Реалзея (Часть VII) Ненужная правда и вынужденная ложь.

Глава 1

"Никто не способен предсказать будущее с абсолютной точностью. Однако четкий план действий позволяет подготовиться к большинству возможных — и даже, казалось бы, невозможных — сценариев. Многие при планировании ищут простые пути, но забывают: легкое решение далеко не всегда оказывается верным — особенно если учесть его долгосрочные последствия"

Роланцы и урландцы некогда были единым народом, веками проживавшим в составе великой Роландской империи. Однако со временем многие народы, в том числе урландцы, стали требовать большей автономии от центральной власти. Казалось, что империю ждёт кровавый распад, но вместо революции она мирно разделилась на семь независимых государств: Роланд, Урландию, Беленктон, Карелан, Гузьтан, Маньклатеш и Неис.

Казалось бы, новые страны обрели долгожданную свободу, но вскоре выяснилось, что освободившееся пространство быстро привлекло внимание могущественных игроков — Андромики и ЗК. Под предлогом экономического сотрудничества они начали навязывать свои товары, технологии и идеологию, выкачивая взамен ресурсы молодых государств.

Что скрывалось за "помощью"?

На словах всё звучало благородно: развитие, прогресс, взаимовыгодное партнёрство. Но истинная цель заключалась в интеграции — медленном, но необратимом подчинении. Сначала страны-победители убеждали проигравших в ошибочности их пути, затем наступал этап "прикормки", а в финале стиралась сама идентичность народа. Проходили десятилетия, умирали старые поколения, а новые росли уже с чужими ценностями.

Роланд и Урландия шли именно по этому пути. Иностранные товары заполонили рынки, местные производства разорялись, а в эфире царили бесконечные дискуссии — от критики власти до обсуждения "правильных методов контрацепции". Стратегические запасы таяли, заводы останавливались, а экономика медленно переходила под внешний контроль.

Попытка возрождения при Уторе Броунде

Лишь спустя десятилетия, с приходом к власти канцлера Утора Броунда, Роланд начал сопротивляться. Броунд, хоть и коррумпированный, выступал за восстановление имперского величия. При нём возродилась армия (ЧО), заработали заводы, экономика пошла в рост. Однако народ продолжал бедствовать — канцлер балансировал между патриотической риторикой и тайными сделками с ЗК. Он продавал ресурсы за бесценок, оставляя страну в технологической и экономической зависимости.

Нарушение хрупкого баланса

Всё изменилось, когда Броунд неожиданно ввёл войска в Урландию. Казалось бы, зачем рисковать, нарушая договорённости с ЗК? Была ли это попытка завершить многовековое противостояние — или чья-то тонкая игра?

Ортодоксальная система уже не могла сдерживать накопившиеся противоречия. А возможно, сам Броунд был лишь марионеткой в руках истинных кукловодов…

Капитан 1-го подразделения РЦВ Эль-Даус Корнет направлялся на энергокорабле к урландским землям, в осаждённый город Киерск. Уже целый год войска ЧО штурмовали его, но ситуация зашла в тупик. Где-то в городе были спрятаны телепорты, через которые андромеканское правительство тайно снабжало защитников провизией, оружием и наёмниками. Роланцы не знали их точного расположения, а взять Киерск нужно было любой ценой — через месяц могли подойти подкрепления со стороны ЗК. Но суровая зима сводила все усилия на нет.

Эль-Даус обладал редким ледяным делением, поэтому морозы ему были нипочём. Однако главная причина его приглашения на фронт заключалась не только в этом. Он знал Киерск — когда-то жил здесь вместе с Мероном Троэном. Кроме того, у него было другое, куда более страшное оружие — пытки. Капитан умел выбивать информацию даже из мёртвых.

По приказу Эдама Грошиса Эль-Даус отправился в секретную миссию: найти и уничтожить пути снабжения города.

Дорога заняла шесть часов. Вдалеке пылал Киерск — город лежал в руинах. Недавно один из защитных барьеров не выдержал натиска и рассыпался в песок. Урландцы возвели новый, но цена оказалась высока — сотни жизней.

У главного входа в город шли ожесточённые бои. Горы трупов, искорёженная техника, земля, пропитанная кровью. А солдаты всё шли и шли — навстречу смерти. Зимний закат окрашивал кровавую почву в багровые тона.

Высадившись у лагеря, Эль-Даус направился к командующему операцией. У входа его узнали и пропустили — о его прибытии предупредили заранее.

Внутри царила неразбериха. Колонна вооружённых бластерами солдат промчалась мимо, исчезнув в лабиринте палаток. Грузовой мобиль нёсся на бешеной скорости, едва не сбив капитана. Тот отпрыгнул в сторону, угодив в грязь.

— Чёртов идиот! — прокричал он вдогонку, отряхивая мундир.

Но на этом неудачи не закончились.

— А-а-а-а! Помогите! — раздался душераздирающий вопль.

Из шатров высыпали солдаты. Посреди дороги метался человек, объятый пламенем.

— На землю! — закричал Эль-Даус.

Тот рухнул, катаясь по снегу. Бросились за водой, но огонь не унимался. Лишь когда подоспели ремецилы, подавившие пламя телекинезом, кошмар закончился. Но было поздно — обугленное тело лишь слабо дёргалось.

— Какого чёрта? С чего он вспыхнул? — растерянно спросил один из солдат.

— Хрен его знает! Полчаса назад пили, болтали… Неужели напился и в костёр рухнул? Бред!

— Может, шпион поджёг?

— Да какой шпион? Тут каждый второго знает в лицо.

— Дилл был крепким орешком. Ни пули, ни клинки его не брали… А тут — бац, и сгорел. — Солдат достал флягу. — Выпьем за него. Больше ничего не остаётся.

Эль-Даус поспешил уйти.

Капитан вышел к тренировочной зоне, где двое ремецилов парили в воздухе, сражаясь телекинезом. Их руки сгибались в неестественных направлениях, будто сминаемые невидимой силой. Внезапно у одного кости хрустнули, конечности вывернулись на 270 градусов.

— А-а-а-аргх!

Противник ослабил хватку, и искалеченный боец рухнул на землю.

Эль-Даус флегматично наблюдал за этим. Он видел куда более изощрённые применения телекинеза.

Лагерь окружала энергетическая стена с воротами из чистого реалия. На ней висел шлем, испускавший мерцающий свет.

Капитан надел его — и мир вокруг исчез. Перед глазами возник голографический реалзеец на зелёном фоне.

— Эль-Даус Корнет?

— Да, это я.

Раздался механический голос: «Личность подтверждена. Эль-Даус Корнет, 20 лет, капитан РЦВ, 1-е подразделение. Активность мозговых волн — удовлетворительная. Психическое состояние — норма. Лёгкая возбудимость. Угроза для окружающих — 3%. Доступ разрешён.»

— Добро пожаловать, капитан. Вас проводят.

Реальность вернулась. Два охранника повели его внутрь.

Лагерь состоял из треугольных сооружений с энергетическими кристаллами на вершинах. Те разряжались в небо, обрушивая на барьеры Киерска мощные удары. В углу стояли телепорты — по ним дважды в месяц доставляли припасы.

Но больше всего Эль-Дауса заинтересовала лаборатория. От неё несло трупным смрадом.

В этот момент дверь распахнулась, и охранники вывели реалзейца. Тот шёл, как зомби — взгляд пустой, движения механические.

Изнутри донёсся визг работающего прибора.

— Что здесь происходит? — спросил Эль-Даус. — Над реалзейцами экспериментируют?

— Каждый день привозят несколько штук, — равнодушно ответил охранник. — Гипнотизируют, вживляют в голову бомбы или маяки… Потом отпускают. Если зомби окажется в толпе своих — бабах!

— Забавно. Вам не стыдно участвовать в этом феранстве?

Охранники переглянулись.

— С чего бы? Нам платят. Мы любого достанем, если надо.

— Но это же реалзейцы!

— Это не наши разработки. Это андромеканцы постарались.

— Андромеканцы… Интересно.

— Что интересно?

— Ничего. Ведите к командиру. Чем дальше, тем больше у меня вопросов.

Эль-Дауса провели в помещение, где находился главнокомандующий. Войдя, он увидел реалзейца в окровавленном белом халате, распростёртого на полу перед высоким, как шкаф, бородатым мужчиной в серой генеральской форме. Алые глаза командира были полны скорби, но это не помешало ему наступить на мизинец учёного, словно это было необходимо.

— Прошу, сэр! Дайте мне ещё пару дней! Не убивайте!

— Ты должен был создать вирус ещё неделю назад! А теперь у нас в армии ноющий дезертир! Разве после этого ты можешь называть себя учёным?

— Я делаю всё, что в моих силах!

— Мне надоели твои жалкие оправдания, — главнокомандующий нажал кнопку на столе. В помещение вошла охрана.

— Господа, — обратился он к солдатам, — напомните мистеру Доурену, как нужно выполнять работу в срок. Только не здесь — у нас гость. Потом отведите его к себе.

— Нет! Не смейте трогать меня, ублюдки! — закричал Доурен, отчаянно размахивая кулаками. Один из охранников выхватил бластер-мыслей и выстрелил. Учёный замертво рухнул на пол. Его подняли и грубо выволокли.

— Приветствую, Эль-Даус. Меня зовут Ридикус Чистослов! Думаю, ты и так знаешь моё имя. — Главнокомандующий радостно протянул руку. — Извини за этот… неприятный эпизод.

— Пустяки. Рабочие моменты, — Эль-Даус усмехнулся и пожал протянутую руку.

— Хм. Твой смех фальшив. Ненавижу лицемеров, — резко сказал Ридикус, бросая взгляд на свою саблю из реалия, закованную в энергоножны.

— С чего вы взяли, командир? — в голосе Эля прозвучала холодная злоба.

— Я чувствую ложь. Этот дар дан мне от рождения, — генерал пристально посмотрел в мёртвые глаза капитана.

— Духовное деление? — настороженно спросил Эль.

— Нет, я не телепат. Просто… озарение свыше.

— В любом случае, я здесь не для предательства. Моя цель — уничтожить сопротивление Урландии. А вообще, поступки говорят о реалзейце больше, чем слова, — твёрдо заявил Эль.

— Хм… Возможно, — Ридикус внезапно рассмеялся. — Знаешь, ты мне нравишься! — Он достал пачку сигарет и протянул одну.

— Благодарю, но я не курю. Кстати, у вас тут реалзейцы горят средь бела дня. Это не связано со сверхсекретной лабораторией?

— Это не наша лаборатория! — Ридикус резко сжал кулак. — Чёрный Отряд захватил объект с экспериментальными данными. Оказалось, урландцы под кураторством Андромики ставили опыты над нашими. Мои солдаты перебили эту мразь! Теперь лаборатория в надёжных руках.

Генерал разозлился ещё сильнее. Его рука машинально потянулась к сабле. Лезвие на миг блеснуло у горла Эля, но капитан даже не дрогнул.

— Хорошо. Война оправдывает любые методы, — спокойно сказал Эль, игнорируя клинок.

— О, как красноречиво! Прямо как я! — Ридикус рассмеялся и убрал оружие.

Он подошёл к интерактивной карте на столе, затянулся сигаретой.

— Итак, Эль, что с телепортами?

Капитан взял мел из реалия и отметил три креста в центре города.

— Вероятно, здесь. Когда-то тут были бункеры Мерона Троэна — идеальное укрытие. Но это лишь догадки. Враг мог выбрать другое место, хотя вариантов мало. Город под обстрелами, логистика врага должна быть уязвима.

— Мерон Троэн? — Ридикус выпустил дым. — Слышал, этот безумец когда-то вырезал толпу реалзейцев в Монтерде. Но его оправдали.

— Его подставили, — холодно сказал Эль.

— Вы были знакомы?

— Он был моим учителем. Дал мне новую жизнь, — на губах капитана появилась зловещая улыбка.

— Понятно. Надеюсь, твоя информация точна. Нам нужно брать город немедленно. Кровожаднов приказал — любой ценой, пока не подошли резервы ЗК. Если урландцы удержат Киерск, мы в беде. Армия истощена, запасы на нуле, солдаты не видели дом четыре года. Если враг отбросит нас — это конец.

— А если укрепить позиции? Зачем штурмовать в лоб? — спросил Эль.

— Местность не та. Город на высоте, их артиллерия бьёт по нашей базе. Минировать поле боя бесполезно. — Ридикус хмыкнул. — Впрочем, у меня для тебя задание. Нужно «поговорить» с одним упрямцем.

— С кем именно? — Эль догадывался, о чём речь.

— Ты славишься своим… нестандартным подходом к допросам. На днях поймали одного мерзавца. Он уничтожил сотню моих солдат! Остановил его только ремецилист.

— Опять пытки, — вздохнул Эль.

— Ты же мастер своего дела! Неужели откажешь? — Ридикус прищурился.

— Трудно отказать генералу.

— Ха-ха-ха! — Главнокомандующий захохотал.

— Ваши палачи не справляются?

— Если честно, они никуда не годятся. Даже старика не могут разговорить. — Ридикус скривился. — Но ты… ты легенда! Ледяной Эль-Даус! — Его глаза горели безумием.

«Интересно, кто из нас больше чудовище…» — подумал капитан.

— У меня одна просьба.

— Какая?

— Не называйте меня так. Мне… неприятно это прозвище.

— Эль, не скромничай! — Ридикус хлопнул его по плечу. — Твои заслуги говорят сами за себя.

Глава 2

Спустя некоторое время в подземелье

Эль-Даус и главнокомандующий спустились в подземелье. Долгие коридоры, погруженные во тьму, тянулись перед ними. Ридикус протянул капитану специальные очки ночного видения.

— Почему вы не освещаете коридоры? — спросил Эль-Даус.

— А зачем? И так сойдет, — коротко ответил генерал.

Вскоре они вошли в ярко освещенную комнату. В центре стоял операционный стол с прикованным реалзейцем, а рядом находились двое:

Лысый мужчина среднего телосложения, в форме ЧО. Его лицо было изуродовано шрамами, а во взгляде читалась усталость.

Худощавый реалзеец в мантии, с черной бородкой, злорадно хихикал, размахивая энергопилой.

— Ничего, рано или поздно ты заговоришь, негодник! — веселился он. — От отрубленных конечностей никто не застрахован! Ха-ха-ха!

— Злодиус! — рявкнул Ридикус. — Опять за старое? Нам нужен живой некромант, а не твои садистские эксперименты!

— Я… просто проверял, не бракованная ли пила… — залепетал Злодиус, поспешно выключая инструмент.

— У тебя мозги бракованные, — холодно заметил главнокомандующий. — Эль, знакомься: Злодиус Нервный — наш «гениальный» ученый, и Епир Светлый — моя правая рука.

Эль-Даус молча окинул их взглядом.

— Тот самый Ледяной?! — запищал Злодиус, протягивая окровавленную ладонь. — Для меня честь!

Епир лишь строго осмотрел капитана и продолжил молчать.

— Правда ли, — затараторил Злодиус, — что ваш ледяной клинок причиняет боль, сравнимую с тысячью атак дракона?

— Зависит от защиты реалзейца, — сухо ответил Эль-Даус. — А теперь о заключенном: какие пытки применяли? Зелья использовали? Мне нужно всё знать.

— Огненные веревки… ну, может, чуть-чуть распилил голову… — хихикнул Злодиус, доставая пузырек. — Давал зелье лампира, но не сработало.

— Идиот! — взорвался Ридикус. — Оно несовместимо с его методами!

— Покажите все зелья, — потребовал Эль.

Злодиус открыл шкафы. Капитан перебрал содержимое, отобрал несколько флаконов и спросил:

— Где ваши приборы для варки?

