Реактор

Глава 1

Баганда. Спустя 18 лет после первой войны с Алеманом

Йохан очнулся на борту пиратского корабля, некогда принадлежавшего торговой гильдии Жоржа Кейси. Он хорошо знал, что "Веселого Роджера" на флаге колонисты давно приравняли к символу нейтралитета и дружбы.

На корабле было пусто и тихо: команды не было видно ни на палубе, ни в коридоре. Йохан вспомнил вчерашний вечер, и ночь: он приехал за Маргрит, пока Хайнз вместе с пиратами участвовал в казни непокорных рабов. Он убеждал ее отказаться от планов короля по захвату Реактора. Он кричал, что любит ее, но королева вызвала подкрепление. Затем последовало жестокое избиение, и удар расколотой бутылкой в бок. Йохан потерял сознание, но когда его сбросили в море с мешком на голове, пришел в себя от холода и резкой боли.

Кто и зачем его вытащил, было не ясно. Ван Рудгер полулежал на полу, его трясло от потери крови и холода, однако спасителям не пришло в голову даже накрыть его одеялом.

С большим трудом он повернулся, и разглядел два силуэта - капитана и штурмана.

- Эй, - тихо проговорил он.

Капитан обернулся, и Йохану показалось, что он узнал крепко сложенную фигуру, загорелые руки и лицо, скрытое под капюшоном. Но рассмотреть его он не успел: от приступа боли и вкуса морской воды во рту ему стало плохо.

Когда он снова пришел в себя, рядом стояла Майс. Она выглядела постаревшей, все в том же костюме, что и много лет назад, и своих неизменных прямоугольных очках.

- Гертруда! Что случилось? Как ты нашла меня? - спросил ван Рудгер охрипшим голосом.

В ответ Майс плеснула ему в лицо ведро ледяной воды. Йохан растерянно и удивленно посмотрел на нее.

Он встал, и, шатаясь, пошел к рубке.

- Спасибо, Майс. Ты спасла мне жизнь.

Гертруда притянула его к себе, а затем наотмашь ударила по лицу.

- Герти... Что происходит?!

- Это за моего мужа, - ответила Майс, - а это за меня.

Йохан ударился об поручень, сплюнул кровь, и облокотился на ободранную дверь. Он понял, что встать пока не может.

Майс присела перед ним.

- Ты обманул меня, Йохан ван Рудгер. Ты разрушил всю мою жизнь. Черт, как бы я хотела оказаться на месте молодчиков Марго, и собственными руками напялить на тебя мешок!

От сильной качки Йохану становилось все хуже. Лицо соратницы расплывалось перед глазами, а ее голос будто звучал издалека, и отдавался в голове тошнотворным эхом.

- Я подписала закон о преследовании аристократов лишь с одной целью: ты обещал мне, что полковника Грима Танеса прекратят преследовать за его честное и справедливое отношение к людям. Равенство, Йохан - это когда бароны и рабочие наделены общими правами, и никто никого не преследует. Грим был воодушевлен нашим бункером, и твоими идеями. Помнишь, он командовал отрядом снайперов? Верил в идеалы, которых у тебя нет и никогда не было! Но когда нам понадобилась помощь, ты предал нас! Я подписала закон о репрессиях, ты добился своего, а через месяц Грима уволили со службы. На него завели судебное дело за критику "Равенства". Моему мужу, честному и неподкупному офицеру, ветерану войны с Алеманом, грозило десять лет каторги. Из-за осколков, полученных на войне, он не протянул бы и пары лет...

- Мне ... мне жаль, - прошептал Йохан.

- Тебе не жаль! Мы с тобой с малых лет в одной упряжке, и кому, как не мне знать, что ты - беспринципная свинья и жулик, готовый пойти на все ради своих целей.

- Что с Гримом? - спросил Йохан, сдерживая приступ тошноты.

- Уже ничего, дорогой Йохан. Ему теперь плевать, и на нас с тобой, и на то, что мы сделали с Босвелом! - горько и язвительно произнесла Майс, и отвернулась.

Она села на грязный пол рядом с ним, и Йохан потрепал ее по плечу, как много лет назад, когда молодая герцогиня только примкнула к его отряду.

- Мне так жаль. Честно. Прости, Майс, я не знал ничего.

Она сняля очки, и посмотрела на него взглядом человека, которому уже нечего терять в этой жизни.

- Когда я узнала о приговоре, мы с Лео угнали корабль контрабандистов. Я быстро собрала вещи, умоляла Грима плюнуть на все, и уехать в Баганду подальше от твоей партии, рек крови и произвола. Грим начал выпивать, все вечера он проводил с ветеранами в пивнушке. Он обещал мне, что придет к причалу. Мы ждали его до утра. Было очень холодно, лицо обжигал ветер с мокрым снегом. Меня, кстати говоря, тоже объявили в розыск наши собственные друзья. Этот выскочка Хамби стал комиссаром, взял себе имя Хаммер... После этого герцогов и графских родственников стали расстреливать прямо на улице. Приговоры выносили без суда и следствия. Народ с той стороны тоже был хорош: злые, голодные, одержимые местью членам "Равенства"... Они много дали бы за мою голову! Гарленд превратился в мясорубку. Мародеров- аристократов приговаривали к повешению. Это было последним, что видел в своей жизни Грим. Он не мог этого вынести! Ветераны показывали на него пальцем, будто на палача, стоило ему лишь зайти в трактир. А ведь он всегда был против! Как он ругал меня за то, что я поддалась на твои уловки, и подписала смертный приговор всем этим бедным людям.

- Как это случилось? - спросил Йохан.

- Я поняла, что случилась беда. Закрыв лицо шалью, я металась по барам и харчевням, где мой муж обычно напивался до беспамятства. Шумные старики на инвалидных колясках сказали мне, что Гриму удалось остановить очередной расстрел. Он подрался с Хамби, и отчитал его, будто мальчишку, на глазах у всех. Комиссар не смог этого вынести, и приказал Гриму встать рядом с обреченными. В этой шеренге не было ни одного врага, только вдовы аристократов, и мальчишки. Тогда Грим выхватил у него пистолет, и приставил к виску. Мы нашли его рано утром. Весь снег в Гарленде теперь забрызган кровью.

- Как печально. Он должен был уехать с вами, - произнес Йохан.

- Он не мог уехать. А знаешь, почему? Потому что у него, в отличие от тебя, была совесть! Он понимал, что это наша вина - моя, твоя, и его! Это мы сделали своими руками.

- Именно из-за твоего отношения к аристократии Босвела самозванец и тиран по имени Хайнз ван Биль стал народным героем, - добавил Лео, подойдя к ван Рудгеру.

- Когда герои становятся преступниками, настоящих преступников начинают романтизировать, - кивнула Майс, - что мы наделали, Йохан? Разве так должно быть? Мы победили Алеман, и всем отрядом праздновали победу. Но теперь фраза "Равенство Босвела" стала синонимом войны, крови и страданий, и каждый мальчишка в Гарленде мечтает походить на пирата-рабовладельца, присягнувшего безумному королю.

- Так вы знакомы? Как вы нашли друг друга? - спросил Йохан, чтобы перевести тему.

Лео сверил курс по карте, и вернулся.

- Я мечтал образумить Хайнза. В моих воспоминаниях он навсегда останется смешным мальчишкой в полосатых штанах и соломенной шляпе, с которым отец запрещал даже разговаривать. Именно это сделало нас лучшими друзьями. Но теперь все изменилось. Хайнз не стал меня даже слушать, а когда я пришел к нему во второй раз, меня арестовали, и я бежал из какого-то бункера около таверны. Там были Тилль и Анна, мы переговаривались через стену. Это местечко, вероятно, было твоим штабом много лет назад. Теперь флаги "Равенства" сорваны, и повсюду символика альянса и канцлера.

- Наше подземелье, - печально сказала Майс, улыбаясь, - мы с Гримом там впервые встретились. Тогда я поняла, что не смогу сбежать оттуда. И дело было вовсе не в гипнозе и магии ангелов, о нет!

Она расстегнула выцветший военный жилет, и вдохнула давно выветрившийся запах одеколона.

- Я мечтал образумить ван Биля, и вернуть Маргрит с Лили, - продолжил Лео, - я мечтал остановить войну с Алеманом, прогнать канцлера и его орды с наших земель, а потом повлиять на стычки между гражданами Босвела. Но ты был прав: я был глупцом, и мнил себя рыцарем со шпагой из алеманских баллад. Теперь я знаю: они нелепо смотрятся на фоне всеобщей бойни. Увезти Герти и ее мужа в Баганду оказалось единственным, что было в моих силах. Я надеялся вернуться к службе в Реакторе. Но Хайнз, Маргрит и Софи опередили нас. До нас с Гертрудой дошли слухи, что самозванец победил Арлин, и преследует ангелов повсюду.

- Помоги мне встать, - попросил Йохан.

- Обойдешься, - ответил Леонард, и зашагал к штурвалу.

- Хватит с нас того, что мы проследили твой путь, а потом вытащили тебя из моря, - отозвалсь Майс, - это же надо, оказаться таким идиотом!

- Я хотел спасти Маргрит и мою дочь Лили, - сказал Йохан так, чтобы Лео было его слышно, - подполье "Равенства" объединилось с ангелами Джумаана. Он сообщил, что их самолеты готовятся нанести удар по песчаному городу.

- Они решили разрушить свой собственный дом, или ты, как всегда, врешь? - удивилась Майс.

- Да, они решили разрушить город из песка. Чтобы он не достался врагу. Тогда весь мир перевернулся бы с ног на голову, но Джумаан знал, что Арлин найдет способ перестроить формулы. Город ангелов и их предводитель просто ушли бы из нашего измерения, но от этого они не перестали бы существовать. К тому же, Джумаан всегда действует только с согласия командующего.

- Скажи лучше, на что ты рассчитывал, когда отправлялся к врагам без охраны и оружия? Лидер "Равенства" - их первая цель, так что результат был очевиден, - ухмыльнулся Лео.

- Я люблю Маргрит, - упрямо твердил Йохан, - и всегда любил ее.

- Допустим, - ответил Лео.

- Я должен был стать новым правителем Босвела. Тогда все было бы совершенно иначе. Во время войны мы с принцем Тиллем должны были объединиться. Королевство Остерикке было бы под нашей защитой, что неминуемо ослабило бы канцлера. Мы могли сократить потери вдвое, а если учитывать помощь с воздуха, оказанную Джумааном, и чертежи, которые не попали бы в руки фон Реннера, Босвел уже сейчас мог быть оплотом мира на всем материке.

- История не терпит предположений, - заметил Лео.

- Я уступил Хайнзу из-за того, что любил Маргрит, и желал ей только счастья. Я не хотел владеть ей, мне было нужно, чтобы она была счастлива. Я знал, что она мечтает о женитьбе с ван Билем, и разрешил ему занять свое место. Из-за любви к нашей дочери я продолжал поддерживать единство в Босвеле и голосовал за сохранение монархии, из-за чего Хамби прозвал меня отсталым глупцом. Вчера я пытался убедить Марго покинуть захваченные земли, чтобы удары с воздуха не задели ее и Лили. Если это произойдет, моя жизнь будет разрушена.

Йохан с трудом встал, и подошел к штурвалу. Он увидел значок "Равенства Баганды" на куртке жреца, и изумленно уставился на него. Лео кивнул.

- Мы с Майс теперь заодно, да, Йохан. Наблюдая преступления, которые мои родственники творят с населением Баганды, я не мог поступить иначе. Путь к Реактору и моим научным трудам мне все равно перекрыли братец Хайнз, и твоя оголтелая дочка. Ты знал, что Лили служит у ван Биля главой полицейского отряда?

- Нет, - прошептал Йохан, - только не это! Пожалуйста.

- Это она скомандовала жандармам колонистов расстрелять восставших рабов, - заметила Майс, чтобы сделать ван Рудгеру еще больнее, - она преследует твоих любимых ангелов, и "Равенство Баганды", которое мы спонсировали и поддерживали почти двадцать лет. Ее жестокость не знает предела. Ее даже бандиты на пиратских кораблях побаиваются.

- Нет! Не может быть! - закричал ван Рудгер. У него снова закружилась голова, а тело перестало слушаться. Он с большим трудом добрался до каюты, и провалился в сон.

Лео взглянул на Йохана с презрением и жалостью, и прикрыл дверь.

- Джумаан там что, спит? - поинтересовался он у Майс, и приобнял ее за плечи.

Она отряхнула костюм от пыли, и заставила себя прогнать все дурные мысли.

- Теперь все неважно. Неважно. Итак, за дело! - сказала она самой себе, надела очки, и настроила переговорное устройство, - Джумаан выполняет свой долг, Лео. Хайнз нанял отряд контрабандистов охранять покои Арлин, но наш друг пробрался туда, и все выяснил. Предводитель ангелов связался с создателями, они летят сюда. У нас снова будет шанс на победу.

Тем временем принцесса Лили вышла из своего личного самолета.

- Доброго здравия, ваше высочество! - сказал старый канцлер, встав у трапа.

Лили приветствовала его жестом. Солдаты, заменившие королю ангелов, нередко мечтали о чувствах, скрытых за холодной красотой ее лица. Однако, они всегда ошибались.

Лили увидела мать, стоящую рядом с фон Реннером, и обняла ее. Рядом была Софи, наряженная в великолепное платье с жемчугом.

- Какие новости? - встревоженно спросила Маргрит.

- Плохие, - честно ответила Лили, - Чужие проникли в наш мир, и высадились за стеной Реактора у берегов Баганды.

- Так значит, это правда? - воскликнула Софи.

- Правда в том, что создатели очень сильны, и владеют магией. По-другому это не назовешь, - ответила Лили, размахивая руками.

- А мне плевать на то, что говорят другие. Насколько велика их армия? - поинтересовался король.

- Да, какова численность противника? - перебил суетливый канцлер.

- Всего шесть кораблей.

Фон Реннер захохотал в голос.

- Это не значит, что нужно расслабляться! - рявкнул на него Хайнз, - Создатели боготворят Арлин и его город. Поэтому они и появились здесь, и мы должны быть готовы к бою.

- Мы всегда готовы к бою! - уверила Софи, смеясь.

- Это бесполезно, - тихо сказала Маргрит.

- Что ты сказала? - фыркнул ван Биль.

- Хайнз, за прошлые годы я многое узнала. Я много лет подряд приезжала в песчаный город, и консультировалась с Арлин. Мы не выстоим в этой схватке. Чужие не отдадут тебе свое творение.

- Не ссорьтесь, - притворно-сладким голосом попросила Софи, - у меня есть идея.

- Хватит стоять на взлетной полосе, - скомандовал Хайнз, - солдаты, разойтись!

Королевская армия и контрабандисты зашагали в сторону укрепления.

- Разойтись! - с акцентом сказал фон Реннер, и армия Алемана последовала за отрядами короля.

- А вас, дамы и господа, я жду на совет. Нам не стоит стоять под палящим солнцем, - пригласил король.

Крепость, некогда принадлежавшая Джумаану и его народу, перешла во владения короля несколько лет назад. От прежнего интерьера король оставил только витражи в окнах, и резные диковинные двери, которые можно было увидеть только в Баганде. В зале совещаний было прохладно и тихо, как во дворце Босвела.

- Я по-прежнему настаиваю на том, что мы не должны ставить под удар свою армию, и силы нашего союзника, - сказала Лили.

Канцлер, всегда просчитывающий потери заранее, одобрительно кивнул.

- Но создатели не идиоты. Они уже знают, что мы напали на Арлин, и непременно поддержат его, - ответил король, - значит, столкновения с ними не миновать.

- Не обязательно, - промурлыкала Софи, - мы с племянницей не теряли времени даром, и придумали кое-что интересное. Этот ход явно озадачит Чужих, и собьет их с толку.

- Мне всегда нравилось, как ты мыслишь, - ответил Хайнз, - признаться, иногда даже Маргрит уступает тебе. Не сердись, дорогая.

- Гораздо больше меня сейчас беспокоят корабли на берегу, - сказала королева, - я предупреждала тебя, что нужно было остаться в Босвеле. Но мы не смогли вовремя остановиться. Мы зашли настолько далеко, что сами создатели спустились с небес, чтобы принять участие в мировой войне. Путей к отступлению у нас больше нет.

- Не волнуйся, - попросила Софи, изображая заботу.

- Тихо! - крикнул король.

- Мы оценили наши силы, и возможные потери, которые понесет авиация при конфликте. Поэтому я предлагаю не атаковать создателей, а столкнуть с ними членов "Равенства".

- И как ты собралась это сделать? Джумаан и жрец воюют на стороне ван Рудгера, - заметил канцлер.

- Ван Рудгер мертв, - сказала Маргрит, - вчера мои люди сбросили его тело в море. Даже если он чудесным образом выживет, сил на войну у него не будет.

- Очень хорошо! - воскликнул Хайнз.

- Вернемся к нашему плану, - потребовала Лили, - ты спросил, как я смогу его реализовать? Я поразмыслила над этим, и пришла к выводу, что столкнуть "Равенство Босвела" и флот создателей вполне возможно, хотя усилий уйдет немало. Но в случае успеха результат превзойдет все наши ожидания: мы убьем двух зайцев одним выстрелом, и избавимся от наших врагов.

Король улыбнулся.

- А можно точнее? - попросил дотошный фон Реннер, - В таких делах нужна конкретика. Я прошу рассказать, с чего мы начнем.

-В Босвеле я нашла одного человека. Он подходит нам, как никто другой. Он член "Равенства", взял себе кличку Хаммер. В Баганде этому человеку будет легко слиться с местными жителями, прямо как моей тете Софи. Недавно мы арестовали его товарищей из подполья, они агитировали рабов в наших колониях. Но их штаб мы разрушить не успели. Мы не будем писать в газетах о том, что нашли подельников ван Рудгера, и разгромили их. Надо сказать, враги все эти годы технически развивались. У них есть видеосвязь, такая же, как у нас с вами. Я свяжусь с Хаммером из штаба, представлюсь заместителем Йохана ван Рудгера, и дам одно задание. Мы с вами даже оплатим Хаммеру и его людям все траты и расходы, все должно выглядеть убедительно. От него будет требоваться убить неких Грея и Наоми. Я проверила: Хаммер вообще не следит за новостями, он не образован и понятия не имеет, что создатели высадились в Баганде. К тому же, в Босвеле никто не знает , как они выглядят. Легенды, которые ходят о Чужих на севере, слишком далеки от правды.

- Почему он должен их убить? Кем, по твоей версии, являются создатели и их флот? - не унимался канцлер.

Лили улыбнулась ему.

- Хаммер знает, что противники "Равенства" и король разгромили армию ангелов, завладели их технологиями и заменили отряды Джумаана на своих солдат. Но в Босвеле наши последние разработки никто не видел. Я с легкостью смогу обмануть Хаммера, и выдам флот создателей за королевские боевые машины. А Наоми и Грея я представлю, как командиров нового поколения. Я скажу ему, что это враги. Уверена, этот фанатик с радостью примет мое предложение. Отдыхайте, отец. Предоставьте все мне, и считайте, что дело уже сделано.

Глава 2

Людвиг фон Реннер отдыхал в своей комнате. Его супруга играла на пианино, она и слышать не желала о военных делах. Принцесса Лили открыла тяжелую дверь и прервала звуки сонаты. Жена канцлера поклонилась ей.

- Здравствуй, Клариса. Людвиг, нам пора ехать. Надеюсь, ваши люди принесли вещи, которые я просила, - сказала Лили.

- Да, ваше высочество, - ответил фон Реннер, и протянул ей сверток из цветного багандского платка.

- Очень хорошо.

Лили развязала веревку, достала серо-синюю форму "Равенства" из грубой ткани, и завязала галстук.

- Почему они все носят мужские галстуки? - пренебрежительно спросила она у супруги канцлера.

Клариса, одетая по моде начала века в шелковое платье, корсет и кружева, пожала плечами.

- Ну, как я вам? - спросила Лили, сняла бриллиантовую диадему, и заплела волосы.

