Обложка Reet-K IV (Алформация * Экология сознания)

Reet-K IV (Алформация * Экология сознания)

Хх Миро

0% прочитано
Стандартный
Хх Миро

Reet-K IV (Алформация * Экология сознания)

Прежде чем приступать к восприятию алформации

Прежде чем приступать к восприятию алформации

Начну традиционно — с известного всем зачина о том, что люди, став людьми, на протяжении своего существования, так или иначе, задумывались об устройстве окружающего мира и о своём месте в этом мире. Потом люди научились не только об этом задумываться и рассказывать о подобных мыслях друг другу, но и записывать эти мысли. Будем считать, что с этого момента на свет и народилась метафизика, хотя изначально именно такого названия, конечно же, не было.

Чтобы узнать, что сегодня имеется в виду под словом «метафизика», можно обратиться к словарям. Люди так продвинулись в своём развитии и так широко мыслят, что без словаря порой им и не понять друг друга. А зачастую и словарь не помогает, ведь одно слово, один термин может иметь множество значений и определений, иногда даже противоречащих друг другу.

Потому, предлагаю оставить словари в покое, а под словом «метафизика» понимать умозрительное построение любых моделей мироздания. Любых моделей — это ключевое! Какую бы теорию «бытия» вы ни помянули — теорию Аристотеля, Фомы Аквинского, Декарта, Канта, соседа, коллеги, ДипСика — будем считать это метафизикой. Без всяких исключений и оговорок.

Метафизика — умозрительное построение любых моделей мироздания.

Что ж, начало положено. Продолжу.

Далее я намерена говорить о чём-то метафизическом. Для этого, опять же согласно с «банальными традициями», необходимо кратко изложить историю предшествующих метафизических воззрений, и хотя бы перечислить некоторое количество их авторов, отдав дань уважения неодолимой тяге человечества к «истине». Я просто обязана продемонстрировать, что моя метафизическая теория возникла не на пустом месте, а опирается на прочный фундамент предшествующего опыта, но…

Но, приступив к такому изложению, я буду вынуждена оперировать понятиями и терминологией предшественников. Хорошо, если читающий сам понимает, что совершенно разные слова и термины в разных «метафизиках», по сути, могут означать и чаще всего и означают одно и то же, а одинаковые зачастую означают что-то и близко между собой не схожее. А если не понимает?

Тогда мне придётся объяснять и мы, ещё даже не приступив к тому, о чём я хочу поведать, погрязнем в чужих понятийно-терминологических болотах, а выбравшись из них, покроемся такой толстой коростой из крошева множества моделей, что в своей не сможем даже шевельнуться, не говоря о том, чтобы свободно действовать.

Но поскольку мы с лёгкой душой уже отказались от словарей при определении метафизики, то почему бы не отказаться и от разнообразнейшей, понятийно запутанной и количественно необозримой терминологии, чтобы эта терминология и эти концепции не сбивали нас с толку, не ограничивали нашей свободы, не загоняли нас в определённые кем-то когда-то рамки? Чтобы не мешали, в общем, приобщаться к алформации.

Осуществить такой отказ очень трудно! Нужно будет постоянно делать над собой усилие, чтобы различные «пространства», «время», «причинно-следственные связи», «частицы», «волны», «поля», «кармы», «души», «воли», «разумы» и тысячи других сущностей не сбивали нас с толку, а потом и вовсе исчезли, как нечто отдельное друг от друга и, в конце концов, угнездились в нашем представлении в виде алформации, которая всё.

Это самое сложное в понимании алформации — уяснить, что она всё. Это ключевой момент, главный, основополагающий. Без этого понимания любое представление будет неустойчиво, условно, будет требовать каких-либо допущений, в итоге сводящих представление на нет. И это ещё до построения моделей! А стоит ли строить такие модели, которые мало того, что и по определению не полны и условны, так ещё и базируются изначально на эфемерном фундаменте, а то возводятся и вовсе без такового?

