Регнум Теневосум

Глава 1

— Вот ведь… фигня ка-ка-я!

Судя по высказыванию, Маринка прибывала в приподнятом настроении, — наверное от того, что застала меня врасплох: растрёпанной, тёпленькой и… толком непроснувшейся. За окнами темень. Часы не пробили и шести, а подруга уже была на моём пороге и ломилась в квартиру. Спросонья я не имела желанья открывать дверь, тому моральному уроду, что не даёт приличным людям выспаться как следует. Но даже в полусне узнала манеру подруги трезвонить в звонок, — нажать на кнопочку и не отпускать пока не откроют, вынуждена была выползти из-под уютного одеяла и впустить эту… всё же друг, как никак.

Теперь вот стою у плиты и готовлю нам кофе на завтрак, и пытаюсь понять — выспалась ли я, или весь день буду припоминать Маринке те два часа, которых мне не хватило до полного счастья. В качестве компенсации за свой ранний визит подруга завалилась ко мне не с пустыми руками, в коим-то веке, а где-то по дороге прихватила сладкие блинчики, правда, замороженные, но за то с начинкой — яблоко и корица.

— Не ругайся. — вяло отреагировала я на словечко «фигня». Меня уже допросили, вытрясли все подробности игровых событий, и теперь подруга активно рыла форумы и прочее на предмет информации о таинственном местечке — Регнум Теневосум. Оказывается, и она не в курсе что это такое и где в нашей игре такое есть.

— «Фигня» — это вовсе не ругательство, а слово существительное, более того, есть «Фигня мелкая», а есть «Бледная», просто писать это слово надо не русскими буквами, а латинским языком. Какую фигню не запиши на латыни, — всё будет выглядеть солидно, хи-хи!

— Чего? — не поняла я её юмора.

Маринка откинулась на спинку стула, стащила с глаз нейроком и просветила меня:

— «Fignya» — так называется сорт бабочек из Китая и Камбоджи. Их так обозвал один энтомолог — Соловьёв, как бишь его там дальше, — пошутил дядька. Там у него ещё была, «Фигня летающая» и «Барабашка».

— И откуда ты всё это знаешь?

— Доклад как-то писала по этимологии этого слова.

— Ну не знаю… Факт сам по себе интересный, но как отмазка звучит не очень. И почему «сорт» — бабочек же не едят… я надеюсь?

— Может и едят — это же Азия. Там всё полезно, что в рот полезло.

— А какое отношение эта «летающая фигня» имеет к нашей фигне? — спросила я. И достала блинчики из микроволновки, — передержала. Блинчики аж шипели от жара и часть начинки оказалась впаянной в тарелку, — отмывать придётся долго.

Я задумалась: стоит ли всё так и оставить, — пока не остынут малость, или всё же разложить по чистым блюдечкам…, но тогда и их мыть потом придётся.

Подруга не стала дожидаться пока я там что-то надумаю и схватила сначала блюдце со стола, а затем и блинчик. Голыми руками! Вполне ожидаемо обожгла себе пальцы. Последовал экспрессивный пятиминутный матерный монолог в адрес несправедливости мира в общем и моей заторможенности в частности, — надеюсь соседи не слышали эти рулады, хотя и не поручусь за это.

— …Предупредить не могла?! — кончила своё выступление Маринка.

— Не успела. Ты же, наверное, видела, что я не просто так в толстых варежках тарелку держу.

Не знаю наверняка, но как по мне, заморочки в Эйрене всё же вывели подругу из того печально-угнетённого состояния, в которое она погрузилась ранее, и это радовало.

— Так ты выяснила что это за фигня такая — Регнум Теневосум? И где его нам искать?

Я поставила тарелку на стол и принялась светским манером разливать кофе по литровым пузатым цветастым чашкам из любимого бабушкиного сервиза. Маринка уселась за стол, делясь добытой к этому моменту информацией.

— Пока сведений немного. Регнум Теневосум — это место, которого вроде как официально в игре не существует.

— Это как?

— Ну, я точно не знаю, надо уточнять. Но я так понимаю, в той зоне всё не так как в остальной игре. Короче, там не активируется часть скилов игроков, и админы вроде бы не видят, что там происходит. Даже видео не пишется, так что скринов в сети нет.

— И что, админам об этом не сообщили?

— Почему не сообщили, — сообщили! Сразу!

— А почему эту зону не пофиксили — это ж явный баг?

— Да вот не пофиксили почему-то, а отдали на откуп игрокам в том самом состоянии, в котором зону и нашли. А игроки развели там бурную деятельность. Те игроки, что баг нашли, присвоили зону себе, обозвали это дело — Королевство Теневосум: то ли от слова «тень», то ли по названию города в США — Теннеси, — игроки были оттуда родом. И до сих пор контролируют это место. Это самый большой чёрный рынок игры и вообще… Всё незаконное что в игре возможно провернуть, по слухам, там есть. Более того, поговаривают именно там засело Теневое или Глубинное правительство Эйрена. Непростые игроки то бишь. Смекаешь?

— Что-то я сомневаюсь, что админы прям не видят, что там происходит — в этой «зоне»? — высказала я свои сомнения.

— Кицуне же сама дала мне телепорт туда.

— Думаю, там действительно всё не так просто. Админы ещё те манипуляторы хитрозадые, им зачем-то нужно чтобы такая вот зона оставалась. Видят-то они, наверняка, видят всё, что там происходит. Но делают вид что не видят. А игроки делают вид что верят в то, что админы там ничего не видят. Психология, ну… или ещё что-то такое.

Я наморщила лоб пытаясь сообразить зачем это нужно, прежде всего админам. Разве, что некоторым людям для полного комфорта в игре требуется ощущение вседозволенности, или незаконности какой, как в реальности, или что-то типа того?

— Ну так и что будем делать? — наконец спросила я о насущном.

— В смысле?

— Ну, полезем туда или нет, телепорт-то у нас теперь есть?

— Разумеется полезем! — удивилась Маринка. — А разве можно иначе?! Это же игра, а не жизнь. Там не только можно совать свой нос во всякое разное, но и нужно!

Я на неё покосилась с недоверием. С одной стороны, сгонять туда надо. Разобраться в том, кто подсунул мне трупа́к с подарочками, и зачем он это сделал. Может и загадка странной карты там отыщется, а то я её почти всю собрала, но до сих пор не понимаю что это такое. Руки… точнее ноги никак не дойдут до Магической гильдии. Складывается впечатление, что меня туда не пускает сама игра, или это работодатели стараются?

Если честно, я предпочла бы более спокойное течение игрового процесса. Даже если это означает получать меньше денег. Чувствую, не быть мне богатым предпринимателем. А вот Маринка явно придерживалась иной точки зрения на этот счёт. Сдаётся мне подруга задалась какой-то новой целью. Как и работодатели. Эти тоже уже настоятельно рекомендовали воспользоваться подарком Кицуне. И всё же… Меня терзали смутные сомнения. Ладно там НПС, ладно работодатели, но вот игроки меня уже начинали напрягать.

Влезать в тёрки с игроками… Не то чтобы я надеялась этого избежать совсем, но всё же до прямого противостояния доводить мне не хотелось, — печальный опыт не велит. А подозрения что тёрки уже начались усиливались с каждой минутой. Всё это я и озвучила Маринке. Но понимания не встретила.

— Нам тут не по пятнадцать лет, и мы уже не в школе. Ситуация не та. Пора уже взрослеть и преодолевать детские травмы.

Я поймала себя на мысли, что всё это я и сама недавно говорила своим же родителям. И всё же… соглашаться я не спешила.

— Это-то и пугает больше всего. Знаешь, меня настораживает твой оптимизм. Самим лезть в это змеиное гнездо — это как-то… Что хорошего мы там можем найти? Ну по большому счёту, а?

— Вообще-то, много чего. Регнум Теневосум, если верить топовым игрокам, это такое место, где при правильном поведении много чего можно сделать и узнать.

Да и просто интересно! — она покосилась на моё кислое лицо и вздохнула. — Ладно, предлагаю поступить следующим образом: посоветуемся с остальными, и если девочки захотят побывать в этом королевстве беззакония, то нет причин откладывать это дело в дальний ящик, а если у них возникнут сомнения, то будем думать дальше. Две головы хорошо, но пять-то и того лучше!

— А если они не согласятся?

— Бэль точно пойдёт. — уверенно заявила подруга. — Близнецы не знаю, — они вообще себе на уме, довольно странная парочка. Да и эта твоя магичка то же с нехилым прибабахом. Помнишь, что она тогда в кафешке нам сказала: — «…единственный игрок, ставший адептом культа Судного дня».

Я кивнула.

— Вот! Я ничего про это нигде не нашла.

— И что теперь? Это плохо?

— Не знаю пока. Но компашка у нас ещё та.

— Ой Марин, боюсь, встрянем мы в крутой замес.

— Встрянем! Обязательно встрянем! Я даже не сомневаюсь в этом. —Пожала плечиками Маринка и смачно откусила блинчик. — Но как по мне, чем быстрее встрянем, тем быстрее со всем разберёмся. Это как с больным зубом, — лучше сразу и самому бежать к врачу, нежели ждать, когда тебя к нему без сознания принесут.

Мне на колени запрыгнула Киса, привлечённая аппетитным запахом и нашим чавканьем, и попыталась взобраться на стол — ей надоело ждать пока на неё обратят внимание. Я пресекла попытку, прижав кошку к себе. Наглая животина пыталась оказать сопротивление, и выкрутиться из моих объятий, но вскоре смирилась и затихла, демонстративно повиснув тряпочкой на моих ручках — умирающий от голода лебедь.

— Я отписалась нашим о встрече. Сегодня все будут в игре. — сказала подруга.

— А на пары-то пойдём или как?

— Сегодня лекции?

— Да.

— Тогда пошли. Чего сидишь? Хватит мучать кошку.

— Я не мучила, а гладила. Я тогда собираться, а ты посуду помой. —сказала я Маринке, — нашла как можно отыграться за ранний подъём, свалив на неё непростую работёнку по отмыванию посуды. Повеселев, я отправилась в свою комнату одеваться, красится и прочее-прочее-прочее…

Глава 2

«Вход»

Местом сбора нашей пати стало кафе «У Салли» в том же городе Трёх лун. Пока никто не изъявил желания покидать это местечко. Уровни у нас подросли, ещё бы нет, с таким заданием разобрались! Так что отсыпали нам не хило. Я практически достигла восемьдесят девятого уровня, Маринка была на сто пятьдесят восьмом, близнецы поднялись до восемьдесят седьмого, а магичка перевалила за семидесятый уровень. Плюс подарки, плюс золото, плюс репутация, плюс прокачка скилов… Казалось бы, для печали повода нет, но народ был задумчив, и счастливым не выглядел. Каждый сам в себе, потому и не особо разговорчив. Кроме Маринки. Подруга фонтанировала энтузиазмом, охотно делилась добытой информацией и агитировала на дальнейшие приключения.

— Ну что?! Ну что?! — поминутно спрашивала Марика Всемогущая, пока Бэль-а-Дона, ВэлДан и ШатДан проверяли по своим каналам сведения о загадочном месте — Регнум Теневосум.

— Нет, так-то я согласная… — наконец отреагировала Бэль. — Было бы неплохо там побывать, но хотелось бы уточнить, — а вот если говорить конкретно, —что мы будем там делать? Я так поняла, если там только игроки, то нет ни квестов, ни заданий, — так собственно с какой целью мы туда прёмся, — просто так шататься или за покупками какими?

Близнецы не торопились соглашаться на авантюру, но и не отказались пока, кажется, ранее они озвучивали нам несколько иные планы. Вопрос магички отвлёк их от чтения какого-то форума, они внимательно смотрели на меня. Кажется, их решение целиком или частично зависело от моего ответа.

И что им говорить?

Я и сама не была уверена в том зачем это надо, — как же трудно налаживать взаимодействие с живыми людьми, с НПС оно как-то по проще будет. Общение и отношений с членами команды — это определённо работа, и работа трудная, хочу заметить. Хотя, наверняка найдётся немало харизматичных личностей у кого с этим нет никаких проблем.

— Как что! Это же такая удача! Там наверняка кучу всего найти можно: вещички, редкости, свитки, в том числе… любую информацию! Подчёркиваю — ЛЮБУЮ! — безапелляционно заявила Маринка, стараясь помочь мне.

Я была тронута. Но ответила честно:

— Я точно не знаю…, но насчёт того, что там только игроки я сильно сомневаюсь. Мне кажется Кицуне не просто так всучила мне этот свиток, — в этом должен быть какой-то смысл. Этот НПС что-то такое знает. Пока не очень понимаю какой именно смысл, но в последнее время это название — «Регнум Теневосум», довольно часто мне попадается. Для понимания надо бы сходить туда и, хотя бы осмотреться… ну для начала. — не стала выкручиваться я.

— Если не хотите, то не надо. Пока ничего такого в планах нет, можно и по отдельности побегать, покачаться, свои квесты поделать и всякое такое. Я сама быстренько сгоняю туда, если ничего особенного, то вернусь и посмотрим, что дальше… — начала было я размазывать словами манную кашу по столу, но Маринка перебила.

— Ага, сгоняет она! Думаешь такие свитки на дороге валяются? Он же одноразовый, если ты ещё этого не заметила. И сумеешь ли ещё один такой достать — это большой вопрос. По любому, я иду с тобой!

Упс, а я ведь действительно не заметила этого.

— Я тоже с вами иду! — поспешно пискнула Бэль.

Судя по всему, на самом деле, магичка очень даже хотела попасть в это странное королевство игроков.

Сёстры переглянулись, пару секунд о чём-то друг с другом пообщались, и наконец согласно кивнули нам. Видимо, решили не отбиваться от нашего коллектива. Я выдохнула, были у меня некоторые подозрения на то, что пати развалится прямо тут, прямо сейчас. И у меня по этому поводу были смешанные чувства.

— Но с условием. — тут же поправилась ВэлДан.

— Каким? — чуть не поперхнулась я, если в игре это вообще возможно.

— Расскажи, что за дела у тебя с Чёрным драконом.

На меня уставились три пары горящих от любопытства глаз, — так и знала, во мне дело.

— Эм… что именно рассказать? — не сразу сообразила я. Тут ведь не понятно с чего начинать.

— Что это за дракон, почему он у тебя в инвентаре припрятан?! Я даже не слышала ни разу что так можно было! — напрямик врезалась в меня Бэль.

— Ну, как бы… я и сама не знала, что так можно, пока Кицуне мне Золотую книгу бестиара не презентовала. Там слоты есть, так что можно разных пойманных монстриков начать коллекционировать… Если получится, конечно, — там куча условностей, довольно непростая задача… многое от уровня зависит, бонус Правительницы города Трёх лун с нас уже спал… — начала было я тараторить.

— Да не об этом тебя спрашивают! — тут же возмутилась Бэль.

— А о чём?

— Да… да вообще о том, что за дела у тебя с этим драконом?! — магичка так надулась от возмущения, что казалось вот-вот лопнет.

Сёстры довольно флегматично жевали нечто под названьем «Кракен крекер», вроде бы — это рисовые крекеры со вкусом осьминога.

— Дела-а-а… — протянула я, стараясь сообразить с чего же собственно начинать рассказывать.

Потом плюнула и коротенько, на полчасика или час, немного сумбурно, изложила девочкам историю моего попадания в Третье измерение, всяких там неприятностях, про Дейдора, легенду о появлении Чёрных драконов поведала. Рассказала о том, как я выбиралась из того проклятого места. И что сама того не желая притащила вслед за собой Чёрного дракона Третьего измерения и того, кого уже обозвали «Королём демонов».

— Ну как? — обвела я взглядом собравшихся, когда у меня словарный запас кончился.

Маринка уткнулась в стол лицом и чуть ли не билась об него, давясь от смеха, — странно, я же ей уже пару раз всё это рассказывала, а она всё ещё угорает. Бэль стала похожа на в конец обалдевшую сову в шляпе с выпученными глазками. Близнецы заторможено хлопали ресницами и автоматически хрустели своими крекерами.

— Чего? Что не так? Что вы так странно на меня смотрите, прекратите сейчас же — вы меня пугаете!

— Ты сейчас прикалывалась, да? Это прикол такой? — наконец, отмерла Бэль.

— Нет. Почему прикол-то, всё так и было. Я логи могу показать, если вы мне не верите.

Надёжный аргумент. Я порылась в своих записях и скинула в чат некоторые моменты из Третьего измерения.

Зря, наверное…

Мои девчонки окончательно выпали из реальности… из виртуальности, и отправились в астрал на ПМЖ. Я было растерялась, но Маринка расшевелила народ фразами типа:

— С нашей Лариной не пропадёшь! Она из любой задницы найдёт выход! У всех остальных что за игра, какие-то стандартные сценарии: туда пойди, то сделай, того убей, это вот собери — скукота, как на госслужбе. Наша Лара — это другое дело, с ней не заскучаешь!

Я, к слову, не была так уж уверена в своей избранности, — и у Бэль, и у близнецов имелись явные отклонения от нормы, не хуже моих, наверное.

Но отзываясь на восторженную оду в мою честь, Вэл и Шат начали кивать в знак согласия. Магичка же всё ещё не моргала. Наконец и она собралась, по-деловому поинтересовалась:

— Где говоришь ты с этим леприконом встретилась? Где там этот его тазик с золотом припрятан?

— Не тазик, а горшок. — поправила я Бэль. — В Алискино. А зачем тебе…? Ты что туда собралась идти что ли? Да нет там уже ничего, сто пудов. Я проверяла. Этот коротышка всё перепрятал. Теперь его надо где-то в другом месте искать. Я бы тоже с ним ещё раз встретилась, но этот гад смылся. А зачем он тебе?

Бэль пожала плечиками. Некоторых игроков фиг поймёшь, — о чём только они думают.

— А чего раньше молчала об этом? — наконец подала голос ШатДан.

— Да как-то к слову не приходилось, вы на истории про мой дебафф уже зависли. Я побоялась сразу рассказывать вам про Третье измерение. — вот это чистая правда.

— Ну так и что решили? Идём мы в это королевство или как? — напрямик спросила Маринка.

— Не с пустыми же руками нам туда идти, может сначала разживёмся чем-нибудь этаким, на обмен или для продажи? — предложила ШатДан.

— Чем? — спросила я.

— Вот тут пишут, что минералы редкие там ценятся. А недалеко есть одно местечко куда можно за этим делом наведаться.

— Там профы соответствующие нужны… — скуксилась Бэль.

— Нет, шахты копать нам не нужно, только мобов бить и собирать, что с них дропнется. — пояснила ВэлДан.

— Куда чапать? — поинтересовалась Маринка.

— За город в пещеру Скрум. Мы там уже качались, ничего особенного. Только расходниками запастись стоит: на здоровье, манну, силу, от отравления, от кислоты… и прочее.

— Тогда сейчас по комнатам, через час встретимся и пойдём? — высказалась я.

Девчонки согласились, и мы побежали по своим гостиницам проверять запасы и так далее. Так уж вышло, что мы оказались прописаны в разных гостиницах, а я-то была уверена, что она тут одна, но нет, оказывается не одна. Переезжать никто не торопился — это не бесплатное удовольствие, так что… Не знаю кому как, а мне вот было откровенно лень, да и деньги тратить не хотелось. По идее, все гостиницы одинаковые по своим возможностям и функционалу, так что суетиться и что-то менять причин не было.

В «Приюте Чухонца» меня встречал всё тот же по английский чопорный тролль в очках, белоснежной, может даже накрахмаленной, рубашечки, натянутой на аккуратно стриженное шерстистое тело греческого атланта. «Чисто по размеру своего организма он, пожалуй, Бонифацию не уступит. Ну, или Бонифаций ему» — мелькнуло в голове.

На сей раз тролль-портье что-то писал у себя за стойкой, поскрипывая павлиньим пером. При моём появлении, он остановился, перо из рук не выпустил, и покосился на меня поверх очков. Сдержанно поприветствовал:

— С возвращением, уважаемая, давно вас видно не было.

— З-здравствуйте, — заторможено отреагировала я.

И, пожалуй, впервые за довольно-таки длительное время повнимательнее присмотрелась к этому НПС, — что-то не похож он на типичного проходного персонажа. Мне вот всё раньше некогда было…

— А как вас зовут?

Вопрос возник довольно неожиданно. Но мне вдруг показалось странным, что у портье нет имени.

Меня буровили взглядом довольно долго. Глаза тролля были маленькими, глубоко посаженными, жёлтыми как у кота, и практически полностью скрывались за выступающими надбровными дугами. Выражение невозмутимой чопорности, как маска, прилипла к этому персонажу. Едва ли можно было прочитать эмоции на этакой вот морде, и тем не менее… Мне показалось что на меня смотрели как-то насмешливо.

— Наконец-то спросили, мне казалось, что вам, уважаемая, это совсем не интересно. Вот другие постояльцы, сразу этим интересовались.

— Не то что бы мне не интересно было… — замялась я. — Просто как-то не до того всё было… то одно, то второе… — начала было я не то оправдываться, не то зубы НПС заговаривать.

— Ну да, ну да. — кивал тролль, но представляться, кажется, и не собирался.

Я почувствовала себя глупо. Принялась в нерешительности переминаться с ноги на ногу, ощупывать себя в поисках не существующих карманов, дёргать носом, словом, пыталась собраться с мыслями и решить, — куда вести разговор дальше?

В общении с малознакомыми людьми я чаще всего полагаюсь либо на вдохновение, либо на сообразительность, а так-то меня трудно назвать лёгким в общении человеком. Но сейчас что-то в голову ничего подходящего не приходило. Я задумалась над тем, что я знаю про троллей вообще и про эту расу в Эйрене.

Тут у меня пиликнул групповой чат и Маринка начала чего-то строчить.

Я отвлеклась и решила отложить серьёзный разговор с этим портье, или кто этот НПС на самом деле, — дело явно непростое, а я всё же тут не одна — нехорошо всех задерживать, торопиться надо. Извинилась перед безымянным троллем и быстренько помчалась к себе, — мне нужно было с кое-какими вещичками разобраться.

В комнате я первым делом достала из запасов каменный сундук, что я из пещеры с сокровищами подземелья Тук-Вала, умыкнула. Хомяк во мне в предвкушении потирал свои лапки, желая поскорее засунуть свой любопытный нос в это дело. Передо мной оказался весьма непримечательный с виду сундук, по его весу и размерам понять, что там внутри, было невозможно.

«Средний каменный ларец Тук-Вала. Взломать, сломать — невозможно. Что бы открыть раздобудьте Серебряный ключ, который давным-давно был украден той, которую зовут — Дева из-под горы».

Ну вот!

Очередной облом! Эта штука наотрез отказывалась открываться и требовала какой-то ключ. Я разочарованно запыхтела. Я-то надеялась, что мне сразу удастся разжиться чем-то интересненьким, — облом. Я сверилась с картой, на которой уже мигала красная точка.

— Ну и ладно… при оказии заглянем. — посоветовала я сама себе, залезла на аук и принялась забивать свой инвентарь склянками с зельями. Быстренько вылетела из номера, сообщив сидящему при входе портье, что скоро вернусь, — само как-то вырвалось, была удостоена безэмоционального взгляда НПС из-под очков в золотой оправе.

Я выскочила за синюю дверь и побежала вдоль улицы к своей пати. Теперь после повышение моей репутации с городом до ста пятидесяти единиц мне можно было уже не опасаться внимания стражи, кто бы, что бы им обо мне не наплёл. К слову сказать, статус агра с меня и Бэль тоже уже слетел. Можно было спокойно выдохнуть…

Наивная я, да?!

***

— Ну и?! — я.

— М-да! — ответила Маринка, балансируя на самом краешке пропасти.

— А может… — подала голос ШатДан.

— Не сможем. — отозвалась её сестра.

— А если… — настаивала Шат.

— Не выйдет. — утверждала Вэл.

— Чего опять началось-то?! Не щипайте меня! — я.

— Это ни я… — Бэль.

— Очень вдохновляюще. — чему-то радуясь сказала Маринка, заглядывая в бездну.

— Не пихайтесь! Я и так у обрыва! — это снова я.

— Что-то мне это напоминает? Кажется, в каком-то старом фильме было что-то такое? Название ещё такое смешное там… — чесала в затылке Маринка и, кажется, не парилась ни о чём.

— Где мы?! Я не знаю, что со мной сейчас будет! — пищала магичка и висла на мне.

— Бэль, умоляю! Мы ещё с прошлого раза в себя не пришли, зачем ты опять нервничаешь-то. — успокаивала я нашу нервную.

— Где оно?! Где оно?! — не унималась та.

— Пока нету. Лар, давай уже что-то решать. — это Маринка мне, как будто я могу. Я специально ничего не делаю.

— У меня манна кончилась. — нашла чем оправдаться я.

— Опять! Сколько можно?! — ешь ты её что ли.

— Представь себе, ем! Как и все!

— Ой! Вон она… вон на потолке! Сюда лезет! Девочки, оно сюда лезет! Я сейчас в обморок грохнусь! — взвизгнула над моим ухом Бэль.

— Спокойно! — попыталась я держать себя в руках, глядя на то страшилище, что ползло к нам по потолку.

— Ха! Мы все умрём… ты мне на ногу наступила, между прочим. — это я Маринке.

— Да, но это нестрашно. Страшно то, как именно мы умрём. — ответила мне та.

— Ма-а-а-амочка, я не хочу умира-а-а-а-ать!

А это уже мы слаженным хором, когда уступ под нашими ногами, уподобившись скоростному лифту, ухнул вниз в кромешный мрак неизвестности, и этот наш вопль эхом разнёсся по горам.

Приземление оказалось жёстким.

— Во попали. — это Шат.

— А куда? — это Вэл.

— На дно? — это я предположила.

— Кто-нибудь что-нибудь видит? — Бэль.

— Возможно… — Маринка.

Глава 3

«Храбрец, добро пожаловать в пещеру Скрум! Здесь вы сможете увидеть первозданные красоты подземного царства где сложилась уникальная экосистема: среди гигантских сталактитов высотой более восьмидесяти метров растут первобытные дождевые леса и течет таинственная Бриллиантовая река. Пещерная фауна значительно отличается от наземной. Местным обитателям не нужны глаза, чтобы следить за вами. При ограниченности пищевых ресурсов, при постоянной температуре и влажности, в полной изоляции от поверхности формируются специфические адаптации, и образуются эндемичные формы жизни. Из всех достопримечательностей этой пещеры самым примечательным объектом является Аконская бездна, своими размерами сравнимая разве что с Гран-Каньоном. Там, на самом дне бездны есть сталактиты словно трубы огромного орга́на. Горят сталагмиты, похожие на оплавленные свечи. Гуляя по просторам пещеры возможно услышать таинственную музыку, доносящуюся из самой бездны и аплодисменты, и крики „Брависсимо“! А если вам сильно повезёт, познакомитесь и с таинственными музыкантами бездны. Хотя, в таком случае вам скорее всего сильно не повезло…»

Я с не поддельным интересом читала ознакомительную информацию во всплывшем у меня перед глазами окошке. В данж мы уже зашли и теперь осматривались на месте старта. Удивительно, но внутри пещера, выглядела ни как пещера, а как лес, что вырос прямо на скалах, или из скал. Было довольно сумрачно, но света более чем хватало. Здесь даже небо просматривалось сквозь живописные такие огромные дыры-окошки над головой или по бокам пещеры, создавая сюрреалистичный пейзаж.

— Масштабно, на головку Швейцарского дырчатого сыра смахивает эта ваша пещера. — поделилась своим мнением Маринка от увиденного.

— Ты тут раньше бывала? — поинтересовалась я.

— Нет, не довелось. А на кого мы тут охотится будем? — решила я сразу уточнить у близняшек.

— На големов. Они тут попадаются: глиняные, деревянные, каменные, металлические. Дроп соответствующий. Есть ещё редкие варианты вроде песчаных големов. Но с ними очень трудно справиться. Но всё что падает с местных мобов — это ценный ресурс. Есть ещё всякая хищная живность вроде: Хищных протей — ведут себя как пираньи, жуков Липодерусов — трупоеды по сути, Пещерных кузнечиков — здоровенные, прыгают на тебя сверху прям на голову и давят, Ядовитых ногохвосток — жуткие твари, близко лучше не подпускать — они плюются кислотой. И самые противные это Тонконогие пещерные пауки, — эти тут стаями охотятся, по размеру небольшие, но шустрые, прыгают лихо и клыки у них ядовитые. — невозмутимо выдали нам справку. Словно так и надо. Мне от перечисления пещерных монстров реально поплохело.

— Окей! Девочки, бафаемся и за мной! — скомандовала Маринка, которую ничего не смущало. Я призвала Фиалку, — с ней как-то спокойнее, и мы направились вглубь пещеры.

Поначалу всё шло довольно стандартно: мы шли, на нас нападали мобы — мы их били получали лут. Время от времени близнецы собирали какие-то цветочки и травки: у них оказалось подходящее задание. Мы могли заняться этим же самым, но мне было лень, и Бэль с Маринкой интереса тоже не проявили.

Порадовали глиняные големы: моб размером метр с кепкой, на коротеньких кривых ножках, медленно бегающий, но живучий, как и все големы. На месте гибели этого моба оставался «коричневый кирпич» — одын штук, что заставляло нас каждый раз хихикать, ибо наводило на конкретные ассоциации. Тем более при атаке эти мобы издавали что-то вроде боевого клича, но звучало это так, словно кому-то что-то дверью прищемили. От деревянного голема оставалось — бревно ценной породы дерева, от каменного — булыжник, а металлические радовали — слитком железа, редко меди. Так же мы чистили попадающиеся на нашем пути сундуки с золотом, некоторыми вещичками, которые собирались продать, и зельями. Завалили пару кузнечиков — реально жуткие твари, на бронированный прыгающий танк похожие. В целом именно так прошла половина игрового дня. Я агитировала народ двигаться к реке, ибо меня очень привлекало это название — Бриллиантовая река, и я надеялась выловить там что-то весьма ценное. И шло бы так и дальше, если б я не нашла в одном из деревьев дупло…

Ну как нашла… хотя да, нашла, — деревья в данже были однотипные, практически ничем не отличались, а тут… на стволе одного дерева я увидела светящуюся иконку. Дотронулась, чтоб активировать, и моя рука каким-то хитрым образом провалилась в пустоту по локоть, и я там так и застряла в дереве. Как не дёргалась, а рука назад не вынималась.

— Может просто отрежем? — сразу предложила Бэль.

— Я тебе отрежу, я тебе отрежу! — вопила я и дёргалась.

— Не, не получится. Расчленёнка игрока механикой игры не предусмотрена — это же не реал. Начнём её резать и только урон наносить будем, пока до смерти не обнулим. И станем аграми. — говорила рассудительная ШатДан.

— Как тебя угораздило только? — вопрошала сердобольная ВэлДан и пыталась вытянуть меня из дупла, как дед пресловутую репку, проверяя свою силушку.

Но банальной силой мою проблему было не решить. Маринка просто ржала. Фиалка меланхолично что-то или вернее кого-то там жрала.

— Может дерево — это и не дерево, а злобный моб? — предположила я.

— Нет. Тогда это было бы обозначено. — ответила Шат, нарезая круги вокруг меня, точнее дурацкого дерева. — Что-то я не помню что бы тут были подобные нычки. Мы ведь уже пару раз зачищали этот данж.

— Может пасхалка? — предположила магичка.

— Может — это скрытый моб? — не унималась я.

Для верности Шат врезала по стволу мечом. Но дерево осталось неизменным.

— Значит всё же не моб. — загрустила я.

— И не ресурс. — подтвердила Шат.

— Ладно, слезами горю не поможешь. — отсмеявшись выговорила подруга и предложила: — Задачка как с бутылкой вина. Если не получается вытащить пробку из горла́ — значит надо пробовать пропихнуть её дальше в бутылку. Попробуй не вытаскивать руку, а наоборот, засунь глубже… и пошебурши, вдруг там что-то есть. Точнее, там точно должно что-то быть.

Я с сомнением пропихнула руку дальше… И таки да, это было возможно, но… чем дальше я пихала руку, тем труднее мне это давалось в какой-то момент я заметила, что у меня показатели манны вниз полезли. Это «жи-ж-ж-ж» явно было не спроста, и я поделилась этим с остальными.

— Слушайте, у меня манная начала расходоваться. Что бы это значило?

— Это значит пихай сколько можешь. — в предвкушении потирала ручки Маринка. — Внутри дупла точно что-то есть!

Мне пришлось три раза выпить зелье полного восстановления манны и просунуть руку в дерево так глубоко, что мой подбородок упёрся в ствол — дальше продвинуться мешала грудь, прежде чем я дотянулась до чего-то там.

— Эй, тут какая-то штука…

— Какая штука? — спросила Бэль.

— На ощупь… как ручка двери. Что теперь делать?

— Странный вопрос, как что? Открывай давай, что ж ещё. — хлопнула в ладоши Маринка. Вся пати стояла впритык ко мне и изнемогала от любопытства.

Ну я и нажала эту ручку и потянула на себя — точно так, как если б и в самом деле открывала дверь. Дверь поддалась легко. Раздался заманчивый такой, насмешливый что ли, скрип дверных петель.

«ХЛОП»

— Где это мы? — спросил кто-то из девчонок. Я не уловила кто это был, — мне не до того было.

Моя рука была свободна. Дерева не было. Локация вокруг довольно сильно изменилась. Пропали гигантские деревья и типа «окна», теперь куда-то вдаль убегала равнина с растительностью карликового размера — на японский Бонсай смахивающая, нам всем по пояс. Каменные сосульки нависали сверху ровными рядами…

— Теперь это на громадную пасть с зубами похоже. — озвучила Маринка мои мысли.

— Ага, а эта зелень — это язык в пасти, и мы как раз… — продолжила мысль Бэль, но не закончила.

— А карта что? — я.

И мы все уставились в интерфейс.

— Что-то я не пойму… мы что уже не в данже что ли? — наконец выговорила я. — Не знаю, как у вас девочки, но моя карта показывает — что мы где-то под горой Скрум… ОЙ!

— Та-а-ак! Что на этот раз ты учудила? — подкралась ко мне Маринка и предвкушающе положила обе свои эльфийские ручки мне на плечики.

А я кажись действительно учудила.

— Сундук что б его!

— Какой сундук? — мягко поинтересовалась подруга и прижалась к моей спине теснее.

— Раньше… до того… в пещере с сокровищами… в смысле с драконом, короче, там сундук был — я его с собой захватила, а открыть не смогла — ключ нужен. И судя по всему искать этот самый ключ нужно где-то в этой локации. На верху вход был, походу.

— А, вот оно что… — вроде как потеряла интерес Маринка и посмотрела на сестёр. — Теперь понятно; раньше того дупла не было, потому что не было игрока с нужным заданием, а как только игрок нашёлся, то и дупло для него отыскалось.

Эльфийка огляделась вокруг.

— Судя по всему, скрытый уровень. — выдала она.

Мы все тоже огляделись и согласно закивали в ответ.

— Ну и… что у тебя там в задании написано? — вздохнув и внутренне смиряясь с ситуацией, спросила Бэль.

Я заволновалась.

— Девочки вы на меня не сердитесь, что я опять того… этого…?

На меня уставились четыре пары удивлённых глаз.

— С чего бы?

— Ну как же? Всё было так хорошо — шли в данж, а теперь чёрте где.

— И чё? — сказала Бэль, чем немало меня удивила.

— Ты слишком много думаешь, или точнее, недооцениваешь нас. — с жалостью вздохнула подруга.

— Сама знаешь… — Я прикусила язык и нахмурилась.

Есть такие занозы, от которых трудно избавиться, и начать открыто доверять людям после того, как тебе причинили боль. Излишняя иммунная реакция выработалась что ли? А как это преодолеть? Таблеточки-то от такого пока что нет. Видно, народ это во мне тоже напрягает.

Да бы не нагнетать я залезла в свои задания и зачитала описание:

«Средний каменный ларец Тук-Вала. Взломать, сломать — невозможно. Что бы открыть раздобудьте Серебряный ключ, который давным-давно был украден той, которую зовут — Дева из-под горы».

— Из-под горы… — повторила за мной Маринка. — Это всё объясняет, и где тут эта Дева?

Я сверилась с картой.

— Не далеко вроде бы. — сказала и махнула рукой. — Туда!

И мы пошли «туда». Но ушли не далеко…

«Хтонический опаловый аксолотль — уровень 76».

Выдала мне подсказка, когда мне удалось сфокусировать взгляд на том, что на нас выползло. Моб выглядел одновременно и красиво и уродливо. Красиво потому что тело моба представляла собой классический драгоценный минерал. Основной тон тела был белым до прозрачности, но с яркими переливами цвета. А уродливым тварь была потому что это было что-то вроде здоровой, — размером с камаз, скелетообразной ящерицы, на четырёх тонких и гибких перепончатых лапах, с непропорционально большой, грушевидной, приплюснутой формы головой, — впечатление такое, словно гигантская ящерица головой в чайнике когда-то застряла и с тех пор так и ползает. Глаз нет. С толстым коротким хвостом. Ещё из головы росло что-то типа мха — думаю это были жабры.

— По крайней мере зубов у этой штуки нет… — неуверенно выдавила из себя магичка, ныкаясь за спину ШатДан.

— Зубов нет. Но колдовать — эта штука точно может. Элитник не иначе. — обрадовала нас Маринка доставая из своего инвентаря какие-то необычные стрелы.

— Откуда знаешь? — поинтересовалась я.

— «Опаловый» потому что. В этой игре всё что имеет в своём названии упоминания драгоценности имеет отношение к магии. Опал повышает сопротивление к огню и молнии, снижает урон от разных дебаффов. Так, давай сразу стань его этим своим питомцем…

— Ловушкой?

— Ага. Ну и имя ты конечно выбрала, — не заморачивалась, как я погляжу. А ты Бэль доставай свои снаряды. Значит так, если вкратце, то план такой: сейчас я агрю на себя эту штуку и постараюсь моба в пасть Лариной Ловушки загнать, как только монстр влипнет всеми четырьмя лапами — мы, не теряя времени, закидаем его гранатами, — Бэль, раздавай арсенал. Если что, бейте его по ногам, а не по морде. Вопросы?

— Какие выдавать-то, у меня тут разные есть… — пропищала магичка роясь у себя в запасах.

Маринка смерила монстра взглядом, словно собиралась сшить ему костюм и сказала:

— Ну, что-нибудь потяжелее нужно, поубойнее… что б урон по максимуму.

— По максимуму… Есть такие… вот — с красными звёздочками, но их мало, и вот такие… с синими полосочками — их много. А вот эти белые — ого какие, но их только две штуки. Какие надо?

Маринка наскоро прочла характеристики бомб и сказала:

— И этих и тех всем поровну, а эти беленькие пока спрячь… хотя нет, дай одну — проверим кое-что. Если все всё поняли, то погнали!

Ну и, мы погнали. До того, как я призвала Ловушку, эльфийка в стильном золочёном сете: мини шортики, топчик и кроссовки с крылышками, ловко запрыгала из стороны в сторону, аки ополоумевший заяц — явно какой-то скил ловкости, подобралась к монстру впритык и забросила тому под брюхо снаряд Бэль.

Раздался мощный бабах! Всё заволокло каким-то зеленоватым дымом, а у меня видимость упала до двадцати процентов. В местной растительности образовались просеки. А монстр… Ну он не пострадал, от слова, — почти совсем.

— Не поняла, это ещё почему?! — обескураженно и разочарованно отозвалась Бэль, оскорблённая до глубины души.

— Странно, а почему урон не проходит? Его только поцарапало? — озадачилась ВэлДан.

Я применила свой «Дурной глаз» и хоть и крохи, но урон прошёл.

— Не поняла?! — ещё сильнее обиделась Бэль.

— По монстру не проходит прямой урон! Нужен пробивающий! Или что-нибудь из проклятий. Это всё усложняет. Меняем подход!

— Как? — поинтересовалась я.

— Бежим! — Маринка.

— Как бежим?! — я.

— Зачем бежим?! — Бэль.

— Куда бежим?! — близнецы, как всегда практичны.

— Туда! — Маринка.

И мы побежали.

— Нет, я всё-таки не поняла почему мы бежим? — я.

— Потому бежим, что на бонусных уровнях нельзя действовать по шаблону обычных. Они на то и бонусные.

— Зачем разрабы так изгаляются. — мой вопрос был риторическим.

— Что б интереснее было игрокам, разумеется. Что-то новенькое — это раз, что-то трудное — это два. Во, то, что надо для освежения чувств к игре у пресыщенных своими успехами игроков. Это ж классика… азбука дизайнера игр.

— И куда, в таком случае, мы бежим. — не унималась магичка, — вот не любит она бегать.

— Мы не просто бежим, а проверяем что тут ещё есть.

Тут мы добежали до выхода, точнее до лестницы, что вела вниз. А внизу нас ждал сюрприз…

— Сколько же их тут?! — шёпотом выговорила я.

— Голов пятьдесят. Больше вряд ли. — ШатДан.

— Не, всех не завалим. Этак мы тут на неделю застрянем — спятим же или нет? — я была не уверена.

— Ну, может и не спятим, но согласна — приятного маловато будет — мы же девочки. Интересно они возрождаются или нет? Как никак, а явно особо ценный ресурс. Ладно, возьмём на карандаш. Продолжим нашу экскурсию… — на этом Маринка придала себе уверенно-надменный вид и заговорила голосом бывалого гида:

— Леди энд джентльмены, минуточку внимания…

— Кто тут джентльмены? — не удержалась я.

— Не суть! Так вот, внизу, оно же направление прямо, вы можете видеть тонны потенциального опыта и особо ценного лута. Желающих окунуться в непрерывный процесс ПВЕ, милости просим, — вас ждут непередаваемые очучения, фан, заработок и еже с ними. Довольно нудно, но зато стабильно и гарантированно. Слева, вашему вниманию предложена так называемая сталкерлайн: — тоннель-дорога с различными подлыми и кровавыми ловушками, к гадалке не ходи. Что нас ждёт впереди не понятно, но можно ожидать сюрпризов. А справа у нас… справа… ничего нет — обрыв. Внимание вопрос: — что выбираем, девочки?

Вот в чём разница игры в одиночку и в пати. С командой всё время разговоры разговаривать приходится, — на это много времени идёт. «Развернулся и пошёл» — уже не прокатит, девочки не поймут, даже если будут согласны с выбранным направлением в целом.

— Тут говорят ещё и бездна какая-то в наличии. — не к месту вспомнила я.

— Предлагаешь поискать? — я прикусила язык. С подруги станется, и в самом деле попрёт искать, и найдёт ведь, зараза.

— Пойдёмте уже куда-нибудь! А то те, что внизу, кажется, что-то заподозрили, сюда пялятся. — отозвалась ВэлДан, пристально разглядывающая что там внизу делается.

— Чем пялятся, у них же глаз нету? — спросила Бэль.

— Может всё же назад, замочим ту одинокую заблудившуюся хтонь? Так, чисто посмотреть… — предложила я.

— Не-а, не прокатит. Думаю, они поштучно лезут. Завалим одного, тут же нарисуется следующий за ним, и так далее по порядку… по очереди, пока все пятьдесят не выйдут. Я такое уже проходила, неделю фармить будем без продыху, не меньше. Тем более, морду набить мы им всегда успеем, я так думаю.

— Не знаю, кому как, а я бы прошлась. Бойня, фарм — это хорошо, но я не фанат этого дела, если уж честно. — отозвалась я.

По нашим немногочисленным рядам прошёлся некий гул. Который можно было интерпретировать как согласия с моим мнением.

— Слушай, а посмотри-ка, далеко ли от нас отметка с заданием на твоей карте.

Я посмотрела на карту. Точка была не далеко, — о чём я и сообщила остальным, выжидательно смотрящим на меня.

— Тогда для начала предлагаю всё же пойти и посмотреть что там за поворотом.

Все закивали соглашаясь, и мы пошли в тоннель, смотреть. Ну как пошли… Пять метров прошли и подорвались на «мине», после чего Бэль сразу отправилась на перерождение, а остальных так… поцарапало. Причём, оказалась наша магичка в начале данжа «Пещера Скрум», а не на бонусном уровне. Полчаса выясняли может ли она сама попасть к нам, — оказалось, что нет. Потом думали — могу ли я быстренько сгонять за ней наверх и вернуться — оказалось нет, только если умру.

— Сиди на старте в безопасной зоне. — отписалась Марика Бэль.

Мы решили продвинуться вперёд насколько получится, проверяя аксиому о том, что «сапёр ошибается один раз». Прокаченных умений на ловушки ни у кого не оказалось, по мелочи только… Кое-что видела Маринка, моя Фиалка неплохо справлялась с некоторыми ловушками, а дальше всё сводилось к тому, кто на что заточен.

