Re:King

Сильнейший человек

Кинг лежал на камнях, чувствуя, как сама его сущность растворяется под испепеляющим космическим излучением, испускаемым новой божественной силой Гароу. Воздух трещал от энергии, мрак затмевал солнце, а почва под ним превращалась в стекловидную корку. Всё его тело пронзала невыносимая боль.

Последним сознательным усилием, на которое ещё был способен его отчаянный разум, стало желание защитить.

Он увидел Фубуки, прижался к ней, пытаясь своим широким торсом и клетчатой рубашкой, уже тлевшей по краям, создать хоть какой-то барьер между ней и уничтожающей реальность силой. Последнее, что он успел сделать, так это прикрыть Адскую Метель клетчатой рубашкой и своим телом, надеясь, что его кости станут хоть каким-то щитом.

Тьма сгущалась, боль отступала, уступая место ледяному онемению, расползающемуся от конечностей к сердцу. В затуманенном разуме Кинга, теряющем связь с реальностью, всплыли обрывки воспоминаний, яркие и кристально ясные, как будто подсвеченные изнутри. Они начались со слов Секингала, произнесённых с той невозмутимой и слегка усталой мудростью, которая была ему свойственна.

— Неважно, булыжник ты или бриллиант. И тот, и другой — драгоценные камни, если использовать их в нужное время в нужном месте.

В нужном месте... В нужное время.

Ирония судьбы была слишком очевидной и слишком жестокой. Он, величайший мошенник, притворявшийся сильнейшим, оказался в эпицентре битвы за сохранение человечества, где его удача и грозная репутация сильнейшего человека были абсолютно бесполезны.

— Значит, даже такой невзрачный булыжник, как я, сможет проявить себя.

Эта мысль, это слабое, отчаянное утешение случайно вырвалось изо рта Кинга шёпотом, едва слышным сквозь грохот сражения. Но его услышал Стальная Бита.

Парень обернулся, и на его лице промелькнула лёгкая улыбка.

— Скромность — твоё второе имя, я смотрю. Рассчитываю на тебя, Кинг.

— Ха-ха...

Он издал сдержанный, низкий смешок, который все вокруг приняли за уверенную усмешку титана, наблюдающего за бурей. Внутри же это был просто спазм паники, судорожная попытка выдавить из себя хоть какой-то звук, чтобы скрыть парализующий ужас.

— Мистер Кинг...

Тонкий, неуверенный голосок заставил его вздрогнуть. Это был Тарео. Мальчик, которого он только-что спас из лап ассоциации монстров. Тот самый мальчик, чья вера в него была абсолютной и непоколебимой, как скала. И эта вера сейчас была тяжелее любого монстра.

Кинг, всё ещё пытаясь сохранить маску невозмутимости, повернул голову на сорок пять градусов влево.

— Хм?

— Прошу вас, Вытащите и того дяденьку, который спас меня! Он всё ещё в логове!

Продолжая с титаническим усилием скрывать бурлящую внутри панику, величайший герой полностью развернул свой корпус к Тарео. На его лице изобразилось удивление.

— А? Какой ужас! А кто он вообще такой, этот твой дяденька? Герой?

Тарео, не в силах сдержать слёзы, которые теперь текли по его грязным щекам, пытался озвучить свою просьбу сквозь всхлипы:

— Не знаю... Н-но... Когда найдёте его... Не обижайте, пожалуйста!

Эта просьба, такая детская и такая искренняя, обрушилась на Кинга с новой силой.

Удивление на лице Кинга не было притворным в этот миг. По его виску, преодолевая ауру непобедимости, скатилась тяжёлая, холодная капля пота. Что он мог обещать? Он не мог никого спасти. Он был пустышкой. Но он видел глаза Тарео.

— Х... Хорошо. Обязательно спасём. И обижать не будем... Конечно.

Слова повисли в раскалённом воздухе, и в этот момент разум Кинга, словно сорвавшись с якоря, резко вернулся из прошлого в угасающее настоящее.

Я вышел сюда, осознавая все свои риски и всё же... Из-за громкого имени ко мне в противники навязывались всё более отпетые монстры. Я прекрасно знал, что мой конец рано или поздно настанет. 29-летний отаку, в десять раз трусливее обычного человека, не может быть героем. Простите меня за то, что я, обычный человек, который просто притворялся сильным! Сайтама здесь! Он настоящий герой, ни то что я. Сайтама спасёт их всех...

С этими мыслями, полными отчаяния, стыда и странного облегчения от того, что маска наконец-то может быть сброшена, Кинг закрыл глаза.

Внезапно его веки сами собой взлетели вверх, и его зрачки получили резкий, болезненный удар от яркого, почти безжалостного солнечного света.

Кинг инстинктивно, со всей силы зажмурился и вскинул руку, чтобы прикрыть лицо. Ладонь наткнулась на лоб.

Он осторожно, через щель между пальцами, позволил себе взглянуть. Перед ним был не адский пейзаж, а... синее небо с парой пушистых облаков.

Урон, полученный от облучения силой Гароу... Будто и не существовал.

Он тщательно ощупал себя. Его обычная белая футболка, брюки и клетчатая рубашка, которая должна была укрывать Фубуки. Одежда была цела и чиста, без единого пятна или дыры.

Поблизости никаких героев, участвовавших в операции. А когда я успел принять стоячее положение?

Он опустил голову, и его взгляд упал под ноги. Земля была вымощена грубыми, неровными камнями, местами стёртыми до гладкости множеством ног, местами покрытыми мхом. Работа была грубоватой, примитивной, ничего общего с привычным аккуратным асфальтом.

Резкий, непривычный звук заставил его вздрогнуть и поднять голову. Перед его глазами, плавно покачиваясь, проехала повозка на массивных колёсах. И её тянуло странное существо. Огромное, покрытое чешуйчатой кожей ящероподобное создание. Оно лениво перебирало лапами, а из его ноздрей вырывались клубы пара.

Кинг инстинктивно приготовился к худшему, Но... Никто не кричал. Прохожие в странной одежде спокойно расступались перед повозкой, не обращая на ящера особого внимания. Один мужчина даже похлопал чудовище по боку, словно это была обычная лошадь.

Кинг медленно, с нарастающим ужасом, оглядел окрестности. Он стоял на просторной площади, в центре которой бил фонтан. Вокруг возвышались дома с остроконечными черепичными крышами. Воздух пах свежей выпечкой, сеном и чем-то чуждым, неизвестным. Не было ни одного знакомого здания, ни одного провода, ни намёка на современные технологии.

Сдавленный, хриплый вздох вырвался из его груди. Не в силах больше стоять под этим чужим солнцем, ощущая, как почва уходит из-под ног в прямом и переносном смысле, Кинг зашагал, почти побежал, с площади. Его ноги сами понесли его в первый попавшийся узкий, тёмный переулок.

Здесь, в прохладной тени, где пахло сыростью и гнилыми овощами, он наконец прислонился к шершавой каменной стене и, почти не контролируя себя, сполз по ней, опустившись на землю.

И тогда сердце, до этого момента замершее в оцепенении, ударило с такой силой, что Кингу показалось, будто эхо отскочило от стен переулка.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Глухой, мощный, ритмичный грохот, похожий на работу двигателя, разорвал тишину.

Это был звук, который общественность признала как "Двигатель Кинга" — последнее, что слышали монстры в присутствии Кинга перед своей смертью.

Герои уже должны были прийти и убить того ящероподобного монстра, но... Даже простые люди их не боятся... Они используют их вместо лошадей. Повозки, неасфальтированная дорога, эта архитектура...

Он сжал кулаки, почувствовал привычную слабость в мышцах. Никакой космической энергии, никакой скрытой силы. Всё то же самое.

Это похоже на ту мангу, которую я читал. Не может быть такого, чтобы я...

— Попал в другой мир... — наконец сорвалось с его губ, тихо и отчаянно.

— Что ты там бормочешь?

Случай в переулке

Кинг, за всё это время успокоившись достаточно, чтобы никто не слышал звук его "двигателя", резко развернулся на 180 градусов и увидел трёх...

А их вообще возможно принять за людей?

Тот, что слева, имел рост около 130 см, если не ниже. Он носил максимально странную прическу: волосы были жёстко зафиксированы в широкую, плоскую шапку, которая резко расширялась от висков к макушке. Это делало его похожим на...

— Гриб...

Слово сорвалось с губ Кинга прежде, чем он успел его обдумать. Это была не насмешка, а чистая, почти детская констатация факта, выдавленная наружу остатками шока от всего произошедшего.

Ой, чёрт. Случайно вырвалось.

— Ты кого грибом назвал, ублюдок?! — взвизгнул карлик, его лицо, и без того не отличавшееся приятными чертами, исказилось от ярости. Он затопал короткими ногами.

Мальчик-гриб продолжал злиться, когда услышал сдавленный смешок, а затем и откровенный хохот своих же напарников. Звук, казалось, ещё больше распылял его.

— А ведь он прав, Гастон! — произнёс средний из троицы.

Это был худощавый парень с голубыми волосами, падавшими на узкое лицо. Уголки его губ были подняты в сдержанной, язвительной улыбке, подтверждая высказывание Кинга.

— Хахахахаха, да. Что не говори, а ты самый настоящий гриб, Канберли! — залился густым, булькающим смехом толстяк с фиолетовыми глазами и волосами, одетый в зелёный жилет, оранжевый пояс вокруг талии и чёрные ботинки.

Он также разделил мнение Кинга.

— Прекратите! Рачинс! Гастон! — взревел Канберли, и во время этого отчаянного, полного обиды упрёка с его левого глаза, скатившись по грязной щеке, упала одна единственная, блестящая слезинка. Это зрелище было одновременно жалким и отталкивающим.

Пользуясь моментом разлада в рядах противника, Кинг снова развернулся, всем своим видом демонстрируя намерение уйти, как вдруг его окликнул Гастон — тот самый толстяк. Голос его потерял насмешливый оттенок, став низким и наставительным.

— А куда это ты собрался, парень?

Кинг остановился, медленно повернув к ним только голову. На его лице читалось лишь спокойное, слегка отстранённое любопытство.

— Вам что-то от меня нужно?

Он искренне не понимал, чего это трио, больше похожее на сборище неудавшихся клоунов, от него хочет. В глубине души он даже ощутил слабый прилив облегчения: это не фанаты, ждущие от него новых свершений. Хоть он внешне, конечно, и не показывал свою радость.

— Можешь оставить здесь все свои деньги и идти. Сегодня у нас хорошее настроение, — протянул Гастон, широко улыбаясь.

Настроение, судя по довольным физиономиям, было хорошим у Гастона и Рачинса, но никак не у Канберли, который, стиснув челюсти, решил стерпеть унижение даже от своих же товарищей — видимо, в надежде позже выместить злость на жертве.

— У меня нет денег, — честно ответил Кинг, постучав себя по пустым карманам брюк. В них действительно не было ни гроша. Даже если б у него и были деньги, в этом мире валюта, скорее всего, другая.

Сердце Кинга, только-только утихомирившееся, ответило учащённым стуком, ставшим чуть громче.

— В таком случае, тебе не повезло, ублюдок!

Эти слова, полные накопившейся ярости, резко вырвались из горла Канберли.

Карлик сделал шаг вперёд, жаждущий наконец-то отомстить за оскорбление своего роста и достоинства.

Худощавый Рачинс, не теряя язвительной улыбки, плавным движением достал из-за пояса два коротких, изогнутых, как когти, ножа. Металл блеснул тускло в слабом свете, пробивавшемся с улицы.

— И что вы собираетесь делать? — спросил Кинг. Его голос звучал ровно, почти монотонно.

Внешне Кинг не показал и тени страха — годы притворства сделали своё дело.

Но именно этот спокойный, почти безразличный тон, отсутствие паники или угрозы, заставило бандитов подумать, что перед ними не жертва, а кто-то, кто считает их ниже себя. Это было высокомерное заявление в их восприятии.

— Конечно же изобьём тебя, придурок! — прошипел Гастон, его жирное лицо покраснело.

Сдержанная улыбка Рачинса исчезла, сменившись холодной сосредоточенностью.

Этот дегенерат считает, что он лучше нас?! Весь такой уверенный стоит и надменно заявляет о нашей никчемности! — пронеслось в голове у Гастона, и эта мысль была подхвачена двумя другими идиотами.

— Ок.

Это единственное, короткое слово, вырвавшееся изо рта Кинга, стало спусковым крючком. Не для него — для его сердца.

В ответ на нарастающую, дикую панику его сердце забилось с такой силой, что казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ

Грохот заполнил узкое пространство переулка, отдаваясь от каменных стен низкочастотным, зловещим гулом. Это был уже не просто стук — это был рёв механизма, звук приближающегося неминуемого возмездия. Звук был настолько громким, физически ощутимым, что эта троица не могла его не услышать.

— Чувак. П-просто от-тдай нам то, что у тебя есть, и б-будь свободен, — голос Канберли вдруг дрогнул, и вся дерзость из него испарилась, уступив место леденящему страху.

Трио идиотов и не могло подумать, что этот леденящий душу звук вызван паническим страхом самого Кинга.

Вместо этого их глаза, будто загипнотизированные, прилипли к его лицу. Которое, впрочем, почти не изменилось. Лишь глаза казались чуть более прищуренными от внутреннего напряжения.

И это, в сочетании с абсолютно расслабленной, даже скучающей позой, создавало жутковатый диссонанс. Его выражение будто говорило им без слов: А ведь у вас был шанс уйти живыми.

Именно так и подумали эти трое, когда великий Кинг, не сказав больше ни слова, сделал один шаг вперёд в их сторону.

Они, как по команде, спустя секунду отпрыгнули назад, сталкиваясь друг с другом, и в унисон зажмурились, инстинктивно готовясь к смерти.

— Довольно, злодей!

— Достаточно.

Два голоса, женский, похожий на колокольчик, и твёрдый мужской, прозвучали почти одновременно, но с разных сторон, разрезая напряжённую тишину, что наступила после рокота сердца.

С одной стороны, из глубины переулка, позади съёжившихся бандитов, вышла девушка в одежде королевских синих тонов со спадавшими до бёдер волосами и глазами цвета аметиста, полными решимости.

Кинг, слегка ошеломлённый, машинально обернулся на другой голос и увидел молодого парня, блокировавшего выход из переулка. Пылающе-красные волосы, идеально уложенные, голубые глаза цвета ясного неба — глаза, которые можно было описать лишь словом "уверенные". В них не было и тени сомнения. Он был немного ниже Кинга, сантиметра на три, но сложен намного лучше: плечи были широкими, осанка безупречной.

Сердце Кинга, и без того работавшее на пределе, в ответ на появление двух новых, явно неординарных персонажей, начало биться вдвое громче.

Этот звук стал последней каплей для и без того напуганных до смерти бандитов.

Не дожидаясь развития событий, с дикими, нечленораздельными воплями они бросились в ту сторону, с которой вошла девушка, ловко проскочив мимо неё, как стая перепуганных крыс.

— Просто верните то, что украли!

Девушка сказала это, смотря на Кинга и попытавшись сделать суровое, грозное лицо, но безуспешно — её мягкие черты не желали принимать угрожающее выражение.

Она мне это говорит? Но я же ничего не крал. Может, она просто не видела в лицо своего же вора или думает, что я с ним заодно?

Эта мысль заставила его внутренне напрячься ещё сильнее, что, возможно, было бы замечено новыми знакомыми, если бы не слова красноволосого парня, обращённые к девушке.

— Леди Эмилия?

— Райнхард?

О, похоже, что они знают друг друга. И, вроде как не собираются нападать.

С этими мыслями Кинг начал успокаиваться, что не осталось незамеченным этим дуэтом.

— Я рад, что сейчас все в безопасности, но должен спросить, действительно ли вы собирались убить этих молодых людей?

Чего? Какое ещё убийство? Это меня на нож посадить хотели!

— Они просто пытались меня ограбить. Я не собирался никого убивать.

Кинг ответил, искренне негодуя со слов Рейнхарда.

— Вот как. Прошу прощения за свои подозрения. Я Райнхард Ван Астрея, член королевской гвардии.

Он сделал шаг вперёд и, в знак мирных намерений, протянул руку. Жест был открытым и честным.

— Кинг. Просто Кинг.

Он пожал руку, окончательно успокоившись.

— А как ты вообще узнал про меня?

— Звук твоего сердца был достаточно громким, что я услышал его, прогуливаясь по рынку неподалёку, — объяснил Райнхард без тени насмешки.

— Я уж думал, вы действительно собирались высвободить свою силу и убить тех парней. Ещё раз прошу прощения.

И снова мой страх принимают за силу. Если б они только знали...

Кинг почувствовал знакомую горечь недопонимания, которое теперь, похоже, последовало за ним и в другой мир.

Райнхард, закончив объяснения, кивнул и, видимо, собирался попрощаться и уйти по своим делам, как услышал вопрос девушки, обращённый уже к Кингу.

— Извините, Кинг-сама, — начала она вежливо, слегка нервно перебирая складки платья.

— Вы не видели вора, который украл мой знак отличия?

Я в этом мире около десяти минут, а уже вляпался в новую неразбериху. Возвращаясь к её вопросу...

Он задумался на секунду, вспоминая обшарпанный вид бандитов и применил логику.

— Если вор, значит, скорее всего, нищий, — произнёс он вслух, размышляя.

— Если нищий, значит, живёт в каких-нибудь трущобах.

В этом городе же есть трущобы? Думаю, они представляют собой что-то вроде города Z в средневековом стиле, но только с реально живущими там людьми и без монстров.

Завершив свои мысли, он просто пожал плечами.

— А ведь верно! Благодарю вас, Кинг-сама.

Она, кажется, получила нужное направление для мыслей, развернулась и уже собралась уйти, полная новой решимости, как вдруг услышала голос Райнхарда:

— Хоть у меня сегодня и выходной, леди Эмилия, но я был бы рад вам помочь в поисках.

Может, Райнхард и является одним из героев этого мира? В моём мире он бы мог быть героем А класса, не ниже, учитывая страх бандитов перед ним.

— Спасибо, но я не хочу впутывать тебя в свои проблемы. — Девушка покачала головой, пытаясь вежливо отказаться от помощи, очевидно не желая обременять рыцаря.

Но её остановил Кинг.

— В такие места без охраны ходить не следует.

В подобных районах и ограбления происходят намного чаще, чем в центре города. Хотя, с моей удачей, разницы нет.

— И я тоже мог бы пойти с вами, если вы не против.

Я буквально ничего не знаю об этом мире, это будет лучшим для меня вариантом. Простите, что я такой бесполезный и вам приходится брать меня в свою команду.

— Правда? — глаза Эмилии широко раскрылись от неожиданности, но затем в них мелькнула тень сомнения и привычной, как показалось Кингу, настороженности.

— Н-но, я ведь полуэльф! — выпалила она, как будто произнося некое страшное признание.

— Хм? — Кинг в искреннем недоумении приподнял одну бровь. Этот факт ничего не менял в его глазах. Он видел девушку, которая ищет свою вещь и, кажется, нуждается в помощи.

— А ещё у меня серебристые волосы! — добавила она, как будто это было ещё более пугающим обстоятельством.

Я может и слабый, но уж точно не слепой.

— И что с того? — спросил он просто.

Её глаза расширились ещё больше, наполняясь удивлением, смешанным с глубоким недопониманием. Казалось, она впервые слышит такой вопрос.

— Н-но ведь... — она запнулась, не находя слов.

— Леди Эмилия, — мягко вмешался Райнхард, — господин Кинг, судя по всему, ничего не имеет против вашей внешности или происхождения и искренне предлагает помощь.

Лицо девушки не утратило своего изумлённого выражения, но по его краям, подобно первому лучу солнца, пробивающемуся сквозь облако, появилась лёгкая, неуверенная, но искренне счастливая улыбка. Она была едва заметна, но преобразила всё её лицо.

Неожиданно сложившееся трио вышло из переулка на залитую солнцем улицу, направляясь к трущобам. Двое — с чёткими целями и чувством долга, один — с тихим ужасом перед неизвестностью и надеждой просто выжить в этом странном мире в одиночестве.

Факт: Рост Кинга 187 см, а Райнхарда — 184.

Дом добычи

Спустя пол часа они вошли в трущобы и столкнулись с ожидаемым развитием событий. Кинг снова был полезен.

Величайший герой ходил хоть и в чистой, но весьма простой одежде и имел довольно длинные волосы и шрам на левой части лица, из-за чего его точно не могли перепутать с дворянином.

— Йооооу, парень! Не знаешь, где можно скупить украденное?

Интонация такая, будто снова заваливаюсь к Сайтаме с вопросом, взял ли он мою игру. А сейчас он был бы тут очень кстати.

— Если это Фельт, то твоя вещь, скорее всего, сейчас в доме с добычей. Украденные вещи помечаются и хранятся там, а владелец собирает их, чтобы продать в другом месте.

— А если владелец просто сбежит с товаром?

— Он владелец, поскольку они уверены, что он этого не сделает. Но даже если вы скажете ему, что у вас что-то украли...

— За даром он эту вещь не вернёт, я понял. Спасибо.

У Эмилии ведь есть деньги? Будет довольно проблемно, если им придётся вступать в битву, пока я рядом.

— Как удивительно, что вы смогли получить всю нужную информацию от первого же человека, Кинг-сама.

Похоже, что Эмилия действительно восхищалась Кингом.

— Что важнее... Этот значок выглядит дорогим? Даже если они завысят цену, не зная рыночной стоимости, это будет...

— У него есть маленькая жемчужина в центре. Я не знаю его денежную стоимость, но он определённо не дешёвый.

— У кого-нибудь здесь есть деньги, чтобы выкупить его обратно?

— Я просто возвращаю то, что у меня украли, почему я должна платить за это, интересно...

— Справедливый вопрос. Если есть возможность решить всё мирно, пусть будет так.

Я не хочу умирать...

— Я могу его выкупить. Предположительная сумма — 20 святых монет.

Не знаю, сколько Райнхард получает будучи рыцарем, но эта сумма точно немалая.

Десять минут спустя

Они подошли к так называемому дому с добычей.

— А он больше, чем я думала...

По оценкам Кинга, он был размером с круглосуточный магазин.

— И находится в самой глубокой части трущоб.

Райнхард подметил довольно неудобную деталь. Это ещё одна причина решить всё мирно.

— Чтож. Если тот человек сказал правду, владелец этого места должен быть там.

Кинг постучал в дверь, за которой послышался голос старика.

— Крысам...

Пароль? Допустим...

— Яд.

— К скелетам...

— Яма...

— Для божественного дракона мы...

Чисто логически... Если они нищие, значит...

— Мешки с дерьмом?

Дверь сразу открылась изнутри.

Максимально странный пароль...

Это был высокий лысый старик, слишком высокий даже для такой двери.

Он увидел святого меча и сразу схватился за свою дубинку размером с полноценного человека, но был остановлен словами самого Райнхарда.

— Я не пришёл сюда, чтобы арестовать вас. Мы просто хотим выкупить одну вещь. И вообще у меня сегодня выходной.

— Ты понимаешь, насколько плохим рыцарем ты являешься после последних слов?

Старик расслабился и отложил дубинку в сторону, отходя от двери и приглашая их внутрь.

Помимо старика в помещении находилась миниатюрная девочка со светлыми волосами, длинной по плечи.

В следующую секунду она посмотрела на Кинга и в её глазах начал читаться страх. Она, кое-как, заикаясь и указывая на него, смогла произнести одну фразу.

— С-старик Ром! К-какого чёрта этот м-мужик здесь д-делает?!

— Успокойся, девочка. Мы просто хотим купить у тебя украденное.

Удивительно, но слова святого меча её успокоили.

До тех пор, пока напряжение не спало и они не увидели Эмилию...

— Юная леди... Ты ведь эльфийка, не так ли? — спросил Ром, который уже сам начал слегка дрожать от страха.

— На самом деле я всего лишь полуэльф.

Она говорит это так, будто признаётся в убийстве, если не хуже.

— Полуэльфийка... С серебряными волосами?! Не говори мне...

— Это случайное сходство! Я тоже нахожу его довольно неприятным...

Кинг не понял смысла их диалога, но понял, что для Эмилии он был неприятен.

— Так ты всё это время просто игрался со мной, мужик? — спросила Фельт, смотря на Кинга.

— О чём ты?

— Ты ещё в переулке активировал свою ауру смерти или что-то такое, отчего в радиусе пары километров раздавался звук и было очень страшно. Я едва успела запрыгнуть на крышу одного из домов, чтобы сбежать.

И снова они думают обо мне именно таким образом. Конечно...

— Защитная реакция от того, что меня грабят.

Удивительно, что Кинг всё это время в трущобах оставался довольно спокойным. Его "двигатель" не был слышен и ему удалось избежать некоторых проблем.

В этот момент Кинг заметил тень, которая незаметно для обычного человека приблизилась к Эмилии сзади.

— СЗАДИ!!!

Это всё, что мог успеть Кинг, чтобы спасти положение.

Чувственная улыбка пронеслась сквозь тени в комнате, и серебряный блеск, который, казалось, набросился на шею девушки.

Треск.

В барабанных перепонках Кинга раздался не звук удара клинка по кости, а звук стали, разбивающей стекло.

Эмилия слегка опустила тело, и за её головой возник магический круг, светящийся бледно-голубым светом.

Нож был остановлен, когда он врезался в неё головой вперёд, магический круг идеально защитил её шею от лезвия.

— Пак...

— Это действительно было близко.

Эмилия прыгнула вперёд и развернулась. Из-за её плеча выглядывал маленький зверёк с серым мехом, похожий на кота.

Тот со смешанным выражением лица хмыкнул и взглянул на Кинга своими тёмными глазами.

— Зря я предполагал о тебе худшее. Ты спас нас.

— Ага.

Это всё, что мог сказать Кинг, не понимая, почему странный говорящий кот не вылез раньше.

— Великий дух, так ещё и святой меча. Ха-ха-ха, замечательно! Это точно будет мой лучший танец! Покажите мне ваши кишки!

Знакомая убийца подняла свой нож кукри к лицу, которое было наполнено экстазом.

Её внезапное появление наравне с высказыванием заставило сердце Кинга биться многократно быстрее и громче, что было слышно на весь дом добычи.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— ДА КАКОГО ХРЕНА?! — Крикнула Фельт, шагнув вперёд.

Она указала на девушку с кукри и вытащила знак отличия из своей груди.

— Я думала, твоя задача — приобрести знак отличия. Превращение этого места в море крови не было частью сделки!

— Приобретение знака отличия — это действительно моя работа. Но переговоры невозможны, так как ты привела с собой владелицу, поэтому я решила изменить свои планы.

Лицо Фельт покраснело от гнева, но, столкнувшись со взглядом их заказчицы, полным убийственного намерения, она рефлекторно отступила назад.

Заказчица посмотрела на неё сверху вниз, как будто считая её страх очаровательным.

— Я порублю всех здесь, а потом заберу знак отличия.

Похоже, что...

— Она изначально не собиралась вас отпускать. — констатировал Кинг и его сердце забилось громче.

— А ты ещё один удивительный парень? Какой чудесный день! И с кого же мне начать?

— Достаточно. Твоим противником буду я!

Райнхарду надоело слушать слова девушки и он вышел вперёд.

— Подожди. Эти чёрные волосы и одежда, а также изогнутый клинок, характерный для севера. Ты ведь "Охотница за кишками", верно?

Что за отвратительное прозвище? Охотник на героев даже и близко не стоит. Это при том, что он достиг божественного уровня.

— Есть несколько вещей, о которых я хотел бы спросить тебя. Настоятельно рекомендую сдаться.

— Думаешь, голодный хищник устоит перед великолепным стейком, с которого капает кровь?

— Выбора нет. Господин Кинг, отведите старика с остальными в безопасный угол.

— Понял. Судя по всему, эта женщина — монстр, так что не теряй бдительности.

Думаю, её можно сопоставить с монстрами демонического уровня, примерно.

— К счастью, охота на монстров - моя специальность.

С этими многообещающими словами Райнхард двинулся вперёд с абсолютным спокойствием на лице. Он даже не достал меч у бедра, а подошёл к стойке с оружием и достал обычный меч.

— Ты не будешь использовать меч у своего бедра? Я бы с удовольствием испытала его легендарную остроту.

Эльза безрассудно указала на меч Райнхарда, она хотела встретить его в лучшем виде. Но Райнхард в ответ покачал головой.

— Этот меч можно достать только тогда, когда есть необходимость. То, что он не покинул ножны, означает, что сейчас не один из таких случаев.

— Похоже, на меня смотрят свысока.

— Я тоже нахожу это суждение весьма печальным. Поэтому я воспользуюсь им. Ты не против?

— Нисколько. Аааааа, замечательно. Пожалуйста, развлеки меня!

Эльза едва успела произнести эти слова, как пространство внутри склада искривилось.

У Кинга возникло ощущение, что в доме стало темнее и температура резко понизилась, заставив его слегка задрожать от этого холода.

Раздался задыхающийся крик. Не было понятно, принадлежал он Эльзе, или это был Кинг.

Яркий свет прорвался сквозь дом добычи, лишившийся крыши, и расколол само пространство надвое.

Казалось, будто сам мир вышел из равновесия: этот ослепительный свет мгновенно окрасил комнату в белый цвет, но мир внезапно изменился, когда свет погас.

Искаженное пространство начало возвращаться в нормальное состояние, и последующий удар такой мощной силы, что он даже деформировал атмосферу, теперь бушевал в комнате, словно буря.

Порывы ветра обхватили здание, мебель и деревянные обрезки и с силой швыряли их, а Кинг отчаянно держался за Эмилию, Фельт и Рома, чтобы защитить их от возможного ущерба. От такого развития событий сердце Кинга не переставало биться, издавая характерный для него звук.

Он взмахнул мечом всего раз. И вот к чему это привело.

Наконец, буря стихла, и звуки падающих на землю обломков с унылым скрипом самого здания возвестили о завершении.

Источник этого разрушения повернулся к квартету с лёгкой улыбкой.

Его пылающие рыжие волосы были взъерошены бурей, и даже на его бесстрастном лице выступили капельки пота.

— Похоже, я переусердствовал. Отдыхай.

Меч рассыпался в его руке, его простота не выдержала атаки Райнхарда. Атаку настолько мощную, что она моментально уничтожила Эльзу, которая приняла её на себя.

Сердце Кинга постепенно начало успокаиваться, однако, он не мог не задать вопрос.

— Всё закончилось?

— Да.

— Спасибо, Райнхард. Ты серьёзно спас меня сегодня.

Дважды.

— Я был рад помочь, но вы и сами могли справиться.

Это максимально ошибочное суждение.

Кинг, наконец, смог расслабиться достаточно, чтобы пошутить.

— Рыцарский долг, да? В него входит уничтожение старых зданий?

— А вы довольно суровы, господин Кинг.

Райнхард прикоснулся к своей груди, как будто это задело его больное место. Теперь, когда он устроил такую катастрофическую сцену, его неизменное дружелюбие казалось немного пугающим.

— Эта девушка...

Эмилия вспомнила о присутствии Фельт.

Та немного опустила лицо, а затем прошептала тихим извиняющимся тоном.

— Простите... За эту ситуацию...

В следующую секунду Кинг издал кашель, привлекая к себе внимание.

— Мы ничего не забыли?

— Ой, точно.

Фельт продолжила, доставая значок из кармана.

— Если он для тебя так важен, спрячь получше, чтобы в следующий раз не украли.

— Мне кажется немного странным получить такое предупреждение от тебя... Если возможно, я бы предпочла, чтобы ты перестала заниматься подобными вещами.

— Это невозможно. Позволь мне сказать тебе, я хотела вернуть его только потому, что твои друзья спасли мне жизнь. Не думаю, что сделала что-то плохое, и я не намерена останавливаться.

Фельт наконец достала значок. На мгновение перед её глазами промелькнул красный блеск. Одному человеку свет показался знакомым и через мгновение...

— Эй?!

— Райнхард?!

Он схватил её за руку, которая держала знак отличия сбоку. Удивление наполнило глаза девушек, Кинга и старика Рома, который не успел ничего сделать, как его тело обмякло, упав рядом с Фельт.

Неужели я ошибался на его счёт?!

Сердце Кинга снова начало агрессивно стучать. Он подумал, что Райнхард хочет убить всех присутствующих, что хоть и было бессмысленно, но его действия вызывали именно такие мысли.

— Райнхард, подожди. Я понимаю, что будет нелегко вот так просто отпустить её. Но она не знала истинной ценности знака отличия. И я, человек, у которого она его украла, тоже не намерена делать из этого проблему. Я тоже виновата в том, что позволила его украсть, так что...

— Дело не в этом, леди Эмилия...

Райнхард хотел продолжить объяснение, как вдруг деревянный обломок разлетелся вдребезги, и из-под него появилась чёрная тень. Чёрные волосы тени плясали позади неё, когда она сильно оттолкнулась от пола, чтобы ускориться, истекая при этом кровью, крепко сжимая раздавленный кукри.

— Ты!

Она нацелилась на Кинга...

А Я ЗДЕСЬ ПРИЧЁМ?

Сердце Кинга забилось сильнее, чем когда-либо.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Ещё доля секунды и Эльза достигла бы Кинга, но...

Пол под ней... Провалился.

Этого хватило, чтобы Кинг в страхе отошёл назад и удар ножом прошёл по воздуху, так и не достигнув своей цели.

— Да ты издеваешься?!

Райнхард возник перед ней, и она поняла, что продолжать бой бессмысленно. Эльза бросила нож кукри в руку Райнхарда, хотя он был полностью согнут после её последней атаки на величайшего.

Он не попал в рыцаря из-за его Божественной Защиты.

— Когда-нибудь я вспорю животы всем в этой комнате. Так что до тех пор берегите свои кишки!

Это дало Эльзе достаточно времени, чтобы вскочить на гору обломков. Преследовать её теперь, когда она ловко перепрыгивала с крыши на крышу, было бы слишком проблематично. Не желая больше сражаться, Райнхард намеренно остался позади, решив не преследовать её. Увидев, как она скрылась вдали, он подбежал к величайшему.

— Господин Кинг, вы не ранены?

Райнхард едва успел задать этот вопрос, когда увидел Кинга без сознания.

Ошибочный идеал

Со спящей Фельт на руках, смотря на Кинга, лежащего без сознания, Райнхард издал довольно заметный вздох.

Не смотря на объективное мнение о идеальном образе святого меча, с его субъективной точки зрения, его небрежность приводила его в такое уныние, что никакие слова не могли описать.

Эмилия положила голову Кинга на свои колени и начала использовать магию исцеления.

Внешне, на Кинге не было никаких ран. Будто он просто упал от ментального истощения.

И всё же. Пол не мог провалиться так легко... Это господин Кинг так использовал свою силу? Но я не заметил ни единого движения с его стороны. Неужели он настолько быстр, что я не смог разглядеть? Неудивительно, что он оказался достоин меча Рейда. Даже я могу проиграть. Спасибо, что вы на нашей стороне. Но если бы у господина Кинга не было этой силы... Я бы позволил ему получить травму, а потом мешал Эмилии исцелить его из-за своих врождённых особенностей...

— Хорошо, этого должно быть достаточно.

Когда Райнхард с закрытыми глазами размышлял , до его ушей донёсся голос, похожий на колокольчик.

— Я закончила его лечение. Похоже, что он просто устал.

Что же вам пришлось пережить до этой встречи, Кинг-сама?

— Это прекрасная новость, леди Эмилия. А теперь позвольте мне...

Райнхард бодро подошёл к Эмилии, опустился на колено и опустил голову.

— Из-за своей небрежности я причинил вам много беспокойства. Я приму любое наказание за эту неудачу.

— Знаешь, я не понимаю, почему вы оба такие.

— А?

— Вы пришли, чтобы спасти нас от опасности и уладили всё ни то что без смертей. Без единого ранения. Не смотря на это ты пытаешься взять ответственность за ошибку, которая произошла не по твоей вине.

Она помахала пальцем и надулась, выглядя недовольной.

Спустя минуту молчания Эмилия сузила свои аметистовые глаза, глядя на Райнхарда.

— Спасибо, что помог нам. Это всё, что я могу сказать. Насколько я поняла, ты не сделал ничего плохого, поэтому наказания не будет.

— Я благодарен вашим словам, леди Эмилия, но господин Кинг мог справиться намного лучше. Я просто хотел выполнить свой долг святого меча и уменьшить нагрузку на Кинга, в итоге позволил охотнику за кишками уйти.

— Почему ты думаешь, что Кинг-сама справился бы лучше тебя? Он, вроде как, обычный человек? Ему просто повезло, что пол провалился.

В ответ на это высказывание Райнхард медленно вдохнул.

— Леди Эмилия... На вид это здание, конечно, сомнительного качества, но не до такой степени, чтобы пол мог просто так провалиться.

Эмилия осознала глупость своего высказывания и почувствовала себя виноватой.

Райнхард продолжил.

— Господин Кинг своей силой проломил пол, а я даже и разглядеть этого не успел, если быть совсем честным.

Глаза Эмилии расширились от этого заявления.

Но что важнее...

— Почему Кинг-сама позволил ей уйти?

— Думаю, он позволил Эльзе уйти, чтобы позже настигнуть её и получить информацию о том, кто её нанял.

Господин Кинг идеально всё продумал. Он также понимал мою недальновидность и сделал, как должно быть. Таким и должен быть идеальный герой, в отличие от меня...

— Моя семья может принять господина Кинга в качестве гостя. Я бы и сам этого хотел.

Первый, кто видит во мне именно человека, а не героя или святого.

— Нет. Я возьму его с собой. Хочу узнать, кто такой Кинг-сама и почему он помог мне.

В этом мире не может быть человека, который в здравом уме поможет человеку, выглядящему как ведьма... А ещё мне интересна его сила...

— Я оставлю господина Кинга в ваших руках.

Райнхард поклонился Эмилии и ушёл.

Спустя несколько минут её окликнула горничная с розовыми волосами.

— стоило упустить вас из виду, а вы уже впутываетесь в неприятности и втягиваете в них всякий сброд, Эмилия-сама.

Глаза горничной сузились при виде мужчины со шрамом на лице, голова которого покоилась на коленях Эмилии. Она подумала, что он не обычный человек и решила поговорить с ним завтра, когда он проснётся в гостевой комнате.

Тот человек

Стоило Кингу открыть глаза, как в них ударил незнакомый искусственный свет.

Незнакомый потолок...

Кинг начал вспоминать события вчерашнего дня, и его сознание тут же прояснилось.

Смерть от радиации Гароу и попадание в другой мир. Три инвалида в переулке, которые возомнили себя бандитами и наставили на меня ножи. Потерянный знак отличия и охотник за кишками... Я уж и сам посчитал себя настолько жалким, думая, что потерял сознание от страха. А этого просто слишком много для одного дня.

Кинг наконец сел, позволяя себе подумать о чем-то менее страшном.

Подушка мягче, да и кровать удобнее моего футона. И в ней может поместиться ещё четверо таких, как я, если не больше. Интересно, я дома у Эмилии или у Райнхарда? Думаю, пора это проверить.

Кинг медленно повернул ручку и открыл дверь.

Снаружи в комнату просочился прохладный воздух, и его босые ноги это почувствовали.

Выйдя из комнаты, он оказался в длинном коридоре, выдержанном в тёплых тонах. Коридор тянулся далеко и влево, и вправо, и по обеим сторонам виднелись одинаковые двери. Вероятно, каждая из них вела в такую же комнату, как та, где спал Кинг.

При всей этой обширности совсем не чувствуется присутствие других людей. Слишком уж тихо. Издать даже один тихий звук будет стыдно.

Кинг разглядывал предметы интерьера, украшавшие коридор.

Довольно странные картины. Ладно. Стоит пойти хоть в какую-то сторону, иначе так несколько часов простоять можно.

Кинг выбрал правую сторону и шёл по ней.

Пять минут спустя.

Кинг никак не мог дойти до конца коридора.

Одни и те же двери. И до сих пор ни души. Может ли вообще существовать коридор, протянувшийся на полкилометра, конца которому всё равно не видно? Это уже слишком странно. Наверное, стоит вернуться в ту комнату, в которой я проснулся.

Кинг повернулся назад и заметил такой же коридор, конца которому не было видно. Но проблема была не в этом.

Эту картину я точно видел перед комнатой, из которой вышел изначально.

Конечно, была вероятность, что это просто точно такие же картины, но расставлять одинаковые комнаты в одном коридоре и украшать их одними и теми же картинами — это уж слишком специфичный вкус, если мягко выразиться.

Проще говоря, меня затянули в бесконечный коридор...

Сердце Кинга забилось быстрее.

Далеко не каждый человек способен на такое, особенно в его родном мире. Это мог быть только очень сильный заклинатель.

Успокойся! Паника ни к чему хорошему не приведет. Если бы этот человек хотел убить меня, он бы уже это сделал. Сейчас нужно найти способ выбраться из этой ловушки.

Сердце Кинга немного успокоилось, хотя звук двигателя и до этого не был спровоцирован.

Думаю, в подобных ситуациях обычно нужно найти правильную дверь.

Кинг медленно повернул ручку и открыл дверь перед собой.

— Какой же ты всё-таки невыносимый тип, я полагаю.

Это было просторное помещение, примерно вдвое больше той комнаты, в которой Кинг проснулся.

Вдоль стен и повсюду, где только можно, были расставлены книжные полки. Каждая полка была набита книгами, и посчитать, сколько их здесь всего, было довольно затруднительно.

Одна эта комната больше всей моей прежней квартиры. И чище... Даже как-то стыдно стало.

Беглый осмотр не выявил ни одного корешка с надписями на привычном языке, что неудивительно. В основном встречались иероглифоподобные письмена, которые он видел на вывесках в торговом квартале. По всей видимости, это и был официальный язык этого мира.

Вряд ли я смогу вернуться в свой родной мир, так что мне придётся выучить этот язык...

— Интересно, ты собираешься сказать хоть что-то?

Женский голос вывел Кинга из его мыслей.

Он опустил голову и увидел девочку с чёрной книгой в правой руке, сверлящую его своим осуждающим взглядом.

— Извини. Я тебя не заметил.

— Бетти поняла, что ты над ней издеваешься. За незаконное проникновение в библиотеку и унижение ты не считаешь, что заслуживаешь наказания, я полагаю?

— Ты сама заставила меня ходить по бесконечному коридору, а теперь говоришь, что я должен нести "наказание"? Я правильно тебя понял?

Подожди. Я ведь не видел здесь других людей. А если это действительно она...

Ладонь девочки уже коснулась его груди, и она собиралась вытянуть из него ману, как вдруг услышала:

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Беатрис в страхе отскочила на пару метров.

Этот человек воняет ведьмой и не даёт мне проверить его, готовясь использовать странную, но убийственную технику. Я не видела у него Евангелие, поэтому принадлежности к культу ведьмы он не имеет. Может быть, я просто неправильно его поняла?

Кинг увидел, что девочка сразу отстранилась от него.

Она ничего не сделала?

— Бетти не собиралась причинять тебе вреда, я полагаю.

Сердце Кинга начало успокаиваться.

Теперь я точно уверен, что это сверхсильная лоли, как в типичных фентезийных романах...

— Что ты хотела сделать?

— Выкачать из тебя немного маны, чтобы понять, представляешь ли ты угрозу для жителей этого особняка, я полагаю.

Угрозу? И она туда же, значит?

— Я не собирался делать ничего плохого.

Для подтверждения своего заявления Кинг подошёл к Беатрис.

Та немного испугалась, но всё же протянула ладонь и аккуратно коснулась его груди. Спустя мгновение она отстранилась, и Кинг почувствовал лишь небольшое жжение по всему телу.

— У тебя действительно нет враждебных намерений.

— Ты ведь не человек, да?

— Я великий дух Запретной Библиотеки, созданный матерью.

Которую я тоже не видел, как и других обитателей особняка.

— И как давно мать оставила тебя здесь одну? Она скоро вернётся?

Лицо Беатрис немного помрачнело.

— Прошло четыреста лет.

...Вроде я и отаку, но уж точно не смог бы выдержать четыре сотни лет взаперти в одной комнате.

— И ты всё это время сидела здесь, в одной комнате? С какой целью?

— Мать приказала ждать того человека...

— С чего бы ей определять, кто будет для тебя тем самым? Она вообще знает, как этот человек должен выглядеть?

— В книге мудрости Бетти... ничего не написано.

По её левой щеке скользнула одна слезинка.

Я так и подумал. Скорее всего, это просто испытание для дочери, чтобы она наконец смогла самостоятельно принять решение. И это испытание было истолковано неправильно.

— Если так, то значит, что ты сама должна определить, кто станет для тебя тем самым. Хватит зацикливаться на пустой книге и словах матери о том, чтобы сидеть в библиотеке. Ты сама должна выбрать, чего ты хочешь.

Я не мастер хороших речей, но что-то подобное видел в новеллах и манге. Должно звучать нормально. Надеюсь, что я сам правильно истолковал смысл её высказываний.

Несмотря на недовольство великого духа, многие люди посещали Запретную библиотеку за эти четыреста лет. Они всячески пытались заговорить с ней, хранительницей этого места, но в основном, лишь ради корыстных целей. Правда, иногда среди всех предложений встречались и те, что заставляли трепетать ее сердце. Сколько же раз она ждала, когда двери распахнутся — и в лучах дневного света наконец-то появится тот человек. Однако, к сожалению, никто из приходящих не был тем самым человеком — и понятия не имел, о чем говорит Беатрис. И та выгоняла их из библиотеки, отказываясь слушать их слова и все, чем они пытались ее соблазнить. Так Беатрис, ни на секунду не забывая слова матери, продолжила жить до настоящего времени. В последние годы ее сердце все сильнее охватывали отчаяние и страдание.

Этот человек... Другой. Он действительно пришёл ради меня, а не знаний матери. Но ведь...

— Я переживу всех людей.

— Рано или поздно этот момент действительно настанет. И у тебя останутся счастливые воспоминания о том, как ты проводила время с тем самым. Это явно лучше, чем просто сидеть в библиотеке. Тем более, у этого человека могут быть потомки, и тогда ты точно не останешься одна.

Спустя минуту тишины и увеличившееся количество слёз на лице Беатрис, она продолжила диалог:

— Кинг. Ты станешь тем человеком для меня?

Она протянула ему руку.

Она действительно хочет выбрать меня? На самом деле, она нужна мне больше, чем я ей. Я простой, беспомощный человек, от которого все ждут великих подвигов, не понимая, что я и не хотел играть эту роль. Прости, что это одна из причин, по которой я соглашаюсь. Будь у меня сила, уверен, я бы всё равно согласился.

— Да. Я буду рад стать для тебя тем самым, Беатрис.

Кинг взял её за руку, и она поняла, что больше никогда не вернется к тем долгим ночам, полным одиночества.

Жители особняка

Сильнейший человек и великий дух вышли из библиотеки, держась за руки.

По пути в комнату, отведённую для Кинга, они наткнулись на двух горничных.

Это были близняшки, ростом чуть больше ста пятидесяти сантиметров. У обеих были одинаково короткие причёски, но цвет волос различался. У одной — голубой, у другой — розовый. Каждая скрывала один глаз чёлкой: розоволосая — левый, а голубоволосая — правый.

Похоже на работниц тех мэйд-кафе, которые завлекали подобных мне людей. Хотя я нечасто посещал такие места.

— О, гость уже проснулся, сестра.

— Да, он проснулся, Рем.

Кинг просто хотел поспать ещё немного, но для приличия нужно было сказать хоть что-то.

— Который час?

Его действительно интересовало время.

Если бы не частые оповещения от Ассоциации героев, я бы и правда вёл ночной образ жизни. А так, будто встал лишь на пару часов раньше.

— Уже семь часов утра, дорогой гость.

— Уже семь часов утра, дорогой гость.

— Довольно поздно на этот раз...

До моего приглашения в Ассоциацию героев в такое время я только ложился спать.

— Сестра, дорогой гость действительно трудолюбив.

— Да, Рем. Я по ошибке посчитала вас дармоедом и отбросом общества, дорогой гость. Прошу прощения.

Сёстры синхронно поклонились.

— Понятно.

В ответ на это высказывание Кинг мог ответить только лёгкой улыбкой.

Как же она права насчёт первого. Я же буквально получал зарплату вместо тех героев, которые действительно выполняли свою работу. В основном благодаря Сайтаме. И он даже не злился на меня...

— Прекратите оскорблять подрядчика Бетти, я полагаю!

Слова духа вывели Кинга из его мыслей. Он снова посмотрел на двух сестёр и заметил, как от таких резких заявлений у них расширились глаза. Они просто ответили ещё одним поклоном.

Следующее, что Кинг услышал, был женский голос за его спиной.

— Нельзя было проснуться как-нибудь потише?

Этим утром Эмилия была одета в элегантный наряд преимущественно чёрных тонов. Юбка была чуть короче колена, но эту область скрывали чулки, доходившие до середины бедра.

— Прости, если разбудил, Эмилия. Мы только вышли из библиотеки.

В следующую секунду из-за спины девушки вылетел серый кот и игриво ударил Кинга по щеке своим кулачком.

— Удивительно. Как тебе удалось вывести Беатрис из её библиотеки?

— Смотрю, ты рад меня видеть. Это так удивительно?

Кинг в недоумении приподнял одну бровь.

Неужто она буквально не выходила из своей комнаты? Даже не бродила по особняку?

— Братик!

Кинг удивился тому, как быстро Беатрис расцепила руки и подбежала к летающему коту, который вместе с ней расплылся в довольной улыбке.

— Привет, Бетти, уже два дня не виделись. Ты хорошо себя вела?

— Я так ждала встречи с братиком, на самом деле! И у меня появился подрядчик!

Она указала пальцем на Кинга.

Не прошло и секунды, как глаза пака от удивления стали больше его тела, но он в ту же секунду взял себя в руки.

— Ого. А ты не перестаёшь удивлять, Кинг. Сначала унизил охотника за кишками, а теперь заключаешь контракт с великим духом, являющимся моей сестрой.

— Это настолько удивительно?

Я же ничего такого не сделал.

Эмилия вмешалась в их диалог.

— Далеко не каждый человек способен заключить контракт даже с одним малым духом, не говоря уже о великих. У тебя родство с духами весьма сильное.

Значит, я действительно могу быть полезен?

Он снова вспомнил слова, которые слышал буквально день назад.

— Неважно, булыжник ты или бриллиант. И тот, и другой — драгоценные камни, если использовать их в нужное время в нужном месте.

Действительно мудрые слова, Секингал.

Незаметно для Кинга на его лице появилась лёгкая улыбка, что было замечено Эмилией и двумя духами, но они решили не произносить свои мысли вслух.

Неужели мой подрядчик думает о себе меньше, чем он есть? Я ведь ничего о нём не знаю, на самом деле. Бетти должна поговорить с Кингом сразу после его знакомства с этим эксцентричным клоуном, полагаю.

Они наконец зашли в комнату, отведённую для Кинга. Сразу за ними вошли горничные.

— Мы принесли вашу одежду, дорогой гость.

— А? Спасибо.

Пока те четверо обменивались любезностями, близнецы едва заметно вышли и вернулись, неся одежду Кинга. Розоволосая несла рубашку и футболку, голубоволосая — штаны. Похоже, одежду отлично постирали, хотя она, судя по воспоминаниям, и не была особо грязной.

Я даже и не заметил, что ходил в халате всё это время.

Мысли Кинга прервали сёстры, которые с энтузиазмом принялись стаскивать с него халат.

— Вы что делаете?

Это странное действие заставило сердце Кинга забиться быстрее, активировав «двигатель Кинга».

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Две сестры отпрыгнули в сторону от резкого устрашающего звука. Если бы они не успели положить одежду на кровать, она бы выпала у них из рук от неожиданности.

На этот раз моё сердце бьётся так громко не из-за страха... Нет, это правда смущает, особенно учитывая, что им, наверное, нет и двадцати. Хотя, когда я об этом подумал, это всё-таки довольно страшно. Меня могут обвинить в совращении несовершеннолетних, хотя это они решили, что переодеть меня будет правильным решением.

Сердце сразу успокоилось, а великий дух библиотеки вставила свой комментарий.

— Вот что бывает, когда касаешься подрядчика Бетти без его разрешения, я полагаю!

Сёстры действительно начали бояться за свою жизнь.

— Смиренно просим прощения, дорогой гость!

— Простите нас, дорогой гость!

Кинг лишь громко вздохнул.

— Ладно. А почему вы вообще собирались это сделать?

Девушкам было тяжело отвечать из-за чувства страха, вместо них начал объясняться котоподобный дух:

— Ну, видишь ли... У дворян в порядке вещей, когда их переодевают их же слуги.

Кинг не был удивлён, поскольку в его мире было нечто подобное несколько сотен лет назад. Хотя он и не мог узнать об этом в школе — там не принято рассказывать о таких особенностях быта.

— Понятно. Ну, я даже и не похож на дворянина.

— Верно. Кинг-сама больше похож на рыцаря, ушедшего в отставку!

Непонятно почему, но Эмилия прощебетала это радостным тоном.

В чём-то она права. По сути, я больше не герой S-класса, потому что в этом мире такой профессии не существует. Хотя я и без того был фальшивкой...

Никто из них не понял, почему лицо Кинга немного помрачнело. Кинг заметил их реакцию и понял, что дело в его выражении лица, после чего прокашлялся и попытался сменить тему.

— Кхм, кхм. Кстати, Эмилия. Это ведь твой особняк?

— Не совсем так, Кинг-сама. Маркграф Розвааль — владелец этого особняка.

Она немного нахмурилась и замялась.

— Он такой человек... Ну... Встретите — поймёте.

— Неужто у него совсем нет отличительных черт?

— Наоборот, — прозвучало в удивительном квинтете.

От такого единодушного ответа Кинг слегка растерялся.

— Кстати, господин Розвааль только что вернулся, — тихо произнесла розоволосая горничная.

Чего?

— Как ты это поняла?

— Сестра обладает ясновидением, — с гордостью в голосе ответила голубоволосая.

А она действительно гордится своей сестрой и любит её.

Кинг едва успел об этом подумать, как эти двое поспешили встречать хозяина дома.

— Нам тоже нужно идти, я полагаю.

Беатрис вновь взяла Кинга за правую руку.

— Верно. Давайте спустимся в столовую, — поддержала её Эмилия.

Спустя пять минут они зашли в столовую, и увиденное поразило Кинга.

В кресле на дальнем конце стола...

Эмилия действительно наняла клоуна?

Бурный завтрак с клоуном

— Так ты уже пришёл в себя, да-а? Как хорошо-о-о, — радостно, нараспев проговорил высокий мужчина с длинными тёмно-синими волосами, увидев Кинга.

Это был рослый человек, ростом превосходящий даже Райнхарда, но всё равно на пару сантиметров ниже Кинга. Его телосложение было худощавым, не привыкшим к физическому труду; он производил впечатление не столько гибкого, сколько просто очень хрупкого. Глаза у него были разного цвета: жёлтый и голубой.Ведь найдётся человек, который пошутит на эту тему. Хотя, это уже я сделал в этой подсказке, ну ладно.

По общепринятым меркам его можно было назвать клоуном. Пока что не было известно, как часто он носит грим. А если разглядывать любое, даже самое клоунское лицо на расстоянии вытянутой руки...

Кинг был так удивлён его внешностью, что не заметил, как тот подошёл вплотную. Естественно, он испугался, но лицо его не дрогнуло. Даже сердце не забилось чаще — привычка сохранять внешнее спокойствие в любой, даже самой абсурдной ситуации, сработала на автомате.

— Не слишком ли близко эксцентричный клоун подходит к подрядчику Бетти, я полагаю? — фыркнула Беатрис.

Со стороны лицо Розвааля не изменилось, но, если приглядеться, в его глазах мелькнуло удивление.

— Получается, леди Беатрис нашла того челове-е-е-ка. Поздравляю. И прости-и-и-те. Видишь ли-и-и, Ки-и-инг, когда тебя впервые принесли, с тобой всё было норма-а-ально, но беспокоил сам фа-а-акт того, что ты внезапно потерял созна-а-ание, понима-а-а-а-ешь? Так что видеть тебя сейчас в нормальном состояни-и-ии вызывает у меня весьма глубокие чувства-а-а, да-а-а-а.

Дружески хлопнув Кинга по обоим плечам, хозяин особняка продолжал разглядывать его сверху вниз с того же пугающе близкого расстояния.

На вид ему было лет двадцать пять. Кинг не мог охарактеризовать его иначе, как «распутный аристократ».

— А-ха-а, какая странная оце-е-е-е-нка. Можешь разглядывать меня ещё внимательне-е-е-е-е, если хочешь. Чувствуешь во мне распу-у-у-тность? Ну ка-а-а-а-к?

Он сейчас прочитал мои мысли? Это что-то новенькое. Довольно пугающе, но он, вроде как, ничего делать не собирается.

Розвааль принял вызывающую позу перед Кингом, а затем грациозно покрутился на месте, как балерина. От такой его обескураживающей манеры Кинг невольно отступил на шаг назад.

Теперь я понимаю, почему все пятеро так единодушно произнесли слово, обратное моим первым мыслям о нём.

Эмилия вышла вперёд, заняв место отступившего Кинга.

— С возвращением. Ничего серьёзного не случилось?

— Всё в поря-я-я-я-ядке, в поря-я-я-я-ядке. А-ха-а, как приятно-о-о-о-о. Чтобы ты сама-а-а-а заговорила со мно-о-о-о-ой… прошло четыре дня, три часа и девятнадцать минут, приблизите-е-е-льно. Надо записать в дневни-и-и–и-к.

Ты бы ещё секунды посчитал, почему бы и нет.

Розвааль нетерпеливо зашевелил пальцами, и тут же с обеих сторон к нему протянулись ручка и блокнот. Их подавали, почтительно склонив головы, розоволосая и голубоволосая сёстры-горничные. Взяв у них бумагу и перо, Розвааль принялся что-то быстро писать:

— Пятнадцатый день месяца Таммуз. Леди Эмилия сама заговорила со мной! Розвааль та-а-а-а-к счастлив! В таком темпе мы обяза-а-а-а-тельно подружимся, о-о-о… Вот так.

С радостным выражением лица Розвааль закрыл записную книжку, передал её горничной и обернулся. Его встретила Эмилия, чья улыбка слегка подёргивалась. Выражение лица Кинга почти не изменилось, за исключением глаз, которые сузились и будто смотрели прямо в душу Розвааля.

Неужто он... Ещё рано об этом думать. Сейчас я должен отыграть свою роль.

— И всё же...

Маркграф плавно подошёл ближе и снова начал с нескрываемым интересом осматривать Кинга с головы до ног.

Почему он меня так рассматривает? Может быть...

— Тебе нравятся парни? — спросил Кинг внезапно, но с привычной для себя невозмутимостью.

— А?

Абсолютно все в комнате замерли от неожиданности, удивлённо уставившись на Кинга.

— С чего вдруг такой вопрос, Кинг?

— Кхм... Просто... так разглядываешь меня, вот я и подумал...

Розвааль уже хотел начать стадию бурного отрицания, но его опередил громкий, почти истерический смех духа библиотеки.

— ХАХАХАХАХАХАХАХААХ! Можешь не оправдываться, Розвааль. Всё в твоей внешности указывает именно на это, я полагаю!

— Это н-не пра-а-авда! Я просто...

На этот раз его прервал сам Кинг, сделав успокаивающий жест рукой.

— Всё нормально, не нужно оправдываться. У всех свои странности. Твои я критиковать не стану, но ты должен знать, что меня привлекают только девушки. Извини.

Он совершенно не заметил едва сдерживаемые улыбки на лицах горничных. Обычно они защищали своего хозяина, но этот случай был интересным.

— Да я вообще не об этом! — выпалил Розвааль, и что удивительно — без обычных затяжек. Эти слова действительно вывели его из себя.

— Просто ты выглядишь, как совершенно обычный человек. И это... разочаровывает.

— А ты хотел увидеть какого-нибудь женственного котомальчика? — поинтересовался Кинг с непроницаемым лицом.

Он действительно не понимал, почему маркграф так настойчиво пытается обсудить свои фетиши с первым встречным, но его это ничуть не тревожило.

— Д-да нет же! Кхм... Я сдаюсь.

Последние слова хозяин особняка пробормотал уже шепотом, сникая. Это было его первое поражение от «сильнейшего человека». Розвааль ещё не догадывался, что совсем скоро его будет ждать второе и окончательное поражение. Он разочарованно плюхнулся обратно в своё кресло.

— Ладно. Прошу прощения за то, что неправильно истолковал свои слова. Чтобы подкрепить извинения делом, не хотите ли позавтракать со мной? Я угощаю.

Кинг просто кивнул, и они с Эмилией сели за стол. Неожиданно для Кинга, Беатрис устроилась у него на коленях.

— А?

— Интересно, подрядчик Бетти думал, что она будет сидеть подальше от него? — спросила дух, задрав подбородок.

— Н-нет... Просто это всё равно довольно неожиданно.

— О, как это мило. Бетти сидит на коленях у Кинга-самы, — Эмилия не смогла сдержаться и произнесла эти слова с лёгкой улыбкой, от чего Беатрис покраснела.

— Только Кинг может называть Бетти милой, в самом деле!

Сразу после этих слов дверь столовой открылась. Горничные, которые до этого незаметно вышли, вернулись, толкая перед собой тележки с едой. Они разделились, встав по обе стороны стола, и принялись расторопно сервировать. Стол преображался благодаря их слаженным, как у единого механизма, действиям, и от аппетитного тёплого аромата у Кинга предательски заурчало в животе.

А ведь точно. По сути, я не ел целые сутки.

Кинг решил разбавить молчание ещё одним неловким вопросом, обращённым к маркграфу.

— А ты всегда так ходишь?

Какой-то безвкусный костюм с нелепо цветастым и огромным воротником. Типичный шутовской вид, если честно. Даже такие герои, как Смайлик, выглядели лучше.

— Нет. Я просто успел переодеться, — отрезал Розвааль, и привычная интонация с затягиванием слов к нему не вернулась. Он был унижен и ничего не мог с этим поделать. Даже Рам и Рем, которые обычно защищали его достоинство, пытались сдержать смех, прикрывая рты ладонями.

— Получается, в гриме по дому ходишь? Интересно, почему ты решил выбрать именно этот вариант из всех возможных?

Я думал, он и на важные встречи ходит в стиле клоуна. Приятно знать, что этот косплей — просто хобби, иначе вышло бы слишком неловко с ним говорить.

Придворный маг резко напрягся, но всё-таки ответил на вопрос, стараясь говорить ровно.

— Подобным образом одевался мой давний враг.

— Понятно.

Не думаю, что будет хорошей идеей спрашивать его дальше.

— Что ж, приступим к трапезе, — Розвааль сложил руки,закрыв глаза, и начал что-то бормотать. — Деревья, ветер, звёзды, Мать-Земля…

Эмилия и близнецы последовали его примеру, Беатрис просто закрыла глаза, а Кинг понял, что это что-то вроде молитвы перед едой и просто повторил их жесты.

А они довольно религиозны. Похоже на одну из религий, что существовала до первой эпохи перемен, которую мне когда-то пришлось изучать в школе. Как там она называлась... Блин, забыл.

— Что ж, Кинг, угощайся. Несмотря на то, как это выглядит, Рем готовит просто потрясающе, знаешь ли.

Первая половина предложения Розвааля прозвучала довольно оскорбительно, но похоже, что Рем всё равно. Главное, что тут нет каких-либо странных ингредиентов.

Кинг откусил кусочек тоста.

— Лучше, чем обычно, — произнёс он довольно тихо, но его всё равно услышали.

— Это всё приготовила Рем, верно?

— Совершенно верно, дорогой гость. За приготовление еды в этом доме отвечает Рем. Сестра действительно в этом не слишком сильна.

— Ясно.

Скорее всего, у них просто разные обязанности. Или младшая стала сильной во всём, восхищаясь старшей и пытаясь её превзойти, что у неё и получилось, как я понял. Однако, похоже, сама Рем этого не заметила.

Эмилия, которая понемногу ела суп, будто поняла, о чём думает Кинг, и решила прервать только что сформировавшуюся тишину.

— В том, что они способные, сомнений нет. Просто многие этого не замечают. На самом деле, они обе просто молодцы. Почти вдвоём поддерживают порядок в этом огромном особняке. А все эти разговоры про «расу» и прочее — просто глупости.

Похоже, у неё очень сложные чувства на этот счёт. Она даже выглядела рассерженной. Подожди...

— Хочешь сказать, что эти двое тоже не люди?

— Горничные принадлежат к расе они, я полагаю, — пояснила Беатрис, смотря на Кинга и поудобнее устраиваясь на его коленях.

— Понял.

Их не отличить от простых людей. Где рога?

— Похоже, что у нашего дорого-о-ого гостя нет предрассудков по отношению к другим ра-а-асам. Удиви-и-ительный ты человек, — снова затянул Розвааль, полностью вернувшись к своей манере.

— Просто интересно, с какой ты страны. Судя по этой интере-е-есной причёске... Карараги?

— Чего?

Собеседование сильнейшего человека

— А ты удиви-и-ительнее, чем я ду-у-умал. Добрался до самого особняка Розвааля Л. Мейзерса, ничего не зная об этом ми-и-ире. И на раба-а-а ты не похож. Так отку-у-уда же ты?

Ну... Не думаю, что есть смысл это скрывать.

— Дело в том, что я из другого мира.

— А?!

Эмилия, пак, Беатрис, сёстры-горничные и даже сам Розвааль уставились на него широко раскрытыми глазами. Не каждый день их собеседники рассказывают, что они не из этого мира.

— Подрядчик Бетти с каждой секундой становится всё удивительнее, я полагаю!

Беатрис была рада особому человеку, что пришёл из великого водопада и спас её от заточения в пыльной библиотеке.

— Но как это произошло, дорогой Ки-и-инг? Как ты оказался в этом ми-и-ире?

Я сам не знаю, как так получилось, но скажу, что помню.

— В своём мире я находился на поле боя вместе с другими людьми против всей Ассоциации монстров и того, кого прозвали «охотником на героев». Я сделал всё, что мог, но всё равно был близок к смерти. Я думал, что умру, но в следующую секунду оказался в вашем городе в стоячем положении. И я уверен, что это другой мир, потому что в моём — всего одна страна, и её название не такое.

Не говоря уже об архитектуре и обо всём прочем, что вызывает сомнения.

Эмилия резко нахмурилась.

В том мире был кто-то, способный победить Кинга-саму...

Мысли Эмилии прервал Розвааль.

— Уж извини-и-и, дорогой Ки-и-инг, но я должен спросить тебя о бо-о-ольшем.

— Только Бетти может знать все секреты о своём Кинге, я полагаю!

А я настолько ей понравился за этот час, да?

— Ничего страшного, Бетти. Думаю, я могу ответить на их вопросы. Если будут странные, то я просто промолчу.

— Л-ладно, я полагаю! Но позже ты должен будешь рассказать Бетти больше историй из жизни, в самом деле.

Розваалю наконец дали задать вопрос, чем он и воспользовался.

— Так что это за Ассоциация монстров и охотник на геро-о-оев, о которых ты упомяну-у-ул?

— Ассоциация монстров — это, по сути, руководство монстров, которое хочет выбраться на поверхность и уничтожить людей, установив своё господство. Сами монстры — изначальные люди, которые по абсолютно разным и даже абсурдным причинам превращаются в странных существ, лишь иногда отдалённо напоминающих людей. Многие из них теряют разум, но самое главное в том, что все они кровожадные и хотят убивать. А охотник на героев — человек по имени Гароу, возомнивший себя монстром, целью которого является побеждать людей из Ассоциации героев, созданной против монстров три года назад.

Я пытался сокращать, как мог. Сайтама бы и этих слов не выдержал, ха-ха.

— И вы были одним из героев, Кинг-сама?

Какой уж там герой? Это...

— Меня пригласили в Ассоциацию героев и назначили героем S-класса. Дали геройское имя и начали называть сильнейшим человеком. В настоящее время я занимал седьмое место в этом высшем классе.

— Как и ожидалось от подрядчика Бетти, я полагаю!

Но все жители особняка увидели, что лицо Кинга стало мрачнее.

Как же они ошибались. Простите, что не оправдал ваших ожиданий. Простите, что я всегда был простым человеком. Простите...

Его мысли прервала Эмилия.

— Кинг-сама. Я не знаю всего, но уверена, что вы старались изо всех сил и сделали всё, что могли. Так что пожалуйста, не вините себя за поражение в битве, которую не смогли выиграть даже вместе с остальными героями!

Она вообще ничего обо мне не знает, но пытается подбодрить, как может. Дело ведь даже не в том, что мы проиграли охотнику на героев. Нет...

— На самом деле, мы победили. Точнее, он победил.

— Тогда почему подрядчик Бетти был так расстроен, интересно? И кто этот «он»?

— Этого человека зовут Сайтама. Он не очень известный герой, но в узких кругах славится тем, что в любой битве побеждает с одного удара, независимо от силы противника. Я уверен, что он уже победил охотника на героев. Сайтама действительно сильнейший, но Ассоциация героев его занизила, поставив в B-класс и присвоив имя «Лысый плащ». Как иронично, да?

Особенно иронично, что меня, жалкого и трусливого, завысили и восхваляли как сильнейшего.

Мрачное настроение Кинга всё-таки сменилось весёлым от абсурдности этой ситуации.

— Как интере-е-есно. Этот «Лысый плащ» побеждает с одного уда-а-ара, но сильнейшим прозвали тебя. Насколько же ты силён на самом де-е-еле?

Маркграф дьявольски улыбнулся и закрыл свой жёлтый глаз.

Нисколько я не силён. Почему меня называют сильным во всех мирах, где я появляюсь?!

От этих переживаний сердце Кинга с характерным для него звуком забилось быстрее.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Все в этой комнате почувствовали страх смерти, кроме великого духа библиотеки. Пак должен был что-то сделать для защиты Эмилии, но предательски растворился в воздухе, вернувшись в свой кристалл.

— Вот настолько силён подрядчик Бетти. Ему и одного удара не нужно делать, в самом деле!

Она крепко взяла его за руку, давая понять, что можно прекратить демонстрацию силы, превосходящей их мир.

Сердце Кинга успокоилось.

— Получается, Кинг-сама был просто ослаблен другими монстрами, — вслух предположила Эмилия.

Великий дух огня, который всё ещё сидел в кристалле, сжавшись от страха, начал отвечать ей телепатически.

Насколько сильными должны быть те существа, чтобы ослабить этого монстра?

Нехорошо так говорить о людях, пак. Тебе придётся извиниться перед Кингом-самой за такие мысли.

Ммм... Хорошо, Лия.

Пак наконец вылез из своего кристалла, но всем было на него всё равно. Главный объект интереса сидел за столом с великим духом библиотеки на коленях.

Но говорить начал именно придворный маг.

— Думаю, для справедли-и-ивости я должен рассказа-а-ать тебе про ситуацию в этой стране-е-е.

— Я весь во внимании.

Кинг не так давно доел суп и теперь сидел, скрестив руки, будто сидит на очередном собрании героев S-класса.

— В общем, сейчас в Лугу-у-унике введено военное положе-е-ение. Особенно строго контроли-и-ируется въезд и выезд из страны.

И здесь тоже всё неспокойно. Хотя, на что я вообще рассчитывал?

— А-ха-ха, мягко говоря, не самое спокойное время, да-а-а. Ведь сейчас в королевстве Лугуника… нет правителя.

Кинг начал обдумывать его слова.

Если нового правителя выбирают не из династии, значит, эта династия прекратила существовать. В таком случае, скорее всего, должен быть сформирован временный совет, или что-то подобное. Просуществует он до тех пор, пока не будет выбрана новая династия. Значит...

— Значит, что Эмилия...

— Да, всё верно, Кинг-сама. Я одна из кандидаток на место сорок второго монарха королевства Лугуника. При поддержке здешнего маркграфа Розвааля.

Замечательно. Почему я всегда влипаю в неприятности такого уровня, хотя стремлюсь к обратному?

Эмилия достала значок в форме дракона, который у неё украла Фельт. Красный драгоценный камень в её руке сиял ярким светом.

— Это знак участника Королевского Отбора. Пробный камень, который покажет, достоин ли человек занять трон Королевства Лугуника.

— И ты потеряла значок, дающий право на участие в королевском отборе?

Взгляд Кинга стал серьёзнее; он смотрел на Эмилию, засунув одну руку под стол и начав гладить Беатрис по голове.

— Н-не здесь, я п-полагаю!

Великий дух была явно смущена такими действиями на публике. К ней относились как к младшей сестре, которую гладили по голове. Её щёки слегка порозовели.

— Потеряла? Как грубо! Его украла девочка с очень нехорошими ручками!

Кто сейчас так говорит? Да и какая разница? Хотя нет...

— Это хуже...

— Кинг пра-а-ав. Правитель, в конце концов, несёт на своих плечах всё королевство. Если уж кандидат на такую великую роль не может уберечь какой-то маленький значок, это просто неслыханно. Как можно доверить такому человеку страну?

— Вот именно. Значит, Эмилии особо ничего не оставалось, кроме как искать его в одиночку.

— Да, это так.

Эмилия с грустным взглядом согласилась со словами Кинга.

— Украла его Фельт, но заставила её это сделать Эльза. У неё, скорее всего, был заказчик. Это значит…

Кинг повернул голову в сторону Розвааля и сузил взгляд.

— Существует кто-то, попытавшийся помешать Эмилии стать королевой и устранить её. Возможно, другой кандидат. Есть мысли на этот счёт?

По лицу Розвааля начали стекать капли пота, медленно размазывая его клоунский грим.

Неужели он знает обо мне? Если так, то... Нет, не может такого быть. Нельзя терять самообладание.

— Скорее всего, так и есть. Украсть значок, чтобы выбить кого-то из Королевского Отбора — это довольно простая и очевидная идея.

— Значит ли это, что я...

Действительно попал в ситуацию на одном уровне с Ассоциацией героев, если не хуже...

— Да, Кинг-сама. Вы мой великий спаситель. Вы сделали для меня намного больше, чем просто спасли жизнь. Поэтому... Просите, чего хотите.

Не стоит девушке говорить, что она сделает для парня что угодно. Но что вообще можно с неё взять? Учитывая, что она возможная будущая королева, от этого не стоит отказываться.

Кинг уже собирался озвучить ответ, но...

Почему я вообще подумал, что она мне что-то должна? Хоть и фальшивый, но я герой!

— Независимо от того, в каком мире я нахожусь... Я просто делал то, что должен был. Это моя работа.

После слов Кинга возникла очередная минута тишины.

— Подрядчик Бетти в любом месте остаётся бескорыстным героем, в самом деле...

Беатрис проговорила это с грустью.

Этот бескорыстный дурачок спасает людей, отказывается от награды и ставит себя ниже, чем он должен быть. Что же с тобой делать, интересно?

Снаружи придворный маг был спокоен, но внутри его панике не было предела.

Совершенно непонятно, как я должен действовать против сильнейшего человека. Одно неверное действие — и я могу умереть. Все мои планы будут разрушены и без единого удара... Нет. Я просто должен втереться ему в доверие!

— Дорогой Ки-и-инг, я понимаю, почему ты отказываешься от награ-а-ады. Но всё же, ты сде-е-елал довольно много и для меня лично. Поэ-э-этому прошу тебя принять хотя бы мою награду. Проси, чего хо-о-очешь, опять-таки.

Если так подумать... Он прав. Мне особо некуда идти в этом мире. Я тут всего один день. Было бы хорошо остаться тут жить, но нахлебником быть как-то стыдно.

— Тогда... Прими меня на работу в особняк.

От предложения Кинга на близнецах отразилось замешательство, смешанное со страхом.

Этот человек действительно... просто попросил принять его на работу?

Эту мысль разделяли обе сестры.

Тишину прервал вопрос Эмилии.

— А не слишком ли вы скромничаете в своих желаниях?!

Рассердившись так, словно речь шла о ней самой, она ударила кулаком по столу и приблизилась к Кингу. Её вытянутый палец несколько раз ткнул его в грудь.

— Слушайте! Ещё тогда, в столице, когда вы услышали моё имя…

Она перечислила все известные ей случаи, когда он мог бы получить награду. Эмилия, знавшая обо всех его заслугах, в полном недоумении покачала головой:

— Вы просто не понимаете, как мы вам благодарны! Такой… такой мелочью не расплатишься за спасение жизней!

Её голос ослаб, палец, тыкавший его в грудь, тоже потерял силу, и она, опустив ладонь ему на грудь, уныло опустила и голову.

Услышав её тихие всхлипы, Кинг начал проклинать свою недальновидность.

Она всё это время, должно быть, чувствовала себя обязанной. Из-за несоответствия между её долгом и предложенной мной платой.

Однако и Кинг чувствовал то же самое.

На самом деле это я в долгу перед ней. И это был такой долг, который я уже никогда не смог бы от неё потребовать. И перед Райнхардом тоже.

Кинг решил встать со стула, дав знак Беатрис встать вместе с ним. Он положил руки на плечи девушки перед собой. Её аметистовые глаза, увлажнённые слезами, взглянули на Кинга.

— Не пойми меня неправильно, Эмилия. Каким я буду героем, если начну выполнять свою работу не потому, что должен её выполнять, а из-за ожидания большей награды? В Геройской ассоциации таких людей хватает, я не хочу быть ещё одним.

Даже полегчало от этих слов. Несмотря на то что все они сильнее меня... Я не пытаюсь пользоваться своей случайно полученной репутацией и не обращаюсь к людям с таким высокомерием. Это сделало бы меня ещё хуже, чем я уже есть.

— Н-но в-ведь... Не обязательно наниматься, можно было остаться в качестве гостя, н-например, — возразила она дрожащим от слёз голосом.

Я и без того был отаку. Мне уже скоро тридцать, а я до сих пор этим занимался.

— Не спорю, но я не хочу сидеть без дела.

Впрочем, как всю свою жизнь.

— Рам и Рем, скорее всего, нелегко справляться с особняком только вдвоём. Ни то что бы я профессионал, но на что-то способен.

— То, что это насущная проблема, — это факт, ничего не скажешь… Но, как и сказала леди Эми-и-и-илия, мне тоже кажется, что это очень скромное желание. Но я понимаю, почему так. Возможно, тебе хотя бы хорошо платили в этой геройской ассоциации?

— Как герою S-класса платили мне весьма щедро каждый месяц.

— Понятно. Тогда позволь хотя бы платить тебе больше.

Это более приемлемо, но всё же...

— Когда новичок начинает зарабатывать больше коллег, которые работали намного дольше него, они начинают ненавидеть этого человека и завидовать ему. Всё-таки я хочу справедливости и нормального отношения.

Я имею в виду действительно нормальное отношение. Прекратите видеть во мне героя! Я простой человек, который сейчас получит работу и будет жить спокойной жизнью.

На этот раз улыбка Розвааля была обычной и лёгкой.

Он действительно идеальный герой, да? С ним будет намного сложнее, чем я когда-либо мог подумать.

— Хорошо. Ты принят.

Конец первого дня

Первый рабочий день подошёл к концу.

Кинг вернулся в свою комнату вместе с Беатрис. Но они подошли не к кровати, а к небольшому деревянному столику, который был предназначен для письма и имелся в каждой комнате.

— Подрядчику Бетти нужно научиться читать и писать на местном языке, я полагаю.

Кинг сел за стол, а Беатрис, соответственно, села ему на колени. На столе уже лежали тетрадь с белоснежными страницами, гусиное перо и книга в красновато-коричневом переплёте.

— Заранее подготовила, пока я работал?

И когда Бетти успела? Она почти не отходила от меня во время работы.

— Дело пары секунд, в самом деле.

Она указала на книгу.

— Начнём с простого сборника детских сказок. С этого дня каждый вечер Бетти будет заниматься со своим подрядчиком.

— Давай начинать.

— С грамматикой у Кинга проблем не наблюдается, в самом деле.

После этих слов Кинг взял перо и приготовился. До сих пор ему даже не доводилось к нему прикасаться. Перо оказалось лёгким, и когда он провёл им по бумаге, буквы получились на удивление нормальными. Это был его первый, памятный росчерк пера в другом мире.

Кинг склонился над обложкой тетради и широким взмахом вывел своё геройское имя.

キング

— Это и есть твой родной язык, интересно?

— Да. Просто написал своё имя.

Хочется узнать как можно больше о родном мире Кинга, но сейчас это не самое важное, я полагаю.

— Сначала освоим базовые И-глифы. К Ро-глифам и Ха-глифам перейдём, когда И-глифы будут идеальны, я полагаю.

— Целых три вида, значит.

— Когда разберёшься с И-глифами, перейдём к сказкам. Время занятий… думаю, предел — до первого часа ночи. Подрядчику завтра рано вставать, в самом деле.

При изучении нового языка первым делом необходимо определить типы используемых символов. Как в языке Кинга есть годзюон (упорядочения знаков каны, аналог алфавита для японского), так и в любом языке должны существовать базовые символы, а всё остальное будет строиться на их комбинациях. Следовательно, изучение языка начинается с прописывания букв, однако…

Это сложнее, чем я представлял… Как будто снова учусь писать курсивом.

Он выводил базовые символы, которые показывала ему Беатрис, заполняя страницу примерно тремя сотнями знаков. От усталости и сонливости веки сами начали закрываться, но думать о том, чтобы заснуть на столе, было бы верхом невежества по отношению к его духу.

Под тихий шорох пера по бумаге, в промежутках между бесконечным выписыванием одних и тех же символов, Кинг думал о сегодняшнем дне.

На удивление, работой меня почти не нагружают. Может, они видят, что я отаку, который даже в собственной квартире порядок навести не мог? Честно говоря, они правы. Но перед приходом Сайтамы я всегда убирал свой творческий беспорядок, и он не жаловался на грязную комнату. Надеюсь, я не сильно доставляю проблем этим двоим.

Пока Кинг практиковал написание символов и разбирался со своими мыслями, время подходило к часу ночи. Его мысли резко были прерваны довольно громким звуком, издаваемым его духом.

— Х-х-х-х...

Беатрис мило уснула у него на коленях, прижимая голову к его торсу.

Кинг встал со стула, снял с неё туфли и уложил на кровать.

Несмотря на то что она многократно старше меня, стоит воспринимать её как младшую сестру, я думаю.

С этими мыслями он потушил фонарь и лёг рядом.

А по другую сторону особняка проходил более интересный диалог.

— Ну-у-у и как, Рам? Каково твоё мнение о нём?

В час, когда луна повисла в ночном небе, в кабинете на верхнем этаже особняка Розвааля Л. Мейзерса шёл этот тайный диалог. Участников было двое: хозяин особняка — Розвааль, а напротив него — розововолосая горничная, Рам.

На вопрос Розвааля, сложившего руки на столе, Рам задумалась, слегка склонив голову.

— Хм-м-м... Чтобы Рам, обычно дерзкая в своих заявлениях, так терзалась сомнениями... Э-э-это довольно удивительное дело, нет?

— Он... Кинг довольно плох, но не совсем никчёмен, что удивительно. Приемлемо готовит и убирается. Но шить и стирать он не пробовал, это видно с первого взгляда.

Они действительно обсуждали его первый день в качестве дворецкого. Даже не было никаких мыслей по поводу того, может ли Кинг быть шпионом.

При желании, он может убить всех, и никто из нас не успеет среагировать. Что же мне делать дальше, наставница?

— Это довольно странно, но...

— Да-да, я весь во внимании, Рам. Говори всё как есть, не стесняйся.

— В плане способностей он плох, но Кинг... Как бы это сказать... Слишком уж спокоен, а иногда оптимистичен. И ещё Беатрис-сама, которая не хочет от него отлипать даже во время работы и временами с презрением посматривает на мою сестру.

Розвааль нахмурился, слушая Рам, которая, казалось, не столько подбирала слова, сколько мучительно их искала.

— Он довольно молчаливый и начинает говорить первым только о темах, касающихся его работы. Когда мы спрашивали его о прошлом, его лицо иногда мрачнело, но на вопросы он отвечал. И этот звук смерти...

Даже для Рам этот звук сердцебиения был настолько ужасающим, что она сглотнула.

— Пока что больше не появлялся.

Она сделала небольшую паузу.

— К нам с сестрой он в целом добр. Я решила заглянуть к нему в комнату, когда он, предположительно, изучал язык с Беатрис-самой. Кинг действительно учил язык, значит, слова о его происхождении уж точно не ложны. Хотя Беатрис-сама... Была не очень рада меня видеть.

— И-и-и что же ты ду-у-умаешь по этому поводу?

— Это ничем не отличается от того, что я слышала от леди Эмилии.

Первое впечатление обычно ошибочно, но прямо сейчас он действительно обладает чертами героя. Надеюсь, Кинг-сама поможет мне освободить лорда Розвааля от этой отвратительной книги...

— Хотелось бы, конечно, чтобы всё прошло как можно спокойнее. И проследи, пожалуйста, чтобы Рем не полезла на рожон.

Иногда эта синеволосая девушка, уловив его намерения, имела склонность действовать по своему усмотрению. Хотя в целом она не отклонялась от решений и указаний Розвааля, бывали случаи, когда её поспешные решения, обрубающие все возможности на корню, доставляли проблем.

Она умрёт моментально. Мне в целом всё равно, только реинкарнация бога они и полуэльфийка имеют значение. Но это может повлиять и на саму Рам. Нужно быть осторожнее. В книге мудрости было сказано ждать сильнейшего человека, сила которого... Абсолютно неизвестна. На этом пока что всё. Нужно проверять записи намного чаще.

— Кстати, Рам. Ты закончила?

— Да. Прошу прощения, что не смогла сообщить ничего существенного.

— Ну что ты, я и не думал тебя винить за э-э-э-это. Лучше давай приступим к нашим сегодняшним ночным трудам. Две ночи прошло. Ты, должно быть, изрядно изнывала, да-а-а-а?

На манящий жест пальцев Розвааля Рам повиновалась с каким-то зачарованным выражением лица. Стоявшая перед столом, она покачивающейся походкой приблизилась к нему и робко опустилась на его колени.

— И сегодня вечером… я к вашим услугам…

— Это всего лишь осуществление твоего естественного права. Обычное дело, так что стесняться не-е-е-ечего. Твоё тело драгоценно. Оно ведь не только твоё-ё-ё.

Пробормотав это одними губами, Розвааль тут же переключил своё сознание. Он смотрел только на Рам перед собой.

Первая ночь подходила к концу, завершаясь этой зловещей беседой между хозяином поместья и горничной.

Признание

Второй рабочий день не сильно отличался от первого. Кинг постепенно привыкал к своей новой работе, а Беатрис почти всегда сидела рядом с ним. Сейчас эти двое вместе с горничными находились на кухне и готовили обед.

Возможно, попадание в другой мир — лучшее, что со мной случалось. Хоть первый день и был довольно стрессовым, но сейчас всё весьма спокойно. Получается, тот лысый неогерой был прав. Как там его... Не важно. Он назвал это Церковью Реинкарнации в Другом Мире. А ведь эта секта была популярна. Я даже на секунду подумал, не он ли отправил меня в этот мир. Но это не было реинкарнацией, значит, этот вариант отпадает.

Пока Кинг размышлял в процессе чистки овощей, он сам не заметил лёгкую улыбку на своём лице, но она точно была замечена двумя горничными и его духом. Младшая из сестёр всё же решилась задать вопрос величайшему герою.

— Кинг-сама, не могли бы вы поподробнее рассказать о своей прошлой работе?

Я ведь не могу честно сказать, что меня ошибочно приняли за сильнейшего и присваивали все заслуги, что должны были достаться другим.

— Что именно тебя интересует?

Он повернулся к девушке с голубыми волосами, не отрываясь от чистки того овоща, который в его родном мире назывался картошкой.

А мои навыки в работе с ножом неплохо улучшились за один день. Но с памятью проблемы ещё не решились. Я не могу вспомнить название этого овоща. Беатрис только вчера мне об этом рассказывала...

— К примеру... Классовая система в этой Ассоциации Героев. Какие классы там были и по каким критериям людей в них определяли?

Спасибо, что не спросила конкретно обо мне.

Кинг вытер рукавом каплю пота, стекающую по его щеке со шрамом.

— В общем. Героев распределяли по классам от C до S. С-класс в большинстве случаев — обычные люди, либо люди с нераскрытыми талантами, которые только начали свой путь и на данный момент слишком слабы.

И всё равно сильнее меня.

Все вновь заметили признаки грусти на лице Кинга. Особенно тревожные мысли по этому поводу были у Рем, которая и задала этот вопрос.

Неужели произошло что-то плохое, отчего Кинг-сама вообще не хочет вспоминать о своей работе. А я ему об этом напомнила...

Её самоуничижительные мысли были прерваны самим Кингом, который продолжал свой ответ.

— B-класс — предел того, что может обычный человек.

Кроме Сайтамы.

После мыслей о лысом плаще Кинг снова улыбнулся, что было замечено и осталось непонятным для всех остальных.

— А-класс изначально был высшим. По крайней мере, до появления людей, которые были слишком сильны и выбивались из всего этого класса. Со временем для таких и был создан S-класс. Я был одним из тех, кому его присвоили сразу.

— Но как же так вышло, что лысый плащ, побеждающий одним ударом, оказался в B-классе, если его место явно в начале S-класса?

Этот вопрос был задан уже старшей сестрой.

— Насколько я наслышан, героев изначально тестируют физически и умственно. Человек, желающий стать героем, должен быть крепким и иметь хоть малейшее представление о своей будущей работе. Сайтама рассказывал, как набрал максимальный балл на силовом тесте, но получил проходной на письменном. И последний показатель, это...

Тот, который я больше всего ненавижу.

— Популярность героя, приобретаемая уже в процессе его деятельности. Поначалу о Сайтаме никто не знал, хотя он геройствовал довольно долго. Потом его принимали за лжеца, якобы он побеждал монстров, что уже были ослаблены другими героями. Разумеется, это не было правдой, но он сам им подыгрывал. Видимо, чтобы не уменьшать ценность других героев.

Я и сам лично слышал о том, как меня называли сильнейшим, добавляя, что большинство остальных героев — просто бесполезный мусор. Какие же это глупые люди. Другие жертвуют своими жизнями ради них, а они только и могут, что поливать их дерьмом, указывая на тех, кого они считают более сильными.

От внутренней злости Кинг не заметил, как порезал указательный палец. Он не переставал чистить различные овощи для обеденного супа, параллельно отвечая на вопросы двух горничных.

— Ой.

Рем сразу подбежала и использовала магию исцеления, отчего Кинг был слегка удивлён, но не более того.

— Спасибо.

В ответ она просто мягко улыбнулась.

Кажется, они перестали меня бояться. И это хорошо. Я не знаю, почему они так реагировали до этого, но похоже, что сейчас всё нормально. Думаю, нужно продолжить отвечать на их вопросы.

— Помимо героев, этими же классами делили преступников. А для монстров классификация была отдельной. От волчьего уровня до божественного.

Кинг поднял взгляд и оглядел комнату, проверяя, действительно ли его продолжают слушать.

Почему их это так интересует?

— Волчий уровень — это те монстры, с которыми даже обычные люди могут справиться. В среднем, на них идут либо три героя C-класса, либо один из B-класса.

— Получается, они в любом случае сильнее людей, в самом деле?

Сегодня Беатрис была довольно молчаливой, поскольку её подрядчик явно не привык просыпаться в шесть утра. Она не хотела ухудшать его положение лишним шумом, но не смогла удержаться от своего вопроса.

— Намного сильнее, но не являются чем-то непостижимым. Тигриный уровень уже опаснее локальных конфликтов и может охватывать целый район. За ним демонический уровень, охватывающий город.

Последнее предложение явно не понравилось двум близняшкам, но они не стали говорить об этом.

Значит, даже за водопадом демонов принимают как что-то злое...

Одинаковая мысль сестёр была прервана продолжающимся ответом Кинга.

— Драконий уровень, спокойно охватывающий несколько городов. Никто, кроме героев S-класса, не может их победить. И последний уровень угрозы... Божественный. Из названия понятно, что это угроза всему человечеству, как тот охотник на героев. Даже герои S-класса оказались неспособны победить его.

— Почему ты говоришь об этом с таким равнодушием?

Рам действительно не поняла, почему его не заботило поражение в битве, что определяла судьбу его мира. Она едва вспомнила причину, как Кинг уже начал её озвучивать.

— Сайтама победил с лёгкостью, я в этом уверен. Он действительно сильнее всех героев S-класса вместе взятых. Сомневаюсь, что они смогут ему хотя бы синяк оставить.

Этот ответ удовлетворил Рам, но не Рем и Беатрис.

Кинг-сама говорит так, будто считает себя недостойным стоять рядом с остальными, хотя именно его называют сильнейшим. Может... Я что-то упускаю?

Таким образом, уже второй рабочий день подошёл к концу. Кинг вместе с Беатрис зашёл в одну из гостевых комнат. Он просто хотел побыстрее умыться холодной водой, чтобы уменьшить усталость. Гостевые комнаты в данном случае были ближе его собственной.

Да. Я совсем не привык вставать так рано и работать. Нужно прийти в себя. У меня сейчас будет урок с моей Бетти.

После холодной воды, попавшей на всё его лицо, Кинг уже хотел выйти и вернуться в свою комнату, но дверь резко закрылась магией его единственного и любимого духа.

— А?

— Подойди ко мне, полагаю.

Кинг молча подошёл, не понимая сути её действий. В следующее мгновенье она взяла Кинга за руку.

— Подрядчик Бетти должен сесть.

Она указала на пол.

Кинг проследил за её пальцем. На полу лежал ковёр, и хотя комната не использовалась, она была чисто убрана. Конечно, пол был настолько чистым, что на нём можно было бы и спать лечь.

Кинг сел в позу сэйдза, не понимая, почему Беатрис хотела, чтобы он сел именно в этой комнате.

Беатрис глубоко вздохнула и села рядом с ним. Её милое детское лицо было так близко к Кингу, что казалось, можно было дотронуться, и Кинг, волнуясь, внимательно всматривался в её профиль, пытаясь уловить хоть какие-то эмоции.

Хотя пытаться и не стоило. У неё на лице всё написано.

— Видно же, что подрядчик Бетти подавлен, я полагаю. Тебе ведь не обязательно напоминать, что Бетти — дух и неотъемлемая часть Кинга? Ты можешь рассказать мне обо всех своих проблемах, в самом деле.

Великий дух библиотеки была действительно обеспокоена резкими перепадами настроения сильнейшего героя. Она хотела, чтобы он доверял ей достаточно для решения их теперь уже общей проблемы.

Обычно, никто не замечал моих возражений. Я пытался сказать им, что никаким героем я не являюсь. Но здесь... Меня самого просят рассказать правду? Она права. Лучше сделать это как можно раньше, чтобы никто не принимал меня за какого-то героя, которым я и не собирался быть. Я просто хочу спокойной жизни.

Беатрис увидела, что он задумался, и хотела окликнуть, но ответ был произнесён раньше.

— Всё дело... В моей силе.

— В твоей силе? Но почему именно она? Может, из-за недавнего случая с охотником на героев? Допустим, ты впервые почувствовал поражение и поэтому так...

— Нет у меня никакой силы!

Молчание после этих слов затянулось на добрые три минуты.

Что?

Глаза Беатрис с опозданием расширились от этого заявления. Она целых три минуты не могла понять, что Кинг сказал. Ей ничего не осталось, кроме как слушать дальше.

— К-как это понимать? Я не понимаю, в самом деле.

— С самого начала, по какой-то причине все люди видят во мне героя. Видят сильнейшего, который в удобный для них момент появится и решит их проблему. Победит сильного монстра без усилий. Но у меня нет никакой силы. Я бы назвал себя обычным человеком, но нет...

В это время у Беатрис все мысли были только об одном.

Интересно, он сейчас действительно просто принижает себя из-за недавнего поражения? Если Кинг утверждает, что у него нет никакой силы...

— Тогда что это за громкий звук, будто ты готов убить всё живое одним лишь прикосновением?

— Это моё сердце.

— А?

— Правда в том, что я... В десяток раз трусливее любого обычного человека! Я просто не способен на геройство!

Бетти могла только молчать. Она действительно не понимала, как такое может быть.

Бетти, конечно, чувствует отсутствие силы в своём Кинге, в самом деле. Но я думала, что он просто сдерживает её...

— Каждый раз, когда я находился на грани смерти... Появлялся кто-то, кто побеждал монстров вместо меня!

Следующая фраза прозвучала намного тише остальной части его громкого признания.

— Каждый чёртов раз... Я всегда сбегал от опасности, а кто-то другой побеждал монстра... Я был лишь жалкой жертвой, а все остальные думают, что это я побеждал монстров просто из-за того, что был у всех на виду. На самом деле... Всё это — дело рук Сайтамы.

— Тот, который побеждал одним ударом, я полагаю?

Глаза духа не собирались сужаться до нормальных размеров.

— Да. Я спросил, не обидно ли ему из-за этого, а он ответил, что всё нормально. Он геройствовал не ради славы. Это было просто его хобби. И он был единственным, кто видел меня настоящего. Всякий раз, когда я пытался сказать правду, меня перебивали, утверждая, что я сражался и побеждал. Недавний случай за пару дней до моего попадания в ваш мир тому пример. Я просто спал в комнате Сайтамы. Как проснулся, я выкинул мусор и пошёл обратно в свою квартиру. Возле неё меня уже ждали сотрудники ассоциации, которые не могли со мной связаться. Меня потащили на очередное собрание S-класса. Как только меня спросили, где я был... Я хотел сказать правду. Я просто спал. На половине предложения сотрудники ассоциации оборвали меня. Они приняли пятна от набе на футболке за кровь монстров... Они сказали, что я провёл целую ночь в штабе ассоциации монстров, убивая их одного за другим. Естественно, ничего из этого не было! Я... Я просто... Величайший лжец своего мира, а не герой.

Кинг наконец смог выдохнуть, не заметив, что он тонул в собственном поту от этого напряжения.

Ну. По крайней мере, я наконец смог признаться и буду жить обычной жизнью... Даже если после этого все разочаруются и не станут со мной общаться, то ладно. Я почти всегда был один...

Мысли Кинга были прерваны мягким тоном его духа.

— Знаешь... Ты... На самом деле герой, я полагаю.

Что?

— Ты не слушала, что я говорил?

— Как невежливо, я полагаю! Что бы ты о себе ни думал, ты действительно герой, в самом деле... Может, и не сильнейший. По крайней мере, твои действия действительно спасали людей, и не нужно доказывать обратное, в самом деле! Во время последней битвы ты же смог спасти других героев и продержаться до прихода этого Сайтамы?

— Д-да, но...

— Никаких "но", в самом деле! Ты уже сделал то, чего никто не мог, но называешь себя самым трусливым. Ты сам-то в это веришь?

Кинг мог только молча смотреть на реакцию Беатрис и думать над её словами.

Может, я и правда хоть на что-то способен, но...

— Я ведь всё равно солгал о своей силе.

— Тебе её навязали и начали рассчитывать на неё. Ты хоть раз утверждал, что действительно ей обладаешь?

— Нет.

— Значит, вопрос о твоей лжи закрыт, я полагаю. Возможно, твои удача и харизма — и есть твоя сила. А если хочешь что-то ещё, то ты просто можешь стать сильнее!

Глаза Кинга расширились в удивлении. Где-то подобные слова он уже слышал.

— Важнее то, что ты — всеобщий герой. Они считают тебя сильнейшим героем, несмотря ни на что... Ты можешь просто стать сильным. Тебе ведь ничего не мешает, правда?

Он вспомнил. Это был...

— Ну, я потопал. Ещё свидимся.

Сайтама.

Кинг не совсем перестал сомневаться в себе. После того как ещё один человек, на этот раз намного слабее, указал ему на возможность, его сомнения были уменьшены. Он просто улыбнулся.

И отрубился. Пока Кинг вспоминал относительно недавние события и преисполнился решимостью, Беатрис выкачала из него достаточно маны, чтобы он уснул.

— Никому ни слова об этом, я полагаю.

Дверь в комнату открылась бесшумно.

— Да, Беатрис-сама.

Не так давно Рем заглянула в эту гостевую комнату и услышала весь диалог от начала до конца.

— Кинг-сама просто спит?

— Да. Теперь у тебя не будет и мысли о том, чтобы что-то сделать с подрядчиком Бетти, интересно?

— Такие мысли у Рем отпали после первого звука его сердца, Беатрис-сама.

Я действительно была до смерти напугана от звука, издаваемого его сердцем, поэтому сразу забыла про запах ведьмы. Но теперь... Я понимаю, что в любом случае ничего не нужно было делать. Кинг-сама хороший человек, хоть и причина запаха мне неизвестна. Очевидно, что ему тоже. Но если бы я всё-таки смогла перебороть страх и нанести удар...

Мысли Рем прервал великий дух библиотеки.

— Можешь отнести подрядчика Бетти до нашей комнаты? Я подойду позже.

— Да.

Дверь закрылась, и Беатрис осталась размышлять в одиночестве.

Хоть мой подрядчик и говорит, что он был простым человеком в его мире, но здесь... Он обладатель полномочия.

Инцидент в Арламе

Кинг проснулся в своей комнате, вспоминая конец вчерашнего дня.

Я наконец-то смог выговориться, и Беатрис меня поняла. Возможно, они с Сайтамой и правы. Думаю, я должен попытаться стать сильнее. Сайтама говорил, что достиг такой силы с помощью изнурительных тренировок. Учитывая его характер, скорее всего, это просто большое количество отжиманий, приседаний, скручиваний и бег на большую дистанцию. Это первое, что пришло мне в голову.

Кинг медленно высвободился из объятий Беатрис и взглянул на часы.

На этот раз я встал ещё раньше. Последний раз в пять утра я просыпался, ещё когда в школе учился.

Он принял позу отжимания.

Сайтама не говорил, что именно и сколько повторений он делал, поэтому приму сто раз на упражнение. Думаю, я должен с этим справиться.

Двадцать отжиманий спустя

Это оказалось намного сложнее, чем я думал.

На лице Кинга уже выступали капли пота, хотя он сделал эти двадцать раз за минуту.

Почему я вообще ожидал от себя быстрого и лёгкого выполнения? Однако я должен продолжать.

Спустя ещё десять минут Кинг закончил отжиматься. Его футболка слегка промокла, а прямо под лицом собралось несколько капель пота.

Локти... уже начали хрустеть. И руки трясутся. Удивительно, что я вообще смог доделать эти отжимания. Далее, перехожу к приседаниям.

Сто приседаний спустя

Ноги болят и тяжелеют. Мне же ещё бег нужно будет выполнять... А пока сотню на пресс.

Сто скручиваний спустя

Как сильно этот пресс может гореть...

Небольшие капли под лицом Кинга за эти двадцать минут превратились в полноценную лужу, которая увеличивалась от пота, стекающего со всего его тела.

Как же я хочу всё это бросить. Но... Тогда я не стану сильнее и точно буду уничтожен под чужими ожиданиями.

Пройдя по коридору, спустя семь минут, Кинг наконец оказался в саду особняка.

Какой огромный сад. Это точно не целое футбольное поле? Я так понимаю, совсем скоро меня заставят подстригать изгородь.

Кинг начал пробежку, и через пять минут задумался.

А как я пойму, что это ровно десять километров? Ладно, не важно. На сколько выдержки хватит, столько и пробегу.

Он пробежал шесть кругов вокруг особняка за полчаса.

Я уверен, что умру прямо сейчас. Как моё сердце до сих пор не бьётся с той громкостью, на которой абсолютно все съеживаются от страха, мне неизвестно.

Кинг уже собирался открыть входную дверь особняка, как она была открыта старшей из близнецов изнутри.

Рам собиралась заняться изгородью, и она явно не ожидала увидеть Кинга на улице в столь раннее время.

— Что ты здесь делаешь так рано?

— Только что закончил тренировку.

Рам внимательнее осмотрела его пропотевшее тело, медленно кивнула и отошла от входной двери, чтобы Кинг мог пройти.

— Прошу прощения, но сегодня я присоединюсь чуть позже.

— Поняла.

Насколько тяжёлыми были его тренировки, если он прямо сейчас больше похож на мёртвеца? Это и есть секрет его силы?

В следующее мгновение Кинг набрал себе тёплую ванну и распластался в ней звёздочкой.

Никогда бы не подумал, что буду принимать ванну с утра. Это максимально странно. С другой стороны, у них тут нет душа, поэтому ничего не поделаешь. И всё-таки эта тренировка была очень тяжкой. Поражаюсь тому, как Сайтама терпел это на протяжении трёх лет. Может, он потому и облысел? Нужно быть с этим осторожнее. А сейчас пора бы уже выйти и начать рабочий день.

Кинг надел новые футболку и штаны и вернулся в комнату, где увидел Беатрис, скрестившую руки у груди и смотрящую на него с лёгкой злостью.

— И где подрядчика Бетти всё это время носило, в самом деле?

— Я начал тренироваться.

Глаза духа на мгновение расширились перед тем, как вернуться в исходное положение, и на её лице появилась лёгкая улыбка.

— В следующий раз глупый подрядчик не должен оставлять Бетти одну, я полагаю.

— Хорошо.

На лице Кинга появилась лёгкая улыбка.

Спасибо.

— Сегодня мы можем начать изучение магии, но Бетти должна узнать, каким элементом обладает её подрядчик.

Я так и не проверила его до этого. Какая глупость, в самом деле.

Она подлетела и коснулась пальцем лба Кинга.

— Четыре элемента, в самом деле?!

— А?

— Инь, ветер, огонь и вода, я полагаю. Первый элемент — один из двух редких. Им обладает и твоя Бетти, в самом деле.

Великий дух инь казалась гордой за таланты своего подрядчика и была рада возможности учить его.

— Начнём сегодня вечером, я полагаю.

Кинг молча кивнул, после чего они присоединились к двум горничным.

Спустя ещё один день Кинг вновь вышел на работу, на этот раз без опоздания, перед этим потренировав тело методом его друга и магию инь вместе с Беатрис.

Будь на месте Кинга-самы кто-то другой, он бы уже давно получил заслуженное наказание за вчерашнее опоздание. Но только в первые дни великодушная Рам будет к нему снисходительна.

Она сама не заметила глупой улыбки на своём лице. Впрочем, она была замечена только её сестрой. Чтобы не отвечать на возможные неловкие вопросы со стороны сестры, Рам решила сменить тему, не дожидаясь их озвучивания.

