уточнил я.

– Совершенно верно, владыка. Процесс созревания почти завершился. Совсем скоро наступит черёд пробуждения основного массива искр будущих сложных форм.

– Это те души, как я понимаю, которые мне можно будет скрестить с чем-то из мяса и костей, чтобы разумных создавать, – интуитивно и почти мгновенно пришло понимание сказанного арахнидом.

Вдогонку «мигу озарения» по инерции докатилось осознание того, что я слишком уж шустро перестроился мозгами под новую работу.

«Прямо на лету учусь! Ага, хе-хе… В прямом смысле на лету… Я же, в сущности, на самом деле летаю, только в космической бездне Незримой Пустоты».

– И снова вы правы, владыка, – одобрительно замахал лапками паучок-альбинос. – Единственное уточнение: разумных не обязательно делать из того комплекта расходного материала, про который вы упомянули. Для этих целей подходит как любая органика, так и не завязанные на неё материалы и энергии.

Были ли бы брови на морде лица несуществующей полноценной головы, они точно бы вверх полезли.

– В смысле? Я, что, могу потом разумных из песка или, допустим, железа какого-нибудь делать?

– Естественно! – пискнул и аж подпрыгнул внутри своего дома-узилища Йот. – Ремесленник миров вправе использовать для этапа творения любой материал, какой сочтёт нужным и в любом его сочетании. Главное, чтобы после создания нового тела так называемого «нестандартного образца», там решилась закрепиться душа!

– Разве в моём деле существуют стандарты? – удивился я.

– А как вы думали?! Владыка, конечно же они есть! – арахнид забегал взад-вперёд в типичном нервном припадке перед одиноким полупустым стеллажом.

«М-да, похоже, тупость нового работодателя по ряду важных вопросов выводит хранителя Внутреннего Чертога из душевного равновесия на «раз-два», – уста предательски расплылись в гаденькой улыбке. – Дык, мы же молодые ремесленники миров, малоопытные! Совсем недавно по загробному времени я вообще на Земле гайки на заводе крутил, да арендным бизнесом неудачно попробовал заниматься…»

– У вас есть три пути творческого развития, – успокоившись, приступил Йот к ликвидации безграмотности среди меня. – Первый – следовать эталону. В Книге Зодчего этому посвящён целый раздел. Это самая лёгкая дорога к успеху. Но и самая долгая и нудная! Поскольку она не предполагает инициативы, а также исключает творческий подход. От себя замечу, что вышестоящее руководство такие методы не одобряет, но принимает.

– Наград и почестей, в общем, мне за титанические труды не видать, как несуществующих ушей, – добавить тут было попросту нечего.

– Да, владыка. И, очень надеюсь, брать эталонные слепки вы будете в самом крайнем случае. Или в случае прямого распоряжения вышестоящего руководства. Крайне редко случается и такое. На моей памяти «сверху» вашим предшественникам шесть раз приказывали следовать первому пути. Тогда, если Начала устроит результат, награда вам обеспечена. Но… – Йот замялся в… смущении? – она вам, владыка, думаю, не очень понравиться.

– Понял. Принял.

К космической дремучей бабушке такое счастье. Угу.

Арахнид провёл лапкой по многоглазой голове и, если так можно выразиться, сел на «пятую точку». Мой рубленый ответ и отсутствие дальнейших «глупых» вопросов Йот видимо счёл поводом для продолжения лекции «по существу темы»:

– Работа в должности ремесленника миров предполагает проявление вами, владыка, уж простите за дерзость, изрядной инициативы. Поэтому второй путь вашего творческого развития, заключается в использовании стандартных или предсказуемо связанных между собой компонентов и материалов для тел короткоживущих разумных. Хотя он подходит и для долгоживущих тоже, но там есть много тонкостей, – паучок небрежно отмахнулся лапкой, мол, потом поясню детали. – Это оптимальный путь развития. Имеются неплохие шансы на поощрения. По сравнению с первым вариантом, срок службы в должности ремесленника миров здесь заметно ниже. Правда есть один весомый аргумент против – слишком скучно! Однако, владыка, позволю высказать личное мнение: наблюдение за ходом эволюции видов из множества небесных миров скрашивает однообразие нашего ремесла…

– Скука – не порок. Она появляется там, где всё понятно до отупения. Мне, мой многоногий друг, оно не грозит. Во всяком случае – не в ближайший отрезок миллионолетия. Или как тут правильно большие куски времяисчисления именуют. А всё почему? А всё потому, что у владыки Лександра полное отсутствие знаний по выданной профессии, а также скудное понимание сути процесса творения. Но я экстернат не уважаю. Мне больше по душе набивание шишек по методу «научного тыка». Так. Извини, Йот, перебил. Продолжай.

– Э-э, да, владыка… – паучок натурально завис, и после затянувшейся паузы неожиданно выдал: – По данному сценарию классическая схема жизненного цикла разумных должна быть меньше, либо равна эпохе одного круга самой удалённой от светила Обители.

Во, паучок загнул! Н-да… Сложилось впечатление, будто хранитель потерялся в тексте доклада и сейчас ляпнул «мысль» откуда-то из другого абзаца. Тоже мне профессор многоногий…

– Ты можешь как-то проще изъясняться?

– Владыка, если по-простому, то, избрав второй путь, жить созданные вами разумные будут не больше двадцати одного плутонского года. В привычном для вас отсчёте времени это примерно пять тысяч четыреста десять земных лет.

– Ого! Ну-ка, погоди, друг мой многоногий, – с подозрением Взор был переведён на Йота. – Я вроде не говорил, что до попадания сюда прежде на Земле жил?

– Мне Начала недавно передал сжатый пакет данных по вашей душе, – огорошил хранитель Внутреннего Чертога. – Стандартная практика. Чтобы мне легче было вам помощь в работе оказывать.

Любопытно. Значит, хоть высший ангел и свалил в никуда не прощаясь, всё ж таки он держит руку на пульсе событий вокруг меня. Что ж, спасибо ему, как говориться, нечеловеческое.

– Ладно, давай про третий путь, рассказывай, – переборов свербящую мысль расспросить о причине штрафа на собственной душе, поторопил я подчинённого.

