Реинкарнация безработного: Новый оборот сансары

Глава 1 — Шанс, который я не заслуживаю.

Наконец, я снова смог видеть. Я всё ещё жив? Перед моими глазами предстала давно уничтоженная комната, мой кабинет. Не сгоревший, а всё ещё светлый, полный жизни. Может быть, всего лишь может быть, у меня получилось. Гамбит, ценой которого была моя жизнь, всё же дал мне обыграть бога людей.

Первым делом, ещё перед тем как осмотреться, я ощупал своё тело. Крепкое, мускулистое, целое, без ран, и молодое. Секундочку... Молодое?! Я был в прекрасной форме даже в свои шестясят или семьдесят, но молодым всё же не был. Ощупывая своё тело я заметил ещё кое-что — моя рука... Снова была заменена протезом. Её не было, была лишь изуродованная культя. Я же исцелил её, и сейчас... Стоп. Стоп-стоп-стоп. Что происходит?

Для начала пойму где я. Там ли, куда рассчитывал попасть. Да, несколько секунд назад мне показалось что я в нужном месте, но я уже ни в чём не уверен. Эксперименты с магией всегда были непредсказуемы. Я осмотрелся вокруг. Небольшой кабинет, с шкафом у стены. Перед окном стоит крепко сколоченный деревянный стол, на котором лежит знакомый мне дневник. В отличии от того, что был зажат у меня в руке, этот был новеньким. На нём даже не было царапин или следов запёкшейся крови.

Если говорить о комнате, то она была полной противоположностью обгоревших развалин, которые я видел всего пару минут назад. Или пару десятилетий? Я даже не знаю в каком я сейчас времени. Чувствую себя совершенно растерянным. Если подумать, в абсолютно новой и незнакомой обстановке, быть эффективным и быстро ориентироваться действительно сложно. Особенно, когда вокруг полно врагов. Роботы убийцы из классики кинематографа действительно впечатляют, если подумать.

Комната, от осмотра которой я снова отвлёкся на свои мысли, была мне знакома. Конечно она была мне знакома, это же мой кабинет. Он был не просто цел, он был аккуратно прибран. Ковер, застилающий пол, был чист, вытиясен, и ни одна пустая бутылка не портила опрятный вид кабинета. Так, значит это не время после ухода Сильфи. Вероятно, это либо время незадолго до него, либо уже сильно позже. Судя по отсутствию молодого меня и протезу я сделал то, чего так боялся. Я перезаписал сознание молодого себя.

Это меня немного шокировало. Я рассматривал это как вариант, но... Чёрт. Он был так счастлив, а я... Снова разрушил чью-то жизнь. Свою. Это для меня не впервые, но... Чёрт. Мой взгляд упал на трясущиеся руки. Даже протез трясся вслед за рукой. Чтоб тебя, давно меня ничего так не шокировало. Ноги подкосились, и ковер утратил свою безупречную чистоту. Меня вырвало, и я пошатнулся. Умывшись наспех созданной водой я оценил запасы маны. Полные, судя по всему, взамен потраченной при прыжке маны у меня есть запасы маны этого тела. Звучит жутковато, впрочем, это моё тело.

Прежде всего нужно узнать время. Мгновенно переведя мозг в боевой режим, я подавил эмоции. Взгляд скользнул к столу. Его освещал мерцающий свет пламени свечи. В небольшое окно лился непривычно спокойный лунный свет. Ничего не слышно, кроме моего дыхания.

Я подошёл к столу и отодвинул стул с лежащим на нём одеялом. Вероятно, это Рокси или Сильфи накрыли им меня, молодого меня. В моих руках оказался дневник. Запись на заляпаной слюной странице рассказывала о встрече и обучении у Перугиуса, о болезни Нанахоши и бое с Атофе. И, наконец, о моём возвращении домой. Ничего ни о остатках крысы, ни о подкормленной Аишей кошке, ни о болезни Рокси. Значит, точка отсчета сработала? Я попал когда мне нужно? Это всё ещё ломает мне мозг.

Одного дневника недостаточно чтобы полностью убедить меня когда я. Распахнув дверь, я выскочил в коридор. Меня мало волновала ночь и сон остальных жителей дома. Если они есть и выйдут ругать меня что я их разбудил... Как же я буду счастлив! Подбежав к двери Рокси, самой первой жертвы Хиттогами, я дрожащей рукой повернул ручку. Заперто. Чертыхнувшись, я открыл замок магией земли, и ворвался в комнату.

В маленькой, некогда гостевой, комнате были задернуты шторы. Лёгком взмахом руки я создал лампу, работающую как ночник, и подпитал её аккумулятор электричеством. Комнату осветил теплый желтовато-оранжевый свет абажура, и я увидел спящую на кровати девушку. Волны её спутанных голубых волос пришли в движение, когда она спросоня и ничего не понимая уставилась на меня.