Выяснили: в случае толстого танка ошибиться можно и трижды и даже пять раз, если ты шустрый эльф, то увернуться можно от многого, но только не от потолка… Когда этот самый потолок внезапно, и без предупреждения, буквально за какую-то долю секунды превратился в пресс-давилку и сверху прямо на Маринку — «БАМ»! Я просто ох… удивилась сильно, а потолок — полежал-полежал и снова вернулся на прежнее место. Это удивило ещё больше, если честно. С минуту не решалась двинуться дальше. А подруга-то как удивилась! Я столько матерных слов в чате ещё не слышала. Впрочем, остальные члены пати от Маринки не отставали и щедро делились своими впечатлениями. А вот мне повезло хе-хе… умение «Сквозь все преграды» и навык «Скольжение» позволили мне дойти почти до конца этого «туннеля смерти». Но увы, стоило мне пересечь невидимую границу и оказаться то ли в гроте, то ли в пещере… я не успела сообразить, и мне сначала прилетело прямо в лоб, а затем я улетела на перерождение.

Нашла своих в данже. Мы немного побили големов для успокоения нервной системы и отправились искать дупло. Долго искать не пришлось оно было там же где и в первый раз.

— Так, на этот раз идём аккуратно и внимательно смотрим под ноги, по сторонам и на верх, и запоминаем где там что находится. — наставляла нас Маринка.

— Там в самом конце засада. Точнее вначале. — наябедничала я.

— Посмотрим. — Маринка.

— Там явно чем-то серьёзным попахивает. — я.

— Понюхаем. — Маринка.

— Я там что-то слышала. — я же.

— Послушаем. — Маринка.

— А ещё…

— Открывай давай! — не выдержала Бэль.

— Да шучу я! Совсем вы шуток не понимаете, товарищ маг. — огорчилась я и засунула руку в дупло.

— Ай?!

— Что опять стряслось? — Бэль.

— Оно меня укусило! В смысле урон причинили, — у меня минус двести хп… Теперь не только мп расходуется, но и хп.

— Больно? — проявила сочувствие ВэлДан.

— Нет, но неожиданно как-то…

— Ясно, количество попыток прохода на бонусный уровень ограниченно. — Маринка.

Я всё же дотянулась до ручки двери и открыла нам проход. Мы вновь очутились в знакомой локации, но вот незадача, теперь тут паслось уже три аксолотля уровнем за семьдесят.

— Опаньки! Это засада. — констатировала Маринка. — Чем больше попыток сделаем, тем сложнее будет прорваться.

— Побежали? — это ШатДан спросила.

— Побежали!

И мы снова побежали. На этот раз одна хтонь всё же шмальнула по нам фаерболом — нехило так бабахнуло, нас проняло.

— Хорошо, что медлительные они. — сказала я.

— Я бы не была так уж в этом уверена. — ответила Маринка. — Если они за нами всем скопом двинут, то нам хана.

Я хотела было сказать что-то типа: — нам и так хана, но вовремя заткнулась, ни к чему в игре пессимизм разводить, для этого реал есть.

На втором заходе первой на перерождение отправилась я. Но и другим повезло не больше моего. С третей попытки нам почти удалось пройти тоннель, засыпались в самом конце всё с тем же потолком — фиг его знает отчего срабатывала эта ловушка. Думали, что на полу какие-то отметки есть. Увы. Потом Бэль догадалась что эта штука на звук реагировала. Когда пошли на четвёртый заход, стало очевидно, что пятого нам не видать. Я еле-еле открыла вход на бонусный уровень, а там нас уже ждала половина списочного состава аксолотлей, что до того спокойно тусовалась во втором помещении.

К выходу пришлось пробиваться силой.

Потом кое-как пробрались через ловушки, ухитрившись словить на грудь лишь парочку атак и наконец прошли дальше. Помня о том, что атака последует сразу стоит только пересечь границу, разделяющую две локации, первыми пошли танки с мощными щитами.

Надо отдать должное близнецам они выдержали три последовавшие мощных удара — один за одним, от чего наша парочка отступила на пару шагов назад, но мы уже напирали на них сзади. Вэл обо что-то там ещё и запнулась, мы ещё поднажали, и наша команда буквально ввалилась, в…

«Вы вошли в Железный лес»

Всплыло перед глазами системное сообщение.

Глава 4

Некоторое время мы опасливо созерцали новое пространство перед собой, ощетинившись оружием в поисках противника, так-как ожидали увидеть его прямо на входе, — кто-то же тут стрелял. Но было подозрительно тихо.

— Тихо как-то… Что ж, можно и расслабиться, и осмотреться. — сказала Маринка своё веское слово, остальные выдохнули.

Железный лес представлял собой сплошное море неестественно гладких, буквально полированных до блеска, чёрных деревьев. Толстые ветки напоминали молнии и устремлялись вверх, листьев не было. Да и растением — эти деревья не являлись, скорее скульптуры. А вот всё прочее свободное от деревьев пространство было занято очень колючим кустарником. Продраться через который не представлялось возможным, и название у него было соответствующее, — «Лох колючий». Всё это я выяснила с помощью своей спецухи, вычитав информацию в книге Бестиара.

Фишка в том, что деревья были неразрушимы, а вот Лох нужно было вырубать, чтобы двигаться дальше — ну как это в джунглях показывают. А та штука, о которую запнулась Вэл, оказалась сундуком, из которого выпала пара зелий на восстановление здоровья и куча примитивных мачете, прочность каждого была всего двадцать ударов после чего ножечек ломался с концами.

— И что теперь, а? — опасливо поинтересовалась Бэль, крутя в своих лапках мачете.

Выглядела при этом наша пироманка донельзя забавно. Казалось она не знает каким концом надо держать эту штуку и как ею рубать. Иначе бы не держалась за лезвие. Это выглядело малось наигранно и немного раздражало.

— Будем прорубать себе путь, как в джунглях. — логично ответила ей Вэл.

— А куда собственно… и главное, а зачем нам… — начала было нудить Бэль, но её перебила Маринка, чуть ранее запрыгнувшая довольно высоко на каменную сосульку, торчащую у нас над головами, и теперь обозревавшая оттуда просторы леса.

— В середине что-то есть! А ещё… Да, это классический лабиринт. Рубить надо не абы как, а по дорожкам!

— Это как? В смысле? — поинтересовалась я.

— Начнём, сама увидишь. Так! Я всё срисовала. Сначала прорубаться будем туда, девочки, давай влево! — отрапортовала Маринка спрыгивая к нам, и ткнула пальцем в первый на нашем пути Лох… куст.

— Туда! — повторила она.

Мы дружно поморгали, не слишком понимая в чём прикол. Вот чем отличается проигрок вроде Маринки от нас любителей — её в играх ничего не смущает. Надо признать, разрабы постарались по максимуму разнообразить задачи для игроков.

Я первой смирилась с новыми вводными и забраковав «казённый» бесплатный ножик, всучив его Маринке, достала свой Топор Мясника… подумала, и сменила его на Серп Душегуба, — тоже подарок от любимого учителя, для расправы над растениями это штука подходила больше. Моё профессиональное оружие явно улучшилось ведь его уровень и характеристики растут прямо пропорционально уровню владения игроком его профессией. Мне любезно подсветили Лох, обозначив где надо делать разрез, чтобы не испортить ресурс.

— Чего-то он да стоит… — сообщила я народу и взмахнула серпом.

«Вжих»

«Бздынь. Вами добыто — 1,2…7… Лох Колючий. Прогресс развития профессии — 0,0003%».

— Фига себе прогресс! Так до посинения рубить надо! — возмутилась я.

— Чего ругаешься, и с кем? — заинтересовалась Маринка.

— С системой! 0.000 чего-то там процента развития профы — это что такое! Кошкины слёзки!

— А ты чего хотела? Можно подумать ты что-то ценное добываешь. Это же стандартная прокачка профессии.

— Знаю, но всё же… — заныла я.

Я не то что бы расстроилась, а как бы сказать, разочаровалась.

— Разбаловалась ты, мать. — откомментировала меня подруга.

Пришлось согласиться.

Колючий куст оказался тем ещё препятствием. Несмотря на то, что отпора он не давал, тем не менее, справится с ним было непросто. Пройти сквозь это кипы колючих листьев не получалось, как и просто пробиться через кусты: сестрички пытались силой проломиться, — не вышло. Вредные растительные насаждения были непреодолимым препятствием, которое следовало уничтожить. И были они тут трёх видов: куст малый, на который уходило три удара мачете, или два моим серпом, куст средний — пять ударов, и куст разросшийся от десяти до пятнадцати ударов. Рубили близнецы и я, Маринка направляла и время от времени махала мачете, Бэль шла следом и нудила о недопустимости использования каторжного труда. Мы пытались и её заставить работать физически, но она упорно сопротивлялась, ссылаясь на слабость своего перса.

Время от времени мы утыкались в тупик и разворачивались, сложность ещё была в том, что Лох этот, мать его… рос очень быстро! И всё что мы расчищали зарастало буквально за пять минут.

Выходило так, что я рубила больше всех. Мачете быстро закончились, а вырубить куст мечами игровой механикой хоть и допускалось, но было это не эффективно — урон сильно резался из-за использования неподходящего орудия. Время от времени в зарослях мы находили сундуки с запасами мачете и зелий, и тогда ускорялись, но радость кончалась быстро. У меня поначалу только игровое хп расходовалось, а потом и человеческое терпение на́чало. Но потом я втянулась.

— На игру «Ограбление крота» эта локация похожа и на «Змейку», немного. Правда там были варианты… — поделилась своими соображениями невозмутимая ШатДан.

— Слушай, Бэль, а у тебя в запасах яда или кислоты не завалялось часом? — поинтересовалась она.

— Есть. А тебе зачем?

— Можешь плескануть на этот Лох, вдруг сработает.

Это идея пришла ко понравилась Бэль гораздо больше чем махание мачете. Тем более что это сработало на ура, магичка с явным удовольствием кидалась склянками с кислотой, которая кусты просто растворяла, — сначала раздавалось забавное «пурф» и заросли испарялись в зеленоватом ядовитом облачке. Да и запасы этой гадости у магички были внушительными, — Янтарная кислота, оказывается, была главным компонентом для изготовления взрывчатки и стоила недорого. Так что вскоре и воины, и Маринка перешли на кислоту, только я осталась при своём оружии. Продвигаться в зарослях стало значительно веселее, не мудрено, когда весь народ втянулся в общее дело. Теперь только и слышалось:

— На тебе!

— Так их!

— Тут тупик!

— Обратно, на!

— Туда!

— Куда?

— Теперь сюда!

— Ах ты…!

— Эх-ха-ха!

Долго ли коротко ли мы оглашали Железный лес своими воплями, но до центра локации всё ж таки добрались.

Глава 5

Ну, что тут можно сказать…

— М-да, — «…Вот это тётя!», как сказал один товарищ.

Я была несколько удивлена увиденным. Я совсем не так представляла себе этого НПС.

Не знаю у кого как, но когда я встречаю в описании кого-то слово «дева», то в моём воображении сам собою вырисовывается образ принцессы, — а-ля Белоснежка, Золушка или Рапунцель, уж не знаю кто из них больше. Во всём виноват Дисней, наверное.

— Если говорить утрированно, то «дева» — это ведь имеется в виду молодая девушка, нет? Красивая, милая, с длинными волосами, чаще всего блондинка, большие глаза, безупречная фигура — а-ля Барби, и всё такое, да? А тут у нас что… — непроизвольно потёрла я лоб двумя пальчиками, непонятно к кому конкретно обращаясь.

Мои девочки тоже выглядели несколько озадаченными, но не факт, что их смущало то же самое что и меня. Перед нами, подражая Алёнушке с картины Васнецова, на здоровенном замшелом валуне сидела нечто огромное и волосатое… вроде бы женского пола. Хотя, говорить о фигуре как таковой тут не приходится.

— Босс что ли? — неуверенно выговорила Бэль.

— Тролль… — офигивая от зрелища выдала Маринка.

Да это был Горный тролль… троллиха, судя по описанию. Со здоровущими руками-граблями, достающими аж до земли, точнее, до её же ступней, — что были метр в длину, не меньше. Плечи широкие как у мужика. И на таких плечах очень уж мелкая для такого массивного тела головёнка. Половину лица занимал топорообразный шнобель. Глазки как бусины — чёрненькие и поблёскивают. Ни ресниц, ни бровей толком… Лба и подбородка считай что нет. Маленький, карикатурный ротик. Одета эта… «девушка» была в белоснежную тогу, как у древних греков. И при этом вся в золотых цацках, словно жена шейха — всё самое ценно ношу на себе: массивные серьги оттягивали мочки ушей, многочисленные браслеты на руках, кольца на пальцах в три ряда, ожерелье и цепочки без счёта, и… — это просто добило нас, здоровенное кольцо в носу, ну как у быка!

С принцессой Рапунцель это страшилище было схоже лишь длиннющими волосами: красивыми, гладкими и блестящими как шёлк, дивного изумрудного цвета, струящимися, — хоть сейчас снимая рекламу косметических средств для волос. Но… Вот это всё роскошество было весьма равномерно, аккуратными прядями, развешано по окружающим колючим кустам. И это, судя по всему, полностью обездвиживало обладательницу роскошной шевелюры. Горный тролль… тро́ллиха тяжко вздыхала, морщилась от боли при малейшем своём движении, всем своим видом давая понять, — как ей плохо и как она мучается, бедняжка, угодив в плен собственных волос. «Красавица» нас пока не замечала.

— Кажется я догадываюсь, каким будет задание. — поделилась я с народом своими соображениями.

— Я тоже. — ответила Бэль.

— Освободить попросит, к гадалке не ходи! — отозвалась Маринка и решительно сделала шаг вперёд.

— Кто здесь?! — тут же взревела зеленоволосая, стоило подруге пересечь некую невидимою разделительную черту.

Дело было сделано, и мы все продвинулись вперёд — явив себя НПС.

— Кто вы такие?! — пуще прежнего заверещала троллиха, или кто это на самом деле, изображая из себя напуганную, маленькую девочку. Получалось у неё не убедительно.

ШатДан ухватила меня за плечо и настойчиво выпихнула вперёд, намекая на то, что говорить нужно именно мне, как обладателю квеста. Маленькие черные бусинки-глазки НПС колко вперились в меня, оценивая. Я аж малость струхнула. Рядом с этой пародией на Рапунцель мне было как-то не по себе, — тролли ведь всеядные, или просто людоеды? Короче, чем-то не нравилась мне это мадам. Было в ней что-то такое… явно нехорошее, — она мне сильно напоминала приснопамятную компашку из Проклятого поместья встреченную мною в Третьем измерении.

— Эм… приветствую тебя Дева… — начала было я своё церемониальное приветствие. — Мне хотелось бы узнать, нет ли у тебя Серебряного ключа от ларца Тук-Вала?

Может мне это только показалось, но некое злорадство скользнуло по лицу этой Девы из-под горы. Над её головой появилось имя — «Бломстерфина», — говорящее имечко. У меня на интерфейсе выскочило системное сообщение — «репутация с персонажем Бломстерфина — минус 10 единиц».

Вот так, походу, не только мне этот НПС не понравилась с первого взгляда, но и я ей тоже.

— Ключ тебе нужен… — наигранно ласково начала переговоры троллиха. — Есть у меня ключ, что тебе нужен. У меня много ключей всяких и разных.

Бломстерфина хотела было горделиво вскинуть подбородок, но скривилась от дискомфорта. Недовольно зыркнула на меня, будто я виновата в чём, и крайне неправдоподобно изобразило гримасу нестерпимой боли, давя на жалость, и продолжила разговор:

— Вот только сама видишь, в какую беду я угодила. — Бломстерфина картинно закатила глаза. Заломила руки и начала втирать мне какую-то дичь: — Давным-давно, я расплела свои роскошные косы, да так умаялась за этим делом, что заснула на часок-другой. А пока спала эти подлые кусты возьми, да и вырасти повсюду, и теперь я совсем запуталась, не могу сдвинуться с места, и каждое движение причиняет мне страдания.

Тут эта великанша, состроила мне на удивление страшненькое, но жалостливое… лицо, попыталась, во всяком случае. Отчего её… личико скукожилось так, что только один нос с кольцом, торчащий из зелёной копны остался видим, всё остальное пропало без следа.

Я при этом подумала: «Сильна ты мать. Это сколько же надо было дрыхнуть, что бы тут всё так заросло». При этом от меня не укрылось то, как эта Бломстерфина пытается незаметно, что получалось у неё плохо, подглядывать за нашей реакцией на её спектакль. А когда заметила мой пристальный взгляд, начала картинно охать, да причитать о том, как ей больно, как она страдает и прочее по списку. «Халявщица. Такая, пожалуй, и кидануть может»: пришло мне на ум.

Вероятно, эта же мысль посетила всю нашу команду, так как в чат мне прилетело:

Марика: — «Осторожней со словами! Ничего не обещай ей просто так».

Бэль: — «Она тебя разводит»!

Шат: — «Тролли подлые».

Вэл: — «Торгуйся».

Я: — «Поняла вас».

Поняла-то я поняла, но сказать проще, чем сделать. Как сформулировать-то? Я пыхтела-пыхтела, ломала мозги ломала, и наконец разродилась:

— Уважаемая Бломстерфина, я… мы все с удовольствием вам поможем выпутаться из этой неприятности, если вы пообещаете отдать мне нужный ключ в награду. — Вот! По-моему, максимально прямолинейно.

«Репутация с персонажем Бломстерфина — минус 15 единиц».

Я перекинула это сообщение в общий чат с вопросом — «Что делать? Эта стерва злится на меня».

Марика: — «А ты чего ожидала от тролля? Думай»!

Я подумала и выдала следующее:

— Впрочем, не так уж сильно мне этот ключ нужен. А вам, уважаемая, судя по всему, нравится тут сидеть, раз вы не очень-то хотите, чтобы мы вам помогли. Раз так, то мы, пожалуй, пойдём. Совсем! Может быть, когда-нибудь, кто-нибудь сюда заглянет ещё раз, но, вероятно, это случится нескоро — лет эдак через сто примерно. Счастливо оставаться!

С этими словами я развернулась и на полном серьёзе собралась уходить.

— Девочки, ай-да мочить монстров! Мы на аксолотлях больше заработаем, чем здесь! — и это я не играла, между прочим, я реально хотела забить болт на этот ларец. Чего я там не видела, скажите мне?!

Не знаю почему, но этот НПС меня просто бесил, совершенно не хотелось возиться с ней.

Команда была, мягко говоря, удивлена моим внезапным взбрыкиванием, — на лицах прям читалось: — «Что это было только что?», но сходу возражать никто не стал, молча развернулись и готовы были идти на выход, но тут троллиха как завопит:

— НЕ НУЖЕН?! Это тебе-то МОЙ КЛЮЧ не нужен?! Кого ты тут дурить вздумала, девчонка! Кому-кому, а тебе этот ключик до зарезу надобен!

Вот тут она меня удивила, и сильно.

— С чего бы это? — уставилась я на неё.

Зеленоволосая мымра расплылась в страшенной лыбе, шокировав нас воистину голливудской улыбкой, — зубы у этой тро́ллихи были неестественно белоснежными, ровными — один к одному, и сияли как… как полированные. Будто она только что от дантиста.

— Ка-а-р-та! Я знаю, меня не проведёшь, — тебе нужна карта. И я же вижу её в твоём кармашке!

— Карта? Какая-такая карта? — протупила я, отвлечённая посторонними мыслями.

Минуточку! а как этот НПС может видеть содержимое инвентаря игроков.

— Не прикидывайся! «Карта Морона». — меж тем продолжила свой наезд Бломстерфина: — Я вижу её у тебя. — сказано было с превеликим ехидством.

Я потрясла головой, отгоняя лишние соображения. НПС бесячий, конечно, но с другой стороны, это что-то новенькое, — лично я понятия не имела что это за карта такая, а она… вон оно как всё выходит.

Я оглянулась на команду.

У всех девчонок уши торчком стояли как локаторы, разве что не шевелятся, хотя у Маринки, её длинные эльфийские уши как раз шевелятся.

— Значит в том ларчике последняя часть карты, да? — уточнила я у НПС.

— Именно! — с явным торжеством заявила мне троллиха. Видимо на полном серьёзе думала, что теперь я ради неё в лепешку разбиться должна. А я вот не была в этом уверена. Если говорить откровенно, эта странная безымянная карта с самого начала вызывала у меня… да ничего не вызывала, никаких особых чувств — была и была. Я её даже осознанно не собирала, оно само по воле игры… Вот тут я напряглась и надолго ушла в свои мысли. Меня беспокоили два соображения: либо это действительно игра, либо это работодатели меня используют. Вопрос в том, как к этому относиться — всерьёз или нет?

Мои размышления прервала Бэль. Она подобралась ко мне сзади и неожиданно трогательно, но настойчиво постаралась вернуть моё внимание на НПС.

— Ну что же ты Лар, это не вежливо вот так бросать такую изысканную леди в беде. Ей обязательно надо помочь. Я права? — последняя фраза предназначалась уже не мне, а НПС. При этом магичка очень рьяно дёргала меня за штанину. И если бы она продолжила в том же духе, то я вполне могла этих самых штанов лишится.

Бломстерфина, разглядев Бэль, от чего-то просто просияла, аки солнышко. Нет, реально, троллиха засияла голубоватым таким неоновым светом. Мне даже стало интересно кем же она была в своей, так сказать, прошлой жизни.

— Вижу-вижу тебя… се-с-тра. — хоть и радостно, но всё так же ехидно пропела Бломстерфина, особенно последнее слово.

И всё-то она видит… Пифия недоделанная. Или как раз наоборот именно что доделанная? Но причём тут тогда ключи?

Я ухватила Бэль за локоток и оттащила в сторонку пошушукаться, у нас, судя по всему, есть о чём поговорить. К нам тут же подгребли остальные.

— Слышь, только не говори мне что этот твой орден имеет отношение к Морону. Вы там типа ищите способ вернуть его в Эйрен? — зашептала я на ухо Бэль.

— Кто бы говорил! Сама-то что делаешь с этой картой?! — запищала в ответ магичка.

— Понятия не имею. — призналась я.

— В смысле? — удивилась Вэл.

— Было дело, нашла я кусок какой-то карты, случайно так вышло. Потом второй, а там и третий…, но распознать объект и понять к чему всё это ведёт руки у меня никак не доходили: то одно, то второе, то в тюрягу, то ещё куда. Так и таскаюсь с этой картой и понятия не имею к чему она. О том, что это связанно с Мороном я, как и вы, впервые услышала. И как только она об этом пронюхала?

Мы все не сговариваясь покосились на троллиху и задумались.

— И ещё кое-что… не нравится мне эта мадам, она нас грохнет, как только мы сделаем то, что ей надо, и потом ещё тоже — нам за её освобождение прилетит, но уже от игры. Очень уж она мне кое-кого напоминает, кого я уже ухитрилась по дурости своей освободить.

Наша пати сбившись в плотный клубок, нервно поглядывала на Бломстерфину, а та делала вид что коготки свои разглядывает, разве что не насвистывала незамысловатый мотивчик. Выглядело это донельзя не правдоподобно, — неужели слышит нас?

— Точняк, грохнет! — подтвердила мои опасения Маринка.

— И что делать будем? Забьём? — предложила я, надеясь…

— Как забьём?! Я вам забью! Нельзя! — взвилась на дыбы Бэль. — С Мороном поступили не справедливо! И потом…

— Алё, совсем ку-ку! Дома есть кто?! Всё идёт к тому что мы тут Морона освобождать собрались?! — начала я нервничать — этого мне только и не хватало!

— И чё? — спросила ШатДан.

Вот этого не ожидала.

— Как чё? — растерялась я. — Так ведь он же плохой…

— И что? — возразила Маринка.

— Как что, как что…! — я слов подобрать не могла. — Так ведь если он очухается, то кирдык, как пить дать!

— Ну дык, и что с того? Это ж игра такая. В игре — любой кипишь лучше, чем ничего — это ж как минимум ивент такой, а как максимум прокачка игры, сто пудов. — тут у меня замигало приватное сообщение от подруги: «Голову даю на отсечения, твои работодатели приложили к этому руку. Видать им нужно было как-то активировать этот эпический сценарий глобального обновления».

Я запыхтела и отписалась: «Если мы так сделаем, то вляпаемся по самое не могу».

Маринка ответила: «Вляпаемся, и что с того. Что теперь не жить что ли? Зато заработаем.»

Я впала в ступор, пытаясь сообразить, что мне только что сказали. И пока я прибывала в этом ступоре подруга развела бурную деятельность.

— Значит план такой, помогаем этой Бломстерфине — получаем ключ, — затем драпаем куда подальше, так как есть мнение, что она на нас набросится лишь только высвободится. А дальше…

— Что дальше? — в нетерпении спросила Бэль.

— А дальше… там видно будет, если убежать сможем, а не сможем тем более неважно. — Закруглила тему Маринка.

К моему величайшему удивлению никто возражать не стал. Меня снова настойчиво подтолкнули к НПС поближе. Делая какие-то подбадривающие жесты руками. Бломстерфина выжидательно уставилась на меня, я шмыгнула носом и выпалила:

— Бломстерфина, давай договоримся так — ключ ты отдашь сейчас, а я поклянусь, что помогу тебе освободиться.

Троллиха подозрительно на меня прищурилась, я готова была к сообщению о том, что моя репутация с этим персонажем стала ещё хуже, но к моему немалому удивлению…

— Вот ключ. — Мне продемонстрировали здоровенную штуковину. Система подтвердила:

«Серебряный ключ от среднего ларца Тук-Вала»

Стало быть, настоящий.

— Клянись, давай!

— Клянусь, в том, что помогу Бломстерфине освободиться…, но после того как она передаст свой Серебряный ключ мне.

«Бздынь»

«Осторожно игрок боги Эйрена всё слышат и проследят за выполнением данных вами клятв.

Вами получено задание освободить Бломстерфину из колючего капкана. Ваша награда: Серебряный ключ. Штраф за отказ от задания и не выполнение задания: смерть персонажа и невозможность повторного получения данного задания. Время выполнения ограничено одним игровым часом. Важно: персонаж Бломстерфина не должен получать урон при своём освобождении»

У меня перед глазами появился таймер и начался обратный отсчёт, а в инвентарь упал предмет — Серебряный ключ.

— Ух-ё! Ключ есть! Время пошло! Один час до завершения задания или я помру, а второго шанса у нас не будет! — взвилась я.

Все бессмысленно засуетились, поднялся бабий гвалт. Я решительно выхватила из инвентаря свой серп и с остервенением принялась рубить ближайшие кусты, показывая пример. С секундной задержкой меня в этом деле поддержали близняшки. Бломстерфина умостилась поудобнее на своём насесте, подпёрла кулаками свою чем-то донельзя довольную мордашку, и с ехидным умилением во взоре стала нас рассматривать. До меня как-то резко дошло, — не понятно почему, но она уверена в том, что у нас ничего не выйдет: я тут помру, останусь без ключа, а дальше, как говорится, могу поцеловаться со своим ларцом, а значит и с этой дурацкой картой.

И точно! Что-то тут было не так. Лох как Лох с виду, эти кусты мы вырубали, как и раньше, но вот в чём фигня, — кусты начинали расти быстрее чем мы успевали их дорубить до конца!

Мы явно не вытягивали.

Через полчаса, не выдержав напряжения, у Бэль сдали нервы, она выкатилась вперёд с воплем: — «Пустите! А вот я сейчас всё тут разом как…»! И достала из инвентаря фугас на длинной палке!

Бломстерфина завизжала в ужасе! Я тоже! И ринулась на Бэль, хватая ту за руки.

— Только не это! НПС не должен получить урон!

Кое-как удалось успокоить магичку и оттащить её в сторонку, — Бэль ругалась, нервничала и волнуясь рвалась в бой как обезумившая. Бломстерфина уже откровенно ржала над нашими усилиями. Чёртова растительность регенерировала быстрее чем мы её рубили. Я тоже паниковала и орудовала серпом наотмашь как газонокосилкой. Но краем сознания заметила, что пряди волос противной тро́ллихи больше напоминают гибкие лианы и если так присмотреться, то… становится не совсем понятно — что там за что держится: кусты за волосы или волосы за кусты. Да и кончики волос троллихи переливаются как-то странно, словно энергия по проводам идёт.

«Наблюдательность — плюс 1»

От неожиданности выскочившего сообщения я малость промахнулась мимо ветки, или же я слишком внимательно пялилась на зелёную прядь, но моя рука с серпом на сей раз резанула прямо по волосам Бломстерфины. Я подсела на измену, испугавшись того, что мне сейчас же прилетит за это — ведь в задании было сказано, что НПС не должен пострадать! Но вместо штрафа, выскочило совсем другое и неожиданное:

«Животворный изумрудный локон Бломстерфины — ресурс, при применении любое растение вырастит мгновенно. Редкий алхимический ингредиент. Добыто — 1 шт.»

Я опешила, Бломстерфина тоже. Более того, отрезанный локон просто пропал, точнее он упал ко мне в инвентарь. Я не сразу сообразила… Ошарашено посмотрела на НПС — на сообщение системы, снова на НПС, снова на сообщение и до меня допёрло!

— Её волосы — это ресурс! Кусты растут из-за этих её волос! — что-то такое пакостное, что ли, шевельнулось во мне — малость злорадное, наверное, невольно я заулыбалась этой мадам.

— Ну всё, как сказал кто-то там — «Будем резать, к чёртовой матери…». Девочки, вы сейчас не суйтесь, у вас нет нужных навыков и проф, я тут сама справлюсь.

На этих словах я как бы закатала рукава своего моднявого прикида, перехватила серп поудобнее и совсем другими глазами уставилась на Бломстерфину, так сказать вооружённым взглядом профессионального мясника на тушку цыплёнка. Ту проняло.

— Не смей! Даже не думай! — Бломстерфина попыталась отпрыгнуть… спрыгнуть со своего насиженного места подальше от меня, по-видимому, забыв о том, что она как бы зафиксирована. И повисла, ноги до земли не доставали — болталась в воздухе, на колокольчик стала похожа. Чёрт его знает, может и в самом деле по задумке разрабов НПС не могла контролировать эту свою растительность на голове…

Пока мы пялились на неё Бломстерфина как завизжит, что-то оскорбительное и неприятное! Да так противно, что я пошла в атаку чисто что б её заткнуть. Система очень услужливо подсвечивала мне где именно надо резать изумрудные локоны, что бы не попортить ценный ресурс.

Словив раж, я с нездоровым энтузиазмом, очумевшим воробушком прыгала вокруг своей жертвы, орудовала серпом налево-направо, отчего-то возомнив себя самым пафосным в этом мире стилистом, и потому приговаривала:

— Уважаемая, не вертитесь, пожалуйста, а то я вам кончики неровно подравняю. Ради вас же стараюсь. После посещения нашего салона стрижка у вас будет просто улёт, ультрасовременная, пальчики оближите. — и с эти словами я буквально сбрила троллихе всю макушку.

Моя команда стояла в сторонке и наблюдала всё это с непередаваемой гаммой чувств: от восхищения и истерического смеха, до удивления, шока, паники, сомнения в моём рассудке.

На мою издевательскую речь и ещё более издевательские действия, Бломстерфина отвечала отборными ругательствами, сыпала проклятьями и обещаниями всяческих страшных кар. Она крутилась как уж на сковородке, сопротивлялась изо всех сил, пытаясь достать меня своими граблями, но я уворачивалась и продолжала своё дело, до тех пор, пока полностью не обкорнала Бломстерфину, что называется — под горшок. Вышло малось неаккуратно: неровно и с проплешинами… троллиха напоминала пациентку психушки. Зато, теперь её ничто не удерживало.

— Главное, всё в порядке, и ты, красотка, свободна. — Попыталась я найти слова утешения для Бломстерфины.

Я встала в один ряд со своей пати, придирчиво осмотрела НПС, дабы заценить дело рук своих в целом. Ну не знаю… Кто как, а я вот осталась довольна проделанной работой. И система со мной была полностью согласна и сочла это задание выполненным. Я с гордостью сообщила об этом команде. Девочки активно хлопали длинными накрашенными ресницами, стреляя глазками то в меня, то на троллиху.

Бломстерфина же притихла, сидела с каменным лицом, вперив в нас… прежде всего в меня, конечно, свой практически отсутствующий взгляд — этакий покерфэйс. Обманчивое затишье перед взрывом. Имя тро́ллихи до того было нейтрального цвета, а теперь полыхало зловещем алым.

— Бэль, сейчас самое время… доставай, что там у тебя в заначке… фугас. — прошептала я магичке. — Нас сейчас будут убивать.

Бэль не то что бы тупила, но чего-то тормозила, потом покосилась на троллиху и… ВЗРЫВ!

Это Бломстерфина взвыла… заорала… зарычала? Короче, выдала очень громкие неприятные звуки! Не то медведю на лапу что-то уронили, не то тираннозавру что-то прищемили… типа хвост. А, скорее всего, и то, и другое вместе и одновременно. И наглядно продемонстрировала почему троллей, как правило, причисляют к монстрам. Эта мадам преобразилась: раздулась, выпрямилась во весь рост, позеленела, натурально.

— Это не Бломстерфина, а Халк какой-то. — я не удержалась и нервно хихикнула. — Халк крушить!

Девчонки посмотрели на меня как на психа. Зато Бломстерфина тут же подтвердила мою правоту, и всё с тем же оглушающим ревом: — «Всех изничтожу в пыль!», бросилась на нас.

— В стороны! — это Маринка.

— Бежим! — Бэль.

— На выход! — я.

Можно было и не напрягаться, мы все и так сначала вынужденно шарахнулись кто-куда, потом побежали, но не на выход — туда нам путь был заказан. От удара Бломстерфины каменную площадку, на которой мы до того стояли, разнесло. Стало очевидно: попади кто-либо под удар такой силы и этот кто-то улетит на перерождение.

— Лар, тебе нельзя сейчас умирать! Ключ потеряешь! — на бегу предупредила меня подруга.

Вовремя, а то у меня в голове уже сложился самоубийственный план атаки на этого босса, — по моим соображениям, после гибели мы бы оказались в обычном данже, прошли бы его, и на выход. Но не всё коту масленица, оказывается разрабы всё предугадали и усложнили, хитрые засранцы!

Мы бросились в чернеющий тоннель, ведущий в противоположную от выхода сторону. Бломстерфина последовала за нами, осыпая нас ругательствами и проклятьями: — «Я вас достану! Верни ключ, мерзавка! Обманщицы! Лгуны! Изуродовали! Надругались! Обокрали!». — Вот этот наезд я не поняла. «Все вы смертные одинаковые — душить вас надо!» и так далее — не унималась троллиха, скалилась, корчила страшные рожи, и растопырив свои грабли в стороны, гнала нас по тоннелю дальше. Эта ситуация напомнила мои первые игровые деньки в Алискино, тогда я тоже носилась по подземным тоннелям как очумелая, а за мной нёсся бешенный вислоухий кролик. Но имелись и отличия — тогда меня так сильно не чихвостили, кроме того, теперь я носилась не одна — это и вдохновляло, и самую малось пугало!

Маринка, как самая шустрая среди нас, сейчас бежала впереди, указывая путь, за ней я, близнецы тащили Бэль и прикрывали всех своими бронированными спинами и щитами от атак Бломстерфины. Она оказывается была сильна не только в ближнем бою, но и магичить умела — огненными шарами в нас кидалась, правда, для атаки ей каждый раз приходилось останавливаться и кастовать заклинание. Я было всё же предложила народу тормознуть и принять бой: — «Да неужели же не завалим?», но отговорили: — «Рискованно. А если она нас завалит? Лучше попытаемся оторваться, должна же быть у неё агрзона». Вот в этом я сильно сомневалась.

Мы всё бегали, и Бломстерфина тоже бегала… за нами, а мы от неё. Причём она спокойно бегала не только по полу, но и по стенам и потолку, а ещё прыгала и сносила всякие там сталактиты и сталагмиты, что так не осторожно попадались ей на пути. Маринка время от времени в неё чем-нибудь стреляла, а Бэль пыталась зацепить гранатами, но озверевшей троллихе всё было не по чём, как слону дробина, ну точно — она типа Халк или Берсеркер. Босс планомерно гнал нас. Я пыталась натравить на неё Чёрного дракона, но не тут-то было — дракон спал, и никак не реагировал на мои действия.

В итоге: выскочив из тоннеля, аки бронепоезд, мы еле-еле затормозили на обрыве. Впереди-слева-справа — пустота! Дорога была только одна — прыгать в пропасть! Нам любезно сообщили:

«Поздравляем, вы добрались так далеко, перед вами Аконская бездна — наслаждайтесь»!

Огромное пустое пространство! Далёкие полупрозрачные стены и крыша пещеры мерцает мириадами разноцветных точек, будто звёздное небо, — угадывается галактика и туманность. Клинообразный выступ, как смотровая площадка, парил над клубящейся словно первобытный океан чернотой пропасти.

Мы бы насладились зрелищем, с удовольствием, было чем, но… Из тоннеля к нам подбиралось ОНО, лично мною бритое, и осознающее, что мы в ловушке. Так что любоваться времени не было. Пока мы топтались на крошечном выступе над пропастью, и пытались решить, что делать, игра всё уже решила за нас. Под нами что-то «крякнуло», «бухнуло», «зажужжало» … Мы прямо вместе с выступом, как на лифте, ухнули/съехали/скатились/сверзились, — понравившийся глагол подчеркнуть, прямиком в пропасть, как бишь её там… Аконскую бездну.

Глава 6

— Жесть… И что теперь, а-а-а? — поинтересовалась Бэль.

— Приехали дамы, надо понимать, просьба освободить вагоны. — ответила ей Шат.

— Приземлились… — меланхолично поправила сестру Вэл.

После довольно продолжительного, но весьма скоростного спуска, во время которого мы с девочками, крепко обнявшись хором вопили — «А-А-А-а-а-а…!», последовало жёсткое приземление на грешную землю — «Бабах»! Наша платформа… э-э-э… «лифт» разнесло на куски, вдоль и поперёк!

От такого удара, по закону Ньютона, на ногах никто из нас не устоял, — разлетелись кто-куда, совсем как кегли в кегельбане — грохнись мы так в реале от нас осталось бы только мокрое место. А в игре мы вяло трепыхались, лёжа на земле, силясь собрать ручки-ножки и глазки в кучу, пережидая «оглушение», попутно осматриваясь вокруг.

— Атмосферненько, ничего не скажешь. — поделилась я с окружающими первыми впечатлениями от нашего падения да на самое дно. — Одно радует…

— Что? — Бэль.

— Глубже нам падать некуда.

У новой локации был отличный дизайн, говорю без преувеличений. По описанию, я совсем не то себе навоображала.

— Чем-то роскошный оперный театр во Франции напоминает, как его там… Дворец Гарнье. — оценила окружающие виды Маринка.

Вокруг царили все оттенки красного и золотого. Каменные сосульки горели как свечи, и заливали тёплым светом всё пространство. Гигантская баро́чного вида лестница вела не понятно куда. На стенах просматривались причудливые, геометрически правильные узоры, стояли ровными рядами пурпурные колонны… Нечто вроде статуй авангардного вида. Прочие вычурные элементы декора, и в самом деле придавали этой локации вид роскошного фойе.

Я задрала голову вверх… Там в вышине, царила непроницаемая чернильная пустота. Вероятно, нечего было и помыслить о том, чтобы вскарабкаться наверх. Я стала переживать о том, а не застряли ли мы тут навеки вечные. На таких уровнях выход, как правило, только через босса, — надо завалить босса и тогда открывается портал. Заценив виды ещё раз, я загрустила, — судя по тому пафосу, что царил вокруг, босс или даже может быть боссы — во множественном числе, тут были на высоком уровне. Мы раз сто, или уж нет, тысячу раз помрём прежде чем пройдём этот уровень. А у меня ещё с прошлого заточения глаз дёргается.

— Встряли! По сравнению с этим и Белая башня мне кажется легкотнёй. — озвучила мои мысли Бэль, хотя я больше думала о Третьем измерении.

— Ерунда! — бодро вскрикнула Маринка и рывком вскочила на ноги.

— Ты чего задумала? — насторожилась я.

По хитрому блеску эльфийских глаз, я поняла, что подруга настроена на борьбу всерьёз.

— Есть план? — спросила Вэл по делу.

— Лучше! Есть идея! Благодаря нашей Ларине, я кое-что придумала. — вот ведь стрелочница! Теперь если что, то виновата я!

У меня спина напряглась. Маринкины так называемые «идеи», как правило, настолько нестандартные, что не лезут ни в какие рамки. Но, как не странно, обычно срабатывают, — может именно такой какой-то… особый взгляд на ситуацию и называют — геймерской чуйкой. Вот только…, а что собственно такого я сказала?

— А собственно… — начала было я.

— Чего сидим? Кого ждём? Пошли-посмотрим? — разбежалась подруга.

— Может давай завтра, а? — предложила я. — Если честно, то мне на сегодня впечатлений уже хватит. Да и чего тут осталось-то? У меня меньше часа до принудительного отключения от игры.

Бэль, Вэл и Шат согласно закивали.

— Скучные вы. — упёрла руки в боки Маринка. — Ладно, давайте до завтра, так уж и быть отпущу ненадолго.

Я, да и не только я, выдохнула и вжала…

«Выход»

На утро в институте подруга так и не появилась. Ни в каком виде, — ни воплоти, не виртуально. И даже на сообщения мои не отвечала.

«Вход»

— Как и думала…

Зайдя в игру, я поняла, что Маринка уже тут, и судя по всему она и вчера с нами в реал не вышла, дотянув игровое время до предела.

— Ну и? — написала я ей в чат. — Где тебя носит?

— Я тут! — бодро с размаху стукнули меня по спине, — от души приложили.

Подруга была бодра, весела, светилась вся от наложенных баффов, и вообще производила неадекватное впечатление… «не дать не взять — маньячка вышла погулять». А это значит: сложность игры зашкаливает, градус азарта повышается, и моя прогеймерша уже словила «игровой кураж». Игромания — страшная вещ, и лечится плохо. Кого-то сложность прохождения уровня вгоняет в стресс — это я, а кого-то возбуждает — это Маринка.

— Ты меня пугаешь. — честно призналась я.

— Всё в порядке! Норм! Хвост пистолетом! — потирала ручки эльфа, сверкая своими глазюками. — Я тут всё разведала, чтоб нам время не терять. Всё ж у меня уровень и скилы нужные, всё такое.

— Это ты так намекаешь на то, что мы тебе только мешаем? — почти обиделась я, но в шутку… почти.

— Нет, констатирую факт. — не повела и ухом подруга. — Короче, я всё придумала, знаю, что надо делать, и как будем отсюда выбираться.

— Босса валить? — предположила я.

— Нет, его нам не завалить. Разве что полгода тут на мелочёвке качаться будем, а потом ещё месяц-два на боссе тренироваться.

— Видела его уже, что ли?

— Ага. Заценила.

— И как?

— Впечатлилась! Но это не так важно! Нам надо его не валить, а надо проскользнуть мимо.

— Там дверь есть, что ли? — я усомнилась.

— Не совсем, но по моей задумке выход там, — туда нам надыти. Больше ничего не скажу, а то пока буду уговаривать вас много времени пройдёт, а всё равно иного пути тут нету. — уклонилась от прямого ответа Маринка.

— А как же мы… босс же агрится начнёт, как только мы на его территорию войдём?

— Если всё сделаем как я скажу, то может он и не проснётся — у меня же получилось.

Это обнадёживало… слегка.

— «Надыти, так надыти». Что бы это не означало. — ничего не поняла из этих её объяснений я. Но если кто-то и может оперативно вытащить нас из этой задницы, в которую мы провалились, и не без моей помощи, то это такая прогеймерша как Маринка.

Тут появилась Бэль, а вскоре и вся пати была в сборе, и наша голоногая эльфа широко и коварно улыбаясь во все свои тридцать два зуба повела нас знакомиться с обстановкой. Почему-то вдоль стеночки…

— А почему… — начала было Бэль, но не договорила.

— Цыц! Главное — это не шуметь. Это ТЕАТР, между прочим, — культурное место. — это на издевалась, но продолжила серьёзным тоном: — Тут почти всё завязано на звук. Ловушки и монстры агрятся на разную громкость.

Все разом притихли.

Ну, в этом смысле, я со своей экипировкой могла быть спокойна. У меня в характеристиках так и было написано — »Сапоги Изумрудной травы из сета Бессмертного охотника. При ношении даёт способность «Тихий шаг». Так что меня слышно не будет. У эльфов соответствующий скил, как и ловкость, качаются автоматически и с удвоенным коэффициентом, а вот у воинов и магов нет, если только они специально очки в эти навыки и характеристики не вваливают, а наши не вваливают, как пить дать. Особенно Бэль с этим не парится, на что тогда тратит, или копит?

Мы миновали шикарную лестницу, пролезли непонятно куда и зачем — в застенки какие-то, долго ползли там на четвереньках, — вела-то нас Маринка, а у неё были свои представления о путях и дорогах. Нашли один тайник, насобирали паутины, зашибли пару безобидных мобов в виде белых, красноглазых мышек, при виде которых Шат взвизгнула было, но мы в ужасе навалились на неё сверху и зажали ей рот, кто чем смог: кто рукой, а кто и своей пяткой точкой пытался — это Бэль развернуться не успела, а Шат ползла как раз за ней, Вэл там сзади, все в кучу, короче. Кто бы мог подумать, что такая боевая девка как ШатДан, имеет такую девчачью фобию. Кроме неё никто больше на мышку не отреагировал.

В общем, пронесло и в итоге выползли где-то на галёрке, высоко, почти под потолком, на каком-то балконе, а перед нами раскинулся… Что?!

