Реквием

Глава 1

Эту историю рассказала мне в самолёте случайная знакомая, с которой я подружилась на отдыхе в маленьком греческом городке. Прошло почти полгода, воспоминания о купании в тёплом море, прогулках по шумным, вымощенным белыми камнями улицах и красотах древней крепости утратили яркость и остроту, а дорожный рассказ о незнакомой женщине часто всплывает в памяти, пробуждая во мне тихую, щемящую грусть.

В иллюминаторе проплывали плотные белые облака, напоминающие бескрайнюю снежную пустыню. Я плавно погружалась в дремоту под ровный гул двигателей.

– Какая ещё любовь?! – раздалось из кресла за спиной. Мы с приятельницей обернулись. Полная дама, увешанная золотыми украшениями под стать новогодней ёлке, разразилась повторной тирадой: – Теперь не любят! Вот раньше, да, любили, когда женщины сидели дома за вязаньем, читали романы и от скуки выдумывали всякую чушь. А что? Полная зависимость от мужа. Выдадут за какого-нибудь старого козла и мучайся с ним! Теперь – свобода, люби, кого и как хочешь, и дела никому до тебя нет.

– Ты неправа, – торопливо возразила её собеседница. – Танюшка с ума по своему Игорю сходит!

– Дурью она мучается, потому что молодая и глупая. Какие там мозги в двадцать лет? Вот поживут годик другой – и от любви ничего не останется! Страсти-мордасти улягутся, и загрузит скучный быт. Он начнёт думать, как накопить на новую машину, а в выходные удрать с друзьями на рыбалку или ещё куда. Она за домашними заботами и вознёй с ребёнком так за день намается, что никаких любовей не захочется…

– Не суди по себе!

– Если бы только по себе! Да почти у всех к сорока вообще никаких иллюзий не остаётся! Главное, чтобы мужик мог обеспечить жене комфорт и покой…

Женщины замолчали. Мы с соседкой переглянулись, утверждение полной дамы, что любви не существует, показалось нам обеим чересчур категоричным.

Стюардесса подкатила тележку с напитками. Сзади послышался щелчок раскладного столика. Моя знакомая взяла для нас самолётные пайки и, загадочно улыбаясь, спросила: – Ты говорила, что пишешь женские романы, правда?

– Пишу.

– Хочешь расскажу тебе одну историю?

– Конечно, хочу! – Люблю слушать рассказы "за жизнь", иногда случается, что сюжет преподносят на блюдечке, как по заказу.

После перекуса приятельница устроилась в кресле поудобнее и заговорила.

– Помнишь, что я работаю на фирме начальником отдела кадров и по совместительству на полставки юристом? За пять лет неплохо познакомилась со всеми сотрудниками. Нина Сергеевна заинтересовала меня особенно. Тоненькая такая блондинка со светлым, миловидным личиком, причёска простенькая – узел на затылке, глаза синие-синие и всегда немного испуганные. Сначала думала, что ей лет двадцать пять. Потом заглянула в документы, оказалось, тридцать четыре.

Нина Сергеевна работала у нас вторым бухгалтером. Тихая, застенчивая, занималась своим делом и ни с кем не конфликтовала. Близко с людьми не сходилась, и подруг на работе у неё не было.

Нина часто хвалила мужа и сына. «У меня замечательный муж, а какой прекрасный сын»! Девчонки её понимали и не удивлялись. Видели и мужа её, и сына. Виктор – красавец мужчина, высокий, крепкий, по-спортивному подтянутый, одевался модно и со вкусом, стрижка стильная, огненные карие глаза, а улыбка – аж мурашки по телу бегают! Вдобавок хозяйственный. Считай, собственными руками здоровый особняк за городом отстроил. Как подъедет на чёрном джипе с шиком к центральному входу – девчонки от окна оторваться не могут! Сын – копия папочки...

Наши дамы Нине завидовали. А я гляжу на них, и не знаю, что тут думать?! Нина, конечно, за ним, как за каменной стеной. Но не пара они друг другу и всё! Хоть и смотрятся рядом – картинка... Опять же, все пять лет зимой на Нине одно и то же бирюзовое шерстяное платье, а летом пара простеньких блузок и юбок. Украшения она не носила, говорила, что не любит, и косметикой не пользовалась по причине аллергии.

Три года назад Нина Сергеевна зашла ко мне посоветоваться. Бабка оставила ей в наследство трёхкомнатную квартиру, Нина намеревалась её продать и спрашивала, есть ли у меня надёжный человек в недвижимости. Квартиру она, конечно, продала, а на вырученные деньги Виктор построил за городом тот самый коттедж, о котором я уже упоминала.