– Здесь, владыка, вам даётся полная свобода в экспериментах… – мне только показалось, или в голосе и мыслях Йота проскользнул сарказм? – Можете соединять несовместимое и пытаться вдохнуть жизнь туда, где её быть не может по определению. Проблем возникнет бесконечное множество. Стабильность полученных видов близка к минимальной. Я бы даже сказал – равна нулевому значению. Бывают, конечно, исключения, но это лишь доказывает правило. Третий путь гарантирует частые неудачи в работе. Из-за непредсказуемости процесса творения при благоприятном итоге высшее руководство допускает ваше возвышение. Но, думаю, сами понимаете, вероятность его достижения крайне ничтожна. В общем, ни о каком успехе тут говорить не приходится. Третий путь, на мой взгляд, является дополнением к основному, который нужно выбрать из первых двух вариантов.

– Угу, – философски подытожив повествование помощника, нутром почувствовал, что последний вариант из намеченной схемы собственного развития сбрасывать ну никак нельзя. – Кстати, что это за возвышение за трудовые подвиги мне светит? Если третий путь выберу.

– Ваша работа в угодьях в качестве ремесленника миров будет досрочно завершена, – буднично пролепетал Йот, от чего нижняя челюсть, разумеется, если бы она у меня была, отвалилась бы в Незримую Пустоту.

«Ох, ну ничего себе! Лесочки-грибочки! Да это же означает конец моей каторги здесь! Чего-то там паук болтал про соединение несовместимого? Ха! Человечество так испокон веков живёт, и ничего, пока Земля не обезлюдела. Мы же в родном и – и-их! – теперь уже (или пока ещё) бесконечно далёком мире какой только дичи не делали. И продолжаем делать! Богов себе придумываем, адепты которых проповедуют добродетель, а потом они же и извращают смысл откровений. Вследствие этого земляне веками, если не тысячелетиями режут себе подобных во славу этих самых богов. Или, например, мы же прогресс цивилизации двигаем исключительно с помощью военной машины! В последнее время яды и химикаты едой называем… Разве это не про соединение несовместимого? Или тут речь о чём–то другом?»

Полёт фантазии самым безжалостным образом нагло был прерван.

БАМ! Фью-у-ить!

– Это что ещё за звонок в несуществующую дверь?! – направил я Взор в сторону звёздной системы.

– Произошёл запуск системы фильтрации душ малых форм, – тут же последовала от подчинённого точная справка о сути проблемы. – С этого момента механизм преобразования системы красного карлика условно завершён. Сфера душ полностью активна. Осталось дать имя центральному светилу и спутникам Обителей.

– Ага! Процесс творчества настал! – меня охватило какое-то странное и беспричинное, по сути, воодушевление. – Сейчас, сейчас! – потёр я Длани друг о друга. – Значит так. Звезду мы назовём…

– Владыка, тут не всё так просто.

Не, ну, что за гадство!

– В чём дело, Йот? Ты же сам сказал, что мне теперь можно дать имя красному карлику и планетоидам.

– Владыка Лександр, от названия светила будет напрямую зависеть жизненный цикл разумных этой звёздной системы. Имена спутников Обителей тоже желательно выбирать с поправкой на мощность звуковых вибрации каждой группы. Вам лучше свериться с Книгой Зодчего. Раздел Два, параграфы с Пятого по Десятый… – видимо, во Взоре двух гневных буркал, направленных на бессмертного хранителя Внутреннего Чертога, было что-то нехорошее. – Или можете выбрать имена по своему усмотрению.

– Так-то лучше.

«Метод научного тыка, так метод научного тыка. Так тому и быть…» – поймал через Всеслышащий Разум обречённую мысль Йота.

«А может и впрямь почитать книжку? Там глав-то всего-ничего… Да не, бред какой-то. Чего будет плохого, если я звезду назову, как мне хочется, а не как где-то там написано?»

– Значит так. Звезда красный карлик с этого мига вечности будет носить имя Альфа!

БЫ-БЫП!

Оказывается звуковая волна в вакууме, если это, конечно, была она, всё ж таки существует. Мало того, она ещё может и причинять сильные, крайне болезненные ощущения телу (ну, хорошо, пусть не телу целиком, а некоему комплекту органов чувств), которое Начала выдал ремесленнику миров. Мне, то есть! Больно! Интересно, где у меня функция отключения нервов находится?

– Владыка, вы не вправе давать название светилу с начальной буквы-образа. Согласно Положению о наречении…

– Да, да, я помню, – с досадой в мыслях пришлось избавить арахнида от необходимости очередной раз указать мне ничтожность собственного места в загробной иерархии. – Это привилегия высших и всё такое. Мы чином не вышли.

– Совершенно верно, владыка. Таковы Законы Творца.

Пафос в последней фразе просто миррой тёк.

– Хорошо, – раз из моего родного имени изъяли первую букву, пусть традиция сохраняется и в отношении объектов трудовой деятельности, хе-хе. – Тогда пусть будет Льфа. А что? Звезда Красная Льфа! Звучит же, а Йот?

– Весьма противоречивое название, – мысленно для себя, но «открытым текстом» для меня хмыкнул арахнид. – Обозначение цвета спектрального класса обычно не входит в название объектов, но, если честно, владыка, мне безумно нравиться!

В тот же миг повторился акт музыкального одобрения свыше, как это случилось после успешного создания моей первой звезды, которая теперь носит имя Красная Льфа…

Глава 8

С крупными формами новой системы худо-бедно разобрался. Звезда, хоть и в виде захудалого красного карлика, а есть. Планеты с приданными спутниками – в наличии. Разного рода космических булыжников имеется превеликое множество. Даже сфера душ создана. Самое время переходить к тонким настройкам вновь созданного мной бытия.

– Что у нас там дальше в плане строительства разумных цивилизаций?

– Владыка, пока об этом рано говорить…

– Знаю, Йот, – властно пресекаю попытку арахнида поучать начальство очевидным фактам. – Я про другое. Эволюция – процесс длительный. Чтобы на новых небесных телах появились разумные виды, должно пройти много времени. Так?

– Совершенно верно!

– А раз так, то расскажи-ка мне, Йот, как тут можно ускорить процесс этой самой эволюции? Это же возможно? Судя по скорости формирования Красной Льфа и прочих космических тел, сидеть и ждать миллионы лет, надобности нет никакой.

– И вновь вы абсолютно правы, владыка Лександр! – восторженно подскочил на месте альбинос-паучок.