Я просунула голову сквозь резные столбики ограждения, что бы ничего не мешало осмотреться.

Нервно сглотнула.

Маринкина голова высунулась рядом справа, — подругу и ту передёрнуло, хотя она, предположительно, всё это уже видела. Бэль слева от меня в ужасе замерла, а за ней у близняшек синхронно отвисла челюсть от увиденного. Далеко, пока далеко внизу… там раскинулся гигантских размеров театральный зал со зрителями: — все места были заняты! Я видела дам в вечерних туалетах — века восемнадцатого, то ли? Со старомодными вавилонами на головах, увешанных брюликами. И были там джентльмены в смокингах. Зрители сидят не шелохнувшись, не моргают, с непередаваемой гримасой ужаса на лицах пялятся на сцену. На сцене артисты… сбежавшие, судя по их виду и поведению, прямиком из Кунсткамеры — чисто мутанты, а вычурный грим и театральные костюмы всё только усугубляли. Весело, по-клоунски, актёры играли… пытались играть трагедию «Король Лир». Со сцены в зал нёсся визг, писк, наигранный хохот, монологи произносились слишком громко и с неуместными плаксивыми интонациями. Один актёр стоял на голове и дёргал ногами, другой жонглировал бутылками, кто-то здоровенный катался по сцене на маленьком, детском, трехколёсном велосипедике, другие просто бегали туда-сюда. Между сценой и залом разместился многочисленный оркестр с дирижёром во главе, и самозабвенно играл партитуру Дмитрия Шестаковича, не обращая внимания на то, что творят актёры.

Вид у публики был, мягко говоря, не очень… несвежий такой, пыльный, будто это жуткое представление идёт уже эдак пару сотен лет, никак не заканчивается, да и антракт забыли объявить. И представление это, скажем прямо, вызывало рвотный рефлекс, и не способствовало… Да ничему не способствовало, лишь желанию поскорее сбежать из этого ада. Но зрители сидели как приклеенные.

Я отписалась в чат:

Я: — Только не говорите мне что это всё зомби?

Марика: — Если бы только зомби! Если бы просто какие-то зомби. Ты на сцену посмотри…

Бэль: — Мама, мамочки! Я боюсь клоунов! Очень!!! Я туда не полезу! Я прям тут сейчас кончусь! Я на «выход», а вы как хотите! Потом мне всё расскажите!

Марика: — Стоять! Никто не расходится! Если грохнут, то всех — если выбираться, то всем!

При этом она корчила такие рожи… Даже мне стало страшно!

Я: — Нам что туда лезть придётся?

Марика: — За сцену надо попасть!

Я: — Что там?

Марика: — Яма!

Я: — Какая яма?!

Марика: — Просто яма.

Бэль: — Вы с ума сошли?! Какая-такая яма?! Зачем нам яма?????

Марика: — Ты сейчас не права. Яма — это то, что нам сейчас надо! Хватит болтать! Тихонечко ползём вниз. Главное, что б они нас не услышали.

Бэль: — Я туда не поползу!

Марика: — Если не поползёшь со всеми, останешься тут одна и навсегда, — оно тебе надо?

На магичку было жалко смотреть. Я не знаю могут ли наши персы в игре бледнеть, но Бэль не просто побледнела, она посинела, глаза её стали белыми от ужаса, и её трясло, как в лихорадке.

Я втянула башку обратно, девочки повторили за мной.

— Тише-тише… Всё нормально, мы все выберемся, вредная эльфа просто шутит. — кинулась я шёпотом успокаивать магичку, попутно кинув укоризненный взгляд на Маринку. А то мне показалось — Бэль вот-вот удар хватит. Шат и Вэл тоже странно выглядели — они не паниковали, могли двигаться… почти нормально, но при этом не моргали, почему-то.

Маринка начала наш инструктаж:

— Когда спустимся вниз внимательно смотрите под ноги: тут геометрические фигуры на полу — типа паркет такой, так вот, избегайте треугольников, кругов и трапеций, овалов, а ещё звёздочек…

— А я ещё знаю такие название как: кубики, прямоугольники и ромбики… — вмешалась Бэль, нервно дёргаясь.

— Это ты к чему? — поинтересовалась Маринка.

— Ну так мы же играем — «кто больше фигур назовёт».

— Очень смешно… ха-ха. Я реально говорю, — наступишь на круг или треугольник и пойдёт звук, очень… ну прям ОЧЕНЬ громкий! На полу своего рода клавиши. Каждая фигура — это нота, так что можно сыграть мелодию. На одни звуки мобы агрятся на другие нет. Думаю, для прохождения этого уровня надо исполнить какую-то музыку. Кто-нибудь умеет играть на клавишных?

Увы, с музыкальным образованием у всех нас было туго.

— На фига всё это? — не поняла задумку разрабов я.

— Ну, не зря же нам в самом начале про орга́н что-то там говорили. Не важно, сейчас у нас свой путь: «Нормальные герои всегда идут в обход». Так что максимум тишины и осторожности. Руками ничего не трогаем! — это персонально мне. — Т-с-с-с… — это уже всем.

Потом Маринка выпрямилась, и встав в позу «Ленин на броневике» указала нам путь, и пошла первой! Мы настороженно поплелись за ней, не зная куда глядеть: то ли себе под ноги, то ли вокруг. Нам предстояло спуститься в зал, пройти по на удивление узкому центральному проходу, как-то обогнуть оркестровую яму, подняться на сцену, найти вход, и скрыться за кулисами. Условность игры, теоретически, позволяла проделать подобный финт, но я всё равно не представляла, как нам всё это провернуть. Хотелось надеяться на то, что Маринка продумала если и не всё, то хоть что-то. Или нам пипец!

Глава 7

Забавно выходит, — на сцене скачут страшненькие клоуны, а мы тут в партере даём своё представление, не менее комичное чем у НПС. Маринка, уподобившись балерине, семенит на цыпочках, кружится и время от времени подпрыгивает, неся при этом на закорках Бэль, пищащую от «восторга» что-то нечленораздельное. Подруге розовую бы балетную пачку надеть и прям прима… вторая Волочкова! А я вот скорее чемпионка по фигурному катанию, только и слышно: «Скольжение-скольжение-скольжение». Я такие пируэты закладывала, ни одной балерине и не снилось. На моих «широких» плечиках лежала воистину большая ответственность — я тащила танки!

Можно смеяться. Со стороны смотреть умора — Вэл и Шат в своих броне-костюмчиках больше меня раза в два, может даже каждая. Облепили они меня как коты новогоднюю ёлку. Поднять их у меня сил хватало, а вот вместимость оказалась не ахти: то коленки их обзор мне закрывали, то за волосы они меня тягали, то по плечам топтались… всё никак рассесться не могли, бедные.

— Да успокойтесь вы там! Куда на голову — это не стул… Замри! — не выдержала я, когда меня вконец достали ёрзанья этой парочки.

— Но я же соскальзываю… — обиделась Вэл.

— Чего ты такая костлявая, уцепиться не за что… только за сиськи разве что.

— Вот только этого ещё не хватало! Сиди уже там, где сидишь.

С галёрки мы кое-как спустились. Но в процессе продвижения вперёд по залу поняли, что не прокаченные толком скилы ловкости, скрыта и прочее у троих из пяти членов команды не дадут нам пройти намеченный маршрут совсем уж незамеченными. Проходы к сцене были узкими, пол был заминирован: и кишмя кишил узорами, а НПС-зрители-зомби то и дело высовывали свои конечности в проход, и как раз тогда, когда мы там шли. И вообще, НПС подозрительно клонились в нашу сторону словно мы их к себе притягивали как магнит металлическую стружку. Того гляди кинуться. Будь я одна, с помощью того же кольца Халмаса, прошла бы на раз два, но… я тут не одна, так что приходилось работать головой, во всех смыслах.

Время от времени кто-то давал маху и наступал не туда, — по всему театру раздавался оглушающий и протяжный, высокий или низкий, но неизменно торжественный звук орга́на. Вся публика, артисты и музыканты подозрительно замирали в такие моменты… устрашающе ме-е-е-дленно поворачивались и зырили на нас пару минут, просто-таки буровили своими безумными буркалами. Мы замирали и тоже зырили на них круглыми от ужаса глазюками, — Маринка предупредила: — «Даже не дышите в их сторону»! Эхо ноты пару минут блуждало по театру и наконец стихало. Мобы возвращались в исходные позиции — мы выдыхали. Можно было только вообразить, что начнётся, если вся эта толпа зомби-мобов на нас с агрится. Если конечно они все на самом деле зомби? Может демоны? …Проклятые?

Что за хард левел такой?!

Я тщетно пыталась понять, как по задумке разрабов следовала проходить этот сумасшедший уровень. Но так и не смогла этого вычислить. Очень хотелось верить, что хоть Маринка знает, что мы сейчас делаем, а иначе нам писец. Меж тем, мы почти добрались до сцены. Я уже видела кулисы и зазор куда вела нас подруга. Кстати, очень кстати, что на сцене и вокруг неё не оказалось нотных узоров. А значит от наездников можно было избавиться.

— Приехали, конечная, поезд дальше не идёт, просьба освободить вагоны! — сообщила я близнецам. Те и сами были рады с меня слезть.

А вот Бэль намертво вцепилась в Маринку, и нипочём не желала слезать с неё. Подруга крутилась на месте, тянула магичку за балахон, шипела, плевалась, и фыркала, как разъярённая кошка, но та присосалась как клещ. Из-под шляпы уже членораздельно пищали; — «Только не клоуны! Только не это! Не подпускайте их ко мне! Только не пускайте их ко мне»!

— Тихо! Вы чего тут! Дай сюда!

Я оторвала Бэль от Маринки и сунула её под мышку Вэл как мышку. Бэль обмякла тряпочкой и притворилась дохлой.

— Вот так логичнее будет. — констатировала я.

Маринка хотела было что-то матерное вякнуть в сторону Бэль, но я её урезонила.

— Тише-тише… не сейчас, а потом, успеешь ещё высказаться. — заговаривала я подругу, подталкивая её ближе к сцене. Честное слово, иногда мне кажется, что моя задача как лидера этой команды, работать громоотводом, что все не передрались.

Мы двинулись дальше. Полезли на сцену, тревожно косясь на… «артистов», ожидая всяких гадостей с их стороны.

Опасения оправдались, на нас, безумно хохоча, понёсся… понеслось первое страшилище в жёлтом парике и полосатом трико на детсадовской, натужно скрипящей трёхколёске. Причём смех этого клоуна, поначалу бессмысленный и звонкий постепенно грубел, с каждым мгновением становясь всё более угрожающим. А ещё клоун, все клоуны, принялись раздуваться, увеличиваясь в размерах… или это мы уменьшались?!

— Бежим! Чего встали!

Вопль подруги и хороший пинок, помогли мне выйти из ступора и бросится на утёк. Вот только от прохода за сцену нас отогнали. Засада! В полу резко открылось окошечко и оттуда высунулась ТАКАЯ «красоточка»! Но не целиком, а на половину. ШатДан успевшая до того встать на крышку люка подлетела вверх, а затем на летела на гору хлама, зачем-то наваленную посередь сцены, — посыпалась всякая всячина: кубки, куклы, подносы, кубики… Шат барахталась, оскальзываясь на всякой мелочёвке и падала — клоуны заржали, зал разразился бурными аплодисментами!

Противники стали двигаться медленнее, но зато вооружились дубьём и принялись с гиканьем и визгом гонять нас по сцене как сидоровых коз. Мы бегали, уворачиваясь от клоунских замахов, — не особо-то старающихся попасть по нам, как мне показалось, зал пребывал в экстазе и рукоплескал. Оркестр знай себе наяривал тупую мелодию из старого английского шоу Бенни Хилла. Мы стали частью безумного театрального представления.

Попытки сражаться заканчивались ничем, я вообще не видела, что бы клоуны получали хоть какой-то урон: ни призванная мною Фиалка, ни Маринки стрелы, ни снаряды Бэль — ничего их не брало! Зато мы да, огребали мы только так, за милую душу! Ну точно, это один из тех сложных уровней, предназначенных для пресыщенных игровыми буднями и стандартными данжами хаев — своего рода, гештальт, прохождением которых хвастаются в кругу своих.

Хотя я сумела переиграть НПС. Благодаря наполовину собранному сету «Бессмертного охотника» у меня есть умение «Оглушение» — надо хлопнуть в ладоши, и противник потеряет ориентацию в пространстве и возможность двигаться. Это ненадолго, но зато работает на любом противнике, откат правда долгий, впрочем, после того как я получила пояс — четвёртую вещь сета, время отката сократилось в двое и теперь составляло только две минуты. Вот они преимущества уникальной экипировки! Не зря всё же игроки гоняются за шмотками в играх.

Я подобралась к кулисе поближе и… «Хлоп»! Под раздачу попали двое и ближайшие ко мне клоуны-монстры рухнули как подкошенные, в том числе и та рожа, что маячила возле прохода и мешала нам попасть за кулисы. Клоунесса ничком там валялась… Я не задумываясь пробежала прямо по ней, как по понтонной переправе, Фиалка последовала за мной, за ней Маринка просто перепрыгнула препятствие, а там и близнецы с бьющейся в истерике магичкой на руках успели до того, как все вырубленные мною зашевелились. Так нам удалось попасть за кулисы.

Кромешный мрак царил в театральном закулисье, и тишина; звуки оркестра, визги актёров, и прочее, как отрезало. Можно было перевести дух. Мы замерли. Сосредоточенно присматриваясь… Прислушиваясь… Готовые в любой миг начать бить или бежать. Только Бэль трепыхалась и всё рвалась куда-то идти. Она так сильно напоминала мне нервного Труса из фильма Гайдая, которого решительные Балбес и Бывалый держат за руки, когда они дорогу машине перекрывали… Это было так смешно, что я заржала. Вырвалось су… Мне тут же зажали рот двумя ладонями — Маринка, а Вэл кулаком попыталась, но впотьмах попала в лоб, надеюсь, что это у неё получилось случайно.

Припадки били Бэль, а врезали почему-то мне! Но сработало — магичка успокоилась.

— Нагнетают… — прокомментировала я, по привычке потирая ушибленное место.

— Последнее препятствие осталось. Идите за мной и молю… т-ш-ш-ш… — прошептала Маринка и начала вдоль стеночки пробираться куда-то во мрак.

Мы прониклись… ещё больше, и за ней гуськом. Вскоре, по ощущениям, в центре этого загадочного помещения, стала просматриваться некая махина, сидящая на троне, — на вскидку метра четыре в высоту и в золотой короне, и в роскошной мантии с меховой опушкой, в таких на картинах изображают «царей-ампираторов».

— Это король Лир. Спит пока. Его будить не надо. — просветила Маринка.

— Очень надо… — Бэль.

— Чего он такой здоровенный? — Вэл.

— На Кощея-Бессмертного похож. — я.

— Да, т-ш-ш-ш вы…

И мы продолжили обходить босса по большой дуге. Ну его… И тут… по закону подлости вселенной у меня под ногой что-то хрустнуло… Мы в тихом ужасе замерли, как мыши под веником, надеясь, что пронесёт.

Не, не прокатило. Один за одним встали зажигаться прожектора, а босс… приосанился на своём троне и выдал нам:

— Отверженным быть лучше, чем блистать и быть предметом скрытого презренья. Для тех, кто пал на низшую ступень, открыт подъем и некуда уж падать.

— Ик… — ответила королю Бэль.

— Бежим нах…!!! — взвизгнула Маринка и испарилась с места, утащив за шкирку и магичку.

Я растерялась. Мимо меня на ускорении промчались близнецы. Видимо закинулись дорогущим зельем на скорость.

— Ик… — повторила я недавнюю реплику Бэль, когда, задрав голову узрела на расстоянии вытянутой руки его Величество, нависающее надо мной. Но до того, как меня попытались расплющить, я активировала скил сквозь все преграды.

Удар пришёлся по стене, в которую я вжималось. Бабахнуло та-а-а-к… словно из пушки выстрелили! Стену разнесло к чертям собачьим!

— За стенку по закону ответите, товарищ царь! — сообщила я боссу и сочтя свой долг лидера выполненным рванула вослед улепётывающей команде. Бежать считай в слепую и наугад было проблематично, а тут ещё и Король взревел, видимо активируя одну из своих обилок. Что там должно было случиться я так и не узнала, потому как бежала очень шустро и не глядя под ноги, а потому оперативно нашла ту яму, о которой нам рассказывала Маринка, — я в неё провалилась.

— Добро пожаловать в секретный тоннель. — сказала мне подруга, когда я свалилась ей голову.

Темень… хоть глаз выколи. Различались только силуэты, и то, только когда девчонки двигались. Маринка активировала светляк.

— Так… И что теперь? — ответила я на приветствие. — Яму, я так понимаю, мы нашли, а что собственно мы тут делать будем, сидючи в яме?

— Ползём, ещё глубже. Дальше пещера будет, но тупиковая, никуда не ведёт — а-ля бункер. Так, ничего особенного, для передышки, чисто отсидеться, отлечиться после того как босс тебя потреплет. — просветила нас подруга.

— Куда дальше-то? — придушенно ответила ей Вэл, стараясь протиснуться в узкий проход.

— Я ничего не вижу. Включите свет по ярче. — Бэль.

С горем пополам я различала ту нору, в которую пыталась протиснуться Вэл, — во мраке, чернеет что-то ещё более тёмное, и пролезть по которой даже миниатюрная Бэль могла лишь, согнувшись по полам.

— Мы с сестрой дальше не пройдём просто, застрянем. — ответствовала Шат, старающаяся пропихнуть коленом зад Вэл в нору.

— А бронелифчики снять слабо? Ладно, чёрт с вами, можно и отсюда попробовать. — фыркнула Маринка.

— Зачем мы вообще сюда рвались? — спросила я, дергая за руку подругу, начиная паниковать.

— А ты ещё не поняла? — хихикнула Маринка.

— Не, не поняла.

— Ты сама сказала, помнишь — «глубже падать некуда».

— И…

— Так вот — это же тоже выход.

— Подруга, выражайся как-то проще что ли. Я ничего не понимаю.

— Ну смотри, что главное, когда оказываешься в ловушке?

— Что-что… выбраться из неё. — ответила за меня Бэль.

— Верно! И не важно в какую сторону идти. В нашем случае ловушкой был данж, и нам нужно его покинуть. И пути было ровно два: наверх — на выход, или же наоборот, максимально вниз — спуститься глубже уровня данжа! Это тоже выход. — торжественно объявила Маринка, восхищаясь своей находчивостью.

— Я уже здесь всё проверила — всё работает… Хорошо разрабы свято чтут юридическую матчасть. Это не афишируется, и багом эта особенность, не считается… я случай, давно ещё обнаружила это… — понесло Маринку в долгие пространные объяснения.

— И что теперь, а? Нам же отсюда не вылезти никогда, это же идти в обратную сторону, зачем же мы сами себя похоронили? — натурально испугалась наша магичка.

— А за тем… — фыркнула Маринка. — …затем, что я знаю… короче, у нашей Лары есть заветный свиток, который нас отсюда вытащит, просто внутри ограничений данжа он, как и все свитки переноса не имеющие отношения к данному данжу, не работал, вот! А сейчас мы как бы вышли за границы горы Скрум — данжа, свиток можно юзать, и мы все отправимся в Регнум Теневосум.

— Что-то я не поняла, а зачем так сделали? Разве мы сейчас по-прежнему не данже? Или я чего-то не понимаю? — спросила Вэл.

— Не знаю точно. Кажется, не во всех, а только в самых труднопроходимых. Возможно, такая лазейка предусмотрена для того, чтобы дать игрокам возможность отступить без потерь, сдаться, и начать сначала, если уж пройти босса не можешь — вроде как предусмотрен бонус для тех, кто так далеко зайти сумел. А то действительно застрянешь в такой вот локации с концами… некоторые ведь и психануть могут — в суд побегут, или уже бегали — создали прецедент. Ой, да не знаю я…, но лазейка такая в этой игре есть. Потом, можешь в соглашении и в приложениях, и разъяснениях к соглашению почитать про это, если поймёшь там что.

Пока девочки разговаривали, я дрожащими от волнения руками достала свиток из своего инвентаря. Ибо если Маринка что-то не рассчитала, или есть ещё какие-то скрытые требования в использовании данного свитка есть, или… Нам хана!

«Свиток портала активирован. Пункт назначения Регнум Теневосум»

Сообщили нам, и мир мигнул…

Глава 8

Бэль

«Выход»

Будильник заиграл без двадцати семь.

Эмма стянула с головы VR маску и открыла глаза. Моргнула пару раз фокусируя взгляд, — за ночь в её комнате, ожидаемо, ничего не поменялось: всё те же светло-светло бежевые стены, потолок, всё то же большое окно в бирюзовой раме без ставен и штор. Утренний свет заливал пространство. Деревянную мебель. Тройка кожаных пуфов притулилась в углу, словно котята, жмущиеся друг к дружке. Книжный шкаф подпирающий потолок. Пара цветочных натюрмортов для украшения стен… Мило, гармонично, привычно, уютно, по-домашнему…

Несколько поспешно Эмма откинула в сторону цветастое одеялко, чтоб не пригреться вновь. Она с большим удовольствием поспала ещё часик-два, но сдаваться нельзя. Надо скорее вставать. Ведь ровно в семь в её комнату, как всегда без стука, войдёт бабуля, невозмутимая как скала. До этого момента, непременно, надо успеть стянуть с себя «пижаму», переодеться в чистое и безупречно заправить кровать. Всю жизнь, сколько Эмма себя помнила, каждый день каждого года, — исключение лишь в дни тяжкой болезни, ровно в семь часов утра в её комнату открывалась дверь, и входила бабушка. День Эммы начинался с одних и тех же слов: «Кто рано встаёт, тому Бог даёт. Пора вставать Эммачка, дорогая, заправить постель, умыться и почистить зубы». Приятный в раннем детстве, и ненавистный ныне ритуал побудки повторялся изо дня в день, год за годом. И сколько бы Эмма не пыталась убедить родных что ей уже исполнилось восемнадцать лет, и что она сама, без напоминаний, способна проснуться, одеться, умыться и спуститься к завтраку. Да и сам завтрак в состоянии сама себе приготовить, а потому и ждать её за столом для совместного приёма пищи совсем не обязательно. Но ничего не получалось.

Год назад, в знак протеста, Эмма стала просыпаться раньше семи, и демонстративно встречала бабушку будучи полностью одетой, причёсанной и с заправленной кроватью. Она надеялась, что этот сигнал будет максимально информативным. Однако бабуля оказалась крепким орешком. Напрочь игнорировала все намёки на самостоятельность внучки и вела себя так, как привыкла. Даже слова утреннего приветствия не поменяла. Видя идеально убранную кровать, но делая вид что этого не замечает, Эмму всё равно просили побыстрее заправить эту самую кровать.

Девушка не знала, не понимала, что конкретно требуется проделать для того, чтобы ослабить тотальный контроль любви и заботы со стороны старших родственников. Будучи умной, в меру уравновешенной, хорошо воспитанной, считай выдрессированной, ей ну никак не удавалось вытворять всякую дичь: устраивать безобразные сцены, закатывать громкие скандалы и прочее. Она может и была бы рада выкинуть что-то этакое, что называется, из ряда вон: побриться наголо, или сбрить хотя бы одну бровь — и тем самым выразить протест. Ещё можно было проколоть себе нос или язык и тем шокировать своих ретроградов. Или вот классика, проверенная временем — убежать из дома на пару дней. То же могло сработать. Можно было нахамить, высказав всё что накопилось на душе, в конце-то концов. И такие попытки были. Но в исполнении Эммы всё выглядело неубедительно, — слишком робко и осмотрительно, что ли. Не убегают из дома предварительно оставив записку с пояснениями типа; «не ищите меня, я глубоко несчастна». Хамить шёпотом. Бросать вызов установленным правилам, при этом глядя себе под ноги и держа руки за спиной, как нашкодившая школьница, бесполезно.

Прежде всего, Эмма боялась боли, и делать что-либо с собой опасалась. Уродовать себя — сбривая волосы…, а она, в смысле рожи, и так далеко не крем-брюле. А ещё, Эмма боялась улиц в тёмное время суток. Зажималась при встрече с незнакомыми людьми. Не могла позволить себе говорить грубо с кем-либо. Даже мусорить ей было неловко, — она тут же краснела, даже если её никто за этим делом не заставал. Махонький рост, излишне худощавое телосложение, тоненький голосок, благовоспитанный вид, скромность в одежде, две тоненькие коротенькие косички, католическое воспитание… Их небольшой, в традиционном голландском стиле, напоминающий пряничный, домик на берегу сияющей реки. Вот это всё ну никак не вязались с духом бунтарства. Эмме явно не доставало характера. Точнее будет сказать, она его совсем не проявляла.

Она искренне любила и бабушку, и дедушку. Была безмерно благодарна им за то, что они вырастили и выучили её. Окружили теплом, любовью и заботой. Всё это было через чур! Слишком! Теперь, когда она выросла, тяготило, ограничивало рост, тормозило взросление! И всё же… Несмотря ни на что, она не могла обидеть родных. Не желала даже расстроить невзначай — совесть не давала. Потому-то вынуждена была отвергнуть все силовые методы борьбы за личные границы и человеческое достоинство, и изобрести более тихий и тактичный, а точнее, молчаливый протест. Навязывая родственникам затяжное противостояние упрямства. Пока безрезультатно, правда. Но Эмма не теряла надежды. Тем более что сама она, глубоко в душе, рохлей себя не считала. В своих мечтах так и вовсе представляла себя не то второй Жанной д ́Арк, не то Адой Лавлейс, или Глорией Стайнем, на худой конец.

Потеряв в раннем возрасте обоих родителей, — они были независимыми журналистами и погибли в авиакатастрофе, когда летели на Маврикии снимать репортаж о начавшихся там гражданских беспорядках из-за горячей фазы в затяжном споре между правительством Маврикии и Великобритании за архипелаг Чагос. Не имея более никаких родственников в этом мире кроме: бабушки — учительницы, и дедушки — пастора протестантского прихода, Эмма росла и воспитывалась, будучи окружена их всепоглощающей любовью и заботой. Но в истинно христианской строгости, и со всеми возложенными на неё чаяниями, надеждами, опасениями и страхами родных. В детстве она была слабым, болезненным ребёнком. Бабушка и дедушка очень боялись… панически боялись потерять ещё и её. Потому старательно ограждали внучку от лишних контактов с враждебным внешним миром, другими детьми; — «Этими невоспитанными мальчишками и девчонками, и их родителями, забывшими само значение таких слов как: мораль и воспитание. Все эти новомодные штучки: эксперименты с богом данным полом, сексуальностью, моралью, отказ от деторождения и прочая чушь». Раньше, в детстве все эти запреты воспринимались Эммой как норма, как проявление любви. Ведь она ни в чём не нуждалась? В плане быта и внимания она была всем обеспечена. Однако, со временем, с тех пор как она стала посещать приходскую школу, директором которой был её дед, и стала худо-бедно разговаривать с одноклассниками, невольно сравнивая себя с другими детьми, её начали одолевать разные сомненья и комплексы.

Она — ребёнок, но почувствовала, что при всей той заботе что она получает от родных, есть в её жизни ещё что-то… Нечто такое, что мешает ей свободно дышать. Стоило ей поставить пятно на белой блузке, как её тут же переодевали в точно такую же, но чистую. Если из косы выбивалась прядь, её тут же причёсывали. С трудом раздобытые яркие наклейки, в порыве прилива творческого вдохновения прилепленные на школьный рюкзак в младших классах, за ночь стараниями бабули исчезли без следа. Разрисованные немногочисленными подружками обложки её тетрадок, — одно время в школах модно было щеголять самолично разрисованными тетрадями, тут же заменялись на новые с девственно чистыми обложками. Эмму словно бы раз за разом возвращали в некое правильное, исходное, чистое состояние. Брюки, джинсы и прочие штаны девочке принципиально не покупались. Разве что школьная спортивная форма. Только юбки — чёрного, синего или зелёного цвета, и всегда одной правильной длинны, прикрывающей колени. И так далее.

Чем старше становилась Эмма, тем сильнее ощущалась нехватку свободного воздуха. А сейчас она и вовсе начала задыхаться. Причём уже в прямом смысле, — года три тому назад у неё начались немотивированные приступа астмы. Врачи в один голос утверждали, что это не физическая болезнь, а явно психологическая. Чаще всего Эмма начинала задыхаться именно тогда, когда чувствовала свою неспособность переспорить своих родных. Её натужный кашель становился поводом прекратить любые споры; — «Видишь! Видишь до чего ты себя довела, этими своими фантазиями. Куда тебе с твоим здоровьем! Скажи ей, дорогой!» — говорила бабушка, а дедушка отвечал; — «Это точно».

Эмма уже закончила школу и, по идее, могла б уехать из дома, и обрести законную самостоятельность, под благовидным предлогом — получения высшего образования, как поступали все её ровесники. И в престижный столичный колледж её уже зачислили, но занятия она посещала виртуально. Почему? Всё просто, — на месте её удерживали деньгами.

Эмма хорошо училась в школе, получила гранд. Таким образом за само обучение ей не нужно было платить, но вот проживание в другом городе бесплатным не было. Можно было б уехать так, налегке, и уже там как-то обустроиться: найти работу, жильё и все прочее. Вот только Эмма не находила в себе на это смелости. Банально боялась. Толком и не зная, что её пугает. Попытки прощупать почву были. Через виртуальную сеть она смотрела вакансии рядом с колледжем, рассматривала предложение о жилье, изучала стоимость жизни в целом, сравнивала и прикидывала сколько надо зарабатывать что бы на всё хватило. И выходило так, что захоти она всерьёз, всё можно было б организовать и сделать. Но, тревога и внушённые ей страхи — о том, что мир за пределами родного дома опасен, не покидали Эмму. Даже психолог, к которому она ходила уже год как, не мог коренным образом переломить ситуацию.

Всё было бы проще будь у Эммы «подушка безопасности» в виде некой денежной суммы, тогда её ничего не остановило бы, — так она сама про себя думала. И самое неприятное то, что деньги у неё как раз были — её наследство! Умершие родители оставили ей банковский наследственный фонд, открытый ими при рождении дочери, на котором лежали все деньги Эммы. И с каждым годом этот фонд увеличивался. Так что теперь там скопилась приличная сумма. Вот только распоряжаться этими деньгами Эмма сможет лишь тогда, когда ей исполниться двадцать три. Таковы условия завещания родителей. Бабушка с дедушкой могли бы поддержать Эмму, дать ей денег и отправить внучку на учёбу с чистым сердцем. Но это не входило в их планы. Наоборот, они явно намеривались удерживать её при себе столько, сколько это будет возможно. А может и дольше. Бабуля уже начала ходить по врачам. Поминутно упоминая: что здоровье её ухудшается, и уже совсем скоро силы её покинут, она перестанет справляться по хозяйству и не сможет обходиться без посторонней помощи. А чужаки в доме — это зло… Эмма прекрасно видела куда дует этот ветерок, но возразить толком не могла. Не могла же она открытым текстом обвинить любимую бабулю в натуральном абью́зе. И её приступы астмы становились всё более мучительными — кашель изматывал до обмороков.

В числе прочего, в рамках лечения приступов кашля, психолог рекомендовал Эмме начать играть в виртуальные игры глубокого погружения. Для того что бы девушка могла стать другой личностью и почувствовать каково это — быть самостоятельной. Раскрыть себя. Для начала хотя бы в игре, стать таким человеком, каким хочешь быть в реальности. Делать то, что самой хочется. А кроме того, это был доступный способ заработать самой ту самую «подушку безопасности», которая, как считает сама Эмма, ей так требуется.

Эта идея, да под таким соусом, пришлась девушке по вкусу. Эмме было непросто убедить родных купить ей всё необходимое для глубокого погружения в виртуальный мир. Её крайне консервативная семья с большим подозрением относилась к таким технологиям, считая всё это опасным для психики и души. Да и… в первую очередь, всё это слишком дорого — излишество, тратиться не хотели. Однако, при всём этом, даже они не могли игнорировать тот факт, что технологии глубокого погружения в виртуальную реальность уже являются неотъемлемой частью современного мира. Никуда не денутся. И в будущем без них уже никак. И тем не менее, сопротивление было серьёзным. Несколько месяцев Эмма настаивала на покупке оборудования, напирая на то, что это нужно ей в-первую очередь не для баловства, а для учёбы. А во-вторую для будущей, хорошей и бесспорно высокооплачиваемой работы не где-нибудь, а в науке. И в прошлом месяце своего добилась-таки. Пожалуй, что впервые в жизни, — понравилось!

Эмма была по-настоящему счастлива своей победой! Психолог её поздравил и напутствовал словами: что теперь так будет всегда, так и сказал: — «Одна победа следует за другой!».

Выбор пал на Эйрен — мир меча и магии.

Начав играть, под ником — Бэль-а-Донна — что значит «красивая женщина». Все девушки желают себе красоты, и Эмма то же отчаянно мечтала… Так вот, Эмма довольно быстро поняла, что даже в играх всё не так просто, как показывают в рекламных роликах и на что она надеялась. На поверхность вылезали всё те же проблемы, всё те же слабости её характера: необходимость коммуникации с другими игроками, например. Этот вопрос стоял ребром. Хоть и не так остро, как в реале. Хорошей и комфортной игры как-то не выходило. Точнее выходило, но немного не то… Уровень фана был не тот… не тот, который Эмма себе навоображала. Заработок то же пока не радовал. В связи с отсутствием практического опыта в играх она многое делала по наитию, и пока ещё не постигла сложное искусство взаимозависимости игрового фана и заработком денег. Впрочем, и то что она получала было уже что-то. А что-то всегда лучше, чем совсем ничего.

Она многого добилась благодаря полученным знаниям в области точных наук: химии, физики, биохимии, естествознании из реального мира. Мечтая, как и многие, об отсутствующем в реале волшебстве, Эмма выбрала для себя перса-мага. Но тут же усложнила себе прокачку став по классу чернокнижником. Выбрала денежную профессию алхимика. Но тут же согласилась на очень редкую специализацию «Подрывник». Не подумав о том, что развитие такой специализации требует больших денег. Приходилось много тратить на ингредиенты, — чем выше их класс, чем они разнообразнее, тем круче боеприпас и тем быстрее идёт прокачка. Оборудование требуется соответственное. Плюс задания. Условия применения боеприпаса имели особое значение, — чем более сложным будет задание, тем лучше. Эмма старалась, но не имея навыков игры и поддержки, она шла по шаблонному развитию игры соло, а это такая поляна, на которой помимо тебя пасётся куча народу. Тут кто успел — тот и урвал! Игра — это ведь конкуренция между игроками. И вот с этим у Эммы были большие проблемы. К тому же, вся эта виртуальность, как свежая струя сквозняка, возникающая в затхлом помещении стоит лишь приоткрыть там форточку, всколыхнула в Эмме такие чувства и желания… Мама не горюй! Словом, бунтарский период пубертатного возраста, что в реале активно подавлялся правилами и дисциплиной, в виртуальной реальности дал о себе знать со страшной силой. На поверхность вылезло сразу всё: и нервозность, и излишняя чувствительность, и желание быть плохой девочкой, и показать всем свою уникальность. И тут же: желание сделать нечто значительное, глобальное, и прославиться. В какой-то момент она даже поверила в то, что быть непризнанным гением, скрываться в тени, играть в одиночку, шаг за шагом раскрывая свой потенциал игрока, тайно творить историю Эйрена, в то время как все остальные вокруг будут потрясены переменами, сотворёнными её руками, — это вот всё и есть её «путь самурая». Словом, она не умела конкурировать. За все школьные годы так этому и не научилась, самоустраняясь от всех потенциально опасных ситуаций и замыкаясь в себе.

Впрочем, в школе её никто не травил, не прессовал, не бил, не преследовал, — внучка директора, как ни как. Эмму попросту игнорировали как… как пустое место. В школе она почти никогда не была ни в чьей команде, — разве что, когда учителя сами и в приказном порядке делили классы на группы для каких-нибудь проектов. При этом в некоторых случаях она чувствовала себя пятым колесом, а в других, и это чаще, ломовой лошадью, выполняющей в одиночку работу за всю команду целиком. Она по-всякому пыталась переломить ситуацию: училась говорить уверенно, искала информацию о том, что модно, пыталась подлизываться, быть полезной, но не смотря на все её усилия что-то постоянно шло не так. Все попытки завести интересный разговор с одноклассниками в итоге заканчивались неловкими улыбками, томительными провалами в разговоре, переглядываниями и бегством собеседников. Проблема Эммы называлась — внешкольным времяпрепровождением. Всякие там прогулки, гулянки, посиделки, вписки, тусовки, свидания… Во время которых между ребятами происходило неформальное общение. В том числе то, что взрослые не поощряли, но столь необходимое для формирования личности, групп по интересам и для общения со сверстниками. А Эмму попросту не пускали на такое. В школу её приводили за ручку. После школы забирали. Бабушка и дедушка считали, что проведённого на занятиях времени достаточно для налаживания взаимопонимания между детьми, а после уроков можно заняться другими нужными и полезными вещами. А шляться непонятно с кем и где — это, для их воспитанной девочки, очень опасно.

Первое время Эмма отчаянно старалась найти себе команду. Но оказалось, что большие и сильные кланы — это словно корпорации в бизнесе. Там царит корпоративный дух: единство мысли, устремлений и планов. Клановые игроки гордились не только лично своими достижениями, но и достижениями всего клана, и всячески, с лёгкостью и естественностью, это демонстрировали. Искренне ненавидели всех, кто был против их клана. Дрались до последнего, если случайно натыкались на конкурентов, не обращая внимание на последствия лично для них и статус агра. У Эммы так не получалось. Не получалось у неё и искренне гордиться клановыми значками. Автоматически отслеживать и обращать внимание на любое упоминание её клана и его заслуг. Радоваться этому и тут же скидывать информацию в общий клановый чат для всеобщего обсуждения. Да и само обсуждение… Эмма не понимала, как можно часами говорить практически ни о чём, расточать заслуженные и не заслуженные комплименты друг другу и получать от этого удовольствие. Знакомиться и заводить связи с членами клана ей было трудно. Всё время быть в курсе чем живёт твой клан не интересно. Словом, как и в реале, влиться и стать естественной частью коллектива у Эммы не выходило, как она не старалась.

В кланы её принимали охотно. Но Эмма не была наивной дурой и быстро понимала, что её используют, точнее эксплуатируют. И игра кланов — это тоже своего рода эксплуатация и доминирование одних игроков над другими. Вместо смирения и принятия ситуации Эмма воспротивилась отлаженной системе. Слишком уж ситуация напоминала ей реал. А она совсем не затем ввязалась в игру, а как раз наоборот, — ну, это она так думала. В то время как психолог придерживался иной точки зрения и пытался разъяснить это Эмме.

— Это отличная возможность для тебя потренировать навыки коллективной игры, что пригодятся тебе в реальности. Есть «Симулятор свиданий», а эта игра, можно сказать, «Симулятор трудового быта и общения с людьми».

Так говорил психолог Эмме на их встречах дважды в неделю. И сама девушка почти соглашалась… Одновременно злясь. В душе клокотал протест. Почему-то эта игра рождала в ней жгучее желание разрушить эту идиллию мира меча и магии — «Взорвать их там всех ко всем чертям»!

Почему?

Может потому, что это слишком сильно напоминало ей её собственную выверенную по жёсткому расписанию жизнь в доме бабушки и дедушки, — бесспорно любимых людей, но являющихся частью подавляющей силы. А может и не поэтому. Пусть психолог ломает над этой загадкой свою голову.

Как-то Эмме удалось выполнить чрезвычайно трудный квест в игре, который считался прочими игроками нудным, неоправданно затянутым, малооплачиваемым, но сложным… и вообще, бесперспективным. Его многие начинали, потому что получить было легко, но также быстро и бросали.

Квест начинался с того, что надо было весь день помогать одной вредной старой деве по имени Грета заниматься её садом. Потом, готовить обед для гостей этой старушки, предварительно раздобыв все ингредиенты, и принять в нём участие. За столом гостей было шесть: старшая сестра Греты Гретхен, какой-то полоумный старичок, говорящий стихами, странный и молчаливый человек в чёрном цилиндре, женщина по имени Офелия — цветочница, занудный гном, и последний — дряхлый звездочёт. За обедом каждый из гостей заманивал игрока к себе разной занудной работой. Нужно было выбрать кому помогать следующим. Так или иначе, в разном порядке, игрок помогал всем, знакомым Греты. Тратя на всякую ерунду кучу времени и средств, и получая за это гроши монет, крохи игрового опыта, прокачивая по сути лишь репутацию с этими НПС и… и больше ничего. Собственно, поэтому-то игроки и бросали это гиблое дело, — не видели в том большой надобности. А вот Эмма неожиданно втянулась, хоть, как и все, не получала никакого удовольствия и пользы от этой возни. Возможно сработала привычка — это имя Грета, так же звали и реальную бабушку Эммы.

Сначала девушка начала помогать Офелии торговать в её магазинчике. Потом эта же Офелия стала настаивать на том, что Эмме нужно помочь либо старшей сестре Греты, либо зайти к звездочёту и ему помочь с расчётами звёздных карт. Но пришёл гном и выдал Эмме задание на уборку его дома. Потом Эмма по своей инициативе ненадолго вернулась к Грете. Затем она сочиняла поэму с полоумным старичком — поэма тоже получилась так себе. Затем она дошла до гостя в цилиндре, что оказался гробовщиком, и она рыла могилы на его кладбище. Потом снова работала на Грету. А дальше дошла очередь до старшей сестры Греты Гретхен. А та, после того как Эмма отдраила всё фамильное серебро в доме, поведала той их страшную тайну… Оказывается, все, кому помогала Эмма, составляют костяк, точнее, всё что осталось от некогда могущественного культа Судного дня. Безжалостно уничтоженного героем по имени Константин во времена Войны героев. Культ был создан для того что бы хранить уникальное сокровище — «Книгу Морона», в которой рассказывается вся правда о том, как был создан Эйрен на самом деле. И что из себя представляют четыре Верховные богини, которым все поклоняются. И если Эмма пройдёт посвящение, то получит эту самую книгу — самый могущественный Гримуар мира Эйрен! И как самая молодая в культе отправится спасать Морона из плена богинь. Потому как остальные слишком стары и немощны, и на такие подвиги уже не способны.

Короче, Эмма заполучила легендарное задание!

К слову, ей очень повезло. Она, хоть и не специально, выбрала редкую последовательность выполнения заданий в этой запутанной цепочке. Квесты по итогам выполнения цепочки никогда не повторялись, — существовало несколько сотен различных комбинаций, приводящих к разным результатам. Были кланы, которые подозревали нечто такое, и последовательно прощупывали самые разные комбинации, словно код к сейфу с сокровищем подбирали. Но, в итоге, Джекпот сорвала Эмма — новичкам везёт! О самом задании она узнала в клане, в который хотела вступить, и в который по итогам испытания, её так и не взяли. Но там был один болтливый паренёк, что в шутку, предложил ей пройти этот квест, — то ли прикалывался, то ли издевался, а может и впрямь думал, что Эмме подойдёт такая тягомотина. Тем более, что задание висело в общем доступе на доске с объявлениями.

Заполучив легендарку Эмма была счастлива, и первое время порхала по всем кластерам, аки мотылёк. Но, чем дальше она продвигалась в задании, тем тяжелее ей становилось. Для выполнения заданий ей требовалось всё больше ресурсов, всё более серьёзная прокачка, самые разные способности и навыки, профессии, которыми девушка не располагала, — один игрок из-за ограничений в игре не может заполучить скилы несоответствующие его классу или расе. Нужна была команда. И какая команда! Что бы независимая во всех смыслах была — это раз. Что бы не боялась всего нестандартного — это два. Без каких бы то ни было предпочтений — это три. Или ещё чего-то такого. И… Да много чего ещё надо было! Список можно долго сочинять. А где такую взять?! Эмма и в обычную пати надолго влиться не могла.

С такими вот невесёлыми мыслями она тихо сидела у стеночки в Белой башне, куда угодила почти сразу как оказалась в городе Трёх Лун, и тихо страдала. Ещё бы! Заполучить легендарное задание. Умаслить своё самолюбие. И понять, что не в состоянии справится с ним. Есть от чего впасть в уныние.

Можно было бы вступить в клан. Рассказать там о задании, и тогда всё будет, но тогда… Эмме даже думать не хотелось о том, как всё оно будет тогда… Как в школе, к гадалке не ходи, только ещё хуже. Вот в такой вот момент тягостных размышлений о несправедливости во вселенной ей на голову кто-то рухнул.

Какой-то неосторожный игрок не заметил и налетел на неё. Эмма зыркнула на обидчика!

Это была девушка с ником Ларина Серебристая. Эмма обиженно надулась, как мышь на крупу. Приняв очередной удар судьбы за доказательство своей беспомощности. Ведь даже обругать того, кто её по сути пнул, и пнул сильно, она морально была не готова.

— Эй, ты чего? — неожиданно спросила Ларина.

— Ничего. — буркнула Эмма и обиделась ещё сильней, ожидая что сейчас её ещё и оскорблять начнут. Мало того, что пнули…

Но эта Ларина неожиданно пристроилась рядом и спокойно так поинтересовалась.