— Жива! Рокси, Рокси, ты цела! — вырвалось рыдание из моей груди, когда я подскочил к кровати и прижал к себе всё ещё сонную демоницу изо всех сил.

— Р-Руди, что с тобой? — Совершенно растерялась, силясь что-то понять сонная Рокси. — О, о чем ты?

— Это, мне... — Я начал лихорадочно придумывать реалистичную отговорку. — Мне приснился кошмар о том, что ты не спаслась из подземелья в тот раз.

— Мне тоже иногда снятся кошмары об этом. — Тонкие пальцы сжали одеяло. — Иногда всё это кажется таким... Невозможным... Знаешь, иногда мне всё ещё кажется что это сон. — Взволнованная Рокси посмотрела мне в глаза.

— И мне... Я словно пережил кошмар наяву... — Сглотнув, я вытер слезы. — Рокси, чтобы мне было спокойнее, позволь применить к тебе магию исцеления, прошу.

— Руди, это лишнее... Это просто сон. — Попыталась переубедить меня Мигурд.

— Нет. — Твердо ответил я, мой голос становился с каждым словом всё более эмоциональным. — Ничто делающееся для твоей безопасности не может быть лишним!

— Н-но, Руди. — Покраснела Рокси.

— Никаких "но"! — Прервал её я. Не слушая возражений, я применил к ней магию детоксикации божественного уровня. — Не ешь никаких остатков еды, только свежеприготовленную! Я буду применять это заклинание к тебе каждый день по крайней мере неделю. Ты должна беречь себя и ребёнка!

— Откуда ты?! — Шокированно уставилась она на меня. Все мысли о неизвестном ей заклинании совершенно вылетели у неё из головы. — Я даже сама ещё не уверена...

— Лара вырастет здоровой, родная. — Прижал я голову жены к груди. — Всё будет хорошо, Рокси. Всё будет хорошо, обещаю... Даже если нужно будет убить ради этого бога.

Рокси, всё ещё пытающаяся разобраться в своих чувствах, хотела ответить, но её остановили горячие слёзы, падающие ей на макушку. Поведение её мужа было странным, но он беспокоился за неё в первую очередь, верно? Она решила молча принять это, и поддержать его, через что бы он не проходил. Это был её долг как любящей жены. Она лишь прижалась к груди Рудеуса, пока, наконец, не уснула.

***

Рокси, прямо передо мной, живая! Я до сих пор не могу поверить в это. Значит, и Сильфи, и Эрис, и Аиша, и Заноба, и Клифф, все живы? Неужели такое возможно? Десятилетия изучения магии подарили мне чудо? Трясущейся рукой я вытер слезы счастья. Впервые за... Я даже не знаю когда последний раз испытывал это чувство. Счастье, счастье! Рудеус, соберись, нужно сделать ещё пару вещей. Тем более, что когда я усну, мне наверняка явится Хитогами...

Шлепнув себя по щекам, я запечатал все двери в коридоре магией земли. Так никто не выйдет. Сбежав по лестнице, я повторил свои действия с дверями на первом этаже. Затем, отделив небольшую зону перед дверью в подвал, я убедился что отсюда не сбежать. Подсвечивая путь созданным духом света, я начал спуск по лестнице вниз, внимательно всё вокруг оглядывая. Гладкие серые стены, ровные и чистые ступеньки с небольшими выступами, и растущие из стены перила. Нигде нет никаких следов мыши. Вот и запертая дверь после лестницы, дверь, что попросил меня проверить Хитогами.

Набрав полную грудь воздуха, я пробил в двери отверстие на уровне глаз каменной пулей, и следом использовал самую подходящую для подземелий и замкнутых пространств магию — магию льда. Скованный "абсолютным нулем" подвал мгновенно преобразился, превратившись в ледяное царство. Сам воздух, скованный холодом, промёрз каждым атомом. Наконец, я толкнул дверь гравитацией. Она медленно распахнулась, и духи света влетели в комнату, освещая тесное прямоугольное пространство подвала.

Не считая скрытой двери и тюков с припасами, в подвале не было ничего примечательного. Сейчас же кое-что примечательное всё же появилось. Не считая толстого слоя невероятно плотного льда и промерзших до негодности продуктов, в пол слева от двери была вморожена мышь. Обычная, ничем не примечательная, не считая фиолетового отблеска, который луч света отбросил, отразившись от кривых, покрытых кристаллом зубов.

— Я всё-таки был прав... — прошептал я, бессильно опустившись на пол. Часть меня боялась что я ошибся и не смогу предотвратить трагедию.

Не время расслабляться. Выломав магией фрагмент льда с крысой внутри, я магией гравитации уложил его в созданный мной прочнейший каменный блок, тут же заделав его. Затем я направил руку в помещение покрытое льдом, не убирая блок оттуда. Я несколько сдерживался, чтобы блок не повредился, но дезинфекция нужна. Комнату окутало такое же синее как этот лёд пламя, и вскоре лёд растаял и испарился, а блок был обработан и очищен огнем. Я заделал его новым слоем магии земли, и запечатал подвал магией. Затем, поднимаясь по лестнице, я на каждой ступеньке создавал новую стену.