Эмоциональный фон хранителя Внутреннего Чертога многократно улучшился. Выражалось это в цветовом преобразовании незримой ауры Йота. Если вначале знакомства, после «пробуждения» от векового сна в ней преобладали синие и фиолетовые цвета, то теперь, после многократного перелива через весь видимый спектр и обратно, вокруг моего единственного бессмертного подчинённого появился некий белый нимб что ли. Естественно Йот его не видел. Скорее всего, он даже не предполагал о наличии такой странной функции своего организма.

А может так эмоциональная и когнитивная эмпатия арахнида Объёмным Взором отображается. Возможно такое? Возможно. Для лучшего взаимодействия с хранителем Чертога, так сказать. Как некий специфический «костыль» ремесленника миров. Об этом, кстати, я узнал из Книги Благ, которую параллельно начал изучать, буквально только что, выделив небольшой поток сознания для этих целей. Да. Но об этом чуть позже…

– Процесс создания объектов во многом автоматический, – между тем воодушевлённо продолжил арахнид-альбинос. – В данный момент он адаптивно ускорен. В разумных пределах, конечно же. Сделано это в ознакомительных целях, чтобы вам, владыка, стала понятна суть становления начальных рабочих форм. Если пожелаете, всегда есть возможность увеличить скорость любого этапа творения. Равно, как и любые эволюционные процессы образования и развития живых матриц.

– Вот! – я воздел вверх указательный перст правой длани. – Как раз это мне и нужно!

– Владыка, вы хотите запустить механизм ускоренной стабилизации планет и их спутников?

– Э-э, – я слегка потерялся от того, насколько быстрого и чёткого сформулировал Йот суть моего желания. – Ага, давай, помогай советом, как мне раскрутить геологическую эволюцию. Дружный пантеон богов системы Красной Льфа слишком молод. Пора планетам взрослеть... Йот, ты ведь знаешь, откуда меня сюда притащил Начала? Я имею в виду мой родной мир.

– Да, владыка, – кивнул корпусом арахнид, отчего его передние лапки почти разложились в своеобразном шпагате, а следующая за ней пара конечностей смешно оттопырилась вверх.

Жестикуляция «телом» больше походила на замысловатый реверанс, чем едва не привела к моему конфузу в связи с приступом истеричного хохота. С трудом сдержался. Ага. Собрав всю силу воли в кулак (то бишь – длань), удалось взять под контроль собственные эмоции.

– Всё, что касается истории Земли мне доступно в полном объёме, – не заметив потуг работодателя сделать серьёзным выражение Очей, Йот принялся раскачиваться на лапках взад-вперёд. – В пакете данных есть как общепризнанная в вашем мире хронология событий, так и официальная, скопированная из разрешённых архивов Божественной Канцелярии.

– Ха! Значит, и на небесах есть секретные архивы, – я в голос гоготнул, но тут же осёкся. – Постой, что ещё за Божественная Канцелярия?

– Ну, как же, владыка, это такой административный аппарат Творца-Создателя, который занимается записью всего, что происходило, происходит и будет происходить во Вселенной. Про Мерные Скрижали Земли Начала вам, наверное, рассказывал?

– Было дело.

Разговор свеж в памяти настолько, что как будто случился несколько минут назад. Хотя, о чём это я? На моей персональной каторге время – понятие весьма относительное… Впрочем… пока не важно, потом об этом философствовать стану. Наверное.

– Если упрощённо, то архив под названием Мерные Скрижали занимают ничтожные доли процента от объёма общей информации, которой оперирует Канцелярия.

– Понятно, – мысленно сделал в памяти зарубку расспросить Йота про «официальную» доступную историю Земли, авось чего интересного узнаю. – В общем, чтобы не плодить новых сущностей, применяй термины геологии моего родного мира. Я прежде читал очень много, и понятие о чём будет идти речь, имею вполне чёткое.

– В таком случае, если позволите, владыка Лександр, я начну с текущего момента, в котором находятся планетарные и прочие объекты звёздной системы, которую вы создали, – Йот переполз на верхнюю полку стеллаже и, собираясь с мыслями, провёл передними лапками по многоглазой голове. – Согласно классической шкале геохронологии пять малых сфер Красной Льфа, а это, напомню – Меркурий, Венера, Земля, Марс и Плутон, а также большая часть спутников газовых гигантов сейчас находится где-то в докембрии. Если точнее, то в одном из двух акронов: либо архее, либо протерозое. Большие планеты условно можно поместить в картахей с вольными вариациями, поскольку надо принимать во внимание исходную структуру таких объектов.

– Давай газовые пузыри пока оставим в покое. Меня больше камешки интересуют. Как большие, так и маленькие. Планеты земной группы и спутники мне как-то исторической перспективой ближе. Собственно говоря, я родился на одном из таких «шариков». Правде здесь и сейчас они больше на капли космической лавы больше похожи, да на ядовитые и радиоактивные могильники. Вот и хочется мне ускорить и облагородить эти миры. Дабы жизнь на них появилась, бурно росла и выросла-таки во что-то великолепное. Цивилизацию разумных существ, например. И желательно гуманоидную.

– Вас понял, владыка. Значит, нам следует переходить в фанерозойский эон. Палеозойская эра вас, скорее всего, тоже не устроит. Разве, что поздний палеозой: каменноугольный или пермский период.

– Чем же они мне должны приглянуться? – удивился я. – Палеозой вообще время весьма неоднозначное для флоры и фауны. Нет, я понимаю, что тогда разнообразие видов взрывным образом росло и множилось. Головоногие, костные рыбы, членистоногие всякие. Растительность попёрла ввысь и ширь как в воде, так и на суше. Кстати, арахниды в тот период тоже появились – твои, так сказать, дальние родственники. Ещё беспозвоночные крылышками и хитином зашуршали, амфибии расцвели, аммониты завелись, рептилии забегали. Много всего чудного и интересного, в общем. Поэтому я хочу понять, какой из периодов палеозоя под мои вводные хотя бы близко подходил? Чего там такого особенного-то было на молодушке Земле?

– Тогда появились разумные виды живых существ, владыка.

Глава 9

– Не понял? Что значит разумные виды? Как хомо сапиенс что ли?

– Совершенно верно, владыка! – чересчур демонстративно возбудился арахнид-альбинос. – За обозначенный период доминирующие разумные виды вашего мира многократно строили цивилизации по уровню духовного и технического развития, превосходящие ту, к которой причисляете себя вы.

– Угу. Давай, ты ещё скажи, что из каких-нибудь трилобитов великая космическая империя получилась.