— Кажется, у нас заканчиваются специи...

Рем, конечно, поняла мысли сестры, и ей пришлось подыграть.

— Я собиралась пойти в деревню завтра...

— Тогда как насчёт того, чтобы перенести этот план на сегодня? Если они заканчиваются, то чем раньше, тем лучше.

Кинг, как и всегда, предложил прагматичное решение.

Если пойти сегодня, то можно не идти завтра. Мне и сегодня лень идти, но лучше сделать это сейчас.

— А почему бы и нет, ничего страшного.

Рам легко согласилась за свою раздумывающую сестру, коснувшись своих розовых волос и прикрыв один глаз.

— А?

Она посмотрела на сестру, услышав её вопросительный тон.

— За покупками всё равно идти надо, а срочных дел у нас нет. К тому же, Кинг с Беатрис-самой составят нам компанию.

— Да.

Я даже и не предполагал, насколько мне надоело жить как отаку, играя в «Любовь сестричек» и побеждая на турнирах по файтингам. Никогда бы не подумал, что смогу жить как обычный человек. Хотя идти всё равно лень.

— Однако в деревню мы пойдём в любом случае после обеда. До этого времени давайте хотя бы закончим обычную работу.

Два часа спустя

Для Кинга это был первый раз, когда он вышел за пределы поместья. Для деревни, расположенной так близко к особняку маркграфа, она была небольшой — всего около трёхсот человек.

— И всё же, Кинг-сама удивительно быстро справился с работой.

— Нет ничего, с чем не справится подрядчик Бетти, я полагаю.

Рем и Беатрис похвалили Кинга за проделанную работу, а Рам в своей манере решила промолчать.

Да уж, я сам удивлён тем, как легко всё прошло. Но тот старик с привычкой тыкать в людей пальцем довольно неприятный. Кажется, Мураосой его звали. Вроде так.

Кинг вздохнул про себя. В ответ на его вздох...

— Ки-инг, что случи-и-илось?

Голос донёсся откуда-то сверху. Повернув голову, Кинг посмотрел назад — на маленькую фигурку, цеплявшуюся за его спину. Это был мальчик с коротко стриженными каштановыми волосами. Ему точно было меньше десяти лет. Он глуповато улыбнулся, поймав взгляд Кинга. Кроме него, за ноги и пояс Кинга цеплялись и другие маленькие тени.

Все они были малышами, ростом не доходившими Кингу даже до пояса. Тех, кто вцепился в него, было четверо, а если оглядеться по сторонам, набралось бы, пожалуй, человек десять.

— Чего прицепились? Мне ещё работать нужно.

Конечно, Кинг сказал это без злости.

— Можно нам ещё поиграть с твоей Бетти?

— Ну пожа-а-алуйста.

— Бетти вам не какая-то игрушка, в самом деле! Она дух своего любимого подрядчика.

Беатрис лишь сделала вид, что разозлилась на поведение детей, хотя в душе ей было немного весело.

Дети даже не обращали своего внимания на двух горничных, что молча смотрели на эту сцену.

Значит, я в любом мире буду популярен среди всех возрастов, серьёзно? Придётся с этим смириться...

Кинг поглаживал по головам детей, обхвативших его ноги.

— Думаю, мне уже нужно вернуться. Будь у меня побольше времени, я бы с вами ещё поиграл.

Помахав рукой надувшимся детям, Кинг последовал за Рам и Рем обратно до особняка. Но стоило ему сделать шаг, как кто-то потянул его за рукав. Обернувшись, он увидел девочку с каштановыми волосами, заплетёнными в две косички, которая смущённо его удерживала.

— Хм?

Он присел на корточки, чтобы встретиться взглядом с опустившей голову девочкой:

— Что такое? Если хочешь что-то сказать, я слушаю.

— Эм… сюда…

Потянув его за рукав, девочка указала в направлении, противоположном тому, где должен был находиться особняк. Кинг не решился отмахнуться от её слабенькой хватки и вопросительно посмотрел на Рам. Та тихонько вздохнула:

— Ещё немного… делай, что хочешь.

Позволив девочке вести себя за руку, Кинг с Беатрис последовали за ней. За ними потянулись всё те же дети. Похоже, они знали, куда идут, так как на их лицах играли озорные улыбки, и они тихонько перешёптывались.

Подталкиваемый хихикающими детьми, он прошёл между домами и очутился в тенистом уголке. И там он обнаружил то, что дети так хотели ему показать. Девочка отпустила его руку и подбежала к этому сюрпризу. Немного запыхавшись, эта обычно тихая девочка вернулась к Кингу, держа «это» на руках.

Это было существо, похожее на щенка, с коричневатой шёрсткой. Он выглядел совсем маленьким, будто только что родившимся, и даже вытянувшись во всю длину, вряд ли достигал тридцати сантиметров.

Кинг уже хотел погладить щенка, как он резко зашипел на него.

А ведь точно. Из всех животных именно собаки меня не любят и пытаются укусить при первой возможности. Довольно неприятно. Значит...

— Я на это не поведусь.

Кинг скрестил руки у груди и сказал это, глядя в глаза щенка и при этом сузив свои собственные.

— Получается, ты меня раскрыл.

Кинг в недоумении приподнял бровь, смотря на то, как девочка отпускает щенка на землю.

Пушистый комок с чудовищной скоростью начал раздуваться. Собачка, что помещалась бы у него в руках, в мгновение ока превратилась в нечто размером с голову гигантской собаки. Оттолкнувшись от земли с такой силой, что та задрожала, зверодемон поднялся на задние лапы. Затем вольгарм стукнул когтями передних лап друг о друга, демонстрируя эти когти, способные одним ударом содрать плоть до костей.

Что это за херня такая...

Вольгарм уже собирался наброситься на своих двух предполагаемых жертв, как услышал:

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Огромный зверодемон замер на месте от страха. Этот страх был настолько сильным, что он перестал реагировать на приказы своей хозяйки.

— Ну же! Соберись, пёсик!

— Минья.

Следующее, что увидела маленькая укротительница зверей, — тёмный кристалл, пробивший голову этого монстра.

Но сердцу Кинга легче не стало.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Дети уже давно разбежались от страха, увидев этого монстра. Но звук «двигателя Кинга» не мог остаться неуслышанным.

Обе сестры прибежали почти сразу же. Следующее, что они увидели, был кристаллизованный вольгарм без головы рядом с Кингом и маленькую девочку, которая тряслась от страха.

Рам только открыла рот, чтобы спросить, что здесь произошло, как из леса вылетела дюжина подобных собак, но эти были намного меньше. Несколько собак кинулись на близняшек, не ожидая, что их головы моментально лопнут.

Лязг цепи не остался незамеченным Кингом.

Она всё это время ходила с моргенштерном... И где она его прятала?

Мысли Кинга были прерваны рычанием тех собак, что были нацелены на него.

Кинг от страха прикрыл глаза левой рукой.

Теперь я умру именно так? Меня просто загрызёт стая собак, о которых Беатрис не так давно рассказывала...

От этого осознания его сердце забилось намного громче.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Этот звук был слышен даже в самом особняке, прервав учёбу Эмилии и заставив её подумать о сильнейшем герое.

Это Кинг-сама там сражается? Но ведь он просто ушёл за специями с Рам и Рем. Ладно, я просто поверю в то, что он сам разберётся. В сравнении с ним я всё равно слаба, так что буду просто путаться под ногами, если захочу помочь.

В тот же миг нападение вольгармов прекратилось. Все они постепенно упали один за другим и не могли встать. Их смерть была окончательной.

Что сейчас произошло? Кинг-сама действительно убил их всех... без единого удара?

Старшая из сестёр не могла в это поверить. Одно дело, когда тебе рассказывают о сильнейшем человеке, способном побеждать любых противников независимо от их силы. А видеть это вживую — совершенно другое.

Два дня назад Кинг-сама изливал душу, говоря о том, какой он трусливый, слабее обычного человека. Я просто не могу поверить в то, что все эти зверодемоны умерли от страха, услышав звук его сердца! Это невозможно! Кинг-сама просто принижает себя из-за недавних событий, от которых пока не оправился. Хотя, возможно, он с самого начала относился к себе хуже, а потому лгал сам себе. Это звучит более правдоподобно, чем его ложь.

Изначально Рем поверила словам Кинга, что были услышаны за дверью одной из гостевых комнат, но теперь... Эта вера испарилась моментально. В её глазах Кинг был сильнейшим и добрейшим героем, который, возможно, спас её вместе с сестрой и всей деревней от целого леса зверодемонов, который был направлен на самого Кинга.

Рам внимательно осмотрела своё окружение, остановив взор на Кинге, который плавно убрал руку со своих глаз, щурясь и смотря на кучу мёртвых туш.

Он действительно уничтожил их всех, одновременно прикрывая глаза из-за того, что солнце слепило его? Хотя сейчас оно не так ярко светит. Возможно, у Кинга-самы просто более чувствительные глаза.

Кинг наконец полностью убрал руку с лица и постепенно открыл глаза.

А? Все собаки мертвы?

От облегчения Кинг выдохнул, что двумя сёстрами расценилось как усталость от таких слабых врагов.

Его сердце наконец начало успокаиваться, когда он заметил, что его правая рука была свободна.

Куда Бетти ушла?

Кинг едва успел об этом подумать, как позади себя услышал голос своего милого духа.

— Бетти на всякий случай сняла проклятья с детей, которых эта псина покусала.

— Понятно.

Кинг окончательно успокоился, взяв Беатрис за протянутую руку. Они возвращались в особняк.

Близняшки наконец оправились от шока и пошли за ними.

Ожидаемое повышение

Для Мейли Портрут сегодняшний день был, мягко говоря, не самым удачным.

Она направила всех зверодемонов, которых могла, на мужчину со шрамом на лице, убегая куда глаза глядят, пытаясь избежать смерти.

Бли-и-ин, как всё так обернулось? Он с самого начала знал, что я приду за ним в эту деревню? Нечестно! Нечестно! Нечестно-о-о! Почему он такой сильный?! Это о нём Эльза меня предупреждала? Теперь... Наказания от матери мне не избежать... Хотя, даже это может быть лучше того мон...

Она не успела додумать свою мысль, как услышала самый угрожающий звук в её жизни.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Маленькая Мейли моментально упала и сжалась в позу эмбриона от страха. Удивительно, что её сердце ещё не остановилось под давлением этого звука, говорящего о скорой смерти всего в радиусе десятка километров.

И действительно.

Все собачки... Мертвы?

Мейли убедилась в этом, пытаясь контролировать вольгармов Божественной Защитой Магического Манипулирования. Ни один вольгарм в этом лесу не выжил. Лишь некоторым повезло умереть от моргенштерна одной миниатюрной горничной, когда все остальные друг за другом умирали от страха.

Спустя некоторое время все жители Арлама решились выйти и посмотреть на причину адского звука. Они вышли на улицу, прошли около сотни метров и увидели весьма странное зрелище: несколько десятков зверодемонов лежат на траве, будто мёртвые.

Милде Алам, как глава деревни, не могла не задаться вопросом.

— Что здесь произошло...

Она лишь неосознанно пробормотала это, не понимая, каким образом эти вольгармы могут быть мёртвыми без единого ранения.

Эти вопросы мысленно разделяли все жители деревни, пока не услышали голос одного из детей.

— Кинг-сама...

Все жители обернулись к двенадцатилетней девочке с красновато-коричневыми волосами, которая с почтением произнесла незнакомое для них имя.

— Петра. Кто такой этот Кинг?

Старушка Милде слегка прищурилась, задавая этот вопрос, не ожидая, что около десятка детей хором дадут ей ответ.

— Братик Ки-инг — новый дворецкий особняка, и он невероятно крут!

Мысли остальных жителей едва начали формироваться, как они услышали слова брата Милде, Мураосы.

— Тот самый парень, значит.

Естественно, никому эта фраза ни о чём не говорила, но в глубине души они поняли: эта деревня под защитой существа, многократно превосходящего самого Святого Меча.

Спустя сутки ебучий клоун придворный маг вернулся с важного совещания, буквально прилетев с неба, и увидел кучу трупов вольгармов. Увиденное заставило его задуматься на пару минут и осмотреть трупы, прежде чем сжечь их.

Через пару минут Розвааль вернулся в свою офисную комнату и достал том мудрости. Перед тем как прочитать новое наставление, он невольно задумался над старым.

Для чего было указано отправить меня на совещание и вернуться следующим вечером? Трупы я мог сжечь и без этого.

Придворный маг перелистнул страницу и прочитал её содержимое.

Прославить Кинга как величайшего героя за всю историю мира. Любыми способами.

За все четыре сотни лет моей жизни книга мудрости не ошибалась. Единственное незначительное отклонение было в первый день, когда Кинг просто рухнул от усталости, а не от ранений. «Любыми способами» значит, да? Хорошо.

Розвааль аккуратно закрыл книгу и бережно положил её в средний ряд тумбочки.

— Я уже зна-а-аю, какой вопрос задам ему с утра. Дорогой Ки-и-инг будет очень удивлён.

Клоун даже забыл смыть свой грим перед тем как лечь спать.

Первоначально следующее утро выдалось довольно спокойным. По просьбе Кинга он и его коллеги по работе сели за один стол с Розваалем и Эмилией. Они ели в тишине, пока не услышали справедливый вопрос со стороны Беатрис.

— И почему клоун внезапно ушёл, оставляя защиту своих владений на подрядчика Бетти, в самом деле?

Не сам вопрос, а обращение к хозяину особняка немного разозлило старшую горничную, но все остальные не обратили на это особого внимания.

— Я просто полаг-а-а-ал, что дорогой Кинг сам спра-а-авится, потому без проблем пошёл на совеща-а-ание.

— Как грубо! Подрядчик Бетти работает дворецким и не обязан выполнять за тебя твою работу, я полагаю!

Кинг попытался успокоить великого духа, что вышло довольно успешно.

— Не переживай, Бетти. Всё-таки в любом мире это остаётся моей работой, как героя S-класса и сильнейшего человека.

Один парень утверждал, что чем больше сила, тем больше ответственность. Другой человек его дополнил словами о том, что власть и популярность — это наивысшее проявление силы. Как бы мне не хотелось этого признавать, но я просто должен этим заниматься.

— Особенно, если сильнейший заклинатель страны оказался бесполезен.

Последние слова неосознанно были произнесены вслух самим Кингом, после чего столовая на полминуты вернулась к тишине.

Погоди. Я... Сказал это вслух, да? Вот чёрт...

По левой стороне лица Кинга стекла капля пота.

Никто не понимал, удивляться ли им от такого проявления неуважения к придворному магу или не удивляться, потому что эти слова произнесены сильнейшим человеком. Но факт остаётся фактом. Все в этой комнате безоговорочно согласились со словами Кинга. Даже Рам, очень преданная Розваалю, согласна с этим заявлением. На мгновение здравомыслие взяло верх над стокгольмским синдромом.

А если бы с моей сестрой что-то случилось без вмешательства Кинга-самы... Никто, кроме него, не мог догадаться, что это не обычная собака, а вольгарм. По той же причине, почему никто не стал задаваться вопросами о сбежавшей укротительнице зверей. Кто она и почему её на территории деревни раньше не видели? Кинг-сама действительно такой же герой, как Эмилия о нём говорила. Нет, он намного лучше...

Мысли Рам были прерваны более серьёзным тоном маркграфа. Он даже перестал растягивать слова, как любил это делать.

— Я прошу прощения за своё отсутствие и понимаю, что доставил проблем, Кинг.

Следующее действие Розвааля поразило всех привычных жильцов особняка. Он встал со своего кресла и поклонился Кингу.

— А потому я предлагаю тебе повышение.

— Хм?

Кинг не понимал, о каком повышении идёт речь. Он работает здесь чуть меньше недели. Единственное, что было понятно, — это награда за спасение деревни и его подчинённых.

— Не хочешь ли стать рыцарем леди Эмилии?

Близняшки и два духа ожидали чего-то подобного и лишь мягко улыбнулись, а Эмилия подавилась чаем от удивления, сплюнув его обратно в чашку, хотя некоторый объём всё равно вытек через её нос.

Внешне Кинг совершенно не изменился. По мнению остальных, он был уверен, что придворный маг предложит ему именно это.

Какой к чёрту рыцарь? Я и говяжий дошик не смогу защитить, а тут личный рыцарь одной из кандидаток на трон.

Кинг оглядел всех присутствующих своим спокойным взглядом. Все, кроме одной горничной, улыбнулись и показали ему палец вверх. Рам же старалась сохранять свой высокомерный характер, хотя по её лицу всё равно было видно, что она разделяет мнение остальных. Самое активное согласие было со стороны Пака. Неудивительно, ведь его дочь всегда будет на первом месте. Кто ещё сможет защитить её так же хорошо, как сам Кинг?

Грустно признавать, но даже я, как отец Лии, признаю силу этого человека.

— Подрядчик Бетти действительно слишком хорош даже для рыцарей, я полагаю. Но я не против твоего согласия.

— В таком случае... Я согласен. Но базовую подготовку стоило бы пройти.

Кинг принял повышение, но, естественно, не был уверен в своих силах.

— А наш дорогой Кинг довольно скро-о-омен, я погляжу. Ты и так более чем достаточно силён и ве-е-ежлив, остаётся только выучить нашу п-и-и-исьменность и сменить наряд.

Маркграф отказал Кингу, думая, что он действительно настолько скромен и недооценивает себя.

Сам Кинг хотел начать думать о том, как всё дошло до этого, но его мысли были моментально прерваны громким вопросом самой Эмилии.

— Вы действительно согласны быть рыцарем девушки, похожей на ведьму? Почему?!

Эмилия до сих пор не могла понять, почему сильнейший герой так добр к ней.

Кинг-сама узнал, с кем меня ассоциируют в этом мире. Я буквально оба раза стала причиной его проблем. И всё равно... Вы слишком добры ко мне.

Кинг думал над этим вопросом одновременно с Эмилией.

Значит, она про Сателлу говорит.

— Мне-то какая разница, с кем тебя сравнивает большинство? Вы с ней не одно и то же, и людям пора бы это запомнить.

— Но у вас могут быть проблемы из-за меня!

Будто до этого их не было.

— Сомневаюсь, что хоть одно существо в этом мире может быть опаснее того, с чем я уже сталкивался.

Я всегда выживал в самых ужасных ситуациях. Пора стать сильнее и выполнить свою работу. Как бы я ни хотел оставаться в безопасности, пора уже смотреть на вещи более трезво. Все проблемы по какой-то причине ложатся конкретно на меня, ни на кого другого. Тут больше не на что полагаться, кроме как на самого себя.

Взгляд Кинга, направленный в глаза Эмилии, стал решительнее.

Эмилия не могла не встать со стула, чтобы подойти и обнять Кинга со слезами на глазах, благодаря его за доброту, которую она обычно получала только от своего отца Пака.

— Спасибо.

Это всё, что она могла сказать.

Почему она опять так близко? Я же ничего такого не сказал и не сделал.

Лицо Кинга покраснело, что осталось незамеченным для остальных. Он высвободил одну руку из объятий Эмилии, чтобы погладить её по голове.

Спустя пару минут она успокоилась, и завтрак продолжился. Сразу после его завершения Розвааль продолжил говорить по делу о повышении Кинга.

— Церемония посвящения пройдёт через неделю после начала отбо-о-ора. Готовься, дорогой Ки-и-инг.

Придворный маг вышел из столовой и направлялся к своему кабинету, радуясь сложившейся ситуации, хоть она и в очередной раз отклонилась от писания в книге мудрости.

Пока что эти отклонения незначительны, на них можно спокойно закрыть глаза. Конечный результат намного важнее этого. В последнем наставлении вообще не прописан чёткий результат. Полагаю, тут всё на моё усмотрение, лишь бы добиться этого результата.

Все остальные жители вышли из столовой. Две сестры продолжили свою работу, хотя одна из них её только имитировала, а Кинг с Беатрис вошли в свою комнату.

Кинг вновь переоделся в свою привычную одежду. Теперь на нём снова была надета та клетчатая рубашка. А форму дворецкого он решил оставить в шкафу, другой одежды у него всё равно не было.

После пары минут тишины Беатрис начала крайне важный разговор.

— Ты ведь понимаешь, что этому клоуну нельзя доверять?

Она боится любого, кто просто выглядит как клоун? Тогда...

— Понимаю.

— Это хорошо, я полагаю. Этот отвратительный человек следует той же книге, которую ты видел у меня. Она нужна ему, чтобы наставлять его на путь по воскрешению моей матери, который длится в его родословной уже четыре сотни лет. Он не побоится сделать что угодно, даже доходя до убийства всего живого, если так написано в книге. Нам нужно быть осторожнее, я полагаю!

В какое дерьмо я попал на этот раз? Даже среди своих будут враги... И что мне прикажете делать в такой ситуации?! Вообще ничего непонятно! Но есть один более интересный момент...

— А твоя мать...

— Ведьма Алчности, Ехидна, в самом деле.

— Ясненько.

Бетти недавно рассказывала, что Ведьма Зависти поглотила остальных ведьм, но я не знал, что одна из них — её мать. Получается, что Беатрис — искусственный дух. Понятно.

Размышления Кинга прервал стук в дверь. Он практически сразу ответил:

— Войдите.

Близнецы

Дверь медленно открылась, впуская в комнату полоску света из коридора. Рем вошла с довольно обеспокоенным видом, её шаги были тихими и неуверенными. Она медленно подняла взгляд на Кинга, её пальцы нервно теребили край фартука.

Ей что-то нужно?

— Бетти оставит вас двоих наедине, я полагаю.

Великий дух, скрестив руки, с лёгким фырканьем вышла из комнаты. В коридоре она заметила, что старшая из горничных тоже стоит у стены, прислонившись к ней и стараясь выглядеть незаметной.

Да что этим двоим нужно от подрядчика, в самом деле?

С лёгким раздражением Беатрис направилась в свою библиотеку, её туфли отстукивали чёткий, недовольный ритм по деревянному полу.

Кинг Бетти сам расскажет ей о его диалоге, если там действительно что-то важное. А вот при диалоге со старшей моё присутствие потребуется, я полагаю.

В комнате Кинга повисла тягучая, неловкая тишина. Рем сидела на стуле, положив руки на коленях, а Кинг расположился на кровати напротив, наблюдая за ней своим привычным невозмутимым взглядом.

— Что-то случилось?

Кингу надоела эта тишина, давившая на уши.

Если уж пришла сюда, чтобы что-то сказать, так говори. Не нагнетай.

Рем начала что-то бормотать себе под нос, её губы едва двигались. Кинг ждал ответа, не торопя её, его лицо оставалось каменной маской. Заметив такое его терпеливое отношение, Рем несколько раз глубоко вздохнула, подняла на него свои глаза и наконец начала говорить, голос её звучал тихо, но чётко.

— Рем благодарна за то, что Кинг-сама спас её с сестрой от зверодемонов.

И это всё, что она так долго собиралась сказать? Я ведь ничего не сделал, кроме как приготовился к своей смерти. Я ведь даже не знаю, кто этих собак уничтожил.

Кинг сделал серьёзное, сосредоточенное лицо, чтобы собеседница не увидела в нём растерянное выражение. Он слегка наклонил голову, придавая своим чертам вид внимательного слушателя.

Ни то что бы это было важно...

— Не стоит благодарности. Я просто делал то, что должен был сделать любой человек на моем месте.

Замереть от страха, либо убежать.

— Это не правда!

Рем выпалила это намного громче, чем сама того ожидала, и тут же смущённо прикрыла рот ладонью. После этих слов она откашлялась, сдерживая подступающие эмоции, и продолжила говорить, уже более сдержанно:

— Любой другой бы уже убежал. Кинг-сама спас деревню ещё до начала нападения. И мы с сестрой бы никогда не справились с таким количеством вольгармов.

Я до сих пор не понимаю, как это произошло. Раньше такого никогда не случалось. Должно быть, кто-то другой действительно спас меня. Только вот, кто это был, я уже не узнаю. А ещё, Рем выглядит как-то не так. Я, конечно, не уверен, но...

— Хоть ты и пытаешься казаться спокойной, на самом деле ты совсем не хладнокровна и не рассудительна, да?

Он произнёс это не как обвинение, а скорее как констатацию факта, его низкий голос звучал в тишине комнаты почти мягко.

В целом, как и остальные люди, которые думают, что у меня есть какая-то сила. Рассудительности им точно не хватает...

На замечание Кинга Рем на мгновение замерла, а затем бессильно опустила голову, её плечи слегка ссутулились. Она, так и не поднимая лица, прошептала:

— Я понимаю…

И продолжила, словно выплёскивая по капле то, что скопилось у неё на душе, её слова лились теперь тихим, но непрерывным потоком:

— Рем слаба, бесталанна, она самая бездарная из клана демонов. Поэтому, как бы я ни старалась, я почти никогда не могу достичь цели. Поэтому, чтобы Рем догнала сестру, я не могу придумать ничего другого, кроме как бежать быстрее всех.

Закрыв лицо руками, она с трудом выдавила из себя эти слова, её спина вздрагивала от подавляемых слёз.

Она изливает душу человеку, с которым знакома неделю. Да, за это время мы узнали друг друга получше, но всё же. Почему я? Ладно, просто скажу что-нибудь пафосное и подходящее под ситуацию.

— Получается, ты бежала настолько быстро, что не заметила, как обогнала свою сестру раз двадцать.

— Ч-что? Но я ведь просто...

— Думаешь, что ты замена своей сестре? А зачем?

Он задал вопрос прямо, без обиняков, его глаза внимательно изучали её реакцию.

Я ведь правильно её понял?

— Я не знаю, что у вас там случилось в прошлом и не думаю, что ты должна мне об этом рассказывать. Всё-таки мы всего неделю знакомы. Это явно не то дело, в которое должен совать нос простой коллега по работе.

И то бывший. Меня ж повысили.

— Но я скажу то, что вижу сейчас. Ленивая, заставляет свою сестру выполнять большую часть работы. Сомнительно качество той части, которую она всё же выполняет.

Он сделал небольшую паузу, давая словам осесть.

Это я не только про себя.

— И все эти слова адресованы не тебе. Уже догадалась, о ком речь?

— Подожди! Ты её совсем не знаешь. Был бы у моей сестры рог...

— Почти ничего бы не поменялось. Характер людей в основе своей остаётся таким же независимо от того, является человек физически полноценным или нет. А ты, как ни смотри, прямо сейчас лучше своей сестры. Ты более общительная, от работы не отлыниваешь, выполняешь её качественнее. Да и выглядишь тоже лучше... По крайней мере, глаза не такие злые.

Он закончил свою речь и внутренне поморщился.

Идиот, чуть про грудь не сказал.

— И ещё одно. Прошлое остаётся в прошлом. Тебе нужно больше думать о завтрашнем дне.

Ну. Вроде я сказал всё, что мог.

— О завтрашнем дне?

— Да. О чём угодно, ладно? К примеру, что будет на завтрак следующим утром. Даже любые мелочи сойдут. Какая бы нудная тема ни была, это разговор о завтрашнем дне, который возможен, потому что есть завтра.

Он откинулся назад, его массивная фигура слегка продавила матрас. В комнате снова воцарилась тишина, но теперь она была не такой напряжённой.

Это самая долгая речь в моей жизни. Даже разговор с Сайтамой об окончании его развития не длился так долго. Хотя, он и не любитель долгих речей.

— Рем… очень слаба. Поэтому, я наверняка буду опираться на вас, Кинг-сама.

Уж точно не мне ты должна заявлять о своей слабости! Во сколько раз я слабее тебя?

Несмотря на внутреннюю панику, выражение лица Кинга оставалось относительно спокойным, почти отстранённым.

— Можешь звать меня просто Кингом. И ладно. Я тоже слаб. Так что мы можем опираться друг на друга и двигаться вперёд.

Хотя бы выслушать человека и предложить решение я могу. Когда взваливаешь всё на себя, то видишь только эту ношу и перестаёшь замечать дорогу впереди.

Рем улыбнулась, и из уголков её глаз вдруг потекли слёзы. Крупные, неудержимые слёзы лились ручьём по её щекам, но Рем продолжала улыбаться, и эта улыбка сквозь слёзы была самой искренней, что Кинг видел за всё время.

Кинг-сама продолжает вести себя так, будто он самый обычный человек, чтобы другие чувствовали себя лучше.

Пока Рем плакала, снимая груз с души, она не заметила, как Кинг, после минутного колебания, нежно, почти как старший брат, положил свою большую ладонь ей на голову и начал гладить её по волосам. Его прикосновение было неуверенным, но тёплым.

Пятнадцать минут спустя

Рем, выплакавшись вдоволь, с красными, но уже сухими глазами вышла из комнаты. При этом она настоятельно просила, чтобы то, что она выплакала, осталось абсолютным секретом, на что Кингу было в целом всё равно — у него и своих секретов хватало.

Спустя минуту, как будто дожидаясь своей очереди, в комнату вошла уже Рам. Она держалась с привычной прямой осанкой, но в её розовых глазах читалось необычное для неё напряжение.

Кинг молчал, сидя на том же месте, но не мог не задаться вопросом.

А ей что от меня нужно?

Следом за ней, словно тень, в комнату бесшумно вошла Беатрис. Она подошла к Кингу и встала рядом, развернувшись и уставившись на горничную своим испытующим, неодобрительным взглядом.

— Говори уже, чего ты хочешь от моего подрядчика, в самом деле.

Обычно гордая и насмешливая горничная сглотнула, подняла голову, и её голос, лишённый привычных высокомерных ноток, прозвучал почти как мольба:

— Кинг-сама... Прошу вас... Избавьте Розвааля-саму от этой дурацкой книги!

Чего? Так она тоже знает?

— Ты ведь о той самой книге?

Как и ожидалось от Кинга-самы! Он уже знает об этом!

— Да. Это та самая книга мудрости, по наставлениям которой он хочет воскресить эту ведьму. Ради этого он вполне может пожертвовать и моей дорогой сестрой. Так что прошу вас, помогите освободить его, не убивая.

Она произнесла это быстро, почти на одном дыхании, её пальцы впились в складки платья.

Она даже начала говорить со мной вежливее, что довольно странно. Я думал, она тут единственная всё поняла, но нет. Да и как я должен ей с этим помочь?

— Хорошо. Пока что мы просто наблюдаем. И ты должна вести себя так, будто этого разговора не было.

Его ответ казался сдержанным и обдуманным.

Кинг-сама так осторожно себя ведёт, хотя он может закончить всё моментально. Но я не должна сомневаться в его величии!

— Х-хорошо. Спасибо большое, Кинг-сама.

Она глубоко поклонилась, и это было настолько непривычное зрелище, что Беатрис даже приподняла бровь.

Удивительно, что она сейчас поклонилась кому-то, кроме своего хозяина, я полагаю.

— Просто Кинг.

— А?

— Без почтительного обращения. Называй меня просто Кингом.

Его тон не допускал возражений, в нём не было высокомерия — лишь лёгкая усталость.

Кинг-сама так скромен. Впервые вижу такое воплощение совершенства.

Рам с лёгкой, почти неуловимой улыбкой кивнула и вышла из комнаты, её походка снова обрела привычную лёгкость, будто с неё свалился груз. Она отправилась продолжать свой рабочий день, а точнее — продолжать мастерски от него отлынивать.

Когда дверь закрылась, Кинг тяжело вздохнул и откинулся на спинку кровати, закрыв глаза.

Как-то много событий за этот день. Надеюсь, на сегодня всё. Для моего восприятия это слишком много. Даже в другом мире, где не было никого, кто мог меня спасти, все принимают меня за сильнейшего... Возможно, это отвратительная шутка судьбы, но я ничего не могу с этим поделать. Я множество раз намекал на то, что я обычный человек, а разок даже напрямую об этом заявил. Похоже, что и Беатрис не очень-то верит в это, хотя она мой дух и чувствует мою силу. Возможно, мне стоит спросить её об этом позже.

Чаепитие с демоном меча

А ведь прошёл почти месяц с момента моего переноса в этот мир.

Кинг в очередной раз закончил пробежку. С каждым днём, постепенно, становилось немного проще, что было едва заметно. Телу было не очень приятно испытывать такие нагрузки ежедневно.

Удивительно, что я до сих пор не забросил это дело.

Кинг действительно тренировался всё это время. Как физически, так и магически. Хоть врата Кинга и были малы, что нехарактерно для людей его возраста в этом мире, они хотя бы полностью функционируют без ограничений.

Да. Объем маны примерно как у ребёнка лет двенадцати. В этом плане мне не повезло.

Но Кинг не сильно расстраивался по этому поводу. Он просто хотел жить спокойной жизнью, но быть достаточно сильным, чтобы в случае необходимости спасти своих новых друзей и его леди.

Меня назначили личным рыцарем Эмилии. Это больше похоже на понижение, но стараюсь я больше, чем когда меня приняли за героя.

Кинг ухмыльнулся, что было замечено Беатрис.

— Интересно, подрядчик Бетти гордится своей проделанной работой?

— Более чем. По крайней мере, я смог начать и до сих пор не забросил. Это уже успех.

Кинг вытер лицо полотенцем, и они начали возвращение в особняк.

После завтрака Кинг вместе с Беатрис вышел на улицу подышать свежим воздухом. Вдалеке они увидели Эмилию, которая общалась с малыми духами. Это было довольно частым явлением. Взор этих двоих был направлен на драконью повозку, что стояла перед воротами особняка.

Если бы я не увидел подобного ящера в свой первый день, то уж точно бы испугался прямо сейчас.

Кинг медленно выдохнул и направился к воротам, держа Беатрис за руку.

Вблизи ящер поражал своими внушительными размерами. А на облучке повозки, запряжённой этим ящером — явно предназначенным для перевозки людей, — сидел человек, похожий на кучера. Заметив приближающихся Кинга и Беатрис, он тут же соскочил на землю.

— С возвращением. Прошу прощения за то, что мы заняли место у ворот.

Раз у них такой вежливый кучер, то и пассажиры, должно быть, высокого положения.

Кинг ждал пару секунд, пока гости выйдут из кареты, пока не услышал слова кучера:

— Посланник уже внутри особняка. Думаю, сейчас он на аудиенции у маркграфа Мейзерса.

— Понятно. Благодарю.

Кинг не заметил, что Эмилия подошла к ним ещё несколько секунд назад и сразу после слов благодарности задала свой вопрос, чем слегка напугала парня.

— Посланник? Неужели...

— Как Вы и предполагаете, леди Эмилия, скорее всего, это касается Королевского Отбора.

После слов «Королевский Отбор» Кингу снова стало не по себе. Это словосочетание он слышал каждый день. Напоминание о той ответственности, которую он сам на себя возложил, согласившись получить повышение до личного рыцаря сереброволосой кандидатки.

— Официально вам всё сообщит сам посланник. Прошу вас, возвращайтесь в особняк.

— Это вызов?

— Касательно всего остального, прошу выслушать слова посланника.

На сдержанный ответ кучера Эмилия с непроницаемым лицом кивнула и зашагала ко входу в особняк. Кинг и Беатрис, естественно, пошли за ней.

Кучер проводил их взглядом. Когда они вошли в прихожую особняка, их встретила…

— С возвращением, леди Эмилия. Кинг-сама. Беатрис-сама.

Голос Рем звучал холодно, когда она склонилась в поклоне. Выражение её лица, когда она подняла голову, было совершенно бесстрастным – такое Кинг не видел уже довольно давно. В последнее время в особняке она довольно часто улыбалась и обращалась к Кингу неформально, так что сейчас было очевидно: она надела свою "внешнюю" маску.

Да, я правильно подумал. Сегодняшние гости действительно высокого положения.

— Я вернулась. Прости, что отсутствовала так долго… Похоже, у нас гости?

— Из Королевской столицы прибыли посланники. В данный момент господин Розвааль ведёт с ними беседу, но не будете ли вы так любезны присоединиться?

— Конечно. Это моя проблема, так что я не могу оставаться в стороне.

Эмилия кивнула Рем и направилась к лестнице, ведущей наверх. Но перед этим она обернулась к задумавшемуся Кингу.

— Кинг, Бетти, вы там идёте?

— А? Да.

Совсем забыл, что я как рыцарь тоже должен присутствовать.

Спустя некоторое время место действия переместилось наружу, к парадным воротам особняка, рядом с припаркованной драконьей повозкой.

— Должно быть, довольно скучно всё это время ждать на улице? Не желаете чашку чая?

Старик, сидевший на облучке, посмотрел сверху вниз на Кинга, вернувшегося с подносом в руках, и слегка удивлённо расширил глаза. Кинг протягивал чай и смотрел со своим обычным лицом снизу вверх на удивлённое лицо пожилого мужчины.

— Прошу прощения. Это было несколько неожиданно, посему я позволил себе такую невежливость — смотреть на вас сверху.

Едва оправившись от первого удивления, пожилой господин легко спрыгнул с облучка на землю, приземлившись почти бесшумно.

— С благодарностью приму ваше предложение. Признаться, я действительно испытывал некоторую жажду.

— А, да. Я не знал ваших предпочтений, поэтому решил выбрать самый дорогой чай.

Когда Кинг протянул поднос, на лице пожилого господина появилась мягкая улыбка. Наблюдая, как вокруг его губ собрались морщинки, соответствующие возрасту, он внимательно рассмотрел подошедшего ближе старика. Ростом он был сантиметров на девять ниже Кинга, а его совершенно седые волосы были густыми, не тронутыми намёком на облысение. Одет он был в чёрный официальный костюм, слишком уж солидный для простого кучера. Спина его была идеально прямой, а под одеждой угадывалось тело, натренированное не по годам.

А он хорошо выглядит для пожилого человека.

— Вы не так давно подходили с маленькой девочкой. Она ваша дочь?

— Нет. Беатрис является великим духом и сейчас ждёт меня в нашей комнате.

— Понятно.

Старик поднёс чашку ко рту. Заметив, что Кинг заинтересован в его внешности, старик улыбнулся, но ничего не сказал по этому поводу.

— Хороший вкус. Полагаю, вы весьма потратились.

— Без всякого преувеличения, это и правда самый дорогой чай. Однако я получил его в подарок от одной розоволосой горничной, что работает в этом особняке.

Удивлён, что она действительно поделилась со мной хорошим чаем. Вообще удивлён, что Рам проявляет уважение ко мне, когда к остальным она довольно холодна. Конечно, она пыталась делать вид, что отношения со мной точно такие же, как после того разговора, но у неё не очень-то получается.

— А вы довольно популярны у женщин.

— Не сказал бы...

Я популярен вообще у всех групп людей. Конечно, это приятно, но незаслуженно...

Старик увидел нахмуренное выражение лица сильнейшего, но решил не заявлять об этом. Вместо этого он ещё раз отпил из чашки, задумчиво вздохнул и произнёс:

— Итак, какую же цель преследует этот чай, которым вы пытаетесь прикормить старые кости?

Прищурив один глаз, старик вопросительно посмотрел на него.

— Как таковой причины нет.

Я всё узнал на том совещании с посланником. Честно говоря, не нравится мне всё это. Очень уж напоминает собрания героев S-класса, пусть в меньшем масштабе и в другом плане.

— Вы ведь Вильгельм ван Астрея?

— Верно. Меня зовут Вильгельм. В настоящее время я служу дому Карстен и исполняю порученную мне работу, если можно так выразиться. А вы кем будете?

— Я Кинг. Не так давно был назначен рыцарем леди Эмилии. С совещания меня отпустили чуть пораньше.

По выражению лица Вильгельма, конечно, нельзя сказать, что он сильно удивился этому высказыванию, хотя он определённо был удивлён.

— Вот как. Значит, тот самый Кинг, что спас двух кандидаток от знаменитой убийцы, а также близлежащую деревню, не получив ни единого ранения в обоих случаях. Верно?

— Да.

Кингу только и оставалось, что кивнуть в ответ на заявление Вильгельма.

Я не помню, чтобы видел его в Арламе. Так откуда Демон Меча обо мне знает? Неужто эта ложь распространилась по всей стране? Первый случай ещё понятен, но как сильно ситуацию с обычной малозначимой деревней раздули...

— Вы избрали довольно тернистый путь. Защита возможной будущей королевы Лугуники — дело не из простых.

— Это не самое сложное дело моей жизни, но и недооценивать его нельзя.

Я как притворялся сильнейшим, так и притворяюсь. Но на душе стало полегче.

— Похоже, время вышло.

— Они уже закончили, значит.

Кинг обернулся и увидел, что вдалеке открылись двери парадного входа в особняк.

— О, это Рем и Феликс.

Этот кошкомальчик, заметив взгляд Кинга, одарил его озорной улыбкой и решительно направился к драконьей повозке.

— Эй, эй. Если видишь красавицу, не стоит так пялиться, это невежливо, знаешь ли!

Едва оказавшись перед ним, он ткнул в него пальчиком и, подмигнув, выпалил это.

— Мы ведь оба знаем, что ты парень.

— Ня?!

Глаза Феликса расширились от шока. Впервые кто-то увидел в нём парня, а не милую девушку с льняными волосами и кошачьими ушками.

— Как ты узнал? Я ведь не упоминал об этом!

— Ты просто слишком палишься.

Я видел довольно много фембоев на страницах манги и в аниме, так что могу отличить, хоть и с трудом. Странно, что его ничего не смутило, когда я обращался к нему как к парню ещё на собрании.

Кинг не смог удержаться от того, чтобы почесать ему за ухом, отчего Феликс покраснел и отвернулся, но не отстранился, хоть и что-то бормотал себе под нос.

Через полминуты Феликс всё-таки осмелился высказать свой протест.

— П-прекрати это д-делать, ня!

— Ладно.

Кинг и Феликс одновременно отстранились друг от друга и сделали вид, будто ничего не было.

— Я вернулся, старик Уилл. Прости, что заставил ждать на улице... И за это представление...

Фембой наконец вспомнил, что стоял возле Демона Меча, но что ещё важнее... Он стоял и позорился возле старшего поколения.

— Тебе было скучно, да?

— Вовсе нет. Господин Кинг составил компанию этому старому ворчуну, так что я довольно приятно провёл время.

— Понятно, ня.

Феликсу всё ещё было немного грустно от того, что он впервые встретил незнакомца, над которым не мог подшутить, потому что тот его сразу раскрыл. Потому кошкомальчик произнёс эти слова без привычного весёлого тона. К счастью для него, уже нужно было возвращаться домой.

— Ну что, старик Уилл, поскорее вернёмся к моей леди Круш. Если надолго задержимся, неизвестно, что она выкинет.

— Как прикажете.

Вильгельм в последний раз поклонился Кингу, поставил пустую чашку на поднос, лежащий на земле, и сказал:

— Благодарю за чай. Что ж, господин Кинг, будьте здоровы.

Легко вскочив на облучок, Вильгельм взял в руки вожжи, управляющие ящером.

Кинг и Феликс молча пожали руки, прежде чем последний скрылся в драконьей повозке.

Кузов заскрипел, колёса начали вращаться. Земляной дракон несколько раз мощно оттолкнулся от земли, чтобы двинуться вперёд, и тут же ускорился. Драконья повозка стремительно набирала скорость, преодолевая дорогу, и, поднимая тучи пыли, мгновенно скрылась из виду.

На месте остался только Кинг да поднос с пустыми чашками.

Я не так давно шутил об этом. Розвааль в тот день именно его ждал?

Тем временем в драконьей повозке, удалявшейся от особняка Розвааля.

— Удалось ли вам выполнить своё поручение в качестве посланника?

— Ну конечно. Чтобы Ферри не справился с поручением леди Круш? Такого просто не может быть! Ты зря паникуешь, старик Уилл!

Вильгельм сидел на облучке, легко управляя ящером. Прямо за его спиной, из окна закрытой части повозки, которую тянул ящер, высунулась голова Феликса.

— Ты разговаривал с самим Кингом, пока ждал. Я, конечно, понимаю, что он навёл шуму, но обычно ты ненавидишь разговаривать с людьми.

— Это жестокое заблуждение.

— Точно, прости-прости... Тебе же больше нравится рубить, чем говорить, да?

— А это заблуждение хуже предыдущего.

На эти дразнящие слова Феликса Вильгельм больше ничем не ответил. Кошкомальчик недовольно надул губки из-за отсутствия реакции на его провокацию, но решил перевести тему на нового рыцаря Эмилии.

— Тебя ведь тоже чем-то зацепил этот парень? Может быть, он действительно настолько силён, как о нём говорят?

— Я почти ничего не смог в нём разглядеть. Он будто специально притворяется заурядной личностью, а на деле и сам рассматривает своего собеседника. Единственное, в чём нет сомнений...

Вильгельм поднял руку и указал на свои глаза.

— Глаза?

— Это глаза человека, который множество раз оказывался на грани смерти. Для господина Кинга это настолько привычно, что чувствуется усталость с желанием жить спокойной жизнью.

— Которая этому мужчине точно не светит, да?

Возвращение в столицу

— Значит, мы уже собираемся в столицу.

Получается, отбор начнётся уже совсем скоро.

Пока Кинг размышлял над заявлением придворного мага, старшая из сестёр поставила чай на стол, за которым сидели Розвааль, Эмилия и Кинг с Беатрис на его коленях.

На самом деле по этой теме спрашивать особо не о чем. Вроде как всё понятно, за одним исключением...

— Значит, Рам остаётся одна?

— Не совсе-е-ем так. Я просто переведу другую го-о-орничную в этот особняк.

Ах да. Я совсем забыл, что у Розвааля больше одного особняка. Неудивительно, всё-таки он сильнейший заклинатель страны, хоть я ни разу этого и не увидел. Ну, по крайней мере кто-то сможет справиться с этим местом вместо Рам.

— Раз уж мы заканчиваем, у меня есть ещё один вопрос. Он не касается поездки.

— Я тебя внима-а-ательно слушаю, дорогой Ки-и-инг.

— Ты случаем не знаешь, почему обо мне начали говорить за пределами твоего имения?

— Хо?

— Обо мне говорят как о человеке, который спас поместье придворного мага и убил всех вольгармов без единого удара, будто их сердца уже были разорваны изнутри перед тем, как ты сжёг их тела. И это не говоря про случай с кандидатками.

Довольно странно, что было названо имя только одной из них. Все говорят о том, что я нашёл пятую кандидатку — Фельт. Возможно, спасение полуэльфа, похожего на ведьму, общественности бы не понравилось. Идиоты...

— Ну-у-у... Видишь ли-и-и...

Эмилия резко вмешалась в попытку прояснения ситуации.

— Розвааль, давай побыстрее, пожалуйста!

— Хорошо, хорошо. Кхм. Кхм. Ты думал, что это был кто-то из жителей деревни, но это был я, Розвааль!

Кинг просто кивнул.

— Понятно.

Он как всегда, в своей клоунской манере. Подобным образом я и обрёл популярность в моём мире, да.

На следующее утро Кинг стоял у главных ворот вместе с Беатрис, Рем и Эмилией.

А этот ящер не такой страшный, как предыдущие. Твёрдая зелёная кожа, гигантское тело, настолько высокое, что приходится задирать голову, острые жёлтые глаза. А может, мне просто кажется. Всё-таки уже не первый раз земляного дракона вижу.

Кинг медленно похлопал этого ящера по голове, и тот на удивление подчинился.

— Когда ты научился так хорошо обращаться с земляными драконами?

— В смысле?

Кинг не понял вопрос, заданный Эмилией.

Я ведь ничего такого с ним не делал. Он примерно как лошадь, только покруче.

— Земляные драконы — очень умные и гордые существа. Хоть они и не понимают слов, но общую суть улавливают. Поэтому и обращаться с ними нужно бережно. Но я никогда не видела, чтобы дракон с первых секунд так хорошо относился к незнакомому человеку.

Не зря я их так боялся некоторое время назад.

Кинг перестал поглаживать дракона, отчего тому стало немного грустно, но он не стал это показывать.

Входная дверь особняка открылась. Из неё вышли Розвааль и Рам, немного опоздавшие к назначенному времени.

Кинг легонько постукивал пальцем по запястью, где обычно носят часы:

— И не стыдно маркграфу так опаздывать на встречу, которую он сам же и назначил?

— О-о, про-о-ошу прощения. Видишь ли, Рам остаётся дома, так что мы не увидимся какое-то время, понима-а-аешь? По-о-оэтому мы чу-у-уточку тщательнее прощались, вот так-то.

Розвааль оправдывался, помахивая поднятым пальцем и поправляя воротник. Рядом с ним Рам поспешно приводила в порядок волосы и одежду — один только вид этой сцены говорил о многом.

Кинг скрестил руки, про себя осуждая такие действия, хоть и понимая, что в их мире совершеннолетием считается человек пятнадцатилетнего возраста.

— Я сделаю вид, что ничего не слышал.

Пока Кинг напрягал Розвааля за его косяки, Рем уже закончила поспешно загружать вещи в повозку, и в воздухе повисло ощущение скорого отъезда. Все по очереди обращались к остающейся Рам.

— Тебе не стоит убираться в комнате моего подрядчика. Так чище будет, в самом деле.

Беатрис не могла не съязвить над старшей горничной, которая обычно отлынивала от работы и на определённый срок осталась одна. Рам хотела ответить, но ей было нечего сказать великому духу. Раньше они не общались друг с другом сверх необходимого, но теперь, когда Беатрис стала свободнее, веселее и наглее, она часто подшучивала над старшей из сестёр. Обычно её оправдывала Рем, но... От этого становилось только хуже. Рам могла только молча кивнуть головой, не понимая, в какой момент растеряла свою гордость и язвительность.

Пока эти четверо общались друг с другом, Эмилия и Рем уже сели на свои места.

— Прошу.

Кинг повернулся и увидел, как к нему протянулись тонкие пальцы Эмилии. Он взял предложенную руку. Сила, несоразмерная тонкости запястья, потянула Кинга и втащила его в салон вместе с Беатрис, которая держалась за руку со своим подрядчиком.

Рем кивнула оставшейся Рам и натянула поводья. Земляной дракон, повинуясь ей, сделал шаг. Драконья повозка набирала скорость, стремительно удаляясь. Расстояние до особняка росло на глазах.

Ощущения от сидения, конечно, зависят от качества отделки салона, но пока что вроде удобно. Судя по ощущениям, дорога не слишком ухоженная, да и колёса не такие, как у современных автомобилей. Но на удивление, вибрации, передающиеся телу, намного слабее, чем я ожидал.

— Драконья повозка для тебя в диковинку, я смо-о-отрю?

— Кто так в наше время говорит?

— Ки-инг! Ты опять меня дразнишь?

Эмилия слегка нахмурилась и была похожа на ребёнка, над ошибками которого шутят родители. Кинг уже не первый раз подкалывал её за устаревшую манеру речи, что заставило её параллельно со своей обыденной учёбой обновлять словарный запас.

— Если серьёзно, то наверное всё, что в первый раз, всегда такое.

— Ммм. Понятно.

— Слушай, мы так быстро едем, а на облучке всё открыто. С Рем там всё нормально? Не будут ли у неё к моменту прибытия в столицу причёска и одежда в полном беспорядке?

— Драконья повозка защищена Божественной Защитой, так что об этом можно не беспокоиться.

Кинг на этот ответ просто кивнул.

Значит, благословение, даруемое этим миром при рождении. Если подумать, у Фельт было что-то подобное. И у Райнхарда... А про меня Беатрис говорила, что я обладаю полномочием, которое по иерархии выше, но я до сих пор не знаю, что оно делает. Пока что я узнал только, что могу по своему желанию вызывать звук, похожий на моё сердце. Может ли быть такое, что в этом мире "двигатель Кинга", о котором раньше все так говорили, может существовать? Нужно как-нибудь проверить в относительно безопасный момент.

— Кинг. Возможно, ты тоже получил Божественную Защиту в этом мире? Иногда бывают случаи, когда её получают позже.

— Ты не о Райнхарде сейчас говоришь?

— Этот случай единственный за всю историю мира, я полагаю.

Беатрис не могла скрыть своего возмущения от человека, который настолько сильно был любим богом.

— Верно. Я слышала, что Райнхард может получать новую Божественную Защиту каждый раз, когда она ему понадобится.

— Довольно интересный случай.

Кинг не мог не задаться важным вопросом.

А сможет ли нынешний Святой Меч хотя бы нанести урон Сайтаме? К сожалению, об этом я уже не узнаю.

Кинг не мог не улыбнуться от своих же размышлений.

Я как те школьники в интернете, которые сравнивают двух имбовых персонажей из разных тайтлов. Как хорошо, что они никогда не встретятся. Иначе это бы вызвало кучу споров в этом мире.

— Полагаю, мой подрядчик сейчас подумал о чём-то глупом!

— Да, так и есть. Кстати, сколько нам вообще ехать до этой столицы?

— Около четырёх часов.

Кинг кивнул, и после этого заявления он начал обсуждать планы по прибытии в столицу с Эмилией и Розваалем.

Через полчаса обсуждений Кинг почувствовал довольно неприятное ощущение.

— Эмилия. Не могла бы ты уступить мне место у окна?

— Что такое? А, поняла.

Она отсела от окна, позволив Кингу занять её место. Кинг начал дышать глубже. Его действительно укачало.

— С непривычки такое бывает. Понятно, я одолжу тебе Пака.

Зачем мне давать Пака, если меня укачало? Неужто она разрешает мне использовать его как пакетик для рвоты?

Пак внезапно материализовался и приблизился к Кингу, которому наконец начало становиться лучше.

— Пожалуйста, не надо так со мной поступать.

Кинг улыбнулся и повернул голову в сторону летающего кота.

— А ты в это время обычно не просыпаешься.

— Просто почувствовал угрозу своего достоинства.

Кинг обратно прижался к окну, чтобы окончательно прийти в себя.

А скорость гораздо выше, чем я предполагал. Этот ящер весьма быстрый. Наверное, километров сто выжимает. Становится понятно, почему драконьи повозки так распространены. Конечно, уход за самой ящерицей и её кормёжка, вероятно, обходятся недёшево, но и обслуживание автомобилей тоже. Ладно. Не думаю, что этим двоим я сильно нужен для обсуждения их политических вещей. Если есть что-то важное, они мне это расскажут позже.

С этими мыслями Кинг не отрывался от окна до самого прибытия в столицу.

Экскурсия по столице

Главная улица, уставленная торговыми палатками, как всегда, кипела жизнью, а людской поток ничуть не уступал тому, что Кинг видел прежде. Разношёрстная толпа, причудливые цвета волос — всё это создавало невероятно яркую и пёструю картину.

И даже среди всех этих людей и нелюдей с неестественными цветами волос Кинг выделялся. Высокий, худощавый блондин с зачёсанными назад волосами, суровым лицом, волевым подбородком и тремя характерными шрамами на левой стороне лица. Кинг сам не осознавал, насколько угрожающе он выглядел, а потому не ожидал слышать такого рода слова от окружающих, произнесённые шёпотом.

— Этот парень нас точно убьёт, не подходи к нему.

— Я уверена, с этим человеком что-то не так.

— Неудивительно, что он до сих пор на свободе только потому, что его даже стража боится.

— Хотя непохоже, что он выкрал этого ребёнка.

— Если у него есть такая счастливая на вид дочь, значит, он неплохой человек.

Да что за херню они там несут?

Кинг недоумевал, почему на него так странно смотрят и шепчутся все окружающие. Он кое-как мог расслышать некоторые слова, но не более того.

С другой стороны, раз все так акцентируют внимание на мне, никто не смотрит на Эмилию. Хотя сейчас она в зачарованном капюшоне, так что никто и не увидит её лица. Блин, может, мне следовало попросить такой же...

— Эта толпа идиотов принимает Бетти за обычную девочку, я полагаю!

Кинг попытался успокоить своего духа, крепче сжав её руку.

— Они ведь не знают, что ты дух.

А меня принимают за её отца, как я понял.

Его размышления были прерваны Эмилией.

— Можешь вспомнить, где та лавка, о которой ты упоминал?

— Нужно свернуть направо, вроде как.

Ещё в первый день Кинг заприметил лавку с яблоками.

В этом мире их называют "аппами" вроде. Никак не могу привыкнуть к новым названиям.

Забавно, что телосложение этого торговца средних лет никак не могло быть связано с его мирной профессией. Лицо слева пересекал шрам, тянувшийся ото лба до самого подбородка, а телосложение было крупным и мускулистым.

— Мы пришли.

— Это здесь?

— Да.

В этот момент их заметил хозяин лавки, занимавшийся чем-то внутри. Мужчина обернулся и посмотрел на них. Увидев его лицо, Эмилия взяла Кинга за свободную руку и сжала её.

Да, этот человек производит сильное первое впечатление своей внешностью, хотя и не мне так говорить.

— Добро пожаловать!

Приняв их за покупателей, хозяин лавки обратился к ним с несколько грубоватой улыбкой. Их взгляды встретились. Эмилия и Беатрис на секунду подумали, что эти двое знакомы и недолюбливают друг друга, как вдруг... Кинг и Кадомон пожали руки.

— Дайте двадцать.

— С вас тридцать восемь медных.

— Дешевле, чем заявлено.

— Для такого человека ничего не жалко.

Кинг достал одну серебряную монету, так как бронзовые с собой не носил. Что уж говорить, его зарплата исчислялась в золотых монетах.

Довольно неудобно обменивать валюту в торговых гильдиях. Ясное дело, банков ведь не существует.

Кинг отдал серебряную монету и показал, что сдачу можно не выдавать. Он взял мешок и собирался попрощаться, как услышал удивлённый возглас Эмилии.

— Погодите, так вы знакомы?!

— Ну да.

Кинг просто пожал плечами, позволив Кадомону прояснить ситуацию.

— Не так давно этот мужчина нашёл мою дочь, когда она по случайности отдалилась от жены и потерялась.

Затем Кадомон повнимательнее посмотрел на девочку, рука которой сжимала руку Кинга.

— О, так ты и сам с дочерью. А эта девушка в капюшоне — твоя жена?

— Бетти — великий дух, связанный с Кингом контрактом, я полагаю.

Она уже начала привыкать к тому, что её принимали за ребёнка, и просто устала дуться, хотя это и не перестало её раздражать.

Эмилия могла бы покраснеть от того, что её назвали женой Кинга, если бы не погрузилась в собственные мысли.

Кинг же всё это время не выходил за пределы имения Розвааля. Значит... Так вот куда он отходил в тот день, пока мы с Райнхардом обсуждали наш поход в трущобы.

От осознания на лице Эмилии появилась лёгкая улыбка.

Казалось бы, настолько сильный человек не должен обращать на это своё внимание. Но Кинг действительно помог маленькой девочке, когда у него самого были проблемы. Всё-таки его невозможно не называть героем.

— Что ж, ещё свидимся.

Сильнейший герой и торговец снова пожали руки. Кинг развернулся вместе с Беатрис, и они собирались уходить, но Эмилия всё ещё витала в своих мыслях. Кинг просто помахал рукой перед её лицом, но это не сработало. Он прижал свой средний палец свободной руки к большому, поднёс руку к её лбу и отпустил средний палец. Вблизи характерный звук щелбана был довольно громким. Это наконец вывело Эмилию из её размышлений.

— Ой! Зачем ты это сделал?

Она потёрла лоб и с небольшой злостью посмотрела на Кинга.

— Уж прости, но ты не отвечала, когда я тебя звал, и на другие действия не реагировала.

— Я поняла. Извини.

— Всё нормально.

— Нам желательно поторопиться, я полагаю.

— Да, ты права. Наша следующая остановка — аристократический квартал... О..

Кинг улыбнулся, пока пересчитывал аппы в мешке. Эмилия вопросительно посмотрела на него, а Беатрис подошла ближе.

— Двадцать первая, в самом деле.

— Да, всё-таки Кадомон слишком добр.

Полчаса спустя

— Мы пришли.

Эмилия остановилась, а Кинг, идущий позади, чуть не врезался ей в спину и поднял голову.

Аристократический квартал – судя по названию, здесь обитают представители высшего сословия. Само собой, городской пейзаж здесь был куда изысканнее, чем в кварталах простолюдинов, – иными словами, денег было вложено куда больше. Это касалось и зданий, и дорог, и стен, и даже декоративных насаждений для поддержания красоты.

Словно отгораживая этот "другой мир" от предыдущей улицы, перед ними возвышалось огромное здание, служившее своеобразным входом. Оно выделялось своей высотой даже на фоне изменившегося пейзажа. В то время как большинство зданий были в два или три этажа, это строение насчитывало примерно шесть этажей. Задняя его часть примыкала к городской стене, а с террасы наверху, должно быть, открывался вид на весь город. Однако суровый вид здания наводил на мысль, что терраса предназначена скорее не для любования пейзажами, а для того, чтобы взирать сверху вниз на людей. Даже не зная предназначения этого сооружения, нельзя было не ощутить его давящую атмосферу, заставляющую невольно выпрямиться.

Не знаю, стоит ли удивляться, что пост стражи находится в лучшем районе. В моём мире всё точно так же. Сильные почти всегда защищали только богатых, ставя остальные слои населения на последнее место. Отвратительно...

— В общем, нам нужно спросить про Райнхарда... Почему ты смотришь на это здание с таким отвращением?

— Похожая неприятная ситуация в моём мире.

Кинг больше ничего не сказал. Это всё, что он мог придумать, чтобы его возмущения никто не услышал.

— Понятно.

Эмилия повернулась и направилась к двери, собираясь постучать. Кинг шагнул вперёд, чтобы поравняться с Эмилией. Это произошло почти одновременно с тем, как Эмилия собиралась постучать в дверь, но…

— О, какая неожиданная встреча в таком месте.

Дверь поста отворилась наружу, и из неё показался молодой человек. Он почтительно поклонился Эмилии.

— Давно не виделись, леди Эмилия. Надеюсь, у вас всё хорошо?

Этот парень узнал её даже в капюшоне.

— Да, спасибо, э-э-э... Юлиус.

— Для меня честь, что вы меня помните. И я рад видеть, что ваша красота осталась неизменной.

Юлиус улыбнулся, обнажив зубы, и без малейшего смущения произнёс эту приторную фразу.

Он как типичный рыцарь из клишированного романа. Ещё и внешне похож на Милую Маску, хоть и чуть менее отвратителен.

— Разве не редкость, чтобы член королевской гвардии находился на обычном посту?

— Друг попросил зайти, и я подумал, что иногда можно и уделить время дружеским обязанностям.

Он говорил, упиваясь собственными словами, и, многозначительно глядя на стоящую перед ним Эмилию, добавил:

— Ведь именно благодаря тому, что я выбрался в город, мне посчастливилось так скоро лицезреть этот прелестный цветок. Желать большего было бы грешно.

С этими словами Юлиус привычным жестом взял руку Эмилии и опустился на одно колено. Затем, не давая ей опомниться, он нежно прикоснулся губами к тыльной стороне её белой ладони.

Я не знаю, почему, но его действия меня раздражают. Нет, с Милой Маской я нечасто общался, но у этого парня характер примерно такой же. Не удивлюсь, если только на публике он пытается выглядеть идеально, а на встречах с другими рыцарями он поливает их грязью и унижает, называя всех жалкими.

— Спасибо, Юлиус. И прости за такую внезапную просьбу, но… У меня тут небольшое дело, и мне нужно, чтобы ты связался с замком…

— Ах, понимаю. Поэтому вам понадобилось Зеркало Связи на посту. Понял, я вас провожу.

Юлиус поднялся, открыл дверь и оглянулся внутрь помещения.

— Вообще-то мне неловко приводить леди Эмилию в такое неподходящее место…

— Не обращай на это внимания, пожалуйста.

— Тогда прошу внутрь…

Юлиус кивнул на слова Эмилии и, указывая дорогу, направился обратно в караульное помещение. Эмилия последовала за ним.

Надеюсь, этим двоим я не понадоблюсь.

— Кинг, ты с нами?

— Мы с Бетти бы предпочли прогуляться.

Эмилия просто кивнула. Юлиус неосознанно повторил её жест, подошёл и закрыл дверь.

Я до самого конца пытался не замечать этого мужчину. Какая удушающая аура. Неудивительно, что его недавние подвиги столь яро обсуждаются. При одном только взгляде можно поверить, что он и Божественного Дракона победить способен.

Кинг отошёл лишь на противоположную сторону улицы, откуда был виден вход. Прислонившись спиной к стене на некотором расстоянии, Кинг спокойно выдохнул.

Не люблю я подобных людей...

Мысли Кинга практически сразу были прерваны.

— Какое отвратительное существо, я полагаю!

— А?

Я ещё никогда не слышал от неё настолько агрессивных высказываний.

— Он смеет стоять возле подрядчика Бетти с этой отвратительной Божественной Защитой Сбора Духов. Других она бы притягивала, но мне этот человек отвратителен, в самом деле.

Кинг не придумал ничего лучше, чем притянуть духа библиотеки к себе и поглаживать по голове, чтобы она успокоилась. Он встал вместе с Беатрис и уже собирался выходить, но...

А с какой стороны мы зашли? Будет нехорошо, если мы потеряемся и не успеем явиться на церемонию официального открытия Королевского Отбора. Ладно, пойду налево.

Кинг решил, что ему нужно как можно быстрее выйти на главную улицу, и начал бежать по переулку, держа Беатрис на руках. Но переулки, где у него не было чувства направления и где одна похожая на другую улица сменяла другую, никак не хотели его отпускать.

— Неужто подрядчик Бетти потерялся?

Кинг остановился, понимая, что это ему не поможет.

Говорят, чтобы выбраться из лабиринта, нужно всё время касаться одной стены, и тогда обязательно дойдёшь до выхода. Сейчас прикоснусь к стене... Хотя нет...

Кинг почти прикоснулся к стене, но заметил отвратительную жидкость на ней.

Чуть блевотни не коснулся... Не умеют люди пить, конечно.

— Ладно. Бетти, ты не знаешь, как нам...

Вопрос Кинга был прерван агрессивным криком где-то в другой части переулка.

— Ах ты мразь! Не вздумай шутить над нами!!!

Не думаю, что туда стоит идти, но это будет всяко быстрее, чем искать выход моим методом.

Кинг сделал пару шагов и наткнулся на следующую картину.

— Не валяй дурака, баба! Ты хочешь, чтоб я показал, откуда взялись эти шрамы, а?!

Девушка в роскошном алом платье уже хотела ответить, как почувствовала странную ауру позади трёх идиотов.

Оттуда вышел Кинг. Он не смог сдержать своих следующих слов.

— Это опять вы?

Начало отбора

Прямо перед Кингом, в узком переулке, трое мужчин, если их вообще можно так назвать, окружили девушку со всех сторон, не давая ей убежать.

Все трое развернулись и посмотрели на Кинга.

— Вы что, единственные бродяги на всю столицу?

И ведь действительно. Я особо никого в действии не видел. Только они попадаются мне уже во второй раз.

Кинг даже не заметил, как их лица побледнели в тот момент, когда они увидели его. Этому трио оставалось только встать на колени и...

— П-простите нас!

— П-рошу, н-не убивайте!

— Мы обещаем перестать грабить и начать жить нормально, только отпустите!

— А?

Почему они думают, что я собираюсь их убить? Я ведь просто выход искал. Ладно.

— Просто уходите, и я сделаю вид, что вас не видел.

— С-спасибо, господин!

Все трое тут же встали и убежали в противоположном от Кинга направлении.

Какие-то они странные. В прошлый раз они хотя бы испугались Райнхарда, который зашёл в переулок, услышав моё сердцебиение. А сейчас-то что? Ладно.

Он вспомнил, что в переулке была девушка, и повернулся к ней.

— Теперь я понял.

Она сама виновата, что вошла в переулок со своим роскошным нарядом, зная, что уровень преступности здесь далеко не низкий.

Но у рыжеволосой девушки были другие мысли на этот счёт.

Этот простолюдин с одного взгляда понял, кто я на самом деле?

Она закрыла веером нижнюю часть лица, чтобы не было видно её лёгкой улыбки.

В конце концов, этот мир работает так, как угодно мне.

— Как твоё имя, простолюдин?

— Я Кинг.

Тот самый нашумевший простолюдин, который нашёл пятую кандидатку?

Кинг уже взял Беатрис за руку, прошёл мимо Присциллы и начал уходить, как она окликнула его.

— Стой.

Вот блин. Надеюсь, она не автограф попросить решила. Мне было очень стыдно давать их своим фанатам.

Кинг развернулся к девушке с мрачным лицом и суженными глазами, будто смотрит на говно, оставленное пьяным соседом под дверью его квартиры.

Этот плебей смотрит на меня свысока? А он довольно интересная личность. Я уже решила...

— Стань моим личным слугой.

... Чего?

— Откажусь.

Кинг снова развернулся обратно и вышел из переулка вместе с Беатрис, оставив рыжеволосую позади. Ясное дело, она не могла с этим смириться и пошла за дуэтом.

— Какая наглая особа, я полагаю.

Беатрис больше ничего не могла сказать об этой странной девушке.

Главное, чтобы она больше не приближалась к подрядчику с этими странными идеями, в самом деле.

— Наконец-то нашла.

В тот момент, когда они вышли на улицу, их встретил голос Эмилии, позади которой стоял накачанный однорукий мужчина в угольно-чёрном шлеме и лёгкой одежде из максимально дешёвого материала.

— Какой интересный наряд.

У Кинга эти слова вырвались сами собой, он даже не думал о том, что это может прозвучать грубо.

— Можешь не волноваться, Кинг. Меня его наряд тоже удивил.

— Точно, точно. Она так удивилась, просто прелесть. А потом, когда я искал свою потерянную принцессу, она предложила мне помочь — вот тут уже удивился я.

Мужчина быстро рассказал о своей встрече с Эмилией, пытаясь сдерживать смешок. Для Кинга этот мужчина всё равно казался подозрительным.

— Эмилия... Твоя доброта — это, конечно, хорошо, но всё-таки стоит хотя бы немного думать, с кем иметь дело.

— Эй, мужик. От твоих слов у меня самого возникает впечатление, будто я какой-то жестокий тип! Разве это не жестоко?

— На моей родине люди с такой внешностью являются либо какими-то относительно известными героями, либо психами, которых сдают куда следует.

К диалогу наконец присоединилась Присцилла, которой этот цирк даже нравился.

— Хм, весьма предусмотрительно ждать меня там, куда я направляюсь. На удивление похвальное усердие, Ал.

— Честно говоря, не могу отделаться от ощущения, что это чистая случайность и просто звёзды сошлись, но портить настроение принцессы тоже не хочется, так что просто кивну. Да, всё именно так!

Девушка шагнула вперёд и высокомерно бросила фразу, на которую мужчина усмехнулся. Затем он грубо взъерошил ладонью рыжие волосы девушки и притянул её к себе.

— Какое удивительное совпадение, но, похоже, тот, кого искала девчушка, и тот, кого искал я, шли вместе. Похоже, это судьба.

На вид этот мужчина старше меня, но слишком уж он легкомысленный.

— А, так это ты её спутник. Что ж, удачи тебе.

Тогда для чего я был ей нужен в качестве слуги? У неё уже есть. Или она из тех, кто хочет больше прислуг? С её внешностью неудивительно.

— Ну, мы пойдём в ту сторону...

— Тогда и мы тоже пойдём в ту сторону.

— Значит, мы идём в другую сторону.

— Ну, тогда и мы пойдём в другую сторону.

— Значит, мы постоим.

— Ну, тогда и мы постоим.

Что за странная ситуация? И почему эта женщина не отлипает от меня, хотя уже нашла своего слугу, или как там? Может, она что-то хочет, но стесняется сказать?

Кинг взглянул на свой мешок.

Точно.

— Держи.

Он достал из мешка пару яблок и отдал их в руки рыжеволосой, после чего молча окончательно отошёл от переулка вместе с Беатрис. Эмилия, которая и до этого вела себя отстранённо по отношению к девушке, с небольшой задержкой развернулась и пошла за Кингом, оставив Присциллу размышлять.

Где простолюдин нашёл эти странные фрукты? Впервые их вижу...

Отойдя на достаточное расстояние, Эмилия резко остановилась.

— Кинг.

— Хм?

— Ты и та девушка... Почему?

Кинг не успел ничего ответить. Да и в голову особо ничего не приходило.

В чём суть её вопроса? Да, я вижу, что она как минимум дворянка. Но что с того?

Беатрис ответила вместо него.

— Эта презренная женщина захотела сделать Кинга Бетти своим слугой после того, как он спас её от бандитов, я полагаю.

— А, понятно.

Ну... Не думаю, что у неё был хоть какой-то шанс, учитывая всё, о чём Кинг заявлял до этого.

24 часа спустя

Я тут действительно не к месту. Коридор вроде не бесконечный, как в случае с Беатрис, но напряжения намного больше. Поскорее бы всё это закончилось.

Подгоняемый вихрем взглядов рыцарей и их молчаливым давлением, Кинг ускорил шаг и почти догнал Эмилию.

Они наконец достигли конца коридора, оказавшись возле двустворчатых дверей. Они были такими высокими, что приходилось задирать голову.

Пока Кинг пребывал в столь мрачном расположении духа, Эмилия обменивалась словами с гигантом, преградившим путь к дверям. Полностью облачённый в доспехи гигант снял шлем, и его голубые глаза оценивающе посмотрели в глаза девушки.

— Ждали вас, леди Эмилия.

Она кивнула на этот жест и указала рукой на трёх своих спутников.

— Это мой рыцарь Кинг, его великий дух Беатрис и маркграф Розвааль Л. Мейзерс.

После этих слов гигант моментально приказал открыть двери и отошёл в сторону, чтобы не задерживать сильнейшего человека.

— Все уже ждут вас внутри. Прошу поторопиться.

— Хорошо.

Все трое прошли, оставив лидера королевской гвардии размышлять о новом рыцаре кандидатки.

Этот парень действительно похож на опытного воина. Видно, что он серьёзно относится к своей работе. К тому же талантлив, учитывая его родство с духами.

Перед взором Кинга раскинулось огромное пространство, пол которого был застелен красным ковром. Стены, украшенные лепниной, и потолок с роскошными люстрами, изливавшими свет даже средь бела дня. В самом центре комнаты, в её дальнем конце, на небольшом возвышении стоял трон. Тот, кто сидел на этом троне, оказывался на фоне стены, украшенной изображением Дракона, и казалось, будто этот Дракон либо его поддерживает, либо охраняет. Это, без сомнения, был тронный зал королевского замка.

Внутри, в отличие от коридора, не было ни одного гвардейца с мечом наготове. Вся Королевская Гвардия осталась снаружи, а количество людей в комнате можно было пересчитать по пальцам рук.

И среди них...

— Я же говорила, что этот простолюдин сюда явится.

Так она тоже кандидатка...

— Так ты всё-таки её рыцарь, а не просто странный мужик в шлеме.

— Эй, братан, мы это уже обсуждали!

Он хотел продолжить оправдывать свой внешний вид, но получил удар веером по затылку и отправился целовать ковёр.

— Замолчи, Альдебаран! Сейчас я начала вести диалог с этим простолюдином.

— Ой, принцесса! Я же просил не называть меня полным именем.

— Сколько шуму от высокомерной девчонки с её рыцарем, в самом деле.

Беатрис не сдержала неодобрительного высказывания в адрес этой безусловно интересной парочки. На лице рыжеволосой девушки расплылась небольшая улыбка вместо ожидаемого гневного взгляда, свойственного большей части дворян.

— А это великий дух того простолюдина?

— Ты первая, кто не считает её моей дочерью.

Кинг неловко улыбнулся и почесал затылок свободной левой рукой.

— Моя божественная сущность с первого взгляда поймёт, кто играет роль третьего плана, а кто действительно важная личность.

— Понятно.

Мне не суждено понять такой тип людей. Даже пытаться больше не стану.

— Итак, все собрались. Сейчас войдут члены Совета Мудрецов.

Кинг обернулся на голос. Впереди, через распахнутые массивные двери, первым вошёл Маркос, а за ним следовала группа из нескольких пожилых людей. Все они были одеты в соответствии с местом и своим положением, а их манеры и осанка выдавали в них весьма высокопоставленных личностей.

Среди них больше всех выделялся седовласый старик в центре. Спина его, похоже, не была согнута, но ростом он был на две головы ниже Кинга. Абсолютно белые волосы были отпущены до плеч, и такой же длины была ухоженная борода. Из-за низкого роста казалось, что он вот-вот начнёт подметать ими пол, но это впечатление рассеивал его острый взгляд.

— Это глава Совета Мудрецо-о-ов… То есть человек, обладающий наибольшим влиянием в Лугунике в отсутствие короля. Господин Миклотов.

Если бы я не видел старика Рома, то подумал бы, что нахожусь в каком-нибудь королевстве дворфов.

— Номинально они лишь помо-о-ощники. Но сейчас фактическое управление тоже на ни-и-их… Впрочем, и при живой короле-е-евской семье в этом плане мало что меня-я-ялось.

Значит, у них и до этого монархия была парламентской.

— Нам туда, брат.

Незаметно для всех, Ал некоторое время назад перестал лизать ковёр и встал. Кинг проследил за его взглядом. У стены тронного зала начали выстраиваться рыцари, и среди них, выделяясь на фоне людей в одинаковых доспехах, виднелись три фигуры. И все трое, конечно, являются рыцарями кандидаток, верно?

— Леди Эмилия, другие кандидаты уже собрались. Прошу вас пройти туда.

Рука Розвааля указала вглубь тронного зала, где и сгруппировались эти выделяющиеся личности. Трон в зале оставался пустым, стулья вокруг него занимали старики из Совета Мудрецов, а перед ними ровными рядами стояли сами кандидатки.

В центре, гордо выпятив грудь, стояла Присцилла. Справа от неё стояла женщина с длинными до пояса тёмно-зелёными волосами, облачённая в тёмно-синий мундир, напоминающий форму стражников, но дороже и отличавшийся покроем. Слева от Присциллы стояла девушка в белом платье с фиолетовыми волосами, производившая более жизнерадостное впечатление. Но одна деталь привлекала к ней большее внимание.

Она действительно носит шарф в такую тёплую погоду?

Эмилия наконец встала рядом с этой четвёркой.

И все из них женщины. Хотя, будь на месте одной из них мужчина, скорее всего именно его бы выбрало большинство.

Кинг последовал за Алом, который уверенно и без тени робости прокладывал себе путь, и оказался немного ближе к трону, чем рыцари в доспехах. Там…

— Я так и знал, что вы придёте, господин Кинг.

Красавчик с красными волосами поднял руку и с улыбкой поприветствовал появление сильнейшего человека.

— Давно не виделись. Зови меня просто Кингом, Райнхард.

В ответ на это Райнхард слегка улыбнулся и продолжил говорить.

— Когда я услышал, что леди Эмилия будет присутствовать, я сразу понял, что ты тоже придёшь.

— Не знаю, почему ты так подумал, но да. Каким-то образом я здесь.

— Позже расскажешь о недавнем случае в имении придворного мага?

— Да.

Не знаю, почему он так хочет знать. Даже я не понял, как это произошло. Честно говоря, мне не хочется об этом думать.

— Райнхард и Кинг, значит, знакомы? Неожиданно.

С этими словами в их беседу вмешался чей-то женский голос.

— Так ты тоже рыцарь, Феликс?

— Кинг, вы знакомы?

— Я приходил к Розваалю, у которого я в долгу, ня.

— Так это Феликс ходил к леди Эмилии. Если бы у меня было свободное время, я бы очень хотел пойти сам.

— Отпустить Святого Меча из столицы? Командир Маркос такого бы ни за что не позволил, ня! Если ещё больше добавить ему хлопот, его будет жалко. Ему и так нет тридцати, а лицо такое старое… Боюсь, скоро это отразится не только на лице, ня.

На шутливые слова Феликса Райнхард лишь слегка криво усмехнулся. Содержание было таково, что открыто смеяться он, конечно, не мог.

Для человека, которому нет и тридцати, он выглядит слишком солидно.

— Пора бы уже и мне представиться.

С этими словами к ним обратился последний из тех, кто отличался по атмосфере от рыцарей в этом месте.

О, это та пародия на Милую Маску.

— И тебе привет, Юлиус.

Феликс и Райнхард были явно удивлены тому факту, что Кинг знает всех троих.

— Ты и Юлиуса знаешь, ня?

— Да. Мы вчера видели друг друга.

Кинг просто пожал плечами, не обращая внимания на удивление остальной троицы.

Почти одновременно с тем, как они закончили обмениваться словами, Маркос повысил голос.

— Ваши Превосходительства из Совета Мудрецов! Уважаемые кандидаты! Все в сборе. С вашего позволения я, командир Королевской Гвардии, возьму на себя ведение собрания.

— Хм-м… Прошу вас.

Сидя на своём месте, сложив руки и слегка кивнув, ответил глава Совета Мудрецов Миклотов.

— Нынешний созыв связан с важнейшим уведомлением для всех, кто причастен к выборам следующего монарха — Королевскому Отбору. Именно поэтому мы просили вас прибыть в королевский замок, а также собрали здесь уважаемых членов Совета Мудрецов. Всё началось около полугода назад, когда члены королевской семьи, включая предыдущего короля, один за другим покинули этот мир. Отсутствие короля — это тяжкий кризис для королевства, особенно для Драконьего Королевства Лугуника, поскольку это глубоко затрагивает Пакт.

Да, об этом договоре мне рассказывали чуть ли не каждый день. Так как я рыцарь, знания у меня более, чем поверхностные, но и послушать их речь тоже не помешает.

— Хм-м-м, поддержание Пакта имеет первостепенное значение для выживания королевства. Именно поэтому столь прискорбно, что вся королевская семья была сражена недугом. Нам было необходимо как можно скорее найти новую жрицу, способную общаться с Драконом.

— Для этого мы, весь состав Королевской Гвардии, по приказу Совета Мудрецов, приступили к выполнению задачи по поиску жриц, избранных сиянием Драконьего жемчуга.

Маркос порылся за пазухой и извлёк оттуда маленький значок. Маркос подошёл к выстроившимся в ряд кандидаткам и, поклонившись им, произнёс:

— Прошу вас предъявить значки.

В ответ на его призыв девушки подняли свои знаки отличия. Драгоценные камни в их руках вспыхнули ярким светом, каждый своим цветом, озаряя тронный зал. Среди рыцарей пронёсся вздох восхищения, а на морщинистых лицах стариков из Совета Мудрецов отразились облегчение и радость.

— Таким образом, все присутствующие кандидатки обладают квалификацией жрицы Дракона. Удостоверившись в этом, мы, следуя Драконьей скрижали…

— Ааааа... Я понимаю, что вы всё хотите по полочкам расставить, но я занятой человек. В Карараги говорят: "Время — деньги". Слышали эту фразу?

Несмотря на спокойный тон и мягкое выражение лица, девушка высказала своё требование напрямую.

— Честно говоря, вместо того чтобы повторять всем известные вещи, хотелось бы услышать суть того, ради чего нас тут собрали.

Она произнесла это с характерной интонацией и закончила свою просьбу улыбкой. Маркос, казалось, немного опешил от такой прямоты, но ещё больше был потрясён Кинг.

Какая наглая девчонка. И вот она имеет шанс стать следующей королевой? Прозвучит вообще не в моём духе, но по-моему, даже я бы лучше неё справился. И ещё...

— Знакомый диалект.

— Чего?

Ал не мог не удивиться словам Кинга. Тот в недоумении повернул голову в сторону Ала.

— Хм?

— Так ты тоже не из этого мира?

— Тоже...

Как бы интересно это ни было, сейчас мы на важной церемонии. У меня появилась куча вопросов к этому парню, а пока...

Кинг показал палец вверх и отвернулся обратно.

Тем временем, в тронном зале, где удивление распространялось уже по другим причинам, лёгкий гул, готовый перерасти в ропот, был остановлен другим, звонким женским голосом.

— Разумно.

— Госпожа Круш.

Зеленоволосая женщина, скрестив руки на груди и кивнув в знак согласия, отреагировала. Маркос назвал её имя и, слегка нахмурившись от недоумения, произнёс:

— Глава дома Карстен говорит такое…

— Я могу понять стремление соблюдать формальности, но если из-за этого страдает суть дела, то это всё равно что ставить повозку впереди земляного дракона. Нам следует как можно скорее перейти к причине нашего сбора. Впрочем, я примерно догадываюсь, в чём дело.

— Хо-хо, вот как. Неудивительно для главы дома Карстен. Вы уже поняли смысл этого созыва?

Кивнув в ответ на слова Миклотова, женщина гордо подняла своё волевое лицо и озвучила истинную причину этого собрания, проходящего перед троном.

— Да. Это ведь пир? Хотя нам всем предстоит соревноваться, сейчас мы практически ничего не знаем друг о друге. Если мы сядем за один стол и поговорим по душам, то непременно узнаем характеры друг друга…

— Нет, вы ошибаетесь,

Старик вмешался, пока женщина с торжественным видом планировала детали застолья.

Она сделала удивлённое лицо, а затем медленно посмотрела в сторону Кинга и остальных.

— Феррис. Это отличается от того, что ты мне говорил.

— Ой, да ла-а-адно вам, ну. Ферри просто сказал, что в замок привезли много еды и напитков, так что «может быть, будет пир, ня?», только и всего, ой, да ну ва-а-ас.

— Ясно, значит, это я поторопилась с выводами. Я прощаю тебя.

У этого кота интеллект ниже, чем рост стариков из Совета Мудрецов. Не удивлюсь, если его вскоре кастрируют, если ещё этого не сделали.

Повернувшись снова вперёд и приняв во внимание только что произошедший обмен репликами, глава дома Карстен легко вздохнула.

— В общем, прошу считать мои предыдущие слова недействительными. Мне стыдно.

— Ой, госпожа Круш такая мужественная!

А, так он специально это делает. Не думаю, что Феликс отделается только кастрацией. Я ему свечку поставлю после этой церемонии.

Размышления Кинга прервал звук хлопнувших ладоней.

— Даже если госпожа Круш отступила, моё мнение не изменилось. Сейчас уже все знают суть Королевского Отбора, ведь так?

Девушка с шарфом наклонилась, ища поддержки у трёх стоявших рядом. На её вопрос Круш и Эмилия кивнули, а Присцилла со скучающим видом фыркнула.

Маркосу наконец дали продолжить свою речь.

— Итак, мы чуть не отклонились от темы, но вернёмся к делу… Вы, обладательницы квалификации жрицы Дракона, собраны здесь благодаря новому пророчеству, начертанному на Драконьей скрижали. Пророчество, начертанное на ней, гласило: "Когда Пакт Лугуники будет прерван, следующий исполнитель Дракона заключит его вновь и поведёт за собой страну".

— Хмм. Скрижаль указала нам волю небес. Драконья скрижаль, чья история так же стара, как и история основания королевства, начертывает письмена в ответ на события, влияющие на судьбу королевства. Учитывая, что её предсказания двигали историю, наш долг — следовать им.

На слова Миклотова другие старики из Совета Мудрецов торжественно кивнули.

И вот их дракон решил выбрать. Не стану спорить с самим богом, но по-моему, он каких-то клоунов понабрал, как по объявлению. Но меня интересует другое.

— Райнхард. Почему твоей кандидатки тут нет?

— Скоро придёт.

Они просто кивнули друг другу и продолжили смотреть на этот цирк уродов.

— Если у вас есть что сказать, говорите быстрее, а? Я тоже не бездельничаю, у меня после этого ещё куча дел. Старики, которые держат государственный кошелёк, должны это понимать.

Поучающий тон Анастасии, учитывая, что она обращалась к вышестоящим, звучал скорее как издевательство. В лицах членов Совета Мудрецов, слушающих её неуважительное замечание, не было и намёка на то, что они собираются её упрекнуть. Напротив, Миклотов даже с весельем произнёс:

— Прошу прощения у занятой леди Анастасии, но мы были бы признательны, если бы вы ещё немного потерпели болтовню этих стариков. Ведь… сегодня день, который будет вписан в историю королевства.

В конце этого непринуждённого разговора голос Миклотова внезапно стал низким. Услышав это, по залу, где до этого постепенно рассеивалось первоначальное напряжение, пробежала такая атмосфера, что все невольно выпрямили спины.

Все пытались понять истинный смысл слов старика, боясь произнести первое слово. Тишину нарушила девушка, без тени робости гордо выпрямившая грудь.

— Ты сказал, что история движется?

На тихий вопрос Присциллы Миклотов, стоя на возвышении, едва заметно кивнул. Затем он устремил свой пронзительный взгляд на Маркоса, подавая ему знак глазами.

Маркос, приняв этот знак, приложил руку к груди и поклонился.

— Рыцарь Райнхард ван Астрея! Сюда!

Маркос отступил на шаг, освобождая центр перед возвышением. Райнхард, вышедший туда, приковал к себе взгляды всех присутствующих и, без тени волнения на лице, повернулся к Совету Мудрецов.

— Уважаемые члены Совета Мудрецов, я, Райнхард ван Астрея, рыцарь Королевской Гвардии, докладываю о том, что пятая кандидатка была найдена и я являюсь её рыцарем.

— Приведите её.

Голос был тихим, но он легко пересёк ропот зала и достиг массивных дверей. Стражник у ворот, услышав его, отдал честь, и двери медленно распахнулись.

И из-за этих распахнутых дверей, в сопровождении двух молодых девушек, одетых как служанки, в тронный зал была введена фигура в платье из светло-жёлтой ткани. Белые перчатки до локтей, развевающаяся юбка и туфли на высоких, явно неудобных каблуках, ступающие по ковру. Маленькое, хрупкое тело, настолько тонкое, что, казалось, сломается от лишнего выдоха в её сторону.

— Та, кого я считаю своей королевой — леди Фельт!

Похоже, из неё сделали нормального человека.

Кинг одобрительно кивнул самому себе.

— Леди Фельт, благодарю вас за то, что вы почтили нас своим присутствием.

Райнхард почтительно поклонился. Фельт, которой из-за разницы в росте приходилось смотреть на него снизу вверх, подняла подбородок и окликнула его.

— Райнхард?

— Да?

Фельт лишь мягко улыбнулась.

— Какой же ты чёрт! Опять мой шмот перепрятал?!

Удар ногой был нацелен точно в висок рыцаря… но её нога была легко поймана и оказалась в его ладони. Фельт застыла на одной ноге, а Райнхард, всё ещё держа её, перевёл дух:

— Вы меня удивили. Чего это вы вдруг?

— Да как ты можешь так спокойно останавливать и невозмутимо спрашивать с меня?! Моё шмотьё! Это ведь снова ты их спрятал, да? Из-за тебя меня нарядили в эту дворянскую тряпку цвета мочи!

А, нет. Она в целом осталась такой же, как была до.

Балансируя на одной ноге, Фельт недовольно надула щёки, отчего подол её платья, вероятно, сшитого специально для неё, затрепетал. От грубого обращения на ткани, где не было ни единой складочки, начали появляться некрасивые заломы. Глядя на это, Райнхард плавным движением опустил ногу Фельт на землю.

— Это платье смотрится на вас просто идеально, так что стесняться тут нечего.

— Уж спасибо за комплимент о том, как мне идёт цвет мочи, ёбаный ты придурок! И я не стесняюсь, а говорю, что ненавижу всё это! Не только платье, тебя в том числе! Неужто сам Святой Меча не считает за преступление похищение девушки и удерживание её силой?!

— Если это ради процветания королевства.

От решительного ответа Райнхарда Фельт приложила руку ко лбу, словно у неё разболелась голова. И только сейчас она заметила, что на неё были устремлены взгляды всего зала.

— Чего уставились? Кучка богатеньких бездарей.

Она с враждебностью посмотрела на людей, в которых с первого взгляда угадывалась высшая знать. И это несмотря на то, что сама была одета в платье, которое даже здесь считалось бы весьма дорогим. Фельт ворчала с откровенно вызывающим видом.

— Заставить Райнхарда использовать руку… Она, похоже, на многое способна.

Да, это верное заключение со стороны Круш.

— Так это она была спасена тем простолюдином. Она сейчас пытается быть заметнее меня? Невозможно! А чем бы мне таким выделиться? Может... публично казнить?

Ну, эта в своём репертуаре.

Фельт вдруг нахмурилась и закрыла глаза, словно пытаясь что-то вспомнить. Всего за пару секунд её лицо прояснилось, будто она нашла нужное воспоминание.

— О, большой брат. А ты что здесь забыл?

Легко оттолкнув Райнхарда от себя, она решительно зашагала к Кингу.

— Йо, давно не виделись. Вижу, тебя этот Райнхард всё-таки похитил.

Стоило Кингу это сказать, как он увидел ногу, что летела в его солнечное сплетение. Он едва успел заблокировать удар свободной рукой.

— Блин, братан. Мог бы и не делать вид, что даёшь мне шанс нанести удар. Я уж надеялась хоть на тебе отыграться.

— Раз знаешь, то и пытаться не следовало.

— А у тебя свои небольшие приключения уже были, да? Я даже завидую тому, насколько легко тебе побеждать.

— На самом деле мои заслуги в очередной раз преувеличивают...

— А вот лгать нехорошо. Но я не думала, что встречусь с тобой при таких обстоятельствах.

— Согласен.

В этот диалог вмешался Маркос. Он был единственным, кто не поддался дружелюбной атмосфере и спокойно вёл это собрание.

— Леди Фельт. Возобновлять старую дружбу — это прекрасно, но прошу вас, пройдите сюда.

Она неохотно прошла вперёд.

— И что мне тут делать?

— Я бы хотел попросить вас вести себя как леди, но для начала возьмите это.

Райнхард достал знак отличия и протянул ей. Камень в ладони Фельт начал сиять.

— Ещё когда стырила, подумала, что камень какой-то странный. С чего бы ему светиться?

— Стырила? — переспросил Маркос.

— Это потому, что госпожа Фельт была признана Драконом как обладающая соответствующими правами.

А ты пытаешься исправить её ошибку, Райнхард. Интересно, никто действительно не обратит на это внимание?

Маркос, казалось, на мгновение удивился, что его замечание проигнорировали, но решил отдать предпочтение фактам перед своими подозрениями. Он обернулся и посмотрел на сановников из Совета Мудрецов, которые молча наблюдали за сценой подтверждения прав.

— Как видите, леди Фельт действительно признана жрицей. Полагаю, с одобрением её участия Королевский Отбор по-настоящему начнётся.

Маркос приложил ладонь к своей железной кирасе и почтительно склонил голову. Вслед за ним так же поступил Райнхард и все рыцари Королевской Гвардии, участвовавшие в поисках. Хоть и не они нашли кандидатку, но дело сделано.

— Прошу прощения, позвольте?

Неожиданно из группы чиновников вышел мужчина лет сорока, с каштановыми, свободно ниспадающими волосами. Он нервно поглаживал свою внушительную бороду.

— Не кажется ли вам, что с выбором кандидатуры есть некоторые проблемы?

— Поскольку?

— Вы, похоже, слишком уж увлеклись её правом быть жрицей и пренебрегли самым главным — её правом носить корону королевства!

Мужчина тут же осёкся, видимо, постыдившись резкости своего тона, но из группы чиновников послышалось несколько голосов, выражавших согласие.

— Пакт с Драконом превыше всего. Поскольку Лугуника всегда была Королевством, почитающим Дракона, страна не может существовать...

Мне уже надоела речь этого дегенерата. В целом, он подметил правильно, только вот... Тут все кандидатки такие, кроме Эмилии. Но она просто наивная девочка, которая хочет исправить свою ошибку. С опытом эта проблема будет решена, а значит, я действительно выбрал лучший вариант из этой пятёрки. Я просто пропущу этого клоуна мимо ушей.

Пять минут спустя

— Тихо!

Кинг вздохнул так, будто освободился от цепи, которая сдавливала его горло.

Наконец-то. Старик, чего так долго-то? Или ты спал всё это время? Кресло-качалку может принести?

Наступила недолгая тишина, после чего Миклотов тихо вздохнул.

— Райнхард.

— Слушаю.

— Хм-м. Не будете ли вы так любезны рассказать, при каких обстоятельствах эту девушку вообще нашли?

— Месяц назад я шёл с господином Кингом к трущобам, чтобы предотвратить возможное убийство. И действительно, Охотник за Кишками нацелилась на эту девушку и леди Эмилию. По чистой случайности леди Фельт получила возможность прикоснуться к значку, и выяснилось, что она пятая жрица. Так я и доставил её сюда.

А ты умеешь лгать. Не ожидал от тебя.

Не стоит благодарности.

А? Ты ещё и телепатией обладаешь?

Да. Это Божественная Защита телепатии.

Сколько у тебя их вообще? И какая самая странная?

На данный момент двести пятьдесят одна, но по необходимости могу получать и новые. Самую странную сложно выделить, но назову Божественную Защиту Опознавания Соли. Она позволяет мне не перепутать соль с сахаром. Тогда я просто хотел приготовить завтрак своему отцу.

Хахахахаха. А ты интересный парень. Я ещё больше захотел сравнить тебя с Сайтамой.

Кто такой Сайтама?

Расскажу позже. Думаю, нам стоит вернуться к отбору. Ты ведь слышал всё, о чём они там говорят?

Прямо сейчас они оскорбляют наших кандидаток. Мою называют трущобной крысой, а твою — полудьяволом и реинкарнацией Ведьмы Зависти. К сожалению, я не смогу вмешаться, а потому придётся лишь наблюдать.

После этих слов Райнхард отключил Божественную Защиту Телепатии. И Кинг сразу начал слышать эти отвратительные слова.

— Дом Астрея, пытающийся усадить на трон бродяжку — это само собой, но и ваш глупый поступок, когда вы выдвигаете на трон полудьявола…

— Лорд Рикерт, вам лучше отказаться от этих слов. Называть полуэльфийку полудьяволом — дурная привычка. Тем более леди Эмилия по-прежнему кандидатка на трон. Вы понимаете, кто из нас не знает своего места?

— Д-даже если и так! Я не считаю своё высказывание ошибочным! Обладать правом быть жрицей и быть достойным претендентом на трон — это вообще не одно и то же, господин Миклотов!

Внешность — это одно. Но когда он порицает решение того, кого зовёт своим богом, это ни что иное, как...

— Богохульство.

Весь зал решил затихнуть именно на высказывании Кинга. Первым заговорил Миклотов.

— Прошу вас изъясниться поподробнее, господин...

— Я рыцарь леди Эмилии, Кинг, ваше высочество.

В твоём случае — низочество. И почему мои слова постоянно вырываются из мыслей и мне приходится за них отвечать?

Кингу стало немного не по себе, но он собирался выйти на сцену вместе с Беатрис, как вдруг Розвааль подошёл к Кингу, передал знак отличия в его свободную левую руку и сжал её в кулак, не забыв дьявольски улыбнуться, мысленно сказав Кингу показать этот значок и похлопав его по плечу, прежде чем вернуться на место.

Кинг наконец вышел вместе с Беатрис... Только вот дворяне все сначала замолчали, а спустя пару секунд после выхода начали шептаться.

— Тот самый Кинг, что уничтожил сотни зверодемонов без единого удара?

— Это он спас ту трущобную крысу?

— Лучше не злить этого парня.

— И ведь никто из нас не заметил, что он здесь.

— Тишина!

Миклотову явно надоело нарушение дисциплины во время церемонии. После этих слов гул наконец прекратился.

— А кто эта маленькая девочка, вышедшая с вами?

— Бетти — великий дух Кинга, которая может уничтожить половину присутствующих одним заклинанием, в самом деле!

Одно дело, когда её называют обычной девочкой в местах с малым скоплением людей. Ясен пень, что ей не понравится такое отношение в многолюдных местах. На её месте я бы тоже злился.

Кинг заметно улыбнулся, чем заставил всех дворян преклонить колени. Они действительно думали, что сильнейший герой одобряет слова великого духа.

— А? Чего это они?

Кинг произнёс это тихо, но достаточно, чтобы все услышали. Этот вопрос прозвучал как риторический, будто он насмехается над этими грешниками.

— Я ещё раз попрошу вас объяснить свою точку зрения, если вы не против, господин Кинг.

— Хорошо.

Он глубоко вдохнул, что было воспринято более адекватно, хоть эта речь и не была самой большой.

— Я буду максимально краток и опущу историческую справку. Это вы и сами должны были выучить. Большинство из вас ведь верит в Божественного Дракона Волканику, что довольно давно оказал помощь этой стране? Прямо сейчас все, кто согласился с тем заявлением, что "полудьявол" и "крыса из трущоб" не достойны править этой страной, осудили его решение. Этого акта богохульства уже достаточно, чтобы казнить всю эту аудиторию. Но...

Кинг снова вдохнул.

— Вы даже и не поняли, какой грех совершили. Иными словами, я ошибся, назвав это простым богохульством. Вы просто невежды и идиоты!

Последнее предложение было сказано намного громче и звучало так, будто психиатр поставил всем диагноз аутизма. Кинг вытянул левую руку и разжал её, показав значок с камнем... Который блестел красным светом. Глаза каждого человека в этой аудитории, за исключением Розвааля и Кинга, который не смотрел на свою руку, были расширены до размера ядра земли.

— Я был повышен до рыцаря леди Эмилии, но это не значит, что я должен закрывать глаза на всех остальных.

Кинг наконец понял, что он сделал, и повернулся к старикам из Совета Мудрецов.

— Я прошу прощения за то, что нарушил тишину и прервал церемонию, хоть я и не единственный, кто это сделал. С позволения моей леди...

Он на секунду повернулся к такой же удивлённой Эмилии и вернулся в исходное положение обратно к "мудрецам".

— Я бы хотел перевести дух.

Один из стариков наконец вышел из состояния шока и хотел обвинить сильнейшего человека во всех грехах этого мира, но был прерван Миклотовом ещё до первого звука.

— Я понимаю. Можете выйти, господин Кинг.

Этот парень намного лучше, чем о нём говорят. Я ожидал многого, но не того, что он сам окажется достойным. Я считаю, что именно такой правитель нам нужен. Но почему он решил быть рыцарем другой кандидатки? Может, это какой-то план, которого я не понимаю? Ладно. Сейчас нужно продолжить церемонию.

Кинг с Беатрис наконец вышли через те же двери, что были снова открыты капитаном гвардии, и церемония возобновилась без излишней клоунады. Многие задумались над словами величайшего человека... И многим они не понравились, хотя возражения не представлялись возможными. В конце концов, он был прав. В этот день многие дворяне потеряли свою жалкую гордость, но они ещё не знают, что их будет ожидать сразу после окончания этого собрания.

Через полчаса совещание наконец закончилось. Благодаря речи Кинга всё прошло намного быстрее, чем ожидалось. Старика Рома, который проник во дворец, конечно же, хотели казнить, но Фельт остановила их, приняв свою участь в виде пятой кандидатки. Вопрос о том, будет ли Кинг шестым кандидатом, оставался открытым, но сейчас у всех была иная мысль. Казнить Кинга нельзя. Он был личным рыцарем одной из кандидаток, не говоря уже о страхе, который тот внушал всем присутствующим, за исключением Святого Меча и одного духа. Даже придворный маг невольно сглотнул в процессе этого обращения.

Юлиус Юклиус вышел в коридор, побаиваясь за свою судьбу. Он подошёл к Кингу сзади и похлопал его по плечу.

— Твоя речь, безусловно, была... абсолютно верной, без единой ошибки.

— Хм?

Да я чуть от страха не помер, пока произносил это! Серьёзно, какой херни я там наговорил? Это само по себе казни достойно. Значит...

— Ты пришёл, чтобы...

— Верно. Никто не смог опровергнуть подлинность твоих слов, но и не сказать, что они были им по душе...

— Говорят, что горькая правда лучше сладкой лжи.

— Мудрая мысль, но всё же...

Юлиус глубоко вдохнул, впервые в жизни проклиная свой титул рыцаря среди рыцарей.

— Я, Юлиус Юклиус, обязан вызвать тебя на дуэль! Примешь ли ты этот вызов?

Дуэль

Это была тренировочная площадка — место, окружённое крепкими стенами, видавшими немало на своём веку, с плотно утрамбованной землёй, где стражники ежедневно оттачивали своё мастерство.

По размерам это примерно как задний двор той школы, в которой я учился. Может, чуть поменьше.

Размышления Кинга были прерваны встревоженными словами Райнхарда.

— Юлиус, ты не должен этого делать. Это на тебя совсем непохоже.

— Я понимаю, что ты беспокоишься за меня, но я должен это сделать.

А за меня вы не хотите побеспокоиться?!

Сердце Кинга начало биться сильнее, что не осталось незамеченным Райнхардом, Юлиусом и... Всеми, кто пришёл посмотреть на эту дуэль.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— А ты уже к поединку готовишься, значит.

Юлиус заметно нервничал, пока говорил это.

— Готовься к поражению от великолепного подрядчика Бетти, в самом деле!

Беатрис без тени сомнения произнесла это, скрестив руки у груди.

— Кинг... Я должен напомнить, что это должно расцениваться на уровне простого спарринга. Прошу тебя сдержаться и не убивать Юлиуса...

Да о каких убийствах ты всё это время говоришь, Райнхард?!

— Кхм. Ладно.

"Двигатель Кинга" немного стих, но до сих пор был слышен на ближайшие двести метров.

Ни то что бы я настолько сильно волновался, ибо меня, по крайней мере, не казнят. Но если по их логике честь определяется избиением друг друга, я должен оказать хоть какое-то сопротивление. Это хорошая возможность проверить, какую способность даёт мне моё полномочие.

По всей арене царила тишина. Наблюдающие рыцари явно хотели, чтобы Кинг ответил за свои унижения, но понимали, что унижать, скорее всего, будут Юлиуса.

Лучший рыцарь бросил взгляд на Феликса, который стоял возле Райнхарда и махал им рукой. Назначенный секундантом, тот с лёгкостью согласился. Райнхард пытался остановить поединок, но услышал от Кинга, что тот будет сдерживаться. А Феликс, естественно, не поверил этим словам.

— Ну что ж... Желаю вам двоим удачи. Не бойся, Юлиус. Как бы сильно тебя не покалечили, пока ты жив, я смогу всё исправить, ня!

Котомальчик хотел развернуться, как вдруг понял...

— Хотя нет... Тебе стоит бояться.

На удивление, в этом высказывании не было ни капли юмора. Как тут шутить, когда тебя вынудили сражаться против сильнейшего человека и великого духа.

После этого высказывания Феликс окончательно ушёл с арены вместе с Райнхардом и сел рядом со своей госпожой.

— Что ж... Начнём.

Юлиус протянул Кингу деревянный меч, объявляя начало поединка.

Кинг, ощущая безмолвное напряжение, взял меч. Они отошли друг от друга на несколько метров.

— Лучший из рыцарей. Юлиус Юклиус.