Выйдя наверх, я снял стену, отделяющую вход в подвал и небольшое пространство перед ним. Мой путь на улицу лежал через кухню. Я не зря сделал крюк, моя цель — остатки еды на столе. Миг — и они в воздухе, поглощены моим пламенем, а пепел собран в ещё одну шкатулку. Те же действия я проделал со всей едой в доме. Открыв дверь, я вышел на улицу, и, взлетев, остановился лишь глубоко в лесу. Подняв руку над всеми этими шкатулками и блоками земли, я создал компактную чёрную дыру, поглотившую всё это, и не оставившую на месте себя ничего. После этого я отлетел на другую поляну, разделся, и сжёг свою одежду. Обработав своё тело раскалённым воздухом, я сжал зубы от боли, после чего позволил себе вылечить своё тело. Только после этого я вздохнул свободно. Ах да, совсем забыл об этом. Сняв протез залиффа я использовал исцеление королевского уровня, чтобы отрастить руку. Теперь можно наконец-то вернуться домой.

Дойдя до свой комнаты, я свалился на кровать без сил, и мгновенно уснул, погрузившись в сон без сновидений. Впрочем, тихой эта ночь не была. Ведь мой сон посетило самое ненавидимое мной существо, бог людей, Хитогами.

***

Мир пустоты был, как ни странно, пуст. Белое ничто во все стороны. Пространство в центре шестигранного мира, сейчас я точно знал где нахожусь. Здесь было пусто и тихо ровно до того момента, как передо мной появился Хитогами. Это ненавистное лицо, которое я никогда не забуду. Как же я тебя ненавижу!!

— Ненавидишь меня? О, у тебя есть причины. Как и у меня есть причины ненавидеть тебя, неблагодарный старик! Вернуться назад из будущего, разве это не жульничество? Какого чёрта? Я уже почти победил, ты спутал все планы.

Я смог обыграть тебя, у меня это в конце концов удалось! Не видать тебе хорошей концовки, мозаичный ты урод!

— Ты серьёзно? Обыграл меня? Сорвал мои планы? Пфф, действительно? Ты похоже не так понял довольно многое. — Голос Хитогами был странным, я никогда не слышал от него таких интонаций. Смесь досады, презрения и беспомощности. Даже его белое, скрытое мозаикой лицо, выражало угрюмость.

Скажи мне. Моей семье, мне, зачем тебе вредить нам?

— И правда, зачем? Может мне просто нравится наблюдать как ты трепыхаешься после убийства всей твоей семьи. — Начал глумится Хитогами. Напоминает беспомощную попытку сделать вид что у тебя всё под контролем.

— Беспомощную попытку? Ты и сам прекрасно знаешь, что ничего мне не сделаешь, а жизни твоей семьи у меня в руках. Стоит мне сжать руку....

— Подожди! — Я подавил свою ярость и ненависть. Опыт позволил мне успокоиться. — Ты, ты можешь продолжить использовать меня как апостола, только не трогай мою семью.

— Как мило! Как будто у тебя есть выбор. — С сарказмом ответил Хитогами. — Чтож, прежде обсудим пару вещей. Для начала... Так вот как ты выглядел всё это время.

Я опустил на себя взгляд, и вместо тела из прошлой жизни увидел мускулистое и покрытое шрамами тело Рудеуса Грейрата. Моё тело. Так значит, так теперь выглядит моя душа. Я принял себя как Рудеуса Грейрата, и не думаю о безработном, которым когда-то был. Десятилетия жизни в шестигранном мире сделали своё дело. И сейчас я буду работать на того, кого так ненавижу, чёрт. Того, кто разрушил мою жизнь.

— Для начала, задумайся, а не ты ли пустил свою жизнь под откос, особенно когда начал идти против моих советов? Подумай, Рудеус Грейрат, только ли моя это вина? Ненавидь меня сколько хочешь, но пока ты не поставил меня в безвыходное положение ты был счастлив и я выручал тебя множество раз.

Я хотел возразить, но замер. Всё-таки я знаю в тот раз всё пошло не так, знаю почему все умерли из-за меня. Я был слабовольным, наивным, почивавшем на лаврах бездельником. Я даже не мог ухватиться за возможность, маячившую прямо перед носом. Мне пришлось пройти слишком через многое чтобы изменить это в себе. Я больше не тот мягкотелый тюфяк, из-за неспособности убить которого всё пошло наперекосяк!