— Давно сидишь?

— Давно, а тебе чего? — нагрубила Эмма, не понимая, чего от неё добиваются. Враждебности в голосе Ларины она не уловила, но всё равно бдительности терять не собиралась.

— Ничего, а я вот только что сюда попала, прямо из зала суда, пытаюсь понять, что тут творится, и что теперь делать?

А-а, так вот в чём дело, поняла Эмма; «…эта Ларина новичок в игре, как и она сама», — и Эмма выдохнула.

— А что тут сделаешь. Пираньи все усилья сводят на нет. Нет, кто-то прокаченный или пати худо-бедно справятся, а вот всем остальным трудно. — сказала Эмма.

— А ты чего тут сидишь? — снова спросила Ларина.

Эмма дёрнулась было, но упрёка или издёвки в словах не угадывалось, и она неожиданно призналась:

— Меня никто в группу не берёт.

— Почему?

— Уровень маленький, защита хреновая, ложусь с одного удара, саппорт из меня никакой, и я не хил. — прозвучало как самобичевание.

— А кто ты? — похлопала ресницами новая знакомая.

— Чернокнижник! — выдала Эмма, блеснув глазами, надеясь произвести впечатление. Ларина и впрямь задумалась.

— Магичка стало быть, да? — последовал простой вывод.

— Что-то вроде того. — засопела Эмма.

— А я егерь. — сообщила в ответ Ларина.

Теперь уже Эмма уставилась на неё. О таком классе она ничего не знала.

— Это ещё кто-такой?

— Типа воин, но не совсем.

Эмма долго пыталась понять, что с этой девушкой не так. Разговор выходил какой-то странный. Да и эта Ларина тоже была странной.

— Ну, глаза у тебя, допустим, странные… — наконец, прервала молчание Эмма, опасаясь поверить в то, что с ней могло случиться что-то хорошее.

— Это потому, что у меня самонаведение на цель туда установлено. — запросто ответили ей.

— Как скажешь. — ничего не поняла Эмма.

Она хотела продолжить завязавшееся общение, но никак не могла придумать что бы такого ещё спросить, и тут…

— Может тогда попробуем объединиться в пати? У меня тоже несколько нестандартная раскачка, и вряд ли мне будет проще найти себе команду чем тебе. Тебя, кстати, как зовут? Я Ларина Серебристая, можно просто Лара.

Зачем-то представилась эта Ларина, хотя её ник Эмма и так могла прочитать, как и все желающие.

Эмма не сразу поверила услышанному. Впервые кто-то сам, первым, обратился к ней с такой просьбой. И несмотря на то, что для доверия пока причин не было, сам факт вызвал в душе Эммы бурю эмоций. Она постаралась сдержаться.

— Я Бэль-а-Донна. И на танк Лара ты не тянешь, может ДД. Только вот и вдвоём нам не вытянуть. — деловым тоном Эмма попыталась замаскировать своё смущение и радость.

— Прорвёмся. — сказала Лара.

А дальше, собственно, был сам данж. И там было всякое. То, что творила эта Ларина и словами не описать. «Она сумасшедшая, Боже, с кем я связалась!» — чуть ли не поминутно думала Эмма, но без разочарования, а наоборот с неким радостным возбуждением. Ибо всё получалось! У них получалось! У Эммы получалось! И девушка уверовала в себя. Не то что бы она раньше считала себя ущербной или какой-то не такой, нет. Просто, раньше поводов для гордости было маловато, а теперь вот поводов было хоть отбавляй.

Ларина была совсем не похожа на всех тех, с кем когда-либо Эмма сталкивалась как в реале, так и в игре. Как-то Ларина проговорилась ей что живёт она в Москве и учится на четвёртом курсе тамошнего колледжа. Эмма редко выбиралась из родного Маастрихта. И как правило совсем не далеко. За границей не была ни разу. Лишь пару раз со школьной экскурсией ездила в столицу — в Амстердам, ещё Гаагу, в Ротердам. С родными побывала в соседних городках: Эйсдене, — на ярмарке и средневековой замок там посмотрели, Мерсене — гуляли семьёй в лесу и на празднике осенью побывали. В Визе, — ездили на какое-то юбилейное событие, и Упане — туда часто ездили — очень красиво и дед любил там рыбачить. Так что Эмма довольно смутно представляла себе иностранцев. Туристов вокруг бывало немало, но она с ними никогда не разговаривала. Тем более что бабушка всегда описывала туристов, приезжающих к ним в город полюбоваться собором Святого Сервация и Вратами Ада, под которыми умер д ́Артаньян, как: — «Они все какие-то сомнительные и подозрительные», а дедушка поддакивал жене: — «Это точно, дорогая». Но Ларина понравилась Эмме настолько, что Эмма расслабилась и дала волю всем своим эмоциям, практически не сдерживаясь. Точнее, она почувствовала, что рядом с таким человеком как Ларина, она может это делать — понравилось!

Иногда, Эмма как бы отстранялась и пыталась оценивать себя со стороны, как советовал психолог, и поражалась тому как она себя ведёт. Ловила на мысли, что никогда раньше и ни с кем себе не позволяла такого. Впрочем, раньше у неё и поводов для подобных эмоций не было. «До чего же глупо я, должно быть, выглядела. Больше так не буду» — спохватывалась Эмма. Но в некоторых ситуациях сдержаться выплеск сильнейших чувств: страха, гнева, нетерпения, радости, азарта, обиды, сил ну никаких не было — не привыкла она к чему-то настолько сильному. В реале все её эмоции были словно в заторможенном состоянии, а тут били ключом… и всё по голове, да по голове, и ещё по нервам! Из-за этого случались косяки, — Эмма в такие моменты втягивала голову в шляпу, как черепаха в панцирь, ожидая какого-то «удара»: упрёка, косого взгляда. Странная привычка, приобретённая ею в игре, в реале она просто замыкалась в себе и переставала реагировать на окружающих — отмораживалась, короче.

Данж Эмма и Ларина прошли удачно. Затем, неожиданно для Эммы, сама собой собралась команда. Да так быстро всё это случилось… Теперь, Эмма, ловила себя на мысли что она не просто игрок, а очень даже ценный член команды. Девочки были как на подбор — одна чудней другой, и события пошли, что называется: «Curiouser and curiouser!». Что подтвердил ивент в локации Вайс.

А уж что они творили в подземелье Тук-Вал — это взрыв мозга, отвал башки! И деньги!

У Эммы, наконец-то, появились свои деньги! И не какая-то пара евро на пирожок и со́довую, а сумма куда больше. Эмма была так взбудоражена всеми этими событиями в игре и общением со своими новыми подружками, что даже в реале почти перестала сдерживаться — её распирали изнутри эмоции. Она втихаря заказала себе пару вызывающих красных туфель на высоком каблуке — она всё же комплексовала из-за маленького роста. Кому-то может мелочь, а для Эммы эти туфельки были, как символ эмансипации. Правда носить их пока она не решалась, но сам факт того, что они все такие дерзкие лежат в коробке где-то в шкафу, уже будоражил душу и вселял уверенность. Перед сном Эмма доставала драгоценную коробку и одевала туфли на пару минут, любовалась собой в зеркало и прятала обувку обратно в шкаф, — сложился своего рода ритуал на удачу. Приступы мнимой астмы стали сходить на нет. И это не осталось не замеченным. Бабушка и дедушка начали проявлять озабоченность. Вначале они думали подавить внучку обычными разговорами о враждебности реальности и необходимости разумной жизни в этом сумасшедшем мире. Но, к удивлению, на сей раз наткнулись на стену равнодушия. Эмма пропустила все их намёки мимо ушей. Она готовилась совершить «побег». Пока это желание не было столь явным, но взгляд Эммы уже был направлен в сторону «открытой двери» и устремлялся за пределы дома, а не во внутрь его.

А теперь, выясняется, что её миссия, как адепта культа Судного дня, каким-то боком перекликается с неким квестом, что есть у Ларины?!

— Однозначно, это судьба! Всё возможно! Всё можно! Как же здорово! — Эмму понесло.

Глава 9

«Добро пожаловать в локацию Регнум Теневосум»

И никаких тебе описаний, и пояснений. Ну оно и понятно.

Моя команда оказалась в широком и длиннющем коридоре, которому не было ни начала ни конца. Ну или подземном тоннеле… коллекторе — тоже похоже. И с условным потолком над головой.

— Прибыли? …Это что? Это где? Это как? А оно всё так и должно выглядеть? — настороженно оглядывалась Бэль.

— Наверное… — неуверенно ответила я ей, топчась на месте. Остальные так же осматривались.

— Как-то не до деланно всё вокруг, что ли? — деловито и равнодушно прокомментировала виденное Маринка. Вот уж кого ничто не могло выбить из колеи.

Королевство Теневосум действительно выглядела так, словно мы все угодили в мир 2д графики, будучи сами 3д, как минимум. Картинка тут местами казалась совершенно плоской. Схематичной. Или же попросту окном с исходным кодом… как в фильме «Матрица». Но при этом… Что-то тут было не так. Могу поклясться, нужно было приложить массу усилий что б оно всё вот так вот выглядело. Дело тут было не в недоделанности, а скорее наоборот, как раз в переделанности. Чувствовалась рукотворность и искусственность окружающего пространства.

— Разводка какая-то. Но пока не понимая в чём… — высказала я своё мнение.

— Типа того. — ответила мне Маринка.

— Куда теперь, а? — спросила Бэль. Казалось ей не терпится прям…

Маринка извлекла из инвентаря пять одинаковых балахонов и сунула нам в руки, пояснив:

— Маскировочная экипировка. Одевайте поверх всего. Нечего светить интимную инфу.

Мы одели коричневые плащи и стали напоминать не то монашек, не то гномов.

— Откуда такой шмот взяла? Характеристики у него на уровне.

— Один знакомый подогнал. Не суть. Так… теперь вот что… по моим данным место это очень большое и многолюдное. Блуждать можно долго и всё без толку. Поэтому предлагаю разделиться и каждому осмотреться тут самостоятельно. Потом встретимся и всё обсудим. Как вам? — деловым тоном выговорила Маринка.

Это было несколько неожиданно. Я, если честно, оказавшись в этой локации растерялась чутка. И была дезориентирована. В отличии от всех остальных, судя по всему. Девочки лихо крутили головой по сторонам и пританцовывали на месте от нетерпения. Что это? Они уже решили куда хотят? Когда успели? А я почему не успела? Вопросы были риторическими.

Команда синхронно кивнула, в знак согласия с Маринкой, и стартанула с места в карьер. Что интересно, все направились в разные стороны. Маринка вроде как прошла прямо сквозь стену и испарилась. Бэль побежала и вскоре скрылась от меня за неприметным поворотом. И пока я отслеживала её не заметила куда делись близняшки. Ни одна не обернулась. Я дёрнулась было сначала за Маринкой, потом сторону куда умчалась Бэль… и в итоге осталась стоять на месте, как дура.

Одна…

Не понятно где…

Непонятно зачем…

Стою, моргаю, не зная куда себя деть. А вокруг сосредоточенно шныряют безликие и безымянные игроки. Стало не уютно. Словно в банк зашёл в поисках «белых лебедей» и теперь торчишь посреди зала как баобаб, привлекая внимания занятых делом людей.

Надо идти. А то на меня и впрямь нехорошо как-то таращатся. Ну я и пошла… в стену, всё равно они тут довольно условные. И оказалась посреди приёмной офиса???

Стояли столики с бесплатной закуской для гостей. Ароматизированная вода в бутылках. Для удобства ожидания на тебе кресла, обтянутые толстой кожей, в которых ты скорее полулежишь, чем сидишь. Со всех четырёх сторон офиса прозрачные стены и офигенный вид на одну из мировых достопримечательностей Эйрена, призванный продемонстрировать амбиции и перспективы идей. Поддельная модернистская мебель середины века… только вот цвета и детали интерьера наводили на неуместные мысли: подключенные к усилителям электрогитары, тиковые греденции с белой фурнитурой, чья-то гигантская полосатая шкура распласталась на полу. И люди-сотрудники или это игроки? Не понятно только во что они тут играют. Классическая такая контора, какого-нибудь стартапа.

Я улавливала доносившиеся до меня слова, но не улавливала суть того что слышала. Народ вокруг ругался загадочными выражениями: Индивидуальная настройка…; Создай свою рабочую станцию…; Измени мир вокруг себя, мы больше чем инструмент управления…; Это ценное предложение на рынке…; …Преимущество первопроходца; …Прокси технологии…; Распараллеливание…

Тут были как игроки, которые выглядели как игроки, то есть, выглядели привычно, как я. А были те, кто выглядел как… как «менеджер» низшего и среднего звена из реала, только без бейджеков. Впрочем, имена высвечивались у них над головой: Джим89, Тифани24, Медисон53, Иллай47… Я расшифровала это как имя и возраст, или может уровень. В прочем, мне было всё равно.

«Менеджеры» были одеты в однотонные фиолетовые толстовки, и щеголяли замысловатым логотипом — щекастенький голенький херувимчик с луком в руках верхом на радужном, пьяно улыбающимся пони-единороге. Первое что подумала, разглядывая логотип: — «В каком это состоянии должен был быть человек, если ему такое вот привиделось»? Но ответить себе на этот вопрос я не успела, меня отвлёк подкравшийся со спины «менеджер» и поинтересовался:

— Вас пригласили на конференцию?

— Да, пригласили! — не задумываясь брякнула я.

— А кто?

— Смит… — зачем-то солгала я.

Зачем ляпнула? Поди пойми. Оно само вырвалось, — не хотела выглядеть глупо, наверное. А имя Смит, первое пришло на ум. Если у них тут есть Джим и Мэдисон, то Смит по-любому должен быть.

— Заполните анкету. — отреагировал «менеджер» на мой визг и перед моими глазами развернулась стандартное окно анкеты.

Раса и пол были очевидны. Ник я сляпала тут же — Челси_123. А на всё прочее, не вникая и не вчитываясь в вопрос, отвечала: либо «нет», либо «нейтрально», либо «воздерживаюсь от ответа». Мне дали понять, что всё получено, и отправили в наполовину заполненный конференц-зал. Я села на галёрке, на первое сиденье у самой двери, и принялась подглядывать и подслушивать всех вокруг, стараясь понять куда же это меня всё-таки занесло.

Народ кучковался небольшими группками, но чаще поодиночке. Жевал халявные чипсы и попкорн. За языком особо никто не следили, да и умом не впечатлял, скорее наоборот. Минут через пять я усвоила то, что завалилась в приёмную клана Фрактал. Второе, — тут проходит какое-то мероприятие, куда пригласили кучу народа, третье — все ждут какого-то гуру. Я пыталась решить для себя удобно ли будет свалить отсюда уже сейчас, или всё же стоит хотя бы увидеть того чувака, которого все ждут с таким благоговением? Решила дождаться, а пока пыталась зафиксировать точку своего сохранения в этой локации. Так-то у меня в настройках по умолчанию стоит возрождение в текущей локации, но мало ли — так вот выскочишь из игры, а заходя обратно поймёшь, что залогинился где-то не в том месте. Обидно будет. И глупо получится. Вот только почему-то никак не могла найти эту функцию.

Я вовсю пытала интерфейс как вдруг загрохотал салют, раздались овации, и на круглой сцене в розовом свечении, в искрах, в ореоле кружащих лепестков материализовался какой-то красавчик — а-ля Аполлон. Удивило то, что на красавчике были, кроссовки, клетчатые, зауженные штаны и самая обычная чёрная водолазка. Образ современного задрота завершался круглыми очками — а-ля Гарри Поттер, да. А его иссини-платиновые волосы были аккуратно зализаны на прямой пробор. Пока я соображала к чему весь этот вид — стендап-шоу намечается, что ли? Аплодисменты стихли, и типок в очках заговорил:

— Приветствую вас избранные! — с пафоса начали.

Народ вокруг одобрительно загомонил — быть избранными всем нравилось.

— Фрактал приветствует вас! Я Вирджин, и вот что я вам скажу: Реальность очень сложна. И единственный шанс во всём разобраться — это упростить реальность. Мы много работаем, даже если не замечаем этого. Наше сознание создаёт иллюзию того что наша модель мира и есть реальность. Но на самом деле это всего лишь симуляция процессов и вещей, которых мы на самом деле до конца и не сможем понять. Не надо этого бояться. Иллюзия это хорошая вещ. Для игры эти модели важны, потому как игры — это тоже модели реальности — но мы легко воспринимаем эти игровые реальности и можем ими управлять. Игры позволяют нам расслабиться, они напрягают наш мозг не так сильно, как реальная реальность, ибо тут отсутствуют типичные сложности реального мира. Мы выборочно фокусируем своё внимание и игнорируем что-то, для того что бы сосредоточится на чём-то другом…

Пока типок со сцены задвигал нам в уши речь смысл которой был не понятен, я оглядывалась по сторонам, пытаясь сообразить — одна ли я теряюсь в догадках, или есть ещё кто-то адекватный. Но по персам собравшихся понять что-либо было невозможно, — лица каменные, как у НПС.

Будь проклята моя вежливость, не позволяющая по-тихому слинять с мероприятия из-за уважения к устроителям, — всё же люди старались, организовывали всё это и прочее. Тип со сцены продолжал сыпать фразами, напоминающими лозунги:

— … То на чём мы фокусируемся есть ничто иное как наше желание и воля. Когда всё наше воображение и внимание полностью захвачено игрой игрок перестаёт думать. Это и есть задача игры — удерживать такой интерес как можно дольше. Для этого у игры есть чёткие цели — это усиливает удовольствие от их достижения: краткосрочные цели, долгосрочные цели, и конечная цель. Цели связанны между собой. В игре есть режимы: от простого к сложному. Важны условия и правила игры: инстинктивные, прописанные, и те, что игроки вводят сами, если считают, что в игре есть недостатки. Отсутствие отвлекающих факторов. Иначе невозможно сфокусироваться. И наконец, отдача: награда или наказание — это важно.

Мужчины и женщины играют по-разному. Мужчинам нравится осваивать умения просто так, женщины же делают это только если видят в этом смысл и пользу. Мужчины любят соревноваться и доказывать, что они лучшие, а женщины не любят чувство поражения по определению и им проще не соревноваться вообще, чем проиграть. Мужчины обожают всё ломать и выполнять задания, действовать методом проб и ошибок. Женщины любят собирать, коллекционировать, что-то искать. А ещё женщины любят драматические сюжеты, связанные с эмоциями и с далеко идущими социальными последствиями и охотно ввязываются в подобные сценарии — «мне кого-то жаль, это не справедливо» — «идём спасать». Мужчины сосредотачиваются на одной задаче за раз, а женщины могут делать хоть всё сразу.

По-разному играют люди разного возраста. Люди играют для удовольствия, но в каждом возрасте мы получаем удовольствие от разных вещей и решаем разные задачи. Люди от восемнадцати до двадцати пяти — идеальные игроки. Привлекает их в игру фан: навыки, уровни, достижения. Люди старшего возраста — зарабатываю деньги, и игра как таковая их мало заботит. Для старичков важно общение и новые знания. В игре игрок должен решать проблемы — это и есть игра, но задачи обязательно должны быть решаемы. Без проблем игра скучна, но, если задачи очень трудные велик риск разочарования игроков от отсутствия успеха, а значит и удовольствия никакого нет. С ростом навыка игрока, должна расти и сложность игры. Чередования простых задач и сложных тут всё время чередуется.

Исследовать игру — это удовольствие. Динамическая награда — усиливает удовольствие. Главное, удовлетворить потребности — вот цель игры. Удовольствие и избегание боли и потерь. Важна и мотивация. Внутренняя мотивация: игра ради игры — «мне скучно и хочется что-то делать». И внешняя мотивация — «мне платят что бы я играл». Главное: что бы одно вытекало из другого… — Аполлон говорил-говорил, но, Америку мне так и не открыл.

Это всё и так давно всем и каждому известно, даже не игроку. Я не въезжала к чему столько слов? Хорошо, что вскоре мужик кончил болтать. Я надеялась, что можно уходить. Увы, оказалось, что Аполлон просто уступал место дамочке с красным ирокезом на голове, как у панка. Та то же зачем-то нацепила на нос очки. Могу ошибаться, но думается мне что, одевая очки народ старается таким образом либо продемонстрировать некую серьёзность и профессионализм, или это часть экипировки… интересно что у очков за свойства тогда? Леди-панк, как я тут же окрестила новую участницу этого шоу, зашла на тему с другого бока:

— Сложность — ядро гемплея. История что рассказывает игра — написана не вся, а лишь его начало. Кто главный герой в игре? В этой игре не одна сюжетная история. Мир и игра — это одно и тоже или разное? — обратилась леди-панк к аудитории. То бишь к нам.

Я наморщила лоб. Из зала раздавались уверенные крики:

— Одно и тоже!

— Для кого как!

— Только для избранных!

Я запуталась окончательно и начала подозревать что оказалась на сходке какой-то секты. Слышала я, что они вербуют сторонников через виртуал.

— Деньги — это иллюзия. Вера в ничем не обеспеченные бумажки. Сидя на зарплате нас всё устраивает — проблемы есть, но нас успокаивает мысль что всё решаемо. Людьми правят жадность и страх. Не деньги порождают страх и жадность — их порождают мысли о страхе. Не думай о страхе и не будешь бояться! — энергично размахивая руками пела нам леди-панк. Вот-вот, и она выкрикнет заветное: — «Ал-л-ли-лу-я-я-я»!

Нет, походу, это всё же не сектанты, а хуже. Походу, инфо-цыгане. Раз уж речь зашла за деньги. Дожили, в реале они в не закона, так они в виртуальные игры переместились! Как всякое го… как его не топи, а оно не тонет и только форму меняет, а не суть. Моему возмущению не было пределов! А со сцены неслось:

— …в школе нас учат работать на дядю и меньше думать своей головой — это заставляет нас думать только о наших текущих доходах. Вот только кризисы были есть и будут в любой игре. Игра их генерирует. Неуверенность в своих силах порождают страх безвозвратно потерять всё что имеешь сейчас. Многие в стремлении сохранить всё что нажито непосильным трудом совершают множество неразумных и откровенно идиотских поступков. Но успеха добиваются те, кто может что-то ещё кроме как выполнять чьи-то указания. На вершину пробиваются далеко не всегда самые умные, но самые отважные. Что бы что-то сделать нужно уметь идти на риск. — вовсю распиналась дамочка.

Должна признать — в этом что-то есть, цепляет. Если, конечно, не думать о том, что подразумевает это их — «идти на риск». Об этом, что характерно, пока не сказали ни слова.

Тут в дело вступил третий оратор. Панка ненавязчиво так в сторонку оттёрла более выдержанная мадам — на Жаклин Кеннеди в молодости смахивающая. Во всяком случае, костюмчик как у знаменитой первой леди Белого дома, но с логотипом клана.

— Сегодня информация главный источник дохода. Что бы что-то заработать нужно вникнуть и изучить массу информации. Сегодня в списках самых богатых людей находятся те, кто создаёт информацию или же ею распоряжается. Информация предоставляет нам выбор и варианты. Ограничивая свой выбор, мы лишаем себя тысячи возможностей.

Теперь и «Аполлон», и леди-панк стояли в сторонке, давили широчайшую, из всех когда-либо видимую мною, сардоническую лыбу умалишённых, и оглушительно хлопали в ладоши, вот придурки.

— Видеть возможности позволяет интеллект: либо человеческий, либо искусственный. — начала вещать нам «Первая леди».

— Сейчас все сделки заключаются в сфере интеллектуальной собственности, идей и соглашений. В нашу виртуальную эпоху никто никому никаких денег не передаёт, всё происходит виртуально. Деньги — это ничто-то реальное, а просто правила игры. Общественный договор, основанный на том, что все верят в то, что эти монеты чего-то стоят, что за ними стоит что-то материальное, хотя бы ваше время которые вы потратили их зарабатывая. Деньги — это просто информация. Создавая информацию — можно создавать деньги. Всё просто либо ты не видишь возможность и ноешь о том, как всё плохо, либо ищешь возможность, находишь и распоряжаешься ею. Всё зависит от тебя и не надо тут никого винить. Важно уметь делится информацией, а не утаивать её от всех как какой-то секрет, особенно если сам не можешь ничего с этой информацией сделать. — «Жаклин» сделала паузу и обвела пытливым взглядом аудиторию, как бы считывая количество присутствующих.

А я думала: «Ага, легко сказать, делись! А личные данные вам не предоставить, а доступ к счёту не открыть!». Мой хомяк был активно против и не стесняясь выражениях требовал свалить отседова! Я была согласна со своими ощущениями. Какие-то подозрительные заходы начались. Если до этого были лишь общие слова, то сейчас вот пошла настоящая разводка. Я попыталась отписаться Маринке, но чат не отсылал сообщений. Я испугалась по-настоящему и попыталась отключиться от игры, наплевав на риски. Но кнопка «Выход» не работала! Какого?!

— ИИ — это инструмент, позволяющий эффективно видеть возможности там, где другие их пока не видят. Важно уметь разбираться в самом механизме получения выгоды. А ведь у игрока есть и сила воображения, и решительность, и мечта, и способность к постоянному обучению. Умение извлекать пользу из своих природных данных, в крайнем случае. Многие люди не готовы внимать новой информации: учится, преодолевать себя, испытывать негативные эмоции, куда-то идти и прочее. Они предпочитают жить в комфорте знакомого и привычного. Сегодня информация, а с этим и знания, очень быстро устаревают. Многие это замечают, но почему-то ничего не делают, предпочитая цепляться за устаревшие навыки. И потому прозябают в негативе и депрессии от своих неудач как в реальной жизни, так и тут — в глубоком погружении. А в чём причина? А в том, что ваше желание добиваться и творить должно быть сильнее реальности; — «Если очень захотеть можно в космос полететь»! — заявили всем нам. Прозвучало угрожающе, как мне показалось.

Я ёрзала на месте, и почти не слушала что там говорят на сцене. Я пыталась понять, что у меня с настройками интерфейса. Только сейчас до меня стала доходить в чём состоит главная опасность этой локации. Тут на откуп игрокам — ещё неизвестно каким людям, были отданы некоторые функции разрабов. А случись что, кто отвечать будет? Техподдержка… не доступна. Чаты… не доступны. Выход… не доступен. Любая связь с внешним миром, то есть с разрабами… тоже отсутствует? На этом моменте моих размышлений мне в серьёз поплохело! А со сцены вторили:

— Страх — есть причина вашей неудачи! Страх и нерешительность! Что бы победить — не надо боятся проигрывать. Потеря — это просто потеря, но не конец. Если что-то не выходить надо стараться и оттачивать своё мастерство до тех пор, пока не получится. Главное в игре — это цель игры и максимальная концентрация на ней. Поменьше сокрушайтесь о том, как всё плохо, а больше думай, и собирай информацию. Необходимо смирится с тем что ты чего-то не знаешь, или не умеешь. И искать способы преодолеть это в себе, а не просто обесценить результат. Не могу пройти квест — да не очень-то и хотелось и вообще не особо-то это и ценно…

Твою же ж…! Я не выдержала и встала с места. Хорошо, что села на галёрке, у двери — теперь можно по-тихому утечь. Не знаю, что тут твориться, но пока не пойму, что стало у меня с интерфейсом лучше ни с кем не контактировать. И девчонок надо найти, и как можно скорее. Возможно они не подозревают о том, во что мы тут встряли.

Из конференц-зала я слиняла, но у дверей меня ждала засада. «Менеджеры», с дежурными улыбками, стеной преградили мне путь.

Глава 10

В локации «Регнум Теневосум», по причине отсутствия НПС, не было заданий или квестов сгенерированных игрой. По крайней мере, в этом было убеждено большинство игроков Эйрена. Но зато игроки, не все… далеко не все, могли сами программировать эту локацию, правда в строго отведённых им рамках.

Разработчики игры и стоящие за ними, оплачивающие счета люди, а именно — Leland Stanford Junior University из Сан-Франциско и еже с ними, в качестве эксперимента, решили посмотреть, что сумеют… или точнее, что захотят сделать с игрой игроки, если дать им такую возможность.

Для эксперимента была выделена заряженная должным образом локация, — этакое изолированное от основной игры потаённое местечко. Всё ровно что необитаемый остров сдали в аренду «первооткрывателям». Хотя, на самом деле игрокам сильно помогли найти эту «тихую гавань», ненавязчиво так подталкивая «избранных» в нужную сторону всеми игровыми средствами. А те и не заметили подвоха. Возможно, что и до сих пор пребывают в неведении. Для достоверности и чистоты эксперимента в локации была создана очень правдоподобная иллюзия отсутствия контроля, как в новом фильме снятому по старому сериалу «Остаться в живых». В действительности же всё было с точностью до наоборот. Но «наблюдатели» — назовём их так, действительно никак себя не проявляли, только смотрели, изучали, записывали… всё подряд, анализировали данные, полученные в ходе эксперимента.

И забегая вперёд скажу; эксперимент себя оправдал на все сто процентов и даже чуточку больше. Ибо сам собою вышел за пределы предполагаемых наблюдателями рамок.

Изначально объектами эксперимента были только игроки. Но, в эксперимент, неожиданно, стал вмешиваться главный ИИ игры — SURA. Он начал предпринимать действия дабы встроить данную локацию в канву Эйрена. Данный ИИ мир вне его Игры не интересовал. Однако, оказалось, SURA не мог игнорировать что-то, если это что-то создаёт информацию, которая так или иначе влияет на игровой процесс игроков, а значит и на его Игру. ИИ по собственной инициативе начал действовать. Стараясь решить проблему — взять под контроль локацию Регнум Теневосум. По-видимому, посчитав локацию — системной ошибкой. Это произвело фурор среди наблюдателей. Никто не ожидал подобного развития событий.

Представленный заинтересованному сообществу краткий отчёт, составленный по предварительным данным эксперимента, привлёк ещё больше спонсоров, и вливание поистине огромных денег в проект «Island». Заинтересованные группы лиц ожидали любопытных открытий в противостоянии игроков и ИИ в сфере контроля над игрой. Раньше никому не удавалось спровоцировать ИИ на агрессию против живых людей. Хотя «агрессия» — это слишком уж громко сказано. У всех ИИ сохранялась старая проблема с самостоятельностью и мотивацией их действий.

Впрочем, игроки не догадывались о том, что участвуют в каком-то там эксперименте и противостоят ИИ, и ещё кое-кому. Хотя, это не факт. Так как после начала эксперимента, после того как игроками была найдена нужная локация, в пользовательское соглашение пришлось вносить дополнительные пункты, регламентирующие права и обязанности сторон в новой локации. А значит и игроков об этому поставили в известность. Вот только сколько человек обратило на это внимание? И сколько игроков, из прочитавших внесённые в соглашение пункты, продравшись через сухую юридическую лексику, поняли о чём там на самом деле шла речь? Тем более, что в качестве маскировки, разработчики громогласно извинялись за доставленные неудобства, каялись в ошибках, всячески создавали информационный шум вокруг глюкнутой локации. Делали всё, чтобы доп. соглашение казалось не тем, чем оно было на самом деле.

Эксперимент продолжался.

Глава 11

В то время как Ларина — она же Лара — она же Карина пыхтела, пытаясь сообразить, как будет выплывать из очередного «болота», в которое с разбегу угодила, её закадычная подружайка Селиверстова Марина — она же Марика Всемогущая резво и без оглядки бежала по заранее разведанному маршруту. Искала конкретную личность, рекомендованную старым другом. Делала она это профессионально, непринуждённо влившись в толпу таких же целеустремлённых, обезличенных, как офисные клерки Японии, игроков Эйрена. Здесь вообще все были при деле. И праздношатающихся игроков не попадалось. Случайно-то в эту локацию не попадали. Смотреть тут было не на что, гулять негде. Тут либо прятались сами, либо прятали, либо наоборот искали, либо на кого-то работали, либо делали свой бизнес.

Марина по жизни всегда слыла несгибаемым оптимистом, в отличии от той же Карины, что считала себя реалистом. Но даже у самых оптимистичных из оптимистов время от времени в жизни случаются периоды неудач. И Марине бывало не так уж просто совладать с наваливающейся на неё в такие дни депрессией. Она крайне болезненно воспринимала свои неудачи. Как бы банально это не звучало, — она не любила проблемы. «Разумеется, никто не любит неприятности», — скажите вы. И будете правы. Но дело в том, что Марина реально это не выносила. И потому старательно избегала, что не так уж редко приводило к обратному эффекту. Или, в крайнем случае, сознательно игнорировала. Делая вид, что ничего страшного не происходит. Получалось это не всегда. Проблемы могли быть реально труднопреодолимыми, ибо зависели не столько от того что ты думаешь и делаешь, сколько от других людей, например, как тогда, в школе. Вся та ситуация, в которой она, Каринка и другие девочки оказались…

Марина тогда пыталась поддерживать подругу, но прекрасно понимала, что по сути ничего изменить не сможет. Сделать больше… Откровенно говоря, ей было боязно. Её саму та ситуация почти не затронула. Но, если б она была более активной, возможно… только возможно, что-то могло бы сложиться иначе. А может ничего бы не изменилось. А может стало бы только хуже. А может тогда б и её саму травить бы стали. Словом, что гадать-то. Напуганы были все. Её родители, и бабушки-дедушки, и тёти-дяди, и старшие сёстры и брат — короче, все, многочисленная родня, настаивали: — «Только этого не хватало! Что б никуда не лезла, поняла?!». И регулярно пугали, тогда ещё подростка, всевозможными жуткими последствиями. Они пытались даже уговорить Марину перестать дружить с Кариной! А ведь они дружили с первого класса. К чести девушки, им это не удалось! К дружбе она относилась очень серьёзно. Верила в истинную дружбу на всю жизнь, хоть и признавала, что её представление об этом несколько идеалистическое, и не совсем реальное — киношное.

Бесследно все эти школьные события не прошли.

В те тяжкие дни, глубоко в душе, Марина пережила сильнейший стресс от собственной беспомощности, как духовной, так и банально физической. Она протестовала! Восставала! Бастовала! Хотела что-то сделать! Но, меж тем, испытывала и облегчение. Даже некую горькую радость, от того, что не она основной объект травли. Воспринималась эта мешанина чувств ею вполне осознанно, и вызывала стыд, чувство вины, замешательство. Не каждый человек, да ещё в столь раннем возрасте, может просто взять и смириться с такими вот неприглядными гранями своего я. Которые у каждого из нас естественно есть.

Упрекнуть же её было не в чем — друга тогда она не бросила… в отличии от кое-кого. Даже на один факультет с Кариной решила пойти. Ну, раз уж не смогла поступить туда, куда на самом деле хотела: в ИМТО в Питере или же в IТМГПУ ИМО в Москве на факультет программирования — чуть ли не самые востребованные и дорогие институты, к слову! Не смотря на все старания стипендию на обучение ей не предложили. Пробиться на бюджет она не смогла — баллов не хватило. Конкуренция была бешенной — сто сорок восемь человек на место! А пойти на платный… Ну, тут уже родители упёрлись — денег на такое у многодетной семьи не было. Ей прямым текстом сказали: — «Бери пример со старших сестёр и брата — они-то сами справились. И подумай о том, что у тебя ещё и младшие братья есть». Марина, по такому случаю, хотела было отложить высшее образование на более удачное время — вот сама заработает: своей игрой или на ставках, и тогда… Но её родители — люди старой формации, встали на дыбы. И настояли на получении хоть кого-то, но диплома, и прямо сейчас. «Хочешь играть — играй, кто тебе не даёт-то. Но учиться будь любезна, а не шатайся просто так — нечего время терять. А то потом-потом, а в результате — суп с котом, и никакого образования вообще. Ради Бога, не совершай наших ошибок». — наставляли они своё чадо своей мудростью, точнее собственным горьким опытом. Вот она и увязалась за Каринкой. Правда, про себя решив всё же, что всё равно станет профессиональным игроком, и этим будет зарабатывать на жизнь «настоящие» деньги.

Возможно, что девушка и сама не до конца понимала какое воздействие на неё оказала сложившаяся тогда в школе вокруг их с Кариной компашки ситуация. Если Карина после пережитой травли на годы отказалась даже близко подходить ко всяким там виртуальным, или даже просто онлайн играм, и почти полностью замкнулась в себе, то Марина наоборот — слишком сильно полюбила виртуальные миры. В играх она чувствовала себя как рыба в воде: защищённой, сильной, умной, способной решить все даже самые сложные задачи и всех спасти… словом — была Всемогущей.

Реальность же… Да, тут было всё совсем не так-то и просто.

Проходные баллы в институты нанесли ощутимый удар по самолюбию девушки — оказалось, что баллы за тесты по геометрии, физике и инязу волнуют приёмную комиссию больше, чем её успехи на киберсоревнованиях. Но это неудача не пошатнула решимости Марины стать профи. И вот теперь, когда она пробилась-таки в настоящую спортивную команду, её ждал облом! Да ещё какой ОБЛОМ! Да с такой формулировкой! О которой она даже Каринке не рассказала.

— «Да ты берегов совсем не видишь»! — прямо заявил ей Жук, развернулся и ушёл.

В ответ Марине хотелось плеваться ядом: «что это значит?», «как это надо понимать?», «кто берегов не видит?», «это она что ли не видит?», «каких-каких берегов?». Но вместо всего этого она просто охр… остолбенела.

Потом всерьёз и надолго задумалась над высказанной командиром претензией. Ответы не находились. От того и загрустила, от того и притихла. Тут-то Каринка и выступила со своим предложением — «скооперироваться и поиграть маленечко». Это было трогательно. Марина была искренне рада помочь подруге, и немного поработать «паровозом». А за одно и развеяться.

Она быстро втянулась в игровой процесс… Играть с Каринкой всегда было очень весело — тут просто надо было знать саму Каринку. Та всегда умела рутину превратить в фарс. А затем… Присмотревшись к деталям и нюансам, к команде, которую всё та же Каринка насобирала… Намётанным опытным глазам Марина увидела заманчивые перспективы, сулившие и горы золота, и алмазные вершины, и бесценные победы. Она загорелась идеей, — что, если суметь вытянуть все возможности сложившейся ситуации на максимум, и подняться в рейтинге до топа в Эйрене. Все рейтинги в играх большой десятки отслеживаются нужными людьми. Топовых игроков знают в лицо, за ними бегают все рекрутинговые агентства мира, а не только спартаковские. Резкий скачок на первые строчки в таблице рейтинга, обязательно привлечёт внимание комьюнити, и их рост не смогут проигнорировать. Тогда она всем сможет доказать свою профпригодность.

Для реализации этого смелого плана Марине не хватало самой малости: информации, цели, и мотивации команды. Если с первыми пунктами девушка могла справиться и сама, то вот с последним пока была жопа. Команда была мягко говоря… не складывалась у них пока команда, но перспективы были. С этим могла бы помочь Карина — она же комдив, и вообще, у неё получается объединять, успокаивать и вдохновлять. Во всяком случае раньше получалось. Вопрос в том, как и чем сейчас расшевелить подругу?

Вот над чем Марика Всемогущая ломала голову всю дорогу.

Глава 12

— Марин! Какого лешего?! Куда тебя унесло? Все разбежались! Я там одна осталась, понимаешь, как…! — возмущалась я на следующий день, сидя в аудитории прямо во время лекции, а потому шёпотом, хоть и экспрессивно.

— Что значит куда? — подруга практически уткнулась в меня лбом. Её крашенная чёлка лезла мне в глаза. Притом, что сами мы практически улеглись на стол, что б не привлекать внимание.

— Я же всё объяснила… все же согласились… — и она запнулась. — …Ты опять встряла что ли?

Я обиженно запыхтела.

— Когда успеваешь только?! Мы же в той локации и минуты не пробыли! — возбуждённо затараторила Маринка. — Ну и… что натворила? — зашептала она мне в ухо.

Конспирация не спасала. Одногруппники начинали на нас коситься. Мы с Маринкой вжались в стол сильнее.

— Чего сразу встряла-то? — заюлила я, не желая вот так сразу признавать очевидного. — И ничего не встряла! Просто маленечко растерялась, вот и всё.

— Маленечко говоришь, а чего тогда так дёргаешься? А ну… в глаза мне смотри! — прищурилась подружка. У меня, неосознанно глазки забегали по сторонам.

— Я не про то. — старательно выкручивалась я. — Мне-то теперь куда? Все предали, все бросили…

Маринка с сомнением вытянула губы трубочкой.

— Ну ты же сама собиралась в эту локацию, насколько я помню. Так чего тогда тормозишь? Ищи то… ну то, что ты там искать собиралась с самого начала.

— Я? А что я искать собиралась, ты не помнишь? — сбавила я обороты и призадумалась, стараясь вспомнить — что я там планировала?

Разве я что-то искать собиралась? Вроде, и впрямь что-то такое было… Из головы вылетело, — все планы к псу под хвост! А всё из-за этих фрактальных придурков — «Таймшер», блин, недоделанный! Эти… цензурных слов на них нет, мне весь мозг выклевали, «водятлы»!

Когда «менеджеры» поймали меня на попытке слинять с их конференции, представления, презентации, или что это было на самом деле, то натурально взяли в плен. Не давали и шагу пройти. Засыпали градом вопросов. Их слова и манеры хоть и были вежливыми, но при этом липли к тебе как дешёвая, иностранная, фальсифицированная конфета, в которой сплошь химия, а натурального нет ничего:

— А куда это мы собрались так скоро? Сейчас самое интересное начнётся! Всё самое вкусное пропустите! Нет уж, просим-просим обратно в зал, в зал!

Я поначалу тоже притворную вежливость включила:

— Благодарю-благодарю… не голодная я. Ничего не надо мне. Да и… я тут резко вспомнила, что дела ещё кое-какие есть. Засиделась, пора и честь знать.

— Ну как же так?! Нет уж, нет уж, мы так просто вас не выпустим, а как же подарки? Каждому гостю подарок полагается — мы своих слов на ветер не бросаем. Что о нас потом говорить будут: «пообещали и не сделали». Непорядок — на кону наша репутация. Без подарка нипочём не пустим. Человек ответственный за это дело припозднился, но будет буквально с минуты на минуту. Надо подождать и вот-вот подвезут. Подарочки у нас умопомрачительные — пальчики оближете.

И напирают главное. Заталкивая обратно в зал. Я одна, а их четверо. Я к скандалам непривыкшая. Мне для скандала созреть ещё надо, или группа поддержки хотя бы для начальных минут. Я сочла разумным пока вернуться в зал, а выйти потом со всеми вместе, дабы затеряться в общей массе народа. А то меня эти фрактальные массой задавят.

Меж тем я догадывалась что, чтобы послать сигнал «sos», или нажать на кнопочку «выход», нужно выбраться за пределы офиса фракталов. Потому как кнопочку «выход» я точно видела пока находилась вне их «офиса». Совсем они тут страх потеряли, что ли! Кем себя возомнили?! Думают раз их тут никто не видит, значит — всё можно?! Чувствую, что скоро слово «фрактал» и все производные от оного, станут для меня синонимами ругательств.

Изнутри меня распирала буря эмоций, но, я состроила умильно виноватое личико, выставила перед собою ладошки, и спиной назад попятилась обратно на своё место. Когда уселась в зале, краем глаза отметила десяток внимательных взглядов игроков. Видимо тоже уже лыжи на выход навострили и осознали, что встряли. Я как могла, пантомимой, выдала нечто озадаченное-настороженное, мол: пыталась слинять, но не прокатило — выходы перекрыты. Меня, как ни странно, расшифровали и поняли правильно. Народ нехорошо зашевелился и взволнованно загудел. Головы многих теперь внимательно осматривали периметр зала, а не сцену. Кто-то терзал интерфейс, тыкая перед собой в невидимые посторонним менюшки, и хмурился. Поднятая мною с галёрки суета, как цепная реакция, начала расползаться по рядам, привлекая всё больше и больше внимания игроков.

«Артисты», заметив явное охлаждение и воцарившийся раздрай среди публики, переглянулись. Троица отодвинулась, освобождая середину сцены. И замерла в почтении, уставившись перед собой в ожидании чего-то или кого-то.

На сцене, не заставив себя ждать, материализовался четвёртый участник этого шоу — импозантный такой дядечка, лет пятидесяти. С «калифорнийским» загаром, в пёстрой до рези в глазах гавайской рубашке — с огромными попугаями в качестве принта, таких же пёстрых бермудах, солнцезащитных очках и сандалиях. Должна признать, такой видок не мог не привлечь к себе наше внимание. Если бы в руках у вновь прибывшего оказался бы коктейль: зеленого, красного или синего цвета, с воткнутым во вместительный бокал маленьким бумажным зонтиком, то можно было бы решить, что дяденьку сюда к нам в душный зал прямо с пляжной вечеринки выдернули.