Он решил представиться с титулом? Не представляю, как выглядят обычные рыцари, если этот считается лучшим. Но стоит ли мне представиться со своим титулом? Меня всё равно никто не поймёт, так что почему бы и нет.

— Герой на седьмом месте S-класса в рейтинге Ассоциации Героев. Кинг.

Этим представлением Кинг ввёл Юлиуса в ступор.

Герой? Не спорю, недавние его поступки можно прозвать таковыми, но что ещё за S-класс?

Пока лучший рыцарь недоумевал, Беатрис хлопнула в ладони и, задержав руки в этом же положении, начала готовить заклинание. Кинг встал в позу Иайдо.

Что за странная техника? В его исполнении она довольно неуклюжа, но, по всей видимости, должна дать возможность для контратаки. Иными словами...

Юлиус уже собирался выдвигаться, как вдруг.

— СТОЙ!

— Хм?

— Ты стоишь неустойчиво.

С чего он вдруг...

— Просто... Вдруг ты не заметил, потому и говорю.

Но моя стойка идеальна... Должно быть, он блефует... Нет, такого не может быть. Он явно проверяет и указывает на недостатки в мастерстве, которые я не заметил, но не только... Эти слова также означают, что он сам перейдёт в наступление и сломает мне ноги, если я продолжу медлить!

Юлиус скрестным шагом приблизился к Кингу и собирался нанести первый удар, как услышал...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Страх продолжил поглощать Юлиуса намного сильнее прежнего, но он продолжил наносить прямой удар. Кингу хватило этой задержки, чтобы отклонить тело вправо и приставить деревянный меч к левому плечу Юлиуса.

Я едва могу уследить за его движениями, не говоря уже о том, чтобы успеть среагировать на них. Всё-таки его приближение...

— Было слишком быстрым.

— Что?

Только после этих слов Юлиус опустил голову и увидел клинок на своём плече.

Даже минуты не прошло, а Кинг одолел меня... Значит, та максимально любительская стойка была проверкой, чтобы попытаться усыпить мою бдительность, хотя у него это и не сильно получилось. С такой силой он мог убить меня в ту же секунду, как опустил меч, и я это вижу, но... Не могу сдаться сейчас, а потому...

— Я требую реванш прямо сейчас.

— А? Ладно.

По какой причине он посчитал себя проигравшим? Мы ведь только начали. Это потому что я в панике приставил клинок к его плечу? Допустим.

Они снова отошли на несколько метров друг от друга.

— Сейчас я буду выкладываться по полной и прошу хотя бы чуть меньше сдерживать свою силу.

— Зря.

Зря я на это согласился. Он не станет сдерживаться, а значит, может и убить меня.

Если до этого Кинг не испытывал сильного страха и контролировал своё полномочие, которое и назвал "Двигателем Кинга", то сейчас он паниковал, и его сердце начало биться намного сильнее.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Даже перед началом дуэли немногие зрители, которые решили на неё прийти, не могли чувствовать себя комфортно. Но теперь они могли ощутить лишь всепоглощающий страх. Не только за себя, но и за лучшего рыцаря в первую очередь.

Страшнее всего было наблюдать за реакцией Юлиуса. Обычно он был более сдержанным, но сейчас любому человеку ясно, насколько сильно тот боится "Героя S-класса", что бы это ни значило.

Какой же я идиот, раз сам попросил реванш. Он ведь действительно может прихлопнуть меня как таракана, даже не заметив...

Он сглотнул и сжал меч крепче двумя руками.

Сейчас я не должен сетовать на свою глупость. Важнее всего выжить в этой ситуации. Он принципиально ждёт, пока я нанесу удар. Так тому и быть.

Юлиус сделал выпад в сторону Кинга, думая, что тот снова собирается уклониться, но за мгновение до осознания своей ошибки посмотрел на его серьёзное лицо и губы, которые произнесли:

— Шамак.

Тёмное облако поглотило Юлиуса, лишив его зрения и всех других чувств.

И без того было ясно, что он ждал моей атаки. Но чтоб столь эффективно лишить меня чувств...

Юлиус отошёл и пытался развеять заклинание, пока думал, но...

Когда он...

Лучший рыцарь оказался на высоте восьмого этажа в состоянии равноускоренного падения на кучку кристаллов минья.

— Фура.

Он применил это заклинание ветра к участку земли, не занятому кристаллами, чтобы оттолкнуть самого себя и не соприкоснуться с ними.

Это действительно было близко к моей смерти. Но похоже, что Кинг и не думал о таком исходе.

Лучший из рыцарей развернулся в воздухе, выпустил двух духов и крикнул:

— Фел Гоа!

Мощная огненная буря надвигалась на Кинга и Беатрис.

И ЭТО МНЕ ОН ГОВОРИТ СДЕРЖИВАТЬСЯ?!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Уль фура.

Юлиус, как и все остальные, вновь услышал этот ужасающий звук, напоминающий об их собственной смертности, но не услышал произнесённого заклинания.

Я и не думал, что эта атака положит конец дуэли, но... Почему он просто стоит?

Лучший из рыцарей не заметил заклинание ветра, которое разрезало его бурю... Вместе с прядью волос на его голове.

Это был он? Нет... Я совсем забыл...

Все были настолько сосредоточены на сильнейшем герое, что забыли про его великого духа, которая и кастовала все заклинания.

— Тебе уже стоит сдаться, если не хочешь пострадать, в самом деле.

— Ещё нет! Эль минья!

Десяток тёмных кристаллов полетели в сторону дуэта.

— Как стыдно сравнивать твои заклинания с нашими, я полагаю. Эль минья.

Кристаллы от разных пользователей столкнулись, но их предназначение заключалось в другом. За это время Юлиус призвал всех шестерых духов.

— Клариста.

Эти духи наполнили его деревянный меч силой, и он собирался нанести рубящий удар в голову Кинга.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Этот звук смерти не затихал. Наоборот, становился всё громче каждый раз, когда все думали, что хуже уже не будет.

— Шиха.

Сильнейший рыцарь поскользнулся на воде, которая только что была создана и заморожена уже самим Кингом. Он собирался сохранить равновесие, но услышал женский голос:

— Минья.

Один тёмный осколок летел в тело Юлиуса, пока тот пытался сохранить равновесие. Ему не оставалось ничего, кроме как принять своё позорное падение. Кристалл миньи просто пролетел и ударился в стену арены, что напугало сидящих рядом зрителей.

Рыцарь духов попытался сделать перекат, что хоть и с болью, но получилось, поскольку Кинг начал процесс сублимации льда. Спина Юлиуса намокла и была обожжена.

Эти двое просто издеваются надо мной, хотя давным-давно могли закончить. Я всё это время обрекал себя на такой позор...

Юлиус снял и отбросил белую куртку, которую всё это время носил, будто признавая серьёзность этой дуэли. Его взгляд стал намного серьёзнее, и он встал в оборонительную стойку, подняв руки к голове и направив остриё деревянного меча на лицо Кинга, по сути, встав в позицию быка.

Кинг лишь сузил глаза, наблюдая за своим противником.

Он переходит к обороне?

— Хьюма.

Кинг проверил намерения Юлиуса и пустил в его сторону ледяной кристалл, который был отбит деревянным мечом.

Чисто логически этот меч не мог выдержать кристалл, летящий в него с такой скоростью. Так вот что он сделал своим прошлым заклинанием.

— Понятно.

Что ему понятно в такой ситуации? Неужто он разглядел все те минусы в моих движениях, которых даже я не осознавал?

Лучший из рыцарей слегка улыбнулся, понимая, кому скоро может принадлежать его титул, но не сдался до самого конца. Он изменил стойку, прямо расположив корпус, согнув ноги на ширине плеч и выставив меч по центру, обеспечив себе готовность как к наступлению, так и к обороне.

Однако он не собирался сдвигаться со своего места, вместо этого из него снова вышли все шесть квазидухов, и он произнёс:

— Аль клариста!

Яркое радужное свечение исходило от его меча и направилось в сторону Кинга. Естественно, деревянный меч даже под усилением простой кларистой не мог выдержать такой нагрузки в течение длительного времени. В ответ на это Кинг, держась за руки с Беатрис, вонзил деревянный меч в разрыхленную от их действий землю, вытянул свободную левую руку, и они вместе произнесли:

— П.П.В.П.А.О.

Я до сих пор не знаю, кому вообще пришло в голову название "Предельная Пушка Волнового Потока Адского Огня", но спасибо. Это послужило отличной идеей для заклинания. Даже нервничаю намного меньше.

С момента позорного падения Юлиуса Кинг постепенно успокоился до того уровня, что сам стал контролировать громкий звук сердца. В этот момент, для устрашения, звук стал громче, чем когда-либо за всю эту дуэль.

Тёмно-красный луч смерти, смешавший в себе элементы инь, огня и ветра, вышел из свободной руки и направился навстречу аль кларисте. Поскольку один великий дух многократно сильнее шести квазидухов, гейский радужный луч Юлиуса продержался семь секунд, после чего деревянный меч не выдержал. Лучшему рыцарю только и оставалось, что попытаться избежать атаки. От этого зрелищного заклинания он потерял самообладание и сделал двойной перекат вправо, где его шея и была встречена другим деревянным лезвием героя S-класса, который успел прервать своё заклинание, вытащить меч из земли и устремиться к Юлиусу, прыгнув в конце, чтобы успеть закончить бой.

Тот, стоя на одном колене, мог лишь поднять голову и смотреть в глаза Кинга, который откинул меч и с удивлением произнёс:

— Похоже, я победил.

Не может такого быть! Чтоб я стал достаточно сильным для победы?! Да, практически во всём это благодаря Беатрис, но она всё-таки мой дух, так что считается, я полагаю.

Лицо Кинга стало менее серьёзным, в нём даже появился намёк на улыбку.

У Юлиуса были иные мысли.

Он выглядит так, будто одобряет эту дуэль и признаёт мою силу. Но я рад, что нашёлся кто-то, кто указал на мои недостатки, хоть он и сдерживался всё это время.

Юлиус взял руку Кинга, которую тот предложил, и поднялся, после чего взял скинутую куртку, и они все вместе пошли на выход под громкие аплодисменты толпы.

Они хлопали не от отчаяния и не из-за поражения рыцаря духов. Это было неосознанное восхищение его магической силой. Сидевшие рыцари и простые дворяне забыли, что должны были умирать от досады, ведь этот человек ещё час назад обвинил их в глупости и богохульстве.

На выходе это трио было встречено пятью кандидатками, Райнхардом, Алом и Феликсом. Последний сразу бросился к Юлиусу, чтобы исцелить его раны, но был сильно удивлён, не обнаружив на нём серьёзных повреждений. Только пара царапин и сильная усталость. Котомальчик повернул голову в сторону Кинга.

— Ты действительно умеешь сдерживаться, ня.

— Будешь так говорить, и я точно повторю тот случай с Вильгельмом.

Феликс недоумевал, о каком таком случае идёт речь. После недолгого копания в собственной памяти он вспомнил о почесывании за ушком.

— Не надо, н... Не надо.

В ответ на это Кинг просто пытался сдержать свой смех.

— Я просто шучу.

Феликс притворно надулся.

— У, злюка, ня.

Их шуточную беседу прервали слова Эмилии.

— Мой Кинг и правда сильнейший!

— Да-да, ты не первый раз хвастаешься своим простолюдином, дьяволица. Но совсем скоро этот рыцарь станет моим, в конце концов весь мир оборачивается в мою пользу.

От Присциллы других слов я и не ждал.

— Поздравляю с победой, брат!

Ал решил проигнорировать слова своей леди, чтобы не начать целовать уже землю, и просто поздравил своего, казалось бы, товарища по исекаю.

Казалось бы, все поздравляли Кинга с лёгкой победой, но Анастасия стояла в сторонке, с небольшой грустью наблюдая за этим зрелищем.

Первый поход

Кинг наконец дослушал похвалу от кандидаток и их рыцарей, а сейчас он просто отдыхал в отведённой ему ухоженной гостиной со своим духом.

— Подрядчик Бетти сегодня веселее, чем когда-либо, я полагаю.

— Я впервые смог что-то сделать для того, чтобы мне присвоили победу, а не как обычно насильно получить её из рук людей, которые думали, что она моя только потому, что я был рядом. Это действительно невероятное чувство.

— Привыкай. Первая победа, но не последняя, в самом деле.

В ответ Кинг просто ухмыльнулся и прикрыл глаза, пока Беатрис начала размышлять о нём.

В нём действительно нет никакой разрушительной силы в привычном понимании. Только лишь полномочие зависти, переданное ему ведьмой, я полагаю. Кингу никто не давал гордыню, а все остальные уже заняты. Судить пока рано, но исходя из тех ситуаций с рыцарем и охотником за кишками, Кинг будто искажает мир и заставляет его подстраиваться под исход, которого он желает. Чем сильнее бьётся его сердце, тем сильнее искажения и лучше достигаемый результат, в самом деле. И это происходит настолько естественно, что никто не замечает подвоха и все считают его сильнейшим. По факту так и есть. Даже нынешний Святой Меча не сможет с этим справиться, я полагаю. Но это не окончательный ответ на вопрос о его силе. Может быть, есть ещё что-нибудь, но придётся только ждать дальше.

Мысли Беатрис закончились прямо перед стуком в дверь.

— Войдите.

Кинг сказал это, открывая глаза и вставая с кровати. Дверь открылась, и Эмилия вошла в комнату.

— Ты был великолепен на арене, Кинг.

Это я уже слышал, но всё равно приятно.

— Ничего такого. Просто делал то, что должен был.

— Да, но... Всё равно спасибо.

Кинг кивнул перед тем, как перевести диалог на другую тему.

— Ты ведь не только за этим пришла? В такие моменты ты обычно рассказываешь о чём-то важном.

— Да. По какой-то причине... Розвааль настоял на том, чтобы мы вернулись в особняк раньше тебя. Круш достаточно добра, чтобы принять тебя.

Значит, клоун наконец решил сделать свой ход.

— Получается, я ненадолго остаюсь у неё в гостях только с Беатрис?

— Рем тоже останется с вами.

— Понятно.

Кинг гостил в особняке Круш уже три дня. Точнее, это лишь резиденция, которой та пользовалась во время пребывания в городе. А главное имение находилось на её землях.

По размерам уступает поместью Розвааля, и прекрасно. Теряться буду намного реже.

Пока Кинг в очередной раз заканчивал свою утреннюю тренировку бегом вокруг особняка, он не мог не подметить красоту этого места.

Деревья вокруг аккуратно подстрижены, а сам сад — ровная, низко подстриженная лужайка. Скорее всего, это пространство используется для тренировок, а потому тут и нет ничего лишнего.

Кинг закончил пробежку и подошёл обратно к Беатрис, рядом с которой стоял Вильгельм.

— О, вы уже проснулись?

Вильгельм, как и на прошлых встречах, оставался в своём чёрном костюме дворецкого.

— Где-то час назад. А вы долго тренируетесь?

— Минут сорок. Только что закончил разминку.

В физическом плане это нихрена не разминка. Но изучать магию намного сложнее, так что я не солгал.

— Мне грустно прерывать вашу тренировку, но леди Круш хочет встретиться с вами в её кабинете и уже ждёт вас.

Я понимаю, что она кандидатка, но почему так рано? Почему все они так просыпаются? И что ей могло от меня понадобиться?

Круш Карстен сидела на низком стуле, сложив руки на коленях, дождалась Кинга, которому Вильгельм открыл дверь. Все гости вошли в комнату.

— Доброе утро, леди Круш.

Кинг сел перед ней, усадив Беатрис к себе на колени.

— И что же вам понадобилось от такого невзрачного булыжника, как я?

— А вы решили сразу перейти к делу, Кинг. Очень хорошо.

Вильгельм молчал и отказывался участвовать в разговоре, а Феликсу, который сидел слева от Круш, было неловко пытаться вести диалог с тем, кто настолько легко победил его друга и одного из сильнейших в королевской гвардии.

Дважды. Неудивительно, что леди Круш захотела поговорить с Кингом. Скорее всего, она хочет позвать его к нам в лагерь, ня.

— Не хотите ли вы принять...

Вот оно.

— Участие в походе на Белого Кита?

На мгновение все в комнате почувствовали давление, которое, казалось, проникало им в самые глубины души. Источником был Демон Меча.

— Прошу прощения.

Вильгельм, до этого закрывавший глаза, приоткрыл один глаз и, не меняя выражения лица, извинился. Старый мечник коснулся рукояти меча на поясе.

Серьёзно?! Какой к чёрту Белый Кит?

— Вы о том, которого называют Туманным зверодемоном и относят к категории великих?

— Да. Это гигантский кит, плывущий по небу и рассеивающий туман. Используя свои стратегические ресурсы, я узнала, что он должен появиться в течение следующих двух дней возле Дерева Флюгеля.

— Понятно.

А какого хрена меня сюда приглашают? Подожди...

Все заметили задумчивость Кинга и решили не мешать ему. Это действительно один из тех вопросов, который нужно хорошо обдумать.

Не этого ли Розвааль от меня хотел? Чтоб я, будучи рыцарем Эмилии, помог в продвижении лагеря, приняв предложение Круш и убив страшного монстра, что терроризировал этот мир четыре столетия? Да, это многое проясняет, хоть и не всё. До сих пор неизвестно, что эта книга мудрости ему говорит. Сейчас стоит думать о ките. Думаю, я приму её предложение. В конце концов, хоть я и фальшивый герой, но, по сути...

— Уничтожение монстров — моя специальность. Но что-то тут не так...

— Значит, вы согласны.

Какое облегчение. Я не до конца была уверена в своих силах. Всё-таки кит забрал жизнь одной из Святых Меча, жену Вильгельма. Поэтому он и присоединился к моему лагерю. Прекрасно, что такой сильный человек, как Кинг, сегодня присоединился к...

— Но что конкретно не так в этой ситуации, ня?

— Хм?

Мысли Круш были перебиты Феликсом, который ухватился за последние слова Кинга. Тот лишь сейчас понял, что последние слова снова были произнесены вслух.

Серьёзно. Мне пора бы потренироваться держать свои мысли в голове и не произносить их по частям. Надо что-то придумать...

— Ну, видите ли... Кит... животное.

— Я не понимаю проблемы, ня!

— Действительно. Мы знаем, что это животное, и что с того?

Круш тоже недоумевала, к чему Кинг клонит, но они наконец начали достигать понимания, когда услышали объяснение от голубоволосой горничной.

— Кинг-сама имеет в виду, что Белый Кит — неразумное существо. Иными словами, он действует не по своей воле.

Отличное спасение, Рем!

Кинг старался вести себя как обычно, но на этот раз ему было сложнее сдерживать своё отражение на внешнем виде.

— Получается, что им управляет Культ Ведьмы...

На этот раз жуткая аура была заметна уже на голубоволосой горничной.

— Рем извиняется за свою вспышку гнева.

— Всё нормально.

Круш успокоила горничную, ведь её дворецкий был таким же.

И почему я сама до этого не додумалась? Теперь совершенно очевидно, что я бы не выжила в этом столкновении. Кинг открыл мне глаза на мою опрометчивость. Пригласить его было правильным решением.

В это время Кинг думал о другом.

Культ Ведьмы? Получается, они так быстро на Эмилию нападают? И кит нужен для отвлечения, пока сами культисты убивают всех, кто находится рядом с ней?

— Леди Круш, у меня к вам встречное предложение.

— Это по поводу Эмилии?

— Да. Культисты собираются напасть на неё сразу после появления кита. Я был бы признателен, если бы вы поделились своими войсками.

Что ж. Если с нами Кинг, который колоссально повлияет на исход и устремит потери к нулю, нет причин ему отказывать. Хотелось бы спросить, почему он, обладая такой силой, не справится в одиночку, но ответ и так очевиден. Кинг хочет дать войскам ценный опыт для защиты королевства. Действительно, тот самый герой, о котором только начинают говорить.

— Я согласна. После победы над китом я отдам под ваше командование столько войск, сколько вы запросите.

Кинг молча кивнул, внутренне негодуя.

Я хотел, чтобы Круш сама разобралась с этими культистами, а она отдаёт командование мне?! Я же идиот, который точно погубит всех этих людей, если мы вообще доживём до этого момента!

Паника Кинга была остановлена Беатрис, которая прижалась к нему чуть сильнее, напомнив о том месте, в котором он сейчас находится.

— А что касается самих войск...

— Во-первых, формирование отряда истребителей. Само по себе это идёт гладко уже несколько дней. Фактически, подготовка ведётся таким образом, чтобы примерно совпадать с появлением Белого Кита. Я не беспокоюсь об их подготовке или моральном духе, потому что Вильгельм здесь, но не могу отрицать, что они недостаточно подготовлены.

— Это правда. Хотя я не могу сказать, что мои инструменты полностью готовы…

Вильгельм кивнул в ответ на слова Круш. Однако старик перевёл свой острый взгляд на Кинга и Беатрис.

— Вот почему вы здесь, господин Кинг.

Они слишком сильно в меня верят.

Через десять минут переговоры были окончены. Кинг и Круш пожали руки, разойдясь по своим комнатам и готовясь к походу на кита.

Прямо сейчас Кинг находился в своей комнате и думал, на что он вообще согласился.

Если так подумать... Подобные ситуации стали изводить меня намного меньше. Мне всё ещё плохо от подобных моментов, но если сравнивать со всем, что было в моём мире...

Кинг повернул голову направо, смотря на Беатрис, которая лежала рядом с ним.

В том числе благодаря ней эти ситуации стало выносить намного проще.

Размышления в очередной раз были прерваны кашлем возле двери, которая была открыта.

— Я забыл закрыть дверь, да?

— Верно.

Кинг быстро встал с кровати и выпрямился, глядя на Вильгельма.

— Спасибо.

Он поклонился.

— Я обязан вам той же благодарностью, что и леди Круш. Я благодарен вам за то, что вы дали мне возможность отомстить за смерть моей жены.

Кинг ещё ни разу не оказывался именно в такой ситуации, несмотря на то, сколько раз его благодарили, а потому просто кивнул.

Вильгельм вышел из комнаты, продолжая подготовку. Вскоре Кинг присоединился к ним.

Белый кит

На следующий день весть о появлении Белого Кита достигла королевской столицы, и примерно в это время Круш должна была начать развёртывание своих сил на дорогах.

Кинг просто наблюдал, как эти люди занимаются снабжением в ускоренном темпе. Он хотел предложить свою помощь, но ему отказали.

Они настолько верят в мою силу, что не захотели принять мою помощь со снабжением. Ни то что бы я вообще когда-то этим занимался, но у них было бы на одного человека больше.

Кинг продолжил осматривать своё окружение и увидел Феликса, который громко зевал, прикрывая рот рукой, и слёзы наворачивались ему на глаза.

— О, Кинг уже не спит, ня.

— Удивительно, что ты вообще смог уснуть, учитывая ту летающую хрень, которая совсем скоро должна появиться.

— А из-за чего ты переживаешь? Мы же победим.

Кинг нервно усмехнулся.

— Ха-ха. Вы все слишком сильно верите в такого заурядного парня, как я.

Перед ответом Феликс щёлкнул Кинга по носу, давая знак послушать то, что он скажет.

— Ферри-чану не нравится твой образ мышления. Заурядный человек не заключает контракт с великим духом и не побеждает лучшего из рыцарей. Хотя... На счёт владельца этого титула уже возникают споры.

— Только не говори, что у него действительно могут отобрать титул...

— Конечно нет, ня. Но сам факт его поражения уже разнёсся по всей столице.

А не слишком ли быстро?

— Кстати. Вильгельм вчера выразил мне свою благодарность за то, что я присоединился к этому походу. Ты не знаешь, почему он так хочет убить кита?

— Причина, по которой леди Круш решила подчинить Белого Кита, заключалась в Старике Уилле. Убить кита — его самое заветное желание. Когда предыдущая Святая Меча, жена Старика Уилла, была убита Белым Китом, Старик Уилл не смог быть рядом с ней.

Одно из прошлых поколений, значит... И сколько времени Вильгельм провёл, ожидая возможность отомстить тому монстру, что причастен к смерти его жены?

— Его упорство принесло плоды, и в поисках Белого Кита у Вильгельма появилась искра надежды. Похоже, что он даже подумывал бросить всё и сразиться с Белым Китом в одиночку. Думаю, неумение сражаться для него было бы куда позорнее поражения. Мужчины глупы, не так ли? Уверен, его жена этого бы не хотела.

— Понятно.

Естественно, он бы не смог победить. Учитывая всё, что я узнал про кита, этот монстр примерно на драконьем уровне.

— Теперь старик Уилл наконец сможет отплатить жене за её доброту...

— Феликс, ты слишком много говоришь.

— Ня?!

Феликс слегка вздрогнул от голоса позади себя и обернулся, увидев пожилого джентльмена, стоящего со сложенными за спиной руками. Он прищурился и уставился на Феликса, который всё больше сжимался.

— Я считаю неприличным говорить о чужих постыдных вещах. А вы?

— Но это не...

Феликс хотел оправдаться, но ещё до первого слова был перебит Беатрис.

— Не следует ничего говорить о соответствующем лице, не получив от него разрешения, в самом деле.

— Да. Извините.

Феликс опустил плечи и удалился.

— Простите, что заставил вас выслушать такую неприятную историю. Это был просто старик, который впустую тратил время. Пожалуйста, забудьте об этом.

Это ведь я первым спросил...

— Всё в порядке. Вы ведь любили свою жену.

Это даже и не было вопросом со стороны Кинга. Просто очевидная истина.

— Да, я люблю свою жену. Больше всего на свете, сколько бы времени ни прошло. В завтрашней битве я найду ответ в своём мече. Наконец я смогу посетить могилу своей жены. Наконец смогу её увидеть.

Вильгельм поклонился.

— Нам ещё нужно кое-что подготовить к завтрашнему дню, так что этого будет достаточно. Вам следует хорошо выспаться, господин Кинг.

На следующее утро перед появлением Белого Кита оставалось примерно семнадцать часов.

Все уже собрались. Круш взглянула на Кинга.

— Вы хорошо спали прошлой ночью?

— Да, спасибо. Но было не очень правильно отдыхать, пока другие работали.

— Нужный человек на нужном месте. Ваша часть работы ещё успеет оказаться перед вами. Мы не хотели тревожить вас тем, на что вы не соглашались.

— Понятно.

Её слова напоминают мне Секингала.

— Я, как и все в день начала отбора, не просто довольствовалась слухами о вашей силе. Мы ведь и вживую наблюдали лишь её небольшую часть. Просить от вас большего — верх наглости, я считаю.

— Я сделаю, что смогу.

В ответ на это скромное заявление Круш одарила Кинга лёгкой, но смелой улыбкой.

— Вы слишком скромный человек.

Участники проекта начали собираться в саду один за другим. Впереди шёл Вильгельм, одетый лишь в самый минимум доспехов, защищающих жизненно важные точки, и носил на поясе шесть тонких мечей. Феликс, следовавший за Вильгельмом, одетый в стандартный белый наряд королевских рыцарей с прикреплённым к поясу кинжалом.

По всей видимости, этот целитель какой-то выдающейся физической силой не обладает.

За этими двумя последовали люди, о которых Кинг ничего не знал.

Значит, это и есть члены отряда, организованные Круш. Они явно не моложе пятидесяти.

— Похоже, все они так или иначе были связаны с Белым Китом.

А как давно Рем тут стоит? Серьёзно, я её даже не заметил.

— Сильно устала? И почему ты до сих пор в своей форме? Мы не будем заниматься уборкой особняка или готовкой.

Хотя... Я же не знаю, что они собираются сделать с тушей кита, если у нас всё получится.

— Ничего серьёзного не было. И эта форма сшита Розваалем-самой с применением магии, так что волноваться не о чем.

— Понятно.

Кинг решил вернуться к теме людей, собравшихся в этот день.

— Похоже, многие из них отошли от дел, но снова собрались по просьбе... Вильгельма?

Не думаю, что даже у Круш в столь юном возрасте могли быть такие связи. Ситуация, когда ветераны пылают жаждой мести, звучит довольно захватывающе, будто я попал в какую-то мангу. Хотя, в моём случае это больше похоже на фанфик какой-то школоты. О чём я вообще думаю? Хорошо, что здесь никто не умеет читать мои глупые мысли...

— Интересно, подрядчик Бетти снова думает о чём-то глупом?

Точно. Она же мой дух. Ясное дело, она поймёт ход моих мыслей.

— Н-нет. Я просто думал о том, что уже пора отъезжать.

— А своей Бетти мог бы и не лгать, в самом деле.

Конечно, она произнесла это без капли упрёка.

В саду начала царить напряжённая атмосфера, и один за другим участники событий стали выпрямлять осанку, следуя примеру уже выстроившихся в шеренгу бойцов. Круш шагнула вперёд, и атмосфера начала успокаиваться, словно она собиралась начать свою речь.

— Четыреста лет.

Круш воткнула меч с выгравированной фамильной печатью своей родословной, положила руку на рукоять и, глубоко вздохнув, огляделась вокруг.

— Самое ужасное бедствие, постигшее мир. Ярость Ведьмы Зависти. Белый Кит, созданный этой ведьмой, использовал мир как свою охотничью территорию, попирая слабых, словно тот принадлежал ему. С тех пор прошло четыреста лет.

Ах, да. Почти никто не знает, что на весь мир Ведьма Зависти была не единственной. Стоит ли мне рассказать всем позже? Хотя, не думаю, что мне поверят.

— Число жизней, унесённых Белым Китом, бесчисленно. В сочетании с природой тумана можно с уверенностью сказать, что никто не знает точного числа жертв. Прошло четыреста лет, и число надгробий с надписями или без них только растёт.

Сожаления и обиды ветеранов, которые накапливались по мере того, как росли груды трупов, начали окутывать сад тёмной, застоявшейся атмосферой.

— Но этим мрачным дням сегодня придёт конец. Мы победим Белого Кита и положим конец скорби. Мы дадим возможность тем, кто не смог даже дожить до этого момента, выплакаться как следует. Давайте положим конец этому жалкому монстру.

Почувствовав жар взглядов присутствующих, Круш вытянула руки вперёд и повысила голос.

— Место: шоссе Лифаус, под Деревом Флюгеля.

Оглушительный грохот топота по земле создал иллюзию того, что сад сотрясается. Поддавшись нарастающему боевому духу, Кинг присоединился к веселью.

Среди них Круш вытащила свой меч и с исключительной силой и высотой взмыла его в небо.

— Сегодня мы собственными руками победим Белого Кита!

К тому моменту, как отряд прибыл к Дереву Флюгеля, луна только начала восходить.

— Охренеть.

Всего одно слово, сказанное Кингом, полностью охарактеризовало размер этого дерева.

— В мире подрядчика нет ничего настолько огромного?

— Многоножка-старейшина — монстр размером в пару километров, не меньше. При мне был убит с одного удара. Сама знаешь кем.

— Тогда я вообще не понимаю твоего удивления, в самом деле.

— Приятно знать, что это дерево не оживёт и не попытается меня убить. В моём мире даже вода на такое способна. И именно здесь будет кит... Бетти, ты ещё с нами?

Она уже успела погрузиться в свои мысли.

Да кто вообще захочет жить в мире подрядчика после этих слов, в самом деле?! Он ещё не рассказал мне про тот случай с атакой на Ассоциацию монстров. Мы почти дошли до этого. Кингу придётся всё это рассказывать своей Бетти, не забывая ни единой детали, я полагаю.

Беатрис наконец подняла взгляд на Кинга.

— Про убивающую воду обязательно расскажи позже.

— А? Хорошо.

Ни то что бы я много знал, помимо того, что это один из генералов Ассоциации монстров драконьего уровня.

Шесть часов спустя

Точное время прибытия кита не было известно. За это время многие успели поспать, хотя далеко не все это смогли, помня о том существе, с которым они собирались сражаться.

Члены отряда истребителей стояли рядом с Вильгельмом, их лица были напряжены, но боевой дух был высок. Следуя приказам Круш, они завершили подготовку превентивного удара.

В тишине не было никаких признаков появления этого зверя «драконьего уровня» опасности. До сих пор ничего не происходило, и Круш, опустив взгляд, начала задумываться над качеством своей разведки.

Сейчас лунный свет заслонён плывущими по небу облаками, и большая тень закрывает всё поле зрения.

— Хм?

Подняв глаза, Круш тут же прокляла свои собственные глупые мысли. Лунный свет заслонён. Облака, заслонявшие свет, медленно спускались и приближались прямо к ним. Это был монстр, создавший в небе огромную, похожую на кита тень.

В тот самый момент, когда Круш затаила дыхание, почти все члены отряда поняли то же самое. Затем, объединив свои мысли, они обратили взгляды на Круш.

— Ожидается приказ о начале... Что это за звук?

Для ветеранов, которые только слышали о новой личности в их королевстве, этот безусловно удушающий звук был чем-то новым, но для тех, кто до этого слышал его вживую...

Кинг стоял возле Дерева Флюгеля и внимательно смотрел на кита, думая:

Этот кит безусловно стрёмный, но... Длиной всего метров пятьдесят. Может больше, но явно не длиннее километра. Многоножка-старейшина была намного страшнее даже без учёта размера. Всё-таки не гожусь я оценивать ранги монстров. Это же не дракон, максимум демон. Ладно. Говорят, что мой «двигатель» действительно так пугает...

Он активировал своё полномочие.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Кит взвыл от страха и собирался улететь подальше от этого места, как почувствовал прекрасный аромат испорченной маны, исходящий от самого Кинга. Монстр частично преодолел свой страх и полетел на Кинга, стоящего под деревом, но...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Удушающий звук стал громче.

В сравнении с остальными зверодемонами и даже с Великим Кроликом и Чёрным Змеем, Белый Кит был умнейшим из них, на уровне человека. Именно по этой причине он в первый раз сопротивлялся своему страху и полетел в сторону сильнейшего человека. Это была последняя ошибка в его жизни.

Кит приблизился слишком быстро к Кингу, отчего сердце второго уже автоматически забилось ещё громче.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Кит впервые по-настоящему боялся возможности своей смерти.

Если я продолжу лететь на него, точно помру...

Это были его последние мысли перед тем, как пролететь над Кингом и врезаться в Дерево Флюгеля, которое не выдержало силы удара и упало прямо на кита, не дав ему возможности улететь.

Ничто не могло спасти его в этой ситуации. Шкура кита была покрыта мелкими волосками, которые рассеивают любое проявление маны, из-за чего бить магическими атаками по нему бесполезно. Но это и не требовалось. Удар дерева был достаточно хорош, чтобы приблизить его к смерти.

Последним, что кит услышал в своей жизни, было:

— Этот удар посвящается моей жене... Терезии ван Астрее.

Лень

Подготовленные войска просто наблюдали за тем, как Белый Кит пугается «двигателя» Кинга и врезается в дерево. Многие из них ничего не понимали. С какой целью их здесь собрали, если один человек был способен разобраться с угрозой, что четыреста лет терроризировала этот мир? Затем они услышали голос Демона Меча:

— Этот удар посвящается моей жене... Терезии ван Астрее.

Вильгельм провёл мечом по голове кита, словно действительно разделывал рыбу.

Неважно, что он пропускает остальные этапы и сразу разрезает его на куски, даже не очистив от чешуи. Хотя, у него её и нет. Стоп. Почему я думаю, что он действительно будет это есть?

— Здесь был уничтожен Белый Кит.

Войска, оглушённые этим голосом, подняли глаза и увидели зеленоволосую девушку на земляном драконе. Круш подняла пустой кулак к небу.

— Туманный зверь, живший четыре сотни лет, без единой потери был побеждён Вильгельмом ван Астреей и Кингом!

Все рыцари ликовали, глядя на Кинга, который несколько минут назад удушил всех своей аурой.

И теперь все смотрят на меня, опять... Ну, на этот раз я, вроде как, действительно сделал что-то важное.

Кинг улыбнулся, глядя на живых и здоровых людей, не заметив, как к нему подошла Круш.

— Мы должны убрать Белого Кита и что-то сделать с Деревом Флюгеля, которое было принесено в жертву. Особенно после сражения мы не можем расслабляться.

Зачем им туша кита? Нет, они же не собираются его готовить?

— Это угроза, которая настолько долго витала в небесах мира. Только неопровержимые доказательства в виде его туши смогут принести людям истинное облегчение.

— Понятно.

Как хорошо, что это не то, о чём я подумал. Но после этого мне ещё и к культистам идти придётся...

— У вас довольно мрачное выражение лица, Кинг. Совсем не похоже на героя, унизившего Белого Кита.

— Что?

— Герой, что напугал и поймал в ловушку Белого Кита. Я не хочу быть настолько бесстыдной, чтобы присвоить себе все заслуги, принадлежащие вам. Мои войска даже не участвовали, кроме Вильгельма, который нанёс последний удар.

Кинг молча кивнул, думая о том, что он ещё полтора месяца назад делал то же самое.

— Я чрезвычайно благодарна за ваше сотрудничество. Без вас я не смогла бы победить Белого Кита, и мой путь был бы прерван.

После этих слов Круш низко поклонилась Кингу. Для Кинга уже давно стало привычным слушать благодарности в свой адрес, но всё же...

— Это уже давно является моей работой, и я рад, что оказался способен её выполнить.

— Вы, несомненно, являетесь ведущей фигурой в этом деле. Если ваши действия будут проигнорированы, клянусь своей честью, я это исправлю.

— И вас не волнует, что я рыцарь другой кандидатки?

— Настанет время, когда мы снова окажемся по разные стороны, но я никогда не забуду той помощи, которую вы сегодня оказали. Поэтому, даже когда мы станем соперниками, я останусь уважительной и дружелюбной к вам до конца.

Они пожали друг другу руки.

— Если это возможно, я хотела бы начать транспортировку туши Белого Кита в столицу. Однако, похоже, у вас ещё есть миссия, которую нужно выполнить.

— Думаю, кита можно отвести позже. Сейчас хотелось бы уничтожить культистов, не позволив никому сбежать.

Чем больше войск, тем лучше. Я ведь даже не знаю, что конкретно меня поджидает.

— Хорошо. Мы все идём с вами.

— Спасибо.

Повезло. Они все идут со мной.

— Теперь мы направляемся на территорию Мезерсов, где нас ждёт Культ Ведьмы. Есть ли у вас информация о нашем враге, господин Кинг?

Вильгельм был серьёзно обеспокоен этой ситуацией.

Единственная крупная победа была примерно сорок лет назад, когда был побеждён архиепископ греха гордыни...

— У меня нет никакой информации.

Все посмотрели в сторону Круш.

— Кинг говорит правду.

Лишь на секунду в рядах армии поселился страх, который быстро сменился уверенностью. Ведь Кинг был здесь. Все молча кивнули, ожидая дальнейших указаний от Кинга.

— Думаю, в такой ситуации стоит занять всю территорию деревни и ждать. Возможно, некоторые культисты могли спрятаться среди простых жителей. И среди них может быть архиепископ, который, скорее всего, пришёл за Эмилией. И мне придётся выйти против него...

Я вообще не представляю, что делать в такой ситуации. Почему Круш полностью оставила управление своим войском на мне? Я же ничего в этом не смыслю. Ладно. Вроде я всё делаю правильно. Но что делать, если там действительно будет архиепископ?

Единственное, что хоть немного успокаивало Кинга, это Беатрис, которая всё время была рядом.

— Разумное решение. Так и поступим.

С согласием Круш они выдвинулись к деревне Арлам.

Через час они доехали до деревни и заняли всю её территорию.

Рем и Круш пробирались через деревья и кусты, наткнувшись на открытое пространство, окружённое пышной зеленью. На этом пространстве появились четыре тени. Одна тень присела посередине, а остальные три наблюдали за окрестностями.

Человек, сидящий в центре, достал из кармана метию цвета золота и вливал в неё ману. Мужчина чувствовал, как ощущение выполненного долга сменяется ликованием, когда он осознавал, что его положение, учитывая предоставленную ему должность и возложенную на него роль, также чрезвычайно важно. А затем он открыл рот, чтобы заговорить с другой стороны через это зеркало, но...

— Значит, так ты собирался выдать всю информацию.

Круш высоко подняла левую руку и щёлкнула пальцами. Другие три культиста достали из карманов крестообразные кинжалы и собирались выдвинуться, но они не успели среагировать, и их тела уже были пробиты ледяными кристаллами.

— Я рада, что всё проходит так хорошо. Было бы весьма стыдно допустить ошибку после того, как Кинг поверил в меня. Впечатляет, что ты заметила информатора среди торговцев.

— Рем может чувствовать ведьмин запах, Круш-сама.

— И что мы будем с ним делать? Эти ребята кажутся немногословными.

В ответ на это Рем улыбнулась. Её улыбка совсем не была похожа на доброжелательную.

Как жаль, что у меня нет на него времени.

В то же время Кинг и Беатрис шли к ближайшей пещере.

Когда антагонисты сидят в подобных местах — это клише.

Лес расступился, расширив поле зрения, и Кинг почувствовал солнечный свет на веках и скалу под ногами. Прищурившись, он увидел пещеру и приветливую фигуру, стоящую перед ней.

— Я архиепископ греха Культа Ведьмы, представляющий Лень — Петельгейзе Романе-Конти!

Как же стрёмно он выглядит.

Кинг хотел активировать свой «двигатель», но заметил беспокойство на лице Беатрис. Она решила ответить ему телепатически.

Это старый знакомый Бетти, полагаю. Но он уже не тот, что прежде.

Ты ведь понимаешь, что нам придётся с ним столкнуться?

Да.

— Какой прекрасный день. Я никогда не думал, что в этот судьбоносный день, когда я решил провести испытание, я смогу увидеть человека, что любим ведьмой...

Он только сейчас опустил голову и увидел Беатрис.

— К тому же очень талантливый, имея контракт с великим духом. Мой мозг трепещет!

Он положил руки на грудь и начал извиваться, словно обнимая себя.

Кинг вдохнул, пытаясь скрыть страх и отвращение к этому парню.

— Нам очень приятно познакомиться с вами, архиепископ. Для меня большая честь присоединиться к вам перед началом испытания.

Беатрис и Рем рассказывали, что от меня исходит запах ведьмы, который усиливается после использования полномочия. Может, у меня получится сойти за своего? Не знаю, о каком испытании этот идиот мне рассказывает, но я должен ему подыграть, пока другие заняты всем остальным.

Кинг поклонился архиепископу Лени. Петельгейзе глубоко тронулся, слёзы навернулись ему на глаза.

— О, какое прекрасное стремление! Какое чистое проявление любви! Я не помню, чтобы когда-то настолько сильно проклинал свою лень! Только моя собственная лень мешала нам принять вас как брата до сих пор! Пожалуйста, простите за то, что я упустил из виду любовь, которую вы изливаете в этот мир!

Петельгейзе подошёл вплотную к пещере и начал биться головой об камень.

Теперь я точно не хочу оставаться рядом с этим конченым идиотом!

Пока Кинг размышлял об этом культисте, тот уже раскроил себе лоб и не боялся кровотечения.

А может, он просто мазохист? У него ведь и пальцы в таком же кровавом состоянии. Но я должен получить информацию и продержаться до конца.

— Пожалуйста, остановитесь. Ведьме это не понравится.

— Но, но, но, но, но... Я был так ленив! Так глуп! Так неверен в том, что не ответил на любовь взаимностью! Единственный способ получить прощение — это наказать и дисциплинировать себя!

— Как глупо, я полагаю. Ведьма была бы рада, если бы вы провели испытания, чтобы отплатить за её благосклонность, чем видеть, как страдают её любимые последователи, в самом деле.

Беатрис начала подыгрывать Кингу, видя, как тому тяжело сдерживать себя.

Архиепископ прекратил свои резкие движения и широко раскрытыми глазами посмотрел на Кинга, затем на Беатрис.

— Всё так, как вы и сказали! Я ошибался, вот именно! Испытание, то, что я должен сейчас пройти, — это не самонаказание, не членовредительство и не самоубийство, а именно испытание! Чтобы заслужить благосклонность моей любимой ведьмы, прохождение этого испытания — задача, которая мне поручена, задача, ради которой я должен рискнуть жизнью! Как глупо было забыть об этом и предаться самобичеванию! Ах, ваши слова меня разбудили!

Петельгейзе грубо вытер кровь, стекающую со лба, рукавом мантии и резко обнял Кинга.

— Такой ленивый человек, как я, не имеет никакой ценности. Усердие — самое благородное качество в этом мире, а лень — самый презренный порок. Поэтому, благодаря усердию, я навсегда буду избегать лени! Вы поистине усердный человек! И это поистине, поистине, поистине, поистине радостное событие — приветствовать вас как нового верующего!

Ребята... Пожалуйста, побыстрее...

Кинг чуть ли не начал молиться за то, чтобы это поскорее закончилось.

— Так что там с испытанием?

— Испытание! Да, испытание! Это испытание! Я должен пройти это испытание! Ради этого я сюда и пришёл!

Внезапный громкий крик на мгновение ошеломил Кинга, застывшего от напряжения. Перед ним Петельгейзе продолжал говорить.

— Мы собираемся проверить, достоин ли этот недавно найденный полудьявол стать новым сосудом для Ведьмы! Если да — мы его захватим! Если нет — она поплатится за то, что посмела родиться похожей на Ведьму!

— Новый сосуд?

— Этим ленивым телом, своей волей и своими кончиками пальцев я должен сделать всё, что в моих силах! Ах! Любовь! Любовь! Я должен отплатить ей! Если испытание докажет, что полудьявол является подходящим сосудом... тогда в этот сосуд будет помещена Ведьма Зависти. Сателла снова явится миру! Как же я ждал этого дня, этого времени, этого момента! Если я смогу помочь, хоть немного, стать опорой… я буду безмерно рад!

Голос Лени был полон радости, он был тронут до глубины души и снова начал плакать.

Это намного хуже, чем я предполагал. Как бесчеловечно. Просто отвратительно.

Петельгейзе не замечал враждебности и чувства отвращения со стороны Кинга.

— Я глубоко впечатлён вашими словами, архиепископ. Мы обязательно завершим испытание.

— О! Ты воистину удивителен! Так и должно быть! Если мы не объединимся, не отдадимся целиком и полностью достижению своей цели, мы упустим из виду наше предназначение! Мои пальцы, мои ноги, мои глаза, мой нос, мой рот, мой язык, моя кровь, мои кости, моя плоть, моя душа — всё это предназначено для того, чтобы быть принесённым в жертву Ведьме! С того момента, как я получил её благосклонность, с того момента, как я понял, что меня любят, моё существование было не более чем мусором, который отплачивает за эту любовь всем сердцем и душой... Ах! Насколько же я ленив!

Он с гордостью говорил о своей вере и вытащил Евангелие из кармана своей мантии.

— Слова, выгравированные в Евангелии, говорят о любви! Они побуждают меня действовать! Чтобы проявлять любовь, чтобы совершать свои поступки, препятствия необходимы! Препятствия — это естественно! Препятствия — это естественное существование…! И поэтому моё ежедневное усердие, моя вера, противостоящая лени, будут испытаны, испытаны, это время испытаний, которое мне дано!

Проводя пальцем по написанным на странице словам, Петельгейзе пускал пену изо рта, а его покрасневшие глаза бешено вращались. С каждым прочитанным словом его щеки краснели, глаза наполнялись волнением, и казалось, что его переполняют радость и эйфория.

— Покажите мне своё Евангелие.

Чего?

Петельгейзе Романе Конти

Откуда я должен взять Евангелие? Если не покажу, он меня точно раскроет!

Кинг был близок к тому, чтобы поддаться панике. Его сердце хотело начать биться с громкостью извержения вулкана, но в последний момент он заметил, как Беатрис закрыла свою книгу мудрости и показала её архиепископу.

— Смотри внимательнее на Евангелие архиепископа Гордыни, в самом деле.

— А?

Кинг спросил это шёпотом, не дав Ленивому услышать его замешательство.

Бетти, конечно, хорошо мне подыгрывает, но приравнять меня к этому конченому... Даже для роли это звучит слишком грубо.

Петельгейзе наклонил голову на девяносто градусов и слегка согнул колени, чтобы снизу смотреть в глаза Кинга и оценить слова великого духа.

— А ведь действительно! Ты и должен быть Гордыней! Точно, точно, точно, точно! Только это место долгое время оставалось вакантным! Прости мне мою лень! Прости, что не нашёл тебя раньше!

Архиепископ уже хотел продолжить биться головой о камень, но заметил жест Кинга, показывающий ему остановиться. Он действительно передумал исполнять самоповреждение и посмотрел на «Евангелие», которое Беатрис пришлось показать во второй раз.

— А оно побольше остальных. Какой невероятный уровень усердия! В таком сильном парне действительно не остаётся места для лени! Как прекрасно!

Он даже не способен понять, что Бетти показывает ему полноценную версию писания вместо той, что у них зовётся Евангелием.

Петельгейзе ещё раз пробежал глазами по своему писанию, после чего убрал его обратно в карман мантии и посмотрел на Кинга.

— Но я никак не могу понять. О вас двоих не указано в моём Евангелии! С какой же целью вы здесь?

В ответ Кинг скрестил руки и слегка опустил голову, глядя в глаза Петельгейзе.

— Любовь к Ведьме заставила меня прийти сюда и помочь тебе в завершении испытания, которое тебе было предначертано провалить! Я должен отплатить за ту любовь, которой она меня одарила. Ведь я доверенное лицо и обязан ответить на её чувства взаимностью и с максимальной отдачей!

Кинг глубоко вдохнул.

Надеюсь, я убедительно отыграл роль отвратительного психа, подобного ему.

С лица архиепископа исчезло всякое сомнение. Слова Кинга глубоко тронули шизоида, и на его лице, с выражением чистого сердца, навернулись слёзы.

— Простите за мои ленивые сомнения в вас. Вы великолепны, поистине великолепны. Совершенно не похоже на меня, который в упор не может разглядеть любовь с первого взгляда! Ваша глубокая привязанность очевидна, даже без слов — вы действительно достойны.

Преклонив колени в восхищении, Петельгейзе приложил руку к груди, выражая уважение к вере Кинга.

Насколько я понимаю, он просто верит и поклоняется сильнейшему существу, о котором знает? Тогда это похоже на мой мир. Видел я особо отбитых фанатов, которые поклоняются героям S-класса. Самая отвратительная часть в том, что я сам становился объектом поклонения. Не так давно и в этом мире...

Лицо Кинга помрачнело и приобрело нотки отвращения, отчего Петельгейзе сразу захотел извиниться и спросить, чем же он так разгневал нового Архиепископа Гордыни, но увидел, что тот достаёт из кармана брюк маленькое золотое зеркальце, излучающее слабый свет.

— Прошу прощения. Я получил важное сообщение. Скорее всего, это из-за того, что мы наконец воссоединились.

Кинг раскрыл зеркальце и увидел в нём знакомую девушку с зелёными волосами.

— Кинг. Мы уже закончили. Остальная часть на вас с Беатрис.

— Хорошо.

Кинг закрыл метию и положил её обратно в карман, чем оставил Петельгейзе в замешательстве. Он был достаточно ленивым, но недостаточно безумным, чтобы подойти к Кингу и посмотреть, кто там вещает на другой стороне. Единственное, о чём он мог подумать...

— Неужто твои последователи уже выполнили свою часть плана? Как усердно, усердно, усердно! Прости меня за мою лень! Я должен был справиться с этим испытанием, но теперь я вижу! Вижу, что не мог справиться сам! Спасибо тебе, архиепископ Гор...

— Минья.

Тёмный кристалл пробил сердце Ленивого. Последнее, что он успел сделать перед практически мгновенным обращением в розово-фиолетовый кристалл, — выразить часть своих эмоций и отрубить себе голову непонятной силой. Расширенные глаза на падающей голове говорили о неожиданности, которая повергла его в этот момент. Помимо этого, он чувствовал себя преданным и испытывал гнев. Гнев на Кинга за то, что тот обманул его и намеренно попытался сорвать его испытание. Гнев на себя за свою лень. Нужно было предвидеть такой исход.

Зачем он отрезал свою голову? И каким образом он это сделал? Единственное, что я заметил, — какую-то тёмную линию возле шеи. Странный тип, но я не понимаю, почему его так долго не могли одолеть. Возможно, мы просто сделали всё слишком быстро...

— А теперь подрядчик думает, что этот культист не являлся серьёзной проблемой, я полагаю.

Кинг в недоумении приподнял правую бровь.

— Разве это не так?

— Всё могло быть намного сложнее. Даже не говоря о полномочии, соответствующем греху архиепископа, он и не человек, а земляной дух, способный вселяться в людей с талантом к духовному искусству. Радует, что остальные убили всех культистов, и ему некуда переселять свою душу. Он также мог бы вселиться в Кинга, если бы у него не было Бетти, в самом деле.

— Понятно.

Что за чертовщина? С виду как мертвец, а способен на такие фокусы.

Двадцать минут спустя

Кинг и Беатрис неторопливо вернулись к особняку. У входа стояли все ключевые фигуры этой операции.

Кинг собирался задать вопрос, но был прерван резким и крепким объятием.

— Кинг вернулся!

В ответ на радостное приветствие Эмилии Кинг мог только замереть и немного покраснеть.

— Не думаю, что будет правильным решением делать так, пока на тебя смотрят другие.

Он указал пальцем на группу людей. Эмилия повернулась и через секунду сама начала смущаться, отпустив Кинга. Она громко прокашлялась и начала диалог, пытаясь сделать вид, что этой ситуации не было.

— Я читала письмо, отправленное Рем. Мог бы и меня позвать на помощь, простофиля.

— Кто так в наше время говорит? И вообще...

Если бы я был таким сильным, как говорят...

— Я бы одержал победу и в одиночку. Несмотря на то, что я твой рыцарь, от этого я не перестаю быть героем S-класса и сильнейшим человеком.

Как тут перестать, если я даже не начинал?

Все, кто в данный момент слышал слова Кинга, не могли не восхититься его невероятной силой, которую хотя бы в половину могут лицезреть лишь избранные.

Рем и Рам прекрасно поняли суть слов величайшего, но Круш, Вильгельм и Феликс не могли понять одну вещь.

Что ещё за S-класс?

Пока Круш размышляла над странным титулом, все смотрели прямо на неё, ожидая, пока она расскажет им о правдивости мыслей Кинга.

— Он говорит правду.

Все и так это знали, но никак не могли привыкнуть к мысли о существовании такой силы.

— Хм? Неважно.

Кинг не понял, к чему были эти слова от Круш.

Что важнее...

— Эвакуация прошла успешно?

Эмилия замялась, пытаясь дать вразумительный ответ.

— В-видишь ли... Когда я созвала всех в центр и начала объяснять суть проблемы, они...

Эмилии было тяжело продолжать отчёт. Чтобы не затягивать, Рам проговорила вторую часть ответа за неё.

— Они ответили, что им не о чем волноваться, потому что великолепный Кинг-сама сокрушит всех культистов. Жители отказались от эвакуации и разошлись по домам.

Кинг молча кивнул и задумался.

С чего бы начать...

Вопросов было слишком много.

По крайней мере, они выслушали Эмилию, не называя её реинкарнацией Сателлы. Значит, мои слова на одной из прогулок на них подействовали. Но с хрена ли они так сильно в меня верят? Я никакой силы не показал! Даже учитывая ту фальшивую новость с собаками, культисты явно пострашнее будут. Это вообще не повод отказываться от гарантии сохранения жизни, оставляя её в руках такого, как я! А если бы отряда Круш тут не было? А если бы Беатрис осталась в своей библиотеке? Уж простите, что я такой слабый и не могу по-настоящему вас защитить, но не тупите!

Кинг напрягся от таких мыслей, что было заметно для всех остальных. Они собирались спросить его об этом, но услышали громкий звук падающих деревьев. Они вместе с Кингом обернулись и увидели голову Петельгейзе с широко раскрытыми ртом и глазами, летящую прямо на Кинга.

А Кинг видел огромного монстра длиной в семь метров с кучей чёрных рук, которых остальные не видели.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Кинг должен был что-то придумать, иначе он умрёт со всеми остальными прямо на этом месте. Он вспомнил о своём последнем заклинании. Та самая сила, о которой ещё в родном мире с таким восхищением говорили даже герои S-класса. В этот момент Беатрис держала Кинга за руку, что сделало использование заклинания возможным. Кинг закрыл глаза, желая съёжиться от страха, поднял свободную руку, направил её в сторону Петельгейзе и произнёс:

— Предельная Пушка Волнового Потока Адского Огня!

Этот луч смерти отличался от того заклинания, что некоторые смогли лицезреть на дуэли с лучшим из рыцарей. Сегодняшний луч был намного ярче, быстрее, и высота его составляла три с половиной метра. Оно и неудивительно. Сила заклинаний напрямую зависит от их длины.

— КИИИИИИИИИИИНГ!

Последнее, что сказал архиепископ Лени перед тем, как его голова растворилась в адском луче.

Но даже после его окончательного уничтожения сердце Кинга и не собиралось успокаиваться ещё долгие часы. В этом деле помогла Беатрис, крепче сжав его руку, отчего тот посмотрел на неё и постепенно начал успокаиваться.

Через минуту его сердце затихло.

Кинг повернулся к остальным и застал то, с каким удивлением его знакомые смотрели на него. Будто дети, которым отец показал фокус с монеткой за ухом.

Они так удивлены этому позорному моменту? Да... Теперь они точно поняли, кто я на самом деле...

— Насколько же вы сильны, господин Кинг?

— А?

Кинг был удивлён вопросом со стороны Демона Меча.

— Кинг-сама с каждым разом удивляет всё сильнее.

Рем присоединилась к Вильгельму, вспоминая тот раз, когда Кинг лгал сам себе о своей слабости.

— Ты снова спас мою сестру. Хоть мне и тяжело это признавать, для неё ты уже как старший брат.

Рам поблагодарила Кинга в своей привычной манере.

— Кажется, вы снова спасли нас, Кинг. Вроде я позвала вас в этот поход, а вы прикрыли мою глупость уже дважды.

Круш произнесла это с едва сдерживаемой улыбкой, понимая, что такой долг выплатить уже не представляется возможным.

Но Кинг думал иначе.

Что, мать его, происходит? Они ведь чётко видели, как я чуть не умер от страха! Так почему они хвалят меня за несуществующую силу?! Может, они просто испытывают ко мне жалость... Или на этот раз я забрал достижение у Беатрис...

Беатрис прекрасно чувствовала эмоции Кинга и без слов наложила на него заклинание исцеления, чтобы тот успокоил свои мысли.

Глупый подрядчик. Потратил треть всей моей маны, откопленной за четыре сотни лет, и продолжает принижать себя в своих мыслях, в самом деле.

А где обед?

Туман, созданный Белым Китом высоко в небе, всё ещё не был развеян. Неудивительно, прошло всего несколько часов.

Если человек в тот день не присутствовал на поле боя, для него смерть Белого Кита будет считаться загадочным явлением. Огромное пятидесятиметровое существо, изрезанное и придавленное не менее большим Деревом Флюгеля. Ни трупов, ни разрушенных повозок. В общем, ни единого следа присутствия войск, необходимых для выполнения столь масштабной задачи. Потери казались неизбежными

Возле туши кита стояли две фигуры.

Первый выглядел как ребёнок из трущоб с тёмными длинными растрёпанными волосами, почти достающими до земли, и глазами цвета изумруда, в которых можно было разглядеть разочарование.

Лей Батенкайтос наклонил голову набок.

— Ааа... Он действительно мёртв.

Архиепископ Чревоугодия медленно присел на корточки в паре шагов от туши кита.

— Бедный наш мальчик. Они причинили тебе вред.

Возле Лея стоял, казалось бы, ничем не примечательный молодой человек среднего роста с седыми волосами и золотистыми глазами в элегантной одежде белого цвета. Он скрестил руки со слегка раздражённым выражением лица.

— Честно говоря, это весьма сильно разочаровывает. Мне сообщили, что здесь должна состояться важная встреча. По этому случаю я потрудился прийти сюда, что само по себе немалое усилие, учитывая расстояние до того из домов, в котором я на тот момент находился. И что я здесь обнаруживаю? Труп. Никто меня здесь не встретил. Никто не замечает моего присутствия. Ты понимаешь, насколько это оскорбительно? Это явное нарушение моих прав. Если кого-то куда-то заманивают, чтобы представиться, то по крайней мере стоит убедиться, что эта встреча не будет отменена и состоится вовремя. В противном случае это обман, а обман несовместим с самой идеей упорядоченного мира.

Лей перестал слушать Регулуса примерно на половине его речи.

На самом деле мы согласны с этим раздражающим парнем, хоть он мог бы уже заткнуться или хотя бы уложиться в десять слов. Нам сказали, что сегодня мы можем пировать на этом месте. Нас обманули! Или же... Мы опоздали и тот самый гурман уже ушёл... В Евангелии указано, что человек с тремя шрамами на лице является сильнейшим и должен был появиться на этом месте с отрядом герцогини Карстен. Жаль, что мы не сможем съесть такой хороший обед сегодня... Но уверены, мы встретимся совсем скоро, и тогда наша с Роем сестра будет довольна.

Архиепископ Чревоугодия выпрямился, его глаза засияли от волнения из-за самой мысли о встрече с сильнейшим человеком в лице Кинга, и он хотел размышлять об этом дальше, но не мог по причине...

— Объективно говоря, я проделал весь этот путь за просто так. Эта прогулка — пустая трата времени. Пустая трата времени — это потеря ценности. А потеря ценности заслуживает компенсации. И я не стану винить в этом человека, известного как Кинг. В отличие от нас, вероятнее всего, он и не был проинформирован об этой важной встрече с нами. В Евангелии указано, что этот мужчина красив, скромен, силён и живёт спокойной жизнью. Это всё, о чём должен просить любой уважающий себя человек. Самый минимум, необходимый для счастья, он не берёт много. А кого точно стоит винить, так это Пандору. При следующей встрече я выскажу ей всё, что думаю по поводу этой ситуации, и ей придётся меня послушать.

Желание Лея перестать слышать архиепископа Алчности почти достигло предела. Он уже хотел взять в руку один из ножей крестообразной формы, ввести его себе в глазницу и разрушить ткань мозга вращательными движениями. К счастью для него, он просто вздохнул и начал отвечать, глядя на Регулуса, который уже был зол и в своей манере собирался спросить, почему Лей молчит.

— Знаешь, мы ведь и сами расстроены. Как минимум, они убили нашего питомца и не устроили нам пир в честь этого. Наша сестра сегодня останется без хорошей еды, а Рой ест всё подряд, как дворняга. Отвратительно.

Никогда не понимали своего брата. Знание — сила, а качество важнее количества. Почему он набрасывается на мусор и поглощает его вместо хорошей еды, которая время от времени нам попадается? Возможно, его получится убедить, когда мы встретим этого Кинга. Тут даже наш брат не устоит и накинется на него при первой встрече, игнорируя всех остальных. Думаю, мы все этого ждём.

— Так ты всё-таки соизволил хоть что-то ответить на мои слова. Не спорю, это лучше прошлого раза, но всё равно грубо. Ты почти нарушил моё право быть услышанным, но успел исправиться, так что на этот раз я прощаю тебя, даже несмотря на твоё отвратительное чувство голода...

Лей не стал слушать очередной развёрнутый ответ Регулуса о том, насколько отвратительным является его чревоугодие, но пришлось сделать вид, иначе это могло бы закончиться плачевно для него.

Два архиепископа разошлись по домам. Один со злостью на лице возвращался к своим жёнам, а другой шёл выпить вина, предвкушая встречу с сильнейшим человеком, что уничтожил его кита, не зная наверняка, что Кинг уже разобрался и с одним из его коллег, и не понимая, что своих желаний стоит бояться.

Обратно в особняк

Группа хотела войти в особняк, но Кинг заметил молча стоящего седовласого парня, волосы которого ниспадали до подбородка. Тот стоял совсем рядом с остальными, но по какой-то причине оставался незамеченным до этого момента.

Кинг обернулся к остальным.

— А это кто?

— Не знаю. Мы нашли этого парня в плену культистов и освободили. Он назвался торговцем и утверждает, что ему нужно провести беседу с хозяином этого места.

В ответ на слова Вильгельма Кинг обернулся в сторону этого парня. Тот стоял, сложив руки на груди, и с лёгким нетерпением поглядывал на дверь особняка.

Он всё это время тут стоял?

— Я тебя даже не заметил.

— Как грубо, знаете ли! Я был здесь всё это время!

Кингу стало неловко от того, что он не заметил этого парня. Сильнейший человек прокашлялся и задал вопрос, пытаясь сохранить серьёзность своего тона.

— Как тебя зовут и с какой конкретной целью ты здесь?

Седовласый парень снял свою зелёную шапку с пером и поклонился, его движения были отточены и полны достоинства, несмотря на лёгкую усталость.

— Отто Сувен. Всего лишь торговец, который неудачно вложился и хочет договориться о продаже масла с маркграфом Розваалем.

Кинг одобрительно кивнул, оценив прямоту незнакомца.

— Думаю, эту встречу можно устроить. Рам, маркграф сейчас в особняке, или он опять "отсутствует"?

Кинг произнёс последнюю часть предложения со стёбом и лёгкой улыбкой, ссылаясь на то, что клоун всегда уходит в самые важные моменты. Он даже не ожидал, что ответ будет именно таким...

— Розвааль-сама сейчас не в особняке.

В ответ на это Кинг мог только закатить глаза, сдерживая свою злость. Он провёл ладонью по лицу, пытаясь унять раздражение.

Ясное дело, что его не будет на его же территории. Что же такого клоуну говорит эта книга мудрости, если он уже во второй раз оставляет меня разбираться с его проблемами? Да, меня назначили рыцарем Эмилии, но из нас двоих сильнейший заклинатель точно не я. А может, в той книге сказано, кто я на самом деле? Если так, значит, Розвааль прекрасно знает, что у меня нет никакой силы. Но тогда на кой хрен я ему сдался...

— Кинг-сама, вы опять застряли в своих мыслях?

Рем слегка потянула его за рукав, задавая этот вопрос. Она, как и все здесь, была обеспокоена долгим молчанием Кинга, начавшимся сразу после заявления старшей из сестёр. Её голубые глаза смотрели на него с неприкрытым беспокойством.

— Извиняюсь. Довольно интересно получается, что в нужное время Розвааля никогда не бывает в нужном месте. Мой знакомый из Ассоциации Героев уже давно бы его уволил за такое проявление бездействия.

Он усмехнулся, представив реакцию совета директоров на подобные отлучки.

— Пора возвращаться, я полагаю.

Беатрис первой направилась к двери, и вся группа, включая едва замеченного торговца, последовала за ней.

Открыв дверь, Кингу показалось, что он попал не в то место. Он даже замер на пороге, моргая от удивления.

Прости, но твой маркграф в другом замке?

Внизу были постелены дорогие ковры с изысканными узорами, в углу у лестниц наверх стояли изящные вазы, в которых красовались свежие цветы, источавшие тонкий аромат. С потолка свисали огромные кристаллы, которые считались люстрами в этом мире. Каждая деталь интерьера сияла чистотой и свежестью, будто особняк только что отстроили заново.

Не помню, чтобы это выглядело настолько хорошо.

— Это Рем успела навести такую красоту, одновременно сражаясь с культистами?

Ясное дело, что не Рам. Но если серьёзно... кто?

— Это была не Рем.

После ответа младшей сестры из-за угла вышла девушка с длинными светлыми волосами, одетая в такой же наряд горничной. Всё в ней казалось прекрасным, за исключением крепкой мускулатуры, отчётливо проступавшей даже под тканью платья, и жутковатой улыбки, полной острых клыков, которые хищно блеснули в свете кристаллов.

— Приятно с вами познакомиться. Я горничная маркграфа Роз...

Девушка не успела договорить, как услышала интенсивный ужасающий звук, дублирующийся из-за эха в помещении.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Круш и Вильгельм резко достали свои мечи и приняли боевые стойки, их глаза мгновенно оценили новую угрозу. Феликс выхватил свой кинжал, прижимаясь ближе к госпоже. Демон меча на мгновение переместил взгляд на Кинга, удивляясь его проницательности.

Господин Кинг действительно заметил в этой девушке ту кровожадность, которую не заметил я, и предупредил её об ответных мерах? Возможно, возраст даёт о себе знать.

В это время Кинг думал о другом.

Какая же она жуткая! Розвааль специально нанял её, чтобы довести меня до инфаркта?!

Мысли Кинга прервала сама девушка. Её лицо окаменело, зелёные глаза наполнились слезами, и через секунду она упала на колени, прикрывая лицо руками и едва сдерживая крик. Её мощные плечи тряслись от сдерживаемых рыданий.

Кинг смотрел на девушку, не понимая, что с ней происходит, пока не почувствовал, как кто-то с двух сторон тянет его за рукава.

— Кинг, это не враг.

— Кинг-сама, это Фредерика, она не представляет угрозы.

Кинг оглянулся на двух сестёр, осмыслил их слова, и ужасающий звук прекратился. Тишина, наступившая после него, показалась почти оглушительной.

— Ну и ну, в следующий раз хоть предупреждайте заранее.

Иначе моё сердце точно не выдержит.

Кинг подошёл к девушке и протянул ей руку. Та с опаской подняла на него заплаканные глаза, явно не ожидая такой реакции от того, кто только что собирался атаковать её.

— Прошу прощения за эту ситуацию. Я не знал, что кто-то ещё придёт сюда работать.

Не так давно я докопался до Розвааля с этим вопросом. По факту Рем единственная содержала весь этот особняк в чистоте и порядке. Рам же по приколу рядом с ней стоит. Но я не думал, что клоун действительно так скоро задумается над этими словами и возьмёт ещё кого-то. Только вот трёх человек по-прежнему мало. Неужто мне придётся поговорить с ним ещё раз...

— Всё нормально. В конце концов, я тоже хотела сделать кое-что непозволительное, если бы вы были один. Никогда бы не подумала, что спутаю Кинга-саму с грабителем.

— Значит, я похож на грабителя...

Это из-за моего шрама?

Неловкое молчание повисло в воздухе, но через секунду его пронзил неожиданный звук.

— ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА.

От истеричного смеха Кинга всем стало неловко. Он смеялся так громко и искренне, что эхо разносило его смех по всому холлу.

— В этом есть что-то смешное?

Фредерика тоже недоумевала с реакции величайшего, и в ответ она уж точно не ожидала услышать:

— Ты даже не представляешь.

— Кинг, довольно грубо говорить такое, когда никто не понимает контекста.

Эмилия решила упрекнуть Кинга, нахмурив брови.

— Ах, да, извините.

Кинг выдохнул и протёр лоб свободной рукой, всё ещё улыбаясь.

— Чаще всего меня называют героем, опасным существом или сильнейшим человеком. Никогда не слышал, чтобы меня называли бандитом, потому и смешно. Это что-то новенькое. Наверное, всё дело в этом?

Кинг указал на след от когтей на левой стороне лица.

Фредерике самой стало неловко, её клыкастая улыбка сменилась виноватой гримасой, но ответить пришлось.

— Д-да. Извините.

— Ничего страшного.

Обычно на эти шрамы не обращают внимания. По крайней мере, я никогда не слышал, чтобы о них говорили.

— Я всё равно должна извиниться. По просьбе госпожи Эмилии я проверяла вас.

— Проверяла?

По всей видимости, проверка не удалась. Если бы она смотрела внимательнее, она бы поняла, насколько я слаб и безнадёжен. Вместо этого она решила упасть и бояться меня, как тот монстр с длинным языком. И ведь в обоих случаях я просто возвращался домой. Ну что за невезение...

— Хоть я и действовала согласно правилам по защите особняка, я совершила грубые вещи по отношению к Кингу-саме. Потому и была готова ответить за это... Даже увольнением.

— Не стоит. Маркграф хоть и сомнительный, но в таком случае Рем опять одна будет работать.

Кинг перевёл взгляд на Рам, которая надулась из-за таких слов в свой адрес. Её розовые щёки раздулись, а взгляд метал молнии. Сейчас нельзя было устраивать уже отработанную сцену. Не при гостях из другого лагеря уж точно. Хотя Кингу это ничем не мешало, а значит:

— Ха, неоправданная ложь Кинга добралась уже и до ушей Фредерики. Всё для того, чтобы оклеветать великолепную работу Рам.

— Если великолепие твоей работы проявляется в отлынивании от неё, то даже в этом есть те, кто лучше тебя.

Кинг указал пальцем на себя. Его невозмутимое лицо и ровный тон не оставляли сомнений — это была чистая правда.

На этот раз Рам не нашла, что ответить. Она хотела подколоть лень Кинга, но с момента их знакомства он только и делал, что вставал в пять утра на тренировку и отдавал всего себя ради своей работы и даже больше. Он также давал советы Эмилии в политике и диалогах с людьми, когда она того просила. На самом деле ни Рам, ни кто-либо ещё, кроме Беатрис, ничего не знали об этом человеке, хотя они познакомились более месяца назад.

— Да, леди Эмилия говорила о вас многое, в том числе и то, что Беатрис-сама вышла из библиотеки благодаря вам. Услышав от леди Эмилии про вас столько хорошего, даже я начала в вас влюбляться.

Фредерика произнесла это с такой непосредственной искренностью, что Кинг на мгновение растерялся, не зная, куда деть свой взгляд. Его лицо слегка порозовело, но он быстро взял себя в руки.

— Можете ли вы флиртовать в другом месте, ня?

Феликс спас Кинга от смущения, и все наконец прошли дальше вглубь особняка. Горничные провели гостей до их комнат, попутно проводя экскурсию, и вернулись в одну из гостиных, где их уже ждали Кинг с Отто, Эмилией и Беатрис.

В гостиной царил полумрак, разгоняемый лишь парой магических светильников. Кинг подождал, пока трио горничных усядется рядом на мягкие диваны, и начал диалог, подавшись вперёд и сложив руки на плечах Беатрис.

— Значит, Розвааль прячется от своей ответственности где-то в святилище.

Подготовка

Беатрис уже рассказывала, что святилище — место, где похоронена её мать Ехидна. Мне не говорили, что Розвааль там, но, исходя из цели его родословной по воскрешению ведьмы алчности, это самый первый вариант. Но что этот подозрительный клоун от меня хочет?

Пока Кинг ждал объяснений от горничных, он также размышлял о странности всей ситуации и о том, что придворный маг для него приготовил. Его взгляд блуждал по комнате, останавливаясь то на мерцающих кристаллах люстры, то на замысловатых узорах ковра, но мысли были далеко — в том стрёмном месте, о котором говорила Беатрис.

— Значит, вы уже знаете...

Фредерика недоумевала, откуда у сильнейшего человека такая информация. Её зелёные глаза расширились, а улыбка на мгновение исчезла, сменившись искренним удивлением. Отто молча разделял это недоумение, переводя взгляд с Кинга на горничных и обратно, но всех остальных это не смутило. За месяц жизни с Кингом они привыкли к подобным моментам. Его способность знать то, чего знать был не должен, уже никого из знакомых не удивляла.

— Одна из причин, по которой Кинг — мой великолепный рыцарь.

Рем и Рам закатили глаза с лёгкими, едва заметными улыбками. Хоть они и разделяли мнение Эмилии, всё-таки она очень часто делала комплименты своему рыцарю, и это начинало походить на традицию. Ежедневно давать Кингу один комплимент. Даже в такой серьёзный момент она не могла удержаться.

Кинг решил проигнорировать высказывание своей леди и вернул беседу в нужное русло. Он слегка прокашлялся, привлекая внимание, и его голос разнёсся по комнате:

— Значит, всё-таки святилище... Вы готовы выдвигаться?

— Хм?

Сказать, что почти все были озадачены вопросом сильнейшего человека, значит ничего не сказать. Они думали, что после событий с архиепископом лени стоит хоть немного передохнуть. Великий дух не был удивлён таким развитием событий — она лишь слегка приподняла бровь, наблюдая за реакцией остальных. А одному торговцу это решение неожиданно понравилось.

— Вот это правильный подход, Кинг-сан.

Величайший герой был удивлён ещё одним мужским голосом помимо его собственного и повернул голову чуть левее. Он с трудом разглядел фигуру, примостившуюся на краешке дивана в тени тяжёлой портьеры.

— Ты до сих пор здесь?

— К-как грубо! Куда же я денусь, если мой вопрос с маслом ещё не решён?!

Отто был явно расстроен тем, что его опять не заметили. Он даже привстал со своего места, будто его лишили последней надежды на спасение.

Может, он думает, что я специально прикалываюсь над ним? Я же реально его не заметил... Даже самому неловко стало.

— Ладно. Так все готовы?

— Прошу прощения, Кинг-сама, но если вы хотите попасть в святилище, необходимо подождать три дня.

— Зачем? Хочешь пойти с нами?

Фредерика ответила не сразу, будто обдумывая его вопрос. Она провела рукой по своим светлым волосам, заправляя выбившуюся прядь за ухо, и только после этого заговорила:

— Да, я не против поехать с вами, но мы должны подготовить земляного дракона, чтобы тот смог найти правильный путь в святилище.

Точно. Я ведь до сих пор не придумал имя своему дракону, который был подарком от Круш.

Кинг задумался, прикрыв глаза. В памяти всплыли образы из давно пройденных игр, и на губах заиграла едва заметная улыбка.

— Наверное, ей стоит дать имя. Пусть будет... Мари.

Нормально ли назвать своего питомца в честь персонажа из симулятора свиданий?

— Хорошее имя.

— Это прекрасное имя, Кинг.

— Самое странное имя, за исключением твоего, ха.

Эмилия и Рем одобрили вариант Кинга, а Рам... На первый взгляд, реагирует как обычно — с лёгкой усмешкой и прищуренными глазами, — но на самом деле ей это тоже понравилось. В её розовых глазах мелькнуло что-то похожее на одобрение.

— Я сегодня же начну её подготовку. Земляные драконы весьма умны. Если их правильно натренировать, они могут находить правильный путь и без повозчика. И раз она настолько умна, то и проблем возникать не должно.

Да, при следующей встрече мне точно придётся поблагодарить Круш за такой подарок. Она явно не дешевле кабриолета стоит.

— Как же мне везёт в последнее время.

Хотя, это довольно сомнительное везение...

— Сама удивляюсь. Неважно, есть вещи, о которых вам точно нужно знать.

Кинг наклонил голову, лишь примерно понимая, о чём говорит Фредерика. Он подался вперёд, демонстрируя готовность слушать.

Неужто она о барьере святилища? Ей что-то об этом известно?

— Если вы направляетесь в святилище, есть кое-что, о чём стоит помнить. Особенно Эмилии в связи с особенностями её происхождения.

— Хорошо. Всё-таки я и до этого слышала, что это необычное место.

В ответ на предупреждения Фредерики Эмилия важно нахмурилась, пытаясь показать свою решительность. Её кулачки сжались на коленях, а аметистовые глаза заблестели с непривычной для неё твёрдостью.

— Для начала запомните кое-что...

— Ты о Гарфе?

Фредерика была перебита вопросом Рем. Та кивнула, не поворачиваясь к младшей из горничных. Её глаза оставались прикованными к Кингу, будто она ждала его реакции.

— Верно. Ведите себя аккуратно с Гарфиэлем. Он мой довольно агрессивный младший брат. Хотя не думаю, что возникнет много проблем, раз я буду с вами.

— Значит, ты хочешь увидеться со своим братом и таким образом спасти нас от проблем? Спасибо.

Кинг не показывал этого, но в душе был очень рад тому, что ему не придётся иметь дело с этим парнем. Его лицо оставалось невозмутимым, как всегда, но внутри разливалось тепло от осознания, что одна из возможных проблем может решиться сама собой.

Исходя из описания Фредерики, можно подумать, что её брат довольно стрёмный тип. Особенно если у него такая же улыбка...

— Нет проблем.

Пока Кинг размышлял об этой новой сомнительной личности, у самой Фредерики тоже были мысли на этот счёт. Она украдкой поглядывала на Кинга, изучая его профиль.

Это правда, что я хотела бы снова увидеть Гарфа спустя столько лет, но дело не в этом. Я лишь хочу проверить, действительно ли Кинг так удивителен, как о нём говорят. Естественно, что он не будет допущен до испытаний, будучи человеком. Значит, он даст Эмилии сил, чтобы пройти их самостоятельно. Хотела бы и я себе такого рыцаря... Подожди... Мы сейчас не о том думаем.

Щёки Фредерики покраснели, и она замотала головой, что было замечено всеми, но не каждый понял смысл этого действия. Беатрис и две сестры о́ни улыбнулись, понимая, что это может означать. Рем, прикрыла рот ладонью, а Рам приподняла бровь.

Пока Отто и Эмилия проигнорировали жест Фредерики, Кинг осторожно взял Беатрис за бока, встал и усадил на своё место. Великий дух нахмурила брови и надула щёки, не понимая, почему он это сделал. Её маленькие ножки болтались в воздухе, не доставая до пола.

Все смотрели на Кинга, который открыл окно и в обратном порядке вернулся на своё место. Свежий вечерний воздух ворвался в комнату, принося с собой запах травы и прохладу.

— Могла бы и сразу сказать, что здесь жарко. Мне тоже.

— Д-да, спасибо, Кинг-сама.

Фредерика покраснела ещё сильнее и едва смогла поблагодарить Кинга, думая о том, как хорошо, что он ничего не понял, хотя две других горничных думали иначе.

Кинг-сама специально сделал вид, будто он ничего не понял, чтобы не смущать Фредерику на публике, как в тех романах. В жизни это выглядит так тупо... И всё равно романтично.

Рам думала о романтике, прекрасно понимая, что ей такое не светит, но Рем предположила иначе. Она внимательно наблюдала за Кингом, пытаясь разгадать смысл его действий.

Кинг-сама серьёзно способен предвидеть и понять многие события за несколько дней до их начала, но не способен понять явные чувства, которые девушка перед ним испытывает? Как он и утверждал, каждый день может случиться что-то новое и нежданное. Я впервые вижу, чтобы Кинг-сама повёл себя так глупо.

Однако Кинг всё равно заметил, что они начали отдаляться от темы, и ему пришлось вернуть всех обратно в реальность. Он снова прокашлялся, и этот звук подействовал на присутствующих лучше любого приказа.

— Похоже, что Рем придётся остаться в особняке. Кто-то должен сохранить особняк в чистоте до нашего возвращения.

Все могли только кивнуть в ответ на это заявление. Рам впервые за долгое время стало грустно, что она была очень посредственной в уборке в отличие от своей сестры, но она была рада поездке с Кингом. В её глазах мелькнула тень сожаления, быстро сменившаяся решимостью.

И это только потому что Кинг-сама поможет вразумить Розвааля...

Обеим сёстрам также было грустно от факта повторного расставания друг с другом за такой короткий промежуток времени, но особого выбора им никто не дал. Рем и Рам обменялись взглядами — в них читалась и печаль, и взаимопонимание.

— Я думаю, на этом обсуждение можно и закончить. Об основных моментах мы проговорили, верно?

Все молча кивнули и начали вставать со своих мест. Напоследок Кинг поднял ещё один довольно важный вопрос.

— Рам, не могла бы ты показать Отто его комнату?

— Ты действительно хочешь, чтобы я прямо сейчас провела сопливого торгаша до туалета?

— А свободных комнат у вас нет?!

— Есть, но для гостей, а не для Отто.

— И ты туда же?! Сначала про меня забыли на протяжении всего обсуждения, а теперь это!

Подколы над Отто снова неосознанно начались с Кинга и закончились его нытьём после слов Рем. Торговец размахивал руками, его шевелюра растрепалась, а на щеках выступили красные пятна от возмущения.

Такое впечатление, будто я оказался в компании из трёх парней, где жертва для подколов меняется каждые пять минут. Только здесь жертва остаётся неизменной.

Отто повернулся, чтобы попросить Кинга о помощи, но увидел лишь лёгкую улыбку на его лице и понял, что помощи ждать не стоит. В этой улыбке читалось что-то такое, отчего у торговца пропало всякое желание спорить дальше.

Они говорили достаточно долго, чтобы стемнело. Все разошлись по своим комнатам. Однако Кингу нужно было кое-куда зайти перед сном. Коридоры особняка тонули в полумраке, лишь редкие магические светильники разгоняли темноту, отбрасывая тени на стены.

После тихого стука в дверь та была открыта пожилым Демоном Меча.

Вильгельм отошёл в сторону, дав Кингу достаточно пространства, чтобы войти. В комнате горела лишь одна свеча, создавая атмосферу уединённости и серьёзности предстоящего разговора.

— Вам что-то нужно, Кинг-доно?

Кинг переступил порог, чувствуя, как под ногами скрипнула половица. Он встретился взглядом с Вильгельмом и, не отводя глаз, произнёс:

— Можете ли вы остаться в особняке и защитить оставшихся в нём людей на то время, пока меня тут не будет?

Золотой тигр

Настал тот день, когда Кинг должен был покинуть особняк со своей группой. Утром на улице перед входом стояла драконья повозка, запряжённая двумя земляными драконами. Рем и Вильгельм, в качестве прощания, склонили свои головы в поклоне, их фигуры чётко выделялись на фоне рассветного неба.

Кингу уж точно не было весело представлять, как вообще выглядит это святилище, исходя из описания Фредерики. Очевидно, её информация считалась более достоверной, чем от Беатрис, которая жила там четыре сотни лет назад. Но это не помешало Кингу отвлечься и сменить тревогу на сдержанный смех.

Судя по тому, что я видел в кабинете Розвааля, ему эти документы разбирать придётся... По пятнадцать часов в сутки. Везёт, что меня назначили лишь рыцарем, и я не обязан всё это разбирать. С другой стороны, если бы Отто увидел эти документы, ему бы ничего не оставалось, кроме как присоединиться к нам в добровольно-принудительной форме.

Размышления Кинга были прерваны как раз этим торговцем.

— Земляные драконы готовы к пути. Ваша Мари готова выдвигаться хоть сейчас.

— Хорошо. Значит, Мари сможет доставить нас в нужное место? Было бы совсем несмешно потеряться.

Отто сидел в качестве повозчика и... перешёптывался с драконами с помощью Божественной Защиты Духовной Речи. Со стороны он казался сумасшедшим и одиноким человеком, который не мог завести дружбу с людьми. Кинг не был удивлён обоим фактам, поскольку сам был отаку и слышал про более странную Божественную Защиту от олицетворения всей этой системы в виде Райнхарда.

— Фредерика прекрасно справилась со своей задачей, поэтому проблем быть не должно. Я уверен, что мы прибудем через полдня.

— Понятно. Слушай, а почему ты собрался ехать с нами, если мог просто подождать в особняке?

Кинг с ходу перешёл к новой теме, на что Отто отреагировал весьма звонко, топая ногой по облучку.

— Всё-таки это моя первая встреча с придворным магом. Конечно, я мог бы попросить вас представить меня ему, но сейчас я догадываюсь, что вы можете ему наговорить в моё отсутствие! Нет уж, я сделаю это сам!

— Ты ведь понимаешь, что публичное унижение для тебя может стать намного хуже? В любом случае, спасибо за доверие.

— Даже несмотря на то, что мы знакомы только три дня, я уже доверяю вам на все сто... Нет, на двести процентов, что вы идеально сделаете то, чего я не хочу!

Кинг сдерживал смех... До тех пор, пока не услышал синхронный смех Эмилии, Фредерики и Беатрис. Торговец и герой одновременно повернулись в их сторону — в ответ Эмилия примиряюще подняла руки.

— Вы уж точно друзья на веки веков, хотя познакомились совсем недавно.

— Ну да, Кингу только с болтливыми уличными торговцами и общаться, ха.

— Думаю, у Кинга-самы есть варианты получше.

— Стоп. А с какой это стати я болтливый?

Вся группа начала отвечать на мнение Эмилии, лишь Беатрис промолчала, предпочитая тихий смех над новой жертвой шуток в этом лагере.

Несколько часов спустя.

— Похоже, мы уже вошли в лес.

Эмилия внезапно подняла свою голову и стала оглядываться по сторонам. Кинг выглянул в окно и увидел большое количество деревьев.

— И ты смогла это почувствовать, потому что ты эльфийка.

Раса, живущая в лесу и связанная с ним. Это единственный ответ, который я смог придумать на её заявление, исходя из фэнтезийного жанра. Наверное, стоило спросить о расовых преимуществах раньше, но... Мне как-то не до этого было.

Эмилия хотела ответить, но резко потеряла сознание и собиралась упасть на пол кареты, но была поймана Фредерикой и Рам. В то же время по коже Кинга пошли мурашки, и он осмотрелся, пытаясь подавить беспокойство и установить причину всего этого.

— Что с ней случилось?

По лицу Кинга начали стекать капли пота. Казалось, что его леди чувствовала боль, но каких-либо отклонений, кроме как учащённого дыхания и страдальческого выражения лица, у неё не было.

— Для полукровок это нормально, в самом деле.

Кинг посмотрел на Беатрис, и ему стало спокойнее от её слов.

Ну, раз Бетти так говорит, сомневаться не стоит...

Кингу оставалось только проверить своего нового раба повозчика Отто. Только после взгляда на окно Кинг понял, что Мари и Фруфу остановились вместе с повозкой.

Что ж, с Отто всё в порядке. А это что за малолетний автоподставщик?

— Слышьте, а у вас кишка не тонка, чтобы свободно здесь расхаживать?

По лицу парня можно было понять, что он точно настроен недоброжелательно в отношении приезжих. С первой фразы сразу же было понятно, с каким характером человек перед ними. Да и выглядел он не лучше: короткие торчащие светлые волосы, глубокий крестообразный шрам на лбу, в глазах читался явно недобрый умысел, но больше всего бросался рот — в нём виднелись острые, белоснежные зубы.

С виду он казался маленького роста — по факту так и есть, особенно учитывая его сгорбленное положение. Однако его окружала жуткая аура, указывающая на опасность, исходящую от этого боевого гнома с ростом метр шестьдесят.

Парень уже собирался что-то сказать, но передумал после того, как посмотрел в окно. Он увидел лицо, будто высеченное из гранита. Спокойный взгляд и три рваных шрама, пересекающих левый глаз, рассказывали о единственном существе, способном нанести ему урон.

В лице за повозчиком не было ни ярости, ни азарта — лишь ледяное, абсолютное спокойствие хищника, который уже знает исход этого боя. Каждая резкая линия его скул, каждый застывший мускул на суровом лице говорили о запредельной мощи. Казалось, сам воздух вокруг него сгустился, а этот пронзительный взгляд выжигал в мальчике остатки воли. Это было лицо человека, который давно перешагнул предел своих возможностей.

Этот мужик смотрит на меня так, будто он в дерьмо наступил. Но почему мои ноги так подкашиваются...

Мысли прервались резким звуком закрытия окна кареты. Это означало только одно.

Он идёт прямо ко мне.

В карете три девушки вопросительно посмотрели на Кинга.

— Почему мы не движемся?

— Рам уверена, что этот дегенеративный торговец опять налажал.

— Нет, это просто какой-то школьник на дороге. Я его сейчас прогоню.

Кинг спокойно ответил горничным и аккуратно спрыгнул с кареты, придерживаясь рукой за одну из её стен.

Сильнейший человек развернулся на сто восемьдесят градусов и обратил свой взор на зубастого парня, который с серьёзным и пропотевшим лицом стоял в боевой стойке.

Он типа позы из популярных романов этого мира повторяет или что?

Кинг скрестил руки и посмотрел в глаза мальчика.

— Отойди, ты нам дорогу загораживаешь.

После этих слов парень трансформировал руку в тигриную и рванул прямо на Кинга, но...

Почему он наклонился? Это его боевая стойка что-ли?

А на самом деле...

Хоть эта монета и медная, а всё равно приятно.

Кинг поднял монету, которую заметил из-за неестественного солнечного блеска, и хотел встать, но споткнулся о торчащий корень одного из деревьев.

В следующий раз нужно быть аккуратнее, а то одежду в грязи изваляю. Неизвестно, насколько в этом святилище всё плохо и сколько мы тут проторчим. Так и так в ручную стирать придётся, но в особняке хотя бы помыться нормально можно было.

Следующее, что Кинг почувствовал, — резкий порыв ветра, обдувший его волосы. Он обернулся и увидел этого мальчика, у которого одна рука была как у тигра.

Мальчик-тигр молча смотрел на Кинга и мог думать только об одном.

Он уклонился так, будто этот сильнейший удар ничего не стоил. Не надо ставить повозку впереди земляного дракона. Единственным хорошим вариантом будет оторвать этого ублюдка от земли и...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Этот звук... Во что я, блять, ввязался?

В мозгу Гарфиэля больше не осталось места для тактики. Только сожаление о своей недальновидности и мысль о том, что он не должен быть таким самоуверенным в следующий раз. Если он у него будет...

Параллельно мыслям подростка сильнейший человек думал о другом.

А может, он и есть тот самый брат Фредерики?

— Конечно, ты поступил грубо, попытавшись ударить меня, но твоя сестра попросила не бить тебя так сильно.

Ни то что бы я вообще мог это сделать. Фредерика попросила меня об этом сразу после того, как более подробно услышала очевидные заблуждения от Круш про мои победы. Это, конечно, приятно, ведь я каким-то образом, как и со всеми монстрами до этого, напугал Белого Кита, и тот врезался в дерево. А потом убил архиепископа Лени заклинанием. Только вот я, как и большинство, по-прежнему остаюсь простым человеком, что умрёт с одного удара! Этого никто из вас не учитывает, да?! Чего этот пацан от меня вообще хочет?

— Так вот кого Кинг назвал каким-то школьником на дороге. Даже несмотря на отсутствие ожиданий, Гарф падает ниже плинтуса.

— А я всё думал, почему тебя не было рядом с этим клоуном.

Казалось бы, Кинг и Гарф успокоились, но пока последний смотрел в глаза Рам, он переслушал её фразу в своей голове и будто прозрел.

— Ты сказала, что этого мужика зовут...

Гарфиэль повернул голову и посмотрел на сильнейшего человека.

Почему он так на меня смотрит? Может, геморрой вылез? А? Что он делает?

— Значит, ты такой, как о тебе говорят.

Я понимаю, что слухи уже распускали, но как они дошли до изолированной деревни?

— Я и не думал, что стал настолько популярным.

— Да ты шутишь? Тебя уже ставят на один уровень с Райнхардом. Вы двое уже при жизни стали легендами, что редкость. Для меня большая честь провести спарринг с тобой.

Гарфиэль поклонился, что полностью утвердило правильность мыслей Кинга.

Этот пацан точно из ума выжил...

— Хорошо, что ты наконец одумался и понял, насколько ты жалок в сравнении с Кингом, но нам нужно воссоединиться с Розваалем-самой.

— Слушай, а чё так дерзко-то? Могла бы и по-нормальному попросить что ли. Э... А где?

Пока Гарфиэль высказывал свои возмущения, Кинг и Рам вернулись на свои места в повозке, оставив его комментарий услышанным только напуганным торговцем, который впервые лицезрел невероятную ауру сильнейшего человека.

Добро пожаловать в святилище

— Ну нихрена ты вымахала! Ты точно моя сеструха? Может, тебя стоит звать братаном?

Сразу после этих слов Гарфиэль отлетел к окну кареты от удара ноги Фредерики. Его тело с глухим стуком впечаталось в деревянную раму, оставив на ней сеть мелких трещин.

— Как можно говорить такие грубости при встрече?

Фредерика смягчила взгляд, обращённый на своего брата. Её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась строгость.

— Ты тоже здорово подрос.

— По-моему, тут явный сарказм. Это ты слишком вымахала, сеструха.

Гарфиэль до сих пор оправлялся от чёткого удара в солнечное сплетение, благодаря которому он даже оставил небольшие трещины в стене своим телом и выбил окно. Он потирал ушибленное место, пытаясь восстановить дыхание, но в его глазах не было злости.

— Эти расходы тоже остаются на клоуне, так что вы двое можете всё здесь перевернуть, в самом деле.

Беатрис явно не нравился шум в карете, но мысль о том, что это не ей платить за нанесённый ущерб, сделала ситуацию более терпимой. Она откинулась на Кинга, сложив руки на груди, и лишь иногда бросала короткие взгляды на возню двух родственников, всем своим видом показывая, что подобные сцены её не впечатляют.

Час спустя

Наконец выехав на грунтовую дорогу, они смогли увидеть перед собой что-то, кроме леса. Некоторые деревянные постройки виднелись впереди, их силуэты смутно проступали сквозь редкую дымку, висевшую над землёй. Со стороны деревня могла показаться заброшенной.

— Как-то здесь слишком печально всё выглядит...

Даже заброшенный район города Z выглядит не так ущербно. Хотя, не совсем правильно сравнивать моё время со средневековьем, но в этом святилище вообще-то люди живут. Стоило бы и получше всё обустроить.

Перед входом в святилище стояли огромные старые ворота, сделанные из камня, — они только подчёркивали, в какой глуши они оказались. Тяжёлые створки, покрытые мхом и лишайником, давно не видели ухода, но всё ещё внушали благоговение своими размерами. Остальная территория была окружена деревянной изгородью, которая создавала чувство запертой клетки. Слова Кинга вырвались сами собой, но Гарфиэль, услышав их, в ответ одобрительно воскликнул:

— А то, тухлое место, правда? Я даже больше скажу, жители здесь такие же.

Беатрис проигнорировала слова тигра, её взгляд был устремлён вперёд, туда, где за покосившимися домами виднелись очертания более крупного строения.

— Интересно, подрядчик сейчас думал о ещё одном нагоняе для Розвааля?

— Да, так и есть.

— Даже великодушная Рам не сможет защитить Розвааля-саму от нападок со стороны Кинга и Беатрис-самы.

Ни то что бы она собиралась это делать. За последний месяц любовь Рам к придворному магу ослабла достаточно, чтобы она смогла мыслить логически и в его отношении. Она даже не пыталась скрыть лёгкую усмешку, представив, как её господин будет оправдываться перед разгневанным Кингом, которого уже знают как сильнейшего из людей.

Мысли Рам были прерваны правильным вопросом Эмилии.

— Гробница Ведьмы Алчности... а можно побольше информации?

Со стороны Эмилия выглядела уверенно, но то, как крепко она вцепилась свободной рукой в рукав Кинга, говорило о другом. Её пальцы слегка подрагивали, а на лбу выступила тонкая сетка пота, хотя воздух вокруг был прохладным.

— Смертных грехов семь, значит, и ведьм должно быть столько же. Но о них мало что известно из-за бесконечного искажения истории, как я понял.

— А Кинг всё-таки шарит в этой теме. Само собой, Ведьма Зависти самая пропиаренная. И потому инфы о тех ведьмах, что были поглощены ей, вы почти нигде не найдёте. Кроме некоторых мест.

— Как, например, это святилище?

В ответ Гарфиэль лишь ухмыльнулся Эмилии, пока Кинг обрабатывал информацию.

Нет ничего, о чём я ещё не узнал от Бетти. Получается, у каждой из ведьм есть свои почитатели. Не дай бог я встречусь ещё хоть с одним. От архиепископа Лени до сих пор не отошёл, будто мне снится, как он продолжает свою тираду о любви к Сателле. И всё заканчивается Предельной Пушкой Волнового Потока Адского Огня.

На этот раз тем, кто вернул Кинга в реальность, был Отто. Торговец спрыгнул с облучка, отряхивая одежду, и заговорил. Его голос звучал необычайно серьёзно для человека, который не так давно жаловался на судьбу.

— Культ Ведьмы — пусть мне и не хочется о нём говорить — поклоняется только Ведьме Зависти. Я не знаю, что должно заставить их поклоняться другим ведьмам.

Кинг приподнял правую бровь, не совсем понимая мысль торговца.

— Ты думаешь, они даже хуже Ведьмы Зависти?

— Как только Культ Ведьмы слышит имя других ведьм, они впадают в настоящую ярость. К примеру, вы слышали о городе, который был уничтожен в Волакии?

— Кажется, тот архиепископ представлял Алчность.

Как хорошо, что он находится в Империи и мне не нужно с ним встречаться. Клянусь, если он по внешности на уровне Лени, я точно запасные штаны себе возьму.

— Да. В Империи был торговый город... и в округе поползли слухи, что там был раскопан некий артефакт, связанный с ведьмами. Там скопилось большое количество желающих получить эту вещь. Хотя я не понимаю, каким нужно быть человеком, чтобы собирать вещи, связанные с Ведьмой Зависти... Но, в общем, именно из-за этого город был разрушен. С тех пор всё, что связано с Ведьмой Зависти, вообще всё было запрещено под страхом смерти. Правда, на чёрном рынке до сих пор происходят всякие тайные сделки...

Отто замолчал, и в наступившей тишине стало слышно, как ветер шелестит листвой на окраине деревни. Торговец опустил голову, его седые волосы упали на лицо, скрывая выражение глаз.

— Редко услышишь от тебя такие истории. Может, ты как-то связан с этим?

— Ничего такого особенного. Один из моих родственников был в том городе, когда это всё случилось лет так пятнадцать назад. Я тогда был ребёнком, поэтому не могу сказать многого.

Отто замолчал, показывая всем своим видом, что не готов говорить что-то ещё. Его плечи слегка поникли, а руки, обычно такие подвижные, сейчас неподвижно висели вдоль тела.

Кинг не стал допытывать его дальше.

По всей видимости, воспоминания не самые приятные.

— Я тоже не особо в этом шарю, начальник. Бабульки только жужжали над ухом о том, что это склеп Ведьмы Алчности. Правда, так сильно, что у меня завяли уши.

— Значит, всё, что ты знаешь, это то, что у тебя завяли уши? И с каких пор я стал твоим начальником?

Гарф хотел ответить, но был заранее перебит одной язвительной горничной.

— Как и ожидалось. Самая полезная информация, которую можно было получить от Гарфа. Впрочем, от него другого и не ожидалось.

— Ну вот опять ты мне грубишь. Хотя так даже лучше.

Последнюю часть Гарфиэль произнёс намного тише и, отвернувшись, она была проигнорирована Рам и услышана Фредерикой. Та заметила, как её брат украдкой бросил взгляд на розоволосую горничную, и в его глазах мелькнуло что-то, чего она раньше никогда не видела.

Если Гарф до сих пор терпит её выходки, значит, влюблён в неё. Не думаю, что у него есть шансы, учитывая её чувства к... Кингу? Но она же любила Розвааля-саму... Нет, может, мне просто показалось. Хотя, с Кингом Рам ведёт себя по-другому...

— Ладно, пора бы и Розвааля уже найти... Эмилия, с тобой всё в порядке?

Она сглотнула перед ответом на слова Кинга. Её лицо побледнело, а дыхание стало более частым.

— Ни то что бы я боялась чего-то, просто... За всё это время Пак так и не вылез из кристалла, на что я не обращала особого внимания, думая, что он просто устал.

Довольно странно, что этот кот до сих пор не явился. Обычно он часто заходил к Бетти в нашей комнате. Но если бы Эмилия не сказала, я бы и не заметил. Не думаю, что это что-то существенное.

Кинг просто кивнул, продолжая слушать Эмилию. Он заметил, как её рука, лежащая на его рукаве, сжалась сильнее.

— В целом, я почему-то просто не могу успокоиться. Странное чувство, что даже словами не могу описать.

— Наверное, ты просто не хотела покидать свой дом? Знакомое чувство.

А я в квартире свет выключил? Если нет, то боюсь представить, какой счёт за него я уже получил с момента ухода в гости к Сайтаме и до этого дня.

Кинг ещё раз осмотрелся вокруг и увидел всё те же пошарпанные дома. По сравнению с деревней Арлам дома здесь выглядят гораздо старее и находятся в более разрушенном состоянии.

А вот этот выглядит более-менее. Наверное, маркграф там и засел.

После трёх быстрых стуков в дверь она была открыта Розваалем. Но сегодня было явно что-то не так. Маркграф стоял без привычного клоунского макияжа.

— А ты сегодня без грима, значит?

— А-а-а, ты заметил. Это же Ки-и-инг и леди Эми-и-илия. Мне кажется, мы довольно давно не ви-и-иделись, не пра-а-авда ли?

На мгновение глаза маркграфа расширились, когда он увидел Фредерику, но сразу вернулись в исходное положение, чтобы его не заподозрили.

Что она делает в таком месте, если не должна тут находиться из-за дурных воспоминаний? Это Кинг вытащил всех, заранее зная о том, что я должен был направить убийц на особняк? Да не может такого быть!

Розвааль внимательно осмотрел всех присутствующих и подметил важную деталь. Он пересчитал их про себя.

Я недосчитался одной.

— А наша удивительная Рем не с ва-а-ами?

— Кто-то же должен сохранять особняк в чистоте к нашему возвращению.

— Да-а-а, и то ве-е-ерно.

— Сейчас нас всех интересует другое.

Кинг скрестил руки на груди и вызывающе сузил глаза, глядя в глаза Розвааля. Его голос был спокоен, но в нём чувствовалась та стальная непреклонность, перед которой маркграфу становилось неуютно.

— Почему ты развлекаешься в таком отсталом месте, оставив особняк без защиты?

Маркграф сделал вид, что недоумевает с вопроса сильнейшего человека. Он даже попытался изобразить лёгкое удивление.

— Я никак не могу поня-а-ать, что ты име-е-ешь в виду?

— Архиепископ Лени напал на твою территорию со своими культистами, а ты делаешь вид, что всё в порядке.

От этого заявления с лица придворного мага начал стекать пот. Всё-таки правильно, что он не наносил грим, — в противном случае он постепенно был бы смыт собственными выделениями. По лбу Розвааля скатилась первая капля, а за ней и вторая.

Значит, Кинг даёт мне понять, что он заранее обо всём знал и приготовил меры против меня... Нужно было скрываться лучше, теперь просто так не скажешь, что я не знал о нападении.

— Но мой дорого-о-ой Кинг со всем справился, ведь та-а-ак?

— Вообще да, но...

Кинг был перебит своим духом, что неудивительно. Похожие ситуации уже случались. Беатрис шагнула вперёд, её маленькая фигурка вдруг показалась намного внушительнее, чем обычно.

— Бетти повторит это ещё раз. Каким бы героем в прошлом ни был её подрядчик, Кинг не должен в одиночку защищать твою клоунскую репутацию, в самом деле!

Вообще-то, Бетти абсолютно права.

— Я не видел ни одного стражника, нанятого тобой. И ты ведь знал, что что-то такое рано или поздно обязательно случится. Мне пришлось даже сотрудничать с Круш, чтобы не допустить смертей, которые могли возникнуть.