— Открывай потайную! — рявкнул Ридикус.

Ученый нехотя нажал кнопку. За стеной открылась комната с алхимическим оборудованием. В углу стояла желтая шкатулка с реалиевым замком.

Эль-Даус начал смешивать зелья. Вдруг полка под шкатулкой рухнула — он ловко поймал ее.

— Создатель! — Злодиус побледнел. — Если бы она разбилась…

— Полка сгнила, — равнодушно сказал Эль, передавая шкатулку.

— Как же надоело ждать! Давай начинай! Покажи мне, Эль, и всем присутствующим мастер-класс! — крикнул главнокомандующий.

— А в какой степени его показывать? Может, я случайно переборщу? — игриво ответил капитан.

— В той, когда он соблаговолит заговорить с нами, — холодно произнёс Ридикус.

Эль-Даус тяжело вздохнул. Он подошёл ближе к старику, закованному в оковы, и пристально посмотрел на него. Капитан вызвал около миллиона микроскопических ледяных игл. В этот момент у Злодиуса потекла слюна — так жаждал он расправы над заключённым.

Эль ещё раз взглянул на жалкий, отречённый вид старика — и вдруг замер. Эта сцена напомнила ему прошлое.

Флешбек (воспоминания Эль-Дауса из детства)

В полумраке комнаты стояли двое: сам Эль-Даус и старец в чёрной мантии. На операционном столе лежал ещё один Эль-Даус — его копия, скованная энергетическими оковами.

— У тебя два пути, — прошелестел мёртвым голосом старец. — Либо ты отрекаешься от своей сущности, либо останешься мусором до конца своих дней.

— Я понимаю вас, учитель, — кивнул мальчик. — Но всё же… — он взглянул на свою копию, корчащуюся на столе.

— Не делай этого! Не слушай его! Он чудовище! Если подчинишься — ты убьёшь нас! — закричал второй Эль, дёргаясь в путах. Его голос дрожал от ужаса.

— Ты слаб. А слабые должны подчиняться сильным, Эль-Даус, — ледяным тоном произнёс первый мальчик, сжимая запястье своего двойника. — Пойми это, чёрт возьми!

— Нет! Так мыслят только гнилые реалзейцы! Насилием не построить ни прочных отношений, ни долгого мира! — отчаянно сопротивлялся пленный.

— Ты заблуждаешься. Это закон природы, — ответил Эль.

— Ледяной! — повторил старец.

— Хорошо… Я сделаю это, — прошептал мальчик, смахнув слезу. Он создал миллион ледяных игл и посмотрел на своего двойника. Тот уставился в потолок пустым взглядом. — Прости…

Иглы впились в тело. Крики заполнили комнату.

(Пояснение: «Миллион игл» — особое заклинание Эль-Дауса. Оно не убивает, но причиняет невыносимую боль по всему телу.)

— Отлично, Эль! — одобрительно произнёс старец, когда его ученик разорвал остатки своей реалзейской души.

Неизвестный в мантии поглотил искалеченное тело серо-фиолетовым камнем, а мальчик рухнул на пол без сознания.

— Запомни, Эль-Даус: будь выше реалзейских чувств, иначе они снова затянут тебя вниз. В этом мире правят сильные, а слабые подбирают крошки.

Старик перешагнул через тело ученика и исчез во тьме.

Глава 3

Капитан вонзил в заключённого миллион ледяных игл, но тот не издал ни звука. Лишь рука его слегка дёрнулась.

— Почему ничего не происходит? — возмутился Злодиус, ждавший больше всего момента, когда некромант начнёт страдать.

— У него иммунитет к реалию, но ничего не поделаешь. Сейчас добавим ещё игл, и тогда он не только заговорит, но и запоёт всё, что пожелаете, — произнёс Эль-Даус и вонзил в старика ещё миллион игл. Но снова ничего — лишь рука слабо затряслась. — Хм… Впервые встречаю такого стойкого реалзейца. Ладно, ничего не поделаешь. Хотя, скорее всего, эта техника убьёт его…

— Вот же стойкая зараза! Применяй, Эль! Только смотри не переборщи — может, его ещё как-то используем… — приказал главнокомандующий.

Агент шагнул ближе к заключённому и коснулся его старческой руки. В мгновение тело старика начало стремительно превращаться в лёд.

— Ни черта себе! — удивился Злодиус. — Вот это реалий! Всё-таки зелье сработало!

Вскоре всё тело некроманта кристаллизовалось в чистый лёд. Руки и ноги затряслись, и наконец он завыл от боли. Стоило Эль-Даусу повернуть руку, которой касался узника, как тело старика начало изгибаться до невозможных пределов.

— Браво! Браво, Ледяной! — аплодировал Злодиус.

— Хватит! Я всё скажу! Умоляю, остановитесь! — закричал сдавшийся заключённый.

— Вот что значит профессионал! Молодец, Эль! Ай да сукин сын! — воскликнул главнокомандующий.

— Сначала расскажи, некромант. Где ваши телепорты? И учти — если соврёшь, мучения продолжатся!

— В центре города… в старых бомбоубежищах! — прохрипел старик.

— Сколько солдат их охраняет? — рявкнул Чистослов.

— Около пятисот!

— Зачем вы напали на базу? Что хотели добиться, щенки?

— Сэр, его тело может не выдержать! — предупредил Эль-Даус.

— Я искал свиток с… — начал узник, но в тот же миг его тело разорвалось на замороженные куски. Кровь некроманта забрызгала стены.

— Ну вот… Опять всю одежду запачкал, — пробурчал главнокомандующий.

— Вы были великолепны! Никогда не получал столько эстетического наслаждения! — восхищался Злодиус. — Можно автограф? — Он резко схватил Эль-Дауса за рукав.

— Ты в своём уме, Злодиус? Немедленно отпусти господина Эль-Дауса, а то шкуру спущу! — рявкнул Чистослов.

Тот поёжился и отпрянул.

— Вы поняли, о каком свитке речь? — спросил Эль-Даус у главнокомандующего.

— Разумеется. Если ему было известно даже это, пора начинать операцию «Консервная банка». — Он повернулся к Злодиусу. — Собери остатки мозга пленника и проведи исследование.

— Сэр, это невозможно. После такого мозг не восстановить, — неожиданно здраво ответил Злодиус.

— Приказ не обсуждается! Выполнять! — гневно бросил главнокомандующий.

— Есть!

— Епир! — крикнул Чистослов.

— Да, ваше высокоблагородие! — отозвался безрукий мужчина со шрамом.

— Готовь элитные войска и энергокорабли. А также дроников-подрывников. Мы пробьём небесный щит Киерска. Цель — центр.

— Но какой смысл? Это самоубийство! Щит восстановится, а солдаты погибнут!

— По моим расчётам, несколько успеют прорваться. Этого хватит, чтобы уничтожить телепорты.

— Вы держите солдат за скот!

— Выполняй приказ! И предупреди подрывников. Когда всё будет готово, начать операцию, даже если я не вернусь.

— Так точно. — Епир вышел.

— Знаешь, Эль, сегодня ты помог мне понять, зачем я здесь. Жизнь здесь скучна, но ты развеял тоску. Твой реалий льда забавен, и как реалзеец ты мне интересен. С этой секунды ты мой личный телохранитель.

— Благодарен за доверие, но я здесь не для забавы. Я палач, а не клоун, — прямо ответил капитан.

Главнокомандующий грубо схватил его за плечо:

— Твоя прямолинейность поражает. Уважаю красноречие, но грубость может довести до беды.

— Даже варвары имеют право на мнение. Если это станет проблемой, вряд ли сработаемся.

Главнокомандующий задумался, затем рассмеялся:

— Вот таких телохранителей мне и нужно! А теперь пошли — дел много. Через час встреча с урландским первоманом в Зоне X. Если договоримся, большая часть Киерска перейдёт на нашу сторону. Если нет — прольётся кровь.

— Тогда зачем операция «Консервная банка»? — спросил Эль-Даус.

— Скорее всего, это ловушка. И нас там убьют. Ха-ха-ха! — засмеялся Ридикус.

— Зачем идти?

— Ты разбираешься в дипломатии, Эль? Мы придём как честные военные на переговоры. Урландцы откроют огонь первыми.

— И?

— Мы выставим это как агрессию, захватим священное место силой. Ведь напали они. Никто нас не осудит, а Создатели встанут на нашу сторону.

— Думаю, всем давно плевать на Создателей. К чему эта вера?

— Вера важна всегда, Ледяной!

— Кстати, я хорош в переговорах. Можете положиться на моё красноречие.

— Оно нам не понадобится.

Глава 4

Через некоторое время Эль-Даус и главнокомандующий в сопровождении десятка солдат, вооруженных бластерами, покинули предместье лагеря. Небольшой отряд направился в густой зимний лес, раскинувшийся в стороне от города Киерск. Несмотря на время года, сквозь переплетение голых ветер пробивался яркий, почти неестественный свет.

— Вот же сука! — кряхтя, прикрыл глаза главнокомандующий, ослеплённый бликами. — Чёрт бы это солнце побрал!

Лес стоял в гробовой тишине — ни птиц, ни зверей, словно всё живое покинуло эти места. Когда отряд поравнялся с целебным водопадом, Эль-Даус нахмурился.

— Эта тишина меня беспокоит. Возможно, урландцы использовали технику оглушения. Всё это попахивает засадой…

— Хватит выдумывать! — фыркнул главнокомандующий, доставая пачку сигарет. — Попахивать тут может разве что твоими обосранными штанишками.

Солдаты фыркнули, но капитан предпочёл не реагировать. Пройдя ещё несколько десятков метров, Ридикус неожиданно заговорил снова:

— Послушай, Эль. Ты вроде смышлёный реалзеец? Как думаешь, будет ли прямое столкновение ЗК и Роланда? И чем всё закончится? Мне интересно мнение рядового офицера.

— Обязательно, — ответил Эль без колебаний.

— Вот оно как, — главнокомандующий приподнял бровь. — Ты веришь в Армагеддон?

— Он будет, но не таким, каким его рисуют в ясновещании.

— И каким же?

— Разве вы не догадываетесь? Через страх и манипуляции нам внушат, что мы слабы. Мы ещё немного поиграем в их игры… а потом исчезнем. Такова природа этого мира.

Отряд замер. Ридикус подавился дымом и резко сжал горло капитана.

— Ты понимаешь, что несёшь бред?! Мы обязательно победим! — прошипел он, тряся Эль-Дауса. — Уже четырнадцать лет андромеканцы ведут против нас грязную игру! Они первые нарушили договор! Эти твари стравили нас с урландцами, свергли законное правительство…

— Нас окружили! — хрипло выдавил Эль.

В тот же миг взвыла дымовая шашка, и лес взорвался бластерными залпами.

— Ну наконец-то я повеселюсь! — Ридикус рассмеялся, выпуская капитана и выхватывая саблю.

Охрана полегла за считанные секунды. Лишь Эль-Даус успел призвать ледяной щит, отразив большую часть выстрелов, но один луч всё же прожег ему бок. Трое урландцев, укрывшись за валунами, продолжали обстрел. Капитан рванул в сторону, отпрыгнул за бугор и на развороте метнул в противников ледяные клинки.

Те увернулись, но слишком поздно осознали подвох — воткнувшиеся в землю лезвия взорвались, сковав их тела глыбами льда.

— Что это?! — закричали солдаты, прежде чем лёд разорвал их на части по щелчку пальцев Эля.

Перевязав рану обрывком рубахи, капитан побрёл на звук боя.

Тем временем Ридикус носился среди врагов, как демон. Ни один выстрел не достигал цели — он отражал удары, уворачивался, рубил без промаха.

— Не на того нарвались, ублюдки! — прошипел он, появляясь за спиной очередного урландца. Тот даже не успел вскрикнуть, лишившись головы. — Скукота! И это солдаты? Жалкое зрелище.

Он пнул отрубленную голову, как мяч, и огляделся. Вся его охрана была мертва.

Заметив Эль-Дауса, бредущего сквозь дым, главнокомандующий ухмыльнулся.

— Странно, что ты выжил… Но к лучшему. Ты мне ещё нужен.

— Переговоры провалены. Надо отступать! — прошептал капитан.

— Не бойся… — Ридикус внезапно оказался за его спиной. — У меня всё под контролем.

Удар — и Эль-Даус рухнул без сознания. Главнокомандующий взвалил его на плечо и скрылся в чаще.

Глава 5

— Что докладывают на передовой? — спросил сутулый, худощавый бородатый мужчина в спортивной толстовке. Его красные глаза выдавали страх и беспокойство. Он не спал уже несколько ночей, переживая за судьбу своей страны — Урландии.

— Ну как сказать, господин Попрошайкин… Дела плохи. Можно сказать, "уевы", — произнес главный советник канцлера.

— Что произошло? Роландцы взяли город? Его нельзя отдавать! Когда уже прибудет это долбанное подкрепление?! Эти обманщики из ЗК! — взорвался канцлер, отрываясь от амфротомина.

— Нет, пока не взяли. Вам нужно успокоиться и перестать всех винить в ваших проблемах.

— Заткнись! Это и твои проблемы!

— По последним опросам ваш рейтинг одобрения…

— Что?

— Он снова упал. После того как вы победили в честных выборах.

— Ну так в честных выборах победил! В чем проблема? Не то что в Роланде.

— Вы убрали всех сильных кандидатов. Остались только вы. Неудивительно, что победили.

— Ну так, зато всё по золотым стандартам ЗК! — фыркнул Попрошайкин, снова уткнувшись в амфротомин. — Я же им пообещал. Опять повелись… Ахахаха!

Канцлер и его советник отдыхали после долгого рабочего дня на песчаном пляже. Палящее солнце слепило глаза, и оба патриота надели розовые солнцезащитные очки. Советник, беспокоясь за кожу босса, периодически втирал ему лосьон для загара прямо в язык — самое чувствительное место у Попрошайкина.

Нанятые официанты, клоуны и куртизанки пытались поднять канцлеру настроение, но успехи были переменными. Иногда Попрошайкин доводил обслугу до безумия, и те, теряя рассудок, сами вываливали деньги из карманов ему в рот. А бывало, он часами рассказывал истории про тоталитаризм и автократию — после чего реалзейцы добровольно шли в армию Урландии.

Тем временем в Киерске начался хаос. Реалзейцы внезапно загорались, как спички, и бросались к зенитным установкам. Урландским солдатам пришлось стрелять по своим, чтобы подавить бунт.

— Сука! Проклятые рошанцы! Такие методы использовать! Настоящие феранцы! — кричал лейтенант, отдавая приказ стрелять на поражение.

Загоревшиеся двигались слишком быстро, и попасть по ним было сложно.

— Сдохни! Сдохни! — орал солдат за пулеметом.

Когда бунт подавили, некроманты секретного отряда подняли погибших, и те встали в строй. Никого это не смутило.

— Эти проклятые вывели из строя две установки! — испуганно сказал один из солдат.

— Как они сюда попали? Почему Попрошайкин это допустил?

— Возможно, при обмене пленными. Они использовали ту лабораторию… — предположил лейтенант.

— Но в город никого не пускали!

— Тогда среди нас предатели. Надо всех обыскать!

— Нет, это не предатели. Это наш собственный идиотизм, — раздался голос из толпы.

— Капитан Витсон?

— Андромеканцы проводили опыты над нашими солдатами. Рошанцы взломали их сеть. Я предупреждал…

— Надо предупредить всех! Иначе враг доберется до телепортов!

— Не доберется. Это сверхсекретно. А всех модифицированных — ликвидировать.

Новый взрыв потряс город. На этот раз удар пришелся по энергонакопителям защитного барьера. Купол рухнул, и в небе появились роландские корабли.