— Да, ты можешь даже быть благодарен мне, я так изменил тебя к лучшему — Злобно усмехнулась расплывчатое лицо. — Приятно видеть что ты осознаёшь что это последствия и твоих действий. Вообще-то, если бы ты не женился на Рокси, я не был бы вынужден её убить. В конце концов ты был полезен, но... Свадьба с ней и ваш ребёнок это ваша судьба. Даже я смог изменить это лишь с помощью болезни магического камня.

Под конец речи голос Хитогами звучал скорее устало, чем злобно. Он не торжествовал, он скорее пытался придумать другой план, как изменить будущее. Предвиденье действительно полезная способность.

— Действительно полезная, верно. Я тебя ей одарил, и где благодарность? Впрочем, я её от тебя не жду. Прямо сейчас мне придётся снова убить Рокси чтобы не родился ребенок, что объединится с Орстедом...

Стой, ты, ублюдок! Чёрт... Погоди, погоди, Хитогами. Ты же видишь множество вариантов будущего, неужели нет того где мои дети живы? Не отнимай их у меня снова... — Слёзы бессилия и гнева, смешанные со смирением и надеждой потекли по щекам, пока я боролся с этой непередаваемой бурей эмоций.

— Есть ли такое будущее, где я не трогаю твоих детей и семью... Чтож, вообще-то есть. — озорно усмехнулся своей же идее Хитогами. — Я милосердный бог, а ты был когда-то преданным последователем. Я дарую тебе прощение, и жизнь твоей семье. Условие одно — убей Орстеда, и ни я, ни мои апостолы не тронут вас. У тебя хватит сил убить его, если ты выложишься на полную. Хотя из-за его способности я сам не могу предвидеть исход этого боя.

Под эти слова я и открыл глаза. По виску сбежала струйка холодного пота. Убить Орстеда, это чудовище. И я даже не могу объединиться с ним, Хитогами увидит такие планы и убьет мою семью. Я не могу допустить этого, я не могу снова их потерять. У меня нет иного выбора, и сейчас меня ждет бой с сильнейшим существом в этом мире.

Спустившись вниз из своего кабинета я открыл все двери. Всю еду я уничтожил ещё вчера. Из комнаты выбежала всё ещё растрёпанная, и явно расстроенная Рокси.

— Руди, почему ты запер меня? Я опоздаю на работу, и мы ничего не успеем приготовить. Надеюсь у нас есть что-нибудь со вчерашнего дня...

— Нет, я всё уничтожил. — Спокойно ответил я, разворачивая на столе круг призыва.

— Ты сделал что? — Сердито спросила Сильфи. — Руди, я знаю что ты на нервах после того боя с Атофе, но...

Сильфи прервалась на полуслове, когда увидела потрескивающие на кончиках моих пальцев фиолетовые молнии. Остальные члены семьи, наблюдающие за этим, с изумлением наблюдали за моей реакцией. Глубоко вдохнув и выдохнув воздух, я убрал молнии.

— Извини, Сильфи, я действительно зол на Атофе. И за завтрак извини, но я обо всём позабочусь. Я тут немного попрактиковался в магии, призыва, так что время завтракать!

Прежде чем кто-то успел спросить, я влил ману в круг, и на столе оказалась пицца. В прошлой жизни, когда я освоил магию призыва вещей из другого мира, изучаемую Нанахоши, я смог добывать себе еду и кое-какие вещи не особо напрягаясь. С этой пиццей мышь точно не взаимодействовала. Распахнув крышку и подогрев "Полем Тепла" пиццу, я взял первый кусок.

Глава 2 — Новые встречи со старыми знакомыми.

В северных странах началась самая короткая пора года. Такое короткое, но такое долгожданное тепло. Магические инструменты, растапливающие снег, больше не наполняют маной. На столах помимо мяса и консервов с соленьями наконец-то попадают свежая зелень, овощи и фрукты. Реки наконец сбросили оковы льда и начали весело бросать блики на прохожих. Лесные звери прекратили грызню за еду и начали думать о потомстве.

Люди и сами поддались этой атмосфере. Парочки стали гулять вдоль лесов и набережных. Дети высыпали на улицы и начали бегать, размахивая палками и изображая из себя рыцарей. Даже уставшие от работы и рутины взрослые улыбались первому теплу, укрепляющему свои позиции всё больше. Студенты университета магии и их преподаватели перенесли практические занятия на улицу, душой они уже ощущали лето.

Ветерок, пустивший волну по зеленым полям недозрелой пшеницы, принес с собой запах первых полевых цветов. Запах подснежников и клевера переплетался с пьянящим ароматом влажной земли и сирени. Трели вернувшихся с юга птиц звучали со всех сторон, возвещая о празднике жизни. Улицы города не отставали, и цветущие сады соревновались в привлекательности с манящими открытыми настежь дверями пекарен.

Весеннее солнце жаркими лучами осветило зеленую крышу третьего по известности дома города. Дом Болотного, известного искателя приключений и неофициального босса университета магии. Первые два занимали, соответственно, университет магии и гильдия магов. Вы верно поняли, дом одного искателя приключений известнее чем местная гильдия. Впрочем, местные авантюристы не в обиде — они скорее испытывают гордость, зная, что в их городе живёт такой известный коллега.