Розвааль слушал Кинга, пытаясь успокоиться и одновременно размышлял. Его пальцы нервно перебирали край одежды, выдавая внутреннее напряжение.

Пока что всё идёт практически точно, как по писанию тома мудрости. Я до сих пор не понимаю, почему Кинг со всей своей силой должен был сотрудничать с леди Карстен, но я не должен ничего понимать, а просто следовать...

— Думаю, простым повышением зарплаты ты уже не отделаешься.

— Хо, и чего же сильнейший челов-е-ек может жела-а-ать от зауря-а-адного мага вроде меня?

— Ты обеспечишь мне отпускные после того, как мы выйдем из этого места.

— А не слишком ли бы-ы-ыстро брать отпуск после одного ме-е-есяца рабо-о-оты?

Атмосфера стала чуть менее напряжённой. Ясное дело, что Розвааль спрашивал это не всерьёз и был готов дать Кингу время на отдых, если это поспособствует его эффективности в воскрешении наставницы. Но то, что все в этом доме услышали, было весьма неожиданно.

— В таком случае я просто доработаю этот месяц и уволюсь.

— И правильно. Нужно искать такого работодателя, который будет ценить работу подрядчика, я полагаю.

Эмилию очень напрягли эти слова. Её глаза расширились, а на лице отразилась тревога.

Я понимаю, что Кинг выполнял свою работу не из-за денег. Похоже, ему надоело решать чужие проблемы, когда его силой так активно и нагло пользуются. Посему он и решает уволиться. Надеюсь, мы останемся друзьями, если это действительно так.

Рам не смогла скрыть своей улыбки от всех присутствующих. Хорошо, что в этот момент все смотрели на Кинга и Розвааля.

Если Кинг-сама уйдёт, планы Розвааля обречены на провал, и больше ничего не будет угрожать моей дорогой сестре. Но почему на душе становится так грустно от этой мысли?

Всё-таки в особняке за последний месяц стало намного веселее, когда можно вести беседу не только с милой младшей сестрой, но и с сильнейшим человеком, двумя великими духами и кандидаткой на трон. До этого они практически никогда не общались друг с другом.

Фредерика не знала, что и думать после слов Кинга. Она переводила взгляд с него на маркграфа, пытаясь понять, насколько серьёзны намерения сильнейшего.

На его месте я бы уволилась уже сейчас и пришла за расчётом позже, учитывая всё, о чём мне до этого рассказывала леди Эмилия. Кинг и так принижает себя каждый раз, когда речь идёт о его достижениях. Начинаются эти частые «Я ничего такого не делал» и «Я не понял, что произошло». А тут ему ещё проблем взваливают, и он должен решать их практически в одиночку. Уважение к Розваалю-саме стремительно падает.

Отто уже и не очень хотел вести дела с придворным магом. Он стоял чуть поодаль, нервно теребя край своей зелёной шапки.

Каким образом человек его положения может быть таким безответственным? Ясное дело, что Кинг-сан устал от этих выходок и решил отстраниться. Но тогда где я ещё могу продать столько масла?

Гарфиэль очень рад этому заявлению, что было понятно по его клыкастой улыбке.

Вот так, да! Не зря я решил следовать за тобой, начальник! Не стоит прогибаться под этого конченого клоуна! Но что он в итоге хочет от начальника?

Больше всех был напуган Розвааль. Его лицо побледнело, а руки, до этого судорожно перебиравшие край одежды, замерли.

Он действительно собирается уйти из этого лагеря?!

Дискуссия с клоуном

Я действительно готов увольняться. Если мне не дадут отдохнуть здесь, то я сделаю это в каком-нибудь другом месте. Тем более что Розваалю я точно нужен.

— П-подожди. Давай не будем торопиться и всё обговорим!

Привычная раздражающая манера затягивать слова уже не в первый раз исчезает с губ придворного мага, заменяясь нормальной речью. Было совершенно очевидно, насколько важной фигурой на его шахматной доске являлся сильнейший человек. Розвааль даже сделал шаг вперёд, будто пытаясь сократить расстояние между ними, но тут же замер, словно осознав, что любое резкое движение сейчас может быть воспринято как угроза.

— Как насчёт того, чтобы перед всеми раскаяться во всех своих проступках с момента моего попадания в ваш мир?

Никогда бы не подумал, что буду так настойчиво быковать на сильнейшего заклинателя страны, но со мной куча народу, включая Бетти, так что бояться, по сути, нечего.

Голос Кинга звучал ровно и спокойно, но в нём чувствовалась та непреклонность, которая не оставляла сомнений в серьёзности его намерений. Он стоял, скрестив руки на груди, и его взгляд, казалось, проходил сквозь маркграфа, оценивая каждое его движение.

— Если ты про те три случая, когда я должен был предвидеть и спасти положение, то мы ведь всё это уже обсуждали...

Теперь я перестал понимать ход его мыслей, но по крайней мере я до сих пор не слышу этого звука, значит, он не собирается меня убивать...

В голосе Розвааля проскользнули нотки облегчения, но оно было недолгим. Влажный блеск на его лбу выдавал напряжение, которое он пытался скрыть за фальшивым спокойствием.

— И что же такого написано в книге?

Почти никто не понял вопроса Кинга, потому все взгляды были обращены на Розвааля, который молча обливался потом. Тишина в комнате стала почти осязаемой — каждый ждал ответа, затаив дыхание. Даже Гарфиэль, обычно порывистый и нетерпеливый, замер, не сводя глаз с маркграфа.

Я понимал, что Кинг знает о том, что я знаю про его силу, и собирался использовать его в своих целях, но откуда он знает про том мудрости? Беатрис могла рассказать о нём, но ей не было дела до моих целей. Остаётся только...

Маркграф перевёл взгляд на Рам, которая не могла сдержать своей улыбки, будто она насмехалась над всеми его планами. Розоволосая горничная даже не попыталась это скрыть.

— Когда великодушная Рам пришла к Кингу с этой информацией, он уже всё знал.

Значит, всё-таки Беатрис.

— Ха... ХАХАХАХАХАХАХАХА.

Клоун, смеясь настолько громко, будто впервые остановил время только ради того, чтобы двигать француза по ступенькамОтсылка на то, что в оригинальной озвучке Розвааля и Дио озвучивает один человек. , развернулся и подошёл к своей кровати. Его смех эхом разнёсся по маленькой комнате.

Все внимательно смотрели на то, как он достаёт из-под подушки толстую книгу в чёрном переплёте. Обложка блестела в тусклом свете комнаты, а страницы, мелькнувшие, когда Розвааль перевернул книгу, не имели следов времени.

— У этого ублюдка Евангелие?!

Гарфиэль не мог самостоятельно сдержать гнев и собирался напасть на Розвааля, но был остановлен рукой на своём плече, которая принадлежала Кингу. Хватка сильнейшего была лёгкой, почти невесомой, но Гарфиэль замер, словно его пригвоздили к месту. Все, кто не знал об этом, сейчас смотрели на придворного мага либо с удивлением и осуждением, либо с ненавистью.

— Розвааль... Именно поэтому ты захотел стать моим спонсором?

Каждый человек в этом небольшом здании почувствовал резкое падение температуры. Эмилии не понравилась мысль о том, что Розвааль мог разделять мнение большей части этой страны, принимая её за саму Ведьму и помогать ей по требованию Евангелия. Благодаря неосознанным заслугам Кинга сереброволосая полуэльфийка теперь могла правильно почувствовать и выплеснуть свой гнев.

— Это не то, что вы все надумали, в самом деле.

— Это намного хуже.

Кинг подтвердил слова Беатрис, добавив последнюю фразу и вызвав большее непонимание у всех, кроме розоволосой горничной. Его лицо оставалось непроницаемым, как всегда, но в голосе прозвучала та уверенность, которая не оставляла места для сомнений.

— Похоже, что наш дорогой Ки-и-инг знал обо всём почти с самого нача-а-ала.

— Может и так, но рассказывать всё равно тебе.

Я знал только о наличии у тебя этой проклятой книги и о том, что я тебе нужен.

Кинг не произнёс вслух свои мысли, как часто любил делать. Он со спокойствием продолжал смотреть на Розвааля, не меняя своей позы, благодаря чему все удостоверились в словах последнего. Его молчание было красноречивее любых объяснений.

— Хо, как скажешь.

Придворный маг прокашлялся, заставив всех ждать его объяснений. Он медленно перелистнул несколько страниц, будто собираясь с мыслями, и только после этого заговорил, его голос звучал глухо и отстранённо.

— Всё началось с дня, когда у нашей дорогой Эмилии украли значок. В тот день должен был появиться высокий худощавый мужчина с длинными, светлыми, зачёсанными назад волосами и тремя выразительными шрамами на левой стороне лица, чтобы спасти её вместе с ещё одной кандидаткой от убийцы, которого я на них заказал. Кинг также должен был взять с собой нынешнего Святого Меча, чтобы тот забрал недостающую пятую кандидатку на трон и присягнул ей на верность.

Шок — это не то слово, которое могло описать выражения лиц группы Кинга. Это состояние в целом невозможно было описать одним словом. Эмилия побледнела, её губы сжались в тонкую линию, а руки, висевшие вдоль тела, непроизвольно сжались в кулаки. Гарфиэль выглядел так, будто готов был разорвать маркграфа голыми руками. Фредерика с внешним спокойствием обдумывала каждое его слово. Им пришлось продолжать слушать речь клоуна.

— К случаю с вольгармами в деревне я никакого отношения не имею. Было предписано отправиться на запланированное совещание и вернуться только следующим вечером. Сразу после этого появилось новое писание.

Розвааль открыл книгу и начал зачитывать слова, написанные на одной из страниц. Его голос приобрёл торжественность, почти благоговение, что выглядело особенно отвратительно в свете только что сказанного.

— Прославить Кинга как величайшего героя за всю историю мира. Любыми способами.

Все на секунду забыли о своём презрении к придворному магу и обратили свой взгляд на Кинга, на лице которого можно невооружённым глазом увидеть отвращение.

Значит, на этот раз из меня осознанно делали героя.

— И ты заранее знал про случай на Королевском Отборе, про Белого Кита и архиепископа Лени.

— И это совершенно ве-е-ерно.

Ну вот, его клоунская манера речи вернулась. Несколько вещей всё равно не дают мне покоя.

— А может, ты ещё послал убийц в особняк и связан с отсутствием Пака?

— Верно мы-ы-ыслишь, дорогой Ки-и-инг.

Маркграф прикрыл один из своих глаз, смотря на Кинга с ухмылкой ровно до тех пор, пока не прозвучал вполне разумный вопрос от великого духа.

— Интересно, как же это должно помочь самому клоуну?

— Честно говоря, я и сам не понимаю, для чего это нужно. Том мудрости не объясняет в подробностях.

— Иными словами, ты готов пожертвовать всеми, если это позволит тебе воскресить Ведьму Алчности.

— Ехидну. Пожа-а-алуйста, зовите её по имени, когда обращаетесь. Ведьма Алчности звучит как-то по-злому...

— Как и её марионетка в виде ублюдского клоуна. Наш начальник уж точно с тобой разберётся!

Гарфиэль перебил маркграфа и высказал вполне ожидаемое заявление. Он даже сделал шаг вперёд, но снова замер под взглядом Кинга, который, казалось, не обращал на него никакого внимания.

— Хо, не думаю, что всё так просто. Вполне очеви-и-идно, что я не могу победить дорогого Ки-и-инга, хотя я и не собира-а-ался. Именно в этот подходящий моме-е-ент...

Он сделал театральную паузу, начал смотреть только в лицо Кинга и вновь отбросил намеренную затянутость в словах. Его разноцветные глаза, обычно такие насмешливые и самоуверенные, сейчас смотрели с непривычной серьёзностью.

— Помоги мне вернуть Ехидну, и я дам тебе всё, что смогу... Нет, всё, что ты пожелаешь. Ты можешь получить мировую известность, власть, богатства, всё.

К сожалению, с ним изначально пришлось считаться как с равным, а не таким же важным инструментом, как Рам. Но он же должен...

— Нет.

— Что?

— Ты так и не понял, что я всё это время хотел только лишь спокойной жизни. Меня уже в моём родном мире задолбали все эти люди! Почти все видят во мне:

Кинг поднял и показал Розваалю свободную левую руку и продолжил говорить, загибая пальцы. Каждый загнутый палец сопровождался короткой паузой, чтобы слова успели осесть в сознании слушающих.

— Героя S-класса, сильнейшего человека, надежду человечества, героя среди героев. И лишь совсем немногие видят во мне человека, которым я являюсь в первую очередь. Именно по этой причине я отказываюсь от твоего предложения.

А ещё я не знаю, к каким последствиям может привести её возрождение. Бетти упоминала, что её алчность проявлялась в жажде знаний. К счастью или сожалению, испытание Ведьмы проходить не мне, а Эмилии. Наконец, пора бы и ей выполнить свои обязательства как кандидатки и спасти свой народ.

Голос Кинга не повышался, но в нём звучала такая твёрдость, что у Розвааля, казалось, почва ушла из-под ног. Он пошатнулся, опираясь рукой о край кровати.

— Подожди! Если ты хочешь спокойствия, то оно у тебя будет!

Для всех было очевидно, что маркграф сейчас находится в состоянии паники. Его разноцветные глаза метались по комнате, ища поддержки там, где её не было. Рам не выказала ему ни капли сочувствия. Она прекрасно помнила слова маркграфа о том, что она может с ним сделать, если мир отклонится от писания.

Я думал, что Кинг просто играет в обычного нетребовательного парня для улучшения своей репутации...

Он спокойно выдохнул перед следующими словами, пытаясь вернуть себе самообладание, но голос всё равно предательски дрогнул.

— Я не отменяю это предложение и дам тебе время передумать.

Но Кинг вместе с Беатрис вышел из дома на последнем слове Розвааля. За ними молча последовала остальная группа. Каждый её член размышлял над ситуацией по-своему.

И этот высокомерный клоун ещё считает, что разбирается в людях. Его планы — такой же мусор, как и он сам. Ясен пень, капитан без раздумий откажет.

Гарфиэль, как всегда, относится с презрением к маркграфу и уважает Кинга за силу как физическую, так и духовную. Он шёл чуть позади, не сводя восхищённого взгляда со спины сильнейшего человека.

Как и ожидалось от Кинга-самы. Изначально и практически без подсказок знать обо всём, что Розваалю нашёптывает эта Ведьма... Действительно, совершенное воплощение интеллекта и силы.

Рам отнеслась к этому спокойно, заранее зная о мотивах придворного мага. Её объект обожания окончательно изменился.

Как человек, Кинг намного лучше, чем говорят. Надо же, превосходить и без того завышенные ожидания. Всё-таки после этого стоит и самой перестать работать на Розвааля, но в его словах было кое-что странное...

Фредерика отнеслась к Кингу без фанатизма, но с уважением и не забывая проступков и слов её хозяина. Она шла молча, обдумывая услышанное.

Кинг, опять ты берёшь на себя все наши проблемы! Неужели ты настолько не доверяешь нам? Не доверяешь мне... Нет, я пройду это испытание, освобожу святилище и докажу, что достойна твоего доверия!

Эмилии не понравилось, что Кинг решил промолчать обо всём, что он "знал", предполагая, что дело только в доверии. Её шаги были твёрдыми и решительными, она шла с высоко поднятой головой, готовая доказать, что она не просто та, кого нужно защищать.

Куда я попал?! Почему человек, с которым я хотел обсудить свою трагедию, хочет воскресить Ведьму?! Но похоже, что меня опять не заметили... Вроде я должен радоваться, однако я чувствую себя оскорблённым...

Про Отто просто забыли. Торговец плёлся в самом конце, иногда оглядываясь на дом маркграфа, будто надеялся, что это окажется дурным сном. Его зелёная шапка съехала набок, но он даже не пытался её поправить — настолько он был погружён в собственные мысли о том, как ему стоит вести дела с человеком, который оказался куда опаснее, чем он предполагал.

Ведьма Алчности

Прошло примерно пятнадцать минут с момента, как они закончили диалог и вышли из дома, выделенного для Розвааля.

— Мы на месте. Люди называют это гробницей, но как по мне, это лишь захудалая могилка.

Сказав это, Гарфиэль указал подбородком в сторону древних руин. Каменные стены, покрытые мхом и паутиной трещин, выглядели так, будто вот-вот рассыплются от одного только прикосновения.

Кинг размышлял, положив руку на подбородок и рассматривая каменное строение, внутри которого должно проводиться испытание Эмилии.

Даже для этого мира выглядит примитивно. Судя по этим трещинам, я бы дал строению минимум сотню лет, если б не знал его настоящий возраст.

— Эмилия, ты готова?

— Да, вроде...

Ясное дело, она не готова. Откуда нам знать, что за испытание там будет? Как же хорошо, что мне ничего не нужно делать...

— Вроде как, суть испытания — принять своё прошлое.

Кинг опустил голову и повернул её вправо, не ожидая получить информацию вовсе, особенно от четверть зверя, который до этого не особо блестал знаниями.

— Погоди. Ты тоже можешь его проходить?

Единственный вариант, откуда он об этом знает.

— Да, но я не смог его пройти...

Не только Кинг, но и все остальные заметили, что настроение Гарфиэля сменилось на депрессивное при упоминании его опыта на испытании. Не похоже, чтобы кто-то понимал и мог разделить его проблемы. Он опустил голову, его плечи поникли, а обычно горящие глаза померкли.

Может, Гарф на том испытании видел, как наша мама попала под оползень и умерла?

Фредерика подошла к брату с целью помочь ему справиться с этим воспоминанием, и увидела Кинга, положившего руку на его левое плечо. Жест был твёрдым, но не грубым, будто он пытался передать парню часть своей уверенности.

— Один мудрец как-то сказал: урок, не принесший боли, не имеет смысла. Нельзя ничего получить, не потеряв что-то взамен. Но если ты сможешь выдержать эту боль и пойти дальше, ты обретёшь сердце, достаточно сильное, чтобы преодолеть любое препятствие.

Блять, я же мог сделать этим только хуже. Думал, раз ему нравятся романы этого мира, выдам Гарфу что-то такое, чтобы ему стало лучше...

Но в действительности...

— Спасибо. Я пойду после Эмилии.

Гарфиэль решил поверить словам сильнейшего человека и посмотреть своему страху в глаза ещё раз. В его голосе появилась решимость, а плечи расправились.

— Ладно, я пошла.

Эмилия с лёгкой улыбкой на лице, вызванной улучшением состояния Гарфиэля вошла в гробницу, и в тот момент, как она наступила на холодную плитку внутри, её захлестнуло ярким светом. Девушка потеряла сознание. Испытание началось.

Кинг, Гарфиэль и Беатрис стояли ближе всех ко входу в гробницу Ехидны. Первый был её личным рыцарем и должен был обеспечить безопасность на всякий случай, вторая была духом, связанным контрактом с первым, а третий хотел преодолеть свой страх.

Пять минут спустя

— Слушай, а ты не помнишь, сколько длится это испытание?

— Чёт не очень помню. Вроде, со слов бабушки, минут пять я там лежал в прошлый раз.

Вот блин, всё-таки придётся идти туда и проверять. Только спокойнее. Я человек простой, значит, и к испытанию меня не допустят.

С обретённым спокойствием сильнейший человек и великий дух вошли в гробницу и попали под тот же свет, что и Эмилия. Кинг и Беатрис потеряли сознание и упали на холодный каменный пол.

Все наблюдавшие за этим со стороны, были удивлены. Даже несмотря на подвиги, которые герой S-класса совершал на глазах большинства, это не мешало их глазам расшириться до такой степени, что со стороны могло показаться, будто они скоро выпадут из орбит.

Невероятно. Я мог поверить любым рассказам о начальнике, но чтобы увидеть это своими глазами...

Гарфиэль и без того восхищался подвигами Кинга, но не ожидал увидеть что-то подобное сейчас. Он стоял, не в силах оторвать взгляд от входа в гробницу, где только что исчез человек, которого он уже считал своим кумиром.

Эмилия довольно подробно рассказала мне о силе Кинга на примере с охотником за кишками, заключении контракта с Беатрис-самой, инциденте с вольгармами в деревне, на дуэли с лучшим из рыцарей и об уничтожении архиепископа Лени возле особняка. Последнее мне повезло увидеть лично. Силу того луча невозможно было не заметить. Но это уже за гранью моего понимания. Кинг одновременно слишком удачлив и неудачлив...

Фредерика позволила себе лёгкую улыбку, думая о том, как и почему Кингу хватает усердия идти дальше, несмотря на такой низкий уровень удачи. На его месте она бы уволилась ещё до начала Отбора, чтобы жить спокойной жизнью.

Кинг-сама до сих пор способен удивить. Даже эта мерзкая Ведьма дала ему право на прохождение испытания. Но он ведь не должен ничего из этого делать...

Рам искренне восхищалась силой и характером Кинга, на сей раз не забывая о том, что он человек. Её розовые глаза следили за тем местом, в которое вошёл величайший, и на губах играла лёгкая, почти неуловимая улыбка.

— Хо, значит, дорого-о-ой Кинг попал на испытание не оди-и-ин, а с нашей Беатрис.

— И как давно этот придворный клоун здесь стоит?

Гарфиэлю и до этого не нравился Розвааль, а теперь дело дошло до ненависти и едва сдерживаемой агрессии. Его руки сжались в кулаки, а в глазах полыхнуло едва сдерживаемое желание разобраться с маркграфом прямо сейчас. Впрочем, после вскрывшейся правды у остальных отношение к маркграфу было почти идентичным.

— Я только подошё-ё-ёл, Гарф-кун.

— Какой же ты мерзкий тип. Жду не дождусь, пока начальник позволит мне надрать тебе зад.

Пока золотой тигр думал попросить у Кинга разрешение на избиение клоуна, тот вместе с Беатрис стоял на зелёной траве, обдуваемой ветром. Более того, они находились около вершины небольшого холма со столиком белого цвета, зонтиком и двумя такими же белыми стульями. Воздух здесь был чистым и прозрачным, не похожим на тот, что остался снаружи.

Перед столом стояла девушка с белоснежной кожей в простом чёрном платье. Её длинные белые волосы развевались на ветру. Она довольно энергично махала им рукой.

— Мать Ехидна...

Значит, это и есть Ведьма Алчности. Точно такая, как Бетти её описывала.

Кинг по привычке взял Беатрис на руки и подошёл к холму. Трава мягко шуршала под его ногами, а ветер доносил сладковатый аромат цветов, которых на поляне не было.

— Простите, что не подошла к вам сама. Нужно было разлить чай.

— Ни то что бы мы не знали, кто ты, но правильнее для начала представиться.

— Точно. Прошу прощения, это было весьма грубо с моей стороны. Наверное, я слишком долго не вела диалог с живыми людьми и забыла про манеры.

Девушка положила свою ладонь на грудь, показывая знак приветствия, но не меняя выражение лица. Её движения были плавными, но в них чувствовалась неестественная отстранённость.

— Меня зовут Ехидна. Вы уже знаете, что я Ведьма Алчности.

Кинг освободил одну руку, придерживая Беатрис другой, и почесал висок. Он чувствовал себя неловко.

Она хоть и со странностями, но хотя бы не конченная и не уродливая, как Петельгейзе. Если бы не одно "но", мне могло быть очень стыдно за такие мысли.

— Я Кинг. Назначен личным рыцарем одной из кандидаток на трон Лугуники.

— Беатрис. Дочь, про которую ты забыла на четыре сотни лет, я полагаю!

Беатрис сдерживала себя, как могла, но не могла не осудить действия своей матери, даже если не ненавидела её. Это было скорее разочарование, смешанное с принятием.

— Такое грубое высказывание очень обижает. Ведь я всего лишь скромная и слабая девушка.

Тон Ехидны сменился на более грустный, но выражение лица осталось совершенно неизменным. Это несоответствие было почти жутким — голос говорил одно, а бесстрастные черты лица не отражали ровно никаких эмоций.

— Похоже, так мы точно не сможем провести нормальный диалог. Присядем?

Ведьма указала рукой на стол, возле которого все трое стояли. На белой скатерти уже стоял фарфоровый чайник и три чашки, с которых поднимался лёгкий пар.

Кинг подошёл к одному из стульев, но не сел, молча ожидая, пока хозяйка этого места сядет первой. Беатрис на его руках замерла, изучая мать взглядом, в котором можно было прочитать недоверие.

— Какой джентльмен. Неудивительно, что другие тебя так любят.

Ехидна села на стул с небольшим смешком, прикрывая рот рукой. Кинг сел на другом конце столика и посадил Беатрис себе на колени. Они сидели за этим небольшим столиком, лица героя и духа были в метре от лица ведьмы.

— А ты не боишься меня с учётом моего титула. Я в целом удивлена.

Ты куда лучше, чем я предполагал. Думаю...

— Бояться нечего.

В знак подтверждения Кинг отпил чай из чашки и поставил её на место. Напиток оказался довольно средним, хотя не совсем понятно, что это за чай.

Эти действия на секунду ввели Ведьму Алчности в ступор, а затем она громко рассмеялась. В её смехе, в отличие от голоса, чувствовалось что-то настоящее — может быть, удивление, а может, даже восторг.

Кинг лишь в недоумении приподнял правую бровь, не отрывая от неё взгляда.

— Верно. Чего же бояться герою S-класса и сильнейшему человеку?

Эти слова заставили Кинга проронить пару капель пота со лба. Он чувствовал, как его сердце начинает биться чуть быстрее, но заставил себя сохранять внешнее спокойствие.

Она знает, что я всё это время лишь отыгрывал роль сильнейшего?

Будто читая его мысли, Ехидна продолжила. Её пальцы лениво водили по краю чашки.

— Конечно, я знаю о том, что ты физически обычный человек, которого все считают сильнейшим и взваливают на него свои проблемы. Но не стоит так переживать.

Она спокойно поднесла свою чашку к губам, сделала глоток и беззвучно поставила чашку на место. Её глаза, казалось, видели сквозь Кинга, читая все его сомнения и страхи.

— Моя алчность проявляется в жажде знаний. Со всех уголков земли ко мне приходили именно за этим.

Она замолчала, давая Кингу время осмыслить сказанное.

— Знаешь, Кинг, ты интересен даже по меркам тех, кто смог попасть на моё чаепитие.

Кинг нахмурился, не понимая, к чему она клонит. Беатрис напряглась, готовая вмешаться в любую секунду.

— Не переживай, я не собираюсь причинять тебе вред. Наблюдать за тобой — уже достаточно интересное зрелище. Ты, сам того не осознавая, меняешь мир вокруг себя, не имея никакой силы.

Ведьмино чаепитие

— Видно, я перестаралась. Вот так всегда... Когда меня кто-то заинтересовал, я начинаю переигрывать. Ну что поделать — ведьма есть ведьма.

Ехидна помахала рукой, отгоняя пар с чашки, и сделала следующий глоток. Её движения оставались плавными, почти ленивыми.

— Переигрываешь в тоне голоса, а в выражении лица ничего не меняется.

Кинг указал ведьме на её ошибку в актёрской игре. Ни то что бы это имело смысл. Он даже не пытался скрыть лёгкую усмешку — всё происходящее напоминало ему дешёвый театр, где главная актриса слишком долго репетировала свою роль в одиночестве и её никто не корректировал в процессе.

— Даже не хочу думать, откуда ты взяла чай в этом вымышленном мире, учитывая, что вкус у него имеется.

Кинг не хотел думать, откуда умершая ведьма взяла настоящий "чай". Вместо него решила подумать Беатрис. Она сидела на коленях Кинга, настороженно поглядывая на мать, и в её глазах читалось явное недоверие.

— Только не говори, что это...

— Да, моя дорогая дочь. Можно сказать, этот чай — часть моего замка снов. Мои телесные жидкости, если быть точнее.

Поскольку Беатрис сидела на коленях Кинга и смотрела в лицо своей матери, она не могла лицезреть то, как сильнейший человек скривился. Его лицо на мгновение исказила гримаса отвращения, которую он тут же подавил, стараясь сохранить остатки самообладания. Он вылил оставшуюся половину чашки с мыслями:

А раньше сказать никак нельзя было, не? Я ведь даже не могу это выблевать.

Эти действия вызвали у Ехидны смех. Она откинулась на спинку стула, и её белые волосы рассыпались по плечам.

— Я и не думала, что тебе настолько не понравится. Интересно, до этого ты пил через силу?

Она знает настоящий ответ. Если бы не её слова, Кинг бы и допил чашку.

Хотя бы Беатрис повезло не сделать ни глотка, она с самого начала отодвинула свою чашку подальше.

— Да с чего бы моему подрядчику пить такое, в самом деле?!

— Вот именно, у меня нет таких фетишей!

Великий дух и герой негодовали, не понимая, для чего им дали такой "чай", если у этого жеста вообще была причина. Учитывая, что это ведьма, её могло и вовсе не быть. Кинг даже потёр горло, словно пытаясь избавиться от неприятного послевкусия.

— Не беспокойтесь вы так. Это легко впитывается в тело. Выделения всё ж таки органические.

— Нашла, чем успокоить.

Кинг скрестил руки на груди, всем своим видом показывая, что объяснение его не удовлетворило. Он бросил быстрый взгляд на Беатрис — та лишь пожала плечами, давая понять, что от матери можно ожидать чего угодно.

— Ты действительно забавный персонаж. Уже то, как ты ведёшь себя передо мной, говорит о многом.

После этих слов ведьмы Кинг в мыслях поднял важный вопрос.

Она что, флиртует со мной в своём стиле? Слабо верится, конечно, но у меня других вариантов сейчас нет.

— Сейчас я, конечно, свободен, но ты не в моём вкусе, извини.

— Да нет, я не про это, хотя я и не против.

Ехидна чуть наклонила голову влево и подмигнула сильнейшему.

— Просто обычных людей при мне рвёт. Смешно же, да?

— Да чёт не особо. Возможно, при жизни стоило чаще мыться.

— Эй, я каждый день мылась!

Она даже притворно надула губы. Удивительно, что выражение её лица изменилось хотя бы сейчас, пусть и незначительно.

С самого начала их диалог выглядел, как дружественный, нежели деловой. Эти трое просто смеялись друг над другом. Прямо сейчас Ехидна притворилась, что ей обидно с шутки про гигиену, хотя было очевидно — ей нравится, когда с ней разговаривают так, а не как с мудрым существом, знающим ответы на все вопросы. Это было что-то новенькое. Однако кто-то должен был прервать это веселье и направить диалог в нужное русло.

— Матери стоит прекратить флиртовать с подрядчиком Бетти и сказать, зачем она позвала нас к себе, я полагаю.

Беатрис всё ещё сидела на коленях Кинга, скрестив руки у груди. Её тон был ледяным.

— Точно. Эта беседа была приятной сменой обстановки... А может и нет? Похоже, у вас двоих есть что спросить?

— Да, довольно много, если позволишь.

В ответ на заявление Кинга ведьма просто кивнула. Она сложила руки на столе и приготовилась слушать, её поза была расслабленной, но внимательной. Первый вопрос был от Беатрис.

— Интересно, Бетти всё это время действительно должна была самостоятельно определить того человека?

Она уже знала точный ответ на этот вопрос, но хотела услышать его лично от матери. Её голос дрогнул лишь самую малость — ровно настолько, чтобы Кинг это заметил.

— Понятное дело, кого-то определённого не существует. Я просто хотела посмотреть, что ты будешь делать с этим поручением. И похоже, ты всё-таки нашла себе человека, желающего заключить с тобой контракт без каких-либо причин.

— В этом вся мать, в самом деле.

Беатрис всё равно было грустно, что та, кого она считала своей матерью, додумалась до такого задания специально для неё. Она опустила взгляд, и Кинг почувствовал, как её маленькие пальцы сильнее сжали его рукав.

А я думал, Бетти отреагирует хуже.

Кинг был готов подбодрить своего духа похлопыванием по голове, что он и сделал. Его ладонь легла на светлые волосы девочки, и та на мгновение прикрыла глаза, позволяя себе эту маленькую слабость.

Следующий вопрос почти сразу прозвучал из уст Кинга.

— Ты назвала это место замком снов. Как это работает?

— Твоё тело сейчас внутри гробницы, но сознание в моей крепости. Если быть точнее, это что-то типа сна.

— Понятно.

Кроме того, что я не припомню, чтобы хоть раз видел её лицо во сне.

— Каким будет ваш следующий вопрос?

— Подожди. А ты сама не собираешься ничего спрашивать? Типа, я же буквально из другого мира.

Кинга насторожил тот факт, что Ехидна так охотно отвечает на все их вопросы. Он внимательно посмотрел на неё, пытаясь уловить хоть тень скрытого мотива, но её лицо оставалось бесстрастным.

— Конечно, я хочу обсудить с тобой многое, но мы совсем скоро достигнем предела времени в реальном мире. Иными словами, вы скоро проснётесь. Поэтому предлагаю вам задать ещё пару вопросов.

Это довольно странно, что она не собирается ничего спрашивать, зная, что я скоро проснусь, хотя сама подтверждает своё желание.

— Значит ли это, что я могу прийти к тебе снова?

— В следующий раз это будет сложнее, но если ты сам того захочешь, я открою тебе дверь тем же методом. Это также означает, что я даю тебе право пройти испытания. Ни то что бы ты собирался проходить их вместо того полудьявола, которому ты служишь, но это может быть полезно для тебя самого.

Кинг молча кивнул, обдумывая её слова. Он провёл рукой по гладкому подбородку.

Не похоже, чтобы она лгала нам. В таком случае Бетти давно бы её на этом поймала. Но не может быть такого, чтобы Ведьма Алчности помогала мне просто так. Должно быть, она что-то от меня хочет, но что конкретно? Ехидна сказала, что я ей интересен, но она ведь не увидит ничего из моих действий. Или она считает достаточным просто послушать мои истории? Говорят, лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, но у неё просто не получится наблюдать за мной везде и...

— Ааааааа!

Размышления Кинга были резко прерваны жгучей болью, что образовалась в глубине его желудка. Встав со стула и уронив Беатрис, Кинг резко схватился за свой живот, слегка пошатываясь. Его лицо побледнело.

— Кинг!

Беатрис быстро встала и бросилась помогать своему подрядчику, но не обнаружила у него травм.

— Что ты с ним сделала?!

Реакция великого духа на возможный поступок её матери была поистине гневной.

Как она посмела причинять вред моему подрядчику?!

Кингу казалось, что все его внутренности горели. Больше не имея сил стоять, он упал на одно колено, опираясь рукой о землю. Его дыхание стало прерывистым, а по лицу градом катился пот.

— О, наконец-то сработало.

Ехидна продолжала смотреть на Кинга холодными бесчувственными глазами, подойдя к нему ближе.

— Не стоит так легкомысленно пить то, что предлагает ведьма. Даже если ты тот самый человек, который выживал после столкновений с самыми страшными существами из двух миров.

— Не может быть такого, чтобы...

Кинг сглотнул, по-прежнему чувствуя жгучую боль. Она пульсировала где-то в солнечном сплетении, отдаваясь в каждое нервное окончание.

— Отравила меня.

— Конечно нет. Я же говорила, ты выпил мои телесные жидкости. Иными словами, часть совершенно другого по своему типу существа. Часть ведьмы. Собственно, вот и сам результат.

Кажется, она только сейчас поняла, насколько по-злому это прозвучало, и начала давать более подробное объяснение. Её голос смягчился, став почти извиняющимся.

— Не пойми меня неправильно! Я не делаю этого из-за злых побуждений. Это заставит бездействующие факторы ведьмы внутри тебя впитаться быстрее... Или что-то вроде этого.

— Ф... Факторы ведьмы?

Это то, что даёт архиепископам силу в этом мире? Ай, до сих пор жжётся...

— По лицу вижу, что ты понял...

— Подрядчик Бетти убил архиепископа Лени, и его фактор оказался внутри него, в самом деле.

Вот глупая. Целых три дня прошло, а я до сих пор не успела ему об этом рассказать. Полномочия же никуда не пропадают после потери владельца, в самом деле.

— И что будет, когда этот фактор... впитается в меня?

— Честно, сама без понятия. Но будет лучше, если это сработает сразу, а не в какой-то ответственный момент. Раз мы можем сделать это во сне, значит, в реальности будет проще.

Слушая объяснения ведьмы, Кинг думал, что скоро потеряет сознание, что было близко к правде. Его веки тяжелели, а мир вокруг начинал расплываться.

— Похоже, мы уже достигли предела в реальном времени. Что касается оплаты...

Так и знал. Таролог, пиарящая свою хрень, чтобы срубить бабла на наивных дурачках.

— Я её с вас не возьму.

— Ч... Чего?

На секунду Кинг забыл про свою боль, чётко расслышав слова Ехидны. Он даже приподнял голову, чтобы посмотреть ей в глаза — в них не было ни капли насмешки.

— Интересно, а ты точно мать Бетти?

Ехидна удивлённо моргнула от вопроса своего эксперимента. Затем, с выражением, будто смотря на осла, который ест инжирОтсылка на философа-стоика Хрисиппа, который умер от смеха, смотря, как его осел, напившись вина, ел инжир. , она схватилась за живот и была близка к тому, чтобы даже во сне умереть от смеха.

— Хахахахахаха!

Её смех длился примерно минуту и был готов продолжаться, если бы не пощёчина от Беатрис.

— Интересно, Ехидна уже пришла в себя?

— И ты перестала называть меня матерью. Даже обидно...

Она поняла, что скоро получит вторую оплеуху, если не будет говорить по делу. Время поджимало, бессмысленные диалоги можно было оставить... Навсегда.

— Очевидно, что я всё это позволяю не просто так. Но узнает причину уже только твой Кинг.

Мир Ехидны начал распадаться. Кинг почувствовал, как его ноги проваливаются в темноту. На этот раз это была не иллюзия. Лежа на земле, сильнейший человек ещё раз взглянул на Ведьму Алчности. Она пригласила его в это место, начала рассказывать подробности о силе ведьм, о своём вымышленном мире, немного об испытаниях, которые она позволила пройти ему, человеку, когда это было доступно только полулюдям. И всё это бесплатно...

Какую же плату ты с меня возьмёшь позже, ведьма?

Испытание

Как только Кинг открыл глаза, он первым делом почувствовал грязь, попавшую в рот. Он резко встал, чтобы сплюнуть.

— Тьфу. Тут даже не настолько грязно, чтобы я это схавал.

Кинг покрутил головой влево-вправо, надеясь разглядеть в этой темноте хоть что-то.

Ах, да. Я же сейчас должен находиться в гробнице с Бетти и Эмилией.

— Подрядчик Бетти уже вернулся, я полагаю.

Кинг обернулся на голос Беатрис и довольно легко смог разглядеть её рядом с лежащей без сознания Эмилией. Он подошёл ближе и обратил внимание на выражение её лица.

— Аааах... Н-нет!

Такое впечатление, будто ей кошмары снятся. Это и есть испытание с преодолением прошлого?

Сильнейший человек не стал долго думать над её испытанием. Нужно было действовать. Лицо Эмилии будто корчилось в агонии, капли пота быстро стекали по её лбу, но несмотря на это, само тело не сдвигалось ни на миллиметр.

И эта ведьма ещё хочет, чтобы я проходил то же самое... Да после такого зрелища ни у одного нормального человека смелости не хватит!

Кинг размышлял о ситуации, глядя на Эмилию, которая будто готова заплакать. Он приподнял её и прижал её голову к своей груди.

Надеюсь, Бетти не будет ревновать.

Он перевёл взгляд на своего духа, не поворачивая головы. Беатрис поняла его ход мыслей.

Глупый подрядчик думает, что я буду завидовать полуэльфийке в такой ситуации, в самом деле.

Беатрис надула щёки из-за глупых мыслей Кинга, который сейчас сжимал Эмилию в своих руках, пытаясь остановить дёргание в конвульсиях и разбудить её.

— Ммм... А? Кинг?

— Да. Ты помнишь, кто я? Тот самый парень, которого все привыкли завышать за просто так.

— Вот такого Кинга я действительно не помню.

Эти слова дали Кингу понять, что Эмилия проснулась и прекрасно всё осознаёт.

К сожалению, она всё равно не способна осознать, что я не солгал.

— А почему я лежу на тебе?

— У тебя было такое выражение лица, будто прям щас и умрёшь, а потом ты начала извиваться, как бычий цепень. Перед тем как пытаться встать, сначала глубоко вдохни и подвигай конечностями на всякий случай.

— Я не знаю, что ещё за бычий цепень, но наверное... Спасибо.

Эмилия спокойно вдохнула, как её попросил её рыцарь, после чего подвигала по очереди руками и ногами. Всё было в порядке. Она постепенно поднялась с помощью Кинга и огляделась вокруг.

— Значит, я всё это время была в темноте.

— По сути, да. Свет пропадает почти сразу после начала испытания.

В ответ на мысли Кинга Эмилия боязливо сжала плечи. Заметив это, герой подумал, что зря напомнил ей об этом, но к его удивлению...

— Точно! Испытание...

— Да. Мы внутри гробницы. Знаешь, ты меня напугала тем, что довольно долго не возвращалась к остальным. Потому мы с Бетти и подошли проверить...

— Ааааа... Но... Я не... Я не хотела...

— А?

Что это с ней?

Можно понять и сразу. Это ненормально, что поведение Эмилии меняется настолько резко. Её голос дрожал. Она махала головой и обнимала себя за плечи, будто ей холодно.

— Я не... Такого не было... Что... Я... Я правда не...

Кинг вновь попытался её успокоить, взяв за плечи и заставив смотреть в его глаза (как бы это ни дало обратный эффект).

— Эмилия, посмотри на меня. Что случилось?

— Нет... Не так... Почему... Оставьте меня... Пожалуйста, нет...

Не отвечая Кингу, она притянула его ближе и прижалась лицом к его груди. Её голос был приглушён, потому не казался таким уж громким и не был слышен на всю гробницу, но по-прежнему был наполнен страданиями. Беатрис подошла к Эмилии сзади и начала поглаживать её по спине, применяя магию исцеления, чтобы успокоить полуэльфийку.

— Всё будет хорошо. Мы здесь, с тобой.

Кинг крепче обнял свою леди. Через пару минут она постепенно успокоилась и уснула.

— Магия работает неэффективно в этой гробнице, в самом деле. Эмилию нужно вывести на улицу, хотя исцеление уже и не потребуется, я полагаю.

Кинг молча кивнул, взял Эмилию на руки, будто жену на свадьбе, и они вышли из гробницы.

На выходе их встретила всё та же группа, но теперь с Отто и Розваалем.

— Значит, наша уважаемая Эми-и-илия решила поспать вместо прохождения испыта-а-ания. Как ми-и-ило.

Кинг отдал Эмилию в руки Рам и повернулся лицом к придворному магу.

— А клоуна кто сюда звал? И что это за улыбка?

Кинг недоумевал, почему Розвааль так уверенно улыбается ему, если тот отказал клоуну в предложении, тем самым поставив под угрозу его цель.

— Я тут кое-что вспо-о-омнил. Даже такой вели-и-икий герой, как Ки-и-инг, не способен находиться в двух местах одновреме-е-енно.

Кинг по привычке нахмурил бровь, но вдруг вспомнил.

— Ах да. Убийцы в особняке.

— Верно, мой дорогой Ки-и-инг. И что ты собираешься де-е-елать?

— Смогу я выбраться из ситуации или нет — это мы ещё посмотрим. Возможно, мне и не придётся спешить возвращаться к особняку.

— Чего?

Неужели он предвидел даже этот ход? Учитывая отсутствие Рем, особняк далеко не пуст. Думал ли Кинг о том, что она справится в одиночку или же...

— Кто-то из лагеря Круш остался в особняке? Может, Демон Меча?

— Кто знает...

Кинг пытался сказать это вопросительным тоном, но на сей раз вышел только лёгкий сарказм.

Вот чёрт, он догадался...

Улыбка совсем ушла с лица Розвааля, который понял, что его в очередной раз обыграли.

И ведь он ни в чём не заинтересован, кроме спокойствия, которое я же и нарушаю. Нужно было сразу всё рассказать и предложить сделку. Теперь всё станет намного сложнее…

Клоун без грима просто поднял руку в знак прощания и пошёл до своего временного дома. И сразу после этого к сильнейшему человеку начали обращаться с вопросами.

— Значит, леди Эмилия не смогла пройти испытание, но мой удивительный начальник стоит здесь.

— Вместо испытаний мы с Бетти попали на чаепитие к этой Ехидне.

Кинг спокойно ответил на возбуждённое заявление Гарфиэля. Ответ сбил с толку всю группу.

— Значит, теперь эта ведьма хочет извратить и нашего Кинга, как Розвааля.

Рам произнесла предложение, скрипя зубами от злости. Понятное дело, что Ехидне никогда не склонить Кинга на свою сторону и не сделать его жертвой её извращённых экспериментов, но вот сам факт попытки...

— Так и есть, я полагаю. Пусть попробует забрать моего подрядчика — и я сама вынесу её тело подальше отсюда, в самом деле.

Тем, кто не знал, безусловно понравился её настрой. А те, кто уже знали, что она является творением Ведьмы Алчности, были удивлены такой резкостью. Первым удивившимся был сам Кинг.

Я понимаю, что Бетти очень зла на свою мать за все проступки, особенно за последний в замке снов. Но чтобы настолько... Впрочем, стоит просто закрыть на это глаза.

— Ты сказал "испытания"? Значит...

Фредерика нервничала, задавая этот вопрос.

Уже одно испытание довело леди Эмилию до такого состояния. А их несколько... И Кинг может попробовать их пройти...

— Да, их больше одного. Учитывая, что первое связано с прошлым, после него могут быть ещё два: с настоящим и возможным будущим.

По крайней мере, я так думаю, пытаясь применять логику в мире, который пару раз её уже рушил...

Мысли Кинга были прерваны бодрым заявлением Гарфа.

— Удивительный я просто должен пройти это испытание.

Парень вошёл в гробницу, которая озарила его уже привычным светом.

Через пять минут Гарфиэль вышел с лёгкой улыбкой. Группа поджидала его возле входа вместе с вернувшейся Рам.

— И как оно, Гарф?

Рам и Фредерика хоть и не замотивировали парня на прохождение испытания, но волновались за него. Даже на их лицах это можно было увидеть, не всматриваясь. Они произнесли свой вопрос одновременно.

— Всё чётенько. Честно, я ожидал чего-то большего.

— Звучит как выпендрёж школьника из младших классов о том, что он лёг спать в одиннадцать вечера, а не в десять.

Кинг не мог не произнести это сравнение с лёгкой улыбкой на лице. Гарфиэль проигнорировал это, желая произнести более важную информацию.

— Ведьма даже меня удивительного решила встретить. Как всегда, везде суёт свой нос.

В данный момент никто не стал спрашивать Гарфа о его диалоге с ведьмой — об этом как-нибудь потом. Хотя не очень-то хочется знать о мыслях самой Ведьмы Алчности. Даже если она не такое мировое бедствие, как Ведьма Зависти, всё равно ведьма.

Гарф повернулся к Кингу и посмотрел ему в глаза.

— Короче говоря, благодаря тебе я смог пройти это испытание. Спасибо, начальник.

Кинг лишь кивнул в ответ.

Похоже, та цитата его вдохновила.

— Думаю, тебе нужно всё-таки к леди Эмилии сходить, начальник.

— Да, ты прав.

Кинг развернулся и пошёл к тому дому, в который положили Эмилию, пока он вёл диалог с клоуном.

Пятнадцать минут спустя

Кинг медленно открыл дверь дома. Стучать не стоило — Эмилия уснула недавно. Сейчас ей нужно набираться сил.

Возле кровати Эмилии на двух стульях сидели Беатрис и ещё одна маленькая девочка с длинными розовыми волосами, голубыми глазами и эльфийскими ушами, одетая в чёрную робу, которая покрывала почти всё её тело. Девочка повернула голову в сторону Кинга и задала вопрос:

— Юный Гарф прошёл испытание?

— Да.

Похоже, это и есть та самая бабулька, о которой говорил Гарфиэль. Только почему она тоже лолька и почему я её раньше не видел?

— А вы...

— Рюдзу Мейер.

Лоли-бабка встала со стула, молча поклонилась Кингу и вышла из дома. Кинг занял освободившийся стул и произнёс свой вопрос, глядя на Эмилию.

— В итоге она просто спит?

— Её состояние стабилизировалось, в самом деле.

— А я эту девочку раньше не видел. Она же и есть та, кого Гарф называл своей бабушкой?

— Она один из многих клонов оригинальной Рюдзу Мейер, и по сути, все они этому тигру как бабушки. Хотя разумных тут только четыре, в самом деле. Эта с именем Бильма.

Ну нихрена себе. В этом мире даже техники клонирования существуют.

Сильнейший человек и великий дух не собирались акцентировать своё внимание на том, кто только что вышел из дома. Им оставалось молча смотреть на Эмилию, пока из её кристалла не материализовался Пак.

— Давно не виделись, котёнок.

— И вам добрый вечер, Кинг, Бетти.

Пак торопливо сел на плечо Кинга, явно беспокоясь и пытаясь собраться с мыслями.

— У меня накопилось слишком много вещей, о которых я хотел бы тебя попросить, Кинг.

— Что нужно делать?

Будто великий дух не может справиться со своими проблемами без заурядного парня вроде меня. Смешно.

Зверь Конца вздохнул, будто почувствовал негодование Кинга и понял его дословно.

— Буду прямолинеен. Розвааль вмешался в наш контракт с Лией, и теперь она подсознательно не хочет принимать нашу с ней связь. Я также довольно давно запечатал ей воспоминания, чтобы она не вспоминала о своих травмах.

Пак просто вывалил как можно больше информации Кингу, надеясь, что тот всё поймёт. Несмотря на его развязанность в диалогах, Пак не очень хочет общаться с кем-либо, кроме Эмилии, Беатрис и с недавних пор Кинга, потому он довольно плох в объяснении чего-либо. Но надежда на понимание Кинга оправдалась.

— И Эмилия не сможет пройти испытание, которое основывается на прошлом, а потому она подсознательно не даёт тебе показаться?

— Замечательно, Кинг. Ожидания были и без того высокими, но ты и их превзошёл.

— Тут ничего такого сложного.

Я привык слышать непонятную бессвязную херню от других героев в Ассоциации. Было бы намного хуже, если бы обычные работники, информирующие о монстрах, подавали информацию также. Впрочем, на меня бы это несильно повлияло.

— Нет, правда. Я дал тебе очень мало информации, едва сформулировав её так, чтобы ты понял. Получается, что тебе не впервой разгадывать подобные загадки.

— В целом да. Исходя из этих слов, испытание использует образы людей из воспоминаний, формируя подходящую для человека сцену. Это необязательно реальное прошлое человека.

Честно, после реакции Эмилии на испытание мне не очень-то и хотелось проходить своё, но после Гарфиэля захотелось. Четырнадцатилетний пацан смог, а чем я хуже? Тем более что в моём прошлом ничего такого нет, вроде бы.

— У нас есть только один вариант.

— Нет, Бетти не позволит...

— Другого выхода нет. Прости, что покидаю тебя на такое долгое время. Надеюсь, что вернусь к вам как можно раньше.

Кингу в целом было всё равно на исчезновение Пака, хотя он и понимал, что это будет тяжеловато для Беатрис. Он просто решил продолжить говорить по делу.

— Я что-то должен делать?

— Разве что подчищать за мной. Здесь всю работу сделаю я.

Обычно за мной подчищали. Этот мир заставляет меня сменить роль на противоположную. Ни то что бы это было плохо...

— До встречи с тобой я бы никогда не подумал, что мне придётся на кого-то полагаться. Но... Я понимаю, что в этом мире практически никто не может тебя победить... Даже я. Нет лучшего кандидата на роль защитника Лии, чем ты, Кинг.

У этого кота тоже крыша едет. Честно, учитывая то, как часто все говорят о моей так называемой силе, я сам в неё верить начал... Ровно до тех пор, пока не столкнусь с какой-нибудь хернёй уровня Петельгейзе.

Молчание и задумчивость Кинга были восприняты как подтверждение слов Пака. Он, как и 99,8% всех существ, верит в невероятную боевую мощь героя S-класса.

— Завтра с утра я разорву контракт с Лией. Она не останется одна — ты должен будешь её поддержать.

Десять минут спустя

Кинг снова стоял у входа в гробницу Ехидны.

Раз мне дают такой шанс, я должен стать лучше через эти испытания. Не думаю, что ведьма сделала что-то плохое. Ей просто нужна информация о моём мире. Если думать логически, она просмотрела мои воспоминания, но, наверное, ей самой слушать нравится больше. Да и у меня остались вопросы, на которые она может ответить.

— Ха, так и знала, что Кинг примет вызов этой жалкой ведьмы и унизит её перед всеми.

— Будь осторожнее, Кинг.

— Давай, начальник, ты обязательно вывезешь это испытание!

Кинг обернулся на три голоса за его спиной и увидел свою группу поддержки, состоящую из Рам, Фредерики и Гарфиэля.

— А Отто не с вами?

— Он общается с Фруфу и Мари.

— Да, точно. Кому-то за ними нужно приглядывать. Думаю, после испытаний я должен прийти к своей Мари.

Фредерика пока что решила прикрыть торговца, который очень хотел выпить, но не мог из-за отсутствия алкоголя, поэтому нашёл утешение в беседе с животными при помощи своей Божественной Защиты.

Кинг сделал глубокий вдох и вошёл в гробницу.

Удивительно, но я не начал отрубаться, как в прошлый раз. Может, Ехидна меня...

Кинг не успел довести мысль о том, что его обманули, как услышал тихий женский голос:

— Для начала ты должен заглянуть в своё прошлое.

Кинг потерял сознание, не успев понять, откуда доносится голос.

Недавнее прошлое

— Йо. И как долго ты собираешься дрыхнуть на моём полу? Утро уже наступило.

— Ннгх...

Кинг открыл глаза и оказался в небольшой комнате. Перед его глазами — шторы, достающие до пола, невысокий квадратный стол, телевизор и... Сайтама в пижаме.

— А? Почему я снова здесь?

Кинг задавался вопросом, одновременно рассматривая пятна от еды на своей белой футболке.

— Ты уснул во время того халявного мясного шведского стола. Если честно, я вообще подумал, что ты умер.

Кинг только и мог, что протирать глаза после недавнего пробуждения, слушая объяснения Сайтамы.

— А где все остальные?

— Я вышвырнул их отсюда, как только они закончили есть, а Генос ушёл на починку.

— А... Ясно. Ты уж прости, что я единственный, кто вот так остался у тебя на ночь.

— Да всё в порядке.

Сайтаме было в целом безразлично, что "сильнейший человек" уснул на его хате, но с тем же безразличием одну просьбу всё же озвучил.

— Но раз уж ты идёшь домой, не мог бы ты попутно захватить с собой мусор? Мусорка находится довольно далеко отсюда — в жилом районе для простых жителей. В любом случае сегодня день переработки мусора. Заранее спасибо.

Кинг дослушал просьбу Сайтамы, взял два больших полупрозрачных мешка, набитых пустыми пластиковыми бутылками и упаковками от еды, попрощался и вышел из дома.

По дороге к мусорке Кинг остановился отдохнуть из-за отдышки.

— Фууф... Я спал как собака. Ой...

Резкая боль в висках заставила Кинга уронить мусорные мешки, схватиться за голову и закрыть глаза. Вспышки света промелькнули внутри его глаз, и сильный жар подступил к горлу.

— Что-то здесь не так...

Кинг прошептал это, оглядываясь по сторонам. Боль немного ослабла и зафиксировалась.

— Возможно, меня вчера так ударом приложило.

Герой S-класса списал эту боль на последствия вчерашней потери сознания от удара, который он не увидел, пока хотел взять немного говядины, подобрал мешки и пошёл дальше.

— Какое тихое и освежающее утро. Ни единого звука от людей или машин. Всё-таки это город-призрак. Как только частота появления здесь монстров стала такой высокой, все отсюда съехали. И всё же, что удивительно, я до сих пор не столкнулся ни с одним из них.

Кинг продолжил говорить сам с собой, иногда оглядываясь по сторонам и смотря на различные граффити на стенах.

— Полагаю, в это время суток, благодаря живущему здесь Сайтаме, монстры стараются держаться подальше от города. Что ж, правду говорят: "Приведи кота в дом, полный мышей, — и мыши исчезнут, не успеешь ты моргнуть и глазом". Но, как часто бывает, стоит тебе подумать, что они исчезли, как сразу же обнаруживаешь, что они всё это время прятались на чердаке.

Сильнейший человек был уверен, что за ним наблюдает кто-то из монстров и готовится нападать, а потому он предупредил их о том, что они были раскрыты и сопротивление бесполезно.

— Следуя этой логике... А что, если здесь под землёй прячется целая орава монстров? Ургх... У меня от одних лишь мыслей об этом разболелся живот.

Монстры так и не напали, боясь окрасить стены заброшенного района собственной кровью. Кинг спокойно пригнулся и почти пришёл к месту сбора мусора через большое вырезанное в решётке отверстие. Довольно неожиданным моментом стал мужчина средних лет с лысиной, вышедший на пробежку и заметивший героя S-класса с двумя мусорными мешками.

— Хм? Вы сейчас пришли из-за той стороны забора?

— Н-нет! Вам просто показалось!

Не желая стать жертвой опроса, Кинг пробежал оставшиеся сотни метров и сбросил мусорные мешки на место сбора.

— Ладненько... Всё готово.

После этих слов Кинг почувствовал, как боль в висках обострилась и стала наполнять всё его тело.

Да почему я чувствую такую сильную боль? Неужто мой образ жизни наконец даёт о себе знать?

Кинг поймал электричку с ближайшей к своему дому остановкой.

Даже в такое время все едут на работу. Это даже восхищает.

Через полчаса Кинг подошёл к своему дому и заметил двух парней в чёрных офисных костюмах.

Хм? Перед моим домом стоят два человека.

И тут боль в голове Кинга, начавшаяся с момента его выхода из дома Сайтамы, снова решила напомнить о себе. Пока Кинг схватился за голову, пытаясь не закричать, парень в очках с короткой причёской почти сразу заметил его.

— Наконец-то он вернулся!

— Аах! Ну слава богу. Мы ждали вас, господин Кинг.

Ах, так они из Ассоциации...

— Мы не смогли связаться с вами, так что пришлось повсюду искать вас!

Кинг, до сих пор ощущающий боль, на секунду задумался, чтобы дать правдоподобный ответ.

— Ох... Простите... Мой коммуникатор сломался во время прошлой битвы.

— Где вы были прошлой ночью?

— Эм... В городе Z.

— Чего?! А эти пятна на вашей одежде...

Сотрудник Ассоциации в очках был перебит коллегой с длинными чёрными волосами.

— Неужели это телесные жидкости и то, что осталось от монстров?!

— Ох, да это всего лишь набэ...

Объяснение Кинга не было услышано.

— Должно быть, но сражаться в героической битве всю ночь напролёт...

— Кинг... Мне тяжело просить вас об этом, когда вы и так сражались целый день и целую ночь, не успев даже чуток отдохнуть, но... Прошу, не позволите ли вы нам как можно скорее проводить вас в штаб-квартиру Ассоциации?

Через тридцать минут все трое уже находились в штабе Геройской ассоциации и приближались к комнате, в которой находились другие герои S-класса. Их конфликт был слышен даже в коридоре. Последние слова были за Атомным Самураем и Световым Флешем:

— Этот фарс зашёл слишком далеко. Флеш, развей свою убийственную ауру.

— Всё зависит от этого парня. Если он продолжит препятствовать исполнению плана...

Кинг только подошёл к двери с двумя сотрудниками Ассоциации. Те, естественно, услышали конфликт на собрании героев, и его стоило прекратить всего одной фразой с порога сразу после открытия двери:

— Внимание! Великий Кинг только что прибыл!

Голос сопровождающего дрожал, но в наступившей тишине он прозвучал как гром среди ясного неба. Герои S-класса, ещё секунду назад готовые вцепиться в горло Милой Маски, замерли.

Кинг вошёл в комнату. Его одежда в основном спереди была покрыта пятнами не совсем понятного происхождения, а взгляд — тяжёлый, лишённый эмоций — медленно сканировал присутствующих. Он не сказал ни слова, но само его присутствие буквально "придавило" воздух в комнате.

— Ах, Кинг! Ты вовремя! Ты тоже станешь моим подчинённым и...

Пока Милая Маска пытался навязать Кингу свой план, Ребёнок Император в недоумении смотрел на сильнейшего человека, будто наконец понял причину его неопрятного внешнего вида. Милая Маска, судя по небольшой паузе, тоже начал что-то подозревать.

— Эй, слушай, а почему ты весь в грязи? И что это за запах?

— Ухх...

В этот момент боль в висках решила стать втрое сильнее. Кингу пришлось придумывать ответ, пытаясь не закричать от боли.

— Ах, ну это... Не успел я зайти домой, как они притащили меня сюда. У меня даже не было времени переодеться и помыться...

Он чуть внимательнее посмотрел на футболку.

— Вот чёрт. Теперь пятна ни за что не вывести...

Едва Кинг успел ответить на один вопрос, как их череда от Милой Маски продолжилась.

— Почему опоздал на собрание? Где ты пропадал? И чем занимался всё это время?

Милая Маска смотрел на Кинга узкими глазами. Это было настолько страшно, что на ум приходила только одна мысль:

Меня сейчас допрашивают? С этим парнем всегда так тяжело иметь дело...

— Ну... Это не шибко захватывающая история, но... Я был в городе Z... И там было на...

— Великий Кинг провёл всю ночь, в одиночку сражаясь в окрестностях вражеской штаб-квартиры!

— Эм, что?

На резкое объяснение сотрудником в очках деятельности Кинга тот шёпотом выдал своё негодование, которое осталось неуслышанным.

Длинноволосый сотрудник закрепил фактами подвиг седьмого в S-классе:

— Его одежда пропитана кровью монстров! Это легко понять благодаря тому, что пятна на ней только спереди! Но после стольких убийств ему пришлось прерваться на отдых! И именно в этот момент мы нашли его и попросили пройти с нами!

Вечно эти двое рассказывают всякие небылицы...

Кинг едва успел осмыслить слова сотрудников, как услышал тихий, но полный удивления ответ Милой Маски:

— Так ты сражался всю ночь напролёт... В полном одиночестве, не отдыхая ни минуты...

После этого заявления никто не проронил ни слова. Все подняли глаза на Кинга, который каменным лицом пытался скрыть удивление, но их глаза их выдавали.

Через пару секунд тишина была развеяна Тацумаки, которая не пыталась скрыть своих эмоций:

— Ну разве это не что-то с чем-то?

Сразу после неё Милая Маска нашёл слова для завершения диалога:

— Хммм... Должен признать, ты человек дела. Твоя боевая доблесть отлично показывает, что кишка у тебя точно не тонка. Похоже, в S-классе всё же есть человек, заслуживающий доверия.

Местный айдол повернулся ко всем спиной.

— Раз уж вы развели всю эту драму, у меня не остаётся выбора. По крайней мере, Кинг не заслуживает лицезреть весь этот сыр-бор, так что на этот раз я отступлю.

Перед самым выходом он снова обернулся со словами:

— Но я всё равно пойду вниз вместе с отрядом вторжения.

Милая Маска наконец ушёл, а Кинг продолжил свои мысли.

... Я просто хотел сказать, что спокойно спал у друга и только час назад проснулся, а меня опять назвали героем? Что за хрень? Я ни на что не способен. Нет у меня никакой силы. Я никого не могу победить и никого не могу спасти...

В этот момент его боль стала сильнее настолько, что перед глазами показались яркие искры. Ощущение было сродни тому, будто на черепе Кинга начали образовываться трещины, а мозг вместе с глазами начал вытекать.

Внезапно Кинг услышал знакомый высокий и слегка капризный голос в своей голове. Этот голос был добрым и полным беспокойства. Услышав его, Кинг почувствовал, как боль, переполнявшая его тело, отступила наполовину.

Что это за голос? Откуда я его знаю?

Спасибо, Кинг.

Ты же...

В его глазах предстал образ маленькой девочки со светлыми волосами, уложенными в два сверла, и голубыми глазами с узором бабочки.

За то, что стал тем человеком для ⬛⬛⬛.

Кинг не понял, о чём эта девочка говорила.

Может, она меня с кем-то спутала...

Кем бы ни была эта девочка, её образ исчез с видения Кинга. Остался только Ребёнок Император, который осудил решение Кинга выйти против монстров:

— Мистер Кинг! Даже вам не стоило выходить биться против них в одиночку!

— Нет, всё не...

Кинг пытался остановить ход мыслей Ребёнка Императора, но это дело было тщетным.

— Технорыцарь поступил в точности, как вы, — он в одиночку отправился на разведку в город-призрак, но стоило ему войти на эту территорию, как мы тотчас потеряли его сигнал! У нас нет никакого способа узнать, что скрывается в этом месте. Так что давайте теперь держаться вместе, хорошо?

— Ага!

Это всё, что ответил Кинг энергичным голосом, но глаза у него были как у мертвеца.

Через некоторое время Кинг вышел из туалета.

Отлично. Хвоста за мной нет. Я просто спрячусь здесь ненадолго. Но главный вопрос в том, как мне выбраться из этого здания...

— Чем это ты тут занят?

Кинг испугался резкого вопроса в его сторону и также резко обернулся, прижавшись к двери.

— Бэнг?! Что ты здесь делаешь?!

— У меня были тут кое-какие дела. Хотя тебя я могу спросить о том же.

Кинг, как и всегда, ответил честно.

— Был срочный созыв всех героев S-класса, так что меня тоже сюда притащили.

— Хм, а я ничего об этом не слышал.

Кинг определённо сказанул лишнего...

— Знаешь, Бэнг. Если подумать, Ребёнок Император сказал, что мы не должны делиться с тобой информацией об этом...

Старик взял Кинга за плечо и прислонился к нему.

— Ой, да ладно тебе. Мы ж ели одно набэ, разве нет? Мы теперь хорошие друзья! Так что введи меня в курс дела.

Через пять минут объяснений

— Они собираются штурмовать квартиру Ассоциации монстров? Так вот оно что.

Пока Бэнг обрабатывал информацию от Кинга, его брат Бомб сел читать утреннюю газету:

— Взять дитя в заложники... Тьфу, ну и дикари.

— Я был так занят погоней за Гароу, что совсем забыл прочесть утреннюю газету. Подумать только, они оставили нас за бортом. Полагаю, они утратили доверие к нам с Геносом.

После размышлений Серебряный Клык решил спросить у Кинга самое главное:

— А Сайтама в курсе, что вражеский оплот располагается в этом городе-призраке?

— Неа... Думаю, он даже понятия не имеет. В противном случае он бы просто отправился туда и разнёс это место в одиночку.

Выражение лица Кинга из растерянного мигом превратилось в более решительное.

— Сейчас тактический отряд вторжения готовится отправиться в руины города Z, где каждый из его членов будет следовать по отдельному маршруту. И да, это значит, что одна из зон ляжет под мою ответственность. Так что я хотел бы попросить вас кое о чём. Это идёт вразрез с приказами Ассоциации, но...

Кинг, сидя на диване, выпрямился и скрестил ладони перед тем, как озвучить свою просьбу.

— Серебряный Клык. Бомб. Давайте прихватим Кибердемона с лысиком... И все вместе отправимся по моему маршруту, стараясь не привлекать к себе внимания, естественно.

После недолгого молчания Бэнг дал разумный ответ:

— Гароу должен быть там. Он и его действия всё ещё моя ответственность. В таком случае возьми меня с собой.

— Понял. Давайте встретимся в квартире Сайтамы, как и вчера.

— Отлично. Тогда я сейчас же направлюсь туда. До встречи.

Кинг вышел из зала и направился к остальным героям с неприятными мыслями.

Блииин, это было близко... Теперь я нервничаю чуть меньше...

⬛⬛⬛ благодарна за то, что Кинг-сама спас её с сестрой от зверодемонов.

Мысли Кинга были прерваны мягким и спокойным женским голосом. Сильнейший человек огляделся по сторонам, прежде чем протереть глаза и увидеть новый образ. Это была девушка с большими голубыми глазами и короткими голубыми волосами, которые закрывали правый глаз. Он смотрел на неё и думал:

Она меня с кем-то путает. Я не могу спасти кого-либо. Я в десятки раз слабее и трусливее обычных людей...

Это не правда!

Кинг услышал ответ, исходящий со стороны молодой девушки.

Кинг-сама спас деревню ещё до начала нападения. И мы с сестрой бы никогда не справились с таким количеством вольгармов.

Несмотря на присутствие очень знакомого голоса, губы внезапно появившейся девушки не двигались. Она ещё секунду назад стояла неподвижно, но стоило Кингу моргнуть, как он снова остался один в этом коридоре.

После исчезновения девушки Кинг почувствовал большее облегчение от постепенно отступающей боли. Хоть она и осталась заметной, но теперь стала лишь фоновой.

Сильнейший герой наконец дошёл до места отправки героев на самое сложное задание в его жизни. Первым его заметил Ребёнок Император.

— О, Кинг, вот вы где! Что-то случилось?

— Нет, вовсе нет... Всё в порядке.

Из всех собравшихся героев пару слов высказал Атомный Самурай своим ученикам:

— Двигатель Кинга прекратил рокотать. Должно быть, он заточил свою волю подобно клинку.

Всего час спустя Кинг поднимался по лестнице до квартиры Сайтамы.

— Фууух... Всё же я смог сбросить их с хвоста...

Сильнейший человек открыл дверь, и его сразу встретил Бэнг.

— Вот ты где, Кинг.

— О, привети... Кхм. Так все уже собрались.

— Кроме Сайтамы. Его не было дома.

ЧТО?!

Правая сторона лица Кинга вспотела, а в целом, обе стороны приобрели разочарованный вид.

Вот чёрт. Это должна быть одновременная атака со всех сторон. У меня просто нет времени на ожидания...

— Каким будет твоё решение, Кинг? Стоит ли нам ждать возвращения учителя Сайтамы, либо...

— Сейчас же отправиться на поле битвы.

Серебряный Клык подхватил фразу за Геносом. Кинг молчал, пытаясь понять, что ему следует ответить. В этой ситуации его спасла Фубуки.

— Дождаться Сайтамы, верно?

Все собравшиеся обратили внимание на Адскую Метель.

— Отличная работа, Кинг! Я даже не рассказала тебе свой план, а ты уже расставил всё по своим местам из тени, верно? В такой масштабной битве сила Сайтамы нам просто необходима. Когда мы нанесём удар, мы нанесём его все вместе. Все мы, члены новой группировки Метель!

— Итак, что же нам теперь делать?

Генос задал этот вопрос, стоя в одном круге с Кингом, Бэнгом и Бомбом.

— Эй! Вы что, игнорируете меня?!

Генос действительно снова проигнорировал Фубуки и продолжил излагать свой план для их действий.

— Кинг, если ты пропустишь совместную операцию, то не выполнишь свои обязанности перед другими героями S-класса, верно? Вы все должны пойти первыми, а я останусь ждать мастера. Как только он вернётся, мы нагоним вас.

— Звучит как хороший план, Генос.

Бэнг поддержал мысли Геноса, но Кинг с серьёзным лицом остался в негодовании.

Разве? Вы хотите пойти туда без Сайтамы? Серьёзно?!

Бэнг был первым, кто утвердил этот план.

— Тогда в путь.

— Давайте покончим со всем этим до наступления темноты.

Бомб согласился с мнением своего брата.

— Все за мной! Новая группировка Метель начинает нашу миссию!

Фубуки продолжила делать вид, что её слушают, а у Кинга на этот счёт была только одна мысль.

Помогите.

Удивительно, но кто-то ответил ему со спины. Это был далеко не тот ответ, который Кинг хотел услышать. Ни то что бы он вообще собирался ждать ответ от своих вероятных галлюцинаций, но он всё-таки был.

Приятно с вами познакомиться. Я горничная маркграфа...

Кинг обернулся на тёплый и уверенно звучащий женский голос. Возле телевизора стояла девушка с длинными светлыми волосами в наряде горничной, которая улыбалась Кингу, показывая свои острые зубы.

Удивительно, но на этот раз Кинг не испугался. Он ждал каких-нибудь слов от девушки, как это было в прошлые разы, но ничего не услышал. Образ девушки просто кивнул ему головой, не теряя своей улыбки.

В этом молчании, как и в самой девушке, было что-то успокаивающее. Она относилась к Кингу с уважением, но без фанатизма. Не рассказывала о тех достижениях, что по ошибке ему присвоили, и ничего не говорила о его несуществующей силе. Будто ничего не ожидала от Кинга, видела и принимала его таким человеком, каким он является. Самым обычным.

Эта комбинация молчаливой и понимающей улыбки мотивировала Кинга больше, чем любое очевидное заблуждение в его адрес. Кинг сам улыбнулся в ответ, закрыл глаза и глубоко вдохнул. После того, как он выдохнул и открыл глаза, девушка исчезла.

Кинг толкнул входную дверь, ведущую на улицу и начал спускаться по лестнице, как услышал ещё один знакомый голос. На этот раз Кинг смог его опознать.

— Значит, ты смог найти в себе силы.

Возле квартиры Сайтамы стояла уже настоящая девушка с белоснежными волосами.

— Ну и как тебе твоё прошлое? Да, это было совсем недавно, но всё же. Навело на какие-то мысли?

Глаза Ведьмы Алчности сияли от любопытства.

Я дам оценку твоему прошлому

— Для начала я хотел бы кое-что спросить.

— Конечно, я тебя слушаю. Говори всё, о чём хочешь: о своих чувствах, о своих мыслях — обо всём. Я хочу услышать всё!

— Тебе, конечно, очень идёт школьная форма, но почему ты выбрала именно её?

Ехидна, до сих пор стоящая возле квартиры Сайтамы, замерла на секунду, думая над ответом, после чего из её рта вырвался небольшой смешок.

— Хаха, ну, спасибо. Это тот тип одежды, который тебя больше всего привлекал в симуляторах свиданий.

— Всё-таки юбка коротковата.

Кинг сказал это, стараясь смотреть ведьме в глаза и не опускать свой взгляд ниже.

— Понятно. Что ж, в следующий раз надену юбку подлиннее.

— А будет ли у нас следующий раз?

— Подожди. Ты думаешь, что можешь пройти все испытания сразу?

Кинг, недоумевая, посмотрел на Ехидну, думая о том, что он за этим сюда и пришёл.

— Ну, не все три, конечно. Всё-таки снять барьер — это дело Эмилии, а не моё. Тут всё, как ты и сказала. Я использую эту возможность, чтобы стать лучше, насколько смогу.

Ехидна спрятала руки за спину и медленно зашагала в сторону Кинга.

— Ты понимаешь, почему первым испытанием было столкновение со своим прошлым?

Не совсем уверен, про что именно она говорит. Нужно хоть попытаться сказать что-то мудрое.

— У любого человека есть свои сожаления в прошлом. Каждый день мы можем сделать что-то, о чём будем сожалеть на следующий день. Человек может думать, что во вчерашнем дне мог сделать что-то лучше. Сила человека в том и заключается. Ты накапливаешь и передаёшь опыт.

— Бинго!

Хлопнув в ладоши, Ехидна с безумной улыбкой приблизилась к лицу Кинга почти в упор, заставив того инстинктивно дёрнуться назад. Но она всё продолжала напирать, глядя в его глаза своими чёрными.

Она слишком уж близко. Я чувствую её дыхание.

— Многие люди разрушаются под чужими ожиданиями, жалуются на свою слабость, закрываются ото всех и начинают сожалеть о том, что ничего не могут сделать.

— Это, конечно, хорошо, но ты слишком близко...

— Но можно ли их в этом винить? Ведь никто не просил на них полагаться или вообще чего-либо от них ожидать. Такие люди менее талантливы, чем другие. Значит ли это, что они не имеют права на существование?

Не обращая внимания на Кинга, который буквально был придавлен её любопытством, Ехидна продолжала напирать. Внезапно отвернувшись, она подошла к лестнице и спустилась на пару ступенек.

— Или человек может услышать, что ему говорят другие, оглянуться на себя прошлого и спросить самого себя, нужно ли стать лучше, чем уже было. В процессе есть возможность встретиться с самим собой лицом к лицу. И вне зависимости от того, смогли эти люди изменить себя или нет, они всё равно являются результатом, отличающимся от прошлого. А меня заинтересует любой результат!

— Значит, в этом и была суть первого испытания?

— Верно. Нужно было встретить своё прошлое и получить для себя какой-то ответ. Если испытуемый из-за страха не сможет посмотреть себе в лицо, он никогда не пройдёт это испытание. Честно говоря, я удивлена тем, что тот четверть-зверь нашёл в себе силы. Наверное, ты всё это время считал себя слабым и бесполезным, но на самом деле это далеко не так. В последнее время ты стал намного сильнее, это и следующее испытания закрепят результат.

Кивнув Кингу, до которого дошла суть испытания, Ехидна успокоилась и слегка откашлялась.

— Похоже, я слегка перевозбудилась. Прошу прощения за неподобающее поведение.

— Всё нормально. Значит, первое испытание пройдено.

— Да. Судя по тому, что я видела от начала до конца, ты смог поверить в возможность своей полезности и теперь будешь становиться сильнее, хотя ты и так это делал, но теперь видишь это сам. Можно сказать, что ты получаешь хороший балл.

Спустя мгновение двухэтажный жилой дом исчез, и на его месте снова появился холм со столиком и двумя стульями. Ехидна уже успела вернуть своё стандартное чёрное платье, сесть и отпить чай из своей чашки. Кинг сел следом и не мог не задать очень важный вопрос.

— По факту всё это было частью моих недавних воспоминаний с некоторыми изменениями.

— Да.

Ехидна слегка улыбнулась, понимая, к чему он клонит.

— Раз ты можешь заглянуть ко мне в голову и можешь увидеть всё, то зачем же тебе вести со мной диалог?

— Не хочу тебя разочаровывать, но даже ведьма вроде меня различает, что хорошо, а что плохо. Конечно, я воспользовалась твоими воспоминаниями, чтобы создать это испытание, и таким же образом создам следующее, но остальное я старалась не трогать. В наглую брать всё из твоей головы... не интересно. Так я не смогу получить удовольствие от получения информации.

Получается, у неё просто такой фетиш.

— Не удивлюсь, если школьную форму ты надела просто ради моей реакции и без какого-то другого смысла.

— Да, всё верно. Это уж точно не потому, что после обнаружения альтернативного мира я вдруг заинтересовалась в женской моде и решила что-то примерить.

— Удивительно, что тебе хватило смелости в этом признаться.

Кинг хотел сделать глоток из чашки, но...

Тьфу, блин. Совсем забыл.

Он поставил чашку на стол и отодвинул её левее, продолжая думать о трёх образах, что всплывали в испытании.

Почему в испытании были задействованы только Бетти, Рем и Фредерика? Почему именно в таком порядке? И почему не было всех остальных?

Кинг поднял голову и молча посмотрел на ведьму, которая поняла его мысли, мило улыбнулась, но в этой улыбке не было и капли доброты.

По лицу вижу, что она не собирается отвечать на эти вопросы. Ладно, позже как-нибудь сам додумаю. Сейчас нужно спросить ещё что-нибудь...

— Может, у тебя есть какие-то другие вопросы, которые ты хотел бы задать мне перед тем, как пойти на второе испытание? Или мог бы встретиться с другими ведьмами.

Чего? Тут ещё другие есть? Ах да, точно.

— Совсем забыл, что по одной ведьме на грех. А каким образом они оказались в том же месте, что и ты?

— Благодаря своей жажде знаний я смогла найти способ спасти хотя бы фрагменты их душ прежде, чем они полностью исчезнут.

— Хорошо. Если можно, я бы хотел встретиться с ними после второго испытания.

Ехидна уже допила чай и отставила чашку, как Кинг пару минут назад.

— Поняла. А что насчёт других вопросов?

— Да, кажется, есть один.

— Я тебя слушаю.

Она кивнула в ответ Кингу.

— Насколько мне известно, Розвааль всё это время хотел тебя воскресить. Точнее... Вся его родословная за эти четыре сотни лет, а не только нынешний. Они там даже имена наследуют.

Максимально тупая традиция, но это уже не моё дело.

— Суть вопроса в том, действительно ли этот путь может привести к твоему воскрешению, или это опять...

Кинг не захотел произносить эту фразу до конца, но Ехидна прекрасно поняла этот вопрос и сначала подождала, пока он закончит его формулировку. Продолжения не последовало, и ведьма ответила, при этом наигранно положив руку на свою грудь.

— Все эти четыре столетия были одним самым большим экспериментом с целью узнать, что он будет делать. В итоге он эти четыреста лет переселял свою душу в его же потомков, чтобы продолжать мой эксперимент. А я могу воскреснуть и сама, хоть и не в изначальном теле, что лежит в том же месте, где ты проходишь испытания и сейчас ведёшь беседу со мной.

Молчание в течение следующих десяти минут казалось невыносимо громким. Даже самой ведьме стало неловко. Она собиралась что-то сказать, но была моментально перебита Кингом, который наконец смог обработать информацию и найти относительно нужные слова.

— Я, конечно, понимал, что ты можешь быть конченой, но не до такой же степени...

— Знаешь, такими словами можно даже саму ведьму до слёз довести... Это невероятно!

— Далеко не любая похвала поднимает мне самооценку и заставляет гордиться собой, как ты знаешь. Но это точно одна из них.

— Ты точно хочешь довести меня до слёз, Кинг.

Ведьма притворно надулась, скрестила руки у груди и повернула голову со звуком:

— Хм!

После чего прошла пара секунд, и она засмеялась громче, чем Кинг когда-либо от неё слышал. Этот смех держался минуты три.

Она пародирует те моменты с цундерками в аниме.

Ведьма Алчности наконец взяла себя в руки и продолжила беседу.

— Так, ладно. Ты ведь и не особо-то зол из-за моего ученика?

— Ну вообще да. Он сам виноват в своей тупости. Его проблема, что он за четыреста лет не научился думать головой. Мне даже интересна его реакция, когда он узнает.

— Сейчас я должна поблагодарить тебя за мысль, на которую ты меня навёл, но которую не получится реализовать. Если бы я действительно сама писала ему наставления в копию тома мудрости, то подтвердила бы твои слова, когда он назовёт их ложью и пойдёт открывать этот том.

— Насколько же аморальной ты можешь быть... Но в его случае меня это не особо напрягает. За все эти годы он, скорее всего, натворил столько дерьма, что и такого наказания недостаточно.

— Я с самого начала призналась, что по сути своей являюсь таковой. Чего ты ещё мог ждать от ведьмы?

Кинг подумал пару секунд и просто кивнул, понимая, что она права.

— Похоже, что сейчас у тебя больше нет вопросов. Думаю, мы можем начать второе испытание?

— Да, давай.

Ехидна молча щёлкнула пальцами для эффектности, и Кинг вновь потерял сознание. По сути, быстрый выход из замка снов, чтобы начать новое испытание.

— Не так уж все эти люди и не правы. Он действительно выше всяких ожиданий. Именно поэтому твоя изначальная личность и призвала именно его.

— Это не тот. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он. Не он...

— Да помолчи уже. Это было разумным решением, и ей повезло, что твоя одержимость оказалась слабее.

— Иди к чёрту. Иди к чёрту. Иди к чёрту. Иди к чёрту. Иди к чёрту. Иди к чёрту. Иди к чёрту. Иди к чёрту. Иди к чёрту. Иди к...

Ехидне надоело слушать Зависть, и она ушла смотреть на второе испытание сильнейшего человека.

Мыслимое настоящее

И я снова внутри гробницы...

Холодный сквозняк, темнота, пол, покрытый небольшим слоем грязи. Всё, как обычно. Кинг глубоко вдохнул, пытаясь собраться с мыслями. Один вопрос пришёл в голову сразу.

А второе испытание-то будет?

— Узри смысл своих действий.

Сразу после неозвученного вопроса Кинг снова услышал знакомый шёпот и почувствовал, как его тело слабеет. Сильнейший человек упал на спину с последними мыслями перед погружением в испытание.

Рубашку точно придётся постирать.

Только открыв глаза, Кинг увидел перед собой то же поле боя, с которого он был отправлен в этот мир. Вокруг царил хаос — следы разрушений, разбросанные камни, повсюду пыль и копоть. Прямо сейчас Свинобог и несколько десятков героев A-класса и ниже смотрели на Гароу, который стоял на груде камней, будто возвышался над ними.

Кинг направил свой взгляд на Гароу, который достиг своей цели, что он подтвердил своей следующей фразой:

— Неужели я наконец-то стал... Символом страха, внушающим отчаяние всем героям. Абсолютным злом. Спаси...

Знаменитый охотник на героев не успел поблагодарить неизвестную божественную сущность, которая дала ему эту силу, как он получил удар от уже известного парня, взявшегося, казалось бы, из ниоткуда.

Удар, получивший силу после аномального роста на спутнике Юпитера, вернувшийся назад во времени и нанёсший урон до того, как он был нанесён. Обращающий вспять причинно-следственные связи. Абсолютно неотвратимый.

Даже не один удар... Ноль ударов потребовалось для завершения этого боя.

Естественно, Кингу никто не стал объяснять этот момент.

Сайтама просто появился из ниоткуда, значит.

Так сильнейший человек изначально и подумал, пытаясь хоть как-то осмыслить происходящее.

Герои, наблюдающие за охотником на героев, были сильно удивлены происходящим, но явно не меньше, чем сам Гароу.

— Угх... Что произошло? Сила куда-то утекает...

За спиной Гароу стоял совершенно голый Сайтама с ядром кибердемона Геноса. Лысика начало затягивать, казалось бы, в случайном направлении. На другой стороне Сайтама, одетый в свой жёлтый костюм, одним ударом выбрался из завала, и его притянуло к своей голой версии.

— М? Что это такое?

Только и успел задаться вопросом лысый плащ, прежде чем упасть на землю.

— Э? Что я тут делаю? Помню, что получил от Гароу каким-то лучом... М?

Сайтама присмотрелся и увидел ядро Геноса в своей руке.

— УА-А-А-А-А?

Увиденное серьёзно заставило Кинга задуматься над... Вообще над всем. Над смыслом испытания, над бредовостью происходящего. Это слишком странно, чтобы вообще воспринимать всерьёз.

Судя по тому, что я сейчас увидел... Сайтама победил Гароу, который убил меня и всех остальных радиацией... После чего... Каким-то образом отмотал время и победил Гароу до того, как тот начал испускать свою радиацию... Потом он всё забыл и начал возмущаться сначала из-за того, что в его руке оказалось, по сути, сердце его ученика. А потом он посмотрел вниз, увидел, что у него дырка в костюме между ног, и начал орать ещё громче...

Эмоции переполняли Кинга настолько, что он не понимал, как именно должен реагировать на ситуацию, нестандартную даже по меркам его мира.

Сайтама же просто очень сильный, способный победить одним ударом что угодно и игнорирующий все законы, разве нет? А, да. Игнорирующий все законы... Значит, и отмотать время для него как пустяк. В целом, логично, наверное...

Кинг, протерев пот с лица рукавом рубашки, перестал удивляться силе Сайтамы, поняв саму его суть.

Спустя некоторое время сильнейший человек вернулся к Гароу и смотрел, как его избивают низкоранговые герои.

В целом, они, конечно, правы. Смеяться стоит с безопасного расстояния.

— Хэ. Суши мало ели, слабаки? Хоть раз ударьте, как подобает мужикам!

О, так Гароу по собственной воле всё это делает. Ладно. А мне зачем за этим смотреть?

Кинг наконец досмотрел избиение охотника на героев. Один мальчик с грибной причёской заставил Милую Маску не наносить удар по Гароу.

Тарео. Так Гароу и есть тот дяденька, о котором ты говорил.

Кинг был весьма удивлён тем, что тогда мальчик просил не убивать знаменитого охотника на героев, но не более. Подобные заявления уже стали привычными.

Теперь сильнейший герой наблюдал, как Милая Маска пытается солгать мальчику о том, что они просто выполняют свой долг как герои и не собираются убивать Гароу. Естественно, это не сработало, потому что Тарео ясно слышал обсуждение других героев поблизости:

— Ну и что делать?

— Что бы мы ни решили, его нельзя оставлять на свободе.

— Это и ежу понятно! Вы только подумайте, сколько жителей городов может пострадать от монстров из-за его охоты на героев!

— Ну он же монстр, как-никак, поэтому ничего не остаётся...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Все люди обернулись на этот знакомый ужасающий звук.

— Кончайте всё это. Перед вами ребёнок.

Кинг был явно зол за такое отношение к мальчику и подрубил "двигатель" на максимальную мощность, скрестив руки у груди. Однако...

— Хм? Видимо, показалось.

— Эм? Чего?

Кинг остался в недоумении. Почему его проигнорировали?

Он даже дотронулся до плеча Милой Маски, но рука просто прошла сквозь айдола.

А ведь точно. Это же всего лишь часть испытания. А услышали моё сердце они по той же причине, наверное.

Кинг ещё некоторое время смотрел на их перепалку, как вдруг услышал слова от всё того же Тарео.

— Вы все фальшивки! Кинг, как настоящий герой, никогда бы так не поступил!

— Что, Кинг?

— Кстати, а где он?

Кинг досмотрел уход Гароу с поля боя и пришествие Стального Рыцаря с армией дронов. На поиски Кинга не было времени. Казалось, что про него все забыли.

И правильно.

Так Кинг подумал, пока его не перенесло на месяц вперёд, на очередное, с виду обычное собрание героев S-класса.

— Мы больше ничего не можем с этим сделать. Кинг пропал без вести...

Мрачное заявление от Секингала. Уже месяц они ищут сильнейшего человека, что занимал седьмое место в S-классе.

— Он будто испарился. Ни единого следа его существования в тех местах.

Никто из героев не проронил ни слова. Уверенный в себе мужчина со шрамом от когтей на лице, обычно молчаливый, но уверенный в себе, больше не появляется на собраниях. После случая с Ассоциацией Монстров и охотником на героев Кинга больше никто не видел. Была даже теория, что он умер, но такую мысль сразу отклонили.

В день объявления Кинга пропавшим без вести их мир стал мрачнее, чем он уже был. Человек, которого все считали сильнейшим, способным победить монстров без единого удара, больше не мог выполнять свою работу.

Значит, они считали меня важным до такой степени... Ну и бред.

Сразу после этих мыслей Кинг проснулся в гробнице.

Это и есть второе испытание? Но почему я просто проснулся, а не вернулся к Ехидне?

— Узри смысл своих действий.

Не успел Кинг встать, как снова пришлось потерять сознание и продолжить испытание.

Сильнейший человек вновь оказался на всё том же поле боя, но до того, как Гароу получил божественную силу.

— Чё такое, слизняк? Шустрее ползти не судьба?

Прямо сейчас Черноспермий вместе с миллионами своих клеток насмехался над Геносом, который остался без конечностей и пытался защитить Тацумаки, пока она была без сознания.

Это тот самый момент, когда я должен появиться через несколько секунд. Все эти монстры акцентировали внимание на мне, а герои посчитали, что я смогу победить без усилий.

Вопреки ожиданиям Кинга его материальная версия из недавнего прошлого... не появилась.

Что? Но почему меня тут нет?

Кинг шёл дальше, оглядываясь и пытаясь найти самого себя, не догадываясь, что тот не нашёл в себе смелости прийти и всё это время сидел дома.

Он дошёл до Атомного Самурая, который сражался с Бомжом Императором.

— Ну, как бы там ни было, это отличная тренировка, ведь начиная с этого момента мне предстоит убивать миллиарды людей, и будет паршиво, если это занятие мне быстро надоест.

— У... Учитель!

— Продержись ещё немного, Иайан. Он увидит, как быстро мой клинок выходит из ножен.

Атомный Самурай в прыжке разрезал следующую сферу Бомжа Императора, намереваясь прорезать и его самого, но клинок был остановлен Златоспермием — существом, сотканным из десятков триллионов копий своей слабейшей версии.

— Как-то ты изменился. Монстрофикация? Нет. Всё дело в этом мече. Что ж, позволь мне сломать его...

Едва успев это сказать, рука Златоспермия была ровно отсечена этим же клинком, который и блокировала эта рука. Сила клинка Ничирина, что был выплавлен на затонувшем континенте, далеко не бесплатна. От невероятной отдачи после использования Атомный Самурай упал на одно колено.

— Неужели меч настолько слился со мной?! Тц. Он почти полностью смог мной завладеть.

Бомж Император начал насмехаться над своим противником.

— Хех. Похоже, у этой силы есть свой лимит.

— Сейчас ты за это поплатишься.

Златоспермию не понравилось, что ему так просто отрубили руку из двенадцати триллионов клеток. Исход битвы был очевиден.

Злая Родниковая Вода вернулась на поле боя, в отличие от сильнейшего человека. Атомный Самурай со своим учеником Иайаном были бесследно испарены новой сферой Бомжа Императора. Подобная участь постигла всех, кто участвовал в этой операции.

Фактически, Ассоциация Героев была уничтожена незадолго до того, как охотник на героев Гароу вернулся, убив Уродливого Фюрера путём пронзания торса.

Через некоторое время из внезапно образовавшейся чёрной дыры вылетели Световой Флеш, Сайтама и Манако. В целом не так уж важно, что мелкий одноглазый монстр находился рядом с героем S-класса и Лысым Плащом B-класса, оставаясь в живых. Важно, что Сайтама победил всех монстров одним ударом, а их битва с Гароу прошла схожим образом. Сайтама отмотал время назад, к тому же моменту, что и в настоящей временной линии.

Это значит, практически все остальные герои, сражавшиеся с Ассоциацией монстров, остаются мёртвыми.

Вот что могло произойти, если бы я не пришёл. Значит, я действительно был им нужен...

Сильнейший человек не спасал мир напрямую. Он спас героев, которые спасали людей и сохраняли стабильность в этом мире. Ну, насколько это возможно.

Кинг закрыл глаза и глубоко вдохнул. Он снова почувствовал запах травы и свежий воздух, возникающий после дождя. Сильнейший герой открыл глаза и, повернув голову вправо, снова увидел Ехидну за столиком с чашкой чая.

— А не слишком ли просто ты проходишь эти испытания? Я, конечно, и так понимала, что ты их пройдёшь, но так неинтересно. Хм!

Ведьма Алчности в притворстве обиделась на Кинга в стиле цундэрэ и повернула голову влево.

— Уж извини, что сильнейшие ставят меня не просто наравне с собой, но и выше. Может, они и не совсем неправы на счёт того, что я могу быть сильным героем, но просто преувеличивают.

Семь ведьм за столом

— У тебя остались какие-нибудь вопросы ко мне? Или ты хочешь сразу перейти к другим ведьмам? Меня устроит любой ответ.

Ехидна, как и всегда, спокойно сидела и потягивала из чашки то, что привыкла называть чаем.

Не думаю, что мне сильно понадобятся точные знания о том, что происходило в этом мире четыреста лет назад, хоть это и интересно. Меня вполне могут заинтересовать лоли-бабки, но не в том смысле. О них я могу и от Бетти узнать.

— Единственный вопрос будет в том, почему ты так легко отвечаешь на мои вопросы и даёшь всё, что мне нужно.

На замечание Кинга Ехидна улыбнулась без капли тепла, но на вопрос пока не ответила.

— Этот момент я объясню, когда ты поговоришь с остальными.

И это всё, что я могу услышать сейчас. Ладно.

Сразу после этого Ведьма Алчности что-то прошептала с улыбкой на лице, чего Кинг не услышал, но внимательно смотрел и увидел, что она пропадает в темноте. Сильнейшему человеку это показалось странным, и он несколько раз моргнул, не веря своим глазам.

— И чё ты вы-ылупился?

— Чего?

На месте Ведьмы Алчности появилась маленькая девочка в белом платье с загорелой кожей и тёмно-зелёными короткими волосами.

— Я так понимаю, ты ведьма, как Ехидна. А я Кинг.

— Понятно... Так и буду тебя звать, Кингом. А я Тифон, Ведьма Гордыни!

Точно? Я ещё могу поверить, что она ведьма, но точно не в то, что она олицетворяет гордыню...

— Кинг... А ты плохой человек?

Размышления Кинга были прерваны странным вопросом со стороны девочки.

— Что?

Это явно не то, о чём она должна спрашивать в таком-то возрасте. Ей же в лучшем случае лет десять.

— Я спра-ашиваю, ты плохой человек? Или нет?

Вопрос от Тифон повторился и стал более настойчивым.

Кто-то говорил, что человек рождён во грехе, но я далёк от этих философских тем, а она уж тем более. Отвечу проще.

— Есть что-то, в чём я провинился, но не думаю, что это серьёзно, поэтому нет.

— Раз так, давай я сама проверю.

Ведьма Гордыни посмотрела в глаза сильнейшего человека и схватила его за руку.

Никогда бы не подумал, что начну испытывать такие тёплые эмоции к детям, хотя у меня есть Беатрис. За исключением того, что ей вообще-то четыреста...

— Лишь боль и страдания покажут твой грех.

Мысли Кинга оборвались ещё одним странным и неожиданным заявлением. Особенно странной ситуация стала, когда после этих слов ничего не произошло.

А в чём прикол?

— О! Похоже, ты даже не потрескался? Значит, ты всё же хороший человек. Я так этому рада!

— Я совершенно ничего не понял, но спасибо, наверное...

— Теперь моя очередь. Это так неудобно...

Пока Кинг не понимал, что хотела сделать эта девочка и в чём суть её проверки, она уже успела исчезнуть, и на её месте появилась девушка с фиолетовыми волосами и болезненно бледной кожей.

— Стоит ли считать это за везение? Тебе вроде ничего не сделали... Но ты встретил уже трёх ведьм... Так повезло только глупому Флюгелю и Рейду, палкой махающему.

— А ты случаем не Лень?

— Даааа, я Сехмет. Фффф... Так лень... Если хочешь, зови Ведьмой Лени. А можешь не звать... Мне лень. Ффф, устала я от болтовни. Давай помолчим немного, ладно?

— Да, давай.

Кинг согласился с Сехмет.

Непонятно, почему её наследник Петельгейзе, если он вообще не похож на лень. А вот она — другое дело. Похожа на меня до попадания в этот мир. Хотя даже я не лежал на полу, пока вёл диалог с кем-либо.

Прошла всего пара минут, как Ведьма Лени сменилась на новую девушку.

— И зачем я сюда пришла, если с тобой всё нормально?!

Теперь перед Кингом стоит девушка с длинными золотыми волосами, в короткой фиолетовой юбке и белой куртке. Она смотрела на Кинга яростным взглядом.

— Значит, ты точно Ведьма Гнева.

— Верно, я Минерва, называю себя Ведьмой Гнева!

Боюсь представить, какой была её способность. Уж точно не хотел бы с ней сталкиваться.

— Эй, ты ведь подумал о чём-то ужасном, да?!

Минерва разозлилась даже из-за мыслей Кинга, которых не слышала, и показала на него пальцем.

Она дуется так, будто старшекласснице не продали алкоголь.

— И ты продолжаешь это делать, игнорируя меня!

— Я просто думал, какая у тебя может быть сила, если ты должна олицетворять гнев.

— Мои удары спасут мир! Мой гнев очистит этот мир! Да, мои исцеляющие удары и праведный гнев могут это сделать!

Значит, целитель. Я до сих пор не понимаю, как работают её способности, но хорошо, что хотя бы в ней нет ничего страшного.

Кинг кивнул с лёгкой улыбкой, отчего Минерва смутилась и повернулась к нему спиной.

— В-в любом случае! Если ты цел, значит, мне тут делать нечего! Ты будто и не получал ранений, кроме этих шрамов на лице! Так и надо, не вызывай у себя ни царапины понапрасну! Это обещание, которое ты даёшь ведьме!

— Ни то что бы я собирался, всякое может случиться. А за нарушение обещания вообще что-то будет?

— Да там по мелочи. Но я всё равно тебя вылечу.

Она говорит так, будто я душевно больной. Но возможность исцеления звучит интересно, если побочных эффектов не будет.

На этот раз ведьма не поняла, о чём Кинг думал, и приняла это за молчаливую благодарность.

— Ну, до скорого!

Кинг моргнул, и замена ведьм на холме снова произошла. На этот раз это была девушка с длинными розовыми волосами, одетая в белую мантию с длинными рукавами. Её глаза были опущены так, будто она боялась смотреть на Кинга.

— Я в-ведьма Похоти... Кармилла. П-приятно... п-познакомиться...

Не похоже, чтобы она лгала. По крайней мере, она не тянет на Зависть и Чревоугодие, а представителей остальных грехов я уже видел.

— Понятно. Я Кинг. Если тебе не сложно ответить на мой интерес. Твоя способность в том, что ты можешь изменять свою внешность?

Типа, способность в том, чтобы соблазнять других людей. Ни то что бы полезно, но у меня других идей нет.

— Я н-не превращаюсь... Я в-выгляжу так, как другие х-хотят меня видеть...

— А, понятно.

На этот раз я не угадал, и способность противоположна той, о которой я подумал.

— Если т-ты не п-против, то я п-пойду.

— Да, конечно. Удачи.

Какая-то она слишком стеснительная. Будто просидела дома за играми не тридцать лет, а все четыреста.

Пока Кинг размышлял о его схожести с Кармиллой, вместо неё уже стояла...

Какого хрена она выглядит именно так?

Перед Кингом была ещё одна маленькая девочка, на этот раз прикованная цепями к гробу с лапками от многоножки, который напоминал железную деву.

— Ты сама себя на казнь отправляешь?

Очередная ведьма хотела что-то ответить, как вдруг начала задыхаться, болтая плечами в разные стороны, и выглядела уставшей.

— С тобой всё в порядке?

— В целом, да... Я п-просто устаю... Без еды...

Вот и Ведьма Чревоугодия. Хотя у меня других вариантов ответа и не оставалось. По сути, она одна из двух ведьм, к которой у меня остались вопросы.

— Тебе Ехидна печеньки на столе оставила.

Боюсь думать, из чего они состоят.

— Печеньки? Д-д-да, это неплохо. Очень неплохо... Вставь их мне в рот, пожалуйста. Ну же, давай быстрее... Ну, быстрее...

Кинг взял тарелку с печеньками, подошёл ближе к гробу Ведьмы Чревоугодия, уже собираясь положить печенье ей в рот.

— Ой, постой. Подожди немного.

— Что-то не так?

— Знаю, прозвучит странно, но если ты хочешь покормить меня, слишком близко не подходи. Когда ты слишком уж близко, твой запах меня напрягает.

— Мой запах?

Она про запах от Ведьмы Зависти.

— Да. Если мне понравится этот запах больше, чем печеньки, то это ничем хорошим не закончится.

— Только не говори, что ты собралась меня съесть?

Изначально Кинг хотел выдать это за шутку, но по быстрому кивку ведьмы в вертикально стоящем гробу было уже не до смеха.

— Судя по твоему запаху, твоё мясо такое сочное, а кости такие сладкие... Я точно уверена, что ты придёшься мне по вкусу. Так что, если подойдёшь поближе, я не удержусь и захочу съесть тебя...

Кинг сглотнул, затем резко сделал пару шагов назад и схватил печенье с тарелки.

— Лучше я буду бросать тебе эти печеньки, уж извини, если промахнусь.

— Ничего, бросай, как сможешь. Если что, я сама справлюсь. А твоё имя...

— Кинг.

— Дафна, Ведьма Чревоугодия, как ты уже понял.

Удивительно, но каждая печенька прилетала либо чётко в рот Дафны, либо рядом, и ей приходилось ловить их самой.

— Ммм... Знакомый вкус...

Всё-таки печеньки тоже из Ехидны, но эта девочка решила пощадить моё воображение, не сказав точный состав...

— Печенек больше не осталось. Ты не против, если я позадаю тебе вопросы?

— Да, конечно, Кинг.

А они все куда более адекватные собеседники, чем Ехидна, хотя я дольше всего общаюсь с Дафной, чем с остальными, поэтому не стоит судить.

— Что это за гроб? Насколько я помню, у них не должно быть лапок, как у какой-нибудь Многоножки-старейшины.

— Я не знаю, что за Многоножка-старейшина, но мне неудобно обходиться без средства передвижения, поэтому я его создала. Он такой милашка. Хороший мальчик.

Значит, это живое существо. Получается...

— Ты ответственна за создание Белого Кита и ещё двух стрёмных существ?

— Да. Кит, кролики и змей — все мои дети.

— Но для чего?

Сколько людей пострадало за эти четыреста лет из-за этих трёх хреновин демонического уровня и выше.

— Н-ну... Разве не будет приятным больше есть?

— А?

Она что, реально создала их только чтобы пожрать?

— Типа, кит большой, кролики бесконечно плодятся, а... На змее моя логика закончилась. И естественно, что они будут сопротивляться. Ты об этом думала, когда создавала этих уродов?

— Да. Меня не сильно беспокоит, как они там собираются охотиться. Я не собираюсь заниматься их воспитанием... А если и собиралась бы, то ещё больше бы захотела есть.

— Не могу не согласиться с мыслями об утолении голода, но не всё так просто.

— Может, тебе просто стоит почувствовать это на себе, Кинг?

Ведьма Чревоугодия вдруг наклонилась вперёд. Со звуком рвущейся бумаги она освободила себя от цепей. Оттолкнув их рукой, она опустилась вниз на своих двоих.

— Ненавижу ходить пешком... Сразу есть хочется.

И да, она начала задыхаться всего через два шага. На этот счёт у Кинга была своя мысль.

Может, не только Кармилла четыреста лет сидела дома.

Но Кинг всё равно стоял на месте, при этом понимая, что она хочет сделать.

— Хотела бы я тебя съесть, но похоже, на меня за это расстроятся... Ладно, думаю, за правый глаз меня смогут простить...

Она собиралась снять повязку со своих глаз, как услышала...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Я п-просто пошутила! Да, это всё была шутка! Пожалуйста, прекрати издавать этот звук!

После этого звук прекратился.

Теперь, когда я стал чуть более уверенным, мне даже нравится так прикалываться над другими. Главное, чтобы никто не узнал, что это всего лишь звук моего сердца, который я с недавнего времени могу воспроизводить по желанию.

— Я понял, что ты собиралась со мной делать, но тебе лучше больше не пытаться.

— Я п-п-поняла...

Ведьма Чревоугодия до сих пор боялась "двигателя Кинга", хотя звук не был продолжительным и исчез довольно быстро.

— Не бойся. Если ты не собираешься делать ничего странного, то и я не стану нападать.