Сказанное Йотом серьёзно пошатнуло целостную картину реальности бытия. Хотя, о чём это я? Парящие в космической бездне две кисти рук с довеском из урезанного «супового набора» органов чувств как бы и так прямо указывали на, мягко говоря, ошибочность концепции развития Земли. Как отдельно взятой цивилизации, имею в виду.

– А чем трилобиты вас не устраивают, владыка? Вполне приемлемый вариант, – огорошил новостью многоглазый Йот. – Этот вид весьма хорошо приспосабливается к изменениям внешних условий…

– Подожди, что значит «приспосабливается»? Они же давно вымерли.

– На Земле – да, вымерли, – хранитель Внутреннего Чертога махнул лапкой в сторону звёздной системы Красная Льфа. – Владыка, галактика Млечный Путь огромна, космических структур подобных ей вокруг имеется великое множество. Вы сами можете в том легко убедиться, если направите Объёмный Взор за пределы наших изолированных угодий.

Однако. Очень интересное кино получается. Про то, что мне дозволено разглядывать родную галактику Начала как-то забыл упомянуть. А я и не спрашивал. Собственно, не до того было. Всё чересчур быстро завертелось, аж кру́гом голова шла (вернее – отдельные её элементы, да). Тут тебе и переход из физического состояния в бестелесное, и водопад информации о послесмертии, и вступление в должность каторжанина-ремесленника миров… Эйфория опять же – от того, что в отдельно взятой, пусть и штрафной области Незримой Пустоты, я стал номинальным «царём и богом».

– Трилобиты, значит… И они достигли космической эры в эпоху молодой Земли, говоришь? – наблюдая за движением небесных сфер вокруг рукотворного красного карлика, я походя размышлял вслух. – И теперь эти недотараканы где-то в нашей галактике живут и здравствуют. Угу, ясно… А ещё они могут быть где-то рядом с моим родным миром. Царствовать там! Доминировать, так сказать, над низшими формами. Ага… Да ну их… в Пустоту! Никаких трилобитов на моих планетах не будет! Точка!

– Владыка, ваше желание мне понятно, в какой-то мере я его даже разделяю, да, – Йот нервно засуетился вокруг одинокого стеллажа, на нижней полке которого лежал металлический контейнер с пластилином. – Я ранее имел неудовольствие сталкиваться с этим видом разумных по долгу службы… Гхм, в общем, не суть важно. Так вот. Эволюция видов во многом зависит от случайностей. По моему глубокому убеждению, тут не всё гладко с моральной точки зрения, но такова воля Создателя, не нам её осуждать здесь и обсуждать сейчас. Тем не менее, позволю себе отметить факт некоего общего стержня развития биологических форм. Согласно или вопреки ему – тут, смотря, с какой стороны оценивать, – этап, при котором на планетарном объекте появляются виды, достигшие уровня взрывной эволюции или, например, допущенные к его скачкообразному аналогу, предотвратить никак нельзя.

Опять – двадцать пять!

– Йот, а теперь для молодого и неопытного ремесленника миров объясни то же самое, но в облегчённом, разжёванном виде. А то, как бы у меня не случилось информационное несварение. Неокрепшая психика начальства ещё не до конца привыкла к здешней космической реальности. Не стоит её раньше времени травмировать.

– Владыка Лександр, – тяжёлый вдох-выдох отчаянья паука-альбиноса был подкреплён затемнением его незримой ауры, – я хотел сказать, что появление трилобитов неизбежно в одном из новых миров. Можно, конечно, пропустить период их существования, однако тогда велика вероятность, что вы пропустите ключевые точки становления видов на соседних планетах и спутниках.

Вот ведь… Какое распоследнее гадство.

– Выходит, бег времени принудительно ускоряется для всей звёздной системы целиком?

– Абсолютно верно, владыка. Ускоряется, равно, как и замедляется, – безапелляционно заявил Йот. – Нельзя в каком-то одном мире, допустим, разогнать течение эволюции, а на прочих небесных сферах заставить её двигаться с другой скоростью. Фрагментировать время с целью наблюдения за объектами или работе с ними внутри одной звёздной системы невозможно. К сожалению.

Последнее, видимо, было сказано, чтобы потушить «искрение» нервов драгоценного начальства. Оно и понятно – руководство, в лице меня, для арахнида совсем новое, неизученное. Даром, что Начала подогнал пауку пакет данных по развитию Земной цивилизации. Почему-то просто уверен: из всего массива информации о человечестве крайне сложно выцедить чёткий «детальный портрет» отдельного его представителя.

– Угу. Печально, но ладно, – смилостивился я, от чего Йот вроде как даже вздохнул с облегчением. Во всяком случае, к его незримой ауре вернулась прежняя яркость и насыщенность. – Пусть будут трилобиты, если по-другому никак.

– Отлично, владыка Лександр!

– В конце концов, я их в любой момент смогу каким-нибудь астероидом загеноцидить, – мой комментарий заставил Йота нервно передёрнуть передними лапками. – Рассказывай, что мне нужно делать, чтобы увеличить скорость эволюции. Не ждать же мне здесь вечность, покуда на планетах и пригодных для жизни спутниках эта самая жизнь развивается.

– Владыка, вам следует приказать, чтобы в системе Красная Льфа ускорился ход времени.

– Э-э, а поподробнее? – я слегка вновь впал в интеллектуальный ступор. – Что, прямо вот так просто взять и приказать?

– Ну да, что тут непонятного? – слегка раздражённо удивился арахнид-альбинос. – Вы здесь полновесный и единственный властитель. Окрестные угодья полностью подконтрольны вашей воле, силе и желаниям. Владыка, просто произнесите команду «ускорить ход времени». А для того, чтобы вернуть всё как было, нужно сказать «уменьшить ход времени до исходного значения».

Просто прелестно. Хоть товарищ Лександр и загробный каторжанин с бесконечно долгим сроком отбытия наказания, а тут он царь и бог. Он – то есть я.

– Ускорить ход времени в системе Красная Льфа!

Команду я произнёс достаточно громко. Во всю мощь несуществующих лёгких и во всю лужёную глотку. Тоже формально несуществующую, кстати, да.

Сразу после моего «дикого ора» красный карлик стремительно стал набирать обороты вращения. Планеты с комплектами спутников (у кого они были) также закружились вокруг родной звезды с нарастающим ускорением. В какой-то момент движение небесных сфер по орбитам достигло такой бешеной скорости, что стали чётко обозначены их траектории в виде подсвеченных эллипсоид. Даже у самого дальней, двенадцатой – местного Плутона!