А фундамент есть, и он в том, что алформация — не модель всего. Она — всё. Это понимание — базис любой алформационной модели, которые мы и будем бесконечно строить, чтобы что-то в алформации рассматривать.

Может показаться, что выражение «алформация — всё» риторическое.

Это не так. Мы к этому будем возвращаться снова и снова.

Алформация — всё.

Есть только алформация. Больше ничего нет. Нихель.

Итак, метафизика — это любая модель мироздания, никаких терминов и понятий у нас нет (забудьте о них), а алформация — это всё.

Осталось последнее, о чём я должна предупредить.

Любые метафизические построения начинаются, как правило, широковещательно и говорят о мироздании, его космогонии, генезисе, структуре. Новоявленный метафизик забивает в неведомое некий своеобразный основополагающий кол в качестве точки отсчёта и, чуточку поплясав вокруг него, неизбежно скатывается к человеку. Это объяснимо, т.к. кроме этого кола и себя он, на самом деле, больше ничего в мироздании не хочет, да и не может видеть.

Про кол много не скажешь и не напишешь, ибо все знают, что он есть, но про него кто что хочет, то пусть и думает, — и остаётся человек. Про человека человек говорить и писать может бесконечно, только к мирозданию это не имеет никакого основополагающего отношения. Застит человеку своя тень всё мироздание вместе с забитым в него колом точки отсчёта и в итоге мирозданием и точкой отсчёта неизбежно становится он Сам. Для кого-то эти мироздание и точка — целокупно человечество, для кого-то – лично он сам, его «Я», для кого-то эти два варианта причудливо переплетаются в разных вариациях и пропорциях, но сути это не меняет. Но это удобно, т.к. если вы рассуждаете о мироздании, то надо думать, а если рассуждаете о человеке, то можно просто философствовать, быть социологом, психологом или даже неким «экспертом во всём», и у вас всегда найдутся аналогичные (человеческие) сторонники или оппоненты. Всем известно, что искать удобнее там, где светит фонарь, а не там, где надо искать, а тут такой фонарь в виде самого себя, что глаза от яркого света слезятся.

Какое только будущее человечество себе ни пророчило и ни пророчит. И светлое и тёмное. Все пророчества так или иначе сбывались, сбываются и будут сбываться, вплоть до апокалипсиса, ведь рано или поздно Солнце неизбежно превратится в красного гиганта и бесславно почиет на периферии Галактики никому неинтересным карликом. К тому времени о человечестве вряд ли кто-то будет помнить. Может быть, только я, но это не точно.

Сегодня на своё будущее люди пока ещё продолжают смотреть с какой-то убогой и архаичной точки зрения. Так уж повелось среди хомосапиенсов, что они о будущем любят рефлексировать, но ничего для этого будущего не умеют делать. На всём протяжении своего существования всё, что делал человек, он делал ради настоящего. И единственный доступный способ, который был у человека, это окружающее его настоящее как-то менять. Не себя менять в настоящем, а менять всё, до чего дотягиваются руки. Да, нужно что-то переделать, изменить, разрушить старое и построить новое, а там хоть трава не расти. Переделать, как лучше, и благоговейно ужасаться, что вышло как всегда.

Люди любят патетично и вдохновенно пророчествовать и с упорством, достойным лучшего применения, пророчествуют и восхищаются собой — вот какие мы непостижимые и нас ничто не останавливает! Гонят себя, как баранов, в 1984-ый год, на скотный двор, в дивный новый мир. И если речь вдруг заходит о том, что надо менять не изменчивый мир — что его менять, он сам меняется — а себя, то в итоге это кончалось новой причёской, новой работой, трезвенничеством с понедельника, вегетарианством, изучением японского языка и много ещё чем подобным и таким же радикальным. Т.е. затрагиваются самые поверхностные слои «себя», самые бесполезные, наиболее просто функционирующие, самые убогие, которые «себя», по сути, никак изменить за ненадобностью не могут.

