Реконструкция любви

От автора

Выражаю благодарность всем, кто меня поддерживал и верил в мой успех. Отдельное спасибо хочу сказать моей музе – Виктории Стукаловой за вдохновение и нежные чувства, а также Дмитрию Малику и Алексею Демидову за помощь в подготовке материала для книги. Всем счастья и добра!

Пролог

Дым и гарь заполонили всё небо. Солнце неистово пыталось пробить хоть маломальский просвет сквозь эту густую и плотную завесу. Но солнечные лучи лишь изредка проскальзывали через объёмные клубы непроглядного дыма, обнажая яркий диск небесного светила. Здесь творился настоящий кромешный ад. На относительно небольшом участке земли всё взрывалось и взметалось. Облака раскалённого газа и пыли вздымались ввысь вместе с горячей землёй и разбитыми острыми камнями. Томящийся воздух вокруг содрогался и трескался от множества ярких вспышек и громких ударов.

Наконец, взрывы прекратились, на мгновение всё стихло, и только лёгкий, но продолжительный звон проносился отголоском . В ещё не осевшей пыли и не развеявшемся дыму стали появляться нечёткие очертания марширующих людей и угловатые силуэты ползущей бронетехники. Надвигающаяся цепь держала неспешный темп и довольно близкую дистанцию, уверенно и неуклонно приближаясь к месту, где буквально только что всё рвалось и грохотало. По идее в этом месте не должно было остаться и камня на камне, но в углублениях обезображенной и перемолотой земли притаилась подстерегающая смертоносная опасность.

Послышались отдельные призывающие крики, переходящие в массовый дикий ор с наступающей стороны, и скорость продвижения атакующих цепей быстро усилилась. В ответ им в самой гуще взрытого и погорелого эпицентра начали раздаваться резкие и оглушительные хлопки, перерастающие в бесконечные громыхания и стрекотания. Металл, выплёвывая жгучее пламя, прорезал многострадальное пространство, сокрушая всё на своём пути. Не считаясь с потерями, штурмующий строй цвета хаки продолжал свой неимоверно безудержный натиск и подходил всё ближе и ближе к огрызающемуся яростным огнём противнику. Бушующая живая сила, словно набегающая волна, захлестнула окопы, смешиваясь в жестокой схватке с обороняющейся серой вражьей массой. Второй неудержимой волной было сметено всё, что пыталось отчаянно отбиваться и оказывать беспорядочное и бесполезное сопротивление…

Отважные воины-красноармейцы и бравые моряки-краснофлотцы одержали в этой сокрушительной битве знаменательную и весьма ценную победу. Немецкий вермахт повержен и разбит. Всеобщее ликование победителей сопровождалось восторженными криками «Ура!» и триумфальными выстрелами в воздух из винтовок и пистолетов-пулемётов.

Но то, что начинает происходить дальше, с лёгкостью способно ввергнуть в ужас даже самого искушённого любителя сверхъестественной мистики. Убитые солдаты обеих армий, словно зомби, не чувствующие ни боли, ни страха, начинают медленно подниматься, вставать на ноги и подбирать с земли своё заряженное и ещё неостывшее оружие. И вот, казалось бы, сейчас случится поистине ужасающий смертельный бой между живыми и мёртвыми, победить в котором нет ни единого шанса, но не в этот раз…

Эта почти реальная и максимально аутентичная битва, произошедшая здесь и сейчас, есть не что иное, как военно-историческая реконструкция событий Великой Отечественной войны. А в данном случае, это один из эпизодов штурма немецкой обороны частями Красной армии в начале мая 1944 года на Сапун-горе Севастопольского района, на Крымском полуострове.

Тогда, утром 7 мая, после мощной и продолжительной артподготовки на хорошо укреплённые передовые позиции немцев перешли в атаку стрелковые дивизии Красной армии. Быстро прорвав фронт и заняв первую вражескую траншею у подножия горы, бойцы стали продвигаться вглубь выстроенной защиты противника, но захватить сходу вторую линию окопов им уже не удалось. Немцы, с отчаянностью обречённых отбивались ожесточённо и яростно, постоянно предпринимая небольшие, но дерзкие контратаки. Советская бронетехника несла тяжёлые потери от противотанковых средств неприятеля и не могла существенно помочь своим наступающим пехотинцам. Но вскоре советские артиллерийские расчёты подавили все огневые точки немцев, что позволило вторым и третьим эшелонам стрелковых дивизий в сопровождении танков перейти вновь в решительное наступление. Красноармейцы беспощадно перемололи остатки зверски отбивающихся оккупантов, тем самым окончательно разгромив оборону противника на склоне Сапун-горы, и смело продвинулись дальше к городу воинской славы Севастополю.

В коллективном русском сознании Севастополь — это не просто город, а символ беспримерного мужества, героизма и отваги. Севастополь заслуженно получил звание города-героя благодаря бессмертному подвигу его защитников в Крымскую войну и в первые годы Великой Отечественной войны. Так что освобождение этого города от нацистских агрессоров было не только целью стратегической важности, ведь там ещё находится база черноморского флота, но и целью повышения боевого духа д солдат-освободителей, что тоже является немаловажным фактором в тяжёлой и кровопролитной войне на уничтожение…

Так, после затруднительного прорыва вражеских укреплений в городских предместьях, советские бойцы ворвались в сам город и быстро сломили последние очаги сопротивления врага, полностью освободив Севастополь 9 мая 1944 года. А уже к 12 мая красноармейцы прижали к морскому берегу остатки войск неприятеля на мысе Херсонес, откуда те тщетно пытались эвакуироваться: огнём нашей артиллерии были потоплены все плавсредства противника, подплывающие к мысу, чтобы забрать своих обречённых военнослужащих. В итоге в плен попало больше тридцати тысяч немецких солдат и офицеров, которые оказались в совершенно безвыходном положении благодаря продуманным и смелым действиям советских войск и тактическим просчётам немецкого верховного командования. Таким образом, завершилась молниеносная Крымская наступательная операция — блестящим триумфом Красной армии и успешным освобождением полуострова от немецко-фашистских захватчиков. Что явилось очередным прологом для полной победы СССР в Великой Отечественной войне над нацистской Германией ровно через год после этих событий.

Но наш рассказ будет не о тех далёких и огненных годах, о которых так много написано книг и снято художественных фильмов. Речь пойдёт об одной современной истории, связанной с той войной, но произошедшей после неё и в тоже неспокойное грозное время. Она лишний раз доказывает, что миром правит не война, миром правит — любовь!

Глава 1. Первый Крымфест

Сентябрь 2014г.

Горячие летние деньки уже закончились. Осень постепенно вступала в свои законные календарные права. Буйные зелёные кроны деревьев начали покрываться бледным и унылым пятнистым жёлто-рыжим камуфляжем. Лёгкая освежающая дневная прохлада сменялась ощутимым промозглым холодом ночью. Витающая в воздухе цепкая меланхолия безнаказанно проникала в сознание ничего не подозревающих людей, культивируя в них тоскливые чувства и грустные настроения. Отсутствие яркого солнечного света и гнетущая серая обыденность не давали шансов человечеству справиться с настигнутой печалью и хандрой. В таком случае, только весьма неординарные и будоражащие душу события способны развеять неотступную депрессию и вновь поднять силу духа.

На горизонте осторожно начинал заниматься рассвет, но ночная мгла не желала быстро сдавать своих позиций и упорно покрывала своим чёрным одеялом всё вокруг. По Новорижскому шоссе в направлении столицы из Ржева мчался легковой автомобиль, безжалостно прорезая светом фар сгустившуюся тьму. В машине находились три человека и плюс ко всему были сильно нагружены различным скарбом салон и багажник. Экипаж состоял из двух молодых парней и одной очаровательной девушки. Эта милая и добродушная компания ехала в приподнятом настроении и в предвкушении предстоящего интригующего путешествия, лишь с лёгкой долей сомнения в его успешном осуществлении.

Александр, молодой человек, сидящий за рулем, убавил громкость на магнитоле и обеспокоенно спросил у сидящего на пассажирском кресле Виктора:

— Витя, ты всё взял: форму, снарягу, паспорт?

— Да!

— А мыльно-рыльные принадлежности?

— Да, всё я взял!

Затем водитель повернулся к Светлане, удобно устроившейся на заднем сидении, привалившись на огромные сумки-баулы.

— Света, а ты тоже всё взяла?

— Да! Не беспокойся, Саш.

— Ну, славься!

На несколько секунд повисла пауза.

—Эх! — восторженно выдохнул Виктор и довольный в охватившей его приятной истоме потянулся на своём месте,. — Скорее бы уже попасть в Крым. Вы только представьте: мы загораем на пляже, на берегу Чёрного моря, попиваем пивко, едим барабульку и время от времени купаемся в нежных набегающих волнах…

— А ещё, не спеша, выковыриваем песочек из трусов, — саркастически парировал Саша. — И любуемся красотой местных крымчанок!

— И крымчан! — весело подхватила Светлана.

Друзья задорно засмеялись. Никто из ребят раньше не был в Крыму, но они много слышали о нём: о нежном и благоприятном климате, о тёплом и чистом море, о красивой и манящей природе. Все желали хоть раз в жизни посетить это удивительное место и полюбоваться местными красотами. А после присоединения к РФ, крымские власти предпринимали различные действия по защите своей республики, проводя множество общественных акций по укреплению своего нового статуса. В том числе стали проводиться мероприятия, направленные на повышение патриотического духа среди местного населения и по привлечению большого числа туристов из материковой России на полуостров.

Одна из подобных акций — организованная властями при поддержке Военно-исторического Общества и разных реконструкторских объединений в масштабный фестиваль военной реконструкции, который затрагивал практически все значительные вехи истории отечества. Мультифестиваль был рассчитан на одну неделю, чтобы в день показывать по одному крупному историческому эпизоду: начиная с античных времён и заканчивая Великой Отечественной войной. К участию в этом эпохальном фестивале приглашались не только местные крымские клубы военно-исторической реконструкции, но и виднейшие клубы со всей России. Ради этого даже были организованы спецборта МЧС на транспортных самолётах ИЛ 76 для перевозки реконструкторов и их соответствующего реквизита из Санкт-Петербурга и Москвы.

Вот и нашим друзьям посчастливилось выбить себе отпуска на эту удивительную недельку и, подав соответствующую заявку на участие от своего военно-исторического клуба, отправиться в Москву для перелёта в Крым, чтобы стать причастными к этому грандиозному и многообещающему событию. Ведь ничего подобного раньше не проводилось на территории России и, судя по масштабам данного мероприятия, оно сулило быть главным приключением года для любого заядлого реконструктора.

— А вдруг нашу заявку не приняли? — Виктор до конца не мог поверить своему счастью и постоянно терзался в сомнениях. — Вдруг нас забыли внести в список пассажиров на транспортные самолёты?

— Расслабься! — успокаивал его Александр, хоть и у самого тоже были некоторые сомнения по этому поводу, однако он старался думать только об успешном исходе их рандеву. — Я отправил организаторам заполненную анкету на четверых участников от нашего клуба. Они подтвердили мне, что анкета принята. Так что, как приедем, так и узнаем, есть мы в списках или нет…

Светлана тяжело выдохнула и с сожалением произнесла:

— Ух,… как жаль, что Семён не смог с нами поехать.

— Плохо хотел, значит! — выпалил с лёгким раздражением Витя.

— Действительно! — подхватил Саша. — Ради поездки в Крым мог бы и настойчивее выпрашивать отпуск на работе. Как я, например. Я почти что с боем выбил свой отпуск. Начальник ни в какую сначала не хотел отпускать. Но я не привык сдаваться и пошёл напрямую к директору, рассказал ему всю суть проблемы, и он пообещал разобраться в этом вопросе с моим руководителем. И, вуаля! Я довольный и счастливый еду на Крымфест! А начальник пусть себе негодует, главное, что я добился своего.

Витя и Света слегка поёрзали на своих сидениях от нахлынувшего удовольствия, осознавая, что их отпуска были назначены по плану на сентябрь, и не пришлось с боем их себе выбивать. Теперь всем осталось только убедиться, что их зарегистрировали, и они допущены к полёту на спецбортах. И тогда все их сомнения напрочь развеются, и можно будет уже окончательно расслабиться и насладиться этим замечательным приключением.

— А где мы оставим машину? — не унимался Витя. — У аэропорта? А вещи? Как мы пронесём всё наше «железо» через КПП? Они хоть и охолощённые и с документами, но чувствую, вопросов по ним возникнет масса…

Александр искоса взглянул на Виктора и, ухмыльнувшись, стал объяснять:

— Значит расклад такой: мы доезжаем до «Гарнизона» и оставляем там машину. Потом пересаживаемся в автобус, который довезет нас до аэропорта Жуковский, там мы выйдем прямо на аэродроме со всеми вещами. Дальше погрузимся в самолёт и полетим в Крым. Всё просто.

— И что, нас даже досматривать не станут? — искренне удивилась Светлана.

— Скорее всего, так и будет! — довольно ответил Саша. — Видимо, Российское Военно-историческое Общество совместно с крымской администрацией — организатором этого мероприятия,— как-то смогли договориться с МЧС и службой безопасности о такой упрощённой схеме переброски реконструкторов без надлежащей проверки. Подозреваю, что соответствующие компетентные органы уже проверили наши личности на лояльность и профпригодность. Иначе зачем «орги» заранее собирали с нас копии всех документов.

— Логично! — согласился Виктор. — А то пока сотрудники будут разглядывать все наши макеты, полдня на это уйдёт.

— Вот-вот! — радостно подтвердила Света, чуть ли не подпрыгивая на месте. Хоть у неё и не было с собой вещей, которые пришлось бы в недоумении и пристально рассматривать проверяющим, но она страсть как не любила все эти долгие проверки в аэропортах, поэтому и обрадовалась такому оптимистичному положению дел. — А долго нам ещё ехать осталось?

— Уже подъезжаем! — констатировал Саша, когда в предрассветных сумерках автомобиль съехал с МКАДа, и до пункта назначения оставалось совсем рукой подать. — Вон и наш заказной автобус уже у ворот «Гарнизона» стоит.

У автобуса уже вовсю суетился народ с огромными баулами, сумками и рюкзаками, которые они с трудом пытались впихнуть в уже почти заполненное багажное отделение. Справившись с этим делом, люди торопились сами поскорей проскользнуть в салон автобуса и занять местечко поудобнее и желательно у окна. Кто-то деловито стоял в сторонке и нервно курил, а некоторые товарищи, зная, что до отправления ещё достаточно времени, образовывали небольшие кружки по несколько человек и оживлённо общались.

Александр, как и говорил, припарковал машину на территории «Гарнизона». Потом он выгрузил свои сумки и вещи своих друзей. Взвалив весь свой скарб на себя, ребята пошли тоже грузиться в автобус, по пути здороваясь и дружно обнимаясь со знакомыми камрадами и другими реконструкторами. После короткого общения все расселись по местам, и в назначенное время автобус отправился по заданному маршруту в сторону аэропорта. Всю дорогу от переизбытка радостных эмоций от встречи со старыми знакомыми и от предвкушения незабываемого путешествия все шутили друг с другом и громко смеялись. В такие минуты приходит осознание, что само ожидание чего-либо приятного бывает даже более трогательным, волнительным и интригующим, чем само событие, каким бы интересным, красочным и авантюрным оно ни было.

Прибыв на аэродром, пассажиры сразу прильнули к окнам автобуса, зачарованно и с любопытством рассматривая большие транспортные самолёты ИЛ-76, на которых вскоре должны они были отправиться в Крым. Рядом уже находились приехавшие ранее реконструкторы из Санкт-Петербурга и других северных городов. Автобус подъехал как можно ближе к этим удивительным летающим машинам, и сразу из него начал вылезать засидевшийся народ. Кто-то, медленно и осматриваясь, ступал на асфальт взлётной полосы, а кто-то быстро убегал за ближайшие строения, чтобы скорее опорожнить скопившееся содержимое своего мочевого пузыря: всё-таки выпитые по дороге пенные напитки знают своё дело, а, как известно «вода дырочку найдёт». И, конечно же, всем страсть как хотелось сфотографироваться на фоне этих могучих крылатых исполинов, хотя организаторы строго настрого запретили всем это делать из-за предполётного суеверия пилотов. Но, тем не менее, многие умудрялись тайком сделать несколько фотографий на свои мобильные телефоны, не смотря на все запреты.

Диспетчер долго не давал разрешения на взлёт из-за неблагоприятной погоды. Но все-такипосле длительного ожидания посадки в самолёты, все, наконец, успешно погрузили на борта свои пожитки и расселись на подготовленные сидячие места, прям посреди вместительных грузовых отсеков транспортников.

Взлёт. Полёт. Посадка.

Приземлившись и ступив на твёрдую поверхность аэродрома в Симферополе, реконструкторы вздохнули с облегчением и стали неудержимо восторгаться и восхищаться местной благодатью. И хотя уже начинало вечереть, крымское солнышко всё равно ещё светило ярко и дружелюбно, заботливо согревая каждого сюда прибывшего. Несмотря на сентябрь по календарю, здесь ещё упрямо держался жаркий август. Это сразу чувствовалось, так как в Москве было весьма зябко, пасмурно и моросил противный мелкий дождик. Потому практически все ребята были одеты в тёплую верхнюю одежду, которую многие сразу стали скидывать с себя и пытаться втиснуть её в свои и без того разбухшие от множества вещей рюкзаки и баулы.

Вскоре поджидавшие большие экскурсионные автобусы забрали разом всех реконструкторов из аэропорта и отправились прямиком на место проведения фестиваля. Из-за долгой задержки в Москве, прибыли, когда на Федюхины высоты уже опустилась тёмная ночь. Очень слабый и тусклый свет неполной луны еле освещал прилегающее пространство, а фонарное освещение здесь изначально не было предусмотрено. Оказавшись на фестивальной площадке, всем, конечно же, не терпелось оглядеться кругом и рассмотреть местные достопримечательности, но дальше нескольких метров было трудно что-либо увидеть. Лишь огни ночной Балаклавы и чуть видимый отсвет закатившегося солнца, очерчивающий неровности горизонта, давали смутное представление о месте нахождения.

Похватав свои объёмные сумки и получив прямой ориентир на место дислокации лагеря для реконструкторов, ребята побрели по указанному адресу, где тут же принялись ставить свои палатки в полной темноте, подсвечивая себе в помощь ручными фонариками. Саша, Витя и Света, уставшие от утомительного перелёта, не выспавшиеся и желающие уже хорошенько отдохнуть и скорей попасть в следующий день, пророчащий им множество положительных впечатлений, быстро справились со своей палаткой и сразу уснули сладким крепким сном.

Первым проснулся Александр. Было около восьми часов утра, и солнце уже поднялось достаточно высоко, обильно и щедро разогревая остывшую за ночь землю. От возникшего парникового эффекта в палатке стало весьма душно и довольно трудно дышать. Он вышел наружу, еще толком не успев продрать глаза, и ему открылась вся прелесть здешнего причудливого рельефа и красота окружающей природы. Холмистая местность, богато покрытая большими зелёными лужайками, плавно переходила на горизонте в белые сахарные горы. Местами виднелись раскинувшиеся поля, плотно засаженные виноградниками. А редкие карликовые деревья, торчащие всюду в хаотичном порядке, придавали особенный шик и изюминку этому живописнейшему пейзажу.

Саша, не мешкая, ринулся к своему рюкзаку искать армейский бинокль. От нетерпения поскорей рассмотреть всю эту душещипательную красоту поближе, он стал громко шебуршать вещами и пакетами и быстро разбудил своих товарищей. Наконец, найдя бинокль, Александр начал пристально разглядывать открывающийся перед ним восхитительный, сказочный вид.

— Обалде-е-е-ть! — на выдохе протянул Виктор, высунувшись из палатки и поражаясь увиденным вокруг.

— Что там такое? — сквозь ещё не отступивший полностью сон, спросила Светлана.

— Да тут настоящий рай! — восторженно произнёс Саша, не отрываясь от окуляров бинокля. — Прямо сады Эдема в первозданном виде.

Вскоре друзья уже втроём стояли у палатки и упоённо созерцали завораживающий местный ландшафт. Погода была на редкость изумительнейшая: в небе не наблюдалось ни единого облачка, а лучезарное солнышко ласково целовало кожу и щедро обдавало тело своим теплом.

Закончив осмотр местности и возвратившись к палатке, ребята заметили, что всё кругом — земля, трава, стволы деревьев и даже их палатка — удивительным образом обросло маленькими белыми ракушками, которые, видимо, за ночь пытались заползти как можно выше, живясь свежей росой. Ко всему прочему, нежданно обнаружили ещё притаившуюся внушительного размера сколопендру, нагло и вальяжно сидевшую на сумке Виктора. Пока все с любопытством её рассматривали, кто-то поведал, что они весьма ядовитые. В испуге пришлось многоножку срочно нейтрализовать. Но сделать это оказалось не так-то просто, потому что это шустрое насекомое очень быстро передвигалось на своих многочисленных лапках и постоянно пыталось залезть в сумку и скрыться внутри. Однако с помощью подручных средств её всё же отловили и отбросили подальше от палатки.

Приведя себя в порядок и умывшись, друзья встретились с другими знакомыми реконструкторами, которые тоже уже проснулись и были намерены идти «покорять» Крым. Так как организаторы фестиваля объявили этот день выходным для участников этого мероприятия, то план действий напрашивался сам собой.

У подножия Федюхиных высот расположились многочисленные летние кафешки, палатки с одеждой, сувенирные лавки и прочие мобильные магазинчики, заранее поставленные своими владельцами и готовые добродушно встречать всех гостей фестиваля. Ребята быстро перекусили и купили себе несколько памятных безделушек, после чего отправились к ближайшему населённому пункту — в посёлок Первомайский, чтобы оттуда на общественном транспорте поехать к столь манящему и сильно влекущему морю.

Скоро они приехали в ближайший город Балаклаву и сразу ощутили себя здесь, как на курорте. Небольшой и уютный городок с лазурной водой в широкой бухте. Неисчислимые завлекалы предлагали друзьям покататься на катере по этой самой бухте, а выход в море в этот день, к сожалению, был закрыт военными, видимо из-за каких-то учений. Друзья, недолго думая, решили побаловать себя прогулкой по воде на одном из катеров, взяв с собой пиво и барабульку. Забавно было наблюдать, как остатки от съеденной рыбы (плавники, кости, головы и хвосты), которые ребята кидали через борт, тут же съедались мелкими рыбёшками, которые целыми косяками суетились вокруг судна. Водитель прогулочного катера, он же владелец, капитан и экскурсовод, довольно увлекательно рассказывал ребятам историю этих мест: от средневековья и до периода присоединения Крыма к Российской Федерации.

Вдруг от сильного порыва ветра у Светланы сорвало шляпку с головы, и капитан любезно развернул своё небольшое судно, дав возможность парням благородно поднять из воды лёгкий головной убор. После успешного спасения шляпки, проплыв мимо базы подводных лодок, друзья высадились на берег рядом с местным пляжем. Вдоволь искупавшись и позагорав, они отправились гулять по Балаклавской набережной, дойдя до руин генуэзской крепости. Затем они прошли вдоль развалин наверх холма и, поднявшись на вершину башни, увидели впечатляющую картину: с одной стороны большая бухта с маленькими как игрушечными снующими туда-сюда катерами, а с другой — раскинувшееся бескрайнее Чёрное море во всём своём отличии и величии…

После длительного и увлекательного путешествия по Балаклаве, друзья вернулись на Федюхины высоты в расположение лагеря для участников фестиваля. Перекусив бутербродами, они переоделись из гражданской одежды в военную немецкую форму времён Второй мировой войны и пошли гулять по высоте, где расположились различные биваки реконструкторов других исторических эпох. Здесь перемежались и древняя Русь, и Римская империя, и Средневековая Европа, и Российская Империя периода Крымской войны, Первая мировая, Гражданская, Вторая мировая и даже Холодная война и советская кампания в Афганистане. Реконструкторы максимально аутентично воссоздали антуражные военные укрепления и соответствующий быт своих времён: каструм, редуты, полевые позиции и лагеря. До самого позднего вечера друзья бродили по всем историческим эпохам и душевно общались с другими энтузиастами-реконструкторами, а затем отправились спать в свою палатку.

На следующий день началась работа Крымского военно-исторического фестиваля. Все реконструкторы заступили на свои разведённые посты на соответствующих интерактивных площадках. Саша, Витя и Света, надев на себя свою клубную форму вермахта, обустроились на площадке, где расположился импровизированный полевой немецкий лагерь. Из-за достаточно жаркого климата ребятам пришлось немного помучиться в их шерстяной суконной форме. Тяжелее всего приходилось Светлане переносить эти тяготы, но она не подавала вида и держалась бодрячком. На всеобщее обозрение на немецкой площадке были расставлены: палатки собранные из цельтбанов, два военных автомобиля Steyr, пара мотоциклов BMW, один немецкий лёгкий танк II и несколько столов с разложенным на них различным оружием и прочим антуражем, которые использовали немецкие войска в годы Второй мировой войны. Рядом был разбит немецкий полевой госпиталь, где проводились импровизированные показы операций по извлечению пуль и осколков из раненых бойцов и даже ампутации конечностей. Зрители в восторге смотрели на эти, хоть и отталкивающие, но весьма любопытные действия. Всё-таки не каждый день увидишь такое зрелище. Наши друзья любили заходить в этот полевой госпиталь, где их угощали вкуснейшим пивом или медовухой, аккуратно разлитыми в медицинские баночки из-под лекарств. На цвет это было очень похоже на обыкновенную мочу и, когда проходящие мимо зрители смотрели на то, как реконструкторы пьют из этих самых баночек, и удивлённо спрашивали: «А что это вы там пьёте?», ребята весело отвечали: «Анализы!»

Из госпиталя открывался шикарный вид на главную площадку, где происходили все исторические батальные сцены: русичей против монголов, римлян против варваров, битвы средневековых рыцарей, Крымская война, военные конфликты XX века. На все эти действия наши друзья смотрели с удовольствием, расслабившись на госпитальных койках в первых рядах и неспешно потягивая свои «анализы» из медицинских баночек.

Ближе к вечеру, когда заканчивались реконструкторские бои и переставали работать интерактивные площадки фестиваля, ребята отправлялись в Севастополь или Балаклаву гулять по набережной и купаться в тёплом и нежном море. Возвратившись обратно в лагерь, шли в релакс-зону, где под большим шатром резвилась ночная дискотека. Здесь под музыку разных времён вперемешку танцевали реконструкторы различных исторических эпох. Со стороны было забавно наблюдать, как танцуют в парах: римлянин с советской девушкой-санинструктором, дама из Средневековья с лихим моряком краснофлотцем, немецкий солдат Первой мировой с крестьянкой из древней Руси, немецкая санитарочка с солдатом Русской императорской армии и т.д. Создавалось впечатление, будто здесь находился открытый пространственный портал, и все желающие из других стран и эпох слетались на этот дружественный шабаш, чтобы вдоволь покутить, повеселиться, насладиться мирной жизнью и забыть о том, что где-то сейчас в их настоящем времени идёт страшная кровопролитная война…

В таком темпе прошла неделя, и наступил последний день Крымского фестиваля. Этот день был посвящён Великой Отечественной войне. С утра начались приготовления к двум основным эпизодам: 1942 и 1944 годов. Реконструкторы надели на себя соответствующую историческую форму и полный обвес амуниции, зарядили холостые патроны в свои макеты оружия и приготовились к началу первого боя. Самый первый сценарий касался немецкой крымской кампании 1942 г., цель которой была захватить Севастополь и тем самым полностью уничтожить оставшиеся части Красной армии на полуострове. На Федюхиных высотах недалеко от Сапун-горы в траншеях расположились защитники Севастополя. Немецкие солдаты, разбившись на два эшелона, смело направились на позиции РККА. Впереди шли бойцы из разведывательных отрядов, которые встретив плотный и ожесточённый огонь противника, залегли и окопались. Тогда в контратаку под мелодичные и бравые звуки гармони пошли моряки-краснофлотцы, но все доблестно полегли смертью храбрых перед немецкими окопами от мощного огня неприятеля. После этого в бой пошла вторая основная и многочисленная часть немецких войск при поддержке лёгких танков и броневиков. Из-за явного преимущества в живой силе и технике немцев, красноармейцы не смогли сдержать оборону, и фронт быстро пал. Тем самым завершился этот эпизод обороны Севастополя. Реконструкторы вернулись в свои лагеря переформироваться, переодеться и приготовиться к следующему эпизоду 1944 года. Уже ближе к вечеру солнце опустилось ближе к Сапун-горе, раскрасив причудливо-гротескным красноватым оттенком всю прилегающую местность. На этот раз уже немцам пришлось обороняться, они зарылись в траншеи и грозно ощетинились стволами карабинов и пулемётов. Начался мощный артобстрел. Пиротехники не пожалели взрывпакетов и устроили потрясающую канонаду взрывов, что давало хорошее представление о том, как это реально происходило в годы той войны. Пока дым ещё не рассеялся, части Красной армии стремительно пошли в атаку и захватили первую линию немецких траншей. Но дальше им не давал пройти плотный заградительный огонь немецкого стрелкового оружия и мощные вражеские артиллерийские залпы.

Находясь во второй оборонительной линии, Саша и Витя наблюдали из окопа, как перед их позициями распластались тела первых погибших красноармейцев. Как вдруг, к этим павшим бойцам, сквозь объёмные клубы чадящего чёрного дыма, пробралась одна молоденькая санитарка РККА и перевернула одного якобы раненого солдата на спину, пытаясь оказать ему первую медицинскую помощь. Она достала из своей санитарной сумки смотанный бинт и стала уверенно перевязывать бойцу условно-вымышленную рану. Александр, не мешкая, будто какой-то тумблер включился в его голове, тут же выскочил из траншеи и, ловко перемахнув через бруствер, побежал по направлению к этой самой отчаянной девушке-санинструктору. Виктор заметил этот рывок своего друга и сразу понял, что задумал Саша, тогда он, не раздумывая, ринулся вслед за ним. Саша тем временем быстро подбежал к ничего не подозревающей девице и, крепко схватив её за руку, уверенно потянул за собой в немецкую траншею. Красноармеец, которому эта санитарка оказывала помощь, уже было приподнялся, чтобы помочь своей горе-спасительнице, но рядом как раз оказался Витя и навёл на него ствол своего карабина Маузера 98к, кивком головы показывая, что, мол, не стоит рыпаться и сразу последовал за Сашей.

Запрыгнув на ходу в траншею, Саша, не успев ещё толком отдышаться, твёрдо и с некой долей укоризны задал захваченной санитарочке вопрос, на голове которой была только солдатская пилотка:

— Почему ты без каски? — потом чуть смягчившись и улыбнувшись, он произнёс. — Ну, не волнуйся! Мы тебя не тронем. Скоро сюда придут твои товарищи и освободят тебя.

На что девушка промолчала и в ответ только лишь утвердительно кивнула головой, видимо, от волнения и растерянности не совсем осознавая, что с ней сейчас произошло.

Так и случилось. Дальше в атаку снова пошли красноармейцы при поддержке своей бронетехники и смели вражеские позиции со всеми её обороняющимися солдатами. Так, с криками «Ура» бойцы Красной армии завершили этот эпизод по освобождению Севастополя от немецких захватчиков. А когда закончились победные выстрелы, рассеялся пиротехнический дым, и разошлись все зрители фестиваля, реконструкторы отправились в свои лагеря приводить себя в порядок и отдыхать.

В эту последнюю ночь реконструкторы устроили себе весёлый праздник, отмечая успешное завершение Крымского фестиваля. На следующий день ребята свернули свои палатки, собрали вещи и отправились на автобусе обратно в аэропорт Симферополя. В этот раз все вели себя более сдержанно и молчали на пути домой. Кто-то ещё не мог отойти от бурного празднования окончания фестиваля, а кто-то просто тихо грустил, что эта восхитительная сказочная неделя так быстро закончилась и теперь надо снова возвращаться к серым будням. Прибыв на аэродром, реконструкторы аналогично погрузились на борта МЧС и приготовились к отлёту.

Взлёт. Полёт. Посадка.

Спустя несколько дней, после отгремевших постановочных боёв Крымфеста Александр, находясь у себя дома, просматривал в соцсети паблик, посвящённый данному фестивалю, на предмет эпичных фотографий. В этой группе разные авторы размещали свои шедевральные снимки, и вдруг среди них Саша с изумлением обнаружил одно примечательное фото, где был запечатлён момент удачного похищения им той самой смелой санитарочки без каски. Он сразу зашёл на страницу пользователя, который выложил эту фотографию, и тут же узнал по аватарке эту отчаянную незнакомку и решил, не мешкая, написать ей приветственное сообщение.

Александр:

Екатерина, приветствую! Опасно так близко к вражеским позициям подходить, могут невзначай и в плен взять;). А касочку на подобные мероприятия надо надевать обязательно!))

Екатерина:

Ах, вот это кто!) Да, я только раненого увидела и подбежала, а на ваши позиции внимания особо не обратила: неопытная, необстрелянная.))))

Александр:

Бывает!)) А вообще спасибо тебе, Екатерина, что позволила воспользоваться моментом и взять в плен такую симпатишную медсестричку РККА). Было чем потом похвастаться камрадам после боя.)))

Екатерина:

Да уж! Вы её сами взяли (возможность).)))

Александр:

Мы такие,)) мы могём.))

Екатерина:

Я посмотрела твои фотографии в альбомах (можно на «ты»?) Мне ещё расти и расти до твоего уровня реконструкции.))

Александр:

Благодарю!) Я действительно уже давно болен военно-исторической реконструкцией)), и чем дальше, тем сильней зависимость. ;)

Это дело такое — затягивает с головой.

Ну, у тебя ещё всё впереди: будут и такие же фотографии, и даже лучше.))

Екатерина:

Очень на это надеюсь.))

Я весь бой в плену просидела, но мне потом рассказал боец, которого я попыталась перевязать, как он дёрнулся меня спасать, а его добили… Я только слышала, что дальше происходило. Слёзы наворачиваются. А представляешь, как в настоящем бою? Я второй раз участвую, и второй раз вхожу в такое состояние, будто идёт настоящий бой… Даже не могу объяснить эти ощущения, эмоции, мысли (иногда даже их отсутствие), но, думаю, ты меня понимаешь. И вам спасибо, что позволили опять пережить эти непередаваемые ощущения.))

Александр:

Взаимно) Да, я хоть уже на множестве реконструкций побывал, но каждый раз ощущения настоящего боя меня не отпускают. И порой бывает настолько страшно, когда сидишь в окопе и на тебя прёт безудержная цепь красноармейцев, что реально можно и «кирпичей» наложить.)))

Екатерина:

Ты реконструируешь только немецкую армию?

Александр:

В основном я руководитель клуба по реконструкции вермахта в городе Ржев. Но Красная армия у нас тоже есть, и мы, кстати, часто принимаем участие в съёмках фильмов о Великой Отечественной войне.)

Екатерина:

Как интересно!) Какой фильм будем ждать?))

Александр:

На данный момент — любительский. Снимаем собственными силами. В следующем году планируем закончить.)

А ты откуда родом?

Екатерина:

Я родилась в Полтаве. А мама моя папу привезла из Курска.))) В Полтаве мне всегда говорили, что я приезжая, потому, что нет местного акцента.))) С детства бредила Севастополем… И вот!)

Правда, живу я в Балаклаве, вижу из окна Чембало, бухту и вход в Музей подводных лодок. Небо над горами противоположной стороны бухты каждый день невероятно красивое, особенно закат. Я обожаю Балаклаву и чувствую, что это и есть МОЁ место.

Александр:

Потрясающе!

Мне, кстати, в Балаклаве очень понравилось. Хороший, уютный и относительно спокойный городок. Я бы с радостью тоже жил бы в таком. ;)

Екатерина:

Всё возможно, было бы желание.)) Вот у нас в урочище Инжир растут можжевеловые деревья. Вечером, когда стволы деревьев теплее, чем воздух, они источают эфирный аромат. А утром, когда роса, пахнет травами.

Александр:

Мдя, природа у вас восхитительная, а в бухте вода лазурная, как в сказке.)

Екатерина:

Где вы с друзьями нашли лазурную воду?))))) Надо плыть на Инжир. Вот там вода... никогда не забудешь.

Александр:

Ну, в следующий раз приедем и сплаваем на Инжир)), а ты нам покажешь, где это находится?)

Екатерина:

Ладно, отбой)) Приезжай в Балаклаву. Буду гидом.)

Александр:

Это здорово!) Катя, ты замечательный человек!!! Жаль, что не удалось пообщаться с тобой вживую в Крыму.)

Екатерина:

Спасибо, да я обычная. Наверстаем — поймёшь.))

Александр:

Надеюсь. ;)

Екатерина:

Приезжайте к нам.) Проведу такими тропами, что никогда не забудете.))

Александр:

С удовольствием) Но, скорее всего, теперь уж только в следующем году )) Благодарю.;)

Так они и стали переписываться. Сначала просто по-дружески, а потом их затянуло в нечто большее… Что-то, что влекло их друг к другу, некая великая, приятная сила подчинила их своей воле и сладострастно тянула обоих скорее открывать приложение, чтобы увидеть новое сообщение. Так пролетело несколько месяцев, и наступила зимняя пора. Катя сообщила Саше, что ей необходимо лететь по делам в Москву и что она хочет заехать ненадолго в Ржев, чтобы повидаться со своими новыми друзьями.

Екатерина:

Привет, что вы там, болеете? А я ехать собралась к вам на следующей неделе.

Александр:

Привет-привет!)) А кто у нас болеет?

Очень хорошая новость, что ты к нам наконец-то приедешь.))

Екатерина:

Да, у Вити в статусе)))) почти стихи…

Александр:

Ой, да подумаешь, першит немного в горле.) Поправится!))

Это потому что он в Иордань на Крещение полез без веры...

Екатерина:

Эх), а говорил, что просто настроения нет.))

Александр:

Так ты расскажи, когда именно прилетаешь и когда планируешь заехать в Ржев, например?)

Екатерина:

В понедельник начинаются мои курсы повышения квалификации. Ну, а потом я вся ваша.)

Александр:

ВСЯ???!!!!?? НАША???!!!!??

Ты поосторожнее с такими фразами.)) А то, мало ли что мы можем там напридумывать.))

Екатерина:

Это лишнее. Я хочу попробовать предложить им гешефт и сдать экзамен сразу, но... не знаю, любят ли они гешефты.)

Александр:

Интересненько.)

Ну, вообще Geschäft на немецком языке обозначает «бизнес или дело»! Так что за дело ты им хочешь предложить, очень любопытно.)

Екатерина:

Скорее бизнес, это ближе к телу...то есть, к делу.)

Александр:

А-А-а-а-а-а-а..... перестань такими искушёнными словами кидаться!!! )

А то ведь я занят сейчас на строительстве нашей площадки для реконструкции и давненько уже не знал женской ласки.))

Потому на меня это очень эмоционально действует.)

Екатерина:

☺ ладно, не буду.

Александр:

Не бери в голову, бери в ...

В общем, неважно.)

Екатерина:

… дурного в голову, а важного в руки. Так говорят на Украине.)

Александр:

Что посмеешь, то и пожмёшь! А взялся за грудь — говори что-нибудь.))

Так говорят в России.)

Гут! В общем, ничего не будем планировать на эти дни. Будем ждать тебя.;))

Екатерина:

Нет- нет, вы планируйте. Мало ли...

Это ведь предварительно, а вдруг не получится?

Ой, я так не люблю ломать чьи-то планы...

Александр:

Ну, славься!

В общем, мы будем планировать твой приезд! Хлеб-соль, цыгане с гитарами и медведями, клоуны на длинных ходулях, Кремлёвский военный оркестр, играющий гимн России и т.д.)) В общем, скромненько так.)

Екатерина:

)))))))сказочник)) Ганс Христиан Андерсен. ☺

Александр:

Я ещё не волшебник, но уже практикуюсь.))

Глава 2. Ржевское рандеву

Февраль 2015г.

Саша с Витей стояли у турникетов на вокзале и пристально вглядывались в снующую туда-сюда толпу. Они искали глазами Катю, которая должна была подъехать с минуты на минуту. И когда она появилась в их поле зрения, ребята сразу пошли ей навстречу. От переполнявших эмоций все радостно стали обниматься, но с лёгкой долей стеснения и неловкости. Потом они втроём дружно сели в машину и поехали кататься по городу. Друзья задорно шутили и рассказывали Кате интересные истории о Ржеве. Затем они подъехали к реке Волге и, выйдя из машины, отправились не спеша гулять по благоустроенной набережной. Им было хорошо и приятно находиться вместе, как будто уже давно знали друг друга, общение было совершенно непринуждённое. Дружественная и душевная атмосфера переполняла всех и, казалось, что этому счастью не будет предела.