Дом почти дрожал от беспокойства и переизбытка эмоций его обитателей. Скрывающий восторг и страх за жен глава дома. Теряющиеся в догадках и растерянные из-за поведения мужа Рокси и Сильфи. Лилия и Зенит, срарающиеся понять сына. Аиша и Норн, мило пытающиеся поддержать старшего брата. И только для малышки Люси ничего не изменилось. Что бы не происходило дома, каждый присматривал за ней по мере сил.

Наложив с утра на Рокси магию детоксикации божественного уровня я решил сразу приступить к выполнению своих планов. Вообще-то они предназначались юному мне, но теперь перешли ко мне. Да, запутано, я знаю. Следующим моим шагом будет позвать Сильфи для исполнения ещё одной давней мечты. Я знал, что я могу ужасно разочароваться, но если Перугиус был прав... Чтож, пока не попробую — не узнаю. Заметив свою жену в гостиной я позвал её.

— Сильфи, мне нужна твоя помощь. — Я всё ещё не сформулировал свою просьбу в слова, и решил сказать для начала лишь часть. — Мне нужно чтобы ты меня подлечила.

— Так тебе нездоровится, Руди? — Обеспокоенно спросила она. — Конечно я тебя подлечу.

Подойдя, она положила руку мне на плечо, но я её остановил прежде чем она начала использовать ко мне магию.

— Пойдем ко мне в кабинет. — Взяв её за руку увлёк эльфийку по лестнице я.

— Тебе такое исцеление требуется? — Покраснела до кончиков длинных ушей она.

— Нет, но твоя идея мне нравится. — Улыбнулся я, открывая дверь. Заперевшись, я начал её инструктировать, параллельно создав зеркало в полный рост, стоящее напротив стула. — Для начала, возьми эти два круга исцеляющей магии. Они нужны тебе на случай если что-то пойдет не так. Я надеюсь обычной магии продвинутого уровня хватит, но подготовился на случай провала. Это — круг исцеления королевского уровня, этот — императорского. Когда я...

— К-королевского?! Им-мператорского? Руди, ты ограбил церковь Милиса?! — С ужасом прошептала она мне.

— Нет, со мной поделился один старый друг. Сама понимаешь, нужно держать их наличие в тайне. На кабинет уже наложена мания барьеров изолирующая звук, но будь осторожна в своих словах на людях. — Наставлял её я.

— Итак, для начала, применяй ко мне исцеляющую магию для поддержания кровотока. Ты поймешь когда начинать, но не применяй её к ране, пока я не закончу. Эти круги — на крайний случай. — С этими словами я выхватил скальпель из воздуха. — Сейчас я буду вскрывать себе грудь и менять форму и часть функций органа, ответственного за хранение и формирование маны. Зачем мне это? О, ты увидишь, это потрясающе! Приступим.

Не слушая возражений, я сделал первый надрез особенно прочным скальпелем по своей груди. Спустя двадцать минут операции, я все закончил. Подав сигнал Сильфи кивком, я подождал завершения действия круга королевского уровня.

— Что с тобой произошло за эту ночь? — чуть не плача спросила дрожащим голосом Сильфиетта. Следы крови на её лице каким-то образом делало её ещё более беспомощной и очаровательной.

— Больше, чем ты можешь себе представить. — Честно ответил я. — Но всё что я делаю, я делаю ради семьи. Так что не смей меня бросать. — Рассмеялся я, пряча горечь под наигранным весельем.

— И что теперь? Для чего ты это сделал? — Спросила, глядя на пятна крови, Сильфи. Она была опытным воином, но это зрелище было травмирующим.

— О, это самая лучшая часть. — Улыбнулся я. — Вообще-то это одно из лучших моих открытий в магии. Посмотри мне в глаза не отрываясь десять секунд, и твёрдо пожелай поговорить со мной. Но при этом молчи, ничего не говори вслух.

Сильфи со смесью испуга и недоумения посмотрела на меня. Спустя нужное для установления контакта время я передал ей своё сообщение: "Сильфи, теперь ты понимаешь что твой муж не сошёл с ума?". Сильфи сделала два шага назад. Затем, решившись, она отправила мне ответ: "Кажется, ты не врал, говоря что магия всемогуща. Так вот о каком общении говорила Рокси! Нужно сказать ей!" вскочила на ноги она. Я остановил её жестом и мыслью: "Она пока не перенесет подобную операцию. Для начала должен родится ребенок, и она должна окрепнуть." Сильфи замерла, а затем кивнула. Следом она задала следующий вопрос: "Мы можем так общаться только находясь в одной комнате?". "Нет, на любом расстоянии, особенно когда у тебя появится такая же возможность. Но сперва я должен сделать кое-что ещё."