— Х-хорошо. Ты х-х-хотел спросить ещё что-нибудь?

— Что нужно сделать, чтобы уничтожить кроликов и Чёрного Змея?

Ни то что бы я собирался с ними встречаться, но и так понятно, что с моей-то удачей это неизбежно. Лучше узнать заранее, чем потом в слезах убегать, если мне хотя бы на это смелости хватит.

— Кролики ведь такие слабенькие... И при этом так быстро размножаются. Можно сказать, моё лучшее творение. Чтобы съесть их, не оставив ни одного, тебе понадобится помощь многих людей. Всё-таки они даже не могут делиться из ничего.

— Значит, они будут размножаться, даже если останется только один? И двигаются ли они всей стаей?

— Точно. Пусть их и много, но сознание одно на всех. Так что они не разбегутся в случае чего.

Повезло, что у них так много недостатков. В таком случае что-то ещё можно придумать.

— Кстати, а сколько всего кроликов? Ясное дело, что у них есть ограничения из-за каннибализма, контролирующего численность...

— Откуда мне знать? Кинг, ты можешь посчитать количество песчинок в песчаных дюнах Аугрии?

Я даже не знаю, что это за место. Но в целом я понимаю, о чём она.

— Кинг, если ты не против, я исчезну, ладно? Даже поддержание формы пробуждает во мне голод.

— Да, удачи. Напоследок скажу, что Белый Кит умер от столкновения с деревом. И я думаю, что мы как-нибудь уничтожим ещё двух твоих зверей, если они к нам полезут.

Бетти же справится, верно?

— Странно. Кит был умнейшим. Но ты всё равно молодец. Попробуй, если сможешь.

Ведьма Чревоугодия загадочно улыбнулась перед исчезновением, и на её месте снова оказалась Ехидна.

— Надо же. Ты стал достаточно уверенным в себе, чтобы блефовать сильнее, чем раньше. Ты ощутимо вырос, хотя путь и не изменился.

— Я боюсь представить, что со мной могло произойти, если бы я этого не сделал. А теперь ты ответишь на мой вопрос?

Впервые за всё время их диалога Ведьма Алчности молчала дольше двадцати секунд. Она не была уверена, хороший ли сейчас момент для её предложения, но эта возможность точно была последней.

— Ты хочешь заключить со мной контракт, Кинг?

Чего?

— Ты ведь понимаешь, что Бетти после всего тебя точно не примет? Это даже не вопрос того, подходят ли под условия её контракта. И так понятно, что да.

— Насколько я понимаю, она смирилась с моими действиями ради знаний. А с тобой контракт будет совсем простым. Это знания в обмен на знания. Я постепенно расскажу всё, что знала при жизни, а ты будешь рассказывать мне о своём родном мире. Как тебе такая идея?

Ехидна поднесла свою правую руку, предлагая Кингу положить на неё свою.

Звучит-то неплохо, кроме того, что мне эти знания не особо нужны. И в любом случае...

— Даже если Беатрис будет терпеть тебя, меня она за такое издевательство точно не простит. А потому я вынужден отказаться.

Не говоря уже о том, что она четыре сотни лет манипулировала клоуном и ещё столько же заставила просидеть в библиотеке свою дочь. Хоть она и обозначила условия более чётко, она могла просто навалить мне ненужного мусора. На что она вообще рассчитывала?

Ехидна хотела попытаться оспорить это решение, но почувствовала всплеск жуткой энергии за спиной Кинга. Её глаза непроизвольно расширились, будто это удивление не было притворным.

Кинг обернулся, чтобы увидеть источник её удивления, а там стояла...

Эмилия в чёрном? А, нет... Ведьма Зависти.

Предназначение сильнейшего

Это была первая встреча сильнейшего человека с Ведьмой Зависти. Всего за месяц проживания в этом мире он уже наслушался о том, что она сделала в прошлом.

Естественно, большая часть была преувеличением, но вот момент с уничтожением половины мира...

— Значит, ты всё-таки прорвалась в мой замок снов... Ещё и лицо тьмой не скрываешь, как ты обычно это делаешь, Сателла.

У Ехидны был весьма враждебный взгляд, направленный на незванную гостью, которая ничего не ответила, будто и не замечала никого другого, кроме человека, на которого был обращён её взгляд.

— Ты никогда не задумывался над причиной попадания в этот мир?

Даже её мягкий и спокойный голос было тяжело отличить от Эмилии, не говоря уже о внешности. Единственное различие в одежде — чёрное платье, которое струилось вокруг её фигуры, будто живая тень.

— Мои размышления ни к чему не привели. По крайней мере до тех пор, пока я не узнал про тебя.

Я просто предполагал, что это Сателла, потому что она считается лучшей в магии инь, способной управлять пространством и временем, а ещё на мне её запах. Этих двух причин уже достаточно, но мне интересно, почему из всех людей именно я. Может быть, она просто оказалась слабее Сайтамы и не смогла призвать его, как хотела?

— Есть один человек, которого я люблю, и изначально хотела отправить его в этот мир.

Она ведь не про меня говорит. Значит, может быть два варианта.

— Не могла же ты по случайности перенести меня вместо него?

— Не могла. Перед тем как забрать своего любимого в этот мир, я решила не прислушиваться к Зависти и не спешить с его отправкой. Я заглянула в его ближайшее будущее и увидела...

Ей было тяжело давать хоть какие-то объяснения. Решив начать с самого главного, Сателла столкнулась со своими переживаниями, и после каждого слова говорить было всё сложнее. Её голос дрожал, а пальцы, сжатые в кулаки, побелели от напряжения.

— Как он умирает... Раз за разом... Пытаясь спасти тех людей, которые стали для него дорогими... И он забывал, что эта сила дана в первую очередь... Чтобы он спас самого себя...

Было заметно, что бедствие, уничтожившее половину мира, пытается сдержать слёзы, пусть и с успехом. Кинг тоже не остался к этому равнодушным. Ему было плохо с самой мысли, что кто-то может быть ещё более неудачливым, чем он сам.

Что значит «умирает раз за разом»? Типа, как в играх, когда умираешь и возрождаешься на автосейве? Хотя, учитывая, какой мир ему хотела предложить Сателла, это больше похоже на механику, где он будет возрождаться на ближайшем костре. Я бы ему не завидовал в подобной ситуации. А у меня из способностей — звук собственного сердца, который теперь можно вызвать просто так. Это наводит на мысль...

— Получается, что способность, получаемая от полномочия, будет зависеть от характера и желания пользователя?

— Да.

Девушка, которую все называли Ведьмой Зависти, смогла взять себя в руки. Обсуждение судьбы её возлюбленного отошло на второй план. Она выпрямилась, и в её глазах снова появилась та решимость, с которой она вошла в замок снов.

— Тебе, наверное, хочется узнать, почему именно ты был призван вместо него?

Кинг молча кивнул, не сводя с неё внимательного взгляда.

— В твоём родном мире уже есть человек, способный спасти его. А здесь не было никого. Две страны из оставшихся четырёх могут быть уничтожены в течение ближайших двух лет. Чтобы повысить шанс на сохранение мира, я выбрала героя из другого мира, которого называли сильнейшим человеком.

... Значит... И она такая же, как большинство. Или нет?

— Это ложь. Физически я самый обычный человек.

— Я знаю.

Чего? Тогда... Почему она это сделала?

Кинг начал активно потеть даже с учётом факта нематериальности его тела, что было замечено обеими ведьмами. Ехидна наблюдала с интересом, продолжая молча наливать себе чай, а на её губах расплылась едва заметная насмешливая улыбка. Сателла сразу объяснила смысл её действий, чтобы не вызвать лишнего недоразумения.

— Ты ведь и в своём мире попадал в такие ситуации. Но здесь... Они случаются намного реже. И их масштаб меньше...

Если так думать, то да. Она права. За последний месяц у меня только охотница за кишками, возможно, два раза. Далее стая проклинающих собак, дуэль с тем, кто называет себя лучшим рыцарем, Белый Кит и архиепископ Лени. В святилище ничего страшного пока не случилось. А в том мире... Серьёзная ситуация вроде и одна, но зато какая.

— Получается, что я должен сказать тебе спасибо. Действительно, проблем в целом стало меньше. Обычных монстров я не озвучиваю, но это происходило чуть ли не каждый божий день. Но действительно ли это было причиной призывать именно меня?

— Не совсем.

Так я и думал.

— В отличие от Субару, что бы ты ни делал, любые твои действия приведут к спасению этого мира.

Значит, того парня зовут Субару, понятно. Стоп, чё? Каким-то образом я при любых обстоятельствах могу спасти этот мир?

— Вижу, ты не понял моих слов. Дело в том, что я также существую в пространстве, отделённом от обычного течения времени. Оно для меня нелинейно.

Она объясняет это так, будто я должен всё это понять. Нет, я понимаю, но про альтернативные временные линии она могла сказать более простым языком.

— В своём возлюбленном я видела героя, спасшего мир. Видела короля с гаремом из кучи женщин. Видела архиепископа Гордыни, уничтожившего целую страну из-за своей одержимости, забыв про самого себя. Видела Короля Чисток, которого люди довели до такого состояния, что он не может никому верить и убивает сто двадцать шесть тысяч человек. Видела человека, который просто хотел жить спокойной жизнью и ушёл от всех проблем с одной из двух девушек, которых он любил. Видела человека, который потерял память и считал себя своей же фальшивой версией и убивал людей, которые его знали, чтобы вернуть себе память. Видела человека, до которого всё-таки смогли достучаться и заставить его жить, но он жил ради самих слов и был одержим девушкой, которая произнесла их перед смертью. И видела это...

Сателла обратила свой испепеляющий взгляд на Ехидну, которая в ответ просто улыбнулась, как ни в чём не бывало.

Я и так не хотел иметь с ней дело, но теперь, зная, какая она тварь... Я бы поскорее свалил отсюда.

— Значит, я каким-то образом могу только спасти этот мир, независимо от своих действий?

— Да. И я должна была сказать тебе раньше, но не могла из-за Зависти.

Сателла говорит это так, будто она и Ведьма Зависти — это разные люди. Я не понимаю.

— У тебя что, раздвоение личности? Раз ты говоришь о своём титуле как об отдельном существе.

— Это ещё одна причина, по которой я выбрала тебя. Что бы ты ни говорил, ты храбрый и сообразительный. И лучше тебе это принять.

Сателла говорила это достаточно настойчиво, Кинг просто не мог не подумать:

Они с Эмилией даже характерами похожи. Мир не сможет мне навязать, что эти девушки злые. Даже если одна из них уничтожила полмира. Вероятно, Сателла сделала это под давлением своей второй личности.

— Я рад, что ты побеждаешь свою образовавшуюся вторую личность. И меня интересует ещё один вопрос...

— Какой?

А Зависть точно не вырвется, если я так открыто начну этим интересоваться? Ай, уже поздно. Придётся спрашивать.

— Так что в итоге случилось с твоим возлюбленным? Сейчас с ним всё должно быть нормально.

В ответ Сателла помолчала пару секунд, после чего резко поглотила Кинга тенями.

Где я?

Кинг огляделся и повернулся на сто восемьдесят градусов. Вокруг была лишь бесконечная чернота, лишь впереди мерцал странный овальный силуэт.

Какое-то зеркало?

— С помощью него я и наблюдаю за своей любовью.

Кинг вздрогнул от резкого голоса Сателлы, появившейся за его правым плечом, но промолчал, предпочитая смотреть в пустой экран, по форме напоминающий зеркало. Сателла включила его с помощью маны, и на нём плавно появилось изображение.

В одном из переулков стоял парень лет двадцати, с густыми зачёсанными назад чёрными волосами и пугающими карими глазами, одетый в чёрно-оранжевый спортивный костюм. Он стоял, держа за руку голубоглазую девушку в чёрной толстовке. Девушка была намного ниже него — примерно полтора метра.

Сегодня мы без звука смотрим, да? Хотя за другими людьми следить в целом не очень, так что...

Парень другой рукой погладил девушку по чёрным волосам, отчего та улыбнулась, и они вышли из переулка, приближаясь к одному из двухэтажных домов.

Вот так и выглядит Субару, значит. А эта девушка больше похожа на Рем.

— Это должно будет произойти через два года. Сейчас он просто заперся у себя дома, как это бывает с парнями в вашем мире.

Значит, сидит дома с низкой самооценкой и играет в какие-то игры. Похоже на мою жизнь, но в куда лучших условиях.

Изображение пропало так же плавно, как и появилось. Сателла вытащила Кинга из своего сада теней, и он снова оказался в замке снов Ехидны.

— Ты не передумал на счёт контракта?

Сильнейший человек был сразу встречен Ведьмой Алчности, у которой были свои увлечения.

С тобой я больше не хочу общаться.

— Не передумал.

— Ладно.

— Так просто?

— Хоть я и разочарована, что не смогу узнать от тебя больше, это уже само по себе знание. Мне стоило умолчать о некоторых моментах и больше внимания уделить мимике.

Верно, но тебе это уже не поможет.

Перед окончательным уходом Кинга из замка снов его окликнула Сателла. Её голос звучал мягко, но в нём слышалась неподдельная искренность, которая тронула Кинга до глубины души.

— Пожалуйста, не ставь себя ниже остальных. В тебе могут видеть сильнейшего, могут видеть неуязвимого, могут видеть опору, но ничто не мешает тебе опираться на других так же, как они опираются на тебя — всё честно. Сражайся вместе с ними с максимальной отдачей, не рассчитывая только лишь на удачу, и помни, что всегда есть люди, которые будут любить и уважать тебя.

Замок снов начал разрушаться. Голос Сателлы становился слабее, а Кинг был рад, что есть ещё один человек, который принимает его отсутствие силы и помогает ему жить лучше.

— И в один момент, не смотря ни на что, приди... И убей меня.

Раз я продолжаю играть роль героя, то мне нельзя убивать. Поэтому я должен попробовать спасти тебя.

Кинг отказался от предложения Сателлы и поступил как подобает герою S-класса.

Моментальное возвращение

Сильнейший человек открыл глаза после двух не таких уж и тяжёлых испытаний. Вокруг снова была холодная темнота гробницы, но теперь она не казалась такой пугающей.

Я думал, будет намного сложнее. На этот раз мне по-настоящему повезло со сложностью. Пора поскорее выйти из этой гробницы. Больше не хочу сюда заходить.

На выходе из гробницы его ждали всё те же люди, но с эксцентричным дополнением. Воздух был свежим, и Кинг с удовольствием вдохнул его полной грудью перед своим вопросом.

— Розвааль тоже пришёл поболеть за меня?

— Ты соверше-е-енно прав. Как я могу не болеть за того, кто помо-о-ожет мне выполнить мою скромную це-е-ель.

Теперь он просто делает вид, что не слышал мой ответ.

Кинг скрестил руки на груди, давая понять, что разговор на эту тему окончен.

— Забывая об этом чёртовом клоуне, насколько хорошо справился мой начальник?

Гарфиэль на все сто процентов уверен, что испытания были пройдены. Его больше интересует более точный ответ от Кинга. Парень нетерпеливо переминался с ноги на ногу, явно сгорая от любопытства.

Этот парень ни на секунду не сомневается в своём здравомыслии, да? Хотя он прав.

— Два испытания я прошёл. На втором показывали различные версии того настоящего, которое у меня могло быть.

От этих слов стало плохо самому Кингу. Он на мгновение прикрыл глаза, прогоняя образы недавних коллег по работе.

Даже не хочу вспоминать последствия того, что может случиться, если я не буду участвовать во всех событиях. Мне нужно стать сильнее и стоять увереннее.

— Прошу прощения, что так прерываю, Кинг-сан, но...

— А ты ещё кто такой?

Ответ сильнейшего человека заставил торговца смутиться, и только он хотел начать ныть, как Кинг продолжил.

— Просто шучу, Отто.

Это не остановило его от того ответа, который он хотел высказать. Торговец даже подпрыгнул на месте от возмущения.

— Кинг-сан, это было вообще неуместно! Неужели вы забыли про нападение на особняк?

Ой, точно.

Кинг почесал затылок, чувствуя себя немного виноватым за эту неудачную шутку.

— Н-нет, я не забыл про скорое появление убийц на своём месте жительства.

Вот чёрт. Если они уже пришли, я надеюсь, Вильгельм справился с ними. В ином случае...

Подрядчик, Эмилия уже проснулась, в самом деле.

А? Сейчас подойду.

Кинг тряхнул головой, отгоняя тревожные мысли.

— Бетти сказала, что Эмилия проснулась.

Сразу после этих слов рыцарь быстрым шагом пошёл к дому, в который Рам её занесла. Вся группа последовала за ним, оставляя позади гробницу, где только что были пройдены два испытания.

Через пять минут они стояли у входной двери. Кинг поднял руку, чтобы постучать, но дверь открылась сереброволосой девушкой с другой стороны.

— Кинг!

Эмилия отпустила руку Беатрис и в следующую секунду сжимала Кинга в объятиях. Её пальцы вцепились в его рубашку так сильно, будто она боялась, что он исчезнет.

Она меня задушить пытается?

Кинг похлопал Эмилию по плечу свободной рукой, и та отпустила его, подумав, что сейчас не время для подобных действий. Она не могла и подумать, что способна удушить сильнейшего из людей.

Эмилия уже во второй раз попадает в ситуацию, когда все видят её отношения со своим же рыцарем, хотя в этом и нет ничего плохого. Она прокашлялась перед тем, как ответить на неозвученный вопрос.

— Не беспокойтесь. Я помню, что Пак ушёл. Я столько всего вспомнила, как проснулась. Простите, что показала себя не с лучшей стороны. Теперь я смогу пройти испытание.

— Испытания.

Эмилия с заинтересованным взглядом наклонила голову влево, думая, что ей просто послышалось уточнение Кинга.

— Их три. Нужно пережить прошлое, настоящее и будущее.

— Откуда ты...

Кинг их прошёл...

Полуэльфийка разочаровалась и опустила голову, но сильнейший человек поднёс руку к её подбородку и поднял голову обратно на уровень глаз. Его прикосновение было твёрдым, но не грубым.

— Я прошёл только два ради собственного развития. Было бы неуважительно делать всё за тебя. Так что не грусти. Мы все верим, что ты справишься с этими испытаниями. Верно?

Кинг повернул голову влево и посмотрел на оставшуюся группу, состоящую из Фредерики, Гарфиэля, Рам, Отто и Розвааля. Все они с улыбкой кивнули в ответ на вопрос Кинга. Даже маркграф с этим согласился.

Ну да. Вообще мне нужно кое-что уточнить у него.

— Нам с Бетти пора отправляться к особняку. Желаю тебе удачи, Эмилия.

Полуэльфийка глубоко вдохнула и спокойным шагом пошла к гробнице. На одном расстоянии с ней выдвинулась оставшаяся группа поддержки, за исключением Отто и Розвааля, стоявших позади Кинга и Беатрис.

— Кинг-сан.

Торговец явно хотел что-то сказать. Герой S-класса обернулся на голос неудачливого торговца.

— Ещё перед выездом я попросил пару жуков понаблюдать за особняком в течение нескольких дней. Они прилетели в тот же момент, когда вы начали проходить испытания, и сообщили, что двое убийц и куча зверодемонов атаковали жителей особняка. Само возвращение у жуков заняло два часа.

Куча зверодемонов и двое убийц? Они же могут оказаться...

— Жуки дали описание внешности этих двоих?

— Одна — девочка лет двенадцати с волосами синего цвета, уложенными в косичку, а другая — высокая открыто одетая девушка с двумя изогнутыми ножами.

Кинг медленно выдохнул перед следующим ответом.

— Понятно.

В том особняке я оставил только Рем и Вильгельма. А что, если они уже мертвы? Эти двое ещё могли справиться с охотницей за кишками, но они никак не справились бы с кучей собак, если она хотя бы вдвое больше той, что была направлена на меня.

Кинг начал серьёзно беспокоиться за безопасность людей, которым он доверял. Его «двигатель» хотел активироваться, но был остановлен Беатрис, крепко сжимающей руку героя.

— Ты слишком недооцениваешь способности этих двоих, в самом деле.

— Да, ты права, наверное.

Кинг сделал паузу для глубокого вдоха и успокоения своих мыслей. Он провёл рукой по лицу, стирая выступивший пот.

— Спасибо, Отто. Я бы хотел выдвинуться прямо сейчас. А Розваалю я расскажу очень интересный факт после того, как всё закончится.

Этому ублюдку просто необходимо узнать, что его все эти четыреста лет водили за нос. Сначала его основательно изобьют, а уже потом можно и его мечту сломать.

В мыслях Кинга не было и капли удовольствия. Только справедливая плата за весь тот стресс, что клоун заставил его пережить. И это не говоря о тех поступках, что были совершены до этого.

Пока Кинг шёл к месту отдыха земляных драконов, он не заметил, как ударился об торговца, прикрывшего ему путь своим телом.

— Как бы вам сейчас не хотелось отправляться к особняку, боюсь, ни Фруфу, ни Мари не справятся с тем, чтобы в тот же день вернуться обратно.

Кинг посмотрел на Отто своим стандартным для таких ситуаций выражением лица. Абсолютное спокойствие и резко сузившиеся глаза.

Неужели он собирается убить меня за отказ в подготовке драконов к возвращению? Нет, говорят, Кинг-сан добрый человек, но тогда почему... А... Где он?

Чего ни торговец, ни придворный маг не могли ожидать, так это резкого исчезновения сильнейшего человека и великого духа. Розвааль особенно напрягся в этой ситуации.

По этой причине он был абсолютно спокоен? Кинг понемногу раскрывает мне свою силу, словно показывает, что я никогда не мог даже приблизиться к такой силе. Уверен, он смог бы победить и Гектора...

Пока Розвааль и Отто провожали внезапно исчезнувших Кинга и Беатрис, Эмилия уже подходила ко входу с группой поддержки.

Испытание... Это не вопрос того, могу ли я пройти его. Я обязана его пройти, и я смогу это сделать.

— Леди Эмилия. Перед тем, как вы войдёте, Рам хочет кое-что сказать вам.

Фредерика окликнула морально готовую Эмилию. Та повернулась, готовая слушать.

— Леди Эмилия. Я прошу вас простить мою дерзость. Если быть совсем честной, я сомневалась, что вы когда-нибудь сможете набраться решимости и сделать что-то самостоятельно.

— И моя гордая ученица только сейчас вспомнила, что леди Эмилия — её хозяйка.

— Тц.

Рам молча бросила грозный взгляд на Фредерику, понимая, что её нельзя просто так заткнуть, но и ответить ей тоже нечего.

А меня, удивительного, она бы точно заткнула.

Гарфиэль не решался сказать то же самое, что и его сестра.

Не обращая внимания на Гарфа и Фредерику, Эмилия удивилась неожиданным словам розоволосой горничной. Обычно та практически никогда не признавала своих ошибок. Нет, бывали ситуации... С Кингом.

— Да. Извини, что была такой недотепой

— Всего вам наилучшего, леди Эмилия. Я буду ожидать вашего возвращения.

Рам поклонилась. Не безупречно, как её сестра, но хорошо.

Эмилия наконец повернулась обратно к гробнице и вошла.

В то же время

— Гх-кх!

— Уг-х!

Сильнейшего человека и великого духа синхронно вырвало в зале. Кинг едва успел наклониться, чтобы не испачкать одежду.

Ой... Это и с кровью...

Кингу полегчало, и он смог разглядеть свой завтрак с небольшим количеством красного цвета, которого точно не было в рационе.

— Это и есть плата за новую способность подрядчика, я полагаю... Уг-х!

Беатрис до сих пор не отошла от побочного эффекта полномочия Лени. С виду её просто выворачивает всухую, но по сути её рвёт маной.

— Кинг, с вами всё в порядке?

— А, да. Просто побочный эффект...

Она до сих пор не ушла?

Кинг с удивлением уставился на Круш и был удивлён тем, что она всё ещё находится в особняке, но, посмотрев на Демона Меча в потрёпанной одежде с кучей порезов, всё встало на свои места.

Значит, Вильгельм решил осведомить остальную часть своего лагеря. За это я могу только поблагодарить его.

Мужская, но скрывающаяся под женскую пара рук прикоснулась к спине опустившего голову Кинга, и через секунду он почувствовал облегчение от этого тепла.

— Кинг-сама.

Кинг поднял голову и увидел Рем, которая только закончила лечить Беатрис и держала в руке стакан воды.

— Спасибо.

Кинг поднялся, взял воду и сделал пару небольших глотков. Жидкость приятно освежила горло, смывая остатки горечи.

Через пару минут тошнота отпустила его достаточно, чтобы спокойно вести диалог.

— Что там с теми убийцами?

— Рем поймала девочку, и она сейчас спит в темнице под особняком, а труп охотницы за кишками лежит в соседней комнате. Что делать с девочкой, решать вашему лагерю, Кинг-доно.

Вильгельм объяснил ситуацию со спокойным голосом и ровным дыханием.

Похоже, прошло довольно много времени.

— Сегодня мне повезло узнать, что вы можете моментально перемещаться на такие расстояния.

— Сколько ещё способностей ты скрываешь, ня?

Феликс согласился с заявлением своей госпожи.

— Я только недавно узнал о возможности телепортироваться.

Буквально только что, между прочим. Надеюсь, следующие телепортации будут поприятнее. Думаю, обратно мне придётся вернуться тем же методом.

Гости особняка

Через несколько минут после отъезда Кинга и его группы Вильгельм собрал всех оставшихся в зале особняка Розвааля.

— Три дня назад перед сном Кинг-доно попросил меня защитить всех, кто останется в этом особняке.

На несколько мгновений в зале повисла тишина. Остальные члены группы обдумывали слова Демона Меча. Первым в максимально позитивном тоне поинтересовался Феликс:

— Старик Уилл, только не говори, что Кинг и нападение на особняк во время его отъезда может предвидеть.

— Боюсь, что так.

В отличие от Феликса, в тоне Вильгельма не было места для юмора. Его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах читалась серьёзная оценка ситуации.

— Это же абсурд, ня!

Остальные проигнорировали импульсивное высказывание Феликса, насколько справедливым бы оно ни являлось.

— Значит, Кинг-сама верит, что Вильгельм-сама способен защитить особняк в одиночку.

— Думаю, Кинг-доно переоценивает мои возможности.

Вильгельм ответил на заявление Рем, которая сидела за одним столом со всеми — что ещё месяц назад считалось чем-то немыслимым, но теперь является нормой.

— Кинг располагал информацией о том, кто это должен быть?

Круш сразу задала дельный вопрос, не зная, как скоро это нападение должно произойти.

— Кинг-доно не знает наверняка, кто это может быть, но на всякий случай рассказал мне о полуобнажённой охотнице за кишками и маленькой девочке с Божественной Защитой Демонического Манипулирования.

Новая информация образовала ещё одну волну молчания в зале. Двое убийц, каждая из них и по одиночке доставляет проблем, но если их поставили работать вместе...

— Теперь понятно, почему Кинг-сама оставил нас следить за особняком.

Рем позволила себе фразу с лёгкой улыбкой, что осталось непонятным для остальных.

— Ферри не понимает, как ты можешь оставаться оптимистичной, когда такие убийцы нападут в неизвестное нам время.

— Должно быть, Кинг отправился сражаться с чем-то худшим.

Круш быстро оправдала действия Кинга и спокойствие Рем, на что последняя согласилась.

— Кинг-сама с остальными отправился в одно место, о котором никому вне лагеря леди Эмилии нельзя рассказывать. Он специально забрал большую часть лагеря, чтобы они не мешались в битве против охотницы за кишками, а со своей задачей может справиться и сам.

В это время Демон Меча молча концентрировал всё своё внимание на окружении. Беседа продолжалась, не обращая на него никакого внимания.

— И откуда он только взялся со всеми этими подвигами и информацией?

— Как и ожидалось от Кинга-самы.

Рем ответила на вопрос Круш так, будто для Кинга это было в порядке вещей. Она действительно верила в сильнейшего человека несмотря на то, что уже слышала всю правду о нём. Но в это откровение просто невозможно поверить после всего, что он сделал.

В заявление горничной поверила ещё одна девушка, которая была близка к тому, чтобы выпустить кишки Феликса, но её нож кукри был заблокирован обычным мечом Вильгельма.

— Мне вот тоже интересно знать его секреты, но похоже, что напрямую поинтересоваться я не смогу. Какая жалость.

Она с садистской улыбкой лизнула лезвие ножа, глядя на остальных.

— И насколько давно эта сука следила за нами?!

Удивительно, но этот вопрос был озвучен двумя людьми одновременно. Хотя бы здесь синеволосый они и лучший целитель королевства сошлись в мыслях.

— Примерно с вопроса о том, есть ли у сильнейшего человека информация о нас. На прошлую встречу он предложил мне Святого Меча, а сейчас предо мной синеволосый они, Демон Меча, Валькирия и целитель с титулом Синего. Я вся горю от нетерпения, чтобы посмотреть, как выглядят ваши...

Слова Эльзы оборвались пробитием стены огромным существом с львиной головой, лошадиным туловищем и змеиным хвостом. На странном существе сидела маленькая девочка, и группа из Рем и отряда Круш оказалась окружена.

— Эльза! Если мы не покончим с ними сейчас, к нам опять придёт тот страшный мужчина!

— Какая досада. Младшая сестра не даёт мне поиграться...

Слова охотницы за кишками снова были прерваны пробитием стены, но на этот раз Вагпигом — существом, похожим на бегемота, но вдвое больше и с твёрдой как камень кожей.

— Ты это специально, да?

— Прости, Эльза, но это действительно серьёзно.

Охотница за кишками закатила глаза, окончательно потеряв концентрацию, и едва заметила, как Вильгельм отрубил ей голову. Поскольку её руки были опущены, она не успела заблокировать удар меча и без головы упала на пол с чётким стуком.

Вильгельм повернулся в сторону Мейли и, как она думала, собирался напасть на её Вагпига. Это дало восстановившей свою голову Эльзе шанс нанести удар по знаменитому Демону Меча. Поэтому она недоумевала, когда тот резко развернулся и отрезал ей кисть левой руки, не забыв уклониться от удара правой.

— Значит, ты с самого начала знал и про мою регенерацию.

— Кинг-доно был серьёзен, когда упоминал о твоём побеге от моего внука.

— Вряд ли это можно назвать побегом. Сам сильнейший человек позволил мне уйти, и возможно, что он готовил меня именно к этому поражению. Иначе сюда пришла бы моя мать.

Пока Вильгельм поддавался на диалог с Эльзой, чтобы она успела отрегенерировать левую руку, Рем и Круш уже отошли достаточно далеко и сражались со зверодемонами Мейли.

Было бы не так уж тяжело вести борьбу против двух огромных зверей, едва способных мыслить и только следующих приказу убить свою цель... Если бы их было только двое. Прямо сейчас Круш сражалась против десятков, если не сотни более мелких зверодемонов, отвлекая их внимание на себя и оставив двух гигантов на Рем.

— Удар сотни!

Круш объединила магию ветра и свои навыки владения мечом и создала невидимое лезвие, разрезавшее десяток чёрных крылатых крыс. Ещё один «Удар сотни» был направлен на отряд змей с тёмным телом толщиной в человеческую руку и одно существо, напоминающее гиену.

Все эти существа должны были помогать Гилтилоу и Вагпигу в нападении на Рем, которой только и оставалось уклоняться от двух существ, нападающих по очереди. Крепкий Вагпиг в теории мог быть пробит демонической силой при высвобождённом роге, но быстро и бесшумно передвигающийся Гилтилоу мешал этой проверке.

— Ну почему вы двое не хотите, чтобы эти двое милашек вас съели? Мне действительно придётся направить сюда всех...

На другом конце коридора лежал искусанный гиенами, змеями и крылатыми крысами Феликс. Благодаря своей регенерации он не умер, а всего лишь ощущал, как ему снова и снова откусывают конечности, — как если бы это был Великий Кролик, но милосерднее. От целителя отрывали большие куски, а не отъедали понемногу.

Постепенно, с криками, оповещающими о невероятной боли, но незамеченными остальными, он убил почти всех зверей, направляя свою ману в тела тех, кого касался руками, и таким образом нарушал работу их органов. Зверодемоны падали замертво.

Единственной проблемой были крылатые крысы из-за своих размеров. Феликсу пришлось дождаться почти полной регенерации, чтобы встать и достать кинжал. По сути, он атаковал их так же, как если бы пытался убить муху мухобойкой. Только эти существа летели не от него, а на него.

— Это бесполезно, ня!

Спустя несколько попыток Феликс понял, что он просто не способен успеть пронзить летающих крыс быстрее, чем они начнут впиваться в его тело. Тогда он выкинул кинжал и начал хватать впившихся в его плоть крыс обеими руками, применяя всё тот же метод для их устранения. Тела этих существ буквально ломались изнутри.

Эта боль была весьма сильной, но точно не хуже, чем сидеть в подвале без еды на протяжении девяти лет по настоянию родителей — что мягко сказано.

Синий сделал пару глубоких вдохов, поднял и вложил обратно свой кинжал, глядя на то, как его леди вместе с горничной этого особняка сражается с двумя гигантскими зверями, и отчётливо слыша звуки приближающихся зверодемонов позади себя.

Эта девочка действительно способна управлять таким количеством зверодемонов? Ненавижу.

Была ненавистной для Феликса сама Мейли или только мысль о том, что его леди может пострадать, — не совсем понятно.

Он подошёл ближе и наблюдал, как Рем и Круш сражаются с Вагпигом, пока Мейли сидела на Гилтилоу. Это существо с головой льва даже не обнаружило приближение котомальчика. Настолько его шаги были тихими, а запах собственной крови на его теле и внутренностей десятков более мелких зверодемонов на полу, стенах и потолке сделали Феликса незаметным.

Феликс приложил руку к хвосту Гилтилоу, и в следующую секунду тот упал без возможности встать. Все его нервы были сожжены.

Падение зверодемона привело к тому, что Мейли упала с него на пол.

— Ой-ой-ой...

Высота не была большой, но достаточно неприятной, чтобы отбить себе пятую точку. Жалобы Мейли были прерваны Феликсом, который схватил её и уже собирался применить тот же трюк с обездвиживанием, но получил удар лбом, что привело к перелому носа котомальчика и освобождению девочки из его рук.

Неудивительно, но Мейли решила сразиться с целителем, а не убегать. Неудивительно это только по одной причине.

— Говорят, что котёночек слабейший как среди рыцарей, так и среди людей. Проверим, так ли это.

Всё правильно, Мейли решила унизить лучшего целителя королевства в отместку за её любимого зверя.

Унижение началось с двух метательных ножей, попавших в его лёгкие. Феликс пытался вытащить ножи с едва сдерживаемым болезненным стоном, но Мейли зашла ему за спину и пнула подколенную ямку. После того как целитель упал на колени, укротительница зверей толкнула его, и он рухнул на пол. Ножи вошли ещё глубже, пронзив лёгкие насквозь.

Феликс встал, не понимая, почему Мейли не помешала ему, вытащил ножи и начал свой процесс регенерации. Всё прошло как обычно, но...

Почему я не могу двигаться?!

Ещё через секунду целитель словил судорогу по всему телу и упал на спину. Всё, что ему оставалось, — это корчиться от боли без возможности кричать. Ему едва хватило сил, чтобы перевести взгляд на Мейли. В его глазах так и читалось требование объяснить, что она сделала.

— О, это? Парализующий яд. Он работает не так, как обычные. По сути, он ничего смертельного с тобой не делает, а просто блокирует передачу сигналов твоего мозга, из-за чего ты и не можешь двигать телом следующую пару часов. Если попытаешься, почувствуешь боль. Так это объяснила мать. Жаль, что с тобой скоро всё будет нормально, но этого времени должно хватить, чтобы справиться с остальными. Бывай, котик.

Мейли только повернулась в ту сторону, где сражался её Вагпиг, и уже двинулась к нему, продолжив вызов других зверодемонов, но довольно поздно заметила сначала его лежачее положение, а потом поняла, что не может двигаться.

— Это... Ц-цепь?!

Маленькое тело Мейли было обвито цепью, и в следующую секунду она потеряла сознание.

— Хорошая работа.

— Рем рада, что с Круш-самой всё в порядке.

Было рискованным действием оставлять Круш одну против такого крепкого и огромного создания, которое без контроля Божественной Защитой будет атаковать всё, что движется. Но риск оправдался. Теперь оставалось только убить всех зверодемонов, что уже были призваны.

— Без двух гигантов демонического уровня это будет намного проще, но... Всё равно слишком много...

Рем уже заразилась терминами из мира Кинга и уверенно использовала их.

В другой части особняка, с куда меньшим ущербом для здания, знаменитые Демон Меча и охотница за кишками продолжали сражаться.

— Я родилась на севере. В той холодной стране, Густеко.

Эльза рассказывала свою историю, продолжая отскакивать от стен как попрыгунчик и атаковать Вильгельма, на форме которого виднелись несколько неглубоких порезов и тёмных пятен.

— Люди были настолько бедными, что многие семьи бросали своих детей на произвол судьбы. И я была одной из них... не знавшей своих родителей... и пьющая воду из луж в надежде не умереть.

Вильгельм молча заблокировал колющий удар с левой руки Эльзы, но не полностью уклонился от рубящего с правой, и этот удар оставил тонкий порез на его торсе, не задев мышцы и органы.

— Я выживала, обворовывая людей. У меня не было семьи. Для чего я вообще родилась? Что значит «радоваться жизни»? На эти вопросы тогда я бы не смогла дать ответ.

Вильгельм отклонил тело достаточно, чтобы колющий удар в шею не достиг своей цели, но пронзил левое плечо. Вместо того чтобы снова отрезать застрявшую руку Эльзы, Демон Меча нанёс точный сквозной удар в глаз, пробив мозг.

Вильгельм заметил, что его противник перестал двигаться, и вытащил меч, что было ошибкой. Тело Эльзы начало падать, но её нога резко двинулась и попала по груди, впечатав пожилого джентльмена в стену и оставив на ней несколько трещин. Этот удар сломал пожилому мечнику три ребра.

— Аааа, это замечательно. Сколько ни режь меня, мои раны затягиваются. Ты же, в отличие от меня, продолжишь накапливать раны, капля за каплей, удар за ударом. И когда твои силы наконец иссякнут, я полюбуюсь твоими внутренностями.

Она с ухмылкой облизнула один из ножей, на котором было достаточно крови.

— Этой леди не кажется, что она позволяет себе слишком много разговоров во время боя?

Вильгельм встал, даже не опираясь на свой меч.

— Я не люблю сражения почём зря, но если следовать твоей же логике, то ты портишь сам процесс своей историей.

Он указал на неё пальцем, будто обучая её.

— Твоим противникам должно быть всё равно, кто ты и какая у тебя предыстория. Важнее то, что ты враг и тебя нужно порубить на куски, проклятая кукла.

— Ооо, так ты в подробностях знаешь, кто я.

После этих слов Вильгельм оказался позади Эльзы и собирался нанести рубящий нисходящий удар, но Эльза снова отпрыгнула от стены.

Демон Меча ожидал новой быстрой атаки от охотницы за кишками, но она дальше перемещалась по стенам, развивая более высокую скорость. Вильгельм до сих пор мог за ней угнаться, но не было смысла смотреть за её движениями глазами. Эльза собиралась насквозь проткнуть его кишки, но её рука была перехвачена рукой Вильгельма. Этого времени хватило, чтобы разрезать её тело по диагонали.

Кинг-доно не предупреждал, что она способна развить такую скорость. Но мне просто нужно рубить дальше, и её регенерация должна прекратиться.

Вильгельм пнул тело, которое теперь было разделено на две части. Он собирался разрубить верхнюю часть надвое, начиная с головы, но столкнулся с сопротивлением. Тело Эльзы продолжало жить, хоть и с очень медленной регенерацией. Руки не хотели отпускать кукри и заблокировали удар, который оказался не таким, как обычные. В этот был вложен весь вес. Тело Эльзы начало прогибаться, пока она не отклонила свою верхнюю часть тела и не отпустила один из ножей. Удар Вильгельма не достиг цели.

Эльза воспользовалась этим мгновением и оттолкнулась рукой от пола, отскочив к стене, после чего оттолкнулась от этой стены той же рукой и приземлилась рядом со своей нижней половиной. Вильгельм не понимал, что она делает, пока не увидел, что она приземлилась к своим ногам и присоединила их обратно.

Возраст подводит этого старика.

Теперь Эльзе было не до веселья. Она была очень зла на то, как всё обернулось.

Мой заказчик специально это подстроил? Но для чего?

Учитывая, что её заказчик — эксцентричный придворный маг, любящий одеваться как клоун, это предположение имело смысл. Но точного ответа она уже не получит.

Вильгельм заблокировал очередной удар ножа Эльзы и заранее понимал, что она снова собирается отпрыгнуть от стены и устремиться к нему с новой скоростью, и позволил ей это. Эльза не поняла, почему Вильгельм уступил ей, но не предала этому значения. Она со всей силы оттолкнулась от стены и решила влететь ногой ему в голову со всей возможной скоростью, прокручиваясь, как спиннер.

Чего она не знала, так это того, что она стала намного медленнее, чем была в начале боя.

Уже выставив ножи с двух сторон и готовя один для колющей атаки, а другой для защиты от меча, она поняла, что он собирается рубить не горизонтально...

Эльза Гранхиерт была идеально разрублена надвое восходящим ударом. Обе её половинки упали с разных от Вильгельма сторон.

Он не спешил протирать меч и убирать его обратно в ножны. Демон Меча смог выдохнуть и убрать свой меч только через несколько минут, удостоверившись в том, что регенерация Эльзы перестала работать.

Интересного противника ты предложил этому старику, Кинг-доно.

Через пару минут Вильгельм вернулся в зал, в котором начинался их диалог, и увидел, как Рем и Круш спокойно и без слов пьют чай. На другом диване лежал Феликс, который, как изначально казалось, спал. Рядом с ним сидела Мейли, но не могла двигаться она уже из-за цепи, сковывающей её тело, а не из-за парализующего препарата.

— Вильгельм-сама справился раньше, чем Рем думала.

— Насколько сложным противником она была?

Круш и Рем не показывали волнения, хотя определённо волновались за своего знакомого и подчинённого. Они знали, что Демон Меча обязательно выживет. В конце концов, Кинг не мог ошибиться с выбором.

— Пара переломов, сквозное отверстие и немало лёгких царапин.

Следующую часть фразы Вильгельм произнёс больше с юмором, чем с обидой, когда он сражался, пока они пили чай.

— Могли бы и помочь старику в этом бою.

Конечно, он знал, что в закрытом помещении эти двое мало чем могли помочь со своими боевыми стилями, но всё же.

Рем уже оказалась возле Вильгельма и начала применять магию исцеления. Через пару секунд Вильгельм чувствовал себя так, будто он и не сражался насмерть с самой знаменитой убийцей этого мира.

Кстати о ней. Никто не заметил, как она молча подпрыгнула и метнула свой нож в спину Вильгельма. Тот успел понять, что происходит, но не стал уклоняться. Ножу не хватило скорости, и он вонзился в ножку стола.

Вильгельм обернулся и увидел, что Эльза снова жива, но что-то было не так.

— Значит, ты и после смерти не можешь оставить этот мир.

Вильгельм посмотрел на неё. Пустые и безжизненные глаза и тело, которое срослось лишь достаточно для того, чтобы двигаться. Сам разрез до сих пор был заметен, и её голова разделена на две половины, каждая из которых свисает со своей стороны.

Вильгельм молча пнул ходячий труп, и тот отлетел обратно в коридор, врезался в стену и больше не встал.

Желательно было хотя бы перенести труп, чтобы он не мозолил глаза и не вызывал отвращение у гостей, которым лагерь Круш и являлся.

Этим занялся пожилой джентльмен. Пока что он просто перенёс труп в ближайшую комнату и вернулся в зал.

Вильгельм присоединился к чаепитию.

Час спустя

Мейли до сих пор спала, а паралич Феликса уже прошёл. Теперь четверо сидели за столом и не заметили, как Кинг и Беатрис буквально телепортировались в их комнату из святилища. Они обратили на это внимание только после первых звуков с их стороны.

— Гх-кх!

— Уг-х!

Круш обеспокоенно окликнула сильнейшего человека и великого духа, пока Рем и Феликс подходили к ним для наложения исцеляющей магии.

— Кинг, с вами всё в порядке?

— А, да. Просто побочный эффект...

Кинг с удивлением смотрел на Круш, думая, почему она ещё здесь, но у самой Круш были другие мысли.

Он так удивлённо смотрит на меня, потому что я застала его в этот момент слабости? Ничего страшного. У всех людей есть свои проблемы. Это лишь доказывает человечность Кинга.

Валькирия собиралась сказать это вслух, но его уже окликнула Рем, стоящая со стаканом воды.

— Кинг-сама.

Удивительно, но кувшин с водой, который с самого начала дня стоял в зале, не разбился и едва сдвинулся со своего места во время такой разрушительной битвы.

— Спасибо.

Кинг поднялся, взял воду и сделал пару небольших глотков.

Через пару минут тошнота отпустила Кинга и Беатрис достаточно, чтобы они смогли вести диалог. Кинг сел на освободившееся место, которое было освобождено Феликсом.

— Что там с теми убийцами?

— Рем поймала девочку, и она сейчас спит в темнице под особняком, а труп охотницы за кишками лежит в соседней комнате. Что делать с девочкой, решать вашему лагерю, Кинг-доно.

Пока Кинг расспрашивал всех о произошедшем в особняке, Круш не могла не думать о силе Кинга.

Ни то что бы меня это интересовало.

Она лгала сама себе. Всем интересно узнать истинную силу Кинга, но никто не является достойным того, чтобы застать её проявление.

— Сегодня мне повезло узнать, что вы можете моментально перемещаться на такие расстояния.

— Сколько ещё способностей ты скрываешь, ня?

— Я только недавно узнал о возможности телепортироваться.

Сказать, что все были потрясены ответом Кинга на вопрос Феликса, значит ничего не сказать.

Как и ожидалось от Кинга-самы. Он делает всё для людей, при этом узнавая о себе больше нового.

С каждым днём Рем восхищалась Кингом всё больше. Она была рада, что у неё такой «старший брат». Совсем скоро эта радость ей понадобится, чтобы затмить негативные эмоции от самого факта существования одного клоуна.

Великий кролик

Прошло ещё минут десять перед тем, как Кинг окончательно восстановился после своего первого опыта использования полномочия Лени.

Возможно, отдача зависит от того, на какое расстояние я хочу телепортироваться. И мои пассажиры тоже будут её получать.

— Кинг-доно. Больше никаких происшествий не предвидится?

— Да не должно, хотя лучше быть готовыми на всякий случай.

Я не знаю, сколько убийц этот клоун отправил и действительно ли их всего двое. Он ведь считает меня сильным. Значит, что-то должно быть.

Вильгельм без лишних слов кивнул Кингу, глядя на его задумчивое лицо и понимая, что в его словах есть своя правда.

— Кинг-сама. Как поживает моя сестра?

Естественно, что Рем переживала за свою старшую сестру, но волнение, по очевидным причинам, было не таким уж сильным.

— Когда я уходил, она с остальными поддерживала Эмилию в прохождении испытания. Сейчас я собираюсь возвращаться в святилище тем же способом, чтобы удостовериться в их безопасности.

Как выяснилось, я действительно чего-то стою. Нужно просто круто стоять и делать вид, что я сильнейший. Всё как всегда. Удивительно, что я ещё не облысел к тридцати, хотя у меня есть ещё пара месяцев.

Кинг выдохнул и улыбнулся своей шутке, что остальной группой было воспринято как абсолютная уверенность и гарантия победы. Всем, кроме одного великого духа, которая могла понимать, о чём думает её подрядчик. Беатрис скрестила руки на груди и покачала головой.

Глупый Кинг. Над здоровьем не стоит шутить, я полагаю.

Пока Беатрис думала о состоянии сильнейшего человека, тот настраивал себя на вторую телепортацию. Он расправил плечи, глубоко вдохнул и сосредоточился.

Может ли мне помочь глубокий вдох?

Кинг взял Беатрис за руку, сделал этот глубокий вдох и сконцентрировался на своём желании попасть в святилище.

— Ууг-гх!

— Гхр-г!

Этот дуэт вновь вырвало одновременно, на этот раз на каменную плитку возле входа в гробницу Ехидны, покрытую...

Погодь. Откуда тут снег?

Кинг выпрямился и протёр глаза, не веря тому, что видит. Снег кружился в воздухе, а температура упала настолько, что изо рта шёл пар.

— Глупый подрядчик. В следующий раз хоть предупреди, в самом деле.

Беатрис заставила Кинга прервать собственную попытку объяснить внезапно образовавшуюся метель с резким понижением температуры. Её голос звучал раздражённо, но в нём чувствовалась и доля беспокойства.

— Извини. Ты не знаешь, почему погода так резко изменилась?

— Вини во всём этого клоуна, в самом деле.

— Ве-е-ерно. Я изменил погоду, как было ука-а-азано.

Ну да, конечно. Как я мог забыть?

Кинг сетовал на свою недальновидность. Кто ещё мог изменить погоду, как не сильнейший заклинатель страны? Он повернулся к Розваалю, который стоял в стороне с довольной улыбкой.

На что этот клоун уставился?

Кинг повернулся в противоположную от Розвааля сторону и увидел, как Эмилия, Рам и Гарфиэль убивают кроликов, которых не становится меньше. Белые пушистые твари наводнили всю округу.

— Ты не поду-у-умай, дорогой Ки-и-инг. Я не знал о том, что это заклина-а-ание призовёт Великого Кро-о-олика.

— Может, ты и не знал, но за все эти действия отыграюсь я на тебе жёстко.

Кинг ответил Розваалю, не оборачиваясь в его сторону. Сам тон, которым было произнесено это предложение, даже придворного мага заставил сглотнуть.

— У меня есть идея.

Кинг обратился к Беатрис с этими словами. Он вытер пот со лба и попытался придать лицу выражение спокойствия, хотя внутри всё сжималось от страха.

— Т-ты х-хочешь использовать свой «двигатель», в самом деле!

Беатрис была одной из тех, кто прекрасно знал, что «двигатель Кинга» — это не сила, а его сердце, которое начинает биться громче в зависимости от степени его страха. Она смотрела на него с тревогой, понимая, насколько тупой этот план.

— Если это не сработает, я рассчитываю на тебя, Бетти.

Глупый подрядчик. Если сработало в первый раз, это не значит, что сработает и во второй, я полагаю!

Беатрис явно не понравился план Кинга, но у неё был запасной. В случае чего она просто закроет это постоянно размножающееся существо в другом измерении. Она крепче сжала его руку, давая понять, что не оставит его одного.

Кинг и Беатрис спустились к группе, которая в данный момент была занята кроликами. Снег хрустел под ногами, а воздух был наполнен запахом крови.

— Пока я вижу лица тех, кто сейчас рядом, я не сдамся!

— Именно такие люди и нужны Ассоциации Героев. Но до крайностей доходить не нужно, Эмилия.

Даже не оборачиваясь, она знала, кто стоял в метре от неё. Этот человек появлялся всегда в тот момент, когда никто другой не мог победить. Эмилия повернула голову и встретилась взглядом с Кингом — в её глазах читалась и надежда, и тревога одновременно.

— Вам троим стоит отступить. На случай, если мой план провалится, вы должны защитить остальных.

Всё-таки в таком гнилом месте живут люди.

Все жители святилища сидели внутри гробницы, боясь выйти наружу, но надеясь, что сильнейший человек спасёт их.

— Но...

— Кинг точно знает, что делает, леди Эмилия.

— Позже расскажи, как ты их победил, начальник!

Эмилия хотела возразить Кингу, но Рам и Гарфиэль сразу остановили её, понимая, что сейчас не время для сомнений в собственной полезности. Мелкий тигр даже подмигнул Кингу, показывая, что верит в его победу.

Перед их уходом Эмилия возвела ледяной забор позади Кинга. На всякий случай, если план не сработает и кролики побегут к жителям в гробнице.

Кинг смотрел вперёд и видел сотни пар красных глаз, слышал щёлканье острых зубов. Сзади за ледяной стеной стояли те, кого он должен был защитить.

Он на секунду представил, что будет, если план провалится. Боль, которая может сопровождать появление дыры в его животе, которую прогрызли эти создания. Кровь, которая брызгает во все стороны, пока мелкие зубы разрывают его горло, даже не давая возможности кричать. Он представил, как его тело разрывают на части, как эти твари поедают его заживо.

Этого было достаточно, чтобы Кинг начал трястись от страха. Самое худшее развитие событий, которое он только мог представить. Хуже, чем любая возможность обычной смерти, которую он себе представлял, сражаясь с монстрами до этого. И этих мыслей было достаточно, чтобы выдать самый громкий звук его сердца за всё время.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Этот звук был достаточно громким, чтобы разбить все стёкла на территории святилища и пустить кровь из ушей всем, кто находился на этой территории. На самом деле, этот звук дошёл и до особняка Розвааля, и до столицы.

Надеюсь, мне хватит маны, чтобы исцелить столько людей...

Пока Эмилия думала, что Кинг наконец показал свою силу, его паническая атака продолжалась. Причём паническая — как для самого Кинга, так и для кроликов.

Ещё секунду назад они неслись на него, но резко остановились. Один крошечный мозг на сотни тел понял, что его уничтожат быстрее, чем он успеет разделиться на ещё несколько сотен таких же тел. Большая часть кроликов пыталась убежать в разные стороны, но первые ряды из-за невозможности побега могли только нападать на Кинга.

— Эль минья!

Десяток тёмных кристаллов пронзили прыгающие туши, но механизм страха продолжал действовать. Кингу повезло, что большая часть крови с кроликов попала на его штаны, и никто не сможет заметить, что он сам обмочил их, продолжая издавать ужасающий звук. Он даже не заметил, а только продолжал смотреть вперёд, не в силах отвести взгляд от красных глаз.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Все кролики перестали двигаться, едва отбежав на пару метров назад. Этого всё равно было недостаточно, чтобы страх убил всех до единого, хотя многие действительно падали замертво, но их численность восстанавливалась.

Беатрис поняла, что этот план всё-таки провалился, хотя он был близок. Пришло время для плана Б.

— Аль Шамак.

В то же мгновение все кролики были заперты в другом измерении и могли только бесконечно жрать друг друга. Да, в этом мире были здания, леса, земля, воздух и небо. Но сам кролик оставался единственным живым существом. Большой чёрный шар, в котором были заперты кролики, начал уменьшаться и в итоге просто исчез, оставив после себя лишь пустоту и тишину.

Кинг был рад, что всё наконец закончилось. Он стоял, тяжело дыша, и не мог поверить, что остался жив. Его трясло, но он старался не показывать этого.

Беатрис сильнее сжала руку Кинга, пытаясь успокоить его достаточно, чтобы звук его сердцебиения снова затих до обычного. Она чувствовала, как колотится его сердце, и понимала, что ещё немного — и он мог бы потерять сознание.

Через пару минут сильнейший человек наконец успокоился и услышал, как к нему кто-то подходит сзади. Снег скрипел под лёгкими шагами.

— Привет, Кинг. Как много я пропустил?

— Ты опоздал на все события.

Кинг обернулся и дал честный ответ на вопрос Райнхарда. Он даже не удивился его появлению.

— Интересно, почему Святой Меча пришёл только в тот момент, когда всё закончилось?

— Прошу простить моё опоздание, великий дух Беатрис. Это должен быть ещё один день, когда я пытался настроить леди Фельт на становление королевой и ловил её после очередного побега, но услышал звук, исходящий от Кинга.

Райнхард перевёл свой взгляд на Кинга. В его глазах читалось искреннее уважение.

— Она тоже поняла, что ты делаешь что-то грандиозное, и приказала мне понаблюдать за тобой, но похоже, что я опоздал.

— А, понятно.

Кинг сделал глубокий вдох, стараясь унять дрожь в коленях. Снег всё ещё падал, но уже не так сильно. Метель постепенно утихала.

— Бетти закрыла кроликов в каком-то карманном измерении, или что-то вроде этого. Перед этим на особняк напала та же убийца, что и на Эмилию месяц назад. Но она больше не вернётся.

Райнхард слушал это и даже зная о силе Кинга, не мог поверить, что это действительно происходит. Он покачал головой, поражённый масштабом событий.

— Менее чем за неделю ты смог избавить мир от двух великих зверодемонов и архиепископа Лени.

— Ээээ, да.

Кинг не понимал, к чему он клонит. Ему хотелось просто лечь и уснуть, забыв об этом кошмаре.

— Думаю, тебя хорошо вознаградят за это, друг мой. Ладно, мне пора возвращаться. Всего доброго.

— Ага.

Райнхард исчез со своего места, оставив Кинга со своими мыслями. Снежинки кружились в воздухе, опускаясь на его плечи и волосы. Ледяная стена позади него начала медленно таять.

А штаны мне придётся сменить.

Бей клоуна

Прошло два дня, и гости в виде лагеря Круш, которых звал Кинг, покинули полуразрушенный особняк.

— Что ж, можно приступать к наказанию.

Кинг пытался сохранить серьёзный вид, но улыбку было тяжело сдержать.

Возможно, неправильно радоваться тому, как избивают человека, но для меня Розвааль — самый настоящий монстр драконьего уровня.

— Ну наконец-то! Начальник, спасибо!

Некоторым членам лагеря Эмилии не терпелось внести свой удар по тому, кто всё это время эксплуатировал их и видел в них только расходный материал, который ждёт своего часа.

Гарфиэль трансформировал свою руку в тигриную и ударил придворного мага в солнечное сплетение, заставив его тело врезаться в ближайшую стену и пробить её насквозь.

— Ой, я стену пробил случайно.

— Ничего страшного, Гарф. Этому клоуну всё равно придётся тратиться на ремонт особняка, а значит, можно не сдерживаться.

Второй желающей избить своего уже бывшего хозяина была Рем.

Ещё час назад, перед отъездом лагеря Круш, Рам в присутствии Кинга и Беатрис рассказала Рем всю правду об их хозяине. Человек, который позволил уничтожить их расу и манипулировал её старшей сестрой. Тот, кто пытался воскресить Ведьму, чего уже было достаточно, чтобы убить его без сожалений. И самое главное — этот клоун свалил всю работу по защите его владений на Кинга, который ничего не был ему должен.

Помня обо всём, Рем дождалась, пока Розвааль встанет и сплюнет кровь, чтобы нанести самый сильный удар, но Кингу пришлось предупредить её.

— Скорее всего, у него уже сломано несколько рёбер. Если ты нанесёшь ещё один подобный удар, он и умереть может.

Эта мысль показалась Рем заманчивой, но Розвааль до сих пор был спонсором леди Эмилии, и уже известно, куда денется его капитал в случае смерти.

Рем разочарованно вздохнула, но всё-таки нашла решение.

— Гарф, не мог бы ты...

— Понял.

Гарф понял её мысли на половине фразы и с широкой улыбкой, позволяющей видеть его острые зубы, подошёл к маркграфу и прислонил ладонь к его торсу. Сломанные кости срослись, но синяки и порезы он решил не исцелять.

— Можешь продолжать.

Гарфиэль сказал это, одновременно отходя подальше, чтобы его не задело ударом цепи. Сразу после того, как он отошёл, шипастый шар ещё раз раздробил тело клоуна, который теперь был прижат к земле. Никто не смотрел на саму Рем, которая вытащила свой рог, чтобы вложить больше силы в удар, безусловно повредивший и внутренние органы.

Розвааль принимал удары с достоинством, учитывая, что каждый член лагеря наносил только один удар. Даже не говоря о его одержимости и психологической дистанции от физического тела из-за переселения души, с самого его детства использование магии причиняло примерно такую же нетерпимую боль из-за аномально высокого уровня маны.

Следом за Рем последовала атака от её старшей сестры. Она дождалась, пока маркграф встанет, чтобы использовать своё заклинание.

— Эль фура.

Сжатый в лезвие ветер оставил довольно глубокий диагональный порез на теле придворного мага и отправил его в полёт через окно. Из-за полученных травм тот смог вернуться в зал на втором этаже только через пятнадцать минут, где его неохотно исцелил Гарфиэль, оставив только следы от побоев.

— Вы сами в этом виноваты.

Фредерика тоже не хотела называть его своим начальником и господином, вместо этого нанесла мощный удар по верхней челюсти, выбив ему два зуба. Сразу после этого Фредерика отвернулась и подошла к остальным. Пожалуй, из всех ударов этот был самым сбалансированным.

— Извольте.

Удар Отто был самым слабым, но торговец от души замахнулся и оставил Розваалю синяк под глазом.

Сразу после этого в нетерпении последовала самая унизительная атака в этом случае. Сильная пощёчина от Эмилии заставила маркграфа сплюнуть кровь.

— Теперь твоя очередь, начальник!

Гарфиэль с удовольствием ждал момента, когда Кинг нанесёт свой удар по клоуну. Хоть ему и пришлось бы сдержаться, всё-таки придворный маг им ещё пригодится.

Кинг молча кивнул и подошёл к Розваалю, с привычной серьёзностью глядя на него и концентрируя немалое количество маны в свободной руке, сжимая её в кулак. Этот удар пришёлся по подбородку и отправил сильнейшего заклинателя страны в потолок, заставляя его тело висеть и покачиваться, как люстру, которую случайно задел достаточно высокий для этого человек.

Бетти говорила, что довольно рискованно концентрировать вообще всю ману в одной части тела с помощью метода потока, но я взял ровно столько, чтобы удар не был слабым, но не повредил мой организм с моей любительской техникой. Отдалённо это напомнило мне удар Сайтамы, когда он использует его против обычных людей, а не монстров.

— Вот это да! Мой начальник даже сдерживаясь остаётся крутым!

— Подрядчик Бетти и не на такое способен, в самом деле.

Гарфиэль с восхищением наблюдал, как его сестра вытаскивает клоуна из потолка, специально выпустив звериные когти и схватив ими его за талию. Одного резкого рывка хватило, чтобы вытащить Розвааля и заметить, что он вырубился после удара Кинга.

Фредерика на секунду повернула голову и обратила свой взгляд на Кинга, будто сомневаясь в своих мыслях о нём. Тот и не замечал, что на него смотрят — он продолжал концентрировать свой взгляд на Розваале.

Никто из группы не хотел позволять ему спать, не закончив наказание, поэтому Беатрис отпустила руку Кинга, подошла к бессознательному телу Розвааля и пнула его голову. Этого было достаточно, чтобы повернуть его голову и разбудить.

— Физическая часть наказания закончилась.

— Есть ещё и ментальная?

Розвааль был удивлён намёком Кинга.

— Помнишь, я говорил, что должен рассказать тебе кое-что важное?

Придворный маг сглотнул, сдерживая вновь появившееся напряжение.

— Да. Но для начала нам стоит немного поговорить о том, что мы будем делать в будущем. Ты ведь и дальше собираешься мешать моей спокойной жизни?

Естественно, Кинг понимал, что ответ, скорее всего, будет утвердительным. Возможно, ему стоило заключить пари с Розваалем и сжечь эту книгу мудрости, но он слишком поздно об этом подумал.

— Нет, такого больше не повторится.

— Что?

— Клянусь душой моей наставницы, я больше никогда не пожертвую кем-либо ради своих целей. Тем более что в последнее время об этом ничего не было сказано.

Ах, да. Прославить меня как героя.

Кингу до сих пор не нравилась эта идея, но деваться ему некуда. Казалось, что такие моменты будут преследовать его ещё долго.

— И ты должен понимать, что твоя казнь лишь откладывается до окончания Отбора, а не отменяется.

— Да.

— У кого-нибудь есть свои пожелания в этом разговоре?

Кинг оглядел всех присутствующих. Рам, Рем и Фредерика подняли руки.

— Рем хочет стать личной горничной Эмилии-самы.

Эту идею высказала Рем. Она всё ещё оставалась горничной, ей нужно было работать, как и её сестре. Хотя Рам не была против безработной жизни, но её младшей сестре такой подход не понравится.

— Я согласна.

Кинг не успел оглянуться на Эмилию, как она сразу дала ответ. И похоже, что её не очень расстраивало то, как её подчинённые обращались с её же спонсором-интриганом. Это было справедливо. Эмилия слишком добра, чтобы наносить подобный урон самостоятельно.

— Теперь к предложениям Фредерики и Рам.

Кинг смотрел на них, ожидая ответ, который был произнесён в унисон:

— Мы хотим стать личными горничными Кинга-самы.

ЧТО ЗА ХРЕНЬ?!

Снаружи Кинг оставался спокойным, но внутри его взволновала эта мысль.

Это ведь не становится похожим на тот гаремник, который я не так давно забросил читать? Там было всё плохо. И глупый гг, который не понимал чувств девушек в его окружении, и почти полное отсутствие сюжета с повторяющимися роялями из кустов, и картонные женские персонажи. И это продолжается уже четыреста глав без намёка на концовку. Нет, стоп. Меня не туда унесло. Не может быть такого, чтобы эти двое влюбились в меня.

Кинг посмотрел на Рам и Фредерику перед тем, как снова отвести взгляд и продолжить размышления.

Скорее всего, они просто не хотят работать на Розвааля, а Эмилии и так самая талантливая досталась. Кто я такой, чтобы не согласиться?

— Звучит неплохо, я согласен.

Фредерика и Рам были очень рады, что Кинг их принял, и это положило начало борьбе двух горничных за его сердце.

В то же время Беатрис думала лишь об одном:

Как же глуп мой подрядчик, в самом деле. Интересно, как можно не замечать, что в тебя влюбились две девушки? Вряд ли Кинг Бетти возьмёт обеих, значит, ей придётся помочь одной из них достучаться до его сердца. Хотя Бетти не против, если у подрядчика будет больше детей, в самом деле.

Рем думала схожим образом и не сразу поняла, за кого болеть. С одной стороны, её родная сестра, а с другой — наставница, которая обучала её профессии горничной и была как ещё одна старшая сестра.

И всё-таки ни-сама не совсем подходит для Кинга-самы.

Это можно было рассмотреть как предательство. Рем тоже любила Кинга, но из-за разницы в возрасте понимала, что он ни за что не согласится на такое предложение, поэтому она смотрела на него как на старшего брата. Это не мешало Рам видеть в Кинге своего возлюбленного, но со стороны больше напоминало ярую фанатку, которая в отсутствии посторонних ушей переставала сдерживаться и начинала говорить о том, как она его любит.

Хоть Гарфиэлю и четырнадцать, но он примерно понимал, что между этими тремя происходит.

А ты у нас дамский угодник, да, начальник? Великолепный я всё-таки не позволит тебе забрать Рам, которая только освободилась от этого клоуна, но сеструху можешь забрать. Только ты достоин её, не подкачай там.

Великолепный тигр поднял вверх большой палец в сторону Кинга, а тот просто кивнул в ответ.

Я не понимаю, о чём этот парень сейчас думает, но, наверное, стоит согласиться.

— Так что же ты мне хотел сказать, Кинг?

Размышления о романтике были прерваны Розваалем, который был заинтригован недавними словами Кинга.

— Ах, да. Помнишь, что ты на протяжении четырёх столетий хотел воскресить свою Ехидну?

— Если ты не против, я попрошу тебя перейти к делу.

— Да, точно. Суть в том, что всё это время она могла воскреснуть сама.

Тишина затянулась на добрую минуту. Розвааль не мог поверить своим ушам и пытался, на его взгляд, правильно переработать информацию, но тщетно.

— Т-ты же не имеешь в виду, ч-что...

— Всё верно. Эти четыре сотни лет — не более чем эксперимент с целью узнать, что ты будешь делать. Это же Ведьма Алчности, которая проявляется в жажде знаний. Чего ещё ты мог ожидать, придурок?

— А... Вот как, значит.

На побитом лице Розвааля и так было тяжело увидеть хоть что-то живое, поскольку Гарфиэль исцелял только смертельные раны, но теперь он побледнел до состояния вампира и больше ничего не мог сказать, а лишь прерывисто дышал и потел. Опять же, хорошо, что он не наносил свой привычный клоунский грим.

Не может такого быть! Все эти четыреста лет я манипулировал, убивал, создавал кризисы или позволял им произойти. И всё ради этого...

Клоун стал депрессивным, больше ничего не сказав, и медленными шагами вышел из зала. Никому из членов лагеря и близко не было жаль Розвааля. Он даже не задумывался о возможности такого исхода. Единственное, что изменилось, — это ненависть к Ведьме Алчности, которая усилилась многократно.

Странные мирные дни

Не открывая глаз, Кинг проснулся, но не в своей привычной комнате.

Да, точно. Уже третий день просыпаюсь в этом месте и всё равно не могу привыкнуть. Ни то что бы это было нужно. Совсем скоро уже возвращаться в прошлый особняк.

На некоторое время пришлось переехать в особняк Милоад, чтобы Розвааль занялся ремонтом. Благо, особняк был разрушен лишь частично, и его восстановление завершится завтра.

— Кинг уже проснулся?

Сильнейший человек аккуратно отцепил от себя Беатрис, дав ей в руки подушку, и поднялся с кровати, оглядываясь на двух горничных, сидящих на стульях с разных от него сторон.

— И вам доброе утро.

Они уже неделю смотрят, как мы спим. До сих пор становится жутко от одной только мысли.

— Знаете, вам не обязательно наблюдать за мной с самого утра.

Для подтверждения своих слов Кинг оглянулся на часы и увидел стрелки на 5:12.

— Неужели Кингу не нравится просыпаться рядом с двумя милыми горничными? Обычно Рам осуждает других парней за их извращённые взгляды, но тебя это будто вовсе не интересует.

Рам решила отшутиться. Кинг уже не первый раз пытался до них достучаться. Безуспешно.

— Мы это уже обсуждали. Как личные горничные Кинга-самы, мы должны всегда находиться рядом с ним.

Возможно, я действительно отношусь к этому слишком серьёзно, и у них всё устроено именно так.

Это и близко не входило в обязанности личных горничных. Рам и Фредерике просто нравилось смотреть, как Кинг спит. В первый раз они зашли в его комнату в шесть утра, но увидели только застеленную кровать. Чуть позже Рам вспомнила и рассказала Фредерике, что однажды увидела его на улице возвращающимся с тренировки примерно в семь часов, а это значит, что он просыпался примерно в пять.

— Бетти, вставай.

— Ммм... Ещё пару минут, я полагаю.

Кинг убедился, что его дух вовремя просыпается через раз.

Вроде ей вообще сон не нужен. Неужто она просто милый ленивый дух?

Кинг отобрал подушку, и Беатрис сразу проснулась, потирая левый глаз.

— Нам пора тренироваться.

Вернее, в большинстве своём только Кингу. За полтора месяца он стал выносливее, но этого всё равно было недостаточно, чтобы считаться сильным даже по меркам человека. Беатрис же просто наблюдала, как Кинг выполнял физическую часть тренировки, после чего они переходили к магической.

Бетти не должна так расслабляться сейчас, я полагаю. За всё свободное время, что у нас есть, нужно помочь контрактору отработать как можно больше заклинаний прежде, чем мы начнём создавать новое. Хорошо, что он уже успел освоить базу в каждом из четырёх элементов вместе с уровнем Эль, в самом деле.

Беатрис быстро переоделась из пижамы в своё обычное платье, а Кинг с другой стороны надел новые штаны, когда горничные ушли.

Наверное, стоит прикупить себе что-то получше. Всё-таки у меня оплачиваемый отпуск на полгода и немало монет с прошлой зарплаты. Даже в депрессии этот Розвааль довольно щедр.

Кинг и Беатрис вышли из комнаты, но направлялись не на улицу, а к двери Гарфиэля.

Этот парень просил будить его пораньше, чтобы он тренировался со мной. На его месте я бы лучше поспал.

Его комната располагалась по соседству с комнатой Кинга. Тот постучался и в ответ услышал:

— Хрррррр-р.

Насколько громко он может храпеть...

Им двоим пришлось войти в комнату Гарфиэля, которая была довольно чистой для такого парня, хоть и не самой, больше напоминая творческий беспорядок.

Беатрис наклонилась к мальчику и потребовала проснуться:

— Этот кусок шерсти должен встать, если он хочет тренироваться с подрядчиком Бетти, я полагаю.

В целом, по жителям особняка это было довольно заметно, но наибольшее влияние Кинг оказывал на Беатрис, Эмилию, двух влюблённых горничных и Гарфиэля. Хотя последний и без этого был грубоват, но всё же продолжал слышать современные и не самые элегантные высказывания сильнейшего человека.

Мы сделали всё, что смогли. Остаётся только один способ.

Кинг глубоко вдохнул, пытаясь настроиться на контроль своей способности, чтобы случайно не разбудить вообще всех жителей особняка.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Реакция не заставила себя ждать.

— ААААААААААААААААААААААА!

Молодой тигр резко проснулся, сел и начал кричать, схватившись за сердце.

— Ааа... Это ты, начальник. Клянусь Божественным Драконом, я чуть не переродился.

Этот звук настолько страшный? Я слышал, что ассоциируют его со звуком приближающейся смерти, но я не думаю, что это так уж стрёмно.

— По-хорошему ты не хотел просыпаться. Тебе было всё равно на стук в дверь и громкие слова Беатрис.

— Мог бы просто водой облить хотя бы. Сейчас выйду.

Кинг и Беатрис вышли за дверь, ожидая, пока Гарфиэль переоденется.

Через пять минут все трое стояли на улице, в саду особняка Милоад.

Кинг молча принял позу отжимания и начал медленно опускаться вниз, почти доставая грудью до земли. Гарфиэль начал делать то же упражнение справа от Кинга, слушая хруст его локтей, установленный в качестве счётчика.

Через ещё пять минут это упражнение было закончено, и они перешли к бегу.

— Вокруг этого особняка нужно пробежать десять километров.

— А как я пойму, когда расстояние будет пройдено?

— Один круг — это примерно двести метров.

Там чуть меньше, я уже не помню, сколько.

Через час Кинг в поту и с отдышкой закончил пробежку и подошёл к Гарфиэлю, который довольно долго просто стоял.

— Давно пробежал?

— Минут сорок назад.

— Понятно. В следующий раз закончу побыстрее. Перейдём к приседаниям.

Гарфиэль начал приседать вместе с ним, не забывая размышлять.

Я нихрена не понял. Это реально самые базовые упражнения? Нет, наверное, это разминка.

Через десять минут они доделали приседания и скручивания на пресс. Гарфиэль был весьма удивлён последовавшими словами Кинга.

— На этом физическая часть тренировки закончена.

Молодой тигр подумал, что неправильно понял смысл слов своего «начальника», и решил их обдумать.

Но это даже не тренировка! Может, начальник настолько силён, что ему нужна только разминка?

Он посмотрел на пропотевшего Кинга, прежде чем вернуться к своим мыслям.

Нет, он не мог так просто устать. Может, начальник учит меня дисциплине, а сам для лучшего примера изменил гравитацию так, чтобы она сильнее его вдавливала?

— Точняк! Да ты крут, начальник, спасибо!

Гарфиэль удалился обратно в особняк, достигнув просветления насчёт силы Кинга. Конечно, необязательно обладать талантом к магии или единоборствам, нужно просто делать что-то на постоянной основе... И не забывать фармить ауру — тоже постоянно.

— Он точно надумал что-то странное.

— Так и есть, в самом деле.

Через три часа легендарный дуэт открыл входную дверь особняка. По ту сторону стоял стройный голубоволосый парень с моноклем на левом глазу.

— О, доброе утро, Клинд. Как там Мейли?

Она же до сих пор сидит в темнице, хотя её никто там не держит. Почему-то причиной такого поведения послужил я. Мы, конечно, переделали её ячейку под полноценную уютную комнату, насколько это возможно с такой маленькой площадью, но как есть. Когда-нибудь она сама выйдет — там дверь открыта.

— Не стоит беспокойства. Мейли довольно спокойна и собрана для девочки своего возраста, хоть ещё и не поборола свой страх. Я всё не дождусь, как она со временем расцветёт... Завидую такой красоте.

— Понятно... Спасибо, что проследил за н...

— Весьма печально, что совсем скоро она станет взрослой. Я нахожу это просто ужасным... Кошмар.

Нет, теперь у меня не осталось сомнений. Этот парень стопроцентный педофил. Нужно будет срочно забрать Мейли.

Кингу стала неприятной мысль о том, что Клинд что-то может делать с маленькими детьми, хотя тот точно понимает, что это ненормальное поведение, и всегда ограничивается только любованием и обучением, не говоря уже о верности семье Милоад, которую он поставил выше своих увлечений.

— Что-то случилось, Кинг-сан? Вы выглядите так, будто увидели во мне возможного преступника. Я что-то сделал не так?

— Хорошо, что ты сам это осознаёшь. Я не стану поддерживать твои увлечения.

— Похоже, вы неправильно меня поняли. Всё дело в том, что я увлечён молодостью душ, а не тел. Обычно они чисты и прекрасны. К сожалению, так уж вышло, что она довольно порочна для своих лет.

Клинд поднял руку и сжал ладонь в кулак.

— Нам стоит постараться очистить эту душу от скверны. Вы так не считаете?

— Д-да, ты прав, наверное.

Кинг согласился с предложением Клинда, прояснившего недоразумение, и быстрым шагом пошёл в столовую.

Благо, я могу использовать водную магию, чтобы помыться чище, чем обычной водой. Так бы я точно опоздал на завтрак.

Двери столовой уже были открыты. Все ждали только Кинга и Беатрис.

— Я даже так опоздал, да?

— Нет, это мы собрались пораньше, потому что ты встаёшь раньше всех. Мне не стоит заставлять своего рыцаря так долго ждать.

Эмилия ответила Кингу со всей своей добротой.

Кинг сел на ближайшее место в самом начале стола и усадил Беатрис к себе на колени. Сразу после этого слева и справа от него сели Фредерика и Рам.

Кинг начал трапезу, глядя на Эмилию, которая сидела в кресле Розвааля, словно показывая, что теперь она здесь главная, а не обычная марионетка, как раньше.

Этот клоун настолько сильно впал в депрессию, что даже поесть не выходит?

— Возможно, я сейчас испорчу всем аппетит, но этот клоун от голода там не помер?

— Рем относит ему еду один раз в день.

— Моя сестра слишком добра к Розваалю, но это необходимость.

Рам не нравилось, что её сестра была вынуждена навещать их бывшего хозяина, но так он рискует умереть от голода, сгнивая в своём кабинете.

Через десять минут совместный завтрак был почти окончен, оставалась только одна тарелка, к которой никто не притронулся. Помимо еды, рядом стоял также кувшин с водой.

— Ой... Прошу прощения за опоздание.

Кинг обернулся и увидел знакомого торговца возле входной двери, который чувствовал себя довольно плохо и хватался за голову.

— Так ты всю ночь себе суп в ведре готовил. В столовую уже сытым пришёл?

— Это вообще не смешно, Кинг-сан! Как вы могли заставить меня выполнять работу ещё и за Розвааля?! Ясное дело, что я напьюсь до такого состояния!

Отто охотно был нанят в качестве министра внутренних дел лагеря Эмилии. В добровольно-принудительной форме, естественно. Однако этому бедолаге также пришлось взять часть работы Розвааля, которую тот не мог выполнять. Большая часть работы перепала на Эмилию и Рем. Для кандидатки на пост королевы это была отличная практика, а синеволосая горничная в целом была достаточно образованной, чтобы помочь в этом деле. Но это не значит, что Отто не будет нагружен работой, как ишак.

Через пятнадцать минут Отто тоже доел свой завтрак, и все хотели выйти из-за стола, но были остановлены жестом руки Эмилии.

— Есть одна ооочень важная новость, которая касается всего лагеря, но в первую очередь Кинга.

Здорово. Это опять что-то страшное, я уверен.

Эмилия протянула руку к Рем, которая достала из фартука завёрнутый пергамент и подала его ей. Эмилия развернула свиток и начала зачитывать текст:

Уважаемая леди Эмилия. Совет мудрецов, как и всё королевство, благодарны вам за заслуги вашего лагеря и требует встречи в том же зале, где проводилась церемония начала отбора. Мы желаем провести плодотворный диалог и отблагодарить вас за спасение королевства в долгосрочной перспективе. Обязательное присутствие для Кинга с его великим духом Беатрис, Эмилии и пары слуг по вашему желанию. Прибытие ожидается в этот же вечер, либо на следующий день после того, как это обращение дойдёт до вас. Благодарим за оказанное внимание.

Глава совета мудрецов, Миклотов Макмахон.

Если так подумать...

— Это должно было произойти...

— Значит, для тебя даже это было ожидаемым?

— Честно, я об этом не думал, но ясное дело, что они узнают про устранение двух великих зверодемонов и архиепископа Лени.

Кинг честно ответил Фредерике и казался лишь слегка потрясённым, думая о том, что его спросят, как он одержал победу над тремя устрашающими созданиями в течение недели.

Хорошо, что мне скрывать нечего.

Совет мудрецов

Группа, состоящая из Эмилии, Рем, Рам, Фредерики, Кинга и Беатрис, прибыла к тому же залу, в котором проводилась церемония начала Королевского Отбора. Рам хотела пойти со всеми, но было бы несправедливо во второй раз оставлять Рем дома, не говоря о том, что возле самой кандидатки на пост сорок второго правителя Лугуники не будет ни одной личной служанки, а у её рыцаря целых две. Повезло, что это решение было принято в особняке Милоад, и Клинд, как и раньше, был оставлен присматривать за особняком в одиночку.

Что-то я здесь того здоровяка не наблюдаю. Возможно, он тут либо не нужен, либо стоит рядом с этим советом гномов.

На этот раз помещение оказалось менее людным, и Маркоса Гилдрака не было видно. Только стражники время от времени ходили туда и обратно, не забывая отдавать честь Кингу.

Когда все собрались с мыслями, Кинг прислонился к дверям и с небольшим усилием открыл их. Он чуть наклонился вправо и указал руками на комнату, давая знак идти вперёд.

Все четыре девушки не могли не улыбнуться в ответ на вежливый жест сильнейшего человека. Фредерика прикрыла рот рукой, сдерживая свой смешок и думая о том, в какого джентльмена она влюбилась.

Подрядчик Бетти даже сейчас не понимает, как он воздействует на всех девушек этого особняка, в самом деле... После этого нужно помочь ему раскрыть глаза, я полагаю.

Группа вошла во всё тот же зал с роскошными люстрами и коврами. Лицом к мудрецам стояли двое уже знакомых Кингу людей.

— Значит, вас двоих сюда тоже позвали.

Красноволосый парень в белом рыцарском наряде и зеленоволосая девушка в военной форме, напоминающей форму императоров XIX века одновременно повернулись на голос сильнейшего человека.

— А вы, как всегда, воспринимаете эту встречу со спокойствием, Кинг.

— В последнее время мы видимся всё чаще. Это не может не радовать меня, Кинг.

Круш и Райнхард поприветствовали Кинга и молча сошлись взглядами с его группой, кивнув головой.

— Сильнейший человек за такой промежуток времени сдружился с нынешним Святым Мечом и другой кандидаткой. Вы и не думаете прекратить удивлять этого старика, господин Кинг.

Встречу друзей прервал сам Миклотов, глава Совета Мудрецов.

— Перед самим награждением мы хотели бы поинтересоваться у вас, как вы смогли совершить столько подвигов за такое короткое время.

— Верно. Все эти действия вызывают у нас подозрения, потому мы и хотим узнать, насколько чисты твои намерения к нашему королевству. Даже не пытайся лгать! Леди Круш и Райнхард ван Астрея имеют Божественную Защиту Чтения Ветра, позволяющую распознавать ложь.

Вторым из стариков заговорил лысый с толстыми бровями Бордо Зелгеф. Казалось бы, по его инициативе всё было продумано так, чтобы Кинг признался во всех своих возможных замыслах из-за невозможности скрыть ложь или сказать полуправду. Вряд ли он поймёт, насколько сильно он ошибался...

— Переходим к сути. Безусловно, главной темой этой беседы является господин Кинг. Остальная часть лагеря леди Эмилии нужна, чтобы рассмотреть те или иные его действия с их точек зрения.

Группа кивнула, не одобряя очевидный допрос, но понимая, что если бы Кинг был против, ему и сам Райнхард не смог бы помешать убить этих стариков. Давно пора — они, за исключением одного, совсем бесполезны.

— Первый вопрос будет касаться дня спасения двух кандидаток от охотницы за кишками. Прошу вас начать рассказ.

Итак, это стопроцентный допрос.

Кинг сделал медленный вдох и выдох, успокаивая себя.

— Я ходил по столице и решил передохнуть в одном из переулков. Там три бандита намеревались обокрасть и избить меня. Я издал тот же звук, который вы могли слышать на дуэли с Юлиусом. На звук с разных сторон сошлись леди Эмилия и Райнхард, а бандиты убежали.

Кинг быстро перевёл взгляд на Эмилию, которая задержала дыхание, понимая, что её рыцарь раскроет кражу её значка и, соответственно, пошатнёт её репутацию кандидатки, которая до вмешательства Кинга и была дурной. Но раз сильнейший из людей доверяет полуэльфийке с внешностью Ведьмы, значит, всё нормально.

— Леди Эмилия спросила, не видел ли я вора, который украл её значок. Я ответил, что воры обычно нищие и живут в трущобах, и идти нужно туда. Так мы втроём пошли в этот район и нашли специальное здание, куда сдают краденое. В один момент я заметил тень, которой быть не должно, и предупредил леди Эмилию, дав ей возможность заблокировать удар клинка. Этой убийцей и заказчицей вора была охотница за кишками. Райнхард нанёс свой удар, уничтожив половину здания, но не Эльзу. Она решила напасть на меня, но пол под ней провалился. Я смог уклониться, а она ушла, обещая выпустить наши кишки.

Кинг закончил свой рассказ, оставив мудрецов в раздумьях.

Ни черта не понял. Получается, что ему просто повезло? Нет, этот наглец нас точно за нос водит!

Бордо повернул голову в сторону Круш.

— Кинг говорит правду.

Бордо ощущал смесь замешательства и раздражения, но решил промолчать. Рано делать выводы по одной ситуации.

— Значит, вы хотите сказать, что ничего такого не делали и оставили всё на Райнхарда?

Миклотов задал этот вопрос, действительно не понимая, как Кинг мог получить репутацию сильнейшего, если он таковым не является.

Верно. Я должен признаться сейчас. Поскольку я до сих пор вносил вклад, со мной ничего плохого делать не станут.

— Видите ли, всё дело в том...

— Достопочтенные мудрецы. Кинг на протяжении всего столкновения держал ту силу, что в народе была прозвана Колоколом Кинга.

Я даже не удивлён, что меня снова перебивают. Подожди... Колокол? Ах, да, в их мире не существует такого понятия, как «двигатель».

— В один момент Кинг увеличил свою силу настолько, чтобы быстро проломить пол под охотницей за кишками. Это было настолько быстро, что даже я не заметил, как это произошло.

Что ты несёшь, Рейн? Это просто старое здание!

— Что ж, в таком случае всё встаёт на свои места. Но почему же вы не сказали об этом, господин Кинг?

— Я...

Кинг хотел дать честный ответ Миклотову, но был прерван Фредерикой.

— Видите ли, Кинг-сама имеет довольно низкую самооценку и часто не признаёт своего вклада, считая, что все события могли хорошо завершиться и без него.

Этот ответ был достаточно хорош, чтобы закрыть недопонимание стариков и отдалить их от истины. А может, и не такой уж истины...

— А вы кем будете, юная леди? Ещё и получеловек.

Бордо ведёт себя как и всегда, ненавидя всех полулюдей с момента одноимённой войны его молодости. Миклотову, как и некоторым другим членам совета, не нравились его расизм и агрессивный характер, но большинство были согласны с этим мнением.

— Фредерика Бауманн. Личная горничная Кинга-самы.

— Какой отвратительный вкус...

— Вы что-то сказали?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Вам... Кхм. Тебе показалось. Я не проронил ни слова, Кинг.

Черту Бордо говорить честно и прямо обычно уважали, но за жизнь ему стоило бы уметь держать рот закрытым.

Старый ублюдок. Если у тебя есть какая-то неприязнь к полулюдям, так держи её при себе.

Кинг не был любителем кошкодевочек. Совсем нет.

— Прошу вас услышать и поразмыслить над моими следующими словами. Если моему рыцарю не понравится ваше обращение к кому-либо в этом зале, вы умрёте. Даже Райнхард вам не поможет.

Самое удивительное — эти слова прозвучали из уст Эмилии. Кинг неосознанно закалил её решимость достаточно, чтобы она могла постоять и за себя, и за свой лагерь. Раньше она бы сказала что-то вроде «нельзя осуждать кого-либо за расовое несходство», что хоть и было правдой, но являлось наивным мировоззрением.

— Боюсь, что леди Эмилия права. Даже я не смогу остановить Кинга, используя всю свою силу.

Для частичного подтверждения своих слов Райнхард сразу вытащил свой меч, который всегда хочет быть вытащенным при виде Кинга, снаружи невозмутимо стоящего, держась за руку с Беатрис.

Вы ведь сейчас говорите про силу дружбы, да? О том, что друзья будут защищать друг друга, а не этих стариков? Или вы совсем идиоты?!

— Я прошу прощения за слова своего коллеги, но не ручаюсь за него.

Миклотов взглянул на Бордо, не поворачивая головы, и давая понять, чтобы тот поубавил свой тон и смягчил высказывания, иначе это может закончиться уничтожением Совета Мудрецов. Плешивый мог только сглотнуть и молчать.

— Прошу прощения. Давайте продолжим. Что произошло после этого?

Взгляды стариков вернулись к Кингу.

— Дальше я отрубился в том здании и проснулся в особняке Розвааля.

Я до сих пор не хочу обращаться к нему официально, но и клоуном его здесь называть не стоит. Надеюсь, они не обратят на это внимание.

— Кинг рассказывал, что в тот же день за несколько часов до случая в доме добычи он сражался против четырёх существ, способных одним ударом стирать с лица земли целые города. Неудивительно, что даже мой рыцарь устанет после такого количества событий за один день.

Эмилия продолжила рассказ с неподдельным восхищением в её голосе. Казалось, что им стоит начать расспрашивать о других событиях, но есть нюанс.

— Господин Кинг. Мы просмотрели данные о гражданах Лугуники, но так и не нашли о вас ничего, кроме информации с момента спасения кандидаток по сей день. Так откуда же вы?

Миклотов был очень любопытным, но его это не погубит. Кинг не считал эту информацию особо важной, поэтому выдал её сразу.

— Я из другого мира.

Хмурые выражения лиц стариков сменились на удивлённые, их глаза блестели как стёкла в особняке, когда Кинг там впервые проснулся. Пока они удивлялись этому открытию, Беатрис телепатически обратилась к Кингу.

А ты довольно спокоен, в самом деле.

Пока что волноваться не о чем. Раздражает только их отношение к моей горничной.

Теперь ты решился признать её своей? Значит, ты уже выбрал?

Я не это имел в виду. И о каком выборе ты говоришь?

Да так... Ничего такого, в самом деле.

Этих двадцати секунд, за которые Кинг и Беатрис успели провести диалог, мудрецам было достаточно, чтобы прийти в себя.

— Ты не можешь так спокойно утверждать, что находился по ту сторону водопада!

— Я вроде как собирался умереть в той битве от пятого существа, называющего себя охотником на героев, но резко оказался в столице.

— И вы не знаете, кто стал причиной этого явления?

И какого хрена я должен им об этом говорить?! Меня же казнят, если я скажу, что был призван в этот мир Ведьмой Зависти.

Кинг незаметно для мудрецов и большей части группы начал потеть, но дышал также ровно. Он на секунду отвёл взгляд в сторону Круш и Райнхарда, стоящих в паре шагов друг от друга, и дал свой ответ.

— Я без понятия, что это было.

— Кинг говорит правду.

Слова Круш звучали также уверенно, как и всегда.

Но я солгал!

Кинг повернул голову и посмотрел на лицо Круш. Её выражение лица оставалось таким же, как и обычно, а в глазах можно было увидеть поддержку и уважение.

В этот момент все члены лагеря Эмилии поняли, что дуэт с Божественной Защитой Чтения Ветра полностью поддерживает Кинга и не выдаёт его тайны. Совет мудрецов не заметил ничего странного.

— Мы переходим к следующему вопросу. Через четыре дня, со слов владельца этих земель, на деревню Арлам было совершено нападение некой укротительницы зверей.

Раз они хотят знать только о самом событии, то ладно. Спасибо, что они хоть в личную жизнь не лезут.

— В первый день я заключил контракт с Беатрис и устроился дворецким в особняк, надеясь отбросить свою деятельность и жить обычной жизнью. Пока что у меня это не получается, как вы заметили.

— Логично, что вы не хотели делать то же, чем вы занимались в своём мире. Если никто вас не знает и ничего не ожидает, то ответственность не должна лежать на ваших действиях...

— Зачем сильнейшему человеку заключать контракт с великим духом, если он и без того самый сильный?

Бордо сегодня был достаточно нетерпелив, перебив Миклотова и пытаясь понять сильнейшего человека.

— Потому что подрядчик Бетти не бездушная тварь вроде вас, в самом деле.

Кинг примерно мог чувствовать эмоции Беатрис, ведь он жил с ней со второго дня в этом мире.

— Верно, не в характере великого духа заключать контракт с обычным встречным, желающим только силы. Нужно соответствовать требованиям и относиться друг к другу как к семье.

— Я ещё раз прошу прощения за слова Бордо. Могу предложить перестать воспринимать его всерьёз.

Толстобровый псевдомудрец хотел взорваться от ярости за такое высказывание от главы совета, но увидел его острый взгляд, будто говорящий, что они могут умереть не от обычных болезней, вызванных старостью.

— Я считаю, что господин Кинг снова припишет другим все заслуги, пытаясь не выделяться. Как бы мне ни хотелось подыграть вам, совет должен знать правду. Продолжить попрошу тех, кто видел всё, как есть. Это будет множество фрагментов, но мы сложим их воедино.

Миклотов продолжал вести переговоры, пытаясь не слишком сильно давить на Кинга и его окружение. Даже он со своим высоким интеллектом не может не видеть в Кинге сильнейшего. По крайней мере, он не видит в нём угрозы.

— В тот день у нас закончились приправы, и мы вчетвером пошли покупать их. На обратном пути одна из девочек в деревне хотела что-то показать Кингу-саме и увела его с Беатрис-самой.

— Вскоре мы услышали тот самый звук, а когда пришли, увидели большого вольгарма с пробитой головой. После этого из леса выбежала стая обычных, но Кинг-сама разобрался со всеми, уничтожив их сердца. Мы пошли обратно.

Рем и Рам рассказывали о своей точке зрения, правдивость которой была подтверждена без слов.

Если бы кто-то из них солгал, Райнхард бы уже давно сказал об этом. Значит, Кинг настолько силён, что...

— Способен так быстро победить стаю вольгармов в одно мгновенье...

— Это неверное высказывание. Мой рыцарь уничтожил всех вольгармов в том лесу.

Даже мудрецам хотелось кричать от этого заявления.

Как он мог уничтожить сотни вольгармов на таком расстоянии в одно мгновение?!

Бордо по-прежнему пытался поймать Кинга на блефе, но тщетно, когда посмотрел на него и вновь не увидел изменений в выражении его лица.

Похоже, что это правда. Тогда он является величайшей угрозой для нашей страны.

— Правильно ли я понимаю, что господин Кинг стал рыцарем леди Эмилии именно после этого случая?

— Верно.

Кинг сам ответил на вопрос Миклотова.

— Поскольку леди Круш уже рассказала о вашем совместном походе на Белого Кита и архиепископа Лени, мы пропустим эту тему и перейдём к последней.

Кинг переместил взгляд на Круш, уже не первый раз за этот допрос.

Спасибо, что рассказала. Я не знаю, что ты им наплела, но сам не хочу вспоминать об этих событиях. Мне этот ленивый ублюдок до сих пор снится.

— Маркграф Розвааль Л. Мейзерс заявил о том, что вы уничтожили Великого Кролика.

Ну, тут вообще всё просто. Впервые я смогу рассказать всё, как есть, чтобы меня не перебивали.

— Розвааль призвал этих кроликов, изменив погоду возле своих земель, чтобы мы могли избавиться от них. Благодаря своему звуку я отвлёк всех кроликов на себя, а Беатрис запечатала их в другом измерении.

Мудрецы внимательно осмотрели всех присутствующих в зале и пришли к выводу, что молчание было вызвано отсутствием моментов, которыми можно было дополнить это событие.

— Мы благодарны за ваше сотрудничество, но осталось два вопроса. Знаю, вы уже говорили об этом, господин Кинг. Нам нужно ещё раз услышать подтверждение от вас. Вы не собираетесь становиться предателем королевства с целью его уничтожения?

Какой же это тупой вопрос! Я-то думал, что хотя бы Миклотов выше этого.

— Нет. Я просто хочу жить жизнью обычного человека, насколько это возможно.

— Понятно. Теперь мы должны перейти к награждению.

Миклотов сам встал и подошёл к Кингу, вытащив свиток из кармана.

— Заявляю, что с этого дня господин Кинг официально получает дворянский статус. Ныне, на срок, равный длительности Королевского Отбора, вы станете заместителем командира. После отбора вы будете повышены до графа и получите свои земли с начальными государственными взносами и вечным освобождением от налогов для вас и ваших потомков. Этот выбор был сделан в связи с тем, что вы уже являетесь личным рыцарем одной из кандидаток и не можете претендовать на что-то большее до вашей отставки.

Кинг поблагодарил Миклотова, пытаясь обработать полученную информацию.

— Остался последний вопрос. Планируете ли вы стать шестым кандидатом?

Чего? Это он из-за того светящегося камня? Ну у него и память. Многие молодые позавидуют.

— Не горю желанием.

— В таком случае... Совет мудрецов больше не смеет вас задерживать. Хорошего вечера.

Вся группа вместе с хорошими друзьями из других лагерей вышла из зала, направляясь к выходу.

Кинг всё никак не мог обработать полученную информацию, ведь все были рады, даже Райнхард.

— Твои подвиги были настолько великолепными, что ты временно сместил моего отца с должности. Поздравляю.

Кинг остановился и посмотрел на Райнхарда.

Стоп... Чё?

— Ты не шутишь? Я действительно сместил твоего отца? Это ведь должно быть обидно.

— Нет, это не шутка. С сегодняшнего дня Хейнкель Астрея временно отстраняется от должности заместителя командира Королевской гвардии. И мне стоит порадоваться за своего друга.

Кинг был рад, что его друг не расстраивается из-за этих событий. Но что важнее...

Теперь я точно не смогу спокойно отдохнуть...

— А ведь я только получил отпускные от Розвааля...

— За это можете не переживать, Кинг-сама.

Кинг посмотрел на Фредерику, которая пыталась подбодрить его.

— Леди Эмилия сказала, что никто не осмелится отнять у вас полгода спокойствия.

Кинг плавно выдохнул, закрывая глаза. Сегодня его настроение резко поднималось и падало достаточно раз, чтобы захотелось проспать несколько дней, что он хотел себе позволить, но не мог. Ведь нужно дальше тренироваться.

С этими спокойными мыслями лагерь Эмилии ушёл спать в ближайшую гостиницу.

Тридцатилетний (не)отаку

После случая с Советом мудрецов Кинг уже две недели наслаждался спокойными дни в отремонтированном особняке Розвааля, не присутствуя на встречах Эмилии с представителями высших сословий.

Благо, у меня сейчас идут отпускные. Эмилия бы в любом случае предлагала не ходить с ней, объясняя это тем, что не может стать хорошим правителем, если всецело будет зависеть от меня. Что бы она ни придумала в своей голове, меня мало что беспокоит. За исключением...

— По новому графику уже пора читать письма от фанатов, я полагаю.

Белый Кит, архиепископ Лени, Великий Кролик. На сегодняшний день это три главных подвига сильнейшего человека, которые невозможно оспорить. Лагерю Круш досталась часть славы за окончательное убийство охотницы за кишками, и они смогли показать свою независимую силу, но это не мешало людям думать, что Кинг справился бы сам. По сути, благодаря усилиям сильнейшего человека Эмилия из самой слабой кандидатки с такими же слабыми амбициями и многими ненавистной внешностью поднялась на первое место. Народ хотел понять, почему же из всех кандидаток Кинг решил следовать за Эмилией... А также наспамить ему письмами с весьма разнообразным содержанием.

Кинг вместе с Беатрис вернулся в комнату и не мог не заметить, что на его столе лежал десяток конвертов.Читают они понемногу в течение дня и практически никогда не пишут в ответ.

Беатрис взяла со стола конверт, открыла и вытащила письмо:

— Готфрид, простой рыцарь на службе у леди Круш Карстен и участник похода на Белого Кита и архиепископа Лени, приветствует высоко почтенного господина Кинга, сильнейшего человека, убийцы великих зверодемонов и архиепископа Лени. Свет вашей непревзойдённой силы сияет ярче Святого Меча. Вы свершили невозможный подвиг, благодаря которому никто не погиб. Посему, как человек из первых рядов, приношу вам мою глубочайшую и смиренную благодарность за вероятное спасение моей жизни. Да хранит вас Божественный Дракон в здравии и вечной славе.

Возможно, благодаря тому, что я действительно оказался важнейшим человеком в охоте на кита и при Круш сжёг Петельгейзе, становится приятно читать такого рода письма. Раньше я проклинал себя за то, что жил в том же многоквартирном комплексе, из-за чего мне могли и в дверь постучать. Учитывая, что тогда я не делал ничего полезного, это было ужасно.

Кинг воспринял письмо с теплотой, в очередной раз подтверждая, что на сей раз он оказался важен. Беатрис, не обращая на это внимания, отложила письмо и открыла следующий конверт.

— Величайшему герою современности и сильнейшему человеку Кингу, виконт Аларз отправляет приветствие и почтение. Ваше доброе имя побуждает меня искать вашей милости. Дабы приумножить славу наших предков и жить в лучшем мире, я предлагаю соединить наши дома священными узами брака. Я предлагаю вам руку своей дочери Марии. Моя дочь чиста, умна, смиренна, трудолюбива и является единственным ребёнком в семье. Это закрепит за вами половину владений и доходов от поместья Аларз. Молю Божественного Дракона о хороших взаимоотношениях и жду вашего ответа. Да прибудет с вами мир.Виконт Аларз реально существует в мире Re:zero будучи второстепенным персонажем. А про дочь я от себя добавил, в первоисточнике о наличии о него детей не сказано.

Как только Беатрис дочитала письмо, оно было вырвано из рук одной низкорослой горничной с красными злыми глазами.

— Что-то не так?

— Приношу свои извинения, Кинг-сама. Это письмо было по ошибке доставлено вам. Я сейчас же попрошу переправить его правильному получателю.

Рам довольно сильно хлопнула дверью, что та снаружи покрылась трещинами. Но это не важно, ведь... Розвааль починит... Опять. Но что важнее:

Фредерика сказала, что растопила камин всеми письмами с предложениями о браке. Видимо, несколько всё-таки прошло мимо. Мне и одной соперницы с прекрасными формами хватает.

Рам бы никогда не призналась об этом вслух, но она завидовала прекрасным размерам Рем. Ей повезло, что они не сражаются за любовь Кинга. С другой стороны, у Фредерики формы более заметные... И Рам уж точно не нужна соперница от самого виконта, второго по влиянию дворянина после Розвааля, особенно учитывая описание его дочери.

Рам даже не заметила, как почти столкнулась с Рем, которая шла к комнате Кинга, и успела отойти.

— Ни-сама, что-то случилось?

— Ничего такого, Рем. Просто одно отвратительное письмо, которым хочется поддержать огонь в камине.

— Но ведь период высвобождения маны Пака давно прошёл. Нам не нужно разжигать камин.

Рам разочарованно опустила взгляд на письмо, которое придётся сжигать без пользы, затем подняла взгляд на Рем.

— Тогда я иду продолжать подготовку.

Две сестры ушли на кухню, пока Кинг переваривал этот случай.

Кинг — это даже не моё настоящее имя. Кто-то ещё использовал такой псевдоним в этом мире?

Пока сильнейший человек размышлял о странности ситуации, Беатрис развернула третье и на ближайшие часы последнее письмо.

— Сдаю комнату в Костуле. 30 м² за 10 серебряных монет в месяц по адресу...

— Опять этот спам.

Из эпохи в эпоху ничего не меняется.

Кинг взял письмо из рук Беатрис, скомкал и выбросил в ведро. После этого дуэт вышел из комнаты и пытался чем-то занять себя.

Будучи рыцарем кандидатки, у Кинга было не так уж много обязанностей. Из-за отсутствия в этом мире интернета было довольно тяжело чем-то себя занять. Кинг хотел зайти на кухню и помочь находящимся там горничным, но перед входом его остановила Беатрис.

— Нам стоит выйти из особняка и прогуляться, я полагаю.

Нельзя, чтобы контрактор Бетти увидел это раньше времени.

— Да, наверное.

Не учитывая ежедневные тренировки, Кинг иногда выходил на улицу и шёл к деревне. Он не собирался намеренно общаться с каждым встречным жителем. Была важна сама смена обстановки. Желательно выходить ранним утром или поздним вечером, чтобы не встретить и не играть с грубоватыми детьми, хотя это тоже был весёлый процесс, но требующий каждый раз стирать одежду.

На этот раз сильнейшему человеку и великому духу повезло. В дневное время дети должны быть очень шумными на улице, и они веселились где-то на другом конце деревни. Этим двоим ничто не мешало спокойно сесть на лавочку и наслаждаться спокойствием на свежем воздухе. Беатрис продолжала спрашивать Кинга о его родном мире, на что тот легко отвечал. То же касалось и Беатрис, которая отвечала на вопросы Кинга об этом мире и её прошлом в том числе. Казалось, что между этими двумя нет секретов и они полностью доверяют друг другу.

Они разговаривали достаточно долго, чтобы дети всё-таки пришли и начали прижиматься к ним. В этом плане самой доброй и снисходительной была Петра, которая смотрела на всю ситуацию со стороны и видела в Кинге своего кумира. Они почти не общались из-за того, что Кинг редко посещал Арлам и обычно уходил через пару часов ранним утром либо поздним вечером. За то короткое время общения и наблюдения со стороны Петра поняла, что Кинг остаётся обычным человеком, любящим спокойствие, несмотря на свою силу.

— Подождите, Кинг-сама.

Петра окликнула Кинга, который уже хотел возвращаться в особняк. Она подошла и завязала платок на той руке, за которую он держался с Беатрис.