- Дурацкий маскарад, недостойный вас! - недовольно ответил канцлер, - Я всегда говорил, что это глупая затея.

Фон Реннер отвернулся. Его жена, почти никогда не выходившая из дворца, с интересом рассматривала одежду и платок. Увидев это, канцлер сердито посмотрел на нее.

- Мне не нравится, как выглядит форма наших противников. Но мне, все же, любопытно, что происходит за пределами резиденции короля, - начала оправдываться она.

- А мне вот все равно, как это выглядит, - призналась Лили, кружась перед зеркалом, - важен результат.

У ворот их ждала машина. Софи уже стояла рядом.

- Почему мы не можем полететь на самолете? - спросил фон Реннер еще более недовольным тоном.

- Потому что это небезопасно, - ответила Лили.

- "Равенство" и ангелы настроили радаров по всей Баганде, - заметила Софи, - нападать на них становится все сложнее.

- Но сейчас мы хотим не напасть, а обмануть их, - сердился канцлер.

- Штаб около лабиринта замолчал две недели назад. Уверена, в джунглях сейчас полно шпионов Йохана. Но если они засекут наш самолет, и поймут, куда мы направляемся, все наши усилия будут обречены на провал, - сказала Лили.

- Я никогда не поддерживал эту идею! - воскликнул фон Реннер, - Почему наши армии не могут воевать? Всю жизнь я одерживал победы в честном бою.

Софи рассмеялась ему в лицо.

- Танки против конницы, и удушающий газ против королевских солдат Остерикке даже мне было бы сложно назвать честным боем, - напомнила она, - тем не менее, мы все сейчас заодно, и я рада вашим победам.

- Тогда зачем нам этот цирк? - упрямо твердил канцлер, - Разгромим Джумаана, и Йохана, а затем и город Арлин!

- Подумайте, Людвиг: мы всегда успеем принять участие в боевых действиях. Добивать ослабленного врага гораздо приятнее.

- Такая военная стратегия разочаровывает меня, ваше высочество!

- Ничего страшного, - вмешалась Софи, - к тому же, этот маневр вам очень близок. Вспомните, как во время войны вы заручились поддержкой фракийцев, и флота контрабандистов, чтобы оторвать у Босвела самую большую провинцию. Вы надеялись поссорить Остерикке и Босвел, и только миролюбивый характер их принца помешал вам. Будь на месте Тилля кто-то наподобие нашего Хайнза, вы первым делом столкнули бы его с нами, а уж только потом прошлись бы по нашему королевству победным шагом.

Фон Реннер замолчал.

- Мы не будем вспоминать старые обиды, - сказала Лили, с недовольством глядя на Софи, - разве непонятно, что Людвиг - наш старый друг, и союзник? В моем присутствии никто не будет отзываться о канцлере в таком тоне.

Услышав это, фон Реннер подобрел. Он прикрикнул на водителя, и уверил Лили в том, что все пройдет так, как она хочет.

- Сработало, - сказала Софи на ухо племяннице.

Лили переглянулась с тетушкой, и едва заметно улыбнулась ей. Политики и королевские командиры не способны были заметить этот трюк, а если и видели, как беседуют две дамы, не принимали их улыбки и болтовню на свой счет. Старый фон Реннер, конечно же, решил, что его спутницы говорят о всякой бессмыслице.

- Соберитесь, ваше высочество, - произнес он назидательным тоном.

- Конечно, Людвиг, - ответила Лили.

Штаб "Равенства" располагался в военном бункере около моря.

- Считается, что это укрепление построили фракийцы, - сказал водитель, открывая дверь Лили.

- Это древний лабиринт, построенный Чужими, - ответила Лили.

- Чудо света, - поддержал фон Реннер.

- Меня интересует только штаб Йохана, - заявила принцесса, и отодвинула дверь, сорванную с петель.

У дверей стояла банда контрабандистов.

- Здравствуй, Софи ван Стейн! - крикнул один из них. Но та сделала вид, что не узнала его.

- Знак королевского дома? Не знала, что мы настолько преуспели, - усмехнулась Лили, рассматривая пиратов и вооруженных торговцев.

- Так им не угрожает арест, - ответила Софи, - к тому же, лояльность к Хайнзу позволяет им не платить налоги в любом порту Баганды.

По указу короля, за одно только приближение к разрушенному штабу любопытных могли задержать. А что означало быть задержанным рабовладельцами и пиратами, жители Баганды знали не по наслышке. Поэтому разграбленным помещение не было. После казни союзников Йохана никто не заходил сюда. Приборы, подаренные Джумааном, стояли на своих местах. Лили включила радиостанцию, настроила изображения на экранах, и повернула пыльный микрофон.

- Все уже настроено на связь с Босвелом, - обрадовалась Софи.

- Вас не должно быть видно, тетушка, - предупредила Лили.

- Я могла бы сыграть местную, - предложила Софи.

- Нет, только не вы! После неудачного мятежа Жоржа Кейси, и его гибели, ваше лицо узнает любой. Одни обрадуются, что Софи ван Стейн все еще жива, другие, наподобие беглой губернаторши по кличке Майс, должно быть, расстроятся. Но так все поймут, что наш план - просто хитрый трюк.

- Пусть ее высочество сделает все сама, - сказал канцлер, - после бегства королевского дома в Баганду жители Босвела ничего не слышали о принцессе. Не было ни фотографий, ни видеохроники. Хаммер и его компания понятия не имеют, как она выглядит. А меня в кадре точно быть не должно!

Канцлер счел последнюю фразу чрезвычайно забавной. Софи неискренне, но очаровательно улыбнулась ему.

Лили хлопнула дверью, и контрабандисты привели несколько человек. Трое мальчишек и женщины с плантации испуганно озирались по сторонам. Лили бросила им форму "Равенства".

- Одевайтесь, и побыстрее, - сказал бандит с черной повязкой на голове.

Пленники надели военные куртки с погонами "Равенства".

- Не сидите на полу, - приказала Лили юноше и его матери, - вы выглядите так, будто вас держат здесь под дулом автомата.

- Так и есть, - ответил другой пленник. Контрабандист приготовился ударить его прикладом.

- Нет, - остановила его Софи, - сделаешь это позже. Этот штаб был главным достоянием "Равенства", сюда брали только самых умных и образованных. Беглых рабов размещали в другом подполье, так что синяки и кровь нам пока ни к чему.

Пират отошел от жертвы. Он встал в дверях, держа автомат наготове.

- Стойте и смотрите сюда, - сказала Лили, и дотронулась пальцем до камеры.

Пленники кивнули.

- И не вздумайте испортить мой план, если, конечно, хотите жить.

Она включила компьютеры и радиостанцию. Хаммер ответил почти сразу, в Босвеле давно ждали звонка с побережья. Имен социалистов Хамби не знал: с самого начала он занимался только войной, а общение с единомышленниками было задачей Йохана.

На экране появился высокий худощавый брюнет в военном френче. Он снял солнцезащитные очки, и приветствовал "Равенство Баганды". Хаммер явно следил за своей внешностью, и стремился нравиться публике. Он рассмотрел Лили, и на бледном лице с неестественно алыми губами появилась улыбка. Трудно было поверить в то, что этот человек с ангельской внешностью, и черными кудрями до плеч с малых лет был машиной для убийства, и наводил ужас на весь Бовсел. Но Лили знала, что сейчас его стоит только хвалить.

"Хаммер чрезвычайно тщеславен. Он считает себя восходящей звездой "Равенства", а само это слово - равенство - на дух не переносит. Равны могут быть все остальные, но он всегда будет на самой вершине", - так охарактеризовал нового гарлендского лидера шпион короля. Он работал у Хаммера секретарем, и делился информацией со всеми, кто этого хотел, включая Софи и герцога ван дер Марсела. По мнению Лили, член "Равенства" слишком много брал за свои услуги, и многое выдумывал для красного словца, однако, она хорошо заплатила и знала биографию Хамби и его пристрастия во всех подробностях.

- Здравствуйте, Хаммер, - кивнула Лили, - все "Равенство Баганды" восхищается вашим успехом в Босвеле. Вы стали для меня примером для подражания, и образцом безупречности.

Хамби надменно улыбнулся. Внешность собеседницы ему явно понравилась, и он любовался ей.

- Вы великолепны, - ответил он, - великолепны! А я не из тех, кто говорит девушкам комплименты просто так.

- Благодарю, - улыбнулась Лили. Она с удивлением поняла, что Хаммер привлекает ее не только как будущая жертва. Ей нравилось смотреть на него, и слушать его голос.

- Как ваше имя? - спросил он.

- Ситуация в Баганде сложилась тяжелая, - ответила Лили, расхаживая взад-вперед, - поэтому мы не называем свои имена даже единомышленникам. Мне дали прозвище Тсотси, что означает "стрелок".

- Вижу, - усмехнулся Хаммер, - у вас на куртке это вышито.

Лили улыбнулась.

- Могу предположить, Тсотси, что ваша семья владеет колонией, и ведет торговлю на материке с помощью контрабандистов.

- Все верно. Но я не такая. Когда вы приедете к нам, вы сами все поймете. Помните это задание? Вы давали его Роузи.

Лили поднесла к камере рукописный блокнот, в котором убитая жительница Баганды отмечала расположение королевских войск и места группировки контрабандистов.

- К сожалению, она погибла. Я была потрясена! Это было первым заданием, данным ей.

Лили отвернулась, изображая печаль.

По природе своей Хаммер не был глуп. Он опустил глаза, и тряхнул головой, а затем на пару минутотошел от экрана. Лили слышала, что обсуждают ее.

- Мы несколько месяцев не получали известий из этого штаба, командующий, а пару недель назад они перестали принимать даже наши сообщения,- говорил новый советник скрипучим старческим голосом, - и вот, теперь лидером стала аристократка! Посмотрите на нее, она явно не из местных жителей. Что это может значить?

Лили выставила громкость на максимум, и прослушала весь разговор. Она обдумала сказанное неизвестным, и с радостью поняла, что об убийстве социалистов советник не догадывается. Он предупреждал его о том, что девушка может работать на короля.

Хаммер вновь появился на экране.

- Кто вас назначил? - спросил он, не отрывая от Лили глаз.

- Когда у вас в Босвеле начались разногласия, сам Йохан ван Рудгер назначил меня своим заместителем, и отправил работать сюда. Я училась у него, я ему почти как дочь.

- Но почему он ничего не сказал мне? - удивился Хаммер.

- Вынуждена поделиться прискорбной новостью - на лидера "Равенства" было совершено жестокое покушение. От него до сих пор нет вестей. Не слушайте тех, кто утверждает, что я работаю на Хайнза и канцлера - они мои заклятые враги. К тому же, за то, что я успела сделать с тех пор, как меня поставили командовать "Равенством" на побережье, от короля и его ищеек я могу получить лишь пулю в лоб. А мои родители им в этом только помогут.

- Вам не стоит бояться! - поспешил успокоить ее Хаммер, - как правило, сыщики канцлера и король только угрожают таким, как мы.

- Вам легко говорить! - ответила Лили, - А здесь, в Баганде, почти каждый сочувствует "Равенству", и в то же время, все его преследуют. Но несмотря на все трудности, мы продолжим дело ван Рудгера. Незадолго до нападения королевских солдат Йохан и Роузи выяснили, что новые истребители Хайнза и его командиры расположились неподалеку от нашего штаба, на побережье. У меня есть снимки, и карты, на которой отмечены враги.

- Почему тогда вы медлите? Нанесите удар! - потребовал Хаммер.

Софи, стоящая за радиостанцией, услышала это, и дала понять, что план сработал.

- Мы не можем сделать этого в одиночку, - сказала Лили, - во-первых, без помощи Босвела нам не одолеть врага. А во-вторых, сделать все нужно тихо, и без шума, иначе есть риск втянуть всю Баганду в войну, как восемнадцать лет назад.

- Фракийцы не захотят отдавать "Равенству" свои земли, а аристократы, уехавшие на свои плантации в Баганде, будут до последнего поддерживать короля... - предположил Хаммер.

- Да. Но сила короля - это всего два новых корабля, и несколько командиров, - ответила Лили, - без этих кораблей, и неких пилотов по имени Наоми и Грей армия Хайнза потерпит поражение в первом же бою с Джумааном. Ангелов, кстати, тоже не стоит недооценивать.

- Джумаан - наш союзник, - заявил Хаммер.

- Все "Равенство Баганды" просит вас оказать поддержку! - воскликнула Лили, изображая отчаянную мольбу о помощи, - Уже почти год наши люди гибнут один за другим в попытках подобраться к королевским командирам. Но среди нас нет опытных воинов и солдат. Те, кто пришел со мной - рабочие с плантаций.

Хаммер посмотрел на багандцев, стоящих позади.

- Среди вас нет ни одного, кто смог бы разрушить эти самолеты, и убить приспешников Хайнза?

Пленники закивали.

- А Хайнз и его командиры готовы наступать! Эта информация тоже проверена. Вы же не будете сомневаться в словах ван Рудгера? - подтвердила Лили, и поднесла к экрану еще один фальшивый документ. Подпись, однако, оказалась подлинной. Хаммер узнал ее.

- Вижу, что положение у вас хуже некуда, - понимающе сказал он, глядя на багандцев. Он не видел контрабандистов с автоматами, стоящих рядом.

- Эти люди в нашей форме - лучшее подтверждение ее слов. Посмотрите на них, разве это похоже на обман? - наконец сказал Хаммер своему советнику.

- Вот если бы среди нас был такой опытный солдат, как вы! - проговорила Лили.

- Ладно, я вам верю. Предположим, я заинтересован в том, чтобы убить командиров беглого короля, и разрушить его технику. Но в случае неудачи мы действительно втянем всю Баганду в войну, а это плохо отразится на моей репутации.

- Пошлите кого-нибудь, - предложила Лили, - мне нужно, чтобы вы лично поручились за этого человека. Он непременно должен состоять в "Равенстве". Обычных наемников легко перекупить, а наше положение и так критическое: Йохан пропал, Роузи и другие убиты. Скаждым днем потерь все больше.

- Понимаю, - кивнул Хаммер, - поступим так: я пошлю вам одного хорошего солдата. Я лично обучал его, как меня в свое время учил Йохан. Детство он провел на пиратском корабле, и хорошо знает обычаи Баганды и особенности этого общества. Парню не составит труда пробраться на побережье, и убить командиров Хайнза. Даже если по силе и магии они равны ангелам, он их одолеет. Я поеду вместе с ним, и с вашего позволения расположусь в штабе, из которого вы звоните. Нам будет, что обсудить за это время. Но выступлю я немного позже, когда мой человек сам все сделает. Тогда мы заявим об окончательной победе над королем.

- Как мне благодарить вас? - радостно воскликнула Лили.

- Пока рано меня благодарить, - ответил Хаммер, - в случае неудачи я покину Баганду, и мы никому не расскажем о нападении на воздушный флот короля. До тех пор, пока не придумаем новый план.

Хаммер отключил сигнал, и на экране запульсировала светло-зеленая полоса. Через полминуты она погасла.

- Уведите их, - сказала Лили контрабандистам.

- Не так быстро, - раздался в дверях знакомый голос.

Герцог ван дер Марсел жестом остановил бандитов.

- Сначала заплати мне, - сказал Юлиан.

- Как ты смеешь? - закричала Софи, - Вы с матушкой жизнью обязаны нашей семье.

- Жизнью может быть и обязан, а заплатить все равно придется, - ответил Юлиан, - без меня твой план не сработал бы так гладко. Только один мой друг из "Равенства" знал о дурацкой привычке Йохана ван Рудгера задерживаться в кабинете, и подписывать пустые листы бумаги, чтобы днем не тратить время на подпись документов. Ты никогда не догадалась бы об этом, Лили!

Лили отсчитала стопку купюр, и протянула Юлиану.

- Во-вторых, ваше высочество, это - люди с моей плантации. И вместо того, чтобы работать, они полдня простояли перед вами.

- А еще это ты рассказал о пустом штабе врага, и выставил свою охрану. Знаю, Юлиан, и горжусь тобой, - ответила ему Лили.

- Совсем скоро все "Равенство" и Чужие столкнутся в схватке, а Йохан и Майс будут сражаться со своими любимыми ангелами, - улыбнулся ей ван дер Марсел, - и после этого наш король отпразднует победу.

Глава 3

Маргрит с самого утра куда-то спешила. По ее подсчетом, дорога до тюрьмы, и отправка пленников на корабль должна была занять почти весь день. Она утверждала, что частые выезды из дворца связаны с занятиями магией, и просила мужа и Лили не трогать ее.

- Никаких расспросов, - требовала она.

Хайнз ненавидел магию. Но после того, как Маргрит последовала за ним в Баганду, не испугавшись угроз Майс и Хаммера, он готов был на многое закрыть глаза. О том, что она всячески старалась помешать исполнению приказов, король не догадывался. Солдаты не имели права досматривать королеву. Даже командиры, заменившие Хайнзу ангелов, не могли останавливать ее и расспрашивать о планах.

Маргрит взяла из шкафа какие-то бумаги, достала из деревянного футляра пистолет, подаренный Йоханом много лет назад, и позвала водителя.

Незнакомый офицер подошел к королеве, и отдал ей честь.

- Ваше величество! - воскликнул он.

- А где Карел? - встревоженно спросила она.

- Лили считает, что он недостаточно опытный водитель, - поспешил объяснить офицер, - неделю назад ваша дочь и господин канцлер поехали на сафари, и этот мальчишка едва не убил их. Он умеет ездить только по асфальтовым мостовым... Поверьте, мы беспокоимся о вас.

- Ах, вот оно что.. - ответила королева себе под нос. Спрашивать "Не кроются ли за этим иные причины?" ей в любом случае не следовало.

- Не волнуйтесь, ваше величество. Когда Хайнз приказал подавлять мятежи на плантациях, я научился объезжать колдобины в саванне, будто всю жизнь только этим и занимался.

"Именно потому ты мне и не нужен. Ты хорошо справляешься с рулем автомобиля, но совершенно не способен размышлять", - подумала Маргрит.

- Куда мы направимся? - поинтересовался офицер.

- Пусть придет Карел, - потребовала Маргрит, - обещаю, мы не поедем в саванну.

- Но ваше величество...

- Делайте то, что я прошу. Позовите моего водителя. Считайте это моей глупой прихотью, если угодно, но пусть он придет!

Королева знала, что оправдания лишь усиливают недоверие. Тем не менее, отсутствие объяснений могло вызвать еще большее подозрение, поэтому она сказала:

- Карел родом из Южного Босвела. Мне нравится разговаривать с ним по дороге, вспоминать родные места. А вы, насколько я помню, всю жизнь провели во Флавенгене.

- Так точно.

- Да, да, прекрасно. Благодарю вас, но дорога длинная, а я не очень-то люблю рассказы о научных достижениях и автомобильных гонках вашей провинции. Лучше обсудите это все с господином канцлером, он сегодня собрался посмотреть боксерский турнир у какого-то графа. А мне позовите Карела.

Офицер кивнул. Маргрит за эти годы так хорошо научилась читать людей, что ей не составило труда понять, что новый водитель непременно доложит обо всем. Но не Хайнзу, а канцлеру. Безвольный и амбициозный дворянин был его фаворитом, по крайней мере, так он считал. Фон Реннер никогда не использовал своих солдат-алеманцев для слежки за членами королевской семьи, с этой целью он выбирал людей короля, и делал вид, что покровительствует им.

Маргрит вздохнула с облегчением. "Этот болван все равно ничего не понял", - успокоила она себя. То, что муж пока не подсылал к ней своих шпионов, было прекрасной новостью.

Вскоре пришел ее водитель. Он не считал себя подданным короля, "Равенство" и Йохана он тоже не любил, и не упускал возможности высказаться о них с насмешкой и презрением. он был человеком другой эпохи, далеким от монархии, и охотников на королей. Маргрит не могла разгадать его, сколько бы ни старалась.

- Едем к Арлин, - сказала она, как только Карел вошел в ее кабинет. Он кивнул.