Взяв Сильфи за руку, я повел её в крупнейшую после гостиной спальню. Постучавшись, и услышав приглашение я зашел в комнату. Лилия сидела за столом и занималась рукоделием. А мама... Она безучастно сидела в стороне, но всё же повернула голову в мою сторону. И впервые за пять десятилетий я услышал её голос: "Привет, Руди. Ты выглядишь встревоженным, что-то случилось?". Не выдержав, я расплакался и сжал руку Сильфи в своей. "Мама... Я так счастлив что ты не утратила память, я так счастлив снова услышать тебя."

Кажется, она едва заметно улыбнулась? Это такое редкое зрелище, "как же я рад видеть твою улыбку. Я так по ней скучал, мам". Слеза скатилась по моей щеке. Со всё такой же теплой материнской улыбкой Зенит погладила меня по щеке."Ну конечно я не утратила память, подобное просто не забыть. Я стала реже улыбаться, да? ". Сам того не заметив, я прижал её к себе. "После спасения из лабиринта, когда папа... Когда папа погиб, мы думали что ты утратила память. Знаешь, мам, когда ты не смогла сказать ни слова, а папы рядом больше не было... Это сломило меня. Прости, мам, я такой плохой сын". Теперь я по-настоящему расплакался. Когда последний раз со мной такое бывало? Где же вы, годы ментальной брони и цинизма?

Мама гладила меня по голове, утешая. "Так значит, меня никто не слышал?". "Да, мам. Но когда ты оставила доспех папы себе, или когда обнимала Норн и Аишу, или когда ругала меня, я понимал что ты не утратила память. Пусть и ненадолго, но даже так ты всегда могла дать материнское тепло и наставление. ". Зенит покачала головой, и ответила мне "Вы же мои дети. Как я могла до вас не достучаться? А сейчас я узнаю, что даже когда я не имела возможности поговорить обычным способом, ты смог найти возможность поговорить со мной. Ты не сдавался, ты нашёл решение, я так тобой горжусь." Услышав это, я разрыдался как маленький ребёнок, и сжался в объятиях матери. "Я совсем этого не заслуживаю, мама. Я всё испортил, и папа погиб из-за меня, и всё остальное тоже из-за меня!". Тогда Зенит, нет, мама нежно поцеловала меня в щеку, сказав "Ты всегда делал всё что мог. Я знаю, что мой мальчик не такой сильный как о нём думают. Но ты всегда можешь прийти к своей матери за советом и поддержкой. Я всегда на твоей стороне, что бы ни случилось, Руди". "Спасибо, спасибо, спасибо, мама, ты, настоящий ангел" всхлипнул я. Этот разговор придал мне ещё больше решимости защитить свою семью. Да будь там хоть десять богов драконов или Хитогами, никто не смеет тронуть мою семью!

***

После того, как я поделился радостью со всей семьёй, я был вынужден сразу отправиться в путь дальше. Времени праздновать попросту не было. Я дошел до гильдии искателей приключений и отправил письмо. Письмо было отправлено в святую землю меча, и адресовано Эрис Грейрат. Не уверен что она сможет простить меня, но всё же... Часть меня надеется искупить свою вину и сделать её счастливой. Вообще-то я и в письме это упомянул. Нужно ещё и с Рокси с Сильфи о ней поговорить. Я понятия не имею как они отреагируют.

Убить Орстеда, это задачка со звёздочкой. Мне нужно продумать стратегию и решить ряд проблем. Задачи, которые я планировал передать молодому себе, достались мне нынешнему. Хотя чисто технически я молод, если так можно говорить о человеке, который прожил больше ста лет. Реинкарнация штука непростая.

Дело не только в том чтобы его убить, его даже найти практически невозможно. Кто вообще может с ним встретиться? Как я уже выяснил, даже Перугиус мне тут не поможет. Однако, может помочь его гостья. Та, кого я не успел спросить в прошлый раз. Моя землячка, Нанахоши Шизука. Она всё ещё жива, и, возможно, я смогу предотвратить и её смерть.

По сути в руины, из которых я собрался переместиться в Разрушитель Хаоса, я вырастил деревья. С помощью магии исцеления это было несложно. Для моих целей лучше скрытб следы от взрыва и огня в лесу, оставшиеся после уничтожения остатков крысы. Я мог бы переместиться в Разрушитель Хаоса почти мгновенно, но Перугиус ещё не знает о такой возможности. Начать общение с ним с того времени стоит постепенно, шокировать его я его ещё успею. В Разрушителе Хаоса я сразу направился к Нанахоши, узнав где она от Сильварил. Стук в знакомую дверь, и я шагнул за порог.

— Шизука, привет. Я с гостинцами. — Тепло улыбнулся я подруге, с которой не виделся целую жизнь.

— Что-то я их не наблюдаю. — Скептически приподняла бровь Нанаходи. — Привет. Ты вернулся на удивление быстро, Рудеус.