— Господин, роландцы только что применили наши технологии на улицах Киерска. Погибло немереное количество реалзейцев. Простые граждане возмущены и напуганы таким террористическим актом, — проговорил советник, разбудив канцлера от крепкого сна.

— Че, серьёзно, что ли?

— Да, и они требуют вас!

— Ну и что я им скажу? Опять "бороться до последнего"? Они и так это знают, ха-ха! — удивился канцлер.

— Победный лозунг сейчас сильно бы пригодился нашим солдатам, — произнес советник.

— Лады, давай включай шар. Щас пробудим им дух патриотизма, — пробормотал Попрошайкин, лениво потянувшись на шезлонге.

Советник выпустил сферу из кармана. Она медленно подлетела к канцлеру Урландии, но тот сидел неподвижно, не моргая. Советник окликнул его несколько раз, но ответа не последовало. Попрошайкин будто окаменел.

— Кср ч п бм д (У нас проблема. Лицо вышло из строя) — произнес советник на эфрианском.

Вскоре на пляже появились реалзейцы в черных мантиях, несущие длинную коробку. Они поставили её перед советником и открыли крышку.

— Мкм ррт лдм? (А с этим что делать?) — спросили прислужники.

— Ммр т (В топку истории) — ответил советник и достал из короба реалзейку, внешне похожую на Попрошайкина, но женского пола.

Её усадили на шезлонг, а прежнего канцлера убрали в коробку и унесли.

— Мисс Борцовна, как вы? — спросил советник.

— А? Всё великолепно. Я, кажется, на секунду задумалась. Мы хотели записать обращение к народу? — улыбнулась женщина в чёрном пиджаке.

— Да, конечно. Не буду вам мешать, госпожа.

После официального обращения никого не удивили резкие перемены во внешности и характере канцлера. Все вели себя так, будто Борцовна всегда была у власти.

Даже другие страны не обратили внимания на подмену — словно она правила десятилетиями.

Её курс не изменился, но риторика стала мягче, а в вопросах оккупированных Роландом территорий она проявляла больше уступчивости. Да и к поставкам ЗК новая канцлерша относилась куда более признательнее, чем её предшественник.

Глава 6

С самого начала его судьба была предрешена. Бывают вещи, которые невозможно изменить — и юный ремецил Эль-Даус стал жертвой одной из них.

С детства он был инвалидом. Врачеватели, осмотревшие мальчика, обнаружили в его сердце огромный осколок льда. Как он туда попал — никто не знал. Эксперты пришли к выводу, что извлечение инородного тела неминуемо приведёт к остановке сердца.

Из-за этого Эль-Даус жил в постоянной борьбе. Осколок терзал его — не только физически, но и ментально. Он вызывал нестабильность психики, мучил мальчика странными пси-атаками, шептал ему в сознание, диктуя свою волю. Камень будто бы говорил с ним, заставляя жить так, как он того хотел.

Эль пытался сопротивляться, но сила, скрытая во льду, была неодолима. Его разум постоянно пребывал в тумане, а неконтролируемые вспышки ярости обрушивались на всех вокруг — без причины, без смысла, просто потому, что оно внутри требовало разрушения.

Маленький Эль учился в скромной ремецилиской школе. Его родное село находилось в самом отдалённом уголке Роланда, куда редко доходили даже слухи о большой цивилизации. Единственной связью с внешним миром была прозрачная дорога из реалия, по которой вагоны вывозили лес в Килтарис.

Не самое лучшее место для будущего ремецилиста… и уж тем более — для воина из ЧО.

— Корнет, Корнет, Корнет… То есть вы опять не сделали домашнее задание? — с жестким упрёком произнёс сгорбленный тощий старик в ремецилианской экипировке.

— Господин Ноктиус… Я… не понял, как правильно расписать теорию возникновения духовного деления, — тихо промямлил ученик, упорно глядя в пол. Он не решался поднять глаза на учителя, не пытался спорить — страх перед тем, кто стоял выше в иерархии доминирования, сковывал его.

— Это было элементарное задание, Корнет. И вы снова не справились? — разочарованно покачал головой Ноктиус, снимая запотевшие очки и протирая их платком. — Я же объяснял материал на прошлом уроке. В чём проблема? — фыркнул он. — Корнет? Я с вами разговариваю или с пустым местом? Поднимите голову! Выпрямитесь, чёрт возьми! — вскричал учитель, ударив преобразованной указкой по столу. Звонкий стук разбудил даже задремавших на последних партах.

— Пустым местом?.. — тихо, но с внезапной горечью прошептал мальчик.

— Что? Я не расслышал вашего бормотания! — отрезал Ноктиус.

— Да он забыл, как говорить! — засмеялся один из пучеглазых учеников.

— Матрухин, тихо! — рявкнул Ноктиус, ударив его указкой по голове. — А вам, Корнет, снова "неуд". Останетесь на дополнительные занятия. Так-с… Записываем новую тему: "Древняя история Роланда". Образовался древний Роланд в… — учитель сделал паузу. — Может, кто-нибудь знает?

На передней парте поднялась рука худого, аккуратно одетого мальчика.

— Ладно, Питрецо. Отвечай. Раз остальные даже не удосужились пролистать материал.

— В 201 году от Рождения Создателя. Именно тогда были заложены основы государственности Роланда. Великий царь Аморот отразил нашествие чукнеков с востока, а через несколько лет основал на месте битвы город Монтерд. Именно он объединил мелкие цар…

— Достаточно! Дальше я сам. Мне понадобится помощь в рисовании карты. Кого вызовем?

— Вызовите меня! Пожалуйста! — завопил Питрецо.

— Нет, к доске пойдёт Матрухин.

— Да чёрт! — пробормотал пучеглазый. Покрутившись у доски, он не нашёл тряпки.

— Тряпки нет! — заявил Матрухин. — Видимо, не судьба.

— Корнет! Сбегай за тряпкой в другой класс! Быстро! — приказал Ноктиус.

Эль судорожно посмотрел на учителя.

— Учитель! Я могу стереть доску материальным делением! Тряпка не нужна! — гордо заявил Питрецо. — У меня даже перчатка силы есть!

— Нет, нам нужна тряпка. Эль-Даус, быстро! В этой школе всё делается по уставу!

— Гребаный устав… Кто его вообще писал? — злобно прошипел Эль. Собравшись с духом, он вышел в коридор.

Осколок в его груди сжимался, усиливая тревогу. Большие скопления реалзейцев всегда выбивали его из колеи. Вместо того чтобы идти в чужой класс, он нашёл в туалете обрывок грязной ткани и принёс его.

Оказалось, тряпка была пропитана реалием, очищающим канализацию — веществом, разъедающим любую грязь. Как только Матрухин провёл ею по доске, класс наполнился удушающим смрадом. Запах ударил в нос сначала пучеглазому, потом остальным. Даже портрет канцлера Утора Броунда над доской, казалось, поморщился. **"Благоухание" окутало комнату, нагнав мёртвой тишины.

После допов избитый и измотанный Эль брёл домой. Задания по истории Роланда, подготовка к практике материального деления, долг по теории духовного деления… Всё нужно было сдать завтра. Но осколок давил на разум, превращая любое усилие в пытку.

Почти у дома он свернул в тёмный переулок, оглянулся и вытащил из сумки зеркальце просвещение для учебы.

— Сукин Ноктиус! Чтоб ты провалился! — заорал Эль, швыряя зеркало в стену. — Иди к чёрту! Ты кусок дерьма! Засунь свою указку в жопу! И сдохни, тварь Матрухин! Ненавижу! — в истерике он притоптал осколки ногами.

— Тебя гложет ненависть, дитя? Отбрось сомнения — и проблемы решатся сами, — прошептал голос в голове.

— Заткнись!

— Ничего не происходит просто так. Или они тебя… или ты их.

— Закрой рот, тварь! — крикнул Эль, ударив кулаком в стену. Боль пронзила кости. — А-а-ай!

Дома он выглядел ещё мрачнее. Пытаясь прокрасться в комнату, он столкнулся с отцом.

— Синяк под глазом? Ты подрался? Что с руками? — нахмурился отец.

— Неважно! — бросил Эль.

— Тебя бьют, а мне "неважно"? Что случилось? — грозно шагнул вперёд мужчина.

— Отстань! — Эль оттолкнул его.

— Ты совсем охренел? Со мной так не разговаривают! — взревел отец, хватая сына за руку. Эль дёрнулся, но не вырвался. — Надоели твои выходки! Пойдёшь в военное училище — там научишься давать отпор!

Эль заперся в комнате и свалился на кровать.

Проснувшись вечером, он с ужасом осознал груду несделанных заданий. Рыская в рюкзаке, он вспомнил: зеркальце разбито.

"Чёрт! Как теперь смотреть ясновещения? Играть во 'Вротблокс'? Не с бабкой же у экрана ясности сидеть?"

— Эль! Можно войти? — раздался за дверью старческий голос.

— Да, бабушка… — нервно ответил он.

В комнату вошла сгорбленная старуха.

— Всё ещё ноешь, Элюшка?

— Я не плачу.

— Отец рассказал. Тебя снова побили. Пожаловаться учителю?

— Не надо. Я сам виноват.

— Виноват? Ты оправдываешь их?

— Просто оставь.

— Так нельзя! Ты — императорское дитя! Мы должны поставить их на место! — тряхнула тростью старуха, глаза горели безумием.

— Бабка, хватит! Мы не имеем отношения к императору Георгию!

— А вот и нет! Я служила во дворце! Гоша сам указал мне путь к бегству через катакомбы… А когда я выбралась — его уже убили, а империи не стало. Через семь месяцев родился твой отец…

— Папа! Бабка опять без таблеток! — завопил Эль.

— Мать! Ты чего ему мозги пудришь? — ворвался отец.

— Рассказываю про родословную!

— Она бредит!

— Заткнись, Эль-Даус! Пошли дрова рубить!

Эль неумело орудовал топором, быстро выдохся и загнал занозу в палец. Дома бабка вытащила её и обработала зельем.

Вечером семья собралась у экрана ясности. По нему шло "В мире животных": реалзеец в костюме швырялся фекалиями в толпу, а зрители визжали от восторга.

— При Гоше такой 2уйни не было! — пробормотала старуха, жуя свиноглиста.

— Полный отстой… — прошептал Эль, вспоминая разбитое зеркальце.

На следующий день Эль отправился в школу с невыученными уроками. Всю дорогу он безуспешно пытался придумать хоть какое-то оправдание, но в голову не приходило ничего убедительного.

По пути он увидел Куфи — девочку из своего класса. Та вместе со своей подругой топила новорождённых свиномётов. «Наверное, родители велели избавиться от них, девочки здесь ни при чём », — подумал Эль.

Но почему то Эль-Даус вскрикнул:

— Что вы делаете?!

— Топим. А тебе какая разница? — равнодушно бросила Куфи.

— Они же жить хотят!

— Вали отсюда! — фыркнула она и снова опустила очередного свиномёта в ведро.

Бедняга дёргался, пытаясь вырваться, но Куфи надавила на его маленькую голову, не оставив ему ни шанса.

Элю стало дурно. Его чуть не стошнило.

— Наконец-то ушёл! — прошептала подружка Куфи. — Заколебал тут со своим угрюмым видом.

Еле добравшись до класса, Эль ощутил приступ тревоги и злости. Сердце бешено колотилось, ладони вспотели, ноги едва слушались. Мысли путались. Он не понимал, почему не смог ничего сделать.

А когда вспомнил, что учитель снова будет унижать его перед всем классом, он почувствовал себя точно так же, как те свиномёты в ведре…

— Сегодня у нас особый день, ребята! — объявил Ноктиус, и в его голосе звучала непривычная бодрость. — Наш класс отправляется в Монтерд. В ГРЛ!

— Правда? Ничего себе! — радостно воскликнул Матрухин. — Значит, уроков не будет?

— Слава Создателю… — прошептал Эль, чувствуя, как груз с плеч сваливается.

— Верно! Считайте, что сегодня праздник, — подтвердил учитель. — А теперь построимся по парам. Портал откроется во дворе в любую минуту.

Телепортация в ГРЛ перенесла детей в совершенно иной мир.

— Вау! Это же легендарный Источник Жизни! — воскликнул Питрецо, завороженно глядя на огромный энергетический фонтан в центре холла. — Я думал, это просто легенды, но он настоящий!

— И что в нем такого особенного? — лениво зевнул подошедший одноклассник.

— Он мгновенно заживляет раны реалзейцев! Достаточно просто находиться рядом, — с горящими глазами объяснил Питрецо.

— Да брось, тебя любая ерунда впечатляет! — Матрухин громко расхохотался. — Вода как вода! У нас дома даже лучше! — И прежде чем кто-то успел среагировать, он плеснул на Питрецо реалием из источника.

— Ты что творишь?!

— Ха-ха-ха! Ну и мокрый же ты дурак! — Матрухин покатывался со смеху.

— Матрухин! Немедленно прекрати! — взревел Ноктиус, хватаясь за указку. — Сейчас ты у меня попляшешь!

— Это не я! Это… это Эль! Он брызгался! — тут же соврал Матрухин, тыча пальцем в ни в чем не повинного Эля.

— Ты еще и врешь?! — учитель побагровел. — По уставу Ремецилов ты не имеешь права распоряжаться имуществом ГРЛ! Ты вообще понимаешь тяжесть своего проступка?!

Внезапно раздался спокойный, но властный голос:

— Что здесь происходит?

Все обернулись. Перед ними стоял высокий статный мужчина с проседью в волосах, облаченный в серую экипировку ГРЛ с гербом двуглавой черной крысы. Его черно-фиолетовые глаза холодно скользнули по Ноктиусу. Рядом с ремецилистом стояли двое детей: темноволосый мальчик лет одиннадцати и девочка с алыми кудрями.

— Мистер Троэн?! О-о-о! Какая честь! — Ноктиус мгновенно переменился в лице, подобострастно протягивая руку, но Мерон проигнорировал жест.

— Я повторил вопрос. Что происходит?

— Я… я просто воспитываю нерадивого ученика! Он осквернил Источник Жизни!

— Мальчик резвился, а вы его за это наказываете? — Мерон покачал головой. — Детям нужна свобода. Иначе они вырастут забитыми рабами системы.

— Но это общественное место! — возмутился Ноктиус. — Мы не можем позволять анархию!

— Анархию здесь разводите вы, — холодно парировал Мерон. — Если дети плохо воспитаны, значит, вы плохо учили. И ваше единственное решение — крик и насилие? — Он повернулся к классу. — Он часто так с вами обращается? Бьет?

— Постоянно! — тут же встрял Матрухин. — Дерется указкой по головам!

— Тогда я передам это дело в вышестоящие инстанции, — сказал Мерон, мягко положив руку на плечо Матрухина.

— Что?! — Ноктиус побледнел.

— Хотя стоп… — Мерон усмехнулся. — Я и есть та самая инстанция.

Эль, до этого момента не отрывавший взгляда от пола, наконец поднял глаза. Апатичного юношу редко что-то цепляло, но харизма ремецилиста произвела на него впечатление.

— Дедушка Мерон, мы опаздываем! — нетерпеливо дернул его за руку темноволосый мальчик.

— Никуда мы не опоздаем, Альверон, — спокойно ответил Мерон, подходя к Ноктиусу. Тот инстинктивно отпрянул, но ремецилист схватил его за запястье. На коже учителя на мгновение вспыхнула странная метка и тут же исчезла.

— Ч-что вы сделали?! — Ноктиус задрожал.

— Ничего страшного, — Мерон улыбнулся. — Просто починил сломанный механизм…

— Отвечайте! Что это было?! — завопил учитель, но Мерон уже развернулся и направился к выходу, ведя детей за собой.