Наконец, ближе к вечеру друзья поехали на место, где строили площадку для проведения реконструкций, туда же подъехали ещё ребята из военно-исторического клуба: хотелось посмотреть и пообщаться с новой знакомой Саши, о которой все уже так много были наслышаны. Засев в небольшом, но уютном блиндаже, они растопили печку-буржуйку и устроили довольно приличный фуршет, бодро и припеваючи отметив данную встречу. Непристойные анекдоты, искромётные шутки, весёлые рассказы лились рекой, и лишь один человек в этой шумной компании вёл себя сдержанно и чуть отстранённо.

Семён, которому по ряду причин не довелось съездить на крымский фестиваль, сейчас не разделял общего веселья, но изучающе и с большим любопытством посматривал на гостью, явно сожалея, что ему не выпала честь познакомиться с ней в Крыму. А когда он услышал, что именно Саша взял Катю в плен на реконструкции ,то пришёл в полное неистовство, но всё же эту злобу затаил в себе. Как и многие другие свои обиды на Сашу, которого Семён считал недостойным быть командиром клуба и мечтал когда-нибудь занять его место, но не знал как это «законно» провернуть и потому просто ждал удобного случая.

Тем не менее, пиршество подошло к концу. Никому не хотелось уезжать оттуда, но только дело уже близилось к ночи. Попрощавшись со всеми, Витя с Катей поехали к нему домой, а Саша к себе на квартиру. На следующий день друзья снова встретились и отправились гулять по городу, но вскоре настала пора прощаться. Саша с Витей отвезли Катю на вокзал и проводили её до рейсового автобуса на Москву. Момент прощания немного затянулся, так как ребятам не хотелось отпускать своего новоиспечённого друга, поэтому они долго обнимались и говорили о планах на будущее, о новых встречах. Катя зашла в автобус, а ребята ещё долго стояли и смотрели, как она отъезжает, и молча провожали её взглядом, пока автобус полностью не скрылся из вида. Затем друзья сели в машину и поехали на свою площадку продолжать строительство укреплений. По пути они вспоминали об их совместной прогулке с Катей и обменивались полученными впечатлениями от произошедшей встречи. А приехав домой, Саша открыл приложение и увидел новое сообщение от Екатерины.

Екатерина:

Саш, спасибо большое! И спасибо за тёплый приём, я не ожидала такого отношения. Причём, не только от вас, а ещё и от родителей Вити. Мы так быстро расстались, и у меня в голове немножко был сумбур. Я потом ехала в автобусе и улыбалась своим мыслям. Мне просто безумно приятно и радостно, что я вас увидела и пообщалась, так сказать, вживую. Я очень рада, что вы есть в моей жизни.) Александр:

Катюш, пожалуйста!) На самом деле, мы тоже очень рады, что ты к нам приехала, и мы смогли вживую с тобой пообщаться.)) Когда тебя проводили, мы с Витей поехали на площадку и почти всю дорогу делились мнениями о тебе.)) Настолько ты нам понравилась.))

Так что мы теперь искренне надеемся, что будем видеться чаще с тобой. Или мы к тебе в Крым будем приезжать, или ты к нам в Ржев.))))

Спасибо тебе Катюш!))

Екатерина:

Ты знаешь, мне сегодня под утро уже приснилось то место на набережной, где мы фотографировались.... только было зелено, и я чувствовала запах свежей воды.)))) У вас холодно?

Александр:

У нас уже тепло +2.)) В воскресение вообще +5 обещают!!)

Вот приедешь к нам летом или поздней весной и обалдеешь от красоты природы, ощутишь все её ароматы)

Екатерина:

Я это уже представляю!) Эту буйную зелень. Мне Витя скинул фото какой-то полянки (где люди пропадают)))))))) Ну, оооочень красивая полянка... Я к вам (возможно!) приеду в апреле.

Александр:

Ух ты!!! Ждём –не дождёмся. ;))

Екатерина:

Ну, само собой)))) с Инкерманом.))))))

Чего-то вспомнила, как у вас было душевно, что даже соскучилась.)

Александр:

Так что же тебе мешает? Айда к нам)

Екатерина:

У нас уже совсем тепло. Днём в футболке можно выскочить в магазин.

Александр:

У нас хорошо.) Есть блиндаж и мы.))

Екатерина:

))))Достаточно!

Александр:

А я к вам хочу.))

Екатерина:

А тебе что мешает?))

Александр

Время и деньги.)

Екатерина:

Ну, ничего, до Крымского фестиваля уже меньше осталось, чем прошло. Да?

А, нет, ровно половина)))))

Александр:

Да-да-да,)) говорят фестиваль аж 10 дней нынче будет!)) Ух, зажжём мы Крым, я чувствую.))

Екатерина:

))))))или Крым вас.

Александр

Разберёмся на месте.))

Екатерина:

Главное, потом всё вспомнить)))

Александр:

Ничего не забыть, никого не забыть)))

Екатерина:

Саш, там в блиндаже с вами был странный молодой человек, забыла как его зовут…

Очень странный. Всё время молчал и на меня постоянно смотрел. Мне даже не по себе было от его взгляда.

Александр:

А, это Семён. Вообще-то он нормальный, хоть и со своими заморочками. Но у нас у каждого свои тараканы в голове.)) Так что не обращай на него внимания.

Екатерина:

И всё же я чувствовала исходящий от него негатив. Будь с ним осторожнее, пожалуйста.

Александр:

Хорошо, Катюш! Не волнуйся, я буду за ним поглядывать.))

Ну, вы там готовитесь к завтрашнему празднику?

Екатерина:

Вообще-то, референдум был 16 марта, а 18 марта мы официально вошли в состав РФ. Я помню этот накал: ребята в масках, с оружием, я с рацией и биноклем.))) Ждали ВСЕГО! Страшное дело!)))))

Александр:

Да уж… Однако!

Екатерина:

Я поеду в Москву и буду там с 20 по 27 апреля. Хотела на выходных к вам, но Витя сказал, что вы на раскопки собрались.

Александр:

Ах да... раскопки... совсем забыл про них...

У нас там и реконструкция намечается, кстати...

Екатерина:

Реконструкция? А что именно? Где?

Александр:

На Вахте памяти, где будут проводиться раскопки, там планируется и мини реконструкция... как всё это будет выглядеть, я даже представления пока не имею...

Екатерина:

Это что, значит, я вас не увижу?((

Александр:

Ну, если с нами поедешь на раскопки, то увидишь.))

Екатерина:

Хорошо, я узнаю свою загрузку. )) Предварительно, я — «за»!

Александр:

УУУРРРЯЯЯЯЯЯАААА))

Екатерина:

))))а форму брать?

Александр:

БЕРИ!!)))

Себя бери и форму бери!))

Екатерина:

Замётано.))

Александр:

Катюш, привет!) Ты уже в Москве? Всё норм у тебя?)

Екатерина:

Приве-е-е-т, да, уже забегалась по своим медицинским делам. Устала, но довольнаяяя, мне нравится уставать с положительным результатом. Завтра собираюсь к вам, во сколько — пока не знаю.

Александр:

Ну, славься!)) Ждём с нетерпением.)

Екатерина:

Приеду во второй половине дня, так как завтра ещё дела надо закончить.

Александр:

Конечно!) с Витей договорились. Он тебя будет встречать.

Глава 3. Вахта памяти

Апрель 2015г.

Саша мчался на своём автомобиле по трассе из Ржева в сторону Зубцова. Его рабочий день закончился, и впереди маячили заветные выходные, которые сулили быть весьма интригующими и полными впечатлений. Он знал, что его друзья, поехавшие на военно-археологические раскопки, уже ждут его на месте. Начала сезона и открытия Вахты памяти ребята всегда ждут и встречают с благоговейным трепетом и надеждой, что на этих поисковых работах они смогут обнаружить и поднять много погибших во время войны бойцов, чтобы потом перезахоронить их со всеми полагающимися военными почестями. Ну и, конечно же, добыть себе различный военно-бытовой антураж в коллекцию, который будет греть душу воспоминаниями о раскопках и напоминать о тех ужасных сражениях, которые проходили на этой земле. Тем самым, поднимать и воспитывать в себе патриотический дух, помнить о том, какой тяжёлой ценой досталась их отцам и дедам эта великая победа. Потому открытие Вахты памяти они воспринимали для себя как праздник и многие брали на этот период отпуска, чтобы неделю, а кто и две, жить в лесу в разбитом палаточном лагере. На такое событие съезжались поисковые отряды практически со всей страны, объединённые общими интересами и любовью, если можно так выразиться, к своему увлечению. Многие встречали здесь своих старых друзей, а кто-то заводил новые знакомства по интересам.

В этот раз организаторы этого мероприятия решили провести небольшую военно-историческую реконструкцию на торжественном открытии Вахты памяти, всё-таки 2015 год был юбилейным: 70 лет со дня Победы в Великой Отечественной войне. Поэтому помимо поисковиков сюда приехали и реконструкторы ВОВ, хотя в большинстве своём они и есть два в одном. Первые являются следствием вторых, а вторые продолжением первых.

Прибыв на место дислокации лагеря, и разыскав своих друзей, Саша увидел и Катю. Было уже позднее время и довольно темно, но разведённый костёр освещал лица присутствующих. Все сидели вокруг огня и рассказывали друг другу интересные байки из жизни и, конечно же, забавные случаи на раскопках. Екатерина стояла одна и молча наблюдала за этой весёлой компанией, и только лёгкой стеснённой улыбкой реагировала на все рассказы ребят. Иногда она поглядывала в сторону тропинки, словно ждала кого-то. Саша это заметил и интуитивно понял, что она ждёт именно его.

Подойдя к костру, он поздоровался со всеми друзьями, крепко пожав им руки. После чего подошёл к Кате и, воспользовавшись тем, что она стояла, сначала нежно обнял её, а потом, немного приподняв над землёй, сильно сжал в объятиях, как будто они были старые друзья и давно не виделись. Так что у Кати даже перехватило дыхание, но скорее от неожиданности, чем от крепости объятий. Все друзья притихли, не ожидая такого всплеска эмоций. Некоторые ребята даже переглянулись, в их глазах читались сплетнические нотки. Сидевший с краю Семён изобразил весьма недовольное лицо и картинно сплюнул слюну на землю. Светлана тоже нахмурилась и угрюмо посмотрела на обнимающуюся пару.

— Как доехала сюда? Всё хорошо? — спросил Александр у Екатерины и плавно опустил её на землю, стараясь сделать вид для друзей, что он не имеет к ней никаких чувств, кроме дружеских.

Он на самом деле ещё не мог понять, что к ней чувствует: с одной стороны, она была ему очень симпатична, но с другой, он понимал, что она живёт очень далеко от него и что, возможно, у неё есть семья, муж, дети и т.д. Потому что они никогда не затрагивали эту тему в своих переписках, искренне надеясь, что оба свободны от подобных «оков». Так что он старался умерить свои чувства и слегка дистанцироваться от неё, чтобы не влюбиться как мальчишка, а потом страдать навзрыд от неразделённой любви.

Но с другой стороны, зачем она тогда приехала сюда за тысячу километров? Только ли ради этого мероприятия? В лес, ночью, к малознакомым людям?! Саша в душе понимал, что она приехала не просто повидаться с друзьями, она хочет увидеться именно с ним, даже несмотря на те обстоятельства, в которых им пришлось встретиться.

— Да! Всё хорошо! — ответила Катя, придя в себя от такого бурного приветствия. —Витя меня встретил и благополучно привёз сюда.

—Ну, славься! Я очень рад, что ты к нам приехала.

— А я рада, что вы позвали меня сюда.

Потом Александр и Екатерина присоединились к сидящим на брёвнах ребятам у ночного костра. Получилось так, что Семён и Света оказались аккурат напротив сладкой парочки и потому негодующе поглядывали на них сквозь яркие всполохи огня. Остальные друзья, уже значительно повеселев от различных горячительных напитков, стали рассказывать анекдоты и громко смеяться. Особенно выделялся Витя со своими ненормативно-забористыми шутками-прибаутками. Катя тоже подключилась к этому процессу, её как будто подменили, она стала более весёлой и выпаливала анекдот за анекдотом. Затем ребята достали акустические гитары, и над лагерем полились задорные, а иногда и грустные, лирические песни.

Вдоволь напевшись и немного напившись, Саша почувствовал приятную усталость, и от захмелевшей головы его потянуло в сон, но покидать сидевшую рядом Катю ему совсем не хотелось. Он даже сильнее прижался к ней и словно невзначай безобидно положил голову ей на плечо. Тут неожиданно поднялся со своего места подвыпивший Семён и чуть сбивчиво, но довольно решительным тоном обратился к руководителю клуба:

— Саш, можно тебя на пару слов?

— А в чём дело? — удивился Александр, отлепив голову от Катиного плеча и непонимающе глядя на Семёна.

— У меня есть одно предложение… Насчёт завтрашней реконструкции. Надо обсудить. Отойдём?

— Ну, если только одно предложение. Пойдём, отойдём.

Они отошли чуть подальше от костра, так что их не могли слышать другие.

— Рассказывай, что ты там придумал? — осведомился Саша, сразу настроившись скептически на этот разговор.

— Я думаю, что тебе не стоит общаться больше с Катей!

У Александра округлились глаза от такого смелого утверждения. От неожиданности он не сразу ответил и только внимательнее присмотрелся к Семёну, серьёзно ли он это говорит или это всё пьяный угар.

— Ничосе заявочки! Тебе чего, моча от пива в голову ударила? С какой такой стати я должен перестать с ней общаться?

Хмель окончательно затмил голову Семёну и тут, как говорится, «Остапа понесло»:

— С того, что я хочу с ней встречаться, и ты мне в этом мешаешь. Ты постоянно получаешь всё самое лучшее, самые красивые девушки всегда достаются тебе. Из-за тебя у меня нет нормальной жизни! Ты всё крадёшь у меня!

— Успокойся! Ты чего такое несёшь? Ничего я у тебя не краду. Наоборот, я ведь помог собрать тебе форму и амуницию для реконструкции. Подогнал бюджетный макет карабина. Разве я виноват в том, что ты сам ничего не можешь найти или сделать?

— Ты просто продал мне свои старые поюзанные вещи. Это ты называешь «помог»? Точно так же ты мне помог поехать на Крымский фестиваль. Сказал, что включил меня в заявку, но, мол, добирайся до аэропорта сам, так как в твоей машине нет места для меня.

— Я тебе предлагал вариант: доехать до Москвы на автобусе, а там кого-нибудь из камрадов попросили бы тебя забрать и довезти до гарнизона. Ты же мне сообщил тогда, что тебя не отпустили с работы и потому не сможешь поехать на Крымфест.

— Это был предлог. Я просто не хотел тащиться с огромным баулом и макетом на автобусе. Как ты себе это представляешь?

— Кто хочет, тот ищет средства и возможности. Кто не хочет, ищет отговорки и причины.

— Вот именно! Потому я тебе и говорю, чтобы ты не общался больше с Катей. Дай мне возможность встречаться с кем я хочу.

— А ты у неё спросил? Хочет ли она встречаться с тобой? Ты ведь даже мизинца её не стоишь…

— Что ты сказал? — взъерепенился Семён и схватил обеими руками Сашу за грудки.

— Что слышал! — твёрдо произнёс Саша и попытался сбросить с себя руки Семёна, но тот ухватился за него мёртвой хваткой.

Они так и стояли, сцепившись, почти с минуту, глаза в глаза, готовые уже сорваться и накинуться друг на друга, но в этот момент подошёл Виктор.

— Что у вас тут происходит? Играете — кто кого переглядит? — попытался пошутить Витя и разрядить накалившуюся обстановку.

— Да вот, Семён хотел внести рационализаторское предложение в завтрашнюю реконструкцию, — произнёс Саша и первый опустил руки, — но я с ним полностью не согласен в этом вопросе.

— Я тебе всё сказал! — воскликнул Семён и чуть дёрнул Сашу. — Если не сделаешь так, как я хочу, горько пожалеешь об этом.

Витя подошёл ближе к ним и отцепил напряжённые руки Семёна от своего друга, а потом серьёзно обратился к своему одноклубнику:

— Ты, давай-ка, тут не горячись. Тебе пить походу совсем нельзя. На людей уже кидаешься… Если руководитель клуба не хочет принимать твои предложения, это его законное право, ему видней. Так что расслабься и иди, проспись.

Затем они вернулись к костру и расселись по своим местам. Саша и Витя сделали вид, что ничего не случилось, и мило всем улыбались, только Семён был смурной и хмуро поглядывал на всех исподлобья. Вскоре Александр пожелал всем спокойной ночи и удалился спать в указанную палатку. Но, не успел он толком улечься и впихнуть своё утомившееся тельце в спальный мешок, как на входе появилась Екатерина.

— Витя мне сказал, что я буду тоже спать в этой палатке, — проговорила она и добавила, улыбнувшись, — вместе с тобой.

— Отлично! — расплылся в довольной улыбке Саша. — Укладывайся рядом.

— Почему ты так рано пошёл спать? — с некоторой долей огорчения спросила Катя. Ей хотелось ещё насладиться той душевной и дружелюбной атмосферой, которая витала вокруг приятной компании у ночного костра. Но одновременно она была и довольна, что может немного уединиться с Сашей. — Все ещё сидят и веселятся…

— Я что-то очень устал на работе сегодня. Да и алкоголь на меня действует как снотворное, — отмазался Александр.

Хотя он сам толком не понял, что заставило его пойти спать. Вроде эта выходка Семёна его совсем не впечатлила, да и не такое позднее время, и вставать рано утром было не надо. Под действием спиртного бывает, что хочется спать, но в кругу друзей он обычно становился от этого душой компании и всячески заряжал всех своим жизнерадостным настроением. Вероятно, Саше хотелось побыть наедине с Катей, но он не мог найти подходящего момента для этого, чтобы не вызвать лишних подозрений у друзей. Понадеявшись, что она тоже хочет уединения с ним, он и отправился в палатку готовиться ко сну.

Расслабленный, он лежал и слушал Катин подробный рассказ о её приключениях. Как она прилетела в Москву и бегала там по своим делам, как поехала к родственникам, а потом еле успела на автобус до Ржева и т.д. Саша лишь изредка утвердительно угукал и поддакивал, делая вид, что внимательно слушает, а сам в потёмках нагло любовался её чертами лица и роскошными прядями волос Иногда он проваливался в какое-то забытьё и, встрепенувшись, снова возвращался в реальность, если витания в мыслях доходили до откровенно пошлых образов. Так продолжалось до тех пор, пока в палатку не ворвались Виктор и Светлана, нарушив уютную идиллию уединения. Витя лёг с правого края палатки, а Света слева, оставив Сашу и Катю посередине. Наконец, когда друзья перестали обмениваться приколами, все улеглись спать не шутя.

Утром, проснувшись и позавтракав, ребята стали собираться к торжественной части открытия Вахты памяти и соответствующей данному мероприятию военно-исторической реконструкции. Друзья переоделись в форму периода ВОВ и отправились на площадку, где уже собралась толпа всех причастных.

Когда закончился непродолжительный митинг, и завершилась скоротечная реконструкция боя, друзья отведали солдатской каши из полевой кухни и сфотографировались со всеми желающими зрителями. После чего они вернулись в свой палаточный лагерь. Разоблачившись из военно-исторических костюмов, ребята переоделись в современную камуфлированную форму и отправились гурьбой прочёсывать металлоискателями окружающую местность на предмет антуражного хабара[1], и, если повезёт, павших воинов. Все были доброжелательны и веселы, только один Семён отстранённо молчал и держался ото всех особняком.

Набродившись за целый день и еле успевая снимать с себя клещей, друзья, уставшие, но довольные, ближе к вечеру пришли на свой бивак и высыпали из рюкзаков всё, что смогли найти за этот день. Большинство находок из этой жбони[2] было откровенным шмурдяком[3] и не представляло особо какой-то ценности. Только гнутый и ржавый советский ППШ-41 и уставший обломок немецкого штык-ножа представляли хоть какой-то интерес, но они настолько покорёженные войной и беспощадно поеденные временем и погодой, что это всё жалкой кучкой лежало около палаток. Первый день раскопок, как правило, был скуден на хабар. Перекусив, ребята снова уселись у костра и стали культурно отдыхать, потягивая припасённое заранее пиво. Затем почти все, прям как по команде, разбрелись по своим палаткам давить на массу: так сильно сморил всех сон после целого дня брожения по лесу.

Посреди ночи Саша проснулся от неутолимого желания опорожнить свой мочевой пузырь. Как-никак пиво — весьма мочегонный продукт. Пришлось ему вылезти из тёплого спальника и идти в отхожее место справлять нужду. Хоть и был уже на дворе конец апреля, но этой ночью было очень холодно, температура ближе к нулю. Саша это быстро почувствовал, так как вышел без тёплой куртки. Быстро справился со своим делом и поспешил назад в палатку. Войдя внутрь, обнаружил своих друзей спящих всё в том же порядке: Витя справа, Света слева и Катя посередине. Аккуратно прокрался, чтобы никого не разбудить, протиснулся между Катей и Витей в свой спальник и улёгся лицом напротив лица Кати.

— Обними меня. — вдруг прошептала Екатерина.

— Что? — Александр сделал вид, что не расслышал. Он не верил своим ушам.

— Подвинься ко мне ближе, мне холодно, — почти с мольбой тихо произнесла она.

Саша, почувствовав непреодолимое желание проявить заботу о Кате, расстегнул спальник наполовину и одним краем накрыл её, положив также на неё и свою руку. Она подалась чуть ближе к нему. Его рука скользнула на её спину, и он лёгким, но крепким движением прижал Катю к себе так близко, что их лица практически соприкоснулись. Он стал нежно гладить её по волосам, словно отец успокаивающий свою плачущую дочь. Затем он так же нежно, но кротко, поцеловал её в щёку. Екатерина слегка дёрнулась и как будто попыталась сжаться в комочек, словно ей чего-то очень сильно хотелось, но по каким-то причинам нельзя было этого делать и ей приходилось сдерживать свои желания. Александр, вероятно, почувствовал это, но осмелев, припал своими губами к губам Кати, обдав её быстрым, жарким поцелуем. На этот раз она не смогла удержаться и ответила ему поцелуем. Ещё долго они лежали в обнимку, обмениваясь короткими поцелуями и глядя друг другу в глаза. Каждый думал о чём-то своём и о том, как же им теперь быть… Если они хотят быть вместе, то как избежать большого расстояния, которое их разделяет, что-то определённо придётся менять в их жизни, что именно пока было не ясно, но сейчас все эти вопросы казались несерьёзными, одно только было действительным — они вместе здесь и сейчас, и всё остальное неважно. Так незаметно настиг их сон, и пробудило уже только утро.

Утром Саша и Катя, делая вид, что между ними ничего не было, дабы не показать это их друзьям, как обычно спокойно умылись и позавтракали. После чего друзья стали готовиться к отъезду, чтобы отвезти Екатерину на вокзал: ей пора было возвращаться в Москву. Витя любезно согласился отвезти Катю на своей машине до вокзала, и Саша поехал с ними. Прибыв на вокзал, Виктор отправился в магазин купить сигарет и что-нибудь на вечер, а Екатерина и Александр встали под вокзальным козырьком и крепко обнимались, уже не стесняясь никого. Они практически не разговаривали, лишь молча стояли, тесно прижавшись друг к другу, и нежно целовались. Слов не было, точнее они были, их было даже очень много, но что-то мешало их произносить. Им хотелось многое рассказать: о своих чувствах, о своих желаниях, о своих страхах…

Неопределённость и страх, казалось бы, самые несущественные факторы, о которых не стоит сейчас думать, но они были и тревожно томились в их сознании: суждено ли им быть вдвоём или жить всю жизнь порознь?! Насколько сильные и искренние были их чувства?! Как быть дальше и что делать с их зародившейся любовью? Да и любовь ли это вообще или только временная влюблённость, которая растворится мимолётно в воздухе, стоит им только разлучиться ненадолго?! Но в то же время им не хотелось ни о чём думать, а просто наслаждаться моментом, что они вместе здесь и сейчас, лицом к лицу. И лишь вернувшийся из магазина Виктор, оценив сию картину, заставил их выйти из забвения и расцепить объятия.

Попрощавшись с Екатериной и посадив её в автобус, друзья поехали обратно в лагерь, а затем пошли снова в лес на поисковые работы. Саша держался, как мог, чтобы не рассказать всё, что приключилось с ним и Катей этой ночью. Он не хотел раньше времени всё рассказывать другу, пока не поймёт, что же будет дальше и будет ли это «дальше» вообще.

Вечером, вернувшись из леса в лагерь, Саша собрал свои вещи и поехал домой, весь погружённый в мысли о Кате. Дома он открыл приложение в телефоне и написал ей сообщение в соцсети.

Александр:

Катюш!) Ну что, как ты добралась до Москвы? Всё в порядке?

Екатерина:

Привет, Саша!) На Рижской трассе идёт ремонт отрезка дороги. Стояли в невообразимой (для меня))) пробке около полутора часов. Потом ко мне привязался пьяный как фортепьяно парень и начал изливать душу. Так что, ехала в компании… Уже отмыла румянец, намазала обветренные щёки.))) Как ты?)

Александр:

Ехала с приключениями, стало быть. ;)

Я норм! Устал только сильно, мы после того, как тебя проводили, поехали сразу дальше копать. Бродили по лесу часа четыре, но толком ничего не нашли.

Потом приехали в лагерь, я собрал вещи, попрощался со всеми и поехал домой. От усталости чуть не уснул за рулём, пришлось музыку на всю громкость включить и открыть окно, чтобы обдувало встречным ветром.

В итоге приехал вот такой домой: пальцы болят, что не могу толком ничего в руки взять, лицо и губы обветрились, мозоли на ногах, но я рад, что съездил на это мероприятие и счастлив, что провёл время с тобой.))

Екатерина:

А я смотрела, как вы уезжали и расплакалась. Мне так не хотелось уезжать... и мне тоже было безумно хорошо.) Я постоянно вспоминаю свои ощущения. Ты такой ласковый. Меня никто так не гладил по голове.) И не целовал в нос.)

Александр:

Мне очень нравятся твои волосы)), а ласкать и целовать тебя —одно удовольствие.))

Екатерина:

Вот-вот, я испытала большое удовольствие.))

А руки надо распарить и смазать кремом или маслом.

Александр:

Спасибо) уже весь измазался кремом.)

Екатерина:

Саш, я уже соскучилась. Спасибо тебе за моё спокойствие, удовольствие. Спасибо за ласку, за внимание, за искренность.)

Александр:

Катюш! Всё взаимно.)) Очень рад, что ты есть у нас!) Всё-таки наша первая встреча (на реконструкции в Крыму) была не случайна. ;))

Екатерина:

Да, всё не случайно.))

Саш, а работа у тебя какого плана? Просто рука у тебя жёсткая и тяжёлая.

Александр:

Хых) ну, вообще-то, я офисный менеджер)), бью только по клавишам ноутбука. Раньше работа у меня имелась, где нужна была физическая сила и прочее, наверное, после этого руки жёсткие.)

Екатерина:

Широкие и тёплые, где можно уютно спрятаться.)

Александр:

Хых), вот видишь, значит даже хорошо, что было холодно в Зубцове… Иначе, ты не погрелась бы об меня, а я не ласкал бы твои волосы и не целовал бы тебя.

Екатерина:

Это замечательно, что было холодно.))))))

Честно говоря, я боялась тебя попросить, чтобы ты придвинулся ближе.))

Когда ты стал гладить мои волосы, мне очень захотелось тебя поцеловать.)

Александр:

Ты раскусила меня. ;)))

Екатерина:

А, ты значит раскусил меня!)))))

Александр:

Я бы даже сказал — распробовал)), и ты очень сладенькая на вкус оказывается.;)

Екатерина:

Сладкое вредно для здоровья.)))

Александр:

Но сладкого хочется есть много и большой ложкой.)))

Эх... как же тяжело осознавать, что ты будешь находиться от меня за тысячу километров и я не смогу тебя снова «попробовать»…

Екатерина:

Саш, не надо так, я тоже скучаю. Я эту поездку ОЧЕНЬ ждала. Теперь буду ждать следующую.)

Александр:

Ладно, будем стойко переносить все тягости и трудности... и, как говориться, превозмогать.)

Думаю в мае отправиться куда-нибудь в отпуск. Как ты считаешь, куда лучше: поехать на море, или лучше в горы, а может туда, где есть и то, и то — в Крым, например?!))

Екатерина:

Саш, а можно нескромный вопрос: ты именно из-за меня поедешь или просто отдохнуть?

Александр:

Ну, конечно, я поеду к тебе, что за странный вопрос... Ну, и отдохнуть тоже.)))

Екатерина:

Саша, ты ведь совсем ничего обо мне не знаешь! Как, собственно, не знает никто! Тебя не пугает это незнание? Кроме того, что нам хорошо вместе...

Александр:

Ну, начинается...

Ты если хочешь, чтобы я приехал, я приеду. Не хочешь — не приеду...

Екатерина:

… знаешь, а мне страшно. Я боюсь тебя потерять…

Александр:

Катюш, если ты переживаешь, что не сможешь меня у себя разместить, то это зря. Я могу или в гостинице остановиться или вообще возьму палаточку и дикарём где-нибудь расположусь у берега моря. )) А когда ты будешь занята, то найду, чем заняться, уж поверь мне.)

Екатерина:

Это мелочи. Я найду квартиру в аренду, встречу тебя, и обязательно отпрошусь с работы, чтобы везде тебя сопровождать... Я очень хочу, чтобы ты приехал. Давай ты сам решишь, как со мной общаться и как ко мне относиться, когда увидишь мою ситуацию. Я уже выплакала все слёзы по этому поводу, больше не могу…

Александр:

Катюш, отбрось все сомнения на мой счёт. Ты мне очень нравишься, и я хочу быть с тобой! А всё остальное мы переживём...

Екатерина:

Формально я замужем…

Александр:

Бывает! А фактически?

Екатерина:

Муж изменил мне, а потом ещё и подал на развод. Для меня это был удар, я не ожидала такого предательства. Он был неумолим. Но когда я настроилась и согласилась, он забрал заявление. А я уже не могу забыть это предательство. Я ограничила ему доступ к себе и к своей личной жизни, но он до сих пор считает, что имеет на меня права. У меня и раньше-то не было таких отношений. А тут ещё осенью появляешься ты… Я тебя почувствовала... Из-за моей холодности у нас с мужем постоянные споры. Я живу теперь только мыслями о тебе. Мне так хотелось прижаться к тебе, чтоб ты меня обнял. Ты не представляешь, как было страшно попросить тебя придвинуться ближе. Я просто мечтала почувствовать тебя ближе… не говоря уже о поцелуях. Я давно это похоронила.

Меня так не гладили по голове мужчины, никто, кроме деда. Да, я сама ласковая, но по отношению ко мне муж ласку не проявлял, наоборот, думал, наверное, что женщинам нравится насилие... Ты представляешь, какой контраст для меня!? Я взорвалась, измучилась, но понимаю, что тебя я не могу привязать, не могу твою жизнь подчинить обстоятельствам, потому что ты мне слишком дорог. Я хочу, чтоб ты был счастлив, чтоб жил так, как мечтаешь, начал с нуля... я всё понимаю и принимаю, Сашенька…

Холод сыграл со мной злую шутку, но я ужасно этому рада, просто счастлива, что у меня была веская причина попросить тебя исполнить мою мечту и согреть.)

Александр:

Катюш, расслабься! То, что ты ещё замужем, хоть у вас с мужем уже ничего нет, ничуть не меняет моего отношения к тебе. Я с тобой! Так что, приеду в Крым и всегда буду рядом с тобой… буду ласкать и согревать тебя столько, сколько захочешь.)

[1] Хабар — добытые тяжелым копательским трудом находки. Примеч.ред.

[2]Жбонь — непонятные предметы, неподдающиеся атрибуции, явно не имеющие никакой ценности и не представляющие интерес. Примеч.ред.

[3] Шмурдяк — то же, что и жбонь, но термин используется чаще копателями по-войне. Примеч.ред.

Глава 4. Крым — наш!

Май 2015г.

Воздушное судно, рассекая ослепительно-голубое небо, пролетало над ватной поверхностью белоснежных кучевых облаков. Непередаваемые ощущения от осознания,, что летишь со скоростью около 800 км/ч на высоте примерно в 10 000 метров над поверхностью земли. Чтобы не свихнуться от этих цифр и не накручивать себя на предательские страшные мысли, надо стараться думать только о благополучном исходе полёта, ну или о том, что интересного ждёт тебя на той стороне воздушного моста.

Александр сидел в кресле пассажирского авиалайнера и задумчиво смотрел в иллюминатор на открывающийся сказочный вид. Предвкушение скорой встречи с Екатериной не давало Саше должного покоя. Скачущие мысли проносились вихрем в его голове, порой даже больше тревожные, чем радостные. Он постоянно думал о ней и об их неопределённых отношениях, из-за чего совсем не заметил, как два часа полёта пролетели, словно один миг. Саша только успел отметить, как самолёт ловко нырнул в огромную перину облаков, и показавшаяся внизу земля начала быстро приближаться, открывая взору свои удивительные пейзажи. Всё чётче и чётче стали прорисовываться очертания полей, рек, дорог, домов… Будто большая невидимая рука лихо увеличивала изображение на огромном сенсорном экране.

Наконец, под общие аплодисменты пассажиров, крылатая машина совершила мягкую посадку, плавно опустившись на взлётно-посадочную полосу аэродрома. Быстро получив свой скромный багаж, Саша вышел из знакомого и уже по-свойски любимого аэропорта Симферополя и сразу направился к местной автобусной станции. На маршрутном автобусе он скоро добрался до железнодорожного вокзала, где у высокой башни с часами они договорились встретиться с Катей. Поскольку курортный сезон ещё не начался, народу рядом с вокзалом было совсем мало, и Саша ещё издалека сразу приметил знакомый силуэт.

Екатерина, одетая в лёгкое платьице светло-пастельного цвета, облегавшее стройное тело и подчёркивающее её идеальную точёную фигуру, пёрышком парила над землёй. В тоже время, она шла уверенной походкой навстречу Саше, лишь подойдя ближе к нему, чуть сбавила шаг и радостно, но немного смущённо улыбнулась. Саша мимолётно подумал, что она рада его видеть, но не хочет показывать на людях своих чувств и как будто боится, что он сейчас, действительно, набросится на неё и в порыве чувств зацелует. Хотя в глубине души ей самой очень сильно этого хотелось. Александр интуитивно понял это и постарался быть более деликатным и спокойным, приветствуя её, но всё же не удержался изаключил её в свои крепкие объятия, как тем вечером в Зубцове на Вахте памяти. Он так же приподнял Катю над землёй и даже прокрутился с ней вокруг своей оси, а когда опустил девушку на землю, сладко, и в какой-то степени довольно пылко, поцеловал её в щёчку. От чего она смутилась, чуть опустив голову и пряча от него чуть припухшие и покрасневшие глаза. После чего наши герои сели в Катину машину и поехали прямиком в Балаклаву. Только вот разговор во время пути с самого начала не задался. В салоне автомобиля воздух стал неудобно тяжёлым, и нависло вибрирующее состояние лёгкого напряжения.

— Как ты долетел? — спокойно спросила Катя у Саши, прервав затянувшуюся паузу и не отрывая взгляда от дороги.

— Быстро!

— А как нашёл дорогу до вокзала?

— Молча!

Александр пытался шутить, чтобы развеселить свою спутницу, но, по всей видимости, у Екатерины было совсем не то настроение, чтобы соответствующе реагировать на шутки. Потому он задал ей прямой вопрос:

— Ты не рада меня видеть?

— Конечно, рада... — ответила Катя и посмотрела на Сашу, обронив робкую улыбку. — С чего ты это взял?

— Не знаю… Обычно ты весёлая и жизнерадостная, а сейчас серьёзная и задумчивая. Как будто тебя что-то гложет. У тебя что-то случилось или неприятности на работе?

— Прости! — Катя немного замялась, но потом словно вышла из какого-то забвения. — Я сегодня, правда, сама не своя, словно потерянная. Всю ночь не спала и ревела в подушку.

— Тебя муж обижает? Он приставал к тебе?

— Нет-нет, ничего такого. Просто плохое настроение…

— Ладно, давай не будем о грустном… Извини меня, я нагнетаю тут негативную атмосферу, хотя надо праздновать твой долгожданный приезд.

— Действительно! — улыбнувшись, сказал Саша и как бы по-дружески положил свою ладонь на её руку. — Расскажи лучше, какую квартиру ты для меня нашла?

Катя улыбнулась ему в ответ и неловко высвободила свою руку. Словно ей было это приятно, но что-то одновременно сильно её смущало при этом.

— Да, слушай: классная однушка, приличный ремонт и совсем недорого, а самое главное , в пяти минутах ходьбы от бухты. Так что сможешь, когда захочешь, ходить загорать на пляж. Впрочем, сейчас сам всё увидишь, мы уже подъезжаем.

Наши герои достигли Балаклавы, когда на город уже опустились сумерки, и сразу направились к дому, где Катя заранее нашла съёмную квартиру для Саши на время его отпуска здесь. Войдя в квартиру, Александр сразу оценил её положительно: капитальный ремонт, что раньше было принято называть евроремонтом; узорные обои нейтрального бледно-зелёного цвета, линолеум в прихожей и большой белый ковёр на полу в комнате. Вся бытовая техника, с необходимой мебелью присутствовала, и большая двуспальная кровать в том числе. В санузле вместо старой чугунной ванны была установлена широкая душевая кабинка. «Даже лучше, чем в недорогом отеле», — отметил про себя Саша. Хозяйка этих апартаментов, женщина в годах, зарабатывающая себе прибавку к пенсии путём сдачи своей квартиры приезжим туристам, была дома и хотела лично познакомиться со своим новым временным квартирантом. Она оказалась весьма доброжелательной и любезной женщиной, и охотно объяснила Саше, где что находится и как всем этим пользоваться. Екатерина до этого стояла молча в прихожей и лишь иногда чуть улыбалась, наблюдая за этим ознакомительным процессом. Затем хозяйка вручила Саше ключи и, пожелав спокойной ночи, поспешила покинуть квартиру. Катя заторопилась выйти за ней вслед. Ей очень не хотелось наводить других людей на подозрительные мысли: мало ли что могут о ней подумать, если она останется наедине с молодым человеком, приезжим издалека. А ведь в этом маленьком городке слухи могут распространяться очень быстро, так как сарафанное радио ещё никто не отменял. И хотя Екатерина была честна перед Сашей, и у неё со своим мужем, действительно, больше не было никаких отношений, кроме формальных, всё равно её благородное воспитание и совесть не давали ей права остаться сейчас с ним наедине. Поэтому они по-дружески обнялись и договорились созвониться завтра днём. После чего Катя выпорхнула из арендованной однушки и направилась на машине к себе домой.

***

Несмотря на то, что Александр был весьма уставшим, тем не менее, утром он проснулся довольно рано и больше не смог уснуть. Его воспалённое сознание сразу заполонила одна лишь цепкая мысль — о Кате. Он чувствовал себя ближе к ней, но в тоже время было и понимание невидимого препятствия между ними. Эта преграда маячила где-то на горизонте и порой нависала над ним как Дамоклов меч. И Саша толком не мог разобрать, что же это за стена такая, которая предстала перед ним и высится шероховатым грузным камнем, не давая возможности обойти её или как-то иначе преодолеть. В глубине души Александр отчётливо понимал, что Катя хочет быть с ним и у неё есть сильное влечение к нему. Это явно чувствовалось и ощущалось в её поведении и общении, но в тоже время её что-то очень сильно держало и не давало возможности бросить всё и слепо кинуться в Сашины объятия, раствориться в его чувствах, поддаться своей страсти, забыть всё и начать жить новой счастливой жизнью.