- Тебя скоро повысят, - пообещала она.

Карел равнодушно пожал плечами.

- Я знаю, что в тебе скрыт большой потенциал, Карел. Некоторые могут считать тебя флегматичным, и бесхарактерным, но это не так.

- Откуда вы знаете? - спросил водитель, - Я и сам порой удивляюсь на собственное равнодушие. Война с Алеманом, о которой твердят мои родители, была вашей, но не моей. И то противостояние с "Равенством", что мы наблюдаем сейчас, тоже не вызывает у меня ни единой эмоции.

- Не бывает безвольных людей, и равнодушных тоже не бывает. Кому, как не мне это знать? Мой муж не желал сражаться, и не мог надавить на фон Реннера вовсе не потому, что у него был слишком мягкий характер. Он этого не хотел. То же самое происходит со всеми остальными, кого общество обвиняет в малодушии. Просто это и в самом деле не твои войны. Ты не хочешь сражаться ни за моего мужа, ни за "Равенство", и тут нет ничего необычного, - ответила Маргрит, и надела пальто.

В зале для гостей, мимо которого они проходили, играла музыка. Софи, Лили и герцог ван дер Марсел играли в карты. Служанка подавала чай недовольному фон Реннеру, а его супруга без умолку расспрашивала герцога о поездке.

- У Лили получилось обмануть Йохана? Получилось? Теперь мы разгромим "Равенство"? - тараторила она, совершенно не вникая в ответы Юлиана.

- Речь шла вовсе не о Йохане! - сердилась Лили, но Клариса все говорила, и говорила, совершенно игнорируя остальных.

Услышав о задумке дочери, Маргрит встала перед дверью так, чтобы публика ее не заметила.

- Получилось, - отмахнулся наконец ван дер Марсел. Супруга канцлера пришла в восторг, и начала хвалить Лили.

- Я только одного не понимаю, почему новый лидер "Раввенства" должен вдруг бросить все, и лететь в Баганду, чтобы решить проблемы местных? - сердито перебил фон Реннер.

- И то верно, - закивала старуха, - почему? Если уж делать что-то, то думать надо головой!

- Лили все предусмотрела, - успокоил ее ван дер Марсел, - мои друзья в Босвеле разузнали, кто такой этот Хамби. И он вовсе не лидер "Равенства", и уж тем более, не будущий правитель Босвела. Он претендует на эту роль, и так о нем пишет пара газет в Гарленде.

- Я показала ему документы с подписью самого ван Рудгера. Теперь он обязательно поверит в то, что корабли Чужих - это наши войска. Правительства в Босвеле нет, об этом все знают. В одних провинциях свирепствуют мародеры, в других "Равенство" добивает ни в чем не повинных.

- Король уехал из страны, - невпопад сообщила жена канцлера.

- Король вернется, - снисходительно объяснила Софи, - к тому же, многие аристократы по-прежнему верны монархии. Даже наш отец, добрейшей души человек, до самой своей смерти проклинал Майс и своего бывшего друга, советника Йохана ван Рудгера!

- Главное, чтобы все удалось, Клариса, - строго сказал канцлер.

- Чтобы Хаммера избрали законным лидером Гарленда или Южного Босвела, ему нужно выслужиться, и завоевать доверие. Настали совсем другие времена. Тем, кто побывал на войне, недостаточно, чтобы правитель имел хорошую родословную. Они хотят убедиться, что новый король, или руководитель "Равенства" достоин своей должности, чтобы не повторилась история Хайнза ван.... короля Хайнза.

- Это нужно использовать в своих целях. Тетя Софи абсолютно права. Именно поэтому Хаммера не придется долго уговаривать. Он приедет сюда, и спровоцирует новую войну, масштабы которой даже не снились людям. После столкновения с создателями Реактора войска Арлин объявят Хаммеру войну. В нее будут втянуты все наши конкуренты, а затем останется только королевский дом. Первое время мы будем соблюдать нейтралитет, затем, разумеется, окажем небольшую поддержку командирам Наоми и Грею. Уверена, создатели отблагодарят нас.

- Но твой отец не переносит Джумаана и ангелов. Он намерен весь Реактор изменить так, чтобы Арлин исчез. Был бы он немного умнее, нам не пришлось бы идти на этот подлый ход, - сердился фон Реннер.

- Страж Реактора не исчезнет, не волнуйтесь за него, - успокоила Софи, - Хайнз отправит его в другое измерение, а управление песчаным городом доверит нашим людям.

- Что за хаос тогда начнется? Вы уверены, что солдаты смогут управлять песчаными бурями? - вздохнула Клариса.

- Будет не хуже, чем обычно, - ответила Лили, - зато мы одержим победу, и получим полную независимость. Массовые казни багандцев и членов "Равенства" нужно провести до приезда Хаммера. Как бы он не полез в это дело, и не испортил нам торжество. Самое время избавиться от неугодных.

- Вы хотите увидеться с семьей? - спросил Карел у Маргрит.

- Теперь мне все ясно... - сказала она, услышав разговор за дверью, - Пойдем, Карел, нам нужно поспешить. Я составлю им компанию позже.

Водитель завел двигатель, и начал крутить кнопку радиоприемника. Наконец, он нашел частоту, на которой почти не было помех и шума.

- А чего хочешь ты? - спросила у него Маргрит.

- Уехать отсюда, - ответил Карел.

- Стать пиратом? - Маргрит рассмеялась.

- Возможно. В Баганде появилась поговорка, что встретить пирата теперь - гораздо безопаснее, чем социалиста или аристократа. По крайней мере, ты точно знаешь, что у него на уме только деньги.

Маргрит улыбнулась.

- Я хотел бы служить у Арлин, но не здесь, - сказал Карел серьезным тоном.

- А где тогда?

- Слуга моего отца был звездочетом. Он говорил, что Арлин не всегда живет в песчаном городе. Он обитает и в джунглях, где-то на восточных островах. Автономно развивающийся лабораторный интеллект - это путь к Чужим. Вот о встрече с кем я всю жизнь мечтаю.

- Тогда тебе стоило пойтив священники, - ответила Маргрит, - Чужим поклоняются, но никто не знает, кто или что это. Арлин - просто их разработка.

Водитель затормозил.

- Вы говорите, что я равнодушен. Я слышал, что Лили хочет столкнуть "Равенство" и создателей. Вот мой шанс проявить себя: мы успеем предупредить Грея и Арлин обо всем.

- Поехали, - поторопила Маргрит, - и спасибо, что помогаешь мне.

- Сверни здесь, - попросила она.

Машину затрясло на ухабах. Под колесами была уже не степь саванны, а песок, мешавший вести автомобиль. Руль вырывался из рук водителя, колеса застревали, и Карел делал все возможное, чтобы не перевернуться. А Маргрит была настолько сосредоточена, что не обращала внимания на резкие повороты.

- Арлин зол на меня. Он не знает, что такое быть женой преступника, и не понимает, до какой степени трудно сопротивляться, - сказала она у ворот песчаного города.

Эту же мысль она озвучила при встрече со сфинксом.

- Ты обижен на меня, Арлин? Сердишься? - раздраженно крикнула она, отмахиваясь от песчаных вихрей, - Вам всем легко осуждать таких, как я. Только ты кое о чем забываешь, дорогой страж!

- И о чем же? - спросил Арлин, не показываясь ей на глаза.

Маргрит достала из кейса приказы о казнях.

- О том равновесии сил, которое ты так охраняешь! Что-то я не слышала, чтобы Джумаан и ангелы спешили спасти этих несчастных.

- С этим и ты можешь справиться, - ответил Арлин.

- А знаешь почему?! Потому что я живу с Хайнзом ван Билем, вижу его и фон Реннера каждый день. Я слышу все их разговоры. Я знаю, что Майс и Йохан осуждают меня за мой выбор, но ты в состоянии понять, насколько сложно делать то, что делаю я, и при этом быть полезной.

- Что ты имеешь в виду, королева Маргрит?

- Сделать что-то по-настоящему важное, например, отправить пленников ван дер Марсела на далекие острова, может только тот, кто знает о предстоящем расстреле. И не просто знает, а имеет доступ к документам короля и Лили. Я сейчас рискую не меньше, чем партизаны в джунглях. А если быть честными, то почему они все еще там?

- Потому что она запутала следы, и подменила карты. Отец, будем честными, - заявила Нкозанна.

- Хорошо. Я помню этот случай, - неохотно отозвался Арлин.

- Это был твой приказ, Арлин. Сфинкс имеет право приказывать ведьме, если ситуация экстренная. Меня тогда чуть не поймал один из шпионов канцлера. Стрелять в него мне тоже пришлось самой. В результате алеманцы сожгли сотню гектаров леса в другой области Баганды, а отряды "Равенства" уцелели. Карел помог Йохану отвезти им в джунгли провизию, и средства связи. И я ничего не просила за это!

- Тогда зачем ты вспоминаешь это сейчас? - еще более недовольно спросил Арлин. Джумаан стоял рядом с его дочерью, и с ненавистью смотрел на Маргрит.

- Зачем твой отец впустил ее сюда? - спросил он у Нкозанны.

- Потому что она сейчас права, - пожала та плечами, - а ты несправедлив.

Джумаан пришел в ярость.

- Я не прав? Я два десятка лет не был дома, и жил при дворе короля! Хайнзу было доступно все, о чем он только мог мечтать! И какая за это благодарность?!

- Слишком рано говорить о благодарности, - перебила Маргрит.

- Замолчите, баронесса! - с презрением ответил ангел, - Когда ваш муж сбежал из Босвела, и занял мой дворец, Арлин отдал мне приказ не атаковать. Вас спасло только это, в противном случае мы уничтожили бы вашу армию за несколько дней.

- Хватит, Джумаан! Я охраняю Реактор не ради того, чтобы убивать неугодных, и тем более, не участвую в боях за дворцы!

- Как всегда, справедлив, - презрительно фыркнул командир ангелов, вытащив из ножен клинок. Он уселся на постамент трона, и принялся рассматривать свое оружие, как будто в этом мире не было ничего более привлекательного.

- Поодиночке мы все погибнем! - возмутилась Нкозанна.

- Поддерживаю, - кивнул Карел.

- Посмотри правде в глаза, королева Маргрит: ты живешь за счет труда багандцев. Твоя семья истребляет членов "Равенства", несогласных с королем рабов и людей, владеющих магией. Власть королевского дома держится именно на этом, и не отрицай очевидного. Своими благородными поступками, и спасением пары-тройки пленников ты пытаешься заглушить муки совести, от которых не можешь спрятаться нигде. Потому что единичные спасения тут не помогут! Ты не глупа, и сама все понимаешь. Действовать нужно куда более решительно. Ты забыла о своем обещании остановить ван Биля, - напомнил Арлин, как только шум прекратился.

- Если весь мир так недоволен Хайнзом, почему бы тебе не убить его? Почему ты не сделал этого раньше? - спросила Маргрит. Арлин появился прямо перед ней, а спорящие устали, и разошлись по углам зала.

- Он был нужен. Король защитил тысячи дворянских семей, без него Йохан давно бы с ними расправился. Йохан ван Рудгер - мерзавец ничуть не лучше твоего мужа, и на его совести тоже много крови. Но при этом, у каждого из них есть принципы. Самое грустное, что оба они - не разбойники, и не беглые каторжники, а воспитанные и умные люди. Оба убеждены, что сражаются ради высших целей. Уверены, что убивают ради справедливости... Им и так было дано все. Только в Реакторе ты можешь мыслить, как хочешь, и все это будет правдой. Одного они так и не смогли понять: архаичный и неидеальный мир, где каждый придерживается своих убеждений, и живет так, как ему вздумается, представляет гораздо большую ценность, чем любая, даже самая прекрасная диктатура.

- Есть еще кое-что, - сказала Маргрит, - моя дочь Лили и герцог ван дер Марсел обманули комиссара из Босвела. Они сказали ему, что корабли создателей - это королевская армия. Скоро Хамби совершит нападение на неких Наоми и Грея.

- Они разработали Реактор, и постарались сделать вас максимально счастливыми, - объяснил сфинкс, - идея Лили напасть на них и в самом деле звучит забавно.

- Что же тут забавного? - вмешался Джумаан, - нас втянут в эту войну.

- Их корабли, и внешность - обман. Это просто голограмма, которую при желании можно потрогать. Грей говорил мне, что он способен держать кубик Реактора на ладони. Вот и думайте, сможет ли ваш Хаммер ему навредить, - сказал Арлин.

- Тогда зачем они высадились на побережье? - спросил Карел, молчавший до этого момента.

- Им нужно понять, что пошло не так. Я не могу судить о том, были ли жители Реактора счастливы, это слишком сложно. Но они могли призывать ангелов, и были свободны. Никто не принуждал их развиваться по тому или иному курсу, никто не влезал в их мышление и обычаи, и не навязывал повсеместные правила. По словам создателей, это основная беда внешнего мира. Эта проблема либо погубит людей, живущих там, и превратит их в подневольный вид, лишенный возможности выбирать, либо будет преодолена.

- Неужели Грей не сможет ничего с этим сделать? - удивился Карел.

- Не сможет. Он, понимая, к чему все идет в его мире, больше остальных переживает за свободу и страдает. Но там, где он живет, такие, как Хайнз ван Биль объединяются, и указывают другим, как им нужно жить. С каждым десятилетием в его мире становится все темнее.

- Там нет Солнца? - простодушно спросил водитель.

- Там нет свободы, Карел. Солнце там, разумеется, есть. Такое же, как и здесь. Мир Реактора скопирован с внешнего вида его планеты, но не повторяет его. Самозванец ван Биль даже не представляет, насколько несерьезны его мечты о могуществе. Хайнз - даже не механическая кукла, он призрак, фигурка из песка! Он - отражение чужой мечты о счастье. Но вернемся к делу. Тебе и в самом деле тяжело, Маргрит. Супруге короля непросто сопротивляться порядкам при дворе, и приказам мужа. Я просчитал для тебя наиболее безопасные варианты. Пусть твой помощник задержит часовых. Им нужно рассказать что-нибудь о боксерском турнире. Солдаты скучают на посту, и ждут новостей, оба поставили крупную сумму на чемпиона прошлого поединка.

- Я сопровожу их, - сказал Джумаан. Он применил магию, и изменил свой облик до неузнаваемости. На этот раз ангел превратился в невзрачного мужчину в королевской форме с эполетами.

- Удачи, Маргрит, - сказал Арлин. Однако, прежних дружеских интонаций в его голосе не было.

Контрабандистам, охранявшим тюрьму, Маргрит сообщила о срочном приказе мужа.

- Хайнз решил не медлить. Я выполняю его приказ. По словам канцлера, в Баганду едет лидер вражеской коалиции. Нам нужно успеть сделать все до его приезда.

- К чему такая спешка? Их можно выгодно продать, зачем непременно убивать? - поинтересовался пьяный владелец тюрьмы.

- Если рабы узнают, что Хаммер из Босвела едет к ним, они могут поднять мятеж. Кому это нужно?

- Только этого еще не хватало! - огрызнулся контрабандист.

- Вот именно, - уверил Джумаан, - с "Равенством Баганды" пора покончить.

Бандит взял у Маргрит стопку документов, небрежно пролистал их, и скомандовал своим друзьям отдать пленников.

- Пусть сядут в пиратский фургон, так вас никто не опознает. И шума будет меньше, а то прохожие стали слишком сердобольные, - сказал хозяин, поблескивая золотыми зубами.

- В прошлый раз мы отвозили их на военной машине, и протестующая толпа окружила нас, - поддакивал его друг.

Тем временем Карел отвлекал часовых. Они не должны были узнать о том, что Маргрит приезжала в тюрьму: по словам Арлин, один из них был доносчиком короля.

Ближе к полуночи спасенные поднялись на борт корабля. Среди них была багандская ведьма, не состоявшая в партии Йохана, и несколько мальчишек, едва понимавших язык Босвела.

- Спасибо, что помог мне, - сказала Маргрит, глядя на отчаливший теплоход.

- Можете доверять мне. Но однажды я и сам поднимусь на борт этого корабля, и начну свою жизнь, - ответил он.

- Кто знает, - пожала плечами Маргрит.

Джумаан удалился молча, даже не попрощавшись. Карел посмотрел ему вслед.

- А ему можно доверять? - спросил он.

- Наверное. По крайней мере, он не нарушит слова, данного Арлин. Меня сейчас беспокоит не Джумаан.

- А что тогда?

- Сопротивляться становится все сложнее. Это очень большой риск, Карел. Нас в любой момент могут поймать. Но жить, как жена канцлера, и не замечать преступлений Хайнза, я не могу. Неужели обещание, данное Арлин много лет назад - единственный выход?

Глава 4

Джек ван Стейн лишь формально унаследовал титул - к его совершеннолетию одна эпоха окончательно сменила другую. В поместье, некогда принадлежавшем старому барону, сейчас жило множество незнакомых людей, но Джеку из-за его происхождения там не оказалось места. Впрочем, сын пирата не унывал - он много лет дружил с тётей Хелен, её ворчливым мужем и их воспитанниками, которым тоже некуда было податься. Те, кто из поколения в поколение трудился на фабриках ван Стейнов, сохранили уважение к Джеку. Иногда его приветствовали, как барона. Чаще всего это были пожилые люди, случайно встретившиеся на улице. Им привычнее было жить по-старому. Некоторые молодые члены "Равенства" подшучивали над молодым ван Стейном и его друзьями, впрочем, до драк доходило редко. Джек знал, что лучше вовремя встать и уйти, чем позволить поклонникам Хаммера отнять последнее у него и тёти Хелен.

Друг Джека по имени Алекс, в прошлом наследник дворянского рода, а теперь просто выпускник школы для сирот, часто спрашивал:

- Почему мы не можем ответить? Каждый раз сбегаем, будто крысы с корабля.

- Не в этот раз, - всегда отвечал Джек.

- Но почему?

- Сегодня время на их стороне. Но это не навсегда. В Босвеле нет ничего вечного, ты же знаешь. Просто посмотрим, что будет, - постоянно твердил он.

Всё изменилось, когда Джек лично познакомился с Хаммером. Лидер "Равенства" приехал на встречу с единомышленниками, в одной из местных пивнушек он был впечатлён официантом, который залез на крышу таверны по канату, чтобы поднять флаг Босвела. Это была та самая харчевня, которую Хелен открыла на последние деньги.

- Как вас зовут? - спросил Хамби, подойдя к Джеку.

- Джек ван... Джек Стейн.

- Вы местный? Откуда вы?