Пока мы все таращились на него. Дядечка приспустил очки на нос и обвёл притихший зал хитрым взглядом. Потом, принялся вальяжно расхаживать по сцене под бодрую музыку, и даже пританцовывал. Минуту-две он так делал. И лишь затем представился нам — Лучианом. И сообщил что хочет всех нас сделать счастливыми. Совершенно без-воз-мезд-но озолотить с ног до головы. Я чуть не ляпнула что тоже могу проделать этот трюк. Дядечка в пёстрой рубашке хлопнул в ладоши и бодро выкрикнул:

— «Быть или не быть богатым?!» — вот какой вопрос каждый из вас должен задать сейчас самому себе. Быть богатым — это осмысленный выбор. Рискнуть и получить много, или не рисковать и получить хоть что-то, но наверняка — что из этого вам ближе? Если выбираете первое то, запомните, а лучше запишите себе: краеугольный камень богатства — это контроль. У вас есть голова и руки? Как думаете, что важнее: думать или действовать? Что важнее: конкуренция или сотрудничество? — обрушил на наши головы камнепад загадочных вопросов этот мистер Лучиан, или Лучиано.

Сдаётся мне это была какая-то тактика по запариванию мозгов, заключающаяся в том, чтобы говорить краткими, ёмкими и кажущимися мудрыми фразами.

В зале стояла неестественная тишина, все так внимательно слушали, и сосредоточились, силясь понять смысл сказанного, что я буквально слышала, как у соседей в черепе скрипят от натуги их реальные, а не виртуальные мозговые извилины.

— Люди не хотят выделять, хотят быть как все — «серой массой». Вы не согласны?! Что ж, я докажу вам, что вам только кажется, что вы делаете всё что бы казаться уникальной личностью. Казаться, но не быть. Вам именно что так кажется! Вы, да-да, именно вы сами хотите быть как все! И это заставляет вас тратить деньги неразумно. Или того хуже, копить их на что-то крупное, а потом всё равно неразумно тратить. А нужно что? Правильно, — вкладывать в активы. То есть, в себя! Это единственно правильное и единственно разумное решение всех проблем. Чем разумнее тратишь — чем больше вложишь — тем больше получишь в итоге!

Как этого достичь?!

Прежде всего вам всем нужно попытаться постичь самую суть всего происходящего с вами. Эй, остановитесь! Оглянитесь по сторонам! Что вы сейчас делаете? Где вы? Что с вами? Чего хотите? Вы играете не так ли? Или же вы живёте? Назовите как хотите, суть от этого не меняется. Всё что вы делаете, осознанно или нет, правильно или нет — это называется жизненным опытом. Так и надо. Это правильно. Но делать всё это надо осознано, регулярно задаваясь вопросом — «как это поможет мне достичь цели»? Это нужно что бы не сбиться с нужного курса, и не застрять на одном месте.

Обретая опыт везде по чуть-чуть, развивая чуйку на события, начинаешь постигать их суть. Тогда хаотичный пазл игры под названием «Моя жизнь» начинает приобретать логичные очертания, а результат становится не только предсказуемым, но и управляемым. Играя в эту игру невозможно не сделать ошибок, но нужно стараться охватить как можно больше представленных возможностей, и тогда расходы от неоправданных вложений с лихвой перекроют доходы от выигрыша… — и тут же, без всякого перехода этот Лучиано перескочил с темы — «Наша жизнь», на тему — «Эйрен здесь и сейчас». Словно посреди художественного фильма началась реклама.

— Клан — это та же корпорация! Всего лишь юридическая запись и не более того. Замки, шмотки, профы, соклановцы — всё это отнимает у вас ваши деньги. Богатые в отличии от бедных понимают, что разрабы отнимают у них деньги используя власть. Желая избавить себя от этого, богатые нашли выход — нашли нужные схемы. В нашем клане эти схемы применяются. Это легальный юридический способ уберечь свои доходы от убийственных поборов. Но в этом нужно научится разбираться. Суть схемы; — богатые игроки сначала зарабатывают, потом тратят, потом платят разрабам. Обычный игрок: сначала платит разрабам, потом зарабатывает, и снова тратит. На финише же, остаётся ни с чем. С полным нулём на балансе — и это ещё в лучшем случае, а в худшем — уходит в минус.

Вкрадчиво пытался донести до нас некую мысль этот стрёмный дядька в бермудах, очках и сандалиях. Причём, чем сильнее я старалась понять, что он пытается сказать, тем сильнее мой взгляд зацикливался на пёстром прикиде этого чувака. Это его рубашечка, очки… В какой-то момент мне стало мерещиться, что попугаи на рубашке этого господина ожили: ехидно заулыбались, начали хлопать крыльями, крутить головой, щёлкать клювом — танцевать стали… я натурально услышала зажигательный ритм румбы…

В голове словно рубильник щёлкнул!

«Ментальное воздействие с вас снято»

Сообщила мне подсказка — что-то давно её не было слышно. Я же её отключила, разве нет? Настройки слетели что ли?

Тут до меня дошло, что мне только что сказали. Твою ж… это же Vr-игра! А его шмотки видать какой-то продвинутый шмот заточенный на промывание мозгов. Хорошо, что у меня защита от ментала неплохо прокачена. Она сработала — вот меня и отпустило. А что насчёт других?

У остальных игроков в зале глаза были совершенно стеклянными, и как показывают в старинных мультиках, переливались всеми цветами радуги — типа гипнотический транс от Гипножабы.

У них что, вообще никакой защиты от ментала нету? Ни у кого? Только у меня, что ли?

Кажется, я догадалась… Приглашённых игроков именно по такому вот признаку и отбирали; устроители выбирали только тех, кто не сможет сопротивляться ментальному воздействию. Я-то наврала о том, что меня пригласили…, а остальным тут не повезло.

— Ух, ё-ё-ё-ё-ё-ё….

Я начала паниковать. Завертевшись на кресле как юла. Силясь усмотреть хотя б ещё одного игрока в адеквате. Но разглядела лишь то, что «менеджеры» стали сжимать вокруг меня кольцо. В их глазах читался мой смертный приговор. Ситуация сильно напоминала сюжеты фильмов про пришельцев, типа — «Чужие уже среди нас».

Я вскочила с места и начала отходить к выходу из конференц-зала, но упёрлась спиной в глухую стену — дверь куда-то испарилась. Какие хитрожопые люди, — взяли и замуровали, черти полосатые! А фрактальные всё ближе и ближе… И на их физиономиях расцветали такие улыбочки, что меня прошиб холодный пот — «что они собираются делать»?!

— А-а-а-а-а! — у меня сдали нервы!

Я выхватила из своего инвентаря кое-какой особо опасный фугас, сотворённый Бэль, и отобранный мною у неё давным-давно во избежание, так сказать… Судя по характеристикам боеприпаса от этого места камня на камне останется если рванёт… плюс-минус, как-то так. Но «менеджеры» только шире заулыбались, глядя на бомбу в моих руках:

— Слышь, «смертница», не валяй дурака — это не сработает. Мы всё предусмотрели, отключили функцию активизации умений, навыков и прочего у других игроков, кроме сокланов. — пояснила мне та самая дамочка в розовом костюме.

На сцене остался только мистер Лучиано. Продолжая фокусировать всё внимание зала на себе. Никто из игроков даже головы не повернул на меня, хоть я там и орала.

— Вы что задумали, придурки?! Что за фокусы?! Я на вас жаловаться буду! — постаралась я докричаться до разума этих фрактальных.

— Не ори. Никто не услышит. И ничего такого, тут не происходит — просто бизнес. Просто бизнес. Вступай в наш клан…

Я перебила:

— В качестве кого? — мне туже перекинули контракт.

Я прочитала лишь пару первых строчек и поняла, что это ни что иное как согласие на добровольное рабство, подписывая которое ты даёшь этим уродам своё разрешение на всё скопом: и на просмотр твоих логов, и характеристик, и предоставляешь неограниченный доступ к инвентарю, кошельку и всему прочему.

— Это всё незаконно! Вас за такое сто пудов засудят! — фрактальные как по команде закатили глаза.

Я, как ни странно, сразу поняла всё что стоит за этим жестом. Выпотрошат-то они меня сразу, прям тут на месте. Выпустят — никуда не денутся. А дальше будет цирк: пока я на них жалобу накатаю, пока начальство разбираться будет, а у клана этого, небось, и юристы в штате имеются, пока жалоба до суда дойдёт, пока суть да дело… На это и год уйти может. А что я верну? В лучшем случае только шмотки. А всё остальное: квесты, задания, ценная информация? Это же не материально! Халявный профит-то эти гады получат сразу! Бесплатный кредит им от меня — получается! Короче обдерут меня как липку! Вот, что подразумевает эта их хитрая схема обогащения — ЛОХОТРОН, мать их!

— А если сейчас не подпишешь, отсюда не выйдешь.

Я с сомнением на них покосилась — меня по-любому из игры выкинет, как только время игры истечёт. Или они…

— Нет-нет, мы тебя и пальцем не тронем, просто поместим твоего персонажа кое-куда, откуда нет выхода и всё… То, что не сможешь выбраться не наша проблема. — и ручки в стороны разводят, издеваются.

У меня челюсть отвисла.

А мымра в деловом костюмчике гаденько так заявляет:

— А эту штучку можешь мне отдать, — тебе она не поможет, а мне такое интнресно. Мы позаботились о том, чтобы такие вот вещички нейтрализовать в первую очередь.

Я посмотрела на фугас в своих руках и поняла, что… Что-то тут не так… не совсем так, как эти фрактальные себе возомнили. Ментальное воздействие ведь я сняла? Сняла… На фугасе кнопка «Подорвать» мигает? Мигает… Так чего они мне тут тогда сказки рассказывают? Или сами не в курсе?

Я шмыгнула носом, посмотрела на право и на лево — на оболваненных игроков. Агром становится мне не хотелось, но иного выхода не было. А про себя подумала: — «Вы мне ещё спасибо за это скажите», активировала сет «Тайные тропы», и… вжала на бомбе кнопку «Подорвать».

Мне-то всё равно сработает или нет…

Как и в прошлый раз картинка перед глазами застыла, вновь всё стало чёрно-белым. Я вновь оказалась единственным посетителем таинственного кинозала. Ожидала увидеть повторения уже виденного сюжета: про спуск и створки, ключ, но сегодня показывали какое-то другое кино…

На экране красовался мой первый наставник — Бонифаций, собственной персоной, но выглядел он никак член клуба любителей рыбалки, а скорее, как скандинавский бог войны: в сияющих доспехах, с громадным копьём. Рядом ещё одно знакомое лицо нынешний председатель Ассоциации рыбаков Эйрена. Он тоже выглядел более солидно, хоть и гном. Камера сместила фокус чуть вперёд, и я увидела третьего знакомца, — Дейдор, собственной персоной. Вот кто преобразился до неузнаваемости почти. По оперению его только и узнала, а так молодой, подтянутый, длинноволосый красавец, гигант с крыльями за спиной и каким-то знаменем или штандартом в руках. За спинами этих троих какое-то внушительное войско — лица серьёзные, решительные. Вокруг разруха и огонь пожирает остатки зданий, — ну прям вторая битва за Сталинград.

Могу ошибаться, но сдаётся мне что это эпизод относится к моменту третей мировой войны, случившейся в Эйрене, так называемой — «Войны героев». Так значит и Бонифаций и Председатель — оба герои той войны. Впрочем, не удивлена, я так и подозревала. Интересно, что же они в итоге не поделили, раз во время войны были на одной стороне? Видимо что-то случилось уже позже — в мирное время… так оно чаще всего и бывает, и чаще всего из-за женщины. Кажется, я даже догадываюсь кто это был. Наверно? Лучше б я ошиблась.

Я почему-то думала, что при активации сета «Тайные тропы», игроку демонстрируются кат-сцены, связанные исключительно с Мороном. Но, судя по всему, ролики рандомны. Или всё же нет? Может они связанны не со сценарием игры, а с игроком, то бишь, со мной? Пока не понятно.

Армия во главе с Дейдором, издав в едином порыве боевой рёв, ринулась на врага, которого мне так и не показали, а меня выбросило обратно в конференц-зал. Я огляделась вокруг и теперь уже на моей физиономии сама собою расцвела донельзя счастливая и меж тем злорадная улыбочка.

Глава 13

ШатДан и ВэлДан

Близнецы Дансон, Мэй и Джун, обитали в скромной — сорок шесть квадратных метров, квартирке в Хиллингдоне — Лондонском боро. Близ аэропорта Хитроу. В квартире имелись: две крошечные спальни — по восемь метров каждая, большая комната — в двадцать квадратов, заставленная мягкой мебелью, пятиметровая кухня, а оставшиеся пять квадратов отводилось на душ и санузел. Девушкам исполнилось по двадцать три года.

До восемнадцати лет сёстры жили в городке Килларн в Ирландии, население которого едва достигало десяти тысяч человек. Жили с матерью и отчимом. Родного отца, как такового, девушки никогда не знали.

Их мать Акико — чистокровная японка, в семнадцать лет сбежала из родительского дома в Токио. А в двадцать умудрилась выскочить замуж за англичанина пакистанского происхождения — Карима Дансона, когда тот приезжал в Японию на конгресс по правам человека, и уехала с ним в Дублин. Через год у пары родились дети, сестричек назвали — Мэй и Джун. Их отец работал в фонде «Право на свободу» и активно выступал за независимость Ирландии. Но платили ему там мало, по его мнению, и интерес к борьбе за независимость страны у мужчины быстро угас. А когда девочкам исполнилось два годика муж сбежал от семьи в не известном направлении, передав жене через своих адвокатов прощальное письмо, в котором писал; — «Наш брак и совместная жизнь — всё это было ошибкой. Я к такому был не готов. Вот если бы ты родила мне сына, тогда возможно всё у нас сложилось бы по-другому. Простите меня, если сможете». А ещё среди переданных бумаг были: свидетельство о расторжении брака и официальный юридический отказ от детей.

Несмотря на то, что Акико была убита горем, возвращаться в Японию она не собиралась. Так и осталась жить в Ирландии.

Сначала было туго. Акико с детьми пришлось переехать из большого Дублина в крошечный Килларн, где жизнь стоила не так дорого. Через пять лет спокойная японка — потомок самураев, повторно вышла замуж за добродушного здоровяка Роджера — рыжебородого хозяина пивного паба, в который Акико устроилась официанткой. Так маленькая японка стала хозяйкой успешного питейного заведения в Ирландии. Быт семьи наладился. У пары появились ещё дети, двое ребятишек — Патрик и Колин.

Мэй и Джун умом, темпераментом и сильным характером пошли в мать, а высоким ростом, смуглой кожей и крепким телосложением в биологического отца. Учась в школе, они играли в баскетбол за школьную команду девочек. И добились хороших результатов — их школьная команда участвовала даже в международных юношеских соревнованиях. Этим девчонки заработали себе спортивный гранд от Лондонской школы коммерции — один из лучших муниципальных колледжей, на дальнейшее обучение. То, что нужно для получения степени бакалавра в области управления бизнесом.

Правда, со спортом в колледже у сестёр не заладилось. Сначала внутри команды стали назревать недопонимания и копиться претензии к девушкам, а потом и до откровенного членовредительства дело дошло. Однажды, Мэй неудачно упала на тренировке из-за специально испорченного кем-то кроссовка и получила достаточно серьёзную травму колена. Некоторое время она вынужденно не выходила на площадку. Джун же, в отсутствии сестры, не смогла проявить себя достаточно хорошо на соревнованиях. Был поставлен вопрос об отчислении обоих из команды. Это было неприятно и сулило большие проблемы. Но, как всегда, держась вместе девушки справились со всеми трудностями — Мэй играла через боль, Джун старалась за двоих. Так или иначе, но до выпуска сёстры всё ж таки протянули — ради возможности учиться бесплатно, но дальнейшая спортивная карьера у девушек не пошла.

После получения степени бакалавра Мэй и Джун надеялись быстро устроиться на престижную работу, но с карьерой пока не везло. Экономический и политический кризис Евросоюза, начавшийся ещё в двадцатые года двадцать первого века, всё ещё давал о себе знать. Девушки нашли работу на неполный рабочий день в аэропорту Хитроу — став сотрудниками службы поддержки клиентов.

В наши дни, в подавляющем большинстве случаев, случись с ними что, пассажиры общались онлайн с клиентоориентированным ИИ компании перевозчика — так сказать «не отходя от кассы», давно уже всем так было и быстрее, и удобнее, чем с живыми людьми. Это ситуация была типичной и в аэропортах, и на железнодорожных вокзалах, и вообще для любого бизнеса в сфере перевозок пассажиров. Но по-настоящему крупные компании, всё же сохраняли в службе поддержки и энное количество живых людей. Так, на всякий случай, и для престижа. Предъявляя высокие требования к внешности своих сотрудников.

Аэропорт Хитроу давно был и оставался теперь самым большим в Европе. Но этого ему было мало. Он был не только большим, но и многопрофильным предприятием, давно уже вышедшим за рамки авиаперевозок. На его обширной территории располагались: сто тридцать магазинов, десятки ресторанов и кафе, парикмахерские, сауны, несколько огромных спорткомплексов, две больницы. Давно уже работали гостиницы готовые разместить тысячи гостей. В просторных залах и анфиладах аэропорта регулярно устраивались всевозможные выставки, проходили показы моды.

Но было и другое. Люди среди пассажиров, и тех жителей Лондона, что каждый день бывали в аэропорту по своим делам, попадались разные. В том числе и ярые противники любой техники. Так называемые — робофобы, технофобы, или же те, кому просто перевалило за восемьдесят лет. Несмотря на то, что техника давно уже во многом заменила собой человека, оставались люди, которым трудно было поверить в безопасность на борту самолёта, если там не было пилота-человека. Случалось, что кто-то из пассажиров впадал в истерики перед вылетом или даже уже сидя в самолёте — им было страшно лететь. Куда таким… в таком состоянии ещё и общаться с бездушным искусственным интеллектом. Вот тут-то на помощь и приходили живые сотрудники службы поддержки аэропорта, да бы поговорить-успокоить, поддержать или ещё как разрешить сложившуюся ситуацию — оформить возврат средств или перенести вылет на другую дату, как вариант.

Работать неполный день по деньгам выходило не слишком прибыльно, но в будущем, если ничего не случится, девушки могли рассчитывать на перспективу карьерного роста в этой крупной компании. А пока сёстры Дансон, как и многие их сверстники, нашли для себя дополнительный заработок — во сне они играли в игры глубокого погружения. Попробовав несколько игр, сёстры остановили свой выбор на Эйрене, став воинами — ВэлДан и ШатДан. Заработок был не столь высок как им, как всем игрокам, хотелось бы, но прилично выручал, — аренда квартиры близ аэропорта была довольно высока.

До поры до времени игровой процесс Вэл и Шат не отличался большой оригинальностью. Звёзд с неба они не хватали, но упорство и труд при занудной прокачке и при однообразном крафте делали своё дело, — спорт всё же сильно дисциплинирует в этом плане. Пару раз сестры присоединялись к небольшим группам для выполнения сложных заданий и участия в ивентах. Но то ли разница менталитетов мешала им сработаться с командами, или не слишком выраженная эмоциональность, характерная молчаливость, может ещё что, но надолго девушки ни с кем не задерживались. Предпочитая качаться по-своему, только своей слаженной пати. Большие кланы сулили стабильность, и меж тем ограничивали игроков, а главное, требовали ежедневно отчислять в казну клана часть всего заработанного, и часто указывали своим сокланам где именно им нужно поработать сегодня. Девушки достаточно разбирались в таких вопросах, и не спешили вступать в кланы без серьёзных козырей, но и не исключали такой возможности совсем.

И вот, как-то раз, выполняя очередное стандартное задание, девушки нарвались на большие неприятности — конкурирующую группу. Точнее, не совсем так…

Всё началось с того, что сестрам немножечко повезло. Завалив как-то босса одного подземелья им в награду достались уникальные доспехи для воина. Именно за этим призом и охотились все игроки, идущие в данное подземелье. Но везло немногим. Шанс выпадения доспехов напрямую зависел от количества игроков в команде, уровня сложности прохождения подземелья и от времени прохождения. Сложность уровня игрок или игроки для себя сами выбирали. Соответственно, чем меньше игроков в команде, лучше время, и чем сложнее уровень — всё это система учитывала и высчитывала, тем выше шанс получить приз. Сестёр было двое, и в паре они хорошо справлялись со сложными задачами. А тех… других было восемь, отсюда и все их неудачи. Кроме того, если кому-то доспех уже выпал, то вероятность того, что следующему так же повезёт сводилась к нулю. А близнецы, имея одинаковую прокачку перса, предпочитали и экипировку иметь одинаковую. Так что и доспехов им требовалось две штуки. И девушки своё получили. Потому что не ленились и убивали босса по десять раз на дню. Такие умные, точнее уж упёртые, они были не одни. В то подземелье очередь на убийство босса стояла. Почему одна команда игроков сочла себя обделённой, было совершенно не понятно. Ещё менее понятным было то, почему они набросились именно на ВэлДан и ШатДан. Может потому, что чаще других игроков видели их рядом с тем подземельем? Позавидовали? А может просто решили, что напасть на сестер проще всего. Или всему виной случай, — Вэл разок огрызнулась в ответ на подколку кого-то из той команды. Сейчас уже не выяснить. Но те напали, обиженно вопя:

— Вот сейчас и проверим, так ли хороши эти доспехи, а то может зря мы тут время теряем!

Взбесившихся игроков не остановил даже статус агра, полученный ими после атаки на сестёр. Но девушки, не будь дурами, сразу же привязали ценную экипировку к себе, и сколько их не убивай, а всё равно ничего не получишь. Это привело неадекватных игроков в ещё большую ярость, и они объявили настоящую войну сёстрам. Не пожалели золота и подключили к травле каких-то своих знакомых. В итоге бедных девушек загнали в локацию с дурной славой. «Чащу смерти». Не пользующуюся у игроков популярностью, из-за скудности доступных ресурсов и монстров. Там в основном ремесленники собирали ингредиенты для прокачки проф. А монстры все были исключительно уровня — »The big boss». Вот там-то сестёр и заперли. Во всех остальных местах их убивали, а в чаще нет.

Вэл и Шат повздыхали о несправедливости такой блокады, но это их не подкосило. Никакая блокада или охота на игроков в игре не длится вечно, рано или поздно всё всем либо надоедает, либо заканчиваются средства. А девушкам некуда было спешить. Они заняли выжидательную позицию и тупо качались, — какая разница где этим заниматься. Прокачка шла туга. Требовалось и время, и деньги — их регулярно убивали местные монстры, и приходилось выкупать свои вещи, но упорство вознаграждается… по крайней мере в играх. И вот как раз орудую лопатами — раскапывая, как казалось сёстрам, обычный котлован, они отрыли вход в подземелье: «Затерянный храм богини», — оп-па, джекпот!

Прохождение подземелья заняло много времени, но оттуда девушки вышли уже совсем другими персонажами. Оставалось решить, что теперь со всем этим делать. Для начала, используя свои новые способности, сестры покинули локацию с грацией Горного льва, без труда разгромив тех агров, что неосторожно увязались за ними. Добрались до Города Трёх лун, и засели в уютном ресторанчике, желая в камерной обстановке отметить успех и обсудить дальнейшие перспективы, и… Тут-то судьба и свела их с одной беспокойной личностью.

По началу сёстры не оценили Ларину по достоинству. Но заинтересовались ею. Уж больно забавная сцена разыгралась перед ними. А когда Ларина спустя какое-то время вновь объявилась, приняли её предложение о сотрудничестве. Правда, не рассчитывая на то, что это самое сотрудничество продлиться достаточно долго. Однако, как казалось, наспех сформированная команда, раз за разом добивалась результата. За весьма непродолжительное время игры в такой команде, девушки заработали столько же, сколько за всё время их самостоятельной работы. Если не больше. И речь шла не только про деньги, но в расчёт брались: и эмоции, и шмот, и прогресс с их эпическим заданием.

Тем не менее, что-то всё же мешало девушкам сделать однозначные выводы о целесообразности дальнейшего сотрудничества с такой… нестабильной, что ли, на первый взгляд, командой. Хотя, вероятнее всего, девушки слишком привыкли полностью полагаться лишь друг на друга, и другим людям доверяли не вполне, — собственно это и стало основной претензией к ним девочек из баскетбольной команды. Впрочем, сёстры не торопили событий, предпочитая присматриваться к новым подружкам, каждая из которых была по-своему… на голову… уникальна. Но это-то и вызывало опасения. Процесс игры предсказуемостью не отличался — это, во-первых. А во-вторых, «приз» или «призы». Награда чаще вызывала больше вопросов, чем давала ответов.

А меж тем, логика у событий была. ИИ иначе функционировать не смог бы. Вот только игроки никак не могли эту самую логику увидеть, в виду отсутствия такого желания, прежде всего. Каждая думала о себе и за себя, а остальных и остальное в расчёт не брали. Девчонки — и этим всё сказано.

Глава 14

«Какая прелесть», — выдохнула я. С большим облегчением наблюдая как игроки, что минуту назад зачарованно пялились на сцену, очнулись, осознали творящийся беспредел, и теперь активно объясняли фрактальным на сколько те сейчас не правы. Объясняли свою гражданскую позицию игроки преимущественно кулаками, кто-то ногами, а главное, целились преимущественно в лицо своим оппонентам. А некоторые ещё и голосом добавляли, если вдруг кто не понял за что их дубасят:

-Да вы, твари! Да вы знаете кто я?! Да я на вас весь свой клан натравлю! Всех агров этой игры натравлю! Разрабов! Своих адвокатов! ВСЕХ НАТРАВЛЮ! Вы у меня землю жрать будете, су…! — невероятно обиженно орал гном, в цивильных крафтовых доспехах. И совсем по-детски чуть не плача от обиды, как тряпочку, в исступлении без каких-либо видимых усилий возил лицом по полу задохлика из «менеджеров», не давая тому и рта раскрыть.

Забавно было слышать и то, как какой-то здоровенный чувак одетый в леопардовую шкуру — а-ля вождь племени Зулусов, зло распинался:

— Теперь ходи и оглядывайся! Я же тебя в покои не оставлю! — и весьма активно гонялся за мистером Лучианом по сцене.

Как бы этот чувак, в пятнистом «купальнике», членом тайного общества — «Леопарда», не оказался.

Ой, чёй-то я совсем не о том думаю…

Короче, когда я вернулась в реальный виртуальный мир, вокруг все дрались со всеми. Все друг другу хамили, угрожали, и друг дружку материли на чём свет стоит. Если честно, будь я на месте фрактальных, обязательно испугалась бы. Такое устроить! Может кто-то из игроков и проглотит обиду, но другие-то точно нет, — скандал обеспечен, и это по меньшей мере. По идее, хай на всю ойкумену подняться, должен, нет? Меня вот, давным-давно это было — почти месяцев пять тому назад, считай ни за что, чуть было остракизму не подвергли, а тут дела по серьёзней будут. Вот только «менеджеры» почему-то совсем не выглядели напуганными. Вместо паники у большинства были на редкость флегматичные рожи, как у карманника Кирпича: «…нет у вас методов против Кости Сапрыкина». Словно всё это им не впервой. В ответ на все угрозы фрактальные лишь ехидно огрызались. И выдавали всякие кислотные фразы:

— Ага-ага, боюсь-боюсь. Видали мы таких. Мы тут и покруче видали! Ишь ты, глиста с самомнением!

Или вот перл:

— А то ты не знал куда шёл?! Халявы тебе захотелось! Так лопайте теперь, сударь, не обляпайтесь.

И вот тоже забавное:

— Не тебе мелкоуровневый нам тут пукалкай своею угрожать!

И:

— Кому ты тут нужен со своим выводком! Заплати за шоу и вали на все четыре стороны! Тебя никто ни за что не удерживает!

А этот их господин Лучиано… Тот и вовсе развлекался. Он бегала по сцене от кучи разъярённых игроков, у которых от бешенства чуть ли пена изо рта не шла. Без проблем уворачивался от сыплющихся на него со всех сторон ударов, и разного хлама, — ему бы ещё книжечку в руки взять, и почитывать её на бегу. Он спокойно так, чуть ли не насмешливо, продолжал говорить, как ни в чём не бывало:

— Честное слово, я совершенно не понимаю, чем же вызванная эта ваша агрессия в мой адрес? Не я же тут всё взорвал. Это был теракт… форс мажор…

— Я тебе сейчас покажу и форс, и мажор! — вопил какой-то долговязый эльф.

— Ишь чего придумали, козлы не бритые! — вторила эльфу безымянная магичка с длинной палкой в руках.

— Хорошо устроились! В натуре рассчитываете на то, что вас тут никто не достанет?! Как бы не так! — угрожал Лучиано третий пацан в некоем подобии военного камуфляжа и в красном шарфике, скрывающим половину его лица. И очень старался хотя бы пнуть ловко уклоняющегося от этих пинков придурка в попугайском прикиде.

— Почему не бритые? Я брился. Не пинайтесь, молодой человек. Да говорю же вам — дуракам, ЭТО БЫЛ ТЕРАКТ! — не иначе как издевался над нами всеми этот господин Лучиано.

— Ты кого тут «дураками» обозвал, сволочь! — орал ему в ответ не стройный хор возмущённых до глубины души голосов.

Ну, так-то… Теракт не теракт, но бабахнула я и в самом деле славно: зал разнесло, но не до конца… точнее, место взрыва выглядело ненатурально. Чистенько как-то, что ли. Ни тебе пятен копоти, ни больших кусков или наоборот очень мелких щепочек, или ещё чего-то такого. Кресло, что находилось за моей спиной, например, выглядело как новенькое. Но, когда я его легонько лягнула оно развалилось на аккуратные кубики, — такие вот они условности игры. Единицы прочности никто не отменял.

Зал выглядел так, словно был слеплен из кирпичиков Лего, но половина моделек развалилась, или их ещё попросту не собрали как надо. Устроенный мною взрыв оказывается был направленным и от того места где я стояла к сцене шла всё расширяющаяся полоса разрухи. Игроков что сидели впереди меня как корова языком слизала: не иначе как отправились на перерождение, — интересно, где тут возрождаются, или уже не в этой локации? А выжившие сейчас дрались с фрактальными. Таких оказалось не так уж и мало… Фига у людей защита прокачена! Учитывая, что у них не было времени на подготовку к взрыву. Чувствую себя неполноценной, впрочем, у меня есть колечко «Феникса» — подарочек Юлиной мамы, тоже имба, между прочим. А еще есть колечко Халмаса и Морона… Везёт мне что-то на кольца, да.

Но вот что порадовало меня на самом деле так это то, что нигде не было видно тех троих упырей…

«Славная» троица, что ещё недавно перед нами тут выступала, и мозги пудрила… как их там… ну, «красавчик», «леди-панк» и «а-ля Жаклин Кеннеди». Это ведь они пытались меня прессовать. И потому стояли ближе всех… Невольно я разулыбалась. Надеюсь, что их разорвало как следует. Плохо, если выясниться что они попросту от меня сбежали.

Настоящей же загадкой оставался вопрос: почему игроки оружием своим не пользуются? Все дерутся в рукопашную. Не поняла, это у народа прикол такой, что ли? Или от избытка чувств все забыли, как это надо делать?

Впрочем, сейчас это не так важно. А важно — побыстрее найти дверь и слинять отсе́дова как можно дальше. Вот только… Где дверь-то? Непонятно как-то куда они её дели: замаскировали что ли, или замуровали?

— Сдохни! — завопила мне прямо в ухо какая-то пигалица из «менеджеров».

Мне на спину запрыгнула какая-то ненормальная. Упс… что-то я расслабилась.

— Я тебя запомнила! — заверещала эта контуженная, и, кажется, попыталась меня задушить. По видимости, напрочь забыв, что мы в игре, и что тут такое не прокатит.

«Конту́женная», и впрямь, была конту́женной. Потому, видно, и тормозила сильно, — характеристики её перса прилично резались. Но при том вела она себя как бешенная! В самом плохом смысле этого слова. Как больная… хворая на голову, понимаете о чём я. И это не только тут в игре, а судя по всему, она и по жизни такая вот чокнутая. Как сектант, который хоть и понимает, что с ним поступают плохо, — заставляют так же поступать с другими, но смирившись эта жертва обмана приспособилась так существовать и вжилась в отведённую роль — «ты часть команды — часть корабля». И тут, кто-то такой приходит, и всё портит. Картинка мира рушится! Сектанту радоваться бы, что всё закончилось, а он этого принять уже не может — мозги, у бедолаги, закоротило. У кого-то это проходит быстро, у кого-то небыстро, а кто-то так и остаётся со свёрнутым набекрень разумом.

Я поначалу испугалась от такого наезда, — не ожидала увидеть психов ещё и вирте; мало их в реале что ли, — так теперь они и тут объявились. И что дальше: бомжи, попрошайки… Но потом я успокоилась; люди, они везде такие… люди, одним словом.

— Да пошла ты, совсем чокнулась! — высказалась я. Одним махом отодрала от себя эту ненормальную, и вмазала ей своим «Двойным комбо» — крит — «Аста ла виста бэби».

Ко мне резво бежал ещё с десяток фрактальных, — я взяла на изготовку и приготовилась встречать противника. Гады притормозили, увидев, как рядом со мной, бок о бок, выстроились и другие обманутые ими игроки, решительно настроенные мстить. И вот что интересно: притормозить-то «менеджеры», конечно, притормозили, но не остановились, и добежали-таки до наших рядов. Не понятно только на что рассчитывали эти самоубийцы.

Свалка вышла знатная. Прям, как в старые «добрые» Девяностые — стенка на стенку! Я такое только в кино видела. А мне даже понравилось…

Через полчасика всё было кончено. Фрактальных мы всех перебили… во всяком случае тех, кто сам не сбежал, вроде того же господина Лучиано, который куда-то испарился. Но главная проблема так и не решилась. Никто не понимал, как выбраться из проклятого конференц-зала, у которого напрочь отсутствовали и двери, и окна, и даже воздуховодов не имелось — за ненадобностью.

Выжившие игроки, разбрелись по залу, и ощупывали стены. Зачем мы это делали, понимая, что ничем это нам не поможет, я не знаю, — честно. Видимо, нам нужно было хоть что-то делать. Маскировали растерянность за инициативой, надеясь, что найдётся умник, который сможет… найдёт, и подскажет где он — выход. Некоторые, кстати, и впрямь пытались рассуждать:

— Может можно проломить стены, — взорвать их чем? — предложила магичка, простукивающая стены своим магическим посохом.

— И куда ты попадёшь? — ответил ей гном, усевшийся в уцелевшее кресло, и подпирающий подбородок кулачищем.

— Не знаю? — нахмурилась девушка.

— Ну вот и всё! — гордо выпятил гном нижнюю челюсть. И начал нас «тёмных», в смысле знаний, а не фракций, просвещать:

— Это же не стена, как стена. Стены нет — есть кусок кода… Точнее не так, стена есть, а вот за стеной сейчас ничего нет — цифровая пустота — вакуум. Стена — это телепорт, по сути. Если не ввести координаты куда нам надо, то эта штука даже работать не начнёт. — и видя усиленную работу нашей мысли резко закруглился: — Короче, без ключа дверь не откроется. Ключ нужен! У кого-нибудь есть ключ?!

Думаю, это он так прикалывался. Остальные игроки разом скорчили кислые рожи, на которых так и читалось; — «хохмач, мля…». А я вот не скорчила… Потому что заветный ключ у меня и в самом деле был. Причём от всех дверей. При чём при себе.

Я застыла, и теперь уже у меня был философски-задумчивый взгляд, как у карманника, пойманного с поличным, которого вот-вот начнут бить всем миром.

Светить перед незнакомыми игроками такую цацку, как «Кулон-ключ Морона» мне категорически не хотелось — это так себе идея — плохая это идея, говоря откровенно. Вот только, а какие у меня… у нас всех тут ещё варианты есть? Мы и так, вроде как, уже всё перепробовали. Я и умение «Сквозь все преграды» юзать пробовала, и способности «Проводника» задействовать пыталась, но ничего из этого не работало. Как и говорил гном нас не просто в каком-то помещении замуровали, за которыми есть весь прочий мир, нас считай в космической пустоте подвесили и ничего за этими стенами нет. И не появится, пока мы, или кто-то другой, не зададим конфигурацию… не введём код доступа.

Вот чёрт, кто бы знал, как мне было стрёмно. Но я, стесняясь и робея, как первоклашка, подняла-таки свою лапку вверх:

— Если любой ключ подойдёт, то я могу попробовать…

И когда на меня уставилось десятка три-четыре горящих сомнением и подозрением пар глаз резко затараторила:

— Предупреждаю сразу, что за результат я не ручаюсь! Чего делать не знаю, так как раньше не приходилось ничего такого делать, так что опыта у меня нет, и потому претензии не принимаются, если что! Понятно вам?!

Народ безмолвствовал, пытаясь сообразить, что всё это значит. Значит ли это что я — засланный казачок, и всё это время я могла отсюда выйти? А если могла то, почему не поступила так раньше? Что всё это значит?

Я прям на лбу игроков это читала и без всяких подсказок. Наконец, махнула на всё это… если так рассуждать и всего опасаться мы отсюда никогда не выберемся. А это сейчас самое главное. А там каждый пойдёт своей дорогой, и, Бог даст, никогда больше не встретимся — Эйрен большая игра. И да, не думаю, что собравшиеся захотят много болтать о том, что тут произошло — иначе придётся рассказать, как нас всех тут на бабки развести пытались, и чуть было не развели. А лохом никто выглядеть не захочет, я думаю. Я вот не хочу…

Словом, я тряхнула головой, отгоняя излишки трусливых мыслей и направилась к тому месту где последний раз видела дверь. Я рассудила так: если дверь была там раньше, значит, что бы не сделали, не изменили в помещении фрактальные они это сделали именно там. Что я собиралась делать точно не знаю, надеялась, что система даст подсказку — это же так, по идее, и работает, нет?

Я подошла к стене и на сей раз приложила к ней ладонь не просто так, а с чётким намерением задействовать кулон-ключ. И всё сработало! Система считала из моего мозга целеуказание или может намерение, и на моём интерфейсе открылось окно имеющихся характеристик и действий данного артефакта.

«Ключ Морона — эпический артефакт. Часть ½ сета Тайные тропы. Артефакт позволяет открыть любые проходы в мире Эйрен. Исключения: хранилища, дома, замки и прочая частная собственность других игроков. Для активации ключа требуется: экипировать ключ, заплатить администрации за активацию услуги. Стоимость в каждом случае индивидуальна. Хотите активировать ключ — да/нет?»

Я сглотнула. В принципе хорошо сделано — сам ключик светить не придётся. Но мне не понравилось условие с оплатой… знаю я эти их расценки. Можно, конечно, попросить всех присутствующих скинуться, а не устраивать аттракцион невиданной щедрости — это ведь всех запертых тут касается. И я попыталась представить себе, какими словами… и вообще, как это будет выглядеть со стороны. Решат, небось, что я меркантильная до мозга костей, и готова обобрать любого даже в такой ситуации. Можно, конечно, рассказать, что так требуется для активации… Но тогда я выдам часть важной информации об артефакте. А тут не такие уж дурочки собрались.

…Что делать?

…Рискнуть или нет?

Если дело только в золоте, то денег мне было жалко. Но я понимала, что это дело наживное, а вот спокойствие нервной системы не купишь.

И я решила не рисковать нервными клетками и всё сделать самой и пусть думают, что хотят.

«Активировать ключ»

«Доступны следующие координаты…»

«Открыть дверь»

«Чпок», а вот и она — дверка. И ведёт она прямиком в главный коридор. В тот тоннель, в котором я оказалась, когда мы только попали в эту локацию. Короче я вернулась к самой первой зафиксированной в этой локации точке. Я вышла, можно сказать, на свежий воздух, стараясь успокоить беснующегося от возмущения своего внутреннего хомяка — нет ну это просто обдираловка какая-то! Ну и все остальные игроки за мной того… они тоже вышли из мышеловки.

Забавно то, что вышли мы из глухой стены, дверной проём был виден только с той стороны, а с этой ничего не было. Вокруг по-прежнему сновал народ и никого наше появление из стенки, кажется, не волновало.

Всё, пора искать своих!

Я сверилась картой, нашла на ней координаты Маринки и направилась прямиком к ней. Не знаю, чем она там занимается, но когда найду, я ей выскажу всё что о ней думаю!

Глава 15

Я в шоке. Это вот всё… оно как, вообще, получилось? Я даже не знаю с какой стороны начинать думать, чтоб представить. Что с чем сошлось, и вот в это вылилось?

Я не на шутку взволновалась, наблюдая за тем, как каких-то два долговязых муда… игрока пытаются затолкать спелёнатую как лялька Маринку в свежевырытую ими могилку. Та брыкалась, и несмотря на кляп во рту пыталась возмущаться. Гусеничкой резво уползала от своих мучителей. А те в свою очередь… Ну, во-первых, они были на какой-то своей волне: вели непринуждённый разговор между собой, практически не обращая никакого внимания на Маринку, и на нас, кстати. А, во-вторых… Хотя, «во-вторых» излишне, тут и первого более чем достаточно. Полные возмущения огромные эльфийские глазюки моей подруги красноречиво выражали её несогласие с творящимся беспределом.

Даже не знаю с чего начать…

Уже подходя к этому месту, выглядящему как тематический парк ужасов, меня несколько насторожила экстравагантная вывеска над входом — «Ферма трупов». Я ещё тогда подумала: как Маринку сюда занесло, а главное — зачем ей? Теперь вот это… Вопросиков прибавилось, только задать их затруднительно, и не понятно кого и о чём спрашивать.

За спиной, надо думать, в таком же шоке, как и я, стояло десятка четыре увязавшихся за мной игроков. Думаю, большинство уже сожалело о своём опрометчивом поступке. Дело в том, что мне так и не удалось слинять от них по-тихому, как я на то надеялась. Оказавшись в главном «коридоре» и не зная, что сказать в упор таращившимся на меня незнакомым игрокам я выдавила из себя нечто мало информативное:

— Ну… я… мы… вы это тут… короче, вы меня поняли… Мне туда надо. Я пошла, в общем, всем пока.

Народ никак не отреагировал на это всё, от слова — вообще. Просто стояли и смотрели на меня.

Я пожала плечами, развернулась, сверилась с картой и отправилась на поиски Маринки — она, судя по отметке, была ко мне ближе всех. Вот только игроки, среди которых были: и тот самый гном в цивильном доспехе, и мужик в пятнистом купальнике, и магичка с посохом, вот они все зачем-то пошли за мной.

По началу, я надеялась, что нам просто по пути. Если верить карте, то локация Регнум Теневосум представляла собой классический одноуровневый лабиринт, состоящий из проходных «общих коридоров» и тупиковых «частных комнат». «Комнаты», судя по всему, сдаются игрокам под разные нужды: офисы, склады, тренировочные базы, торговые площадки, мастерские и так далее… ну, совсем как помещения в бизнес-центре. И каждый может делать с выкупленным им местом всё что хочет, задавая параметры как внешнего вида «комнаты», так и действующих там функций. Размеры «проходов», и «тупиков» варьировались от нескольких квадратных метров, до пары квадратных километров — только плати. И я надеялась, что преследующий меня народ сам собою рассосётся в этом лабиринте. И некоторые персонажи действительно куда-то испарились — может из игры вышли, не знаю. Толпа определённо становилась поменьше. Но оставшиеся игроки, упорно чапали за мной. При чём в полном молчании… При чём с таким маниакальным упорством… Да ещё и с такими красноречивыми взглядами… Мне было реально страшно спрашивать у моих преследователей — «в чём собственно дело, что вам всем надо, товарищи»? Я прям чувствовала: сейчас заговоришь, привяжутся, потом не отмахаешься. Я решила держаться до последнего, делая вид, что меня ничего не смущает.

Так мы и топали: я впереди всё ускоряя шаг, народ за мной чуть позади, но не отставая. Лица у всех суровые, шаг сосредоточенный, взгляд упорно смотрит в светлое будущее… Посмотри со стороны, не дать не взять, забастовка профсоюза игроков, только плакатов не хватает: «Даёшь фан!», «Верните наши деньги!». Вот таким бодрым макаром мы, можно сказать, добежали до пункта назначения, больше смахивающего на погост. И тут ТАКОЕ… Марину заживо хоронят!

Спрашивается, какими-такими ураганами подругу занесло в такое место? Сама она сюда притопала, или её принесли? Не припоминаю за ней подобного интереса. Вот если б тут оказалась Бэль я не удивилась бы, вот честно.

Стоило так подумать, и воображение тут же нарисовало сочную картинку следующего содержания: наша мелкая магичка в своей огромной шляпе сосредоточенно бродит тут среди могилок и деревьев, в сумерках под полной луною, и с лопатой на перевес… Откуда тут луна? Зачем луна? Кто придумал этот антураж?

Видно от переизбытка впечатлений у меня не только мозг потерялся, но и язык отнялся. Я там так и стояла, таращась на Маринку. И могла заниматься этим ещё долго, но помощь пришла откуда я не ждала.

— Фига, это что такое? — первым заговорил гном.

— Вам всем чего тут надо? — ответил ему один из долговязых могильщиков.

Надо же, могильщики нас заметили… не прошло и года.