«Может быть, Катю держит её муж… Или у неё ещё остались к нему какие-то чувства, и ей просто жалко его… А может быть, её пугает большое расстояние, которое отделяет нас друг от друга… Возможно, она переживает, что не найдёт понимания среди своих родных и близких, если разойдётся с мужем и уйдёт ко мне… Вдруг она считает, что мои чувства к ней не достаточно искренние …», — не переставал размышлять Саша. Эти представления накручивались друг на друга, словно снежный ком, скатывающийся с крутого склона. Этот абстрактный ком неимоверно быстро рос, грозясь раздавить своей могучей массой хрупкую и незащищённую психику. Александр не выдержал этого беспорядочного потока назойливых мыслей и вскочил с кровати. Ему безудержно захотелось куда-нибудь убежать отсюда, далеко–далеко. Громко и отчаянно кричать в пустоту в надежде, что его никто не услышит. Спрятаться так надёжно, что его никогда и никто не сможет найти. Паническая атака от этих наваждений достигла своего критического предела, и он уже решительно настроился предпринять что-нибудь несусветное, как вдруг раздался трескучий звонок мобильного телефона. Сомнений не было — это она. Саша сразу почувствовал душевное облегчение, и все его переживания как рукой сняло. Он даже на миг усмехнулся, не понимая, что это на него нашло, что так сильно его растревожило. Взяв в руки телефон, он принял вызов:

— Да! Привет, Катюш!

— Доброе утро, Сашуль! — игриво пролепетала Катя. — Ты уже проснулся? Молодец! Ты пока отдыхай, я сейчас на работе. Приму пару клиентов и освобожусь к обеду. Потом заскочу за тобой, и мы поедем на море, на дальний пляж. В общем как подъеду, позвоню тебе. Будь готов!

— Ну, славься! Буду ждать.

После этого звонка Саша вновь обрёл уверенность в себе. Живая сила наполнила его тело, а разум мгновенно очистился. Не спешно умывшись и плотно позавтракав, он стал готовиться к встрече с Екатериной. Она, как и обещала, приехала за ним в обеденное время. Они сразу поехали к Балаклавской бухте и поднялись по склону к Чембало, а затем пошли вдоль крутого берега к дальнему пляжу. Погода стояла изумительная: на небе не было ни одного облачка, а майское солнышко находилось в зените и довольно щедро согревало своим благодатным теплом. С высокого скалистого берега всё хорошо и далеко просматривалось. Невдалеке виднелись немногочисленные рыболовецкие судёнышки и дорогие частные яхты, мирно дрейфовавшие на спокойной и лучезарной морской глади.

Аккуратно спустившись по крутому склону к пляжу, наша пара расположилась максимально близко к воде. Расстелив полотенца, они улеглись рядом, протянув ножки к морю. Так как купальный сезон ещё не начался и плюс ко всему был будний день, вокруг практически не наблюдалось отдыхающих. Лишь поодаль прогуливалась одинокая пожилая женщина с собачкой, и рыбачил какой-то невзрачный коренастый мужичок.

Купаться в холодной воде — такое себе удовольствие, если конечно к такому априори не приучен, но приехать на море и не смочить хотя бы ножки — грех чистой воды. Саша, не раздумывая, разулся, закатал штанины и медленно зашёл по колено в воду. Катя же любовалась, как он забавно дурачится, словно ребёнок и кидает небольшие плоские камни, считая, сколько раз они ударятся о водную поверхность, прежде чем утонут. Вдоволь наигравшись, Александр вышел на песок и лёг на полотенце рядом с Катей. Несколько минут они лежали молча и долго смотрели глаза в глаза. Его взгляд был таким устремлённым, словно проникал в самую душу, вглубь её естества, что Катя даже слегка почувствовала себя неловко. Ему сейчас очень захотелось поцеловать её: по-настоящему, по взрослому, в засос, с причмокиванием, крепко и страстно, чтобы уже окончательно во всём убедиться; раз и навсегда поставить точку в их отношениях; удостовериться, что они, действительно, вместе и развеять все свои волнения относительно её чувств к нему. Так как он до сих пор недоумевал, почему такая замечательная и очень красивая девушка хочет быть с ним. Те взаимные обнимашки и лёгкие поцелуйчики, на грани платонических, которые были у них до этого, не вселяли в него уверенность в большие, прочные, вековечные и серьёзные чувства. Наконец, отбросив все сомнения, Александр набрался смелости и, прильнув к Екатерине, страстно припал губами к её нежным устам. Осознав, что она не собирается сопротивляться его действиям, а наоборот очень жаждет этого, он продолжил её целовать, стараясь как можно больше вложить своих чувств в этот затяжной поцелуй. Когда же он отпрянул от неё и мило улыбнулся, Саша заметил искреннюю радость в глазах у Кати. Но затем выражение её очей резко изменилось, и в них уже читалось некое чувство: безысходности, сожаления, страдания… Из уголков её глаз потекли ручейки слёз.

— Ты чего? Почему ты плачешь? — искренне удивился Саша, наивно полагая, что это были слёзы радости.

— Всё хорошо, Саша! — поспешила успокоить его Катя, мысленно укоряя себя за то, что поддалась эмоциям и проявила ему свои тайные переживания.

—Но я же вижу, что с тобой что-то не так. Ты чем-то расстроена или тебя кто-то обидел?

— Саш, правда, со мной всё хорошо. Не бери в голову. Я тебе потом обязательно всё расскажу. Давай не будем сейчас на этом зацикливаться и портить наш отдых.

— Странная ты, конечно! Ну, хорошо, договорились! Только обещай мне, потом всё рассказать, как есть и ничего от меня не скрывать.

— Конечно, Саша, обещаю!

Они ещё несколько часов лежали на пляже, нежась в тёплых лучах ласкового солнышка и наслаждаясь лёгким освежающим ветерком, дующим с моря. Затем наши герои вернулись в город, по пути заехав в местную кафешку «Балаклавские легенды», чтобы выпить кофе и перекусить. Ближе к вечеру Катя отвезла Сашу к его арендованной квартире, но наотрез отказалась зайти к нему в гости, сославшись на неотложные дела, но пообещала провести весь завтрашний день вместе с ним. Чмокнув его на прощание в щёку, Екатерина резво прыгнула в машину и, помахав рукой, умчалась прочь. Саша зашёл в своё временное жилище и весь остаток вечера пребывал в размышлениях: что же происходит с их ненормальными отношениями, и начал строить хитроумные планы, как эти самые отношения превратить в нормальные.

Рано утром Александр отправился в Севастополь: прогуляться по его старым улочкам и посмотреть местные достопримечательности. Пройдя вдоль Южной бухты, он приблизился к собору Покрова Пресвятой Богородицы. Собор притягивал к себе уникальной архитектурой и красотой сверкающих на солнце золотых куполов. Подойдя ближе, Саша сразу приметил любопытную табличку, прикреплённую к стене здания и, видимо, сохранившуюся здесь ещё со времён войны, на которой было лаконично написано: «Проверено — мин нет. Ильин. 12 мая 1944 года».

Немного подождав в условленном месте, Александр вскоре увидел Екатерину, которая шла к нему скользящей, почти летящей походкой. Она вся сияла от радости, и её счастливая улыбка придавала ей ангелоподобный вид в купе с белоснежной лёгкой одеждой. Блузка без рукавов с весьма откровенно-глубоким декольте и довольно коротенькая юбочка, заканчивающаяся чуть выше колен, сразу свели Сашу с ума. Встретившись, они обнялись и расцеловались, но так, словно всегда были старыми добрыми друзьями. После чего наши «друзья» пошли гулять по светлому цветущему городу. Посетили памятник бронепоезду «Железняков» с паровозом Эл-2500 и железнодорожной артиллерийской установкой ТМ-1-180. На фоне орудия и самого паровоза напротив надписи «Смерть фашизму!» Саша позировал для снимков на фотоаппарат Кати. Потом они направились к набережной Севастопольской бухты и к памятнику затопленным кораблям, где Саша всё же решил искупаться и сфотографироваться, забравшись на сам мемориал. Катя ему посодействовала, взяв в руки фотоаппарат и сделав несколько памятных кадров с берега.

Прогулка продолжилась в музейном историко-мемориальном комплексе «35-я батарея», где раньше находилось одно из самых мощных фортификационных артиллерийских сооружений Черноморского флота СССР. В годы войны эта береговая батарея совершила свой легендарный героический подвиг, не дав войскам вермахта приблизиться к Севастополю в 1941 году. Мощными выстрелами из своих орудий она сорвала наступление противника на город и летом 1942 года также продолжала обороняться, сдерживая яростный штурм немецких оккупантов до последнего снаряда, прикрывая эвакуацию основных сил советских войск на мысе Херсонес. После израсходования всего боезапаса батарея была подорвана, чтобы она не досталась в качестве трофея врагу. Но даже в разрушенном виде она продолжала служить укрытием для последних сопротивляющихся защитников Крымского полуострова.

Здесь Александр и Екатерина в полной мере ощутили мощную энергетику этого места и почтили память павших героев. Следующим этапом их рандеву было посещение театра в Севастополе: они купили билеты на спектакль в первом ряду. И все два часа представления на сцене, Саша уделял внимание Кате и нежно гладил её руку.

Вдоволь нагулявшись до самого позднего вечера, наша парочка отправилась назад в Балаклаву, когда уже заметно стемнело.

— Катюш, спасибо тебе большое! — искренне поблагодарил Саша, когда они подъехали к его съёмной квартире. — Это был самый яркий и чудесный день в моей жизни.

— Обращайтесь! — улыбнулась Катя.

— А как насчёт выпить по рюмке чая?

— Вообще-то уже поздно для чая.

— По чуть-чуть…

— Ну, если только по чуть-чуть…

Воодушевлённые, весёлые они вышли из машины и поднялись по лестничному пролёту подъезда до арендованной хаты. Саша открыл входную дверь и любезно пригласил свою очаровательную спутницу войти внутрь:

— Заходи, располагайся! Чувствуй себя как дома: можешь пропылесосить, протереть полы, помыть посуду…

— Что, простите? — удивилась Екатерина, потупив взгляд и скромно улыбнувшись.

— Шучу-шучу! — отмахнулся Александр. — Проходи в комнату, а я сейчас поставлю чайник и накрою что-нибудь на стол.

— Особо не готовь ничего. Я буду только чай. Пить очень хочется.

— Ты будешь чай, кофе или может чего-нибудь покрепче? У меня тут припасено на всякий случай.

— Нет-нет. Только чай, я же за рулём.

— Понял, я не настаиваю, а сразу пью! — сказал Александр и подмигнул Екатерине, после чего направился на кухню готовить незамысловатую чайную церемонию.

И пока он готовился к чаепитию, Катя прошла в комнату и остановилась рядом с широкой кроватью. Она принялась с интересом рассматривать картину, висевшую на стене, с изображением пейзажа: волнующееся море с пологим берегом и виднеющимся вдали белым парусником.

— Тебе зелёный или чёрный чай? — спросил Саша, войдя в комнату и застав Катю за разглядыванием сей картины.

— Зелёный. Слушай, мотив этой репродукции напоминает моё любимое стихотворение Лермонтова «Парус».

И в эту минуту Александр почувствовал, что настал момент действовать.

— А моё любимое стихотворение «Бородино», но в данный момент — «Оставь напрасные заботы»…

Он подошёл тихонько к Кате сзади и приобнял её за талию, после чего стал нежно целовать ей шею, чуть дотрагиваясь губами до бархатистой кожи. Она, закрыв глаза и слегка прогнувшись, чуть слышно простонала от нахлынувшей сладкой неги. Его уста медленно потянулись вверх по тонкой шейке, и Саша страстно уцепился губами за мочку её уха.

— «Мы случайно сведены судьбою»… — шёпотом вымолвила Катя от усиливающегося наслаждения.

— «Безумец я! Вы правы, правы!»

Она откинула голову на его плечо и повернулась к нему лицом. Саша пылко впился в её горячие губы, и тогда оба вспыхнули огнём. По ним пробежала дрожь страсти, стремительно застучались сердца, закипела кровь, вспыхнуло пламя любви. От резко нарастающего влечения Катя начала извиваться в его объятиях, прижимаясь своей упругой попой к его причинному месту. Саша резким движением подхватил её и потянул за собой на кровать. Он спиной плюхнулся на постель, так что Катя навалилась на него сверху. Александр продолжал страстно целовать девушку и сильно прижимать руками её тело к себе. Затем они перевернулись, и уже он оказался сверху. Его рука сразу заскользила от её груди к животу и опустилась на промежность. Екатерина задрожала и от нахлынувшего чрезмерного удовольствия, сильно сжала ноги вместе. Саша, помогая себе второй рукой, попытался стянуть с неё юбку. Но, не встречая до сих пор сопротивления с её стороны, он внезапно был резко остановлен. Катя ловко извернулась из под него и приподнялась, освободившись от его безудержного натиска. Александр недоумевающе посмотрел на Екатерину: в её глазах одновременно читались страсть и отчаяние.

На несколько секунд они застыли на месте, смотря пристально в глаза друг другу и тяжело дыша. Но Катя вдруг теперь сама вожделенно набросилась на Сашу, сцепившись с ним в затяжном горячем поцелуе. Он вновь позволил своим шаловливым рукам пробежаться по её распалённому телу. Катя, испытывая неимоверное сексуальное возбуждение, в одолевшей истоме стала учащённо дышать и чувственно постанывать. Александр повалил свою возлюбленную снова на кровать и, приподняв блузку, припал губами к её набухшей груди. Она прогнулась как кошка и сильно вцепилась пальцами в его одежду, чуть впившись своими ногтями в его спину. Полизывая и чуть покусывая Катины соски, он довёл её до безмерного экстаза. Казалось, что ещё немного, и она достигнет пика наслаждения. Тогда он потянул руки вниз, лаская внутреннюю сторону её прекрасных бёдер. А затем вновь попытался запустить свою ладонь под её кружевные трусики. Но Катя тут же резко подскочила и переместилась на край кровати. Саша опять непонимающе посмотрел на свою причудливую подругу.

— Прости меня, но я не могу… — выдавила из себя Екатерина, вытирая с лица набегающие слёзы. — Не сейчас…

— Опять двадцать пять! Но почему? Ты можешь мне хотя бы объяснить?!

Где-то в глубине души Саша догадывался, в чём причина такого поведения Кати, но переполнявшее его тело и разум взбунтовавшееся либидо напрочь затмевало его рассудок. Сейчас он неимоверно сильно её желал — как никогда раньше. Распалённая страсть вкупе с долгим воздержанием от секса подталкивала его на совершение безумного поступка. Но он ни в коем случае не хотел брать её силой, хоть уже и был на грани отчаяния. Это было весьма жестоко: сначала дать надежду на почти уже совершённый половой акт, а потом резко прервать его, не успев начать.

— Пойми меня, я не могу сейчас и всё, — Катя повернулась к нему лицом и взглянула ему прямо в глаза. — Я очень этого хочу, правда, но не могу.

— Так в чём же дело, обоснуй? — настойчиво спросил Саша, замечая, как увлажнились её глаза, и по щеке Кати побежала слеза.— Ты, таким образом,сводишь меня с ума!

— Я тебе всё расскажу потом, честно. Только не заставляй меня сейчас. Не терзай меня, пожалуйста! Мне самой тяжело, это невыносимо…

— Хорошо! — вымолвил Саша, почувствовав, как он сейчас сильно начинает обижаться на Катю. Он откинулся на спину и молча уставился в потолок.

Екатерина, вытирая слёзы, подкралась к нему ближе и легла на бок рядом с ним.

— Пойми, я очень хочу тебя, честно, — почти с мольбой произнесла она, — но ещё не время…

Александр только хмыкнул в ответ, но оценил её слова, что она хочет его. Он повернул к ней голову и вновь заглянул в её дрожащие глаза, желая прочитать в них искренность. Катя еле сдерживала слёзы и смотрела с надеждой на понимание в его глаза так, словно пыталась достучаться до его души и невербально объяснить всё как есть. Она осторожно потянулась к нему и стала покрывать его лицо лёгкими успокаивающими поцелуями. Саша, наконец, расслабился и смирился с тем фактом, что им пока ещё не суждено почувствовать взаимную близость. Но, по крайней мере, он почувствовал, что Катя, действительно, хочет его; что у неё есть к нему сильные чувства и благородные помыслы. Иначе, если бы он был ей безразличен, она просто отдалась бы ему один раз, а потом поминай, как знали… Но то, что гложет её сейчас, не даёт ей права поддаться своим чувствам и показать Саше, что она испытывает по отношению к нему, на сколько сильно он ей дорог.

Почти час они лежали тихо, обнявшись и иногда обмениваясь взаимными поцелуями, но потом Саша посмотрел на часы и сказал:

— Время уже позднее, а ведь завтра рано вставать… Ты останешься или поедешь домой?

— Зачем завтра рано вставать?

— Всё хорошее быстро заканчивается, вот и мой отпуск подошёл к концу.

— Как, уже завтра? — удивилась Екатерина и посмотрела на Александра в надежде, что тот снова пошутил.

— Увы!

— Но ты был здесь всего несколько дней…

Катины глаза снова увлажнились. Она не могла поверить, что эти счастливые дни так быстро пролетели.

— К сожалению, дома меня тоже ждут дела.

— Тогда я утром заеду за тобой и отвезу на вокзал.

— Буду тебе весьма признателен!

Им так не хотелось расставаться в этот вечер и вообще никогда больше не расставаться, но суровая правда жизни диктовала совсем другие условия. Наконец, они расцеловались и Катя, попрощавшись, вышла из подъезда и села в свою машину. Напоследок она взглянула на окно съёмной квартиры, в котором горел свет, но в ту же минуту он погас. Ей вдруг стало очень грустно и тяжело на душе, как будто она что-то потеряла, что-то очень ей дорогое, по собственной инициативе, по своей нерешительности... Но в душе у неё всё же была надежда, что в будущем можно всё это изменить и исправить в лучшую сторону. С сознанием этого она поехала к себе домой готовиться к завтрашнему дню.

Утром Саша проснулся очень рано, но не потому, что надо было так рано собираться и выезжать. Вещей у него имелось не много, да и те практически все были собраны и уже уложены в дорожную сумку. Но некая душевная тревога заставила его проснуться и помешала заснуть снова. Мысли друг за другом прокручивались у него в голове, как на проекторе диафильма. Кадры были то хорошие , то плохие, то светлые и жизнерадостные, то какие-то серые и меланхолично-унылые. Вскоре ему надоело смотреть этот артхаус в своей голове, и он пошёл в душ. Вода помогла смыть с себя это приставучее наваждение, и Александру стало заметно легче. Позавтракав, он провёл последние приготовления перед отъездом и стал ждать, когда за ним приедет Катя. Вскоре пришла хозяйка квартиры, которой Саша отдал ключи от входной двери и с которой попрощался. В этот момент у него затрезвонил телефон, и он ответил на звонок.

— Доброе утро, Саш! — раздался в трубке обыденный голос Кати, без намёка на былую влюблённость. — Ты собрался? Мы уже подъезжаем.

— «Мы»? — удивился Саша и насторожился.

— Да, мой муж проявил любезность и решил подвезти тебя до вокзала Симферополя.

— Как это мило с его стороны. Хорошо, я выхожу.

Александр вышел из подъезда и увидел знакомую припаркованную машину у дома, рядом с которой стоял и курил совсем незнакомый ему человек. Этот человек был весьма плотного телосложения, но не толстый; подкаченный, но без груды вздувшихся мышц на теле; весь такой чёткий и уверенный в себе, но явно недалёкого ума. Саша тут же догадался, кто это, и ему стало сразу всё понятно, почему Катя себя так странно вела и чего боялась, из-за чего так сильно переживала и столько мучилась.

Из автомобиля вышла Екатерина и скромно встала рядом с этим серьёзным и грузным мужчиной.

— Саш, это Евгений. Евгений, это Саша. — совершенно просто и буднично познакомила их Катя, когда Александр приблизился к ним.

— Очень приятно! — спокойно поприветствовал Саша Катиного мужа и протянул ему руку.

— Взаимно! — презрительно ответил Евгений и довольно крепко сжал ладонь своего потенциального соперника, словно желая показать, что он тут самый сильный и шутки с ним плохи.

Саша с трудом высвободил свою руку, но виду не подал, что ему было очень больно. Он тут же прикинул, что Евгений ещё не знает о похождениях его жены, но вероятно, что-то уже подозревает.

— Саш, давай твою сумку в багажник положим. — вымолвила Катя, стараясь сбить возникающее высокое напряжение в окружающем пространстве.

Она открыла багажник, лишь мельком взглянула на Александра каким-то чужим и отстранённым взглядом, предложила сесть на заднее сиденье и приоткрыла ему дверь.

Евгений всю дорогу до вокзала расспрашивал у Саши, как ему понравилось в Крыму, где он успел побывать и собирается ли он приехать в сентябре вновь на следующий крымский фестиваль. Александр охотно рассказывал и даже вдавался в подробности, но часто поглядывал на Катю. Она всю дорогу молчала, отвернувшись, и смотрела через боковое окно на пробегающие мимо пейзажи. Подъехав к вокзалу, Саша поблагодарил Евгения и осторожно пожал ему руку, затем тихо вышел из автомобиля, надеясь, что Катя всё же пойдёт за ним и проводит его до самого здания вокзала. Екатерина тоже покинула машину и молча открыла багажник. Саша забрал свою сумку и пошёл к вокзалу, не сказав ей ни слова на прощание.

— Постой! — крикнула ему Катя вслед. — Я провожу тебя.

— Хорошо! — остановившись, сухо сказал Саша.

Они вместе зашли за угол здания вокзала, скрывшись из вида её мужа. Екатерина сразу бросилась в объятия Александра, уткнувшись лицом в его грудь.

— Я буду тебя очень ждать! Ты ведь, правда, приедешь в сентябре снова?

— До сентября ещё дожить надо, — с лёгкой грустью в голосе произнёс Саша.

— Пожалуйста, приезжай, я очень тебя прошу!

Он почувствовал в её голосе мольбу и еле сдерживаемое чувство страдания.

— Хорошо! Я приеду, — пообещал Саша, крепко прижав Катю к себе.

— Честно-честно? — с надеждой спросила она, уже не сдерживая слёзы.

— Честно-честно! — заверил Саша, ласково чмокнув любимую в щёчку.

— Ну, славься! — шутливо ввернула Екатерина частое выражение своего любимого человека и тоже его поцеловала украдкой.

Александр посмотрел в её мокрые глаза и улыбнулся, дав понять, что всё будет хорошо, затем взял сумку, зашагал к центральному входу вокзала и растворился в толпе отъезжающих-приезжающих. А по приезду домой написал Кате благодарственное сообщение.

Александр:

Катюш)) выражаю тебе огромнейшую благодарность за мой отличный отпуск, проведённый с тобой в Крыму!!)

Ты — просто супер! Пока добирался до дома, всю дорогу думал только о тебе: ты потрясающая и замечательная, грациозная и душевная.) На самом деле, хотелось тебе очень много всего написать, но скажу только одно — я тебя люблю!!! Я понимаю, что ты хочешь, чтобы мы были просто друзьями, но прими мои чувства к сведению и обращайся с ними как посчитаешь нужным...

Екатерина:

Саша, у меня было несколько счастливых дней и за это тебе огромное спасибо. Я хотела очень о многом сказать, глядя в твои глаза, и часто порывалась сделать это, но сама себя тормозила, потому что всё видела в твоих глазах. Мне безумно хотелось твоих объятий, поцелуев, близости... Извини меня за это. Ты мне очень дорог! Я не могу так однозначно сказать, что люблю, так как, видимо, до сих пор не умею любить. Я боюсь за тебя, переживаю, думаю о тебе, ты мне очень мил, я хочу тебя, мне очень хорошо с тобой... Вот, назови это как хочешь...

Александр:

Ладно, Катюш, не переживай! Главное, чтобы ты была счастлива.)

Екатерина:

Я уже соскучилась, тоска какая-то... Теперь буду ждать, когда ты опять приедешь…

Александр:

Эх.. я тоже скучаю... постоянно думаю о тебе...

Кстати, передал Вите подарки от тебя. Он был очень рад, и просил поблагодарить.;)

Екатерина:

Я рада, что он рад.))

Я, кстати, в середине июня полечу снова в Москву на несколько дней. Курсы повышения квалификации, будем уже сдавать экзамены. Так что, буду чуточку ближе к тебе.)

Александр:

Так, может, мне тоже заехать в Москву?;) Встретимся там, прогуляемся.)

Екатерина:

Если ты сможешь, я буду просто счастлива.)

Александр:

Конечно, смогу.)

Екатерина:

УРА-А-А)))

Саш, а хозяйка квартиры спрашивала тебя про меня? Что ты ей сказал, как мы с тобой познакомились?))

Александр:

Она у меня спросила, мол, ты — моя девушка? А я сказал, что ты просто коллега по реконструкции ВОВ и мы с тобой познакомились в прошлом году на фестивале. Потом ты приезжала к нам в Ржев в гости и позвала меня к себе в гости в Крым.) Вот как-то так.)

Екатерина:

Просто коллега значит.) Ясно.))

Александр:

Мдя)) Или я неправильно сказал?) Надо было сказать, что ты — моя девушка?

Екатерина:

Я бы такого насочиняла. ))

Я билеты на самолёт забронировала на июнь.)

Александр:

Т.е. мы с тобой сможем на выходных погулять в Москве вдвоём? ))

Екатерина:

Целых два дня! Ты себе это представляешь?!)

Александр:

Целых два дня!!! ДВА ДНЯ!!! ВДВОЁМ!!! ОООоооббааллддееееетттьььь)))

Надо какую-нибудь культурную программу придумать.) Если что, я могу и номер в гостинице на пару дней снять, в общем, найду, где нам переночевать.) Обещаю, приставать к тебе не буду.)

Екатерина:

А я не обещаю. ;)

Может, в театр?)) В Доме молодёжи часто идут интересные мюзиклы…

Александр:

«Призрак оперы», а? Мне его рекомендовали. ;)

Екатерина:

Отличный выбор.)

Александр:

Превосходно.))

Катюш, я всё хотел тебя поблагодарить. Мне очень понравилось, как ты заботишься обо мне, как с малым дитём, прям как мама.) Мне это весьма приятно.) Ещё ни одна женщина так не заботилась обо мне! Ну, кроме настоящей мамы, есесенно.) Спасибо тебе большое за это.

Екатерина:

Да брось! Это когда я заботилась-то??? Когда за чаем тебя гоняла?)

Александр:

Ещё тогда на Вахте памяти ты мне размяла пальцы затёкшей руки, а когда я приехал к тебе, ты постоянно справлялась о моей больной голове.) А помнишь, как в кафе у меня выпала вилка из рук, и ты принесла мне чистую.) СПАСИБО!!

Екатерина:

Да???))) А ты весь спектакль гладил мою руку, и меня это успокаивало. Ты подкладывал свою руку мне под голову и гладил по волосам. Ты сказал, что вышел из палатки рано утром, чтоб приготовить мне завтрак.)

Александр:

Обожаю твои волосы! Они прекрасны! Гладить их одно удовольствие, как и твои нежные руки.)

Екатерина:

Сашка, прекращай, я сейчас растаю.

Александр:

Как сливочное мороженое в жаркий солнечный день?;)))

Екатерина:

А то!)

Александр:

Ты знаешь, мне вот что не даёт никак покоя, так это наша с тобой несостоявшаяся близость… Когда я начал тебя ласкать, ты так резко с содроганием реагировала на мои прикосновения и поцелуи, было такое впечатление, что ты раньше никогда не знала подобной ласки. Видимо, тебе очень хотелось соития со мной, но разум-таки победил страсть?!

Екатерина:

У меня давно этого не было, а возбуждение было уже критическое…

Александр:

Понимаю... Твой муж никогда не проявлял к тебе нежность и не ласкал тебя так? Всё удивляюсь, как ты вообще вышла за него замуж. Вы же диаметрально противоположны друг другу!

Екатерина:

Я совсем ещё молодая и неопытная была, когда мы с ним познакомились. Он казался таким сильным и доблестным, что я не устояла перед его мужественным образом, но первое впечатление оказалось обманчивым.

Александр:

Да уж, рука у него тяжёлая, конечно… Он бьёт тебя, и ты не уходишь от него, потому что боишься, что он снова причинит тебе боль?

Екатерина:

Нет-нет, он никогда не поднимал на меня руку, несмотря на все наши многочисленные ссоры. В этом плане он ведёт себя достойно. Боюсь я совершенно иного, что из-за меня могут пострадать другие люди. Евгений профессионально занимается боевыми искусствами: преподаёт в школе восточных единоборств, имеет даже чёрный пояс по каратэ.

Александр:

Да хоть сам пьяный мастер по кунг-фу. Мы тоже не лыком шиты, с чего мне его бояться? Я, например, в юности на греко-римскую борьбу ходил и тоже знаю несколько крутых приёмчиков. Так что ты не должна его терпеть. Разведись с ним и с этой проблемой будет покончено.

Екатерина:

Нет, Саш, не всё так просто. Возможно, ты смотрел популярный в восьмидесятые американский фильм «Кровавый спорт»? Так вот, Евгений его фанат и кичится своей способностью разбивать стопку кирпичей одним ударом руки, как это делал Ван Дамм в этом фильме. А в приступах ревности он становится совсем неадекватным и даже может убить человека своей «рукой смерти».

Александр:

Да ладно! Пусть он и отшибленный на всю голову, но всё же не сумасшедший. Должен понимать, что за убийство сажают, а за чрезмерное применение силы с его навыками тоже могут дать большой срок.

Екатерина:

Он это понимает, но всё равно звереет и не контролирует свои действия, когда кто-нибудь пытается со мной флиртовать или даже просто мило общаться. Он уже покалечил так несколько человек. Ему это сошло с рук, благо эти люди остались живы, но теперь они боятся его гнева и не подают на него заявления.

Александр:

Так вот почему ты себя так вела со мной в Крыму. Ты боялась, что Евгений мог меня побить, если бы узнал, что я с тобой вожу отношения у него за спиной. Так это ты напрасно так думала. Я всё же могу сам за себя постоять и тебя защитить от кого угодно.

Екатерина:

Я знаю, что ты можешь, но я также знаю, на что способен мой ретивый муж. Лучше держаться от Евгения подальше. Ладно, давай не будем снова поднимать эту тему. У меня больше нет силдумать об этом.

Я соскучилась по тебе, по твоим нежным прикосновениям, от которых я схожу с ума…

Александр:

Эх... Катюш, я по тебе тоже очень сильно соскучился... хочется тебя обнять, приласкать, поцеловать... гладить твои волосы, поглаживать спинку, ласкать твои руки.. нежно, нежно целовать твои губы, щёки, ушки, шейку...

Екатерина:

Я тоже этого хочу… но боюсь…

Александр:

Чего ты боишься?

Екатерина:

Ты ведь знаешь... того, что я не могу дать тебе полноценных отношений.

Александр:

Я живу и радуюсь жизни пока в моём сердце теплится огонёк любви. То, что у нас получается такая драматическая ситуация в наших отношениях, меня ничуть не смущает. Да, мысль о том, что нас разделяет большое расстояние немного выбивает из равновесия, но я знаю, что где-то в Крыму есть девушка, для которой я что-то значу, а ты знай и помни, что где-то в российской глубинке живёт простой паренёк, для которого ты — целый мир.)

Екатерина:

Саша, ты моя радость… Но я думаю, мы ещё вернёмся к этому разговору, мне в глаза твои заглянуть хочется. Я всё объясню…

Александр:

Доброе утро, Катюш!) Ты мне сегодня снилась.)

Екатерина:

Доброе!) Я себя хоть прилично вела в твоём сне?)

Александр:

Весьма.)) Дело было так: ты решила мне сделать сюрприз и приехала к нам в Ржев. Вы договорилась с Витей, и он тебя встретил и привёз к моему дому. Потом он позвонил мне по телефону и сказал, чтобы я выходил на улицу, типа хочет о чём-то поговорить. Ну, я вышел и обалдел, когда тебя увидел.)))

Екатерина:

Прикол, вот тебя развели.)))

Александр:

Да, вы вообще негодяи.)))

Кстати, до нашей долгожданной встречи осталось совсем чуть-чуть. ;)))

Екатерина:

Эх, скорее бы уже… А я уже несколько ночей не высыпаюсь, сплю поверхностно. Мне всё время кажется, что ты рядом находишься…

Александр:

Катюш... Я очень хочу быть с тобой, рядом… Хочу ложиться с тобой, хочу вставать с тобой, хочу, чтобы ты спала в моих объятиях долгим и крепким сном... Чтобы ничего не могло нарушить твой покой...

Екатерина:

Ты знаешь, а меня тревожит то, что будет дальше. Я привыкаю к тебе, и меня это пугает…

Александр:

А ты не пугайся. Мы с тобой обо всё поговорим и придём к общепринятому консенсусу. Если ты хочешь, чтобы мы были вместе, то и будем вместе, надо только решить как...

Екатерина:

Вот этого разговора я и боюсь…

Александр:

Он неизбежен... Ты лучше не бойся, а предлагай варианты. )

Интересно, я тут услышал по новостям, что по переписи населения в Крыму числятся два миллиона человек и что женщин намного больше, чем мужчин! Это правда?)

Екатерина:

Да? Значит, нас целых два лимона и мы со своим островом переселились. Ого-го! Вот это силища!))

Александр:

Крымчане настолько суровы, что переселились в Россию вместе со своим полуостровом. ;))))

Екатерина:

Это мы, точно!)) Суровые крымчане!)

Александр:

Мы гордимся вами. ;))

Кстати, есть предложение сходить в субботу на обзорную площадку Останкинской телебашни: 340 метров над землёй, всю Москву видно.) Ты там была? А потом на Поклонную гору и вечером в МДМ на «Призрак оперы» и вечером — в отель)

Екатерина:

Вчера поругалась с мужем. Даже голова разболелась, до тошноты… Он не хотел меня отпускать одну в Москву. Сказал, что со мной вместе поедет…

Глава 5. Московский променад

Июнь 2015г.

Александр приехал на автобусе в Москву и сразу направился к ближайшей станции метро. Он спустился в подземку и продолжил своё движение к заранее обусловленному с Екатериной месту встречи. Ожидая её, Саша позвонил в экскурсионное бюро Останкинской телебашни и записался на экскурсию, на смотровую площадку. Катя подошла как раз в тот момент, когда он закончил говорить по телефону. Она как всегда была неотразима в своём лёгком светлом платьице, которое подчёркивало её грациозную фигуру и плавность движений. Глаза Екатерины очаровательно блеснули и радушно засияли при виде Александра, когда она приблизилась к нему. Саша от счастья тоже расплылся в широкой улыбке и нежно приобнял свою подругу, а затем аккуратно поцеловал её в щёчку.

— Приветик! Как ты доехал? — с улыбкой спросила Катя.

— Привет! Я нормально. А как ты добралась?

— Как всегда с приключениями. Позже тебе расскажу. Так какой у нас сейчас план действий?

— Для начала давай заселимся в гостиницу, где я забронировал номер, а потом отправимся на телевышку в Останкино. Насчёт экскурсии я уже договорился. И дальше всё по общепринятому плану: посетим музей на Поклонной горе и вечером пойдём на мюзикл «Призрак оперы».

— Ух! Насыщенная программа у нас получается, — довольно пролепетала Катя. — Чувствую, спать сегодня будем без задних ног.

Саша сначала широко осклабился на такую радостную реакцию Екатерины, но в ту же минуту улыбка сошла с его губ, и уже серьёзно он спросил, когда они пошли пешком в сторону отеля:

— Да уж… А как тебе удалось отвязаться от Евгения, чтобы он не поехал с тобой сюда?

— Я ему сказала, что еду в Москву на свои курсы повышения квалификации и буду находиться здесь целую неделю, а у него скоро начнутся соревнования по каратэ, и он должен готовиться к ним. В общем, с горем пополам, мне удалось его убедить не ехать со мной.

— Ну, славься! — удовлетворённо произнёс Александр.

Саша и Катя на стойке регистрации гостиницы получили ключи и заселились в номер. Сам отель был небольшой, но выглядел опрятно и чисто, а номер смотрелся достаточно просторным и уютным, с одним окном, выходящим на внутренний двор. Оставив свои вещи в номере, наши герои поспешили на экскурсию в Останкино, где вдоволь насмотрелись на впечатляющие виды Москвы с высоты птичьего полёта. Затем друзья ещё немного прогулялись по благоухающему городу: прошлись по центру, паркам, бульварам и аллеям. Погода им соблаговолила для этой прогулки: было достаточно тепло на солнышке, и чувствовалась лёгкая прохлада в тени. Наша счастливая парочка совсем не замечала, как быстро летело время, они были увлечены собой полностью, и казалось, что вокруг никого больше нет и вся Москва, весь мир существует только для них двоих…

После чего Александр и Екатерина поехали в Музей Победы, находящийся на Поклонной горе, и прониклись героическим духом прошедшей Великой Отечественной войны, а вечером отправились к Московскому дворцу молодёжи, чтобы посмотреть известный на весь мир мюзикл «Призрак оперы». Насладившись спектаклем и получив массу положительных впечатлений, они вышли из МДМ и решили напоследок ещё погулять по сердцу столицы — Красной площади.

Уже было достаточно поздно, когда они вернулись, наконец, в отель. Набродившись за целый день, Саша и Катя на удивление совсем не чувствовали усталости, а наоборот — были весьма бодры и веселы. Они будто заряжались жизненной энергией друг от друга и предчувствовали, что эта ночь будет долгой и незабываемой. И хотя Екатерину ещё одолевали сомнения в правильности того, что они намерены совершить, тот факт, что Евгений сейчас находился вне зоны досягаемости, придавал ей смелости и решимости для достижения своего счастья. Но в тоже время Саша делал вид, что он как истинный джентльмен, не позволит себе нарушить данное им слово, и не будет подкатывать к подруге, а Катя в свою очередь создавала видимость, что она приличная и вообще очень целомудренная девушка, а потому никогда не станет приставать к мужчине первой. На фоне этого обоюдного наигранного притворства они верили и вожделенно надеялись, что кто-то из них первый сдастся и повергнет обоих в искусительный грех. Предчувствие долгожданной близости и неудержимой страсти витало в их сердцах и подстёгивало на пылкое и безудержное совокупление.

Екатерина пошла в душ первой, но не спешила быстро умыться и покинуть его. Она даже не заперла дверь за собой в надежде, что Саша догадается и, войдя в душевую, овладеет ею прямо там. Но он, не смотря на подобное желание, твёрдо решил следовать своему уговору, что не будет приставать к Кате первым. Он хотел показать ей тем самым, что как настоящий мужчина держит своё слово. Хотя Александр прекрасно понимал, что Катя уже готова и хочет близости с ним и даёт ему на это всяческие намёки и возможности для этого. И, конечно же, ей хотелось, чтобы он первым сделал шаг к этому. Проявил, так сказать, решимость и настойчивость в своих намерениях и таким образом показал себя истинным мужчиной в её глазах. А все договоры и условности — это только ширма, прикрытие для их сложных и запутанных отношений.

Закончив умываться, Катя вышла из душа в обёрнутом вокруг тела полотенце. Её влажные, тёмные и немного вьющиеся волосы, разметавшиеся по полотенцу, впечатлили Сашу, и он не мог отвести от них очарованных глаз. Но, всё же собравшись духом, он пошёл следующим в душ и тоже привёл себя в порядок. Из ванной комнаты он уже вышел только в одних трусах.

Екатерина сидела в темноте на подоконнике вдоль окна, обхватив ноги руками, и молча смотрела вниз на безлюдный двор. Была уже глубокая ночь, но горевшие на улице фонари хорошо освещали окружающее пространство рядом с гостиницей. Спокойный тёплый свет падал украдкой и на Катю, подсвечивая её с контровой стороны. Эта игра света и тени филигранно прорисовывала Катину точёную фигуру в белом кружевном белье и придавала обстановке весьма романтическую атмосферу. Сашу одолевал сильный соблазн: накинуться на Катю и овладеть ею в порыве пылающей страсти. Настолько сексуальной и притягательной выглядела она сейчас, а его предел вожделения и долгого воздержания достиг своего предела. Но с трудом преодолевая свою навязчивую похоть и прилагая к себе максимум усилия, чтобы быть абсолютно спокойным, Александр тихо подошёл и встал рядом с ней. Катя что-то говорила ему сейчас, что-то из своего нелёгкого прошлого и сумеречного настоящего, а также о том, какая призрачная иллюзорность ждёт её в счастливом будущем. Но Саша почти ничего не слышал, хоть и стоял совсем рядом, а только смотрел на её лицо, волосы, руки, тело, ножки. Он с упоением любовался каждым сантиметром её прекрасного тела. Ему очень хотелось сейчас её крепко обнять и нежно-нежно приласкать. Екатерина тоже с большим желанием ждала его сладострастных прикосновений и горячих поцелуев. Но он пока стойко сдерживался от проявления своих пламенных чувств, хотя бороться с этим искушением было уже практически невозможно: кровь начинала закипать и бурлить в нём. Александр смог позволить себе только гладить рукой её шелковистые волосы, по-отечески, будто свою родную дочь.