- Не думаю, что вы хотите это знать, - ответил ван Стейн, пытаясь сохранить остатки гордости. Но заведение, в котором он работал с утра до вечера, было важнее - оно было единственным источником их дохода, поэтому с обществом нового лидера "Равенства" пришлось мириться. Джек слышал, что Хаммер славится взрывным темпераментом, и фанатично сражается за идеи, услышанные в подполье Йохана. Быть честным и отстаивать свои идеалы, как учил его Лео, сейчас было невероятной глупостью и непростительный роскошью. - Прошу прощения, мне пора, - поторопился Джек. - Полагаю, вы из семьи баронов, что жили когда-то в Южном Босвеле? Что ж, времена меняются, - усмехнулся Хаммер. - Я мало смыслью в этом, - равнодушно ответил Джек. - Должно быть, вы считаете меня чудовищем? Тем, кто безжалостно истребляет аристократию, не задумываясь ни о чём. Так, должно быть, отзываются обо мне ваши друзья. Это не так. Вы служили во флоте? - В пиратском, в детстве. Я жил на корабле с самого рождения. Хаммер откинул назад непослушные кудри и сверкнул чёрными глазами. - Мой отец был родом из Баганды, но всю жизнь прожил в Босвеле. Злые языки поговаривают, будто я провёл детство среди бродяг и нищих, но и эти слухи слишком далеки от правды. - Это хорошо, - ответил ему Джек. А Хаммер опрокинул бокал портвейна и продолжил говорить ещё более воодушевлённо, полностью игнорируя интонацию собеседника. - Мы с братом должны были стать крупными торговцами. Не теми купцами, кто за весь год привозит в столицу полтонны пряностей, несколько ковров да клочки баганского шёлка. Я сам бывал в море, и мне это нравилось. Наш шёлк разгружали в Алемане по несколько дней, а другие товары увозили на грузовиках с эмблемой дома канцлера. Все это приносило такую выручку, что можно было несколько лет кормить армию материка. В драгоценных камнях на наших приисках был такой блеск, такая роскошь, что сама королева могла бы позавидовать. - Зачем вы говорите это мне? - не понимал Джек. Хаммер опрокинул ещё пару бокалов. - Я хочу сказать, что я такой же человек, как и все. И у меня тоже есть недостатки. С точки зрения "Равенства" моя биография вовсе не идеальна. Но ведь это скучно, когда все вокруг слишком правильные и одинаковые. - Что вы хотите от меня? - Думаю, мы найдём общий язык, Джек Стейн, если вы не будете упрямы. Ведь вам не взбредёт в голову называть меня негодяем, или отстаивать права на своё поместье? Джек стоял молча, слегка отвернувшись. - Я хочу предложить вам работу работу в "Равенстве". - Мне нужно подмести, - сквозь зубы ответил Джек. - Подумайте хорошо. Ни за что не поверю, что именно так вы хотите провести всю жизнь. - Не понимаю, что вы можете предложить такому, как я? Нас не берут ни на одну работу. Эта харчевня - единственное место, откуда нас не гонят, - рассердился ван Стейн. - У вас будет всё, что, как вам кажется, вы потеряли. Будет уважение, статус, компания единомышленников. Пусть без титула барона, но я обещаю, что ваша жизнь изменится совсем скоро. Впоследствии вы займёте кабинет в каком-нибудь министерстве, и получите множество подчинённых, и власть, такуюф же, как у вашей семьи в прошлом, только называться это будет по-другому. Хаммер жестом показал на барную стойку, и Джек неохотно налил ему ещё. - Это вам, - улыбнулся Хамби и взял в руки бутылку. Бокалы звякнули. - Вы интересный человек, Джек ван Стейн. Среди моих соратников трудно встретить кого-то образованного, с кем можно поговорить по душам и хорошо провести время. Они хорошие ребята и прекрасно выполняют мои приказы, но, как я уже говорил, я вырос в других кругах, и лишь потом примкнул к "Равенству". Я хочу найти того, с кем можно будет не только обсуждать рабочие вопросы, но и беседовать на отвлечённые темы. Поддержать светский разговор ни о чём мои ребята не могут. Понять прелесть жизни на корабле и подавно, а вы с утра до ночи развлекаете посетителей тем, что лазаете по канату. Вы выросли на пиратском корабле, а затем получили образование, достойное дворянина. Мне такая биография по душе. Прекратите делать вид, будто вы обижены - мы не враги. Я предлагаю покровительство и дружбу. Но если вы откажетесь, не сомневайтесь, что это будет иметь последствия.

Так молодой ван Стейн стал новым членом "Равенства", оставив харчевню тётушки Хелен Алексу и своим друзьям. Никто из них не пожелал последовать его примеру, а Джек попал в крайне сложное положение. Дома его выбор не одобряли: всегда весёлая тётушка хмурилась и старалась говорить поменьше. Её супруг, прежде хваливший Джека, теперь бормотал что-то сквозь зубы в ответ на любой вопрос. А в штабе "Равенства" все смотрели на молодого барона искоса. Друг Джека, Алекс, постоянно спрашивал: - Неужели ты не понимаешь, что Хаммер использует тебя? Такие, как он, теперь короли, а дружба с тобой - просто прихоть и развлечение нового короля. - А жить мы на что будем? Хаммер говорил, что за работу в "Равенстве" платят очень хорошее жалование. Мой дядя Лео однажды устроился на службу следователем, он работал в обычном полицейском участке, разбирался в преступлениях советников. Я тоже могу поступить на службу. В чём-то Хаммер прав: подметать двор и подавать выпивку - не моё призвание. Деньги мы поделим, как обычно, и вам достанется большая часть, потому что вас много. - Он хотя бы сказал, что ты будешь делать? - испуганно спросила Хелен. Она слышала разговор, и вышла на крыльцо. - Хамби сказал, что он хочет испытать меня. Он едет в командировку в Баганду и возьмёт меня своим помощником. - Не соглашайся на это, Джек! Ты единственный, кто остался у нас. Мои сыновья пропали на войне, но не с Алеманом, а с такими как Хаммер... Алекс плюнул на землю, развернулся и ушёл, громко хлопнув дверью. - Я знаю, что отказаться ты не мог. Ну, и что ты чувствуешь теперь? - спросила Хелен. В этот раз она забыла о своей природной сдержанности. - Я не чувствую ничего с тех пор, как меня лишили поместья, и Леонард, которого я всегда считал своим идеалом, вынужден был снова бежать в Баганду. Это не моя эпоха, тётя Хелен. В какую-нибудь другую я, может быть, и был бы счастлив в полной мере. - Значит, воспринимаешь приказы Хамби, как обычную работу? - ворчливо спросил супруг Хелен. - Может быть. Равнодушие - вот главный лейтмотив моей жизни. А ближе к вечеру к воротам дома подъехал блестящий кабриолет, и Хамби показал белоснежную улыбку. - Это просто моя судьба, так же, как Леонарду не суждено было стать бароном и хозяином поместья. До встречи, - сказал Джек. Всю дорогу Хаммер был приветлив. - Обращайся ко мне, как к другу. Оказывается, я много слышал о тебе, - сказал он. -Откуда? - Не стоит думать, будто уходя в подполье, аристократы из "Равенства" прекратили общаться с высшим светом. Мне много известно о тебе, Джек ван Стейн. И, помимо нашей общей страсти к морю, есть ещё кое-что. - Золото Баганды? - Нет, что ты. Все свое золото багандцы отвоюют у беглого короля и армии канцлера, как только " Равенство" соберётся с силами и нанесёт удар. Но ты же понимаешь, что самозванец ван Биль, а ныне король Хайнц, настолько преуспел в техническом прогрессе и стратегии, что смог победить самого Джумаана? Из этого вывод, что союзники нам просто необходимы. А кроме того, нужно избавиться от заклятых врагов. Джек изо всех сил старался вести себя на равных с собеседником, но привычка сутулиться при виде комиссаров "Равенства" и отвечать уклончиво на любой вопрос впиталась в его натуру. - Смелее, - подбодрил Хаммер, - мы с тобой не на допросе. - Говорят, те, кто попал к тебе под арест, уже не возвращаются, - сказал Джек, пристально глядя в глаза тому, кто называл себя новым лидером всего Босвела. - Мало ли, что говорят. Сейчас меня интересует Арлин, предводитель ангелов и страж Реактора. Я слышал, что сфинкс хитер, но скажи, что это за хитрость - действовать против своих интересов? Что Лео говорил о нем, и о планах вашего родственника насчёт новой войны? - Ты имеешь в виду мужа тёти Маргрит, этого ван Биля? - Твой дед его недолюбливал. А Леонард, по доброте своей, до последнего пытался договориться с королём. - Я знаю не больше, чем другие. Слышал, что Хайнзу удалось разгромить армию Джумаана. Думаю, тут не обошлось без магии Маргрит, точнее, дело в каких-то привилегиях, которые она в прошлом выпросила для своего супруга. - А что Лео сообщал о солдатах беглого короля? Товарищи сказали, что Хайнзу удалось полностью нейтрализовать магию ангелов, и в Реакторе остался только один вариант событий - тот, в котором Джумаан и весь его народ остались в параллельном измерении. Потому они не сопротивлялись, когда королевская семья заняла их дворец. Говоря научным языком, ангелов и грифонов к тому времени там уже просто не существовало. Поэтому Йохан ван Рудгер потерпел поражение, и был тяжело ранен, или вовсе погиб в стычке с врагами.

- Что касается ван Рудгера, о нем вам известно лучше, чем мне. Насколько я понял из рассказов Лео, изменить работу Реактора невозможно: всегда останется множество вариантов развития событий, а зритель просто должен будет выбрать один.

Хаммер задумался.

- Почему тогда ангелов больше нельзя призвать? Говорят, даже Йохан их больше не видит, а он мастерски владеет магией.

- Значит, теперь наши миры существуют параллельно. Но это не значит, что Арлин или Джумаан исчезли. По человеческим меркам они почти бессмертны.

- В командировке нам предстоит выполнить кое-что, Джек. Твои навыки пирата окажутся очень кстати. Надеюсь, ты не против помочь мне?

Джек покачал головой.

- Я имею право знать, что мне предстоит сделать. И буду настаивать на том, чтобы ты озвучил все, вплоть до самых грязных подробностей.

Хаммер щёлкнул языком.

- Речь идёт о безопасности всего Босвела, и освобождении народа Баганды. Детали я сообщу в пути, в том случае, если они будут иметь значение.

- Ты хочешь нанять меня в качестве диверсанта? Бывший пират с ненавистным дворянским титулом, как никто, подходит на эту роль, чтобы в случае неудачи можно было отрицать свою причастность?

Хаммер усмехнулся.

- Не стоит говорить так категорично. Ты все же ван Стейн. Или, может быть, я ошибаюсь, и годы работы дворником и трактирщиком сделали свое дело, превратив аристократа в обычного грубияна?

Джек промолчал.

- Нет ничего плохого в том, чтобы разгромить флот нашего врага. Конечно, мы будем действовать не в одиночку, и найдем небольшое подкрепление среди сопротивления Баганды, но рассчитываю я не на них, а на тебя. Твой дальний родственник предал весь Босвел - заключив союз с канцлером, он наплевал и на нас, и на интересы аристократии. Все его заявления о возвращении титулов - сплошная ложь, а убийства в колониях и безграничная власть лишь усугубит кризис, в котором находится наше государство. Джек, ты согласен, что Хайнз не должен возвращаться?

- Решать такие вопросы - работа советников.

- Но моим советником уже стал ты. Я так решил, и прошу тебя выследить несколько кораблей, и их пилотов. Что с ними делать дальше, решим на месте. Мы не можем поступить иначе, потому что с помощью этих кораблей Хайнз твёрдо решил отвоевать своё королевство. А в этом случае утихшая гражданская война вспыхнет с новой силой. Не хочешь заботиться о "Равенстве" - подумай о своих друзьях-дворянах. Вернётся король, и начнутся репрессии. В этом случае я вынужден буду злоупотреблять властью, и подавлять волнения.

- Ты все равно не оставляешь в покое тех, кто тебе нужен, Хаммер. Поэтому я поеду в Баганду, и выслежу королевские корабли, - мрачно ответил Джек.

- А после этого я, как и обещал, официально сделаю тебя своим советником, ты получишь звание полковника и армию провинции, которой когда-то командовал мой соратник по имени Грим Танес. Хватит вспоминать прошлое, и получать удовольствие от жалости к самому себе - это удел твоих приятелей и старенький тёти. Мы с тобой способны здраво оценить происходящее, и понять, что можем получить гораздо больше, чем полагалось. Кем бы мы стали в старом Босвел? И кто мы теперь, что можем получить? Купец вроде моего отца мог скупить все дома на побережье, но он никогда бы не стал королем. А молодой барон, хоть и не потерял бы свою усадьбу и верфи, не смог бы дослужиться до генерала и командовать войсками целой провинции. Подумай об этом, комрад ван Стейн, подумай хорошенько!

До порта Хаммер добрался вдвоём с Джеком, без сопровождения солдат и шума со стороны прессы, затем они остановились в самой дешёвой гостинице. Некоторое время лидер "Равенства" пытался связаться с ван Рудгером, но из этой затеи ничего не выходило. Союзники с другого континента оказались настолько ослаблены, что рассчитывать на их поддержку было невозможно. Достоверной информации о том, жив ли Йохан, также не поступало, но Хаммер изо дня в день пытался дозвониться до багандских штабов. Джек вынужден был помогать ему.

- Я отметил на карте те, что вообще не принимают сигнал, - сказал он Хамби. Тот с сожалением покачал головой, оценивая потери.

- Я принял решение, что поеду вместе с тобой. Как видишь, в Баганде нынче опасно, поэтому никто не должен знать о том, где я нахожусь. Захвати провизию и аппаратуру, мы отправляемся завтра. По дороге будем пытаться найти Йохана или Майс.

Джеку было хорошо известно о том, как бесцеремонно обошелся Хаммер со своими предшественниками. Он знал эту историю почти от первого лица - в ночь отъезда Лео он выслушивал его ругательства, а потом до самого утра помогал упаковывать вещи, и успокаивал убитую горем Гертруду ван дер Марсел.

- Надеюсь, с Майс и ван Рудгером у тебя по-прежнему тёплые отношения? - спросил Джек тоном простофили.

- Видишь то быстроходное судно у причала? Возьмём его на некоторое время, - предложил Хаммер.

А на следующий день Джек проснулся в своей родной стихии, в каюте около рубки посреди бескрайнего моря.

Глава 5

Катер приближался к Ловене - порту в бухте Баганды. До материка было ещё часа три, хотя он и был виден на горизонте.

Хаммер поручил Джеку заправить баки, и проверить систему охлаждения. Сам он сидел за столом, и рассуждал:

- Люди часто сравнивают нас, командиров "Равенства", со знаменитым гарлендским часовщиком - и тем самым головорезом, от рук которого погибло не менее двухста человек, в том числе около сотни женщин.

Хамби внимательно посмотрел на Джека.

- Давай, комрад Ван Стейн. Мне интересно, что ты скажешь на этот счёт. И, пожалуйста, не надо скромничать и изображать глупого трактирщика.

- Сначала глупый трактирщик заправит флавенгенское судно, а то господин Хамби этого делать явно не хочет, - грубовато отозвался Джек.

В ответ Хаммер улыбнулся.

- Продолжай, мне нравится. Так что, по-твоему, отличает таких, как я и Ван Рудгер, от беглых каторжников, бандитов и этого серийного убийцы?

Джек продолжал молча таскать канистры, и целью Хаммера стало любой ценой спровоцировать его.

- Мы не будем изображать трёхлетних детей, которых учат, что "Равенство" гуманно и против любого насилия. Никто не отрицает, что число жертв моей партии в сотни, а может, и тысячи раз превышает то, что натворил гарлендский маньяк.

Эта фраза была популярна в кабаках, где обычно сидели уцелевшие ветераны-аристократы. Теперь им ничего не оставалось, кроме как пить целыми днями. Хаммер знал, что Джеку понравится этот аргумент.

- Справедливо, - тихо заметил Ван Стейн.

Хамби снова засиял улыбкой.

- Про справедливость поговорим позже. Вернее, про то, что её, как таковой, нет и быть не может. А я все ещё хочу узнать, что ты думаетешь насчёт отличия?

Джек дернул за трос, чтобы завести двигатель, расстегнул промасленную куртку, и вытер пот.

- Такие, как часовщик, не могут совладать со своими эмоциями. Страсть делает их одержимыми, больными. Они не знают, куда деться от ярости, которая переполняет их. Что касается комиссаров "Равенства", то ими движет прямо противоположная сила.

Хаммер был доволен.

- Сразу видно, что ты привык думать, и на все имеешь собственное мнение, хотя показывать его не торопишься. И как же она называется, та сила, что движет нами?

- Расчет. Часовщик перед повешением признался, что получал удовольствие от криков жертв. Комиссарам и солдатам "Равенства" расправы омерзительны и противны. Вас тошнит от этих расстрелов, и массовых захоронений. По ночам тебе снятся те, с кем ты в детстве играл в королевском павильоне, и кого потом лично приговорил к казни. И все же, никто из вас не хочет оказаться на их месте, и вы исполняете приказ.

Этого Хаммер не ожидал. Услышав о ночных кошмарах и крайне неприятных воспоминаниях, которые последние несколько лет буквально сводили его с ума, он на пару секунд потерял самообладание, но тут же схватился за поручень палубы, и выпрямился, как ни в чем не бывало.

- Ты кричишь почти каждую ночь, просишь помиловать тебя, и не делать того, что сделал когда-то с ними. Поэтому даже не спрашивай, откуда я знаю. Ты не наслаждался их страданиями, но все же воплотил в жизнь мечту Ван Рудгера - быстро, жестоко и без лишних дискуссий. И точно так же, если "Равенство" прикажет тебе терпеть кого-то, наподобие Йохана, ты будешь пожимать ему руку, слушать плоские шутки старого пошляка, и делать вид, что общество этого человека тебе нравится, - сказал Джек.

- Это так, - согласился Хаммер, - к слову, большинство моих соратников, услышав подобный вопрос, вытягиваются по стойке "смирно", и говорят, что такие сравнения вообще не приемлемы.

- Твоим подчиненным тоже известно, что такое расчет, - усмехнулся Джек.

- И все же, есть еще кое-что. Долг перед "Равенством" - это прекрасно, но мои решения определяет не только он. Тебе, как моему советнику, стоило бы догадаться, о чем идет речь. Кстати, обсудить это нужно сейчас, пока нас никто не видит. Даже по радиосвязи тут невозможно подслушать, - сказал Хаммер, и подергал телефонный провод. Из трубки донесся сплошной шум помех, и короткие гудки.

Эту манеру общения Ван Стейн называл "игрой кота с мышью": Хаммер заговаривал на какую-нибудь простую тему, а затем заводил собеседника в логический тупик, из которого Джек с трудом выбирался. Хуже всего было признаваться, что правильный ответ на заведомо двусмысленный вопрос известен только тому, кто спрашивает.

- Можно, я не буду озвучивать свои догадки, чтобы по прибытии в Босвел не оказаться в числе арестантов? - спросил Джек.

- На этот раз моя очередь говорить, - ответил Хаммер, - а тебе придется внимательно меня выслушать. Исполнять приказы должны те, кто подчиняется. А мной сейчас движат личные интересы.

- Значит, я угадал, - усмехнулся Джек, - моими руками ты хочешь убить не только королевских командиров, но и кого-то из своих бывших начальников? Кого? Майс, или беглого генерала из Флавенгена?

- Йохана Ван Рудгера, - ответил Хаммер.

От неожиданности Джек уселся прямо на палубу, и закурил самокрутку с промокшим табаком.

- Знаю, звучит несколько странно. Всю жизнь я восхищался этим человеком, называл себя его другом и единомышленником, но время Йохана прошло. Подумай, что будет, если он останется в живых?

- Он вернется в Босвел после победы над королем?

Хаммер кивнул.

- Да. Народ в Босвеле по-прежнему любит Йохана, и ненавидит меня. Эти глупцы не понимают, что свою работу я выполнял согласно приказам их любимого лидера. Он присвоит наши заслуги себе, а мое имя очернит еще больше, потому что он всегда так делал. Меня Ван Рудгер отправит служить в Баганду, чтобы отомстить за обвинения и преследование, а заодно избавиться от конкурента. А тебя, друг мой, ждет еще более незавидная участь. Учитывая ненависть Ван Рудгера к семье Ван Стейнов, несложно предположить, что ты окажешься в тюрьме, или на каторге. И первое, и второе быстро закончится смертным приговором.

- Эта ненависть из-за нашего поместья, - сказал Ван Стейн, - старый барон говорил, что это дурное место, из-за которого постоянно проливалась кровь. Йохан всю жизнь считал, что он по праву владеет этой землей, потому он и стремился разорить баронов, а потом без сожалений отправил Лео на виселицу.

- Кому до этого принадлежал замок с каменными грифонами? - с интересом спрлсил Хаммер.