Через секунду Ноктиус вдруг успокоился, будто ничего не произошло.

— Так, ребята, забудем этот инцидент. Нечего отвлекаться на сумасшедших. Строимся по парам!

В актовом зале собралось множество реалзейцев — в основном студенты ГРЛ и ученики других школ. На сцене выступали педагоги и ремецилисты мирового масштаба, монотонно зачитывая программу ГРЛ.

Самым необычным оказалось выступление сотрудника лаборатории Нестора Строунда. Когда он вышел, зал разразился аплодисментами, а кто-то крикнул:

— Расскажи, как воевал в битве при Хаттине!

Нестор почесал затылок и начал:

— Так вот! Прячусь я под скамейкой… Понимаю — если высунусь, бармен меня прикончит. Он уже выкидывал моих товарищей. Нет, они не алкаши — просто джентльмены, любящие выпить до беспамятства. А этот ферáнец, как всегда, ничего не понял и начал войну на истощение. Блефуну больше всех досталось — маньяк-некромант вышвырнул его через окно. Хорошо, у того под рукой оказалась простыня, которую он стырил с третьего этажа. Развернул её, как парашют, и приземлился…

Вскоре буйного ремецилиста попросили удалиться, чем Матрухин остался крайне недоволен.

Под конец мероприятия на сцену вышел Мерон Троэн. Он окинул зал холодным взглядом и начал:

— Дорогие друзья, ГРЛ подготовила новую программу. Теперь у нас — множество специальностей, индивидуальный подход, и после выпуска вы станете квалифицированными специалистами. Наши педагоги помогут в любых вопросах. Судя по статистике, наших выпускников охотно берут в госкорпорации.

— Скучно! — зевнул Матрухин. — Когда уже домой?

— Матрухин, заткнись! — рявкнул Ноктиус.

— Разумеется, придётся приложить усилия, иначе мы расстанемся с нерадивыми учениками, — продолжил Мерон, но вдруг замолчал, заметив Эль-Дауса. Юноша слушал с явным отвращением — всё это он слышал уже не раз.

Уловив его реакцию, Мерон резко сменил тон:

— Хотя на самом деле это всё — чушь, чтобы вас запугать. Ничего не изменилось. Эти хмурые упыри — он кивнул на педагогов — ничему вас не научат, если у вас нет желания. Так что если кто-то пришёл сюда, ожидая, что знания упадут с неба — можете убираться. Бездари нам не нужны!

Преподаватели зашептались, некоторые вскочили:

— Мерон Троэн, хватит! — крикнул заведующий кафедрой теологии.

— Особенно нужны те, кто освоит редкие деления Реалия. Знаете, почему западные королевства совершили технологический рывок? Они используют все ветки — даже запрещённые. Нам нужно то же самое!

— Довольно! — заведующий отключил оборудование для вещания.

Мерон усмехнулся и ушёл.

Разговор у Источника Жизни

Эль-Даус, заинтригованный, догнал Мерона у Источника.

— Мерон Троэн! — запыхавшись, крикнул он.

— Да, дружок? — ремецилист поднял бровь.

— Я хочу стать вашим учеником!

— Учеником? — Альверон, от удивления фыркнул. — Он не берёт кого попало!

— Верон, хватит! — Иллаиза, толкнула его.

— Он даже энергию материи от души не отличит! — усмехнулся Альверон.

Эль потупил взгляд, готовый убежать.

— Заткнись, Альверон! — прикрикнул Мерон, затем повернулся к Элю: — Не слушай его. Главное — что у тебя здесь. Он ткнул парню в грудь.

Тот почувствовал странное покалывание.

— Что это?

— Надежда.

В этот момент появился Ноктиус:

— Корнет! Ты задерживаешь весь класс!

— Я никуда не пойду! — Эль взглянул на него со злостью.

Ноктиус замер: "Корнет… ты ли это?" Не разобравшись, он выхватил указку и замахнулся — но ударил себя по голове.

— Надеюсь, урок усвоен? — пробормотал он и потащил Эля прочь.

— Что это было? — удивилась Иллаиза.

— Механизм починили, а повадки остались, — загадочно ответил Мерон.

— Надеюсь, мы его больше не увидим, — буркнул Альверон, подходя к Источнику.

Глава 7

Вернувшись домой, Эля ждала не менее странная сцена. Его отец стоял во дворе и уговаривал пожилую мать не прыгать с балкона третьего этажа.

— Что за черт? — невольно вырвалось у мальчика.

— Бабушка заперла дверь и, как видишь, грозится спрыгнуть, — обеспокоенно сказал отец.

— Вы все неправильно живете! Вы все сошли с ума! Рано или поздно Великая Роландская Империя возродится, я вам это обещаю! — кричала полуголая старуха, размахивая руками.

— Мам, хватит! Открой дверь! — прикрикнул мужчина.

— Не открою какому-то некроманту! Из-за таких, как ты, наша страна и развалилась! — огрызнулась она.

— Некроманту?! Ты совсем рехнулась? Хватит позориться!

На шум и перепалку уже сбегались соседи и зеваки.

— Прыгай, бабка! Прыгай! — крикнул какой-то молодой парень, наводя на происходящее шар ясности.

— Заткнись, сопляк! И убери эту штуку! — рявкнул отец Эля.

— Это свободная страна! Ты не имеешь права указывать, что мне снимать!

— Зато имею право надрать тебе задницу! — мужчина резко схватил парня за руку с шаром.

— Эй, отпусти!

— Убери аппарат!

Эль стоял в оцепенении, переводя пустой взгляд то на бабку, балансирующую на карнизе, то на отца, готового ввязаться в драку. Он чувствовал себя зрителем в чужом спектакле — беспомощным, лишним.

— За императора Гошу! За Роланд! — вдруг завопила старуха, забираясь выше.

У отца Эля глаза полезли на лоб. Все замерли.

"Ты тупое ничтожество, Эль-Даус. Сейчас она умрет", — прошептал в его голове чужой голос.

— Нет! Мама, не надо! — в отчаянии закричал мужчина, бросаясь вперед.

— Прыгай! Прыгай! — подначивала толпа.

— Гоша, я иду! — объявила старуха и шагнула в пустоту.

— Бабушка, не надо… — прошептал Эль, закрывая глаза.

Но в последний момент под балконом развернулся мягкий сгусток энергии — спасатели ССРУ успели. Бабушку подхватило, как пушинку, а через минуту ей уже засовывали в рот успокоительные пилюли.

— Ну вот, — буркнул разочарованный зевака, убирая шар. — Как всегда…

К позднему вечеру старуха начала приходить в себя. Вставать ей было нельзя, поэтому Эль ухаживал за ней: приносил еду, воду и прикладывал к её голове холодную тряпку, пропитанную целебным Реалием Света.

— Гоша, это ты? — хрипло прошептала старуха. — Да, это я, — решил подыграть бабушке внук. — Мы всех победили?

— Конечно!

— Гошенька, у тебя какой-то странный голос… Может, сделать тебе массаж? Как раньше… — Бабка слабо сжала его ладонь костлявыми пальцами.

— А-а-а! Папа! У бабушки совсем крыша поехала! — завопил мальчик и выбежал из комнаты.

Время шло к ночи, но Эль продолжал выписывать на листок термины духовного деления, старательно заучивая их.

Завтра в школу идти не нужно — выходной, — однако мальчик считал, что каждая минута дорога для учебы.

«Чтобы призвать духа первого поколения из Третьего измерения, необходимо несколько вещей», — бормотал он себе под нос, вглядываясь в записи.

«Первое — единение с этим измерением и полная совместимость, которая достигается через медитации. Второе… э-э, второе… как же там… Черт, опять забыл!»

От досады он взвыл и ударил кулаком по столу. Несколько раз переведя дух, Эль так и не смог вспомнить второй пункт. Пришлось снова открывать учебник.

«А, точно! Нужно знать имя духа! И настроить канал реалия с ним. Как я мог это забыть?!» — мысленно ругая себя, он шлепнул себя ладонью по лбу.

«И третье! Нужно сфокусироваться на определённой точке местности (запрещено создавать на реалзейцах), назвать имя духа и преобразовать его.

Лишь под утро, ближе к пяти, Эль наконец уснул прямо на учебниках, так и не отойдя от стола.

Юноша проснулся от страшного грохота. Эль, еще не до конца очнувшись, бросился на кухню и увидел, как бабушка пыталась подогреть воду на печи. Разбитые тарелки и чашки валялись на полу, а некоторые осколки даже вылетели в коридор.

— Ба! Что ты творишь? — пробормотал Эль, протирая глаза.

— Кушать готовлю, Георгий. Садись. Сейчас служанка все подаст на стол, — заявила старушка и принялась мешать воду пальцем.

— Когда же это кончится, черт возьми? — выругался Эль, наблюдая за происходящим.

Отца не было дома — он ушел рано утром на работу, так что разбираться с проблемами пришлось самому.

— Тебе нужно отдохнуть! Я сам все приготовлю! — сказал он, пытаясь отвести бабушку от печи.

— Георгий, хватит нести чепуху! Разве я не могу приготовить завтрак? — обиженно кряхтела старуха, делая жалобное лицо.

— Я могу разобраться с ней, только выпусти меня… — прошептал ледяной голос у него в ухе.

Эль замер.

— Реалзейцы — помехи. Их нужно устранить, — снова прошептал голос.

— Заткнись! Закрой рот! — мысленно крикнул Эль.

Бабушка тем временем возилась у печи. Казалось, на это можно было закрыть глаза, но вдруг она достала из-под печи старый энергонакопитель и попыталась подключить его к задним клапанам.

— Что ты делаешь?! — воскликнул Эль.

— Еда долго готовится. Надо увеличить мощность, — заявила она и воткнула провод в печь.

Плита затряслась, стремительно перегреваясь.

— Вытащи! Она сейчас взорвется! — закричал мальчик, бросаясь к печи.

— Что ты, Гоша? Суп готов! Пора есть! — сказала бабка и выплеснула на внука кипяток.

Эль в ужасе зажмурился.

— Почувствуй силу в своих руках! — прозвучало у него в голове.

Невероятным образом кипяток не обжег его — вода застыла в воздухе, превратившись в лед. Эль открыл глаза и увидел перед собой замороженные капли. Не понимая, что произошло, он грубо оттолкнул бабушку, выдернул накопитель и отвел ее в комнату, заперев дверь на ключ.

Переведя дух, он отправился умыться.

«Что это?» — Эль остолбенел, увидев в зеркале свое тело, покрытое синими волнистыми узорами. Он попытался смыть их водой, но тщетно.

«Почему не стирается?» — в панике подумал он.

Протерев лицо мокрой тряпкой, он снова взглянул в зеркало — и на миг ему показалось, что перед ним возник ледяной силуэт. Он прошептал что-то и рассыпался на осколки.

Через некоторое время странные узоры исчезли, и Эль решил, что это просто грипп.

Вспомнив о практике материального деления, он достал с чердака старый жезл, зарядил его от накопителя и вышел во двор.

Просидев несколько часов в позе лотоса, он наконец сосредоточился. Взяв посох, он направил его в небо — но в последний момент засомневался.

«А я точно вдохнул? Или забыл? Черт!»

Сердце резко закололо, жезл выпал из рук.

— Ты ничтожество, — прошептал голос.

— Заткнись! — мысленно крикнул Эль.

— В тебе сила. Сними оковы.

С трудом переведя дыхание, он снова попытался выполнить упражнение — но ничего не вышло.

Вечером отец сообщил, что Элю придется отвести бабушку в храм исцеления. Это было дорогое и бесполезное место — лжецелители лишь обливали больных водой, не принося реальной помощи. Но выбора не было: главе семьи надоели выходки старухи.

На рассвете Эль собрал вещи, взял деньги и повел бабушку через мусорные пустыри, чтобы сократить путь.

Бормоча теорию духовного деления, он не заметил, как они приблизились к храму.

— Слава создателю, — пробормотал он, увидев статую святого Моргана. — Мы почти пришли.

Но на пути встал учитель Ноктиус.

Эль сжал кулаки от злости и невольно стиснул бабушкину руку.

— Ай, больно! Гоша, отпусти! — взвизгнула она.

— Прости! — он ослабил хватку.

— О, это мой ученик, Корнет! Что вы здесь делаете в такой ранний час? — весело спросил Ноктиус.

— Доброе утро, учитель. Мы идем в храм исцеления, — тихо ответил Эль, глядя в землю.

— А это ваша мама? — поинтересовался Ноктиус.

— Какая мама? Я его бабушка, — вдруг сказала старуха.

Эль удивленно посмотрел на нее.

— Правда? Вы прекрасно выглядите! Меня зовут Ноктиус. А вас?

«Что за бред? У меня галлюцинации?» — подумал Эль.

— Меня зовут Мерлен. Очень приятно, — кокетливо ответила бабушка, протягивая руку.

Ноктиус галантно поцеловал ее пальцы. Эля чуть не вырвало.

— Нам пора! — резко оборвал он.

— Ну что ж, удачи! Надеюсь, Корнет, сегодня вы лучше подготовитесь к занятиям, — усмехнулся Ноктиус.

— Мадам, до скорой встречи!

— Конечно, я всегда…

— Пошли! — Эль дернул бабушку за рукав и почти побежал к храму.

— До встречи! — махал им вслед учитель.

В заведении «Исцеление» старую женщину окунули в чистый источник. Реалзейцы в лохмотьях несколько раз зачитали молитву Великого Моргана-Создателя и его младших братьев-архангелов, поцеловали её в лоб, а затем вручили визитку заведения.

«Какой бред…» — подумал Эль, наблюдая за сектантами и теми, кто поверил в это «чудо».

— Если бы в мире был Создатель, он бы никогда так не поступил, — пробормотал юноша, переводя взгляд на стену, испещрённую загадочными рунами.

— Создатель есть в каждом из нас. Мы и есть Создатель, — отозвался парень в лохмотьях, услышав его слова.

— Бред. Проклятые неудачи, обрушившиеся на мою бабушку, на мою семью, на меня и на весь мир, пожирают наши души. Чего хотел добиться Создатель? Чтобы мы все страдали?

— Нельзя вечно получать от Создателя только счастье. Плохие дни даны, чтобы делать выводы и исправлять ошибки, чтобы они не повторялись. Всем нужна надежда… Кстати, меня зовут Азар. А тебя?

— Я незнакомым имён не называю. Что это за руны на стене?

— Это эфрианский язык. Мы используем его для поклонения Великому Моргану. Говорят, его когда-то применяли демоны.

— Демоны?! Вы что, культисты?

— Ни в коем случае! Мы просто веруем в чудо Моргана.

— Да вы настоящие сатанисты! Больше мы сюда не вернёмся!

— Может, ещё одну процедуру?

— У нас нет денег! Отстаньте! Ба, ты где? Куда ты пропала?! — закричал Эль.

После «лечения» он отдал немалую сумму и поклялся никогда больше не переступать порог этого места.

Проводив бабушку домой, мальчик отправился на занятия.

Первый урок прошёл как обычно. Эль молчал, не ответив ни на один вопрос по новой теме. Ноктиус издевался над его «глупостью», а затем вызвал к доске Питрецо.

На перемене учитель решил принять долги по «Теории духовного деления». Из всех должников (а их была добрая половина класса) подготовился лишь Эль. Это одновременно удивило и насторожило Ноктиуса.

Мальчик вывел на доске формулы преобразования печатей и начал объяснять:

— И последнее: не все реалзейцы склонны к духовному делению, в отличие от материального. Даже тем, кто имеет предрасположенность, требуются годы тренировок. Поэтому не каждый способен видеть мистических существ или владеть телепатией и телекинезом.