— У меня есть идея! — весело воскликнула вдруг Катя, осознавая, что Саша не решается взять её первым, а набрасываться на него самой ей тоже было как-то неловко. — Давай поиграем в игру «Правда или действие»?! Что ты выбираешь?

— Правду!

— А, правда, что мужчины могут упасть в обморок при виде обнажённой девушки?

Александр даже немного замешкался и на мгновение растерялся от столь неожиданного и чудаковатого вопроса своей напарницы по этой шутливой игре.

— Да, наверное… Возможно, кровь от головы отливает к нижней гол… То есть, приливает к этому самому органу и, скорее всего, есть вероятность при этом потерять сознание.

— Хорошо! — рассмеялась Екатерина от такой смущённой реакции своего партнёра. — Я тоже выбираю «правду».

— Правда, что девушки, когда хотят секса, надевают кружевное бельё?

— Правда! Но я не такая! — съюморила Катя и наигранно отвела глаза в сторону. — Теперь я выбираю «действие».

— Любопытно узнать, что ты хочешь, чтобы я сделал?

— Отнеси меня на руках до кровати.

— Будет исполнено, моя госпожа!

Саша аккуратно подхватил подругу на руки и подошёл вместе с ней к указанной цели, но остановившись у края постели, услужливо произнёс:

— Готово!

— А положить меня на кровать?! — в шутливо-повелительном тоне сказала Екатерина, воображая стереотипную императрицу.

— Уговор был только донести до кровати. Или это уже следующее действие?

— Хитрить вздумали? Я приказываю уложить меня на кровать и накрыть одеяльцем!

— Слушаюсь и повинуюсь, моя госпожа! — угодливо подтвердил Саша, продолжая соблюдать правила новообразовавшейся интригующей игры.

Он осторожно опустил свою «повелительницу» на спальное ложе и заботливо накрыл её сверху одеялом. После чего сам быстро юркнул под белое покрывало, удобно устроившись рядом с Катей.

Воцарилась тишина, и нависла неловкая пауза. Они лежали друг напротив друга и пристально смотрели глаза в глаза. Наконец, Саша осмелился сказать:

— Теперь моя очередь заказывать «действие». Хочу, чтобы ты меня поцеловала.

Катя хитро улыбнулась и чмокнула его чуть выше верхней губы у самого уголка носа. Затем она расхохоталась и саркастически спросила:

— Спорим, тебя сюда ещё никто не целовал?

Он ничего ей не ответил, а только страстно припал к её губам жарким, неистовым поцелуем. Екатерина ответила ему взаимностью. Продолжая её страстно целовать, Александр проворно запустил руку по её податливому телу, заставляя Катю быстро распаляться и чуть слышно постанывать от набегающего экстаза. Вдруг она резким движением скинула с него одеяло, повернула Сашу на спину, и в один миг оказалась уже сверху, продолжая чувственно целоваться с ним. Екатерина стала сильно прижиматься промежностью к его мужскому достоинству, совершая небольшие возвратно-поступательные движения, от чего Саша быстро возбудился и, перевернув Катю на спину, стал ласкать её губами по всему телу. Его рука сползла вниз по её животику и ловко проникла под кружевные трусики. Катя издала изнемогающий стон и слегка прогнулась спиной от нахлынувшего удовольствия. Она извивалась и постанывала от этих умопомрачительных нежных ласк. Затем Александр играючи стянул с девушки всё бельё, обнажился сам и аккуратно вошёл в её вожделенное лоно. На короткое время он застыл, чтобы почувствовать всю прелесть этих ощущений и радость эмоций, что они сейчас представляют одно целое, словно слившись в единый организм. Катя, простонав от сладкой неги, крепко вцепилась в Сашину спину и стала двигаться в такт его пылким движениям. От чего её вскоре настигла горячая волна, и она пламенно взорвалась, выгнувшись всем телом в огненной истоме. Затем обмякнув, Катя опустилась на кровать и обессилено положила голову на подушку.

Саша был впечатлён, как быстро она получила удовольствие, но останавливаться на этом даже и не думал. Он дал ей немного времени прийти в себя, а потом снова энергично заработал, как пневматический кузнечный молот. Александр продолжал покрывать поцелуями её губы, шею, мочки ушей. Екатерина извивалась под ним и чувственно постанывала, испытывая небывалое приятное блаженство. Затем они оба достигли пика райского наслаждения и Саша, тяжело дыша, опрокинулся на спину практически без чувств.

Приведя себя в порядок и приняв душ после такого бурного соития, влюблённые улеглись обратно в постель, надеясь успеть отдохнуть и хоть немного выспаться, так как предрассветные сумерки уже начинали озарять небосвод, а они ещё планировали погулять по Москве днём перед отъездом.

— Спокойной ночи, милый! — чмокнув Сашу в щёку, радостно произнесла Катя.

— Сладких снов, любимая! — пожелал Александр и ласково поцеловал её в губы.

— Спасибо тебе за всё! Я так счастлива! Я хочу, чтобы мы теперь всегда были вместе и всегда спали в одной кроватке вдвоём.

— Если ты, действительно, этого хочешь, то так и будет, поверь мне!

— Конечно, а потому я хочу поговорить с Евгением и добиться от него, наконец, развода.

— Правда?! Ну, славься! — обрадовался Саша и крепко обнял Катю, покрывая её лицо нежными поцелуями в знак благодарности и признания её намерения.

После чего Александр лёг на спину и приготовился видеть приятные сны. Когда он уже практически погрузился в дремоту, его вдруг разбудила Екатерина, серьёзно задав, казалось бы, совершенно неожиданный и неуместный для такой обстановки вопрос:

— Саш, не спишь ещё? Я хотела у тебя кое о чём спросить…

— А до утра это не терпит?

— Уже почти утро.

— Ну, хорошо. Что ты хочешь узнать?

Катя немного помешкала, обдумывая, как бы правильно сформулировать свою мысль, а потом стала быстро изъяснять суть не дающей ей покоя проблемы:

— Помимо супруга, меня беспокоит ещё один человек, который может помешать нашему совместному счастью. Он добавился ко мне в друзья в соцсети, а потом стал очень настырно просить с ним встретиться. Я отказала ему, но он всё равно вёл себя очень настырно и настойчиво, даже после того, как я сообщила ему, что я замужем. Потом он написал мне, что если я не буду его девушкой, то он сделает всё, чтобы я была несчастна. Я, конечно, заблокировала его, но всё равно боюсь теперь, что он и правда может натворить страшных дел.

— Кто это? Я разберусь с ним! Как его зовут?

— Семён.

Глава 6. Казус белли

Июль 2015г.

Александр:

Катюш, привет! Как ты там? Поговорила с мужем? Что решили в итоге?

Екатерина:

Привет, привет! Я в порядке. Пока не говорила с ним. Евгений уехал на свои соревнования и вернётся только через неделю, тогда с ним и поговорю насчёт развода. А ты общался с Семёном?

Александр:

Да. Разговор состоялся.

Екатерина:

И?

Александр:

… и всё. Больше он не будет тебе докучать. Я исключил его из нашего клуба, окончательно и бесповоротно.

Екатерина:

Уф. Может, не надо было так кардинально? Наверное, достаточно было просто откровенно и убедительно с ним поговорить?

Александр:

Нет! Этот человек совсем кукухой поехал и потерял связь с действительностью; стал всем рассказывать, что он теперь в нашем клубе главный и меня скоро выгонит, а также возомнил, что ты теперь его девушка и стал твердить об этом на каждом углу.

Екатерина:

Уму непостижимо!

Александр:

Вот и я о том же. Ладно, расслабься.) Больше ты его никогда не увидишь. Я поговорил со всеми ржевскими командирами клубов и всё им объяснил. Так что его никто к себе не возьмёт, и на реконструкции он теперь не появится.

Эх... Катюш... как же было мне хорошо с тобой... жаль, что так мало было времени у нас... теперь неизвестно, когда сможем увидеться вновь...

Екатерина:

Не грусти. Ты ведь сам говорил: «всё, что происходит — к лучшему». Значит, так должно быть. Мне тоже было очень хорошо. Я чувствовала себя любимой. Это то, что мне нужно: внимание и время. И при других обстоятельствах я бы могла удержать и быть с тобой рядом и дальше...

Александр:

При каких других обстоятельствах...?

Екатерина:

Сашка, да ты ВСЁ знаешь...

Александр:

Хм, непонятно, но интересно.) Зато я знаю, как сделать эти обстоятельства явью.))

Екатерина:

Даже не думай!

Александр:

Уже подумал)

Екатерина:

Саша, мы уже говорили!

Александр:

Мы говорили и я решил!

Екатерина:

Что ты решил, можно узнать?

Александр:

Понравилось мне в Севастополе. Перееду-ка я в следующем году туда жить, например.)

Екатерина:

Я не знаю, на что ты рассчитываешь…

Александр:

Т.е. ты считаешь, что у наших с тобой отношений нет будущего?

Екатерина:

Ну почему же, есть, только не в том ракурсе, в котором представляешь ты.

А вообще... я уже соскучилась… не сердись на меня, я и сама себя уже высекла 100500 раз...

Александр:

Интересно, а в каком ракурсе ты представляешь наши отношения?

Екатерина:

Ооо))) Совместные мероприятия, совместный быт, совместный отдых, совместные дети…

Александр:

Хых) Но при этом, ты хочешь, чтобы мы жили порознь в разных городах?!

Екатерина:

ХОЧЕШЬ? нет, Саш).. Ты спрашиваешь, как я представляю... я и говорю, как представляю... Мы представляем одно и то же? Разница в том, что у тебя это планы, а у меня — мечты!

Александр:

Ну, раз ты не можешь спланировать свою мечту, тогда с твоего позволения, этим займусь я.) Потому что это тоже моя мечта, но я обычно привык ставить конкретные цели и воплощать свои потенциальные мечты в реальность!

Екатерина:

Саша, мне такая забота безумно приятна, но даже ты не сможешь «сделать явью обстоятельства».

Александр:

Доверься мне. ;)

Екатерина:

Я тебе полностью доверяю)), иначе не было бы этой поездки, встречи, ночи… Но позволь мне… не спеши… дай мне паузу, пожалуйста.

Александр:

А я тебя и не тороплю.) Я же говорил, что только в следующем году планирую переезд...

Кстати, я сейчас подаю заявку от нашего клуба на военно-исторический фестиваль «Поле боя», который состоится в августе. Как ты считаешь, получится у тебя приехать на это масштабное событие под Волоколамском?

Екатерина:

Я проштудировала на сайте информацию касательно этого мероприятия и теперь безумно хочу на него попасть.))

Александр:

Ну, славься!)) Поверь, ты не пожалеешь. Это очень крутой фестиваль: туда съезжаются реконструкторы почти со всей страны и из-за бугра тоже, куча различной бронетехники и прочих любопытных плюшек. А ещё это лишний повод с тобой встретиться и провести незабываемо время.))

Екатерина:

Супер!)) Только вот боюсь пока, как на это всё отреагирует Евгений…

Александр:

Я всё-таки надеюсь, что он поведёт себя как настоящий мужчина и даст тебе развод.

Екатерина:

С трудом, но я тоже на это надеюсь…

А какая программа обычно на этом фестивале?

Александр:

В этот раз будет несколько эпизодов: начало войны, середина войны —встречный танковый бой и последний этап войны по 45 году.

Екатерина:

Ты будешь во всех эпизодах участвовать?

Александр:

Конечно. ;)

Екатерина:

Везёт же некоторым.)

Александр:

Кто хочет — ищет способ и средства, кто не хочет — ищет причины!

Екатерина:

Даже не представляю свою реакцию, если бы столкнулась с тобой на поле…

Александр:

А я очень даже представляю.)) Мы сошлись бы с тобой в рукопашной схватке, а потом я завалил бы тебя в ближайший окоп или воронку и там обнимал и целовал бы тебя всю. ))

Екатерина:

Забавно, я тебя душу, а ты меня лопаткой..)))))

Александр:

Между лопаток тебе массажик делаю. ;)

Екатерина:

Вот так друг другом убиенные и будем валяться друг на друге???

Александр:

Именно так. ))

Екатерина:

Картина маслом. Это покажут на ютубе, я уверена. ))

Александр:

«Они сражались за любовь»))

Екатерина:

Сейчас читаю про эпизод по 45 году на Зееловских высотах. А тебе как больше нравится: быть в обороне или атаковать?

Александр:

Мне нравится брать в плен симпатичных санитарочек;))

Екатерина:

Ммм)), так я не первая?! )

Александр:

С тебя всё началось. ;))

Екатерина:

О, дай бог, не последняя)))))

Александр:

Будем стараться))

Екатерина:

А кроме боевых моментов, ещё что-то будет?

Александр:

Да ещё планируются короткие сцены с небольшим количеством участников и техники… а основная масса реконструкторов будет жить в антуражных лагерях: в полевых палатках, блиндажах и в окопах.)

Екатерина:

О, чур, я тоже в окопе.)))))

Александр:

Я помню как-то в 2013 году, ещё до Майдана, участвовал в крутейшем реконе «Даёшь Киев», где мы ночевали в окопе в ноябре, было холодно, но весело. ))) Спали почти друг на друге, чтобы согреться.)

Екатерина:

Нет уж, я так не выдержу.)))

Александр:

А как ты ещё сможешь прочувствовать всю прелесть окопной войны. ;))

Екатерина:

Я могу спать в окопе, но чтоб на мне никто не спал. Я это имею в виду. )

Александр:

Аааа.))) Стало быть, на ком-то спать сможешь?))

Екатерина:

Только ноги и руки, если закинуть, подоткнуть под кого-то или заплести.)))

Я, кстати, в Москве не мешала тебе спать? А то проснулась: одна нога на тебе, другая между твоими и рука у тебя на бедре.)

Александр:

Да?)) А я и не почувствовал, спал как убитый.))

Эх... Катюш... как бы я хотел спать с тобой каждую ночь, и чтобы ты меня заплетала своими руками и ногами.))

***

Александр:

Катюш, привет! У тебя всё нормально там? Ты уже два дня не отвечаешь на мои сообщения и звонки...

Екатерина:

Привет, Саш! Извини, не могла ответить. Евгений вернулся и устроил такую истерику... Я думала, он меня убьёт...

Александр:

А в чём дело? Это он так отреагировал на твою просьбу о разводе?

Екатерина:

Нет! Он уже приехал весь в гневе и бешенстве, никогда его таким не видела. Всё рвал и метал, я даже слова сказать не успела. Кто-то ему сообщил о нашем с тобой рандеву в Москве.

Александр:

Ну, понятно… Это Семён ему настучал, к гадалке не ходи... А ведь я его предупреждал, чтобы не совался больше в наши отношения. Что ж, если он хочет войны — он её получит!

Ты хоть в порядке сейчас? Муж тебя бил?

Екатерина:

Слава богу, нет, но отобрал у меня телефон и не отдавал, пока всё не проверил. Хорошо, что я догадалась заранее удалить нашу с тобой переписку, и он ничего не смог доказать.

Александр:

Ну, славься! Катюш, ты просто умничка! Приедешь на «Поле боя», расцелую тебя.))

Екатерина:

Да, только Евгений меня одну не отпустит и поедет тоже на этот фестиваль. Отвязаться от него теперь точно не получится.

Александр:

Ещё одна вражина встала на пути нашего счастья?! Что ж, будем стойко обороняться и проводить контратакующие манёвры.)

Глава 7. Поле боя

Август 2015г.

Август в этом году выдался довольно жарким и сухим. Солнышко палило нещадно, и суховей держался уже несколько дней кряду. Удивительно, что вся зелень — как листва на деревьях, так и трава на полях — ещё не утратила своего яркого насыщенного цвета, несмотря на то, что в центральной полосе уже достаточно давно не было дождей. Но вот земля просохла основательно и покрылась ощутимо большим слоем пыли. Особенно это было заметно на грунтовых дорогах, где эта самая пыль вздымалась и клубилась от проезжающих машин, а после оседала и забивалась везде и всюду, доставляя определённый дискомфорт. Но для бывалого реконструктора такое природное явление зачастую было даже в радость, так как данная пыль естественным образом фактурила костюм и амуницию, что придавало создаваемому образу бойца весьма антуражный вид — прошедшего не один десяток километров фронтовых дорог.

Александр с Виктором приехали под Волоколамск накануне, ближе к вечеру, где недалеко от разъезда Дубосеково вскоре должен был состояться грандиозный фестиваль военно-исторической реконструкции «Поле боя». Прибыв в реконструкторский лагерь, ребята сразу пошли искать точку, которую им отвели для строительства интерактивной площадки. Там они встретились со своими камрадами из других дружественных клубов реконструкции и, естественно, отметили это дело различными горячительными напитками. И поскольку время уже приближалось к ночи, друзья решили отставить строительство и перенести это дело на утро. Сил у них хватило только на то, чтобы поставить армейскую палатку в форме пирамиды, собранную из четырёх треугольных цельтбанов (немецких плащ-палаток) и, проворно завернувшись в спальные мешки, быстро уснуть.

Утром вроде все были бодрыми, но с изрядно помятыми, опухшими лицами — будто китайцы, нагло разворошившие огромное осиное гнездо. Наскоро приведя себя в порядок оставшейся с вечера выпивкой, друзья сразу принялись за работу. Нужно было строить, строить и ещё раз строить. Остальные их товарищи-одноклубники намеревались приехать только поздно вечером, поэтому им вдвоём предстояло всё успеть сделать непосредственно до следующего дня: подготовить боевые позиции, выкопать полноразмерный капонир[1] для станкового пулемёта, расставить различный армейский бытовой антураж и привести всё это в соответствие с требованиями организаторов данного мероприятия. Так как одним из критериев для участия клубов являлась интерактивная площадка, с представленным на ней повседневным соответствующим бытом в военно-полевых условиях.

Ребята торопились закончить всё к вечеру ещё и потому, что в назначенное время на территории проведения фестиваля вступало в силу гарнизонное положение: с отбоями, комендантским часом и прочими реалиями военных будней. Пусть всё это было весьма условно и принято организаторами согласно распорядку дней и сопутствующими стандартными правилами поведения для всех участников-реконструкторов. Тем не менее, Саше и Вите не хотелось ударить в грязь лицом, и тем самым они хотели показать, что их клуб достоин уважения и их не зря пригласили на это масштабное событие, куда стремились попасть многие клубы, но не всем выпала подобная честь.

— Вот ведь «орки» эти «орги»! — иронично выругался Виктор, с трудом ворочая большие холщовые мешки для картофеля и выкладывая из них импровизированный бруствер. — Нафига мешки песком наполнять, если можно было просто их сеном набить?! Так и объём был бы и легче их перекладывать…

— Организаторы хотят добиться от участников феста полной исторической аутентичности, даже в подобной мелочи, — улыбнувшись, произнёс Александр, увидев, как корячится его друг, при этом сам он ловко орудовал лопатой, изготавливая окоп для пулемётной точки.

—Да вертел я такую аутентичность! Они бы ещё заставили нас реальный блиндаж строить в три наката.

— Так вон, ребята с питерского клуба делают такой, — сказал Саша, кивнув головой в сторону строящегося соответствующего сооружения.

— Жесть! — вымолвил Виктор, вытирая пот со лба. — Это мы ещё легко отделались, получается. А наши ржевские камрады так вообще приедут вечером уже на всё готовенькое… Халявщики, блин!

Саша хмыкнул в ответ, а затем перестал копать и воткнул лопату в землю. Он уже серьёзно посмотрел на своего товарища и спросил:

— Витя, а ты можешь мне помочь?

— Сань, ты чего не можешь один выкопать этот капонир?

— Да я не об этом. Ты ведь в курсе, что Катя тоже приедет на фестиваль сегодня вечером. Можешь встретить её и сюда привести? По-братски прошу.

— А ты сам чего не встретишь?

— Да она не одна приедет… — ответил Саша и выдержал паузу. — С мужем.

— Ты серьёзно?! — опешил Виктор и развёл руками. — А что я ему скажу? Здрасти, я ваша тётя и можно я одолжу вашу жену ненадолго?! Он же меня сразу порвёт на пазл…

— Ну, почти так, — вымолвил Александр и невольно осклабился, представив себе такую картину. — Поскольку Евгений тебя не знает, то скажешь ему, что ты командир клуба, куда приписали Катю на интерактив, и проводишь, якобы, на площадку, где находится советский госпиталь для ознакомления, а на самом деле приведёшь её ко мне.

— Вот это ваще подстава! — наиграно возмутился Витя.

— Да ладно тебе! Дело-то пустяковое, а я буду тебе очень признателен. Сам знаешь про наши отношения и, что мы с Катей месяц уже не виделись. А тут муж её нарисовался, фиг сотрёшь. Он же меня и на пушечный выстрел к ней не подпустит. Выручай, друже!

— Ну, не знаю, не знаю… — уже практически сжалился Виктор, однако он всё ещё сомневался в реальности осуществления подобной авантюры без каких-либо губительных последствий.

— А с меня, так и быть, магарыч причитается.

— Гут! Но прошу заметить: я соглашаюсь не потому, что ты мне проставишься за это, а потому, что ты мой друг.

— Ай, чертяка, давай пять! — радостно воскликнул Александр, оценивая хитроумность Виктора, и они по-дружески ударили по рукам.

После обеда, когда ребята снова рьяно принялись за работу, Саше пришло сообщение на телефон от Кати, что они с мужем проезжают Волоколамск и совсем скоро подъедут на машине к станции Дубосеково. Витя догадался по счастливому лицу друга, что уже «пора» и, нарочито тяжело выдохнув, отправился на автомобильную стоянку встречать крымских гостей.

Саша ждал и надеялся, что Витя справится со своим заданием и сделает всё так, как и планировалось. И всё же он сильно нервничал и не находил себе места, буквально изводя себя морально, потому ближайшие несколько минут тянулись для него мучительно долго. Когда же он, наконец, увидел Катю, шедшую рядом с Виктором, в нём сразу всё преобразилось, и чувство переживания мгновенно исчезло. Екатерина была уже одета в строевую красноармейскую форму образца 1935 года, с нашитыми на отложном воротнике цветными петлицами медицинской службы. И хотя кирзовые сапоги и широкие шаровары скрывали Катины прелестные ножки, туго затянутый поясной ремень на талии подчёркивал её филигранно-точёную фигурку. Вдобавок две озорные длинные косички, выбивающиеся из-под солдатской пилотки, придавали девушке бесподобно-милый вид.

Александр сразу почувствовал лёгкую эйфорию и неподдельную радость, что он снова, пусть и мимолётно, но всё же будет с Катей, и это для него сейчас, действительно, было важнее всего на свете.

— Как же долго я тебя ждал! — воскликнул Саша и в порыве чувств нежно, но всё же довольно крепко, обнял Екатерину, да так, что у неё даже хрустнули косточки.

— Да уж, чувствую! — с улыбкой выдавила Катя, освобождаясь от столь тесных объятий.

Друзья весело рассмеялись, и обменялись приветственными поцелуями в щёчки. Затем нависло неловкое молчание, и Саша с Витей, не сговариваясь, переглянулись.

— Вспомнил, — произнёс Виктор, тактично понимая, что ребят сейчас надо оставить наедине, — мне же мешков не хватило для бруствера, пойду у «оргов» клянчить… — И, заговорщицки подмигнув Александру, отправился на местный склад стройматериалов.

Саша благодарно кивнул другу и, дождавшись, когда тот отойдёт на приличное расстояние, снова приобнял Катю и слился с ней в чувственном и сладком поцелуе. Теперь уже она страстно вцепилась в тело своего любимого человека и жарко прижала его к себе.

— Так, так… ай - яй – яй, — послышался рядом чей-то знакомый насмешливо-издевательский голос. — Негоже замужним женщинам с чужими мужиками целоваться…

Александр и Екатерина сразу обернулись и не поверили своим глазам. Перед ними стоял человек, которого они оба никак не ожидали здесь увидеть и то, что он застал их в таком положении, ещё больше повергало в шоковое состояние. А новенькая, лощённая и совсем ещё необжитая немецкая форма войск СС, в которую был одет этот тип, вызывала вдвойне омерзительное и отталкивающее впечатление от этого субъекта.

— Чего вы так вылупились на меня? — вопросил Семён, и надменно-ухмыляющийся оскал обезобразил его лицо. — Что, не рады меня видеть? Думали, что просто так смогли от меня избавиться?

— Не пойму, каким образом тебя впустили в реконструкторский лагерь? — в ответ недоумённо спросил Саша и когда он, наконец, обратил внимание, что у его оппонента в петлице зияют две зиг руны вместо привычных «катушек» вермахта, до него сразу всё дошло. —Тебя взяли в московский клуб по СС?

— Как видишь! Только там настоящие реконструкторы, которые не занимаются всякой ерундой, как вы…

— Да уж, конечно… Как тебе только удалось убедить их, что ты тоже настоящий рекон, а не как мы — по объявлению набранные?

Семён даже расхохотался в этот момент, но как-то неестественно и фальшиво, что выглядело весьма нелепо и даже жалко.

— Я просто рассказал им, как ты организовываешь реконструкции в Ржеве и как командуешь своим отделением в атаке. Они долго ржали и просили больше рассказывать им подобные истории о тебе.

— Представляю, что ты им там набрехал…

—Только правду и ничего, кроме правды, — саркастически произнёс Семён и игриво посмотрел на Екатерину. — А тебе, красотка, я потом тоже всё про Сашку расскажу, и тогда ты точно от него сбежишь. Ко мне, например…

— Держи карман шире! — сказала, как отрезала Катя.

— Вот увидишь!

— Что она должна увидеть? — вмешался в разговор подошедший Витя с тяжёлым мешком за спиной и тоже впал в тихий шок от прикида Семёна. — Сеня, ты ли это?

— Собственной персоной! — ответил Семён и сурово насупил брови при виде Виктора, понимая, что с двумя противниками ему уже не сдюжить и необходимо срочно ретироваться восвояси подобру-поздорову. — Вот, буду тоже во всех эпизодах участвовать назло вам.

— Сначала надо интерактив сделать, прежде чем в сражения лезть! — сказал Саша, подтрунивая бывшего одноклубника.

— Вот тебе и материал для строительства! — добавил Витя и скинул со спины мешок с песком к ногам Семёна. Мешок плюхнулся рядом с ним, обдав неприятеля обильным облаком поднявшейся пыли.

— Твою ж… — выругался Семён, отплёвываясь, и принялся быстро стряхивать осевшую пыль со своего новенького костюма. — Сами стройте! Наш московский клуб, как самый авторитетный, и без интерактива принят к участию. — Затем он сделал пару шагов назад и попытался пригрозить ребятам, да, причём так резво, что стал обильно брызгать слюной при каждой «П» в слове. — И в первой реконструкции мы первыми пойдём в атаку, и тогда уже вы будете пыль глотать за нами. Понятно?!

— Поглядим, как вы первые поляжете убиенные! — усмехнулся Виктор.

— А во втором эпизоде вообще СС будут гнать вермахт на убой… — стал заносчиво хорохориться Семён, при этом отступая от ребят всё дальше и дальше.

— Вызов принят! Увидимся на поле… — крикнул Александр уже удаляющемуся новоиспечённому врагу.

— Так что следите за своими тылами, а то несдобровать вам…

— Следи лучше за собой! — посоветовал Витя.

—Поглядывай! — послал ему вдогонку Саша.

Семён, отступая, семенил задом, выкрикивая ещё что-то ненормативное своим бывшим соратникам, и не заметил бугорок на пути, потому споткнулся и нелепо покатился кубарем назад. Друзья чуть не лопнули от смеха, наблюдая за падением горе-вояки, лишь одна Екатерина продолжала серьёзно смотреть на эти неуместные выкрутасы. Ни одна мышца даже не дёрнулась на её хмуром лице. После чего обиженный и униженный недруг поспешил скрыться из поля зрения ребят за палатками лагеря.

— Саш, ты же говорил, что мы его больше никогда не увидим? — беспокойно спросила Катя.

— Я и предположить не мог, что он подастся в Москву к нашим конкурентам, с которыми мы ведём негласную вражду,— виновато произнес Александр и посмотрел на Виктора, словно желая получить поддержку от своего друга.

Витя прочёл этот призывающий взгляд и выступил в роли «пояснительной бригады», снова подмигнув своему камраду:

— В реконструкции главное — беспрекословно слушаться отцов командиров и следовать заветам наших организаторов, то есть – соблюдать историческую аутентичность! А, как известно, в годы войны войска СС соперничали с регулярной немецкой армией, сиречь вермахтом. Так и сейчас у нас получается нечто подобное.

— К тому же эти заносчивые москвичи постоянно норовят нагадить в малину остальным клубам из регионов, — добавил ещё одну справку Саша.

— Какие же они негодяи! — немного смягчившись, произнесла Катя шутливо и вдруг спохватилась. — Мне же бежать надо, мальчики, а то Евгений скоро начнёт меня искать. Мне надо помочь ему поставить нашу палатку.

— Я надеюсь, мы ещё увидимся сегодня вечером? — с мольбой в глазах вопросил Александр, чмокнув Екатерину в щёчку на прощание.

На мгновение взгляд девушки застыл, словно очень трудоёмкие процессы начали происходить в её голове, переваривая тонну информации. Мозг активно заработал, прокручивая практически одновременно несколько вероятных развитий событий и выбирая из них самый оптимально-безопасный вариант.

— Обязательно! — наконец, отвисла Катя и натужно улыбнулась.

Затем тоже поцеловала любимого человека и быстро умчалась в сторону советского лагеря. Саша остался стоять и умилённо смотреть ей вслед, не обратив внимания на эти внутренние терзания подруги. Витя подошёл ближе к своему товарищу и тоже проводил взглядом Катю, а затем тихонько напел припев популярной песни Андрея Державина:

— Катя-Катерина, эх, душа! До чего ж ты, Катя, хороша!

— Ягода-малина, Катя-Катерина…— радостно подпел другу Саша, и уголки его губ потянулись вверх.

— Да, девка-огонь, только муж у неё больно ретивый.

Это акцентированное заявление Виктора сразу вернуло Александра с небес на землю; улыбка тут же исчезла с его лица, и он серьёзно посмотрел на своего друга.

— Вот надо было тебе сейчас о нём напоминать и портить мне нервы?!

— Ну, дружище, если мутишь? Мути тихо! А если тебя уже угораздило вляпаться в эту мутную историю, то имей мужество достойно из неё выпутаться. Ты, конечно, можешь на меня положиться, но только не надо меня постоянно напрягать этим!

— Разберёмся! — утешил Саша товарища, после чего вновь взялся за лопату и дальше продолжил обустраивать огневую позицию для пулемёта.

***

Ближе к вечеру подъехали остальные реконструкторы и в том числе Сашины одноклубники. Ребята, конечно же, были в восторге оттого, что площадка для интерактива уже полностью готова и им ничего не надо строить. Друзья быстро организовали «поляну»: соорудили импровизированный столик из деревянных снарядных ящиков и накрыли его сверху армейской плащ-палаткой. На стол вывалили всё, что было припасено в магазине: различные напитки и соответствующие закуски к ним. На этот пир начали стекаться камрады из других клубов и угощаться этим изобилием еды и питья. Катя тоже присоединилась к этому гастрономическому торжеству, чем сильно обрадовала Сашу. Причём Екатерина пришла не с пустыми руками, а с двумя бутылками первоклассного крымского вина, и под восхищённые возгласы и улюлюканье поставила сии дары на общий стол. Напряглась только Света, которая и не подозревала, что Катя тоже находится здесь. Светлана так и сверлила свою потенциальную соперницу пронзительным взглядом, осознавая, что та приехала сюда отнюдь не ради фестиваля реконструкции. А когда Екатерина приблизилась к Александру, и они крепко обнялись и обменялись лёгкими приветственными поцелуями, все страшные опасения Светы подтвердились. У девушки от охватившего её приступа гнева перекосило лицо, и нервно задёргался глаз, но никаких решительных мер она предпринимать не стала и продолжила делать вид, что всё в порядке.

— Фуф! Я уж думал, что ты не придёшь… — произнёс Саша, сияя от переполненных чувств.

Катя ласково посмотрела на любимого и, улыбнувшись, сказала:

— Я же не могла пропустить такое веселье и пир духа!

— Кто ты? — громко выпалила Света сбивающий с толку вопрос.

Повисла неловкая тишина. Собравшиеся друзья-реконструкторы тотчас перестали болтать и молча смотрели то на хельферин[2] из Ржевского клуба, то на Сашину подругу.

— В смысле? — переспросила Екатерина растеряно.

— Ты сказала, что ты «пердуха»!? — с издёвкой процедила Светлана.

Катя даже потеряла дар речи, не ожидая такого наглого сарказма и столь язвительного подкола. Она обескуражено обвела всех взглядом, когда парни начали неистово ржать в голосину.

— Света, ну ты чего так обижаешь нашу гостью, — нарочито строго вымолвил Саша, пытаясь свести всё как неудачную шутку, и пригрозил своей одноклубнице указательным пальцем. — Накажу!

— А я что? Я ничего… — отвертелась Света и, как ни в чём не бывало, смачно отхлебнула из своей кружки большой глоток пива.

Екатерина не придала особого значения этой выходке Светланы, мол, перебрала баба, с кем не бывает, но осадок всё же остался. А сонм подвыпивших реконструкторов продолжал громко гоготать и всячески забористо шутить. Кате хотелось серьёзно поговорить с Сашей, но в такой обстановке это было сделать весьма затруднительно. Она потянулась к Александру и шепнула ему на ухо: — Мы могли бы где-нибудь уединиться? Саша выразительно посмотрел на девушку и глаза его по-мальчишески блеснули. — Только поговорить! — поспешила вразумить молодого человека Катя, осознав, что он мог там себе напридумывать, неправильно поняв её слов. — Да, конечно! Рядом с нашим биваком есть сено, там можем посидеть вдвоём. Пара тихо отошла от шумной компании и уселась на кучу наваленного сухого сена. Саша сразу потянулся к Кате и стал целовать её в губы. Она ответила ему сладким поцелуем, но не так страстно и пылко, как это бывало раньше, когда они оставались наедине. Саша почувствовал это изменение, отлип от Катиных нежных губ и насторожённо спросил: — Так о чём ты хотела со мной поговорить? Екатерина вновь впала в небольшой ступор: в голове шла нешуточная внутренняя борьба; всё её нутро кричало и билось в истерике (расскажи, объясни ему всё, пусть он знает, какая опасность его ждёт); а с другой стороны, если он отдалится, и не будет общаться и любить её … от этого можно было просто сойти с ума. Пережить такого Катя уже не могла! Она всей душой хотела предостеречь своего любимого, и в тоже время боялась его потерять. И как ему сказать об этом, чтобы он всё правильно понял и не наломал дров? Екатерина никак не могла подобрать нужных слов. Всё плыло, размывалось и затуманивалось... — Я даже не знаю, с чего начать... — Начни с начала. — Ох… Саша, я очень тебя люблю, но боюсь потерять. Одна только мысль, что мы не сможем быть вместе, убивает меня. — О чём ты говоришь? Если ты хочешь, чтобы мы были вдвоём, то так и будет. И никто не сможет нам помешать в этом. — А как же мой муж? Сейчас я ему сказала, что пошла к девчонкам в госпиталь поближе познакомиться и помочь доделать интерактив, и то он нехотя отпустил… А что будет дальше? — А муж объелся груш. Да, он, конечно, у тебя не подарок, но, как известно —против лома нет приёма, если нет другого лома. — Что ты имеешь в виду? — Что и на старуху найдётся проруха. — Ты можешь уже не говорить загадками, а сказать прямо. — Конечно! Большой шкаф громко падает. — Ну, Саш, я серьёзно. — Расслабься, мы обязательно что-нибудь придумаем. Безвыходных ситуаций не бывает. — И всё-таки я очень переживаю за тебя. А если Семён расскажет Евгению, что видел, как мы целовались. Он же тогда тебя точно убьёт. — Я тебе обещаю, что всё будет хорошо, и я буду следить за собой. Давай сменим тему, расскажи лучше, как ты добралась сюда. Екатерина стала в подробностях рассказывать Саше, как тяжело было ехать в машине почти двое суток и как долго их мурыжили на КПП на паромной переправе.Влюблённым так хорошо было вместе, что они совсем забыли о времени и всполошились только, когда поняли, что немецкий лагерь вдруг опустел, и стало подозрительно тихо вокруг. — Комендантский час! — встревожено произнесла Катя и огляделась. — Как же мне теперь добраться до советского лагеря? — Пойдём, я тебя провожу. Может у нас получится проскочить и патруль нас не заметит.

— Евгений мне взбучку теперь устроит, что задержалась…

— Скажи, что засиделись с девчонками в госпитале.

— Не поверит…

***

Александр и Екатерина направились в сторону широкой грунтовой дороги, которая разделяла два лагеря и являлась своего рода нейтральной территорией. Они осторожно обошли палатки, где уже спали реконструкторы. Лишь изредка им встречались участники фестиваля, которые засиделись у костров и тихо перешёптывались. Влюблённая пара вышла к дороге и огляделась по сторонам. В сгустившейся тьме, в отсутствии централизованного освещения, на «нейтралке» никого не было видно и потому наши герои смело шагнули на проезжую часть в надежде быстро проскользнуть незамеченными.

— Halt und Hände hoch[3]! — послышался из темноты басовитый и грозный голос.

Саша с Катей замерли на месте, но руки вверх поднимать не стали. У Александра промелькнула мысль, что нужно резко рвануть и быстро бежать отсюда наутёк, но он тут же передумал, так как понял, что Екатерина может не понять его манёвра и останется одна стоять, застигнутая врасплох патрульными.

Из сумрака, будто из засады вышли два плотных реконструктора в форме немецкой полевой жандармерии, с соответствующими обвесами и оружием. На груди у них красовались висевшие на цепочках металлические горжеты с надписью на немецком «Feldgendarmerie», из-за чего солдаты Третьего рейха часто называли фельджандармов за глаза «цепными псами».

— Кто это здесь у нас? — спросил один из подошедших патрульных жандармов и подсветил лица влюблённой пары оригинальным немецким фонариком.

— Guten Abend! — поздоровался Саша и наигранно осклабился, щурясь от яркого света, направленного в глаза.

— Здрасти! — растерявшись, вымолвила Катя.

— Ваши удостоверения, битте! — распорядился изрядно упитанный старший жандарм в звании фельдфебеля.

Хоть наши герои и были одеты в исторические костюмы (Саша в форме унтер-офицера вермахта, а Катя в образе санинструктора РККА), но всё равно надо было проверить, что они не являются какой-нибудь местной шпаной, пробравшейся тайком на территорию и решившей поживиться реконструкторским хабаром. А для всех реконструкторов на «Поле боя» были изготовлены соответствующие свидетельства участников фестиваля. Удостоверение Саши было стилизованно под немецкий зольдбух[4], а у Кати была ксива в виде красноармейской книжки. Ребята молча достали из своих нагрудных карманов соответствующие документы и передали их грузному фельджандарму. Фельдфебель был настолько широк в своём объёме, что его китель, некогда бывший ему впору, сейчас так и норовил треснуть по всем швам. От полного фиаско этот мундир спасала только разгрузка в виде У-образной портупеи с поясным ремнём, но видно было, что и они испытывают мучительные натяжения и еле-еле держатся из последних сил, чтобы не лопнуть. Толстый реконструктор протянул руку и принял книжки наших героев, внимательно осмотрев развороты с фотокарточкой и указанием ФИО.

— Ну что, Александр и Екатерина, дисциплину хулиганим?! — сказал фельджандарм тоном заправского сотрудника ГИБДД, вероятнее всего, реально работающий в дорожной инспекции на гражданке. — Комендантский час нарушаем, переходим нейтральную полосу в неположенном месте...

— Товарищ фельдфебель, — обратился к старшему патрульному Саша, пытаясь иронизировать, чтобы смягчить обстановку и облегчить свою участь, — то есть хер фельдфебель! Вы же видите, что мы свои. Заплутали только в темноте, но никаких противозаконных действий не совершаем.