- Одному герцогу. Отец покойного короля Альбрехта силой отнял ее, и подарил своей фаворитке, и их любимому сыну. У матери Йохана не было дворянского происхождения, а ее прошлое было настолько сомнительно, что порождало множество слухов. Новый герцог не раз пробовал выпросить у короля титул для своей возлюбленной, но в ответ слышал только смех. Однако, глава семьи любил Йохана и его мать больше всего на свете, и эта любовь особенно злила старшего сына. Когда Ван Рудгеру было шесть лет, Альбрехт стал причиной смерти их отца. Он не убивал его, просто воспользовался слабостью папаши, и его пристрастием к выпивке. На верфи произошел ужасный несчастный случай, и высший свет недели две обсуждал гибель владельца. Став герцогом, Альбрехт выставил Ван Рудгеров на улицу, а поместье назло всем подарил какому-то небогатому барону без собственных владений. Мать Йохана вскоре скончалась при довольно странных обстоятельствах, а сам он стал слугой собственных братьев. Но стремление отомстить и вернуть поместье оказалось сильнее этих невзгод, и долгие годы помогало Йохану выжить. Хаммер внимательно слушал рассказ Ван Стейна. - Что ж, теперь настала его очередь. Хорошо, что я наконец услышал историю человека, который всю жизнь вдохновлял меня. Но запомни - сейчас наши интересы важнее. Йохан Ван Рудгер вошел в историю, и теперь он должен умереть. Катер причалил к берегу Баганды на закате. Джек заглушил двигатели, и проверил, надежно ли завязаны узлы. - Ни слова о нашем плане, тут повсюду люди "Равенства", и шпионы короля, которые разнесут слухи на всю Баганду, - сказал Хаммер на ухо Джеку. - Мне все равно, - согласился тот. В разговоре наступила пауза. Хаммер и Джек просто смотрели на берег своего детства, и каждый вспоминал что-то свое. - Со времен пиратов тут мало что изменилось, - наконец сказал Ван Стейн. - Не могу поверить. Я помню те пристани! Вон там отец с братьями разгружали товар, - ответил Хамби, отрывая погоны и значок. - Ты не мог подумать об этом раньше? - снисходительно спросил Ван Стейн, глядя на королевских часовых. Поведение причаливших вызывало у них все больше интереса. - Можно ваши документы, господа? - спросил один из военных, рассматривая брошь со знаком "Равенства". Хаммер бросил погоны на песок, и несколько раз наступил на них ногой. - Мы беженцы. Я сын купца из Босвела. Вместе с молодым бароном мы бежали от зверств нового лидера Хаммера. Он протянул часовым свидетельство о рождении королевского образца. - Почему он не узнал тебя? Там ведь твое имя? - спросил Джек, когда солдаты удалились. - Моего брата. Он больше не состоит в "Равенстве". Слухи о его преследовании были ошибочными, сейчас Дам ведет тихий образ жизни на окраине, и о нем никто не знает. Должно быть, поэтому внешнее сходство не вызвало вопросов. - Нам нужно выпить, - предложил Джек, и хлопнул Хаммера по плечу. Впервые за всю поездку он обратился к нему, как к своему приятелю. В ресторане около бухты Хаммер заказал бутылку джина. - Никогда бы не подумал, что у тебя в родословной тоже есть багандцы, - сказал он, глядя на характерный северный профиль и светлые выгоревшие волосы Джека. - Мать говорила, что ее дед был из племени звездочетов. Я совсем не похож на нее. Все остальные с материка, и из королевства. Будучи пиратом, я всем надоедал рассказами о том, что я багандец, - рассмеялся Ван Стейн. - Тише! - сказал ему Хаммер, пристально глядя в другую сторону. Джек решил, что солдаты почуяли неладное, и зашли в ресторан с обыском. - Пойдем отсюда, - сказал он. Но Хаммер его не слышал. Он искал кого-то взглядом. - Эй, ты чего там увидел? - поинтересовался Джек спустя несколько минут. - Девушку, - ответил Хамби, - а что? - Столь длинная пауза в твоих монологах заставила меня беспокоиться, жив ли ты. Хаммер усмехнулся. - Тсотси, - сказал он, и встал с места. Публика в ресторане шумела и толпилась около сцены. В основном, это были молодые дворяне, одетые в летние костюмы. Немного дальше сидела пара единомышленников Ван Рудгера. Видимо, они отмечали помолвку, поэтому старались не привлекать к себе внимание. Они, как и Хамби, были без значков, а пиджаки тщательно прятали за яркими багандскими платками. - Ты что, с ума сошел? - спросил Джек, взяв Хаммера за руку. - Я видел ее сейчас. Она прошла мимо сцены, - ответил Хамби. - Мимо сцены нас проведут в наручниках, если кто-то из местного бомонда тебя узнает. У тебя документы Дама, но эти люди хорошо помнят того, кто угрожал им расправой. - Я не понимаю, где она, - признался Хаммер, обойдя весь зал. - Вот и хорошо, пойдем, - ответил ему Джек. Вскоре случилось то, чего он боялся: подвыпивший аристократ пристально посмотрел на Хаммера, и полез к нему. Джек дернул Хамби, и повел к выходу. - Весь твой план провалится прямо сейчас, командир, - тихо сказал он. - Стой! Я тебя знаю! Я знаю его! А ну иди сюда, мерзавец Ван Рудгера! - кричал парень в сапогах королевской гвардии. К счастью, он был настолько пьян, что никто не воспринимал эти крики всерьез. - Успокойся, Джон, едем домой,- просила у молодого человека его спутница. Криками офицера заинтересовались охранники ресторана, а Джек в тот же момент почувствовал, что кто-то расстегнул карман его куртки. - Там нечего брать, - как можно громче сказал он. - Я не беру, а предлагаю, - ответил молодой женский голос, и чьи-то губы коснулись его щеки. - Только этого еще не хватало, - отмахнулся Джек. Он оглянулся, и увидел блондинку в серебристом комбинезоне и с рубиновыми серьгами. А Хаммер толкался около сцены, разглядывая каждого встречного. - Прочитай, - ответила девушка, и скрылась в толпе. Аристократ никак не мог успокоиться. Он позвал военных с улицы, и те приближались к Джеку. - Еще подминуты. Поверь, я умею скрываться от погони, - требовал Хаммер. - Ну все, хватит, пойдем, - потребовал Джек, и силой вывел его из ресторана через служебный вход.

- Благо, что эту пивнушку лет тридцать никто не перестраивал, и я помню там все двери, - со злостью сказал Ван Стейн. - Она была там. Командир одного из штабов. Ты видел ее? - твердил Хаммер. - Это что, любовь с первого взгляда, от которой сам легендарный Хаммер потерял голову? - Передвигаться по провинциям Баганды небезопасно. Она обещала сообщить, где находятся королевские корабли. Побережье тянется на сотни миль, и, возможно, это был единственный шанс узнать, как нам найти врага. - Как она выглядела? - спрлсил Джек. - Как хозяйка плантаций. В прошлом, разумеется. Длинные светлые волосы, серьги с камнями. У нее такой же тонкий прямой нос, как у тебя. Примерно такие же брови, и темно-серые глаза. Джек нащупал записку, и некоторое время думал, стоит ли говорить Хаммеру. - Ты ее видел? Может, тебе она что-то сказала? - растерянно сполсил Хамби. - Нет, не думаю, - ответил Ван Стейн. Хаммер вернулся на корабль. Он попросил Джека найти в городе кого-то из "Равенства". - Узнай адрес какого-нибудь бункера, или поселения, где мы сможем остановиться. На катере небезопасно, порт прочесывают солдаты и те, в кого я совсем недавно стрелял, а король объявил за мою голову баснословную награду, - сказал он. "Не нравится чувствовать себя мишенью?" - мелькнуло в голове у Джека, и он не смог скрыть улыбку. - Конечно, - ответил он Хаммеру.

Джек отошел от пристани километра на два. Он знал, что самовлюбленный Хаммер не пойдет за ним следом.

"Наверняка лидер Босвела уже растянулся на кровати со стаканом портвейна и книгой", - подумал Ван Стейн, и развернул записку.

" Мы ждем тебя в 10 вечера у королевской резиденции. Не говори ничего своему другу, и приходи один, или вы оба умрете. Если выполнишь это условие, то обещаю вскоре организовать встречу, о которой ты давно мечтаешь. Лилиан."

В резиденции короля подавали десерт.

- Твой сын придет один, я попросила его, - сказала Лили, привстав из-за стола.

- Как ты могла допустить такую ошибку? - рассердился король, - Нам нужны они оба.

- Что значит оба? - огрызнулась Софи.

- Успокойся, - ответил ей Хайнз, - допустим, Джека я не трону. Но этот Хамби должен быть прилюдно казнен! Его просто необходимо было выманить в нашу ловушку. Из-за этих негодяев и их отрядов мы вынуждены были покинуть королевство.

- Ты забываешь, зачем он здесь? - хитро ответила Софи, - Если мы казним Хаммера, то в Босвеле плявится новый Ван Рудгер, а что еще хуже, наш Йохан вернет свою власть, и мы никогда не вернемся домой.

- Она права, - согласилась Маргрит, - Хаммер импульсивен, а значит, предсказуем. К тому же, за свою недолгую жизнь он нажил врагов с половину Босвела. С такими, как Йохан и Майс, было бы намного сложнее.

- Не забывайте, он нужен нам живым, для того, чтобы "Равенство" напало на флот лорда Грея, подписав и себе, и Хаммеру приговор. В такой схватке никто не выживет, потому что это невозможно. Помочь всей этой компании, и рассказать создателям об обмане, пожалуй, могли бы Джумаан и страж, который всегда сочувствовал идеям Йохана, да вот беда - Арлин со своей армией стали безобидными призраками, существующими где-то в параллельном мире, - рассмеялась Лили.

- Мы не знаем, что творится за стенами Реактора, и кто такой Грей на самом деле. Звездочеты говорят, что Чужие прощают людям все, кроме неуважения и попытки напасть на себя, - проговорила Софи.

Хайнз обдумал сказанное.

- В таком случае сделайте так, чтобы как можно больше людей из "Равенства" одновременно напали на их корабли. И чтобы Ван Рудгер непременно был там, - попросил он.

Хайнз попросил оставить их с Маргрит.

- Нам пора собираться, Джек скоро придет, - сказала Лили.

- Я сама выйду посмотреть, выполнил ли он твою просьбу, - ответила Софи, и накинула плащ.

Король сверил пульс с часами на цепочке.

- Идеально, - прошептал он.

- О чем ты хотел поговорить? - спросила Маргрит.

- Я знаю, что по ночам ты ездишь заниматься магией, - сказал Хайнз, - говорят, ты выпросила у стража обещание, что он не навредит мне, и потому я смог проникнуть в город из песка, и обмануть его?

- Меня беспокоят две вещи: первое, что это обещание действует до определенного времени, и я не знаю, когда оно потеряет силу. А второе, что во дворце за мной постоянно следят. Учитывая твою ненависть к магии, мне есть, чего опасаться.

Хайнз рассмеялся.

- Что уж говорить о том, что по всей Баганде ходят слухи о том, что Лилиан отчего-то не ее высочество, а наследница Ван Рудгера.

Маргрит вздрогнула.

- Не трогай ее, - попросила она.

- Не бойся, я не прикажу арестовать ни ее, ни тебя. Слухи ходят обо всех, даже о твоем отце в свое время распускали сплетни. А барон Гилберт Ван Стейн тем временем жил, почти как святой. Мое желание увидеть смерть Йохана также не связано с ревностью. У королев во все времена были любовники, и это нормально. Но далеко не каждый из них шел на такую наглость, и заставлял монарха покинуть свою страну, - лениво произнес король.

- Вот с этим желанием я как раз согласна, - поддержала Маргрит, - Йохан был нашим соаетником, но он обманул нас, и мы должны вернуться домой.

- Значит, мы как и прежде, заодно? - поинтересовался Хайнз.

- Несомненно, - ответила ему королева.

- В таком случае моя ненависть к магии и ангелам не имеет для тебя значения. У всех правил есть исключения, дорогая, для того они и нужны. Пока ты помогаешь мне, можешь делать это любым способом. Один раз твоя магия сделала меня королем, - сказал он, поцеловав жену, - не хочу, чтобы это же самое явление стало причиной моего краха.

- Этого не будет, - уверила Маргрит.

- Тогда найди создателей раньше, чем Хаммер закатит по ним пальбу из всех орудий, - попросил король, - я знаю, что Арлин и Джумаан мне уже не помогут.

- Было бы странно, - язвительно ответила королева.

Хайнз тихо рассмеялся.

- Не думай, что я отнял у тебя что - то важное, Марго. Посмотри, какие перспективы появились у нас и Лили: я бессмертен, также, как Арлин. Ведьма, по законам Реактора, может жить, сколько захочет. С Лили мы что-нибудь придумаем. Арлин и его магия больше не существует.

- Потому что ты сломал Реактор, - напомнила Маргрит.

- Что сделано, то сделано. Я не в силах починить его, и даже звездочеты с этим не справятся. Но мир должен как-то существовать дальше. А теперь помоги мне: отправляйся к лорду Грею и его супруге, и убеди их, что мы должны стать новыми стражами.

Глава 6

Джек узнал от прохожих, что королевская резиденция располагается в прежних владениях Джумаана. Он нажал на старомодный звонок, и минут десять простоял около ворот.

- Я иду с тобой, - сказала Лилиан.

- В другой раз, - ответила ей Софи.

Но принцесса была не из тех, кого легко выпроводить.

- Джек - мой сводный брат, почему же я не могу с ним встретиться? Возможно, мы увидимся в первый и последний раз.

- Тебе двадцать один год не было дела до своих родственников. Что ты хочешь, Лили? - рассердилась Софи.

- Ничего, - спокойно ответила ее племянница, - мне нужно убедиться, что блестящий план нашей победы не будет обречен на провал из-за твоей жалости к сыну.

- Жизнь всегда была ко мне несправедлива, но такого рокового совпадения я никак не ожидала. Потерять Джека было бы худшим концом, - ответила ей Софи.

- Хорошо, тогда попроси его нанять кого-то другого, и как можно быстрее убраться из Баганды. Так лучше?

- Немного. Я не уверена, что он согласится, - ответила Софи, и хлопнула дверью.

- Смотри не говори ему о том, что это флот лорда Грея, для меня сейчас важно только это! Пообещай мне! - как можно громче крикнула Лилиан вслед.

-Обещаю, - сказала Софи, и поспешила на улицу.

Просидев на лестнице еще некоторое время, Джек уже собирался уходить.

- Джек Ван Стейн, - окликнул его управляющий.

Около клумб стояла высокая худощавая фигура. Джек не сразу узнал в ней мать - со дня их последней встречи прошло почти двадцать лет. Лицо Софи выглядело усталым и постаревшим.

- Идем, - сказала она, взяв Джека под руку, и они скрылись в толпе прохожих.

- Что за девушка следила за мной в ресторане? Кто она, и зачем ей Хаммер? - спросил Ван Стейн.

- Не думаю, что ее интересует его судьба, - уклончило ответила Софи, - но тебя я должна кое о чем предупредить.

- Мне кажется, что ты говоришь неправду. Рад тебя видеть, - сказал ей Джек. А Софи вглядывалась в его лицо, и пыталась узнать в нем мальчишку с пиратского корабля.

- Похоже на встречу с незнакомым человеком? - спросил Ван Стейн. Софи осмотрелась по сторонам, и дала нищему пару монет.

-А теперь шагай отсюда, - попросила она.

- Как Ван Билю удалось победить армию ангелов? - удивился Джек, - насколько я помню, эти дворцы раньше принадлежали народу Джумаана.

- Он воспользовался обещанием Арлин не убивать ни его, ни мою сестру. А дальше король постарался, и они с канцлером изменили настройки Реактора. Если честно, получилась полная неразбериха - все рассчеты стража поломались, и слились в одну единственную формулу, которая не вычисляет и половины того, что надо. Теперь ни Джумаана, ни Арлин нет в видимом мире. Мы существуем параллельно, а вызов ангелов стал чрезвычайно трудоемким делом.

- Кто эта девушка из ресторана? Она из королевского дворца? - спросил Джек.

Софи некоторое время обдумывала обещание не подвергать Лили опасности, и не рассказывать больше, чем нужно.

- Да, - ответила она, - здесь живет почти тысяча человек, включая прислугу и содержанок вроде меня, и нам разрешено выходить в город. А теперь послушай, Джек: скоро здесь начнется битва, в которой "Равенству" не победить. Я знаю, что Хаммер нанял тебя для того, чтобы ты убил королевских капитанов. Не делай этого. По крайней мере, не выполняй приказ сам.

- Не уверен, что Хаммеру понравится твой совет. Если откажусь, мою семью в Босвеле ждут крупные неприятности, - ответил ей Джек.

- Я не говорю, что ты должен отказаться, а прошу тебя уехать как можно дальше от побережья. Найми кого-нибудь, и не беспокойся о деньгах, - предложила Софи, и протянула Джеку кошелек с крупными купюрами.

- Ты пират, я - дикая кошка из Баганды. Так чего стесняться? - рассмеялась она, и положила подарок в карман сыну. Джек неловко улыбнулся в ответ.

- Ты стал слишком похожим на барона. Мне это не равится. Вспомни лучше Джона и былые времена. Если тебе предлагают что-то выгодное, то просто бери, не стесняйся, и не задавай глупых вопросов.

- Почему ты помогаешь мне? Ты живешь с семьей Маргрит, твое положение зависит от успехов короля. Почему тогда ты не выслеживаешь Хаммера, и не приказываешь схватить нас, и привести к Хайнзу в качестве добычи?

Софи улыбнулась.

- Начнем с того, что я никогда не любила свою сестру. Да, я живу у них во дворце, я воспитала их дочь и присутствую на каждом королевском совете. Я подсказывала Хайнзу, как захватить песчаный город точно также, как Йохан подсказывал ему стратегию войны с Алеманом много лет назад. Но мне совершенно все равно, кто одержит победу - король, "Равенство", или кто-нибудь еще. Войны случались во все времена, так было всегда. Одни побеждают, других отправляют на каторгу. Кроме того, зачем убивать противника тайно и подло, если королевской армии выпал уникальный шанс одолеть Хамби с Йоханом в честной схватке? В любом случае, победой всегда наслаждается только тот, кто стережет Реактор. Он смотрит на звезды, лежа на холодном песке в далекой пустыне, а на его лице играет улыбка. Он вычисляет гибель тех, кто не выдержал, и просчитывает вероятности победы для новых королей, но в результате там всегда получается ноль. Все они исчезают, как фигурки из песка - и победители, и побежденные. Потому мне совершенно все равно. Но я не хочу потерять тебя, Джек. Убеди Хаммера, чтобы он нашел кого-то другого, найми людей в порту, и поезжай домой. Пусть судьбу Хамби решает Страж Реактора.

- Хаммер нужен мне, - сказал Джек, - в Босвеле я работал трактирщиком, и судьба не очень баловала нас. Но я не хочу, чтобы так продолжалось. Поэтому я должен сделать кое-что с королевскими кораблями, и убить Йохана. О последнем я бы попросил тебя не распространяться.

- Не волнуйся, никто не узнает. Наши желания насчет ван Рудгера более, чем совпадают, и я помогу тебе найти его.

Джек оглянулся по сторонам, но рядом никого не было.

- Ты знаешь, где он?

- Преполагаю, что ван Рудгер лечит раны в своем подполье. Я знаю, как его найти. Поговори с Карелом, шофером Маргрит. Говорят, он каждую неделю приезжает на собрания "Равенства", которые сейчас организует Лео. Дальше разведай все сам. Но не вздумай стрелять в Йохана там - для единомышленников он - живая легенда, и их бессменный лидер. Чтобы убить ван Рудгера, нам придется выманить его на побережье. Он слаб, и подобное для него очень опасно, но я знаю, кто может заставить его придти. Та девушка, которая пригласила тебя сюда - его дочь. Он обязательно придет на встречу с ней, особенно, если ей будет угрожать опасность. Большего я тебе не скажу, но обещаю все устроить.

Джек довольно потянулся.

- Ты просто ангел, мама! Но ты врешь, или недоговариваешь. Прошло много лет, но я знаю тебя слишком хорошо. Так нам трудно будет работать вместе. Скажи, а можно сделать так, чтобы Йохан пришел к кораблям на побережье, и погиб в бою с королевской гвардией?