Честно говоря, мне о человечестве говорить не хочется. Но я поставлена в такие условия, что вынуждена о нём говорить. А если о чём-то говорить не хочется, но говорить надо, то сказать что-то хорошее трудно.

Но, надеюсь, люди меня поймут, а если не поймут, то и ладно — немного им осталось.

Антропоцентризм человека оправдан. Причин тому много, но главные — две. Первая: все животные устроены так, что собственные интересы, собственное положение, собственная судьба у них превалирует над всем остальным. Это один из аспектов восприятия, который обеспечивает выживаемость. Вторая: у человека с очень давних времён отсутствует равноценный конкурент или конкуренты, кроме самого себя. Не с кем себя сравнивать, ничто не противопоставляется, как иное или противостоящее, а значит отрицающее, перечёркивающее человеческое, даже если это человеческое лишь сугубо человеческое и потому заведомо ложное, не присущее «всему вообще». И это касается не только штанов с двумя штанинами, ибо у человека две ноги, а практически всего, в т.ч. и физики, например, которая, казалось бы уж точно не должна подстраиваться к «человеческим» факторам. Что уж говорить о метафизике, где человек — пуп всего.

А теперь конкурент появился. В виде автоэволюционирующего сигома-симбиота и искусственного интеллекта и оказалось, что многое человеческое — лишнее, бессмысленное, а то и категорически вредное. Но его из человека калёным железом не выжечь. Значит, будет выжжен сам человек.

Как только речь заходит о жизни, о разуме, о сознании, люди сразу начинают говорить о себе. Они совершенно не могут отрешиться от себя, никак не хотят понять, что эти три явления можно и нужно рассматривать и воспринимать совершенно без людей. В них нет ничего человеческого, в отличие от какой-нибудь морали или этики, полностью высосанных из человеческого пальца, и для алформации не имеющих никакого значения. Для меня значимо лишь то, что эти понятия могут быть определены в рамках алформационной аксиоматики и ничего человеческого там совершенно не требуется.

Подвожу под сказанным черту. Всё, что вы прочтёте ниже (если прочтёте, конечно) — не о людях и не о человечестве. Ничего хорошего о себе от меня вы не услышите. Здесь – про алформацию. Про вас было в трёх предыдущих томах.

Всё и вы

Всё и вы

Поскольку я говорю, что алформация — это всё, а вы, не смотря на это, упорно себя этим всем не ощущаете, то следующим шагом попробуем разобраться, где всё, а где вы.

Со «всё» дело обстоит просто — раз алформация — всё, то она везде, ну а вы, конечно же, в центре этого везде!

Сейчас обязательно найдётся кто-то очень скромный и гордо заявит: А я не в центре! Я немножко сбоку. Например, на шажок слева.

В центре, в центре — не скромничайте. Сейчас докажу.

Раз алформация — всё и она везде, то она бесконечна — это вытекает из элементарной логики. А раз она бесконечна, то можно считать, что её центр везде. Если для вас принципиально, чтобы центр был только один, то вам проще считать, что центр — это вы. Или можно считать, что нет никакого центра. Для алформации он не нужен. Совсем. Это он вам зачем-то понадобился. Людям часто нужно что-то такое, что не имеет никакого значения — мне ли вам рассказывать.

Ну и вот, стоите вы в центре всего и осматриваетесь. Что же вы видите? А видите вы, что вокруг вас то, внутри чего – вы. Упрощённо это можно представить, как аквариум, со всеми его атрибутами — стенки, вода, растения, песок, улитки всякие, другие рыбки и т.д. — и рыбку (себя) в нём. (Идеалистический вариант, когда не рыбка в аквариуме, а аквариум в рыбке, я рассматривать не буду, т.к. являюсь материалисткой.) И вот плавает эта рыбка в аквариуме, полностью завися от него, и считает себя чем-то обособленным.