— Допустим, Александр, вы и свой, а вот фройляйн ваша из враждебного лагеря. Нельзя ей здесь находиться.

— Вы несказанно правы, господин фельдфебель, но…

— Порядок должен быть, а это не порядок. Придётся изъять ваши книжки и не допустить до участия в реконструкции.

— Да ладно, вы что это, серьёзно? — озабоченно вопросил Саша уже без дураков. Но переживал он больше не за себя, а за Катю: она проделала такой долгий путь сюда, чтобы попасть на этот фестиваль отнюдь не как зритель, а как участник запланированных масштабных реконструируемых сражений, и в итоге по недоразумению не принять в них участия — это было бы весьма обидно. — Мы ведь только засиделись в нашем расположении, вот и провожаю теперь свою девушку до советского лагеря.

— Правила придуманы для всех без исключения. Если все так будут шастать ночью по лагерям, то совсем беспредел начнётся. Нет, это надо пресекать на корню.

— Солидарен! Но может, всё-таки ограничимся устным выговором на первый раз? Обещаем, что впредь не будем больше нарушать эту вашу дисциплину.

Второй фельджандарм в чине унтер-офицера также не отличался спортивной фигурой, правда имел меньше избыточного веса, чем его коллега, но тоже был из любителей вкусно и сытно поесть от пуза. Складывалось впечатление, что в этот род войск набирали только разжиревших реконструкторов, а звания выдавали пропорционально объёму и массе тела. Он молча наблюдал за этим актом лишения прав (удостоверений участников), но быстро сжалился над заблудшими нарушителями правил поведения на фестивале и потому вмешался в накаляющуюся обстановку:

— Да ладно тебе, Гюнтер, отпусти ты их. Я Сашу и его клуб знаю. Они хорошие ребята!

Фельдфебель сначала состроил недовольную мину на лице, но потом протянул нашей паре книжки и неохотно буркнул:

— Свободны!

— Данкешонище! — обрадовано сказал Саша и забрал документы.

— Спасибо! — искренне поблагодарила Катя.

— Но если ещё раз мне попадётесь — расстреляю! — угрожающе предупредил Гюнтер, нарочито похлопав ладонью по свисающему с плеча охолощённому пистолету-пулемёту МР-40.

— Никогда больше! — заверил его Александр, и они вместе с Екатериной быстро перешли через дорогу.

Здесь пара уже наткнулась на реконструкторов пограничной службы НКВД, которые охраняли границы советского лагеря. Обнесённый колючей проволокой забор, КПП со шлагбаумом и вертухаи с винтовками Мосина — так выглядела эта закрытая территория, ассоциирующаяся с типичной тюремной зоной образца СССР. Саша даже невольно вспомнил название альбома «Все государства – концлагеря» панк-рок группы «Пурген», который слушал в беззаботной юности. Аналогия напрашивалась сама собой.

— Стой! Кто идёт? — рявкнул старослужащий усатый пограничник, стоящий рядом с полосатым столбом, выкрашенным в красно-зелёный цвет.

— Свои мы дядя, свои! — откликнулся Саша.

— Кто это «свои»? А ну стой, стрелять буду!

— Стою!

— Стреляю!

Солдат и впрямь вскинул с плеча винтовку и предупредительно передёрнул затвор, показывая тем самым, что он настроен серьёзно.

— Полегче, товарищ! Свои мы — реконструкторы. Я подругу свою провожаю до её палатки. Вот наши документы. Разрешите пройти?

Хоть над этим КПП и висел исторически правильный светильник, но тусклого света «лампочки Ильича» еле хватало, чтобы что-то разглядеть. К тому же этот худощавый реконструктор был уже в годах и слабовато видел. Он наклонился ближе, пытаясь разглядеть удостоверения участников, а потом пристально посмотрел на пришедших особ.

— Товарищ санинструктор может пройти, — строго произнёс пограничник, характерно пригладив свои усы указательным пальцем, и добавил Саше, — а Вам проход запрещён!

— Гражданин начальник, ну смилуйтесь. Катя моя девушка, позвольте, я её до палатки провожу и сразу вернусь?

— Велено немчуру ни под каким предлогом не пропускать! Пущай барышня идёт, ничего с ней не случится.

— Саш, я правда дойду сама, тут недалеко же. — сказала Катя и повернулась к своему любимому человеку.

Александр заключил Екатерину в объятия и нежно чмокнул её в щёчку. Она покорно подчинилась и прижалась к нему почти всем телом, уткнувшись лицом в его грудь. Саша понимал, что сейчас нет возможности развить этот контакт и предаться страсти. Во-первых, он чувствовал себя немного неловко от того, что был грязный и пропахший потом после строительства, а во-вторых, его удерживало присутствие Катиного мужа где-то рядом. Если первую проблему он ещё мог как-то решить и найти место, где можно было бы умыться, то с Евгением он пока не знал, что делать и как поступить.

Они стояли, обнявшись почти минуту, и никак не могли отпустить друг друга, пока усатый реконструктор погранзаставы не стал недовольно кырхать.

— Gute Nacht! — пожелал Александр Екатерине доброй ночи, отпустил её и зашагал в сторону своего расположения.

— Спокойной ночи! До завтра! — улыбнулась ему Катя и тоже отправилась к себе.

Стараясь вновь не попасться на глаза патрульным фельджандармам, Саша обошёл советский лагерь вдоль колючей проволоки и приблизился к забору, который отделял территорию фестиваля от «большой земли». Проходя по краю этого ограждения, Александр услышал характерный стук металлических колёс по стыкам рельс проезжающего поезда и понял, что совсем рядом находится железная дорога, а затем заметил небольшую брешь в заборе, и это навело его на определённые мысли. После чего наш герой осторожно прошмыгнул на немецкую сторону и тихо, чтобы не разбудить спящего Виктора, аккуратно пролез и улёгся в их палатке. Саша сразу достал свой мобильный телефон и набрал сообщение Екатерине:

Александр:

Как ты там, Катюш? Евгений сильно ругался за твоё опоздание?

Через минуту пришёл от неё ответ:

Екатерина:

Я зашла в палатку, а он спит. Напился видать с реконами и вырубился…

Александр:

Он ещё и пьёт? Он же вроде как спортсмен?!

Екатерина:

Раньше был спортсменом, а теперь всего лишь тренер и может позволить себе пить алкоголь.

Александр:

Однако! Хотя с реконструкторами поведёшься, и не такое начнёшь себе позволять.))

Екатерина:

Вот, вот!)) Ладно, Саша, я устала сегодня очень, буду ложиться. Ещё раз доброй ночи!)

Александр:

Сладких снов, любимая! Целую, обнимаю.)

Саша убрал телефон и приготовился ко сну. Он тоже был уставший и сильно хотел спать, только вот сон долго не шёл к нему в эту ночь. Александр всё размышлял о предстоящих реконструкциях и как бы ему поступить, чтобы уединиться с Екатериной и насладиться её любовью. Тогда он и вспомнил о замеченной дыре в заборе, и у него сразу созрел дерзкий план побега.

***

Подъём был ранним, а пробуждение тяжёлым. Все участники с трудом поднимались и неспешно одевались по форме. Наступала пора открывать интерактивные площадки для посетителей фестиваля и готовиться к первым эпизодам исторических сражений.

Первая реконструкция «Время отступлений и поражений» повествовала о событиях лета 1941 года. Немецкий вермахт топтал своими подкованными сапогами советскую землю. Но, встретив отчаянное сопротивление красноармейцев, немцы залегли и уже продолжили атаку, заходя во фланги обороняющимся при поддержке своей бронетехники. Вскоре кольцо окружения сомкнулось, и часть советских бойцов сдалась на милость победителям этой битвы, а остальные доблестные защитники отечества героически погибли.

Так завершился этот эпизод, наглядно имитирующий первые дни войны. Так исторически сложилось, и ничего здесь исправить уже было нельзя. Конечно же, это совсем не патриотично — показывать современному российскому обывателю картину первоначальной победы немецкого оружия над доблестной Красной армией. Ветераны той войны ещё были живы, дети их и внуки ещё помнили рассказы своих отцов и дедов обо всех тяготах, лишениях, ужасах и бесчинствах, пережитых в те огненные годы. Хоть и прошло время, и нет уже государства СССР, но его приемник — Российская Федерация чтит и помнит своих героев и живых и мёртвых! Но, тем не менее, история не имеет сослагательного наклонения и что было — то было.

Организаторы старались каждый эпизод реконструируемого периода максимально приблизить к историческим реалиям. Проводили тщательный отбор участников с большим опытом в военно-исторических реконструкциях со своей аутентичной формой и амуницией, соответствующей определённому году военного времени и роду войск. Подбирали качественно бронетехнику и артиллерию, чтобы всё совпадало со штатным расписанием и датой принятия на вооружение. В плане подготовки, организации, по размерам площадки, используемой пиротехники, по количеству участников и техникифестиваль «Поле боя» можно было считать одним из самых масштабных и грандиозных мероприятий в военно-исторической реконструкции, да и в культурно-просветительской сфере, в частности.

После отгремевшей масштабной батальной сцены зрители остались наблюдать за мини эпизодами, а все основные участники битвы стали разбредаться по своим лагерям на отдых после изнурительного боя.

— Честно говоря, не ожидал я такой концовки… — поделился Александр своими впечатлениями, когда они шли с Виктором по запылённой нейтральной полосе в сторону своей палатки.

— А что не так? Ты не рад, что мы победили?

— С одной стороны — да, а с другой, зачем показывать зрителям реконструкцию, где немцы выигрывают сражение?

— Ты загоняешься напрасно, Саня! — поспешил успокоить своего друга Витя, смотря себе под ноги. — «Орги» подошли к этому вопросу весьма тривиально, решив его с максимальной исторической аутентичностью. Забудь! Лучше посмотри, как антуражно зафактурились сапоги от пыли.

Саша недоумённо посмотрел сначала на камрада, а потом на свою сильно запылившуюся обувь и произнёс:

— Да уж, Витя, ты как всегда неотразим. Я тебе про глобальные проблемы рассказываю: что ледники тают, что дети в Африке голодают, в космосе чёрные дыры всё засасывают… А ты мне мелишь про осевшую пылищу на сапогах…

— Ну, круто же, глянь! — выпалил Виктор, и как малый ребёнок, пнул сапогом бугорок у обочины, что вызвало густое облако пыли. — Этот фестиваль надо было назвать не «Поле боя», а «Поле пыли».

— Ты, наверное, хотел сказать «Пыле боя»?!

Друзья весело рассмеялись и ударили по ладоням, в знак признания удачной шутки. И тут Александр заметил идущую им навстречу Екатерину в паре с пышногрудой женщиной в годах, которая тоже была в форме санинструктора РККА.

— Привет, ребята! Что это вас так развеселило? — улыбнувшись, спросила Катя и по-дружески чмокнула парней в щёки. — Празднуете победу?

— Пущай! Недолго им радоваться осталось, — саркастически вымолвила напарница Екатерины.

Саша и Витя оценивающе посмотрели на женщину и даже дар речи потеряли на мгновение от её внушительного вида и манеры общения.

— Это ещё почему, позвольте узнать? — ехидно осклабился Витя.

— Завтра будет эпизод по 1945 году. Посмотрим, кто будет хорошо смеяться последним…

— Хотел бы я посмотреть, как смеялся последний динозавр… — очарованно пробормотал Виктор.

— Мальчики, знакомьтесь, это Наталия, — представила Катя свою новую подругу. — Она взяла меня под своё крыло на время проведения фестиваля.

— Здравия желаю! Саша, — поприветствовал Александр Катину наставницу.

— Guten Tag! — поздоровался Витя и шутливо отрекомендовался, — Виктор фон Клаус. Но для Вас можно просто Викто́р.

— Хорошо, Витёк! — подмигнула Наталия. — Расслабься, паря!

— Сдаётся мне, фройляйн, Вы хотели меня обидеть?

— А ты что, из обидчивых будешь?

— Нет, из ржевских я.

— Респект!

— Богиня… — совсем поплыл и разомлел Витя.

— Ладно, друзья, пойдёмте купаться. Наталия знает, где тут неподалёку отличный пруд находится, — радостно объявила Екатерина.

— Ausgezeichnet[5]! — почти хором выдали парни.

— Это то, о чём я сейчас больше всего мечтаю, — произнес Виктор, закатив глаза и предвкушая спасительное окунание в прохладную водицу. — А то от беготни по полю и от этой жарищи уже всё тело зудит от пота.

— Только надо сначала обвесы скинуть и кителя снять, а то охрана нас за территорию в таком виде не пропустит, — напомнил порядок Саша.

— Верняк!

После того, как ребята разоблачились из солдат вермахта и приняли почти повседневный гражданский вид, они отправились с девушками к заветному водоёму, где действительно, у небольшого села находился приличного размера ухоженный прудик. Ребята были несказанно рады. Все быстро и весело поснимали с себя одежду и резво побежали окунаться с криками и брызгами, словно одичавшие люди, которые не видели воду уже несколько лет.

Вдоволь насладившись купанием, друзья вернулись на территорию фестиваля уже ближе к вечеру. И проходя мимо колючей проволоки советского лагеря, они стали свидетелями любопытного и в тоже время внушающего страх, представления.

На небольшом плацу между палатками находились реконструкторы РККА, с любопытством наблюдающие за действиями одного мастера восточных единоборств. Этим мастером был Евгений, который устроил для присутствующих показательное выступление с приёмами каратэ и тхэквондо и виртуозно отрабатывал броски через себя на добровольцах. При этом он комментировал каждый свой шаг:

— Если на вас нападает человек и пытается нанести удар кулаком в челюсть, то можно отбить его руку, а потом перехватить вот таким образом. Затем надо как бы поднырнуть под нападающего и перекинуть его через себя. Сейчас я покажу, как это делается в полную силу.

Наш сенсей встал в исходное положение, а его худощавый партнёр по спаррингу изобразил хук с правой. Этот удар мастер с лёгкостью парировал и, сделав резкий выпад, эффектно бросил бедолагу на траву, но так аккуратно, что тот не успел испугаться и даже не ударился сильно о землю. Собравшийся амфитеатр бурно зааплодировал. Евгений помог подняться парню и продолжил хвастаться своим мастерством дальше:

— Есть ещё добровольцы?

— А со мной справишься? — подначивая, сказал один реконструктор-здоровяк с добрым лицом.

— Легко! Выходи.

Народ начал задиристо улюлюкать и подбадривать вышедшего верзилу, предвкушая потешное шоу. Евгений сам был тот ещё детина, но по сравнению с этим полноватым амбалом, казался почти мелюзгой.

— Главное не бояться своего противника, даже если он выше вас. С помощью рычагов давления, можно опрокинуть человека даже больше вашей весовой категории. Например, вот так. Хватай меня!

Огромная рука реконструктора замахнулась на Евгения в попытке схватить того за грудки. Мастер боевых искусств обхватил запястье нападающего и стал выгибать его ладонь в обратную сторону. Из-за нестерпимой боли громила скривился, издав протяжный стон, а затем осел на колени. Евгений дёрнул практически уже побеждённого бойца на себя и тот повалился всем своим объёмным телом наземь.

— Вот так просто нивелируется разница в массе.

Сонм восторженно ликовал. Человек-гора медленно поднялся на ноги и присоединился снова к толпе. Среди публики начали раздаваться призывающие возгласы:

— Покажи ещё что-нибудь!

— Самый твой убойный приём…

— Даёшь «руку смерти»!

Евгений сначала начал отнекиваться, что не готов сейчас демонстрировать свой самый лучший и смертоносный удар, но краем глаза заметил стоящего за забором Сашу, а рядом с ним и Катю. В нём сразу взыграла кровь и он повелел:

— Дайте мне кирпичи!

Несколько реконструкторов быстро подсуетились и достали из остывшего костра несколько кирпичей и уложили их в стопку перед мастером.

— Надеюсь все смотрели фильм «Кровавый спорт» с Жан-Клодом Ван Даммом?

— Да, да... — завопил собравшийся на зрелище люд.

— И помните фирменный удар героя с разбиванием нижнего кирпича?

— Помним, видели, знаем...

— Но вы не видели этого вживую... —ухмыльнувшись, сказал Евгений и вызывающе посмотрел на Александра. А затем укоризненно махнул головой, как бы невербально сообщая ему: «смотри, что тебя ждёт, если не отстанешь от моей жены».

Мастер встал в боевую стойку и несколько секунд стоял неподвижно, переводя дыхание и концентрируя внимание на сложенных друг на друга кирпичах. Народ замер в ожидании чуда. Наши герои тоже не шевелились и неотрывно наблюдали за происходящим действием. Наконец, Евгений запрокинул высоко правую руку и, издав громкий вопль, нанёс мощный удар тыльной стороной ладони по верхнему кирпичу. Но твёрдый строительный материал остался цел и невредим, а вот самый нижний кирпич разлетелся вдребезги.

Столпившиеся реконструкторы неистово закричали от восторга. Евгений встал ровно и благодарно поклонился зрителям, которые наградили сенсея бурными овациями. Он снова презрительно взглянул на Сашу и самодовольно подмигнул. После чего люди стали подходить ближе к мастеру и расспрашивать, как он научился этому невероятному приёму. Народ буквально окружил Евгения и завалил его кучей вопросов.

Екатерина прильнула ближе к Александру и чуть слышно произнесла:

— Вот о чём я тебя предупреждала. С ним шутки плохи...

— Это, конечно, выглядит впечатляюще, — Саша, словно заворожённый, продолжал смотреть на своего потенциального соперника, — но не думаю, что такое он может повторить с человеком.

— Вообще-то, подобные инциденты уже были, и я тебе рассказывала об этом. Слава богу, обошлось без летальных исходов.

— Мдя... Но на каждое действие, есть своё противодействие. И мы его найдём!

— Сомневаюсь!

—А ты не сумливайся. «Надо радоваться, не надо напрягаться». — попытался пошутить Саша, процитировав Александра Пушного, но Катя иронию не восприняла категорически.

— Я пойду к себе, отдыхать. Увидимся завтра! — произнесла девушка и быстро, чтобы никто не заметил, чмокнула любимого в щёку, развернулась и смиренно зашагала в расположение советского лагеря.

— Ты даже не придёшь к нам в гости вечером? — в надежде спросил Александр.

— К сожалению... — огорчённо произнесла Екатерина, удаляясь от него.

Что ж, если гора не идёт к Магомету, то Магомет сам придёт к горе. — подумал Саша и обернулся, выискивая глазами своего друга.

Витя стоял чуть поодаль и жеманно флиртовал с Наталией. Она была явно не против его настойчивых ухаживаний, но всё-таки что-то её сильно удерживало. Александр не стал им мешать и отправился к своей палатке разрабатывать свой гениальный план ночной вылазки.

Поздним вечером, когда все зрители уже разъехались, реконструкторы начали собираться в своих лагерях небольшими группами, чтобы продолжить отмечать удачно пройденный первый день фестиваля, долгожданную встречу старых друзей, новые интересные знакомства и просто ещё один прожитый день. Саша в этот раз присоединяться к своим камрадам не стал. Он остался лежать в палатке наедине с самим собой и что-то пытливо обдумывал. Вдруг он услышал рядом шаги и знакомый голос Светланы.

— Саша, ты там?

— Никого нет дома, — неохотно отозвался Александр, намекая на то, что он не хочет ни с кем сейчас разговаривать.

— Вот я тебя и нашла, — радостно произнесла Света, отводя в сторону одну полу палатки, и бесцеремонно протиснулась внутрь. — Чего ты один тут грустишь, когда все развлекаются?

— Света, я хочу побыть один.

— А я хочу быть с тобой, — сказала девица и потянулась к его губам, пытаясь поцеловать Сашу.

Ему в нос ударил резкий запах дешёвого алкоголя, и Александр догадался, что его одноклубница находится подшофе и потому так развязно себя ведёт. Он отвернул лицо в сторону и не поддался на этот вульгарный выпад подруги.

— Свет, у меня нет настроения сейчас общаться.

— Так я тебе его подниму... и не только настроение.

Светлана широко улыбнулась и положила свою ладонь на ширинку его штанов, крепко сжав пальцами его причинное место.

— Нет! — сказал Саша и убрал её руку от себя.

— Ну, ты чего такой скучный?

— Ты прекрасно знаешь, что у меня есть девушка, которую я люблю. А ты до меня так грязно домогаешься.

— Кто? Эта крымская пигалица? — резко возмутилась Света. — Да она тебе и в подмётки не годится.

— Не смей о ней так говорить!

— Может ты забыл, что у неё есть муж, который к тому же ещё и каратист? Он же из тебя котлету сделает, если узнает, что ты с ней шашни крутишь...

— А вот это вообще не твоего ума дело. Лучше иди и поищи себе другую жертву. Сейчас в лагере полно выпивших реконструкторов, которые не прочь развлечься.

— Да пошёл ты! — раздражённо процедила Света и выскочила из палатки как пуля.

На выходе она чуть не сбила с ног Виктора, который как раз хотел в этот момент зайти в палатку. Он успел только вымолвить:

— Оу, аккуратнее!

Света злобно зыркнула на него и рявкнула как одержимая:

— И ты ещё тут!?

— И я тут, — немного сконфузился Витя, не ожидая такой прыти от Светланы.

— Да пошёл ты тоже! — в ярости крикнула девица.

— Э-э-э... Полегче, подруга! Ты чего такая разъярённая?

— У командира нашего спроси! — выпалила Света и пошла прочь, ворча себе под нос. — Ну, посмотрим ещё… Пожалеешь ты ещё у меня...

Виктор непонимающе хмыкнул и полез в палатку. Александра он застал спокойно лежащим на расстеленной немецкой шинели.

— Что-то наша хельферин совсем того... — начал Витя разговор с другом. — С ума, что ли, сходит от безответной любви?!

— Да уж. Прям какое-то обострение у всех началось, — нехотя отозвался Саша.

— Это ты верно подметил, mein Freund! Я сейчас тоже собираюсь наведаться в палатку к Наталье после отбоя. Ух, как же она меня заводит…

— Ты серьёзно? Она же тебе почти в матери годится.

— Неважно! — заверил Виктор камрада. Он тщательно перебирал свой рюкзак в поисках презервативов. — Дама ещё в самом соку и, похоже, давно не знала мужской ласки.

— Ну, хорошо! А как ты пройдёшь мимо «цепных псов» и вертухаев? Они, наверное, сейчас устроят настоящую охоту за такими «донжуанами», как ты.

— Саш, ну ты словно первый день в разведке! Есть там одна «козья тропка», через которую можно прошмыгнуть в советский лагерь. Я по ней ещё в прошлом году на ту сторону к девчонкам бегал. — Витя ехидно подмигнул и достал искомую пачку резиновых изделий. — Нашёл!

— Отлично! — буркнул Саша и выхватил пачку кондомов из рук товарища.

— Эй! — опешил Виктор от ловкости Александра. — Мне это нужно.

— Мне тоже! Я знаю, у тебя там их ещё много в заначке. Бери и пойдём.

— Да уж, как говорится: «Любовь — как костёр, не кинешь палку — погаснет».

— Фу, Витя, где ты нахватался этой пошлости?

— Не мы такие — жизнь такая!

— Ладно, пошли уже, философ доморощенный, покажешь, где там можно незаметно перейти через «нейтралку».

***

Саша с Витей, словно ночные воры прокрались ближе к нейтральной полосе. В лагере стояла практически гробовая тишина, лишь стрекотания сверчков и потрескивания догорающих костров нарушали эту молчаливую идиллию. После отбоя все реконструкторы разошлись по своим палаткам и сладко спали: кто измученный жарой и работой на площадках, а кто-то свалился от чрезмерно выпитого алкоголя. А все нарушители порядка и покоя были выпровожены за пределы фестивальной территории фельджандармами и чоповцами.

— Ну, и где эта козлиная дорожка? — шёпотом поинтересовался Саша у друга.

— Да вон там... — чуть слышно произнёс Витя, указывая куда-то в непроглядную тьму.

Ребята сознательно не брали с собой фонарики и не подсвечивали себе путь включенными телефонами, чтобы их ненароком не заметили патрульные. А освещения здесь явно не хватало: только отсвет неполной луны еле-еле освещал прилегающую местность, по которому можно было хоть немного ориентироваться в пространстве.

— Там у самого забора? — переспросил Александр, кивнув в сторону колючей проволоки.

— Да, у «колючки», отделяющей нормальных людей от нас, — подтвердил Виктор.

— Таки-шо вы имеете против нормальных людей? — картавя, спародировал Саша.

— Ну… А чего они заперли нас здесь, как на зоне?! Так совсем одичать можно.

Друзья тихо захихикали, подавляя в себе желание рассмеяться в полную силу. Видимо, так они боролись со своим нервным напряжением от совершения этого лихого и отчаянного поступка. А затем замолкли, услышав на дороге шаги проходящих мимо фельджандармов, и сильно прижались к земле, тихо провожая взглядом удаляющийся патруль.

— Пора! — сказал Витя, когда путь оказался свободным.

Друзья осторожно поднялись с места и быстро пересекли нейтральную полосу, разделяющую реконструкторские лагеря. Они подошли к углу импровизированного забора и Виктор объявил:

— Это здесь.

— Где? — непонимающе спросил Александр, разглядывая сплошной забор из колючей проволоки.

— Да вот же, внизу, — вымолвил Витя и развёл руками высокую траву, под которой находилось углубление в земле, достаточное, чтобы туда смог пролезть взрослый человек. — Давай за мной.

Виктор прошмыгнул первым, а вслед за ним пролез и Александр.

— Да это не тропка, а самый настоящий подкоп, — сыронизировал Саша в упрёк своему товарищу.

— Ну, я же фигурально выразился.

— Ладно! Ты хотя бы знаешь, где палатка Наталии находится?

— Примерно представляю. Вторая слева в четвёртом ряду от КПП, вроде...

— Ну, ты даёшь, разведчик тоже мне. Тогда дерзай, удачи тебе!

— Тебе тоже.

Наши герои разделились, и каждый пошёл к своей цели. Витя отправился разыскивать палатку Наталии, а Саша украдкой направился к Кате. Ему особо искать её палатку не пришлось, так как рядом с их укрытием был вбит шест с табличкой, на которой было начертано название крымского клуба реконструкции. И даже скудное освещение луны позволило Александру заметить искомый ориентир. Он осторожно приблизился к растянутому брезенту и оглянулся по сторонам: нет ли кого-то вокруг. Затем достал телефон из кармана и написал сообщение Екатерине:

Александр:

Доброй ночи! Не спишь ещё?

Послышался приглушённый, но всё же звонкий сигнал полученной эсэмэски. Буквально через минуту на Сашин телефон пришёл ответ от Кати:

Екатерина:

Доброй! Не спится…

Александр:

А муж спит?

Екатерина:

Опять напился и дрыхнет как сурок.

Саша широко улыбнулся и быстро набрал новое сообщение:

Александр:

Тогда выходи, гулять пойдём.))

Екатерина:

Ты спятил? А патруль? Я пока до тебя дойду, меня раз десять уже повяжут.

Александр:

Не повяжут. Меня же не повязали. )

Екатерина:

А ты где сейчас?

— Я здесь! — шёпотом произнёс Саша.

Внутри палатки послышались шорохи, и вскоре голова Екатерины высунулась наружу.

— Но как ты сюда пробрался? —тихо спросила Катя, изобразив приятное удивление.

— Прилетел на крыльях любви! — довольно громко и эмоционально ответил Александр.

— Тссс... Подожди, я сейчас.

Екатерина скрылась в палатке и через пару минут тихонько выбралась оттуда.

— И куда мы пойдём гулять? — поинтересовалась девушка и прильнула к Саше.

Александр обнял её крепко и нежно поцеловал в щёчку, а затем произнёс:

— Мы пойдём гулять по минному полю!

— На площадку, где проводятся реконструкции? — недоумённо переспросила Катя. — Там всё ещё заминировано пиротехникой?

— Вообще-то я образно выразился. Хотя, возможно там, куда мы пойдём, пасутся коровы, и они могли тоже свои мины там навалить.

— Ну, серьёзно, Саша?!

— Сейчас сама увидишь.

Они осторожно направились в сторону забора, где находился тайный выход из лагеря, шагая практически на цыпочках, чтобы никого не потревожить и не привлечь к себе внимания. Влюблённые пролезли под колючей проволокой и вышли на нейтральную полосу. Саша принялся высматривать дыру в изгороди, ведущую на «волю», которую он заметил ранее. Наконец, он отыскал эту брешь, и только они решили перебраться через неё, как вдруг в советском лагере раздались истерично-визжащие женские крики и грохот падающей алюминиевой посуды.Саша и Катя остановились и изумлённо обернулись на шум. Через несколько секунд они заметили стремглав бегущего в их сторону взъерошенного Виктора. Он быстро нырнул в подкоп под «колючкой», перед этим пробегая мимо своих друзей запыхавшись крикнув:

— Посторонись!

Александр, наблюдая, как его друг проворно втискивается в отверстие в заборе, спросил у него:

— Что случилось?

— Это фиаско, братан!

— Что — Наталья не дала?

— Хуже! Палаткой ошибся...

Саша и Катя рассмеялись, но быстро оборвали свой смех, так как услышали громкие трели свистков и увидели, как к ним бежали знакомые пухлые фельджандармы, подсвечивающие себе дорогу фонариками.

— Быстрее пролезайте! Живо!— подгоняя друзей, закричал Виктор, уже оказавшийся по ту сторону ограды.

Александр помог пролезть замешкавшейся Екатерине, а затем сам резко просочился в щель в заборе, как раз в тот самый момент, когда патрульные почти уже догнали нарушителей порядка.

— Halt! Стоять! — истошно кричали они, то на немецком, то на русском языке.

Но наша троица уже успела отбежать на безопасное расстояние. Затем друзья снова разделились: Витя пошёл искать альтернативный вход на территорию фестивальной площадки, а влюблённая пара отправилась к железной дороге по своим амурным делам.

Перейдя через железнодорожную насыпь, Саша и Катя спустились вниз на небольшой луг с высокой травой. Саша подыскал подходящее место и стал притаптывать траву на ровном пяточке земли. Затем снял с себя китель и постелил его на примятую зелень. Галантным жестом Александр пригласил Екатерину на их импровизированное ложе, и они с удовольствием предались любовным утехам.

Их тела переплелись в блаженной неге бурной страсти. Они долго наслаждались сладким и нежным соитием.

В предрассветных сумерках со стороны Москвы послышался нарастающий гул и тот самый знакомый стук металлических колёс на стыках железного полотна. И в самую кульминацию наслаждения, электропоезд пронёсся по рельсам мимо влюблённой пары, издав затяжной победоносный гудок, что придало этой картине маслом забавных и гротескно-пикантных красок.

— Ты жива? — заботливо спросил Саша, когда они закончили и лежали, откинувшись тяжело дыша.

— Ты из меня все соки выжал… — ответила Катя, переведя дух и улыбнувшись, добавила. — Ну, сейчас передохну немного, и отыграюсь на тебе.

— Прям как в том анекдоте: «Дорогой, войди в меня снова. Погоди, я ещё в себя не пришёл».

— Ничего не знаю. Готовься, скоро я пойду в наступление. Ты мне ещё за 41-й ответишь.

— Ох, ёёёё… Может, заключим сепаратный мир?

—Только безоговорочная капитуляция!

— Тогда я ещё посопротивляюсь.

— Это бесполезно! Стратегическая инициатива теперь на моей стороне.

— Что ж, придётся отступать с боями и зарываться в глухую оборону.

— Не поможет. Теперь ты у меня всегда будешь под прицелом.

— Однако! — удивился Александр и повернулся к Екатерине. — А поподробнее?

— В следующих реконструкциях я буду снайпером. Наталья договорилась со своим клубом, и мне дадут маскхалат и винтовку с оптическим прицелом.

— Ну, славься! А из тебя, кстати, получится весьма соблазнительный снайпер.

Саша обнял Катю и сладко поцеловал. Затем они снова слились в единый комок любви и страсти, а после так и уснули нагишом в объятиях другу друга совсем без сил.

***

Мощная и оглушительная канонада разбудила наших спящих «голубков», от чего они с испугу аж подскочили.

— Что происходит? — обеспокоилась Екатерина, не успев понять спросонья, что за взрывы раздаются по другую сторону железной дороги.

—Реконструкция уже началась! — констатировал Александр и посмотрел на наручные часы. — Мы всё проспали.

— Что теперь делать?

— Пойдём обратно в лагерь. Будем собираться на следующий эпизод.

— Теперь Евгений нас обоих точно убьёт.

— А вот это мы ещё посмотрим… — сказал Саша, спешно одеваясь. —Мы его не мытьём, так катаньем одолеем.

— Эх… он сам кого хочешь закатает, — парировала Катя, застёгиваясь на ходу, когда они уже преодолевали насыпь.

А в это время на фестивальной площадке разворачивалась масштабная батальная сцена «Встречный танковый бой» 1943 года, имитирующая битву на Курской дуге. Организаторы по максимуму собрали здесь танки и самоходные установки с обеих сторон для проведения этого постановочного сражения, чтобы обеспечить зрителей (которых насчитывалось несколько десятков тысяч) впечатляющим зрелищем.

Эта реконструкция была действительно яркой и довольно интересной: танковые армады двинулись навстречу друг другу, неслись в атаку, подбивая цели и тараня вражеские бронированные машины, гремели выстрелы, грохотала артиллерия, рвалась пиротехника, солдаты шли в условный смертельный бой. В центре площадки всё переплелось в одну большую кучу: танки, люди, дым, земля...

В этом побоище по сценарию победила Красная армия. Советские солдаты отважно дошли до линии траншей вермахта, повергнув вражеских солдат и гордо вскинув вверх красное знамя, к всеобщему ликованию зрителей. А после этого импровизированного боестолкновения у участников был обед и немного времени для отдыха. Затем наступила подготовка для следующего третьего грандиозного эпизода 1945 года.

Саша и Катя зашли на территорию через центральный КПП, предъявив охранникам свои удостоверения участников фестиваля. Они прошли вдоль площадки, где в данный момент проводилось сражение и вышли на грунтовую дорогу, разделяющую два лагеря реконструкторов. Здесь им навстречу попался Семён, который почему-то тоже не участвовал в этом эпизоде, а тёрся рядом с колючей проволокой, ограждающей советский лагерь. Он лишь проводил хитрым взглядом наших героев и, ехидно улыбнувшись, сплюнул горькую слюну на пыльную землю. Саша даже толком не обратил на него внимания, но сразу заметил выбежавшего с немецкой стороны Виктора с весьма недовольным лицом, а вслед за ним и остальных своих одноклубников.

— Саня, где вы были? — возмущённо затараторил Витя. — Мы вас обыскались везде. Реконструкция началась давно, а тебя всё нет, и трубку не берёшь.

— Шли бы без меня, — только и нашёл, что сказать Саша.

— А как мы пойдём? Мы же не знаем, где наше положение по сценарию и какую задачу нам надо выполнять.

—Ну, прибились бы к какому-нибудь знакомому клубу. Чего теряться-то?

— Без твоего приказа мы и шагу не сделаем, — нарочито пафосно произнёс Виктор и поднял правую руку с указующим перстом вверх. — Ибо устав!

— Боже, какая патетика! Но мне это льстит, что вы чтите меня как вашего командира.

— Сейчас я порешу вашего командира! — раздался грозный голос, полный гнева и жажды мести.

Все обернулись в сторону советского лагеря, откуда к ним приближались разъярённый супруг Екатерины и рядом с ним пресмыкающийся Семён.

— Вон он, вон… с твоей женой вместе… — мерзко гнусавил Семён, указывая громиле на своего обидчика.

— Сейчас ты мне, гад, за всё ответишь! — свирепо процедил Евгений, показательно засучивая рукава гимнастёрки.

— Нет, Женя, опомнись! — взмолилась Катя и заслонила своим телом Сашу.

Александр схватил Екатерину за плечи и силой перекинул её за свою спину и приготовился к неминуемой встрече со своим соперником.

— Евгений, давай поговорим как мужчина с мужчиной, — предложил Саша, в надежде на мирный и конструктивный диалог.

— Я тебя сейчас удавлю, гнида!

Все прекрасно осознавали, что Катин муж сейчас находится в неистовой ярости и может реально наломать дров, а точнее кирпичей: ещё свежи были воспоминания с его показательным выступлением фирменного удара «рукой смерти». Потому адекватного разговора с разгневанным мастером боевых искусств сейчас точно не получится. Витя и остальные ребята из клуба вышли толпой наперерез и преградили взбешённому ревнивцу путь к Саше.

— Прочь с дороги! — озлобленно взревел Евгений, но остановился перед живой преградой. — Или полетят ваши клочки по закоулочкам…

Никто из парней не шевельнулся, и все смело смотрели в глаза рассерженному громиле.

— Ну, оккупанты кляты, растудыть её туды, сейчас вы у меня все костьми в землю ляжете!

И только взъерепенившийся супруг хотел приступить к выполнению своих намерений, как в этот самый момент к нему сзади подошли два наших знакомых упитанных фельджандарма.

— Какие-то проблемы, товарищ? — совершенно спокойно спросил Гюнтер, при этом специально иронично произнеся последнее слово с сильным немецким акцентом.

Евгений обернулся и оценивающе посмотрел на подошедших патрульных в немецкой форме, но их вид и статус нисколько не смутил его буйного нрава.

— И вы здесь?! Сейчас и вам достанется на орехи…

Семён быстро понял, что запахло жареным, и поспешил трусливо ретироваться отсюда подальше. Накалившуюся опасную обстановку удивительным образом смогла погасить Екатерина. Выбежав из-за Сашиной спины, она сходу врезалась в грудь своего сердитого мужа и со слезами на глазах начала быстро причитать:

—Женя, миленький, оставь их, не трогай… Они ни в чём не виноваты! Пойдём в нашу палатку, я тебя прошу, пожалуйста! Нам надо готовиться к следующей реконструкции… помоги мне собраться… мне же снайпером надо выйти…

Напряжённый сгусток нервов вдруг легко подёрнулся, и Евгений неожиданно для всех резко переменился в душе. Видимо, ласкательные слова своей супруги на него подействовали должным образом, словно по мановению волшебной палочки, преобразив жестокого и безжалостного бугая в покладистого и пушистого зверька.

— Конечно, милая! Я помогу тебе, — смягчённым тоном ответил Евгений, и жена повела его за собой в сторону советского лагеря.

Все свидетели этой критической сцены уже успели выдохнуть с облегчением и опрометчиво расслабиться, но Катин муж снова обернулся к Саше и, уходя, показал характерным движением руки по шее, что не сносить ему теперь головы. Виктор и остальные одноклубники повернулись к Александру и молча уставились на него, ожидая, как он отреагирует на этот жест.

— Что вы так уставились на меня. Всем марш готовиться к следующему эпизоду.

***

Завершающая фестиваль «Поле боя» реконструкция «Вперёд к Победе! Битва за Берлин» началась. На зрительских трибунах не было пустого места: желающих посмотреть это эпохальное событие оказалось даже больше, чем рассчитывали организаторы. Потому многие стояли по краям площадки вдоль барьеров и довольствовались даже таким скромным видом. Комментатор громко поприветствовал всех собравшихся зрителей и участников мероприятия, а затем принялся освещать происходящее сражение.

Первыми в отчаянную атаку пошли немецкие солдаты. Реконструкторы Красной армии самоотверженно сдержали этот натиск и не дали врагу прорваться через свои хорошо укреплённые позиции. Агрессоры, понеся ощутимые потери в живой силе, отступили на свою передовую линию траншей, чтобы перегруппироваться и приготовиться к контратаке советских войск.

Пока длилось первое наступление немцев, Евгений в маскхалате «амёба», который носили во время войны советские разведчики и снайперы, осторожно пробирался к вражеским позициям по краю поля, где проходило игровое сражение, с твёрдо зажатой в руке самозарядной винтовкой СВТ-40. Он был настроен весьма решительно и потому очень внимательно выискивал свою потенциальную жертву. И когда немцы вернулись после неудачной атаки в свои окопы, Евгений заметил, где расположилось отделение вермахта из клуба Саши.

Используя складки местности и высокую траву на окраине поля, разведчик прополз в тыл оборонительной линии оккупантов и направился по-пластунски вдоль их траншеи прямиком к ничего не подозревающему Александру.