- Несомненно, мы так и сделаем, - ответила Софи, хитро посмотрев на сына. После этого она вырвала листок из записной книжки, и написала адрес водителя. Улица с детства была знакома Джеку - теперь вместо ангелов там жила прислуга из королевской резиденции.

- Вот письмо, - сказала Софи, и написала на другом листке несколько строчек для Йохана, - начинается самое интересное.

Она снова огляделась по сторонам.

- Скажи мне наконец правду! Что ты имеешь в виду? - спросил Ван Стейн, и сделал вид, будто решил уйти.

- Стой, Джек! Я скажу тебе все, и нарушу обещание. Те корабли на побережье - не наш воздушный флот. Это Чужие, которые появились в этом мире после того, как Хайнз захватил власть. До вчерашнего дня они с интересом наблюдали за тем, что творится в Реакторе - смотрели, и не вмешивались. Однако, вчера я посовеовала Маргрит сделать кое-что настолько непростительное, что теперь война с создателями - лишь вопрос времени.

- Значит, я приехал вовремя, - сказал Джек давно забытым пиратским тоном.

- Очень вовремя. Если тебе нужен Хаммер, береги его о тех пор, пока не получишь свой титул, или пост советника. Девушка, которая пригласила тебя во дворец - сама принцесса Лилиан. Пригласить Хаммера в Баганду и выдать флот лорда Грея за наши корабли было ее идеей. Она планировала погубить "Равенство", и помочь Хайнзу добиться абсолютной власти благодаря договоренности с создателями. Но от Лили я узнала о том, что в качестве диверсанта Хаммер выбрал тебя, и изменила свое решение помогать принцессе. Теперь каждый сам за себя, и надеюсь, что ты оценишь мою помощь. Что касается Лилиан, ее ждет печальная участь. Ее мать пыталась уговорить Грея дать ее мужу еще больше привилегий, чем в свое время дал Арлин - она требовала, чтобы Хайнз стал новым Стражем Реактора. В ответ лорд Грей только посмеялся, и выпроводил королеву прочь. Сказать честно, я была удивлена. Арлин - любимый сын Наоми и Грея, и я была уверена, что они прибыли, чтобы сражаться за него. Но создатели решили иначе. Грей от души позабавился, а потом сказал, что Страж Реактора не пропадет, и для победы ему вовсе не нужна помощь отца. Знал бы ты, насколько это разозлило Маргрит! А вчера она, последовав моему совету, пригласила супругу Грея, леди Наоми, в наш дворец, и заключила под стражу. Благодаря новым вычислениям канцлера даже такое теперь возможно, с технической точки зрения. Хайнз, узнав об этом, наверное, прыгал до потолка. Он всегда был недалеким и не мог оценить ситуацию в целом, а она такова, что лорд Грей поднял боевые флаги, и готов к сражению. Но самое забавное в этой истории то, что Лили ничего не знала. Я постаралась отвлечь ее, и ни одна новость с побережья так и не просочилась в покои принцессы. Сегодня Лили послушает мои наставления, и отправится к Грею с визитом. Она будет требовать того же, что и ее мать, не зная об ультиматуме. Не сомневаюсь, что через десять минут она окажется задержана. К тому времени Ван Рудгер уже приедет на побережье. Он будет уверен, что Хайнзу стало известно о давней связи королевы и ее советника, о том, что Лилиан - его дочь, именно это я написала ему.

Джек пробежал взглядом по клочку бумаги.

"Король узнал о том, что ты - отец Лилиан. Он услышал уличные песни, и насмешки придворных. Хайнз был в бешенстве, и заставил Маргрит сказать правду. Лили держат на побережье, но до меня дошли слухи, что уже совсем скоро король от нее избавится. Он сказал, что не собирается терпеть в своем доме дочь злейшего врага. Если не веришь мне, то поезжай и убедись во всем сам. Удачи, Софи."

- Здесь ни слова правды, - рассмеялась она, - но Йохан должен поверить. Лили - его единственное слабое место.Он боялся за нее во время войны, переживал, когда королевская чета вынуждена была бежать от "Равенства". И сейчас он, несомненно, забудет обо всем и приедет - хотя бы для того, чтобы просто проверить мои слова. О том, что Лили задержит не Хайнз, а лорд Грей, он узнать не должен. К счастью, советники Босвела никогда не видели создателей, и не знают, как выглядит их транспорт. Пусть он примет корабли Чужих за королевский конвой, и атакует первым. Пусть Хайнз и Маргрит приедут туда же с нашей армией, и отбиваются от "Равенства" и войск Грея - спасти свою дочь они уже не смогут, потому что ее не на кого будет менять. Звездочеты Баганды научили меня тому, о чем не знает ни Йохан, ни король с ее ведьмой. Совсем скоро начнется битва, от которой тебе, Джек, стоит держаться как можно дальше.

До дома шофера Джек прогулялся длинной дорогой - улицы Баганды по-прежнему казались ему родными. Солнце зашло, и становилось все холоднее. Торговцы травами и заклинатели змей собирали свои вещи, завязывали корзины разноцветными платками, и уходили из порта в прерию, в синие сумерки, которых не бывало в Босвеле.

Карел открыл сразу. Безо всяких опасений он пригласил зайти, и удалился в дом. Джек увидел молодого безразличного к жизни офицера, который сидел в кресле посреди гостинной и постоянно курил.

- Я слышал, что вы можете подсказать, где найти Ван Рудгера, - сказал он.

- Сегодня ночью он придет на встречу к своим единомышленникам, - лениво ответил Карел, - а кто вы?

- Джек Ван Стейн. Если честно, я ищу не его, а своего родственника по имени Леонард. Слышал, что он теперь всегда рядом с лидером "Равенства".

- Лидер "Равенства" - Хаммер Джарро, он теперь первое лицо Босвела, а Йохан - часть истории, вы не находите? - сказал водитель королевы.

- Думаю, так и есть. Вас, кстати говоря, не должна смущать наша встреча. Я оказался в Баганде волей судьбы, и вовсе не являюсь приверженцем "Равенства". Но повидаться с Леонардом мне очень нужно.

- Что ж, каждый ищет что-то свое, - вздохнул Карел, и снова закурил, - в любом случае, ваше общество нисколько не тревожит меня. Узнав о том, что гость - родственник одного из вдохновителей "Равенства", добропорядочный офицер давно должен был вызвать охрану, но я не из таких.

- Добропорядочный офицер вряд ли знал бы, где проходят собрания врага, - усмехнулся Джек, и положил на стол несколько купюр. Карел взглянул на деньги с тем же ленивым выражением лица.

- Я иногда бываю там, но только из праздного любопытства. И вас я впустил по той же самой причине. Мне совершенно все равно, что вы сделаете - дадите мне взятку, вызовите гвардейцев, или попытаетесь убить меня этой саблей на стене. Подобное безразличие я испытываю ко всему на свете, хотя я молод, и не являюсь инвалидом. Королева когда-то сказала, что однажды я непременно найду себя. Она утверждала, что полное равнодушие невозможно, как и абсолютное счастье или бесконечное страдание. Я готов с ней поспорить.

- Я был таким большую часть своей жизни, не считая детства, - сказал Ван Стейн, - в Босвеле я забыл о своей натуре, и просто старался выжить. Все поменялось в один миг, когда я получил возможность осуществить свою давнюю мечту, обойти врага и вернуть себе поместье, которое принадлежит мне по праву. Это очень далекие планы, но я осуществлю их!

- Так, значит, вы причисляете себя к аристократам, и "Равенство" - ваш враг? - спросил Карел.

- "Равенство" - только средство для достижения цели. Мой враг - это любой, кто стоит у меня на пути. А мой союзник - тот, кто помогает выиграть.

Джек вытащил из кармана игральный кубик, и подкинул его, а затем улыбнулся офицеру.

- Хотел бы я найти эту цель, - лениво ответил он, - но моя мечта недостижима. С ранних лет я увлечен легендами про лорда Грея, его жену и корабли, летящие через пространство и время. Сейчас мне за тридцать, но больше ничего не может заинтересовать меня.

- Думаю, что ваша мечта гораздо ближе, чем кажется, - интригующе произнес Джек, - давайте поступим так: я заплачу вам еще, и этой ночью вы отвезете меня к Йохану и Леонарду. После этого вы поможете мне добраться до побережья, и я обещаю, что вы увидите то, что хотите.

- Сильно сомневаюсь. Впрочем, мне все равно, поэтому я согласен, - ответил Карел, и пожал Джеку руку.

- Нам сюда. Поедем на другой машине, потому что этот кабриолет принадлежит королеве. А что за послание у вас в руках? - спросил Карел во дворе.

- Письмо для дяди Лео, по семейным вопросам, - обманул Джек.

Карел переоделся, и завел машину. Часовая поездка по саванне будила в Ван Стейне воспоминания о далеком прошлом.

- Эти места возвращают меня к жизни, - признался он, когда водитель остановился около маленького кирпичного дома.

В зале сидело человек пятьдесят - только старые друзья Майс, и давние знакомые Йохана. Встречу проводил Леонард - он стоял около разбитого камина, рассказывал о поражении Джумаана и плачевных новостях из других городов.

- Сейчас сражаться с Хайнзом мы не можем - слишком мало сил. Нам нужно время - чтобы объединить племена багандцев, и подготовиться к бою, - сказала Майс. Она стояла в дверях. Вскоре в зал поднялся Йохан. Он едва держался на ногах, и попросил уступить ему место.

- Несомненно, местный народ поможет нам одолеть короля. Но я по-прежнему настаиваю на том, чтобы наладить отношения с главой Босвела. Без Хаммера и войск Флавенгена мы не сможем устоять, - спорил Леонард.

Майс, услышав имя соперника, возмутилась.

- Ты служил у Стража, Лео. Твоей техники и устройств должно хватить на то, чтобы вновь связаться с союзниками, и найти способ вернуть армию Джумаана. Забудь про Хаммера!

- И сколько времени мы потратим на настройку? Год, два, десять? Теперь ничего не работает, связи с армией Арлин нет. А в Босвеле у нас полтора миллиона единомышленников. Они экипированы и вооружены.

- Хаммер - не наш друг! Он не станет помогать нам. За все эти годы он не сделал ничего, чтобы поддержать нас. Его единственной целью было прогнать из Босвела всех - короля, Йохана, нас с тобой. После этого он занял королевскую резиденцию, и до сих пор живет там счастливо. Посмотри свои приборы, Лео. Попробуй еще раз дозвониться до Джумаана. Давайте, наконец, попытаемся вызвать ангелов, как это делают звездочеты.

- Слишком долго, и безрезультатно для текущей ситуации. Король лишает нас, и багандцев всех прав - вчера нам нельзя было носить оружие, сегодня нельзя писать письма и свободно ездить по саванне. Завтра нельзя будет и этого, Майс. То, что нам сейчас нужно - это сражение с Хайнзом. Нужно показать, что "Равенство" и народ Баганды не пойдет на компромиссы с тираном. Ты всегда была снайпером, Гертруда? Так вот, сейчас самое время показать зубы, потому что иначе будет поздно. А ты просишь меня заняться техникой, и пытаться применить магию, которой больше нет.

Ван Рудгер встал. Опираясь на трость, он подошел к Лео.

- Друзья, все вы знаете о нашем отношении к Хаммеру, о том, как мы вынуждены были отправиться за океан, подобно королю и его свите. Но сейчас я вынужден согласиться с Ван Стейном, и поддержать его. Времени у нас нет, и я попрошу у Босвела поддержку. Сомневаюсь, что она прибудет, но другого выхода у нас нет.

- И когда же мы будем воевать? - спросил седой солдат с курительной трубкой.

- Нужно собраться с силами, обдумать все. Не уверен, что мы готовы сражаться прямо сейчас, - поспешно затвердил Ван Рудгер.

Начался спор. К разговору подключились все - начиная с молодых багандцев, и заканчивая ветеранами "Равенства". Карел зевал, поглядывая на часы.

- И так уже почти три года. Во времена магии ничего не менялось, разве что иногда на собрания приезжал Джумаан со своими ребятами. Тогда становилось еще веселее, ангелы твердили о том, что они против кровопролития... И это при том, что королевские сыщики шныряли у них под окнами, и каждый день устраивали аресты и казни!

Йохан устал говорить. От шума он едва не потерял сознание, и объявил перерыв.

- С такими ранами едва ли можно выжить, не то что сражаться, - равнодушно заметил Карел, и вышел на перекур.

Джек воспользовался возможностью передать письмо. Он подошел к кушетке, на которой полулежал Ван Рудгер, налил ему воды, и протянул послание Софи.

- Я не видел вас раньше, - сказал Йохан, - как ваше имя?

- Джек Ван Стейн, я приехал поддержать Леонарда и продолжить его дело. Прочтите письмо, его написала моя мать.

- Софи?

- Знаю, что она советник принцессы, и звучит странно. Но мне кажется, у нее что-то случилось. Мы случайно встретились в городе, она была в ужасном состоянии - уставшая, измотанная. Она сказала, что несколько дней подряд искала вас повсюду, и что это чрезвычайно важно.

Йохан привстал, и развернул записку.

- Лили, - проговорил он, а затем поднялся, и, забыв о боли, направился к тайнику с оружием.

- Кто готов сразиться с королевским флотом прямо сейчас? Берите побольше динамита, патронов, и пусть водители заправят фургоны до побережья. Пусть наша судьба решится следующим утром, - сказал он.

Глава 7

Планы Хаммера изменились в одночасье. После очередного сеанса радиосвязи со штабом он решил, что к побережью должны стянуться все войска "Равенства".

- Разведка сообщила, что кораблей всего шесть. Военных рядом с ними нет, наши товарищи не видели даже пары солдат. Самозванец, как всегда, оказался полным дураком, не знающим, что ценности нужно охранять. А вот сделаны эти громадины столь превосходно, что, завладев ими, я без труда одержу победу над любым врагом, - радовался Хаммер.

- Ты хочешь обнародовать свое прибытие в Баганду?

- Я уже заявил об этом всем единомышленникам, и прессе Босвела. Кроме того, сюда направляется армия Гарленда и отряды из Флавенгена. Таких побед не бывало даже у канцлера во времена его самых лучших блицкригов.

С этими словами Хамби показал Джеку рисунок с приблизительным расположением техники на побережье.

- Для такого нужно человек триста, не больше. Если там все соответствует описанию, то захватить изобретения Хайнза не составит труда, - заверил Ван Стейн.

Той же ночью Хаммер решил прогуляться по городу. Джек, относившийся к "господину Хамби", как к ребенку-аристократу, перед уходом просил не выходить из каюты:

- Думаю, ты согласен, что прогулки по порту принесут нам обоим массу проблем? - спросил он. Несколько дней назад Ван Стейн не на шутку поссорился с Хамби из-за нежелания главы "Равенства" лично участвовать в предстоящей перестрелке на побережье.

- Я болен, и не принесу там пользы, - заявил Хамби.

Джек с ухмылкой взглянул на него.

- Переутомление и нехватка солнца, друг мой. Я работаю сутками, и совершенно измотан. Мне предписан отпуск около моря, и отдых, - уверял Хаммер на любые требования Джека. Когда тот окончательно разозлился, Хаммер ответил, что выполнять приказы и не спорить - в интересах Ван Стейна.

Сам Хамби редко затевал ссоры, и возражал Джеку. После бегства из королевского ресторана он лег на диван с книгой в руках, и распорядился, чтобы Джек нашел какой-нибудь штаб "Равенства", и передал им приказ о наступлении.

- Пора приступать к реализации нашего плана. И не забывай, нам нужна не только диверсия на берегу, и захват кораблей. Главная моя цель - Ван Рудгер.

- Я помню, - согласился Джек.

- Хорошо. Выполнишь оба задания - станешь моим советником. Но запомни: если что-то пойдет не по плану, и придется выбирать, лучше пожертвовать местными, оставить воздушный флот Ван Биля в покое, отступить, но во что бы то ни стало убить Йохана!

- Он погибнет во время боя, - пообещал Ван Стейн, держа в руках складной нож, - а если этого не произойдет, я сам сделаю так, чтобы твой приказ был выполен. К концу сражения на поле боя будет такая неразбериха, что никто ничего не заподозрит.

- Откуда такая уверенность? - поинтересовался Хаммер.

- Мы с отцом были в розыске в этих местах. Разумеется, Альбрехт искал его, а не меня, но за сына пирата тоже была объявлена награда. Мы скрывались от владельцев плантаций в колонии, принадлежавшей соседнему королевству. На наших глазах фон Реннер напал на эту колонию. Завязались сражения, которые со временем перешли в обыкновенные грабежи и мародерство. К концу недели всем было плевать, свой ты, пират, или беглый раб - каждый спасал свою жизнь. Не стоит надеяться, что с "Равенством" будет иначе.

- Я устал, - пожаловался Хаммер. Излишний реализм Джека не вдохновлял его.

- Иди, проверь оружие и тросы, которые держат судно. И знай, что я другого мнения о наших солдатах, - сказал Хаммер.

- Да пожалуйста, - тихо усмехнулся Джек.

- И все же, у нас много общего. Мы с тобой принимаем решения, способные изменить жизнь этого материка. Красивые речи я наслушаюсь дома, в кабинетах своих подчиненных. Но они не сделают того, на что способны мы.

- Только из каюты, пожалуйста, не выходи, - снисходительно попросил Ван Стейн.

Но, стоило ему уйти, как от лени и апатии Хаммера не осталось и следа.

- Выполнять грязную работу - дело трактирщика. Мне пора заняться чем-то более приятным, - сказал он, глядя в зеркало.

Он вышел на пирс, и отправился вдоль доков на поиски Тсотси. Найти членов "Равенства" не составило большого труда, они сидели в небольшой забегаловке на берегу моря и обсуждали исчезновение своего союзника.

- Без Джумаана в этих краях стало совсем невыносимо, - сказал усатый матрос, глядя прямо на Хаммера.

Он не узнал лидера Босвела, и привстал, чтобы предложить ему помериться силами.

Друзья матроса оказались более образованными. Студент и девушка в старом мужском костюме остановили своего приятеля.

- Неужели вы Хаммер, и слухи о вашем прибытии в Баганду оказались правдой? - спросила девушка. Местные аристократы неодобрительно покосились на нее.

- Моя жена обозналась, - поспешил сказать студент, - мы - странные люди, но неприятности нам ни к чему.

Незнакомка в нелепой одежде напомнила Хамби детство в подполье Ван Рудгера, и молодую Гертруду. Она называла себя мышью, смеялась, и каждый выходной приносила Хаммеру новые книжки и игрушки. А ее друг по имени Грим побаивался темпераментную невесту, и в шутку говорил, что отрядом Йохана командует вовсе не он, а Майс...

Хаммеру стало не по себе. С недавнего времени он терпеть не мог думать о прошлом. Воспоминания о беззаботной юности тут же сменились прошлогодней картиной: колонна арестантов, ледяной ветер с моря, и полковник, стреляющий себе в висок. А еще - Гертруда и Лео, которые ближе к утру обнаружили тела, лежащие на снегу...

- С вами все в порядке? - наперебой спрашивали Хаммера девушка и молодой человек в очках. Он очнулся от кошмара, и обнаружил, что сидит за их столом, обеими руками схватившись за подлокотники соломенного кресла.

- Все нормально, - как ни в чем не бывало ответил он, поправил френч без погон, и выпрямился.

- Всему виной смена климата. Через два дня придешь в себя, - со знанием дела сообщил матрос, и протянул Хаммеру бутылку.

- Так это вы? - никак не могла успокоиться студентка.

- Я Дамиан, брат Хаммера. Приехал в Баганду на лечение, - ответил Хамби.

- Море здесь, что надо! - гаркнул матрос, - только нам, простым смертным, вход на королевские курорты закрыт, а на улицах Баганды грязно и опасно. Как вам такой отпуск, господин Дамиан?

- Ничего страшного, я привык приспосабливаться и не размышлять слишком много. Как ни странно, именно этот навык помогает людям добиться успеха в жизни, - улыбнулся Хамби, и снова застыл на месте.