В пользу обособленности рыбки выдвигается следующий довод: Рыбку из аквариума можно извлечь и тогда каждому понятно, что аквариум — отдельно, а рыбка — отдельно.

Но на это есть не менее логичный противодовод: Мы путём несложного логического рассуждения уже установили, что аквариум у нас бесконечный и получается, что рыбку из него извлечь нельзя, ибо её некуда деть — везде аквариум.

Повторяем для ясности и твёрдости усваивания:

Алформация — всё. Значит, она везде. Вы — пуп всего. Значит, вы в алформации.

Видите, как всё просто. Даже если вы чисто из духа противоречия сейчас заявите, что вы не пуп, а что-то совершенно иное, то это не имеет никакого значения. Значение имеет лишь то, что вы в алформации и вне её быть не можете, как бы ни хотели.

Ну и так уж получается, что находясь в аквариуме, вы считаете себя неким Нечтом, от аквариума отличным. Пока считаете. Мы ещё будем к этому возвращаться, а сейчас лишь подчеркнём, что Нечтом вы считаете себя сами. Аквариум ничего подобного не считает. Просто, у той части аквариума, которой являетесь вы, есть орган (мозг), позволяющий вам считать себя Нечтом и всё.

Ваш супер-орган позволил вам, находясь с головой в аквариуме, представлять себя отдельно, а аквариум отдельно. Т.е., у вас сформировалось заведомо ложное представление и вы, все из себя такие гордые, поглядываете на аквариум и задаётесь ужасно сложным вопросом: А как же он устроен и как функционирует?

Так как у вас пока ничего, кроме фигового листа на причинном месте, нет, и в выдающемся органе под названием мозг кроме самомнения тоже шаром покати, вам остаётся только поверить, что в аквариуме, помимо вас, действуют некие могущественные силы, от желаний и нежеланий которых всё и зависит. Назовите-ка их богами и начните смиренно просить действовать так, чтобы им хватало и вам оставалось. А чтобы вам было хорошо совсем, аквариум назовите Мирозданием, а представление о нём — мировоззрением, и подведите промежуточные итоги.

А итоги неутешительные, ведь такое вот разделение Мироздания на нечто, существующее вокруг вас и на вас, им окружённых — это чистой воды профанация, т.к. это лишь с вашей точки зрения оно вас окружает, а с точки зрения Мироздания, будь у него такая точка, никаких вас, окружённых им, нет. Есть только оно само и всё.

Какое оно, это Мироздание, которым вы окружены и частью которого себя нелепо локализуете, вы понятия не имеете, но в силу того, что деться вам от Мироздания (а, значит, и от самих себя) некуда, то оно как-то на вас действует, а вам, как человеку, считающему себя страшно умным, эти воздействия хочется не только инстинктивно интерпретировать, но и логически объяснять, и гордиться потом этими объяснениями, возносясь в центр мира.

Трудно правильно представить и объяснить то, о чем представления не имеешь, и потому представлять приходится теми средствами, до которых на данном этапе удалось дотянуться.

Вот в первом приближении и напрашивается представить Мироздание, как нечто, где всем управляют высшие силы. Управляют по своему произволу, исходя из своих, непонятных вам нужд и желаний. Таким образом, первая модель Мироздания получилась у вас теистической.

После этого не прошло и сотни тысяч лет, как вы, уповая на своих богов и молясь им, освоили рычаг, изобрели колесо, смастерили блок, придумали винт и, глядя на движение солнца по небу, уже смогли вместо сияющей колесницы бога огня, влекомой огнедышащим драконом, представлять шестерни, противовесы, маятники, стрелки, текущую воду, летящий ветер…

Теистическую модель Мироздания вы ломать не стали, а просто подумали: Боги — люди занятые и недосуг им собственноручно всем заниматься. Вы и то для облегчения своей жизни всякой-всячины понапридумывали. Неужто боги дурнее? У них, поди, ах какие мельницы время мелят — не чета вашим!