В это время Екатерина находилась рядом с советским расположением со своей более опытной напарницей — Наталией. Они тоже были одеты в маскировочные накидки и изображали снайперов в укрытии. Их лёжка была не сильно замаскирована для того, чтобы зрители могли разглядеть данную позицию. Катя наблюдала в оптический прицел своей снайперской винтовки Мосина за немцами, выискивая своего любимого. И тут её внимание привлёк один ползущий человек в советском камуфляже, позади засевших в траншеи реконструкторов немецкой армии. Катю как током ударило: лицо её напряглось, зрачки расширились, а сердце бешено заколотилось. Она узнала в этом человеке своего мужа Евгения, и потому ей сразу стали ясны мотивы его неожиданной вылазки.

Екатерина чуть приподнялась, движимая чувством нестись вперёд и спасать своего ненаглядного…

— Лучше пригнись, — объяснила ей Наталия, — сейчас артобстрел начнётся по сценарию. Этих пиротехников я знаю: они дадут такого жару, что тут живого места на поле не останется.

Катя молча опустилась и стала пристально наблюдать за ситуацией на немецких позициях, быстро переводя оптический прицел то на Сашу, то на своего супруга. Её тревога ещё больше усилилась, когда дистанция между оппонентами стала неумолимо сокращаться.

Неожиданный, близкий и мощный разрыв взрывпакета заставил нашу героиню и её напарницу вжаться в землю. Взрывы, имитирующие обстрел системой залпового огня – а-ля гвардейский реактивный миномёт БМ-13 по прозвищу «Катюша», гремели часто и порывисто, высоко взметая ввысь комья торфа и песка.

Екатерину словно парализовало от ужаса, когда Евгений остановился и примкнул к винтовке оригинальный острый штык-нож. Предательский сдавливающий ком подкатил к её горлу, перехватив дыхание, из-за чего ей стало тяжело и больно дышать. Катя не могла тронуться с места, хотя прекрасно понимала, что нужно срочно мчаться и спасать Сашу. Наконец, она дёрнулась и привстала на одно колено, намереваясь бежать вперёд, но Наталия крепко схватила свою горе-подопечную за маскхалат и строго заговорила:

— Ты что совсем очумела? Куда ты собралась идти?

Катя застыла на месте, будто её взял Кондратий, и только еле слышно пробормотала сквозь сжатые губы:

— Он убьёт его, он убьёт его...

— Что ты там бубнишь? — напарница не могла расслышать слова сквозь бурю оглушительных взрывов. — Сдурела, девка! Ну-ка, быстро назад, лежать!

Екатерина снова опустилась вниз, совсем потеряв ориентацию, где она находится и что здесь происходит. А Евгений уже приблизился к Сашиной позиции, но нападать на него пока не спешил. Он выжидал лучшего момента для рывка. Скоро должен был закончиться артобстрел, а красноармейцы должны перейти в победоносную атаку на немцев. И тогда в общей рукопашной схватке наш ревнивец и планировал совершить свою кровавую месть.

Взрывы прекратились и всё смолкло. Только диктор продолжал комментировать происходящее действие на поле боя. Теперь его тон зазвучал ещё громче и восторженнее, потому как началась яростная атака Красной армии. Командиры решительно подняли своих бойцов в бой, и пошли широкими цепями на немецкие позиции под прикрытием своих танков.

Катя всё видела в свой оптический прицел, но когда волна красноармейцев приблизилась к вражеским окопам и загородила весь вид, она резко вскочила на ноги и стала наблюдать за происходящей атакой стоя.

— Куда? Лежать! — закричала Наталия Кате, обозлённая на неё за непослушание и неопытность. — Ох, горе мне с тобой. Обо всём доложу вашему командиру клуба...

В немецких траншеях завязалась рукопашная схватка. Всё по-лермонтовски смешалось: немцы, люди...

Евгений уличил подходящий момент, когда все красноармейцы сцепились с солдатами вермахта и быстро подполз ближе к Саше. Вскочил и сделал резкий рывок вперёд, целясь винтовкой как копьём в спину своей жертвы. Витя краем глаза заметил эту убийственную опасность и, быстро сообразив, что здесь творится, тут же навалился на Сашу, отталкивая его в сторону своим телом. Только сам при этом попал под этот подлый удар. Штык-нож вонзился Виктору в левое плечо, но не глубоко, так как Евгений в последний момент ослабил силу своего выпада, когда увидел, что вместо Александра вдруг подставилось другое тело. Он резко отдёрнул винтовку назад и поспешил ретироваться с места своего злодеяния, пока все не спохватились и не набросились на него. К тому же в суматохе и запале, пусть и постановочного, но всё же рукопашного боя, никто толком не обратил внимания на этот инцидент.

Одна лишь Екатерина видела в прицел, что натворил её муж, только ей показалось, что Евгений всё-таки пронзил штыком именно Сашу, и потому она сдавлено охнула и, обмякнув, повалилась на землю без чувств.

— Э-э-э.. Родная, ты чего это? — удивлённо вопросила Наталья, присев перед своей напарницей на колени. — Тебя убили, что ли? Реконструкция ведь уже закончилась, мы победили. Подруга, давай вставай, хватит притворяться!

Действительно, все реконструкторы стали подниматься и подбирать своё оружие, а комментатор хвалебно объявил конец данного эпизода и поблагодарил всех участников сражения и собравшихся зрителей. Только Катя всё не поднималась и вообще не подавала видимых признаков жизни.

— Скорую! Срочно сюда позовите врача! — обеспокоенно закричала Наталия, не на шутку испугавшись, что с Катей случился какой-то припадок, и ей необходимо оказать медицинскую помощь.

На эти крики стали стягиваться к лежащей неподвижно девушке все рядом стоящие и неравнодушные участники фестиваля. Тут же оказались рядом санитары-реконструкторы, которые пытались оказать первую помощь пострадавшей. Кто-то из них догадался поднести к лицу Екатерины ватку, пропитанную нашатырным спиртом. Это сработало. Катя дрогнула всем телом и отвернула от резкого запаха голову в сторону. Затем она открыла глаза и осмотрела всех людей, склонившихся над ней. И первым, на кого она обратила внимание, был Саша, который стоял перед ней молча: живой и невредимый. Но замутнённое сознание нашей героини ещё не вышло полностью из шокового состояния, и потому ей первоначально показалось, что она умерла и встретилась со своим возлюбленным уже на небесах. Она улыбнулась ему и даже чуть заметно подмигнула, но радость быстро сошла на нет, когда Катя заметила стоящего рядом Евгения. Здесь её ум окончательно прояснился, и она тщетно попыталась подняться, но сил в теле ещё не было. Санитары мужчины хотели ей помочь встать и протянули к ней руки. Но грозный супруг не дал им прикоснуться к Екатерине, а сам кинулся к ней с бешеным воплем:

— А ну, не тронь! Она — моя жена!

Затем Евгений помог Кате подняться на ноги и, приобняв её за плечи, повёл в сторону советского лагеря в их палатку. Пройдя несколько шагов, девушка обернулась на мгновение назад и увидела, что почти все уже разошлись, и только Саша по-прежнему стоял на том же месте и хмуро смотрел ей вслед.

[1]Капони́р (фр. caponniere — ниша) или полигональный фронт — фланкирующее сооружение для ведения флангового огня по двум противоположным направлениям. Примеч. ред.

[2] Женщина, добровольно вступавшая во вспомогательные подразделения немецких войск и несла службу в качестве сотрудницы службы связи или в качестве сотрудницы вспомогательных подразделений военного времени. Примеч. ред.

[3]Поднять руки вверх (нем.). Примеч. пер.

[4]Солдатская книжка. Примеч.ред.

[5]Великолепно (нем.). Примеч. ред.

Глава 8. Измена

Август 2015г.

Отгремели все реконструкции на фестивале «Поле боя» и разъехались все его участники. Одно из самых масштабных военно-исторических событий уходящего лета благополучно закончилось. А впереди было ещё много грандиозных планов и проектов, только суждено ли им сбыться — это уже был риторический вопрос. Но, как известно, надежда умирает последней.

Саша вернулся домой в слегка подавленном состоянии и с дико щемящим сердце двояким чувством. С одной стороны, он был рад участию в этом увлекательном мероприятии и тому, что ему посчастливилось побыть вместе с Катей и насладиться её любовью, но с другой стороны, он отчётливо понимал, что есть одна серьёзная проблема, которую как-то надо решить, иначе не будет им покоя. И этой самой проблемой был Евгений. Его выходки и намерения теперь сильно беспокоили не только Екатерину, но и Александра. Но как решить эту трудную задачу с такой грозной и экстремальной составляющей Саша пока не понимал, и плюс ко всему его ещё мучили смутные мысли о том, что Катя всё ещё испытывает к мужу какие-то чувства. Может, это были всего лишь Сашины напрасные предрассудки, но эти сомнения предательски подогревали в нём острые душевные терзания.

Когда Александр открыл приложение в социальной сети, чтобы прочитать полученное сообщение от любимой, он уж было обрадовался, что всё в порядке, но радость эта была недолгой. Потому что судьба, как мы знаем, вещь жестокая и упрямая и не всегда бывает благосклонна к своим героям.

Екатерина:

Саша, спасибо тебе большое! Я просто счастлива, что съездила: море эмоций, теперь масса воспоминаний. А главное, я была с тобой, так как ты мне до ужаса стал дорог и близок...))

Александр:

А я очень рад, что тебе всё понравилось)) и счастлив, что мы были вместе с тобой на этом мероприятии.)

Екатерина:

Саш, я уже соскучилась... Мне не хватило времени... Я полночи смотрела, как ты спишь, и не хватило.

Я начинаю привыкать к тебе... и когда тебя нет рядом, очень тоскую...

Александр:

Да, понимаю, Катюш... я тоже...

Екатерина:

Так сладко встречаться, но, расставаясь, я всегда думаю, лучше бы не встречались... Всё, меня накрыло.

Александр:

Катюш, пожалуйста, не переживай... всё будет хорошо... мне ведь тоже тяжело переносить наши расставания. Лучше думай о том, что мы скоро снова встретимся на Крымфесте.)

«Лучшее в отношениях — это их не выяснять. Лучшее в любви — это ею заниматься».

Екатерина:

— Я сегодня не выспалась.

— А причина?

— Причина тоже не выспалась.

Александр:

Катюш, а расскажи мне, пожалуйста! Что с тобой случилось на последней реконструкции? Почему ты потеряла сознание?

Екатерина:

Показалось, что Евгений тебя убил, и мне сразу стало очень плохо. Потому и лишилась чувств…

Александр:

Со мной всё в порядке, благодаря Вите: он принял удар на себя.

Екатерина:

Спасибо ему огромное, что спас тебя! Ты должен его теперь всю жизнь благодарить за это. Да, кстати, как его рука, и как он в целом себя сейчас чувствует?

Александр:

Говорит, что это ерунда и царапина на руке скоро пройдёт. Он больше за рваный китель переживает)), что теперь с заплаткой на рукаве ходить будет.

Екатерина:

Пустяки какие. Купит новый.

Александр:

Неее)), это же бывалая форма: с ней столько мероприятий уже пройдено. Витя точно её не променяет на новую.

Екатерина:

Ох, мальчишки.)

Александр:

А как тебе удалось усмирить разбушевавшегося мужа? Когда вы уезжали, он казался вполне спокойным уже.

Екатерина:

Мне пришлось заняться с ним сексом.

Александр:

ЧТО????

Екатерина:

Он был очень возбуждён морально, и я просто не знала, как его ещё утихомирить…

Александр:

Подожди... то есть у вас бывает секс периодически даже после того, как ты завела отношения со мной??

Екатерина:

Только в этот раз… Пойми, он грозился найти и разделаться с тобой. Я очень испугалась и потому отдалась ему ради тебя.

Александр:

Ты изменила мне ради меня?! Что за бред???

Екатерина:

Это правда! Ну, что я ещё могла сделать, чтобы он не трогал тебя?

Екатерина:

Саша, не молчи. Ответь мне что-нибудь, пожалуйста. Иначе я с ума сойду.

Александр

Катя! Спасибо, что всё мне рассказала. Я поначалу на тебя очень сильно обиделся, но теперь понимаю, что ты сделала всё правильно, рассказав мне. Лучше горькая правда, чем сладкая ложь. Помнится, ты ещё говорила, что ты не «мужняя жена» и что у тебя с ним больше нет никаких взаимных отношений…

Я поверил и доверился тебе и потому стал с тобой встречаться, но у тебя всё же бывает с ним интимная связь. Получается, ты мне изменяешь с ним иногда с перепугу. Ты уверила меня, что я тебе нужен, что ты любишь меня, но сейчас я понимаю, что у тебя ещё есть чувства к мужу. Я не хочу участвовать в этом любовном треугольнике, поэтому о наших с тобой дальнейших отношениях не может быть и речи. Если, конечно, ты не разведёшься с ним, наконец. Но я понимаю, что этого не произойдёт, так как вас ещё много чего связывает.

В общем, спасибо тебе, Катя, за всё! Мне было хорошо с тобой! Не держи на меня зла и обиду…

Екатерина:

Саша, ты так ничего и не понял. У нас не бывает интима «взаимного», как бывает в нормальных семьях. Я многого тебе не рассказываю, чтоб не засорять наши с тобой отношения... и ещё, по-твоему, близость это единственная причина, чтоб быть или не быть вместе? По-твоему было бы лучше иметь с тобой сумасшедший секс, но не любить тебя? И чтоб ты в глазах моих читал эту холодность? Но я же рядом! ТАК НОРМАЛЬНО???

Мне с тобой тоже хорошо!

Было.

Александр:

Катюш...! Чтоб ты знала: я по-прежнему люблю и переживаю за тебя. Постоянно думаю о тебе, и как я уже тебе говорил, я убеждённый однолюб и храню верность своему любимому человеку, но я предъявляю к своей второй половинке такие же требования, иначе я не смогу в полной мере отдать все чувства и свою любовь... уж так я устроен. И я очень хотел бы быть с тобой вместе, но мысль, что ты можешь переспать с мужем, пусть даже и не взаимно, приносит мне нестерпимую душевную боль и страдание... это невыносимо, поверь...

Екатерина:

Саша, в том, что произошло между нами — начало отношений и разрыв отношений — полностью моя вина... я не знаю, какие слова подобрать, чтоб твоя боль притупилась...

Александр:

Пообещай мне железно, что ты никогда не будешь вступать в интимную близость с ним, по крайней мере, пока у нас с тобой есть отношения!

Екатерина:

Саша, это не тема для переписки. Мы с тобой уже говорили на эту тему. Мы с мужем вчера разговаривали, я сказала ему, что ухожу. Он вначале вспылил, но потом... он меня не отпустит. О моих чувствах он догадывается, после нашего возвращения он только о тебе и спрашивал...

Я ему сказала о своём намерении ехать на работу в Москву, он даже на это согласился, но лишь бы не разводиться.

Он никогда не говорил со мной по душам, говорила только я о том, что меня беспокоит, радует, пугает, нравится, не нравится... он просто смотрит на меня, не даёт прохода, не отпускает.

Александр:

Печально всё это...

Екатерина:

И чем сильнее я отталкиваюсь от него, тем сильнее он держит. Я ничего не могу с собой поделать, не могу простить, не могу через пропасть... тебе это точно не надо... Не хочу тебя терять… и ребят…

Александр:

Как это не грустно звучит, но мы могли бы остаться просто друзьями...

Екатерина:

Тяжело это осознавать, но скорее всего, так и будет…

Александр:

Хорошо!

Екатерина:

Сашуль, я скучаю…

Лучше не отвечай.

Александр:

Катюш... мне очень тяжело переносить наше расставание... я же привязываюсь к любимому человеку целиком и полностью... и когда приходит время расставаться, то возникает ощущение, будто из тебя душу клещами вырывают и сердце щемит неимоверно... конечно, со временем всё пройдёт, но тем не менее...

Прошу тебя, пожалуйста, не пиши мне какое-то время, дай возможность всё забыть и унять эту адскую боль внутри меня.

Екатерина:

Хорошо, Саша, как скажешь. Хоть для меня это будет самой страшной мукой… Скажи мне только одну вещь: вы приедете на второй Крымфест?

Александр:

Да.

Глава 9. Второй Крымфест

Сентябрь 2015г.

Транспортный самолет спецборта МЧС, летящий из Москвы в Симферополь, рассекая безоблачное небо, нёс в своём большом металлическом чреве отнюдь не бездушный холодный груз, а вполне себе живых и даже здравомыслящих реконструкторов. Среди этих необычных пассажиров был и Александр со своими друзьями из Ржевского клуба, в частности, с Виктором и со Светланой. В такой весёлой и дружной компании два часа полёта для этих неунывающих ребят пролетели практически незаметно. Приземлившись вскоре на аэродроме, все вышли из утробы воздушного гиганта и сразу ощутили дуновение тёплого крымского ветерка. Точно так же, как и ровно год назад, народ принялся скидывать с себя тёплую одежду, надетую по погоде в Москве, где было чуть ниже 10 °С, а здесь чуть выше 20 °С. И если в столице было хмуро, серо и пасмурно, то в Крыму сияло вечное солнце, благословляло чистое голубое небо, а в воздухе витал незримый дух будоражащего и безудержного счастья.

Реконструкторы быстро собрали весь свой скарб и выстроились в одну колонну. Прямо к самолёту подъехали два больших туристических автобуса, куда наши герои благополучно погрузились со своими пожитками. После чего эти транспортные средства прямиком из аэропорта направились на Федюхины высоты, где находилась площадка для проведения масштабного мероприятия. Все ребята ехали навеселе и в приподнятом настроении, в большом предвкушении новых приключений. Ведь скоро им вновь предстояло окунуться в этот прекрасный мир фестиваля исторической реконструкции, чудесного отдыха под южным солнцем и, конечно же, воспользоваться прекрасной возможностью искупаться в тёплом Чёрном море.

Приключения уже начались ещё до прибытия в конечный пункт маршрута: автобус, в котором ехал Саша со своими одноклубниками, вдруг слегка дёрнулся, и послышался громкий отвратительный скрежет металла. Никто сначала не понял, что произошло. Но вдруг все заметили и стали кричать водителю, что с левой стороны этот автобус обгоняет его же заднее колесо. При этом никто не паниковал, даже наоборот, ребята только начали шутить и прикалываться над этим забавным происшествием. Водитель тут же сбавил скорость и остановился на обочине. А колесо, тем временем, укатилось дальше по дороге и, потеряв инерцию, свалилось в кювет на самый край местной плантации виноградника.

Пассажиры спешно высыпали из автобуса, всем не терпелось посмотреть, что же случилось и почему оторвалось это самое колесо. Почти каждый лишний раз пошутил по этому поводу, а затем народ направился вниз по дороге к винограднику: искать сбежавшее колесо, а заодно и полакомиться знатным крымским виноградом. В конце концов, колесо успешно было найдено, но ехать дальше автобус пока не мог, так как был необходим небольшой, но затратный по времени ремонт. Несколько парней уже хотели отправиться пешком до Федюхиных высот, благо это место было совсем близко и даже в пределах видимости. Но водитель вызвал второй автобус, который уже выгрузил одну партию реконструкторов на площадке фестиваля и вернулся, чтобы забрать наших путешественников. После чего все благополучно добрались до лагеря и сразу стали искать места, где можно было поудобнее расположиться.

Светлана решила поставить палатку ближе к костровищу, где вечером собирался весь веселящийся народ, а Саша с Витей, наоборот, принялись молча устанавливать свою палатку подальше от всех на краю бивака, чтобы была возможность хоть немного отдохнуть от оголтелой шумной кутерьмы.

— Катя сегодня вечером придёт нас навестить. — неожиданно объявил Витя, нарушив затянувшееся молчание.

— Ясно! А к чему ты вдруг решил мне об этом сообщить? — поинтересовался Саша с лёгким недовольством в голосе.

— Просто, чтобы ты был в курсе.

— Понятно! Я сказал ей, чтобы она мне больше не писала, так теперь она донимает тебя этим. Что она ещё просила тебя передать мне?

— Что она по-прежнему тебя любит и очень надеется, что ты поймёшь и простишь её.

— Понять-то её можно, простить — нет. Однажды предавший вновь предаст.

—Ты даже не хочешь дать ей второго шанса?!

— А смысл? Вот ты почему не стал с Наталией встречаться?

Виктор даже на мгновение впал в ступор и задумался от внезапно меняющего тему вопроса, но быстро собрался с мыслями и выдал:

— Ну, причём здесь это? Тут совсем другая история… Во-первых, она намного старше меня; во-вторых…

— Во-первых, — резко перебил друга Александр, — она замужем! А во-вторых, как тебе «во-первых»?

— И что? Ты же прекрасно знал, что у Кати есть муж и это не мешало раньше тебе с ней встречаться...

— В итоге, вот к чему это привело. Нет, спасибо, мне такого счастья больше не надо!

Витя хотел ещё что-то сказать в поддержку Екатерины, но его отвлекло одно ошеломляющее обстоятельство, в которое ни он, ни Саша никак не могли поверить. Друзья даже застыли на месте от лёгкого шока, держась за почти уже растянутую палатку. К их очам предстал человек, изрядно уже набивший им зудящую оскомину, в милитаризованной одежде и с большим рюкзаком за спиной наперевес.

— Бог в помощь! — с ехидной улыбкой буркнул Семён, проходя мимо своих бывших одноклубников.

— И тебе не хворать! — надменно процедил Виктор.

— Вы всё со своей задрипаной палаткой возитесь?

— А тебе какая разница? — осведомился Александр в ответ. — Ты как вообще тут очутился? В самолёте и в автобусе тебя не было видно.

— Я приехал со своим клубом на машине, — гордо похвастался Семён, словно говорил о своём лично созданном клубе, а не потому, что он напросился к москвичам взять его с собой. — Чтобы ни от кого не зависеть и ни перед кем не унижаться.

— Так вот иди к своему клубу и «не унижайся» перед ними теперь! — довольно злобно проговорил Саша и сделал устрашающий шаг вперёд, чем вспугнул Семёна и удивил Витю.

— Совсем озверели, что ли? Уже на людей кидаетесь… Пойду лучше Светке помогу палатку поставить.

— Топай, топай, отсюда, подобру-поздорову, — пожелал уходящему недругу Виктор, а затем вопросительно уставился на Александра. — Саш, ты и впрямь какой-то нервный стал в последнее время...

— Только не говори мне, что это из-за Кати!

— Тебе надо отвлечься и развеяться. Предлагаю сегодня вечером съездить в Балаклаву: искупаться в бухте, а потом потусить в какой-нибудь местной кафешке. Как тебе такое предложение?

— На такое меня уговаривать точно не надо. Я — только «за»!

Друзья ударили по рукам в знак согласия и, закончив с палаткой, стали собираться на увеселительный променад.

***

Саша с Витей приехали в Балаклаву на такси вместе со Светой, увязавшейся за ними. Прекрасный, чудный и незабываемый вечер выдался у них, не предвещающий априори никаких экстраординарных событий. Погода в этот день была просто изумительной: солнышко ласкало своим спокойным теплом, а с моря приятно обдувал лёгкий пригожий бриз. Друзья сначала забрались на скалу и прогулялись мимо руин генуэзской крепости, а потом проворно спустились к местному пляжу. Все сразу побросали вещи и одежду на гальку и наперегонки побежали окунаться в разогретую за день лазурную морскую воду. Ребята играли и брызгались в набегающих волнах, как малые радостные дети. Это помогло Александру немного отвлечься, и он забыл на короткое время о своих сковывающих переживаниях и не отпускающей гнетущей грусти.

Наши герои до самых предзакатных сумерек резвились в море, после чего решили пойти перекусить и забурились в одну из местных Балаклавских кафешек под названием «Крымские легенды». В пик курортного сезона здесь всегда было многолюдно, так как этот ресторанчик пользовался большой популярностью не только у местных жителей, но и у приезжих отдыхающих тоже. А в этот выходной субботний вечер в кафе был просто аншлаг и достаточно многолюдно, но, к счастью для наших ребят, всё же нашёлся один свободный столик, и они решили остаться именно в этом гастрономическом заведении, так как здесь звучала живая музыка, и весьма недурно солировал один харизматичный артист.

Друзья хорошо подкрепились, однако, не спешили покидать этот уютный ресторан и остались сидеть здесь, неспешно потягивая вкусное крымское пиво, под задорные песни известных музыкантов в исполнении неизвестного вокалиста. На небольшом пяточке рядом со сценой, как могли, танцевали захмелевшие и развеселившиеся посетители кафе. Эти забавные, дёрганные и далеко непрофессиональные пляски вызывали у остальных гостей неловкие улыбки, а то и откровенный забористый смех. Это создавало в окружающем пространстве атмосферу радости и безудержного веселья. Александр краем глаза увидел, что Виктор с кем-то активно переписывался в телефоне и обратился к нему с вопросом:

— С кем ты там всё общаешься? Подружку новую завёл?

— Эээ.., — Витя немного сконфузился, но старался не выдавать себя, правда, это у него плохо получалось. — Да нет. По делу переписываюсь.

— Это по какому ещё делу?

— По деловому делу...

— Ты ей пишешь? — серьёзно спросил Саша, имея в виду Катю.

— Ну, да, да…

— И чего она хочет?

— Сам у неё спроси, предложил Виктор и кивнул головой в сторону выхода из кафе, где только что появилась Екатерина.

— Ага... Сговорились, значит, —тихо произнёс Саша, заметив, кто именно очутился в дверях, и бросил на друга укоризненный взгляд.

Екатерина подошла к их столику и поприветствовала всех:

— Здравствуйте, друзья!

Она была очень рада видеть Сашу с Витей и потому старалась вести себя добродушно и ласково, но глубокая душевная боль и внутренние ментальные терзания предательски заставляли её голос дрожать.

— Добрый вечер! — довольно произнёс Виктор.

— Хай! — пренебрежительно фыркнула Светлана.

— Привет! — просто поздоровался Александр.

—Разрешите присоединиться к вам? — для проформы спросила Катя из вежливости, истинно полагая, что никто не будет против её присутствия в этой компании.

— Не разрешаем! — вполне серьёзно ответил Саша, хотя в глубине души желал обратного.

Света с удивлением посмотрела на Сашу и глаза её засияли от вспыхнувшей надежды.

— Конечно, садись с нами, — захорохорился Витя. — Не обращай внимания на Саню, он сегодня просто не с той ноги встал.

Катя немного напряглась, но смиренно села на стул, стоящий напротив Александра, и начала с любопытством расспрашивать:

— Как прошёл перелёт? Как добрались до Федюхиных высот? Слышала, вы ехали сюда с приключениями.

Виктор сразу принялся во всех красках описывать и то, как они летели в грузовом отсеке транспортного самолёта и то, как у них убежало колесо от автобуса. Причём даже Светлана иногда присоединялась к этим животрепещущим рассказам и метко вставляла свои «5 копеек». Лишь Александр упрямо молчал как рыба, не проронив ни единого словечка, и даже ни разу не улыбнулся за всё это время.

— Саш, а ты почему молчишь? — не выдержала Катя и попыталась растормошить своего любимого человека. — Неужели тебе нечем со мной поделиться?

— Мне нечего тебе рассказывать! — твёрдо ответил Александр и пристально, даже с вызовом, посмотрел Екатерине в глаза. — То, что было, теперь — в прошлом.

— Но ведь мы с тобой теперь просто друзья и можем общаться чисто по-дружески...

— Настоящий друг никогда не предаст. Верно, я говорю, Витя?

— Я… Яволь! — подтвердил Виктор, изобразив натянутую улыбку, и виновато осёкся.

— А ты предала меня!!! Какие у нас теперь могут быть разговоры?!

И над их столиком нависло неловкое и гнетущее молчание. При этом громкий звук льющейся по залу весёлой музыки показался всем оглушительным и даже раздражающим. Никто не знал, как правильно смягчить и сгладить обострившуюся обстановку, да так, чтобы спокойно можно было разрядить возникшее статическое напряжение. Но помог, как говорится, случай: в этот самый момент музыкант стал наигрывать на своём синтезаторе медленную композицию и затянул знакомую лирическую песню. Многие мужчины встали из-за своих столиков и повели своих очаровательных женщин на танцпол. Ребята обратили внимание, как радостно и страстно стали кружить пары в медленном танце.

— Если тебе не о чем рассказать, может, тогда пригласишь даму на танец? — произнесла Катя, в надежде, что это поможет им сблизиться и тогда она сможет ему всё объяснить, чтобы он, наконец, понял, как сильно она его любит и не может жить без него. А все проблемы и неурядицы при желании можно решить обоюдными усилиями. В душе она тоже прекрасно знала, что и он сам всё ещё любит её, но выделывается как ребёнок, затаивший в себе сильную обиду. Но то, что сделал Александр дальше, повергло нашу героиню в шок...

— Да, ты права! — спокойно сказал Саша, поднялся и протянул руку своей одноклубнице. — Светлана, разрешите пригласить Вас на танец?!

Света радостно засияла от восторга и торжествующе устремилась на танцпол, ведомая своим командиром клуба, в которого была достаточно давно влюблена, но совсем уже потеряла надежду на его взаимные чувства. Екатерина еле сдержала подступающие от досады слёзы и с мольбой в глазах посмотрела на Виктора.

— Так, спокойствие! Не отчаивайся! — быстро выпалил он и поспешил утешить свою подругу. — Я сейчас всё устрою. Один момент!

Витя вышел из-за стола и решительно направился к артисту, который душевно исполнял медленное музыкальное произведение. Дождавшись, когда в песне наступит проигрыш, Виктор нашептал что-то на ухо вокалисту и засунул ему в карман несколько бумажных купюр. Музыкант одобрительно кивнул и продолжил напевать следующий куплет. Витя быстро вернулся к столику, где сидела Катя, и протянул ей свою руку.

— Идём скорее со мной, — убедительно сказал он и повёл девушку ближе к сцене, где среди прочих танцующих кружились и Саша со Светой. — У тебя будет ещё один шанс потанцевать с ним.

Екатерина в паре с Виктором покорно пустилась в медленный танец. Они как можно ближе провальсировали к своим друзьям и старались дальше держаться рядом с ними. Наша героиня обратила внимание, какими влюблёнными глазами смотрит Светлана на Александра и как до неприличия сильно она прижимается к нему.

— У меня не получится, — печально вдруг проговорила Катя.

— Сейчас или никогда! — сказал Виктор, выпустив Екатерину из объятий, и подтолкнул её ближе к Александру, когда музыка стихла. — Действуй! У тебя всё получится.

Артист под аплодисменты благодарно поклонился публике, а затем принялся искать в своём ноутбуке «минус» заказанного клиентом трека. После чего упоённо объявил в микрофон:

— Друзья, специально для наших гостей с большой земли, сейчас для вас прозвучит ещё одна лирическая песня. Внимание, белый танец: дамы приглашают кавалеров.

Саша со Светой, натанцевавшись, уже направлялись к своему столику, и в этот момент Катя решилась идти на штурм, перегородив путь отхода своему герою.

— Потанцуем? — смело спросила она и первая положила Александру руки на плечи.

Саше было уже неловко отказывать ей в такой ситуации, и тем более из динамиков зазвучала его любимая задушевная мелодия «Как упоительны в России вечера». Виктор знал, чем можно подловить своего друга и что ему нравится, поэтому выбрал верную стратегию, хоть и довольно опасную с тактической точки зрения, так как потенциальный враг находился совсем рядом и рьяно искал их место дислокации. Но наша влюблённая пара, бессознательно забыв об этой Дамокловой угрозе, прижавшись друг к другу, беспечно кружилась в медленном танце.

Конечно же, Александру хотелось сейчас как можно больше времени провести вместе с Катей наедине. Поговорить с ней по душам, приласкать её, расцеловать, крепко обнять и никуда не отпускать больше никогда. Но он был очень расстроен её поступком, что она переспала с Евгением, пусть ещё официально числившимся её мужем, но встречалась то она уже с Сашей. Потому Саша затаил на неё сильную обиду и не понимал до конца мотивов такого поведения Кати, хотя всем нутром осознавал, что она его любит и жаждет встречи с ним. Порой её внутренняя тревога и странное нежелание порвать все отношения с Евгением приводили Александра в полное недоумение. Из-за этого он старался сейчас дистанцироваться от неё и нарочито показать, что она ему уже как бы безразлична. Саше даже хотелось в отместку заставить Катю пострадать, хотя он и так прекрасно знал, что она и без того сильно мучается из-за своего несчастного семейного положения. Катя ещё была замужем, хоть это и было только на бумаге, а по факту она считала себя уже свободным человеком, но эта свобода тоже была фикцией. Евгений не отпускал её ни физически, ни морально и постоянно довлел над Екатериной, узурпируя её свободу и играя на её страхах за окружающих. Ведь он реально может и убить кого-то, кто посмеет приблизиться к ней, и тем самым не давал Кате уйти и быть вольной в своём выборе.

Это Саша понимал, или точнее сказать, догадывался об этой непростой ситуации в судьбе своей любимой, но он никак не мог уяснить, почему она не может поставить точку в их отношениях с мужем и уйти к нему. Ведь между ними уже всё было предельно ясно. Саша и Катя любят друг друга и уже не представляют жизнь врозь, а третий либо лишний, либо в детской коляске. Поэтому Александр и решил поддеть чувства Екатерины и вызвать в ней лёгкую ревность, горечь утраты и неразделённую любовь. Таким образом подтолкнуть её к действию и принятию окончательного решения. Пусть это звучит как ультиматум, но либо муж, либо Саша. Выбирай! Но Александр не догадывался, насколько этот выбор ей было трудно сделать. Не было ни дня с тех самых пор, как они стали украдкой встречаться с Сашей, чтобы Катя не задумывалась над этим. Эта дилемма постоянно раскалывала её мозг: головные боли не покидали её. Сколько горьких слёз было пролито и нервов потрачено — не счесть. А тут ещё как назло, нашлись товарищи, желающие подлить больше масла в уже бушующий вовсю огонь.

Светлана, усевшись обратно за столик, ревностно наблюдала, как рушится её последняя надежда на любовь с Александром. Низменные чувства, подогретые изрядно выпитым алкоголем, закипели в ней бурлящей лавой. Она нервно схватила свой мобильный телефон и стала быстро строчить кому-то сообщение. Виктор заметил это и настороженно спросил:

— Кому написываешь?

— Неважно! — буркнула Света.

— Ты чего? Гадость, что ли какую-то задумала?

— Нет! Радость…

—Ох, смотри мне, подруга…

А Александр с Екатериной тем временем ещё теснее прижались друг к другу в танце. Они, не отрываясь, смотрели глаза в глаза и казалось, общались без слов, на каком-то высшем ментальном уровне тонких вибраций. Саша сладострастно тонул в глубине Катиных очей и совсем забыл о всех своих обидах и предрассудках. И когда вокалист допевал последний припев песни, наши влюблённые потянулись друг к другу для нежного поцелуя, но их губам не суждено сейчас было соприкоснуться. В этот самый момент входная дверь с грохотом распахнулась и оборвалась музыка. В полной тишине на пороге в кафе возник ни кто иной, как Евгений.

***

Практически все, присутствующие в зале, обернулись в сторону входной двери и замерли в ожидании. По страшно перекошенной от неимоверной злости роже Евгения можно было догадаться, что сейчас что-то будет и это что-то будет отнюдь далеко не позитивное. Разъярённый громила сразу приметил стоящих в центре танцпола Сашу и Катю, которые только что чуть не слились в страстном поцелуе, отчего лицо нашего здоровяка сильно побагровело и исказилось ещё больше. Он тут же, как тяжёлый таран, попёр напролом к обнимающейся паре. Звенящую тишину вдруг нарушили испуганные вскрики Екатерины:

— Женя, стой! Женя не надо, остановись!

Она снова попыталась закрыть своим телом любимого человека, но Александр опять сгрёб её за свою спину и приготовился дать достойный отпор прущему на него, как бык на красную тряпку, Евгению. Виктор тоже быстро оценил критически складывающуюся ситуацию и поспешил обогнуть зал ресторана по флангу, чтобы зайти в тыл неожиданно нарисовавшемуся врагу и попытаться спасти застигнутого врасплох друга. И когда муж Екатерины приблизился на расстояние пары шагов до своей жертвы, его жена выскочила из-за Сашиной спины и вцепилась мёртвой хваткой в своего супруга, не давая ему дальше прохода. Но ревность и лютый гнев совсем затмили глаза и разум обезумевшего верзилы. Он одной рукой с лёгкостью так отшвырнул Катю в сторону, что та, отлетев, навалилась на сидящего рядом мужчину.

Саша, негодуя, с размаху врезал кулаком по физиономии разгневанного буяна в тот самый момент, когда он отвлёкся на свою жену. Несмотря на всю вложенную в этот удар силу, он не нанёс ощутимого вреда Евгению. Тот лишь чуть отвернул по инерции голову, а затем снова повернулся к Саше, и глаза его, вспыхнув небывалой яростью, налились кровью. Александр вновь размахнулся, чтобы нанести хук по своему оппоненту уже другой рукой, но тот мастерски перехватил этот выпад, больно зажав Сашин кулак в своей огромной ладони. И тогда Евгений сильно отвёл свободную руку назад, чтобы со всей дури ударить своего обидчика и раз и навсегда отправить его в глубочайший нокаут.

Кто знал этого мастера восточных единоборств и видел его фирменный приём «рука смерти», тот понимал, что после такого удара выжить было нереально. Вот и Александр уже мысленно попрощался со всеми своими близкими и закрыл глаза в ожидании сокрушительного удара. Но на удивление никакого удара не последовало. Саша приоткрыл один глаз, чтобы посмотреть, в чём дело, и увидел, что на той самой руке, которой наш амбал замахнулся для атаки, лихо повис Витя. Евгений зверски прокричал что-то невнятное, но чрезвычайно агрессивное и лёгким движением руки запулил висевшего Виктора почти на другой конец зала. Бедолага пролетел несколько метров, словно почти ничего не весил, и упал на столик, за которым сидела компания молодых спортивных ребят. Послышались встревоженные женские крики и визги, а также звон бьющейся посуды. При этом броске Евгений чуть ослабил хватку, и Саша воспользовался этой спасительной заминкой. Он резко выдернул свою руку и, сильно оттолкнувшись, налетел всем телом на своего визави, сбив его с ног. Громила не успел среагировать на это движение и с грохотом повалился на спину, но, сделав мастерский грациозный кувырок назад, он привстал на одно колено и приготовился к молниеносному броску на свою жертву.

Александр же поспешил к Екатерине, чтобы проверить, всё ли с ней в порядке после падения. Её уже поднял на ноги мужчина, на которого она завалилась, и в целом Катя выглядела бодро, по крайней мере, без видимых ран на теле. Саша подскочил к ней и взволнованно спросил:

—Ты цела? Сильно ушиблась?

Катя не успела ничего ответить, а только повернулась и посмотрела на своего обезумевшего супруга. Можно было поклясться кому угодно, что сейчас её муж был готов легко порвать всех на мелкие кусочки, настолько сильно распирала его злость и жажда мести. Но только наш ревнивец захотел шагнуть вперёд, чтобы достать Сашу и сделать из него отбивную, как тут на его плечо опустилась чья-то тяжёлая рука.

— Ты чего разбушевался здесь, дядя? — задал вполне ясный вопрос не совсем трезвый человек, который подошёл к Евгению сзади.

Громила обернулся и оценил возникшую вдруг помеху. Перед ним стоял здоровенный мужик, почти такого же телосложения, как и наш сенсей, только прилично обрюзгший и более мордатый; к тому же ещё и изрядно пьяный как сапожник. Евгений не стал утруждаться и что-то ему объяснять, а просто схватил его руку со своего плеча и, вывернув в обратную сторону, заломил её у него за спиной. Здоровяк жалостливо взвыл от дикой боли и попытался другой рукой дотянуться до лица своего неприятеля. Мастер восточных единоборств просто пнул этого мужчину, и тот всей своей массой налетел на другой столик посетителей, опрокинув всё, что на нём находилось. Женщины снова истошно закричали, и вновь побилась посуда.

Видимо, в этом кафе не было своего охранника, который смог бы усмирить рассвирепевшего верзилу. Да разве сейчас кто-нибудь смог бы это сделать? Но нашлись-таки ещё отчаянные люди, которые попытались обезвредить этого сорвавшегося с цепи бугая. Четверо бравых ребят, сидевших за столиком, на который прилетел Виктор, немножко были шокированы таким нежданчиком и обратили внимание, как какой-то лихой чудак швыряет людей направо и налево, сшибая другие столики. Не стерпев такого лютого беспредела, они молча вышли и обступили Евгения со всех сторон. Было ясно, что сейчас начнётся жёсткий махач, переходящий в оголтелое рубилово и кровавое месиво.