— Корнет! Да это же… Вы?! — воскликнул ошарашенный Ноктиус.

— Конечно, я, — смущённо пробормотал Эль.

— Хорошо, давайте ваше зеркальце!

— Э-э… У меня его нет, — запинаясь, ответил мальчик.

— Как это нет?!

— Сыграй на его чувствах. Иногда это срабатывает, — прошептал чей-то голос.

Эль стоял, не зная, что сказать.

— Хулиганы отобрали и разбили его, — выпалил он.

— Что?! Это же школьный инвентарь! Кто это сделал?!

— Было поздно… Я не разглядел их лиц.

— Зачем ты шлялся ночью?

— Возвращался из школы. Они толкнули меня, обыскали карманы, ударили по рюкзаку… — Эль сделал грустное лицо, глядя учителю в глаза.

— Скоты! Мы их вычислим! Завтра выдадим новое зеркальце, но впредь ходи только безопасными путями!

— Спасибо… Надеюсь, их накажут?

— Не сомневайся.

На следующем уроке сдавали «Материальное деление». Класс выстроился во дворе: каждый брал деревянный скипетр и стрелял по мишени на энергостене.

Справились лишь Питрецо и пара отличников. Когда подошла очередь Эля, он даже не смог выстрелить.

— Всё ясно, — сказал Ноктиус, записывая результат.

— Дайте ещё попытку! — взмолился Эль, снова хватая посох.

— Ладно.

«Кого я обманываю? Я не освоил это…»

— Почувствуй силу в руках! — прошептал голос.

— Я смогу! — Эль перехватил посох, глубоко вдохнул и прицелился.

— Ты что, уснул? Стреляй уже! — крикнул Матрухин.

— Что?! — Концентрации больше не было. Его руки задрожали, мишень расплылась. Посох лег на стол.

— Ладно… — Ноктиус записал результат. — Думал, будет хуже.

После уроков

Ноктиус велел Элю остаться. Мальчик готовился к худшему: несданная практика, разбитое зеркальце…

Учитель листал вещание в зеркальце ясности, пока не наткнулся на новости об Урландии.

— Заюпенко, какой ещё третий тур?! Ты не имел права! — прошипел он, сверля взглядом изображение канцлера.

— Учитель? Вы звали? — осторожно вошёл Эль.

— Это же издевательство над законом! Ничем хорошим не кончится…

— Учитель!

— А, Корнет! Садись! — Ноктиус отшвырнул зеркальце. — Уборщица заболела, а тебе делать нечего — подмети класс и полей цветы.

— А…

— Вот и договорились. — Он хлопнул дверью.

— Старый козёл… — пробормотал Эль.

Через час Ноктиус вернулся.

— Ты чего ещё тут?

— Вы сказали ждать…

— Ах да… Хочу предложить персональные уроки у тебя дома. Не против?

— Конечно… не против, — прошептал Эль.

— Отлично! Тогда до вечера! — учитель хитро улыбнулся.

Вечером, как и ожидалось, Ноктиус явился к Корнетам на ужин.

Он был одет в черный смокинг, в руках держал букет цветов. От него исходил приятный, душистый аромат.

— Добрый вечер, Корнет! Как ваши дела? — радостно воскликнул Ноктиус, будто не видел своего ученика целую вечность.

— А зачем вы так оделись? — спросил Эль.

— Ну, знаете ли… Не могу же я ходить по домам в учительской форме. Это ненормально. Да и вообще, странный вопрос — вам бы следовало постыдиться, — ответил преподаватель и нагло прошел в дом.

Корнеты вынуждены были накрыть стол для незваного гостя и усадить его в центре.

— Знаете, что я думаю? — Ноктиус снял очки.

— Да? — отозвалась старушка.

— Вы чертовски хорошо выглядите. Почему я вас раньше нигде не встречал? Я, кажется, знаю всех в этом селе.

— Она переехала к нам из другой деревни, недавно. Из-за болезни. В общем, с головой у нее не всё в порядке! — влез Эль.

— Эль-Даус! Замолчи! — прикрикнул на него отец.

— Ах, вот оно что… — Ноктиус печально взглянул на старуху. — Я тоже уже в возрасте, Мерлен. Вам нужно тренировать память. Учить стихи. Возможно, тогда вам станет легче.

— Не станет, она совсем чокнутая, — заключил Эль.

— Собственно, по какому поводу вы пришли? Хотели что-то сказать об Эль-Даусе? — спросил глава семейства.

— Да. Я заметил, что вашему ребенку не хватает воспитания. Но это поправимо, — Ноктиус отрезал ножом кусок глистохера.

— Каким образом?

— Можно определить его в «Юные самородки» — это добровольцы, которые помогают ЧО на начальном уровне. Там его научат дисциплине и самоконтролю, которого у него нет.

— Интересно. Но мы откажемся, — ответил отец.

— Почему? Разве вы не видите, что ваш сын даже против хулиганов постоять не может?

— Это только сломает ему жизнь еще сильнее!

— Хорошо. Может, я могу вам помочь иначе? Купить новую лодку для рыбалки?

— Во-первых, откуда вы знаете, что я рыбак? Во-вторых, кто вам сказал, что лодку пора менять? — удивился Корнет-старший.

— Ну, все же знают.

— Нам ничего от вас не нужно. Лучше уходите — уже поздно, пора спать, — сказал отец.

— Тогда вы заплатите! Очень дорого! Думаете, я не знаю ваших слабых мест? — Ноктиус резко вскочил. — За браконьерство исчезающего вида рыбы — сойлы, мистер Корнет, вам придется ответить! Это раз! А вас, Корнет-младший, ждет расплата за испорченный инвентарь! — грозно бросил он и выбежал из дома.

— Откуда он знает про сойлу? — пробормотал Корнет-старший.

Эль побледнел и тоже недоумевал.

Лишь старуха сидела спокойно, попивая чай, будто происходящее её совсем не касалось.

На следующий день в школе Ноктиус вызвал Эля в кабинет.

— Вчера я, пожалуй, перегнул палку, — начал учитель, глядя в окно.

— Да? — неуверенно пробормотал Эль.

Ноктиус повернулся и положил на стол зеркальце просвещения.

— На, забирай.

— Что? Откуда? — мальчик обрадовался, поняв, что снова сможет попасть в «ВротБлокс».

— Я заставил тех хулиганов вернуть долг. Теперь оно твое.

— Хулиганов? То есть… вы нашли их? Ура… — Эль сказал это без энтузиазма.

— Можешь не переживать насчёт вчерашнего. Мерлен всё мне объяснила… и даже показала. Возможно, скоро мы станем родственниками.

— Что?!

— Если вздумаешь с отцом плохо обо мне отзываться — сломаю хребет, — тихо прошептал Ноктиус ему на ухо. — Ступай.

От этих слов мальчик впал в ступор. Даже возвращение в любимую игру больше не радовало. Долгие дни он пребывал в прострации, осознавая: Ноктиус управляет его жизнью как хочет.

Эль отчаянно хотел разорвать эту порочную связь. Но можно ли убежать от хищника, если ты — жертва?

Глава 8

«Если есть способ отменить всё назад… все эти унижения… то я готов пойти на что угодно. Даже пожертвовать собственной жизнью. Но справедливость нужно восстановить. Эта система должна быть уничтожена!»

Юный Корнет злобно вглядывался в здание Школы Ремецилов. На площадке играли дети, пиная мяч из реалия после занятий. Их смех разносился по двору, а разбитые колени и грязная форма лишь добавляли веселья. Когда матч закончился, мальчишки сделали вещание через Шар Ясности, чтобы запечатлеть момент, а затем разошлись по домам.

Эль наблюдал за этим со стороны. Глубоко в душе он хотел присоединиться, но понимал — ему там не место.

— Верно! — прошептал ледяной голос в его голове. — Они тебя ни во что не ставят.

— Заткнись! — Эль вцепился в забор. — Что ты такое? Я говорю сам с собой?! Мне нужна помощь!

— Ахаха! Если бы. Голос зазвучал насмешливо. — Я — отдельная личность. Мы совершенно разные существа… и я тебя скоро сломаю.

— Заткнись! Я просто не подошёл к ним! Они… Они меня не заметили. Зачем мне на них злиться?

— А что бы изменилось, если бы ты подошёл? Хотел сыграть роль мальчика для битья? Ты слаб. Но если бы я взял под контроль твою жизнь… возможно, смог бы реализовать твой план.

Губы Эля сами собой сжались от горькой правды. Школа Ремецилов стояла перед ним — холодная, безразличная, как всегда. Сколько раз он слышал за спиной смешки сверстников? Сколько раз ловил на себе взгляды учителей, полные презрительного сожаления?

Он искренне считал это место проклятым, источником всех своих бед. Вину за неудачи он возлагал на окружение, но никогда — на себя. «Самонадеянно и опасно воевать против ветряных мельниц… даже если они никуда не годятся», — мелькнула в голове светлая мысль. Такие, как он, рано или поздно оказывались сломлены — ведь они отказывались подстраиваться под устои общества.

Но разве безумие и отвага не меняли ход истории? Быть может, однажды тренд переменится, и хищники станут жертвами…

Уже неделю Эль рыскал по каналам Ясности в поисках способа быстро освоить все деления Реалия. Увы — безрезультатно. В отчаянии он отправился в школьную библиотеку, набрав стопку учебников.

— Молодой реалзеец, — раздался голос за спиной. — Вы вернёте книги до закрытия?

Эль даже не поднял головы.

— А вам какое дело? Когда дочитаю — тогда и сдам.

Библиотекарь нахмурился.

— Следите за языком! Иначе конфискую всё прямо сейчас.

Эль скрипнул зубами, но сдержался.

— Ладно, понял… Лучше скажите, мистер Ерлов, есть тут книга «Как освоить все деления Реалия за день без усилий»?

— Что?! — Ерлов округлил глаза. — Вы серьёзно? Такой книги не существует! Терпение и труд — вот ключ. Бесплатный сыр — только в мышеловке.

— Мне некогда! — Эль стиснул кулаки. — Без делений я не смогу подготовиться… а «терпением и трудом» я уже пробовал.

— Лентяй, — вздохнул библиотекарь. — Вы к олимпиаде готовитесь? С каких пор Эль-Даус вообще учебники открывает?

— Можно и так сказать. Если не успею — меня ждёт позор на всю жизнь.

Ерлов покачал головой, но через десять минут вернулся с книгой «Как победить прокрастинацию». На обложке был изображён парень на скамейке: справа — загадочный реалзеец в белой мантии, слева — рогатый демон, соблазняющий его яблоком.

— Держите. Может, поможет.

Эль пролистал страницы, и его лицо исказилось.

— Что за чёрт?! — Он швырнул книгу на пол. — Он надо мной издевается?

Но взгляд случайно упал на демона с обложки… и в памяти всплыл разговор с культистом Азаром из «Исцеления».

(— Это эфрианский язык. Мы используем его для поклонения Великому Моргану. Говорят, его когда-то применяли демоны… — Демоны? Вы что, сектанты?)

«Кажется, я знаю, что делать… Но сработает ли это? Чёрт!»

И в этот момент в зеркальце Ясности на столе отразилось его лицо — с той же хищной ухмылкой, что и у демона на книге.

В заведении "Исцеление" Азара не оказалось, поэтому Эль решил самостоятельно изучить руны на стене.

Перерисовывая их в Зеркальце Ясности, он заметил странную особенность — все руны были написаны свежей, еще не засохшей кровью. В поисках культистов или хотя бы кого-то, кто мог бы объяснить смысл этих символов, юноша вдруг увидел вдалеке, у скалы, красное мерцание. Заинтригованный, Эль бросился к источнику света.

Им оказался окровавленный череп, лежащий среди груды костных останков — скорее всего, принесенных в жертву мелких животных. Культисты явно проводили здесь ночной обряд, но забыли убрать "после себя". Когда Эль взял череп, тот начал рассыпаться у него в руках, превращаясь в труху. Осторожно положив артефакт в карман, юноша присел на камень древней развалины и взглянул на круглую кровавую печать, украшавшую массивную плиту забытой могилы. В центре печати красовалась надпись на эфрианском: "Плх ммж".

Заинтересовавшись, Эль запечатлел изображение в зеркальце, затем неосторожно коснулся рукой. Каменная плита неожиданно сдвинулась и с грохотом упала в сторону. Из открывшегося пространства поднялась фигура — это был сам Азар, главный сектант заведения.

Эль, совершенно не готовый к такому повороту, в ужасе отпрянул и едва не ударился головой о соседнюю могилу.

— Что за хрень?! — вскрикнул он, голос его сорвался в почти женский визг.

— А... Приветствую! Ты на ночное очищение пришел? — Азар лениво потянулся, затем резко выпрямился и выскочил из гроба, протягивая юноше окровавленную, иссеченную ритуальными cuts руку. Эль, с недоверием, но принял помощь.

— Что вы тут делали?

— Как что? Медитировал, конечно. Странный вопрос. Чем ближе к тишине, тем ближе я становлюсь к Моргану. Наши мысли сплетаются, и мы превращаемся в единое целое.

— Начинаю сомневаться, что вы вообще можете мне помочь...

— В чем помощь нужна?

— Научите меня читать эфрианский. Думаю, ответы на мои вопросы — вот здесь. — Эль указал на пентаграммы на стене.

— Ответы? А зачем они тебе? — внезапно серьезным тоном спросил Азар.

— Я должен знать, что они значат!

— Хм... Эти знания ни к чему хорошему не приведут. Иногда лучше просто двигаться вперед, чем познавать необузданное.

— А как же надежда? А ваш Морган? Разве он не хочет новых последователей?

— Язык проклят. Лучше не использовать его, — предостерегающе сказал Азар, закуривая. — Сначала был Морган. Но потом появилось Нечто, пожелавшее уничтожить все его труды. Его называют Смертью.

— Тогда откуда эти руны? Вы их написали? Вы же сами себе противоречите! Какой-то бред...

— Это не бред. Моргана обманули. А нам остается лишь верить в него. Великий Создатель есть в каждом из нас. Мы верим в него — он верит в нас. И тогда мы одолеем всех.

— Чертова религия... Ничего не понятно!

— Мы вообще атеисты. К религии отношения не имеем.

— Атеисты?! Тогда какого черта вы верите в божество? Опять противоречие!

— Потому что ты дурак. Не дорос. Морган — это то, что заставляет нас двигаться и принимать решения.

— Нелепые отговорки. "Мы не такие, как все", "Вы нас не понимаете"... Вы не инноваторы — вы мошенники, наживающиеся на чужих бедах! — Эль резко ткнул пальцем в грудь Азара.

Тот нахмурился, затушил сигарету и после паузы его голос слегка дрогнул:

— Ты не понимаешь, о чем говоришь. Мы помогаем. А то, что некоторые умирают после процедур... Это их проблемы. Они не поверили в Моргана. Им нужно было просто поверить в себя!

— Поверить в себя? Почему я не могу сделать это без ваших манипуляций и "платежей"? Вы мошенники! И еще используете демонические печати! — закричал Эль.

— Ну ты доп@зделся! — взорвался Азар и ударил юношу ногой в живот. Тот рухнул на плиту.

— Тебя когда-нибудь хоронили заживо, пацан? — мерзко рассмеялся сектант. — Ничего... Всё бывает в первый раз.

С этими словами он швырнул Эля в гроб и захлопнул крышку.

— Где я? Почему так темно? — очнувшись, забился Эль, беспомощно колотя по плите.

— Это твой конец. Тебя закопали, — прошептал осколок.

— Проклятие! — отчаяннее застучал юноша. — Что делать? Я умру здесь?