- Да что с ним такое? Эй! - окликнула его девушка, точь-в-точь, как это делала Майс.

На этот раз внимание Хаммера привлек портрет Лили около барной стойки.

- Чья это фотография? - спросил он, - Кто она, скажите, как ее найти?

Девица и ее кавалер рассмеялись в голос.

- Вы не местный, поэтому не знаете. Это дочь короля, Лилиан, - объяснил матрос, глядя на лицо принцессы.

- Что?! Не может быть. Обман... - прошептал Хаммер.

- Какой обман? О чем вы? - простодушно улыбнулся матрос.

- Она говорила мне, что возглавляет штаб "Равенства", и информация... Все это было ложной информацией!

- Он какой-то странный, - веселились между собой студенты.

- Это точно? Девушка на фото- дочь короля? - спросил Хамби у владельца трактира.

- Да, и всем это известно, - пожал он плечами, - вы заказывать будете, или пришли в бар только для того, чтобы полюбоваться на принцессу?

- Ловушка, - прошептал Хаммер.

- О, господин Дамиан, вы спрашивали, как ее найти? Так вот, дворец его величества находится за площадью, там, где раньше располагалась резиденция Джумаана, - издевалась незнакомка в костюме.

- Не уверен, что нужно было ему говорить. Он, кажется, и в самом деле сейчас отправится туда, - ответил ей муж, не скрывая улыбку.

Хаммер вышел на улицу, и помчался в сторону дворца. Некоторое время он бесцельно бродил по площади. Торговец с корзинами и гиеной на поводке громко распевал названия пряностей, и косился на Хамби.

- На побережье нет королевского флота. Это не корабли Ван Биля, но чьи они тогда? - в отчаянии произнес Хаммер.

- Лорда Грея, - ответил торговец, и снова запел.

- Лорда... Грея... Но Джек уже ушел на задание. Через несколько часов он и наши единомышленники начнут обстреливать флот создателей, если уже не начали. "Равенству" придет конец. Мы пропали, - понял Хаммер.

Терять было уже нечего, поэтому он решил пробраться в резиденцию короля, чтобы найти Лилиан.

Принцесса скучала в зале для фехтования. Войска готовились одержать победу над Ван Рудгером, водители и персонал проверяли технику, а Хайнз продумывал стратегию атаки. Тренироваться было не с кем, и Лилиан ходила мимо окон, размахивая шпагой.

Она сразу узнала Хаммера. Он проник во дворец, притворившись прислугой. Его голова была накрыта купленным у торговца покрывалом, а в руках он держал ковры.

Лилиан вздрогнула, и подняла оружие. Хаммер схватил вторую шпагу, и поспешил защититься. Охрана за дверью на звон клинков не реагировала - тренировки принцессы были ежедневным делом.

- Ваше фиаско совсем близко, - сообщила Лили, уворачиваясь от ударов.

- Не сомневаюсь в этом. Но я был наемным убийцей, и сейчас у меня хватит сил, чтобы в одиночку убить вас, и членов королевской семьи. Не думайте, что вы сможете насладиться победой.

- Мерзавцы, кругом одни мерзавцы! Скажите, кто из них предал меня? - раздраженно попросила Лилиан.

- Боюсь, в этот раз виновата излишняя преданность. Те, кто бежал в Баганду вслед за королем, любят вас! Ваш портрет можно увидеть повсюду, а подданные не стесняются говорить, что на фотографии будущая королева, - рассмеялся Хаммер.

Лилиан щелкнула лезвием по щеке Хамби.

- Ошибка в стратегии - ваша вина, - рассмеялся он, вытирая кровь.

- Сражайтесь, или я убью вас! - прошипела Лили. Хаммер отскочил в сторону, и спас себя от смертельной колотой раны.

- А ошибка, все же, досадная. Вы знали, что я остановлюсь в королевском порту, где вашу семью боготворят, - продолжил свою мысль Хамби.

Не услышала бы Лилиан этих слов, она непременно уничтожила бы противника. Но мысли о собственной оплошности мешали ей. Хаммер пртставил острие клинка к ее груди.

- Давайте. Только не надейтесь, что я буду молить о пощаде, - спокойно сказала она.

Хаммер приблизился к ней, не убирая оружия, и дотронулся до распущенных волос.

- Вы прекрасны, комрад Хаммер, - сказала она, шагнув ему навстречу.

- Вы тоже, - ответил Хаммер, касаясь ее губ своими.

Она вырвалась из его объятий, но охрану не позвала.

- Схватка с лордом Греем не оставит вам шансов, независимо от того, ошиблась я, или нет, - сказала она.

- Но я не столь глуп, чтобы лично отправляться на бойню. Мир огромен, и побежденным в нем легко затеряться.

Лилиан улыбнулась. Она приблизилась к Хамби, и провела ладонью по широкой груди.

- Этот мир принадлежит сфинксу и лорду Грею. Все победы и поражения - лишь развлечение, дающее им силу.

Хаммер дернул за шнуровку корсета. Лилиан посмотрела на дверь, и не стала сопротивляться.

- Почему вы не спешите к своим солдатам на побережье? Берите мою машину, комрад Хаммер. Я дарю ее вам. Вы нравитесь мне, и потому я предлагаю пари - успеете раньше первых выстрелов, и сможете остановить своих, значит, избежите схватки с Чужими, и останетесь лидером Босвела. А я, став королевой, когда-нибудь признаю вашу власть на севере.

- Нет, - решительно ответил Хаммер.

Лилиан понимающе кивнула.

- Там ваш заклятый враг, конкурент, которого в Босвеле любят больше? Вы не можете выдержать, когда кто-то говорит, что вы не достойны Ван Рудгера, не обладаете его обаянием и талантом? И мысль о его гибели принесет вам наслаждение, даже если потом всю жизнь придется провести в бегах?

- Да, - согласился Хаммер, - поэтому будь, что будет.

- Это легко было предусмотреть, - сказала Лили.

- Решение приехать в Баганду было принято после того, как я увидел вас. Как, впрочем, и решение придти сюда.

Лилиан засмеялась.

- Надеюсь, вы понимаете, что живым отсюда выйти не сможете? За дверью полно солдат, да и я вооружена.

- Но я все равно пришел к вам, - ответил Хаммер, глядя в глаза принцессе. Лилиан задумчиво отвела взгляд, а затем щелкнула затвором револьвера прямо у его виска.

Хаммер встал к стене, и поднял вверх руки.

"Так вот, что чувствовали те, с кем меня свела жизнь", - подумал Хаммер, но выстрела не последовало. Вместо этого Лилиан набросила на него несколько цепей, обошла вокруг статуи посреди зала, и закрыла замок.

Хаммер ударился об холодную каменную фигуру.

- Что вы делаете? - спросил он, растянувшись на полу.

Лилиан легла рядом, и обняла его.

- Любовь к людям подобна стремлению к власти. Охотники за удачей не понимают, что сами становятся добычей, - сказала она, глядя на скульптуру.

Хаммер взглянул на мраморную богиню с арфой. Перед арфисткой стояла на коленях вторая фигура, лицо которой было скрыто за маской палача. Согнувшись в поклоне, он целовал руку жертве, что одержала над ним безоговорочную победу.

- Я вижу преклонение перед красотой, которое пережил недавно и в собственной жизни, - возразил Хаммер. А Лилиан задумчиво проговорила:

- Впервые в жизни мне довелось задуматься об искусстве, как о чем-то стоящем. Раньше оно казалось мне полнейшей глупостью, и пережитком прошлого. Но все равно, я вижу в ней лишь удачную охотницу и зазевавшуюся жертву.

- Помимо возможности уничтожить врага есть еще и желание, не так ли? Оно либо есть, либо нет. Отдайте мне ключ, - попросил Хаммер.

Лилиан встала, надела военную куртку, и спрятала ключ в нагрудном кармане.

- Я не беру назад своих слов. Мой автомобиль действительно принадлежит вам. Когда я вернусь, и освобожу вас, вы сможете добраться до своего корабля, и умчаться за океан в поисках новой жизни. Машину с такими номерами преследовать не будут, - сказала она.

- Спасибо, - ответил Хаммер.

- Я еду на побережье, чтобы разгромить ваши войска, а заодно получить у Грея титул, который когда-то принадлежал Арлин, - сообщила Лили, держа в руках непонятные устройства, напоминающие арбалеты.

- Ваша тетушка не рассказывала вам, что такая затея невыполнима? - поинтересовался в ответ Хаммер.

- Благодаря этим изобретениям мы отправили на покой самого Стража Реактора. Не понимаю, что может помешать сейчас. Если лорд Грей откажется, мы с отцом возьмем свое силой.

Хаммер дернулся изо всех сил, но тело тут же оказалось стиснуто так, что стало трудно дышать.

- Стойте, не делайте этого! На побережье скоро начнется кровопролитная схватка безо всяких правил, так сказал один человек. И я с ним полностью согласен. Зачем вам так рисковать? Если вам так нужно передать Грею свои требования, могли бы послать кого-то другого.

Лили улыбнулась на прощание.

- Я не привыкла делить триумф с кем-либо, - сказала она, погасила свет и заперла дверь в зал. Хаммер остался лежать на полу в полной темноте.

Часа через два он нашел в кармане скрепку из канцелярии в Гарленде, с трудом дотянулся до пояса статуи и расстегнул замок. Дышать сразу стало легче. Открыть дверь оказалось намного сложнее из-за стоящей рядом охраны, поэтому некоторое время Хаммер стоял, прижавшись к стене, и слушал разговор солдат. Вскоре после отъезда Лили они вынуждены были покинуть свой пост - король объявил тревогу, и приказал своей армии отправляться на побережье.

Когда Хамби открыл дверь, и выбрался в коридор, на него никто не обращал внимания. Резиденция короля опустела - военные толпились около складов с оружием, а водители распределяли солдат по грузовикам. Маргрит выбежала во двор, она выглядела растерянной и напуганной. Вскоре из дворца вышел король. Рядом с ним двое офицеров вели женщину в наручниках. Она выглядела такой обыкновенной и неприметной, и Хаммер не сразу понял, что это и была леди Наоми.

- Что случилось?! Как ты допустила, чтобы Лилиан отправилась на побережье?! - кричала Маргрит на свою сестру.

Софи едва сдерживала улыбку.

- Об этом мне ничего не было известно, - ответила она, и поспешила скрыться в толпе.

- Мы успеем. Едем к кораблям, и обменяем жену Грея на нашу дочь, без всяких условий, - решил Хайнз.

- Нужно добраться туда, как можно быстрее, - повторяла королева.

Хаммер спрятал лицо за воротником, и сел в машину, которую подарила ему Лилиан. Он вспомнил молодые годы, когда завести двигатель без ключа не составляло никакого труда. Автомобили помчались в сторону моря, держась друг от друга на небольшом расстоянии.

" Зачем я еду туда? Неужели любовь к этой девушке перевесила здравый смысл? Или я просто опасаюсь за свою жизнь, потому что поворот в обратную сторону привлечет слишком много внимания?" - думал Хаммер, разглядывая шеренгу военных автомобилей. Добравшись до побережья, он услышал выстрелы со всех сторон, и не нашел ничего лучше, чем укрыться за одним из кораблей, а затем, стараясь быть незамеченным, поднялся на борт к лорду Грею, прячась в толпе королевской свиты.

Глава 8

Джек нарушил обещание, данное своей матери. Он взял из тайника пистолеты, и вскочил в первый автомобиль, который попался ему на глаза. Несколько солдат разместились рядом. Йохан, опираясь на трость, шел следом. Карел, как ни странно, тоже решил отправиться на поле боя. Он притворился соратником Ван Рудгера, и пригласил несколько человек в свой автомобиль. Водитель кабриолета, в котором сидел Джек - мрачный небритый каторжник в бесцветном балахоне - помог Ван Рудгеру расположиться на переднем сидении. Взглянув на него, Йохан привстал с места.

- Тилль? - спросил он.

Водитель тяжело вздохнул.

- Не знал, что вы с нами. Давно? Вас трудно узнать.

- Никто и не узнаёт. Только этого мне не хватало - признаться твоим солдатам в том, что я монарх.

- Я давно не вспоминаю прошлое, - сказал Йохан, - потому что сейчас это невыносимо.

- Там мы брали от жизни все, и судьба баловала нас, - согласился Тилль. Рукой без двух пальцев он схватил рукоятку, и вручную начал заводить двигатель.

- Наше время прошло. Время, когда у нас было все, и нам фантастически везло, - вздохнул Йохан.

- Босвел никогда не забудет своего лучшего советника - верховного мага, охотника на герцогов и поклонника королевы. Та эпоха не повторится, и некоторые, наверное, будут вам завидовать.

- Что с Анной? - спросил Ван Рудгер.

Тилль на некоторое время оставил мотор в покое.

- Нас держали в тюрьме, где раньше располагалась твоя банда. Сам знаешь, какое там место.

- Она жива? - говорить Йохану становилось трудно, и Тилль дал ему свою флягу.

- Это поможет дотянуть до схватки. А оттуда нам все равно прямая дорога на небеса, - сказал он.

- Этот голос. Теперь я понял, с кем говорил в день похищения баронессы.

- Магия ангелов все еще сохраняет свою силу в заколдованном поле неподалеку от Южного Босвела, - вспомнил Тилль,- я знаю, что моя жена не успела увидеть восстание каторжников. Она умерла на моих глазах, но позже многие говорили, что слышали ее голос в кофейне неподалеку. Трактирщица готова выбросить проклятый телефон к чертовой матери, но вряд ли это поможет - говорят, что пострадавшие застряли на грани миров.

- Я слышал, как она звала на помощь. Тогда я даже пытался вызвать гвардейцев, и послать отряды поиска. Теперь мне все ясно, - ответил Ван Рудгер, и грузовик, покрытый грязным мокрым брезентом, сдвинулся с места.

Двойной обман был раскрыт почти сразу, и армии сошлись в жестокой битве. Первые снаряды "Равенства" попали в обшивку кораблей, и лорд Грей, до того момента лишь наблюдавший за схваткой, ответил огнем из всех орудий. Солдаты, никогда не видевшие ничего подобного, бросались бежать прочь, но спастись с побережья удавалось немногим. Джек, занявший одну позицию с Йоханом и Майс, оказался окружен гвардейцами.

Их отряд непременно бы перебили - полковник королевы был безжалостен. Маргрит приказала во что бы то ни стало ликвидировать лидеров "Равенства", и не брать пленных.

- Да здравствует королева! - прокричали гвардейцы, и бросились штурмовать ветхое укрытие и башню, которая в прошлые века служила маяком для мореплавателей.

- Мы окружены, - сказала Гертруда.

- Прикажите своим войскам отступать. Это безумие! Я был звездочетом в песчаном городе, и знаю, что это- флот Чужих, а не войска Ван Биля, - сказал смуглый офицер в черном балахоне, глядя в бинокль. Джек присмотрелся к татуированному лицу, и не поверил своим глазам.

- Леонард? - спросил он, подойдя к нему.

Лео сразу узнал племянника, но радость была недолгой - оба бросились к пулемету. Джек подал снаряды, и Майс приказала стрелять, как когда-то давно, в далекие времена.

- Все напрасно, Герти. Прости меня, - сказал умирающий Йохан.

- Нет, - ответила она, - Майс не сдается так просто! Солдаты, огонь! Держать оборону!

- Наша проблема - не гвардейцы Хайнза, - настаивал на своем Леонард, - Герти, посмотри: мы сможем одолеть их, и даже сейчас я могу просчитать, как нам выиграть. Мы используем взрывчатку Джумаана, чтобы прорвать оборону. Пусть наши бойцы готовятся! Нужен лидер, вроде тебя, чтобы они не испугались.

- Почему тогда башня трясется от залпов? Неужели битва началась из-за чьей-то лжи, а не из-за самозванца?

- Все это уже неважно, - ответил Леонард, - "Равенство" тоже побеждало благодаря обману, но победители вошли в историю моего королевства.

Майс задумалась.

- Сын пирата, ты можешь помочь Лео отозвать наши войска? Не знаю, что сделает с нами лорд Грей, но пусть он видит, что мы добровольно отступили, и больше не атакуем его воздушный флот.

- Будет сделано, - ответил Джек, и Лео свистнул водителю.

Ван Стейны пробирались к уцелевшему полку. Из корабля, больше похожего на неприступный металлический бастион, появились орудия, и ударили в нескольких метрах от автомобиля.

- Она не знает самого главного, - сказал Леонард, чтобы подбодрить Джека.

- Майс?

- Все эти годы она помогала мне остаться в живых, хотя большую часть жизни мы даже не виделись.

Пушки на корабле перезарядились, и очередные удары перевернули несколько королевских машин неподалеку.

- Не смотри туда, - сказал Лео, переведя дух.

- Ты никогда не говорил, что любишь Гертруду.

- И никогда не скажу. Она не поймет, да и звучать будет довольно странно: в королевстве Арлин у меня есть жена. Страж Реактора никуда не исчез, он любит игры с собственными врагам. Они похожи на то, как пустынные кошки ловят добычу - ждут, пока та выбьется из сил, а затем прыгают из-за угла.

- Значит, Ван Биль не уничтожил сфинкса?

Лео рассмеялся. Он перебирал руками подвижные грани черного кубика - отличительной вещи багандского жреца.

- Реактор невозможно сломать. Это бесполезно, не стоит и пытаться. Погибнет тот, кто хочет это сделать, но он лишь поменяет конфигурацию. Он изменится в соответствии с запросом разума, что жаждет кардинальных перемен, но никогда не исчезнет. Вот и сейчас все изменилось - настолько, что сложно угадать, что будет потом.

Водитель круто развернулся, пытаясь уйти от удара, но осколок снаряда повредил колесо.

- Идем, быстрее! Не время стоять на месте,- сказал Леонард, и схватил Джека за рукав куртки.

- Не молчи, - попросил младший Ван Стейн.

- Осталось немного, я вижу линию огня. Как только отзовем солдат, лорд Грей перестанет бить по башне, - надеялся Лео.

- Почему ты не скажешь Майс? - спросил Джек, чтобы не думать о безумии, которое творилось повсюду.

- Потому что у меня есть жена. Нкозанна, дочь Арлин, скрывается в одном из багандских поселений. Там она хранит чертежи и лучшие технологии, которых нет и не будет в Босвеле. Быть ее супругом - честь, и я всегда старался выполнять все капризы жены и своих наследников. Но в лабиринте под Босвелом, и во время правления Хаммера не она помогла мне сохранить рассудок. Только когда я вспоминал Майс, трудности уходили на второй план, и даже приговор о повешении не казался чем-то слишком серьезным. Реактор позволил нам встретиться, и это уже большая удача.

- А если бы у тебя была власть приказать ей? Как у Хаммера, и ты бы точно знал, что она не откажется?

- Тогда я сделал бы так, чтобы она всегда была счастлива. По крайней мере, постарался бы, - ответил Лео.

Батальоны "Равенства" безуспешно атаковали корабль-крепость, и потерь становилось все больше. Своего командира они не слышали, и Лео решился на отчаянный шаг.

- Назад! - крикнул он, встав между флотом Грея и своими солдатами.

- Отступаем!

- Бежим! - закричал кто-то, и толпы раненых помчались к башне. Впереди неслись разбитые машины "Равенства", а королевские войска бросились в погоню.

Новый водитель Лео выглядел очень странно - он был в гвардейской форме, но при этом поверх накинул серую шинель с алыми погонами. Не окажись он рядом, Леонарда и Джека сбили бы с ног свои. Повсюду царила паника и хаос, но странный худой человек с гладко зачесанными назад волосами выглядел спокойным и хладнокровным. Он с усмешкой взглянул на татуировки Лео.

- Вы дали клятву служения, и стали социалистом? Какое необычное сочетание, - сказал он.

- Вы имеете что-то против? Тогда посмотрите вокруг, - ответил Лео.

- Нет, вовсе нет. Мне всегда нравились необычные личности, вроде Ван Биля, Маргрит и Йохана Ван Рудгера, - ответил шофер.