— Я бы так не сказал. — Немного мрачнее чем следует произнес я. — В любом случае, по поводу гостинцев. По какой еде из дома ты соскучилась больше всего?

Нанахоши со странным выражением лица посмотрела на меня. Затем, решив что я попытаюсь это приготовить, всё же назвала мне одно из своих любимых блюд.

— Сашими, с настоящими дайси. И из качественных, давно окультуреных растений. Я так скучаю по этому вкусу.

— Твоё желание исполнено! — Извлек из воздуха шелковый платок я, накрыв им стол. Затем, влив ману в спрятанный под ним круг, я поднял принявший очертания набора блюд платок в воздух. Мне просто хотелось порадовать Нанахоши. Меня слишком глодало чувство вины перед ней.

— Э-э-э? — Очень по-японски удивилась Шизука. Это было довольно настальгично. Напоминает старую добрую Японию. — Это настоящее сашими и настоящее дайси?

— Попробуй сама. — Хитро улыбнувшись, протянул ей созданные из воздуха палочки я.

Нанахоши немного поёрзала на кровати. Всё-таки поверить в появление любимого блюда из дома было не так просто. В конце концов она решительно сжала кулаки и взяла протянутые ей палочки. Взяв кусочек сашими, она положила его в рот, и её глаза сперва расширились от удивления, а затем сощурились от удовольствия. Не веря своим рецепторам, она отпила дайси, и в её наполненных слезами счастья глазах, казалось, зажглись звезды.

— Ваку вак! — Перешла на родной язык от восторга она. — Рудеус, как? Это же настоящее чудо!

— Магия всемогуща в этом мире. — Грустно, но слегка гордо улыбнулся я в ответ на её восторг. Давно я никого так не радовал. — Кроме того, это в первую очередь твоя заслуга. Призыв вещей и животных из другого мира созданная тобой магия. Я лишь упростил и оптимизировал некоторые круги, чтобы не требовались стопки пергамента. Даже на это ушло двадцать лет, я далеко не так талантлив в работе с кругами как ты. — Под конец из меня вырвался тяжёлый вздох.

— Подожди, что-то не сходится. — Винтики закрутились в голове Нанахоши. — Созданная мной магия? Ты усовершенствовал тот призыв, как когда мы призвали арбуз? Нет, это всё не то... Стой! Как это ушло двадцать лет?

— За этим я сюда и пришёл. — Твёрдо взглянул я в широко распахнутые глаза своей подруги. — Я пришёл из будущего. Из мрачного будущего, где всё пошло наперекосяк. Мне нужно рассказать довольно многое. Я приступил к своему мрачному рассказу. Бесчисленные смерти, расправы над людьми, уничтоженные города, погибающие близкие. Одиночество, невыносимая боль и чувство вины, алкоголь и одержимость местью. Я без утайки рассказал всё, не утаив смерть Нанахоши и провал её исследований. В конце я добавил, что у меня не осталось ничего, и под конец прошлой жизни у меня остался только один друг.

— ... А сейчас, я вынужден выполнять требования Хитогами, чтобы не потерять всех снова. Сейчас у меня хватит сил чтобы защитить своих близких, но Бог Людей совершенно недоступен. А его приказ... Прости, Шизука, но я вынужден попросить вернуть долг. Он приказал сразится с Орстедом и убить его. Даже если у нас с Орстедом общий враг.

— Так ты хочешь чтобы я связалась с Орстедом. — Задумчиво произнесла она. — Рудеус, я ему очень многим обязана. Он помог мне выжить когда я только появилась в этом мире. Я не могу...

— Шизука! — Перебил её я, падая на колени. Какой непривычный для меня жест, как он мне противен, но эта ситуация особая. — Они умрут, мои родные, мои друзья, все умрут если я не выйду на бой с Орстедом. Я редко о чем-то прошу, но сейчас...

— Рудеус, лучше объединиться с ним, а предать его я не могу, понимаешь, я...

— Я уже думал о том, чтобы стать союзниками с Осртедом! Однако, как только это случится, Хитогами сразу бесповоротно станет моим врагом. Если я пойду против него, это приведёт лишь к повторению прошлого! — Я не заметил как перешёл на крик. — Думаешь Орстед захочет защитить мою семью? Думаешь, у него вообще хватит сил на подобное?!

— Я не могу утверждать этого... — На её лице промелькнуло выражение страха.

— Нанахоши, я не прошу просто так. Я могу создать тебе финальную версию устройства для отправки обратно в твой мир. Однако я должен тебя предупредить. — Твёрдо посмотрел я в глаза японки. — Тебя оно отправить не сможет. Я не знаю в чём дело. Я могу помочь тебе с исследованиями, что ты уже проводила, и выиграть тебе годы жизни, могу помочь с маной для активации кругов, но как решить эту проблему я не знаю. Извини, Шизука, даже бог магии не знает всего. — Грустно улыбнулся я в конце. — А ещё, зная что Перугиус слышит всё, происходящее в крепости... Перугиус, я хочу снова увидеться со своим старым другом. Тобой.