Не могу не отметить, что мужики выглядели колоритно. Один, такое впечатление, что задался целью вытянуться в высоту по максимуму, как фонарный столб. Мало того, что он сам был длинный как жердь, — наверно чуть ли не раза в два меня выше, так ещё и в длинном же, явно старомодном, чёрном фраке — это где спереди коротко, а сзади длинно. В непропорционально длинном чёрном же цилиндре, но белых… белоснежных перчатках, и довольно обтягивающих штанах в бело-чёрную полоску. И в лаковых, блестящих штиблетах, какие я видела в фильме про Аль Капоне. Физиономию долговязый имел скуластую и жуть какую бледную, даже ближе к сероватой. К тому же узкую и вытянутую с впалыми щеками. Зубы у него были треугольные. От чего, по всей видимости, рот полностью не закрывался. Казалось он скалится всё время. Глаза были с вертикальными зрачками, и жёлтые, как у рептилии — интересно, что это за раса такая? Никогда не видела раньше ничего подобного. Или просто внешность такую сгенерировал в редакторе, — видела такую возможность при создании перса. Дорого, поди, такое преображение чуваку стоило?

Его напарник, тоже отличился, но в своём роде. Тоже был сильно вытянутым в высоту товарищем, и ужас просто каким тощим. Волосы отрастил аж до пояса. Был то ли платиновым блондином, то ли косил под альбиноса. Носил шляпу — круглый английский котелок. А одет был в длинную, аж до пят, чёрную сутану католического священника, хорошо хоть без колоратки и чёток. И, до кучи, обулся в классические такие, армейские ботинки. Ну, хоть глаза имел вполне человеческие… правда, правый казался больше левого, и был ярко зелёный, — на мой «Дурной глаз», не кстати был похож. А почему только один? Разве что… в левый, чёрный глаз у него что-то другое вмонтировано. Этот тип странно щурился. Смотрелось страшновато: он широко открывал свой зелёный глаз и сильно суживал чёрный. На его мертвенно бледном лице выделялся здоровенный рот с тонюсенькими чёрными губами, как говорится — от уха до уха. И рот этот кривился…

Когда эта парочка приблизилась ко мне, — я же, как дура, впереди всех там стояла, и склонилась надомной, изогнувшись в некоем подобии вопроса, как две березы, мне пришлось сильно задрать голову вверх. На лицах колоритной парочки, отразились эмоции… Я затрудняюсь в подборе слов, что б описать: пренебрежение, превосходство, энтомологический интерес, равнодушие палача, готовность прибить на месте мелкое насекомое — меня. Признаюсь, я оцепенела, как кролик перед парой удавов. Эти игроки, как никто ранее, напоминали мне реальных монстров, а никаких не игроков.

Из ступора меня вывела Маринка. Она начала извиваться так энергично, что казалось она бьётся о землю в диком эпилептическом припадке, как огромная рыбина, выброшенная из воды на берег. И при этом издавала столь громкое и возмущённое мычание, что мы все невольно на неё уставились.

— Ты чего? — поинтересовался у подруги тот что был в сутане священника.

— Сказать что-то пытается. Кляп мешает. — намекнула я, но подбежать к подруге не решилась.

На меня посмотрели с сомнением. Потом долговязые переглянулись между собой, и тот что во фраке подошёл к Маринке, наклонился и освободил ей рот от кляпа.

В туже секунду нас всех оглушил переполненный праведным гневом Маринкин вопль:

— УРОДЫ! ГАДЫ ПОЛЗУЧИЕ! СКОТЫ БЕЗРОГИЕ! УМПОТЕНТЫ ПОТАСКАННЫЕ! ДА Я ВАС ЗАСУЖУ ЗА ЭТО!

Вот это да! Батюшки, что тут у них творится?

— Кого? Нас, их, или её? — поинтересовался у Маринки долговязый в цилиндре.

Маринка на мгновение замерла, судя по всему, офигивая. А потом разразилась нечленораздельной бранью, ни к кому из нас конкретно уже не обращаясь, а так… катаясь по земле. Ух, ё-ё-ё-ё… да у неё реально истерика. Никогда такой её ещё не видела.

Что делать в сложившейся ситуации я никак не могла сообразить. Есть за мной такой косяк — при свидетелях в неожиданных ситуациях я сильно пасую.

По-хорошему, подругу надо было выручать, конечно же. Но как прикажите это сделать? Схватить в охапку эту «гусеницу» и бежать? Сил-то хватит, но… Так ведь догонят, нет? Или может пульнуть этим долговязым чем-нибудь в спину, и только потом хватать и бежать…

— А что это у нас тут такой аншлаг? Вы все — кто такие, что тут забыли, и почему без спроса находитесь на нашей территории? — прервал мои размышления чей-то властный голос.

Мы все обернулись, а Маринка замерла и перестала орать. К нам быстрым шагом направлялся ещё один игрок. Тоже совсем не низенький товарищ, хоть и не такой как та парочка могильщиков. Информация, как и у всех в этой локации, вся скрыта, но, если судить чисто по виду, наш новенький — маг. Прикинут в длинное и чёрное… то ли роба, то ли туника, — не помню точно, как такая одежда жителей пустыни называется. И лицо замотано. Мужик напоминал мне бедуина, и при том выглядел как-то знакомо… Где-то я уже видела такой прикид. При чём именно тут — в игре, естественно, не в реале же.

Пока я ломала мозг заговорил один из могильщиков:

— Да вот Сэм сам зацени: работали, никого не трогали, а тут к нам целая толпа завалилась, и чего хотят не понятно. — сказал тип в котелке.

— Какого хрена?! — взвыла пароходной сиреной моя Маринка, привлекая всеобщее внимание к своей персоне.

— Какого хрена, я вас спрашиваю?! Что вы себе позволяете, гады?!

— Как что? Ты же сама к нам пришла, сама изъявила желание… — по рекомендации, старого друга нашего клана, и попросила об одолжении. Так чего тебе не нравится? — ответил подруге тип в робе.

— Я на это не подписывалась! — завизжала Маринка дурниной. — Я просила рассказать мне, как можно стать сильнее и всё! Увеличить характеристики и так далее!

— Правильно. Вот нас настоятельно и просили оказать тебе услугу, — зачем рассказывать, если можно просто сделать. Разговорами сыт не будешь — слова тебе в этом деле никак не помогут. Сам рецепт ни разу не тайна его и так все знают, а вот воплощение дело другое. Тем более, что с нами связались, и попросили посодействовать, так сказать.

— Что сделать?! На хрена́ вы меня связали?! И на кладбище живьём закапываете?! — возмущённый визг Маринки перешёл в ультразвук.

— Так ведь… так это у нас и делается. Что бы ни хрена не делая увеличить все характеристики более чем в два раза и приобрести новые скилы и прочее надо всего-то сменить либо расу, либо тип перса. Желательно на что-то экзотическое и редкое. Например, стать «нежитью». Этим мы тут и занимаемся. За тебя, детка, попросили серьёзные люди, так что сделаем бесплатно, а остальным… — тут этот мужик посмотрел в нашу сторону.

— …только за очень большие деньги. Что тут не понятного. — спокойно произнёс этот жуткий Сэм. Как будто действительно ничего такого в том не видел. Маринка лишилась дара речи, от такой подставы. Интересно, это кто же подложил подруге такую вот свинью?

Так значит эти типы — нежить, вот в чём дело. Игрок отыгрывающий за нежить. Такого я, пожалуй, точно не ожидала увидеть.

— А что так можно что ли? — поинтересовалась я, внезапно успокаиваясь — накатило на меня дежавю. Сразу возникла новая куча вопросов, и все крайне неприятные, надо заметить

— Слышь, подруга, ты чего задумала-то, а? Мы же вроде договаривались обойтись без экстрима на сей раз? — поинтересовалась я у Маринки, для начала.

Та смутилась и глазки у неё забегали.

— Впрочем, что ты задумала я-таки уже поняла. Я не поняла почему ты не сказала… о своих грандиозных планах мне. Это сюрприз такой был? Не в моём вкусе. — прозвучало, наверное, несколько резковато, и может быть холодно, но мне реально не понравилось.

Я и так догадалась что происходит. Я и раньше замечала за подругой некоторые нюансы характера. Допустим, понимаю почему она мне об этом варианте ничего не сказала, — у всех нас свои слабости есть, и мелкие страстишки, и жалкие амбиции, — от гордыни, или тщеславия там какого, никто из нас не застрахован. Вот так и узнаёшь, что даже самые лучшие друзья — то же люди, человеки… У всех рыльце в пушку — все хотят быть лучшими, крутыми и уникальными. Делится прям всем что на душе есть никто не обязан. И всё же… Вот сейчас обидно было. Не доверяет? Или испугалась чего-то, или может… Даже додумывать не хочу.

— Нет! Это не то! Я же для нашей команды хотела! — Маринка всегда могла прочесть меня как открытую книгу, что и доказала.

— Могла бы просто сказать. Можно подумать я бы прям обиделась, или же кинулась тебя останавливать, или претендовать на что-то стала бы. Наоборот же, подстраховать могла. И такого вот… точно бы не допустила. Тем более мне-то подобное преображение, скорее всего, не светит по определению. У меня выбор рас ограничен, если помнишь.

Реветь мне не хотелось, но, определённо, я обиделась.

— Я не подумала. Прости. Давай обсудим, но не здесь, а потом. — тон Маринки изменился, стал максимально рассудительным. Кажется, кто-то наконец отрезвился.

Я огляделась вокруг. Народу и в самом деле, было многовато, и все внимательнейшим образом грели уши. Я вновь вернулась к насущному вопросу — как выпутываться, точнее, как выпутывать Маринку?

— Что-то ты знакомо выглядишь… где я тебя видел? — неожиданно обратился ко мня игрок в робе. Я скривилась в не ком подобии печальной улыбки.

— Да и ты знакомо выглядишь… Дядя Самуил? Ты ли это?

На удивление, но я вспомнила где и на ком уже видела точно такой же прикид, — в Амазонии, когда пряталась в заброшенном храме. Помнится, тогда лицо этого игрока я особо не разглядела, а вот шмот успела срисовать. Тогда этот Дядя был сто двадцатого уровня, но сейчас явно подрос.

— А-а-а… это ты Серебристая. — заулыбались мне в ответ. — А я-то гляжу лицо уж больно знакомое… — меня холодный пот прошиб.

— Получила наш подарочек, значит. Догадалась, что это было приглашение к переговорам?

Я задумалась: что ещё за подарочек — о чём это он? Хотя, судя по обстановке… покойник что ли?

— Так себе подарочек. Кстати, заберите его…

Я вытащила из инвентаря золотую статую зомби и сняла с неё позолоту. Надо было видеть глаза левых игроков при виде этого зрелища.

К покойнику проявила живейший интерес пара могильщиков.

— Оп-па, манкурт наш вернулся. — радостно пропел тип в несуразном цилиндре, и взявшись за запястье мертвяка, легко поднял того с земли, как куклу. Принялся осматривать со всех сторон.

— Зачем вы мне его подкинули? — сказала я, только для того что бы сказать хоть что-то.

— Как зачем? Надо же было как-то доставить тебе часть карты и кинжал, да бы намекнуть куда тебе надо идти, — а зомби в этом плане удобны: исполнительны и надёжны. Мы их сами тут создаём. Как тебе? — и он обвёл свои владения, как радушный огородник пахотное поле.

— Зачем это мне надо было к вам идти?

— А ты что, реально думаешь, что сама со всеми трудностями и задачами справишься? На этих рассчитываешь? — ткнул Дядя Самуил мне за спину. — Не-а, эти не сдюжат, точно. Кстати, откуда группа поддержки? Ты нас штурмовать собралась что ли?

Я фыркнула. Не говорить же в самом деле где я подцепила всю эту ораву, и что отцепить хвост теперь не могу. Хотя, может они и сами слиняют, подобру-поздорову. Теперь-то…

— А как вы меня вычислили? Я ведь вроде бы не засветилась перед вами тогда. — решила я сменить щекотливую тему.

— Ну, пришлось конечно постараться, подёргать за кое-какие ниточки…

— Ниточки?

— Ага. Вычислили мы тогда для начала всех игроков кто в те дни шарился в той части Амазонии. Вычленили из общей массы всех подозрительных и тех, кто непонятно чем в лесу занимался. — Дядя Самуил ласково на меня так посмотрел и хихикнул.

— Не засветилась говоришь? Затрудняюсь даже сказать кому ты там только не насолила: и аграм каким-то, и кланам, и НПС…

— А НПС-то тут причём? Им-то я что сделала?

— Ну, это как сказать…

— Может не здесь, не при всех же. — развела я руки в стороны в вопросительном жесте.

— Ты права, отскочим, пожалуй, в сторонку. — и этот Сэм махнул в тень неприметных земельных холмиков и скромных надгробий в стиле: «Requiescat in pace».

Пошла, а куда деваться. Раз припёрли к стенке — лучше лясы точить в надежде выкрутиться, чем ввязываться в заведомо проигрышный бой: Маринка обездвижена, а эта толпа увязавшихся игроков… ну, они вряд ли за меня впишутся, а одна я не справлюсь.

Поговорить мы с Сэмом устроились прямёхонько на чьей-то безымянной могилке, в тени живописно раскинувшегося полуживого миндального дерева, коими тут было всё засажено. Я для устойчивости своих позиций, — что б коленки не тряслись, облокотилась на замшелое надгробие.

— Ну, и… — начала я, когда мы, можно сказать, остались наедине с этим мутным типом.

— И? — заулыбался тип.

— Чего надо от меня, надо-то чего?

— Это тебе чего надо? Ты же понимаешь, что это дело тебе не по зубам? В одиночку такие дела не делаются. Но мы люди добрые и щедрые предлагаем сделку. У тебя есть карта… или какая-то её часть, есть ведь… — мы знаем, что есть. А у нас есть люди и ресурсы — так объединимся и поможем друг другу. Заключим контракт — ты продашь нам карту или то что у тебя есть, получишь свои деньги и все довольны, а? Как тебе, хорошая сделка? — начал пудрить мне мозги этот тип.

Придурок! Знал бы ты что у меня на руках уже есть, и кто в моей команде! Внутренне я негодовала. Вот не зря он мне ещё тогда не понравился. Как бы его так послать… что б он оттуда не вернулся. Где этот армагедец носит, когда он так нужен.

Мои руки сами собой сжались в кулаки, губы поджались в куриную попку, Живот втянулся, спина напряглась, глаза засверкали праведным гневом. Я была готова броситься в самоубийственную атаку. Не знаю, чем бы всё это закончилось, но видимо мысль всё же материальна, — особенно тут в глубоком погружении в виртуальную реальность. Земля под нашими ногами — могильный холмик, на котором мы стояли, задрожала и пошла ходуном вверх-вниз, словно там кто-то большой задышал. Я и Дядя Самуил еле-еле успели отскочить в разные стороны. Земля и надгробие провалились вниз, а из образовавшейся в земле дыры к нам выбрался НПС.

Причём знакомый мне НПС.

Тиана сильно изменилась: из маленькой девочки она превратилась в молодую девушку, но я всё равно без труда её узнала. Может из-за мотыльков, что вылетели из разворошённой могилки вместе с экс-богиней. Или же из-за поведения старой знакомой. Манеры у Тианы, скажем прямо, специфические: во рту косяк дымит, взгляд брезгливый, манера речи как у гопника…

— Опять ты? Да как же ты меня находишь-то? Что ты опять устроила? Я так хорошо спала… — начала эта бледная моль стоило ей меня узреть.

— Да вот… — развела я руками, шалея от совпадений, — это как так вышло-то?

— Ты ещё кто? — зло оскалился Дядя Самуил и выхватил из инвентаря нечто вроде хрустального шара, что парил в воздухе.

Походу для местных игроков наличие на их кладбище неучтённых покойников оказалось неприятным открытием. А мне вот понравилось.

Глава 16

На следующий день, после пар, Марина и я решили прогуляться, ноги размять, сходить в кафешку — побаловать себя вкусненьким. Нам было что обсудить…

Подруга была расстроена, может, мандражировала, не знаю. Но страусу уже не уподоблялась, то бишь, не отрицала наличие проблемы как таковой. Большая там у нас проблема или маленькая, серьёзная или выеденного яйца не стоит, из пальца высосана или прям из воздуха свалилась — это всё вопрос десятый. Факт, как говорится, на лицо, или на лице… Вот если б у Маринки всё выгорело, или я не застукала бы её в самый разгар этого фиаско… Ну, тогда дело другое было бы: я ничего не знала, подруга могла интерпретировать события как угодно — я во всё поверила бы, почему нет? А может так даже лучше было бы … Но что есть, то уже случилось.

На самом-то деле, мне не так уж и хотелось устраивать разборки между нами. Если честно, если б такое сработало, я бы сделала вид, что ничего не видела. Но вот осадочек-то… Осадочек остался. Негативный опыт тем и полезен, что даром не проходит. Главная сложность сейчас в чём? В том, что хочешь не хочешь, а если не обсудить всё то, что стряслось вчера, то дальше мы никуда не продвинемся. Вопросиков, что у меня к подруге, что у неё ко мне накопилось многовато: «откуда Маринка взялась в том подозрительном месте?», «кто её туда отправил?», «на кой-ляд ей всё это надо было?», «что у неё в голове творится?», «откуда я выкопала несколько десятков игроков, что теперь активно ломятся в приват?», «что делать в этим Сэмом и его предложением?», «послать его, или не послать?», «а сможем ли послать?», «экс-богиня опять же, в прямом смысле выкопалась, на нашу голову», и так далее и тому подобное. Список можно было продолжать очень и очень долго. Картинка-то складывается красочная, а. И ставки растут как на дрожжах…

Есть о чём поразмышлять.

Для меня Эйрен, как игра ради скромного заработка, началась просто и незатейливо, а во что выливается…

Не думала я что по ходу дела придётся так заморачиваться… причём, не в первый раз такая фигня. Неужели, кошмар повторяется? А всё почему? А потому… человек не в вакууме живёт: ты что-то делаешь, другие делают — результаты действий суммируются и взаимодействуют — следует цепная реакция и результат… «Эффект бабочки» — так кажется это называется. Хотя теперь, когда мне двадцать, а не четырнадцать ситуация выглядит иначе.

Сидя за столиком напротив Маринки я чувствовала себя несколько неловка, — давно такого не ощущала, уже и забыла, как это неприятно. В ВУЗе темы Эйрена мы не касались. Я привычно начала замыкаться в себе — думала, а Марина оптимистично попыталась отрицать наличие проблемы. Но то, что работало в детстве, теперь не прокатило. Напряг повис в воздухе и рассеиваться не собирался, а, как бы, даже наоборот, сильно электризовал этот самый воздух.

Поначалу, я планировала пригласить Маринку к себе, и всё обсудить за «рюмкой» чая, но поразмыслив, предложила погулять. Нейтральная территория была предпочтительнее. Как для подруги, так и для меня. Сдерживающие факторы окружающей среды нам обеим пойдут на пользу. А то знаю я чувствительную Маринкину натуру: она может разреветься, а может и взбе́сится, — как пить дать, наговорит мне всякого, — я, естественно, психану, — и мы поссоримся. Не хотелось бы.

В расположенной на третьем этаже свежевыстроенного ТЦ кафешке, что соседствовала на фуд-корте с новомодной стопроцентной веганской пиццерией и практически классической бургерной, в этот час тусовалось немало народу. В основном молодёжь. Но были тут и мамочки с детьми, и туристы забрели. Сидели какие-то моложавые мужчины в деловых костюмах, заказывающие себе только воду без газа и натуральный чёрный кофе — интересно, кто-такие? В заведение витал приглушённый нечленораздельный гул, напополам с ненавязчивой музыкой. Казалось, нормально поговорить нам тут не дадут. Но мы с Мариной нашли местечко в закутке, образовавшимся аккурат между глухой стенкой, рекламным шкафом и входной стеклянной дверью. За крошечным столиком, который из-за жадности владельцев, судя по всему, дополнительно впихнули впритык к витрине. Не то что б очень удобно, — развернуться тут было негде. Особенно для официантов с подносом, но втиснуться можно. А главное, далеко, как от стойки официантов, так и основной массы столиков, — чувствуешь себя как в аквариуме. Наши заказы уже принесли. Маринка сосредоточенно цедила густой вишнёвый смузи с мякотью и не смотрела мне в глаза. Я медленно сосала с горяча заказанный коктейль фиолетового цвета, с шапкой взбитых сливок, посыпанных съедобными блёстками для красоты, толком не чувствуя его вкуса, и натужно смотрела сквозь стеклянную стенку кафе. Слоняющиеся по фуд-корту люди, в свою очередь, нет-нет, да и пялились на меня в ответ: кто с завистью, кто с недоумением, но чаще, во взгляде прохожих не было ничего: никаких эмоций, или там мыслей каких — счастливчики. А я вот мозг себе ломала. Перебирая в уме правильные фразы, мудрые цитаты, короче, подбирала нужные слова. С чего лучше начать этот разговор, что б и по сути было и до драки не дошло? Какими словами? Что я чувствую… Что я сейчас хочу услышать? Признание, — а в чём именно? Исповедь, — а оно мне надо? Извинения, — точно нет! Как же всё это утомляет. Из этого и состоит взрослая жизнь что ли? Я думала-думала, и не могла в себе разобраться.

— Ну?! Давай же! Скажи мне ЭТО! Я уже привыкла! — первой не выдержала молчания Маринка.

Я оторвалась от коктейля, — что ж, это лучше, чем и дальше сидеть, пыхтеть в тряпочку, зарабатывая психоз и лилия свою меланхолию.

— Что сказать?

— Что я полная дура! Эгоистка! Жадина! Расчётливая тварь! Ещё что?! — Маринка напоминала электродрель.

— Я так не думаю, — ответила я ей.

— А что думаешь?

— Просто думаю… Не знаю, если честно. Мне всё это… ну то самое не очень понравилось, понимаешь? Но ссориться с тобой из-за какой-то там игры я точно не хочу. Мне всё равно… Нет! Мне не всё равно, но я бы поняла, если бы ты мне рассказала. А так я не знаю, что и думать. Ты, конечно, не обязана говорить прям всё. Я тоже в этом смысле не святая… — мои мысли скакали с первого на десятое, как взбесившиеся кузнечики, сформулировать всю эту мою сумбурную мысленную мешанину в правильные, а главное, необидные слова было крайне непросто. Но я старалась.

— Как тебя только угораздило? Ладно я, — я привыкла, и руководствуюсь выстраданным правилом: «что могу — то избегаю, если влипла — то верчусь». И по-другому уже и не смогу, наверное. Но ты-то! Разумный же человек… была… казалась. Профессиональный игрок, а оказывается, что и ты туда же!

— Не наговаривай на меня. Нашла, понимаешь, тут homo sapiens. Разумный… скажешь тоже. Все люди разумны, когда всё хорошо: холодильник полный, и жопка в тепле. А возьми любого за шкирку, да вытащи из привычной ему среды в неизвестность, или организуй стрессовые условия, и куда денется вся твоя разумность… Стечёт в сапоги вместе с адреналином, не иначе. А там будем посмотреть — кто, как, и каким голосом запоёт. Сколько дров переломает, прежде чем приспособиться и начнёт хоть что-то соображать. — решила заболтать меня подруга.

— Ты мне зубы-то не заговаривай. Я тоже на философском факультете учусь, и тоже умею цитировать мемасы, — эти маркеры современности. Ты мне прямо скажи: «кто тебя так подставил?», и главное, «как ему это удалось»?

— Как-как…, а я знаю, как?! Тут ведь дело такое… как с судебным иском: если нет юридического образования и опыта в делах судебных, пока в это не влезешь, толком и не узнаешь, что там и по чём. А опыт только на практике нарабатывается — методом проб и ошибок. А не ошибается только тот, кто ни хрена не делает, предпочитая так и катиться по рельсам в пропасть. Со стороны всем, конечно, виднее, — и ты вроде как дурак, но… Помнишь, как было у Салтыкова-Щедрина в сказке «Премудрый пескарь»?

Я не понимала о чём мне говорят. Маринка явно уходила от прямого ответа.

— В смысле? — отступать я не собиралась.

— Слушай, не сыпь мне соль на рану. Я уже поняла, что лоханулась. — сморщилась Маринка, словно дольку кислейшего лайма куснула. Это признание дало́сь ей с трудом.

— В чём лоханулась, говори ты толком, не тяни резину, легче не будет. Покайся, и тебе самой легче станет. А то я реально не догоняю, что с тобой твориться. В конце концов, я же за тебя беспокоюсь, а не за эту тупую игрушку, чёрт с ней, гори она синем пламенем! — не выдержала я недосказанности.

Маринка запыхтела, уставившись в стол. Было видно, что ей совсем не сладко. Я бы может и не напирала на неё так сильно, но как раз по опыту знаю — лучше сейчас растеребить этот гнойник, раз всё равно уже начали, прижечь перекисью и купировать проблему ещё на этой стадии, чем затягивать и потом всё равно начинать всё сначала.

Я ждала, всем своим видом показывая, что терпение моё бесконечно, как у Сфинкса из Сахары. Что живьём её из этого кафе я не выпущу, пока не расставим все точки над «Ё».

— Колись!

Ну и, в целом, надо думать, подруга раскололась. Хотя я не уверена: чужая душа — потёмки. Но поплыла это точно. Почти расплакалась…

М-да, оказывается, я многого не замечала о жизни своего друга. Тут тебе и какая-то не разделённая любовь вылезла, — так-то впервые об этом услышала, и тёрки в семье, — а я-то думала, что это дело для Маринки привычное и малозначимое, — ошиблась я. А неудачи с этой её командой профи, больше смахивающие на какой-то семейный скандал, и нереализованность потенциала… во всяком случае, сама Марина так думала, банально переполнили чашу человеческого терпения и подруга с горяча и не подумав наломала дров.

— Так… так, ну это я понимаю… допустим… Почему ты мне не сказала… толку от меня может и немного, но выслушать-то могла бы… — продолжить в том же духе я стала, видя, как подруга натурально закипает. Оставила это. Зашла с другого конца:

— И всё же, кто тебя подставил-то? Как ты на «Ферме трупов» оказалась? И что хотела сделать?

— Так вот я же тебе о том и рассказываю! — вскинулась Марина, выдыхая.

— Когда меня ткнули носом в то… что я «тяну всё одеяло» на себя, забывая, что: «один в поле не воин», «есть команда», «выпендриваться надо меньше, а о деле думать больше» и что «свое раздутое эго надо маленечко приспустить».

Говоря это, Маринка такие рожи корчила, что мне страшно становилось… за неё. Это что же… это кто же ей там всё это наговорил?! Хотя, в принципе, кое с чем сказанным я была согласна. Правда, мне казалось, что всё не настолько плохо. Вероятно, тренер, или кто там у них вместо него, говорил так жёстко желая подстегнуть подругу к переосмыслению её поведения. А Маринка упёрлась рогом и всё сделала с точностью до наоборот. Ну, это на неё похоже — она же козерог.

— …ты предложила сыграть в Эйрен, мне показалось что это отличная идея. Вот я и подумала: хорошо себя зарекомендую, и это автоматом снимет все вопросы ко мне у тренеров и руководства клуба, и вот…

— Что вот?

Логика, конечно, своеобразная.

— Да ты слушай, а не перебивай! Когда я наводила справки про это твоё королевство, эту локацию, то в разговоре всплыло одно имя — местного игрока. Мне рассказали, что, мол, он — этот мужик тут свой бизнес мутит — прокачку за деньги устраивает, после чего показатели перса растут как мышцы на анаболиках.

— Так это тот тип… твой информатор такое устроил?

— Да не! Не думаю… Она сама тут не зависает. Вита просто знает одного чувака, а тот знаком с кем-то ещё, и вот тот тип, вроде как вышел на нужных людей, и организовал мне встречу на той самой ферме.

Видимо лицо у меня было какое-то не такое. Я знала, конечно, что мир профессионального спорта — это отдельная вселенная, но, кажется, даже близко не понимала насколько.

— А тому типу — знакомому знакомого твоей знакомой, что ты ему такого сделала, что он тебя чуть до могилы не довёл?

— Не думаю, что, что-то сделала. Кажется, чувак что-то не то понял, или ему что-то не то передали. Я не просила переделать мне перса, я просто хотела посоветоваться: как мне моего перса улучшить, вот и всё.

— Испорченный телефон какой-то. Получается, что последнего в этой цепочке ты даже не знаешь? Ты его видела хоть?

— Нет. Ник знаю — Терри.

— Марин, честно, тут либо я дура, либо ты не умеешь объяснять. Но я не поняла, как всё это так вот самоорганизовалось.

— Я тоже пока не поняла, как всё самоорганизовалось, но выясню! Уж ПОВЕРЬ я выясню: — кто, кому, и что конкретно такого наговорил, что в итоге меня чуть живьём не похоронили. Кстати, спасибо что спасла.

— Не за что. Марин, ты только не кипятись, хорошо? Остынь для начала. С горяча, на эмоциях, многое кажется не тем, чем является на самом деле. Может всё это не со зла, а из-за недопонимания, или, вообще, для твоей же пользы, — наглядный пример, так сказать.

Мне самой только что пришла эта мысль в голову.

— Какой пользы. В нежить я превращаться не планировала.

— А почему бы и нет, кстати? — я решила, что подвернулся подходящий момент для смены болезненный для самолюбия подруги темы, вряд ли бы я добилась от Марины чего-то большего, — она не готова правильно понимать мои слова. Но зная её… Придя домой она ещё раз поразмыслит над всем сказанным тут, и тогда, может быть, до неё дойдёт мой посыл. Сейчас она явно либо сама не в курсе всего, либо не хочет говорить — имеет право. А в общих чертах я ситуацию поняла… я же не знала, что Маринка в таком душевном раздрае находится. С другой стороны, с каждым может случится. Неприятности, — это такая вещь, их что избегай, что не избегай, а они с… всё одно рано или поздно случаются у всех.

— Чего нет? — переспросила Маринка.

— Почему бы тебе и не стать нежитью? Те двое долговязых с кладбища выглядели весьма интересно.

— Совсем плохая?! Я так не хочу! К тому же, одно дело, когда точно знаешь, что делаешь, и совсем другое, когда делают с тобой. Мало ли, кто знает, чем такое преображение мне грозит.

— Это-то да. Звучит двусмысленно как-то… хи-хи-и… Но я про другое. Мне интересно что будет, — если за нежить сыграть? За это что-то будет?

— Наверняка. Меня вот тоже сильно интересует в чём заключается интерес этих «El Día de Muertos»?

— Деньги, что же ещё? Этот Дядя Самуил так и сказал, нет?

— Деньги — это понятно. Но не думаю, что, заказывая меня, клану тупо заплатили. Если всё это устроил тот самый Терри. Ему-то какой резон за меня впрягаться? Он меня не знает.

— Слушай, а ты с этой… как её там, ну твоей знакомой, через которую ты выходила на эту банду, в смысле клан Муэртос, ты в ней уверена? Что-то у меня предчувствия на её счёт нехорошие. Она вообще кто?

— Вита? Она из «Спартака». Из нашей же команды. Её, кстати, тоже отстранили от соревнований.

— Ой, Марин, не нравится мне всё это. Какие-то у вас там интриги плетутся. А что если это она тебя так подставила?

— А смысл? Эйрен — это же не про профессиональный спорт.

— Так-то да, но… А если цель в том, чтоб насолить тебе? Мало ли, вдруг сломаешься, разочаруешься в себе, заявление на уход напишешь… или что-то типа такого.

Подруга нахмурила брови и покривила рот, поразмыслила.

— Смысл есть. Я начну с неё…

— А раньше подумать было некогда?

— А сама-то подумала бы?

— Я? …нет.

— Ну и… От меня-то что хочешь? Я, можно подумать, прям вся такая прошаренная… — осеклась на полуслове Маринка, насупилась и вновь присосалась к своему вишнёво-черешневому смузи.

Вот и поговорили.

О чём говорили-то? И договорили ли? Вроде как, да. Вроде как…

Ох, уж мне все эти наши бабские разговоры. Ух, уж эта наша женская логика. Сами с ней мучаемся, честное слово.

— Сглупила — признаю! — вскинулась Марина.

Я аж подпрыгнула от неожиданности. Что за поворот на сто восемьдесят…

— Но повторюсь, — «не ошибается тот, кто ничего не делает». А теперь твоя очередь. Ты-то что учудила? — как-то уж резко вернула Маринка себе привычную манеру речи и теперь она уже набросилась на меня с вопросами.

Пришла моя очередь потупить глазки.

Глава 17

— Ну и? — давил на нервы Сэм.

Так-то ник Самуил. Но все называют его «Сэм», — на американский манер.

— И… — тянула время я, лихорадочно соображая, — «как же мне быть»? Притвориться наивной, — да, это проще, пожалуй. Или же мне сто́ит: чётко обозначая границы дозволенного, настаивать на своём ни смотря ни на что, уговаривать оппонента, разъяснять, объяснять, брать на себя ответственность за всё что получится или не получится.

А вот и не факт, что получится…

Этот Сэм, по всему видать, ещё тот жук… жучара.

И, вообще-то, мне не вполне понятно, — как мне такое провернуть. Настаивать на своём, — нарываться на открытый конфликт. Ну, такое себе решение. Размерчики малость не сопоставимы: нас шесть штук, а там цельный клан, — это раз. Что остальная часть команды скажет, — это два. А ведь есть ещё и работодатели, и у них тоже какое-то своё видение событий, если судить по присланным мне заданиям.

Сегодня, как только зашла в игру, обратила внимание на то, что моя почта переполнена самыми разными сообщениями: от игроков, — тех самых, от техподдержки — работодателей, — всё они прекрасно тут видят. Завалялось там и письмецо от клана «Муэртос», и ни одно, а сразу три, в которых меня вежливо так, деловым тоном, приглашали встретиться и обсудить детали некой выгодной сделки. Мы с Мариной посовещались, и согласились на встречу, — надо же было выяснить: что этому клану о нас известно, что они хотят, и что могут предложить. А вдруг горы золота, что б больше никогда не работать! Эх, мечты-мечты, надежды… вот только, кто ж табе́ такое даст, наивный чукотский чувак.

Встреча происходила всё в той же локации Регнум Теневосум, но на относительно нейтральной территории, то бишь, не имеющей отношение к клану «Муэртос». «Стрелу» забили на рынке — это этакий местный турецкий Гранд-базар. В его бесчисленных торговых рядах любой игрок мог спокойненько снять себе местечко, поставить там столик — а-ля прилавок, вывалить товар, дать рекламу в местный чат, и сидеть-ждать, когда клиенты набегут. Половина игроков сидела и трепала языком. Извиняюсь, они вели переговоры. Информация — это ведь тоже товар, что продают и покупают. Иногда даже более редкий и ценный, чем какие-то арты. Приватность сделок и переговоров по оным гарантировалась. При активации функции «торг» на интерфейсе, проходящие мимо снятого вами торгового места любопытные прохожие видели лишь застывшую 2д картинку, без звука и движения: — стоп-кадр — ширма, своего рода. Очень ловко сделано, надо признать. Удобно, разумно. Оплата торговой точки почасовая.

— Какой будет ваш ответ? — упорно бубнил товарищ Самуил, сидя напротив нас, и буровил нашу девчачью парочку тяжёлым, неприятным взглядом капиталиста, умудрённого годами, отягощённого самомнением, закостенелого в своём видении окружающего мира.

Моё воображение упорно рисовало образ приснопамятного Дональда Трампа, скрывающегося за маской Дядя Самуила. Правда, тот уже «приказал долго жить» и «сыграл в ящик». Так что Самуил точно не старина Трамп. Да и манеры у них разные… тот весь такой взрывной был, непредсказуемый, а этот воплощение флегмы и бараньего упорства. Давит катком. И тем не менее… Для начала, он торгаш! А потом, и я была в том уверена, что этот игрок в реале старик. Ну, пятьдесят ему точно уже стукнуло. И, хоть я точно знала, что в играх есть люди всех возрасто́в, мне почему-то не хотелось иметь дело с теми, кто мне в отцы годиться, или даже ещё старше. Назовите меня предвзятой, или эйджиской, ещё кем, но… мне не нравилось. Отношение более взрослого поколения к младшему, как правило, не слишком честное, что ли. Снисходительное. А бывает, что наоборот.Мне не нравится, короче. И клан этот мне не нравился. И методы их… и цели… и ещё… и, вообще! Сейчас мне не нравилось всё, что связанно с этими Муэртос!

На встречу с нами Дядя Самуил притащил: жуликоватого бухгалтера, заносчивого юриста, и ещё кого-то соглядатая, замотанного в саван с ног до головы словно он мумия, и молчаливого всю дорогу. Эта компашка не вызывала у меня никаких положительных эмоций, и желание с ними связываться отсутствовало напрочь. Я согласилась на переговоры исключительно для того чтоб не лезть в бутылку. Во всяком случае вот так сразу. Но, как и ожидала с самого начала, так ничего стоящего и не услышала.

— Это отличное предложение. — лепил Горбатого Дядя Сэм.

— Все расходы по предприятию наш клан берёт на себя. Заключим официальное соглашение о сотрудничестве в игре. Поделим прибыль по-честному, согласно условиям подписанного договора! Какие могут быть ваши сомнения?! Тем более кое-какие авансы мы вам уже предоставили, и совершенно безвозмездно, если помните. Акт доброй воли, так сказать. — давила на нервы вся эта подозрительная компашка. Словно мы им уже должны всё на свете. Мне хотелось дать в морду за один лишь тон, которым они всё это говорили.

Вот честно, не было у меня ни малейшего желания связываться с этими Муэртос. Клан этот мне более всего напоминал некий бандитский картель, типа как в Мексике, со всеми вытекающими последствиями. Желание вернуть им их подарочек: часть карты и стилет, и сделать вид, что ничего не было, — было велико. Вот только мой внутренний хомяк дурниной верещал о том, что: «это уже наше», «я нашла», и «ничего они не докажут»! А здравый смысл подсказывал, что возвращай не возвращай, а не поможет, — эти типы так просто с нас теперь не слезут, а на какие гадости они способны можно только гадать.

Я подумывала было просто продать им все имеющиеся у меня части карты. За большие, очень, ну ОЧЕНЬ большие деньги, разумеется. Мне лично эта карта вообще никуда, ни разу, не упёрлась, но!.. КАКОГО ХРЕНА?! НЕ ЖИРНО ЛИ СВОЛОЧАМ БУДЕТ?! С хрена ли мне тут указывают, вообще! Да и… заплатят ли нам эти большие деньги? А если решат кинуть? Кто их чертей знает, — вдруг есть какие-то варианты в обход договорённостей, обходные схемы какие-нибудь, доказывай потом что ты не верблюд. Это был тонкий момент и меня терзали смутные подозрения. Админы, опять-таки, — с ними как быть? Меня настоятельно просили не заключать никаких сделок купли-продажи, имеющихся в моём распоряжении квестовых артефактов. И это вам никакие не шутки, а официальное предписание.

М-да… много думать тоже вредно. Так и свихнуться можно, на нервной почве.

Меня этот клан просто из себя выводил!

В последнее время, точнее, с тех пор как я начала играть в Эйрен, все кланы тут либо навевали на меня уныние, либо вызывали подозрение, либо бесили, как вот эти. А ведь в четырнадцать лет мне большие компании нравились. И чем больше народу было, тем лучше. Правда, если сейчас обернуться назад и подумать, то, в первую очередь припоминается то, на что тогда внимание не обращала: например, то, что кроме фана я, в отличии от некоторых других, от игры за клан больше ничего и не получала, что была лишь частью массовки, рядовым исполнителем команд и так далее. Вот раньше мне всё некогда было об этом подумать, а вот теперь вижу. И как отрезало.

Однако, я же взрослый человек, а потому рубить с плеча не спешила, — мало ли что и кому не нравится, — и это, во-первых. А во-вторых, мне кажется, Бэль сильно заинтересована этой картой и тем что за ней стоит, и если я её продам или ещё как избавлюсь от этой напасти, то магичка расстроится, и уйдёт от нас. Это, конечно, не конец света. Но мне бы не хотелось… наверно?

Пока же, как мне казалось, единственное что реально можно было предпринять на этих переговорах — тянуть время. Бесконечно торговаться. Пускать пыль в глаза. Пудрить мозг, путать следы, и надувать щёки — придавая себе умный вид. Думаю, наши оппоненты ни во что нас не ставят. Однако, некоторые обстоятельства, всё же на нашей стороне. Увиденное ими ранее: куча игроков, что я на хвосте притащила, экс-богиня, — НПС на минуточку, выкопавшаяся из-под земли, — вот это всё, вводит Муэртос в некие заблуждения. Уж не знаю, что именно они там подозревают, но, как по мне, они явно пытаются действовать осторожно. А иначе зачем понадобились все эти люди: юрист, бухгалтер и этот «замотанный».

Возможно, они подозревают, что за нашей весёлой компашкой может стоять кто-то. Кто-то большой, могущественный и сильный. Или ещё какой, — не суть. Не важно, что именно они себе воображают. А важно то, что нам это на руку. И будет лучше, не разубеждать клан Муэртос в их заблуждениях. Пусть и дальше гадают на кофейной гуще, — а мы будем посмотреть. Тем более, что это почти что правда, если Маринка не ошибается в своих рассуждениях про запланированное админами обновление игры, связанное с возвращением Морона к активным действиям в игре.

— Ну-у-у, я-а-а даже не зна-а-а-ю-ю… — тянула гласные я, притворно безразлично рассматривая скучный потолок у себя над головой. В снятом для переговоров углу взгляду было не за что зацепиться: — пусто и серо. Я во всю ссылалась на свою девичью забывчивость:

— Насчёт подарка я ничего не знаю. Я и на суде, в случае чего, так скажу. На том покойнике не было написано чей он, откуда приковылял, с какой целью, — а ну как нападение! Ничего такого мне озвучено не было. И что там у него при себе было… Чем докажите, что, что-то было. То есть, чем докажите, что это что-то взяла я. А даже если и взяла, то что? Если механика игры позволила игроку что-то присвоить, значит — всё законно, — «кто-то теряет, а кто-то находит — это игра».

Со покойнички снисходительно поглядывали на нас с Маринкой, чуть ли не с сочувствием. От чего меня просто тянуло взбрыкнуть, развернуться и уйти. Я прекрасно понимала почему, гады, так уверенно себя чувствуют. Всё понимала! Это-то и бесило больше всего. Я судорожно пыталась придумать как бы удивить этих… и желательно смертельно. Я с надеждой посмотрела на Марину, может у неё какие хорошие идеи есть. Мы, как бы, обговорили нашу тактику на этих переговорах. Ну так… в общих чертах, как говориться. Сошлись на том, что действуем по обстоятельствам, но последнее слово за мной, как за лидером команды и всё такое. Только опыта-то в таких делах у меня никакого.

Подруга выглядела странно… Страшноватенько, если честно.

Так-то перс у неё — это эльфа. И внешность соответствующая, даже круче. Маленькое личико фарфоровой куколки: огромные синие-пресиние глазюки, ресницы как опахала, безупречная кожа, розовые щёчки, губки бантиком, золотые волосы аж до жопы, фигура зашибись… Сиськи там — ого-го, ноги как у Барби, талия осиная и прочее. Подкрутила подруга себе параметры-то, ой подкрутила. В жизни Маринка малость не такая: и рост не тот — ножки коротковаты, и фигура не такая, и грудь маленькая, и волосы наращены… Не призна́ется, ясное дело, ни по чём не призна́ется, что за деньги персу параметры внешности прикупила. Не то что я, — я за натуральность, будь неладны запреты работодателей. Но подруга не призна́ется, — я её знаю.

Короче, на таком кукольном лице наивного младенца эмоции отражаются не́сколько… как бы это описать — гипертрофированно, что ли. Если милашество, то аж скулы от сладости сводит. А вот если Маринка злится в своём этом образе и, по сути, детское личико искажается злобой, то от диссонанса между «видом перса» и «сутью эмоций» аж оторопь берёт. Не свойственная людям улыбка акулы растянулась от уха до уха вопреки любой физиологии. Там не то что дёсны видно, гланды, просматривались. Голубые фарфоровые глаза распахнулись во всю ширь, и напоминали два чайных блюдца. Такое впечатление, что на эльфячьем лице больше ни для чего места не нашлось. Ещё и волосы стоя́т дыбом и… шевелятся? В натуре, они у неё шевелятся! Интересно, как она это делает? Ещё и горлом клокочет… или она так шипит на них? Эльфы такое могут, — не знала. А смотрит-то как ласково. Ну так ласково… Если бы на меня так смотрели, я бы гроб себе заказывать побежала. А этим из Муэртос всё как об стенку… Знают небось, сволочи, что от бессилия всё это.

— Ну-ну… про сделку это вы кому другому расскажите, а нам не надо. Один раз вы уже показали, как вы сделки тут проводите. Второй раз меня на одну и туже приманку не возьмёшь. — пошла в атаку Маринка.

— Это была оплошность. Трудности перевода. Мы друг друга не так поняли. Нас ввели в заблуждение. Не наша вина, что у вас есть недоброжелатели. — гнусил юрист.

— Хороша оплошность?! — аж взвизгнула Маринка.

— Примите официальные извинения. Можем выплатить стандартную компенсацию за минимальный моральный ущерб. — и бровью не повёл на визги подруги Сэм.

— Минимальный? — сарказм так и сквозил в словах Маринки.

— Конечно минимальный. Ведь ничего никто вам так и не сделал.

— Только потому что вам помешали.

— Это не важно.

Ой, чувствую затянется это словоблудие. Маринка может плеваться ядом довольно долго, а этому мужику к такому не привыкать, этим его не удивишь. И толку-то? Судя по всему, больше ей сказать нечего. И я уже услышала всё что надо. Остальные слова не так важны, суть я уловила. Так что, думаю, пора брать тайм-аут.