Это сколько же времени прошло на ближайших к Красной Льфе планетах, если видимый ход самой удалённой от звезды небесной сферы превратился в сплошную, непрерывную линию? Сотни тысяч лет, миллионы? Ух!

Особенно красочным было зрелище на периферии системы, в местном аналоге облака Оорта. Космические булыжники на чудовищных скоростях пересекали орбиты друг друга, пугающе часто задевали собратьев, что порой приводило к катаклизмам с дефрагментацией крупных тел и переходом последних в разряд россыпи мелкого хлама, который в свою очередь усиливал чарующий неконтролируемый хаос и в без того фееричной круговерти. Недолгое наблюдение за прямо-таки убийственной пляской разнокалиберного космического мусора привело к мысли, что не плохо бы как-то организовать защиту пригодных для зарождения жизни миров. Мало ли. Вдруг какой-нибудь залётный камушек обнулит все мои потуги по «выращиванию» будущих высокоразвитых цивилизаций.

– Уменьшить ход времени до исходного значения, – здравую мысль следовало обдумать в спокойной обстановке.

Визуальные эффекты вокруг системы Красная Льфа перетекли в обратную фазу. Мельтешение постепенно уменьшалось, непрерывные эллипсы орбитального движения планет и прочих космических объектов стали угасать, пока, наконец, не превратились в яркие разноцветные точки, плывущие в бесконечности подконтрольных мне Изолированных Угодий…

– Хорошо… Опаньки…

То ли мои мысли здесь трагически материализуются, то ли мрачными думами сам «накаркал», но эффект космического биллиарда не заставил себя долго ждать. Вроде бы и скорости уже были не такие чудовищные, а всё-таки ушами я момент прохлопал. Очередное столкновение астероидов пограничья привело к дестабилизации орбит сразу нескольких дюжин малых планетоидов. Новоявленные кометы дружной гурьбой устремились к центру системы. Ужас ситуации заключался в том, что траектория движения каменно-ледяной «толпы» пересекала орбиту землеподобного Плутона!

– Проклятье! Йот, как отыграть назад ускорение времени!?

Глава 10

Объёмный Взор позволял видеть не только то, что происходило в любой точке подконтрольных угодий прямо сейчас, но и некоторым образом давал возможность предвидеть будущее. В частности это касалось всех крупных объектов системы Красная Льфа.

В момент столкновения планетоидов на внутренней границе облака Оорта у меня перед глазами появилась интерактивная схема звёздной системы. На ней в сильно увеличенном масштабе самовольно выделился сектор пространства, где и случилось космическое ДТП. Помимо информации по участникам события в виде кучи таблиц, каких-то графиков и огромной «простыни» текста, моему вниманию был предложен сценарий вероятных последствий от катаклизма в виде детализированной модели. Как раз она и стала причиной вспышки моей неконтролируемой паники.

– Йот, сейчас камни в Плутон врежутся! Надо срочно всё отменить!

– Владыка, ничего с планетой не случиться, – отмахнулся арахнид. – Не волнуйтесь вы так. Просто измените курс обломков комет. Времени у вас предостаточно.

На периферии сознания что-то едва различимо щёлкнуло. В ту же секунду поверх модели апокалиптического будущего двенадцатой небесной сферы появилась неброская надпись, в которой говорилось о моём восхищении невозмутимым спокойствием хранителя Внутреннего Чертога.

Чё?

Думать о визуальном новшестве было некогда.

– Какое, к лешему, «предостаточно»! – однако эмоции брали верх над взбаламученным разумом.

Оказалось, работа-то мне досталась ой какая… крайне нервная. В бессознательном порыве я правой Дланью смахнул в сторону раздражающее сообщение и в гневе накинулся на паука:

– Таймер перед глазами показывает – меньше минуты осталось! А потом будет полное разрушение мира. Тут в пояснении так прямо и сказано. Планете хана настанет!

– Успокойтесь, владыка! – арахнид впервые за всё моё недолгое с ним знакомство повысил голос. – Повторяю: ничего плохого с Плутоном не случиться. Вам нужно изменить траекторию движения обломков. Направьте Объёмный Взор в район угрозы…

Решительный настрой хранителя Чертога охладил мой пыл. Я решил всецело довериться Йоту и просто делать то, что он советует.

– Так... Готово.

– Теперь объедините объекты. Просто мысленно дайте такую команду. Они сами соберутся в кучу.

– Э-э…

Процесс отдачи приказа кратно превосходил его осознание, поэтому сначала я внутренне даже напрягся, особенно когда увидел, как в объёме пространства, где летели булыжники во многие километры поперечником каждый, произошло то, что произошло. Вся эта космическая шрапнель, будто охваченная невидимой сетью, стали стремительно притягиваться к некоему гравитационному центру, и в итоге переродилась в грязно-белый «снежок».

– Есть. Вроде получилось.

– Отлично! – подбодрил меня Йот. – Теперь, владыка, возьмите Дланью этот комок замёрзшей грязи и закиньте его куда-нибудь в безмолвную даль.

Я с немым вопросом уставился сначала на Йота, потом перевёл взгляд на правую «резиновую перчатку» и мысленно пожелал ей весело провести время, играя в детские забавы… В общем, в том, что случилось после, я сам же и виноват…

Правая Длань, повинуясь приказу, игнорируя законы земной физики и моей устоявшейся логики, буквально исчезла с прежнего рабочего места и материализовалась в пространстве системы Красная Льфа. Затем Длань схватила «снежок», который, кстати, почти достиг «малыша» Плутона, и натурально так швырнула несостоявшуюся угрозу в сторону внешней границы облака Оорта. Судя по таймеру, успел-таки я прямо-таки вовремя, поскольку до столкновения оставалось какие-то жалкие десять секунд.

Однако на этом моя правая Длань не успокоилась. Команду-то, я потом уже понял, дал «весело провести время». Вот веселье и началось…

«Перчатка» переместилась в сторону ближайшей кометы. Та плыла по своим кометным делам неторопливо, никого не трогая, никому не угрожая. Но Длань решила иначе. Мол, раз в пределах досягаемости, значит – угроза! И занятная игрушка. Попытка мысленно призвать ретивую часть моего сильно урезанного тела к повиновению, наглая пятерня попросту проигнорировала. Вместо возвращения на базовую локацию, Длань ловко схватила комету и отправила ту бороздить просторы космоса в противоположную от начального маршрута сторону…

Забава с каменно-ледяными «снежками» закончились так же внезапно, как и началась. Причина была в полном отсутствии новых «игрушек». Сколько прошло времени сказать не могу, однако в итоге сектор космоса, где резвилась Длань, оказался девственно пуст. Вот прямо вообще!