— Для начала, дай мне прочесть твой дневник. Так я лучше пойму ситуацию. Он у тебя с собой?

— Конечно. — Я протянул Нанахоши покрытый запекшейся кровью и царапинами старый дневник. Мне было немного стыдно это делать, но всё же она должна его прочесть.

— Я прочту его к вечеру. — Кивнула Нанахоши. — Твой почерк довольно неряшливый.

Выйдя из комнаты Нанахоши в летающей крепости, я направился в сторону тронного зала. Идя по коридору, я окликнул одного из фамильяров Перугиуса.

— Аруманфи! Перугиус не против встретиться сейчас?

Передо мной появился во вспышке света фамильяр. Белая школьная форма, лисья маска, напоминающая ритуальную, безукоризненная осанка и почти осязаемое чувство собственного достоинства. Аруманфи Сияющий, способный к мгновенному перемещению дух, единственный в мире делящий со мной эту способность.

— Господин Перугиус ждет в саду, Сильварил скоро заварит чай. — Аруманфи посмотрел на меня странным взглядом, ощущающимся даже под маской.

— Что за взгляд? — Выразил некоторое недовольство я.

— Вы — друг господина Перугиуса, но это обращение слишком фамильярно. — Недовольно ответил он.

— А как, по-твоему, должны общаться друзья? — Приподнял я бровь.

— Они, ну, с взаимным уважением? — Растерявшись, ответил фамильяр.

— Без тепла в отношениях не было бы смысла и в дружбе. Перугиус неоднократно выручал меня, и я отвечу ему тем же. Да и пресмыкаться перед другом было бы глупо, не находишь?

Арусанфи не нашёл что сказать, и, скрывая смущение, исчез во вспышке света. Я же направился в сад, к любимому столику Перугиуса. Проходя по знакомым коридорам, я чувствовал себя как в галерее искусств. Статуи гномьей работы, картины лучших художников, статуэтки и фигурки созданные демонами, ожерелья и тотемы эльфов, даже кольца зверолюдей. И каждый экспонат был венцом, пиком творения мастера, восхвалением талантливейших ремесленников и жрецов.

Я далеко не в первый раз иду по этим коридорам, но каждый раз испытываю эстетическое удовольствие, почти наслаждение. Когда я стал знатоком искусства на ровне с Перугиусом и Занобой, я по новой взглянул на способность создавать фигурки и статуи. Свой уникальный способ создавать произведения искусства, это вызывало гордость даже когда мне было больше нечем похвастаться. Ощущение созидания, творения, понимание что ты создаешь что-то, что останется после твоей смерти и творение твоё будут обсуждать и восхищаться... Вот она, радость творца.

Размышляя об искусстве и его культурном коде я добрался до сада разрушителя хаоса. Распахнув огромные двери из драгоценного темного дерева, я увидел цветущий сад. Весна предъявляла свои права и здесь. Видеть красоту привезенных со всего мира деревьев, виденных мной на разных концах света, было поистине волшебно. Понимание усилий, потребовавшихся для этого, и вкуса, необходимого для гармонии внутри этого зеленого разнообразия, приходит только с возрастом и опытом путешествий. Подойдя к Перугиусу, я сел напротив.

— Здравствуй, Перугиус. Полагаю, ты уже слышал наш с Нанахоши разговор?

— Здравствуй, Рудеус Грейрат. — Кивнул владелец замка мне. — Это ты знаешь точно, судя по его содержанию. Что же ты думаешь, видя меня во второй своей жизни?

— Старого друга, которого очень ценю. — Мои губы украсила редкая теплая улыбка. — И прошу его сохранить мою тайну.

— Я уже называл тебя своим другом, и меня радует, что и ты искренне принял нашу дружбу.Сохранить его тайну нечто само собой разумеющеея. — Легкая улыбка тронула и губы моего обычно серьезного собеседника.

— Тебя только Лаплас способен вывести из себя. — Рассмеялся я. С Перугиусом я чувствовал себя спокойно. Он не был и не станет апостолом.

—А ты хорошо меня понимаешь. — Посмеялся и Перугиус. — Надеюсь и искусство я смогу с тобой обсуждать.

— Когда у меня будет возможность. — Улыбнулся я. — Сейчас мне предстоит бой с Орстедом. Если я его переживу, надеюсь смогу помочь тебе с Лапласом. Нет смысла звать тебя сразиться против Орстеда, верно? Да и я бы не хотел чтобы один старый дракон пострадал в бою. — Мой тон сменился на поддразнрвающий.

— Есть три человека, которым никогда нельзя бросать вызов. — Спокойно ответил Перугиус. — А я всё ещё должен убить Лапласа.

— Не совсем так. Их четыре.