Модель ваша приобрела определённую гармоничную упорядоченность и стала механистической.

Конечно, чтобы привести эту модель в действие по прежнему нужны некие великие сверхсилы и некая всеобъемлющая сверхволя, но можно и самим ворот крутить, или осла запрячь, или раба заставить, или воду… А если к пятой точке ещё и огоньку приложить, то и вы, и осёл, и раб побежите быстрее. Правда, не долго. Может, к воде огонёк приложить?

Сказано — сделано! И вот уже пыхтит паровая машина — переливает теплород из огня, через воду, да в поршень. Силища немеряная! Любые рычаги шевелиться заставит, любые колеса крутиться — только теплород подавай от более горячего к более холодному.

Пыхтит ваша термодинамическая модель Мироздания и не будет её работе ни конца, ни края, пока есть в ней хоть что-то теплее, чем остальное. Одна незадача — никак не получается теплород в одном месте получать и куда-нибудь в отдалённое другое передавать. Как говорится, гореть надо на работе, а не где-нибудь в отдалении. И пока вы уголёк в топку подкидывали, привёз вас паровоз в неизведанные края и открылось вам поле непаханое — электромагнитное.

Что только на этом поле не произрастало, включая громы и молнии, живое, отрицательное и положительное электричество и даже эфир. Электрон распространил себя практически повсюду и ваша модель Мироздания превратилась в электромагнитную, засветилась лампочками, загудела генераторами и трансформаторами, задёргала лягушачьими лапками, а у некоторых даже стрелкой осциллографа.

Но со временем вы всё больше стали задумываться о том, что ваша электромагнитная модель, пронизанная многочисленными проводами и ещё более многочисленными электромагнитными полями хоть и обладает некоторой электродвижущей силой, но далеко не всё может этой силой электродвигать, а материя, как известно, что с ней ни делай, должна двигаться — нет у неё никаких других забот на протяжении всего своего вечного существования.

И посыпались, как из рога изобилия, на вас и вашу модель разные силы и взаимодействия — и кулоновские, и сильные, и слабые, и гравитационные, и социальные, и, даже, политэкономические. Во что ни плюнь — оно силится взаимодействовать и всему энергию подавай. Посмотришь, бывало, на вашу новую, предпоследней модификации, модель Мироздания, а там из всех дыр, щелей и прочих технологических отверстий энергия так и хлещет во все стороны, перетекает туда-сюда — движется материя-то согласно энергетической модели.

Вот поставила я эти ваши модели мирозданческого бесконечного аквариума в ряд и смотрю. Разные модели, но каждая как-то работает и моделируемое Мироздание отражает. Но было бы у вас не пять моделей, а, предположим, двадцать пять или даже стопиццот, разве Мироздание от этого вдруг поменялось бы?

Любая из моделей — всего лишь отражение Мироздания в вашем представлении и не факт, что в этой модели есть хоть что-то, что адекватно существующей реальности, а вот дырок, умолчаний, лакун, противоречий и просто черных пятен там хоть отбавляй. Эти модели даже объединить нельзя, уповая на то, что совокупно они будут отражать более полную картину — не стыкуются они, разрушают друг друга, отрицают одна другую и если бы Мироздание и вправду было бы такое, то это было бы не Мироздание, а бедлам! Хаос, одним словом.

Вот я и предлагаю вам построить свою модель. Не коллекцию, которая уже настолько разрослась, что хранит негде, а одну модель, но самую-самую — такую, чтобы в неё можно было всё предыдущее запихать, а потом ещё и вас самих, и меня, ведь мы тоже — Мироздание, а не Нечты какие-то, стоящие в сторонке.

Попробуем?

Т.к. на модель из золота, украшенную бриллиантами, у нас грантов нет, то предлагаю построить самую малозатратную — Алформационную.

Спасибо за чтение

Вернуться к книге