Как-то на работе отмечали повышение нашего завотдела, его назначили коммерческим директором. Меня усадили рядом с Ниной Сергеевной. Мероприятие получилось скучное, речи, тосты и всё такое... Под шумок мы разговорились. Близких подруг у Нины и вправду не водилось. Видите ли, Виктор считал, что после работы место замужней женщины – дом, и нечего тратить время на глупую бабскую болтовню! Поэтому Нина помимо работы занималась домашними делами и сыном, а в свободное время читала. Когда она заговорила о книгах, глаза её засияли, лицо расцвело. А мне сделалось грустно. С мероприятия мы ушли вместе, потом часто уходили с работы вдвоём. До остановки от нашего офиса минут десять. Пока шли и ждали автобус, разговаривали. Подруга по-прежнему нахваливала мужа и сына, рассказывала о том, какие они у неё умные и прекрасные во всех отношениях.

Иногда в обед я и Нина перекусывали вместе в комнатке, которую начальство выделило под столовку для персонала. В кафе она со мной не ходила, якобы её желудок плохо переносит еду из общепита. Думаю, подруга попросту экономила деньги. Я этого не понимала, бухгалтерская зарплата на фирме вполне приличная! Однажды Нина призналась, что финансами у них дома заправляет муж. Виктор считает, поскольку он вкладывает собственные средства в дом, машину и прочее развитие семейного благосостояния, жена обязана позаботится о питании семьи и содержании сына.

Помню, Нине, она переболела в начале весны тяжёлым гриппом, предложили оплатить две трети стоимости путёвки в санаторий. И что ты думаешь?! Муж её не пустил! У них, понимаете ли, сейчас нет свободных денег. А сам недавно купил себе новый джип. После истории с путёвкой бедная моя подруга как-то сникла и сделалась совсем незаметной.

Весной в течение полутора месяцев мы с Ниной почти не виделись, я уезжала в отпуск в Египет, после разгребала залежи на работе. Случайно встретила подругу в субботу утром.

День стоял удивительно красивый, солнечный и весёлый, повсюду цвела сирень. Нина шла по бульвару и улыбалась сама себе. Я заметила у неё в руке книгу. Поздоровавшись, мы отправились в сквер и около часа проболтали на лавочке под каштанами. Нина снова хвалила мужа и сына, смеялась по любому поводу, вела себя как девчонка-десятиклассница. Тогда мне показалась, будто она очень хочет что-то мне рассказать, но не решается. А через месяц случайно услышала, что Нина Сергеевна разводится с мужем! Новость аховая. Болтали, будто она влюбилась в какого-то мужика и ушла из семьи.

Вскоре Нина Сергеевна перешла на другую работу. Я встретила её где-то в начале октября. Она шла, держась за руку, с невысоким сухощавым мужчиной в очках. Нина тоже меня увидела и заулыбалась. Я подошла, и подруга познакомила меня с Андреем.

Язык не повернулся бы назвать нового Нининого мужа красавцем! Светлые редкие волосы, намечающаяся на темени лысина, интеллигентские очки в металлической оправе, одет очень просто. Куда ему до Виктора! И всё же имелось в Андрее нечто особенное, наверное, умный добрый взгляд больших серых глаз и улыбка, искренняя и тёплая.

Сильно удивилась, когда Нина позвонила мне в пятницу вечером и позвала на выходных в гости. Жили они в двухкомнатной сталинке Андрея на тихой улице неподалёку от центра города. Обстановка в комнатах скромная, ничего лишнего! Чистота, покой и уют. Однако меня поразило ощущение удивительной гармонии. Вдоль двух стен в гостиной высокие стеллажи с книгами. Чувствовалось, что каждая вещь, будь то ваза на журнальном столике или салфетки на кухне подбиралась тщательно и с любовью.

Кроме меня в гости пригласили приятную семейную пару, друзей Андрея. Беседа за столом быстро наладилась и затянулась до позднего вечера. Говорили о литературе, театре и обычных житейских радостях.

Помню, старая рыжая такса с седой мордой пригрелась рядом со мной на диване и, заглянув мне в лицо ласковыми глазюками, положила морду на мои колени. Почесала собаку за ушами, в благодарность животинка лизнула мне руку. До чего же легко дышалось в этом доме! Уходить не хотелось...

Когда Нина вышла на кухню готовить чай, я направилась за ней. Не терпелось узнать, как она познакомилась с Андреем и решилась уйти от мужа. Подруга это сразу поняла.

– Ты единственная женщина на фирме, которая ни разу мне не позавидовала! – неожиданно произнесла Нина. – Да, там меня не понимают! Бросить похожего на кинозвезду мужа и налаженный быт! – горько усмехнулась подруга. – До встречи с Андреем я тоже долгое время считала себя счастливой. Позже поняла, что задыхаюсь в беспросветном, глухом одиночестве, запертая в четырёх стенах. Виктора по-настоящему интересовал только он сам, его престиж и деньги.

Нина достала из кухонного шкафа узорчатые фарфоровые чашки, расписанные восточными узорами, и выставила на стол. Я растерянно молчала.

– Всегда любила книги. – продолжила моя собеседница. – У Андрея два небольших книжных магазина. Один из них находится неподалёку от моего дома. Там я и познакомилась с Андреем. Попросила достать мне роман с верхней полки. Листала книгу и чувствовала на себе его взгляд, внимательный и восхищённый. Потом мы долго-долго говорили. А на следующий день поняла, что влюбилась в человека с красивой, тонкой душой. – Нина рассказывала и улыбалась. Голос её звучал проникновенно и мягко, а лицо светилось глубокой нежностью. – Ты заметила, какие у Андрея красивые руки? – В счастливых глазах женщины вспыхнули шаловливые огоньки.