— А ну прочь с моего пути, салаги! — рявкнул Евгений.

Парни даже не пошевелились. Один из них только произнёс:

— Папаша, угомонись уже! Чего мешаешь людям спокойно отдыхать? Хочешь помахаться? Пойдём на улицу и там поупражняемся с тобой.

—Ты чё, пёс, не понял, что я сказал? А ну свалили быстро, пока я вас тут всех не угандошил.

—Устанешь пыль глотать, — совершенно спокойно ответил тот парень, словно был уверен, что он со своими товарищами сможет обуздать этого громилу.

Они явно были не из робкого десятка и далеко не доходяги. Вполне себе прилично одетые ребята, и видимо тоже занимались культурой, а точнее культуризмом, так как под лёгкой летней одеждой проглядывались все выпуклости спортивного телосложения.

— Чё ты сказал? А ну-ка повтори!

— Что слышал! Я говорю, пойдём, выйдем.

— Да я тебя сейчас здесь удавлю, дрищ! — процедил Евгений и схватил уже беднягу за грудки, чтобы разобраться с этим зарвавшимся юнцом.

Екатерина не смогла больше этого терпеть и вырвалась из рук Александра.

— Женечка, милый мой, любимый… — слёзно запричитала Катя, кинувшись в объятия своего мужа, дабы предотвратить кровавый мордобой с возможными летальными исходами среди неповинных людей. — Умоляю тебя, остановись. Не трогай их, они ни в чём не виноваты. Я всё для тебя сделаю, родненький мой. Обними меня, мне холодно...

Евгений выпустил парня из рук и осторожно обнял свою жену. Просто волшебным образом её слова подействовали на супруга, который в одно мгновение превратился из мечущего гневом громовержца в покладистого и заботливого крепыша. Видимо, ещё сыграл тот фактор, что он поднял руку на свою женщину, что никогда не позволял себе ранее делать из принципа, и потому чувствовал за собой большую вину перед Катей.

— Тебе больно? — искренне спросил Евгений, осматривая тело Екатерины на предмет повреждений.

— Да! Женя, прошу тебя, пойдём домой, пожалуйста! — жалостливо ответила Катя, вытирая ладонью слёзы со щёк.

— Хорошо, дорогая.

И в полной тишине они зашагали в обнимку к выходу из кафе, и только перед самой дверью на несколько секунд остановились. Евгений обернулся назад и презрительно посмотрел на Александра. В его глазах отчётливо читалось: мол, всё равно я победил, и пусть сейчас ты остался цел, но в следующий раз тебя уже ничто не спасёт.

После чего супруги молча вышли на улицу вечерней Балаклавы, а Саша застыл на том же самом месте и смотрел немигающим взглядом на открытый зев дверного проёма.

— Пошли, Саня, и нам пора возвращаться в лагерь, — сказал подошедший Витя, держась рукой за подбитый бок.

***

Время близилось к полуночи, когда произошёл этот экстраординарный инцидент в кафе. Ночная мгла уже беспощадно навалилась на уютную провинциальную Балаклаву, лишь россыпь далёких звёзд на небе и местные тусклые уличные фонари устало освещали засыпающий город. Несмотря на бархатный сезон и лёгкую тёплую погоду, на набережной почти не наблюдалось прогуливающихся жителей и отдыхающих граждан. Только эту мирскую тишину спокойной городской среды нарушили два молодых человека, резко выскочившие из ресторана «Крымские легенды». Широко шагая, впереди двигался Александр, а вслед за ним поспевал Виктор. Ребята спешили на автобусную остановку, откуда вскоре должно было отправиться последнее маршрутное такси в сторону Федюхиных высот.

— Нет, ну ты видел? — громко возмутился Саша. — Она опять ушла с ним в обнимку. Говорит: «я всё для тебя сделаю…», «обними меня…», тьфу, тошно слушать!

— Ладно, чего ты кипятишься?! Порадуйся лучше, что вообще жив , — сказал Витя, догоняя своего друга. — Евгений мог тебя с лёгкостью размазать по всей этой кафешке, не моргнув и глазом.

— Это верно! Я уж было с жизнью-то распрощался. Но всё обошлось, слава богу!

— Да, ребята из спортивного общества такие молодцы: оплатили весь нанесённый ресторану ущерб, — продолжил Витя, стараясь увести разговор в другую сторону, чтобы сбить нервное напряжение у Саши.

— Согласен! Если бы не они и не тот бедолага мужик… вовремя они заступились... Особенно тебе, Викто́р, благодарочка от всей души! Спас меня от «руки смерти». Валялся бы я сейчас там без чувств на полу этого заведения.

— Это не я тебя спас и даже не те парни... Это Катя спасла твою жизнь и предотвратила твоё убийство. Ты ей теперь по гроб жизни обязан…

— Ну, славься! Тоже мне, спасительница... А сама пошла своего муженька ублажать вместо того, чтобы уйти отсюда вместе со мной.

— Саш, ты иногда бываешь совершенно невыносимым и недальновидным. Нельзя же так относиться к окружающим…

— Моё отношение к окружающим зависит от того, с какой целью они меня окружили.

— Катя же себя в жертву принесла ради твоей жизни.

— Ой, свежо предание, да верится с трудом. Всё, я не хочу о ней больше ничего слышать, и точка!

Вдруг позади послышался обиженный голос Светланы, следующей за ребятами по пятам:

— Подождите меня, мальчики! Вы что, совсем про меня забыли?!

Света быстро догнала парней, когда те остановились, чтобы подождать её, и как ни в чём не бывало пошла рядом с ними с совершенно непринуждённым видом. Александр уверенно зашагал дальше, не обращая на одноклубницу никакого внимания, а вот Виктор посмотрел на неё с большим презрением, но не стал сейчас допытывать Свету при своём друге, чтобы и без того не дёргать лишний раз его нервы. Он решил, что потом с ней серьёзно поговорит наедине о случившимся в кафе. Витя подозревал, что это именно она подсказала Евгению, где они находятся. И если выяснится, что это так, то нужно будет с этим обстоятельством что-то делать и решать проблему самым кардинальным образом.

Вскоре ребята подошли к остановке, но оказалось, что они опоздали на последнюю маршрутку: она уже укатила несколько минут назад. Больше им ничего не оставалось, как вызвать обычное местное такси. На их счастье таксомотор прикатил быстро и молча увёз нашу горемычную троицу в сторону фестивальной площадки.

А в лагере реконструкторов уже давно был объявлен отбой, но на Крымфесте эта мера была всего лишь формальностью, в отличие от фестиваля «Поле боя», и все здесь тихо себя вели просто из уважения друг к другу. Потому и не было никаких патрулей и даже толковой охраны периметра. Но когда Александр с Виктором и Светланой подходили к расположению, где находилась территория Великой Отечественной войны, они заметили, что на разбитом под открытым небом биваке, у костра, вовсю шла весёлая пирушка их камрадов из дружественных клубов реконструкции.

Друзья, недолго думая, тоже достали из своих заготовленных припасов соответствующие горячительные напитки и присоединились к своим товарищам. Присутствующие реконструкторы были одеты, кто во что горазд: некоторые наполовину в штатском и только частично в исторической форме, а несколько ребят уже по полной облачились в военные костюмы. Один из них играл на акустической гитаре забористые песенки, а другие остроумно балагурили и шутили. Особенно отличался харизматичный и импозантный весельчак дядя Боря, который больше всех юморил и выдавал искромётные шутки пачками. Он уже был в изрядно подвыпившем состоянии, но все сидели и внимательно слушали очередной его анекдот:

— Значит, идёт собрание в клубе реконструкторов.

Маленький актовый зал в маленьком районном ДК. В зале находится человек 12 или 15, они одеты абы как, но преимущественно в полувоенное зелёное. Все тихо шушукаются: о правильности швов на внутренней стороне кителей, об уставных звёздах на пилотках, какие подсумки аутентичны на период войны и какие должны быть на самом деле пуговки на гимнастёрках...

Председатель клуба — моложавый ботан с дурацкими усиками и причёской а-ля «швабра», одетый в засаленный невнятный камуфляж, — открывает это собрание. Он величественно постучал ложковилкой по пустому алюминиевому котелку и начал, сильно картавя, вещать:

«Друзья! Я получил ваши членские взносы и ещё средства со съёмок какого-то фильма с нашим участием. Мы долго ждали, когда эти киношники, наконец, обратят на нас своё внимание и вот свершилось...Теперь у нас есть деньги в общаке! Как руководитель клуба, я оставил кое-что себе, но сумма всё равно осталась большая. Поэтому предлагаю: давайте купим мне лошадь и шашку, для продвижения темы Первой мировой войны.

В зале послышались одобрительные возгласы, кто-то даже с восторгом зааплодировал.

— А на кой ляд, она нам нужна? — вдруг раздался басовитый голос с задних рядов зала.

Все сидящие, как по команде, повернулись. Развалившись в кресле и вытянув скрещенные в яловых сапогах ноги, сидел довольно зрелого возраста человек в чёрной потёртой косухе, с красной банданой на голове и с лётными очками на лбу. Это был Михалыч — старейший член этого клуба и (по слухам) его создатель. Председатель продолжил подкидывать варианты, на что ещё можно потратить общие средства:

— Тогда давайте купим пушку?! Чтобы продвигать тему Первой мировой войны!

— А на кой ляд, она нам нужна? — не унимался Михалыч.

В зале послышался сомнительный ропот. Председатель (ещё сильнее картавя):

— Может, закажем небольшой броневичок, для продвижения темы Первой мировой войны?

Народ ещё больше оживился, уже двое хлопнули в ладоши. Михалыч пробасил снова:

— А на кой ляд, он нам нужен?

Общий гомон вдруг сменился на предвкушающее молчание. Председатель с трясущейся нижней губой и дёргающимся глазом нервно вопросил:

— А что вы, Сергей Михайлович, можете нам предложить?

Михалыч медленно поднял голову, веки поднялись чуть позднее, и устало оглядел всех собравшихся. Блики лётных очков грозно сверкнули, озарив на мгновение полутьму зала.

— А давайте купим аэроплан?

В зале нависла звенящая тишина. Вскоре очнулся председатель и переспросил:

— Это для того, чтобы продвигать тему Первой мировой войны?

— Нет! Чтобы столкнуть его с обрыва!

— Так он же разобьётся… — недоумённо пролепетал председатель.

— Конечно, а на кой ляд он нам нужен?!

Звонкий и заразительный смех раздался на биваке, содрогая окружающее пространство. Реконструкторы не успели проржаться от этого анекдота, как им подкинули новую порцию заразительной смешинки. Очень молодой паренёк в красноармейской форме стал рассказывать смешную историю из жизни:

— А как вам такое?! Довелось мне как-то участвовать в конкурсе ролевиков, где команды выбирают себе любые роли, хоть исторические, хоть современные и играют они в этой роли на протяжении всего конкурса. Собственно, потом жюри оценивает игру этих команд и самую лучшую из них награждает. И были на том соревновании, кроме всех прочих команд, команда из пяти девчонок-вампирш и команда двух парней в роли Бивиса и Батхеда. И вот в состязании на поляне как-то встретились эти две команды. Девчонки закричали:

— Бойтесь нас! Мы— вампирши.

Бивис (Батхеду):

— Хы-ы-ы. Кто это?

Батхед:

- Гы-гы. Девчонки.

Бивис:

- Хы-ы-ы. И чё говорят?

Батхед:

- Гы-гы. Говорят, что сосут.

От разразившегося дикого смеха, все чуть не повалились со своих мест. Не удержался один только дядя Боря, зарвавшись гомерическим хохотом, он сильно откинулся назад и, потеряв равновесие, опрокинулся спиной в кусты. Всеобщее ржание усилилось вдвойне. Два молодых реконструктора быстро подскочили к пытающемуся подняться бывалому «вояке» и помогли ему усесться обратно на своё седалище. Кто-то из «старичков», всё ещё посмеиваясь, саркастически пошутил:

— Опять дядя Боря залил за воротник больше обычного…

На что наш уважаемый и достопочтенный герой с честью произнёс:

— Военно-исторический реконструктор — это, в первую очередь, творческая, тонко чувствующая и легкоранимая натура, а уже потом — грязная, пьяная скотина!

Весь бивак снова зашёлся истерическим смехом. Один Александр сидел смурной и натужено пытался выдавить на губах нечто похожее на улыбку. Вдруг он повернулся к товарищу с гитарой и попросил у него одолжить ненадолго музыкальный инструмент. После чего Саша стал наигрывать лирические аккорды и напевать грустную песню, посвящённую своему лучшему другу:

Порою в жизни так случается: Теряем близких и родных; Но с этим горе не кончается, Ждём испытаний мы других. Сквозь лихолетья и скитания Опорой в жизни станет вдруг, Кто не оставит без внимания, В беде поможет лучший друг.

И только твой друг

Прошёл горя круг, Через года, едва. Плечом к плечу. Вдруг

Услышишь сердца стук,

И значит, нам пора! Удар судьбы в такт,

Достойно примем так:

Назло всем врагам. И, сделав свой шаг,

Мы завершим акт,

И будет счастье нам...

Объединяет нас несчастье, И только вместе мы сильны. В борьбе с печалью и ненастьем Сердца зажгутся, как огни. Преодолеем все невзгоды, Пройдём по трудному пути; И через дни, и через годы С ним будем крепко мы дружны.

И только твой друг

Прошёл горя круг, Через года, едва., Плечом к плечу. Вдруг

Услышишь сердца стук,

И значит, нам пора! Удар судьбы в такт,

Достойно примем так:

Назло всем врагам. И, сделав свой шаг,

Мы завершим акт,

И будет счастье нам...

Пока Саша исполнял свою песню, все притихли и молча слушали. А когда пение закончилось, и смолкла гитара, над лагерем повисла полная тишина. Была слышна только жизнь ночных обитателей местной фауны. Это затянувшееся гнетущее молчание нарушил дядя Боря очередным анекдотом:

— Значит, собрались как-то на поле сто человек, тарахтит техника, разворачиваются пушки, заряжаются пулемёты: вот-вот начнётся атака. На ветке дерева сидят две чёрные вороны и ждут, когда можно будет устроить пир. К ним подлетает ещё одна ворона и обращается к своим подругам:

«Плохая новость, девчонки! Это реконструкторы. Они сейчас тут немного пошумят, чуток потолкаются, а потом все вместе сядут бухать».

В этот раз никто не засмеялся и не отреагировал должным образом. То ли анекдот был уже заезженный, то ли все ещё не отошли от тоскливой песни Саши. Кто-то из старых реконструкторов вымолвил:

— Всё, друзья, пора и честь знать. Завтра в бой, а сейчас всем отбой!

Народ одобрительно стал угукать и потихоньку расходиться по своим палаткам. Саша вернул гитару товарищу, но продолжал сидеть на своём месте, пристально вглядываясь в огонь догорающего костра.

— Саш, пошли тоже спать, — позвал друга подошедший к нему Виктор. — Завтра рано вставать на реконструкцию.

— Да, сейчас пойдём, — ответил Саша и поинтересовался у друга. — Как тебе моя песня?

— Мне очень понравилась! Неужели ты её мне посвятил?

— А кому же ещё?! Только ты меня понимаешь, всегда выручаешь и никогда не предаёшь. Ведь так?

— Конечно, Саш! Спрашиваешь ещё…

— Спасибо тебе, друже! Хоть кому-то в жизни можно верить и опереться в трудную минуту.

— Ты всегда можешь рассчитывать на меня. Я тебя никогда не подведу.

Друзья крепко пожали друг другу руки и со спокойной душой отправились готовиться ко сну.

***

Рано утром на площадке по Великой Отечественной войне из репродуктора зазвучал советский гимн, а после его окончания диктор стал созывать всех радиослушателей на утреннюю гимнастику. Таким образом, этой ретро записью советских времён будили реконструкторов в импровизированном лагере ВОВ до самого конца Крымфеста. Тогда все быстро поднялись, но не все стали делать зарядку, так как у многих ощущался сильный похмельный синдром, и подобное состояние не располагало к каким-либо активным телодвижениям.

Но, тем не менее, лагерь быстро оживился, ведь впереди было ещё столько всего интересного, и все стали готовиться к новым увлекательным приключениям.

В этот день начали работать интерактивные площадки для посетителей фестиваля, и посмотреть здесь было на что: Римский Каструм, различные древние поселения, полевые лагеря средневековой Европы, редуты периода Отечественной войны 1812 года и Крымской войны, позиции а-ля Первой и Второй мировой войн, бивак с бойцами периода гражданской войны в России, полевой штаб советских войск времён конфликта в Афганистане и даже импровизированный полевой лагерь НАТО периода холодной войны…

Александр и Виктор облачились в суконную форму вермахта и приготовились к участию в первом эпизоде, который был посвящён битве за Севастополь 1942 года. Света помогла ребятам надеть их обвесы, а сама осталась ждать их в лагере, наблюдая за полем боя, как зритель. Светлана помнила, как тяжело ей было в прошлом году переносить жару в шерстяной форме, и потому приобрела специально для этого фестиваля себе новый образ. Ещё с утра она оделась в костюм немецкой медсестры: лёгкое х/б платье в бело-синюю продольную полоску с белым воротником, белый чепчик с красным медицинским крестом спереди и белая нарукавная повязка на левой руке с таким же красным крестом, а так же белый подпоясанный фартук. Вверху платья между краями отложного воротника, в районе верхней пуговицы была прикреплена брошь — отличительная черта немецких медицинских сестёр. В центре броши зиял красный крест в белом круге и окаймлённый чёрным цветом. Серебристой надписью на кайме было написано «DeutschesRotesKreuzHelferin», что на немецком языке означало «Помощница немецкого красного креста».

Зрительские трибуны стали быстро заполняться посетителями фестиваля. Все реконструкторы немецкой армии заняли свои позиции с одной стороны поля, а реконструкторы Красной армии — на противоположной стороне. В числе красноармейцев находилась и Катя. Она снова была в образе снайпера РККА. Теперь уже у неё имелся свой комплект маскхалата «амёбы» и охолощенный макет снайперской винтовки Мосина. Екатерина заранее выбрала себе лёжку рядом с траншеями советских войск. Она периодически посматривала на вражеские окопы и высматривала в них Сашу, но часто оглядывалась и назад. Недалеко от неё расположился и Евгений, который теперь не оставлял свою супругу без присмотра и постоянно контролировал все её перемещения. Потому Катя судорожно продумывала план своих действий, чтобы попытаться встретиться со своим ненаглядным и поговорить с ним, но в то же время не вызвать гнева своего вездесущего «надсмотрщика».

Наконец, когда все приготовления были закончены, комментатор торжественно объявил о начале реконструируемого сражения. Но Екатерина вопреки условленному сценарию сразу покинула свою снайперскую позицию и осторожно поползла прямо посередине нейтральной полосы, вдоль которой находилась узкая, длинная ложбинка, ведущая аккурат к немецким оборонительным сооружениям. Она рассчитывала на то, что никто не заметит её там, и у неё получится скрытно пробраться к своему любимому человеку. И действительно, когда девушка аккуратно добралась до самого центра «нейтралки», никто не обратил внимания на её движение. Поэтому пиротехники, зная, что на вверенной им площадке никого постороннего нет, со спокойной душой принялись за свою работу. Диктор, комментирующий данный эпизод, стал громогласно и убедительно вещать:

— ... немецкие артиллеристы обрушили тонны снарядов на укрепления окопавшихся советских войск. Почти два часа орудия и миномёты разных калибров утюжили позиции Красной армии на склоне Сапун-горы. Этот артобстрел удалось пережить немногим нашим бойцам и командирам…

Катя не замечала этой речи и целенаправленно продвигалась вперёд. Мощные и оглушительные взрывы стали раздаваться вокруг и около неё. Торф, песок, мелкие, но острые камни ракушечника — всё градом сыпалось на неё сверху. Екатерина прижималась ещё больше к земле, но продолжала медленно и верно ползти дальше к своей заветной цели. Вдруг один резкий и обжигающий взрыв раздался совсем рядом с ней. Девушку сильно обдало жаром и немного посекло мелкими камнями, почти полностью завалило ископаемым торфом. Катя замерла на месте и перестала шевелиться. На мгновение она даже потеряла сознание от лёгкой контузии. Но вскоре девушка пришла в себя и встряхнула головой, сбрасывая с себя навалившуюся рыхлую породу и проверяя своё внутреннее состояние. Торф вместе с мелкими камнями осыпался с её маскхалата. После чего Екатерина снова решительно направилась вперёд. Она намеревалась пройти это тяжёлое испытание до конца. Кате непременно хотелось всё объяснить Саше, чтобы он понял и простил её, и они вновь воссоединились и были счастливы вместе как раньше.

Ещё пара относительно близких пиротехнических взрыва прогремела рядом с ней, но наша героиня ничуть не сбавила темпа своего продвижения, даже не смотря на противный звон в ушах и бьющие сверху глыбы известняка и комья торфа. Впереди уже маячил бруствер немецкой траншеи.

Александр в это время прижимался к стенке окопа, укрываясь от мощных взрывов, лишь иногда он осторожно высовывался, чтобы оценить происходящий на «нейтралке» разверзшийся ад. Затем после нового ближайшего сработавшего взрывпакета он пригибался обратно, прячась за бруствер. И когда он в очередной раз скрылся в глубине траншеи, неожиданно сзади на его плечо вдруг упала чья-то рука. Саша от испуга дёрнулся и резко обернулся.

—Не бойся, милый, это я! — с виноватой улыбкой произнесла Катя.

— Donnerwetter! — выругался Саша по-немецки и огляделся. — Как ты здесь очутилась?

— Взрывной волной принесло, — попыталась пошутить Катя.

— Ты что переползла поле под работающей пиротехникой?

— Я просто очень хотела побыть с тобой рядом.

— Ну, мать, ты даёшь!!! Со всем с ума сошла, что ли?!

Затем Александр заметил кровоподтёк на брови у Екатерины и укоризненно спросил:

—Что это у тебя? Это грим или настоящая кровь?

Опять рядом раздался громкий хлопок, и наших героев обильно осыпало песком и торфом.

— Ерунда, царапина. Наверное, камнем посекло.

Катя дотронулась до своей саднившей брови и вытерла с лица кровь ладонью. Затем внимательно посмотрела на своего любимого и потянулась ближе к нему.

— Я люблю тебя, Саша!

—Ты точно спятила! — отпрянул он от неё и крепко схватил Катю за плечо, останавливая и не позволяя ей себя поцеловать. — Ты что творишь? Ты же могла серьёзно пострадать. А если бы взрыв-пакет рванул прям под тобой?! О чём ты только думала?

— Я думала только о тебе, и как сильно хочу быть с тобой рядом. Так что никакие препятствия меня не остановят на пути к тебе.

Екатерина снова потянулась к Александру, когда он чуть привстал, чтобы оценить творящееся безумие на нейтральной полосе, и поцеловала его в щёку. Причём у неё это так неловко получилось, что она даже ударилась лбом о выступающий край его стальной каски.

— Я буду теперь с тобой, во что бы то ни стало.

— Ты точно чокнулась!

В этот момент всё смолкло. Раздалась протяжная трель командирского свистка, и красноармейцы плотной цепью отважно пошли в атаку на неприятеля, под громкие возгласы комментатора:

-... бойцы Красной армии понесли ощутимые потери после артобстрела, но их боевой дух ещё не был сломлен. Превозмогая, они поднимаются и идут на упреждающий штурм передовых немецких позиций, чтобы попытаться перехватить инициативу. И пусть это самоубийственная атака, но она производит сильный психологический эффект на врага и подавляет его волю сражаться…

Но немцы открыли по надвигающейся волне красноармейцев шквальный огонь из всех видов оружия. Александр тоже стал палить из-за бруствера из своего МР-40. Потом, когда его магазин опустел, он присел обратно на дно окопа и занялся перезарядкой пистолета-пулемета.

— Мы их изрядно потрепали. — ухмыльнувшись сказал Саша Кате и резким движением руки передёрнул затвор автомата. — Сейчас начнётся наша атака.

— Саша, не уходи! Останься здесь со мной.

Катины глаза увлажнились, но не от физической боли, а от душевного страдания. Александр не услышал её мольбы, а точнее сделал вид, что не расслышал, и приготовился выскочить из траншеи. Послышались истеричные выкрики на немецком языке. Офицеры вермахта начали подавать своим солдатам команды на преследование отступающих красноармейцев.

Диктор увлечённо вещал:

—... немцы предпринимают решительную контратаку, чтобы оттеснить измотанные части Красной армии к Севастополю, в надежде быстро овладеть всем полуостровом, но доблестные советские воины не дают агрессорам продвинуться далеко. Здесь враг напоролся на несокрушимую «стену» отважных защитников родины…

Александр даже не взглянул на Екатерину, ловким движением выбрался из траншеи и помчался с остальными камрадами в бой.

— Саша! — только и выкрикнула Катя ему вдогонку, но теперь он её уже точно не слышал под грохотом выстрелов многочисленных охолощённых макетов.

Но, как и сообщил комментатор, это действие для наступающих немецких войскположительного результата не дало. Оккупанты встретили такое ожесточённое сопротивление Красной армии, что продвинуться далеко вражеским захватчикам не удалось, и они лишь заняли первую линию советских позиций.

Екатерина осталась сидеть одна в немецком окопе, где её оставил Саша. Чувства захлёстывали её до краёв, но она как могла стоически сдерживала подступающие слёзы. В оптический прицел своей снайперской винтовки Катя наблюдала за Сашей и его перемещениями. А то, что она увидела дальше, повергло нашу героиню в самый настоящий шок.

Сквозь стелющийся над полем дым, где проходило постановочное сражение, проскочила одна тревожная тень. Некто в советской форме подбирался очень близко к позициям, где расположились штурмовые отряды немцев, которые только что были остановлены массированным огнём обороняющихся защитников. У Кати от нехорошего предчувствия ёкнуло сердце. Первое, о чём она подумала, что это Евгений пробирается к Саше, чтобы раз и навсегда разобраться с ним. Но когда дым немного рассеялся, и крадущаяся фигура показалась полностью, сразу стало понятно, что это был совсем не Евгений, но только Кате от этого легче не стало. Даже наоборот, она почувствовала себя ещё хуже: сердце сдавило словно тисками, а дыхание перехватило, будто кто-то сильно схватил её за горло.

Одна худенькая и беззащитная девушка в форме санинструктора РККА подбежала совсем близко к засевшим немцам и стала имитировать оказание первой помощи раненому красноармейцу.

Всё бы ничего, но эта ситуация очень напоминала аналогичный случай, произошедший здесь же ровно год назад, когда Александр взял в плен Екатерину. После чего и закрутился их романтический адюльтер. И действительно, один немец резво выскочил из траншеи и буквально в два шага уже оказался около советской санитарочки. Он схватил беднягу за шиворот и быстро потащил за собой в тот же окоп, откуда и выбрался. Тут-то Катя и разглядела, что этим немцем был именно Саша, а значит, теперь он мог аналогично влюбиться в эту девушку, и о своём бывшем трофее просто-напросто позабыть...

Катя вновь почувствовала себя плохо, в глазах всё потемнело, и она сползла на дно окопа. Екатерина вся сжалась от пронзительной внутренней боли и обхватила себя руками, словно пытаясь спрятаться в воображаемое убежище, где никто её не сможет найти и потревожить, где ей будет спокойно и легко на душе. Только так она могла усмирить свои гнетущие и раздирающие чувства, включив свой опытный защитный механизм, который уже не раз спасал её от разных жизненных передряг и неурядиц. В таком положении она и просидела весь оставшийся бой: ничего не замечая и ни на что не реагируя. Только когда постановочное сражение закончилось, её разыскал Евгений и вытащил из траншеи, еле приведя свою супругу в чувства.

Диктор всё ещё проговаривал свой заранее подготовленный текст:

—... таким образом, завершилась битва за Севастополь в 1942 году. Но это был ещё не конец. Уже через два года доблестная Красная армия выбьет врага из города и завершит освобождение Крымского полуострова от немецко-фашистских захватчиков…

Реконструкторы обеих враждующих армий собрались перед зрительской трибуной. Руководители клубов выстроили своих подопечных в одну шеренгу лицом к зрителям. Катя еле держалась на ногах, сил почти не было, но она не послушалась мужа и встала со всеми в строй. Их клуб стоял весьма близко с Ржевским отрядом, тем самым у героини была возможность ещё побыть как бы рядом с Сашей.

Комментатор продолжал:

—... чтобы почтить память павших воинов Великой Отечественной войны, объявляется минута молчания.

Над фестивальной площадкой воцарилась полная тишина.

Участники реконструкции сняли головные уборы и понуро смотрели перед собой, вспоминая своих дедов и прадедов — героев прошедшей войны.

Все красноармейцы выстроились по левую сторону, а реконструкторы немецкой армии справа. Катя чуть высунулась вперёд и взглянула направо, ища Сашу в немецком строю. Она увидела его и сразу обратила внимание, что он загадочно улыбался и смотрел чуть дальше неё вдоль строя реконструкторов Красной армии. Наша героиня посмотрела налево и заметила, что Маша (та самая пленённая девушка-санинструктор РККА) тоже задорно смотрит на своего случайного похитителя. Тогда Екатерина ещё чуть больше наклонилась вперёд и бросила на Александра свой гневный прищур. И тогда их взгляды перехлестнулись, Саша тут же отвернулся, и самодовольная улыбка сошла с его лица.

Далее диктор объявил, что мероприятие завершилось, и пригласил всех желающих посетить завтра реконструкцию, которая планировалась в Балаклаве у крепости Чембало, а эпизод по освобождению Севастополя будет проходить в последний день фестиваля.

Зрители и участники стали потихоньку расходиться.

Евгений подошёл к Екатерине, приобнял её за плечи и осторожно повёл на парковку, где находился их автомобиль, чтобы отвезти жену домой. При этом он что-то ей говорил и спрашивал о её самочувствии, но Катя почти не слышала его, словно звук еле проходил через толстую глухую стену. Ей казалось, что всё, что сейчас происходит, — какой-то странный завуалированный сон, и это всё происходит не с ней... Только когда супруги уже отошли на несколько метров, и Катя обернулась назад, наваждение как рукой сняло. Она увидела, что Саша стоит рядом с Машей, и они о чём-то мило беседуют.

Здесь Екатерина чуть не потеряла сознание. Она почти упала бы наземь, если бы шедший рядом Евгений ловко её не подхватил. Он дал ей выпить воды из фляги и затем отвёз её домой.

***

Утро следующего дня было гнетуще пасмурное и совсем уж неприветливое. Хмурая серость осенней погоды негативно влияла на настроение и разбивала все зарождавшиеся положительные мысли вдребезги. Несмотря на то, что небо было плотно затянуто толстым слоем кучевых облаков, температура воздуха была максимальной для данной местности в это время года. Поэтому даже отсутствие прямых солнечных лучей не спасало никого от царящей жары и мучающей духоты. Но этот стращающий фактор не в силах был помешать увлечённым людям в осуществлении своих намеченных планов.

В Балаклаве, недалеко от набережной бухты, на небольшой стоянке стояли два туристических автобуса, вокруг которых столпились реконструкторы, ещё одетые в лёгкие гражданские летние одеяния. Ребята прибыли сюда с Федюхиных высот на предстоящее мероприятие, которое проходило в рамках Крымского фестиваля, и не спеша начинали подготавливаться к реконструкции.

В этот день в обычном тихом городе всё в одночасье изменилось. Здешние жители и многочисленная туристическая публика не хотели пропустить такое, по местным меркам, важное событие, и поэтому суетились с самого утра, чтобы всё разузнать и постараться занять лучшие зрительские места на месте проведения военно-исторического манёвра. Городок заметно оживился, и народ хлынул большим потоком по центральной улице к генуэзской крепости, у которой и должно было состояться масштабное действие.

Катя также шла, ведомая мужем, по улице Балаклавы под ручку, но в отличие ото всех, пара двигалась против общего потока. Только с виду они были похожи на идеальных супругов, а на самом деле для неё это было то же самое, если бы она плелась закованная в тяжёлые кандалы на каторгу. Безвольная воля — добровольная тюрьма.

Екатерина словно находилась под арестом своего негласного надзирателя и отстранённо смотрела себе под ноги. Лишь изредка её взгляд поднимался на проходящих мимо людей. Она украдкой всматривалась в лица мужчин, ей постоянно мерещилось, что это Саша прошёл только что навстречу к ней. Но каждый раз она ошибалась, и от этого ей становилось еще тоскливее на душе, и уныние захлёстывало её с неимоверной силой. Но вскоре внимание Кати привлекла одна молодая беседующая парочка на набережной Балаклавской бухты. Молодые люди стояли близко друг к другу и мило общались. Екатерине опять показалось, что это Александр общается с какой-то девушкой, но стоило ей присмотреться получше, то она поняла, что в этот раз она уже не ошиблась и там действительно находился Саша со своим новым трофеем — Машей. Они были в обычной гражданской одежде и особо ничем не выделялись среди остальных присутствующих на набережной. В этот момент сердце у Екатерины неприятно сжалось и стало неистово щемить. Но в тоже время к ней вернулись дремавшие силы, и ей сразу захотелось решительно действовать и отчаянно идти на прорыв. Катя повернулась к супругу и стала быстро ему наговаривать, чтобы он отвлёкся и не заметил Сашу:

— Женя, тебе же на соревнования надо скоро выезжать? Ты иди домой, собирайся, а я пойду в магазин ещё зайду.

— Пойдём вместе, — покровительственно сказал Евгений. — Я тебя теперь одну никуда не отпущу, и на реконструкцию сегодня ты без меня тоже не пойдёшь.

— Да я быстро, дорогой! Только куплю продуктов, чтобы приготовить ужин, и сразу домой, а тебе ещё надо успеть приготовиться.

Евгений выразительно посмотрел на свою жену и почти с минуту не мог ничего ей ответить. То ли он соображал, стоит ли ему отпускать супругу одну в магазин и правда ли ему надо срочно готовиться выезжать на состязания по восточным единоборствам или его впечатлило ласкательное обращение любимой женщины, и он совсем забылся на мгновение. Но для Екатерины это подействовало наилучшим образом.

— Ладно, дорогая! Буду ждать тебя дома, не задерживайся.

— Хорошо! — вымолвила Катя и, едва прикоснувшись, поцеловала мужа в щёчку в знак благодарности.

Евгений ехидно улыбнулся и смачно чмокнул её в губы, но Екатерина смущённо опустила голову и не дала ему больше возможности облобызать себя. Тогда её супруг побрёл тяжёлой поступью в сторону дома, а Катя сделала вид, что направилась лёгкой походкой к продуктовому магазину. И когда её «надзиратель» скрылся за углом многоэтажного здания, она резко свернула с предполагаемого пути и быстрым шагом двинулась на набережную.

А тем временем наша воркующая парочка, слегка теряясь от сковавшей их предательской неловкости, продолжала всё ближе знакомиться.

— Как давно ты занимаешься реконструкцией? — немного робко спросил Саша у девушки, которую буквально прошлым днём нагло посмел взять в плен.

— Не поверишь! Вчера у меня был дебют, — застенчиво ответила Маша и смущённо улыбнулась.

— Да ты что? То есть, сегодня у тебя будет второе подобное мероприятие в жизни?

— Верно! — подтвердила Сашина собеседница и с большим любопытством спросила у него. — А ты уже матёрый реконструктор, как я погляжу, раз смеешь брать в плен неопытных санитарок?! Ведь это было не по сценарию. Ты каждый раз такое вытворяешь?

Наш герой уже открыл рот, чтобы что-то сказать в ответ, но в этот момент его перебила Катя.

— Да, это его любимое занятие… — вполне серьёзно выпалила она. В её голосе читались явные нотки ревности и упрёка. — Прям хлебом не корми! Ни одной санинструкторской юбки не пропускает.

Парочка сразу перестала радостно улыбаться и осеклась. Александр негодующе посмотрел на подошедшую Екатерину и весьма резко вопросил:

— Ну, здрасти, приехали… Ты, что такое несёшь-то?!

— Я несу людям счастье! Но люди только пользуются мной и бросают, как ненужную вещь. Я права, Саша?

— Маш, не слушай её, она сумасшедшая!

Девушка удивлённо смотрела то на Екатерину, то на Александра и ничего не могла сказать от непонимания происходящей ситуации.

-— Ах, вот как ты заговорил, — продолжила настойчиво гнуть свою линию Катя. — Что, правда глаза режет?

— Ты совсем рехнулась, что ли? Какая «правда»? — стал закипать Саша. Он, конечно, прекрасно понимал, что Катя хочет принизить его в глазах Маши, чтобы у неё не было желания с ним больше общаться и, таким образом, отвадить новоявленную соперницу от него. Но такой подход к делу начал сильно раздражать Александра, даже несмотря на то, что он всё ещё сильно любил Екатерину.

— Чистейшая! — с кривлянием фыркнула Катя, а затем обратилась к Маше. — Знай, милочка, что он тоже тебя поматросит и бросит, как меня.

Саша не смог больше выносить этот бред и, повернувшись к юной девушке, совершенно спокойно произнёс:

— Маша, пойдём отсюда. Нечего слушать тут всяких неадекватов. Скоро начнётся полевой выход с реконструкцией, а нам надо ещё успеть переодеться в форму.

Александр взял девушку под локоть и повёл её в сторону стоянки, где находились автобусы с реконструкторами, которые уже активно готовились к началу мероприятия и спешно переоблачались в военно-исторические костюмы. Екатерина осталась стоять одна и смотреть, как уходит её любимый человек с другой девицей под ручку. Сначала Катю пробрал дикий мандраж, затем её распёрло от испепеляющего гнева, но ненависть быстро сменилась на отчаяние, и тут нашу героиню совсем накрыло от расстройства мокрых чувств. Она вытащила дрожащей рукой из кармана свой мобильный телефон и быстро нашла номер Виктора, нажав на вызов абонента. В динамике мобильника послышались характерные гудки дозвона.

— Да, Катя, привет! — ответил на звонок Витя. — У тебя что-то срочное? А то мы сейчас переодеваемся и выходим уже на рекон скоро.

— Срочное, Витя, очень срочное! — не скрывая досады, выговорила Катя, смахивая ладонью бегущие по щекам слёзы. — Похоже, я его потеряла теперь навсегда… Это конец…

— Погоди, погоди! Не понял тебя. Что случилось? Объясни толком.

Екатерина сделала большой вдох и, собравшись с духом, вымолвила:

— Саша теперь любит другую. Я ему больше не нужна.

— С чего ты так решила?

— А ты посмотри сам. Они идут к вам от набережной вместе под ручку.

— Да, вижу, — после короткой паузы сказал Витя. — Но это ещё ничего не значит.

— Он делает это намеренно, чтобы я увидела его с другой и не приставала к нему больше. Значит, он точно хочет теперь со мной расстаться.

Катя уже открыто начала рыдать. Некоторые слова даже проглатывались от переизбытка расстроенных чувств.

—Так! Спокойствие. Ещё не всё потеряно. Кажется, я знаю, как поступить и снова наладить твои отношения с Сашей.

— Правда? — чуть успокоилась Екатерина, и в её голосе зазвучала последняя надежда на счастье. — Ты сможешь помочь?

— Обещаю!

— Благодарю, Витя! Ты настоящий друг.

—Да, только боюсь, Саша этого не оценит. Но это будет жертва ради вашего благополучия.

— Ты точно уверен, что выбрал правильную тактику?

— Нет. Но другого выхода я пока не вижу. Не думай об этом. Прорвёмся…

— Ох. Прости, что втягиваю тебя в это.

— Всё норм. Лишь бы вы были счастливы. Так, кладу трубку. Саша подходит.

— Да, спасибо! Пока!

— На связи!

Молодые люди приблизились к автобусам, при этом Александр ещё что-то говорил успокаивающее и умиротворяющее Маше, после чего она мило улыбнулась ему и скромно произнесла:

— Ещё увидимся.

— До скорой встречи! — осклабился Саша и проводил взглядом девушку, которая отправилась к ребятам из своего клуба, чтобы тоже успеть приготовиться к предстоящему мероприятию.