Благодаря Объёмному Взору я имел полный расклад по статистике спонтанного события. Когда с ней ознакомился, несуществующие брови устремились к несуществующей шевелюре. Сухие цифры ошеломляли. Без малого полторы тысячи комет и астероидов были принудительно удалены из отслеживаемого района куда-то в неизведанную бесконечную Пустоту.

– Владыка Лександр? – вывел из прострации Йот.

– А?

– Дайте команду Длани вернуться.

– В самом деле, чего это я? – правая «перчатка» послушно выполнила приказ и через мгновение оказалась рядом с левой товаркой. – Работы непочатый край, Плутон спасён, пора переходить к более важным делам, чем зачистка пространства от шальных камней. Где мы сейчас по шкале геохронологии оказались? Трилобиты наши ещё не деградировали в окаменелости?

Многоглазый помощник, суетливо перебирая лапками, подполз к границе между пространством Внутреннего Чертога и внешним космосом.

– Боюсь, что они эволюционировали, владыка, – после быстрого взгляда в сторону системы Красной Льфа, огорошил арахнид-альбинос.

– В кого? – не понимая, на основании чего Йот сделал такой вывод, я перебирал Объёмным Взором статистические данные: планету за планетой, спутник за спутником. – Тут больше про химический состав атмосферы, колебания температуры и прочий техпроцесс развития миров речь идёт. Где ты про флору и фауну накопал?

– Цвет ауры миров изменился, владыка, – загадочно ответил многоногий помощник.

Глава 11.

Опять – двадцать пять…

Ы-и-их! Тут я, кажется, повторяюсь. Значит, опять – сорок пять!

Не, а если серьёзно то, почему Йот всякий раз так запросто умудряется показать мне, что я тупой? Это потому, что он такая древняя букашка с выключенным таймеров жизни, или из-за того, что Начала меня буквально «вчера» на эту работу определил?

– Про ауру миров – где посмотреть? Что-то я не вижу глазками, – специально выделил голосом последнее слово, – что раскраска «небесных шариков» поменялась.

– Ничего удивительного, владыка. Вы сводки по планетам и спутникам смотрите, а надо светило изучать, – «утешил» арахнид-альбинос.

– Звезду? – н-да, ситуация, уже устал удивляться. – Что, опять сфера душ тому причина?

– Да, владыка. Нужно всегда держать в уме такую особенность вашей работы. Принимайте Красную Льфа как некий материнский объект. Центр притяжения информации, материи и энергии. Когда любая звёздная система переходит на новый уровень развития, сфера душ светила в первую очередь меняется.

– Любопытно…

Последовал совету Йота, и понял, что в очередной раз ничегошеньки не понял.

Может на цепкий взгляд профессионального труженика Внутреннего Чертога всё предельно ясно, но он же не я. У Йота вон какой опыт! А его патрон без году неделя в штат ремесленников миров зачислен… Цветовая дифференциация источника бессмертных матриц будущих разумных чего-то ему «нашептала», видите ли. Угу. В текущем моменте бесконечности для меня не изменилось ровным счётом ничего. Пришлось идти на поклон с расспросами.

– Вопрос прежний, Йот. Куда мне смотреть?

Первый раз увидел у представителя паукообразных жест «рука-лицо». Выглядело это не столько комично, сколь трагично. Для моей моральной устойчивости.

– Владыка, откройте настройки сферы душ. Это такой значок в виде двойного крестика слева от звезды. Он переливается ещё жёлто-зелёным цветом. Объёмный Взор его распознает как «рабочее меню» светила.

Мысленно чертыхаясь из-за игровых спецэффектов загробного бытия, быстро нашёл, что требовалось, и погрузился в изучение скрытых ранее премудростей.

Информация в «рабочем меню» была представлена в виде таблицы. Заголовок её состоял из пятнадцати ячеек. Первый имел статус «название столбцов/строк». Прямо, как в приснопамятном экселе. Далее шли имена ключевых объектов звёздной системы: Красная Льфа и далее по списку с горемычным Плутоном в конце. Последняя, пятнадцатая ячейка носила гордое имя «прочее». Быстро разобрался, что туда запихнули весь неликвид: малые планеты, астероиды и разные кометы.

Сразу же бросилось в глаза, что часть столбцов выделена красным цветом, другая часть – зелёным. Если быть до конца точным, то под первую кровавую раскраску попали все планеты-гиганты и космический мусор из списка «прочее». Весёленькими недозревшими столбиками яркой зеленели планеты земной группы (Плутон – в том числе) и, собственно, сам красный карлик.

Наполнение строк таблицы – знаково-цифровое. Прямо какая-то шпионская шифровка. Арабские цифры, «плюсы», «минусы» и «звёздочки» понятности не добавляли, скорее наоборот. Штирлиц был в замешательстве.

– Йот, эволюция видов вперёд рванула там, где красным выделено или зелёным?

– Зелёным, владыка.

Наугад выбрал местный аналог Земли. Столбик таблицы развернулся в новую таблицу, но уже текстовую, которую тут же перекрыло «окно» с уведомлением, где красным по белому говорилось о переходе планеты на новый эволюционный путь развития. Под последним подразумевался новый геологический этап.

– И где же ты, моя маленькая Земля, теперь? – свернув мешающее оповещение, с интересом принялся копаться в таблице. – Ого! Ничего себе я время прокрутил! Йот, представляешь, на Земле началась Мезозойская эра. Если сравнивать с родным миром, то тут поздний Триас или начало Юрского периода. Похоже, твои нелюбимые трилобиты действительно в динозавров скопом переродились.

– Да, я вижу, владыка, – сухо ответил паук. – К глубокому сожалению вы пропустили два массовых вымирания на этой небесной сфере. На счёт остальных миров пока не знаю, но судя по тому, что вижу, Земля безвозвратно утратила третью часть положенных ей душ. Разницу объёма можно компенсировать, конечно, но Начала всё равно узнает и будет сильно недоволен.

Лесочки-грибочки!