Он попытался отправить сообщение через Зеркальце, но связь не работала.

— Сначала задохнешься. Потом черви съедят твое тело. Но это лучше, чем медленно гнить под гнетом Матрухина и ему подобных, разве нет? Прими свою судьбу! — дразнил голос.

Эль закрыл лицо руками и разрыдался. Прошло два часа. Воздух заканчивался.

— Я не умру здесь... Череп! — вдруг вспомнил он. — От него исходила тьма. Его использовали для жертвоприношения...

Достав из кармана почти рассыпавшийся артефакт, он попытался активировать его, как посох, но ничего не произошло.

— Ха-ха-ха! Здесь ты и сдохнешь! — злорадствовал голос.

— Неправильно использую энергию? Или... это некромантия? Та самая запрещенная ветвь, о которой говорил Мерон Троэн... — Эль судорожно листал записи в Зеркальце, ища руны.

— Это бесполезно... Но тебе повезло — печать на плите.

— Да... Культисты приносили жертвы... Череп рассыпается, будто ритуал не завершен...

— Именно. Нужна большая жертва. Но без эфрианского языка ничего не выйдет.

— А что сделал бы Мерон Троэн?.. — прошептал Эль, вспоминая его слова: "Они используют все ветки реалии. Даже запрещенные".

Юноша прижал череп к груди, глубоко вдохнул — и выдохнул. Повторив это, он почувствовал, как артефакт вспыхнул ледяным пламенем. Холод моментально стал сковывать его тело.

— Умри, Ноктиус! Умри! — с последним усилием Эль вонзил череп себе в сердце.

Кровь хлынула изо рта. Успев нарисовать на груди кровавую печать, как на плите, он потерял сознание.

Эль-Даус поставил на кон всё. Он пытался остановить распад черепа, прервать технику печати... Но чуда не произошло.

Он умер.

Безвыходных ситуаций не бывает. Но их последствия — будь они хорошими или ужасными — зависят от выбора.

А выбор — это цепь удач и неудач.

Если чаша неудач перевешивает — готовься к худшему.

Лор печатей смерти.

Печати Смерти — мощные артефакты, способные искажать реальность мира, порой изменяя его до неузнаваемости. Под их воздействием целые государства и народы исчезали с лица земли, стираясь даже из памяти живых.

Контрмеры:

Некрофобос (Фобос) — защитная техника, подавляющая влияние Печатей.Досрочная отмена — с помощью некромантии и техник Древнего Света можно нейтрализовать Печать на ранней стадии.Уничтожение Верховными Некромантами — лишь самые могущественные мастера тёмных искусств способны разорвать связь Печати с реальностью.Древний Реалий Света — редкая энергия, доступная в основном Создателям, способная подавлять искажения.

Опасности использования:

Для активации Печати требуется колоссальное количество реалия пользователя. Если энергии недостаточно, возможны три исхода:

Смерть черного ремецила.Инвалидность — необратимое истощение тела и разума.Частичная активация — Печать останавливается на втором этапе, но для этого нужен неограниченный талант в некромантии, чтобы удержать концентрацию и не перейти к третьей стадии.

Примерно на следующий день, ранним утром, глава заведения «Исцеления» решил проведать могилу. Почему-то ему захотелось её откопать.

— Есть кто живой? — усмехнулся сектант, приближаясь к месту захоронения.

— За твой длинный язык великий Морган тебя покарал, грешник. Надеюсь, урок был… — Азар замолчал на полуслове, внезапно заметив, что могила уже раскрыта, а надгробная плита разрушена до основания.

— Усвоен хорошо! — раздался тихий, ледяной голос. — Показывай книгу, ушлёпок.

Азар резко обернулся и увидел перед собой пацана. Это был Эль — живой. От мальчика несло могильным холодом, а его глаза пылали немым бешенством и жаждой убивать. Теперь перед культистом стоял уже не тот ученик, которого все могли безнаказанно задирать, а нечто иное.

Эль без усилий создал ледяной клинок и приставил его к горлу главы «Исцеления».

— Кто ты? — прошептал Азар, дрожа. — Ты… вроде тот пацан. Но ты не он. Ты…

— Всё правильно. — Эль ухмыльнулся. — Я ваш. Точнее, тот, кто был в тебе всегда. Я — Морган. Я пришёл к тебе, дитя моё. И это была проверка… которую ты не прошёл. Ты убил мальчика. Но теперь он воскрес — в моём облике.

— Я не хотел! Я не знал, что это вы, о великий! — культист в ужасе упал на колени.

— Показывай, где хранишь книги по некромантии. И, быть может, я оставлю тебя в живых, — прошипел Эль.

— Книги? У меня… только записная книжка. Да и зачем она вам? — робко произнёс Азар.

— Хорошо. Давай её.

Культист достал из-под одежды небольшой фолиант и протянул Элю.

Мальчик быстро пробежался по страницам, после чего поднял взгляд и тяжело вздохнул.

— Здесь ничего ценного. Даже переводов нет. Как ты им пользовался?

— Наугад.

— Хорошо. Великий Морган дарует тебе жизнь… в следующей. — Эль холодно улыбнулся и указал на крутой обрыв. — Прыгай.

— А… это не опасно, о повелитель?

— Конечно нет. Там тебя ждёт новая жизнь, богатство и великое могущество!

— За повелителя Моргана! — восторженно крикнул Азар и бросился в пропасть.

Эль холодно посмотрел вслед.

— Болван…

Возвращаясь домой, Эль-Даус проходил мимо школы Ремецилов. На площадке мальчишки гоняли мяч. Он неожиданно решил присоединиться к игре. Его одноклассники удивились — во-первых, тому, что он вообще захотел с ними играть, а во-вторых, тому, что он прогулял уроки и появился только под конец занятий.

— Давайте играть! Че бубните? Кому эти занятия нужны? — усмехнулся Эль-Даус.

Он ловко обыграл всех — и нападающих, и защитников — и прорвался к воротам. Матрухин, известный своей непробиваемостью, стоял на страже. Говорили, мимо него и муха не проскочит. Но Эль применил хитрость: он добавил в мяч частицы льда, из-за чего тот стал скользить. Матрухин не успел среагировать — мяч влетел в сетку.

Ребята смотрели на посредственного, как они считали, одноклассника с изумлением.

— Ты где-то тайно тренировался? — спросил Матрухин, пожимая ему руку.

— Что ты, бро. Я всегда так умел.

— Го в нашу команду? Нас как раз приглашают на соревнования!

— Ребята, мне надо идти! — засмеялся Эль. — Может, потом еще сыграем!

— Обязательно приходи! — кричали ему вслед.

Эль-Даус дошел до школьного забора, установил на проходе невидимую ледяную метку и скрылся.

На пороге дома Эль-Дауса ждали отец и старуха.

— Где ты был?! Мы тебя везде искали! — закричал отец, сжимая кулаки.

— Папа… Меня снова избили одноклассники. — Голос мальчика дрожал. — Они подкараулили меня возле Исцеления, избили и закопали в гробу. Хорошо, что какой-то парень помог…

— Вот твари! — лицо отца побагровело. — Сейчас же идём в школу!

— Я… плохо себя чувствую… — Эль пошатнулся, едва удерживаясь на ногах.

— Ладно. Отдыхай. Я сам разберусь! — Отец резко развернулся. — Мать! Присмотри за Элем! — крикнул он на ходу. — Этим сволочам я руки повырываю!

Как только дверь захлопнулась, Эль-Даус быстро начал скидывать вещи в рюкзак.

— Элюшка? Ты куда? Тебе надо лежать! — встревожилась старуха.

— Уже полежал… — его голос звучал чужим, холодным.

— В каком смысле?!

— Роландская империя возродится, Мерлен. Обещаю.

— Что?! Ты в своём уме, Эль-Даус?! — старуха поперхнулась.

— Конечно. Просто раньше мне мешал тот слабак. Теперь его нет. — В его глазах вспыхнуло что-то чужое. — Ты была одной из мудрейших в Реалзее. Прощай.

Он сунул за пазуху фолиант Азара и направился к выходу.

— Стой! Остановись! — закричала старуха, но юноша даже не оглянулся.

Дверь захлопнулась.

— Добрый день, учитель Ноктиус. Почему не на занятиях? Прогуливаете?

— То же самое я хотел спросить у тебя, Корнет.

— Вы следили за мной. Верно?

— Я всё видел, Корнет. Точнее, не Корнет… а та сущность, что осталась от него.

— Значит, всё видели… — пролепетал разочарованно Эль-Даус, разводя руками. — Что ж, вы меня поймали.

— Я уже вызвал соответствующие органы. Они займутся тобой! Скорее всего, это дело рук того поганого ремецилиста из ГРЛ. Я так и знал.

— И что же вы им скажете? Что поймали какого-то мальчика у дороги?

— Я всё заснял на Шар Ясности! Тебе не отвертеться! — Ноктиус выпустил шар из кармана, и тот завис в воздухе. — Некромантия — это неприемлемо! Это последнее, куда может опуститься ремецил. Ты ответишь по всей строгости — вместе с Мероном Троэном.

— И что же вы мне сделаете? Атаковать меня не сможете — сработает проклятие. Сами должны были догадаться. Когда меня в последний раз лупили указкой?

Ноктиус стиснул зубы. Усмехнувшись, мальчик сделал шаг вперёд, но шар выпустил несколько предупредительных зарядов.

— Стоять на месте и не двигаться! — закричал Ноктиус. — Каждое твоё действие будет расценено как угроза.

Эль внимательно посмотрел на зрачок шара и медленно поднял руки. В тот же момент глазок устройства дрогнул, сместив фокус.

— Вот как… Ладно, сдаюсь. Ты действительно великий учитель, — сказал Эль с хитростью.

В этот момент фолиант взмыл в воздух. Шар автоматически зафиксировал цель и открыл огонь. Книга превратилась в лёд, рассыпавшись в микроскопическую пыль. Возникла миниатюрная вьюга, ослепившая шар.

Эль воспользовался моментом. В мгновение ока он оказался рядом с учителем, клинок из тьмы рассек сонную артерию. Ноктиус успел лишь прошептать что-то.

— Не переживай, Ноктиус. Твоё дело не будет забыто, — сказал Эль. — Вот только тот пацан… он проклял тебя перед смертью. Не раз.

— Кхе… М-мы… Эл… — прохрипел Ноктиус и обмяк.

Шар Ясности рухнул на землю, разбившись вдребезги.

С трудом дотащив труп до леса, Эль закопал его, затем несколько раз заморозил могилу Тёмным Ледяным Реалием и подорвал, превратив в тысячи ледяных осколков.

Изнурённый боем с Ноктиусом, юноша двигался уже не так резво. Его шаги стали тяжёлыми, медленными. Внезапно его охватили странные чувства — вина, обида, долг перед одноклассниками, Мерлен и отцом. Всё тело задрожало, голова закружилась. Он рухнул на колени, мысли путались, сливаясь в хаос.

— А теперь мы должны наказать твоих дружков! — прошипел Эль и поднял кисть.

(Дело в том, что Ремецил не случайно играл в футбол с одноклассниками. Он намеренно добивался физического контакта — теперь частицы льда осели на его обидчиках. И школьный забор он тронул не просто так: каждый, кто переступит порог, попадёт под контроль реалия Эля.)

— Не беспокойся, я их убью не сразу. Мой реалий будет развиваться в их телах постепенно. Никто и не заподозрит, что это ты. Сначала они станут инвалидами — пусть почувствуют твою боль. Лёд медленно доберётся до их мозга, потом парализует… А затем — смерть.

— Остановись! Ты чудовище! — вдруг вскрикнул Эль. — Простите! Простите! Я не хотел! Помогите, кто-нибудь! НЕТ! НЕТ!

— Так значит, ты ещё жив?! — прошипело альтер-эго. — Ну ничего, я найду способ избавиться от тебя.

-НЕТ!

Сущность резко вонзила клинок себе в плечо, пытаясь подавить основную личность. Затем щёлкнула пальцами, приводя «приговор» в действие.

Облокотившись на бревно, парень с трудом поднялся и побрёл к дороге, оставляя за собой кровавый след.

Добравшись до энергостоянки, он узнал от рабочих, что через несколько дней по прозрачной трассе из Килтариса в село прибудет партия золотых горшков и скипетров для чистильных нужд, а затем груз повезут в Монтерд.

— Поговаривают, везут аж из ЗК, — сказал владелец стоянки. — Но из-за сбоев в логистике теперь приходится искать новые методы борьбы с врагами.

Смекнув, что к чему, Эль-Даус заплатил за ночлег фамильными драгоценностями Мерлен. Дождавшись поезда, он тайком проник в один из вагонов и отправился покорять столицу Роланда.

Автор полностью осуждает действия Эль-Дауса, выступая против насилия, ведь любые проблемы можно решить через диалог. Этот персонаж — настоящий психопат и маньяк, чей образ служит предостережением: он показывает, как даже добрые и порядочные люди, поддавшись разрушительным эмоциям, могут потерять рассудок и превратиться в монстров.

Глава 9

— А, юный ремецил! Какими судьбами? — произнес Мерон, заметив Эля во дворе ГРЛ.

Ремецилист аккуратно поставил на землю тяжелый черный учебный чемодан и протянул костлявую руку к лицу мальчика.

— Я пришел, чтобы стать вашим учеником, — ответил Эль. Его изорванная одежда была покрыта пылью.

— Этого пацана я точно видел на выступлении! Какого черта ты здесь забыл? — возмущенно прорычал Альверон, стоявший рядом.

— Я знал, что ты придешь, — сказал Мерон, игнорируя внука. — Вы… провидец? — удивился мальчик. — Нет. Просто разглядел в тебе потенциал. А для этого достаточно уметь читать ступени. Тебе, наверное, нужен кров? Можешь пожить у нас, а там видно будет. — Да. Спасибо, — Эль почтительно поклонился.

— Дедушка! Да зачем тебе этот оборванец? — вспыхнул Альверон. — Порой, Альверон, безумные идеи тяжело принять, — спокойно ответил Мерон. — Но именно безумцы меняют мир. Возможно, этот юноша — тому доказательство.

— Я не понимаю! Какие идеи? Он же бездарь! Да еще и одет как последний нищий!

— Ты продолжаешь разочаровывать меня, Верон. Ты и так на дне иерархии. Выбраться оттуда можно лишь действуя на опережение, а у тебя в голове — одни инстинкты. Смотри, чтобы те, кого ты презираешь, не столкнули тебя еще ниже.

Мерон потянулся к чемодану. — Дедушка! — Альверон бросился помочь, но Эль уже подхватил ручку. — Позвольте! — сказал мальчик, поднимая тяжелую ношу.

Альверон замер, лицо его исказила ярость.

— Ой, спасибо! — Мерон одобрительно кивнул. — Эти антиэнергетические барьеры — сплошное мучение. Только осторожнее: одно неверное движение — и весь Монтерд взлетит на воздух. — Будет учтено! — Эль уверенно понес чемодан через двор.

— Молодец! Не то что ты — вечно ноешь и спрашиваешь лишнее, — бросил Мерон, направляясь к выходу.

— Что?! — Альверон очнулся, но было поздно. Учитель и новоиспеченный ученик уже уходили, погруженные в свой разговор.

— Эй, стойте! Куда вы?! — крикнул он, бросаясь вдогонку.

Альтернативный исход событий ( не изменён Печатью Смерти)

Ридикус взвалил обездвиженного Эля на спину и потащил в самую глушь леса. Главнокомандующий был настолько силён, что ощущал капитана как пушинку, поэтому преодолеть пару километров с 80-килограммовым балластом для него не составило труда.