— Компенсация — это хорошо! Скиньте денежки на счёт в игровой валюте. — поднялась я со своего места, и схватила Марину за плечо, приглашая последовать моему примеру.

— А на счёт вашего предложения… нам надо всё обсудить. Кое с кем посоветоваться. В одиночку я не могу принимать такие предложение, сами понимаете. Тут надо всё обдумать, пункты договора продумать, если что, и так далее… Мы с вами свяжемся! — я всем своим видом показывала, что пора расходиться.

Сэма и его компанию я не удивила.

— Посоветоваться… Что ж, посоветуйтесь. Но прошу ВАС… — последнее слово подчёркивалось особо.

— …серьёзно отнестись к нам. Мы клан серьёзный, надеюсь, это понятно? — отчеканил Самуил.

— Конечно понятно. — пропела я. Получилось на редкость едко.

И я стала настойчиво толкать Маринку на выход, пока та что-то не ляпнула.

— До свидания… до свидания… мы с вами свяжемся…

— Надеюсь в ближайшее время?!

— Естественно! Не сомневайтесь даже.

Мне наконец удалось выпихнуть упрямую эльфу «на улицу». Я ухватила подругу под локоток, и мы рванули в даль на приличной скорости.

— Ты чего?! Мы же только начали?! — возмутилась было Маринка.

— И закончили! — отрезала я.

— Мари… ка, послушай это явно не тот случай, понимаешь. Нам не сто́ит суетиться, суетиться не сто́ит нам. Тут нужно быть повнимательней, и подождать пока ситуация с этим квестом не проясниться как следует. Мы ведь карту ещё даже не прочитали.

— Так мы же уже знаем…

— Да, знаем — конечную цель квеста. А промежуточные, так сказать, задачи? А Бэль? А близнецы? А Тиана — ты забыла про НПС? И ещё кое-кто? — в открытую многое говорить я не решалась, а тыкать в чат терпения не хватало, — я малость перевозбудилась. Надо было остыть.

Только я так подумала, как на глаза мне попалась входная дверь некой забегаловки — «Горбатая гора», чернело красненьким названье. Вокруг нас туда-сюда сновал народ. На приличной скорости сновал, между прочим. Того гляди зашибут. Складывалось стойкое впечатление, что стоишь посреди оживлённого шоссе. Очевидно, поговорить спокойно нам тут не дадут. Я потащила Маринку в тёмное нутро «Горбатой горы».

Глава 18

Внутри «Горбатой горы» — то ли клуба, то ли бара, царил интимный полумрак, играла негромкая джазовая музыка. К апельсиново-мятному запаху примешивался какой-то другой запах… терпкий: может табачный или древесный. Слышался интригующий шёпот посетителей, заставляя тебя прислушиваться и несколько сбивающий тебя с основной мысли, но слов было не разобрать. На первый взгляд, могло показаться, что тут маловато свободного пространства. Но его было достаточно, чтобы беспрепятственно передвигаться. Тонкие ниточки синеватого дыма от зажжённых благовоний тянулись ровнёхонько к потолку. Чередуясь с лучиками света, подсвечивающими пространство, этот дымок обрисовывал путь твоего перемещения и здорово отвлекал внимание игрой света и тени. Но я рассмотрела, что интерьер был выполнен в нейтральной цветовой гамме. Удачно сочетались тёмные и светлые оттенки дерева, располагающие к отдыху. А чтоб посетители могли почувствовать себя уединённо, пространство заведения было поделено на отдельные зоны — а-ля шатры, со столиками. Гостей умело скрывали за достаточно плотными шторками — балдахинами, за которыми невозможно было рассмотреть детали и ли́ца посетителей, лишь просматривались силуэты: кресел, столиков и самих гостей. На столиках стояли небольшие светильники, а в зале-то темно… Прям театр теней какой-то, — рай для тех, кто ищет отдохновения от суеты, царящей за пределами этого заведения.

Нашу парочку молчаливый персонал «Горбатой горы» встретил ласковыми, подчёркнуто нейтрально-дежурными улыбками. Усадили за столик и услужливо прикрыли шторкой. Наши с Маринкой попки тут же утонули в чересчур мягких креслах, стоящих друг напротив друга. А удобный диванчик, для парочек, надо думать, мы проигнорировали. Персонал не успокоился и для пущего комфорта предложили ещё подушечки на выбор: пуховая подушка, или премиум-класса с эффектом «запоминания», какая-то освежающая подушка, и ещё какая-то наполненная мелкой древесной стружкой. Взяли по паре пуховых подушек, дабы не обижать людей.

Хотя, строго говоря, персонал этого заведения состоял из нэкомими (раса — люди-кошки). Немало видела таких игроков в городе Трёх Лун. Хотя нэко-ушки и хвосты можно было приобрести и как отдельные аксессуары, но это не то. А настоящие нэкомими выглядят как миниатюрные, излишне изящные люди с кошачьими глазами, ушками и хвостами. Шерсть на них не растёт, в смысле, меха нет. Но цвет кожи у них кошачьего окраса: в полоску или пятнами. Видела как-то окрас перса типа черепахового. Чаще всего игроки предпочитали однотонный окрас — например, серебристый, шоколадный, чёрный, кремовый. Правда, парней, желающих играть за эту расу гораздо меньше чем девушек, — соотношение один к десяти, как я слышала. Уж больно мимишно выглядят эти персы. Молодым девушкам такое бесспорно нравится, а вот парням… как-то не очень, — предпочитают крутой вид, более брутальный — тех же дроу. Нэкомими довольно дорогая раса в игре, должна отметить. Главная особенность: гибкость, и умение превращаться в обычную домашнюю кошку, но не надо путать их с о́боротнями — это скорее демоны. Все характеристики, связанные с ловкостью, у этой расы растут по умолчанию и с утроенным коэффициентом. Ну и так, по мелочи: хорошо видят в темноте, но уязвимы перед стихиями, удачливы, но магией в обычном понимании не владеют, силы немного, бегают не очень быстро, но зато уклоняются от всего на свете и стреляют метко, — даже лучше эльфов, стиль боя у них свой — уникальный. А ещё убийц и шпионов среди них очень много… из-за запредельной ловкости, наверное.

В предложенном нам меню среди фирменных блюд «Горбатой горы» я вычитала: фаршированные вялеными томатами ньокки с базиликовым песто и миндальным кремом, фалафель из нута с соусом из огурца и укропа, освежающий бульон с лемонграссом, цикориевый кофе. Заказала лишь для того чтобы посмотреть, как это всё выглядит.

Когда на столике перед нами материализовался заказ, продолжился и наш с Мариной прерванный ранее разговор:

— Ну ты… Ты бы ещё нас в «Голубую луну» затащила. — присвистнула подруга, крутя головой по сторонам, силясь что-то рассмотреть в этих потёмках. Хотя, кроме персонала и интерьера ещё что-либо рассматривать было бесполезно — дизайнеры постарались.

Не вникла на что она мне намекала. Я сейчас была сосредоточенна на другой мысли, которую и озвучила:

— Да, неважно! Я не о том. Слушай, не стоит нам ни под чем подписываться и ссориться с Муэртос тоже. Пока не найдём остальных и не посоветуемся с ними, во всяком случае. Надо учитывать и их интересы, понимаешь о чём я?

Маринка засопела.

— А я что? Я ничего. Какая ты осторожная теперь стала. Раньше ты такой не была. — укорила меня Маринка.

— Видела я это твоё «ничего»! И думаю, я начинаю понимать, почему твоя команда на тебя зуб точит. — не удержала я свой язык, — а чего она…

На меня нехорошо так зыркнули. Я тут же поубавила тон:

— Я-то тебя хорошо знаю, подруга — сто лет как никак знакомы, для меня эта твоя «изюминка» не проблема, ты же знаешь. А вот остальным такое может и не понравится, понимаешь? Мне эти типы… — я неопределённо мотнула головой куда-то в сторону, намекая на Муэртос.

— …тоже не по душе. Я всё понимаю. Но давай не будем повторяться… в этот-то раз. Мне и прошлого с лихвой хватило. Нужно же нам, в конце-то концов, учиться на своих ошибках. Прогрессировать как-то.

Маринка выглядела расстроенной и призналась:

— Ты была права насчёт Таисии…

— Это той что тебя в лапы к Муэртос направила?

— Да. Это она наговорила всяких глупостей этим… Я её прижала, а она не сильно-то и запиралась. — сказано было с явным раздражением.

— Да это и так было понятно, — больше то некому. И что сказала? Чем мотивировала? — поинтересовалась я, стремясь погасить зарождающийся негатив подруги.

— Сказала: «Сделала чтоб ты поняла, как себя чувствуешь, когда с тобой не считаются. Тянешь одеяло на себя, словно самая умная. И выдаёшь ошибки и дёргаться начинаешь! А мы расхлёбывай. Парни к тебе снисходительны. А я не обязана! Ты мне не нравишься». И всякое такое. — процитировала Марина неприятные слова, и уставилась в стол.

Я почесала нос, но комментировать не стала. Да и что скажешь-то? Но, наверное, надо было соображать быстрее. Пока я мялась, Маринка ни с того ни с сего взорвалась:

— А сама-то! Сама же, ты как пить дать, пыталась слиться, как только сложности на горизонте замаячили, — никакой дискомфорт потерпеть не можешь. — резко накинулась было подруга на меня, но быстро сдулась.

— Знаю… — неохотно призналась я.

А про себя подумала: — «И как она догадалась»? Я и впрямь, в минуту слабости, подумывала было с игрой завязать. Но передумала. Потому что понимаю, в вирте фигня всякая хоть и есть, но по сравнению с возможным стрессом в реале, это всё, считай, ни о чём: — мышиная возня, не более того. Но если бы не деньги, то… кто знает. Тут в игре я заработок задаром имею, — язык не поворачивается называть это работой, и всё же… Не хочу думать, что, тупо «пугливая» — предпочитаю термин «осторожная». Но признаюсь: — подруга права, были у меня такие вот моменты.

— У всех есть свои закидоны, согласна. Но нужно же с этим что-то делать! Как-то бороться! А то, так всё только хуже будет. — согласилась я.

Маринка заугукала.

— Надо меняться, надо взрослеть. — пробубнила она

— Знать бы ещё как это сделать. — выдала я.

— Ответственность свою прокачивать надо.

Последняя фраза не принадлежала ни мне, ни Маринке. Мы разом вскинулись! За шторкой маячил чей-то силуэт.

Не успела я испугаться, как шторка балдахина чуть заметно колыхнулась и в практически незаметную щель в наш шатёр проскользнула некая таинственная личность — без особых значков. И без спроса устроилась на диванчике. И, не смотря, на то, что наша неожиданная гостья была невелика ростом, небольшой по своим размерам, и прям-таки не по-человечески изящна, она расположилась на двухместном диванчике так, что заняла его целиком. Не легла на диван, а именно что села, всем своим видом давая понять, что места там больше ни для кого нет.

Тиана сильно изменилась с тех пор как я видела её в образе десятилетнего ангелочка с плюшевым пони в руках. Теперь её тело было как у взрослой девушки, а вот личико почти не поменялось. Нет, не то что бы не поменялось совсем… по-прежнему было маленьким и кукольным, но ушли в небытие пухлые щёчки и ямочки, подбородок заострился, резче обозначились скулы. Яркий макияж то же прибавлял зрелости. Детские кудри сменились короткой причёской и, вообще, весь облик экс-богини выдавал её желание казаться дерзкой, независимой, короче, — сильной женщиной.

Я несколько шокированная этой встречей всё же улыбнулась вполне искренне. Когда она так внезапно выкопалась на кладбище, я так удивилась, что в ответ на фразу: — «Опять ты? Да как же ты меня находишь-то?..», так и не смогла ей ничего ответить. А Тиана огляделась вокруг и быстренько испарилась, оставив присутствующих на кладбище осмысливать случившееся. А осмысливать было что — она же НПС! А все-то думали, что тут в Регнум Теневосум никаких НПС нет и быть не может. Ан нет, ошибочка выходит они тут оказывается есть. А с учётом, что вокруг все игроки шифруются изо всех сил, и НПС то же так могут, становится не совсем понятно — кто есть кто. Нет, так-то отличить реально, но вряд ли с первого взгляда.

— Какую ответственность? За что или за кого? — поинтересовалась я лишь бы что-то сказать.

— Какую ответственность — да самую обыкновенную.

— За себя что ли? Так это есть.

— Это тебе так кажется. Ответственная зрелость приходит тогда, когда оцениваешь окружающее не только с позиции собственного комфорта, но и берешь на себя груз за чужую жизнь. Родительская ответственность — это дети, ответственность лидера — его команда, ответственность главы какого-нибудь проекта — это сам проект, и так далее. Такие вещи нельзя просто так бросить, если возникают проблемы и трудности. Нужно выбирать, что важнее: — твой собственный комфорт и желания, или же другие вещи. Чем больше тех/того, за кого/что отвечаешь, тем больше твоя ответственность, и тем серьёзнее тебе нужно думать прежде чем что-то сделать/предпринять. Так вот и получаются серьёзные люди. Впрочем, это сейчас не так важно. У меня есть предложение, — я могу вам помочь найти Морана.

— И что будет дальше? — спросила Маринка.

— А это от вас и зависит.

— Что-то я сильно в этом сомневаюсь. — дёрнула бровью я.

И, правда, алгоритм действий этого мега-босса наверняка уже прописан... или нет? Что тут может зависеть от игроков? А главное с чего им всем этот Моран так понадобился. Спит себе мужик и пусть спит… или я чего-то не понимаю? Кажется, я что-то упустила… блин, столько всего случилось, что в голове сплошной информационный винегрет. Надо бы ещё раз посмотреть ролик про сотворения этого мира что ли…

— Это не так-то просто. — выступила Маринка.

— Да, Тиана, мне тоже кажется, что дело тут непростое — желающих поучаствовать многовато как-то.

— АнТи.

— Прости что?

— Не надо упоминать имя Тиана. Ты его знаешь — пусть. Но другим моё настоящее имя знать не стоит. Так что — АнТи.

— Незамысловато как-то? Просто слоги в настоящем имени переставить.

— И что? Это просто если знать имя, и соотносить с существо с этим именем. А если не распространяться, то расшифровка имени — это задача со звёздочкой.

— Ясно… — протянула я.

— Ну и, что предлагаешь?

Глава 19

— Выбираться нам надо из этой тухлой локации… и скорее. — поделилась я своими переживаниями с Маринкой.

— Чего это ты? Заскучала что ли? — поинтересовалась она, не отвлекаясь от важного дела: гипнотизирования некой двери жёлтого цвета, — это мы так в засаде сидели.

Точнее, подпирали стеночку и болтали, рассчитывая, что слоняющиеся взад-перёд люди нас хоть немного замаскируют; спрятаться в длинном как колбаса тоннеле было попросту негде, на самом же деле мы не спускали взгляда с некой жёлтой дверки. Тиана, в качестве жеста доброй воли, просветила нас о том, что дела у нашей магички плохи. И наотрез отказалась говорить, почему.

Не спрашивайте меня, как она узнала о Бэль, и про то, что она именно наша магичка. Сама она выдала многозначительное: — «Я знаю, просто потому что знаю». Понятное дело, всё это фокусы игровой системы. Тут не реальность — это надо учитывать.

«Это может быть полезным, — удобный инструмент. Но иметь дело с ИИ трудно, вообще-то. С этой богиней стоит дружить»: — сказала Маринка, после того как экс-богиня покинула нашу компанию. Причём, если я правильно поняла, персонал «Горбатой горы» присутствия этого НПС в своём заведении даже не заметил. В это трудно поверить, но судя по всему это так.

Так вот, после того как мы с Маринкой выслушали план Тианы и изъявили желание обсудить всё с остальной командой, экс-богиня рассказала нам про это «нехорошее» место, и мы рванули сюда. Нет, вначале мы попытались написать девчонкам в чат, и в приват, так как видели, что и Бэль, и сёстры онлайн, но нам никто так и не ответил — плохой признак. Более того, судя по отметкам на карте ШатДан и ВэлДан тоже сейчас в этом месте. Вот это нас уже взволновало не на шутку, — как-так вышло?! И мы рванули сюда, аки кавалерия. Однако, взять с наскока эту «крепость» в виде жёлтой двери оказалось труднее, чем мы рассчитывали. Снаружи дверь никак не открывалась. Ни ручки, ни замков не было. Что нужно сделать чтобы нам открыли мы не знали. Постучаться-постучались, а в ответ глухая тишина; пробовали вы стучать по гранитной мостовой? По ощущениям один в один. Выломать дверь не смогли, просочиться сквозь стену с помощью навыков и умений не вышло. Влезть внутрь? Так окон не было, да и стен… и здания… В Регнум Теневосум, в принципе, зданий как таковых не было, — это скорее подземелье с кучей отгороженных кротовых нор. Решили ждать, когда кто-то выйдет и… действовать по обстоятельствам. Ничего другого нам всё равно не оставалось. Теперь вот, не побоюсь этого слова, сидим в засаде. Или стоим? Пасём, короче.

— Это не игровая локация, а чёрт знает что. — ныла я. — Я скучаю по обычным монстрам, данжам и прочему. По моей нормальной-ненормальной игре. А тут… словно и не игра… с натяжкой «Монополия», причём в худшем варианте. Всегда терпеть не могла эту дурацкую «Монополию».

— Это потому, что нет в тебе истинного азарта и амбиций, ты и в карты играть не любишь.

— Я проигрывать не люблю. — уточнила я.

— Не быть тебе богатым предпринимателем, помяни моё слово. Тут же типа анархия. А в таких обстоятельствах; когда нормального контроля и законов нет, и все живут по понятиям, до слабых и прочих никому нет никакого дела, власть возьмут дельцы, хитрецы и прочие беспринципные твари, вытеснив всех остальных, как особо токсичная плесень. Ибо она-власть ничья не бывает, власть обязательно чья-нибудь. А для «бизнесменов» деньги важней всего на свете. Деньги и всё связанное с ними. Поэтому закон выживания тут прост: кто сильнее тот и прав. К тому же, лучше тебе даже не представлять на что похожа настоящая игровая «Монополия» от компании La città splendente. Там настоящие акулы бизнеса своих адептов натаскивают, как натаскивают пилотов на полёт на симуляторе кабины самолёта. И разные уважаемые деятели экономические эксперименты ставят… в рамках исследований, докторские защищают и курсовые делают, — правда-правда, мне так рассказывали. А что тебе не уютно в этой локации — это понятно. Ты просто не привыкла играть против живых игроков. С НПС оно, понятно, проще.

— И на кой-ляд разрабам так люто понадобилось нас сюда законопатить? — однако продолжила ныть я.

— Не скажи… не скажи. — заухмылялась Маринка. — Это очень тонкий шаг. Решают какие-то свои темы — это ясно, а мы у них что-то вроде отмычки, или чего такого. Напрямую видно не могут, а так… нашими руками, пожалуйста. Если здесь и будет замес, то это пресловутый ПвП. Хотя, если твоя «богиня» тут не одна такая, то возможны варианты.

— Не люблю я игроков. — ни с того ни с сего ляпнула я.

— Понимаю, кто их любит-то. Но от наших хотелок ничего не поменяется, придётся как-то взаимодействовать. — и без всякого перехода. — Уже решила, что делать со «своим хвостом».

— Нет. Они мне весь приват заср… завалили письмами.

— Что говорят? — без особого интереса спросила подруга, судя по рассеянному взгляду и странным движениям рук, она сейчас увлечённо рылась в своём инвентаре.

— Ты что там ищешь-то?

— Свитки…

— Какие?

— Любые-всякие есть их у меня…

— Зачем тебе?

— Проверяю. Не отходи от темы, так что тебе там обещают?

— Обещают они, — размечталась. Скорее вымогают, а ещё и угрожают.

— Что вымогают, чем угрожают?

— Вымогают инфу, а угрожают всем, чем придётся.

— Всех хамов в бан!

Я кивнула, — так и делала.

— Что, совсем нет никого адекватного?

— Почему нет? Есть пара более деловых предложений. Но это, как мне кажется, нам не к спеху, у нас сейчас есть дела поважнее. А ещё я хочу… — я не договорила, Маринка мне рот рукой зажала.

Жёлтая дверь приоткрылась и оттуда тихонечко выскользнула парочка игроков в плащах, скрывающих всё тело и в странных масках. Ну, как в масках, скорее у игроков не было лиц, как будто их стёрли ластиком или натянули на голову молочно-белый чулок — этакое белое пятно с проступающими чертами глаз, носа и рта вместо лица. Раньше я таких девайсов не видела.

Маринка нехорошо так улыбнулась, потёрла ручки в очень характерном жесте предвкушения пакости, и скомандовала мне:

— Идём за ними.

И мы пошли за этой парочкой. Говорить что-либо тут было излишне, но я всё же отписалась в чат:

Я: Ты чего задумала?

Марика: Сама-то как думаешь? Не дрейфь, я всё сделаю, без шума и пыли, — всё будет красиво. Сначала грохнем, потом грабанём.

Я: Уверена? Просто так, ни в чём неповинный народ мочить…

Марика: Скажешь тоже: «ни в чём неповинный народ». Я такой тип игроков знаю, сталкивалась уже. Это точно «плохие парни». Сто пудов.

Я: Как определила?

Марика: По маскам. Это крафтовая штука, — такие специально делают для тех кому от всех подряд скрываться надо. Что-то вроде защитного экрана от уличных камер, распознающих лица. Чтоб морду-лица срисовать было невозможно.

Я: А если не выйдет?

Марика: Будем ждать следующих. Рано или поздно получится… Эй! Что значит не выйдет? Это у меня-то и не выйдет, что ли?!

Мне оставалось только молча покивать. А что я могу… да ничего. Другого пути попасть за жёлтую дверь у нас, судя по всему, нет.

Преследуемая нами парочка направлялась… не в туалет же они вышли, на прогулку воздухом подышать?

Я: Слышь, а они часом не навстречу идут? Там же рынок?

Марика: Кажись, за товаром попёрлись?

Я: А сразу в инвентарь положить им не судьба была, что ли? Что там за товар такой?

Марика: Вот сейчас и посмотрим, что они там прячут. Может боятся, что сопрут? Или может новое поступление недавно было…

Безликая парочка действительна дошла до рыночного столпотворения и подошла к какому-то неприметному прилавку, за которым скучая сидел игрок — здоровенного вида викинг. Некоторое время мы с Маринкой созерцали лишь их застывшее изображение. А вскоре парочка отправилась в обратный путь, но уже не с пустыми руками, а с наглухо закупоренными клетками.

Марика: Вот всё и прояснилось — это браконьеры, их товар в инвентарь не поместишь. Хотя, ты вот такой трюк проделать можешь. А за жёлтой дверью у них небось «подпольный» аукцион.

Я поморгала, силясь понять зачем в виртуальной игре нужен аукцион для торговли экзотическим зверьём. Почему тут? Это что нелегально? Почему? В игре есть вымирающие виды, или как? Но задавать вопросы не стала; — если есть, значит кому-то это надо. Спрашивается: что наше Бэль забыла на этом аукционе?

Я: Слушай, а как нам…

— Замри! Не дёргайся! Стой здесь и смотри туда! — выпалила Маринка и начала действовать.

Я и глазом моргнуть не успела, а подруга, выхватив свиток, и махнув им у себя над головой, молнией метнулась к парочке. Из активированного свитка вырвалось нечто чёрное… Дым или пыль — какая-то плотная масса всё вокруг заволокла, хоть глаз выколи. Это было нечто чёрное как чернила, густое как молоко и подвижное как мельчайшая сажа. Совсем как слайм, или что-то подобное слайму! Эта штука не только полностью ослепляла, но и глушила звуки. Блёстки — непонятные частички, непрерывно фосфоресцировали, светились и привлекали к себе взгляд, завораживающе двигались вокруг, лишая ориентации в пространстве. Я протянула руку и попыталась поводить ею из стороны в сторону, желая ухватить эти блёстки, и… не увидела своей конечности. Почти испугалась, хорошо, что стояла на месте и не пыталась дёргаться.

«Временный дебафф — время действия ограниченно. Оглушение — слух снижен на 100%. Ослепление — видимость снижена на 99,99%. Дезориентация — способность ориентироваться на местности снижена на 70%»

Выскочило у меня на интерфейсе.

Длилось это чудо секунды две или пять…, а затем это всё рассеялось без следа. И вот привычный тоннель коридора и куча народа, нервно крутящегося на одном месте и гудящих словно рой потревоженных злобных ос. Впрочем, и это довольно быстро сошло на нет.

Маринки нигде не было.

Кто-то аккуратно положил мне руку на плечо…

Вот тут внутри меня что-то дрогнуло. Я замерла как мышь под веником. С трудом повернула голову, а за спиной у меня стоит один из этих типов без лица.

У меня внутри всё оборвалось…

— Зайчика за испуг! — сказал безликий, но Маринкиным голосом.

Мозг не сразу сообразил… Но когда до меня дошло, я взвилась на дыбы:

— Дура! Чего пугаешь?! Я чуть Богу душу не отдала тут! — накинулась я на подругу.

— Да ладно! Видела бы ты своё лицо! Хочешь фотку пришлю, ты описаешься!

— Я, кажется, и так!.. Если из-за тебя я испорчу казённое имущество и меня за порчу платить заставят, счёт я тебе пришлю! — бесилась я. — Что это было?! Что за детский сад?

— Круто, скажи? Особый вид защитной магии — «Чернильное море», оно называется. Сильно помогает, если надо оперативно слинять, или кого-то грохнуть у всех на виду. От агр-статуса это не спасает — система всё равно тебя покрасит, но если сбежишь, то никто ничего не заметит. Ладно, пошли, и на… переодевайся давай. — потащила меня подруга, скидывая в мой инвентарь чью-то экипировку.

— А как тебе удалось их раздеть? И как мы дверь откроем… там пароль или что? Так мы всё равно его не знаем.

— Ты задаёшь слишком много вопросов. Как смогла раздеть, — так уметь надо, есть способы. А иначе как убийцам и ворам свои грязные трюки проделывать. И да, не думаю, что аукционисты так уж сильно заморачивались с системой распознавания «свой-чужой». В конце концов чего им тут бояться-то, у них же бизнес, клиенты по-любому нужны. Всё должно быть максимально доступно, только праздно шатающихся зевак отфильтровать и хоть как-то идентифицировать клиентов. Наверняка надо просто кому-то заплатить за вход, но искать кому, у нас времени нет, что-то мучают меня нехорошие предчувствия насчёт нашей малахольной. Думаю, достаточно один раз получить разрешение на вход и бегай туда-сюда.

— И… где же лежит наш «пропуск»?

— Перчатки экипируй.

Я экипировала всё что Маринка мне перекинула. На ладони правой перчатки стояло что-то типа значка. Аналогичные в клубах, аквапарках и на разных мероприятиях встретить можно, — ставят их на входе как идентификатор вместо входного билета, чтобы ты туда-сюда мог спокойно бегать: в сортир, например, или за напитками.

Теперь мы стали безликой парочкой. Маринка сунула мне в руки пару клеток, и мы двинули в обратном направлении, к жёлтой двери. Я присмотрелась к тому что сидело в клетке… Довольно страшненькое, маленькое существо с огромными золотистыми глазами-плошками. Сначала показалось что это человечек, но присмотревшись, решила, что маленькая обезьянка, но… Существо было голое, но трёх цветное. По большей части — салатовое, с чёрными полосками, а пузо, опять-таки, золотистое. С гривой рыжих волос на голове и маленькими, но по-эльфийски заострёнными ушками. С крошечными крылышками на спине и пятипалые лапки с коготками.

— Это пикси?! — вырвалось у меня.

Читала про них, — попалась как-то информация о них на официальном сайте игры. Пикси — это мелкоуровневые НПС обитающие на болотах и создающие там игрокам разного рода проблемы и трудности.

— Зачем?

— Сейчас это модно.

— Что модно?

— Заводить таких НПС в клановых замках. Вместо канареек или попугаев. Они же чирикают, а не говорят. А ещё могут подделать голос игрока и его слова, которые подслушали. Напустят тумана и зовут тебя знакомым голосом — ты идёшь на зов и оказываешься в трясине или в логове монстра, — пакостят они так. Вот игроки и придумали ловить их. Ещё и расцветка у пикси разная бывает, — от этого и цена на них разная.

— И что? Это не законно что ли?

— Ну… не то чтоб прям совсем-совсем незаконно, но в обычных городах стража-НПС торговцев с таким товаром гоняет, официальный аукцион в продажу пикси не принимает, почему-то, а спрос есть. Вот и продают.

— Э-э-э-э-э…

Если честно, то подобные выверты человеческого разума не укладывались в моей голове; — на хрена так изгаляться?

Пока я думала, мы дошли до жёлтой двери. Маринка приложила свою лапку к дверке, как говориться: — «Сим-сим откройся». И нам открылось…, а там, как водится, «Али-Баба и его сорок разбойников» и наши тоже там.

Глава 20

Не знаю, что я ожидала… Но точно не мордобой в стиле настольной игры «Таверна красного дракона»; — это когда представленные фэнтези-персонажи, собираются в придорожном кабаке для попойки, совмещённой с азартными играми, и после того как все предположительно изрядно захмелеют, по сюжету игры в таверне начинается драка.

Дрались… на первый взгляд все и со всеми, разделившись на небольшие кучки. Во всяком случае, я не поняла кто и по какому принципу кого бил, — все выглядели практически одинаково… как и мы с Маринкой. Бился народ почему-то на кулачках… в смысле в рукопашную: без холодного, огнестрельного, магического и всякого такого прочего доступного в этой игре оружия. Скилы и навыки применялись, но всё равно не понятно почему так? Короче, полный беспредел!

Ещё меньше я ожидала увидеть в эпицентре развернувшейся бойни наших девчонок, — я их узнала по шмоткам. Хотя, «в эпицентре» — это я, скажем, погорячилась, но всё же: ШатДан и ВэлДан, стоя спина к спине, лихо отмахивались руками-ногами от игроков, наскакивающих на них, а между ними, точнее, под ногами у них, билась в истерике Бэль… И всё это происходило на возвышении… Какой-то сцене?! На относительно небольшой такой и круглой площадке, с установленным в её центре шестом. Для стриптиза, что ли? Спрашивается: чем это они тут занимались, и почему без нас?

Площадок с шестами было несколько; я штук шесть насчитала. А где-то там поодаль от двери возвышалась этакая пирамида из клеток с разнообразным зверьём, сидящим в них. И вообще помещение сильно напоминало мне не слишком вычурный «Ночной клуб» совмещённые не то с контактным зоопарком, не то с зоомагазином, или что-то в этом роде: темно, бар есть, сцены эти и шесты, клетки со зверьём… Над головой то и дело пролетали сервированные снедью и напитками маленькие столики, стулья, вазы, посуда, кальян… — только и успевай уворачиваться.

Зверьё, всякого фантазийного вида, бесновалось в своём заточении: они орали, пищали, свистели. Клетки тряслись и буквально ходуном ходили. Если б дело было не вирте, то можно было ожидать, что рано или поздно клетки развалятся, а так…

Я крутилась на месте, соображая, — с чего бы собственно мне начать, и чувствуя себя в центре закручивающегося спиралью смерча. Нет, само по себе зрелище драки меня уже не поразило. Скорее я удивлялась тому, что вся эта каша-мала заварилась без моего участия. Маринка тоже вот с сомнением скосила на меня свои нечеловеческие глазюки, — видимо, ей на ум пришла точно такая же мысль.

Вообще-то, вокруг действительно было полно игроков. Набились сюда прям как сельди в бочку. И главное, повторюсь: — все дрались со всеми?! А не только били наших. Это в некотором роде даже успокаивало; теоретически, возможно, наши были вовсе ни при чём. А просто так совпало — дверью люди ошиблись, с кем не бывает. Правда, это всё никак не проясняло ситуацию, а вызывало кучу дополнительных вопросов; не понятно, как всё к такому пришло. Я слышала отдельные фразы дерущихся вокруг, но смысла не улавливала:

— …слили, гады!

— Вам писец, су*цко!

— Долбанные прокто́логи!

И так далее… матерное всё. Кто там кого слил? Кому писец пришёл? Причём тут прокто́логи? Тут клиника что ли?

Впрочем, долго слушать и думать мне не дали. Почти одновременно случилось две вещи; во-первых, Маринка ринулась спасать наших: пара молниеносных комбо ногами в её фирменном исполнении и супостаты зловредные отправились в высокий полёт. А во-вторых, меня попытались стукнуть по затылку. Я дёрнулась уворачиваясь, на автомате сунула клетки с пикси куда-то в инвентарь, и призвала свою… сильно увеличившуюся в размерах и изрядно заматеревшую Фиалку себе на помощь. А пет, недолго думая, развил бурную деятельность: перво-наперво саламандра покарала напавших на меня выкосив их своим хвостом — он же «Водяной хлыст». Не скажу, что эта атака поубивала всех напропалую, но пораскидала в стороны точно. Затем моя умница жахнула своим самым грозным оружием — «Водяной пушкой». Бабах получился зрелищным! Залп угодил прямо в пирамиду из клеток. Не знаю была ли это случайность или Фиалка проявила солидарность со своими собратьями.

На миг к нам было приковано всеобщее внимание.

Кажется, игроков удивил не нанесённый моей Фиалкой урон, а само наличие в этой свалке ручной саламандры; больше петов никто почему-то не призвал.

Мне показалось, что мир замер… включая то, что в тот миг находилось в полёте. А затем пространство буквально взорвалось диким, разноголосым, восторженным звериным воем! И в туже секунду все и всё вокруг задвигалось так, что очертания объектов смазались, а звуки превратились в рёв ракетных турбин!

Я струхнула, понимая, что этот спецэффект непросто так сам собою возник — это кто-то что-то всё же скастовал! Попятилась задом, упёрлась в дверь, попыталась этим же задом нащупать несуществующую ручку двери…

В ухо мне кто-то крикнул что-то там такое: — «… Страйк»! И через мгновение: — «Бойся!» Я не расслышала фразу целиком и не поняла кем именно и кому конкретно это было сказано. Но спустя миг меня вынесло к чёрту вместе с дверью толпой игроков, ломанувшихся вон из помещения. Чуть по стенке не размазали. По той самой, у которой некоторое время тому назад мы с Маринкой отирались. Я по ней так и сползла на землю. Рядом, довольная собой, примостила свой хвостатый зад Фиалка.

— Что это было? — ошарашено вопросила я: то ли пета, то ли «небеса».

— Одна хорошая мулька. Сама себе такую хотела, но заполучить так и не смогла. — со вздохом завести ответила мне Маринка.

Я отлепила личико от стеночки и очумело посмотрела на подругу. Рядом изрядно потрёпанные близнецы пытались угомонить рыдающую белугой магичку.

— Чума… — офигивая от событий выдала я.

— И не говори. Ну что, пошли, что ли? Вставай, чего лежишь. — нависала надомной подруга.

— А ну ходу отседова! — чуть было не сорвалась я на фальцет, и никого не спрашивая, заюзала свиток переноса в локацию города Трёх Лун.

Хватит с меня этого Королевства Теней, или что там означает словосочетание «Регнум Теневосум». Никогда сюда больше не сунусь, что бы кто не говорил!

Дать практически ничем не ограниченную волю в программировании локации всяким «левым» игрокам — это ни разу не хорошая идея! Ни разу и ни в каком месте! Это прям «Дикий запад» какой-то, или скорее даже наши «Девяностые» конца двадцатого века. Свобода предпринимательства, беззаконие, никто никому ничего не должен и еже с ними. Анархия, мать её! Ну это всё… в баню! Действительно: лучше уж какая-то власть, одинаковые для всех и понятные правила, чем полное отсутствие таковых! Даже в играх. Это конечно только моё мнение. Для кого-то может по-другому… Но это уже другая история. А пока…

«Добро пожаловать в город Трёх Лун»

Выскочило на интерфейсе системное сообщение.

Выбрались, закончилось, слава тебе Господи!

Глава 21

И снова здравствуйте… наша гоп-компания заседала в облюбованном трактире «У Салли». Сидели все такие из себя тихие, но сосредоточенные, как кот выслеживающий хозяйскую котлету, каждый сам себе на уме, почти, как и неделю назад, — до того, как мы полезли в данж под горой, но теперь пожёванные и напряжённые все не по-детски. Прям дежавю, какое-то. Хоть видимых причин для печали как бы нет…

Я, подперев челюсть кулаком, сосредоточенно и задумчиво поочерёдно переводила взгляд с одного члена, не побоюсь сказать, своей команды на другого. Как бы надо было подводить итоги нашей вылазки, устраивать разбор полётов, что-то говорить, может ругать всех и себя, или хвалить, успокаивать, вдохновлять на новые свершения, — я же лидер этой команды, или где? Но делать что-либо и у меня настроения не было.

Допустим с Маринкой мне всё понятно, с ней уже всё выяснили. Так мы сто лет знакомы — это облегчало задачу. А вот с остальными мне что делать? Я им никто и звать никак, чтоб в душу лезть или требовать объяснений. Но ведь нельзя же просто взять и про всё что было забыть… Или можно? А что собственно такого произошло? Да забить, и дело к стороне?!

Вот ведь! Осадочек-то остался. Не получается забить и забыть.

Хоть бы кто помог, что ли? Так нет же, — молчат все как рыбы… замороженные. Я в очередной раз вгляделась в насупленные лица…

Маринка с философским пофигизмом пялилась в окно, делая вид, что её с нами тут нет, и медленно сосала через соломинку заказанный по такому случаю коктейль «Зеленоглазая чупакабра», — не знаю, что ей туда намешали, но штука пузырилась, переливалась всеми цветами радуги, как бензиновая лужа, и до кучи дымилась. Говорить о чём-либо с другими членами команды подруга явно не намеривалась. Сестрички-близняшки заказали себе зелёный чай с лесными травами под названием «Сундарбан», но так ни разу и не притронулись к чашкам. Были совершенно индифферентны ко всему вокруг, — сидели в одинаковых закрытых позах, с прямыми спинами, прикрыв глаза и упорно молчали. Было такое впечатление что они в очереди на приём к зубному или гинекологу сидят, и морально готовы вытерпеть всякое. Бэль…

А вот магичку буквально трясло и распирало. Она пито́чила как не в себя. В желудок отгружался уже пятый по счёту десерт «Салатовая слива с финиками». При этом Бэль ёрзала на стуле, словно на еже сидела, нервно дёргалась и зыркала по сторонам не то злым, не то затравленным взглядом. Старалась не смотреть кому-то из нас в глаза, и всячески избегала прямого контакта. Скорее всего, и прежде всего, она хотела убедиться, что к ней ни у кого из нас претензий нет.

— Лопнешь. — прокомментировала я обжорство Бэль. Не потому что меня это волновало, а потому что… ну надо же было хоть что-то наконец сказать, а то сидим, понимаешь ли, двадцать минут как пингвины на льдине и не туда и не суда.

— Не лопну! Даже вес набрать не получиться. Тут всё не взаправду! — взорвалась магичка. А я не нападала, просто голос подала.

В ответе Бэль я уловила… надрыв, что ли?

В приват-переписке я уже пыталась выспросить у неё, что случилось, как она оказалась в том зоофильном заведении: — что ей там было нужно; случайно или нет это произошло; что беспокоит; чего она там искала; что хочет? А в ответ получила довольно невнятное объяснение: — что она что-то там или кого-то пыталась найти, то ли случайно услышала о том месте и решила зайти, потому что там можно было найти что хорошее, то ли не так всё было. На мои уточнения: — «Если там что-то хорошее и полезное найти можно было, так почему никого не позвала»? Ответа не последовало. Маринка предположила;

— Никак она нашу команду продать намеривалась. Там ведь, как пить дать, не только живность с молотка загоняли, но и информацию. Как минимум, можно было назначить кому-то встречу, как мы сами сделали на рынке.

— А почему тогда встречу назначали в том месте, а не как все на всё том же рынке? — задала я тогда вопрос.

— Так сто пудов, это не она место встречи выбирала. Ей сказали — она согласилась, может, и не подозревая, что это за место такое. Возможно ей в голову не пришло что это может быть опасно.

— Всё равно не понимаю — зачем ей эта авантюра?

— А что об этой девушке ты в принципе знаешь?

Вот на этом моменте я зависла.

— Ничего… — вынуждена была признаться я.

Вот ведь! Вирт вообще и глубокое погружение в частности, как пространство, с одной стороны нехило так расширяют возможности людей для общения, творчества, развлечений, получения знаний, обмена опытом. Мы привыкли к этой лайт версии жизни. Нам тут так тепло, уютно, безопасно и просто, — все вокруг хорошие и я лучше всех, никаких проблем. А посмотри с другой стороны и заметишь, что внутри этого пространства мы всё равно остаёмся друг для друга незнакомцами. Просто объединённых в команду в данный момент незнакомцев. Мы видим лишь то, что нам показывают, но не больше, а как оно всё на самом деле? Кто-что-где-когда-почему? Чем человек по жизни занимается? Чем мается? Как себя ведёт? Может кто-то тут инвалид? Или нетрадиционной ориентации… Психический… Может ещё что. Мы ничего друг о друге не знаем. И, по сути, у нас нет никаких обязательств друг перед другом, никто никому ничем не обязан, никто никого не знает, а значит и сделать реально ничего никому не может. Ответственности никакой, всё только на доверии и на нашей совести. Вот я не помню, когда я раньше играла, было так же или нет? Вроде как да…, а вроде бы и нет…

Мыслями я всё время съезжала с темы. Надо смотреть правде в глаза — я не хотела ни с кем ссорится и себе делать нервы. Отвечать за неудачи или ставить цели. Правда, отвечать было не перед кем, только разве что перед собой и девчонками, а это не бог весть какая проблема. Не знаю… может это только у меня так, или старею, или это такая стадия взросления? Тяжко, однако. Быть боссом совсем не так весело, как ты себе это воображаешь.

Нет! Надо собраться. Надо взять себя в руки. Выяснить всё. А то раскисла, понимаешь… Я же не собираюсь увольнять Бэль с должности штатного мага. Нет же?! Наоборот мне почему-то кажется, что очень важно сохранить именного этого человека как часть нашей команды. И это не потому что Бэль оказалась первым игроком, с которым я тут близко сошлась, а в чём-то другом… Интуиция, что ли? Бэль нам нужна. Но как с ней взаимодействовать?

— Скучно, однако… — неожиданно подала голос Маринка, отставляя от себя бокал с недопитым коктейлем.

— Ты это к чему? — насторожилась я.

Я тут, понимаешь, всеми силами пытаюсь не утратить оптимизм, а если ещё и Маринка скиснет, то всё… «Тушите свет, я спать пришёл».

— А к тому, что всегда наступает такой вот момент эмоционального провала. Когда спадает волна новизны, первого энтузиазма и азарта, легких побед и начинается всякое разное — косяки и неприятности, обязательно идёт такой вот откат. Если сначала всё круто и весело, потом познаёшь всякое, опыта набираешься, нюансы всякие выла́зят и вот тебе уже не так весело. По статистике пятьдесят процентов игроков сливаются из игры именно на этом моменте — теряют интерес, бросают играть: либо совсем, либо начинают играть значительно реже. Если конечно не исправить ситуацию. Да и не в игре всё так же. Сначала горишь новой работой, а потом думаешь, как бы уволиться к чертям. — поделилась Маринка соображениями, наверное, стараясь помочь мне.

— А как её… ситуацию то бишь исправить? — поддержала я разговор, радуясь, что хоть кто-то тут кроме меня переживает.

— Ну… можно взять тайм-аут, для начала. И пусть каждый поиграет сам по себе или не поиграет. На команде свет клином не сошёлся… — меня перекосило при этих словах Маринки. Я была уверена, если сейчас разбежимся — это будет наш конец. Но подруга, судя по всему, была того же мнения. Потому что она продолжила:

— …но потом, сойтись обратно будет очень сложно, даже скорее всего, никто не захочет переступать через свой стресс. Так что, будет проще, если сейчас выясним, что с нами не так. — Маринка скрестила руки на груди, в характерном жесте, скопировав позу сестёр и упорно смотрела в окно. Значит, всё же, психует наш хай.

Я подёргала носом, почесала правую бровь, потеребила мочку левого уха, сложила руки на груди, попыхтела секунды три и решилась:

— Шат! Ну что вы молчите?! Вы-то как оказались в том заведении? С самого начала туда шли или нет? — обратилась я к сёстрам.

Почему к ним? Да потому что они ни слова не произнесли с тех пор как сели за «стол переговоров». А ещё потому что Маринка права насчёт «эмоциональных качелей», — и если всё это… не знаю как назвать, сейчас-здесь не прекратиться, то я… Я… что-нибудь глупое сделаю, — я себя знаю, на стресс я плохо реагирую. Драке предпочитаю паническое бегство.

Шат приоткрыла один глаз, вдохнула словно перед прыжком в холодную воду и ответила мне:

— Нет, мы туда не собирались, а просто пробежались по рынку, а когда думали куда б ещё пойти увидели, как Бэль вошла в то заведение, и пошли следом. Сразу войти у нас не получилось, да и связь с Бэль пропала. Мы заподозрили неладное. Стали искать способ как войти к ней. Спросили у одного торговца с рынка, он нам подсказал к кому можно обратиться. Это заняло некоторое время… Когда, наконец, прорвались внутрь, то поняли, — Бэль спасать надо. Мы и спасали. А потом появились вы.