Поиграли со временем, называется. Раскрутили звёздную карусель. Нет, однозначно, в моём случае мысли материализуются. Про якобы случайно сброшенный на бедных трилобитов астероид я же сам недавно юродствовал. Вот ведь, накаркал. Неудобно получилось с доисторическими каракатицами, не стать им теперь великой межзвёздной империей моей грозной дланью управляемой. Печалька, хе-хе.

– Назад отыграть историю нельзя. Я правильно понимаю?

– Совершенно верно, владыка.

Так, с этим разобрались.

– Теперь про разницу объёма и как его компенсировать рассказывай. Будем исправлять ошибки. Глядишь, гнев Начала нас минует. Коль сам накосячил, давай хотя бы хорошую мину при плохой игре сделаем. Согласен?

Суетливое перебирания передних лап и в довесок резкое потемнение ауры арахнида как бы намекали на то, что пистона от руководства избежать нет возможности никакой. Ничего, отбрехаюсь как-нибудь. Дальше моей персональной каторги уже не сошлют. Из мироздания за такое, надеюсь, тоже не стирают. Очень на это надеюсь.

– Владыка, всякая небесная сфера изначально имеет определённый объём матриц душ живых существ. По мере взросления мира души тоже эволюционируют, переходят с низших ступеней к более высоким. В конце такого пути душа достигает некого порога, когда перед ней открывается условная дверь в так называемый «зал зрелости». Именно оттуда души переходят в тела разумных существ. Незрелой, примитивной душе такое неподвластно. Максимум на что способны последние – вирусные формы существования, то есть реплики самих себя без возможности улучшения. Чем привлекательнее к зарождению жизни небесная сфера, тем больше у неё «зал зрелости» и, следовательно, тем быстрее там расцветёт новая цивилизация разумных.

– Вирусы, значит, плодиться начнут…

Вслух «перевариваю» услышанное, а внутри со всей пролетарской сознательностью крепнет уверенность, что лиха беда начало. От Начала.

– Подожди, если я правильно понял, Земля, – взмах Дланью в сторону системы Красная Льфа, – из-за недавней круговерти лишилась тридцати процентов матриц душ, чьё развитие могло стать фундаментом будущей цивилизации разумных. Уменьшение это количественное и на общий объём сферы душ самой планеты никак не сказывается. Правильно?

Арахнид соглашается кивком корпуса белесого тела. Аж передние лапки разъехались в сторону.

– Угу. Потеря печальна, но не критична? – повторный жест согласия. – Как понимаю, оставшихся двух третей матриц вполне достаточно, чтобы прогресс разумных видов на Земле шёл туда, куда наш Начала требует. Проблема чисто арифметическая. Если в итоге считать по головам.

– Именно так, владыка, – вновь охотно согласился с моей логикой рассуждений Йот.

– Втык от начальства неизбежен, – тяжко вздыхаю. – Досадно, но ладно. Чтобы последствий от промаха в нашем миростроении стало меньше, надо объём сферы душ заполнить неликвидом…

Дальнейшее размышление вслух прервалось пятью яркими вспышками в точках пространства, где плыли по орбитам планеты земной группы. Причём так получилось, что Плутон находился с другой стороны Красной Льфа, но Объёмному Взору то помехой не стало.

– Это ещё что за иллюминация?

– Произошла унификация атмосфер пяти планет, – отмахнулся арахнид-альбинос как ни в чём не бывало, будто я сто раз такое прежде видел. – С этого момента Меркурий, Венера, Земля, Марс и Плутон имеют одинаковое содержание газов в ней. По аналогии с вашим материнским миром, владыка, состав воздуха у этих небесных сфер сейчас близок геологической эпохе скорее позднего Триаса, чем ранней Юры. Так же много углекислого газа – до трёх процентов, кислорода в пределах пятнадцати-восемнадцати.

– Понятно.

А как, интересно, атмосфера столь разных планет может быть приведена к общему знаменателю? Очень интересно. Не, ясно, что Венера и Земля что здесь, что в моей родной галактике похожи, как однояйцевые близнецы. Оставим за скобками адские условия «Утренней Звезды» из Солнечной системы, где температура и давление просто запредельные. По этой ведь причине её из зоны Златовласки[1] вычеркнули, в отличие от Марса? Хотя, что там тысячи лет назад творилось, человечество не знает. Речь о другом. В случае с системой Красная Льфа если диаметр и плотность планет примерно сопоставима, то расстояние до светила у всей пятёрки разные. Взять хотя бы Плутон. Этот мирок вообще на отшибе болтается. А Меркурий? Он же у самой звезды кружится! Н-да…

– Так. Ладно. С воздухом на планетах позже разберёмся. Йот, на чём я остановился до атмосферных фейерверков?

– Владыка, вы разговор к вирусным формам жизни подводили, – ехидно напомнил Йот.

– Точно! Если я накачаю такой гадостью Землю, от неё же всё живое подохнет в итоге! Динозавры от насморка загнуться, флора от какой-нибудь похожей чумы…

– Вовсе нет, они будут мирно сосуществовать с прочими видами живых существ, – огорошил многоногий слуга. – Реплики ограничены базовой функцией. А она сводится к повторению себя. В коде не заложен алгоритм экспансии. Когда эта разновидность жизни сталкивается с конкурирующей сложной формой, она замедляет размножение, не вступая в конфликт.

Ага, чем всё заканчивалось, я в космоопере «Звёздные Врата» видел. Там насилу отбились от шустрой пакости, и то, кажется, не до конца. Да уж, сделал себе подарочек, теперь расхлёбывай.

[1]Зона Обитаемости (зона жизни, зона Златовласки) в астрономии (земной цивилизации, разумеется) – условная область вокруг звезды, где условия на поверхности планет, их спутников и прочих космических тел обеспечивают существование воды в жидкой фазе.

Глава 12.

Хм, Йот сказал, что на Земле два глобальных конца света приключились. Эту информацию в настройках сферы душ звезды я тоже нашёл. Периоды вымирания были обозначены двумя жирными минусами рядом с названиями минувших геологических эпох. Интересно, а как дела у остальных четырёх миров? Так же скверно, или беда их стороной обошла? Надо глянуть статистику.

Сказано – сделано…

– М-дя, лучше бы и не смотрел.

Услышал, как Йот обречённо подумал о скором неминуемом наказании от Начала. Видимо арахнид тоже в информацию с головой окунулся.

– Ничего, друг мой многоглазый, мы упёртые. Превозмогая преодолеем!

– Владыка, осмелюсь заметить, что, несмотря на столь безрадостную картину, кое-что можно быстро исправить.