После чая Андрей и Нина устроились рядом на диване. В общей беседе они больше не участвовали. Разговаривая с друзьями Андрея, я периодически поглядывала на хозяев. По-моему, гости их уже не интересовали, до того они были поглощены друг другом. Андрей и Нина негромко переговаривались короткими фразами и улыбались. Никогда не забуду выражение их лиц! Столько любви и понимания…

Признаюсь, что, вернувшись из гостей, долго не могла успокоиться. Завидовала Нине. Встретить своего мужчину – невероятная удача и великое счастье!

Около месяца мы с Ниной перезванивались, два-три раза встречались в кафе. В середине лета у меня тяжело заболела мама, пришлось уехать из города на три месяца.

В конце октября я вышла на работу. Неделю сидела до ночи, перебирая документы. Однажды за перекусом услышала разговор двух сотрудниц. Не сразу поняла, что обсуждают Нину Сергеевну.

– Сама виновата! Не девочка! Бросила из-за какого-то мужика семью, – заявила главбух. – Если бы ещё был нормальный мужик! А там и поглядеть не на что, маленький, дохленький и лысый. Неудивительно, что от рака крови помер. До Виктора ему, как до космоса пешком!

– Любят не за внешность, – возражала её собеседница, молоденькая менеджер из отдела продаж.

– Виктор хваткий и хозяйственный! Не то, что тот книжник.

– Он оставил бывшую жену без жилья, всё у неё забрал. Пока Нина не подписала отказ от имущества, развода ей не давал. Это несправедливо!

– И поделом Нинке, если мозгов нет! Слышала, Виктор с сыном её на порог не пускают.

– Они неправы. Нина Сергеевна постоянно отдавала семье свой заработок, деньги за бабкину квартиру достались мужу, на себя она лишнюю копейку боялась потратить! – возмущалась менеджер.

– Много ты понимаешь! – не унималась главбух. – В жизни за всё надо платить. Нинка витала в облаках, мечтала о большой любви, получила её, и чем закончилось? В её годы нормальные женщины о другом думают! Неразумная она, вот что я тебе скажу…

Услышанное оставило у меня тяжёлый осадок. Андрей умер? Не может быть! После работы я набрала телефон Нины и услышала «абонент вне действия сети». Не в силах побороть тревогу, решила зайти к подруге домой.

Дверь квартиры открыла молодая краснощёкая девица. – О, наконец-то! – воскликнула незнакомка. Заметив изумление на моём лице, девица уточнила:

– Вы же за книжками? Покупательница? Никак не могу избавиться от этого хлама!

– Нет, я хочу поговорить с Ниной Сергеевной.

Девица нахмурилась, радостная улыбка мгновенно сползла с её лица. – Ах, к этой? Знаете, что? Дядя умер в прошлом месяце, а его сожительница уехала. Куда? Не знаю. Мне неинтересно. Насилу с мамой её выставили! Я – законная наследница, а она ему - никто, временная подруга, они даже не расписались. Идите, откуда пришли и не возвращайтесь!

Дверь с грохотом захлопнулась у меня перед носом.

Нину Сергеевну я встретила случайно в середине ноября. Она медленно шла по проспекту, в её потухших, блёклых глазах застыла пустота. Внешне Нина постарела лет на пятнадцать и опустилась. Тусклые, неухоженные волосы выбивались из-под нелепого зелёного беретика. Бледное неживое лицо с тёмными тенями вокруг глаз, ранними морщинами на лбу и в углах рта выглядело нездоровым и чужим. Старое пальто с бурым пятном на животе и оторванной внизу пуговицей болталось на худой фигуре женщины, как на шесте.

Я окликнула Нину. Она остановилась и с непониманием посмотрела на меня. Затем в глазах женщины промелькнуло узнавание.

– Здравствуй, – неуверенно проговорила подруга. – Прости, я тебя не узнала.

– Я догадалась.

– Ты ведь слышала, что Андрей умер?

Я молча кивнула. Нинины губы задрожали, но плакать она не стала, только покачала головой.

– Сочувствую, он был замечательный… Как ты?! Где живёшь?

– Я, я нормально, – попыталась улыбнуться Нина. – Ухаживаю за одной старушкой, у неё и поселилась. Работаю почти на дому, бухгалтером в нашем ЖЭСе на полставки. Извини, мне пора! Нужно купить к ужину продукты.

Нина вяло махнула рукой и устало двинулась по проспекту дальше. А я стояла и смотрела ей вслед. От жалости к горлу подступил тугой ком, и болезненно заныло сердце.

Самолёт пошёл на посадку. Не знаю почему, но Нина Сергеевна и история её недолгой, но глубокой, чистой любви не выходит у меня из головы. Я никогда не видела вживую Нину и Андрея, но они рисуются в моём воображении как наяву, словно давние добрые знакомые …