- Как ваше имя? - спросил Джек.

- Зовите меня Карел, - ответил водитель, - мир меняется, но танец судеб нельзя остановить. Всегда к вашим услугам.

Солдаты сосредоточились у башни, и шансы победить армию короля прибавились. Вернувшись в крепость, Джек увидел, что гвардейцы прорвали оборону, и обосновались в укрытии напротив штаба командиров.

- У королевы беда, она и ее супруг сейчас уязвимы, - сообщил Карел Ван Рудгеру.

- Что с их дочерью? Она жива? - спросил Йохан.

- Она в корабле лорда Грея, а мыслей создателя я не знаю. Но вот что мне известно точно: сейчас королевская чета не будет следить за ходом боя. Их командиры не дождутся приказов часа три, а может, и больше. Время наступать, и разгромить Маргрит.

- Прикажите нам наступать! - потребовал седой солдат, закуривая трубку.

- Прикажите! - попросили молодые багандцы с ружьями.

Гвардейцы приближались к укрытиям. Совсем близко раздались первые выстрелы, и пулеметные очереди.

Йохан взял в руки два автомата, встал, и сделал несколько шагов навстречу врагу. Он вспоминал особняк Ван Стейнов, и баронессу, которую учил музыке.

"Мы стали врагами, и сейчас ты ждешь моей смерти. Я знаю, что уже ничто не сможет помирить нас в этой жизни, потому что и ты, и я привыкли идти до конца. Но все же сейчас я думаю о тебе, Маргрит, и от этого исчезает и страх, и боль. Это чувство выше всего остального", - прошептал Ван Рудгер.

- Что ты делаешь?! - воскликнула Майс, - Мы сможем победить! Прикажи атаковать.

- Приказываю. Атакуйте, - ответил Йохан, и вышел из укрытия. Он открыл старую деревянную дверь, и зашагал вперед под шквальный огонь.

Маргрит так и не узнала о смерти Ван Рудгера. Пока "Равенство" оттесняло королевскую армию, Хайнз и его супруга пробирались в бастион Грея. Им помогли в этом социалисты, отчаянно атаковавшие корабль с другого фланга.

- Иронично, но мы смогли добраться сюда благодаря врагам, - заметила Маргрит.

Дверь на борт лорда Грея открылась, и несколько грифонов проводили свиту короля к своему повелителю. На секунду Маргрит показалось, что в толпе мелькнуло лицо Хамби.

- Здесь лидер врагов, - шепнула она королю, но когда он оглянулся, рядом была только охрана из дворца.

Еще одна дверь сдвинулась с места, и Грей принял гостей в тронном зале.

- Мое почтение, - сухо сказал король, - прошу, отпустите нашу дочь. Я обещаю объяснить недоразумение.

Невысокий человек в доспехах и волчьей накидке улыбнулся. - Недоразумение довольно серьезное, господин Ван Биль. Вы не находите? Вы заключили под стражу леди Наоми, мою супругу, а затем ее высочество ворвалась сюда, как к себе домой, требуя посвятить вас в новые Стражи. Грифоны и фигуры, наподобие Джумаана, сидящие напротив, рассматривали гостей. - Не знаю, как вам такой прием. На ваш взгляд, соответствует диктатору? - Я обычный король, - ответил Хайнз, - и если вы слышали о временах Альбрехта и о том, как он правил в Баганде, то должны понимать, что я очень мягок. Мы убиваем только тех, кто не согласен с нашими законами, а раньше это делали и шутки ради. - Я знаю, слышал, - ответил Грей, и оглянулся. Его охранники смотрели в темный коридор за длинными флагами. - Некоторые любят обвинять короля в жестокости и репрессиях, но сами при этом не готовы даже показать свое лицо! - сказал он, - Выходите, расскажите, кто вы такой? Или вас стоит вытащить оттуда силой? Хаммер вышел из-за знамен. - Прошу, присаживайтесь, - сказал лорд Грей, показывая на длинный стол в середине зала. Хотя мест хватало на всех, угощений и вина видно не было. - Итак, я должен поблагодарить вас. Вы доставили нам с леди Наоми удовольствие. В прошлом никто еще не заходил так далеко, раньше люди были гораздо проще. - Кто вы? - спросил Хаммер. - О, это хороший вопрос. Я могу ответить на него по-разному. Первый ответ до сего дня полностью удовлетворял любопытство багандских старейшин: я владею Реактором. Он для меня не государство, не страна, и даже не земля, на которую у меня есть права. Он моя вещь, очень маленькая и занятная. Она отвлекает меня от горестей моего мира. - А какие еще могут быть ответы? Все знают, что вы - король всего Реактора, - сказала Маргрит. - Нормальный ответ вы все равно понять не сможете, - усмехнулся Грей, - вы услышите правду, но примите ее за глупость, или решите, что я держу вас за дураков. И все же, попробовать стоит. Реактор- это не мир и не планета, это маленький кубик, который я сейчас держу на ладони, и проверяю его работу. Сам же я, - тут лорд Грей еще больше развеселился и опять задумался, - сам я - машина на гусеницах, похожая на ваш обыкновенный автомобиль, но только оснащенная четырьмя парами рук. В прошлом я, правда, был боевой машиной, отдаленно напоминавшей человеческий облик. И я тоже сбился с пути, назначенного мне прошлой судьбой: мне больше по душе созерцать тьму Вселенной, и говорить с пустотой, чем убивать таких, как моя супруга. - Но как же так? Я не понимаю. Я вижу латы, корону, и волчью шкуру, - сказал прагматичный Ван Биль. - Это не шкура, а мой питомец, - обиженно ответил Грей, сбросил накидку, и она приняла форму живого хищника. Волк обошел гостей, и присоединился к отряду грифонов и существ, напоминавших людей. Два ручных ворона лорда пролетели по залу, и один сел на плечо своему хозяину. - Но вы сейчас здесь, и выглядите, как подобает королю, - сказал Хаммер, - я признаю, что ваша власть огромна. А теперь отдайте мне принцессу Лилиан, и я отведу войска от вашего флота. - С какой стати? - возмутился Хайнз, - Мой лорд, немедленно отдайте нам дочь, или мы прикажем расстрелять леди Наоми. Грей толкнул рукой стол, и на нем появился экран с множеством таблиц. - Вам что, все равно?! Я прикажу сделать это, клянусь! - прошипела Маргрит. - Не тратьте свое время, обменивать вам все равно некого. А я сейчас нахожусь на одной далекой планете. Я вижу вокруг черное небо, и серую пустыню, изъеденную кратерами. Я вижу это не первую сотню лет, и поэтому решил развлечься. В то время, как моя супруга Наоми принимает коллег по космической станции, я тестирую разум, подходящий для наших машин. Они будут выполнять простейшую работу - копать грунт и прислуживать хозяевам. Но все же, они должны быть достаточно умны, и напоминать живых существ. В них должен быть эффект неожиданности, чтобы моей леди не было скучно. Так забавнее, и сейчас я тестирую, кто подходит. Продолжайте, - заинтересованно произнес Грей. - Я не понимаю! Я слышал, что лорд Реактора - шутник и обманщик, но как вы можете издеваться в такой ситуации?! А теперь выслушайте меня. У "Равенства" не было цели нападать на вас. Мы вели войну с королем, и его шпионы пошли на обман. - объяснил Хаммер. - Это так, - согласился Грей. - Что происходит? Где пленная? - злился Хайнз на свою охрану. - Говорю вам: ее здесь нет, и никогда не было, - спокойно отозвался хозяин корабля, - а если вам нечего предложить мне, то не упрекайте меня в несправедливости. - Где Лили? - перебила его Маргрит. - Ее отвели в комнату в конце коридора, - ответил лорд Грей. - Я иду туда, - сказал Хаммер. - Пожалуйста, там не заперто. Хамби поспешил в спальню. Из-за стены отчетливо доносился голос принцессы, и требования выпустить ее. Хайнз и Маргрит последовали следом за Хаммером, и железная перегородка отъехала в сторону. Все, кто искал Лилиан, с удивлением заглянули в темное помещение. Комната была пуста.

- Нужно поспешить, иначе пропустим самое интересное, - сказал Карел, пока солдаты "Равенства" отмечали победу. - Куда теперь спешить? - спросил уставший Леонард, стоящий над телом Йохана. - На борт лорда Грея. Джек Ван Стейн, если вы все еще хотите быть советником, то не задавайте лишних вопросов. Карел непрестанно смотрел на часы. - Вам, Леонард, тоже стоит отправиться с нами. Я слышал, что вам нельзя видеться с ее величеством. При дворе ходят слухи, будто бы после этого Маргрит будет вынуждена выполнить одно обещание, данное Стражу Реактора. - За эти годы у меня возникло много вопросов к сестре, и я не против, - мрачно улыбнулся Лео. Майс сообщила, что соберет остатки армии, и поедет следом в качестве поддержки. - Поезжайте, - согласился шофер, будто он был ее командиром.

- Мне не дает покоя прошлое, - признался Джек Карелу по дороге, - я почти стал бароном, но после того, как Хаммер возглавил Босвел, вынужден был работать прислугой. Это были унизительные годы работы в трактире. - Прошлое лорда Грея тоже не было безоблачным, - ответил водитель. - А кем он был до того, как пришел в наши земли? - Он был машиной. Солдатом, который убивал за неповиновение власти. В тех землях, откуда родом лорд, это считалось нормой и священным долгом для его собратьев. - Но он победил врагов, и стал королем? - догадался Джек. - Он предал своего хозяина, своровал топливо и старый ржавый корабль, а затем спас девушку, которая ненавидела таких, как он. Он похитил ее из умирающего мира, и воспитал, как королеву. Грей применил магию и технологии, известные только ему, чтобы леди Наоми жила так же долго, как и он сам. Но, насколько мне известно, лорд не считает себя ни машиной, ни человеком. Он - странная личность, которая думает, что на самом деле не является ничем вовсе - пустотой, самостоятельно создающей свои образы. Поэтому ведьмы и советники говорят, что он - отец магии. Ради супруги достопочтенный лорд Грей даже доказал свою гипотезу наглядно: он уничтожил свое тело, и переплавил его в другое. Так и делает себя сам. Говорят, что больше всего величайший любит укатить подальше от дома, и сидеть в тишине, глядя на камни. - Скажите, на кого он похож сейчас? И откуда вам известно такое? - спросил Леонард. - То, что мне известно, все равно не имеет ценности в нашем мире, - улыбнулся Карел, - потому что если я скажу, что лорд Грей - железная коробка на колесах, обладающая уникальным интеллектом, то звездочеты сочтут меня сумасшедшим. Поэтому им я предпочитаю рассказывать о его титулах в Реакторе, и о битвах, в которых великий король одержал победу.

Карел почтительно открыл дверцу машины, и пригласил Лео подняться на борт корабля. Маргрит узнала его сразу. Встретившись глазами с ледяным взглядом Майс, она взяла себя в руки, и не стала показывать своего горя. - Мы должны подписать перемирие, и добиться от врагов гарантий безопасности, - шепнула она Хайнзу. - Я не хочу унижения перед смертью. Объяви свои предложения только если уверена, что это сохранит нам свободу, - ответил Ван Биль. - Я так не думаю, - сказал Карел, подойдя к королю. - Предатель! Что ты делал в лагере этих мерзавцев?! - разозлилась Маргрит. - Убить его! Немедленно! - приказал король. - Я исполнял ваше заветное желание, король Хайнз. Время песчаного города подошло к концу, как вы и хотели. Наступила эпоха живых вещей, и предметов, обладающих собственной волей. Давайте посмотрим, кому достанется настоящая победа? С этими словами Карел провел рукой по экрану стола, и положил руку на небольшую точку в середине. Охрана короля окружила его. Маргрит взяла клинок, лежащий на столе, и подошла к своему подданному. - Он - шпион "Равенства"! Нет никаких сомнений, что именно он помог им победить. Да будет вам известно, величайший лорд, что по законам нашей страны я имею право убить изменника где угодно и в любое время! Лорд Грей тяжело вздохнул, и поднялся на трон, наблюдая за гостями. - Нет, Маргрит Ван Стейн, пришло твое время, а не мое, - сказал Карел знакомым голосом. Маргрит попятилась назад. - Убей его! Немедленно! - крикнул Хайнз, узнав Стража. - Эта кнопка под моей рукой сотрет весь твой мир, - сказал Карел, - не будет ни Босвела, ни Баганды, ни океана. Не станет ни вас, ни меня. Если ты нанесешь удар, ты сможешь меня убить - теперь я человек, и ничто не помешает. Но моя рука непременно упадет на стол, и если это произойдет, исчезнет все. Тогда лорд Грей перепишет все заново, и настанут иные времена - без тебя и меня. Без миллионов людей и существ, населяющих Реактор. Выбирай, сделать это, или исполнить клятву, которая сделала тебя королевой? Ведьма связана со всем, что населяет этот мир, почувствуй их страдания и мгновенную гибель. - Арлин... Мы уходим, - сказала Маргрит мужу, - я не могу этого сделать. Стража, помогите нам найти транспорт, мы покинем Баганду. Хайнз рассвирепел. - Столько лет ты стремилась быть лучшей, а теперь не можешь погибнуть с честью? Пусть исчезнет все, только убей его! Маргрит сжала клинок, и сделала шаг вперед. - Нет, это безумие, - сказал Леонард, - сестра, не делай глупостей хотя бы сейчас. Хайнз обнажил саблю, и приставил лезвие к горлу Лео. Маргрит вскрикнула. - Что ты делаешь? После того, как мы потеряли дочь, ты хочешь убить моего брата? Оставь его. - Убей Стража, - потребовал Хайнз, - и тогда ты не увидишь смерть жреца. У тебя есть одна минута. Маргрит приблизилась к Карелу, и застыла, глядя на его ладонь. - Хорошая попытка победить меня, Маргрит Ван Стейн. Никогда еще люди не заходили так далеко, - задумчиво произнес шофер. - Что ты встала?! После поражения в битве мы не можем упустить столь подходящий момент. Убей его, и прекрати все это! - последний раз потребовал король. Сабля надавила на горло Леонарда. Попытки Джека и Майс освободить друга не привели ни к чему - охрана королевы окружила Гертруду и младшего Ван Стейна. - Убей меня, и ты сотрешь узор из песка. Все придется начинать заново, если, конечно, получится, - сказал водитель. Стражники короля крепко держали Леонарда. Хайнз шаркнул лезвием по его шее, и несколько капель крови упали на стол. Лео дернулся назад, и прижался к стене, стараясь не двигаться. Маргрит повернулась, крепко обняла Хайнза, и ударила его в сердце. Стеклянный циферблат разбился, и кинжал остановил безупречный механизм. Королева опустилась на пол, глядя на Лео, но выпустить клинок из рук ей не удалось. Пальцы сжимали рукоять против ее воли. В ужасе она попыталась отбросить его прочь, но острие неумолимо поворачивалось к ней. - Я не в силах его остановить. Что это? - прошептала она. В последний момент она увидела на сверкающем металле гравировку с именем "Джумаан".

Гвардейцы и герцоги во главе с Ван Дер Марселом прорвались на борт корабля после последней схватки с батальоном Майс. Герцог лично увидел гибель королевы. - Монархи мертвы, - сообщил он королевскому генералу. - Что нам теперь делать? Мы не хотим присягать Хаммеру, сыну купца, - спросил другой герцог у лорда Грея, но тот молчал, глядя на море. - Тише, мой друг. Оставь достопочтенного. У королевы остался брат. Его армия одержала победу, и он имеет законное право на трон. - Но вы сами говорили, что Хайнз - самозванец. Значит, и Леонард имеет не больше прав на корону, чем мы с вами, - не согласился герцог. Ван Дер Марсел написал на листке несколько цифр, и протянул другу. - Мы - владельцы плантаций. Это наши убытки в том случае, если власть достанется Гертруде, или начнется очередная война, - сказал он. Герцог внимательно ознакомился с подсчетами. - Да здравствует король Леонард! - закричал он. - Герцогиня, поддержите старых друзей. Босвел не переживет новых потрясений. Подумайте о родине, и давайте забудем обиды, - заискивающе сказал Ван Дер Марсел. - Не делай этого! - огрызнулся Хаммер, - Ты предашь "Равенство"! Ты должна выбрать меня, законного лидера Босвела. Я твой друг и верный соратник! Это моя победа! В ответ Майс только расхохоталась. - Будьте готовы стрелять прямо здесь, если она согласится с ним, - приказал Ван Дер Марсел гвардейцам. - Я признаю власть короля, - сказала Майс, - да здравствует король Леонард! - Да здравствует король! - прокричали обе армии. Хаммер оттолкнул солдат, и вышел прочь. Все побережье было усыпано телами, и охвачено огнем. Он вытащил из-за пазухи документы Лилиан, украденные из дворца, бумаги, подтверждающие ее титул, и бросил в огонь. - Он был уверен, что "Равенство" победит, и его ждет триумф, - сказал шофер Джеку, - поэтому он хотел сжечь все ее фотографии, и сохранить тайну происхождения. - Но зачем он делает это сейчас? - удивился Ван Стейн. - Он никогда ее не забудет. Только надежда на встречу останавливает его от того, чтобы выстрелить себе в голову. Карел покрутил в руках оправу часов, и стеклянный калейдоскоп сложился в узор. - Он будет искать ее повсюду. Почти всю жизнь бунтарь проведет в бегах, и объездит все страны с мыслью найти Лилиан. Он вернется в Босвел в глубокой старости - совершенно слепой, но такой же непокорный и гордый. Король Леонард после долгих раздумий помилует его, и разрешит жить в фамильном особняке вместе с нелюбимой женой, не знающей нашего языка, и сыном, который продолжит семейное дело и станет купцом. - Значит, так теперь выглядит Страж Реактора? - спросил Джек после долгой паузы. - Как я только не выглядел за эти годы! Было время, когда мне пришлось быть настенными часами в одном поместье, и так продолжалось довольно долго. Наступила новая эпоха, где нет явной магии, и сфинксы с грифонами вышли из моды. Но Джумаан всегда может принять вид техники, или какого-нибудь предмета. С работой он справляется прекрасно, - заключил Карел, и положил клинок в ножны. - Что будет со мной и Лео? Как мне предотвратить покушения на него? Ты можешь дать ответ на этот вопрос? - поинтересовался Джек. - Ты станешь советником, Джек Ван Стейн, и узнаешь много тайн, как когда-то Ван Рудгер. Король проживет довольно долгую жизнь, и будет убит тобой. - Нет, - уверенно сказал Джек, - этого не случится. Карел снова взглянул на часы. - Иного выхода, к сожалению, нет. Все варианты событий показывают такой исход. Но тебе не стоит думать об этом слишком много: к тому времени ты будешь единственным наследником короля, и сам поймешь, что традиции и законы, которых придерживается Лео, безнадежно устарели. У тебя не будет другого пути, чтобы защитить Босвел от новых угроз. - Да здравствует король! - прокричали солдаты совсем близко. - Присоединяйся к празднику, советник Ван Стейн. У тебя много работы. Всегда к твоим услугам, - сказал Карел, и удалился к автомобилю Джека.

Босвел, десять лет спустя.

В Южном Босвеле приближались зимние праздники. - Поместье, которое Хаммер, будь он неладен, отдал семье Дайтонов, по-прежнему не вернули законным наследникам, - сообщила торговка на рынке своей знакомой. - Так где же их найти? - со знанием дела ответила та, - Одни погибли в войне с канцлером, другие - в Баганде. Имения пустуют, потому что за них нужно платить. - Король дал Дайтонам титул, и сегодня они празднуют совершеннолетие старшей дочери, - сказала хозяйка лавки.

Джек Ван Стейн дождался окончания разговора, и выбрал подарок для молодой графини. Вспоминать о ней всегда было приятно, но это никогда не мешало его планам. - Все будет так, как мне нужно. Уже совсем скоро поместье станет моим, господин Дайтон! - тихо произнес Джек, и подкинул игральный кубик.