– Например? – скептически и с центнером иронии в голосе поинтересовался я. – Ещё и на Венере с Марсом репликантов наплодить? Или бедолагу Плутона практически полностью вирусятиной всякой заселить?

– С Плутоном – как раз проще всего, владыка, – ухватился за соломинку хранитель Чертога. – Поскольку там мир полностью стал стерильным, его можно заново наполнить рабочим материалом. На Меркурии сейчас десяток биологически доминирующих форм жизни активно конфликтуют. Я предлагаю изъять парочку-тройку нейтральных друг другу и переправить их на двенадцатую планету. С Марсом и Венерой сложнее, конечно. Там пришлые виды гарантировано истребят местную мегафауну. Так, что там надо как на Земле делать. Придётся колонии репликантов создавать.

После короткой паузы я согласился с бессмертным сотрудником:

– Прочие варианты ещё хуже…

Тут нужно кое-что пояснить. Как я упоминал, мне удалось выделить часть потока сознания для решения текущих второстепенных задач, дабы не отвлекать основную часть оного от реализации грандиозного плана. А он, напомню, сводится к одной простой идее – скорейшему возвращению в родной мир. Начала ведь говорил, что поможет с реинкарнацией в прежней земной оболочке? Говорил. А дома должнички остались… Так-то парень я в прошлой жизни был добрый… Но доброта – она должна с кулаками быть. Желательно пудовыми. Чтобы разным мерзким гадам непотребную дичь творить трусливо было. До седины волос в области хвоста. Гхм, да…

Это к чему я? А к тому, что возможности нового, пусть и сильно усечённого организма, позволяли много чего из того, о чём в прежнюю мою жизнь даже у писателей-фантастов воображение пасовало! Всё тот же поток сознания (я его, кстати, для порядка Гудвином нарёк) под сверхускорением просчитал варианты сглаживания последствий той карусели, какую я с системой Красная Льфа устроил. Вычислительные мощности на грани той самой фантастики. Как ни крути, лучшего варианта, чем тот, что озвучил Йот, к глубочайшему сожалению не имелось.

– Оказывается эволюцию надо двигать ой как вдумчиво, – изрёк я новую для себя аксиому реалий загробной каторги. – Ага, а ещё ускорять её прямо-таки микроскопическим темпом для безопасности и душевного спокойствия. С другой стороны: кто ж знал-то!?

Действительно, кто же знал, что на Земле убыль матриц душ составит одну треть от общего объёма. И это лучший из худших показателей среди наиболее подходящих планет для работы по профилю ремесленника миров. На Венере и Марсе гибель матриц перешагнула черту в пятьдесят процентов, а на Плутоне, как уже сказал Йот, и вовсе мир лишился всего резерва искр душ. С Меркурием ситуация оказалась обратная беде двенадцатой планеты. Там сфера душ не пострадала, зато абсолютно весь её объём был задействован. Жизнь расплодилась настолько, что крохотный мирок стал похож на банку шпрот. Только живых «шпрот».

Флора и фауна на Меркурии активно принялась отвоёвывать жизненное пространство у конкурирующих видов. И индивидуальность ближайшей к звезде Обители навзрыд зарыдал от происходящего на его поверхности. Рыдания малыша Меркурия даже Йот услышал. Когда переключил внимание на планету и объял Взором всю её площадь, с удивлением обнаружил, что представители плотоядной флоры по ряду признаков побеждали. Цветочки-каннибалы, древопапоротники-мутанты, хищный планктон – вот лишь самые яркие представители адского мирка. Про них Йот, кстати, и говорил, когда предлагал изъять проблемный актив и переместить его на Плутон.

– Гудвин, давай, запускай план спасения! Не хватало, чтобы у мальца какие-нибудь супер вулканы на поверхности рванули на нервной почве!

Выделенному потоку сознания с барского плеча я дал аналог тела, и теперь передо мной и Йотом в Пустоте висел занятный гуманоид зелёного цвета, о двух руках, о двух ногах, с туловищем, головой на тощей шее и с гротескной физиономией на круглой морде лица. Могло бы и лучше выйти, но, увы, пока скульптор по пластилину из меня посредственный. Звезду там рабочую или планеток горсть сконструировать – это всегда пожалуйста. На столь тяжком деле руки-перчатки уже набил, да. А вот смастерить отдельных человечков… Короче, как вышло, так и вышло. Туда ему в дышло.

– Хозяин, – от слов Гудвина я внутренне хмыкнул. Ага, новый юнит ведь ко мне так раболепно обращается, – с какой обители начинать?

– Давай с Плутона. Планета на краю системы. Она больше всех пострадала. Будем дальний мир первым спасать. Ну и Меркурий лечить от бардака расплодившейся живности.

Йот одобрительно «кивнул» корпусом тела.

«Одобрям-с» бессмертной букашки вдохновил меня на подвиги. Очередные.

Пока Гудвин возился с перевозкой всякой-разной агрессивной травы, я решил поэкспериментировать с пластилином. А что? Автоматизация процесса второстепенных задач успешно запущена? Запущена. Поэтому могу отвлечься на важную исследовательскую работу. Потому, что могу себе это позволить! Гы. Кто ж мне запретит-то? Ха-ха-ха!

Гудвин вышел кривенький-косенький. Раньше, в прошлой жизни, я в детстве любил ваять пластилиновых солдатиков. Точность и грация тогда были вторичны. Меня тогда больше возможность быстро налепить огромное количество юнитов привлекала. Да-а, с ностальгией сейчас вспоминаю, как устраивал битвы моего разноцветного воинства. Аж дух захватывает! Там и античные армии были, и средневековые, и эпоха Нового времени с Наполеоновскими войнами…

Вот я и подумал: если мне нужно, как сказал Йот, заполнить объём сферы душ неликвидом, то почему бы в его качестве не использовать дело рук своих по лекалам детства жизни минувшей? Какая разница: пластилин из воска и глины, или он из смеси нано-молекулярной хитрой субстанции, которую мне Начала подсунул? Да никакой! Так что вспомню прекрасное далёко, а заодно – наклепаю реплик Гудвина разных цветов и заселю ими Землю, Венеру и Марс. Вдруг чего-то стоящее из этой авантюры получится и «пластилиновые человечки» цивилизационную конкуренцию местным динозаврам составят.

Вот и поглядим, эволюция победит с его неспешным естественным отбором или революция с моими клонами Гудвина…