— Я сшила его сама. Только когда вернётесь, загляните внутрь.

— Спасибо, хорошо.

Кинг погладил Петру по голове свободной рукой.

Этот платок чуть тяжелее, чем должен быть. Внутри есть что-то ещё? Интересно узнать.

Кинг и Беатрис вернулись в особняк к началу вечернего времени. Сейчас они шли к столовой и встретились с Фредерикой, которая шла быстрым шагом.

— Вот вы где. Кинг-сама, все вас заждались и уже двадцать минут не могут найти. Где вы были?

— Я только вернулся с прогулки. Случилось что-то важное?

Должно быть, так. Иначе непонятно, зачем я им так резко понадобился.

— Из-за некоторых обстоятельств мы хотели начать ужин пораньше, но без вас начинать неправильно. В целом, ничего страшного, но в любом случае давайте поторопимся.

Пока Фредерика рассказывала о «некоторых обстоятельствах», она быстро и плавно прижалась к свободной руке Кинга, делая вид, что это в порядке вещей.

Она слишком близко. И какая же она милая.

Фредерика заметила покрасневшее лицо Кинга и улыбнулась, повернув и опустив голову к Беатрис, которая показала ей своё одобрение.

Опять же, Бетти не может решать, кто станет женой её контрактора, но по крайней мере, имеет смысл давать этим двоим советы, в самом деле.

Ни то что бы Беатрис была профессионалом по романтике, просидев в библиотеке четыре сотни лет, но за небольшой промежуток времени она сблизилась со всеми жителями особняка. Бывали моменты, когда Кингу нужно было отойти одному, и Беатрис в это время занималась чтением любовных романов с Фредерикой, которая нашла в этом одно из своих увлечений. В основном ей нравится коллекционировать кукол и надевать на них одежду, но она в целом любит всё милое.

Кинг открыл двери столовой и тут уже услышал несколько громких хлопков, прозвучавших почти одновременно, и один возглас:

— С днём рождения, начальник!

Кинг поначалу испугался громких хлопков, помня опыт из своего мира, но сразу был удивлён заявлением Гарфиэля.

Стоп. Сегодня мой день рождения?! Насколько помню, я лишь вскользь упомянул эту дату.

— Что-то не так, Кинг-сама?

— Н-нет, всё нормально. Я просто удивился, потому что не помнил об этом.

Вот теперь я точно стал магом.

Кинг не думал об этом с грустью. В конце концов, он уже давно мог выйти на улицу и познакомиться с кем-нибудь. Даже если это фанатки, которые на самом деле ничего не понимают.

— Поздравляю с тридцатилетием, дорогой Кинг.

— О, даже Розвааль вышел из комнаты.

Кинг с чуть более расширенными глазами перевёл взгляд на голос у кресла по ту сторону стола и увидел придворного мага без грима.

— Скажем, что я немного переосмыслил свои взгляды на всё это дело.

Розвааль по-прежнему выглядел плачевно, но хотя бы не так жалко и был способен вести диалог, пусть и без своей привычной манеры растягивать слова.

Последние слова не очень понравились окружающим, но все проигнорировали Розвааля из-за этого знаменательного дня. Сегодня сильнейшему человеку из всех миров исполнилось тридцать лет.

Кинг сел на единственный свободный стул между Рам и Фредерикой, которые специально сели раньше, чтобы не оставить ему выбора. Беатрис, как обычно, забралась ему на колени.

Помимо множества тарелок с обычной едой, близко к Кингу находился шоколадный торт, покрытый такой же шоколадной глазурью с пышными кремовыми подтёками. Шоколад считался довольно дорогим удовольствием, потому торт на семьдесят процентов состоял из него.

Хочу поскорее покончить со всем, что может мешать нашему спокойствию, и жить без такого напряга.

Кинг загадал желание и задул тридцать тонких свечей, которые горели с ярким и тёплым свечением. Специально для Кинга окна прикрыли шторами, получив нужный уровень освещения, чтобы все могли видеть происходящее.

Поначалу было неловко от незнания того, что подарить Кингу. Казалось бы, у него уже есть всё.

— Главное, что здесь не нужно сталкиваться с опасными существами.

Только Розвааль знал, что можно подарить Кингу, но не сразу, а постепенно. Сильнейший человек просветил его, но тот не перестал обожать Ведьму Алчности, а начал сильнее восхищаться её жаждой знаний, хоть и почувствовал себя преданным. Придёт время, когда они встретятся, и он сделает всё, чтобы провести с ней хоть один диалог.

— После стольких напряжённых моментов настали спокойные дни. Пусть они длятся вечно!

Всех поразило, что Отто первым выдал тост и почти моментально осушил свой первый бокал с вином. Сегодня работы с бумагами было меньше благодаря вернувшемуся Розваалю, но это не лишило его работы полностью. Через несколько часов он будет блевать в ведро, как и обычно.

Никто кроме Отто не напивался в хлам. Рем, Гарфиэль и Розвааль вообще не пили. Первая помнила о случае на снежном фестивале, когда она по пьяни прижималась к Кингу и говорила о том, как она его любит, и это после двух бокалов. Второму же запретила Фредерика, поскольку ему ещё не исполнилось и пятнадцати, хотя уже приближалось. Третий просто без настроения. Беатрис, будучи искусственным великим духом, способна опьянеть, поэтому она выпила всего два бокала вместе с Кингом и Фредерикой. Рам не пьянеет, ей было просто всё равно. Эмилия была единственной, кто не учла ошибок снежного фестиваля и напилась точно так же, обнимая всех попавшихся под руку девушек.

Через полтора часа все разошлись по своим комнатам. Вернее, кто был достаточно трезв, чтобы сделать это самостоятельно.

Вернувшись в свою комнату, Кинг развязал платок с правой руки и, заглянув внутрь, увидел небольшое письмо.

Уважаемый Кинг-сама, я от лица всей деревни поздравляю вас с тридцатилетием и желаю всего самого лучшего. Надеюсь, вас будут преследовать только удача и спокойствие. Я мечтаю открыть свою лавку, где буду шить вещи на заказ. Этот платок считается моей первой выполненной работой, и я надеюсь, что он вам понравится.

Петра Лейте

Кинг ещё немного потрогал платок, посмотрел на его внутреннюю часть и дал Беатрис подержать.

Хоть я и не шарю, это похоже на качественный материал. И вышит он тоже хорошо. Даже моё геройское имя есть.

— Полагаю, эта девочка хорошо шьёт для своего возраста.

— Так и есть. Думаю, стоит ей помочь с этим. Тем более, если через несколько лет я смогу получать скидку у нашей давней знакомой Петры.

— В незначительные моменты контрактор Бетти продумывает наперёд намного лучше, чем в ответственные, в самом деле.

Она произнесла это с иронией, без упрёка. По большей части, в боях Кинг импровизировал, зато в играх или бытовых делах продумывал каждый шаг на день вперёд.

Эти двое уже готовились ко сну, как их прервал стук в дверь с последующими словами:

— Кинг-сама, можно войти?

История о любви к сильнейшему человеку

Это был самый обычный день в особняке Милоад. Фредерика, как и обычно, выполняла работу горничной с самого утра.

Едва она успела зайти на кухню и начать готовить завтрак, как её окликнул голубоволосый парень с моноклем.

— Фредерика, твоя старшая ученица прислала тебе письмо. Похоже, это что-то срочное.

Светловолосая горничная молча выхватила письмо, не забыв поклониться, и ушла в свою комнату.

Из-за неприятного случая в начале её подростковой жизни их отношения из взаимной любви переросли в раздражение друг на друга, и Фредерика старается держаться от Клинда подальше.

Рам давно не писала мне, особенно просто так.

Не долго думая и дойдя до своей комнаты, Фредерика открыла конверт и начала читать содержимое письма.

Спешу пожелать тебе доброго утра, ибо это утро может стать для тебя последним из спокойных. Незадолго до начала отбора леди Эмилия всё же нашла себе рыцаря. Им оказался человек с именем „Кинг“. Добрый, скромный, проницательный, сильнейший, кого я знаю...

Фредерика не совсем поняла смысл этого письма.

Рам никогда так хорошо не отзывалась о людях. Она что, влюбилась и хочет попросить у меня совет, как заставить его влюбиться в неё?

Вряд ли это можно назвать возможным, учитывая описание Кинга в этом письме. Ясное дело, настолько идеально людей описывают только влюблённые, и реальность не совсем соответствует ожиданиям.

В один из дней Кингу не понравилось, что на весь особняк работают всего две хрупкие девушки...

Особенно учитывая, что одна из них оставляет большую часть работы на вторую. Могла бы и покороче расписать.

Фредерика в мыслях подкалывала ленивую часть своей ученицы. По крайней мере, с виду это так и казалось.

Он заставил Розвааля-саму нанять новых горничных в особняк. Господин предложил тебя на эту роль со словами "Клинд и один справится".

Ну и прекрасно. Я собираюсь сегодня же.

Я ожидаю твоего наискорейшего возвращения, учитывая, что Королевский Отбор начался и леди Эмилия с её рыцарем уже там.

Если Рем с ними, то я не удивлена, что ты меня ждёшь.

Уехать в особняк Розвааля получилось только на следующий день и... Лучше не знать, что там могло случиться без синеволосой младшей сестры Рам, не приедь туда Фредерика настолько рано.

Леди Эмилия и Розвааль-сама вернулись, но без этого Кинга. И я никак не могу попасть в библиотеку к Беатрис-саме. Впрочем, неудивительно.

Фредерика приехала в особняк Розвааля в довольно позднее время, когда рабочий день был практически окончен. Но её заинтересовал рыцарь, который оставил свою леди и ошивается в неизвестных местах. Эмилия знала, что по какой-то причине он должен был остаться в особняке Круш, но скорее всего это было не так. Фредерика решила не спрашивать Эмилию перед сном и спокойно постучала в дверь её комнаты на следующий день.

— Леди Эмилия, я вас не отвлекаю?

— Фредерика? Нет-нет, всё нормально. Входи.

Как и ожидалось, кандидатка сидела за столом с кучей книг, в данный момент изучая правление Югарда Волакии.

— Я бы хотела поговорить о вашем рыцаре, если вы не слишком заняты.

— Ты о Кинге? Я с радостью поговорю о нём!

Эмилия сразу захлопнула скучную книгу об императоре Священной Империи, жившем не так давно, и взяла чашку чая с подноса, который принесла Фредерика. Они сели на кровать, и Эмилия начала свой рассказ о сильнейшем человеке.

— Началось всё с того, что я встретила Кинга в одном из переулков в день, когда на меня организовали покушение, начавшееся с кражи моего значка. Кинг помог мне найти место, где проживали эти воры, и пошёл со мной. Он даже с Райнхардом подружился, который пришёл с другого конца переулка одновременно со мной. Кинг общался с ним так, будто он самый обычный человек, и не обращал внимания на его силу. А всё потому, что Кинг несравненно сильнее.

— ...

ЧТО?! Я точно правильно поняла её слова?!

Фредерика подавилась чаем и закашлялась от неожиданности, проливая остатки чашки на пол.

— С тобой всё хорошо?

Эмилия положила руку на спину Фредерики и слегка наклонила её вперёд. Через пару секунд та смогла успокоиться и сделать глубокий вдох.

— Я в порядке. Извините, что пролила чай, леди Эмилия.

Профессионализм вернулся к светловолосой горничной так же быстро, как испарился.

— Всё нормально.

Она продолжила слушать рассказ Эмилии о легендарном герое, что уничтожил всех вольгармов в лесу и победил лучшего из рыцарей.

— Значит, этот Кинг на дуэли только готовил свой «двигатель», но так и не использовал его.

— Скорее всего, он просто игрался с Юлиусом. Там и Бетти была для наглядного примера величия Кинга. Тогда и я должна хоть как-то соответствовать своему рыцарю!

Неужели леди Эмилии действительно повезло найти такого мужчину? Он не имеет предрассудков к расам, отличным от людей, и почти сразу согласился стать её рыцарем, при этом искренне защищая всех, кто в этом нуждается.

Это был первый раз, когда Фредерика начала завидовать Эмилии — тому, что она знакома с таким человеком.

Я просто не верю, что существует такой человек, который может быть лучше Святого Меча как в добродетелях, так и по силе. Возможно, они преувеличивают. Я хочу это проверить.

Спустя ещё четыре дня Кинг вернулся в особняк Розвааля и не один, а с гостями в виде Круш и её двух самых доверенных лиц.

Эмилия вышла встречать Кинга, на несколько минут оставив светловолосую горничную одну в особняке. Та наблюдала из окна, как Эмилия резко и крепко обняла Кинга.

Стой он в этом месте один, я бы спутала Кинга с грабителем. Они действительно друзья, а не просто леди и рыцарь.

Фредерика с улыбкой наблюдала за этими людьми, пока не увидела летящую голову с широко раскрытыми ртом и глазами, что сбивала деревья. Голова летела прямо на Кинга.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

В следующую секунду огромный луч растворил уродливую голову.

Это... И есть его сила?

Фредерика не верила в истории Эмилии о Кинге, считая их преувеличением. Она даже задержала дыхание на пару секунд, слушая звук его «двигателя». Очевидно, теперь она в это верит. Осталось лишь узнать, какой Кинг на самом деле человек.

Через несколько минут все вошли в пустой особняк.

— Это Рем успела навести такую красоту, одновременно сражаясь с культистами?

— Это была не Рем.

После ответа синеволосой горничной Фредерика решила выйти и поприветствовать гостей.

— Приятно с вами познакомиться. Я горничная маркграфа Роз...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Прямо сейчас этот звук по неизвестной ей причине был направлен на Фредерику.

Он принял меня за врага?!

Фредерика мысленно успела попрощаться со своими родителями и младшим братом.

— Кинг, это не враг.

— Кинг-сама, это Фредерика, она не представляет угрозы.

К счастью для неё, звук довольно быстро затих благодаря её давним ученицам.

— Ну и ну, в следующий раз хоть предупреждайте заранее.

Фредерика начала успокаиваться, только сейчас заметив, что она в слезах сидит на полу.

Как давно я в таком положении?

— Прошу прощения за эту ситуацию. Я не знал, что кто-то ещё придёт сюда работать.

Кинг извинился и подошёл к Фредерике, протянув ей руку, которую та приняла.

— Всё нормально. В конце концов, я тоже хотела сделать кое-что непозволительное, если бы вы были один. Никогда бы не подумала, что спутаю Кинга-саму с грабителем.

— Значит, я похож на грабителя... ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА.

— ...

Он более странный, чем то, что мне описывала леди Эмилия...

— В этом есть что-то смешное?

— Ты даже не представляешь.

— Кинг, довольно грубо говорить такое, когда никто не понимает контекста.

Эмилия решила упрекнуть Кинга.

— Ах, да, извините. Чаще всего меня называют героем, опасным существом или сильнейшим человеком. Никогда не слышал, чтобы меня называли грабителем, потому и смешно. Это что-то новенькое. Наверное, всё дело в этом?

Кинг указал на свой шрам.

Внешне он действительно не похож на героя. Но как я, будучи представителем зверолюдей, могу судить людей по внешности?

— Д-да. Извините.

— Ничего страшного.

— Я всё равно должна извиниться. По просьбе леди Эмилии я проверяла вас.

— Проверяла?

— Хоть я и действовала согласно правилам по защите особняка, я совершила грубые вещи по отношению к Кингу-саме. Потому и была готова ответить за это... Даже увольнением.

— Не стоит. Маркграф хоть и сомнительный, но в таком случае Рем опять одна будет работать.

А ведь Кинг абсолютно прав.

Фредерика улыбалась, слушая небольшую перепалку между Кингом и Рам.

— Да, леди Эмилия говорила о вас многое, в том числе и то, что Беатрис-сама вышла из библиотеки благодаря вам. Услышав от леди Эмилии про вас столько хорошего, даже я начала в вас влюбляться.

Что я только что сказала? Я ведь совсем умом тронулась, да? Говорить такое человеку, которого вживую знаю несколько минут...

Сердце Фредерики действительно начинало биться чаще, когда она смотрела на Кинга. Она действительно могла сопоставить то, что видела, с тем Кингом, о котором слышала от Эмилии. Казалось, что она ни капли не преувеличивала, хотя некоторые моменты остались ей непонятными.

И эти моменты прояснились после событий в святилище, но ни Фредерика, ни Рам не стали думать о нём хуже. Наоборот...

Так он кажется человечнее, чем о нём говорят.

Слова о желании спокойного образа жизни задели их не меньше, чем его подвиги.

Фредерика прекрасно понимала, что это её бой с розоволосой горничной за сердце Кинга.

Несмотря на увлечения Фредерики ко всему милому, в том числе к романтике, она сама практически не имела опыта, и советоваться было не с кем, за исключением одной знакомой ей девушки.

В тот же день, когда Фредерика и Рам стали личными горничными Кинга, они встретились возле комнаты Рем, начиная свой путь с разных концов коридора.

Они без лишних слов кивнули друг другу, понимая, зачем они здесь. В общем, их соревнование было честным, молчаливым и согласованным. Никто не уступал место в сердце Кинга, но обе понимали, что с ним жульничать не получится. Лучше сразу играть честно.

И Рам, и Фредерика решили попросить совета у самой эмоциональной и открытой девушки, которую они знали. Та открыла дверь без удивления. Рем будто знала, что они рано или поздно могут здесь оказаться.

— Ни у одной из нас нет опыта, но вы всё равно пришли просить советы именно у Рем.

Теперь все трое сидели на кровати Рем и вели диалог о том, как понравиться сильнейшему человеку.

— На вашем месте Рем бы приходила смотреть на его спящее лицо и будить в то же время, в которое он обычно просыпается. И не забывайте прикасаться к нему почаще. По возможности, проводите с ним всё свободное время.

Это было проблемой как для Фредерики, так и для Рам. Они обе — личные горничные Кинга. Проводимое между ними время будет одинаковым.

Кинг не примет двух девушек... И я не хочу ей уступать.

Несмотря на видимость одинакового положения, у Рам было преимущество в виде целого месяца. Она общается с Кингом на месяц дольше Фредерики.

Рам и Фредерика поблагодарили Рем и вышли из её комнаты, не забыв пожелать спокойной ночи.

— Они ведь не знают, что Кинг стабильно просыпается примерно в пять часов по времени земли.

И действительно, в первый раз Рам и Фредерика не нашли Кинга, когда зашли к нему в шесть часов. В это время он только приступал к магической части своей тренировки. Рем знала об этом, потому что просыпалась раньше всех и однажды застала Кинга и Беатрис за выходом из своей комнаты примерно в это время.

Но со второго раза у них получилось наблюдать спящих Кинга и Беатрис.

Как мило они выглядят. В идеале я могла бы лежать с ними.

Эта мысль пришла в голову обеим девушкам. Они сидели на двух стульях с разных сторон от Кинга и посмотрели друг на друга, словно понимая, что у них одинаковый ход мыслей.

Через пять дней Совет мудрецов захотел испытать терпение их возлюбленного, и они не могли отступить в момент, когда они действительно были ему нужны.

В самом начале допроса Миклотов задал довольно неудобный вопрос Кингу. Зная, что рядом два человека, способных распознавать ложь, Фредерика решилась ответить за Кинга.

— Видите ли, Кинг-сама имеет довольно низкую самооценку и часто не признаёт своего вклада, считая, что все события могли хорошо завершиться и без него.

И она сказала правду, ведь Кинг действительно был именно таким.

— А вы кем будете, юная леди? Ещё и получеловек.

Этот вопрос прозвучал от Бордо. Фредерика хотела скривить лицо от отвращения при виде этого человека, но не могла, понимая, что в данный момент все смотрят на неё.

Рам повезло — ей не пришлось сдерживаться в выражении лица, поскольку всё внимание было на её романтическом противнике.

— Фредерика Бауманн. Личная горничная Кинга-самы.

— Какой отвратительный вкус...

— Вы что-то сказали?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Вам... Кхм. Тебе показалось. Я не проронил ни слова, Кинг.

Внешне Фредерика была спокойна, но внутренне её любовь к сильнейшему человеку усилилась.

Он действительно защитил мою психику от этого существа. Даже когда мне не грозила опасность, Кинг заткнул старика. И я вижу, как он начинает смотреть на меня в последнее время. Уже совсем скоро...

С допроса прошло две недели. Беатрис рассказала всем о дне рождения Кинга за день до него.

Этого вполне достаточно, но Беатрис-сама могла бы сказать и пораньше.

В течение этих двух недель Фредерика и Рам проявляли к Кингу такой уровень тактильности, который не был им свойственен, и они действительно стали к нему ближе.

Это привело к тому, что они, будучи личными горничными Кинга, впервые сели за стол раньше него. Это решение было принято в том числе благодаря Беатрис, которая знала о Кинге больше, чем кто-либо. Она предложила им просто не оставлять ему выбора, где сидеть. Будучи добрым человеком, не связанным средневековыми законами и традициями, Кингу вообще всё равно, кто, когда и в каком порядке садится за стол во время ужина.

После застолья на тридцатый день рождения Кинга они также одновременно поняли, что больше не могут ждать, и решились признаться ему в своих чувствах.

В это время Кинг уже готовился ко сну, и они понимали, что если не будут торопиться, он может проснуться позже обычного. А с другой стороны...

Мы можем подольше наблюдать за его спящим лицом.

Этого было достаточно, чтобы добавить им решимости. Рам постучалась, а Фредерика задала интересующий их вопрос.

— Кинг-сама, можно войти?

Мы любим тебя

Две горничные сидели на стульях близко друг к другу и молчали. Они то смотрели на свои руки, оставленные на коленях, то поднимали взгляд на Кинга, который сидел на кровати с Беатрис на её любимом месте.

Начать этот разговор оказалось сложнее, чем Рам предполагала...

Ни Рам, ни Фредерика не могли правильно начать признание. Все слова, которые они репетировали в своих головах, резко исчезли, и они не могли их вспомнить.

Кинг терпеливо ждал, пока хоть одна из них наберётся смелости. Это напомнило ему один недавний случай.

Может, сейчас с ними так же, как и с Рем тогда?

— К-кинг... Всё дело в том...

— Боже. Просто возьмите и признайтесь уже, в самом деле.

Может, Кинг перед сном и был готов ждать их заветных слов, но Беатрис решила поторопить Рам, которая нашла по крайней мере несколько слов, не зная, как продолжить.

Этого хватило, чтобы Рам и Фредерика сделали глубокий вдох, закрыли глаза и прямо заявили о своих чувствах.

— Я люблю тебя, Кинг!

На пару секунд повисла небольшая тишина, давшая горничным возможность спокойно выдохнуть и открыть глаза, медленно поднимая взгляд на Кинга и ожидая ответа.

— Я знаю.

Следующая пара секунд тишины была намного тяжелее предыдущей.

— Тогда к чему было заставлять нас так волноваться? Или тебе всё-таки нравится, когда за тобой бегают милые девушки? Ха, Рам так и поняла тебя с самого начала.

Рам только наполовину вернула свой прежний надменный тон и демонстративно отвернула голову от Кинга, хотя её покрасневшее лицо всё равно было видно.

У сильнейшего человека хватило сил смутить и заставить покраснеть двух девушек. Они буквально несколько минут пытались признаться ему в том, о чём он и так догадывался. Ни то что бы у Кинга ситуация была лучше, чем у них.

Они обе действительно меня любят? Это ведь и есть то, о чём я думаю?!

— Но тогда почему вы всё это время делали вид, что не замечали нас, Кинг-сама?

Вопрос Фредерики заставил его прекратить мысли про себя и вернуться к диалогу с двумя девушками.

— Вы довольно часто показывали мне это действиями, но я до самого конца не мог поверить, что вы обе действительно влюбились в меня, и связывал это с чем-то другим. И называй меня просто Кингом, как это делают остальные. Минуту назад у тебя это получилось.

Меня это действительно напрягает. Я и Рем до сих пор не всегда могу заставить прекратить обращаться ко мне с таким почтением.

— Хорошо, К... Кинг.

— И я тоже должен кое в чём признаться.

Эти слова напрягли двух девушек сильнее, чем момент из признания.

Неужто этот очаровательный наглец отвергнет обеих?

Неужели у Кинга уже есть любовный интерес, и мы опоздали?

Не сложно догадаться, кому какие мысли принадлежали. Что Фредерика, что Рам не хотят быть отвергнутыми.

— Дело в том, что я самый обычный человек.

Кинг вдохнул глубже, пока Беатрис молча продолжала сидеть у него на коленях, будто ожидая подобного развития событий.

— Почти каждый считает, что я какой-то сверхсильный герой, способный ударом уничтожить мир, или что-то вроде того. С перемещением в ваш мир в этом смысле мало что поменялось. У меня не было никакой репутации, но с первого же дня даже реально сильнейший человек этого мира начал верить, что я сильнее него. До недавнего времени я почти нихрена не делал, кроме как оказывался на месте всех этих событий...

Кинг говорил о своей заурядности куда спокойнее, чем в предыдущие разы. Благодаря прошлому опыту он стал воспринимать всё спокойнее.

— И оно как-то само собой случалось. Охотница за кишками и стая вольгармов — так точно. Белый Кит просто врезался в дерево, потому что испугался моего страха.

Кинг начал подводить их к раскрытию своей способности.

— Тот звук, который вы слышали и называете двигателем либо колоколом... Это на самом деле моё сердце почти каждый раз, когда я испытываю страх, но в этом мире могу и просто так его имитировать. Так что... Если вы, как и многие другие девушки, влюбились в меня из-за моей силы, то, пожалуйста... Забудьте обо мне и об этом диалоге.

Кингу всё равно было очень стыдно за неоправданные ожидания, но он сделал это без страха.

Может, их реакция не будет такой плохой, и они хотя бы не будут игнорировать моё существование...

Пока Рам не могла поверить в сказанное и обрабатывала каждое услышанное слово, диалог продолжила светловолосая соперница за любовь.

— Кинг.

— А?

— Я знаю.

Настало время Кинга удивлёнными глазами смотреть на Фредерику, выражение лица которой не изменилось ни на йоту.

— Н-но... Тогда почему?

— Ты добр и заботлив к людям, что тебя окружают. Даже к тем, которые пытались порубить тебя на куски.

Гарф недавно рассказывал, как Кинг изменил гравитацию вокруг себя, заставив её давить на него, чтобы тренировка прошла эффективнее.

От этой истории Фредерика чуть не начала смеяться. Ей пришлось прикрыть рот рукой и вдохнуть глубже.

Спокойнее. Не сейчас...

Она пыталась забыть эту историю.

— Хоть ты и не считаешь себя таковым, но ты достаточно храбр, чтобы выходить против существ сильнее тебя.

Кинг продолжал смотреть на Фредерику и впитывать каждое слово. Он до сих пор не может поверить, что кто-то не разочаровался в нём, узнав правду.

— Ты не пытаешься пользоваться своей обретённой славой. Не становишься от неё высокомерным.

Действительно, в истории обоих миров бывали моменты, когда даже случайная слава вскружила человеку голову.

— Ты просто хочешь жить в спокойствии, как обычный человек, которым ты и являешься. За все эти качества моё сердце полюбило тебя, Кинг.

Сильнейший человек мог только открывать и закрывать рот, обильно потея. Опыт в симуляторах свиданий почти не помогал ему. Как минимум, возле светловолосой девушки не появлялись варианты ответа. Ни то что бы Кинг на них рассчитывал.

Явно нервничая и обильно выделяя пот, Кинг наконец смог задать следующий вопрос.

— Откуда ты знаешь?

Он на секунду опустил голову и посмотрел на Беатрис, сидящую у него на коленях.

— Хм. Эта девчонка сама догадалась, я полагаю.

Беатрис надулась, осудив мысль Кинга о том, что она могла кому-то проговориться. Конечно же, это не так.

— Пришлось немного пораскинуть мозгами, как ты бы выразился, но началось всё со слов Розвааля.

Конечно, опять этот конченый придурок. Хотя он же сам не знает правды, иначе уже давно бы взял меня в рабство.

— Он сказал, что в первый день ты должен был спасти леди Эмилию вместе с Райнхардом. И это уже само по себе странно. Зачем сильнейшему человеку ещё одно такое же бедствие, как и он сам? И почему он должен был отдать его леди Фельт, а не сохранить её положение в трущобах или присоединить к лагерю леди Эмилии?

А в её словах есть смысл.

Кинг понял, что его раскрытие никогда не было тяжёлой задачей. Любой мог сложить два и два и понять, что он такая же жертва обстоятельств, как все остальные. Эти люди просто предпочитают верить в силу случайного парня, взявшегося из ниоткуда. Так проще для их беспокойных душ. Им нужен свет в конце тоннеля, чтобы быть уверенными в завтрашнем дне.

У Рам были похожие мысли, но она так и не пришла к тому же выводу, приняв всё это за очередной гениальный план Кинга и смирившись с тем, что кто-то настолько невероятный может существовать хоть в одном мире. В конце концов, она — реинкарнация бога они, и при наличии рога могла быть кем-то похожим на то, что говорят о Кинге.

— Инциденту в деревне я могла дать только одно объяснение: кто-то незаметно сделал всё за тебя и также незаметно ушёл.

Вот и я того же мнения.

Кинг понимал, что так, скорее всего, и было, но следующие слова смогли его удивить.

— После твоего объяснения я поняла, что зверодемоны просто были до смерти напуганы звуком твоего сердца. Чуть позже это было доказано тем, что я сама испугалась тебя по той же причине и была готова в слезах расстаться со своей жизнью.

Она говорила это без тени сомнения. Это не было похоже на ту Фредерику, которая ещё несколько минут назад не знала, что говорить.

— Следующим событием была твоя дуэль с тем, кого прозвали лучшим из рыцарей.

— Большую часть работы проделала Беатрис.

Ей, к слову, не понравился такой настрой её контрактора, и она ущипнула его за руку.

— Ай.

— Глупый контрактор.

Этих двух тихих слов хватило, чтобы понять ход её мыслей. Она не в первый раз отчитывала Кинга за его глупые мысли о собственной бесполезности.

— Даже если Беатрис-сама и проделала большую часть работы, ты тоже без дела не стоял, как вкопанный. Именно ты вывел её из библиотеки и подарил адекватное мышление. Жаль, что на тебя оно не распространялось.

Рам наконец переварила слова Кинга с пояснением от Фредерики и включилась в диалог.

— Значит, вы действительно...

— Да. Мы любим тебя, а не твою силу.

Этой фразой Фредерика окончательно развеяла сомнения Кинга.

— Хоть твоя великолепная Рам и обманула сама себя, оправдав свои подозрения твоим невероятным интеллектом... В глазах Рам это делает тебя лучшим парнем, чем уже было.

Кинг воспринял это спокойнее, чем в тот раз с Беатрис. С его души свалился более тяжёлый камень. Но оставался один вопрос.

— Теперь я не знаю, что делать.

Я всегда воспринимал слова любви в свою сторону как любовь к тому образу сильнейшего героя, что был создан. Теперь сразу две девушки заявляют, что любят меня. Чувствую ли я к ним то же самое? И кого я должен выбрать? Они же не думают о том, что я приму обеих? Это ведь максимально неправильно и...

Размышления Кинга были прерваны двумя поцелуями в его левую и правую щёки. Девушки одновременно отстранились и остались стоять возле него.

— Рам понимает, что признание в любви сразу от двух красавиц может уничтожить твой извращённый разум, поэтому мы дадим тебе время на размышление.

— Мы также понимаем, что ты не захочешь брать обеих. И мы сами этого не хотим. Твоё сердце может принадлежать только одной девушке.

И это точно не дочь виконта. Мне не нужно больше соперниц за твоё сердце.

— Спокойной ночи, Кинг, Беатрис-сама.

Они в унисон пожелали это Кингу, прекрасно понимая, что он вместо этого может всю ночь думать о них. Впрочем, Беатрис в любой момент может усыпить его, выкачав достаточное количество маны из организма.

Они только закрыли дверь и повернулись в одном направлении к своим комнатам, как увидели Рем в ночной рубашке, стоящую перед ними.

Обеим не понравился вывод, к которому они пришли. Все трое терпеливо направились к комнате Рем, чтобы случайно не разбудить остальных своей речью.

Пройдя мимо своих комнат, они попали в комнату Рем, которая была почти такой же, как всегда. Всё было идеально чистым, но кровать по понятной причине не была застелена, и в отличие от прошлого раза над ней висела интересная картина.

— Что это такое...

Фредерика удивилась портрету человека с суровыми, вытянутыми выразительными волевыми чертами лица, массивным подбородком и угрожающими голубыми глазами.

— Возможно, дорогая младшая сестра Рам превзошла нас обеих...

Рам тоже с благоговением смотрела на портрет. Это могло продолжаться довольно долго, но Рем решила прервать их своим вопросом.

— Так о чём вы хотели поговорить?

Вопрос вывел девушек из своих мыслей, и они сели по разные стороны от Рем.

— О том, что ты подслушивала нас двоих за той дверью.

Ни то что бы Рам была зла на свою сестру. Она прекрасно понимает её ход мыслей.

— Рем просит прощения за свой глупый проступок, но ей было очень интересно узнать, как всё пройдёт.

Рем вообще не раскаивалась за свои действия. Сейчас её волновал только выбор Кинга, о котором она может узнать совсем скоро.

— И ты не удивилась из-за того, что услышала?

Фредерике было интересно мнение Рем. Она понимала, почему Кинг так сильно беспокоился из-за раскрытия своего настоящего «я».

— А? Нет, не совсем. Просто Рем как-то раз случайно подслушала его признание Беатрис-саме. Изначально Рем посчитала его за крайне опасного культиста, которого до смерти боялась. После того, как услышала от него правду, было очень стыдно даже смотреть ему в глаза из-за таких мыслей.

Рем опустила голову, стараясь не думать о плохом. Рам быстро обняла сестру, не дав негативным мыслям захлестнуть её.

— На следующий день Рем лично увидела, как Кинг уничтожил всех зверодемонов, и перестала верить его словам, посчитав их за самообман. И теперь Рем не понимает, действительно ли он просто невезучий человек или это продолжение его уничижительных мыслей.

— По физической силе он точно самый простой человек.

Фредерика дала точный ответ на сомнения Рем.

В это же время Кинг пытался уснуть, думая над ответом.

Они дали мне время на раздумья. Но кого из них, чёрт возьми, я должен выбрать? Рам знает меня вдвое дольше и, насколько я понял, влюбилась в меня раньше. Но Фредерика по возрасту ближе ко мне. И она первая поняла, что я не какой-то там герой, которого все привыкли видеть. При этом ни одна не забрала свои слова обратно. Наверное, мне стоит дать шанс обеим и спокойно решить, которую из них я выберу. Если я вообще полюблю одну из них...

По какой-то причине Кинг уже решил, что любит одну из них, но он уснул, не закончив свои мысли.

Контрактору Бетти для начала стоит поспать, а утром начнётся их испытательный срок, в самом деле.

Противоречивое свидание

Очередное утро в особняке Розвааля для его жителей началось, как и всегда. Пока Кинг заканчивал тренировку, многие из них спали.

Уже прошло два месяца с их признания, а я так и не решаюсь сделать выбор. Похоже, что не зря я запланировал свидание с Фредерикой и Рам на этот день.

Для девушек, взявших инициативу в свои руки на начальном этапе, было бы весьма обидно, не делай Кинг ничего для укрепления их связи. Сегодня они не будили Кинга, им самим нужно было выспаться для лучшего настроения.

Беатрис сегодня спала в их общей комнате. Учитывая, что Кинг по понятной причине попросил её не ходить с ними, она планировала провести сутки во сне и позже в мельчайших подробностях расспросить его о первом свидании.

Благодаря отсутствию магической части тренировки у Кинга было достаточно времени, чтобы выполнить стандартные процедуры и получше осмотреть своё тело, что он и сделал, вернувшись в свою комнату и подойдя к зеркалу.

Я прибавил пару килограмм мышц. А в своём мире я бы уже давно мог пробивать стены руками и спокойно побеждать монстров тигриного уровня. Хотя, может, и нет. Сайтама говорил, что всё то время находился на грани жизни и смерти. И я не могу этого понять. В отличие от него, я даже кровью не кашлял. Ладно, пора помыться и будить девушек.

Спустя пять часов

Все трое стояли на рынке в столице. То место, с которого началась карьера сильнейшего человека в этом мире. Рам спросила Кинга, почему они не могут просто телепортироваться с его обретённой способностью. Ответ ей не понравился, и она согласилась с решением поехать в карете, которую везла Мари.

Да, без неё пришлось бы забрать дракона Отто. Фруфу бы и самому не понравился такой исход, но не платить же мне за аренду с другим драконом.

— Мари и правда лучшая девочка, да?

Кинг сразу почувствовал, как обе его руки были сжаты сильнее обычного. Недостаточно сильно, чтобы причинить боль, но неприятно.

Они серьёзно ревнуют меня к дракону...

— Даже я не настолько глуп, чтобы говорить о другой девушке, когда возле тебя их и так две.

Само по себе многожёнство в Лугунике не было запрещено, но Кадомону всё равно не нравилась эта идея, хоть он и не сказал об этом вслух. Простому знакомому не стоит лезть в любовные дела сильнейшего человека.

— Но это буквально земляной дракон...

— А кто тебя знает?

После небольшой паузы Кадомон и Кинг смеялись достаточно громко, чтобы прохожие обратили на них внимание, а Фредерика и Рам смеялись тихо и нервно, пытаясь поддержать мужчин, но не выдавать свою ревность больше, чем они уже сделали.

Одно дело проиграть девушке с такими формами, как у Фредерики. Но земляному дракону Рам точно не уступит!

— Ты действительно расплачиваешься золотой монетой за три аппаса?

— Мне так лень их разменивать. Чисто по пути было, вот и заскочил к тебе.

— Благодарю за твою спонтанную щедрость, в таком случае.

Кинг отдал фрукты Рам и Фредерике, после чего пожал руку Кадомону, и они начали подниматься к кварталу, в котором расположено большинство магазинов.

Фредерика была удивлена тем, как легко Кинг завязал разговор с тем торговцем, который обычно не любил пустой болтовни и выгонял любого, кто не собирался покупать у него товар.

— Кажется, у тебя немало знакомых.

— Большинство из них просто узнают меня, когда я иду по улице. Лишь с несколькими людьми я успел познакомиться, когда не имел своей репутации.

Всё-таки стоило попросить у Эмилии ту накидку.

— Как скоро мы придём к этому месту?

Фредерика не очень любила сюрпризы и по возможности старалась узнать обо всём заранее, но Кинг не отвечал на вопросы, связанные с планом свидания.

Сразу после вопроса Кинг остановился, что заставило остановиться двух девушек, державших его за руки.

— Мы пришли.

Не нужно было долго всматриваться в здание, чтобы понять его предназначение. По вывеске всё стало понятно.

— Значит, Кинг решил осмотреть великолепное тело Рам в новых нарядах?

— Ты будто специально пытаешься говорить самые извращённые фразы, но да. Ни у кого из нас практически нет нормальной одежды.

У меня только моя старая рубашка, форма дворецкого, которую я ношу на этом свидании, и белая рыцарская форма. С другой стороны, у этих двоих одежды ещё меньше.

Кинг уже собирался открыть дверь магазина, как она открылась с другой стороны, и оттуда вышел...

— Гай Фокс?

— Чего?

Пожилой мужчина с чётко выраженными морщинами вокруг глаз, тёмными, закрученными вверх усами и острой бородкой не понял вопроса, но понял, что его задал нужный ему человек.

— Ты же Кинг, верно?

— Ээээ, да.

— Тот самый Кинг, который победил лучшего из рыцарей?

Чего этот старпёр от меня хочет?

— Так обо мне говорят. А вы кем будете?

— Рикерт Хоффман. Тот старик, который когда-то лично обучал Юлиуса и Круш.

Как же хорошо, что я не произнёс свои мысли вслух.

Кинг продолжал стоять в той же расслабленной позе, держась за руки с двумя девушками. Сейчас ему было интересно узнать, чего же этот старик от него хочет.

Может, он хочет тренировать меня? Было бы неплохо.

— Я не наблюдал за той дуэлью, и, по словам других рыцарей, мне не стоило пропускать её мимо своих глаз. А ещё ты стал причиной, по которой мой сын Рачинс вернулся домой. Поэтому я собирался наведаться к тебе, чтобы поблагодарить и пригласить на дуэль сегодня.

Да какого хрена они опять начали ко мне липнуть? И о каком это Рачинсе идёт речь?

— Уж извините, но я сейчас с девушками, и у нас сегодняшний день уже расписан. Давайте как-нибудь в другой раз?

Этот ответ явно не понравился ворчливому представителю власти, но ради хорошего боя он был готов потерпеть.

— Я понимаю, что приглашаю тебя не вовремя, но прошу уделить мне хотя бы пару минут. Просто покажи мне часть своей силы.

В ответ на это Кинг лишь вздохнул и отпустил руки девушек.

— Хорошо.

Для Кинга, который уже придумал план, это, может, и было хорошо, но для двух девушек, которые понимали, что обычный человек вроде Кинга никогда не сможет справиться с мастером фехтования такого уровня, сама ситуация оказалась неприятной.

У Кинга ведь есть план, верно? Иначе он бы сейчас не шёл к нему так уверенно.

Фредерика волновалась за Кинга, но думала, что он уже знает, как решить проблему в виде сорокалетнего мастера фехтования, вышедшего из магазина.

Этот дурак вообще понимает, что старик действительно способен избить его, не клюнув на эту легендарную репутацию?

Рам переживала намного сильнее, не понимая, что Кинг будет делать с этим препятствием, не используя своего «двигателя». Словно Кинг не слышал, как представился Рикерт, и эти слова ему ни о чём не говорили. Хоть это и не могло помочь, она вытащила из кармана палочку, сделанную из собственного рога, и готовилась применять заклинания против Рикерта.

Сам Кинг действительно пропустил эти слова мимо ушей и собирался избавиться от мужчины с узкими зрачками, который уже начал надоедать.

Раз ты захотел увидеть часть силы, я её покажу.

Кинг положил руку на плечо Рикерта и посмотрел на него, сузив глаза. В следующую секунду они оказались в трущобах. Кинга весьма сильно тошнило от перемещения на такое расстояние, и он сдерживался, чтобы его не вырвало, но не подавал вида.

Сильнейший человек тем же методом исчез с поля зрения ошеломлённого Рикерта, голова которого тоже шла кругом.

Это и есть часть его силы? Но я ведь даже не услышал звук его двигателя! Значит, он просто не видел во мне достойного противника и настолько не хотел даже поиграться со мной, как с Юлиусом?!

Кинг сразу вернулся на то же самое место к своим девушкам и сразу отвернулся, присев.

— Гх-кх!

Сильнейшего человека вновь вырвало с кровью, но в отличие от прошлых телепортаций на этот раз он потерял сознание и был готов упасть в собственную лужу.

Через полчаса Кинг почувствовал, как кто-то поглаживает его по голове. Его глаза постепенно открылись без усилий. Первым, что он увидел помимо неба...

Какие же они огромные.

Лицо Кинга приобрело багровый оттенок, понимая, что сейчас он сам лежит на лавочке, а его голова — на коленях Фредерики, выражение лица которой явно отличалось от того, которое он видел с утра.

— У меня просто нет слов от твоих действий. Ты это и имел в виду, когда предупреждал нас о побочном эффекте полномочия Лени?

— Да... И я не знал, что дойдёт до такого. Стоило отправить его на меньшее расстояние...

Кинг спокойно выдохнул и переместил свой взгляд от... лица Фредерики на небо с малым количеством облаков, но его быстро заслонило раздражённое лицо Рам.

— А ты не мог понять это раньше? И куда ты вообще отправил этого старика?

— В трущобы.

— Это вообще на другом конце города, идиот!

Будь это какой-нибудь маленький город, Кинга бы всего лишь вырвало от перенапряжения, но это столица Лугуники.

Конечно, они не могли дуться на него вечно из-за ошибки, которую он сам осознал. Рам всё-таки решила отпустить шутку.

— Хотя с другой стороны, этот старик славился своей ненавистью к нищим слоям населения. Теперь пусть посмотрит и проникнется их жизнью.

Кинг и Фредерика забыли, из-за чего они вообще оказались в таком положении. Их смех над Рикертом был более запоминающимся. Но Кингу пока нельзя было напрягаться, и Фредерика переложила его голову на колени Рам. Они время от времени менялись местами, и дело не только в том, что они по договорённости делят Кинга, пока он не решит, кто из них станет его возлюбленной. Довольно сильно затекали ноги.

Ещё полчаса спустя Кингу наконец хватило сил встать и продолжить свидание.

Не может один странный мужик разрушить мои планы на свидание.

Все трое вернулись к магазину и вошли внутрь, не найдя продавца. Пока девушки примеряли наряды, не обращая внимания на отсутствие хозяина магазина, Кинг осторожно заглянул в то место, где обычно хранились деньги для выдачи сдачи.

Теперь понятно, почему мы никого тут не нашли. Его ограбили.

Кинг дождался выхода девушек из примерочных и потерял дар речи.

Первой вышла Рам в чёрных чулках, коротких розовых шортах и корсете бордового цвета с белой вставкой на груди, имитирующей жилетку. На голове, помимо заколок для волос, был надет ободок с чёрными кроличьими ушками.

Я точно в этот магазин хотел зайти?

Это уже не важно, Кингу зрелище точно понравилось, что можно понять по тому, как он отвернул от Рам своё покрасневшее лицо. Сама Рам без слов поняла, что угадала с выбором одежды. Естественно, она взяла пару нормальных красных платьев для себя и пару голубых для Рем, но ей также нужно было выполнить свою цель по совращению Кинга.

Только Кинг отвернулся, с этой стороны вышла Фредерика в облегающем тёмно-синем платье азиатского стиля. Высокий воротник с каплевидным вырезом на груди и высокие разрезы по бокам заставили Кинга пожалеть, что он отвернулся от Рам, ибо на Фредерику было невозможно не смотреть. Это зрелище стало для Кинга настолько прекрасным, что он не заметил, как у него из носа пошла кровь.

Кинг не успел достать платок, как Фредерика использовала на нём магию исцеления и подтёрла кровь, что успела стечь до подбородка.

— Похоже, это зрелище для тебя уже слишком.

После этих слов девушки за пару минут переоделись в не менее интересный вариант, но в другом плане.

— А не слишком ли рано?

Кинга безусловно удивил намёк девушек. Обе вышли в пышных платьях белого цвета с открытыми плечами.

— Я не понимаю, о чём ты.

— Похоже, Кинг ещё не оправился с момента отправки того старика.

Обе девушки сделали вид, что не понимают вопроса Кинга, но снова ушли переодеваться. С третьего раза на них оказалась нормальная одежда. Рам выбрала почти полностью закрытое красное платье с вырезом возле шеи. Фредерика взяла жёлтое платье до колена с вырезом на груди.

Как ни смотри, они во всех нарядах выглядят прекрасно. Одно дело видеть это в игре, но в реальности. Только бы не встал... Нет, лучшие наряды были в самом начале, а тут уже нечему удивляться.

Кинг подошёл к месту оплаты, на которое никто так и не пришёл.

— В теории можно просто оставить тут деньги и уйти. Если их тоже своруют, это уже не наша проблема.

— Звучит логично, но стоит оставить записку с твоим именем. Вряд ли грабитель захочет вести свою деятельность там, где совсем недавно проходил величайший герой.

Было не совсем понятно, подкалывает его Рам или нет, учитывая, что для неё Кинг действительно остался героем, но они оставили записку с тридцатью золотыми монетами, и вышли на улицу.

Остаток дня они провели, гуляя за руки по столице, и... Это было довольно проблематично.

Вроде я стараюсь вести себя тихо, как раньше, чтобы меня не узнали. Так какого чёрта все на меня смотрят с поддержкой?

В этом вина полностью лежала на Фредерике и Рам. Несмотря на совершенно обычную одежду, они оставались красивыми девушками, что притягивают мужские взгляды. Было несложно догадаться, кто же может быть этим счастливчиком со шрамами на лице между ними.

Выбор сделан

На следующее утро Кинг никак не мог начать думать о чём-либо, кроме двух девушек, которые неоднократно заставляли его краснеть на протяжении двух месяцев. Даже во время привычной тренировки он никак не мог сконцентрироваться на изучении магии. Беатрис не понравился такой подход к делу, хоть она и понимала его мысли.

— Интересно, контрактор Бетти до сих пор не может выбрать себе девушку?

Этот вопрос вывел Кинга из своих мыслей, заставив его опустить голову и с сожалением дать ответ.

— Да. Я до сих пор не могу выбрать между Рам и Фредерикой. У обеих есть преимущества друг над другом, и изначально я думал, что мне больше всего нравится типаж Фредерики. И как же я ошибся. Цундэрэ тоже отличный вариант, если не переигрывать.

Беатрис понимала, что её контрактор находится в действительно сложнейшей ситуации за свою жизнь. Первая влюблённость — и сразу с двумя девушками.

Интересно, моему глупому контрактору было проще стоять возле четырёх генералов Ассоциации монстров, которые в тот момент смотрели на него со смесью страха и намерения убить?

— Кинг в самом деле влюбился сразу в двух девушек.

— Да.

— Тогда просто скажи им это и возьми обеих, я полагаю.

— Не могу я так поступить!

Кинг озвучил, пожалуй, главную проблему в этой ситуации. Он понимал, что любит обеих, но не был уверен, одинакова ли его любовь к этим двоим.

— Многожёнство — это неправильно и довольно унизительно для обеих девушек. Может, на словах я и не могу определиться с выбором, но в их головах это будет звучать так, будто мне одной недостаточно и я с самого начала хотел больше.

Беатрис могла понять его точку зрения, но это не значит, что она её устраивала.

— Ты слишком сильно себя накручиваешь, в самом деле. Но да, они обе ведут себя довольно собственнически, я полагаю.

Даже мои предложения им не нравились. Особенно те, которые я подкрепляла низкой фертильностью у обеих. А я так хотела больше потомков от моего дорогого контрактора, в самом деле.

— Возможно, Бетти усложнит ситуацию своего контрактора, но она полагает, что ответ стоит дать уже сегодня.

На эти слова Кинг прикрыл глаза и сделал вдох полной грудью, собираясь с мыслями.

— Наверное, ты права. Сегодня я должен додумать. Можешь позвать их в нашу комнату к четырём часам водного времени?

Нельзя же просто сказать «десять вечера», да? Когда Эмилия придёт к власти, нужно попросить её заменить эту ублюдскую систему отсчёта времени на нормальную.

Кинг на мгновение смог отвлечься от двух девушек благодаря мыслям о странном измерении времени в этом мире и не услышал полуодобрительный ответ Беатрис.

Через два часа дуэт вернулся в особняк и шёл до своей комнаты. На первом же этаже была открыта дверь одной из гостевых комнат, в которой Фредерика подметала пол. Она сразу развернулась на сто восемьдесят градусов, как поняла, что Кинг подошёл именно к той комнате, уборкой которой она была занята.

Кинг, в связи с отсутствием нужных слов, хотел, но не успел сделать вид, что не увидел её, и был затянут за свободную руку в комнату, после чего его голова оказалась между двух больших упругих поверхностей. Естественно, Кинг сразу понял, что это может быть, и покраснел сильнее обычного.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Его сердце билось не настолько сильно, как если бы это был страх, но достаточно громко, чтобы его было слышно на весь этаж.

Внезапно эти две поверхности начали трястись вместе со всей Фредерикой, которая не могла не посмеяться над его милой реакцией.

А ведь раньше этот звук заставлял меня готовиться к моей смерти. Но теперь он только вселяет в меня уверенность.

Фредерика отпустила Кинга, показывая ему свою хищную, острую и довольную улыбку, которая уже давно перестала пугать его.

Кинг молча развернулся и вышел из комнаты с таким лицом, будто он был нанят маскотом перца чили.

Он снова взял за руку Беатрис, которая до этого успела отпустить его, и они пошли дальше к своей комнате. Беатрис оглянулась и показала Фредерике большой палец вверх за действие, позволяющее Кингу принять решение.

Уже на втором этаже дуэт наткнулся на Рам, которая с раздражением вышла из офиса Розвааля. Как только она услышала шаги и обернулась, её лицо приняло более расслабленный, но игривый вид. Она шла навстречу Кингу, который думал о том, как же ему сегодня везёт натыкаться исключительно на два любовных интереса, а не на всех остальных.

Я даже Гарфа и Розвааля сегодня не видел.

Кинг уже хотел пройти мимо, думая, что Рам точно ничего не замышляет. Он понял, что ошибся, когда осознал изменение в своём положении. Он был прижат к стене, а она взяла его голову обеими руками и с умеренной скоростью опустила вниз, чтобы до неё можно было дотянуться.

Рам медленно приближала своё лицо к лицу Кинга, у которого все мысли были об одном.

Она действительно собирается поцеловать меня!

От этой мысли лицо Кинга стало краснее, чем было после Фредерики. Похоже, что эффект от их действий суммировался и не давал мужчине ясно мыслить. Он и не понял, что лицо Рам сместилось и её губы коснулись только его щеки со шрамами.

Она отстранилась с улыбкой, которая бросала ему вызов.

— Обворожительная Рам даст тебе что-то получше, когда ты выберешь её.

Она подмигнула и ушла по коридору. Никто не заметил, что рядом с ними была открыта ещё одна дверь.

— Значит, хищный начальник всё-таки захотел сразу двух девушек.

Кинг обернулся на голос и возле открытой двери увидел Гарфиэля, лицо которого было серьёзным в спокойной обстановке, что удивительно для такого типа людей.

— Н-нет, я н-не собираюсь брать двух. Сегодня наконец сделаю свой выбор.

Молодой тигр мысленно вздохнул с облегчением, услышав ответ от своего кумира, на которого клюнула даже его возлюбленная.

Чего уж греха таить, я бы и сам отдался начальнику, будь я девушкой. Но я не хочу отдавать Рам кому-либо, кроме себя.

— Это хорошо. Если спросишь, я бы поддержал выбор в пользу своей сеструхи. Сделай её счастливой, как ты умеешь, начальник!

— Эээ, хорошо!

Кингу ничего не оставалось, кроме как согласиться со словами Гарфиэля, который широко улыбнулся ему, закрыл дверь своей комнаты и ушёл в том же направлении, что и Рам.

Кинг наконец вернулся в свою комнату и лёг на кровать, уложив Беатрис рядом с ним. В таком положении он способен думать лучше, чем в любом другом. Особенно заметно это ощущается в три часа ночи, как и у всех порядочных людей.

Это не какая-то галге игра, которую я могу перепройти на разные руты, когда захочу.

Сильнейший человек сделал ещё один глубокий вдох и начал размышлять о самом сложном выборе в его жизни.

Они обе любят меня. Обе добры и довольно напористы. Обе не являются людьми, но это плюс, а не минус. И Рам, и Фредерика могут быть довольно строгими, когда это нужно, но моим любимым типом девушек будет именно вторая, хотя мне в последнее время и цундэрэ нравятся не меньше. Но у Фредерики и такая сторона есть.

Пока что Кинг зашёл в тупик со своими мыслями, не замечая отсутствия Беатрис, которая ушла приглашать девушек в их с Кингом комнату. Ведь момент признания начнётся через несколько часов.

Если так подумать, то Фредерика чуть ли не с самого начала поняла, что я обычный человек, и всё равно полюбила меня. А Рам была как те фанатки, но она не передумала, когда узнала правду. Кажется, наши отношения стали намного лучше. Что касается внешности...

Вполне логично, что для большинства парней Фредерика выглядела намного привлекательнее, но Кинг снова покраснел, вспомнив вчерашний образ Рам с кроличьими ушками.

Нет, даже тут их тяжело сравнивать. Это максимально несправедливо для такого девственного разума.

Несмотря на мысленные жалобы, Кинг всё-таки смог принять решение.

Через несколько часов настали те самые четыре часа по воде. Рам и Фредерика сидели на тех же стульях, что и в момент признания. Кинг и Беатрис стояли возле кровати на достаточном расстоянии друг от друга. Кинг готовился дать свой ответ.

— Вы ведь уже знаете, для чего я позвал вас обеих?

— Да. Сильнейший человек наконец скажет, кого из нас он будет совращать в первую очередь.

Рам ответила на вопрос в своей манере, пытаясь отвлечься от ненужных мыслей. Этот момент наконец настал, и у её волнений был смысл.

Ха-хаха, она даже в такой момент не может не шутить, да?

Эта шутка придала Кингу достаточно уверенности, чтобы собрать свои мысли и наконец сказать, кого он любит сильнее.

— Этот выбор был действительно самым тяжёлым испытанием в моей жизни. Без преувеличений, сложнее четырёх генералов из Ассоциации монстров.

И уж тем более сложнее Белого Кита и архиепископа Лени. Великий Кролик был самым стрёмным, пожалуй.

— Но за два месяца я наконец смог выбрать.

Кинг вдохнул новую порцию воздуха и повернул взгляд на одну из девушек.

— Больше всего я люблю Фредерику.

Сильнейший человек только сделал свой победный выдох, как вдруг понял, что не стоило делать это так рано. Фредерика вскочила со стула и резко прыгнула на него, отчего тот чуть не упал на кровать, но смог удержаться. В следующую секунду он ощутил поцелуй в губы, который длился добрых полминуты, прежде чем она слезла с Кинга, напоследок обняв его и отстранившись.

Вспомнив, что они тут не одни, вновь покрасневший Кинг обернулся на Рам, лицо которой утратило радость. Казалось бы, на нём не было никаких эмоций, как и обычно, когда она работала. Кинг сразу догадался, в чём суть проблемы.

— Это было правда тяжело. За последнее время я полюбил вас обеих, но никто из нас не был с этим согласен. Во время размышлений я пришёл к выводу, что от Фредерики моё сердце бьётся немного сильнее. Извини.

Не зная, что делать в такой ситуации, он предложил ей обняться, и она прижалась к нему.

— Бывает, что в жизни не всё случается так, как человек захочет. Рам всё равно будет любить тебя, даже если ты выбрал другую.

По крайней мере, это Фредерика, а не Мари.

Рам мысленно попыталась поднять себе настроение очередной шуткой о связях Кинга с его земляным драконом, чтобы не начать плакать раньше времени.

Кинг же прижимал Рам сильнее, надеясь хоть как-то утешить её после его же отказа, и думал над этой ситуацией, которая могла произойти где-то в другой временной линии.

Если бы не мои убеждения, я мог бы и без раздумий взять обеих.

После пяти минут успокаивающих объятий Рам отстранилась, пожелала спокойной ночи и более спокойно направилась к своей комнате.

Возможно, ей стоило уйти вместе с Фредерикой, которая резко повалила Кинга на кровать и, нависая над ним, быстро оставляла множество быстрых поцелуев по всему его лицу и подольше задерживалась на губах. Лицо Кинга уже давно не меняло свой цвет — оно на протяжении дня оставалось красным.

Когда Фредерика резко отстранилась и начала раздеваться, оставив на себе яркое откровенное нижнее бельё, Беатрис поняла, что всё пошло... немного не по плану, и о ней забыли. Она незаметно вышла и беззвучно закрыла дверь магией, понимая, что ей придётся снова спать в своей библиотеке.

А они времени не теряют, но так даже лучше, в самом деле.

В этот день Кинг перестал быть магом.

Каждый выбор имеет последствия

Кинг проснулся в своей кровати уставшим, чего не случалось со времён его деятельности как героя S-класса. Он едва проснулся и ещё не пришёл в себя, но уже почувствовал существенные изменения в своей постели. Как минимум, солнечные лучи не бьют по глазам, не говоря уже о повышенном уровне тепла от объятий, которые он ощущал каждый раз перед сном, во время сна и пробуждения в последние месяцы. Но что-то было не так.

Беатрис всё-таки может вырасти до размеров взрослой?

И только после этой мысли его захлестнули воспоминания прошлого вечера: окончательный выбор между двумя его любимыми девушками, разочарование одной из них. Сразу после её ухода вторая набросилась на Кинга с поцелуями и...

Я больше не маг...

Тщательно вспомнив подробности, Кинг снова начал краснеть со скоростью, превышающей скорость Сайтамы. В общем, как и ожидалось от сильнейшего человека во всех мирах.

Получается, что я сейчас...

Кинг медленно отполз от Фредерики, чтобы посмотреть, где на протяжении всего сна лежала его голова, и понять, что она находилась между её больших грудей. С этой информацией, а также дополнением в виде полностью обнажённого состояния обоих партнёров, сердце Кинга стало биться чаще.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Звук был не таким громким, как во время противостояния Великому Кролику, но достаточно сильным, чтобы резко разбудить всех жильцов особняка, если они, конечно, смогли уснуть.

Что касается Фредерики, этот звук перестал пугать её, но сработал как будильник, лишь с той разницей, что его не хотелось разбить кулаком. Она немного поворочалась в постели, прежде чем приоткрыть глаза и сесть, придерживая одеяло, в центре которого было образовано красноватое пятно, свидетельствующее о том, что этот раз был первым у обоих возлюбленных.

— Мммм... Доброе утро.

— Д-д-доброе.

В отличие от Кинга, Фредерика вообще не испытывала волнения от произошедшей ситуации и такого пробуждения. Её волновало немного другое.

— Который час?

Кинг повернул голову и дал ей ответ, смотря на часы.

— Уже восемь часов по земле.

До сих пор не привык к такому подсчёту времени. Они ещё и называют его полностью, а не с сокращениями, как я.

После уточнения времени у Кинга Фредерика поняла, что если бы она не была его личной горничной, то точно бы опоздала на простую смену. Но поскольку Фредерика больше не служит маркграфу, она притянула Кинга обратно к себе и поцеловала, проникнув языком в его рот. Тот удивился и продолжил краснеть с той же скоростью, но не отстранился и боялся лишь за одно.

Мы занимались этим пол ночи... Неужели она хочет продолжать с самого утра?

К счастью для Кинга, Фредерика прервала поцелуй с образовавшейся нитью слюны, прижала его голову к своей груди, и они снова легли. Сегодня Кингу на тренировку не надо. У него была кардиотренировка с длительностью в четыре часа.

Уступив сонливости и приятному теплу от тела Фредерики, смущение Кинга отступило, и он был близок к тому, чтобы провалиться в сон, но внезапный стук в дверь этому помешал.

— Кинг, я вхожу.

Естественно, это была Рам, да не одна, а с Беатрис. Они не стали ждать и сразу открыли дверь. Увидев интересную картину, прикрытую влажным одеялом, великий дух и розоволосая горничная просто не могли не прокомментировать это событие.

— Как Бетти и предполагала, в самом деле.

— Не прошло и половины суток, а Кинг уже совратил невинную горничную. Хотя, может, и не такую уж невинную...

Фактически, в этих словах можно было услышать нотки зависти, но ни Кинг, ни Фредерика не были достаточно бодрыми для этого.

Рам точно знала, что это событие произошло. Не только из-за громких звуков на протяжении половины ночи, но и благодаря яркому насыщенному аромату, который стоял в комнате. Скорее всего, даже обычные люди уловили бы его моментально, а Рам, будучи демоном, уж тем более.

Она прошла мимо влюблённой парочки и резко распахнула окна, чтобы выветрить запах их ночной пододеяльной борьбы, после чего продолжила говорить в своей привычной манере.

— Ещё немного — и эта извращённая парочка опоздает на завтрак. Вам лучше сначала принять ванну, после чего подумать, что вы будете им говорить.

— А что мы должны им говорить?

Кинг не понял слов Рам, но она быстро дала ответ, указывая на него пальцем.

— Шумоизоляция у нас приемлемая, но конкретно ты вёл себя слишком громко. Так что очаровательная Рам не удивится, если она не единственная, кто не могла уснуть этой ночью.

От этого заявления Кинг снова покраснел.

Ну да. Учитывая, как громко могло биться моё сердце во время процесса...

Кинг сделал глубокий вдох и собирался поблагодарить Рам, которая уже вышла за дверь вместе с Беатрис.

В то же время Фредерика встала с кровати и начала одеваться. Кинг заворожённо и с новым покраснением на лице смотрел на процесс, что не осталось незамеченным.

— Пожалуйста, не смотри так пристально.

Фредерика прикрыла грудь и, надув щёки, повернула голову влево.

Фредерика дуется на меня из-за того, что я смотрел, как она одевается? Она несколько минут назад прижимала меня к своей груди.

Кинг не понял смущения своей девушки, но всё-таки отвернулся и надел свою утреннюю одежду.

Они же вдвоём быстро приняли ванну и переоделись. На Фредерике снова был наряд горничной, а Кинг решил надеть тот костюм дворецкого, что он носил в первые дни, когда ещё работал в особняке Розвааля.

Наконец, они прошли в столовую, двери которой были открыты. Все, кроме Кинга, Фредерики и Беатрис, следующей за ними, уже сидели за столом.

— Вот это да, начальник! Как же ты крут!

Чегось?

Кинг не мог понять, за что Гарфиэль его хвалит. Он ведь просто зашёл в столовую. К счастью, этот момент прояснила Эмилия.

— Мой рыцарь целых четыре часа отражал ночное нападение на особняк! К тому же он был достаточно милосердным, чтобы отпустить их с миром!

Глаза Эмилии, как и большинства сидящих, были сонными, но при этом в них можно было увидеть восхищение. Если бы не Кинг, сейчас они все спали бы вечно, без возможности проснуться.

— А? Вы о чём?

Естественно, Кинг не понял, про что они вообще говорят. Конечно, Кинг вёл борьбу этой ночью, но она явно их не касалась. Министр внутренних дел лагеря по имени Отто думал иначе.

— Можешь не притворяться, Кинг-сан. Мы все слышали, как ты использовал ту штуку, которую вся страна начала называть Колоколом Кинга. Мы правда очень признательны тебе за очередное спасение, но...

Отто, который в эту ночь аж протрезвел и больше не мог пить, будто сам звук заменил белую горячку и закодировал его, сделал глубокий вдох перед своей просьбой.

— Пожалуйста, я тебя очень прошу. В следующий раз будь тише.

— А Фредерика говорила, что я и так был тише обычного.

Эти слова вырвались изо рта Кинга, он не успел их обдумать.

— Фредерика? О, я поняла!

Эмилия не сразу поняла, причём тут его личная светловолосая горничная, но правильный ответ всё же дошёл до её головы.

— Как твоя личная горничная, она должна была присутствовать и помогать тебе хотя бы морально, да? Скажи, что я тебя раскусила.

— Ааааа... Да, ты всё правильно поняла, Эмилия.

Кинг, как это обычно бывает, сделал вид, что всё так и было задумано. В конце концов, Фредерика поддерживала его не только морально. Он пытался не смущаться и не выглядеть глупо, но следующая секунда прервала эти попытки, как и восхищение людей Кингом.

— ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХА!

Этот громкий, энергичный и даже немного истеричный смех издала Рем. Лучшая горничная особняка, которая всегда держалась с железной дисциплиной и сидела рядом с Эмилией, не выдержала и теперь одной рукой держалась за живот, а другой — за край стола, чтобы не упасть на него или, ещё хуже, со стула. За ней с таким же звонким смехом последовали Рам и Беатрис. Для трио это был сильнейший анекдот, заставивший Кинга и Фредерику опустить головы от стыда. Остальные не поняли причины этого смеха. Даже Розвааль находился в недоумении и не мог не заявить об этом.

— Возможно, в этом месте есть кто-то безумнее меня...

Клоун до сих пор не исцелился от своей депрессии, но по крайней мере его речь стала стабильной. Сёстры-горничные и великий дух не заметили его слов, продолжая смеяться примерно полторы минуты, после чего Рем медленно вдохнула свежий воздух, без которого её лёгкие и горло уже начали болеть, и объяснила причину своего смеха.

— Мы просто очень рады за Кинга-саму, и конкретно Рем давно не вела с ним диалог...

Такое себе оправдание, учитывая, что она тоже знала всю правду, от которой и смеялась. Интимный момент Кинга и Фредерики приняли за величайшую битву всех времён. Самое главное, что это слабое оправдание сработало.

— Как его дух, Бетти подтверждает слова Рем.

Беатрис, которая до этого сидела на коленях Рам, подтвердила слова синеволосой горничной и вернулась на своё законное место, на колени Кинга.

Из-за недостатка сна завтрак прошёл менее оживлённо, но это нормально. Самое главное, что в легендах о сильнейшем человеке появился пункт о том, что он способен спасать этот мир даже ночью, не зная усталости. Учитывая, что сеанс длился четыре часа без перерыва, он действительно мог не знать об усталости.

Начало нового кипиша

Сильнейший человек бежал в медленном темпе, выполнял отжимания, приседания, скручивания на пресс. Каждый божий день, без перерыва. И всё это ради...

Нихрена я не начал лысеть. И стены с одного удара тоже не разрушаю.

Кинг был огорчён тем, что не смог добиться силы своего лысого друга, выполняя те же самые упражнения тот же самый промежуток времени. Возможно, всё дело было в различии законов этих миров, но сильнейший человек об этом не знал.

Ну... Я хотя бы стал меньше похож на дрища.

Стоя возле зеркала, Кинг слегка улыбнулся, понимая, что он хоть чего-то смог достичь за год нахождения в другом мире. Конечно, он не особо верил в то, что может стать кем-то на уровне Сайтамы или хотя бы Райнхарда, но хотел стать достаточно сильным, чтобы защитить себя и тех, кто стал ему дорог. Теперь его тело выглядело подтянутым, мышцы обрели хоть какую-то форму, а живот стал более упругим и на нём кубики стали более выраженными.

Он по-прежнему не входил и в двадцатку сильнейших существ этого мира, но по крайней мере больше не задыхался на десятикилометровой пробежке, и его кости больше не хрустели при выполнении остальных упражнений. Каждое утро давалось легче, и Кинг начал получать от тренировок даже некоторое удовольствие — то самое чувство, о котором говорил Сайтама. Но с точки зрения магии он был весьма хорош, имея талант к четырём элементам и великого духа, с которым они создали ещё несколько новых заклинаний на основе воспоминаний Кинга о том, что люди из родного мира про него говорили.

— Кинг, леди Эмилия просила привести тебя к ней. Беатрис уже с ней.

Услышав своё имя, Кинг обернулся на голос девушки, которая вошла в комнату, даже не собираясь стучать в дверь. Они уже десять месяцев живут в одной комнате и достаточно знают друг друга. Фредерика выглядела слегка взволнованной — это было заметно по тому, как она нервно перебирала пальцами край фартука.

— Ты не знаешь, кто этот гость?

Кингу было интересно, кто может быть этим человеком, которому так срочно понадобился сам Кинг. Им интересовались даже больше, чем Эмилией, хотя половина встреч была изначально дипломатической, касающейся самой кандидатки. Фредерика некоторое время молчала перед ответом, не зная наверняка, был ли это кто-то важный.

— Они торопились и упомянули, что это важная личность, хотя со стороны так и не скажешь.

Кинг не мог не поддразнить Фредерику за её высказывание.

— Не стоит судить людей лишь по внешности.

Он указал на себя большим пальцем.

— Этот человек со шрамами на лице оказался не каким-то криминальным бандитом, а простым человеком.

Затем он указал уже на Фредерику указательным пальцем.

— А эта милая девушка со стороны кажется самой доброй, но никто не знает, на что она способна по ночам в одной кровати со своим будущим мужем.

— Это вообще не было смешным, Кинг.

Этот подкол не расстроил, но достаточно сильно смутил Фредерику, которая действительно делала интересные вещи не только в первый день их романтических отношений. Она бы так и продолжила притворно дуться на Кинга, если бы тот не задал следующий вопрос.

— Так как же этот гость выглядел?

— Я думаю, ты бы охарактеризовал её как «лоли-кошкодевочку».

Фредерика тоже начала перенимать слова из мира сильнейшего человека, о чём тот и не задумывался. Что уж говорить, даже Совет мудрецов взял некоторые из них и начал присваивать преступникам уровни угрозы — видимо, классификация Кинга оказалась удобнее, чем... Её отсутствие.

— Понятно. Я до сих пор не знаю, кто это, но нам, наверное, пора идти.

Кинг по-прежнему не знал, кто этот гость.

Если «лоли», значит точно не Феликс, вот и вся информация.

Он быстро привёл себя в порядок, на всякий случай ещё раз отряхнул штаны с футболкой и вышел вслед за Фредерикой.

Через пять минут они зашли в комнату, и едва Кинг успел осмотреть участников заседания, тишина была прервана восторженным детским голосом, принадлежавшим той самой «лоли-кошкодевочке».

— Оооо, это и есть Кинг?!

Маленькая кошкодевочка, покрытая оранжевым мехом и одетая в белую мантию, по какой-то причине сидела на шее Гарфиэля, но быстро слезла с него, заметив пришествие Кинга. Она подбежала ближе, с любопытством разглядывая его шрамы и внушительную фигуру.

— Значит, ты и есть гостья?

— Да! Это Мими и Джошуа!

Судя по интонации, девочка была фанаткой Кинга, который уже запустил мыслительный процесс в своей голове.

Значит, её зовут Мими, а тот парень в дорогом костюме с фиолетовыми волосами — Джошуа. Погоди. Это ещё одна пародия на Милую Маску?

— Слушай, а ты случаем не родственник Юлиуса?

Кинг сел рядом с Эмилией, задавая этот вопрос. Он вспомнил, как на первой встрече Юлиус выглядел таким же напыщенным, как этот парень сейчас.

— Верно. Я Джошуа Юклиус, младший брат Юлиуса Юклиуса, чуть ли не единственного духовного рыцаря в стране. Потому я и удивился, когда узнал про вас и Беатрис-саму. Для меня большая честь познакомиться с людьми, которые заставили моего и без того великолепного брата стать лучше, Кинг-сама!

В ответ на это Кинг просто вздохнул, усаживая Беатрис обратно себе на колени, и попытался вернуться к изначальной теме диалога. Беатрис, как всегда, устроилась с комфортом, сложив руки на груди и с лёгким высокомерием поглядывалв на Джошуа.

— Понятно. Мы можем перейти к теме?

Уже хочу это закончить, чтобы поесть и провести время с Фредерикой.

Пока Кинг думал о распорядке своего дня, Джошуа, который только завёлся и хотел начать рассказывать о своём брате, резко вспомнил, зачем он вообще пришёл в это место, и перешёл к самой сути.

— Верно. Мне ведь самому нужно выполнить возложенные на меня обязанности. Я обращаюсь к леди Эмилии от имени своей леди Анастасии Хосин.

Джошуа осторожно опустил руку в карман, достал из него письмо и, положив на стол, открыл его. Бросив взгляд на содержание, он кратко его пересказал.

— Леди Анастасия желает пригласить вас и ваших подчинённых в город Пристелла.

Эмилия в удивлении приподняла одну бровь. Она переглянулась с Кингом, словно ища подтверждения, что не ослышалась.

— Приглашение в город Пристелла... в город водных врат, верно? Недалеко от границы между королевством Лугуника и городами-государствами Карараги.

— Вы абсолютно правы. Леди Анастасия в настоящее время проживает там, а не в столице, и желает пригласить вас к себе.

Джошуа медленно склонил голову. Эмилия отвернулась от него и выразительно посмотрела на Кинга. Было очевидно, что её интересовало его мнение. Только вот сильнейший человек сам разделял её опасения.

Они сейчас о той неотёсанной капиталистке с шарфом, которая на церемонии начала отбора вела себя немного лучше Присциллы?

Размышления Кинга вновь прервал Джошуа, который, кажется, понял, о чём тот думает, и пытался переубедить его хорошими словами. Он нервно поправил свой дорогой галстук и продолжил, стараясь звучать как можно убедительнее.

— Пристелла — живописное место. Город примечателен тем, что в нём собираются туристы со всех уголков. Леди Анастасия пришла в восторг, оказавшись там, и мечтает разделить его с остальными...

Завлекающая речь Джошуа была прервана Эмилией, помнившей о той дуэли сразу после начала отбора. Её голос звучал мягко, но в нём чувствовалась стальная уверенность.

— Это, конечно, хорошо, но я боюсь, что из-за того случая у неё с нами довольно непростые отношения, если ты понимаешь, о чём я.

До Кинга только дошёл смысл слов Эмилии.

А, точно. Для остальных та дуэль выглядела так, словно Юлиус — какая-то игрушка, а не лучший рыцарь.

Он почувствовал, как Беатрис легонько ткнула его локтем в бок — она явно уловила его мысли и одобрительно хмыкнула. Для неё та дуэль была простой демонстрацией силы великого духа и сильнейшего человека. Естественно, этот случай войдёт в историю, как и остальные подвиги Кинга.

Опасения Кинга и Эмилии не были беспочвенными, но, как оказалось, Анастасия не обижалась. Ну, разве что чуть-чуть...

— Леди Анастасия приглашает вас всего лишь из своего великодушия. Она обнаружила в Пристелле вещь, которая для вас так необходима.

— Вещь, которая для меня так необходима?

Эмилия заинтересовалась словами Джошуа, который наконец-то смог найти преимущество в этом диалоге. На лице этого парня появилась широкая улыбка. Она была такой же неприятной, как и всё его лицо, но об этом ему никто не скажет.

— В городе есть магазин, продающий высококачественные магические камни, одним из которых вы так желаете обладать. Полагаю, что в настоящее время вы обеспокоены поиском сосуда для вашего великого духа, верно?

После этих слов Отто, молча сидевший на одном диване с Мими и Гарфиэлем, начал едва заметно трястись и жалобным взглядом смотреть на Кинга, который это заметил и перевёл на него взгляд в ответ.

Чего он так трясётся? Опять перепил? Нет, он явно считает ситуацию безвыходной и хочет, чтобы я что-то сделал.

Кинг заметил, как Отто закусил губу и его глаза стали влажными — торговец явно был на грани нервного срыва. В последнее время он и так работал на износ, а теперь ещё и такие сюрпризы.

— Что ж, спасибо тебе за информацию. Дальше мы как-нибудь сами разберёмся и приедем туда где-то... Через месяц. Прошу простить, но леди Эмилия сильно занята делами на своей территории. Если это всё, о чём вы хотели поговорить, мы можем налить чаю перед обратной дорогой и проводить вас.

— Я так и подумал, что мы с вами сможем договори... Что?

Джошуа только осознал слова сильнейшего человека. И это были не те слова, которые он хотел услышать, думая, что учёл каждую возможную оплошность. Его глаза расширились, а челюсть слегка отвисла — выражение его лица было поистине бесценным.

— Вы же не имеете в виду, что...

Широкая улыбка с лица Джошуа пропала так же быстро, как и появилась. Он думал, что переиграл всех членов лагеря Эмилии, но теперь прекрасно понимал, что переиграли и уничтожили здесь именно его. Мими, не понимавшая всей серьёзности момента, продолжала с восторгом разглядывать Кинга, дёргая Гарфиэля за волосы и что-то нашёптывая ему на ухо. Джошуа же мог только упрашивать куда более уверенную в себе Эмилию о том, чтобы пересмотреть данное решение.

Венеция другого мира

— Действительно ли было правильным решением не просить Отто заранее подумать о подобных ситуациях и оставить всё на меня?

Кинг негодовал от того, что ему доверяют не только спасение их жизней, но и переговоры с представителем другого лагеря.

Хотя грех жаловаться, если это было слишком просто.

Сильнейший человек думал о том, насколько лёгкой задачей было сорвать улыбку с лица Джошуа и слушать его мольбы о согласии. Эта мысль была поддержана самим Отто.

— Я на секунду задумался, что будет, если вы не справитесь, Кинг-сан. Чуть нервный срыв не случился, но вы заставили этого парня встать на колени и сказать, что леди Хосин сделает многое ради сближения с вами. Это была невероятная победа, даже если учесть...

Кинг перебил бывшего торговца, не желая слушать осуждения о высказанной цене встречи.

— Ты не понимаешь, почему оплата нашего с Фредерикой свидания в Пристелле будет лучшим вариантом.

Он остановился и отпустил Беатрис, чтобы поднять руку и эпично сжать её в кулак.

— Это будет лучшее свидание за всю нашу жизнь.

После этих слов все, кроме Фредерики и Гарфиэля, закатили глаза от слишком частой демонстрации взаимной любви. Сам молодой тигр поддержал решение своего начальника.

Пока они шли по особняку с целью оповестить всех его жителей о поездке, Кингу пришёл в голову один важный вопрос.

— Кстати, я довольно давно об этом не спрашивал. Как там Мейли?

— Не так давно я видела её на улице вместе с Розваалем.

Фредерика ответила на вопрос Кинга с небольшим презрением. Тот не мог не подумать о страшном стереотипе.

Ну да. Кто бы радовался, находись твой ребёнок рядом с полудепрессивным клоуном, похожим на педофила.

Беатрис вывела Кинга из его мыслей своим предложением.

— Почему бы тебе не проверить её, в самом деле.

— Возможно, она уже вернулась в свою камеру. Проверю прямо сейчас, если вы не против.

Фредерика и Беатрис отпустили руки Кинга. Теперь эти трое действительно выглядели как родители с дочерью.

Через пару минут Кинг спустился в темницу особняка и подошёл к комнате Мейли, которая играла со сшитыми на заказ куклами Кинга, остальных жителей особняка и каких-то зверодемонов. Похоже, что даже в этом вымышленном сценарии Кинг побеждал.

— Ты давно проснулась?

Девочка в голубом платье обернулась на знакомый голос сильнейшего человека.

— Братик Кииииинг!

Мейли сама открыла дверь и прыгнула на Кинга. Она не обижалась на него за убийство Эльзы. Фактически, как напрямую, так и косвенно это была не его вина. Его там даже не было, да и сильнейшему человеку невозможно отомстить тем же убийством. Кинг просил Вильгельма остаться в особняке для обеспечения безопасности людей, проживающих на территории. Поначалу он показался ей куда более страшным существом, чем сама мать.

Мейли на мгновение начала дрожать от страха, вспоминая все пытки, которым она подвергалась, пока не вспомнила, что находится под защитой сильнейшего человека. Кинг заметил это и сильнее прижал её к себе.

Гарантирую, Архиепископу Похоти жить осталось недолго. Постараюсь разузнать о её более точном местоположении и отправлю туда Райнхарда. Он-то должен с ней справиться? Насколько я видел, у любого существа с регенерацией или бессмертием есть свой предел прочности, после которого это существо сдохнет. За одним исключением.

Кинг улыбнулся, не в первый раз вспоминая своего лысого друга, который неосознанно дал ему подсказку. Но как бы он ни хотел снова вспомнить недавнее прошлое, он пришёл именно к Мейли.

— Сегодня мы готовимся к поездке в Пристеллу. Эмилии нужно найти кристалл для Пака, а остальные просто отдохнут там. Ты с нами?

На секунду Мейли подняла голову, не веря своим ушам. Целый год она только шлялась по территории Розвааля, лишь иногда подходя к деревне в сопровождении взрослых. Конечно, никто не говорил жителям, что это она прокляла их детей через вольгарма и вызвала весь лес этих зверей против Кинга. Даже если бы об этом рассказали, жители посчитали бы это демонстрацией невероятной силы Кинга и поблагодарили за это девочку. Но как бы там ни было, даже с новыми друзьями вроде деревенских детей и почти всех жителей особняка ей было довольно скучно. Потому в ответ на предложение Кинга Мейли прижалась обратно к нему, сказав всего одно слово.

— Дааааа! Спасибо, Кииинг!

Мейли была по-настоящему счастлива от самой возможности смены обстановки, ещё и на такой прекрасный город, кардинально отличающийся от всех остальных.

Кинг был рад, что смог отвлечь девочку от мрачных мыслей, и пошёл к остальным вместе с Мейли, которая так и не отлипала от него и в итоге села ему на шею.

Через полчаса они определились, каким составом поедут. Было принято неприятное решение оставить Рем и Рам в особняке, как обычно это и бывало до пришествия Кинга. Благо хотя бы Розвааля не будет в особняке — всё-таки ему нужно выполнять функции маркграфа, и он тоже не может поехать со всеми. Ни то что бы его кто-то звал.

Одиннадцать дней спустя

По прибытии Кинга и остальных к городу их встретили высокие величественные стены. Кинг и Беатрис высунули головы из окна повозки. Последняя прокомментировала преувеличенный рассказ об этом месте.

— Джошуа сказал, что здесь очень красиво, но что-то Бетти сомневается в этом. Такой вид больше угнетает, чем расслабляет, в самом деле.

— Да. Может, мост и ворота выглядят круто, но...

Кинг согласился с Беатрис и немного опустил свой взгляд. В данный момент их экипаж проезжал по огромному каменному мосту, который вёл к главным воротам Пристеллы. Кинг вытянулся и посмотрел на горизонт, где солнечные блики отражались от воды. Ему это напомнило океан, но таких объёмов воды в этом мире не существовало. Вероятно, это было озеро или река.

— Пристелла — город, построенный на озере. Земля за этими стенами плавно уходит вниз, потому сверху это и может напоминать какую-нибудь чашу. Если представить этот город как ловушку, то центр был специально сделан так, чтобы его можно было затопить.

Беатрис рассказала, что знала об этом месте, и у Кинга сразу появились подозрения на счёт города.

— Возможно, это место уже послужило ловушкой для одной из ведьм. Мы же не знаем, как большая их часть умерла.

Ясное дело, что Ведьму Зависти чересчур завысили. Никакого отношения она к смерти остальных ведьм не имеет. Блин, нужно было у Ехидны спросить, пока была такая возможность.

Кинг перестал думать об упущенном ответе. Вместо этого он посмотрел на здешнюю воду и смог ясно разглядеть дно озера, на котором не было ни мусора, ни других следов загрязнения.

— И ведь никакого хлама или промышленных отходов под водой нет. Это действительно впечатляет.

Кинг не мог не подметить этот момент. Его мир мог похвастаться таким же уровнем чистоты из-за довольно суровых штрафов, но монстры всё это разрушали. Если думать об этом мире, то даже столица Лугуники была грязноватой. Если у небогатых районов это называется творческим беспорядком, то у дворян — это просто невоспитанность. Отто обосновал здешний уровень экологии:

— Пристелла особенно строга к мусору, поскольку тут следят за состоянием окружающих вод. Как только мы войдём, то будем обязаны пройти пограничный контроль. Просто заполните пропуск, который они вам дадут.

— Пропуск?

Возможно, это что-то похожее на ту шнягу из моего мира. Как-то раз меня не хотели пропускать в город А, и пришлось заполнять.

Кинг примерно понял, о каком пропуске идёт речь, но Фредерика объяснила это так, будто она действительно знает, неосознанно перебив Эмилию.

— Обычно нас освобождали от этого при въезде в столицу только из-за эмблемы на повозке. Но чтобы попасть в Пристеллу, всем без исключения нужно заполнить документы.

Кинг уже собирался просто кивнуть, но Отто решил дать более развёрнутое понятие этого пропуска.

— Несмотря на общегосударственные законы, люди, управляющие этим городом, обладают значительным авторитетом, поэтому некоторые правила здесь отличаются от законодательства страны. В документах обязательно будет указано, о чём речь, поэтому, пожалуйста, внимательно их прочитайте.

— Какой геморрой... Слушай, давай ты сам прочитаешь и нам потом скажешь, чё там?

Гарфиэлю не очень понравились все эти формальности, о чём он и высказался, но тут же получил подобный ответ от Фредерики, щёлкнувшей его по лбу.

— С таким отношением ты так и не поумнеешь, Гарф. Тебе стоит научиться хотя бы основам, связанным с документами. Нельзя всё время полагаться на странные цитаты из книг, которые ты читал раньше.

Гарф пытался оправдаться в своей манере.

— И ничё они не странные. Я просто люблю добавить пафоса. Верно, начальник?

Кинг, явно задумавшийся о своём скором свидании в этом месте, вышел из своих мыслей по зову Гарфиэля.

— А? Да. Если делать это в нужном месте и в нужное время, то всё ок.

На этот ответ Беатрис вздохнула, будто смирилась с характером Кинга.

— Тебе уже тридцать, а этого ребёнка учишь всяким глупостям, я полагаю.

— Пожалуйста, не упоминай мой возраст. Чувствую себя каким-то стариком.

Пограничный досмотр прошёл довольно легко. В документах описывались правила, которых они должны придерживаться внутри города. Не стоило забивать этим свою голову, поскольку каждый пункт практически невозможно было нарушить по случайности. Всё, что нужно было сделать, — это прочитать написанное и написать своё имя. Стражники весьма сильно напряглись, когда поняли, что перед ними оказался сам Кинг, да ещё и со своей леди Эмилией, одной из кандидаток на пост королевы. При виде Кинга стражники подумали, что он просто приехал на отдых, но, вспомнив про Эмилию, они поняли, что те приехали по делам. В конце концов, Анастасия Хосин тоже проходила этот досмотр.

— Как они удивились, узнав, что в этом месте встретятся две кандидатки.

Эмилия резко повернула голову в сторону Кинга и с недоумением посмотрела на него.

— По-моему, они больше удивились от твоего присутствия.

Кинг сначала не понял, о чём она, но резко осознал, что снова забыл о своей репутации, и с разочарованием повернул голову.

Но с места они пока так и не двинулись. Все ждали Гарфа и Фредерику. Когда они пришли, Кинг не мог не задаться вопросом:

— Что вас там так задержало?

— Ааа... Да у меня почерк корявый просто, вот проблема и образовалась.

Гарфиэль не стал скрывать свой косяк. Всё равно от сильнейшего человека ничего не скроешь, хотя он и не злился из-за таких мелочей. Он только вздохнул и посмотрел на стражей.

— Кажется, они закончили проверку багажа.

Кинг взял Мари за поводья. В течение спокойного года он научился управлять своим земляным драконом. Та сначала подняла голову, чего-то ожидая от Кинга. Он погладил её по крепкой чешуйчатой голове, на что она ответила фырканьем. Наконец, дёрнув за поводья, они продолжили свой путь к Пристелле.

Они выехали из главных ворот и увидели реку, которая отделяла их от самого города. Повозка пересекла каменный мост, и им открылись внутренние ворота, показав всю ошибочность их мыслей на счёт этого места.

Вся группа была удивлена этим круглым поселением, окружённым стеной аналогичной формы.

— Вот это нихрена себе.

Гарф первым пришёл в себя после такого зрелища, но по-прежнему был переполнен восторгом. Вторым в себя пришёл Кинг.

— Анастасия ждёт нас... Явно не в дешёвом месте, судя по названию.

Отто резко запрыгнул на место повозчика.

— Я выяснил маршрут, поэтому позвольте мне вести. Быстро добраться туда на драконе мы не сможем, поскольку по таким узким улицам удобнее передвигаться на лодках.

Приблизившись к каналу, они увидели приближающуюся змею с головой дракона.

— Это водяные драконы?

Кинга удивлял не сам факт их существования, а внешний вид. Он довольно сильно отличался от земляного дракона не только цветом. Этот скорее напоминал китайского дракона, но только синего цвета. И выглядел он недружелюбно.

Они залезли в лодку, едва поместившись в ней. Учитывая самого лодочника, это было восемь человек. Сегодня им повезло, Мейли просто спала всю дорогу.

Через некоторое время они сошли с лодки. Отто пошёл договариваться с местными, чтобы Фруфу и Мари, следующих за ними по суше, отвели в стойло, а Кинг с остальными остался ждать у входа в гостиницу.

— О, так это рёкан.

Кинг узнал стиль гостиницы из своего мира, но не сильно этому удивлялся. Уже было понятно, что он не был первым, кого сюда перенесли. Он просто рассматривал здание, пока не услышал чей-то знакомый голос.

— Вы только посмотрите на эти удивлённые глаза... Похоже, что я сделала правильный выбор, пригласив вас сюда.

Теперь взгляд группы был обращён на девушку в белом платье и шарфе. Она продолжила говорить.

— И мы с вами видимся второй раз в жизни.

Она наклонила голову, смотря на Гарфиэля, Фредерику и Мейли, спящую в её руках.

— А с кем-то и в первый раз. Спасибо, что проделали весь этот путь. Могу предположить, что вы устали от этого путешествия... Как насчёт пройти и отдохнуть внутри?

Пьяный завтрак

Прошлый день в целом прошёл нормально, но один из главных торговцев Пристеллы, с которым Эмилия договаривалась на счёт кристалла, оказался... человеком, подобным Клинду. Странный лоликонщик, которому нравилась местная певица Лилиана. Благо для Кинга, что этот Киритака не видел его Беатрис, поскольку они не заходили в само здание и вместо этого решили просто прогуляться по городу, пока есть такая возможность. Повезло больше всего самому Киритаке. Кинг бы точно напугал его своим двигателем, подвернись такая возможность.

А сейчас Кинг смотрел на задний двор рёкана, залитый солнечным светом. Ощущая под ногами песок и твёрдый гравий, он глубоко вздохнул, чувствуя холодный утренний ветер.

Как же красиво это выглядит. Только Отто портит эту картину своим присутствием.

Красивый пейзаж был испорчен министром лагеря Эмилии, который икал и снова блевал в ведро.

— Ты вроде говорил, что не упустишь возможность наладить связи в этом городе.

— Ну да, так и... ик... было.

Отто подтвердил слова Кинга, что было для него непростой задачей в это утро. Но Кинга так и не отпускал один вопросик.

— Тогда почему ты пришёл только сейчас? И сейчас ты выглядишь пьянее, чем я тебя когда-либо видел.

Мейли, стоящей рядом и гладящей Отто по спине, не очень хотелось слушать объяснения от этого постоянного объекта для подколов, и она решила высказать всё, как есть.

— Скорее всего, этот торгаш опять накидался!

К сожалению, Отто всё равно начал оправдываться.

— Ик... Может, я что-то и подзабыл... ик... Но в первую нашу встречу... ик... Я был трезв.

— И это был последний раз, когда я видел тебя трезвым без похмелья.

Кинг осудил образ жизни Отто.

Мда, лучше б он просто сидел дома и читал мангу. Ах да, в этом мире же её не существует. Тогда не знаю, обычные книги тоже могут подойти.

— О, братан уже здесь.

Позади Кинга послышался знакомый женский голос. Обернувшись на его источник, Кинг увидел Фельт, одетую в нормальную лёгкую одежду, а не то жёлтое платье с начала отбора или рваные шмотки со времён трущоб. Кинг не побоялся прокомментировать её внешний вид.

— Учитывая то, как ты одета, удивительно, что рядом нет Райнхарда.

— Меня кто-то звал? О, доброе утро, Кинг. Нормально спал?

Только свистни — и он появится. Красноволосый Святой Меча оказался за спиной Фельт, на что ни Кинг, ни Фельт даже не удивились. Последней не понравилось его внезапное появление, и она резко развернулась, чтобы пнуть его в голову со словами:

— Как же ты бесишь!

Естественно, Райнхард словил рукой этот удар и не получил никакого урона.

Так долго продолжаться не могло. У Кинга заурчало в животе, и он решил поторопить всех присутствующих поблизости.

— Думаю, нам стоит поспешить на завтрак.

Оставив пьяного Отто, оставшаяся группа пошла до той комнаты, в которой собрались все гости. Они пришли почти последними даже с учётом того, что в этом месте находятся люди из четырёх лагерей. Пока только Присциллу с её свитой никто не видел.

При открытии двери все в комнате посмотрели в сторону Кинга, кивнули ему и продолжили общаться между собой. Он сел на свободное место рядом с Фредерикой и ещё раз оглядел комнату, понимая, что нескольких человек всё-таки нет на месте.

Гарф так и не вернулся? Вчера он отпрашивался, чтобы погулять с Мими, как он мне сказал. Ладно, думаю, с ним всё нормально. Кто этого тигра вообще может пробить в этом мире? Кроме Райнхарда и культистов.

Помимо недостающих людей, Кинг заметил и пару знакомых, которых не ожидал увидеть.

— Это опять вы? А третьего куда дели?

Прямо сейчас Кинг обращался к двум уже в прошлом нищим бандитам, которых он встречал в первый день нахождения в этом мире и ещё раз перед отбором. Первым из этих двоих ответ дал Гастон, который за целый год так и не похудел, но сменил одежду с грязной и потрёпанной на нормальную в тех же цветах.

— И тебе доброе утро. После прошлой встречи мы более правильно расставили свои приоритеты и решили жить как обычные люди, завязав с грабежами. Рачинсу повезло с тем, что его отец — знаменитый чиновник и в прошлом препод по фехтованию. Он просто вернулся домой.

Гастон будто вспомнил про пугливого гриба Камберли, который нервно поглядывал на Кинга. Толстяк толкнул гриба локтем, чтобы тот не молчал как идиот, но никто не ожидал, что он встанет на колени с молитвой к Кингу.

— Мы правда изменились, так что прошу, не убивай нас!

— Чё?

Кинга всегда вводили в ступор такого рода фразы, но он начал отвечать на них быстрее, чем раньше.

— Да не всрались вы мне, успокойся. А то, что завязал — хорошо. Сейчас ты у Фельт работаешь, да?

— В-верно.

Гриб встал с колен, прокашлялся и сделал вид, что он не унижал себя перед такой широкой и влиятельной аудиторией. Но фитиль уже был зажжён: вся комната слышала громкий смех Мейли и Фельт. За ней подтянулась большая часть находящихся в комнате. Некоторые даже не смогли оставаться в сидячем положении и легли на пол, смотря на лица друг друга и усиливая эффект.

После нескольких минут и чуть не потеряв сознание от недостатка воздуха, первой отреагировала Мейли.

— Значит, Братик Кииинг довёл тебя до такого жалкого состояния лишь одним присутствием.

После укротительницы зверей Фельт пальцем вытерла слезу с глаза и добавила ещё один комплимент Кингу.

— Братан умеет доводить до такого состояния всех. Насколько я наслышана, отец Рачинса тоже простым приветствием не отделался.

За исключением Фредерики и Кинга, глаза всех присутствующих моментально расширились, и их взгляды были обращены на Фельт, рассказывающей о подвиге Кинга, про который они не знали.

Больше всех такому повороту событий удивился Гастон. По его изначальному мнению, Кинг будто специально ищет себе сильных противников, чтобы показывать им свою ничтожность, но нет. На самом деле все понимают, что это нужно для их же самосовершенствования.

Юлиус, как первый из униженных, не мог не высказать своего удивления.

— Меня сильнейшему человеку было недостаточно, он решил ещё и моего учителя опозорить.

Естественно, это было сказано в шутку, но Кинг ответил настолько резко, будто оправдываясь за действия, которых не совершал.

— Я ничего такого с ним не делал! Просто телепортировал его в трущобы, чтобы он не мешал моему свиданию с девушками.

На этот комментарий Феликс ответил саркастично.

— Да-да. В этом зале же все умеют, как ты выразился, телепортироваться, ня.

Это слово было большинству из них незнакомым, но по контексту было понятно, что оно означает. Круш была более снисходительной к Кингу.

— По крайней мере, ветер лжи не дует вокруг него, и Рикерт до сих пор жив.

Все уже замолчали, и Анастасия собиралась звать персонал, чтобы они принесли им завтрак, как Фельт вспомнила об очень важной и интересующей всех фразе Кинга.

— Ты сказал, что у тебя там было свидание с девушками?

По какой-то причине Фельт интересовала идея, что у её негласного братана может быть несколько девушек. На самом деле не только её. Все наклонили головы, уставившись на Кинга и ожидая ответа.

— Незадолго до этого мне в любви признались две девушки. Не зная, кого выбрать, я решил сводить на свидание обеих, чтобы получше узнать их и позже выбрать. Оказалось, что мне нравились обе, но я не мог так поступить по своим причинам.

Кинг нашёл в себе смелость, чтобы лечь и положить голову на колени Фредерики, которая покраснела от мысли, что они делают подобное на публике, но ничего не сказала и начала поглаживать его по голове.

— Как видите, выбор я сделал.

Все одобрительно кивнули на ответ Кинга. Ни то что бы они его осудили, если бы он взял двух девушек. В конце концов, многожёнство не было запрещено. Но за более традиционный выбор их уважение к Кингу лишь возросло.

До прихода Кинга гости сидели в традиционной японской комнате примерно минут двадцать, ожидая, пока все соберутся.

— Что ж, похоже, некоторые из нас всё-таки не показались... Думаю, они и не появятся. Заносите.

По приказу Анастасии персонал гостиницы открыл двери, и тут же на стол принесли огромный горячий железный котёл. Вслед за ним начали приносить различные ингредиенты. Анастасия начала объяснять, что они вообще будут есть.

— Сегодня у нас традиционный завтрак Карараги — окономияки.

Она закатала рукава своего кимоно, которое было надето не только на ней, но и на всех гостях, кроме Фельт и Райнхарда.

Кинг вроде и обрадовался еде из своего мира, а вроде не был уверен в своих силах.

Чаще всего я просто закупался дошиками либо готовил что-то максимально простое. А такого у меня давно не было. Даже не знаю, получится ли у меня самому приготовить это правильно.

Как и ожидалось, Кинг провалил свою первую попытку приготовить это блюдо. Хотя если сравнивать это с Эмилией и Беатрис, у которых получились куски угля вместо вкусного и сытного завтрака, то это очень даже ничего. И Мейли справилась лучше них, хоть и тоже провально.

От возможности давиться невкусной едой этот квартет был спасён Фредерикой, которая понимала, что Эмилию точно нельзя подпускать ко всему, связанному с кухней, и приготовила на них заранее. Именно в такие моменты Кинг осознавал, насколько его будущая жена прекрасна, и к счастью для него эти слова не вырвались из его мыслей в реальный мир, как это обычно бывает.

Начав трапезу, Кинг параллельно осматривал процесс готовки у членов других лагерей.

— Готово, леди Фельт.

В лагере Фельт Святой Меча с немыслимой скоростью делал лепёшки... которые его госпожа поглощала в таком же бешеном темпе.

— Вполне неплохо, давай ещё. Всё-таки твоя готовка зачётная.

— Что бы вы ни попросили, я исполню свой долг как рыцарь.

Кинг также посмотрел на Анастасию. Такой завтрак был её идеей, значит, фиолетоволосая торговка имела неплохие навыки в готовке. Она переложила одну из лепёшек в тарелку своего рыцаря, который прокомментировал её кулинарные способности.

— Я не достоин того, чтобы есть еду, приготовленную самой леди Анастасией... И, кстати, будто бы вы слегка передержали их на огне. Но вы не подумайте, что я собираюсь вас обидеть.

— Да поняла я, что пережарила. Но меня вымораживает, что ты, будучи мужчиной, ведёшь себя по-женски и нянчишься со мной.

У Круш и Феликса получилось хорошо. Последний даже добавил кошачьи ушки к своим лепёшкам.

Все наслаждались своим завтраком, как вдруг дверь внезапно открылась, и в проёме показался неухоженный красноволосый мужчина за сорок. На его лице отразилась ненависть, и следующая фраза это подтвердила.

— Значит, мои папаша и сын считают, что родственные отношения можно наладить разговорами за обычным завтраком? Ты страшно ошибаешься, старик.

Пока этот мужчина с бутылкой вина в руке приставал к Райнхарду и Вильгельму, Кинг не мог не подумать о происхождении пьяницы.

Должно быть, в этом городе безопасность ещё ниже, если...

— Всяких алкашей пропускают даже в дорогие гостиницы.

Предполагаемый отец Райнхарда повернулся на язвительный комментарий и увидел Кинга. Поначалу он удивился присутствию сильнейшего человека, но ответил на его замечание почти без паузы.

— Фактически да, теперь я простой алкаш, а не заместитель командира королевской гвардии. За это стоит сказать спасибо тебе, монстр похуже моего сына.

Эти слова навели Кинга на мысли, которые также были произнесены вслух. Он будто демонстративно повернул голову в противоположном от мужчины направлении, намереваясь высмеять его.

— Райнхард, я же говорил, что это плохая идея. Твой отец реально обиделся.

— Не делай из меня обиженного, ублюдок!

Мужчина выхватил меч и нанёс рубящий удар по правому плечу Кинга. Вильгельм не оценил такого поступка со стороны сына, но не мог произнести ничего, кроме его имени.

— Хейнкель!

Обычно ему было плевать на чужие мнения, иногда даже буквально.

Кинг повернул голову как раз в тот момент, когда Хейнкель собрался наносить удар. За такое время «двигатель» не мог активироваться, но сильнейший человек поднял и выставил руку перед своим лицом, будто защищался от дневного света, а не от практически бессмертного предка Райнхарда. Все наблюдали, как клинок Хейнкеля соприкоснулся с ладонью Кинга и... моментально исчез.

Сам Кинг ещё секунду подержал руку и опустил её обратно на пол, думая о том, насколько же удобная его новая способность.

Значит, моим полномочием Лени можно также перемещать и предметы... Ну да, это логично. После телепортации одежда же с меня не слетает, оставаясь лежать на предыдущем месте.

Кинг поднял взгляд на Хейнкеля и задал ему вопрос, который определит, выживет ли тот после столкновения с сильнейшим человеком.

— Ты уже закончил?

Хейнкель постепенно опустил руку и задал свой вопрос.

— Ну и где теперь мой чёртов меч?!

— В пределах этого города. Большего не скажу. А теперь, пожалуйста, уйди. Всё-таки ты способен убить меня своим перегаром.

Под общие аплодисменты, смешанные с попытками удержать смех, Хейнкель цокнул языком и вышел из комнаты.

Сразу после этого все отчётливо услышали удар с падением тела на пол. Через секунду в комнату вошла знакомая и высокомерная рыжеволосая девушка в кроваво-красном платье.

— Похоже, все второсортные персонажи уже в сборе? Ладно, вы заслужили похвалу за то, что подготовили для меня сцену. И даже лица у вас не кислые, как обычно. За это стоит воздать отдельно простолюдину, верно?

Кинг был удивлён самому появлению Присциллы, а не тому, что она не явилась на завтрак вместе со всеми. И ему всё же стоило ответить на вопрос.

— Да, это был я. Ты привела сюда этого пьяницу?

— Я ожидала лицезреть редкое зрелище и не прогадала. Чего и следовало ожидать от моей божественной сущности.

Никто не знал, что ей ответить. Вроде сейчас всё спокойно. Из-за угла также появился Ал, который держал за одежду вырубившегося Хейнкеля. Можно не догадываться, что это сделала сама Солнечная Принцесса.

Присцилла на секунду переместила взгляд на Хейнкеля и отдала приказ ещё одному члену своего лагеря.

— Шульт, убери этого плебея отсюда. С учётом приложенных усилий избавляться от него сейчас было бы расточительством.

— Слушаюсь, леди Присцилла.