Спустя время он достиг места, озарённого энергетическим огнём. В воздухе порхали красные бабочки, кружа возле древнего дуба силы. Благодаря этим таинственным существам вокруг было не по-зимнему жарко, отчего лоб генерала даже покрылся испариной.

Ридикус положил пленника у подножия дуба, затем прижал ладони к его сплетённым корням и начал зачитывать заклинание:

— «О, великое место просвещения и благодеяния! Взываю к тебе и призываю! Я, Ридикус Чистослов, Первосвященный! Приношу эту жертву, дабы изъять нечистую энергию!»

На его зов бабочки слетелись к телу Эля, облепив его, а затем переметнулись на самого Ридикуса, усевшись ему на голову и вспыхнув алым свечением.

— «Да… Я чувствую мощь ледяной энергии! Наконец-то!» — восторженно воскликнул главнокомандующий и щёлкнул пальцами.

В тот же миг его тело покрылось синими волнистыми татуировками, а древний дуб перед ним превратился в глыбу льда. Бабочки испарились, прекратив своё существование.

Истинный исход (под воздействием Печати Смерти)

Ридикус взвалил обездвиженного Эля на спину и двинулся вглубь леса. Однако, пройдя лишь несколько метров, он внезапно почувствовал слабость. С каждой секундой ноги становились тяжелее, пока идти вовсе не стало невозможно.

— «Чёртова метель! Опять эти прогнозы на "бали"… Куда я иду, чёрт возьми? Совсем вылетело из головы…» — пробормотал генерал, вглядываясь в снежную пелену.

Он не успел ничего понять, как оказался в центре ледяного вихря. Снежная буря поглотила его, закружив в смертельном вальсе.

Когда ураган стих, замёрзший Ридикус рухнул в сугроб. Он не мог пошевелиться — лишь его испуганные глаза следили за чёрной точкой, медленно приближающейся к нему.

— «Точно… Эль-Даус… Я хотел забрать его силу… Но как?..» — прошептал он.

— «Мой генерал… Похоже, вам всё же удалось меня убить», — прозвучал голос Эля. Капитан показал на свою грудь, где на мгновение вспыхнула и исчезла таинственная печать.

«Не понимаю… Когда он успел подготовить нападение? Я был уверен, что он ничего не замышляет!» — мелькнуло в сознании Ридикуса, прежде чем он выхаркнул сгусток крови.

— «Приятно было познакомиться. Но эта загадка так и останется неразгаданной… Умели ли вы читать мысли или нет — уже неважно. Через несколько секунд ваше тело начнёт стремительно терять тепло, затем последует потеря сознания… а там, глядишь, и сердце остановится. В любом случае, исход печален», — холодно произнёс Эль, обыскивая главнокомандующего. Однако ничего ценного он не нашёл.

— «Если у него не было осколка… то откуда эта сила? И зачем я тогда потратил нейтронакопители?» — проворчал капитан, стряхивая с себя осколки красного камня.

Глава 10

Оставшиеся противовоздушные установки открыли огонь по роланской эскадрилье. Некоторые военные лайнеры были сразу же поражены, но большая часть успешно провела бомбардировку Киерска, уничтожая стратегические объекты: склады боеприпасов, военные штабы и здания государственного назначения. Однако после последнего удара разрушенными оказались не только они…

Армия Роланда до сих пор действовала жёстко и дисциплинированно — в строгом соответствии с инструкциями высшего командования ЧО. Но далеко не все солдаты ЧО соблюдали эти нормы. Если в период первой волны деферанизации, а затем и условного мирного времени, они старались избегать ударов по гражданским объектам, то теперь, измождённые годами бесконечной войны, о регламентах забыли напрочь. Уничтожалось всё без разбора.

С одной стороны, это можно было понять. Западные Королевства уже практически открыто воевали с Роландом и, не стесняясь, готовились бросить собственные войска на штурм столицы Урландии. Это неизбежно вело к новой эскалации конфликта. Чтобы предотвратить катастрофу, ЧО нужно было как можно быстрее заставить Киерск капитулировать и занять ключевые оборонительные позиции в городе. Это дало бы шанс на возобновление переговоров — уже на условиях Роланда.

С другой стороны, вновь страдало мирное население. В этой игре они были всего лишь муравьями, которых никто не спрашивал. Раздавят — значит, раздавят.

Бригада механиков быстро отреагировала на подрыв энергонакопителей, питавших городской барьер. Уже через несколько минут щит снова закрыл небо Киерска. Но было поздно — элитная гвардия ЧО успела высадиться в городе.

В старой, забытой создателями урландской лаборатории прогремел взрыв, похожий на треск бьющегося стекла. Огромные глыбы льда заполонили помещение, разбрасывая обломки мебели и осколки разбитых колб для зельеварения по всем углам.

Когда-то давно Мерон Троэн и Эль-Даус заложили в одной из разрушенных лабораторий телепортационную печать возврата — на случай экстренной ситуации. Конечно, теперь она была повреждена от обстрелов и не работала, но остатки энергии, оставленные рцвэшником, ещё тлели внутри. Капитан воспользовался печатью и телепортировался прямиком в центр Киерска. Стряхнув с себя ледяные осколки, он на ощупь проверил запасы красного камня в карманах экипировки. Его оставалось немного — большая часть ушла на технику печати смерти в бою с Ридикусом.

Пройдя несколько метров по заброшенному зданию, рцвэшник услышал гул приближающихся голосов. Не раздумывая, он скрылся за грудами деревянных развалин. Через узкую щель капитан разглядел некромантов — их отправили проверить местность после подозрительного грохота.

Эль мгновенно преобразовал лёд в несколько острых шаров и швырнул их на улицу, а сам рванул к чёрному выходу. Едва ледяные снаряды взметнулись в воздух, некроманты открыли огонь, выпуская из окровавленных кистей пылающие снаряды.

Спустившись на первый этаж, рцвэшник выбил старую дверь ударом ноги и уже собирался покинуть здание, но на выходе его поджидали двое некромантов. Не теряя ни секунды, капитан материализовал ледяной клинок и вонзил его прямо в сердце первому солдату. Второй успел выстрелить, но Эль мгновенно возвёл ледяной барьер, замедлив атаку врага на несколько секунд. Резким рывком он сблизился с некромантом и сбил его с ног мощным ударом в челюсть.

Вырвавшись на улицу, рцвэшник устремился к старым бомбоубежищам — но и там его ждала засада. Навстречу выехал бронированный энергомобиль и тут же дал залп. Выбора не оставалось: капитан вновь применил природную технику, расходующую огромное количество реалия. Взмахнув рукой, он поднял метель, сформировав из снега плотную стену. Ледяной барьер не только остановил бластерные заряды, но и опрокинул машину набок. Когда экипаж попытался выбраться, рцвэшник сомкнул ладони. Снежинки, кружащиеся в воздухе, послушались его воли — и некроманты замерли, превратившись в ледяные изваяния.

Случайный стрелок, затаившийся на крыше, наблюдал за схваткой. Увидев Эля, он вложил в посох всю накопленную энергию, прицелился через Глаз Прозрения и уже готов был нажать на курок… как вдруг внезапная вьюга залепила инеем его прицел.

— «Вот сука!» — взбешённо прошипел снайпер, отчаянно пытаясь протереть линзу.

Когда ветер стих, он попытался выстрелить снова — но лишь дёрнулся в последний раз. Крошечные ледяные кристаллы, которые он незаметно вдыхал все это время, разорвали его лёгкие изнутри.

Разобравшись с помехами, капитан прошел пару километров по совершенно пустой улице, застроенной старыми трехэтажными мраморными домами. Это очень насторожило военного.

«Старый некромант говорил, что здесь будет не меньше пятисот солдат. Неужели обманул? Почему это место не защищено?» — размышлял Эль, вглядываясь в каменную церковь. Возле нее возвышалась массивная статуя ангела с мечом в руке, на постаменте которой красовалась надпись:

«Защитник света и правосудия».

«Стоило догадаться, что еще кто-то знает про этот секрет… Что никаких телепортов здесь никогда не было. Скорее всего, это ловушка, и я уже в западне», — подумал Эль и достал из кармана реалотрит. Осколок тут же задрожал в его руке, реагируя на неимоверную силу, исходящую от каменного гиганта.

Остановившись перед статуей, рцвэшник провел лезвием по ладони, а затем нарисовал пентаграмму на тротуарной плитке.

— Трс мг пр жб др! — произнес он на эфрианском.

В тот же миг за спиной ангела образовался замороженный водоем.

— Приветствуем тебя, архангел Эль-Даус. Мы ждали тебя, — раздался громкий загадочный голос.

Капитан резко оглянулся и увидел, как со стороны церкви к нему стремительно приближались двое существ в рваных лохмотьях, отдаленно напоминающих ангелов. Их крылья излучали ослепительный свет, из-за которого невозможно было разглядеть лица. Эль прищурился.

— Как вы оказались в искусственном измерении Мерона Троэна? — спросил рцвэшник. — Кто вы такие?

— Мы архангелы. И пришли, чтобы убедить тебя перейти на нашу сторону.

— На сторону? Еще раз спрашиваю — как вы сюда попали? — прорычал Эль, но тут же оцепенел.

Существа приземлились перед ним, и свет крыльев погас. Теперь капитан ясно видел их лица.

Перед ним стояли Епир Светлый и Ридикус Чистослов.

— Что?! Не может быть! Я же убил тебя! — воскликнул потрясенный Эль.

— Не беспокойся, отец Эль-Даус. Ты убил лишь мою реалзейскую копию, — ответил Ридикус, и его голос звучал непривычно спокойно — совсем не так, как у генерала, которого знал капитан.

Он воздел руки к небу, затем опустился на колени перед статуей и начал читать молитву:

— О святой Морган! О святой Морган, приди и спаси нас!

Эль не стал ждать. Мгновенным движением он метнул в Ридикуса несколько кольев, но те рассыпались в прах, едва коснувшись его ауры.

— Архангел Эль-Даус, не горячись. Лучше выслушай нас, — произнес Епир.

— Какой еще архангел? И кто вы такие? — рцвэшник сжал кулаки, не понимая происходящего.

— Ты — архангел Создателя Моргана. Он сам избрал тебя. Дал тебе реалотрит, знания, а возможно, и указания.

— То есть вы хотите сказать… Эль усмехнулся. — Мерон Троэн был Создателем?

— Да. И теперь тебе, как его архангелу, предстоит продолжить его дело, — Епир указал на замерзший водоем, где внезапно образовалась огромная трещина. — Чтобы мир переродился и встал на истинный путь!

Глава 11

р— Вы хотите создать новый мир, господа? Зачем? Бесконечные войны, пропаганда запрещённых веществ, продвижение некромантии, геноцид, тотальный контроль и слежка, массовая истерия, терроризм, снижение уровня образования для ремецилов, популяризация экспериментов над реалзейцами среди широких масс… Эта идеальная система для оболванивания и управления низшими слоями общества, — торжественно провозгласил Эль. — Ребята, я должен вам пожать руку!Его речь сопровождалась жуткими, реалистичными картинами смерти, насилия, жестокости и глупости реалзейской природы, которые сменяли друг друга на площади.

— Наш мир неидеален, отец Эль. Мы наблюдаем за настроением и поведением наших творений, а затем корректируем их — цикл за циклом, если это необходимо. Правда, не всегда наши изменения проходят гладко.

— Зачем для вашего плана нужен я? Никак не пойму.

— Ты и твой реалотрит играют ключевую роль! Видишь, на водоёме уже появились крупные трещины. Тёмная энергия слабеет. Если они станут чуть больше, лёд расколется и растает. Это приведёт к очередному циклу повторения Реалзеи. А нам это не нужно, отец Эль, — пояснил Епир Светлый, зажигая свечи у статуи.

На улице уже стемнело, и к мерцающим лампадкам потянулись реалзейцы в чёрных капюшонах. Подходя к каменному гиганту, они крестились, а затем превращались в белых воронов и разлетались по площади.

— Предлагаете заморозить его моим осколком? И что это даст? — Мы хотим, чтобы этот мир наконец стал полноценным. Чтобы все существа на этой планете были равны и жили в одинаковых условиях, — произнёс Ридикус. — В равных условиях? То есть, вы хотите всех уровнять? Забавно. Даже не могу представить Реалзею без иерархии. Это уже не будет Реалзея. Это будет единый организм, мыслящий однобоко, — усмехнулся капитан.

— Ты почти попал в точку. Только для создания нового мира нам придётся завершить путь всех существ, населяющих эту планету. Для этого мы заставим великие державы использовать карательную энергию. Когда это случится, Реалзея будет готова к перерождению, — сказал Епир, взмахнув крылом.

— Заставить использовать карательную энергию? Абсурд. Мировые лидеры на такое не пойдут, — усомнился капитан. — Им выгоднее стравливать обычных реалзейцев через интриги и манипуляции. Особенно сейчас, с шарами и экранами ясности. Но убить миллиарды ради амбиций? Даже сумасшедший на такое не решится.

— Ты ошибаешься. Когда мы закроем трещину, наша сила и сила создателей восстановится. Тогда мы сможем влиять на умы всех представителей власти. Некоторые уже в наших руках. Но… — Епир не договорил.

В центре площади материализовались канцлеры всех мировых держав. Они стояли, словно марионетки, каждый с чёрной сферой в руках. Через мгновение шары взмыли в небо, и локация площади сменилась. Перед глазами предстали огромные города, выросшие на равнине. Тёмные сферы опустились на них и поглотили целиком — вместе с жителями.

— Мерон Троэн вам помешал? Я угадал? — спросил Эль, когда искусственное измерение вернуло их на площадь.

— Да. Именно так. В последний момент он изменил решение и отошёл от сценария. Он создал Печати Смерти и начал распространять их по миру. Это привело к медленному разрушению льда. Когда всё меняется местами или исчезает — это лишь дестабилизирует мир, — заявил Ридикус, следя за отставшим вороном.

Тот внезапно рванул вперёд, обогнал стаю, вспыхнул и обратился в пепел.

— Это тоже нехорошо. Нам нужен справедливый мир без войн и агрессии, — произнёс архангел.

— Но всё бы ничего, если бы не его последняя выходка в этом столетии — Некрофобос. Именно это ускорило таяние льда, — добавил Епир.

— Я отказываюсь участвовать. Меня устраивает нынешний порядок. — Тебе нравится наблюдать, как слабые не могут дать отпор сильным? Ты сам был в такой ситуации. Или забыл? В новом мире этого не будет! Все будут равны. То, что случилось с тобой, больше не повторится. — Мне это неинтересно. Я лучше сохраню старую систему — она стабильна и понятна. А вы, как и Мерон, изобретаете пятое колесо. Оно никому не нужно. — Ты ведь знаешь, что Роланда скоро не станет? Ты должен это понимать. Зачем тянуть?

— У меня есть план. И я никогда не поддерживал Роланд. Я за возрождение Роландской Империи в новом облике. За новую империю в любой стране, но с той же системой управления.

— Мне начинает казаться, что мы говорим не с отцом, а с безумцем, — проворчал Ридикус.

— Спокойствие, отец Ридикус. Отец Эль, мы уважаем твой выбор. Допустим, тебе нравится эта устаревшая ортодоксальная система. Но как ты запустишь цикл снова, если при разморозке озера существа станут бессмертными? Это бессмысленно. В прошлый раз мир был на грани, когда Иллаиза Строунд возглавила проект вечного бессмертия. К счастью, наши агенты вмешались. — Смотрю, вас сильно задевает слово «бессмертие», — усмехнулся Эль. — Ты прав! Никто не должен стоять выше создателей и архангелов. Это основа мира, — резко вставил Чистослов.