— А ты, однако, ловелас! — насмешливо подтрунивая друга, сказал Виктор. — Не успел наиграться с одним трофеем, как тут же прихватил себе новый…

— Я же не виноват, что в Крыму столько соблазнительных трофеев, — иронично выговорил Саша, продолжая блаженно смотреть в сторону новой подруги.

-— Но это не значит, что ими надо пользоваться, а затем выкидывать, как старый бесполезный хлам.

Довольная ухмылка снова сошла с лица Саши, и он сердито поглядел на своего товарища. После чего раздражённо спросил:

— И ты туда же? Что, тебе уже Катя настучала?

— Это не имеет значения! Важно лишь то, что ты ведёшь себя неважно!

— Ну, давай ещё ты меня поучи уму разуму…

— Не хочу тебя учить, ты и сам прекрасно всё понимаешь. Но смотри, как бы с тобой не поступили потом таким же образом.

Александр снова смягчился и уже добродушно произнёс:

— Я знаю, пока ты рядом, ничего плохого со мной не случится.

Виктор сделал паузу и вкрадчиво посмотрел в глаза друга. Он разрывался от желания помочь Екатерине и в то же время предостеречь Александра от нежелательных последствий его новых похождений. Но то, что задумал сделать Витя, было весьма рискованно: помочь влюблённым воссоединиться и обрести им своё счастье, и в то же время потерять друга и впасть в его немилость. Но игра стоила свеч, и маленькая надежда на прощение и пониманиетеплилась в его душе. Поэтому он показал жестом пальцев, что всё «ок» и сказал:

— Всё ради вас! Ладно, давай уже переодеваться быстрее, скоро будет построение.

— Согласен! Это мы мигом...

***

Друзья, быстро собравшись, надели на себя уже привычную для них форму вермахта и соответствующую боевую амуницию, похватали свои охолощённые макеты и пошли с остальными реконструкторами к братскому захоронению советских воинов времён ВОВ. Здесь реконструкторы разделились на две части и встали друг напротив друга. С одной стороны бойцы РККА выстроились вдоль улицы Калича, а с другой стороны — немцы, которые расположились на дороге, уходящей серпантином вверх на холм. Красноармейцам предстояло пройти практически маршем по центральным улицам города и вдоль набережной Балаклавской бухты, а затем у развалин крепости Чембало сделать засаду и поджидать там появления солдат немецкой армии.

Вермахту же был отведён более тяжёлый путь, но гораздо интереснее и занимательнее, если рассматривать его с точки зрения антуражности данного полевого выхода в условиях военно-исторической реконструкции. Немецкие солдаты в полной походной выкладке, с макетами оружия и с оригинальными десятилитровыми бидонами, заполненными питьевой водой, поднимались вверх по склону по петлявшей грунтовой дороге. Молодые реконструкторы, как Саша и Витя, держались бодрячком и с энтузиазмом шли вперёд, придерживаясь маршевой колонны, а те, кто были уже постарше, прилично так отставали. Не все возрастные мужчины были готовы физически к таким изнурительным пешим прогулкам: сказывались прожитые годы и малоподвижная работа. Хотя трудно было всем: сапоги с непривычки натирали ноги, тело в шерстяной форме неимоверно изнывало от духоты и сильно потело, и наконец, ноша была тяжелая, а погода жаркая и влажная. Добравшись до смотровой площадки, откуда открывался потрясающий вид на весь город Балаклаву и бухту, группа решила сделать небольшой привал и подождать остальных отставших камрадов, а заодно испить воды и перевести дух. Им оставалось ещё немного подняться на холм, а затем начинался относительно лёгкий спуск, в обход Балаклавы по левому флангу прямиком к крепости Чембало — конечной точке запланированного маршрута.

После непродолжительного отдыха, сделав серию впечатляющих снимков, ребята отправились дальше по намеченному курсу. Проходя мимо развалин домов, которые ещё застали войну, старший сводного отряда немецкой армии, из местных реконструкторов, обратил внимание всех на одну историческую достопримечательность — слева на другом большом холме находилась «Бочка смерти». Так называли наблюдательный пост в Южном форте, построенный ещё во времена Первой мировой войны русскими войсками для наблюдения за прибрежной зоной Чёрного моря. А такое легендарное название это сооружение получило потому, что внешне оно было цилиндрической формы и ещё от зловещих мифов, повествующих о том, что отсюда гитлеровцы, якобы, скидывали советских военнопленных в пропасть.

Наконец, осилив этот нелёгкий и мучительный, но чрезвычайно увлекательный переход, реконструкторы вермахта подошли к генуэзской крепости Чембало. И здесь, на проходящих вдоль полуразрушенных стен уставших немцев, напали засевшие красноармейцы. Засада оказалась удачной: отступать было некуда и солдаты вермахта приняли свой последний бой. Они стали отстреливаться из всех стволов, а также застрочил единственный в их сводной группе пулемёт MG-34. Он то и заставил залечь наступающие части РККА.

Александр пристально всматривался в лица и пытался разглядеть в цепях реконструкторов Красной армии свою единственную и любимую, о которой не переставал думать и мечтать... Он предполагал, что Екатерина тоже будет участвовать в постановке этого сражения, но, к сожалению, её нигде не было видно. Саша приметил только, где находится Маша в своей форме санинструктора РККА и решил, что идти в контратаку нужно именно в этом направлении.

— Vorwärts marsch[1]! — громко скомандовал Александр и повёл назначенное ему в подчинение отделение солдат вермахта в бой.

Виктор был тоже в их числе и последовал вслед за командиром. Короткими перебежками они быстро сократили расстояние до залёгших на склоне красноармейцев, ведя подавляющий огонь из охолощённых макетов стрелкового оружия. Советские бойцы отвечали им не менее массированной стрельбой из винтовок, автоматов и пулемётов. Непрерывное стрекотание сотни выстрелов рвало и содрогало воздух.

Наконец, когда дистанция между двумя противоборствующими армиями сократилась до минимума, советские офицеры подняли своих солдат и отважно бросились в рукопашную схватку на ненавистного врага. Серая ожесточённая масса яростно сцепилась с благородной силой цвета хаки. Саша отчаянно боролся с каждым нападавшим на него красноармейцем, опрокидывая всех на землю. Он упорно шёл к цели, несмотря на сильный натиск. Сейчас ему хотелось назло Кате напасть на Машу и сражённым умереть в её объятиях. Но когда до девушки оставалось буквально несколько шагов и Александр уже почти достиг желаемого, в этот самый момент наперерез ему выскочил бравый реконструктор в костюме пехотного лейтенанта РККА и выстрелил в обнаглевшего немца из своего пистолета ТТ почти в упор. Александру ничего больше не оставалось, как отыграть попадание в него пули и картинно распластаться на земле, имитируя свою отважную, но напрасную смерть. Поначалу этот эпизод лишь привёл его в лёгкую досаду, от того, что не вышло погибнуть, завалившись на Машу, с которой подумывал завязать отношения, раз не получается с Катей. Но это были ещё только цветочки и того, что случилось дальше, Саша никак не ожидал.

Виктор, лихо отбиваясь от наседающих советских солдат, краем глаза заметил, что его друга условно убил какой-то шустрый офицер. Тогда Сашин камрад помчался опрометью на обидчика, выставив вперёд свой карабин Маузера 98к на вытянутых руках. Витя врезался в офицера на всём ходу, и они оба повалились на землю. Между ними завязалась борьба. Советский лейтенант сумел выбить оружие из рук врага и перевернуть фрица, уложив супостата спиной на землю. В запале он принялся почти реально душить немца, так как тот тоже отчаянно сопротивлялся и никак не хотел умирать, словно это была не театрализованная постановка, имитирующая бывалую битву, а самый настоящий смертельный бой. Виктор тоже пришёл в неистовство от такой реалистичности удушения и, собрав все свои силы, рывком перевалил этого заигравшегося реконструктора на землю. Уже немец теперь оседлал советского командира и еле сдерживал его порывы скинуть с себя этого наглеца и задать ему приличную трёпку.

Но тут пришла на помощь своему товарищу Маша, которая всё ещё находилась рядом. Она подобрала валяющийся Витин макет карабина и, размахнувшись, врезала прикладом по каске фашиста. Девушка старалась не сильно прикоснуться к стальному головному убору распоясавшегося фрица, а только ощутимо дотронуться до него, чтобы он понял, что его как бы сейчас убили. Но видимо имитация удара получилась весьма ощутимой, так как сквозь общий шум боя было ясно слышно, как громко звякнули металлические предметы, и Виктор, закрыв глаза, без чувств завалился на лежащего под ним лейтенанта. Офицер резво сбросил с себя обмякшее тело немецкого солдата и, поднявшись, побежал дальше в атаку на отступающие вражеские войска.

Только Маша осталась стоять на месте и выронила из обессилевших рук оружие, которым, как ей показалось, только что убила человека. Она тут же склонилась над погибшим и припала ухом к его груди, прослушивая, бьётся ли его сердце. Но из-за громыхающей трескотни продолжающейся битвы не удавалось что-либо расслышать.

— Эй, очнись! — запричитала перепуганная Маша и посмотрела увлажнёнными глазами на физиономию поверженного немца. — Ты что, правда, умер? Очнись, прошу тебя!

Но Виктор не шевелился и даже ни один мускул не дрогнул на его лице. Тогда девушка принялась делать ему непрямой массаж сердца, как её учили, и искусственное дыхание через рот. Тут уже Витя, который только притворялся, что потерял сознание, воспользовался ситуацией и страстно поцеловал девицу в засос.

— Хам! — выпалила Маша и отпрянула от нахала, влепив ему смачную затрещину по щеке.

— Я ведь с самыми серьёзными намерениями! — съюморил Витя, но действительно с серьёзным подтекстом, поскольку она ему очень понравилась. — Делай любовь, а не войну. Девица-красавица, давай целоваться.

— А я с наглецами не целуюсь.

Маша картинно отвернулась от парня и деловито сложила руки на груди, как бы показывая, что обиделась, но в то же время хочет продолжения этой игривой завязки. Витя сразу смекнул, что к чему, и не заставил себя долго ждать. Он придвинулся ближе к девушке и сказал ей, расплывшись в улыбке:

— А если я тебя в жёны возьму?

— Вот, когда возьмёшь, тогда и будем целоваться.

— Abgemacht[2]!

В это время грохочущие звуки боя стихли, и над прилегающей местностью поплыли раскатистые возгласы победоносного «Ура!» Красная армия выиграла этот бой и завершила освобождение города Балаклава от немецко-фашистских захватчиков. Реконструкторы РККА построились в одну линию и произвели салютующие выстрелы в воздух в честь одержанной победы. Павшие солдаты поднялись и стали со всеми собираться к возвращению на базу.

Александр всё видел и слышал, что произошло между его другом и девушкой, к которой успел немного проникнуться чувствами, и потому это обстоятельство сильно подкосило нашего героя. Он медленно поднялся с земли и пристально, с презрительным укором взглянул на сидящих перед ним друзей. Саша ничего не сказал им, затая сильную обиду, а просто молча развернулся и зашагал прочь с этой площадки, где только что отгремела реконструкция.

— Саня, ты чего? Подожди нас! — выкрикнул ему вдогонку Витя.

Но это парня не остановило. Александр угрюмо пёр напролом, приближаясь к толпе зрителей. И когда он подошёл к оцеплению, встретился взглядом с Екатериной. Она стояла в толпе и внимательно смотрела на него. Саша на мгновение остановился и заглянул Кате в глаза. Его колкий и прожигающий насквозь взгляд испугал её. Девушка хотела что-то сказать ему, но так и застыла на вдохе.

Александр прошёл мимо, тоже не сказав ни слова, и растворился среди многочисленного скопления народа. Екатерина уже дёрнулась бежать за ним, чтобы попытаться поговорить и всё решить, но что-то её сдержало, и она остановилась. Катя поняла, что сейчас не самый подходящий момент для разговора, и к тому же Евгений мог их увидеть вместе. Тогда беды не миновать. Она вдруг осознала, что надо выждать время, а случай сам представится.

И такой случай вскоре представился, но совсем не так, как рассчитывала Катя…

***

На следующий день пробуждение для Саши было трудным: он почти не спал всю ночь и пребывал в тяжких раздумьях, почему Катя так себя ведёт; его терзали смутные сомнения, недопонимание её действий и вообще обстановка в их отношениях в целом. Он держал на неё сильную обиду и потому не звонил и не писал ей сообщения целый день. А также Александр был крайне раздосадован поступком своего лучшего друга, который, по его мнению, предал и отбил его новую подругу. В общем, весь мир были против него.

К тому же несмотря на все радостные мгновения — прекраснейшая тёплая и солнечная погода, окружение весёлых и жизнерадостных камрадов, замечательное и масштабное мероприятие,— все эти прелести жизни омрачались осознанием того, что фестиваль скоро должен закончиться, и все вернутся в обыденные серые будни, в тесные круги повседневных лиц, на монотонную работу и к опостылевшему домашнему быту. Кого-то дома ждали любимые , а кто-то своего любимого человека оставлял здесь, откуда скоро предстояло уехать и, вероятно, уже никогда не представится больше возможности увидеться с этим человеком вновь. Александр терзался этими наводящими мыслями и наконец-то осознал, что эта война на любовном фронте была проиграна. Ему не удалось отвоевать свою любовь у врага, который довлел и властвовал над женщиной, которую он так любил. Катя, конечно же, была его союзником и «двойным агентом» в этом противостоянии, но её ресурсы тоже были ограничены, а в случае перехода на сторону Саши ей грозили страшные последствия, с возможным летальным исходом, а на такую жертву, даже ради любви, она не могла пойти.

Александр неимоверными усилиями заставил себя выползти из палатки и переодеться в немецкую форму. Он, ссылаясь на плохое самочувствие, ни с кем толком не разговаривал, а просто молча вышел со всеми на поле и занял своё место. Все реконструкторы приготовились к началу сражения за Севастополь точно так же, как когда-то в 1944 году две противоборствующие армии готовились к смертельной битве за Крым.

Бой начался в самый разгар дня. На позиции, занимаемыми немецкими войсками, пошли в молниеносную атаку мощные силы Красной армии — множество танков и лавина пехоты. Сходу прорвать первую линию обороны немцев не получилось. Солдаты вермахта отчаянно сопротивлялись и вели огонь из всех орудий. К наступающим войскам подключилась артиллерия и почти сравняла первую линию с землёй. Гитлеровцы отошли на вторую линию траншей, зажимаемые с флангов наступающими частями советских войск. Немцы оборонялись до последней капли крови, понимая, что если они проиграют в этой битве, то Крымский полуостров будет сдан окончательно.

Наконец, прорвав эту линию траншей, красноармейцы безудержным натиском ворвались и в третий эшелон немецкой обороны. Завязались ожесточённые рукопашные схватки. Вражеские захватчики всё-таки отбили этот штурм красноармейцев и сами пошли в отчаянную контратаку. В этом наступлении Саша увидел, что напротив него ползёт советский снайпер, одетый в маскировочный костюм расцветки «Амёба». Он не мог толком разглядеть этого бойца из-за плотно надвинутого на лицо капюшона, но почему-то сразу подумал, что это была Катя.

Наш герой тут же приободрился и с надеждой навстречу с любимой резво выбежал по направлению к снайперу, дав небольшую очередь из своего МР-40. Стрелок в маскхалате замер на месте, отыграв свою гибель. Александр обрадовался в душе, что сейчас ему предстоит возможность сблизиться с Екатериной и тогда он может тоже погибнуть здесь и поваляться с ней вместе рядышком. Возможно, сейчас они смогут даже поговорить и наладить свои отношения.

Саша быстро подскочил ближе и перевернул поверженного снайпера на спину, раскрыв лицо. Но в тот же миг он обомлел: это была не Катя, а совершенно незнакомая ему девушка-реконструктор. Досада снова овладела им, но вида он не подал. Александр подмигнул этой девушке, вскочил и побежал догонять своих камрадов, смело идущих на штурм некогда своих же траншей, захваченных ранее частями Красной армии. Заняв снова отвоёванные позиции, немцы, приготовились к новому штурму. Но тут началась новая мощная волна атаки красноармейцев, которая смела оставшееся сопротивление немцев и завершила тем самым победоносное освобождение Севастополя и Крыма.

После боя реконструкторы выстроились в одну линию перед зрителями и дали залп в воздух из всех стволов в память о погибших героях прошедшей войны. Прозвучали поздравления и состоялось вручение почётных грамот командирам клубов реконструкции, ознаменовав окончание и закрытие Крымского фестиваля.

***

Солнце устало закатилось за горизонт, словно отправилось на боковую спать. Природа замерла в благой тишине и смиренно отдыхала, накапливая силы для нового дня. Ветер стих и покоился на вершинах невысоких Крымских гор, чтобы следующим утром бодро пуститься во весь опор на прилегающие равнины. Местные представители фауны, закончив все свои дневные дела, приготовились ко сну, чтобы завтра на восходе продолжить их снова. Но горе было той живности, которая проживала в районе Федюхиных высот. Эта ночь для них была неспокойной и бессонной.

Громкие долбящие раскаты будоражили и разносили ударный бас по всей округе, будто канонада артиллерийского обстрела проходила совсем рядом с этим местом. Но это были вовсе не боевые действия, это просто отрывались от всей души военно-исторические реконструкторы. На площадке релакс-зоны проходила ночная дискотека, где вновь перемежались все времена и эпохи. А нетрезвые товарищи, а таких было превалирующее большинство, устраивали салюты и палили при этом из своих охолощённых макетов в раскрытое настежь небо.

Светлана присутствовала на этом шабаше, но вскоре ей наскучила эта феерия, и она решила вернуться в палаточный городок, чтобы отдохнуть от этого шального пьяного угара. Но она не дошла ещё до своей палатки, как ей из темноты наперерез, словно чёрт из табакерки, выпрыгнул из кустов Семён и сходу выпалил:

— Чего одна бродишь, красавица?

— Тьфу ты, дурак! — испуганно вскрикнула Света. — Чуть сердце не остановилось.

– Расслабься! Это я.

— Ты чего тут прячешься один?

— План разрабатываю…

— Какой ещё план?

— Мести.

Светлана недовольно фыркнула, зная эту нескончаемую негласную вражду между Семёном и Сашей, которая уже всем изрядно начинала надоедать. Поэтому уже сделала шаг в сторону своей палатки и устало произнесла:

— Удачи тебе!

— Погоди, подруга, — рыкнул Семён и схватил Свету за руку. — Для тебя тоже есть роль в этом сценарии.

— Пусти и не впутывай меня в свои гнусные делишки.

— А если это поможет тебе сблизиться с Сашей? Что ты на это скажешь?

Девушка всмотрелась в темноту, пытаясь разглядеть лицо своего визави и понять, шутит он или говорит правду.

— Невозможно! Он любит эту крымскую шалаву, а на меня и внимания не обращает.

— Невозможное — возможно! Во-первых, она не шалава. Во-вторых, я придумал, как нам разлучить их раз и навсегда. А в-третьих, после осуществления моего плана, ты легко сможешь сойтись с Сашей, а я добьюсь Кати.

— Звучит заманчиво, но крайне маловероятно… И как же ты намерен это провернуть?

— Проще простого. Если тебе интересно, могу поделиться с тобой своей концепцией.

— Интересно!

—Тогда слушай…

***

Александр лежал один в палатке и никак не мог уснуть. Повсюду раздавался смех, и стояло безудержное веселье. Реконструкторский лагерь гудел и развлекался всласть. Куражилась последняя «королевская» ночь фестиваля, и потому каждый хотел отжечь здесь напоследок, чтобы запомнить это событие надолго. Но Саше не спалось совсем не потому, что громко звучала музыка или шумел выпивший народ. Он думал обо всём, что с ним происходит: о Кате, Маше, Вите и даже о Свете... И только стоило ему подумать о своей одноклубнице, как она появилась тут как тут. Словно она что-то тоже предчувствовала, но выжидала подходящий момент. Светлана осторожно подошла к Сашиной палатке и чуть слышно спросила:

— Саша, ты не спишь?

— Нет! — нехотя отозвался он.

Раздался характерный звук бегунка на раскрывающейся молнии, и внутрь палатки просунулась голова Светы.

— Саш, дай мне, пожалуйста, свой телефон. А то мой совсем разрядился, а я хотела маме написать, что у меня всё в порядке и завтра вернусь домой.

Александр против воли достал свой мобильник из кармана и разблокировал экран, после чего протянул телефон Свете. Она поблагодарила и отошла от палатки на несколько шагов. Только вот писать смс Света стала вовсе не маме, а Кате, как будто ей это пишет сам Саша: «Любимая, я не могу жить без тебя! Я очень скучаю по тебе! Приезжай ко мне прямо сейчас, я жду тебя в своей палатке. Целую!»

Девушка злорадно улыбнулась и отправила сообщение адресату. Затем немного выдержала паузу, чтобы получить ответ и удостовериться, что всё идёт по плану. И действительно, совсем скоро пришёл ответ от Кати: «Хорошо, сейчас приеду!»

Светлана ехидно улыбнулась, но сразу убрала улыбку с лица, теперь ей предстояло осуществить самую сложную часть этого коварного замысла. Она удалила эти сообщения из телефона и снова подошла к палатке. Просунулась внутрь по пояс, передавая Саше его телефон, и как бы невзначай спросила:

— Почему ты лежишь и не хочешь развеяться в последнюю ночь? Все бухают, веселятся, танцуют на дискотеке, а ты здесь грустишь один.

— Потому что мне грустно, и я один!

— Бедняжка! — Света осторожно протиснулась в палатку всем телом и стала аккуратно ластиться к Саше. — Ты переживаешь из-за тех, кто тебя не достоин. Тебе нужен кто-то, кто будет всегда с тобой рядом и никогда не предаст.

—Кого ты имеешь в виду? — Саше не хотелось сейчас с кем-либо вести беседу и потому он отвечал через «не хочу».

— Ну, например, твои друзья из Ржевского клуба, а не эти крымские подстилки.

Александр сурово насупил брови и гневно посмотрел на Светлану.

— Вот как раз лучший друг из Ржева меня и предал... От чего мне вдвойне больней.

Он уронил голову обратно на рюкзак, служивший ему сейчас подушкой, и уставился глазами в одну точку в углу палатки.

— Ты просто сделал ставку не на того друга. — Света приблизилась ближе к Саше и принялась успокаивающе гладить его по голове. Он не сопротивлялся. — У тебя ведь есть ещё я, а я никогда тебя не предавала и была тебе искренне верна.

Она приподнялась и, перекинув ногу, уселась сверху на бёдра Саши, тем самым оседлав его, словно заправская наездница.

Наш герой повернул голову и недовольно посмотрел на Свету, но не сбросил её с себя, а продолжил молча и ровно лежать, чем наглая девица и поспешила воспользоваться.

— Я покажу тебе настоящую любовь, только со мной ты будешь счастлив.

Она игриво улыбнулась и принялась расстёгивать пуговицы на его немецкой рубашке, при этом продолжая заговаривать ему зубы, чтобы он не успел опомниться.

— От моих ласк ты получишь несказанное удовольствие, и тебе уже больше никто не будет нужен.

Её шаловливые пальчики коснулись его твёрдой груди и поползли выше по шее и легли на его щёки.

— Со мной ты забудешь обо всём на свете и навсегда станешь только моим...

Девушка прильнула ещё ближе к лицу Саши и впилась своими губами в его уста. Он дёрнулся и схватил Свету за предплечья, отклоняя её от себя. И тут боковым зрением он увидел, что через открытую молнию в палатку заглянула Катя. Она тут же в шоке отскочила назад и быстрым шагом пустилась прочь.

Александр немедленно вылез из-под Светланы и также резво выбрался из палатки. Он сразу же помчался догонять Екатерину, чтобы всё ей объяснить. Но Катя вся в слезах уже бежала, и Саше даже пришлось тоже хорошенько поддать, чтобы её настигнуть. Схватив девушку за руку, он остановил свою любимую и развернул её к себе.

— Катя, постой! Послушай меня, прошу!

— Оставь меня! Что ты можешь мне объяснить? Я видела тебя вместе со Светой.

— Ты права, эта ситуация выглядела как в дешёвом сериале. Но я тебе клянусь, это всё инициатива Светы.

— Но ты не особо-то был против. Ты целовал её в ответ.

— Может со стороны это так и выглядело, но это не так. Клянусь тебе!

— Ты врёшь! Ты всё это специально подстроил, чтобы сделать мне больно?!

— О чём ты говоришь? Я ничего не подстраивал.

— Ты написал мне смс, чтобы я приехала к тебе срочно, что ждёшь меня. А сам с этой...

— Я тебе ничего не писал. Я был один в палатке и думал о тебе, а потом...

Тут Саша вспомнил, что Света брала его телефон, и до него сразу всё дошло, но Катя уже и слышать ничего не хотела.

— Ты всё врёшь и издеваешься надо мной. Ты — подлец! Видеть тебя больше не хочу!

Екатерина резко развернулась и снова быстро зашагала прочь к выходу из лагеря реконструкторов. Александр спохватился и побежал к ней наперерез.

— Да послушай ты меня. Я всё тебе объясню!

— Отстань! Ничего не хочу слышать!

Саша опять схватил её за руку, но Катя вырвалась и побежала. Он быстро догнал её и крепко обхватил руками, так что она уже не могла никак освободиться.

— Ты не уйдёшь отсюда, пока не выслушаешь меня! Это всё Света…

— Отпусти или я буду кричать!

Вдруг из-за спины Саши послышался угрюмый голос Семёна:

— Ты что, не слышал? Отпусти её!

Александр повернулся на голос и тут же получил мощный удар по лицу. От неожиданности он не успел среагировать на этот хук с правой, и поэтому врезавшийся в его щёку кулак Семёна практически отправил Сашу в нокдаун. Наш герой повалился на землю, но сознание не потерял. Катя только чуть испуганно вскрикнула, но осталась стоять на месте.

— Не смей к ней больше прикасаться, ничтожество! — Семён напыщенно геройствовал, явно выделываясь перед Катей. — Ты изменил ей, значит, ты её теперь не достоин. Так что не лезь к ней больше. Теперь я её герой!

После этих слов он приобнял Катю за талию и повёл в сторону релакс-зоны. Екатерина, находясь в шоковом состоянии, ещё не могла толком сообразить, что произошло и как ей надо действовать в таком случае: то ли броситься к Саше на помощь, то ли накинуться с кулаками на его обидчика. Но она просто поддалась напору Семёна и пошла за ним ведомой, лишь виновато оглядываясь назад на Александра.

Саша молча поднялся на ноги, держась рукой за ноющую от удара щёку, и обескуражено остался стоять на месте, провожая взглядом уходящую парочку.

— Ну, что я тебе говорила? — раздался негромкий голос Светланы позади Александра, и он сразу обернулся к ней. — Убедился?! Ты ей не нужен, как и она тебе. Только я могу помочь тебе обрести своё счастье...

— Верно, ты-то мне и поможешь, — сказал Саша и, ухватив Свету за рукав, потащил её за собой туда, откуда доносилась громкая танцевальная музыка.

На ночной дискотеке творился полный улёт и безграничное веселье. Реконструкторы разных исторических эпох танцевали вперемешку друг с другом: немцы с русскими, французы с англичанами, римляне с галами и т.д.

Александр со Светланой подошли к танцполу. Он выискивал в общей массе танцующих свою любимую девушку. Катя танцевала вместе с Семёном медленный танец. Тогда Саша потянул Свету в самую гущу вальсирующих реконструкторов и, обняв её за талию, сам пустился в пляс. Он нарочито танцевал как можно ближе к Екатерине, чтобы та видела его в обнимку с другой и, тем самым, ещё больше ревновала. Но Катя старалась делать вид, что ей уже всё равно и она его не замечает, хотя сама то и дело косилась на Сашу. Наш герой предпринял отчаянную попытку и как бы невзначай столкнулся с Семёном, чтобы они обратили на него внимание. Семён тут же остановился и что-то серьёзное стал объяснять Саше, только из-за ревущей музыки, он не мог ничего толком расслышать. Тогда Семён схватил Сашу за грудки кителя и даже уже замахнулся правой рукой, чтобы снова ударить его по лицу. Но тут снова подоспел спаситель Виктор и остановил горе-любовника, схватив Семёна за занесённую руку.

— Не надо! — твёрдо сказал Витя и отрицательно покачал головой.

Семён его не услышал, но намерение его понял, потому убрал руку и отпустил Сашу.

— Вы оба не вмешивайтесь в мои дела! — перекрикивая музыку, громко сказал им Семён. -— Теперь я буду с Катей, а вы проваливайте куда подальше!

И он снова крепко обнял Екатерину, весьма грубо прижав её к себе. Катя виновато посмотрела на Сашу, в её глазах читалось: «прости любимый, но спаси меня...»

Александр уже дёрнулся к танцующей паре, но Виктор резко остановил его, сказав громко ему на ухо:

— Сюда Евгений приехал, и он ищет свою жену. Тебе не стоит сейчас быть с ней вместе, это чревато тяжёлыми последствиями.

Саша молча взглянул на своего бывшего друга и положительно кивнул головой, и они вместе вышли с танцевальной площадки. Но не успели они пройти и пары шагов, как заметили приближающегося к релакс-зоне Евгения собственной персоной. Он решительно шёл туда, где ревела музыка, и веселился сонм реконструкторов. Ревнивый супруг выискивал в общей массе свою ненаглядную, но сразу не мог её найти. Пёстрая толпа одетых кто во что горазд реконструкторов мельтешила и переливалась всеми цветами и нарядами, отчего трудно было сначала разобрать, кто есть кто. Но вскоре Евгений обнаружил свою жену, когда она повернулась к нему лицом, только вот сама она не заметила его присутствия.

А строптивец сразу же напрягся и побагровел лицом. Он сильно стиснул зубы от злости так, что желваки заиграли на щёках, а глаза его наполнились таким неописуемым гневом, что было страшно в них заглянуть. Он увидел спину Катиного партнёра, который был одет в немецкую форму и сразу подумал, что это был ненавистный ему Саша.

Евгений быстро зашагал к своей цели, расталкивая танцующих людей, и в два счёта оказался рядом с Катей и её обречённым партнёром. Катя, завидев мужа за спиной Семёна, успела только в ужасе чуть отшатнуться назад, а вот её партнёр уже среагировать не успел. Тяжёлый и мощный кулак со всего маха опустился на голову бедолаги, отчего его шея даже сильно вошла в основания плеч. Хруст переламывающихся шейных позвонков был отчётливо слышен присутствующим рядом, несмотря на громкую музыку. Тело Семёна обмякло и тут же сложилось на полу, словно небрежно брошенный мешок с костями. Сразу раздались испуганные женские крики, а музыка вскоре оборвалась. На миг повисла тишина.

Евгений стоял, совершенно ошарашенный, и обезумевшими глазами смотрел то на Катю, то на распластавшееся тело у его ног. Только сейчас до него дошло, что он, вероятно, убил человека, а самое страшное, что это был совсем не тот человек, которого хотел устранить Евгений.

Кто-то начал оказывать первую помощь пострадавшему, кто-то уже звонил в полицию, а недалеко стояли Саша и Витя и наблюдали за происходящим. Друзья пробрались через сгрудившуюся толпу, и им стало всё понятно без слов.

Вскоре приехали все экстренные службы, а сотрудники полиции, после недолгих разбирательств задержали Евгения.

Друзья молча наблюдали за тем, как Семёна закатывают на каталке в карету скорой помощи, а полицейские сажают в машину арестованного Евгения, после чего они заметили проходящую мимо них Катю. Саша окликнул её и подошёл к ней ближе.

— Катя! Ты как, в порядке? Тебе нужна помощь?

— Мне нет, а вот Евгению теперь нужна помощь.

— Ты что будешь его защищать даже после того, что он сделал?

— Как это ни странно, да!

— Но почему? Ты же ненавидела его и хотела с ним разойтись...

— Как-никак, он всё-таки мой муж, и я обязана о нём позаботиться.

— Ты никому ничего не должна! Наоборот, у тебя теперь появился шанс стать свободной. Его ведь теперь надолго упрячут за решётку.

— И всё же мой долг быть с ним рядом, пока он в беде.

— Ну, что это за навязчивая идея такая? Ты как жена декабриста, что ли, я никак в толк не возьму?

В этот момент подошёл Витя и попытался разрядить накаляющуюся обстановку среди своих друзей:

— Что за шум, а драки нет?

— Да вот, Катя упрямится... Не хочет и слушать, что она теперь свободна.

— Кто упрямится, тот раскается, а кто не слушается, тот помучается... Друзья мои не надо сейчас выяснять отношения. Уже ночь и поздно что-либо обсуждать. Утро вечера мудренее. Придёт время, и мы вместе всё решим.

При этом Виктор добродушно улыбнулся и подмигнул Екатерине. Саша не смотрел на друга, он пристально глядел Кате в глаза.

— Я, правда, должна ехать. Спасибо вам, мальчики, за всё! Вы были самыми лучшими друзьями в моей жизни. Прощайте!

Катя развернулась и быстро зашагала к своей машине. Больше она не могла сдерживать слёзы и не хотела, чтобы их увидели Саша и Витя.

— Катя, погоди! — выкрикнул Саша и уже тронулся, чтобы побежать и догнать её, но Витя его остановил.

— Не дёргай её сейчас. Дай ей прийти в себя и собраться с мыслями. А потом и поговорите на свежую голову.

Полицейская машина с включёнными проблесковыми маячками, в которую посадили Евгения, выехала со стоянки за территорию лагеря. Катина машина последовала за ней. Друзья продолжали стоять на месте и проводили Катю взглядом, после чего Витя сказал:

— Теперь вы точно будете счастливы!

— С чего ты это взял?

— Она любит тебя!

— Она предана своему мужу...

— Да, но не Евгению, — Витя даже хмыкнул при этом и по-дружески подтолкнул Сашу в плечо. — Ладно, пошли, выпьем за Семёна что ли, хоть он этого и не заслужил.

Друзья переглянулись и молча зашагали в расположение лагеря реконструкторов.

***

Наутро автобусы были поданы к лагерю довольно рано. Реконструкторы не спеша заталкивали свои вещи в багажные отделения и рассаживались на свободные места. Александр сидел у окошка и с тоской смотрел на дорогу. Ему всё представлялось, что вот-вот приедет Екатерина, чтобы попрощаться с ним, а возможно даже, чтобы уговорить его остаться с ней здесь в Крыму… Но никто не приехал. А когда автобусы полностью заполнились реконструкторами , они отправились в аэропорт Симферополя. И, казалось бы, на этом всё и закончилось, но продолжение вскоре последовало…

[1]Вперед, марш! (нем.) Примеч. ред.

[2] Договорились (нем.) Примеч. ред.

Глава 10. Всё будет хорошо

Ноябрь 2015г.

Прошло почти два месяца, как закончился крымский военно-исторический фестиваль, и все его участники разъехались по домам. Саша больше не вёл переписку с Катей, так как был сильно на неё обижен, хотя по-прежнему в глубине души всё ещё сильно любил её. Он старался забыть и выкинуть её из своего сердца, потому и заблокировал все контакты и соцсети с Катей, чтобы не поддаться соблазну и не написать ей что-нибудь для продолжения отношений. Только это не сильно помогало ему: мысли о ней постоянно вертелись в его голове. Но Александр понимал, что раз Екатерина выбрала своего мужа, значит, он ей уже не нужен и нечего больше терзать себе душу пустыми надеждами.

Как-то однажды утром в субботний выходной день Саше позвонил Витя. Александр почти всё время после Крымфеста толком не общался с друзьями из клуба и потому нехотя принял этот входящий звонок.

— Да, Вить, привет! — холодно поздоровался Саша.

— Саш, привет! Как ты там? Жив, здоров?

— Да, потихоньку. Сам как?

— Тоже неплохо.

— Кстати, ты не знаешь, как у Светы дела? А то она мне совсем перестала писать и звонить. Переживаю, может, случилось чего с ней?

—Так ты ещё не в курсе? Она же в Крым переехала на ПМЖ. Познакомилась там с местным крымчанином и теперь живёт счастливо вместе с ним.

— Во даёт! Ну, умничка! Рад за неё.

— Кстати, насчёт Крыма, я тебе как раз по этому поводу и звоню. Ты ведь сегодня выходной?

—Да, только я...

Александр хотел как-нибудь отмазаться, зная, что Виктор может подкинуть какое-нибудь пустяковое дело, которое сейчас вовсе не хотелось делать, и тем более упоминание Крыма сразу насторожило нашего героя, но пока он не придумал, чем можно было заняться сегодня.

— Выручай, друже! Сгоняй на вокзал сегодня. Ко мне скоро Маша должна приехать, а я никак не успеваю с дачи вернуться. Встреть её, пожалуйста!

— Вить, ну, у меня может быть, тоже есть свои дела. Попроси ребят из клуба: Серёгу или Кирилла, например.

— Она их не знает, а тебя очень даже хорошо. И ей приятно будет, если именно ты её встретишь. Ну, пожалуйста! С меня магарыч причитается.

Саша выдержал небольшую паузу, поколебавшись ещё немного, но всё же согласился:

—Ладно, чертяка, уговорил. Во сколько она приезжает?

— В десять с копейками.

— Хорошо!

— Спасибо, Саш! Я твой должник.

Александр положил телефон, допил свой утренний кофе и собрался выезжать. Он не спеша вышел из дома и обратил внимание на погоду. На дворе стояла уже поздняя осень: было ещё не очень холодно, но пасмурно и, как это часто бывает, по-осеннему серо и меланхолично. Листва практически полностью опала с деревьев и лежала жёлто-бурым покровом на готовящейся к зимней спячке земле. Саша завёл свой автомобиль и помчался на вокзал встречать Машу, которая уже совсем скоро, по словам Виктора, прибывала в Ржев.

В субботний утренний час народу на станции было немного, и Александр быстро нашёл свободное место на парковке. Затем он вышел из машины и подошёл к главному входу на вокзал. Время прибытия автобуса уже прошло, но Саша нигде не наблюдал Машу. Он начал копаться в своём мобильнике, чтобы найти её номер телефона, но вдруг услышал знакомый женский голос позади себя, только этот голос был совсем не тот, который он ожидал услышать.

— Саша, привет!

Александр обернулся и не поверил своим глазам! Перед ним стояла Екатерина и чуть смущённо улыбалась ему.

— Катя?! Ты что здесь делаешь?

— Я соскучилась!

Саша осмотрелся вокруг и никого знакомого больше не обнаружил. И тут до него дошло, что просьба встретить Машу — это был всего лишь предлог, чтобы увидеться очно с Катей.

— Ну, Витя, ну, чертяка... Ну, я ему задам теперь... — Саша стал саркастически сокрушаться и наигранно кивать головой.

— Не серчай на него. Это я подговорила Виктора устроить эту встречу. Он понимал, что ты страдаешь, как и я, потому и согласился помочь. Он тебя очень ценит как друга.

— Я знаю это… Но почему ты здесь? Ты же осталась с Евгением?! — не то утвердительно сказал, не то с надеждой спросил Саша.

— Я почти каждый день ездила к нему в СИЗО и просила дать мне развод, но он был неумолим и ещё на что-то отчаянно надеялся. И лишь когда суд приговорил его к большому сроку за предумышленное причинение тяжких телесных повреждений, тогда он и согласился. Это ещё повезло, что Семён остался жив, правда теперь на всю жизнь останется калекой.

— То есть, ты теперь полностью свободна? — искренне обрадовался Саша.

— Нет! — ответила прямо Катя и мило осклабилась. — У меня есть любимый человек.

Александр испытал сильное внутреннее напряжение, но, надеясь на лучшее, всё же поинтересовался:

— Кто?

Екатерина шагнула ближе к нему и страстно его поцеловала в губы. Затем она отпрянула от Саши и с улыбкой сказала, глядя ему прямо в глаза:

— Это ты, конечно же, глупый!

— Ну, славься! — восторженно изрёк Саша, и они слились в крепком объятии, а затем нежно поцеловались, как целуются влюблённые пары после долгой разлуки.

— Значит, мы снова можем быть вместе, и никто нам не помешает теперь?

— Да, теперь мы можем реконструировать нашу любовь!

— Реконструкция любви? А что, хорошее название для романа, например?! Пожалуй, об этом стоит написать книгу… — задумчиво вымолвил Александр и рассмеялся.

Затем Саша помог Кате сесть в свою машину, и они радостные отправились к нему домой. А за большим витринным окном вокзала стояли в обнимку довольные Витя и Маша, наблюдая, как уезжают вместе их друзья.

КОНЕЦ.