В ответ на зов Солнечной Принцессы из коридора показался маленький мальчик с розовыми кудрявыми волосами, квадратным лицом и в одежде дворецкого. Мальчик не жаловался на то, что он тянул за ногу совершенно несоизмеримого с ним по весу взрослого мужика, и старался тащить его как можно аккуратнее.

Осознавая, что больше не будет интересных ситуаций, с наблюдения за которыми можно было получить удовольствие, Присцилла со своим шутом ушла следом за Шультом, оставив остальных и позволив им закончить завтрак.

Сходка фанатов

Завтрак закончился на той же весёлой ноте, с которой и начался. Все разошлись по своим делам, в том числе и сам Кинг.

Вот и начинается моё лучшее свидание с Фредерикой. Как же мне тяжело было его ждать.

Кинг шёл по улице, держась за руки с Фредерикой и Беатрис, одновременно высматривая интересные места, но и в этом деле была одна проблема.

Даже утро ещё не кончилось, а тут уже такой большой поток людей...

На данный момент было около одиннадцати часов, и разглядывать различные магазины и рестораны, в которые можно было бы сходить за деньги Анастасии, стало действительно тяжёлой задачей. В какой-то момент, проходя возле парка, Кинг услышал что-то, напоминающее песню.

— Вы это слышите?

После вопроса, адресованного девушкам, они подошли к этому месту и увидели небольшую группу людей возле девочки с загорелой кожей и большими круглыми глазами. Её тонкие желтые хвостики были украшены маленькими странными украшениями. Она стояла перед памятником и пела, одновременно играя на укулеле. Её голос был чистым и звонким, как горный ручей, а мелодия — необычной, но приятной для слуха.

— Взгляд затмит сиянье звёзд, удар колоколов — как гром небес. Он развеет шторм угроз, сильнейший воин из чудес!

Похоже, что Кинг успел только на окончание чарующей песни, после которой слушатели дали ей пару монет и ушли по своим делам. В воздухе ещё вибрировали последние аккорды, и казалось, что сам город замер на мгновение, чтобы насладиться этим звуком. Фредерика, смотря на шоу, поняла, кто эта девочка.

— Вы и есть та самая Лилиана, верно?

— А? Да, это я.

Лилиана повернулась на голос Фредерики, которая была одета в то самое облегающее синее платье, купленное на первом свидании с Кингом. Девочка так и застыла от восхищения. К тому же её удивило, что эти трое стояли перед ней, держась за руки, — целыми семьями к ней приходили нечасто.

— Ах, ко мне пришло вдохновение!

Прежде чем девочка начала петь, Кинг прервал её странной фразой, будто случайно сказанной вслух.

— Я никогда не слышал такой песни.

Лилиана была удивлена этим высказыванием. В какой глуши жил этот человек, раз не слышал даже сам текст? Но грубить сильнейшему человеку она не стала и ответила спокойно.

— Эту песню, как и многие другие, я посветила лучшему герою современности, а именно... Кингу.

Всё бы ничего, но кое-что Кинга смутило.

Как и многие другие?

Девочка хотела спеть эту же песню заново, но её снова прервал Кинг.

— Такую манию к своему хобби я в последний раз видел у Петельгейзе, когда он рассказывал о том, как важно пройти испытание.

Лилиана, как она думала, правильно истолковала смысл его слов и была заинтересована этим Петельгейзе.

— Уж не знаю, кто этот человек, но похоже, что мы с ним одного поля ягоды. Пожалуйста, расскажи мне о нём! Если я когда-нибудь встречу этого Петельгейзе, то боюсь, мы станем конкурентами!

Она не заметила, как лицо сильнейшего человека скривилось от отвращения после этих слов.

Ещё один такой культист мне не нужен. На всякий случай об этом стоит сказать ей сразу.

— Он был архиепископом греха Лени.

Лилиана не поверила ни единому слову Кинга.

— Перестань так шутить и скажи мне правду!

Девочка недовольно закричала на Кинга, но, заметив серьёзный взгляд, она вопросительно наклонила голову и, посмотрев в лица его компаньонов, поняла, что тот сказал правду.

— Подожди... Так ты серьёзно?

Кинг ответил с нотой иронии.

— Не думаю, что ты захочешь конкурировать с мёртвым, да ещё и с таким психом.

— П-п-п-погоди-ка!

В ответ на слова Кинга она удивлённо закричала. Её реакция удивила сильнейшего человека, который начал задумываться, не обиделась ли она за сравнение с самым конченным сектантом, которого он видел, но её взгляд говорил о другом.

— Твои слова прозвучали так, будто ты лично с ним встречался...

— Ну да.

Кинг подтвердил слова певицы. И до неё наконец дошло.

— А вы случаем не Кинг, известный как «Сильнейший человек»?

В ответ Кинг лишь кивнул и начал слушать свою краткую биографию из этого мира от воодушевлённой фанатки. Её глаза сияли, как у ребёнка, который встретил своего кумира из детских сказок.

— Вы внесли неоценимый вклад в уничтожение двух из трёх великих зверодемонов с помощью своего колокола, способного уничтожить мир! Между ними архиепископ Лени был побеждён вашей невероятной техникой Предельной Пушки Волнового Потока Адского Огня! А также есть факт того, что вы сильнее самого Святого Меча Райнхарда ван Астреи!

Несмотря на давний прилив уверенности благодаря Ехидне, Кинг до сих пор не мог принять своего вклада и в ответ на слова Лилианы мог выдавить только:

— А... Да. Это я.

— Невероятные достижения, воистину!

Фактически, кит умер от страха, а кролик заперт в другом измерении. Единственный раз, когда осознанный вклад Кинга был наибольшим — против архиепископа Лени. Но похоже, что сильнейший человек привык к этому.

Уже неудивительно, что все эти истории так раздули. По крайней мере, теперь я могу не только стоять и трястись от страха.

Пока Кинг радовался своему прогрессу, Беатрис сама его нахваливала не меньше Лилианы.

— Похоже, контрактор Бетти скоро превзойдёт и героев четырёхсотлетней давности. Он станет самой яркой звездой этого мира, в самом деле.

Кинг перевёл свой взгляд на Беатрис, которая от гордости задрала нос выше озонового слоя этого мира. Лилиана же молча согласилась с высказыванием великого духа и продолжила своё восхищение.

— При виде настоящей легенды моё сердце начинает бешено биться! Я так рада, что у меня выпала возможность увидеть вас лично!

Пока две лоли воздавали похвалу Кингу, позади него раздался знакомый голос, который он слышал сегодня за завтраком.

— Вот ты где, Кинг.

Беатрис и Лилиана были слишком увлечены своей игрой в поднятие самооценки сильнейшего человека, что не заметили Юлиуса, оказавшегося за спиной Кинга и Фредерики. Двое обернулись на голос лучшего из рыцарей и услышали продолжение его речи.

— Возможно, стоило попросить тебя об этом раньше, а не искать по всему городу. Благо, я нашёл тебя всего за пятьдесят две минуты.

Кинг недоумевал, почему Юлиус ищет именно его, но так долго пытаться следить за ним... Явно перебор.

— Ты случайно не сталкер?

— Не уверен, что означает слово «сталкер», но я хотел поблагодарить тебя за то, что год назад ты открыл мне глаза. На мою глупость и на мою слабость. За это время я успел понять, что всё то время я и все остальные лишь притворялись рыцарями. Мои идеалы были не более чем бредом, навязанным нашими предками, и вместо него стоило бы помочь большему числу людей.

Кинг впервые серьёзно задумался на счёт слова Юлиуса.

Возможно, он действительно не так уж плох, как я думал. Если приглядеться, он стал менее смазливым. А я же наоборот... Что же с этим миром происходит, да?

Кинг продолжал слушать Юлиуса, сменившего свой взгляд на более пронзительный.

— И если ты не слишком занят, я бы хотел, чтобы ты проверил меня. Весь этот год я тренировался, чтобы стать сильнее и эффективнее помогать людям в беде. Но я больше не могу быть уверенным в собственном прогрессе. Потому я вызываю тебя на новую дуэль.

Кинг уже забыл, как мысленно отзывался о Юлиусе пару секунд назад.

Серьёзно? Парень, какого хрена?

Пока Кинг размышлял о том, как он будет отмазываться, Фредерика вмешалась в их потенциальный диалог.

— Я извиняюсь, но у сильнейшего человека сегодня свидание с его милой девушкой в сопровождении великого духа. Как только мы закончим, он обязательно освободится.

Естественно, как только их свидание, длиной равной переговорам Эмилии о новом кристалле, закончится, они уедут обратно, ничего не сказав Юлиусу, а потом оправдаются, что забыли. Но похоже, что Юлиуса не удовлетворил такой ответ.

— Я понимаю, что отвлекаю вас от ваших спокойных моментов, каких в наше время достичь тяжело, но обещаю не занять у вас много времени. Уверен, сам Кинг не даст мне более десяти минут.

Кинг уже придумал, что он может солгать, но Фредерика снова ответила за него.

— Кинг в любой момент может сделать то же самое, что и с Рикертом.

Вполне естественно, что Юлиусу не понравилась возможность того, что Кинг способен отмахнуться от него как от надоедливой мухи.

— Я очень надеюсь, что вы так не поступите.

Он даже и не знал, что ещё можно сказать в данном случае. К счастью, Кинг нашёл временную альтернативу, чтобы не сражаться с лучшим из рыцарей.

— Пойдём на площадь. Там я и расскажу, почему нам не стоит сражаться сейчас.

— Хорошо.

Юлиус был удивлён решением Кинга, потому и согласился сразу.

Десять минут спустя

Оставив Лилиану на том же месте, группа дошла до площади, у которой собралась куча людей. Все они смотрели на самый верх часовни с колоколом и мозаикой из хрусталя. Стекло сверкало на солнце, отбрасывая разноцветные блики на мостовую, а колокол внутри здания, казалось, замер в ожидании. Наверху находилась фигура, стоящая недалеко от края и нашедшая в себе силы для произнесения речи.

— Боже мой, простите... Правда, простите, мне очень жаль... Я попрошу вашего внимания... Спасибо, я не займу у вас много времени.

Её дрожащий женский голос слушать было неприятно. Это ещё не говоря о её внешнем виде. Фигура была полностью обмотана бинтами и одета в тёмную мантию, а руки были закованы в золотых цепях. При виде этого существа Юлиус сразу понял, что Кинг имел в виду.

— Значит, ты знал о чём-то подобном? Судя по её наряду, она из культа.

— Да.

Кинг мог только согласиться, не понимая, стоит ли воспринимать странную личность на самом верху за удачный момент, чтобы избежать новой дуэли с Юлиусом, или же это что-то пострашнее. Вокруг собралась толпа зевак. Дети тянули родителей за руки, указывая на странную женщину, а остальные просто смотрели на неё.

Ответ пришёл сам собой, когда эта девушка открыла рот и произнесла следующие слова:

— Позвольте представиться... Я архиепископ греха Культа Ведьмы, олицетворяющая Гнев. И зовут меня Сириус Романе-Конти.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Сириус Романе-Конти

Сердце Кинга забилось так громко, как не билось с противостояния Великому Кролику. Громкий звук, на сей раз заставляющий дрожать даже здания, заставил людей, смотрящих на Сириус, вернуться к привычному здравомыслию.

— Архиепископ Гнева?

— Не может такого быть!

— Кинг же нас спасёт, да?

Люди, которые ещё пару секунд назад были под контролем полномочия Гнева, полностью освободились от его влияния под силой двигателя Кинга и теперь с надеждой смотрели на сильнейшего человека, смотрящего на них в ответ. С их точки зрения, Кинг не смотрел на Сириус из-за её ничтожности в сравнении с ним. Однако, как бы они ни были уверены в его силе, нашёлся обычный человек, способный дать Кингу подсказку.

— Кинг! Думаю, ты и так заметил, но эта сука способна контролировать чужой разум!

— Да.

Кинг согласился с мнением бородатого мужчины, но в мыслях у него был настоящий ад.

Ещё один архиепископ?! Так она ещё и на контроль разума способна! Какого хрена именно я на них натыкаюсь?!

Пока Кинг поддавался своей панике, а народ разбегался, Архиепископ Гнева спрыгнула с часовни и успешно приземлилась на одно колено, разбив мощёную колотым гранитом дорогу. Кажется, она была первым и единственным хейтером Кинга в обоих мирах, что подтвердили её следующие слова.

— Отвратительный смрад исходит от ублюдка, который забрал у меня моего мужа... От тебя пахнет как от гниющего трупа... Ненавижу... Ненавижу так сильно, что сжечь недостаточно!

Кинг даже не успел среагировать на золотую цепь с острым крюком на конце, которая летела в его грудь, но была остановлена звериной рукой Фредерики. Она понимала, что эта ситуация нешуточная, но ей нужно было помочь Кингу вернуть здравомыслие в опасной для жизни ситуации, и она повернула голову в его сторону, продолжая держать цепь.

— А ты не шутил, когда сказал, что неудача преследует тебя сильнее хороших моментов. Но теперь это уже не так, верно?

Фредерика даже выдавила из себя улыбку, пытаясь успокоить Кинга достаточно, чтобы он помог своей аурой. Её рука, сжимавшая цепь, слегка дрожала от напряжения, но она не собиралась отступать.

В то же время Беатрис, держа Кинга за руку и понимая, что атака архиепископа в любом случае не достигнет своей цели, в том числе благодаря одному из новых заклинаний, начала готовить ещё одно, вытянув руку. Сириус это заметила и создала стену из фиолетово-пурпурного огня. Даже для магии этого мира пламя выглядит неестественно.

Прошла пара секунд, прежде чем Сириус заподозрила неладное. Кажется, что атака великого духа не последовала. Двигатель Кинга стал тише, а все люди уже убежали с площади. И только по приближающейся тени Сириус начала осознавать, что её водили за нос.

— Ааа?

Она резко развернулась и увидела десяток кристаллов миньи, которые летели в её тело. Единственное, что она могла сделать, — это отпрыгнуть от них, чтобы избежать своей смерти. Всё-таки ей не стоило концентрироваться на одном только Кинге, о чём она и заявила со всем своим гневом.

— Я совсем забыла про этого мерзкого духа и ублюдского рыцаря!

Кингу неприятно осознавать, что их с Беатрис продуманный трюк не сработал.

Значит, телепортировать кристаллы Миньи полномочием Лени будет недостаточно. Пока что я могу только смотреть за ними и вмешиваться по необходимости, используя свой уже почти настоящий двигатель.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Пока Кинг фармил ауру, этот «ублюдский» рыцарь, о котором только что говорила Сириус, использовав метод потока маны и увеличив свои физические показатели, сделал выпад и нанёс рубящий удар по ней, но она поймала его меч двумя пальцами. Чего она не ожидала, так это того, что на меч Юлиуса уже было наложено заклинание «Клариста», насыщающее его силой шести квази-духов, с которыми у лучшего из рыцарей был контракт. Благодаря заклинанию один из пальцев Сириус, хоть и остановил удар, но был разрезан надвое и свисал словно сосиска, на которой сделали надрез.

— ААА! Ах ты мерзкий ублюдок!

К сожалению, из-за «двигателя» Кинга полномочие Сириус больше не действует в этой области, и у неё остаются лишь золотые цепи, сверхчеловеческая сила и невероятный уровень владения магией огня. Она использовала огонь, чтобы моментально нагреть цепи, и замахнулась ими на Юлиуса со скоростью, превышающей человеческое восприятие.

Лучший из рыцарей действительно не мог успеть уклониться от этой атаки.

— Эль фура.

Мощный порыв ветра, вызванный заклинанием Фредерики, хоть и не остановил цепи, но замедлил их достаточно, чтобы Юлиус успел отойти. До встречи с Кингом Фредерика предпочитала ближний бой и не развивала свою магическую сторону с магией ветра. Но за этот год она решила стать сильнее, чтобы её возлюбленный мог на неё положиться и меньше напрягать своё сердце.

На месте отошедшего назад Юлиуса моментально оказался Кинг, с носа которого капало немного крови от частого использования полномочия. Он проигнорировал это и решил принять раскалённые цепи в свою руку.

— ААААААААААААА!

Сириус не поняла, что послужило причиной её жгучей боли и падения лицом вниз. Этот крик был приглушён из-за её забинтованного лица, оказавшегося в земле.

Только после того, как Кинг поднял её с тем же беспокойным выражением лица, когда в своём мире он не так давно искал только что купленную игру в крови и останках монстра, Сириус поняла, что была связана своими же раскалёнными цепями. Лишь сверхчеловеческая прочность позволила ей остаться в живых и получить лишь очередной ожог поверх старых. Саму Сириус такой расклад не устроил.

— Вы... Грязные ублюдки!

По этой фразе, а также её взгляде на единственном глазу, Кинг понял, что добром это не кончится, и телепортировался за спину архиепископа за мгновение до того, как сгореть от её фиолетово-пурпурного пламени. Сам Кинг это заметил и отреагировал привычным образом.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Этот звук только начинал утихать, но теперь вновь начал набирать громкость, и этого оказалось достаточно, чтобы кровь потекла из ушей Сириус и пропитала бинты.

Беатрис по-прежнему страховала своего контрактора и не могла не думать об этом моменте.

Если бы Кинг хоть немножко взял себя в руки, его Бетти могла бы и не тратить свою ману, чтобы минимизировать ущерб от звука по своим же союзникам, я полагаю. Но тут уж ничего не поделаешь. Лучше стоит порадоваться, что контрактор Бетти невредим и ему даже не понадобилась её подстраховка, в самом деле.

Пока Беатрис преждевременно радовалась за здоровье Кинга, Юлиус позволил себе ответить на последнее заявление Сириус.

— Ублюдки, говоришь. Может и так, но какая разница, если на цепи ты, а не я? Этот урок я ещё год назад усвоил у Кинга, а теперь настала твоя очередь перед самой смертью.

Беатрис и Фредерика держали свои заклинания наготове. Кинг продолжал использовать свой двигатель и пристально смотреть узкими глазами на Сириус, извивающуюся то ли от адского жжения, то ли от попыток выбраться из своих же цепей, которые были завязаны их же крюками с разных сторон и прижимали её руки к телу, не давая ей вырваться.

Она пыталась освободиться, пока не увидела, как Юлиус призвал духов и направил остриё меча на её тело. Теперь ей оставалось только использовать огненную магию в попытках сжечь своих врагов. Ей было тяжело целиться, и большая часть огненных шаров размером с человеческий кулак летела в разные стороны, не достигая своей цели. Лишь некоторые были близки к целям, но разрезались надвое магией ветра Беатрис.

Через несколько секунд наконец прозвучало название заклинания Юлиуса.

— Аль клариста!

Белый луч вырвался из меча. Сириус, понимая, что этот луч гарантированно попадёт в цель и убьёт её, вложила оставшуюся ману в последнюю огненную стену.

Ей это не помогло. Вершина искусства Юлиуса, объединяющая силы всех шести квази-духов, пробила стену из огня и грудь архиепископа Гнева, моментально испарив жизненно важные органы и часть позвоночника.

От сквозного отверстия Сириус вновь упала лицом в грязь, на этот раз не поднимаясь. Кинг убедился в этом, потыкав в неё веткой, лежащей на дороге, и рёв его двигателя резко утих. Его подозрения о выживании архиепископа Гнева были развеяны.

Неужели эта тварь сдохла?! И прекрасно! Теперь я могу провести остаток времени с Фредерикой и Бетти.

Кинг уже и не помнит, когда последний раз так ошибался. Позади него раздались размеренные хлопки. Повернувшись, группа увидела хлопающего, ничем не примечательного мужчину с белыми волосами и золотистыми глазами, одетого в богатую по меркам этого мира одежду преимущественно белого цвета. Его появление было таким же внезапным, как и у Сириус.

Только убедившись, что Кинг смотрит на него, мужчина перестал хлопать и наконец заговорил.

— Это был воистину благородный, великолепный поступок, достойный того, кого принято называть сильнейшим человеком. Браво, маэстро, вы избавились от надоедливой свиньи, которая носилась по городам и докучала самым обычным и довольным своей жизнью людям вроде меня, и защитили их право на жизнь. Более того, своими действиями вы направили эту небольшую группу людей на правильный путь, заставив их становиться лучше как личностей. Порой кажется, что вы единственный, кого вообще заботит чужое спокойствие. Вы именно такой, как о вас рассказывают, сильнейший человек. Я искренне благодарю вас за ваше содействие в такого рода вопросах, это была добродетель высшего класса.

Едва успокоившись, в нескольких метрах от Кинга начинает свою длинную речь неизвестный мужчина, звучащий максимально высокомерно, но при этом будто искренне впечатляясь Кингом.

Мда, Сайтама бы точно поторопил этого парня. Кстати, кто он такой? Видимо, дворянин какой-то, если судить по внешности.

— Извините, но я так и не услышал вашего имени. Не могли бы вы сказать, с кем я веду этот диалог?

Беловолосый мужчина слегка улыбнулся перед ответом.

— Это был мой собственный просчёт. Прошу прощения за то, что представляюсь вам в последнюю очередь. Видимо, мне тоже стоит вести себя сдержанно ради общего спокойствия в этом обществе. Отвечая на ваш вопрос, я архиепископ греха Культа Ведьмы, олицетворяющий Алчность. Регулус Корниас.

Беда не приходит одна

Группа не могла поверить своим ушам. Только они победили одного архиепископа, как позади них сразу появился второй. Всё бы ничего, но это был сильнейший из архиепископов. Тот самый Регулус Корниас, который некоторое время назад уничтожил город-крепость в Волакии пятнадцать лет назад. Причинами послужили его собственное чувство справедливости и эгоизм.

И вроде бы Регулус не собирается на них нападать, но Кинг успел подумать о нём в худшем ключе, что полностью оправданно.

Вроде как я пожелал никогда не встречаться именно с ним. Какого хрена, судьба?! Почему нельзя быть ко мне хоть немного снисходительнее?!

Кинг взял себя в руки. Этому человеку точно не стоит показывать свои истинные эмоции.

— Наслышан об этом имени. У вас есть ко мне какое-то дело? Извините за мою грубость, но я приехал в этот город, чтобы отдохнуть.

На ответ Кинга Регулус не разозлился. Он и сам пришёл к этому месту по схожей причине.

— Я безмерно рад, что вы слышали о моём скромном имени. И мне, как сдержанному человеку, который никогда не берёт многого, ничего от вас не нужно. Я лишь пришёл поблагодарить вас за более чем достойно выполненную работу. Что Лень, что Гнев были всего лишь отсталыми варварами, мешающими действиям Культа. А кит и кролики — это просто дикие звери, которых стоило уничтожить даже для собственного спокойствия. Искренне желаю вам спокойно провести время в этом месте, хотя из-за моих коллег-варваров это может не получиться, пока я не укажу им на их настоящее место.

После очередной длинной речи Регулус просто прошёл вперёд мимо Кинга и его группы. Как только архиепископ Алчности скрылся из поля зрения, все начали выказывать своё удивление. Юлиус и вовсе не мог поверить своим глазам.

— Ты заставил его отступить, даже не прибегая к насилию. Просто поговорил с ним, и тот отступил?

Фредерика ответила на вопрос Юлиуса, одновременно подкалывая Кинга.

— Даже среди культистов у моего мужа есть фанаты.

Беатрис дополнила заявление девушки.

— Так он ещё и сильнейший культист, а не какой-то там обычный. Это важно понимать, в самом деле.

Кингу не понравились их шутки. Пытаясь перевести тему на что-то более приятное, он вспомнил последние слова Регулуса.

— Подождите. Он сказал, что он тут с коллегами.

Только Кинг вспомнил о тревожном звоночке, как по всему городу раздался отвратительный женский голос, полный фальши.

— Приве-е-ет. Приветики-и. Приве-е-етики-и!

Первая мысль, пришедшая в голову Кинга:

Кто-то с открытым окном стримит что ли? Если подумать, я сам не так давно использовал метию, являющуюся аналогом телефона. Но у них все подобные технологии называют этим словом.

Да, эта девушка использовала метию для вещания на весь город.

— Ну что, куски мяса, вам там нормально? В страхе по своим убежищам разбежались, узнав об архиепископе Гнева, и теперь с вами даже не поиграться, пока эта великолепная леди сама не придёт к вам.

Беатрис вслух подумала о самом мрачном варианте развития событий.

— Ещё один архиепископ, я полагаю.

Неприятное вещание на той стороне продолжилось. Складывалось такое впечатление, что она наслаждается страданиями человека, когда скребёт вилкой по тарелке и смотрит на его реакцию.

— Кстати, я архиепископ греха, олицетворяющая Похоть, Капелла Эмерада Лугуника. А вы просто тупые извращённые ублюдки, которые наверняка не поймут смысл моих слов. Вы ведь безмозглые куски мяса, которым лишь бы потрахаться в свободное время. Поэтому ваша добрая леди всё вам расскажет понятным языком и плюнет вам в рожи. От такого даже мазохисты будут в восторге!

У Кинга реакция на её слова была... Не самой мягкой.

— Это ублюдское создание за экраном ещё хуже, чем Петельгейзе. Просто удивительно.

Ещё и та самая мразь, которая издевалась над Мейли. Райнхард, готовься уничтожать её.

Кинг мысленно отметил наилучший план для победы, а вещание продолжалось.

— Вы лишь жалкие тараканы в банке, жизнь которых зависит от настроения их новых хозяев. Пока мы в плохом настроении, ваши лапки и усики отрываются нами, а вы, как беспомощные твари, можете только трястись от страха перед смертью. Ну а теперь я скажу, что каждый из нас уже ждёт на контрольных башнях, и перейду к требованиям. Искусственный дух по требованию Чревоугодия. Требование от Алчности уже было выполнено, он сам пришёл и забрал сереброволосую невестку, чтобы провести свадебную церемонию. Она состоится уже скоро. Моё личное требование, чтобы этой великолепной леди привели двадцать влюблённых парочек. И я ничегошеньки им не сделаю.

Кингу было всё равно на требование от архиепископа Похоти. Он начал цепляться за требование Регулуса.

Значит, этот ублюдок сначала забрал Эмилию, а потом пришёл ко мне?!

Кинг был очень зол. На себя, поскольку он не был рядом, когда леди, которой он официально служил, похитили. И на Регулуса по понятным причинам. Сильнейший человек был в гневе, продолжая слушать речь Капеллы.

— Последнее требование от Гнева — Том мудрости... Э, чего?

Никто из группы Кинга не понимает, почему архиепископ Похоти резко начала сомневаться в своих словах. К счастью для них, её следующие слова всё прояснили.

— Её убил... Кинг?! Кхм. Я вам всё сказала, отвратительные мешки с мясом.

Трансляция закончилась. Кинг задумался над ситуацией сильнее, чем стоило бы, но из размышлений его вывел истеричный смех Юлиуса. Обычно он не позволял себе такого, но ситуация была достаточно абсурдной.

Учитывая саму ситуацию, у них не было времени на смех, и Кинг дал пощёчину Юлиусу, чтобы тот пришёл в себя.

— Хоо... Прошу прощения, это правда было очень смешно. Она так уверенно толкала свою отвратную речь, пока не узнала, что Кинг находится где-то поблизости.

Кинг сделал вид, что это не было смешным, а Фредерика и Беатрис посмотрели друг на друга, помня, что в отличие от них, Юлиус не знает правды.

Всё, что они поняли — нужно как можно быстрее воссоединиться с остальными. Тут идеально подошла способность Кинга. Все четверо взялись за руки и телепортировались во двор гостиницы, в которой они последний раз видели всех членов лагерей.

Они оглянулись по сторонам и увидели знакомое ведро, которое Отто начал наполнять этим утром, но его рядом уже не было видно. Все четверо наклонились к ведру с разных сторон, и их вырвало с кровью.

За пару минут все полностью пришли в себя, кроме Кинга, у которого до сих пор темнело в глазах. Остальная группа это заметила.

— Контрактору Бетти как всегда хуже всех, в самом деле.

Беатрис и Фредерика подошли к Кингу с разных сторон и применили магию исцеления. Сильнейший человек полностью открыл глаза и осмотрелся ещё раз.

— Так. Мы точно в нужном месте.

— Значит, этот простолюдин так быстро вернулся с победой.

Оглянувшись на высокомерный тон позади Кинга, он обнаружил Присциллу, стоящую рядом с Алом.

— Мы тебя ждали, брат.

После этих слов Ал получил веером по своему шлему и упал на землю, параллельно слушая упрёки своей леди.

— Никогда не используй слово «ожидание» в адрес моей божественной сущности, Альдебаран.

— Я же просил не называть меня так, принцесса!

С недовольным бурчанием Ал встал и сделал следующее заявление.

— На самом деле, уже все заждались тебя в той же комнате, где у вас проходил завтрак.

Он указал пальцем на Кинга.

— Сейчас эти культисты не собираются атаковать из-за тебя, братан. Будто звёзды так идеально сошлись. Есть время, чтобы обсудить план действий, если ты не собираешься победить их в одиночку, конечно.

Кинг кивнул, и они двинулись до импровизированной комнаты для переговоров. Пока они шли, он мысленно не мог не подметить слова однорукого шута Присциллы.

Куда уж там в одиночку? Здесь любой сам по себе сильнее меня. Я даже и не понял, как мы убили архиепископа Гнева. Это сделал Юлиус, а вся слава достаётся мне одному. И похоже, что Юлиуса это устраивает. Ну конечно, этот дурак думает, что я сильнейший. Когда всё закончится, нужно будет заставить его взять славу за победу, ибо это уже нечестно выходит.

Они вошли в комнату и сели на свободные места на полу.

Сразу после этого, неожиданно, Кинг получил крепкое братское объятие от своего мелкого тигра, который наконец вернулся.

— Начальник, спасибо! Настоящий герой!

Эти слова снова ввели сильнейшего человека в ступор.

Что там у него? Кого я опять спас, находясь за несколько десятков километров?

— За что ты благодаришь меня?

Гарфиэль не понял суть вопроса Кинга. В смысле «за что»? Он же их спас. Пока Гарф только собирался дать развёрнутый ответ, Мими, с которой он был в том же месте, сделала это быстрее.

— На обратном пути в гостиницу мы столкнулись с двумя культистами, одним из которых был воскресший Восьмирукий Курган. Мы бы просто не смогли победить таких противников лишь вдвоём.

Мыслительный механизм Кинга активизировался вновь.

Воскресший. Тот самый, которого пятнадцать лет назад одной атакой убил Регулус. Говорят, этот Курган был одним из сильнейших воинов Империи того времени. Учитывая, что там ещё и второй враг, вполне понятно, почему они не могли победить.

Только Кинг пришёл к умозаключению, мелкий тигр показал пальцем на Мими и уточнил, почему они благодарят Кинга за то, чего он по сути не мог сделать.

— Меч той культистки был в сантиметре от того, чтобы разрезать эту мелкую надвое, но ты отвлёк нас всех звуком своего колокола, и поэтому с мелкой всё замечательно.

— Ааа... Да, без проблем.

Кинг спасает людей, даже не зная об этом. С такой информацией стоит просто смириться.

Они уже хотели начать обсуждать план победы, как у Кинга появился вполне адекватный вопрос.

— А где Райнхард?

В то же время в одном из пустых баров

— Твоя драгоценная леди и твой родной отец здесь! Неужто ты бросишь их и побежишь спасать остальных?

Говоря это и держа Фельт за талию одной рукой, Хейнкель свободной рукой потянулся к своему мечу... Которого не было.

Судя по человеческой тени, которая над ним нависла, Райнхард подошёл ближе. На это Хейнкель мог сказать только:

— Ой... Я же его так и не нашёл...

После чего этот придурок был вырублен чётким ударом ребром ладони Райнхарда, которого сразу посетила знакомая мысль.

Кинг спрашивает о том, где я?

Он быстро взял Фельт, которая была близка к тому, чтобы начать смеяться, и на звуковой скорости попал в ту же комнату гостиницы, в которой уже сидели все остальные.

— Прошу прощения за задержку. Мой отец взял в заложники мою леди.

Никто особо и не удивился. Отражение этой обычной реакции показала Круш.

— А, понятно.

В целом, учитывая утренний инцидент, все понимали, насколько отвратительным может быть отец Райнхарда, если захочет. Их больше интересовало то, как они будут сражаться с культистами. Об этом первым заговорил Кинг.

— Что ж, начнём обсуждение с учётом того, что один из архиепископов уже мёртв.

Все наблюдали за Кингом, не проронив ни слова. Его мнение было единственным решающим. Если он говорит что-то сделать, значит, это и нужно сделать для достижения победы.

— Райнхард. Тебе стоит пойти к архиепископу Похоти.

Это первое, что Кинг сказал. Тот кивнул, и Кинг продолжил распределять роли.

— Леди Круш, Фельт и лагерю леди Анастасии стоит пойти к Чревоугодиям. Насколько я понял из того, что башен четыре, а архиепископ Алчности собирается на свадьбу, чтобы занять их, от какого-то греха может быть два представителя. Возможно, это они. И судя по... Их греху, а также по тому, что немалое число людей оказываются либо забытыми, либо в состоянии амнезии, либо в коме, им не стоит говорить своё настоящее имя.

Кинг пытался говорить уверенно, но мысленно он понимал абсурдность происходящего.

У меня нет почти никакой информации, и все мои высказывания — лишь мысли вслух без каких-либо аргументов. Просто гипотеза. И они действительно верят в меня.

Кинг вдохнул глубже и хотел продолжить распределение, но Вильгельм успел озвучить свою просьбу.

— Кинг-доно. Один из культистов по описанию похож на знакомого мне человека. Разрешите этому старику выйти против неё.

Кинг смотрел на старика, думая.

Я так и хотел. Похоже, что я распределяю их правильно.

— Да. Вы с Гарфиэлем пойдёте против этих двоих.

За пару минут Кинг закончил распределение.

— Что ж, теперь мы можем выдвигаться.

— А ты никого не забыл, простолюдин?

Кинг не включал в свой план Присциллу, поскольку считал, что она будет делать, что захочет. Он никак не ожидал от неё проявления инициативы.

— Моя божественная сущность осознаёт, что эти плебеи не справятся с Чревоугодиями без моей помощи. А мой шут может помочь с двумя мертвецами.

— Хорошо, так и поступим.

Кинг мог только согласиться со словами Присциллы. Конечно, он не раскидал их в случайном порядке, но было довольно страшно управлять людьми, когда речь идёт о столкновении с сильнейшим злом этого мира. Фредерика не оценила его командование, потому что там не было самой Фредерики и почти никого из лагеря Фельт, о чём она и высказалась, но только за себя, а не за остальных.

— Тогда я иду с Кингом.

— Нет.

Кинг отказался допускать Фредерику к его подобию плана, аргументировав это следующим образом.

— После боя с архиепископом Гнева тебе стоит отдохнуть.

Они оба понимали, что это не так. Фредерика молча согласилась, но её мысли были противоположными.

О тебе нужно сказать то же самое, идиот.

В заканчивающееся обсуждение вмешался уже Камберли, тот самый «гриб» из лагеря Фельт.

— А нам с Гастоном что делать?

— А вы сидите в этом здании, раз убежища уже закрыты. Если кто-то из культистов окажется здесь, защищайте саму леди Анастасию. Она единственная из кандидаток, у кого нет вообще никакой реальной силы.

Кинг только выдохнул в момент, когда обсуждение должно было подойти к завершению, но Присцилла задала свой последний вопрос.

— Значит, простолюдин вместе со своим духом почти в одиночку идёт против того беловолосого скота? Неудивительно, раз простолюдин уже уничтожил двух архиепископов, одного из которых прямо сегодня. Продолжай удивлять мою божественную сущность, и она примет тебя к себе.

Кинг не обращал внимания на большую часть её речи, кроме той, где он отправляется к этому болтливому ублюдку почти в одиночку.

Вот чёрт...

Мы против этой свадьбы

Внутри собора, используемого для важных ритуалов вроде свадебного, проходила... Свадебная церемония, как ни странно. Эмилия, Регулус и его пятьдесят три жены находились в этом месте. Несложно догадаться, куда делись ещё двести тридцать восемь девушек из двухсот девяноста одной. Об этом заявил сам Регулус.

— Подобно тебе, эти девушки являются моими любимыми жёнами. Всего у меня двести девяносто одна жена, но, к сожалению, многие из них не дожили до сегодняшнего дня. И даже так я стараюсь в равной степени дарить свою любовь всем, кто и на сегодняшний день находится рядом со мной. Это ведь естественно, верно? Любить одну больше остальных — какой-то отвратительный искажённый образ мужа. Я дарю определённое количество любви, в определённом объёме, определённым способом. В этом нет ни предвзятости, ни неравенства, ни несправедливости. Можешь быть спокойна. Тебя я тоже буду любить в равной степени.

Эмилия молча, с безэмоциональным лицом слушала Регулуса, ожидая подходящего момента. Этот момент настал, когда раздался громкий стук в дверь, сразу после которого она была спокойно открыта Кингом, решившим с порога высказать своё недовольство.

— Я тут узнал, что у вас двоих свадьба. Меня, будучи рыцарем леди Эмилии, даже не пригласили. Что это значит?

Кинг отпустил руку Беатрис, чтобы скрестить свои руки у груди и с привычным суровым узким взглядом оглядеть здание.

Зачем ему Эмилия? У него и так пятьдесят три женщины. Он их что, коллекционирует? Как-то это не сходится с его словами о том, что он многого не берёт. Смотря на это, я могу думать только о том, что мог бы спокойно взять и сделать Рам второй женой. Может, мне стоит... Нет, это всё-таки неправильно. Сейчас важно не умереть, пока Бетти придумывает, как уничтожить этого придурка.

Кинг молча размышлял о всяком, и почти никто не мог понять, что у него на уме. Регулус понял, что это был весь вопрос сильнейшего человека, и дал свой ответ.

— Ах, прошу прощения за свою неосмотрительность. Будучи настолько занятым человеком, даже планируя собственную свадьбу, я забыл отправить вам письменное приглашение. А ведь это ещё одна причина, по которой я к вам приходил. Искренне прошу простить мне этот момент. Может, я и не говорил об этом, но я из тех людей, которые умеют извиняться. В этом мире полно бездарных людей, неспособных даже признать свою неправоту и лишь нагромождающих одну неубедительную отговорку на другую, но, знаете, это весьма противно, когда у человека не хватает силы духа даже на то, чтобы признать свою ошибку. Я считаю, такое происходит, потому что они заблуждаются, считая себя непогрешимыми, будто с самого рождения и до этого самого момента они во всём и всегда были правы. Но насколько же нужно быть высокомерным, чтобы...

Регулус не успел договорить, как почувствовал, что его голова, сопровождаясь звуком разбитого стекла, немного наклонилась вниз.

Подняв голову и обернувшись, он увидел Эмилию, в руках которой сразу растворился созданный ею топор, сломавшийся об голову архиепископа Алчности. Естественно, это решение возбудило в нём гнев, который не был озвучен из-за Эмилии.

— Я не собиралась сражаться с тобой, не думая о последствиях, потому и сделала вид, что повиновалась тебе, лишь бы ты не трогал всех остальных. С того момента я ждала Кинга и теперь уверенно могу заявить: ты проиграл.

Понимая, что стоять в упор к архиепископу, способному убить её одним взмахом руки, — явно не лучшее решение, Эмилия отпрыгнула от Регулуса и приземлилась позади Кинга, который на этот раз проигнорировал её уверенность в нём. Вместо этого сильнейший человек пристально наблюдал за Регулусом, который наконец смог проявить своё негодование.

— Так вот ты какая на самом деле. Значит, всё это было просто игрой. Твои слова о том, что ты девственна и телом, и душой, были ложью. Всё, чего ты хотела, это поиграть с моим сердцем и порубить меня на куски. Ты просто отвратительная содержанка. Это даже хуже, чем потенциальная шлюха, которой ты тоже можешь являться. С меня хватит этого цирка.

Кончики пальцев Регулуса рассекли воздух, и что-то невидимое полетело в сторону Кинга, собираясь рассечь его вместе с Эмилией. Так бы и произошло, если бы не...

— С.С.К.

Едва успев произнести это заклинание, Кинг не мог не подумать о том, насколько же это глупое название, будто придуманное каким-то парнем с синдромом восьмиклассника.

Значит... Королевский режим: Супер Сверкающий Кинг. Эту глупость же Атомный Самурай озвучил, да? Он лет на восемь старше меня, а такую фигню несёт, ёлы-палы. Ладно. Главное, что это стало новым заклинанием, которое на данный момент спасло мою жизнь.

Атака Регулуса достигла цели, но Кинг, ослеплённый собственным, исходящим от его заклинания светом, остался невредимым. Сам Регулус понял это лишь в момент, когда яркий божественный свет рассеялся.

— Знаешь, это весьма неуважительно по отношению к моей скромной душе. Я лишь хотел преподать урок этой занозчивой суке, но ты остановил меня. Почему ты защищаешь тех, кто нарушает права других, если ты должен пресекать это на корню? Я думал, что ты стоишь выше остальных людей, которые и не собираются думать над своим эгоистичным поведением...

— Я просто стоял на месте. Ты атаковал меня первым.

Архиепископ Алчности был перебит сильнейшим человеком. Ему надоело слушать болтовню идиота, который мог продлить свой последний диалог на десятки минут, если будет злее обычного. Кинг должен был это пресечь. Лучше уж умереть физически, чем продолжать слушать дегенеративные речи Регулуса. С этой мыслью Кинг указал на него пальцем и начал осуждение в пониженном тоне.

— И какое право ты имеешь, чтобы обвинять других людей в их собственных эмоциях? Ты вообще спросил у Эмилии и тех девушек позади тебя, хотят ли они выйти замуж именно за тебя? Или ты просто взял их силой, не учитывая их мнений?

Лицо Регулуса приобрело более мрачный оттенок. Он уже хотел взорваться, но пока что можно ещё потерпеть.

— Я не понимаю твоего бреда, о котором ты так увлечённо рассказываешь мне с этим спокойным и хмурым лицом. Естественно, я люблю всех своих жён, и они любят меня, мы счастливы в этом браке. Тебе это подтвердит и сто восемьдесят четвёртая, и все остальные. Я никоим образом не попираю их...

— Эль минья, в самом деле.

На этот раз Беатрис была первой, кому надоело слушать бред сумасшедшего столетнего импотента. Кристаллы миньи также разбились об Регулуса без физического ущерба для него, но ментально... Он был унижен. И это не помогло заткнуть его.

— Я понял. С такими отсталыми варварами бесполезно что-либо обсуждать. Я относился к вам со всем своим добродушием, не осуждая ваши решения и не нарушая ваших прав, но вы решили нарушить мои. Таких ублюдков только смерть может исправить. И на неё я вас отправлю, чтобы вы не мешали мне наслаждаться своей скромной жизнью.

Из слов Регулуса Кинг понял, что этот совершенно невменяемый человек снова собирается атаковать, но уже его самого. Кинг не знал, насколько архиепископ был силён на самом деле, кроме того, что он был самым сильным в культе.

— И что будет, если твоя атака всё-таки пробьёт меня?

— О, тут всё предельно просто. Любой человек, проявивший ко мне такой уровень агрессии и неуважения, может быть разрезан на несколько частей, а может и превратиться в сыр с множеством отверстий, но только сквозных. А может...

— Понятно.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Кинг, держащий Беатрис за руку, был не на шутку напуган такой силой. В этом мире ещё ни разу не было ничего на уровне генералов Ассоциации монстров, один из которых был способен полностью стирать людей своими энергетическими сферами.

За мгновение до того, как Регулус взмахнул рукой в сторону Кинга, словно отгоняя от себя мух, Кинг воспользовался полномочием Лени и телепортировался вместе с Беатрис. Из-за паники Кинга они телепортировались не просто подальше от удара, а прямо за спину Регулуса, который не понимал, куда они пропали.

— Понятно. Эти отбросы осмелились избежать моего праведного правосудия после того, как наплевали мне в душу...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Очередной монолог Регулуса был прерван звуком двигателя Кинга и ощущением, что кто-то схватил его за плечо. Архиепископ обернулся и вновь увидел каменное лицо с ледяным взглядом и тремя шрамами, пересекающими левый глаз. После повторной телепортации, но уже от архиепископа, это лицо намекнуло ему на то, что секрет его силы уже был разгадан.

В момент, когда Кинг коснулся Регулуса, он сразу заметил одну странность.

Обычно, когда ты касаешься какого-то тела, оно либо тёплое, либо холодное. Я же вообще ничего не почувствовал. А коснулся ли я его вообще?

Вернувшись к Эмилии с помощью телепортации, Кинг начал смотреть на грудь Регулуса. Она не поднималась, значит, он не дышал.

Вот почему он так много базарит не по теме. Ему просто не требуется дыхание от того, что его тело, скорее всего, остановлено во времени. Встречал я похожие механики у боссов в довольно стрессовых играх.

— Значит, твоя способность похожа на мою.

Не так давно Кинг при поддержке Беатрис создал заклинание «Супер Сверкающий Кинг», которое сделало Кинга неуязвимым и защитило его от атаки Регулуса. Суть была почти идентичной, за исключением того, что время действия заклинания ограничивалось количеством маны заклинателя, и малейшая потеря концентрации могла его развеять. Но был ещё один момент, который не давал Кингу покоя.

Зачем ему столько женщин, если он по сути импотент, которому не нравится естественный процесс? Не может же его желание видеть собственное превосходство быть единственной причиной. Моё заклинание работает, пока есть мана. В общем-то, это про любое заклинание можно сказать. А у него, получается...

Кинг повернулся к Эмилии, чем ещё раз разозлил Регулуса.

— Теперь ты просто отворачиваешься от меня, как от какой-то помехи! Ты отвратительное создание, стоящее явно ниже своего титула...

Кингу не была интересна речь архиепископа Алчности. Он уже нашёл способ, как избавиться от него. Для этого ему пригодилось бы вмешательство его леди.

— Эмилия. Кажется, я понял, как устроена его способность, но сам я не справлюсь. Дело в этих девушках. Сам я никак не могу повлиять на них, поскольку они считают, что этот белобрысый сильнее меня, а значит, я не могу отменить действие его способности. Можешь их заморозить?

— Поняла.

Это было бы слишком просто. Вполне естественно, что сам архиепископ Алчности вмешается и не позволит им победить его. Теперь он уже молча наносил невидимые удары, направляя остановленный во времени воздух всеми своими конечностями, при этом стараясь не задеть своих жён.

Кинг взял Эмилию за руку, и теперь они втроём телепортировались прямо к его жёнам, которых Эмилия без лишних слов заморозила.

Кинг, уверенный в своей победе, решил немного позлорадствовать в стиле героев из типичных фэнтезийных романов.

— Похоже, что ты проиграл каким-то отбросам максимально позорным образом.

Кинг отпустил руку Эмилии, которая мгновенно превратила всех жён в ледяные статуи. Он сразу телепортировался в упор к Регулусу вместе с Беатрис, которую он продолжал держать за руку. И впервые за свою жизнь Кинг решился нанести чёткий удар в лицо противника, которому должен был разбить нос.

В ответ на это Регулус, снова не получив никакого урона, лишь шире улыбнулся, нанося свой удар кулаком, который мог бы стать для Кинга фатальным, если бы не реакция Беатрис.

— С.С.К.

Удар Регулуса тоже не нанёс Кингу никакого урона.

Пока Беатрис без лишних слов поддерживала заклинание, а Регулус злился на Кинга за очередное посягательство на его мирную жизнь, Кинг думал, где же он ошибся. Правильный ответ почти сразу пришёл в его голову.

— Значит, ты и Эмилию по-прежнему принимаешь за свою жену?

Сильнейший человек вновь использовал телепортацию, чтобы вернуться к Эмилии и объяснить ей суть его следующего действия.

— Похоже, что он по-прежнему считает тебя своей женой. Я не совсем уверен, что конкретно он делает с девушками, но если телепортировать тебя полномочием, то эффект спадёт.

Он ведь вложил в их организм какую-то часть своего тела? За движение тела отвечают мышцы и нервная система, но за отправку ресурсов на это движение... Сердце. Вот что он делает...

Одновременно с его мыслями, Эмилия уверенно кивнула, доверяя сильнейшему человеку.

Кинг взял девушку за плечо и телепортировал её на метр назад, после чего он и его великий дух повернулись в сторону сильнейшего архиепископа. Лишь спустя пару секунд тот понял, что произошло.

— Вы ублю... Кха?!

Не успев договорить, Регулус резко схватился за грудь. Оказалось, что эту способность можно было использовать даже без его женщин, но лишь ограниченное время. Самого архиепископа это ввело в состояние паники, смешанной с гневом.

— Почему?! Почему, почему, почему, почему?! Как вы, как вы могли?! Что вы сделали с Полномочием Алчности?! С моими правами?!

— У подобных тебе свиней и не должно быть никаких прав, в самом деле. Минья.

Весомый аргумент великого духа был последним, что Регулус услышал перед тем, как тёмный кристалл пробил его голову и тот упал в центре собора.

В то же время на улицах Пристеллы Святой Меча сражался с архиепископом Похоти в драконьем облике, успевая вслух рассуждать об этой ситуации.

— Вот почему мы так долго не видели Мейли. Даже я списал это на то, что она нашла себе друзей, с которыми проводит время. Оказалось, что она была похищена тобой.

Капелла довольно агрессивно отреагировала на заявление Райнхарда.

— Эта великолепная леди является её матерью, похотливый ты ублюдок. И разве не ты похитил ту трущобную крысу в прошлом году?

Райнхард оставался спокоен, но по-прежнему не понимал, как её победить даже с учётом всей информации, которую ему несколько минут назад озвучила освобождённая Мейли.

— Это справедливое замечание. Я должен был хотя бы сразу объяснить всё леди Фельт прежде, чем забрать её. Однако попрошу тебя быть повежливее с возможной будущей королевой этой страны. И уж точно не сравнивать мои поступки с твоими.

Капелла выдохнула и закатила глаза от уровня духоты, стоящего перед ней.

— Боже, какой ты душный мешок с мясом. Может, хотя бы покажешь этой великолепной леди свой большой меч в ножнах? По-другому тебе не победить.

Райнхард моментально отказался.

— По правде говоря, большинство ожиданий, которые на меня возлагали до прибытия Кинга, были связаны именно с мечом. Но есть одна проблема.

— И какая же?

— Драконий Меч Рейд передаётся в роду Астрея из поколения в поколения, но у него есть один недостаток. Его нельзя вынуть из ножен, если противник этого не достоин. Похоже, что в твоём случае меч пришёл именно к этому выводу.

На это заявление Капелла ответила со смесью жалости и презрения.

— И что же этот воспеваемый всеми герой собирается со мной сделать? В целом эта идеальная леди может мирно уйти, если ты идеально вылижешь ей... А? Что это за тень?

Она едва успела поднять голову, до конца не озвучив своего требования, и была моментально превращена в кучу крови и конечностей, разбросанных по всей улице. В неё на огромной скорости, превышающей скорость звука, врезался какой-то мужик в странном костюме, который остался невредим и встал после падения, словно он не должен был разбиться, и только негодовал по поводу своего не самого удачного приземления.

— Вот блин. Неудачно приземлился на какого-то монстра, и теперь придётся перестирать костюм.

На сцене... Лысый Плащ

Лысый мужчина в нелепом обтягивающем костюме цвета горчицы, красных перчатках и белом плаще отряхнулся. Удивительно, что даже его плащ не пропитался кровью предполагаемого монстра драконьего уровня. Этот мужчина даже не заметил, как дракон вернулся, преобразовавшись из маленькой крысы, но Райнхард заметил.

— Прошу вас, покиньте это место. Тут небезопасно.

Уже было слишком поздно. Капелла обхватила плешивую голову своей когтистой лапой, проявляя к нему несвойственный для неё уровень агрессии.

— Ты хоть представляешь, насколько это было больно?! Ты, плешивый ублю...

ОБЫЧНЫЙ УДАР

Несмотря на свои способности, Капелла, подобно остальным людям, имела нервную систему и была способна чувствовать боль. До столкновения с Лысым Плащом она была абсолютно уверена, что уже давно сошла с ума достаточно сильно, чтобы не обращать на неё своё внимание. И она даже не успела понять, как эти слова стали последними в её жизни. Мужчина просто ударил её по лапе, обхватывающей его голову, и в следующую секунду всё её тело взорвалось, но Лысому Плащу было всё равно. По крайней мере до тех пор, пока он не вспомнил, где находится. Он повернулся к ошеломлённому Райнхарду, который даже через сотни божественных защит не смог скрыть своего удивления.

— Я ведь не убил какого-то важного дракона, по ошибке перепутав его с монстром?

— Нет, это и был монстр. Могу ли я узнать ваше имя?

Мужчина потёр лысину той же рукой, которой и наносил удар. На ней не было крови, хотя она могла слиться с цветом его перчатки, будь кровь монстра того же цвета, что и людская.

— Понятно. Сайтама я.

В этот раз удивление не отразилось на лице Райнхарда, хотя было близко.

— Значит, тот самый Сайтама, о котором говорил Кинг.

Настала очередь Сайтамы радоваться, ведь он пришёл в этот мир именно за сильнейшим человеком.

— О, значит, Кинг всё-таки здесь. Не зря я плыл по космосу из другого конца вселенной.

Святой Меча окончательно убедился, что Кинг не преувеличивал силу Сайтамы. Наоборот, в тех словах не было ни слова о том, что он способен перемещаться на такие расстояния. Это то, о чём стоило бы догадаться. Райнхард решил попробовать вытащить меч Рейда из ножен и понял, что он не просто не хочет выходить из них, как это обычно случается... Меч боится столкнуться с существом, игнорирующим любые законы этого мира и даже силу самого меча.

Рейд Астрея, чья воля управляет мечом, не был простым дураком. Прагматичный, гордый и эксцентричный боец, любящий женщин, выпивку и драки, в которых он либо гарантированно побеждает, либо получает удовольствие, не стал бы слепо бросаться на существо, способное уничтожить его мир одним чихом. Но сам Райнхард не мог не задаться вопросом:

— Как ты его нашёл?

— Это руководство Ассоциации героев нашло Кинга. Я был отправлен туда, чтобы узнать, всё ли с ним нормально. Похоже, его тут даже фэнтезийные рыцари знают.

Райнхард не знал, что такое фэнтези и как настоящие рыцари должны выглядеть в понимании Сайтамы, но он не придал этому значения.

— Ты победил архиепископа Похоти, одно из сильнейших существ, которое отравляло этот мир. Сейчас Кинг сражается с архиепископом Алчности, сильнейшим из Культа Ведьмы. Думаю, он там уже закончил, и я могу отвести тебя к нему.

В ответ на прояснение ситуации Райнхарда, Сайтама прикрыл рот ладонью и начал зевать. Самые обычные дни в заброшенном районе города Z так утомляют.

— Да, давай.

Едва они сделали шаг от места знакомства, как позади Сайтамы раздался тихий, лишённый эмоций женский голос.

— В этом мире оказалась ещё одна незнакомая фигура.

Сайтама и Райнхард одновременно обернулись на голос и увидели бледнокожую девушку пятнадцати лет с длинными прямыми волосами платинового цвета, завёрнутую лишь в длинное белое платье и не имея иной одежды. Лысик мог только предположить, что это за левитирующая девочка.

— Ты её знаешь, Райнхард?

— Никогда с ней не встречался, но она точно монстр.

Райнхард понимал, что может и не победить существо, способное в любое время появляться из ниоткуда, и обозначил Сайтаме цель. Сама девочка негодовала по поводу второго иномирца, мешающего её планам.

— Сначала здесь оказался сильнейший человек, постоянно побеждающий моих сторонников, а теперь этот мужчина. Я надеюсь, хотя бы ты перестанешь мешать мне.

— Я вообще не знаю, кто ты такая и что тебе от меня надо. Меня интересует только встреча с Кингом.

Сайтама ответил девочке, которая не показывала своего удивления. Возможно, если не трогать этого парня с блестящей причёской, то её цель может быть выполнена.

— Я Пандора. И я просто пришла посмотреть, что здесь происходит.

По неизвестной для неё причине она поняла, что стоит уложить свой ответ в десять слов, а в идеале ещё короче. И у неё почти получилось избежать поражения, но внезапно рухнувшее здание и множество чёрных щупалец позади неё разрушили иллюзию шанса.

Спустя секунду чудовище поднялось в полный рост и показало свою голову в форме раскрывающегося цветка. По форме головы, а также по извивающемуся змеиному телу угольно-чёрного цвета Райнхард понял, что за существо напало на город.

— Чёрный Змей.

— А почему змей? Чёрная мухоловка подошла бы больше.

Сразу после своего искреннего заявления Сайтама исчез с поля зрения Райнхарда, уничтожив дорогу, на которой он стоял.

Пока Лысый Плащ летел к змею, он размышлял над странным видом этого создания.

Это что-то среднее между мухоловкой, подсолнухом и тентаклями. Я вроде как не в классическом хентае нахожусь. С его щупалец даже слизь капает... Отвратительно.

Долетев до цели, Сайтама расщепил её своим серьёзным ударом. Чёрный Змей распался на атомы вместе со всей слизью, которую он успел выделить. Из минусов... Ближайшие несколько километров этого города придётся перестраивать заново. Хорошо, что все люди успели попасть в убежище.

Пока Сайтама возвращался обратно к Райнхарду таким же прыжком, Райнхард не мог не сравнить его с собой.

Для совершения подобного подвига мне понадобились бы огромное количество маны и божественные защиты, вложенные в удар. И это бы не стало гарантией. А Сайтама просто уничтожил его одним ударом вместе с несколькими улицами. Если мой отец принимает меня за монстра, то кто этот мужчина?

Мысли Райнхарда прервал сам Сайтама.

— Я понимаю, что для тебя, как здешнего героя, подобные существа привычны и могут вызывать отвращение, но не стоит так задумываться над ними.

Вполне естественно, что Сайтама не знал, кого побеждает. Он почти никогда не узнаёт об этом, если ему не расскажут. И в этом нет его вины.

Кому точно не понравились действия лысика, так это Ведьме Тщеславия.

— Значит, всё идёт не по плану.

Сайтама обернулся на голос, будто не помня о маленькой левитирующей девочке. Она не поняла, что он действительно забыл о ней, и приготовилась использовать своё полномочие.

— Лысый Плащ...

— Ты кого, сука, Лысым Плащом назвала?!

Едва произнеся эти два опасных слова, Ведьма Тщеславия была стёрта апперкотом правой руки Сайтамы, лицо которого... Было нарисовано лучше обычного. После удара Сайтама сразу остыл.

— Меня так не называли со времён группировки пострадавших от глупых геройских имён. Ванпанчмен в разы лучше этого Лысого Плаща.

— Я поняла. Прошу прощения за свою грубость.

Что удивительно даже для самого Сайтамы, буквально только что уничтоженная Пандора стояла позади него в том же виде, в котором изначально материализовалась. Она решила, что Сайтаму нельзя победить, но можно только выкинуть из этого мира.

— Сайтама не приходил в это место и сейчас сидит в своём доме.

Сразу после её слов Сайтама исчез, что удивило Райнхарда. Он уже собирался атаковать Пандору голыми руками, поскольку меч не признал её силу, но услышал голос человека, который исчез ещё пару секунд назад и выходил из-за угла одного из домов.

— Знаешь, довольно грубо выгонять человека с улицы, если он ничего плохого не делал. Это общественное место, между прочим.

Ведьма Тщеславия никак не выражала своего удивления, но и для неё стала понятной одна простая истина.

— Я ничего не могу сделать, да?

— К сожалению для нас обоих.

После этих слов Сайтама оказался позади Пандоры и уничтожил её ударом в челюсть настолько быстро, что даже Райнхард этого не заметил. Он даже подождал пару секунд... Ведьмы Тщеславия больше не было.

Как он победил её своим обычным ударом? Ведь в прошлый раз она отменила свою смерть.

В этот момент Райнхард увидел, как Сайтама сконцентрировался, заставив частицы и античастицы, идущие в разных направлениях, копировать друг друга. Сайтама обернул время вспять, но не по законам магии этого мира.

Удар, вернувшийся назад во времени, нанёсший урон до того, как был нанесён и обращающий вспять причинно-следственные связи, уничтожил Ведьму Тщеславия до того, как она успела осознать сам факт своей смерти, и её полномочие не сработало. На этот раз Сайтама был рад, что у него сохранилась такая способность.

— Спасибо Геносу за то, что показал мне тот видос со своего ядра. А то я бы и не вспомнил, что так умею. Ну и Гароу спасибо, что научил.

Райнхард увидел весь процесс благодаря сильному желанию знать ответ, о чём он и признался вслух.

— Я получил новую Божественную Защиту.

— А? Божественная Защита?

Сайтама не знал, о чём говорит Райнхард, но сразу получил от него ответ.

— Это особое благословение, обычно дающееся человеку при рождении самим источником всей маны в этом мире, Одом. Это благословение может давать уникальные способности, усиливать боевые навыки и всячески улучшать жизнь своего владельца. А я могу получить эти способности, когда они мне понадобятся. Сейчас я получил Божественную Защиту Свидетеля Истины и увидел, как ты обернул время вспять.

Сайтама понял, что зря спросил об этом. Он уже забыл большую часть его слов, но понял, что Райнхард — это кто-то довольно сильный.

— Я думаю, мы могли бы схлестнуться с тобой, но после того, как я встречусь с Кингом. Ты разжигаешь во мне надежду.

— Я рад, что ты посчитал меня за сильного, но боюсь, даже я, как второй по силе в этом мире, не смогу оправдать твоих ожиданий.

Райнхард был удивлён таким словам, но не увидел в этом ничего плохого. В конце концов, если Лысый Плащ способен обращать вспять причинно-следственные связи, то за полное уничтожение мира можно не переживать. Сайтама это исправит. Его как раз заинтересовал один момент в словах Райнхарда.

— Второй. А кто первый?

— Кинг.

— А, понятно.

Лысый Плащ и Святой Меча вместе направлялись к Кингу, и первый из них не мог не думать о судьбе своего давнего друга.

Значит, тебя и в этом мире считают сильнейшим. Несмотря на очевидную ложь, на самом деле ты больше подходишь на роль героя. По крайней мере, ты не опаздываешь. А может, ты ещё и подкачался?

Двое сильнейших

Кинг шёл с Беатрис, Эмилией и одной из жён Регулуса по улицам, которые были освещены дневным светом. Только Сильфи решила пойти с ними, остальные остались в соборе и вскоре собираются разъехаться по территории страны, собрав вещи своего покойного подобия мужа.

Сильнейший человек не мог не удивиться тому, как быстро они расправляются с величайшими угрозами этого мира, и почувствовал подвох.

День едва начался, а мы каким-то образом убили двух архиепископов. Надеюсь, остальные тоже победят своих, и мне не придётся с ними сталкиваться.

Они вышли в тот район, где находилась их гостиница. Сказать, что их удивила груда обломков на месте домов, значит ничего не сказать. Пройдя пару километров, их поразил ещё один факт:

— Гостиница уцелела, в самом деле.

Беатрис указала на то, что рёкан стоял совершенно нетронутым, даже обломки не соприкасались с ним.

Группа, насчитывающая уже четырёх человек, вошла внутрь пустой гостиницы, намекающей на то, что они были одними из первых, кто вернулся на место встречи. Они действительно не были первыми. Кинг понял это, открыв дверь той же комнаты, где проходило обсуждение их плана по истреблению культистов. Помимо Фредерики, Анастасии и двух бандитов, за столом сидели Мейли, Райнхард и...

— Сайтама!

— О, Кинг. А ты быстро. И ты всё-таки подкачался.

Лысый Плащ сидел и пил чай. Он уже был проинформирован о сильнейшем человеке от Райнхарда, потому и не был удивлён их встрече, но подметил пару важных деталей, которые Кинг сразу начал критиковать.

— Конечно подкачался, но стать таким же сильным, как ты, не вышло. Я даже не облысел! Что ты делал для этого результата?

Сайтама хотел дать свой стандартный ответ, но был перебит укротительницей зверей.

— Лысый дядька говорит, что с помощью простых отжиманий, приседаний, скручиваний и бега можно побеждать с одного удара, но по-моему он просто скрывает от нас свой секрет!

— Я же сказал, что не лгу. И больше не зови меня лысым дядькой.

Сайтаме не понравилось такое отношение к его блестящей причёске, и даже замечание Кинга не помогло. Он сам едва может понять, почему это не сработало.

— Ну... Зомбимен что-то там рассказывал о каком-то лимитёре, и за несколько месяцев до этого один странный доктор тоже бурчал о нём. В общем, это ограничитель существа, в рамках которого оно может становиться сильнее. Как только достигнешь потолка, сколько ни тренируйся, сильнее не станешь. Но это если ты сам не проложишь себе путь через эти барьеры и не снимешь их, находясь между жизнью и смертью. Возможно, в этом мире всё работает иначе, чем в нашем, потому ты и не накачался как я и не потерял волосы, я не знаю.

— Ты сам-то понял, что сказал?

— Нет.

Кинг поставил под сомнение объяснение Сайтамы, который не смог сказать ничего против. Сейчас его интересовало другое. Эта информация поможет понять, стоит ли Кингу успокоиться, или придётся напрячься сильнее.

— Слушай, а ты не встретил никаких стрёмных существ, пока шёл сюда? Их ещё архиепископами называют.

Сайтама сделал глоток чая и отложил кружку, которую он зачем-то притащил из их мира.

— Ну, я приземлился на какого-то чёрного дракона, который позже хотел посмеяться над моим отсутствием волос и снова превратился в кучу соплей, больше не регенерируя. Райнхард назвал её архиепископом Похоти.

Кинг улыбнулся, но все остальные за исключением Райнхарда были удивлены этим словам. Фредерика, сидящая возле Кинга и Беатрис, первой озвучила своё удивление, которое не было таким же сильным, как у остальных.

— Кинг нередко рассказывал о тебе, но я не могла поверить в то, что ты убиваешь даже бессмертных.

Кинг дал ответ вместо Сайтамы.

— Скорее всего, она и не была бессмертной. Чисто физически каждый человек имеет свой предел прочности...

Он с иронией перевёл взгляд на Сайтаму.

— За одним исключением. Кстати, новые волосы не смогут прорасти именно из-за этого.

— А в какой момент ты стал таким злым, чтобы шутить над чужим горем?! Это точно мой Кинг?!

Сайтама не оценил разрушения его надежды на такую же чёрную шевелюру, как раньше, но ничего не мог с этим поделать. Кинг поспешил успокоить своего лысого друга, пока тот не сломал стол.

— Ладно, извини. А как ты вообще сюда попал и откуда знаешь, что я должен быть именно здесь?

Ответ последовал после очередного глотка чая.

— Стальной Рыцарь нашёл тебя и передал информацию верхушке Ассоциации героев. Твоё исчезновение оставило за собой какой-то тёмный магический след, какого не существует в нашем мире. Я уж и сам думал, куда ты пропал и не умер ли ты. Но хорошо, что ты жив. Мне уже целый год как играть не с кем.

В разговор двух друзей вмешалась Анастасия, явно заинтересованная в этом Лысом Плаще.

— А игры у вас — это просто подраться друг с другом из-за отсутствия нормальных противников?

Сайтама ответил, не задумываясь о том, как это будет звучать.

— Да это уже издевательства Кинга надо мной, а не драка. Я ещё ни разу не смог его победить.

Гастон подметил важную деталь перед своим вопросом.

— Понятно, что его не победить. Но насколько всё было плохо?

— Он всегда просто стоит до тех пор, пока я не стану слишком уверенным в своей победе.

Сайтама дал бывшему бродяге максимально честный ответ. Все посмотрели на Райнхарда, не сказавшего ни слова в ответ. Все поняли, что Лысый Плащ говорил правду, и лишь немногие поняли, что конкретно он имел в виду. Но Кинг не понял, чего смотрящий на него и едва заметно улыбающийся Сайтама хотел этим добиться.

Зачем он рассказывает о том, как он не может победить меня в файтинге? Никто не знает про игры из моего мира кроме Фредерики, Беатрис и двух близняшек, которые сейчас должны находиться в особняке.

После своего ответа Сайтама подошёл к Кингу и протянул ему руку с небольшим чёрным наушником круглой формы.

— К сожалению, обратно тебя вернуть невозможно, но мы можем общаться через ушной коммуникатор. Я планирую свалить обратно к нам, когда сражусь с Райнхардом.

Кинг взял наушник, не забывая подколоть лысого за его силу.

— Только мир случайно не уничтожь, пока махаться с ним будешь.

— Да, ты прав. Но не переживай. Если мир будет уничтожен, я просто вернусь в прошлое и не стану с ним махаться.

Кинг давно узнал про новую способность Сайтамы, но не мог не удивиться иному факту.

— Я уже видел, как ты скопировал стиль боя Гароу и потом отправил себя в прошлое, но как ты вообще вспомнил об этом?

— А, это. Генос показал мне видос со своего ядра, которое попало в прошлое вместе со мной.

На данный момент интерес Анастасии к этому Сайтаме стоял выше, чем что-либо другое. Она озвучила своё щедрое предложение.

— У тебя нет желания присоединиться к моему лагерю? Сейчас у нас идёт Королевский Отбор, по окончанию которого одна из кандидаток станет королевой. Вполне естественно, что многие полагаются не только на себя, но и на способности своих подчинённых. После своей победы я дам тебе всё, что ты озвучишь, а пока что могу пообещать хорошую зарплату, превосходящую чью-либо другую и...

Лысому Плащу надоела речь девушки с шарфом. Он не мог не сравнить её с одной знакомой ему девушкой.

Она напоминает мне Фубуки, когда та ещё пыталась затащить меня в свою группу. А ведь тот парень в очках в итоге смог стать сильным, когда отделился от них.

Сайтама поднял ладонь, заставляя Анастасию остановить свою речь.

— Хоть меня и стали называть профессиональным героем, но для меня геройство — это так, просто хобби. Я не продаюсь. Да и в свой мир нужно вернуться. Здесь герои уже есть.

Вообще Сайтама говорил про Райнхарда, но все подумали на Кинга, и они не были неправы. Анастасия лишь сделала вид, что молча согласилась с его заявлением, но на самом деле её мысли были о другом.

Только сейчас я дам тебе отказаться. Скоро ты в любом случае станешь частью моего лагеря, мой самый ценный актив.

Никто не заметил жадной улыбки торговки, все предпочли следить за диалогом между двумя сильнейшими. Эмилия первой вмешалась со своим уместным вопросом.

— Сайтама сказал, что умеет отправляться в прошлое. Ты можешь также?

Она задала этот вопрос Кингу.

— Нет, я никоим образом не могу взаимодействовать со временем.

— Ясно. Значит, даже так Сайтама не может победить моего рыцаря ни в одном прошлом, каким бы далёким оно ни было.

Кинг предпочёл оставить свой ответ в уме и не произносить его.

Я же не всегда был лучшим геймером. Значит, когда-то давно он мог бы меня победить, если бы мы встретились в то время.

Так или иначе, пришло время продолжать расспрашивать Сайтаму о том, с кем он успел сразиться в этом мире за свой первый день. Кинг должен был узнать о том, может ли он наконец продолжить свою спокойную жизнь с Фредерикой и Беатрис.

— Так архиепископ Похоти — твой единственный монстр этого мира?

— Не, не совсем. Далее были Чёрный Змей и Ведьма Тщеславия. На последнюю даже два удара ушло, но не из-за силы. Она просто отменяла свою смерть. Пришлось убить её в прошлом ударом из будущего.

Кинг проанализировал слова лысика и понял, что тот сражался с существом, о котором он ничего не слышал.

— Про змея я в курсе. А Ведьма Тщеславия — ещё кто такая?

— Никто не знает, кто она и чего она там хотела. Мы с Райнхардом и сами впервые её увидели, и она отправила меня в наш мир после её слов о том, что меня здесь никогда не было и я сижу дома.

Кинг сразу понял, в чём суть её способности, но не более того. Информации слишком мало. С другой стороны, это уже не было чем-то важным.

— Значит, ты победил существо, способное вмешиваться в судьбы людей.

Сайтама ответил, почёсывая висок указательным пальцем.

— Да, наверное.

Группа едва успела завершить обсуждение подвигов друга сильнейшего человека, как дверь в комнату открылась и в неё вошли Присцилла, Фельт, Круш и члены лагеря Анастасии. Лишь некоторые из них, вроде Вильгельма, Ала и Гарфиэля, выглядели сильно истощёнными, все остальные были целы и лишь некоторые получили пару царапин.

— Ооо, начальник. Ты даже не представляешь, как мы сражались.

Первые слова произнёс молодой тигр, уверенно заявляющий об их победе. Кинг был рад, что всё закончилось хорошо.

— Вот и замечательно, что ты победил его.

Ал негодовал, почему Кинг сказал так только про Гарфиэля, если они сражались вдвоём.

— Ты про меня не забывай, братан. Я, конечно, не претендую на геройский титул, но без меня бы этот парень уже утонул, как котёнок в речке.

В ответ Гарфиэль закатил глаза и повернул голову, неохотно соглашаясь с мнением однорукого шута.

— Да, да, без тебя я бы прям там и сдох. Сорян, что забыл об этом.

Присцилла подключилась к их новому диалогу.

— Неудивительно, что этот шут под влиянием моей божественной сущности добился успеха. А это что за плебей тут сидит?

Она указала пальцем на лысого мужчину в странном костюме, который встал перед ответом.

— Сайтама я. Будем знакомы.

Присцилла имела в виду вопрос о том, что простой человек делает в месте сбора всех защитников водного города, но Кинг дал ей более понятный ответ.

— Это мой хороший друг с того же мира, откуда я родом. Он побеждает что угодно одним ударом. Именно он и победил архиепископа Похоти.

Присцилла была удовлетворена ответом, пока остальные новоприбывшие удивлялись уже второму человеку с силой, превосходящей Святого Меча.

Но на этом пришествие старых лиц не закончилось. Дверь вновь открылась, но на этот раз высоким и худым мужчиной с бледно-золотыми волосами в элегантной одежде. Было видно, что он пробежал пару километров, чтобы прийти сюда.

— Вот вы где, Кинг. Прошу вас пройти со мной. По метии нужно сделать объявление о том, что Культ Ведьмы был уничтожен в этом городе.

Кинг удивился тому, что даже сам лоликонщик Киритака Мьюз просит его о помощи, да ещё и о его великолепной речи.

— Сам бы и сказал. Я для этого не обязателен.

— Нет, дело не в этом. Кто может также сильно заявить о победе, как не человек, который и привёл нас к ней?

Кинг выдохнул перед утвердительным ответом.

— Справедливо. Тогда иду.

Естественно, что все остальные пошли вместе с ним.

На пути к ратуше ничто не предвещало беды. Очередная пустая улица с тишиной, которая нарушалась лишь шагами огромного отряда Кинга. Это было до того, как все услышали голос с крыши одного из домов.

— Наконец-то. Мы так долго ждали момента встречи с самим сильнейшим человеком. Как же нам не терпится попробовать тебя.

Нищий ребёнок с тёмными длинными растрёпанными волосами, почти достающими до земли, и глазами цвета изумруда спрыгнул с крыши прямо на Кинга и коснулся его своей рукой. Круш и Присцилла, идущие рядом с Кингом, поняли, что это за мальчик, и пытались разрубить его надвое, но тот успел уклониться и отбежать.

— Кинг.

Мальчик произнёс имя сильнейшего человека и облизнул кисть руки.

— Гххх-Кхх!?

Он и сам не ожидал, что его вырвет сразу после того, как он попытается поглотить имя Кинга.

Группа остановилась, как только остановился и сам Кинг, который шёл впереди вместе со своим духом и девушкой. Им хватило всего секунды, чтобы разглядеть в нём того, с кем они не так давно сражались, и вытащить своё оружие. Только Сайтама негодовал.

— Чё там такое? Монстр?

— ДА!!!

Большинство ответило громко и моментально. Сайтаме лишь оставалось делать то, в чём он стал профессионалом.

— Псевдоним, а не имя...

Это были последние слова Лея Батенкайтоса перед принятием обычного удара прямо в лицо. Кинг так и не понял, кем был этот парень.

— Что он пытался сделать?

Круш объяснила ему, что этот мальчик на самом деле был опасным существом.

— Один из архиепископов Чревоугодия. К сожалению, они оба сбежали. И оказалось, что у них есть ещё и третья, которая резко появилась на месте одного из них, когда тот получил серьёзные ранения.

Присцилла подтвердила слова Валькирии.

— Второй тоже трусливо поджал хвост от моей божественной сущности.

Кинга не обрадовала эта новость, но по крайней мере он нашёл в этом свои плюсы.

Зато их теперь всего двое.

Оставшийся путь до ратуши прошёл в спокойствии. Они прошли на пятый этаж. На нём и располагался переносной металлический ящик, улавливающий звук и транслирующий его на другие части метии, расставленные по всему городу.

Пока Кинг набирался смелости, чтобы включить устройство и произнести речь, Лилиана озвучила своё желание, которое она исполнит сразу после окончания этого события.

— Это очередной момент, когда великолепный Кинг войдёт в историю! И я посвящу каждой победе по песне! И про человека, побеждающего одним ударом, не забуду!

Кингу помог настрой юной певицы. Он даже удивился одному из её заявлений.

Я впервые не забрал достижения у Сайтамы. И не заберу.

Кинг кивнул Киритаке, чтобы тот включил устройство. Речь сильнейшего человека была короткой и без пафоса.

— Ну вы это... Можете выходить из убежищ. Мы победили всех архиепископов, Чёрного Змея и Ведьму Тщеславия. Змея, Ведьму и архиепископа Похоти победил человек по имени Сайтама. Отдельная благодарность ему. К сожалению, некоторые районы города вам придётся отстраивать заново. Очень извиняюсь за это. Всем удачи.

Как я и говорил. Его достижения принадлежат ему. У меня и свои есть в этом мире.

Понимая, что сильнейший человек уже закончил свою речь, Киритака выключил устройство.

Кинг повернулся к остальным и увидел одобрение на лицах большинства из них. Сайтама показал палец вверх, одобряя речь Кинга и его действия.

— Ты действительно стал намного сильнее. И всегда приходишь вовремя. Прям таки герой, оправдывающий своё звание.

— Спасибо.

Кинг удивился и покраснел от высказывания своего лысого друга, но принял его, как и все остальные. Лишь Присцилла подумала о том, что сильнейший человек мог бы и что-нибудь пафосное сказать людям этого города. В конце концов, три великих зверодемона и почти все высокопоставленные члены Культа Ведьмы были не только побеждены, но и унижены. Спокойная жизнь для Кинга была так близко, но в то же время так далеко...

Сайтама против Райнхарда

Через месяц после событий в Пристелле Кинг вновь оказался на уже знакомой тренировочной площадке, окружённой крепкими стенами. Место с не самыми приятными для него воспоминаниями, но одно отличие от той дуэли с лучшим из рыцарей смогло его порадовать.

По крайней мере, на этот раз я зритель. А был ли вообще смысл сюда приходить? И кого мне стоит поддержать, несмотря на очевидный исход этой дуэли?

Кинг сидел на трибуне, чувствуя себя непривычно в роли наблюдателя. Раньше он всегда оказывался в центре событий, даже когда не хотел этого. Сегодня же он мог просто смотреть и не переживать за собственную жизнь — по крайней мере, так он думал до начала боя. Вокруг него расположились представители всех пяти лагерей, и атмосфера была напряжённой.

Кинг был далеко не единственным, кто пришёл посмотреть на дуэль с участием самого Святого Меча. Все пять лагерей и самые влиятельные дворяне пришли посмотреть на человека, что осмелился бросить вызов Райнхарду. Сами кандидатки наряду с их подчинёнными уже видели малейшую часть силы, которую тот показал против Архиепископа Чревоугодия, и слышали про уничтожение Чёрного Змея с Ведьмой Тщеславия и Архиепископом Похоти, но дворяне не видели ничего из этого и не собирались доверять той информации, которая уже успела распространиться на весь мир. Они пришли сюда, чтобы увидеть всё своими глазами — и, возможно, найти повод для насмешек над новым героем.

— Этот лысый извращуга в жёлтом костюме и есть новый герой?

— Кто вообще пропустил этого плешивого клоуна в такое серьёзное место?

— Я слышал, что он уничтожил Чёрного Змея, а вместе с ним и некоторую часть города. А ещё его сам Кинг одобрил.

Шёпот и смешки пробегали по рядам зрителей. Дворяне переглядывались, указывая пальцами на Лысого Плаща, который стоял в центре арены с невозмутимым видом. Их высокомерие было настолько велико, что они даже не пытались скрывать своего презрения к человеку, чья внешность так сильно отличалась от привычных им рыцарей в сверкающих доспехах.

На самой арене стояли Райнхард и Сайтама, смотрящие друг на друга ровно до того, как последний услышал неприятные высказывания в свой адрес. Он быстро отвернулся от Святого Меча и оглядел всех зрителей перед ответом. Его глаза, обычно сонные и равнодушные, на мгновение сверкнули раздражением.

— Вы кого плешивым называете, ублюдки?! У самих-то лишь несколько волосинок, что выглядит хуже моей лысины! Да, это я разнёс тот чёрный подсолнух вместе с Ведьмой и подобием дракона. Есть жалобы — я выслушаю. Говорите!

Голос Сайтамы разнёсся по всей арене, заставив многих дворян вздрогнуть. В его тоне не было ни капли сомнения или неуверенности — только раздражение человека, которому надоело выслушивать чужие глупые замечания на счёт его плешивости. На несколько секунд воцарилась напряжённая тишина, и никто из зрителей не осмелился ответить. Даже самые высокомерные дворяне предпочли промолчать, чувствуя исходящую от этого странного человека угрозу.

Никто из типичных дворян не осмелился ответить Сайтаме. Впрочем, им мало на что можно было пожаловаться. Район с их имениями в Пристелле остался цел. Тут уж наоборот, Лысого Плаща стоило бы поблагодарить, о чём заявила находящаяся по противоположную сторону и машущая веером возле своего лица Присцилла.

— Не акцентируй своё внимание на этих ничтожествах, плебей. Они недостойны внимания, ибо всегда будут жаловаться, ничего толкового не сделав. Лучше покажи моей божественной сущности, что такое хорошая дуэль.

После этих слов Сайтама немного успокоился и показал Солнечной Принцессе большой палец вверх, после чего развернулся обратно к Райнхарду и заявил о своей готовности. Его раздражение утихло так же быстро, как и возникло — он не любил тратить время на пустые ссоры.

— Уж извини за это представление, скорее всего оно настрой уже сбило. Похоже, что из всех дворян только та девушка в красном нормальная.

— Ничего страшного. Обычно к Присцилле наоборот относятся с негативом. Думаю, мы можем начинать. И не переживай, если сможешь убить меня. Я воскресну.

Райнхард моментально перешёл в оборонительную стойку, выставив и слегка согнув в колене одну ногу и отведя назад другую. Движения были отточены до совершенства. Он хотел вытащить свой меч из ножен, но тот по-прежнему не поддавался ему.

— Похоже, что в этом случае меч просто боится выходить из ножен и не выйдет, пока ты не захочешь уничтожить этот мир.

— Не переживай, чуть позже ему придётся выйти. А твоя стойка оборонительная, значит?

Сайтама улыбнулся, задавая этот вопрос. Обычно на него нападали вслепую, судив уровень его силы только по расслабленной позе. Он решил подыграть Райнхарду и мгновенно оказался за его спиной, намеренно замедляя свой удар. Райнхард моментально отпрыгнул за его спину и взял в руку меч с ножнами. Если тот не может выйти из-за своего страха, значит, его будут использовать как палку или любое дробящее оружие. Его реакция была молниеносной — для такого противника, как Сайтама, он не позволял себе расслабляться ни на секунду.

Судя по Божественной Защите Инициативы, если бы этот удар достиг цели, я бы моментально потерял сознание. Божественная Защита Первого Взгляда была бы проигнорирована. Какой интересный противник.

Уже на первом этапе Райнхард понял тяжесть этого боя. Человек, способный игнорировать его благословения, стоял на том же месте, где наносил свой удар, и лишь повернулся со всего одним словом.

— Нападай.

В ту же секунду на Сайтаму полетела тысяча ударов от Райнхарда. Удары мечом в ножнах по различным частям тела. Удары кулаками и удары ногами, даже головой. Несмотря на Божественную Защиту Голубых Небес, которая делает Райнхарда сильнее, пока небо ясное и голубое, ни один из его ударов даже не сдвинул Сайтаму со своего места. Каждый удар был идеально выверен и направлен в жизненно важные точки, но все они разбивались о тело Лысого Плаща.

— А ты и правда силён. Точно сильнее всех мечников моего мира.

После этих слов Лысый Плащ ответил своим обычным ударом, который достиг цели и оставил от Святого Меча лишь лужу крови и сам меч. Сайтама был удивлён такому исходу — он не ожидал, что его обычный удар окажется настолько эффективным.

— Вот блин. Он же сказал, что я могу бить сильнее и он воскреснет. Надеюсь, он вернётся из этой лужи.

На всякий случай Сайтама уже приготовился к отправке в прошлое. Эта готовность прервалась вспышкой синего цвета и ударной волной, из-за которой на стенах образовалось несколько трещин. Повезло, что они сражались в самом центре, иначе несколько десятков человек уже могли умереть. Синий свет озарил всю арену, и даже самые смелые зрители инстинктивно отшатнулись.

Сияние угасло, и на месте кровавой лужи стоял целый и невредимый Райнхард.

— Это Божественная Защита Феникса. После каждого использования она накладывается на меня повторно.

— Да ты крут. Продолжай.

Сайтама был рад своему новому противнику. Хоть его сила и не сравнима с Богом, Райнхард тоже был интересной личностью. Его глаза загорелись азартом, который он редко испытывал в последнее время. В его родном мире не осталось никого, кто мог бы составить ему достойную конкуренцию, а здесь, в этом странном фэнтезийном мире, он наконец встретил того, кто если и разваливался от одного касания, то почти сразу восстанавливался.

— Я получил новую Божественную Защиту. Можешь продолжать атаковать.

После этих слов Райнхард умер и снова воскрес. Сайтама лишь с непониманием посмотрел на него. Он не мог понять, зачем Райнхард тратит свои бесконечные воскрешения на такие бесполезные действия.

— Чего ты хотел этим добиться?

— Похоже, новая Божественная Защита не сработала.

Райнхард одновременно думал и продолжал атаковать Сайтаму с разных сторон, на этот раз успешно впечатывая его в пол и стены с помощью притяжения маны из атмосферы для усиления собственного тела с целью увеличения силы ударов. Каждый удар сотрясал арену, оставляя на стенах глубокие вмятины, но Сайтама даже не пытался уклоняться от них.

Он проигнорировал Божественную Защиту Неуязвимости От Первого Удара, которая была создана специально под эту ситуацию. Не знай я про Кинга, то точно посчитал бы Сайтаму сильнейшим. А ведь Кинг настолько силён, что подавляет свою силу, и я никак не могу его оценить.

Через пару минут такого одностороннего боя, высосав всю ману из атмосферы и оставив множество трещин и дыр на стенах арены с помощью тела Сайтамы, тот снова стоял без единой ссадины или синяка. Лишь его костюм стал слегка грязным. Он выглядел так, будто только что проснулся после долгого сна — расслабленно и беззаботно.

— И это всё что ли? Как-то ты разочаровываешь. Тогда поступим иначе.

Сразу после слов Лысого Плаща меч Рейда моментально вылез из ножен. Наконец, Райнхард позволил себе улыбку с сильным заявлением. Впервые за всю дуэль он почувствовал, что у него появился шанс — пусть даже это была лишь иллюзия шанса.

— Я думаю, что теперь ты можешь и проиграть.

— А? С чего бы это?

— Драконий Меч Рейд игнорирует сами концепции. Он должен разрубить тебя, как только достигнет цели.

Утраченный интерес Сайтамы вновь вернулся в его выражение лица. Он выпрямился, и в его глазах промелькнула искра любопытства.

— Это уже звучит интересно. Но чего он раньше боялся выйти из ножен? И как ты собираешься попасть по мне, если я стану чуть серьёзнее?

— Справедливое замечание. Я не могу утверждать, что его опасения напрасны, но моё мнение таково.

Райнхард влил всю собранную ману в удар и высвободил её взмахом меча. Высвобожденная мана спрессовалась в огромное лезвие света, полетевшее в сторону Сайтамы. Этот удар был настолько мощным, что сам воздух вокруг него начал искажаться, а земля под ногами Райнхарда покрылась сетью трещин.

Этот удар достиг того уровня, чтобы стереть и переписать весь этот мир в радиусе видимости, уничтожив саму текстуру пространства и вернув её в исходное состояние.

Возможно, этот удар даже сотрёт тебя из существования. Если так, то я надеюсь, что Кинг это предотвратит.

— ААААП-ЧХИИИ.

Чего Райнхард не предвидел, так это пыли, которую он поднял всеми швыряниями Сайтамы по периметру тренировочной площадки. Естественно, он не мог догадаться до того, что Лысый Плащ изменит направление лезвия на противоположное.

Должно быть, ты просто шутишь надо мной?

Райнхард пытался дать обоснование такому уровню силы, который заставил лезвие вернуться к нему с многократно возросшей силой и разложить его тело на атомы. Эта физическая смерть была моментальной. Не только для него, но и для всех, кто сидел на арене, за парой исключений.

Тем не менее, Божественная Защита Феникса была использована вновь. Од полностью воссоздал тело Райнхарда из ничего. Снова в идеальном состоянии, без единой царапины.

— Ой, извини. Эта атака выглядела сильнее, чем остальные, а я только сейчас её заметил. Что это было?

Со стороны казалось, что Сайтама издевался над своим оппонентом, но на самом деле это высказывание было искренним. Он действительно не успел заметить атаку, настолько она была быстрой. Райнхард ответил на него так кратко, как никогда не отвечал:

— Эта атака должна была стереть тебя из существования, переписав весь этот мир.

— Погоди. Это чё, реально?

Сайтама был удивлён тому, что кто-то в этом мире оказался способен на переписывание реальности. Он хотел замотивировать Райнхарда на продолжение, но они оба услышали до боли знакомый звук, продолжающийся чуть ли не с самого начала боя. Они только сейчас обратили на него внимание.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Эй, а ну прекращайте там, черти!

Оба повернули головы и увидели Кинга, который, скрестив руки, стоял с самым агрессивным выражением лица, которое на самом деле совмещало в себе страх и гнев. Внутри он дрожал от страха за себя. Все остальные испарились.

Из-за их боя моя Бетти умерла, превратившись в ману и растворившись в атмосфере. А, ну и Эмилия вместе со всеми, кто тут находился, тоже умерли. Хорошо, что я Фредерику и Рам предупредил о том, насколько эта дуэль может быть разрушительной, и они не пришли. Пусть три горничных проведут время друг с другом. Хотя, уже четыре. Теперь же ещё Сильфи с нами.

Одновременно с окончанием мыслей Кинга, Сайтама задал ему вопрос, ответ на который для Райнхарда был очевидным.

— А как ты выжил? Ещё и без единой пылинки в отличие от меня.

— А... Да я сам не уверен. Бетти что-то там говорила про моё полномочие. Это способность, стоящая выше Божественной Защиты. Наверное, всё дело в нём.

Самый удачливый человек во всех мирах, насильно перемещённый в другой мир и арендовавший полномочие у Сателлы, неосознанно материализовал свою удачу в способность, которую практически невозможно победить. Способность искажать мир и подстраивать его под желаемый пользователю исход. Чем сильнее звук двигателя, тем сильнее искажение и лучше результат. Атака, которая должна была стереть Кинга из существования, просто не смогла нанести ему какой-либо урон.

В ответ на краткое объяснение Сайтама кивнул и снова повернул голову на Райнхарда.

— Тогда и я стану чуть серьёзнее. Давай, разожги во мне огонь.

Сайтама использовал те же слова, которые год назад слышал от одного циклопа со светло-голубой кожей.

— Хорошо. Тогда я вложу всю свою силу в один удар.

Райнхард глубоко вздохнул, и в тот же миг время будто замедлило свой ход. Его всасывание маны активировалось на абсолютный предел его возможностей, превращая тело Святого Меча в космическую сингулярность. Поглощение началось бесшумно, но его масштаб мгновенно охватил весь плоский мир.

Невидимая гравитационная волна устремилась во все края мира. В королевстве Лугуника великие маги внезапно упали на колени, хватая ртами воздух — их врата пересохли в мгновение ока. По всему миру духи замерли в ужасе, чувствуя, как их жизненная сила насильно вытягивается и уносится в одну точку на карте. Даже Вэйг Адгард — безумный принц Священного Королевства Густеко, будучи полудухом, начал распадаться. Бессмертие, носившее биологический регенеративный характер, подпитываясь колоссальным запасом маны, было отключено.

Мана со всего мира устремилась к Райнхарду. Одним выверенным движением он до краёв накачал накопленной маной всего Ода Драконий Меч Рейд. Клинок, способный прорубать концепции, превратился в концептуальную мощь вселенной. Пространство исказилось, не выдерживая такую плотность энергии. Сам Святой Меч занёс клинок для финального взмаха.

Лезвие со свистом в тысячу децибел обрушилось вниз с целью разрубить Лысого Плаща по диагонали. Но прямо у самого лица Сайтамы разрушительный поток энергии моментально замер.

— Получается, мои ножницы сильнее твоего лезвия.

Сайтама поймал Меч Рейда между указательным и средним пальцами, после чего начал прижимать их друг к другу. Такая нагрузка расколола меч на десятки тысяч мелких осколков.

— Этого не может быть! Сам Драконий Меч Рейда не может быть уничтожен!

Райнхард заявлял об этом с несвойственной для него эмоциональностью. Этот панический крик вместе с округлёнными глазами и искажённым от первобытного ужаса лицом был подмечен Сайтамой.

— А ты реагируешь не так спокойно, как обычно.

— Что?!

В этот момент Райнхард понял, что в самой ткани этого мира что-то порвалось. Воля Мира, осознав, что перед ней находится существо, неподдающееся каким-либо законам, кроме своего собственного... Сдалась. Система Божественных Защит дала сбой, и Райнхард почувствовал, как из его души одна за другой насильно выдираются нити, невидимые для остальных.

[Божественная Защита Святого Меча — аннулирована.]

Пальцы Райнхарда, державшие рукоять, выронили её, словно забыв, как нужно держать меч.

[Божественная Защита Безоружного Боя — аннулирована.]

Тело Райнхарда стало совершенно обычным натренированным человеческим телом. Его рука, способная разрубать людей надвое, словно катана, теперь едва ли могла справиться с обычным деревом.

[Божественная Защита Инициативы — аннулирована.]

Райнхард больше не мог предугадывать движения оппонента. Ни то что бы он успевал реагировать на Сайтаму, но всё же...

[Божественная Защита Уклонения от стрел — аннулирована.]

[Божественная Защита Отражения магии — аннулирована.]

[Божественная Защита Феникса — удалена пользователем.]

[Божественная Защита Смертельного Удара — аннулирована.]

[Божественная Защита Равного Противостояния — аннулирована.]

[Божественная Защита Заграждения от Ветра — аннулирована.]

Так продолжалось ещё несколько секунд, пока Райнхард наконец не почувствовал исчезновения последних способностей.

[Божественная Защита Опознавания Соли — аннулирована.]

После исчезновения последней Божественной Защиты Райнхард смог произнести свою последнюю фразу.

— Так вот что значит быть человеком!

Эта фраза выражала чистейшую радость.

Я больше не монстр. Я... Я человек.

Райнхард осознавал, что последний удар Сайтамы уничтожит его вместе со всем этим потускневшим миром. И он был счастлив. Впервые за одиннадцать лет жизни Райнхард осознал, что он никакой не Святой Меча, не монстр и не герой, а простой человек.

***

— Похоже, что в этом случае меч просто боится выходить из ножен и не выйдет, пока ты не захочешь...

Райнхард замолчал, не закончив своё объяснение неловкой ситуации с Мечом Рейда в ножнах. Божественная Защита Свидетеля Истины, которую он получил при первой встрече с Сайтамой, показала, как он проиграл ему в будущем, лишившись всех своих благословений и став человеком. Это было последнее, что он увидел перед тем, как потерять сознание от удара, вернувшегося из будущего и нанёсший урон до того, как сам удар был нанесён.

Все на трибунах были удивлены тем, что легендарный Святой Меча упал с одного удара, и только Кинг был удивлён до такой степени, чтобы внешне не выразить никаких эмоций.

Что за херня сейчас произошла? Типа... Сайтама мир уничтожил!

О башне мудреца

Какого хрена из всех людей это продолжает происходить именно со мной? И в который раз я задаюсь этим вопросом?

Только прошёл месяц с дуэли между Сайтамой и Райнхардом, которая по мнению большинства завершилась одним невзрачным ударом, как совет мудрецов потревожил покой Кинга новым заданием, отказ от которого они и не собирались принимать.

Сайтама, почему ты так рано вернулся в наш мир? Они ведь тебя привлечь хотели. И как мне вообще попасть в башню к этой Шауле, если даже Райнхард не смог?

В данный момент Кинг и люди, отобранные им для формирования группы, обсуждают план по вторжению в башню великого мудреца Шаулы. Комната, где они собрались, была залита тёплым светом магических ламп, но атмосфера оставалась напряжённой.

— Но для чего Кинга хотят отправить в эту башню? Рем слышала о том, что в инциденте с Пристеллой не было жертв, вызванных теми культистами.

Ни для Рем, ни для остальных участников группы не было понятно, зачем Кинга туда отправляют, но для близняшек было ясно одно: нельзя отпускать его в одиночку. Сам Кинг ответил аналогично тому, что он слышал от самих мудрецов.

— Официально меня заставляют идти к башне для получения лекарства от болезни, которая когда-то поразила королевскую семью. Они сказали, что больше не хотят повторять тот инцидент, потому им нужно лекарство просто на всякий случай.

— Не удивлюсь, если эти старики просто хотят использовать тебя для демонстрации их превосходства над правителями остальных стран.

Рам поняла суть мыслей верхушки Лугуники, но особо многого не получится сделать в ближайшее время. Победа Эмилии на выборах гарантирована. Без неё Рам, Рем и Фредерика забрали бы Кинга и Беатрис куда-нибудь в Карараги, где могли бы продолжить свою спокойную и счастливую жизнь, но сейчас следует думать о сегодняшней ситуации.

— Бетти согласна с высказыванием Рам, в самом деле. «Смотрите, у нас есть два сильнейших существа в мире и иногда к нам приходит третье, способное победить Святого Меча и уничтожить мир одним ударом» — примерно так они и думают, я полагаю.

Для всех было понятно, что сильнейшего человека ещё полтора года точно не оставят в покое, ссылаясь на его долг как заместителя командира королевской гвардии, но после отбора его обещали повысить до графа. Тяжело не выполнить обещание, данное человеку, способному победить Райнхарда, имеющего идентичное мнение на этот счёт. На весь этот мир только четыре человека знали, что это не так, и они волновались за жизнь Кинга. Напряжение в зале с каждой минутой ощущалось более удушающим, пока Вильгельм не нашёл нужных слов для улучшения ситуации.

— Говорят, что архиепископ Похоти была той, кто на самом деле управляла гильдией убийц. После её смерти эта гильдия распалась, и все люди, чьи жизни зависели от её полномочия, умерли. Я понимаю, что это не может полностью решить вопрос с коррупцией, но я надеюсь, что вам станет немного легче, Кинг-доно.

Кингу действительно полегчало от этой информации.

Если бы мне пришлось иметь дело не только с культистами, но и с целой гильдией убийц...

Он и сам не знал, что ещё в родном мире заставил сдаться клан убийц, нанятый для его устранения. Куда важнее было напечатать сценарий к игре, которую он хотел создать.

Несмотря на дюжину хороших новостей, которые ни при каких нормальных обстоятельствах не могли светить этому миру, вся группа относилась к башне с настороженностью. Вся, кроме одного молодого тигра.

— А моя великолепная личность считает, что начальник и тут справится! Но всё равно спасибо за то, что поверил в меня и позвал в эту новую заварушку.

Единственный оптимист в группе с улыбкой верил в своего начальника, сверкая своими острыми зубами и держа кулак над головой. Его энергия была заразительной — даже самые мрачные лица в комнате на мгновение просветлели. В ответ на это сильное заявление Кинг начал озвучивать проблемы, о которых ему сообщал Райнхард.

— В этих Дюнах Аугрии существует так называемое «песчаное время». Это ветер, который три раза в сутки переносит песок с миазмами, дуя с востока на запад. Утром, днём и сильнее всего ночью. Скорее всего, будет лучше передвигаться днём. Сами миазмы способны влиять на разум даже при малой концентрации.

Группа приняла информацию вместе с невозможностью подготовки мер защиты от влияния испорченной маны на их мозги. Рам подметила тот факт, который обычно никому не бросался в глаза.

— Моя очаровательная сестра утверждает, что временами от тебя воняет даже сильнее, чем от того же архиепископа Лени. Возможно, ты невосприимчив к воздействию миазм?

— Если это так, то мне опять повезло, но это не главная проблема. И даже огромное количество зверодемонов тоже не так важно.

Кинг прокашлялся, собираясь с мыслями перед подачей последней крупицы информации.

— Райнхарду мешал какой-то барьер, из-за которого казалось, что он ходит кругами. Это наша самая большая проблема. Хотелось бы найти решение побыстрее и не делать несколько заходов.

В идеале пройти с первого раза и сразу вернуться. Сам путь до башни займёт дней двадцать. Это точно будет нашей последней абсурдной ситуацией, когда моё спокойствие так нарушают. С культистами, кроме двух чревоугодий, мы разобрались. Тут по факту хуже уже и не может быть.

Кинг, как и всегда в этом мире, был довольно оптимистично настроен, несмотря на частое давление, испытываемое от этого мира. С другой стороны, монстры не появляются ежедневно, и лишь некоторые из них хотят бросить вызов сильнейшему человеку.

— Барьер не блокирует нарушителя физически. Вместо этого он искривляет само пространство, я полагаю.

Беатрис, будучи великим духом магии инь, влияющей на пространство и время, знакома с этой концепцией. Кинг подтвердил эту логику, будучи её учеником.

— А это логично. Будь это стеной, Райнхард пробил бы её. А если бы барьер атаковал его напрямую, то он бы смог пробиться из-за своих Божественных Защит. Но барьер не атакует именно его, а скорее воздействует на пространство вокруг, соответственно, угроз для жизни и причин для активации его способностей нет.

Вроде и стоило привыкнуть к стратегическому уму Кинга, выработанному в процессе получения титула сильнейшего геймера, но на вопрос пожилого Демона Меча это никак не отвечало.

— Кинг-доно, откуда вы так много знаете про моего внука? Он мало с кем ведёт диалог, если это не касается его службы.

— А, так я наблюдал за его боем с Сайтамой и каким-то образом вернулся во времени вместе с ними. Сам не понял, почему. И я видел, как его Божественные Защиты были аннулированы...

Кинг продолжал отвечать на вопрос Вильгельма, пока не увидел его ошеломлённый взгляд. Старый мечник редко показывал эмоции, но сейчас его обычно невозмутимое лицо исказилось от изумления. Он даже приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но не мог найти слов. Вильгельм переваривал услышанное, и в его глазах читалось недоверие — не к Кингу, а к самой возможности того, что его внук, для всех непобедимый Святой Меча, мог не только проиграть, но и потерять свою силу.

— Кажется, вам я забыл об этом сказать. Прошу прощения. Просто остальные из собравшихся и все из лагеря Эмилии уже знают об этом.

Старый мечник лишь кивнул в ответ на объяснение Кинга, доверяя его геймерскому уму. Он медленно выдохнул, возвращая себе самообладание.

— Спасибо, что рассказали мне об этом.

Оставался лишь один резонный вопрос перед окончанием заседания.

— Рем не понимает, почему ты не позвал самого Райнхарда с нами.

На это замечание Рем получила, с её точки зрения, самый глупый ответ за всю её жизнь.

— Я хотел позвать, но он уже на задании от этих старпёров, ибо...

— Конечно, сильнейший человек ведь и в одиночку с этим справится.

Рам прервала Кинга, задев его за живое. Ответ заставил трёх девушек повернуть головы на бок и закатить глаза. В комнате повисла лёгкая атмосфера раздражения.

— Бетти клянётся убить этих старых идиотов за их выходки, в самом деле.

На данный момент группе пришлось стерпеть отношение к их товарищу и возлюбленному, но они точно припомнят им эту ситуацию.

— Тогда почему бы не взять с собой Мейли? Эта мелкая может управлять зверодемонами и сдерживать их. Моя шикарная личность не считает, что начальник хотел бы сам заниматься всей этой мелочью.

— После всего пережитого ей бы потратить время на создание нормальных воспоминаний о детстве, а не вот это вот всё. Моего двигателя должно хватить, чтобы убивать всех монстров, как только они появятся... или раньше.

А если нет, то я стану причиной смерти своих же друзей... Нет. Не будет такого. Я действительно что-то могу сделать, и я доведу эту ублюдскую миссию до конца, а потом устрою разнос этим старикам.

Лишь под конец совещания Кинг набрался новой волны решимости, ощутимой для остальной группы. Они разошлись по своим комнатам. Естественно, Кинга и Беатрис в их общей комнате ждала Фредерика в домашней одежде, и одним своим видом она напоминала ему о том, что должно было произойти, но сорвалось из-за группы сектантов.

Точно. После сторожевой башни нужно будет напомнить Анастасии о том, что она всё ещё должна оплатить нам следующее свидание. У меня денег достаточно, но чужие тратить всегда приятнее...

Ощущение губ Фредерики на его собственных вырвало Кинга из его мыслей. Девушка закончила поцелуй и выразила своё недовольство действиями Кинга.

— А я всё ещё считаю это сомнительной идеей с твоей стороны.

— Уж прости, но я не хочу, чтобы с тобой случилось что-то плохое. Как бы я ни хотел, все самые ужасные события взваливаются именно на меня. Я и Рам-то не хотел брать, но ваше обещание этому помешало.

Фредерика неосознанно надула щёки, понимая, что это обещание должно было действовать лишь на некоторое время, пока Кинг не выберет себе девушку, но они этого не обговаривали. Таким образом Рам нашла себе лазейку для проведения времени с Кингом даже после своего поражения.

— Ладно. Но сразу после этого мы пойдём на свидание.

— Хах. Хорошо.

Кинг с радостью ответил своей будущей жене. Он выключил свет и лёг к Фредерике. Та обняла его, и они погрузились в сон, оставляя великого духа, обнимающего Кинга с другой стороны, размышлять над их ближайшим будущим.