— Вы ничем не лучше Иллаизы Строунд. Ни лучше ремецилистов. Она тоже хотела построить новый мир «во благо», но в итоге лишь потешила своё самолюбие, — ответил Эль. — Тогда почему ты не убил её? В её сердце был ледяной маяк, который позже убрал Альверон Фенексис. Почему ты бездействовал? Она угрожала твоему мироустройству, — спросил Епир.

Капитан молчал.

— Я могу ответить за тебя. Ты любил её, отец Эль. Потому позволял ей творить, что угодно. Верно? — сказал Ридикус.

Молчание.

— Сколько красноречия… Сам-то ничем не лучше ремецилистов, — пробормотал Ридикус.

— Смешно. Я действовал во имя Роландской Империи. Убей я её — нарушил бы цикл и облегчил вам работу, — капитан сделал порезы на руках и нарисовал пентаграмму на груди. — Но теперь мне всё равно.

В его ладони взорвался кусок плоти.

— Пустые слова. Видимо, отец Эль окончательно сошёл с ума, — заключил Ридикус. — Неудивительно. Реалзейцы с природными делениями больше подвержены традиционным идеям. Волнообразные тату бьют по его нейронным связям. Здесь уже ничего не изменить. — Что взять с существа, прожившего всю жизнь в тоталитарном режиме? Оно не видит других перспектив, — схватился за голову Ридикус. — Увы, отец Ридикус. Увы. Нам нужна немедленная чистка. Но помни: если мы сменим носителя реалотрита, новый мир станет неполноценным, — Епир мысленно создал меч и взмахнул им.

Под капитаном вспыхнуло пламя. Эль отпрыгнул, но огонь преследовал его. Усилив себя некромантией, рцвэшник теперь мог ранить вершителей судеб. Он создал ледяной шар и запустил его в противников.

— Сопротивление бесполезно, — Ридикус разрубил шар саблей. Лёд рассыпался, оседая на их одеждах.

Ридикус телепортировался за спину Эля. Епир зарядил меч энергией и отправил сигнал центральным войскам. Капитан успел создать ледяной щит, блокируя атаки, но сгусток энергии всё же опалил его доспехи.

Ридикус повторил манёвр, но Эль усмехнулся. Он щёлкнул окровавленными пальцами — и головы, руки, ноги архангелов разорвались. Но через секунду их тела восстановились.

— Ничто не вечно, но всё бесконечно, — произнёс Епир и приказал воронам атаковать.

Птицы закружили над капитаном, оказывая психологическое давление. Их голоса проникали в его сознание:

— Ты жалкий трус! Тебе нравится страдание других! — Ты убил учителя Ноктиуса и сбежал! Ты должен покаяться!

Вороны напомнили ему обо всех его жертвах: о Мистере Стонксе, Ноктиусе, покалеченных одноклассниках, Торисоне, о тех, кого он выдал РЦВ в Кементопе, об Альвероне, Иллаизе, о пытках «тысячью ледяных игл».

Скованный техниками, Эль не мог сопротивляться. Архангелы вонзили в него клинки.

— Что ремецилисты, что вы — одни красивые слова! Хотите равенства, но методы у вас, как у демонов. Да и хозяин, похоже, тот же, — капитан взглянул на воронов, вспомнив зелёную слизь в Кементопе.

— Ты будешь последней жертвой этого цикла! — Ридикус вогнал саблю глубже.

Но в руке Эля раздался взрыв. Тысячи ледяных осколков разлетелись в стороны, и в его ладони материализовалась золотая шкатулка. Крышка открылась — чёрная сфера вырвалась наружу и устремилась к голове статуи.

— Как?! Когда ты украл её из лаборатории?! Мой агент должен был следить за ней! — вскричал Ридикус.

— Спокойно, отец Ридикус, карательная энергия для нас не опасна. Мы регенерируем. Меня больше интересует, как она у него оказалась? — Епир отступил.

— Господа, отцы, архангелы… Это не обычная сфера. Она может изменить ход истории. Её создал Мерон Троэн. Она основана на Печатях Смерти, но поражает не одну цель, а множество, — Эль выплюнул кровь.

— Ты лжёшь! Нет силы, способной уничтожить отцов творения! — Ридикус нервно сжал кулаки. — Я знаю, что внутри! — Ты прекрасно знаешь, что не знаешь. Ведь ты читаешь мысли, — капитан усмехнулся. — Вы боялись открывать её до последнего. — Когда он её создал?! Почему мы не знали?! — Ридикус в панике обернулся к Епиру.

Сфера активировалась. Из неё выползли Печати Смерти в форме быкообразных тварей. Одна из них ступила на землю — и несколько зданий, включая церкви, мгновенно исчезли.

— Отступаем! Нам нужно подкрепление! — Епир взмахнул крылом. — Но тогда… — Главное — выжить. Это приоритет.

Архангелы исчезли. Техники рассеялись, и Эль, едва живой, пополз к озеру. Добравшись, он разморозил его реалотритом.

Вода ожила. Раны на теле капитана затянулись — теперь все существа в Реалзее стали бессмертными.

Но ненадолго.

воспоминания:

1. Эль-Даус сидел в раздумьях у себя в кабинете, его взгляд скользил по груде бумаг. На титульном листе четко значилось: «Дела по Альверону Фенекексису». Сжав зубы, он взял документы и один за другим уничтожил их, применив древнюю технику Печати Смерти. С каждым испепелённым листом в воздухе повисал горький привкус реалия, а по его рукам пробегали тёмные прожилки — расплата за использование запретного искусства.

2 .

— Ты передал ему деньги? — прошептал Эль, дрожащими пальцами вцепившись в край куба.

— Да, — раздался хриплый ответ, исходящий из трости.

— Он… взял их?

— Нет. Голос на мгновение затих, будто колеблясь. — Он сказал, что у него больше нет сына.

3. Действие в ресторане «Свежий Енот» (До событий, происходящих в Кементопе)

Рцвшник вертел в пальцах кубик льда, затем, с лёгким движением руки, превратил его в хрустальную розу. Готовый цветок он поставил в пустую бутыль из-под вина, где тот замер, сверкая гранями.

«Забавное ощущение… потери», — промолвил Эль.

4.— Я готов вас отпустить, но при условии, что вы будете хорошо себя вести! Вы... то есть, мы... Вас незаслуженно сюда поместили. Мистер Торрисон? Вы согласны? — спросил капитан через энергетическое ограждение, глядя на реалзейца карликового роста.

— Что значит «хорошо вести»? Я не желаю с вами разговаривать. Вы подлый реалзеец! Исчезните с моих глаз! — резко ответил врачеватель.

— Но… Как там Роберт?

Однако Фрэнк его уже не слышал — он отошёл подальше и не собирался продолжать разговор с палачом.

5. Древнее подземное хранилище под Монтердом

— Учитель, вы ранены?! Что случилось? — Эль взволнованно подбежал к Мерону Троэну, заметив кровавые подтёки на его одежде.

— Пустяки, Эль… Семейные разборки. Не отвлекайся — сейчас вершится история всей Реалзеи! — ремецилист хрипло рассмеялся, прижимая ладонь к ране.

— Но вам нужна помощь! Давайте я…

— Нет. Эти раны не исцелить. Меня поразил древний реалий света. Да и времени у нас в обрез.

— Времени? Вы вызвали меня среди ночи, прервав все дела! Зачем?

— Нет ничего важнее науки! — Мерон резко выпрямился, глаза горели фанатичным блеском. — Сегодня мы изменим мир! С помощью одной техники… Некрофобоса! Она перевернёт саму основу Реалзеи. Сильные станут слабыми, слабые — сильными. И тогда создатели падут, ведь их власть зиждется на нынешнем порядке.

— Но… это же хаос! Что будет с миром? Анархия? Разрушение?

— Возможно… небольшой коллапс. — Мерон усмехнулся. — Но риск того стоит! Увидеть новое — вот истинная цель! А для этого мне нужен ты.

Он медленно подошёл к массивной плите в центре зала.

— «Здесь покоится Верховный некромант Аззарион Тёмный», — прочёл Эль, всматриваясь в высеченные буквы. — Кто это?

— Великий чёрный ремецилист… которого никогда не было, — Мерон хитро прищурился. — Его дух иногда является здесь. Но не обращай внимания.

Ниже имени угадывались строки, выбитые мелким шрифтом…

Реальность - зло! Нельзя готовым быть к всему! И к смерти , радости, любви,

Теплу и холоду , разочарованию. Реальность сыграла шутку надо мной! А я с петли суровой никак не смог не ускользнуть. Реальность где все будет хорошо ?

Я смеюсь над этим. Не бывать тому. Пройдя сквозь боль и трудности,

Ты понимаешь , что реальность зло,

В которой жить мне дано.

— Наверное, поэт был очень зол на мир, — сказал Эль, пробегаясь глазами по строчкам стихов.

— Да, эти стихи я написал в прошлой жизни, — ответил Мерон.

— В каком смысле? — удивился будущий рцвшник.

— У каждого из нас есть духовные двойники, жаждущие воплотить свои мечты. Но Аззарион не смог. Он умер, как последняя собака. Теперь на его место пришёл я.

— Вы меня только сильнее запутали.

— Это неважно. Сейчас мы совершим прорыв! Сила Некрофобоса уже наполняет этот мир! Мы должны спешить!

— Да кто такой этот ваш Некрофобос? — спросил Эль.

— Существо за гранью понимания. Даже Создатели не могут его постичь. Но я смог. Я вырастил монстра искусственным путём. Ты помнишь об искусственном измерении?

— Конечно. Ваше величайшее творение.

— Так вот. Всё, что мы там создаём через фантазии, — ненастоящее. Оно может существовать только внутри измерения.

— Вы об этом твердите постоянно. Но к чему вы ведёте?

— К тому, что десятилетия назад я вырастил существ, способных жить за пределами измерений — с помощью силы единотрита. Догадываешься, о ком я?

— Надеюсь, не обо мне?

— Нет. — Ладно, упрощу. Сегодня ты общался с ними.

— Неужели?

— Да. Нола и Диф Фенексисы. Первые несуществующие реалзейцы, вышедшие за пределы измерения. Более того — они дали потомство. Один погиб, не сумев адаптироваться. Но второй — Альверон — не только выжил, но и продемонстрировал мощь искривления пространства. Он — наша последняя надежда.

— Чудеса какие-то… Если бы я не знал про осколки, никогда бы не поверил, — усмехнулся Эль.

— Он изменит всё. Альверон уже начал менять ход истории. Когда процесс завершится, мир перевернётся. Создатели ответят за всё! Роланда падёт. Андромики и З.К. исчезнут. Государства рухнут. А после разрушения системы наступит хаос. Но я именно этого и добиваюсь! — Мерон возвёл взгляд к потолку склепа.

— Браво! — саркастично захлопал Эль.

— Мне нужна сила твоего осколка! Поможешь направить её на могилу? Здесь сосредоточена максимальная энергия планеты!

— Конечно, учитель, — Эль достал реалотрит.

Мерон вырезал пентаграмму на лбу и закричал: — Трм Кррлмд нгд! (Взываю духа Аззариона этого места!) — Тгл бдм Ждсм ББжч Мшл д ххс! (Именем Моргана Создателя приказываю изменить энергетический порядок!)

Склеп затрясся, камни посыпались со стен.

— Получается! Я чувствую это! — воскликнул Мерон. — Озеро Вины в Урландии зовет! Эль-Даус, действуй! Мы меняем историю!

Он обернулся к ученику — и в тот же миг ледяные штыри тьмы пронзили его насквозь.

— …Эль?! З-за что?.. Нет… Как я мог ошибиться… — Мерон рухнул на могилу Аззариона.

— Глупый, глупый Мерон. Пока ты угрожаешь моей идеологии — все твои мечты будут растоптаны. Надеюсь, я вбил этот урок в твою могилу навеки, — холодно произнёс будущий рцвэшник.

— УУУ! — раздался вопль из-под земли.

— Кто здесь?! — Эль резко развернулся.

Из-под плиты выполз дух. Его худое лицо искажала гримаса, глаза пылали, как фонари. На голове — костяной шлем, руки и ноги заканчивались когтями, а тело было испещрено чёрными пентаграммами. До пола свисала густая борода, скрывающая тощее тело.

— Что ты такое? — Эль сжал клинок.

— Меня зовут Аззарион. Спасибо за еду — давно мечтал полакомиться чёрным ремецилистом, — дух протянул клешни к трупу.

— Не тронь его. Он ещё мне нужен, — Эль шагнул вперёд, прикрывая тело. — Я не ищу вражды. Назови цену — договоримся.

— Договоримся? — Дух рассмеялся. — Ладно. Принеси мне ясноведов — и я успокоюсь.

— Ясноведов? — Эль усмехнулся. — Видимо, ты ещё безумнее, чем Мерон. Хорошо, будут тебе ясноведы.

— О, спасибо! Они такие вкусные! — Дух захлопал клешнями. — А этот негодяй кормил меня ремецилистами — хоть изжога началась! Молодец, что прикончил его!

Затем он подстроил убийство: с помощью запретной техники оживил труп Мерона и организовал встречу с юношей-ремецилом возле новостроек. Этот реалзеец яростно ненавидел Троэна, поэтому легко попался на уловку. Оставалось только ждать.

Но поскольку тело было оживлено некромантией, в деле могли возникнуть подозрения. Чтобы избежать разоблачения, Эль пошёл на хитрость. Он заранее вживил в ходячий труп ледяные маячки — они должны были сообщить, кто и когда будет проводить вскрытие.

Когда пришло время, маячки сработали, мгновенно заморозив судмедэкспертов. Воспользовавшись хаосом, Эль-Даус проник в помещение, скрываясь под энергомаской и выдавая себя за сотрудника лаборатории. Он применил на ошеломлённых экспертов реалотрит и дал им нужные указания, чтобы замести следы.

( Сила Некрофобоса способна разморозить и заморозить Озеро Вины, поскольку она искривляет пространство и время. Однако никто не знает наверняка, что произойдет, если Озеро будет разморожено этой силой. Скорее всего, все циклы будут уничтожены.)*

— За Роландскую Империю! — прокричал капитан первого подразделения и прыгнул в бездну, направив оружие — фиолетовый осколок — в её глубины.

На месте водоёма снова образовался ледник, но ненадолго. Искусственно созданное измерение было сильно повреждено Карательной Сферой, и главная площадь Киерска начала возвращаться в своё первоначальное состояние — в реальный мир. Когда всё закончилось, Озеро Вины исчезло, а вместе с ним пропали фиолетовый осколок и сам капитан.

— Где я? — пробормотал испуганный молодой реалзеец, озираясь по сторонам. Он сидел на коленях, не в силах сдвинуться с места. — Что это за место? Как я здесь оказался?

Этим юношей был Эль-Даус Корнет. Его руки и ноги дрожали, совершенно не слушаясь.

— Я не могу встать… Ничего не помню. Всё как в тумане. Почему моё тело так изменилось? Что это за форма? РЦВ? Что вообще происходит? — он лихорадочно задавал себе вопросы. — Неужели я выбрался из могилы? Чёрт! Это дело рук того культиста? Где он?!

— Эль-Даус Корнет! — раздался внезапный крик на фоне звона колоколов. — Ты обвиняешься в мировом преступлении против всей Реалзеи!

Парень резко обернулся и увидел реалзейца, стоящего у церкви. Тот походил на нищего — обтрёпанная одежда, длинные волосы и борода прибавляли ему лет двадцать пять, хотя лицо оставалось молодым. В его глазах читались боль и холодная отстранённость. Правая рука отсутствовала — когда-то он потерял её в бою. Подняв культю, мужчина произнёс:

— Путь Фобоса!