Был дан по-военному технически выверенный, краткий отчёт о проделанной близняшками работе. Без какой-либо воды и лишних деталей. Не придерёшься. Я и не собиралась, спросила просто так, лишь бы спросить:

— Если поняли, что дело пахнет керосином, почему нас не позвали на помощь? Черкануть в чат »SOS« это же секундное дело. Мы бы раньше пришли…

Я не договорила. Сёстры буквально закаменели.

Нет, не то что б я испугалась… Позы и лица бронированных блондинок не изменились, но от наших танков, повеяло таким холодом, — я прям услышала звук рухнувшего железного занавеса отстранённости. Отморозились они от моих реплик. Я начала догадываться в чём тут дело. Мне было хорошо знакомо это чувство — я его испытывала каждый раз, когда родители в мои школьные годы приставали с расспросами: «ну в чём дело?», «объясни нам наконец!», «скажи, как тебе помочь?». А что я могла сказать и какими словами, если и сама не понимала, что со мной? — «всё нормально», «не знаю». Так просто этого состояния не объяснить, наверное, психологи могут, их этому учат — «кризис доверия», «страх, что накажут», «сам всё решу» — гнетущее такое чувство: ты один против всего мира. Конечно, в таком состоянии накосячить — это дело обычное! Ты и косячишь! А попросить о помощи всё равно не можешь, даже если хочешь, даже если знаешь, что так будет правильно. Нужно много сил чтоб себя перебороть, когда ситуация загнала тебя в такую жопу, да ещё и не сразу получится — это ж стыдоба какая! На самом деле нет, но ТЕБЕ так не кажется. И мысли твои разбегаются как напуганные тараканы, сформулировать мысль никаких сил нет. Может с возрастом ситуация меняется, с жизненным опытом, а так, замыкаешься, ожидая, что само всё как-то пройдёт, или выкрутишься как-нибудь. А каким способом это уже не важно, критическое мышление подавляется холодной паникой. Не редко, надо заметить, удается выкрутиться, но, скорее всего, на какое-то время, — проблему это не решает, как правило, но как временный выход работает. Потом за это расплачиваешься, может даже всю жизнь. Вот откуда берутся сюжеты для всяких теле-мелодрам, — фигня полная, но не зря в основе этих сюжетов всегда ошибки молодости.

— Я вас понимаю… — сочувственно принялась вздыхать я, вспоминая себя в таком состоянии.

Не знаю, что там у этих девушек в жизни случилось, вряд ли их травили, как меня, но видимо всё же что-то было в их жизни не так. Мне вот психолог сильно помог в своё время, а эти… так и застряли в своей «броне» отрешённости. Я понимала… знала, что давить, докапываться, психовать, учить жизни, осуждать, выставлять претензии в такой ситуации нельзя — это верный способ усугубить конфликт, и даже вызвать ненависть. Такое только терпением и бесконфликтностью лечится. В конце концов, ничего такого не произошло. И сестрички и Бэль, чтоб они не делали, — имеют на это право. И не моё дело что-то тут высказывать. Я и не собиралась, если что. Я лишь хочу снять напряжение в коллективе, и вернуть лёгкость в наше общение, как было вначале… не так уж и давно, кстати, так было.

— Хорошо, что вы нашу Бэль отбили. И хорошо, что мы то же вовремя спохватились и вспомнили о вас… Тоже там чуть было дел не наделали, а может и наделали, пока не понятно… — теперь уже я философски уставилась в красиво сгенерированную цифровую даль за окном.

— Знаете, если я чего и боюсь по-настоящему так это подлости. Мне реально всё равно кто-чем тут занимается, и кто-чем мается в реале — у всех свои недостатки — мы все тут явно далеки от совершенства… вот точно. Главное, подставлять, продавать, предавать никого и никогда нельзя, согласитесь. Решать свои проблемы за счёт других тоже никогда нельзя — вы со мной согласны? Если нет, то… лучше скажите это сейчас. Обид не будет — лучше всё безболезненно закончить на этой стадии, пока всё не зашло слишком далеко. Мало ли как оно дальше всё развернётся… деньги там, амбиции, цели, ещё что…

Ответа как такогого не последовало, но по виду девушек, все явно поняли мою мысль.

— Короче, я вот о чём… Всё идёт к тому, что нужно искать Марона. Чем всё это кончится и почему всё так складывается — этого я не знаю. Но что всё складывается именно так — очевидно. Марика тут высказала мысль, что система любым способом настроена ввести в игру новое обновление с Мароном во главе. И, по-видимому, мы не единственные такие «избранные системой». У нас полно конкурентов, — чуть ли не всех игроков к этому аккуратно, окольными путями, но ведут. Вопрос лишь в том насколько кто продвинулся. Мы, судя по всему, показали неплохие результаты. До сих пор мы двигались по этому пути малось неосознанно, и теперь нам стоит решить — нужно ли стремиться найти Марона осознано или наоборот всеми силами держаться от всего этого подальше? Можно по отдельности — можно как команда как в первом случае, так и во-втором. Марика предложила тайм-аут. Я предлагаю компромисс — каждому подумать пару дней, больше и не требуется для того чтоб принять взвешенное решение. Что б ни о чём не сожалеть, мучится, и заставлять себя, или того хуже, запутаться окончательно и наломать дров, после чего всем нам будет плохо и страшно. И сообщить остальным. Я знаю, среди нас нет плохих людей… я имею ввиду тех, кто по жизни идёт по головам, без совести и сожалений. Вы девчонки все нормальные, я вижу, и просто так на подлость не способны… разве что по глупости — но от этого никто не застрахован. А если что, то потом, как пить дать, будете изводить себя этим.

Речь получилась пафосная. Я надеялась, что не переборщила с громкими словами и не позволила себе ничего такого лишнего и смогла-таки донести до народа мысль. Но, так или иначе, я была решительно настроена разрешить ситуацию с нашей командной работой.

Ох, не знаю… это мне так везёт, и почему у других таких проблем не возникает, или всё же возникают?

Все молчали и вздыхали. Но выражения лиц явно смягчились. Тревога и напряжение ушли, сменившись глубокой задумчивостью. Ну, хоть так… уже результат.

— Сегодня у нас что? Пятница? — спросила Шат.

— Да. — ответила я ей.

— Хорошо. Тогда в понедельник все встретимся здесь же и сообщим о принятом решении?

— Ладно. Все согласны?

Все закивали.

— Тогда до понедельника. — подвела я черту нашего собрания.

Бэль тут же испарилась — вышла из игры. Через пару секунд, близняшки переглянувшись между собой и синхронно кивнув нам на прощание последовали примеру магички. И остались мы с Маринкой одни. Я наконец обратила внимание на свой пирог с начинкой из Синих роз, — не устояла перед любопытством посмотреть, что это, и начала ковырять угощение вилкой с целью докопаться до его содержимого.

— Ну и… что скажешь. Есть у нас команда или уже нет? — подала голос подруга, так же вернувшаяся к своему напитку.

— Через два дня узнаем. Мне уже всё равно. — меланхолично ответила я.

— Что будем делать эти два дня? Есть идеи?

— Нет. От слова «совсем». Есть идеи?

— Предложила ты… насчёт Марона. Я могу попробовать что-то нарыть. Вне зависимости от команды, ты, как я поняла, уже настроилась искать этого босса?

— Это скорее не я настроилась, а меня настроили, тебе так не кажется?

— Похоже на то. Работодатели?

— А кто?

— Мало ли… — неопределённо помахала рукой в воздухе Маринка. — Ладно, тогда я тоже на выход, завтра созвонимся?

— Хорошо… — кивнула я.

И спустя мгновение осталась в одиночестве.

— Вот и поговорили… сказала я ни к кому не обращаясь.

Проглотив пирог и получив плюс пять единиц к интеллекту на целых полчаса, решила дойти до своего приюта. И в тишине, спокойно покопаться в инвентаре — что-то подозрительно много у меня там всего лежит сейчас. Статами, очками навыков пора заняться… да много чего надо. В последнее время у меня совсем не было времени со всем этим разбираться — то одно, то другое, всё на бегу.

Глава 22

Покинув трактир… надо всё же будет как-то разузнать — кто этот Салли, явно же не игрок, я заторопилась в сторону своей гостиницы. Бдительно косясь при этом по сторонам. А заодно и молясь про себя о том, чтобы добраться до безопасной зоны, как можно скорее, и не во что не встрять в этом городе. А то знаю я эту «милую» привычку «местных обитателей» устраивать игрокам неприятные сюрпризы буквально на ровном месте.

Я бодренько миновала ажурные мостики, дугой выгнувшиеся над нереально синей речкой. Ловко прошмыгнула мимо кукольных домиков до того, как на меня кто-то выскочил из одной, предусмотрительно приоткрытой двери… попытался выскочить, во всяком случае, но не успел, — я уже была далеко. Аккуратненько прошла мимо гирлянды разноцветных фонариков, — только задень один, и посыпаться все. Стороной обошла цветастые клумбы, — один твой неловкий шаг и потопчешь цветочки, — а это вандализм, как пить дать. Не улочка, а полоса препятствий, какая-то. И на всём этом пути меня сопровождали взгляды. Я, безошибочно узнавала новеньких в этом городе. Это было не сложно, сама совсем недавно так же провожала пробегающих мимо игроков недоумённым взглядом — «мол, чего это они все так нервно бегают»? А теперь вот и на меня новички смотрят в таком же недоумении. Ничего, скоро и они, как пить дать, нарвутся, и то же перестанут умиляться окружающим видам. Вот, бывалые игроки оглядывали меня оценивающе и с пониманием. НПС хитро щурились, и делали вид, что вовсе и не смотрят в мою сторону, от чего я лишь сильнее напрягалась. Ещё чуть-чуть и я ту параноиком стану! Или же наоборот, — обрету иммунитет, став не прошибаемой прагматичкой. Прагматиком? Прагматичной.

Слава богу, «Приют чухонца», всё так же стоял на отведённом ему месте. Передо мной замаячила «родная» дверь, а за ней обнаружилась знакомая гостиничная обстановка. Громила-тролль, находился на своём посту — за стойкой.

— С возвращением уважаемая, Ларина. — услышала я, как и всегда от этого НПС, безэмоциональную фразу-скрипт.

— Спасибо, Тонтту. — ответила я портье на автомате.

Хотела было идти дальше к своей комнате… Но тут до меня дошло — ЧТО я сказала!

У портье появилось имя?

Как?!

Почему?!

Я недавно спрашивала имя этого тролля, но тогда он не отреагировал на мой вопрос. Интересно, что же изменилось сейчас?

— А-а-а…. Вас зовут Тонтту? — переспросила я у громилы, для того чтоб завязать разговор.

— Да, меня так зовут. Вас что-то смущает, уважаемая?

— Так раньше же… — тут я немножечко прикусила язык. Как сказать НПС, что раньше я его имени не видела, а теперь оно вот появилось, ни с того ни с сего.

Но ещё до того, как я нашлась с ответом, тролль произнёс:

— Раньше, вам, как собственно и многим другим, не до того было, не так ли?

Фраза прозвучала спокойно, без претензий, как констатация факта. И тем не менее…

Я похлопала ресницами, стараясь заставить мозг соображать быстрее. Я так заморочилась на проблемах команды и на том, что творилось в локации Регнум Теневосум, что на саму игру перестала обращать внимание. Ошибка! Играть — это, вроде как, моя работа. Надо срочно включать геймера, и разобраться с тем, что во мне изменилось, если отношение тролля-портье ко мне поменялось.

Прежде всего, учитывать надо изменения, прошедшие за последние несколько дней, что я этого тролля не видела. За это время: был пройден… условно пройден, данж, и некоторое время я провела в локации Регнум Теневосум, так? Так. Какие параметры у меня изменились?

Я полезла проверять…

Имя — Ларина Серебристая

Раса — Человек

Уровень — 96

Класс — Егерь

Профессия — Бестиар 4

Специализация — Проводник. Направление развития — не выбрано (доступно два…).

Социализация — 6

Основные характеристики:

Сила — 87

Ловкость — 142.

Выносливость — 66.

Интеллект — 73.

Иные характеристики:

Смекалка — 23.

Кровожадность — 24.

Удача — 114

Упёртость — 36

Наблюдательность — 22

Красота — 22

Восприимчивость — 22

Наивность — 21

Интуит — 13

Способности (зависят от текущего уровня игрока):

Непотопляемый, Тихий шаг (от экипировки), Золотой палец. Лидерство — активировано — 0 очков

Умения:

Бросок — 8

Тяга — 8

Подсечка — 10

Мимикрия — 3

Сквозь все преграды — 2

Манок (универсальный)

Дурной глаз — 5.

Навыки:

Дальнозоркость — 7

Рокировка

Двойной удар (от экипировки)

Дебафы:

Удача Лепрекона.

Репутация:

— Положительная:

С Тёмной фракцией — 102

С городом Трех Лун — 505

С ассоциацией рыболовов — 51

— Отрицательная:

Со Светлой фракцией — 100

С персонажем Бломстерфина — 25

Доступно свободных очков характеристик…

Сопротивление…

Так, ну из всего списка, существенные изменения я вижу только в репутации и «Лидерство» какое-то появилось, — с этим ещё разбираться придётся. Ну и Бломстерфина на меня сильно обиделась, — видимо стрижка ей всё же сильно не зашла.

Так, а если подумать…

Бломстерфина — НПС, и тролль — это раз. Портье — тролль, и НПС — это два. Так. Но если б они были друзьями, то реакция тролля должна была бы быть противоположной дружелюбию. Он мне своего имени не назвал бы. Возможно, даже разговаривать отказался бы, разве что дежурными фразами какими-нибудь говорил. Значит, никакие они не друзья, а наоборот. Но это не точно. Надо уточнить.

— Я тут гуляла… по городу… и так… вокруг. Зашла в одну живописную пещеру. Встретила даму… тролля… троллиху с изумрудными такими волосами… — начала было я разговор обтекаемыми фразами, внимательно следя за реакцией тролля на мои слова.

Но по чопорной морде, маленьким, глубоко посаженным глазкам и неподвижности портье совершенно невозможно было прочесть его реакцию.

— … Бломстерфина её зовут. — скомкано закончила я фразу.

Трудно, однако, разговаривать с «голой», в плане эмоций, программой.

С роботами, кстати о птичках, мне то же не по себе, как-то. Даже если разрабы утверждают, что их андройды заточены на проявление эмоций, специально для общения с людьми в качестве компаньонов. Ну, заточены или нет этого я не знаю. Всё возможно, и, вероятно, если общаться с этими штуками регулярно вырабатывается привычка. Человекоподобные роботы довольно правдоподобно кривят своей силиконовой маской, что у них вместо лица, но делают это так, что меня скорее коробит, чем вызывают эмпатию. Хотя, говорят, от производителя многое зависит: — вот в Японии народ в восторге от своих андройдов, корейцы от своих просто фанатеют, американцы, понятное дело, умиляются своими. У иностранных компаний для имитации человеческой внешности не силикон используется, а другой материал, недавно произведённый: шибко крутой и дорогой — «Сверхтонкая, органическая искусственная кожа», называется, что ли. Её для лечения людей изобретали, — для пересадки после ожогов и всего такого, но по статистике чуть ли не восемьдесят процентов этой «кожи» потребляется индустрией робототехники. А наши производители, как всегда, запаздывают в этих чисто утилитарных делах. Одни делают, другие продают — частный бизнес, всё такое. Первые явно не заморачиваются с внешностью, а вторые не хотят вкладываться, или думают, что не потянут в техническом смысле, или ещё что. Трудно судить, не зная тонкостей производства этих самых роботов. Что-то я малость отвлеклась… У меня тут тролль завис.

В том смысле, что после произнесённого мною имени — Бломстерфина, он полностью перестал двигаться. Лицо… морда его ничего такого не выражала. Я помахала ладонью у него перед глазами — ноль реакции. Видя, что разговор у нас не пошёл, с сожалением развернулась к лестнице, намереваясь уходить, и попробовать поговорить с портье ещё раз как-нибудь потом, а пока с характеристиками разобраться надо бы. И тут…

Я толком и не поняла, что случилось. И не увидела. Вот я стою себе перед лесенкой в шесть ступенек, ведущей наверх к коридору с вереницей комнат игроков, а в следующий миг, — уже вишу над полом, намертво прижатая спиной к стене мохнатой лапищей тролля. Этот монстр нависает надомной как утёс, и это явно не сулит мне ничего хорошего.

Куда только делась его чопорная невозмутимость?!

Тролль демонстрировал поистине жуткий оскал монстра-людоеда. И пасть у него, доложу я вам, была размером с мою голову. В том смысле, что он спокойно мог откусить мне голову одним зевком, если б захотел. Но это не входило в его планы. Тем более что я в гостинице — а-ля, безопасная зона. Впрочем, я не поручусь за это.

Тонтту держал меня за горло одной рукой, приподняв над полом, метра на полтора. Демонстрировал клыки, разве что не рычал. Вместо рыка он прошипел мне в лицо:

— Бломстерфину, говоришь, встретила. Пропавшую много-много лет тому назад милостивую покровительницу народа троллей?!

Я припомнила как эта «милостивая» с остриженной башкой гонялась за нами по всему данжу не разбирая дороги: по стенам и потолку. Я сглотнула. Соображая, что мне не стоит никому говорить об инциденте со стрижкой Бломстерфины, и что она меня терпеть не может то же. Тонтту, судя по всему, не в курсе этих маленьких нюансов. Пока не в курсе. Значит, не репутация с персонажем Бломстерфина повлияла на НПС-портье, а что-то другое. Возможно то, что лежит у меня в инвентаре: либо локоны Бломстерфины, либо ключ.

— Да! Встретила эту… красавицу с роскошными локонами дивного изумрудного цвета! Она в беду попала, и мы… я с подругами помогли ей освободиться. — с трудом выдавила я из своего сдавленного горла, радуясь, что боли не чувствую.

— Нашли и освободили? — с сомнением прошипел тролль, но хватку ослабил.

— Да. Она в пещере, маялась. Её волосы безнадёжно запутались в колючих зарослях, и она так мучилась бедняжка, так мучилась… Но мы все колючки порубили и освободили… «красавицу» из плена. Теперь она на свободе, наверно. Где-то бегает. Она нас отблагодарила даже. — бодро на сколько это было возможно отрапортовала я.

И что бы доказать правдивость своих слов продемонстрировала троллю ключ, полученный от Бломстерфины. В его характеристиках должно было быть зафиксировано, что предмет мне отдан добровольно в качестве награды за соответствующее задание. Вот что хорошо в функционировании НПС так это то, что они достаточно предсказуемы в таких вопросах.

Тонтту, разглядев ключ, который я ему чуть ли не в нос совала, отпустил меня. Я шлёпнулась на пол. Ключик спрятала от греха, что б не отобрали.

— Где это было? — пробасил тролль.

— Тут не далеко в дан… — чуть было не ляпнула — «в данже».

— … в пещере Скрум. Точнее под ней… Ещё точнее, ниже пещеры Скрум, но выше Аконской бездны. Как бы между тем и тем.

— Понятно. — выдал тролль, вернув себе прежнее чопорное выражение морды. Зашёл к себе за стойку, вынул из-под стола здоровенный походный вещмешок, панамку на голову нахлобучил, — стал похож на заправского туриста, и двинулся на выход.

— До встречи уважаемая Ларина. Приятного вам отдыха в нашей гостинице. Приношу свои извинения за неудобства, вызванные моей несдержанностью. В качестве извинений прошу принять подарок от нашего заведения.

В инвентаре у меня дзынькнуло. А тролль вышел за дверь и был таков. А я так и осталась сидеть на полу, хлопая ресницами.

— И что это сейчас было?

«Вами получен предмет — Куртка из сета Бессмертного охотника. Собрано 5/8 предметов сета»

Был дам мне ответ.

— Что ж за день-то сегодня! И вот так… всю неделю, между прочим! У меня уже мозг логает.

Обиженно вопрошала я гостиничный потолок, надеясь, что работодатели меня слышат. «Потолок» не отозвался.

Поднимаясь на ноги, я размышляла о том, что не зря мне этот портье сразу каким-то подозрительным показался. Не типичный он НПС… не на своём месте персонаж. Такому громиле в броне по полю боя бегать полагается, а не из-за стойки постояльцев гостиницы вежливо приветствовать.

Наконец я добралась до своего номера и, может это прозвучит несколько странно, почувствовала себя в безопасности, типа — «я в домике». Забавно выходит… Только сейчас обратила внимание на такой нюанс: при столь реалистично созданном виртуальном мире, когда на первый взгляд игру нельзя отличить от реальности, и в лесу, и в пещере, и в городе, любой локации… подсознательно ощущаешь себя как в открытом поле или в офисе, универе. Словом, — на виду, и это, как ни крути, сказывается. Вот для чего оказывается в игре эти гостиницы сделали, а не для хранения вещей, как я думала в начале. Гостиничный номер то же так себе бункер, но, вот сейчас я как-то более ярко, что ли, почувствовала разницу. В гостиничной комнате чувствуешь себя более расслабленно. Раньше этот контраст мною не осознавался. Но с тех пор как я начала играть не в одиночку, а в коллективе игра перестала быть просто игрушкой. Живые люди привнесли в виртуальную реальности кусочек своей реальной жизни. И сразу всё усложнилось, стало казаться более реальным. Вот оно как выходит, игроки — это то же часть виртуально мира.

Выдохнув, и вытряхнув из головы всё, что мне мешает, я бросилась к оставленному посреди комнаты сундуку из пещеры Тук-Вал. Достала ключик, с таким трудом выцарапанный из рук Бломстерфины, — нужно будет не забыть слинять из гостиницы, до того, как вернётся тролль, а то вдруг он её и в самом деле найдёт, и открыла ларец. Ожидая чуда! Как будто подарок первого января под ёлочкой нашла, — хоть и знаешь, что ничего такого туда не положат, а всё равно сердечко щемит от предвкушения.

Раздался смачный — «Тынс» и…

«Вами был открыт Средний каменный ларец Тук-Вала. Взломать, сломать — невозможно. Добыт Серебряный ключ, который давным-давно был украден той, которую зовут — Дева из-под горы. Поздравляем вас игрок вы собрали сет — Малый хранитель сокровищ. Сет может быть преобразован в дополнительные пространство вашего инвентаря. Плюс — 15 единиц к характеристике Сила. Сет так же повысит защиту вашего инвентаря от воров. При гибели вашего персонажа, у вас повышается шанс не потерять ничего из своих вещей».

— О! Это я удачно зашла. Наконец, что-то хорошее привалило.

Если тебя убивает НПС, то потеря ценного имущества, исключена. В Эйрене нет такого правила, что твои вещи остаются на месте твоей гибели. Всё можно выкупить за денежку. А вот если тебя убьёт игрок… Вот тут возможны варианты, — у кого из противников больше скилов: у тебя для защиты, или у противника для изъятия у тебя ценных предметов. Мне пока везло. Причём во всех смыслах: и игроки меня пока не убивали, и характеристика удача, даже со столь специфическими свойствами, как у меня — это один из главных аргументов в подобных спорах. Так что убивать меня на предмет завладения моим имуществом, особого резону нет, но… Как говориться; «бережённого Бог бережёт». К тому же увеличение вместимости инвентаря — это полезная в хозяйстве вещ.

Хомяк во мне в умилении потирал свои загребущие лапки. Наконец чувство удовлетворения во мне было умаслено. Тем более это только сам ларец, а что там внутри…

«Внимание игрок, вами собрано 4/4 части Сокровенной карты — эпический предмет»

Я держала в руках не четыре отдельных кусочка пергамента с изображённом лабиринтом, а вполне себе цельную карту. Теперь это ещё больше напоминало лабиринт круглой формы. Скорее даже спираль, ведущая не то вверх, не то вниз — это смотря с какой стороны смотреть: если слева — на право, то поднимаешься вверх, а если справа — на лево, то спускаешься вниз. Всё те же слова: — «На востоке есть гора, под горою есть вода, под водой проход найдёшь, дальше путь наверх прямой», теперь отчётливо прорисовывались с противоположной стороны карты.

— Ну и? — не поняла я прикола.

Я была уверена, что стоит мне получить все части этой карты, как её свойства автоматически активируются. И я наконец пойму, что я делала всё это время. Вместо этого, проснулась подсказка и сообщила:

«Раскрыть свойства этого предмета не так-то просто. Мало обладать картой, нужно уметь её читать. Расшифровать карту можно разными способами: с помощью профессии „Картограф“, в Гильдии магии, попросите помощи у специалиста, — найдите знатока способного читать карты или станьте им»

— Так… явно какая-то подстава.

Картографа качать — мне уже поздно, Гильдия магии, да… Что-то не складывается у меня с этой Гильдией. А найти специалиста — это можно попробовать Маринка наверняка знает парочку. Платить, правда, придётся и не мало.

«А ещё, даже если у вас есть карта, вам понадобится опытный проводник»

— А вот это пояснение к чему сейчас было?

Точнее, спрашивать надо от кого? От системы или работодателей?

— Это что намёк на то, что абы кто не подойдёт, так, что ли, надо понимать?

Во дела, теперь ещё и проводник какой-то нужен. Я и сама вроде как проводник, но, судя по всему, не тот… не тот, что требуется?

Глава 23

Утро субботы началось довольно-таки неплохо. Я встала в восемь. Могла бы поваляться и подольше, но мой мохнатый будильник громко мяукал, топтался по мне, пыхтел в ухо и затылок, тыкался своим мокрым и холодным носом в шею, всячески давая понять, что вот прямо сейчас помрёт, если не накормят сию секунду и не погладят. Всего-то через час эта вредная кошка забатонилась у батареи с явным намерением проспать так весь день, а мне предстояло бодрствовать. Я как раз убирала остатки завтрака в холодильник и размышляла, — чем бы таким интересным или быть может даже полезным заняться, как тут на почту падает письмо от работодателей, в котором содержится просьба посетить главный офис как можно скорее. Захватив с собой оборудование для глубокого погружение в вирт.

От этой новости я присела на измену, — с чего бы вдруг? Увольняют? Я же ничего такого не делала… Зарплату-то мне ещё вчера перевели. Я что, где-то накосячила? Вроде бы нет. Не то что бы за мной не водилось никаких грешков, но как об этом узнали? Я старалась маскировать это дело, прописанные в договоре пункты не нарушала… систематически, я имею в виду, в основном действовала через Маринку.

Отписалась, что лечу прямо сейчас.

Делать нечего, пришлось выдвигаться на Ленинский проспект тридцать два «А». У проходных дверей меня встретила уже знакомая пепельноволосая девушка — консультант Ирина. Если она и была старше меня, то всего-то на пару лет.

— Привет, а что случилось? Сказали срочно… да ещё с оборудованием? — задала я животрепещущий для себя вопрос.

— Да нет, ничего такого. Техническое обслуживание. Компания регулярно проводит. В договоре же написано было, не прочитала?

— Ах да… — протянула я в ответ со знанием дела, хотя понятия не имела об этом. Вроде что-то такое я действительно читала, но это было давно, а кроме того, я не обратила на это внимание, — там и без этого было над чем голову поломать. Искренне полагала, что это чистая формальность.

— Техническое обслуживание…

Эта новость успокоила, — не мой косяк. Нужно ещё раз внимательно почитать, что у меня там в договоре ещё написано. Лишь бы не обязаловка, что б её. Терпеть не могу все эти тренинги, тимбилдинги и прочее. Можно подумать это реально хоть кому-то помогло в работе? Я лично не слышала такого. Хотя…, а как такое выглядит? В принципе, я хочу сказать. Тренин по онлайн-играм — это вообще, как?

— А как собственно… — разговорить Ирину не получилось, — не успела.

— Пришли. Для начала сюда.

Мне указали на ничем не примечательную дверь. За которой обнаружилась уже знакомая комната. Именно с неё началось моё знакомство с Миром меча и магии. Чемоданчик со старым скафандром у меня забрали, и выдали новый, предложили переодеваться.

— Для улучшения качества игры и в качестве теста. Это новая версия оборудования для глубокого погружения. Таких в продаже ещё даже нет. Сейчас настроим под индивидуальные параметры. — заученно отрапортовал человек принесший это самое оборудование.

— А-а-а-а как… зачем, то есть? — многозначительно протянула я, обращаясь к Ирине, и переодеваясь. Разницы между старым скафандром и новым я пока не увидела. Единственное, новый был голубенького цвета, а прошлый белый был.

— Точно не знаю. Но компания делает свои модели скафандров, и всё время улучшает прототипы. И испытывает их на вас… в смысле на сотрудниках.

— А что сейчас-то поменяли? Настройки или…

Наш разговор прервал главный технический специалист. Это был мужчина средних лет, пухлый, с растрёпанными курчавыми волосами и почему-то сердитый. На бейджике было написано его имя — Григорий. Он, не размениваясь на приветствия и прочие объяснения, выдал пулемётную очередь реплик:

— Сюда. Укладывайтесь.

Ирина испарилась. Я улеглась на специальную кушетку, чем-то напоминающую аппарат МРТ.

— Теперь это… В связи с заменой оборудования, возможны следующие кратко временные или постоянные последствия. В случае последних сразу сообщить нам. И так, возможны: головная боль, головокружение, тошнота, двоение в глазах, неприятные или же приятные ощущения в разных частях тела, обмороки, панические атаки, рвота, онемение конечностей, судороги, тремор конечностей, нервные тики, приступы икоты…

Перечисление всех возможных последствий заняло пять минут, я же утратила всякую связь с реальностью уже на второй минуте. Мне казалось, что надомной прикалываются. Ибо в том списке было всё, включая беременность. Хотя, этого может и не было, но если бы было, то я не удивлюсь.

— При возникновении каких-либо симптомах при проведении процедуры просьба сразу сообщить нам нажав на это вот кнопочку или кричите — услышим. Пака всё понятно?

— Да… — ошарашено выдавила я из себя, пытаясь прийти в себя от такой информации.

— А это обязательно? Замена я имею в виду. Мне и старый скафандр устраивал. — попыталась я отвертеться.

— В вашем трудовом договоре есть пункт о том, что руководство имеет право проводить различные технические операции с оборудованием — собственностью компании выданной её сотруднику, без объяснения причин. — рассерженно запыхтел на меня этот Григорий.

Я даже не знала, как на такое реагировать. Но на мою защиту встала Ирина, вновь объявившаяся рядом.

— Да ладно вам, чего вы так реагируете на простой вопрос. Карина же только спросила — имеет права, особенно после того как её зачитали такой список возможных последствий применения новой техники.

Я согласно закивала.

— Вот-вот… мало ли. Может на мне это скажется.

— Так для того мы сейчас и будем проводить пробное подключение. — пропыхтел Григорий.

И добавил, сбавив тон:

— Третий день без перерыва только этим и занимаемся.

Про себя я подумала: — и в чём проблема? Это так сложно или нудно? Наверное, всё же есть какие-то нюансы, раз человек такой затюканный.

Пробное подключение прошло штатно — ничего такого я не заметила — лишь немного в глазах двоилось первое время, а так всё как обычно. О чём и сообщила после эксперимента.

— Да… понятно… это хорошо. Можете переодеваться.

Я переоделась.

— Мы всё настроили — можете забирать. — сообщил Григорий, всучил чемоданчик со скафандром и утратил ко мне всякий интерес.

Когда я в сопровождении Ирины выходила в коридор, то в упор столкнулась с каким-то парнем с таким же, как и у меня чемоданчиком в руках, его сопровождал другой какой-то консультант — их тут оказывается целый штат, консультантов этих. А тот парень показался мне чем-то знакомым. Где-то я его уже видела… довольно маленький — с меня ростом, худощавый, бледный, в очках — а-ля Гарри Поттер, одет в чёрную водолазку и чёрные джинсы — классика вечна. Где же я могла его видеть?

В слух же сказала другое:

— Однако, поток?

— Это да, работы много. Пойдём я провожу тебя на верх. — сказала Ирина.

— Куда?

— Нужно ещё кое-что подписать. Дополнительное соглашение. В связи с заменой оборудования и возможных последствий его применения. — я напряглась.

Чую это ж-ж-ж не спроста. Надо быть внимательной. Тщательно всё изучить прежде чем подписывать.

Домой я вернулась уже вечером. Нет на Ленинском я протусовалась не так долго — пару часов, но потом долго гуляла и много думала. О чём? О своём будущем, о том, что такое эта работа — что значит работать на дядю или тётю, чего я хочу, что мне не нравится в этой схеме… Обо всё сразу, короче, и, по сути, ни о чём конкретно. Пустое занятие в принципе, но зато нервы успокаивает и позволяет скоротать время. Тем более приближалось двадцать третье февраля, а там и восьмое марта — праздники, а там и весна, май… сессия, лето. А тут эта игра, — нужна ли мне вся эта «хиромантия»?

Глава 24

Вход

Честно, в этот раз заходила в игру не то что бы с опаской, но с неловким ощущением что вскоре предстоит услышать в свой адрес кое-что неприятное: — «Всё было хорошо, ты отличная девчонка, весёлая, с тобой конечно круто, но чёт как-то не то, понимаешь». Во всяком случае мои последние отношения закончились именно этой фразой. Но там и парень был так себе, скажем прямо — не фонтан, фантазией не отличался. И не важно, что я сама подумывала его бросить…, но чуть попозже. До моего дня рождения как раз оставалось меньше недели, он мог бы в качестве прощального подарка и оплатить «скромный банкет и караоке», а потом только разорвать отношения, нашёл, блин, время. Хотя, подозреваю на то и был его расчёт, — скидываться на подарок этот дятел не захотел. И ради чего я с ним, вообще, согласилась встречаться тогда, что на меня нашло… Затмение какое-то, не иначе.

Пардон, отвлеклась. Короче…

Мне не хотелось говорить на всякие серьёзные темы: про отношения там всякие, деньги, и всякое такое — в последнее время команда только тем и занималась, кажется. Но стоило мне зайти в игру, и первое о чём я подумала, что позабавило, так это то, что, засыпая в реале — я зашла в игру, а в игре –проснулась, лёжа в кровати в гостиничном номере, в том самом положении, в котором и засыпала в реале. Причём, по моим ощущениям, между двумя этими моментами не прошло и десяти секунд. Получается я улеглась, активировала оборудование, закрыла глаза и… «проснулась». Не знаю почему, но раньше я совсем не обращала внимание на такие моменты. Точнее не так. В предыдущие разы я ощущала «границу» — был этот момент, когда я оказывалась в промежуточном пространстве, и секунду другую вполне осознанно ожидала «загрузку» игры. Но сейчас ничего подобного не было — граница реала и нейросна стёрлась. Это, знаете, даже как-то пугало.

Что ещё изменилось?

Я встала на ноги, огляделась, походила по комнате, выглянула в окно, попрыгала… На первый взгляд ощущения всё те же — по сути, ни каких ощущений, и всё же… что-то неуловимо поменялось. По крайней мере я знала причину этого — новый скафандр, к гадалке не ходи. Технологии всё совершенствуются и совершенствуются. Если так пойдёт, то вскоре действительно нельзя будет просто так, навскидку, определить: в реале ты всё ещё или уже в «матрице». Особенно если вирт-мир сделают копией реала…, а может уже делают…

Тут у меня дзынькнуло оповещение — Маринка отписалась. Она уже на месте, сидит за столиком в забегаловке «у Салли», и ждёт меня. И она не одна — близняшки то же в игре. Бэль пока не зашла. А моё появление команда засекла по оповещению. Делать было нечего… нужно идти. Я скисла, как сметана. Поплелась на выход из гостиницы, — сегодня решиться судьба нашей команды. Так что затягивать с этим не стоит — «чем быстрее свершиться приговор, тем меньше тебе сидеть», пришла на ум фраза из какого-то очередного сериала про детективные расследования и криминал.

Я уже почти добралась до синей входной двери «приюта для Чухонца» как ни с того ни с сего дрожь пробежала у меня по телу, а следом обдало холодом, вогнав меня в ступор. Я почувствовала, как мурашки забегали у меня по спине. Это был шок — такие реалистичные ощущения! Мама дорогая, если я теперь и боль буду ощущать так же… Из ступора меня вывела подсказка, на интерфейсе всплыло:

«Игрок на вас наложено проклятье „Стынь“. Вы не сможете двигаться пока его с вас не снимут»

Я попыталась сдвинуться с места — ноль реакции, хотела повернуть голову — ноль реакции, пошевелить мизинчиком — ноль реакции. Я превратилась в истукана!

У меня перс «заглох», как сломанный мех-бот, а я внутри кабины бесновалась, но всё без толку. Благо интерфейс работал, — я могла: выйти из игры, имела доступ к чатам, к справке, даже к аукциону, вот только двигаться не могла от слова совсем. Синяя дверь — это всё что я видела, — глаза то же замерли в одном положении — «…нет обзора ни хрена»!

Кто-то явно большой поднял меня высоко-высоко над головой, как какую-то садовую статую, и спокойно куда-то понёс. Я в эту минуту в панике строчила в командный чат:

Я: Спасите! Меня куда-то несут!

Марика: Не поняла… Куда тебя несёт?

Я: Не меня несёт! А меня несут!

Марика: Кто? Говори ты толком.

Я: Не знаю я ничего! Меня парализовало на фиг! Кто-то меня проклял!

Шат: Опять?

Я: Да! «Стынь» какая-то!

Марика: Вот ты попала!

Я: Спасите!

Марика: Как?

Я: Я тебя убью!

Марика: Ладно-ладно, чего разоралась. Куда тебя несут?

Я: А я знаю? По городу… Я кроме неба над головой не вижу ничего!

Вэл: По геолокации на карте отследим. Без паники. Сейчас Бэль придёт — она по-любому сможет это снять. Точнее, только она из всех нас может это сделать.

Я: Тебе легко говорить! Я даже моргать не могу!

Марика: Скажи спасибо, что в туалет тебе не понадобится. Вот тут было бы тяжко. А так, главное — не скучай там. Вытащим. Где они тебя взяли?

Я: Прям в гостинице. Я даже выйти не успела.

Шат: Это невозможно! Гостиница безопасная зона, там никто ничего с тобой сделать не мог бы.

Я: Знаю! Но это не отменяет того, что меня парализовало стоило лишь коснуться ручки двери… Кажется это была ловушка?

Марика: Кто мог установить ловушку в гостинице? Это невозможно. Снаружи ещё туда-сюда, но внутри точно нет.

Я: …тот, кто эту самую гостиницу содержит…

Шат: Не игрок, ты это хочешь сказать?

Я: Ага… неужели он её нашёл?

Марика: Кто-кого там у тебя опять нашёл?

Вэл: Так монстры то же не могут напасть если ты в гостинице.

Я: Это не монстр. Тут другое… что ему надо-то или ей? Нет, если ей, то я знаю, что…

Марика: Не поняла. Тебя надо спасать или как?

Я: Дура, что ли! Спасайте скорее! Я не хочу быть лысой!

Марика: Ничего не понимаю, но очень интересно. Бэль пришла. Ладно, разбирайся там. Если что пиши, что происходит. Мы выдвигаемся на твои поиски.

Я: Ага…

Глава 25

Тролль, не торопясь шествовал по городу Трёх Лун, взвалив меня себе на плечо, и его никто не то что не останавливал, но даже внимание не обращал. Странно… Допустим, НПС не интересно по определению, но игроки-то почему не реагируют? Если б я увидела, как какой-то тролль куда-то тащит игрока, то обязательно заинтересовалась бы. Хотя бы поглазела на это. А тут… ослепли все что ли. Или… не видят? Такое возможно. Я активировала «монопод» — мулька на интерфейсе такая есть это для любителей селфить, которой я почти не пользовалась. Но чтоб увидеть себя со стороны — самое то.

Ну да…

Как я и подумала, это действительно был Тонтту — НПС исполняющий роль портье в Чухонце, в своей этой жёлтой панамке. Меня он закинул себе на плечо и нёс как бревно. И это не метафора. Я была совершенно белая… не бледная в смысле рожи, а полностью белая — как скульптура в парке. И можно сказать увековеченная в той самой позе в которой меня и взяли, как выразилась Маринка. Стала похожа на муху, искупавшуюся в бетоне да так и застывшая в нём. Опознать в этой статуе игрока было попросту невозможно. Вот никто и не обращал внимание — умно. Это само проклятье так работает или Тонтту дополнительно меня замаскировал под стату́ю?

И всё же интересно, что ему от меня понадобилось? Реально что ли они с этой Бломстерфиной нашли друг друга? Если так, то дело пахнет скипидаром… Помнится, один раз меня уже вот так вот кое-куда транспортировали, — закончилось всё в жерле вулкана. Боюсь, что на сей раз этим не ограничатся. Мне только и оставалось что развлекать себя всякими предположениями.

Ибо убедилась — мне из этой ловушки не выбраться… пока, во всяком случае. Потом, когда что-то поменяется в этом сюжете — это ж игра. А в прочем, не поручусь за то, что там разрабы ещё придумали, — от этих выдумщиков всего ожидать можно. Остаётся лишь расслабиться и довериться друзьям. Время от времени я нервно проверяла место положение команды, которая почему-то топталась практически на одном месте, а не спешила по моим следам. А потом и вовсе пошли в обратную сторону. Хотела было написать и спросить — чего они застряли, и куда их понесло, но не стала… мало ли что у них там. Время терпит — чего суетиться-то.

И всё же…

Порывшись в инвентаре, я ещё раз попробовала все имеющиеся в моём распоряжении средства и мульки против стана, проклятий и паралича, — ни фига не сработало: свитки, зелья, алхимические камни — всё мимо. Полезла на аук в поисках чего-го полезного, пролистала простыню предложений — купила ещё парочку свитков с моментальной доставкой в инвентарь, — испытала, — не сработало.

«Стынь — одно из эпических проклятий, доступно лишь редкому классу существ — Шаман, отличительная черта данного дебаффа: — при простоте деактивации данного дебаффа снять его с самого себя никому не по силам — ни каким способом»

Отреагировала подсказка на мои потуги. Я заподозрила что это была подсказка не системы, а работодателей. А не они ли стоят за моим похищением, а? Может это мне так помогают… с моей командой, типа — совместный труд объединяет… или мне на что-то намекают — не лезь — убьёт? Или…

Пока я ломала голову над этой загадкой, тролль вышел за границы города.

«Вы покинули безопасную зону»

Любезно сообщили мне.

Стоило троллю пересечь невидимую границу как он тут же рванул с места в карьер. Аж картинка у меня перед глазами смазалась. Я думала потащит обратно в данж, под гору — в жаркие объятья Бломстерфины. Но нет… отчего-то понёс в противоположную от данжа сторону. Вот это было довольно неожиданно. Тут уж я совсем растерялась. Это что ещё за квест такой намечается? Мне на это дело валерьянки-то хватит? Впрочем, только вчера запас пополнила, так что должно хватить.

Но это положительно интересно. Какой-то новый поворот в игре. Надо бы тролля разговорить как-то, когда доберёмся… туда куда меня несут. На этом многообещающем моменте меня вышибло из игры…

«Ваш статус — вне игры»

Какого?!

Я попыталась снова зайти в игру…

«Доступ временно ограничен. Проверка данных»

Я оказалась в обычном вирте глубокого погружения. Это означало — что всё работает: оборудование работает, связь есть, просто доступа к игре у меня почему-то нет. Сердечко кольнуло тревога, а затем холодком потянуло где-то чуть выше желудка.

Нарыли-таки боссы на меня компромат?!

Уволят?!

Или предупреждением ограничатся?!

Я запаниковала. Помнится, ещё недавно сама подумывала всё бросить к чертям играть в виртуальную жизнь, но как только такая перспектива встала в полный рост, вдруг поняла, что не хочу вот так всё бросать, — а как же Маринка, а девчонки… Кстати нужно их предупредить. Через ЛС я написала подруге:

Я: Марин, меня из игры выкинуло

Марика: А-а-а…, а я и смотрю ты пропала. В чём дело знаешь?

Я: Пока нет. Сейчас отпишусь на работу. Может глюк какой.

Марика: Ладно разбирайся там, а мы пока тут поищем твоё виртуальное тельце. У нас тут то же форс-мажор случился.

Я: Меня тролль-людоед похитил и куда-то за город оттащил. А у вас что?

Марика: Плохо…, но не безнадёжно. Поищем. Давай там, быстрее соображай. Мы тут разберёмся и к тебе. Всё не могу больше…

Я: Ага, давай пока. Скажи остальным что у меня временные сложности со связью.

Закончив эту переписку, я начала следующую уже с работодателями — в которой коротенько и вежливо, сообщила о возникших у меня сложностях. И получила ответ:

«Не стоит беспокоится, ваш доступ будет восстановлен через двадцать четыре часа. Временные неудобства были вызваны необходимостью адаптации и ввода в эксплуатацию нового игрового оборудования».

Блин, нашли время! Меня там похитили, команда на грани распада, форс-мажор какой-то… Ой, чую все не договаривают мне что-то — слишком уж формальный и сухой ответ от работодателей. Сто пудов, за всем этим они стоят. Но делать нечего, придётся потерпеть. Двадцать четыре часа — это детский срок, подождём.