Кинг целый месяц готовился к тому, чтобы сделать ей идеальное предложение, но эти старики опять всё срывают. Интересно, моего контрактора когда-нибудь оставят в покое?

Начало сложнее всего

Прошло десять дней, и группа недооценила путь до Сторожевой башни Плеяды. Если бы не способность к телепортации Кинга, которую они время от времени использовали, преодолевая расстояние около пятнадцати дополнительных километров в сутки, им бы понадобилось около месяца, чтобы добраться до города, в котором они остановились. В Мируле им также хотели предложить земляного дракона другого вида, специально приспособленного к песку, однако, увидев Мари — дракона, принадлежавшего к роду прародителей всех земляных драконов с лучшей адаптацией к любым условиям, решили молча отвести своего дракона с плоской головой и чешуйками по всему телу обратно в стойло. Но без изменений не могло обойтись. Группе заменили колёса на повозке и добавили специальные приспособления, защищающие окна от песка. Сама повозка вмещала в себя десять человек, а потому группа, насчитывающая шесть, ехала с относительным комфортом.

— Всё готово, Кинг?

Из повозки раздался голос Рам, которая пыталась создать видимость того, что она к нему так же холодна, как и к остальным в группе, за исключением своей сестры.

— Да, мы ещё вчера все вещи подготовили. Остаётся подготовиться только морально и физически.

Вот с этим у меня могут возникнуть проблемы, но раньше времени волноваться не стоит.

— А ты сама как?

— Уверенной мне быть всё же не стоит. Мы ещё много времени проведём в этой повозке... Слабые девушки даже на помощь позвать не смогут, если вдруг кто-то нападёт на них посреди дюн. Это не только про зверодемонов, но и про одного парня с непристойными мыслями...

Кинг пропустил высказывание мимо ушей, радуясь за её позитивный настрой. Вряд ли Кинг заявил бы об этом напрямую, но это действительно помогало его душевному спокойствию.

Через час они наконец ступили на территорию Песчаных Дюн Аугрии. Пока остальные располагались в повозке, Кинг вместе с Беатрис сидел на своём земляном драконе. Мари давно привыкла к духу, что всё время держался рядом с её хозяином, потому проблем не возникло, хотя хозяина она любила явно больше.

— Драконы, которые гордятся собой, редко позволяют управлять ими кому-либо кроме своего хозяина. Особенно Мари, в самом деле.

— Да. В этом она похожа на Рам. Они могли бы сдружиться либо убить друг друга.

Похоже, что Беатрис не совсем правильно поняла слова Кинга. По крайней мере, она сделала вид, что это так.

— Ты и на старшей из сестёр тоже ездил? Фредерике это не понравится, если она узнает, в самом деле.

— Что? Нет! Н-не было такого! Как ты вообще себе это представляешь?

Кинг часто слышал подобные намёки со стороны своего духа, но никак не мог понять, почему она хочет добиться именно такого исхода.

Сколько я уже пытался, Бетти так и не рассказывает мне, почему она хочет, чтобы у меня было... вообще-то уже четыре жены, а не две. Меня и одна выжимает, когда у нас появляется свободное время. Ещё то зачем?

Три часа спустя

Вдалеке, словно прорастая из песка, находилась огромная башня, вокруг которой простирался песчаный лабиринт. Первое, на что Кинг обратил внимание — погодные условия этого места.

— Тут, конечно, ветрено, но, судя по тем фильмам про пустыню, которые я видел, я думал, что будет жарко.

— Миазмы просто убили всё вокруг этого места. А так тут иногда бывают дожди и погода изменяется незначительно, в самом деле.

В своём мире Кинг и не мог оказаться в пустыне, но в фильмах они всегда были связаны с палящим солнцем. В сравнении с его представлением Песчаные Дюны оказались вполне комфортными.

Заметив отсутствие страха у своего контрактора, Беатрис решила напомнить ему, куда они идут, пока тот держал её на руках, глядя вперёд, прямо на башню.

— Случиться может что угодно, я полагаю. До сих пор не знаю, какой предел крутости «мудреца», но до этой башни ещё никто и добраться не смог, в самом деле.

— Хм...

Если подумать, с настолько высоким зданием заблудиться будет тяжело... Именно это и не будет проблемой. Спасибо Райнхарду за информацию. Но кое-что меня беспокоит.

— Тебе не кажется, что всё слишком легко? Мы до сих пор не встретили зверодемонов.

После этих слов Мари резко остановилась и повернула голову к лицу Кинга для того, чтобы предупредить его об опасности, от которой невозможно сбежать. Песок вокруг них резко зашевелился, и из него тут же начало вылезать нечто. Множество песчинок слеталось вокруг монстра, образуя что-то похожее на броню, а из его пасти воняло так, будто бы кто-то ушёл из комнаты, на год оставив в ней сырое мясо и предусмотрительно закрыв все окна. Из этого же места текли слюни, издающие шипящий звук при контакте с песком.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Ну и мерзкая же это пиявка! Примерно так Сайтама описывал мне Чёрного Змея, хотя, судя по его словам, те подсолнуховые тентакли намного лучше выглядели.

— П.П.В.П.А.О.

Держась за руки, дух и контрактор провели уже стандартную для них процедуру по вызову тёмно-красного луча, созданного в свободной ладони Кинга и направленного ближе к середине тела. За последний год и запас маны, и магическая мощь сильнейшего человека выросла в несколько раз, чего хватило для уничтожения огромной пиявки, но бояться подобных существ он никогда не перестанет. Сам песчаный червь упал в песок с громким грохотом, будто кто-то уронил гирю на пол, до этого находясь в абсолютной тишине.

Вильгельм спокойно открыл дверь и вышел из повозки, а за ним с подростковой резкостью выпрыгнул Гарфиэль. Им была интересна причина, по которой сильнейший человек использовал свой двигатель. Демон Меча сразу узнал поверженного монстра, не всматриваясь в его тушу.

— Этот похож на песчаного червя, но только размером побольше.

— А насколько?

Кинга не сильно интересовал размер этих существ. Белый Кит не был больше Многоножки-старейшины, и эти черви точно не будут. Хотя про их уродливый вид он говорил точно так же.

— Обычные размером с руку.

— Понятно.

— Даже с учётом того, о каких монстрах ты мне рассказывал, это всё равно охренеть как удивительно, начальник.

Они продолжали ехать ещё четыре часа. Казалось, что расстояние до башни не уменьшалось и оставалось таким же. Кинг не выдержал и остановил Мари. Сильнейший человек со своим духом вошёл в повозку, чтобы рассказать всем о своих ощущениях.

— Такое впечатление, будто мы вообще не приближаемся к башне.

— И как это понимать?

Рам раздражена самой мыслью о том, что она чуть ли не впустую потратила несколько часов своей жизни. Единственное, почему это не стало фактом, было время, проведённое с её младшей сестрой.

— Я не знаю. Скорее всего, это какое-нибудь место, до которого мы дошли и попали в бесконечный цикл.

— Это же как зацикленный коридор Беатрис!

Рем выпалила первое, что пришло в её голову, и именно её утверждение подтолкнуло Кинга к дальнейшим размышлениям.

— Чтобы выбраться из её коридора, мне нужно было найти правильную дверь, а здесь... Наверное, правильный путь искать надо.

Они встряли на ближайшие десять часов. Постепенно все, кроме Кинга, легли спать. Беатрис и обе сестры поначалу отказывались ото сна, стараясь помочь Кингу.

— Бетти. Как там эта башня называется?

— А... Сторожевая башня Плеяды, в самом деле. Но что тебе это даст?

— Пока ничего, но название какое-то знакомое.

В этот день сильнейший человек спал всего час. Нужно было подумать о том, как пройти через искажённое пространство, заставляющее их зацикливаться. Он уложил Беатрис к двум горничным, а сам сел, собираясь с мыслями и прикрывая подбородок рукой.

Через семь часов его разбудил Вильгельм со словами, что нужно как-то добраться до башни. Как хорошо, что Кинг записал всё, о чём думал за эту ночь.

— Довольно долго до меня это доходило, конечно. Не вся же территория зациклена. Тогда бы и сам хозяин башни не смог в неё попасть, если он не планировал замуровать себя в ней. Плеяды — это одно из созвездий моего мира, и оно всё время следовало за созвездием Ориона. Как оно там выглядит, я не знаю. Короче, где-то должен быть проход, который нам нужно найти.

Никому из группы не хотелось полагаться на чистую удачу для поиска пространственного разлома. Конечно, Кинг бы защитил их от бесконечного количества зверодемонов, но это могло занять очень много времени.

— Аааааааа... Начальник... Неужели у тебя нет никакой крутой способности, чтобы найти этот самый проход?

Кинг по привычке хотел ответить, что у него вообще нет никаких способностей, но...

Вообще-то есть. Если я могу использовать полномочие Лени после убийства архиепископа, то и все остальные, кроме Чревоугодия и Гордыни, могу. Недавно я выяснял, почему я вспомнил бой Райнхарда и Сайтамы, когда тот переместился в прошлое и предотвратил уничтожение мира своим ударом, это оказалось полномочием Тщеславия, но здесь оно не прокатит. Допустим, первой попробую Алчность. Давай, я хочу, чтобы мы быстро нашли проход, сделали все дела в башне и вернулись домой.

Способность услышала Кинга, но не так, как он думал. Сразу после его мыслей настало песчаное время, которое должно было закончиться несколько часов назад. Подул сильный ветер, который мог бы сдуть повозку со всей группой, если бы не усилия Мари. Этот ветер, конечно, поднял новую песчаную бурю.

Я ни черта не понял, но...

— Наверное, нам стоит двигаться... куда-нибудь.

Кинг в одиночку вышел из повозки, чтобы лёгкую как пушинка Беатрис не сдуло ветром, и сел на Мари.

— Так. Давай... в ту сторону, например.

Я вообще не знаю, что я делаю. Я же реально умру, пока буду искать этот вход...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Лишь сейчас звук сердца Кинга показался Мари мотивирующим, а не ужасающим. Будто он точно знал, что заветный проход впереди. Ей оставалось только отвезти его к нему.

Через четыре с половиной мучительных минуты ветер, что гудел в ушах, песок, что резал кожу, и миазмы, что привлекали зверодемонов — всё это исчезло, словно никогда и не было.

Оно закончилось?

Кинг недоумевал с явного отличия от того, как конец песчаного времени проходил до этого.

Конец всегда наступал внезапно, но звуки просто затихали. Они не исчезали полностью. Тут вообще нет ни звука. Кто украл ветер?

Остальная группа тоже заметила резкий отлив ветра. Это могло означать только одно.

— Начальник всё-таки справился! Хотя моя удивительная натура и не сомневалась в этом!

Он слегка похлопал Кинга по спине, пока тот думал только об одном:

Я так нихрена и не понял, что это было.

— Кинг-доно!

— А?

Обращение пожилого мечника вернуло Кинга в реальный мир, и он повернулся в ту сторону, куда Вильгельм показал своим клинком.

МЕНЯ ОПЯТЬ ХОТЯТ СОЖРАТЬ?!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Запасной вход

Мужчина из одного трактира в Мируле рассказывал про медведей, покрытых цветами, что обитают в Карараги и, как ни странно, на цветочных полях Песчаных Дюн Аугрии.

— Для любого другого человека единственным разумным решением будет бежать со всех ног, как только он увидит хоть что-то похожее на цветы. Но вам, Кинг-сан, бояться совершенно нечего.

Таковыми были слова мужчины из трактира.

Я, может, и рад, что мне доверяют, но мне очень жаль, что они забыли спросить меня!

Да и как тут бежать, если цветочные медведи давно проснулись из-за бешеного стука сердца сильнейшего человека и несколько часов поджидали группу. Кинг даже прикрыл глаза рукой и начал трястись, пытаясь озвучить заклинание эль-гоа, чтобы сжечь их. Одно дело, когда сражаешься с существами, похожими на людей. Или когда монстроподобные создания на достаточном расстоянии от тебя. Но стоять в паре шагов от стаи медведей, на чьих телах буквально десятки растений-паразитов, состоящих с ними в идеальном симбиозе, точно не самое приятное занятие.

Вот блин. Меня реально могут сожрать. Меня уже в третий раз хотят сожрать... Меня хотят...

— Кинг!

— Ты уже закончил, Кинг.

Две сестры окликнули сильнейшего человека. Тот убрал руку с глаз и посмотрел на результат своих непреднамеренных действий. От ближайших к Кингу цветочных медведей остались обугленные туши. Те, что были подальше, не попали под действие огненной магии.

— К-как я это сделал?

Из всей группы данный вопрос смутил только двух совершенно ничего неподозревающих людей.

— Они упали замертво, а потом ты сжёг их своим огненным заклинанием. Поразительно, что ты вообще так точно попал по каждому из них с закрытыми глазами, в самом деле. Уж не очередное ли это полномочие?

В ответ на вопрос Беатрис Кинг на секунду сконцентрировался на собственных ощущениях.

— Это Гнев.

Когда я чего-то боюсь и хочу, чтобы этого чего-то не было рядом, при условии, что я использую заклинания, они точно попадают в цель. Так что-ли? Хрень какая-то, но у меня сейчас нет других идей. Возможно, это не только с заклинаниями работает.

— Моя шикарная личность так и не поняла, что именно нового сделал начальник, но это было круто!

— В самом деле. Победа над кем-либо с закрытыми глазами требует небывалого мастерства, Кинг-доно.

Только Гарфиэль и Вильгельм продолжали восхищаться могуществом сильнейшего человека, но слишком много внимания заострять на нём не стали.

До Башни Плеяд оставалось всего несколько километров. Никакие монстры, будучи уже мёртвыми, не мешали группе, собирающейся покорить башню мудреца.

— О, так нам осталось ещё немного.

Хоть бы нам сейчас ничего не помешало попасть в башню и спокойно поговорить с мудрецом об этом лекарстве, которое уже и применять не на ком.

Даже Кинг не знает, сколько раз судьба подстраивала всё так, чтобы он без каких-либо проблем получал желаемый для себя результат. Эта ситуация точно не была одной из них. Что-то сверкнуло в самом центре башни.

А это разве не тот самый эффект искры, который обычно показывают в играх перед взрывом...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Кингу стало не по себе. Даже он не способен предотвратить уже действующее заклинание. Да и кому он прикажет отменить его, если рядом, кроме группы Кинга, никого нет. Тут даже догэдза не поможет.

— Я полагаю, С.С.К.

Супер Сверкающий Кинг был применён великим духом для защиты всей повозки, что требовало большего количества маны и концентрации, но она справлялась.

В небе показался луч света, который ударил в двух сантиметрах от повозки. После одного луча последовало около десятка таких же, целью которых была вся повозка, но один звук явно мешал снайперу.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Несмотря на сбитый прицел, пара выстрелов достигла света, но они не нанесли никакого ущерба из-за действия С.С.К. Кинг даже начал успокаиваться, осознавая этот факт. Ровно до одного момента.

— Плохо дело! Пространство снова исказилось и возвращается в свою нормальную форму, я полагаю!

— Чего?!

Вопрос Кинга остался без ответа. Мир, словно рассыпаясь на осколки, треснул и разорвался, и вместе с Мари, Рам и остальными Кинг тоже исчез в нём.

— Кинг!

— Начальник!

Не было ни верха, ни низа, и драконьей повозки тоже нигде не было видно. Только крики Рем и Гарфиэля, звучавшие всё тише, но до сих пор доносившиеся до Кинга во тьме.

— Это опасно, я полага...

Пространство пошло трещинами, и Кинга отбросило в разлом. В этой тьме были слышны лишь голоса, которые его звали. Даже они скоро затихли, а затем и вовсе пропали. Ощущение прикосновений тоже исчезли, пальцы разжались.

Неужели моя удача закончилась и я останусь один?

Это были последние мысли Кинга перед тем, как потерять сознание.

Через двенадцать часов

— Кинг, проснись, пожалуйста! Ты уже спишь слишком долго!

— А-а-а?

Мягкий и умиротворяющий голос разбудил Кинга. Он спокойно встал и почувствовал, как с него осыпается песок.

— Что произошло? Где мы?

Полностью придя в сознание, он быстро протёр глаза и осмотрелся вокруг. Много песка, судя по ощущениям под ногами, и искусственный свет в паре шагов от него. Это единственное, что можно было увидеть в этом пространстве.

Я даже своих рук не вижу.

— Слишком уж долго ты спал. Нам нужно искать выход. Сестра сильно переживает за нас.

Присмотревшись к лицу, освещённому светом от фонаря с магическим кристаллом, Кинг узнал эту девушку.

— Рем.

— А ты рассчитывал на Рам? Не всегда так случается, что тебе достаются те девушки, которых ты хочешь.

— Моё сердце принадлежит только Фредерике... И Бетти, но в другом плане.

— Ты уже целый год так заявляешь, но дорогая сестра Рем всё не хочет от тебя отлипать. С другой стороны, быть второй женой Кинга явно лучше, чем любить этого клоуна...

Отряхнув штаны и рубашку, Кинг принял от Рем фонарь и огляделся вокруг с чуть более освещённой местностью.

— Ты не знаешь, где мы?

— Самой бы хотелось знать. Но, со слов Беатрис, ваше заклинание и сломало наш маршрут. Учитывая, что Рем до сих пор может поддерживать связь с сестрой, скорее всего, мы на верном пути.

Кинг хорошо помнил последние слова своего духа до того, как пространство разломилось. Этот разлом поглотил всю группу и их раскидало в случайном порядке.

— Скорее всего, тут без разницы, были мы рядом или нет. Мы до сих пор не нашли Беатрис, которую я держал за руку.

Ну, я хотя бы не один, уже хорошо. Вильгельм и Бетти весьма сильны, хотя ей приходится собирать либо мою ману, либо ману с помощью запретной библиотеки. Рам и Гарф тоже могут за себя постоять. А я могу положиться на Рем.

При таком раскладе не было никого, кто мог умереть, не постояв за себя.

В данный момент они пытались найти Рам с помощью синестезии её младшей сестры и довольно быстро наткнулись на второй источник света, который постепенно приближался к ним.

— Опа-на, начальник и Рем! Я-то думал, Рам с вами.

— Я про тебя думал о том же самом.

Знакомый энергичный и слегка хриповатый голос заставил этих двоих остановиться. Перед ними стояли Мари и Гарфиэль с ещё одним фонарём. Гарф шёл рядом с любимым земляным драконом Кинга. Она никому не позволяла садиться на неё без острой необходимости.

— Гарф, ты что-то видел?

— Я лишь чутка прогулялся и ничего не увидел, кроме этой самой лучшей девочки начальника.

— Ясно.

Лицо Рем стало менее оптимистичным, приближенным к тому, что можно было увидеть в рабочее время до встречи Кинга.

Особенно тяжело будет выйти из такого пространства, если фонари погаснут раньше, чем они это сделают. Кинг как мог пытался подбодрить младшую из сестёр, положив руку ей на плечо.

— Не стоит грустить. Мы можем продолжать пытаться найти Рам через вашу связь.

— Спасибо за беспокойство.

Рем это не так уж и эффективно успокоило. В одной группе с ней подросток с синдромом восьмиклассника и тридцатилетний мужчина, называемый старшим братом, изначально не имеющий никаких способностей, но каким-то образом всегда выходящий живым и целым из каждой ситуации. Даже узнав правду, она часто задумывалась о том, не получил ли он хотя бы в этом мире ту силу, о которой все распускали слухи. Она даже не представляет, насколько она права, хотя и догадывается.

— Так. Пока я спал, вы бодрствовали, наверное. Рем, ты не знаешь, нас тут только четверо? Вильгельм тоже мог быть где-то рядом? Может, какие-нибудь характерные звуки, даже если это не он?

— Рем не хочет тебя расстраивать, но...

Она отвернула голову, чтобы ни один из этой тройки, с учётом Мари, не увидел румянец на её лице.

— По ощущениям, эти полдня ты обнимал Рем настолько крепко, что она не могла выбраться.

— Ой...

Кингу тоже стало неприятно от такой новости. Ни то что бы ему это не понравилось, если бы он смог ощутить этот момент, но он без пяти минут женат. По крайней мере, так он думал. Рем поняла, в какую неловкость вогнала Кинга, и попыталась исправить ситуацию, одновременно размахивая руками.

— Естественно, что Рем поняла твоё намерение защитить её своим телом от неизвестной угрозы даже в состоянии сна. Но со стороны это могло выглядеть так, будто ты хочешь сделать её своей... Если бы ты предложил такое, Рем не была бы совсем против.

Последние слова она произнесла шёпотом, понимая, что не стоит их говорить вовсе, но она не сдержалась. Хоть она и старалась принять Кинга за своего старшего брата, это было так лишь из-за разницы в возрасте. Но её старшую сестру это не остановило. Остановила другая, более привлекательная девушка, с какой стороны ни смотри. К сожалению, из-за практически полной тишины и глубокого эха её слова всё равно дошли до остальных. И первым, что она услышала, было...

— ХАХАХАХАХАХАХА!

Это был смех Гарфа. Для Рем, постепенно приобретающей цвет лица, как волосы её сестры, причина была ясна.

— Ой! Да за что?

— В следующий раз подумаешь дважды, прежде чем смеяться над Рем!

Она нанесла молодому тигру удар локтём, который чуть не вывел того из равновесия.

— Давайте прекратим, пока какая-нибудь хрень не вылезла на наши повышенные голоса.

Кинг высказал здравое мнение, но неуверенно и глядя на Рем.

— Гарф. Ты вообще хоть что-то узнал за это время?

— Ну. Моя великолепная сущность уверена, что мы где-то под землёй. Точно не пещера. В какой-то дыре скорее.

— Я надеюсь, что она не была вырыта теми червями.

— Похоже на то, кстати.

Гарфиэль сразу разрушил надежду своего начальника. Они знали, что песчаные черви обитают под землёй, и, учитывая тот экземпляр, что был убит Кингом, эта дыра была достаточно просторной.

Они шли и вели друг с другом диалог в течение часа, пока ветер не появился и не начал дуть в их сторону.

— Похоже, что мы шли в правильном направлении. И по-прежнему ни одного зверодемона.

Наверное, и хорошо, что никаких врагов нет, но тишина была удушающей.

В один момент Рем остановилась и указала им пальцем вперёд. Кинг напряг зрение и вытянул фонарь вперёд. Освещённая часть пещерного прохода сужалась, и перед их глазами предстала развилка.

— Налево или направо?

Рем выбрала самое разумное решение — оставить выбор на самого везучего человека во всех мирах.

Оно воняет

Говорят, что нормальные парни налево не ходят, но на сегодняшний день это вообще про тему верности своим девушкам, а не про выбор направления... Наверное, мы пойдём на...

— Перед окончательным выбором Рем хочет предупредить тебя, что справа очень плотная концентрация запаха Ведьмы. Воняет с той стороны ещё сильнее, чем от тебя.

Она подтвердила это своим действием, скривив лицо и зажав нос рукой, что ей никак не помогло.

Я ей даже сочувствую. Рем описывала этот запах как разлагающийся труп в грязи, политый свежей кровью. Хотелось бы мне туда не идти, но о левой стороне мы вообще ничего не знаем. А ведь там может быть всё, что угодно.

— Думаю, нам нужно направо.

Рем молча кивнула Кингу. Ей не нравилось это решение, но она не могла знать, что находится с другой стороны, а желание проверять было ещё меньше. Эта позиция закрепилась словами Гарфиэля.

— Учитывая большое количество миазмы справа, можно подумать, что нас специально ведут налево, чтобы прирезать. Сначала невидимый барьер, теперь это. Даже великолепный я может догадаться, что у этого мудреца ублюдский характер.

Квартет пошёл по правой развилке. Кинг шёл впереди вместе с Рем, а Гарфиэль и Мари — позади.

Как же тут стрёмно ходить. Даже хуже, чем когда я один ходил по логову Ассоциации монстров...

Всё, как и ожидалось. Правая сторона была полна отвратительных ощущений. Они шли ещё несколько минут, пока не наткнулись на...

— Это дверь такая?

— Не думаю, что мы сможем сдвинуть такую большую железную стену. Но с чего ты взял, что это дверь, начальник?

— А?

— Рем согласна с Гарфом. Это выглядит как огромная металлическая пластина, которой нам перекрыли путь.

Кинг непонимающе посмотрел на этих двоих, одновременно касаясь рукой этой «двери». Та моментально растворилась в пространстве.

— Не скажу, где, но я уже многократно видел иллюзорные стены.

— Рем не уверена, что хочет знать, о чём конкретно ты говоришь.

Вообще Кинг отсылал к одной из серий игр, но по мнению Рем было вполне вероятно, что он мог наткнуться на них и в этом мире.

Через несколько минут они наткнулись на ещё одну.

Это уже вторая. И все они идут по прямой. У этого мудреца фантазия закончилась перед входом? Или в какой-то момент я не смогу просто так их открыть?

Спустя десять минут их темп ходьбы заметно снизился. Они шли намного медленнее, чем в самом начале передвижения.

Сглотнув, Кинг сделал очередной шаг вперёд, стараясь не отставать от Рем. Ноги не подкашивались, сердце не дрожало, даже голова работала достаточно чётко. Само тело не желало двигаться дальше. Нужно было больше времени и сил, чтобы идти дальше. Они не могли не чувствовать усталости.

Кинг встряхнул головой, пытаясь забыть об этом подобии усталости.

— Не может же быть такого, чтобы мы шли по неправильному пути, да? Думаю, мы уже близ...

— Кинг.

— А?

— Помолчи, пожалуйста.

— ...Хорошо.

Кинг пытался набраться смелости из своих же слов, но был встречен резкостью Рем, о возможности проявления которой он узнал только сейчас. Видно, что она раздражена, но пытается держать себя в руках.

— Я понимаю, что ситуация стрёмновата, но молча идти намного страшнее.

— И ты хочешь сказать, что из всех ситуаций впервые испытал страх? Как-то поздновато для сильнейшего человека.

— Не в этом дело...

— На нас в любую минуту могут напасть, так что помолчи уже.

Она была непреклонна как стена. Да, в чём-то она действительно права, но у сильнейшего человека были свои аргументы. Он просто хотел вернуться к спокойной жизни, а для этого нужно, чтобы все сосредоточились и не допускали приближения монстров на территории башни.

— Наверное, нам стоит поторопиться.

Сейчас одна из сестёр чувствовала себя крайне сомнительно.

— Рем?

Фонарь освещал дорогу перед Кингом и шею Мари, так что он не мог видеть лица Рем, укрытой капюшоном и слегка наклонившейся позади Гарфиэля, из-за чего он забеспокоился.

— Да всё нормас, начальник.

— Чего?

Обернувшись и нахмурившись, Кинг увидел, как Гарф почесал затылок.

— Я не говорил тебе, что Рем была подавлена, когда проснулась здесь. Вроде как она пришла в себя, потому что ты всё время был рядом, но ей и сейчас точно не по себе.

— А тебе стоило бы помолчать!

— Ой, да ладно тебе! Не парься!

Сделав такое замечание, великолепный тигр не учёл чувств Рем. Прислушавшись, можно было услышать, как она скрипит зубами из-за раскрытия её эмоций. Кинг понял, что если так пойдёт и дальше, они все рассорятся, и поднял руку в знак мира.

— Я думаю, сейчас нам действительно не стоит говорить друг с другом. Похоже, что на нас эта сторона таким образом и влияет.

Рем уж точно не вела себя настолько жёстко. Тут она уже и со своей сестрой соперничать может. Это я и без ведьминой вони паникую так же, как с ней.

— Да, ты прав, наверное.

Гарф согласился со словами Кинга, решившего поступить так, как хочет Рем, но она осудила и эти действия.

— А ты так и будешь поддакивать простому человеку, в силу которого ты начал верить из-за страха, который он тебе внушает своим собственным? Или ты всего лишь мелкий дегенерат, не имеющий собственного мнения?!

— Как ты меня сейчас назвала?! Сука, ты огребаешь!

Гарфиэль нанёс резкий удар тигриным кулаком по челюсти Рем, от которого она отлетела на несколько метров. Будь пол твёрдым, она бы смогла опереться на свои руки и вернуться в устойчивое положение, но из-за песка, в котором все проваливались, она просто достаточно быстро поднялась и вытащила моргенштерн вместе со своим рогом.

В то же время Кинг смотрел на начало их боя и не знал, что должен делать.

В лучшем случае они убьют друг друга, и я буду в безопасности от них. Но что если сюда придут те монстры? Что если эти двое захотят напасть на меня? Я умру? Я умру! Я точно сдохну! Что мне делать?! Что я должен сделать?! Я так и не стал сильнее хоть кого-то из них за всё это время! Я просто бездарь, которому по-прежнему везло раз за разом! Меня убьют...

Рем уже метнула шипастый шар в лицо Гарфиэля, приготовившегося отбивать его своими щитами, но оба замерли, услышав знакомый устрашающий звук.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Оба оппонента остановились. Шипастый шар, хоть и с уменьшающейся скоростью, но попал в лицо великолепного тигра, и тот упал на песок. В тот же момент Кинг оказался позади Рем и положил руку на её голову, со всей силы сжимая её, тем самым пытаясь достучаться до обезумевшей девушки.

— А ну прекрати.

Вследствие животного страха сильнейший человек использовал все свои полномочия и в случае чего был готов использовать даже заклинания, которым он учился вместе с Беатрис. Больше нельзя говорить о том, что этот парень слабейший, но и до сильнейшего ему далеко, даже если не учитывать отсутствие как такового боевого опыта несмотря на кучу событий, связанных с ним. Не все полномочия оказались полезными в этой ситуации, но с помощью Лени он оказался за спиной Рем. С Гневом он надавил именно на те места, которые причиняли её голове наибольшую боль. А с помощью Зависти он исказил их разум поверх искажения от миазм. По сути, он вернул их мозги в исходное состояние. Рем опустила цепь и втянула свой рог обратно.

— Прости.

— Ладно. Но я наблюдаю за тобой.

Кинг был единственным, кто по-прежнему находился под воздействием миазм, но пока что решил поверить в то, что она сдалась и больше не собиралась никого убивать.

Они вдвоём подошли к Гарфиэлю, который только встал и сплюнул кровь на песок. Его лицо уже зажило благодаря его регенерации.

— А с тобой всё нормально?

— Всё ништяк, начальник. Ты уж извини, что мы так вспылили. Постараемся вести себя адекватно.

— Понятно.

С чего это они делают вид, что теперь всё нормально? Не собираются ли они напасть на меня вдвоём?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Эээ... Начальник... Мы уже всё поняли. Можешь прекратить этот звук?

— Нет. Идите вперёд.

Им ни за что не обмануть меня! Даже этому дракону нельзя доверять. В один момент она может просто взять и сожрать меня, пока никто не видит!

Им не казалось, что звук «двигателя Кинга» с каждой секундой только усиливается. Это было неоспоримой истиной. Они целый час шли под звук его сердца и за это время дорога значительно сужалась. Места едва хватало, чтобы тут могла пройти Мари, а для повозки ширины бы точно не хватило, но они считают, что повозка сейчас у Вильгельма или Рам. Самый главный вопрос в другом.

— Шестая дверь. И она не открывается. Получается, мы зря сюда шли.

Кинг пару раз ударил кулаком по этой металлической иллюзорной стене. Он никак не мог знать, что этих стен всего семь и они открываются только при наличии полномочия от каждого из семи грехов. Меланхолия и Тщеславие здесь не учитываются. Кинг был прав в самом начале. Они шли не по тому пути, но у него возникла другая мысль.

А может, тут вообще нет выхода? И тогда я умру.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Вдруг Рем положила руку на плечо Кинга и заставила его повернуться.

— Тогда пойдём обратно?

Благодаря постоянному активному действию того, что называют двигателем Кинга, все кроме него сохраняли ясность ума. Сам Кинг постоянно находился в паническом состоянии, и этот эффект увеличивался всё сильнее с каждой минутой. Тяжело стало до такой степени, что он едва мог держаться самостоятельно. Кинг с недоверием сел на Мари, которая тоже чувствовала себя хорошо, но волновалась за его ментальное состояние.

Квартет развернулся и потопал обратно до начала этой развилки.

Конь педальный

Психика Кинга точно не смогла бы выдержать возвращение к развилке обычным путём. Они шли больше часа, и если Рем с Гарфиэлем держались спокойно благодаря постоянно активному действию полномочия Кинга, усиленного звуком его сердца, то для самого Кинга это стало невозможным испытанием.

Надо как можно скорее сваливать отсюда. И этих троих я тоже не могу оставить, хоть они и подозрительные.

Он схватил Рем за плечо.

— Возьмись за дракона.

В безумии, вызванном миазмами, сильнейший геймер забыл даже имя, которое он дал своей лучшей девочке. Одновременно с тем, как Рем взяла Мари за поводья, Кинг подозвал Гарфиэля к себе жестом руки.

Они телепортировались в самое начало развилки. Лишь из-за неприятной поверхности они шли так долго, а само расстояние составляло примерно четыре километра. На этот раз они отделались лёгким головокружением и сразу свернули налево.

Через пару метров Рем остановила Кинга, положив руку ему на плечо. Из её ладони плавно вытекал голубой свет и мгновенно окутывал им сильнейшего человека. Он почувствовал лёгкую прохладу в своём организме, будто летом вернулся домой после очередного инцидента с монстром и включил кондиционер.

Что она со мной делает?

Кингу хватило одной секунды, чтобы найти ответ на этот вопрос.

Значит, правая сторона именно так лишает людей рассудка, и я вёл себя как идиот. Хотя эти двое ненамного лучше.

— Спасибо.

Рем мягко улыбнулась Кингу, но в её глазах читалось чувство вины.

Что с ней опять случилось? Не за мой ли косяк она считает себя виноватой?

— Давайте сразу кое-что проясним. Это я предложил пойти не в ту сторону, значит из-за меня наши время и силы были потрачены впустую.

Эта логика вроде и правильная, но остальные не придали ей особого внимания.

— Будет тебе, начальник. Великий я вообще удивлён тем, что ты впервые допустил ошибку. Если бы ты не сказал, я бы счёл это за испытание для меня.

Кинг выдохнул, прикрыв глаза.

Не впервые, пацан.

— Наверное, я сразу должен был проверить, куда мы идём. Тогда давайте я сделаю это сейчас. Вдруг тут есть ещё какой-то путь.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

В прошлый раз я вообще не понял, что делает полномочие Алчности. Теперь, немного обдумав по пути, я понял, что оно может показывать мне желаемый путь. Но как именно? Настал момент для второго теста.

Тёмно-красные линии, которых Кинг в прошлый раз не заметил из-за песчаной бури и сильных волнений, распространились по песчаному полу и указывали они прямо. Учитывая, что они шли по левой стороне, на этот раз дорога оказалась правильной.

Кинг молча вздохнул, и они продолжили идти уже по левой стороне.

Уже через минуту Гарфиэль устал от оглушающей тишины. Пытаясь придумать тему для разговора, он вспомнил недавние слова младшей из горничных.

— Рем.

— Да?

— Почему ты назвала начальника простым человеком?

— Рем не понимает, о чём ты говоришь.

— Ну, эти твои слова на правой стороне: «Простой человек, который внушал мне страх своим собственным».

Она пыталась придумать какую-нибудь отговорку и даже смотрела на Кинга, пока они шли. Судя по его выражению лица, его не очень интересовало, узнает ли об этом кто-то ещё или нет. Конечно, желательно, если все будут воспринимать его как обычного человека и оставят в покое, но он уже и так привык. Более того, Кинг сам не помнил слов Рем и соответственно не помнил, о чём говорит молодой тигр, и ответил исходя из своих предположений.

— Наверное, она имела ввиду то, что обо мне говорят как о скромном человеке, особенно по меркам тех, кого называют героями. На счёт страха... Даже не знаю. Хоть один у всех есть или был раньше.

Оставшуюся короткую дистанцию они прошли в тишине. Гарфиэль думал о том, что Кинг мог бояться за его жизнь в момент их первой встречи, и принял его ответ за истину.

Квартет дошёл до момента, когда коридор плавно поворачивал налево. Оттуда дул лёгкий ветерок и разносился неприятный запах. Рем сразу связала его с сомнительными навыками готовки её сестры до их встречи с Кингом.

— Будто дорогая сестра Рем опять сожгла мясо.

— Но сейчас же она лучше готовит?

Кинг знал, что Рам с большими усилиями развивала навык готовки, и всё было ради него. Фактически, она осталась его личной горничной, так что усилия не были напрасными.

За этим запахом гари скрывалась довольно большая пещера, в которой находился монстр, чем-то напоминающий лошадь: тонкие, но сильные четыре копыта для быстрого бега. Из задней части свисал длинный хвост. У существа были человеческие торс и две руки. Вместо головы, где она была бы у человека, находился один длинный рог, завитый как у барана. Вследствие отсутствия головы рот у этого уродливого создания располагался на груди.

И это существо ещё и испускало горящий гребень пламени. Оно выжигало всю песчаную пещеру и окрашивало её красным светом. Посмотрев на пламя, стало ясно, кто разбросал вокруг все эти обгорелые останки.

— Какой уродливый кентавр. Неужели с ним придётся сражаться?

Кингу не нравилась и сама идея того, что единственным правильным вариантом из этих двух было именно это стрёмное существо.

— Рем бы хотела избежать сражения с неизвестным созданием.

— Если спрашивать с меня крутого, то я бы просто пошёл и сразился с ним. А так из нас всех начальник тут самый умный, значит ему и решать.

С частью интеллекта и не поспоришь. Хоть его эмоциональный интеллект и был выше, Кинг также не являлся каким-то гением, помимо видеоигр. А если воспринимать этого Минотавра как подбосса...

— У него нет глаз, и это связано со средой его обитания. С обонянием то же самое, но вот запах Ведьмы, исходящий от меня, он может почувствовать. Значит, у этого коня развитый слух, хотя я и ушей у него не вижу, но они просто могут быть другой формы. По идее, можно просто телепортироваться, но мы не знаем, какая у него скорость. Рем, ты вроде хорошо в темноте видишь. Если мы приблизимся, сможешь найти выход?

— Да.

Логика тут сомнительная, но исходя из своего опыта в играх и паверскейлинге, это было самое вероятное описание, которого только можно было добиться от Кинга.

Затушив фонари, Кинг телепортировался с остальными на десять метров ближе к кентавру и метнул флягу с водой к дальнему краю пещеры. Лёгкий стук упавшего предмета мгновенно привлёк внимание пылающего посреди пустого пространства зверодемона.

Вздыбив огненную гриву, кентавр подпрыгнул и яростно рванул к источнику шума, без раздумий начиная топтать его. Поднялось облако песка, по стенам заплясали искры. Охваченный слепой яростью, зверодемон метался на месте, скрежеща зубами и издавая пронзительный визг, похожий на слаженный плач младенцев.

Затем он потоптал уже смятую и оплавленную флягу, пока от неё не осталось лишь бесформенное месиво, и снова выплеснул на песок потоки огня из гривы. Лишь когда всё вокруг, кроме самого песка, обратилось в пепел, фальшивый кентавр удовлетворённо замер.

В это время Рем обратила на себя внимание Кинга и указала ему на выход. Они телепортировались к нему за мгновение до того, как огненный шар размером с футбольный мяч попал в одного из них. Вместо этого он ударил в песчаную стену впереди и взорвался с оглушительным рёвом. Всё-таки этот кентавр чувствовал запах Ведьмы, исходящий от Кинга. Если бы он мог думать о чём-то, кроме как убить всех находящихся возле него, то он точно размышлял бы о том, является ли это по сей день запахом Ведьмы, раз от Кинга воняет сильнее, чем от неё. Но кентавр думал, что ему хватало и мыслей о том, чтобы заманить человека с сильной вонью в центр комнаты и тем самым лишить его путей к отступлению. Он и не мог знать, что пытался победить человека со способностью к телепортации. Поначалу это моментальное перемещение с усилением запаха казалось ему странным, но он смог связать их друг с другом, хотя для него было уже поздно. Квартет стоял у выхода.

Кинг с остальными обернулся в момент, когда свет от огненного шара на секунду осветил комнату. Каждому из них стало понятно, что они бы умерли, промедли Кинг ещё на полсекунды.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Кинг понимал это чувство так, как не понимал никто другой. А кентавр не мог понять, откуда именно берёт своё начало этот звук, предвещающий его скорую гибель. Ему казалось, что этот звук доносился отовсюду с одинаковой громкостью. В тот момент, когда монстр подумал о своей смерти, его стёрло с лица земли тем же лучом белого света, который не так давно пытался испарить Кинга с его компанией. Источник света появился на том же месте, где и сам Кинг, а на месте кентавра осталась только белая тонкая игла, и она тоже рассыпалась в пыль.

Что за хрень?

— Мне радоваться или нет?

Странная версия кентавра этого мира им больше не угрожала, но намерения существа, находившегося позади них и способного испарить такого монстра, оставались неизвестными.

Шаги достигли их ушей. Группа повернулась на звук и увидела довольно откровенно одетую девушку.

Её ноги обнажены до самых бёдер, лишь короткие шорты прикрывали низ живота. Грудь прикрыта лифчиком с подвязкой на её середине. Контрастом этой наготе оказался плотный плащ, наброшенный на плечи и не до конца скрывающий её кожу от холода пещеры.

Глаза девушки устремились на Кинга. Они были полны непонятных эмоций. Её тонкие губы растянулись в хищной улыбке.

— Наконец-то нашла.

Башня мудреца без мудреца

Значит, шестой этаж этой башни считается самым нижним на поверхности. Там она начинается вообще с пятого, но разница настолько незначительна, что Шаула принимает за начало именно шестой.

Взору Кинга открылось поразительно обширное пространство. Каменный пол шестого этажа уходил вдаль, и прямо в центре они расположили драконью повозку. Круглая площадка вокруг неё в радиусе простиралась метров на двести.

Если Башня действительно была идеально круглой, а не эллиптической, то точность расчётов и объём проделанной работы просто не укладывались в голове.

Сейчас мне о прохождении испытаний нужно думать. Эта Шаула вообще ничего не объясняет помимо того, что испытаний всего три, а правил пять. Только всё время ко мне липнет, называя своим наставником.

Даже пока Кинг думал о лжемудреце Шауле, та обнимала его сзади, прижимаясь грудью к его спине. И, к сожалению, физически она была сильнее их всех вместе взятых, потому отцепить её от себя было бы проблемно, если бы Кинг вообще заметил её, пока думал над ситуацией.

— Кинг-доно. Этому старику, конечно, не следует лезть в чужие дела, но по моему мнению леди Фредерике это точно не понравится.

— А?

Слова Вильгельма вывели Кинга из его мыслей. Он обратил внимание на эти слова и пытался повернуть голову назад, но эта попытка была тщетной. Шаула зафиксировала его голову так, чтобы он не смог её повернуть. Она прошептала ему на ухо несколько неприятных слов.

— Я четыре сотни лет ждала наставника не для того, чтобы он так просто ушёл от меня. Как минимум я личная подушка и секс-рабыня наставника!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— А-А-А-А-А!

Шаула отпрыгнула от Кинга, испугавшись звука его сердца. В целом звук и с первого прослушивания казался ей страшным, потому её руки тряслись от страха, и она лишь пару раз попала по нему своими световыми иглами, да и те разбились об «Супер Сверкающего Кинга». Когда этот же звук доносился в пещере рядом с Королём Голодных Коней, она понимала, что её мастер справится сам, но хотела показать, что она тоже может быть полезной.

— Наставник, пожалуйста! Больше так не делайте!

— А ты не липни ко мне! У меня уже жена есть!

Как хорошо, что Фредерики тут нет. Спасибо мне же за то, что я не стал её брать.

Сильнейший человек весь день с момента их с Шаулой знакомства ходит с таким же розовым лицом, как и волосы Рам.

— Кинг!

Кстати, о ней. От этого прохладного голоса у сильнейшего человека начались мурашки по коже. Может, Кинг и не сделал её своей, выбрав другую, но они всё-таки до сих пор любят друг друга. То ли из уважения к Фредерике, то ли из-за ревности, Рам больше не подпустит к Кингу никакую другую женщину.

— Что-то не так?

Он попытался сделать вид, что ничего не было, и даже румянец с его лица полностью исчез за долю секунды.

— Великодушная Рам безусловно расскажет Фредерике о том, что здесь происходит.

На самом деле эти слова, конечно, были наиграны. Ведь достанется не простому парню, который до попадания в этот мир совсем не общался с девушками кроме как по работе в Геройской ассоциации, а обнажённой девушке-скорпиону, даже не понимающей значения своих слов. Да, они вполне могли бы забрать её с собой.

Так группа могла просидеть ещё долго, что было на руку Шауле, ведь она может провести больше времени со своим, как она считала, наставником. Но Кинг обломал ей эту идею.

— Давай оставим эту тысячу мелочей на потом. Нам нужны ответы, и ты нам их дашь.

— Да-да-да! Раз наставник так сказал, то я готова на всё!

— Начнём с простого. Правильно ли я понимаю, что ты на самом деле не мудрец?

— ...

— И почему ты молчишь?

Кинга раздражало её молчание. Впрочем, как и остальных, за исключением Вильгельма. Тот со спокойствием пил чай, глядя на Кинга и Шаулу.

— Ох, ну и наставник же у меня! Это ведь наставник и сказал: «Кто бы что ни спросил, не отвечай, не обучай, а в идеале перо под ребро засади им». Я просто следую указаниям, так что мне обидно, когда мой наставник смотрит на меня с разочарованием!

— Вот ты всё время называешь меня своим наставником. Так почему?

— Потому что ты и есть мой наставник!

— И как ты это поняла?

— По запаху, конечно! Кто, кроме наставника, может так спокойно разгуливать по миру, источая такой густой, тёмный и тошнотворный смрад, от которого хочется сдохнуть? Хотя с прошлой встречи вонь стала ощущаться намного сильнее. Будто ты выбил платину в хойке, наиграв в неё двадцать тысяч часов.

Кингу не понравилось то, как Шаула охарактеризовала его запах, как и сам факт его наличия, но он в целом привык слышать об этом от Рем, хотя она и говорила о нём намного мягче.

— А что такое хойка? Игра какая-то?

— Наставник охарактеризовал её как стратегическую игру, в которой нужно захватывать страны.

Если бы Кинг жил в своём мире несколько сотен лет назад, он бы точно знал об этой игре и, возможно, наиграл бы более двадцати тысяч часов, а так это название не было для него знакомым.

— Бетти интересует, почему только запах делает её контрактора мудрецом. Он и лицо на серебряной монете вообще не похожи, в самом деле.

— ...

Шаула игнорировала всех, кроме своего «наставника». Кингу пришлось попросить её быть поразговорчивее.

— А ты можешь говорить не только со мной, но и с остальными?

— А можно?

— Нужно.

Шаула сперва удивилась вопросу Кинга. Затем выражение её лица постепенно менялось, проходя через озадаченность, понимание, согласие и неописуемый восторг.

— УРА-А-А-А! Наставник разрешил мне говорить, и теперь мне не нужно строить из себя загадочную красавицу!

У тебя это и так не вышло.

— Так что там с последним вопросом? У тебя может со зрением плохо? Я же вообще не выгляжу как лицо на монетке.

— Ну... Я просто лица не очень-то различаю. Мужчина или женщина, ну и рост, наверное. Вот и вся разница.

— И почему, говоря о росте, ты посмотрела на Бетти, интересно?

Шаула снова проигнорировала великого духа, будто не замечая, что она сидела на коленях её «наставника». Беатрис хотела осудить девушку с хвостом в форме жала скорпиона, и у них бы началась вечная словесная перепалка, если бы не продолжение допроса от Кинга.

— Не мудрец, но всё-таки Шаула. Тогда тебе должны быть знакомы Святой Меча и Божественный Дракон?

— Святой меча и Божественный Дракон?

— Рейд Астрея и...

— Гх...

Шауле было весьма тяжело застать рвотный позыв, учитывая, что все четыре сотни лет своей жизни она питалась зверодемонами, считающимися отвратительными на вкус и едва ли съедобными в целом. Что уж говорить, Шаула и сама зверодемон, значит, всё это время она промышляла каннибализмом. Кто бы мог подумать, что ей придётся прикрыть рот рукой и глотать свою рвоту из-за имени первого Святого Меча. Девушка-скорпион сделала глубокий вдох перед ответом, чтобы её не вырвало повторно.

— Конечно знаю. Палочник Рейд и дракон Циниканика — мои старые знакомые. С тех пор как мы расстались, я их ни разу не видела, но я думаю, что с ними всё хорошо.

— Рем считает, что этот «палочник» уже давно умер.

Шаула удивлённо посмотрела на голубоволосую девушку, словно не веря, что человек, насколько бы выдающимся он ни был, может умереть.

— Серьёзно что ли?! Да он же такой, что его и убить-то нереально! А от чего умер? Съел что-то не то? Или может инфекцию от какой-то девки подцепил? Или...

— Он умер от старости. Хотя последнее высказывание Рем находит отвратительным, если спросишь.

— Ааааааа, да... Рейд же был человеком. Точно...

Узнав о смерти знакомого ей человека, Шаула со скорбным видом на лице опустила глаза. Казалось, даже её высокий хвост бессильно поник, и она опустила плечи, выглядя крайне опечаленной. Как бы плохо она ни отзывалась о своих старых знакомых, они всё равно были частью одной команды.

Кинг почувствовал, как что-то кольнуло в груди при виде её поникшего состояния.

— А с Волканикой-то всё нормально?

— Тот — Дракон.

— Ясно...

— Так может этот Волканика за четыреста лет маразматиком стать успел, кто ж его знает...

ХЛОПОК

Рам со всей силы хлопнула по затылку Гарфиэля за его бестактность, понимая, что в худшем случае там появится шишка.

— Тебе бы стоило просто молчать, как ты делал до этого.

— Да за что так сильно-то?! Я же по делу всё сказал!

— Вот это хорошее заявление, пацан!

Печаль на лице Шаулы продержалась лишь мгновение. Быстро переключившись, она не опровергала слова молодого тигра и вновь нацепила на себя непроницаемое выражение лица.

Глядя на неё, Вильгельм задумчиво отставил свою кружку.

— Раз вы их помните, то имя и самого наставника должны знать.

— Конечно знаю!

— Тогда, если этот старик не просит о многом, позвольте ему узнать это имя.

— Странно, что вас вообще интересует имя наставника. Раз он сам сейчас здесь, то и его спутники должны знать его имя, разве нет?

В ответ её встретили шесть пар непонимающих глаз. Если и принимать сильнейшего человека за мудреца, то Кинг — геройское имя, к которому даже он привык. Это не его настоящее имя.

Шаула резко вскочила на ноги.

— Тогда я сама объявлю имя наставника! Да, это имя великого и прославленного Великого Мудреца! Если кого и называть «Мудрецом», то только наставника...

— Давай быстрее.

— Какой нетерпеливый наставник. Впрочем, это в твоём духе!

Шаула подразнила их преувеличенными жестами, но на требование Кинга надула губы и высунула язык. Затем с по-детски наивным видом произнесла само имя.

— Флюгель.

— Так это не я.

— Это ты, наставник! Великий Мудрец Флюгель — наставник Шаулы!

В тот миг, когда она выкрикнула это имя, её лицо расплылось в широчайшей улыбке, и она с гордостью выпятила грудь. В её голосе и взгляде безошибочно сквозили чистое уважение, благодарность и любовь — почтение Шаулы к Флюгелю было несомненным.

Реакция остальных была менее яркой, но это имя они узнали.

— А, это тот самый, который посадил то здоровое дерево, чтобы через несколько столетий Белый Кит его на себя повалил.

Король духоты

Они ещё полчаса вели диалог о Флюгеле, который по мнению одной девушки-скорпиона является Кингом. Сколько ей ни объясняй, она не может или не хочет понимать, что это не так.

— Оставим тему мудреца. Ты что-нибудь расскажешь о самой башне?

Было принято решение больше не поднимать эту тему, иначе они никуда не продвинутся. Кинг перевёл тему на саму Сторожевую Башню Плеяд.

Раз мы не можем найти настоящего мудреца, значит, воспользуемся его знаниями, которые он мог где-то оставить. Если окажется, что даже самих нужных знаний тут не будет, я этот совет мудрецов до инсульта доведу!

— Наставник! Зачем я должна это объяснять, если вы меня даже не слушаете?!

Похоже, что Шаула уже начала рассказывать о строении башни, но Кинг витал в облаках.

— Извини, я просто задумался над твоими словами. Продолжай, пожалуйста.

— Как я и сказала, мы сейчас на шестом этаже — «Астеропе». Выше него пятый, «Целено», потом четвёртый, «Альциона», и так до самого верха, до первого этажа, «Майи».

Я даже спрашивать не стану, почему нижний этаж — шестой, а верхний — первый. Какой идиот это проектировал и давал названия, мы уже и так знаем.

Ещё одно доказательство того, что Кинг не может быть мудрецом. Этажи названы в честь звёзд из его родного мира. Он не имеет подобного уровня знаний в астрономии.

— Пятый этаж — это выход наружу, а мы сейчас под ним, так что это, по сути, подвал. Если вдруг захотите пробить стены, мы можем оказаться погребёнными заживо, так что лучше не надо.

Сомнительная мера предосторожности, учитывая, что удары Гарфиэля не оставили на этой стене и царапины от когтей, когда тот от скуки бил по ней перед началом диалога с Шаулой.

— Четвёртый этаж как моя хата и туда легко попасть. К слову, у меня там небольшой, как наставник говорит, творческий беспорядок, так что прошу не разглядывать. Иначе я со стыда сгорю!

— Значит, ты клеилась к Кингу в единственной чистой одежде, пока остальная в худшем состоянии остаётся разбросанной по твоему дому. Впрочем, Рам не удивлена.

— Эй, это неправда! Наставник, защити меня от нападок этой гладильной доски!

— Кого ты там доской назвала?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Рам не упустила возможность подколоть максимально открыто одетую девушку, но та задела её за живое.

— А-А-А-А-А!

Возможно, если бы Кинг специально не напугал Шаулу, их словесная перепалка могла бы перерасти в что-то похуже.

— Что там дальше по этажам?

— С т-т-третьего эт-тажа н-начинаются испытания. П-пройдёте их и м-можете читать их, сколько влез-зет.

Видно, что Шаула была напугана недавним проявлением агрессии со стороны Кинга. По крайней мере, она считала это агрессией.

— И что же написано в этих книгах?

Всё-таки этот мудрец оставил какие-то записи.

— Не знаю. Я не умею читать.

— Хранительница библиотеки, которая и читать не умеет. Бетти всё больше поражается твоей тупости, в самом деле.

— Не библиотеки, а всей башни. Приказом наставника было защищать башню, и всё!

Это последнее объяснение от Шаулы перед тем, как они начали подъём к первому испытанию по лестнице, огибающей башню по внутреннему периметру.

Что за конченная лестница?! Тут даже перил нет!

— Если сильнейший человек испугался, великодушная Рам может взять его за руку.

Кинг молча согласился, и она взяла его за свободную руку. Они с Беатрис шли за Вильгельмом и Гарфиэлем, а позади них Шаула и Рем. Мари они оставили в подвале. Места на лестнице было достаточно, чтобы уместить и её тоже, но им на ней ещё домой возвращаться. Лучшую девочку не стоит напрягать лишний раз.

Группа непрерывно шла несколько часов. Лестница между четвёртым и пятым этажами оказалась гораздо короче той, что ведёт с шестого на пятый. Вопреки ожиданиям группы, высота с четвёртого этажа на третий была на уровне самого обычного этажа.

Первое, что увидел Кинг, войдя на этаж, это абсолютно белое ничего. Хотя по форме это был всё тот же цилиндрический этаж башни, его встретила слепящая, бесконечная пустота.

По площади она не сильно отличалась от предыдущих этажей, но из-за ослепительной белизны не было видно ни стен, ни потолка. Пол был таким же ослепительно белым, и лишь тёмный проём лестницы нарушал эту совершенную белизну. Остальное пространство было настолько белым, что ступать на него было страшно.

Казалось, что это и не пол вовсе, а тонкая плёнка над бездной. Что стоит ступить не туда — и провалишься в вечность. То же самое касалось и стен с потолком.

Разрабы уровень сделать забыли? Или я за текстуры выпал, потому что тут стены нет?

Можно не сомневаться: потеряй они лестничный проём — и в этой палате для психически неуравновешенных можно было остаться навсегда.

И прямо в центре, напротив входа, в паре десятков сантиметров от пола парила идеально гладкая, чёрная плита прямоугольной формы. Размером она была примерно чуть ниже Кинга в высоту и как два среднестатистических человека в ширину.

Вблизи объект не источал никакой таинственной ауры. Обычная чёрная плита, если не считать того, что она парила.

— Наверное, нужно коснуться его.

Остальные молча согласились с заявлением Кинга.

Как только его пальцы коснулись поверхности, чёрная плита вспыхнула светом изнутри и начала размножаться. Из её сияющей плоскости с невероятной скоростью стали вылетать копии, разлетаясь по комнате и останавливаясь в случайных местах.

Множество плит заполнили белое пространство. Пока Кинг с остальной группой ошеломлённо смотрел на это, в его сознании раздался голос:

«Коснись самого яркого героя, убитого Шаулой.

Время: неограниченно.

Количество попыток: неограниченно.

Количество участников: неограниченно».

Этот Флюгель мог бы системное уведомление и в форме окна сделать. Так и так неоригинально выходит, но с моим вариантом поприятнее будет.

По сути, копии плиты помимо размера ничем не отличались от оригинала. Одни были больше, другие меньше, но в остальном выглядели точно так же.

Кинг подошёл к ближайшей плите и поднёс к ней руку. Едва пальцы коснулись поверхности, чёрная плита вспыхнула так ярко, что резало глаза. Неосознанно задержав дыхание, он прикрыл лицо рукой.

Кинг убрал руку, когда сияние прекратилось.

— А где?

— Сзади, наставник!

Моргнув, сильнейший человек убедился, что плита действительно исчезла... Вместе со всеми остальными, оставив только оригинальную.

Кинг снова коснулся этой же плиты, и от неё снова начали отделяться её копии, разлетаясь по комнате с той же скоростью. По сути, испытание началось заново.

— Это ж опять очередное задание на знание астрономии.

— Нет ничего, что наставник не смог бы сделать!

Шаула была уверена, что Кинг справится с этим испытанием, но у него был свой метод.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Тёмно-красная линия снова появилась на полу. Только Кинг видел, как она была продлена от него до одной из плит с левой стороны от центральной.

Может, эти испытания и были предназначены для того парня, которого любит Сателла? Честное слово, я бы никогда не догадался, какая из этих надгробных плит правильная. Скорее всего, их порядок тоже меняется после каждого провала.

Кинг подошёл к нужной плите и прикоснулся к ней.

Ослепительный свет залил белую комнату. Звук и изображение исчезли с глаз группы.

Когда сияние рассеялось, они стояли посреди комнаты с каменными стенами, окружёнными со всех сторон бесчисленными книжными полками. Плит больше не было.

— Как и ожидалось от наставника! Я в восторге!

Кинг лишь показал ей большой палец со словами:

— Твой хозяин точно больной ублюдок.

— Ну что ты такое говоришь, наставник?! Неправильно так говорить про самого себя! Не спорю, характер у тебя не самый мягкий, но раз уж загадка всё-таки решаемая, то очень даже милосердный. Вот Рейд бы точно придумал какую-то нереальную ересь. Например... Оставил бы своего клона и пропустил бы лишь того, кто его победит.

— А может, он так и сделал. Нам-то откуда знать?

— Как всегда очень проницательно, Кинг-доно. Если это действительно так, то этот старик был бы признателен в возможности скрестить с ним клинки.

— Хорошо.

Просто прекрасно. Только вот Вильгельм взял фамилию жены, а не изначально являлся частью родословной. Из нас всех тут он самый сильный, но если он проиграет, меня точно заставят махаться с этим палочником. А может, всё намного проще, чем я думаю?

— Раз мы сейчас в библиотеке, то давайте просто найдём нужные нам материалы и уйдём.

— К сожалению, ты не сможешь сделать этого, наставник! Если попытаешься уйти, не завершив все три испытания, твоя личная подушка примет форму скорпиона и нападёт на вас всех! Конечно, ты с лёгкостью победишь меня, но я бы хотела пожить со своим наставником ещё немного, если это возможно!

Да-да... Намного проще, чем я думаю. Как можно столько раз попадаться на этом идиотизме? Ладно.

— Ещё правила есть?

— Да, наставник! Под запретом также разрушение конструкции башни, осквернение этой библиотеки и нарушение правил самих испытаний.

Кинг кивнул ей, и группа начала осматриваться. Вся эта огромная площадь оказалась гигантской библиотекой. Стены от пола до потолка уходили вверх, стеллажи ломились от бесчисленных томов.

— А эта библиотека будет повнушительнее...

— Даже не думай их сравнивать, в самом деле. Здесь свет исходит от самих книг, когда свет в библиотеке Бетти намного ярче.

— Да, ты права. Тут ещё и потолка не видно. Непонятно, как мы должны искать рецепт того лекарства, если эта библиотека кажется бесполезной.

— Рем считает, что свет, исходящий от книг, сам по себе является чем-то странным. Стоит быть аккуратнее.

Рем озвучила вполне логичную мысль, но у Кинга она была противоположной.

Книги после стола зачарования примерно так же светились, но все только фиолетовым цветом, а эти же просто беловатым.

— А по-моему их можно свободно брать. Начальник же прошёл испытание и нас пропустили вместе с ним, а не выставили за дверь!

Трудно не согласиться с логикой Гарфиэля. Для подтверждения своих слов он взял с полки первую попавшуюся книгу, открыл её и полистал страницы.

— Вот видите? Со мной, великолепным, ничё не случилось, с вами тоже не должно.

Он передал открытую книгу Беатрис, которая могла разбираться больше всех остальных в этой библиотеке.

— Материал страниц весьма странный, и возраст книг так сразу не определить, в самом деле.

Она закрыла книгу и посмотрела на обложку.

— Ной Либертас. Похоже на имя, я полагаю. Кинг, можешь дать ещё одну?

Кинг взял одну из книг с верхней полки, но решил заглянуть в неё сам.

С Гарфом же ничего не случилось.

Он открыл книгу и пробежал глазами по её содержанию на первых открытых страницах.

Сознание Кинга померкло. Он тут же уронил книгу обложкой вниз и упал лицом на её открытые страницы.

Король духоты 2

Жила на свете одна девочка из Густеко. Росла она сиротой, из-за чего ей часто приходилось воровать.

Однажды один торговец поймал её с поличным и попытался изнасиловать. Однако девочка в попытке защититься схватила кусок стекла и вспорола ему живот. Этот момент сильно повлиял на её ментальное состояние.

Спустя годы она стала известной убийцей и начала работать на Гильдию Убийц.

Девушка по приказу «Мамы» отправилась проведать Мейли, которая в свои ранние годы жила в лесу со зверодемонами, как дикий ребёнок. Придя в лес, она решила убить всех зверодемонов и забрать девочку к себе. В то время девочка не умела говорить, поэтому в дальнейшем её манера речи стала очень похожа на ту, что была у самой девушки-сироты.

Через ещё несколько лет девушка взяла заказ от Розвааля Л. Мейзерса. Само задание не было сложным. Всего лишь найти знак отличия кандидатки Эмилии, как только та прибудет в столицу.

Подойдя поближе к дому добычи, девушка начала слышать голоса внутри здания.

Она бесшумно вошла в дом добычи и увидела, что и сама девушка, потерявшая свой значок, находится здесь.

Ей не оставалось ничего другого, кроме как попытаться выпотрошить каждого из них.

К сожалению для неё, один из мужчин, тот что с тремя шрамами на лице, заметил её атаку и предупредил о ней полуэльфийку. Сразу после этого от него начал исходить глухой, угрожающий и непрерывный рокот, будто мужчина подготавливал свою особую атаку. И что-то подсказывало ей бежать со всех ног от этого человека, но она должна была выполнить задание или хотя бы получить удовольствие от процесса.

Атаки от мужчины так и не последовало. Её противником стал красноволосый рыцарь, который сконцентрировал ману в обычном мече и направил её на девушку.

Этот приём похоронил девушку под обломками здания. Повезло, что она успела уклониться от атаки, а не пыталась её заблокировать.

Она выбралась из-под обломков и, истекая кровью, решила направить свои кукри на мужчину со шрамами и волевым подбородком.

Казалось, что мужчина даже не двигался со своего места, но он как-то пробил пол, чтобы девушка провалилась в него и её удар не достиг цели.

Ей стало ясно, что у мужчины были на неё планы.

Перед уходом она сказала, что когда-нибудь выпотрошит каждого из них.

Через месяц маркграф дал ей новое задание. Нужно было убить всех, кто находился в его особняке. Он сказал ей взять с собой её младшую сестру — укротительницу зверей.

Лишь во время сражения с пожилым Демоном Меча она начала думать о том, что маркграф специально заманил её сюда для её убийства. Она хотела встретиться с тем мужчиной, который заставил её опасаться его, и в то же время драться с ним.

Но этому не было суждено сбыться. Она пала от Демона Меча, который многократно разрезал её на части и закончил восходящим ударом, разрубившим её надвое.

История Эльзы Гранхирт подошла к концу.

— Гх-а-а-а-а!!

Став свидетелем истории знакомой ему охотницы за кишками, сознание Кинга с невиданной болью вернулось обратно. Болела не голова, а сама душа, которую словно засосало в книгу. Чтобы вырвать её обратно, требовалось приложить усилия, и это приносило мучительную боль.

— Кинг!

Пронзительный голос сбоку и одновременно резкий удар по руке — это Рам подбежала и ударила его по запястью ребром ладони.

От удара рука Кинга дёрнулась, из-за чего книга выпала из его руки. Упав, она осталась раскрытой, а Кинг, пошатнувшись, опёрся о книжную полку.

Одновременно с этим Рем и Беатрис использовали на нём заклинания исцеления. Это помогло бы ему успокоиться, не имея никаких физических травм.

— В общем... Книги лучше не трогать.

Гарфиэль, который до этого взял ещё одну книгу, но уже с надписью «Балрой Темегриф», и собирался открыть её, резко положил её обратно. В его случае ничего бы не произошло, поскольку он не знал этого человека лично, но ему точно следует вести себя аккуратнее.

Если что-то причиняет Кингу страдания, значит, других это «что-то» точно отправит к самому Оду... И в новую книгу для библиотеки Тайгеты.

— Я только что прожил жизнь охотницы за кишками, просто открыв и начав читать её книгу. Закончилось всё болезненной смертью.

Фактически, Кинг испытал то же самое, что и Эльза в её бою с Вильгельмом. И это были не самые болезненные воспоминания.

Как хорошо, что Сайтама уничтожил ту суку одним ударом. Эта «мать», как её обычно называли в гильдии убийц, сначала шантажировала Эльзу убийством её близких, а потом ещё и превращала её во всяких мух, если та не могла выполнить задание.

— Книга, позволяющая пережить чужие воспоминания... Иными словами, это способ заглянуть в прошлое, я полагаю. Если так, то идея библиотеки, в которой можно узнать всё, что хочешь...

— Не думаю, что всё настолько просто. Наверное, должны быть какие-то ограничения, не говоря уже о той боли, которую можно почувствовать после прочтения.

Кинг оспорил высказывание своего духа, не желая, чтобы кто-то из них читал эти книги без необходимости.

— Рем вроде понимает суть этих книг, но... Если тут хранится информация обо всех, кто жил в этом мире с первых дней его возникновения и до сегодняшнего дня, то... Сколько времени уйдёт на поиски одной личности?

После вопроса Рем Кинг сделал пометку в своей голове.

У мудреца характер самый ублюдский, пожалуй.

Перед тем как искать и читать нужные им книги в библиотеке, группе нужно было пройти все испытания. Их запасов еды хватало примерно на полторы недели нахождения в башне, после чего нужно было возвращаться обратно, чего не стоит делать, не проходя испытания. Благо их осталось всего два. Только вот...

А где лестница?

Кингу не хотелось вновь использовать одно из его полномочий, чтобы найти лестницу, ведущую на второй этаж.

Я так и не понял, какой у способности минус, помимо того, что она показывает только сам правильный путь, а не то, что меня на нём может ждать. Если это правда всё, то у полномочия Алчности не такая уж большая цена в сравнении с Ленью.

Они также не собирались спрашивать об этом Шаулу, которая пока больше не пыталась липнуть к Кингу. Нет смысла спрашивать её, если она никогда не поднималась выше четвёртого этажа.

— Ну не мог же этот идиот поставить лестницу для второго этажа на четвёртом или пятом.

Остальная группа остановилась, ожидая от Кинга чёткого ответа.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Он всё же решился проверить свою догадку полномочием Алчности. Тёмно-красная линия вела вниз.

— Всё-таки мог.

Им повезло, что расстояние от третьего этажа до четвёртого было сравнимо с расстоянием между этажами в обычных зданиях.

Они прошли мимо места жительства Шаулы, столовой, балкона, и зелёной комнаты с таинственным исцеляющим духом. Сама лестница находилась в пустой комнате рядом с зелёной.

Эту лестницу стоило называть не иначе как парадной. В сравнении с длинными и более узкими винтовыми лестницами, что вели их всё выше, эта была прямой и уходила строго вверх. Учитывая планировку Башни, такая лестница должна была бы пронзить третий этаж и выйти наружу где-то сбоку.

Может быть, эта лестница появляется только после прохождения первого испытания, а мы до этого должны были облазить весь четвёртый этаж и не найти ничего важного.

— В таком случае эта башня ещё более душная, чем я думал.

— Даже не знаю, начальник. Благодаря тебе мы как-то слишком быстро продвигаемся.

Он-то прав, но я бы без читов не смог так быстро додуматься до такой фигни, это точно.

— Может, ускоримся, начальник?

— Давай.

Гарфиэлю надоело подниматься по лестнице, стоять и смотреть за тем, как Кинг проходит испытания. Возможно, на втором великолепный тигр сможет схлестнуться с каким-нибудь сильным противником и стать сильнее за счёт нового опыта.

Они бежали вверх, но потолок не приближался ни на сантиметр.

Это эскалатор с такой скоростью вниз едет?

В тот миг, когда Кинг подумал о худшем, пространство над головой внезапно распахнулось.

— Ай!

Тьма каменного коридора сменилась ослепительным белым светом, ослепив Кинга.

Посреди этого белого пространства, вонзённым остриём в пол, стоял обнажённый меч. Никаких ножен или украшений, лишь его совершенно обычный, ничем не примечательный вид.

Кинг сделал шаг вперёд.

По логике это должен быть триггер к началу второго испытания, но меч мне этот не нравится.

Он не заметил, как Рем, Рам и Беатрис последовали за ним на всякий случай. Это было больше похоже на то, что им придётся сражаться.

Кинг взялся за рукоять и вытащил меч с лёгкостью.

— Добейся признания от дурака, достигшего Небесного Меча.

Голос в сознании Кинга был пугающе похож на его собственный.

На том же расстоянии от меча, что и меч от лестницы, из воздуха соткался человеческий силуэт.

Перед ними стоял мужчина с длинными, небрежно распущенными красными волосами. Он был высоким и накачанным, на десять сантиметров выше Кинга. На нём алое кимоно, правый рукав которого был спущен, обнажая торс, перетянутый белой тканью. Его левый глаз скрывала чёрная повязка, а само лицо выглядело безупречно, но эту красоту искажала дикая и безумная улыбка.

Тишину нарушил тихий стук Шаулы, рухнувшей на пол. Её глаза были широко раскрыты от ужаса. Она дрожала так, что не могла пошевелиться.

А мужчина продолжал стоять.

Кинг заставил себя сделать шаг назад, увлекая за собой Беатрис и двух близняшек.

— АААААААХ!

Мужик резко закричал, схватившись за голову. Его вопль был столь внезапным и оглушительным, что Шаула взвизгнула и, не выдержав, бросилась на Кинга и повалила его на пол.

— Наставник, спаси меня! Я не хочу...

— Захлопнись! И без тебя с похмелья в башке гудит!

Первый Святой Меча оказался не таким уж святым, да и меч тут самый обычный.

Вильгельм шагнул вперёд.

— Значит, Кинг-доно снова оказался прав.

— А? Он чё? И где это я?

— Сам не всего понимаю, но ты уже давно не живой человек.

— А, ясно. Ну что, начнём?

Рейда не волновало, кто стоит перед ним. Он лишь хотел поиграться с этими детьми.

— Я тут пока спал, всё объяснил! Хотите нормально со мной побазарить — попробуйте сдвинуть меня с места хоть на шаг.

Никто не смеялся. Это не было чем-то смешным. Предыдущий сильнейший человек в истории мира сказал им сдвинуть его на шаг, и испытание будет пройдено.

Аура сильнейших существ

— Твой потомок оказался прям охренеть каким сильным! Дай-ка глянуть, что ты умеешь.

— Вот это настрой! Только потом не ной, что я ударил тебя слишком сильно.

На втором этаже Сторожевой Башни Плеяд, «Электре», начался экзамен. Самим экзаменатором был Рейд Астрея. Его хищная, акулья улыбка не сулила ничего хорошего. Этот человек, называющий себя палочником, источал такую ауру, что воздух, казалось, звенел от напряжения.

Но за исключением Кинга, группа не дрогнула. Они привыкли к куда более удушающей и без конца растущей ауре сильнейшего человека. Первым против Небесного Меча выступил Гарфиэль.

К сожалению для самого Гарфиэля, его Божественная Защита Земляных Духов работала не в полную силу. Хоть его связь с землёй и сохраняется, структура на втором этаже искусственная. Также, по правилам башни, испытания разрешено разрушать, но саму башню — нет. Пол относится именно к самой башне.

Понимая, что его способность бесполезна, Гарфиэль решил нанести прямой удар, трансформировав руку в тигриную. Его удар достиг торса первого Святого Меча.

— И это всё что ли? Старайся лучше, пацан.

Рейд осторожно поднял одну из рук и поднёс её ко лбу Гарфиэля.

— Ну ты че, серьёзно? Твой прапраправнук хотя бы рукой ловил мой удар...

— Какой-то прапраправнук у меня там... Иди проспись, шизофреник.

ЩЁЛК!

Получив громкий щелбан от Рейда, Гарфиэль отлетел на несколько десятков метров, ближе ко входу на испытание. Он потерял сознание, и его старый шрам на лбу в форме креста снова открылся.

— Ну, кто там следующий? Я бы хотел вот этого мужика со шрамами на лице!

Он достал палочки для еды и указал ими на Кинга.

Это он про меня что ли? Да как мне вообще его сдвинуть, при этом не умерев?! Он удар Гарфа даже не почувствовал и щелбаном в нокаут отправил! Мне-то куда...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Воооот! Это уже интересно!

Рейд обрадовался сильнейшему человеку, что сжимал кулаки и подходил к нему небольшими шагами.

— Не вижу у тебя никакой ауры! Скрываешь её что-ли? Да и стойки никакой нет. Может, ты смотришь на меня так же, как я на твоих друзей? Давай, нападай.

— Этот старик на вашем месте бы не спешил с выводами.

Вильгельм встал впереди Кинга, обнажив меч.

— Будет довольно неприятно, если Кинг-доно в одиночку пройдёт все испытания башни. Мы и так слишком сильно на него полагались.

— Ладненько. Валяй, старик.

Лёгким движением в сторону Рейда Демон Меча метнул тот самый меч, вытащенный Кингом для начала испытания. Вращаясь, этот меч описал дугу и с точностью вонзился у самых ног Небесного Меча.

— Эт чё? Зачем ты мне меч кинул? Помереть уже собрался, старик? К внукам бы сходил вместо этого.

Последнее высказывание задело Вильгельма до глубины души. Хоть он и отомстил Белому Киту, но улучшению их с Райнхардом отношений это не поспособствовало. Кинг немного помогал им, когда находился рядом.

— Хоть и совершал я множество неправильных поступков, нападать на безоружного — бесчестье, недостойное Демона Меча.

— Ну ты глаза-то разуй! Говорю тебе, я не безоружный.

Рейд злобно оскалился. Он небрежно пнул меч ногой, и тот с громким лязгом отлетел в сторону, проносясь мимо лица Вильгельма.

Сделав молниеносный выпад, Вильгельм нацелился на торс противника. И этот выпад был остановлен двумя палочками для еды, которыми Рейд зажал меч.

— Не может быть...

— Верь глазам своим. Это первое правило, старик.

Усмехаясь, Палочник правой рукой лениво почесал грудь. Он выглядел так же расслабленно, как и до этого, когда отпускал свои шуточки.

— Ими просто удобно закуски брать, вот я и таскаю их с собой. Думаю, старику можно и не объяснять, что надо бить в нужный момент, под нужным углом, с нужной скоростью, вкладывая нужную силу — и тогда чем бы ты ни махал, хоть этими палочками, — не останется ничего, что нельзя было бы разрубить.

Палочник объяснял это с таким видом, будто он двадцать лет работает учителем и рассказывает разным школьникам одно и то же.

— И да, палочки не из чего-то там особенного. Обычное дерево, где-то тут срезал.

Внезапно хватка ослабла. Вильгельм на миг замешкался, не ожидая этого. И в это мгновение мужчина развернулся и взмахнул ногой. Мощнейший удар пришёлся пожилому мечнику чуть выше талии. Демон Меча успел подставить одну из рук, но полностью от удара его это не спасло, и он полетел по воздуху.

Палочник сразу двинулся за ним. С нечеловеческой скоростью он настиг Вильгельма в воздухе, зависнув прямо над ним. В обеих руках он сжимал по палочке, и тут же на Демона Меча обрушился град ударов. Руки Рейда двигались так быстро, что сливались в одно пятно.

И всё же Вильгельм успевал блокировать эти удары своим мечом. Не все, некоторые удары всё равно впивались в его тело, но большинство из них он успешно блокировал.

— Хьюма!

Несколько ледяных кристаллов пронзили воздух и устремились к сражающимся. От прямолинейной атаки, казалось бы, легко увернуться, но Рейд поступил намного проще.

— Я же говорил. Мои палочки что угодно разрубят.

Он перехватил каждый из кристаллов Рем и раскрошил их на множество осколков.

Мужчина лишь улыбнулся и вернулся к Вильгельму. Он всё ещё забавлялся с ним, но этот хотя бы лучше предыдущего.

— Аль хьюма!

Рем запустила в палочника огромную ледяную пику на такой же огромной скорости.

— А ты любишь подлиннее, да?

Сам Рейд снова уничтожил её заклинание и приземлился на землю одновременно с Вильгельмом с другой стороны.

Небесный Меч также поймал шипастый шар, что летел в его голову.

— Получено новое достижение: вернуть отправителю.

Рейд при помощи палочек вернул Рем её оружие, что должно было достигнуть уже её головы.

— ЭЛЬ ФУРА!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Заклинание Рам не смогло ни сместить шар моргенштерна, ни замедлить его, но «двигатель Кинга» помог. Шар по-прежнему летел по чёткой траектории, но сама Рем вздрогнула от резкого увеличения громкости сердца сильнейшего человека и выронила моргенштерн. Каждый раз её пугал этот скример, и она отпрыгивала от звука на несколько метров.

Её оружие отлетело ближе к Гарфиэлю, на секунду даже стало страшно за его здоровье, но всё обошлось приземлением чуть правее тигра.

Пока Рейд наблюдал за ними, Вильгельм нанёс ему удар ногой по виску, который даже почти достиг цели, но палочник всё равно увернулся, и Демон Меча просто вскочил на ноги.

— А это стало даже интереснее. Заводишь ты получше женщин, старик. Кто ты вообще?

— Вильгельм ван Астрея. Муж Терезии ван Астрея, что является вашим потомком.

— Не верю, что она могла бы отдаться тебе без боя, раз они все мои потомки.

— Терезия всей душой ненавидела путь меча, но из-за двух Божественных Защит и статуса Святой Меча ей приходилось им следовать. По крайней мере до тех пор, пока я не освободил её от этой ноши.

— АХХАХАХААХАХАХАХ!

Небесный Меч рассмеялся в ответ на слова Вильгельма.

— Тогда понятно, почему ты неплох, в отличие от твоей жёнушки. Если взял в руки меч, тогда иди до конца! По сути ты своим эгоизмом просто избавил мир от этой хлипкой Святой!

На секунду палочник даже задумался, положив кисть правой руки на подбородок.

— Но мне стоит делать скидку на твой возраст? Если ты ещё что-то покажешь, я посмотрю. Если нет, дай-ка глянуть на того мужика, который всё это время готовится к своей очереди. Я даже сейчас слышу эти его «БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ». Самому уже напряжно становится от предвкушения.

Вильгельм вернул меч в ножны.

— Этот старик более не смеет вас задерживать, но лучше услышьте это сейчас. Вам не победить Кинга-доно.

Рейд хищно улыбнулся, показав Демону Меча свои акульи зубы.

— Посмотрим.

Первый и единственный на весь мир Небесный Меч подошёл к сильнейшему человеку.

— Давай, мужик. Делай, чё умеешь! Суть испытания та же самая, сдвинуть меня на шаг против моей воли!

Кинг снова сжал руки в кулак, что указало Рейду на готовность атаковать. Но на самом деле...

А что я должен сделать в этой ситуации?! ОН КАК САЙТАМА! Но только слабее, наверное. Раз Райнхард сильнейший и всё равно умирающий с одного удара. ДА ТОЛЬКО ВОТ ЗДЕСЬ НЕТ САМОГО САЙТАМЫ!!! Мне-то что теперь делать? Я ведь просто умру с одного удара, и он даже сдерживаться не станет!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

И без того громкий стук сердца стал настолько душераздирающим, что даже Гарфиэль проснулся с криком.

— Воу, мужик! Будь я человеком, даже мне ты бы пустил кровь из ушей! Прям как своим друзьям.

Кинг не слушал палочника. Он сконцентрировался на своих мыслях.

Раз мне суждено сдохнуть, то хотя бы не так уж позорно, на том спасибо! Ладно, я попытаюсь ударить его.

Хоть Кинг и понимал тщетность своей ситуации, он телепортировался за спину Рейда и занёс удар кулаком, помимо полномочия Зависти, применив также Гнев и Алчность.

Его атака из трёх полномочий была разрезана Рейдом с помощью его силы концептуального понимания боя и мастерства. Палочник позволил себе опустить взгляд на сильнейшего человека.

Он специально скрывал от меня именно всё это, чтобы я без усилий разрезал его способности. А столько пафоса-то было! Где та серьёзная атака, которую ты мне так громко задолжал?!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

ЧЁ?!

Неистовый звук продолжал исходить из сердца Кинга. Это приняло настолько ужасный оборот, что Рейд резко отпрыгнул на пару метров, думая, что он может умереть, если этот удар настигнет его. Сам он продолжал думать над этим моментом, глядя на лицо Кинга, которое осталось таким же суровым.

Я же разрезал его способности! Или нет? Значит, он специально показал мне их, чтобы отвлечь от реального удара, который ничем не уступает моему!

— ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!

От смеха, вызванного осознанием собственной неосторожности, Рейд даже уронил свои палочки для еды.

— Ладно, мужик, ты меня подколол! Испытание пройдено.

Сердце Кинга постепенно начало успокаиваться, как только он понял, что ему больше ничего не угрожает.

— Итак, кто там следующий? Тот малёк, который отлетел в самом начале? Может, снова старик? Или те две горячих красотки? Хотя не сказал бы, что розовая прям горячая, но всё же ценители есть.

Мужчина, как ни в чём не бывало, продолжил, скидывая кимоно с левого плеча.

И в этот момент они поняли, что Кинг был единственным, кто смог пройти испытание от второго по силе человека в истории. Проходит только он и Беатрис на правах его духа, связанного с ним душой.

Один в поле не воин

— Разве победы одного недостаточно, чтобы прошли все?

— А? Кто тебе этот бред сказал? Не неси херни. С чего бы мне пропускать всех, если прошёл только один? Твоего мелкого духа ещё могу пропустить, потому что вы связаны, но дальше-то не наглей.

Кинг поспешил с выводами об условиях испытаний. На третьем этаже испытанием была загадка, и как только её решили, структура комнаты изменилась. Это лишь подстегнуло их заблуждение. Они ошибочно полагали, что и на втором этаже, если один пройдёт «испытание», откроется проход на новый этаж, по которому сможет пройти каждый из них.

Но раз тут требуется, чтобы его прошёл каждый, то данная задача невыполнима. Для тех, кто знал, было понятно, каким образом Кинг пройдёт и третье испытание. Ни он, ни горничные с великим духом не хотели отправлять его туда почти в одиночку. Возможно, Рейда можно было победить, и им просто нужно подумать получше. Кинг перебирал в голове все возможные варианты, но каждый из них упирался в непреодолимую стену — разница в силе между ними и Небесным Мечом была слишком уж абсурдной.

— Этот старик хотел бы отступить. Позволите ли вы нам это сделать?

— Да и хрен с вами! Один прошёл... Двое продвигаются дальше. ЛАДНО!

На самом деле Рейд был доволен тем, что встретил такого человека, как Кинг, да и Вильгельм его неплохо развлёк, но остальные разочаровывали. Он даже зевнул и почесал свою пятую точку, демонстративно показывая, что устал от их слабости.

Небесный Меч подошёл к отброшенному пинком мечу, который использовался в качестве «кнопки старта» испытания. Он поддел ногой упавший меч, подбросил его в воздух и легко поймал. Затем он с силой воткнул остриё в белый пол, вернув меч в то же состояние, в котором тот был до начала испытания.

— А теперь сдриснули отсюда! И я иду спать.

Кинг пошёл назад вместе со всеми. Он чувствовал, как напряжение медленно отпускает его плечи, но в голове всё ещё роились мысли о том, как остальные будут проходить это испытание.

Реально как Сайтама, только если бы ему было где-то за сорок, а не двадцать пять. Хотя... Такой шевелюре он бы позавидовал.

Если бы они остались на этаже ещё минуту, то могли бы услышать громкий храп, отдалённо напоминающий стук сердца Кинга.

Группа спустилась на четвёртый этаж, и двое из них зашли в зелёную комнату. Конечно, Рем и Беатрис могли бы вылечить Гарфиэля и Вильгельма, но нерационально тратить ману на исцеление, когда есть комната со специально отведённым для этого духом.

Можно сказать, что в этой ситуации у Вильгельма лучшее расположение духа. Кинг вместе с Беатрис проходит на третье испытание. Рам и Рем переживают за него, ведь последнее испытание должно быть намного сложнее второго, на котором застряли все остальные. Шаула до сих пор в отключке. Гарфиэль отлетел даже не с одного удара, а простого щелбана. Его гордость была уязвлена, и он повторно осознаёт непреодолимую пропасть в силе между собой и сильнейшими созданиями мира. Он сидел в углу, уставившись в пол, и даже его обычно яркая аура казалась потускневшей. Молодой тигр уже второй раз за год почувствовал себя беспомощным, и это явно не из приятных.

Через полчаса они оба вернулись к остальным в одну из комнат, что до этого пустовала.

— Кинг-доно. Похоже, что этот старик снова оказался недостаточно сильным, чтобы стоять рядом с вами.

— Ничего страшного.

— Получается... начальнику придётся вновь проходить это всё...

— НЕТ!

Отказ, одновременно прозвучавший от трёх девушек, ввёл Гарфиэля в замешательство. Почему они так не хотят отпускать Кинга, если он может с лёгкостью решить то, на что не способны они? Он даже приподнял бровь, недоумённо переводя взгляд с одной на другую, но ответа так и не получил.

Дискуссия остановилась проснувшейся Шаулой.

— Наставник... Не оставляйте меня с ним! Я не хочу...

— Ты ведь всё это время не спала, да?

— Ну блин. Я думала, что если буду говорить жалостливо, то наставник растает, но не вышло. Но всё равно мне и это в тебе нравится.

Шаула оглядела комнату и удивлённо наклонила голову.

— А? Почему мы здесь? Разве мы не прошли испытание благодаря гениальности наставника?

— Пропустил он только меня и Беатрис. Остальным же сказал проходить самостоятельно.

— Но что ещё тогда случилось? Раз я потеряла сознание, то все остальные, кроме наставника, должны были умереть!

— Ты, конечно, высокого мнения о Кин... То есть о наставнике, но это преувеличено.

Рам начала тихим, спокойным голосом, будто начиная сеанс гипноза, чтобы помочь Шауле восстановить утерянные воспоминания.

— Вспоминай неспеша: очень длинная лестница.

— Очень длинная лестница...

— Вот тебя и встретила белая комната и стальной меч, воткнутый в пол. Когда ты берёшь его в руки, какой-то голос раздаётся в твоей голове.

— Голос в голове...

— И тогда в комнате появляется фигура. Это мужчина в кимоно, с рыжими волосами и голубыми глазами...

— А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Шаула бросилась к Кингу.

— С.С.К.

Но тот использовал Супер Сверкающего Кинга, и обнажённая девушка-скорпион ударилась о барьер, окружающий его тело.

— Н-н-не может быть! Вы же говорили, что «Палочник» мёртв! А он жив! Точно, его же не убить! Этот садист! Дьявол! Он вернулся, чтобы снова полапать меня!

— Это понятно. Но слабости у него есть?

— Я бы сама ему отомстила, если бы знала! И всё-таки это тебе виднее, наставник! Ты же прошёл испытание.

— Тц, бесполезная.

— Эта розоволосая девчонка ещё наглее наставника...

Шаула надула губы и спряталась за Кинга, получив сверлящий душу взгляд.

— Даже если ты не знаешь о его слабостях, у него должны быть какие-нибудь привычки, в самом деле.

— Привычки? Ах, да, когда я пыталась убить Рейда за то, что он меня лапал, он часто чесал зад, пока дрался! Это же привычка?

— Да он же просто издевался над тобой, в самом деле!

Даже с учётом Беатрис Кингу не хотелось идти на последнее испытание без полного состава их команды. А они ведь прошли два испытания за сутки.

Этот призрак, а реальный Рейд мёртв. Мы выяснили, что после смерти все воспоминания человека отправляются в библиотеку этой башни в виде книги. Во, точно!

— Мы можем найти и прочитать его книгу мёртвых.

И эта идея не была встречена с энтузиазмом.

— Рем считает, что Кинг не должен этого делать. Тебе и от прошлой было больно.

— Я бы вообще не хотел ничего подобного делать и дальше бы с радостью сидел дома, но не вышло.

Кинг пожал плечами, встал и пошёл до лестницы. Все остальные пошли за ним. Тишина в коридоре нарушалась лишь звуком их шагов.

Подумаешь, я переживу всё, что пережил этот одноглазый палочник. Похоже, такие книги читать намного приятнее, чем стоять возле всех этих монстров. Если бы я мог просто вскрыть живот этому Рейду, все остальные могли бы пройти...

Кинг лишь на секунду подумал о том, насколько странная мысль возникла в его голове.

Ладно, надо сначала найти его книгу.

Через полтора часа поисков Кинг нашёл книгу с надписью «Рейд Астрея».

— Ты правда уверен, что собираешься её читать?

Рем по-прежнему беспокоилась за состояние Кинга. Она до сих пор сомневалась в этом решении и как могла, пыталась остановить Кинга, но мужчина уже взял книгу в руки.

— Да всё будет нормально, это ж начальник!

Гарфиэль волновался лишь за то, как Кинг раскроет всем величайшую слабость Небесного Меча.

— Кинг-доно. Вряд ли вам стоит это говорить, но будьте осторожнее.

Вильгельм понимал, что с Кингом, скорее всего, всё будет нормально, ведь в его глазах он до этого играюче победил самого Рейда Астрею. Нет ничего удивительного в том, чтобы сделать это ещё раз.

— Рам, конечно, рада, что прошлая книга в долгосрочной перспективе ничего плохого не сделала, но твоя наглость тебя когда-нибудь и придушит.

Даже понимая, почему сильнейший человек решил проверить этот единственный вариант, розоволосая горничная в любом случае волновалась за парня. И это не только потому, что ей может сильно влететь от Фредерики, если с Кингом случится что-то плохое.

— Вот ведь непутёвый контрактор, в самом деле. Так уж и быть, Бетти постоит рядом с тобой.

Пока они говорили о своих переживаниях, книга уже выпала из свободной руки Кинга.

— Кинг!

Рем резко сократила расстояние и начала применять магию исцеления, помня о ситуации с прошлой книгой. Но на этот раз Кинг не кричал. Казалось, что ему совсем не было больно. Он стоял неподвижно, и его лицо не выражало ни страдания, ни боли — только лёгкое удивление, будто он выжил, когда должен был умереть.

В следующие несколько секунд на его лице можно было разглядеть облегчение, смешанное со стыдом. Затем на нём снова появилось недоумение, когда Кинг начал осматриваться по сторонам. Он оглядел каждого из присутствующих в комнате и, когда понял, что держит за руку девочку со светлыми волосами в форме двух свёрл, а чуть левее него девушка с окрашенными в голубой цвет волосами стоит в упор к нему, он резко отошёл на пару шагов назад.

— Прошу прощения, если это было странно.

— Мы уже привыкли к твоим странностям. В основном это проблема Фредерики, но об этом попозже. Сейчас Рам хотела бы узнать, что ты видел в той книге.

— Ааа... Понятно.

Он пару раз покашлял в кулак, собираясь с новыми силами.

— Если речь о той книге, что на полу, то я не знаю. И могу ли я узнать ваше имя?

Твоё имя

Кинг родился на планете «Земля» после второй и за двадцать девять лет до третьей эпохи перемен и принадлежал к поколению, основавшему Ассоциацию Героев.

Его жизнь длилась двадцать девять лет, но чтобы рассказать обо всех подробностях, потребовалось бы не более пары часов. Если опустить эти детали и описать его текущее положение в двух словах, то он: «Хикикомори, которому за тридцать». А если поподробнее: «Лучший геймер своего мира, которого по ошибке посчитали в целом сильнейшим человеком земли, что без напряга способен победить сразу четырёх монстров драконьего уровня или выше».

Причин его затворничества было много. В мире с множеством сверхсильных монстров, способных стирать здания с лица земли, он был обычным человеком, который всегда оказывался на месте сражения других героев. Все заслуги уходили к нему. Чуть позже, из-за ранга S и титула сильнейшего человека, монстры довольно часто желают встречи с ним, чтобы сразиться. По сути, для него дом — единственное место, где никто не требует от него выполнения его обязанностей как «героя».

А ещё он просто очень любит играть в файтинги и симуляторы свиданий и читать мангу. Ему нравится проводить дома всё свободное время.

И результатом его геройства стала смерть, после которой он оказался в неизвестном месте с такими же неизвестными людьми.

— Наставник во второй раз лишился памяти? Чего ж тебе так не везёт-то, блин! Иди ко мне, мой любимый наставник, и я помогу тебе своим те...

— Прочь отсюда, похотливая пародия на мудреца!

— АЙ! Я поняла, больше не бей, пожалуйста.

Рам отогнала Шаулу на десяток метров назад хорошим ударом ребра ладони по её шее. Ни то что бы ей это сильно вредило, но было больно. И наставник бы точно не хотел, чтобы Шаула отвечала на этот удар своим собственным, с большей силой.

Сам Кинг не замечал того, что происходит вокруг него, и продолжал думать о том, в какой ситуации он оказался.

Урон, полученный от облучения силой Гароу... Будто и не был получен.

— Кинг?

Поблизости не вижу никаких героев, участвовавших в операции. А когда я вообще успел встать?

Сильнейший человек пытался осмыслить ситуацию, не замечая голубоволосой девушки, которая звала его, недоумевая, почему тот неожиданно спросил имя её сестры. Он даже не заметил, как две сестры прижались к нему, положили свои ладони на его щёки и сжали их.

Лишь после сжатия он опустил голову и увидел двух девушек с едва отличимой внешностью. Различия были только в цвете волос и размере... Глаз.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Это изначально не было смешным, начальник! Пожалуйста, прекрати распространять этот звук!

— Кинг-доно! Этот старик едва понял, что произошло, но мы не собираемся сражаться с вами!

— Глупый контрактор. Он потерял память, в самом деле!

Сердце Кинга забилось из-за двух девушек, которые обнимали его и не собирались отпускать.

Им вообще восемнадцать-то есть? Или меня за такие действия посадят?!

— Отойдите от Кинга. Это вы его провоцируете, в самом деле!

Девушки поняли, о чём говорила великий дух, и сразу отошли от сильнейшего человека.

— Рем извиняется за свою излишнюю настойчивость.

— ... Из... Извини.

— Ааа... Хорошо.

Сердцебиение Кинга постепенно начало нормализовываться, но это всё равно не дало ему новой информации.

— Так кто вы? И где я оказался?

— Рам понимает, что ты тоже бываешь способен на юмор, но сейчас не вре...

— Помолчи уже, ленивая горничная! Бетти сама всё расскажет! Это уже не шутки, в самом деле.

После подтверждения Беатрис группа поняла, что Кинг действительно лишился памяти.

— Возможно, контрактор Бетти сможет понять, как вернуть себе память, когда до конца услышит пересказ своей жизни, но сначала она должна понять, как много ты забыл. Вернее, что последнее ты помнишь, в самом деле?

— Ну. Я, как тот, кого назначили героем S-класса, находился на поле боя вместе с другими людьми против Ассоциации монстров и того, кого прозвали «охотником на героев». Я сделал всё, что мог, но всё равно был близок к смерти. Я думал, что умру, но в следующую секунду оказался... Здесь. И я по-прежнему не знаю, кто вы.

Беатрис глубоко вздохнула и на секунду положила руку на свой лоб, понимая, что Кинг забыл обо всём, что они пережили, но хотя бы он помнит остальные периоды своей жизни.

— Перед своей смертью тебя перенесли в другой мир. И ты забыл об этом после прочтения той книги, что лежит на полу, я полагаю.

Она сделала паузу, давая Кингу переварить новую информацию.

Что это за херня? Надо мной так угарают сейчас?

Он с недоверием кивнул, чтобы она продолжила объяснять его положение.

— Я Беатрис, твой дух. Те две глуповатых девушки — Рем и Рам. Рам — та, что с розовыми волосами, и она любит тебя, но ты выбрал другую девушку, в самом деле.

Сама Рам опустила глаза от стыда, будто она думала над тем, чтобы влюбить в себя Кинга, пока тот ничего не помнит, и увести его у Фредерики. Конечно, она бы этого не сделала, но сама мысль появилась в её голове.

— Вообще-то Рем ты тоже нравишься. Просто в ней здравого смысла намного больше, в самом деле.

Ну да, могли бы и кого помоложе найти себе. Тем более, что это просто фанатки... Наверное.

С этими мыслями Кинг кивнул маленькой девочке, которая называла себя его личным духом, и она продолжила рассказывать краткое содержание его жизни из учебника под названием Re:King. Это название Беатрис придумала сама на основе геймерских терминов из мира Кинга. Название, говорящее о том, что он начинает жить в новом мире с чистого листа.

— По большей части ты в безопасности. Но бывают моменты, когда тебе придётся использовать свои способности. Бетти и те две близняшки знают о том, какая твоя настоящая сила, в самом деле.

Я же правильно понял, что они знают об отсутствии у меня силы? И всё равно общаются со мной и даже любят меня... Охренеть.

— Только вы трое знаете об этом?

— Ещё твоя девушка, Фредерика. Однако с собой на это задание ты её не взял. Слишком уж опасное место, я полагаю.

Настроение Кинга заметно улучшилось, хоть усталость с его лица и не пропала. По его воспоминаниям, он только что потерял сознание, пытаясь защитить Фубуки своим телом и клетчатой рубашкой, но резко встал и оказался в каком-то здании рядом с людьми, которые его знают и уважают даже больше, чем в его родном мире. Эта же рубашка сейчас была на нём. Похоже, что Кингу нравилась одежда, в которой он ходил в своём мире, и потому он надевал её при любом удобном моменте. Адекватная для похода в Песчаные Дюны одежда лежала в одном из рюкзаков, оставшемся в повозке.

— Так где мы находимся? Это не похоже на дом, в котором я мог бы спокойно жить.

Не сдержавшись, Рем подошла к Кингу и начала шептать ему на ухо предупреждающие слова.

— Ты только не переживай понапрасну. Большая часть всех неприятных событий уже позади, и ты действительно стал сильнее. Мы трое знаем, что ты изначально простой человек.

Эти слова успокоили обстановку, которая постепенно нагнетала Кинга.

А, ну раз большая часть позади и я стал сильнее... Насколько?

— Сейчас мы находимся в Сторожевой Башне Плеяд. Временное правительство нашей страны, Лугуники, отправило тебя, чтобы ты в этом месте помог найти лекарство от неизвестной болезни, которая не так давно уничтожила прошлую королевскую семью, в самом деле.

Кинг одновременно слушал Беатрис и ощупывал своё тело.

Да, я действительно подкачался. Мне и так повезло, что я оказался довольно высоким и на вид мускулистым, но теперь эти мышцы настоящие. И эта рубашка... Идеально сидит на мне, хотя я должен был и в массе прибавить. Одна из девушек сшила мне одежду, похожую на старую? Ладно, это на потом.

— Теперь я хоть знаю, где я и кто вы. А памяти я как лишился?

— Сегодня ты прошёл два испытания из трёх. Во втором ты победил человека, до недавнего времени считавшегося сильнейшим. Даже такая очаровательная и сильная Рам не смогла это сделать, ты был единственным и не захотел идти на последнее испытание в одиночку. И ты подумал, что сможешь помочь остальным победить того отвратительного дегенерата, прочитав о нём в книге.

Рам тоже старалась помочь Кингу. В основном потому, что она всё-таки любит его, но на самом деле эта любовь ничего не будет стоить, если она оставит своего возлюбленного на других, отмалчиваясь в стороне.

— Ты про ту книгу, что до сих пор лежит на полу?

Кинг присел и протянул руку к книге, которая была открытой и лежала страницами вверх.

— НЕТ!

Рам схватила Кинга за руку и потянула её вверх, чтобы он не смог её взять. Она, конечно, сдерживала свою силу, чтобы не навредить мужчине.

— Почему? Если я потерял память из-за неё, то я также могу и вернуть её. Либо потерять ещё раз. И я же потерял только память из этого мира, значит, вообще всю потерять и не смогу.

— Так оно и может быть, я полагаю... Но Бетти считает, что книга не обязана стирать тебе всю память за раз. А может быть, это и запечатывание воспоминаний вместо стирания, я полагаю.

Беатрис и Рам поняли мышление Кинга, но эти предметы из библиотеки Тайгеты максимально странные. Прошлая книга, которую читал Кинг, дала ему воспоминания об охотнице за кишками, а следующая отняла у него память.

И что же они тогда предлагают?

— Вы говорили, что я стал сильнее. У меня появились какие-то способности?

— Конечно да, наставник! Этот твой «БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ» всех сводит с ума, и даже тот палочник Рейд со второго испытания проиграл тебе, отбежав в страхе!

— Рем советует Шауле помолчать и не вводить Кинга в большее заблуждение, чем уже есть. Тем более, что ты лежала в отключке, пока наш Кинг сражался с тем палочником, и узнала об этом, когда остальные тебе рассказали на обратном пути.

— Ну блин... А я лишь хотела помочь наставнику и показать ему, какая я крутая. Ммм...

Кинг попросил рассказать о его новых способностях, а Шаула рассказала про давний стереотип о его силе. Хорошо, что другие девушки были адекватнее.

— Рам любезно напомнит тебе об одном моменте, когда ты уже смог вспомнить прошлое. Тот мужчина, которого зовут Лысым Плащом, тоже попадал сюда и сражался с сильнейшим человеком этого мира. Он уничтожил его со всем этим миром одним ударом, а потом вернулся в прошлое и вырубил его также с одного удара.

О, это она про Сайтаму. Он даже в прошлое перемещаться умеет, значит... И судя по её словам... Я ТОЖЕ?!

— А как я это сделал?

— В этом мире существует сила, называемая полномочиями, основанная на грехах. У тебя их шесть, и одно из них и должно дать тебе возможность всё вспомнить. Но ты не говорил нам, какое, в самом деле. Бетти скажет, что это точно не Зависть и не Лень.

Значит, у меня откуда-то появились эти способности грешников. Откуда именно, мне не надо знать. Главное, что я могу попробовать вернуть себе память. У меня ж даже девушка тут есть, а я, бляха, ни капли о ней не помню!

— Как мне активировать эти способности?

Похоже, что они действительно хотят мне помочь. Не вижу причин, чтобы идти против них. Да я и не смогу.

— Ты говорил, что нужно просто сконцентрироваться и начать думать об этих способностях.

— Я постараюсь.

Кинг подобрал книгу и закрыл глаза, пытаясь сфокусироваться на попытке вернуть себе воспоминания.

По логике, я умер в своём мире и теперь живу в этом. А эта пятёрка рассчитывает на меня. Мне даже не нужно стоять против монстров, способных стереть меня одним ударом, как несколько минут назад! Я просто должен вспомнить своё прошлое! Вспомнить своё прошлое! Своё прошлое...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Платиново-фиолетовое сияние накрыло Кинга, и он погрузился в своё прошлое, будто смотря отрывки с геймплея от первого лица.

Кинг стоял в переулке, глядя на трёх бандитов, едва ли похожих на людей. После того как он довёл до слёз гриба слева, а худощавый и толстопузый бандиты посмеялись со своего друга, толстый заметил попытку ухода своей жертвы грабежа и остановил её.

— И что вы собираетесь делать?

— Конечно же, изобьём тебя, придурок!

— Ок.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Чувак. П-просто от-тдай нам то, что у тебя есть, и б-будь свободен.

— Довольно, злодей!

— Достаточно.

С одной стороны сереброволосая эльфийка, а с другой — красноволосый... рыцарь?

Бандиты с воплем разбежались, а Кинг познакомился с Райнхардом и Эмилией. Они пошли искать воровку, укравшую значок Эмилии.

Я не хочу умирать...

Они добрались до дома с добычей. Внутри находились маленькая девочка пятнадцати лет и старый великан.

— Так ты всё это время просто игрался со мной, мужик?

— О чём ты?

— Ты ещё в переулке активировал свою ауру смерти или что-то такое, отчего в радиусе пары километров раздавался звук и было очень страшно. Я едва успела запрыгнуть на крышу одного из домов, чтобы сбежать.

— Защитная реакция от того, что меня грабят.

Кинг заметил тень, которая незаметно для обычного человека приблизилась к Эмилии сзади.

— СЗАДИ!!!

— Пак...

— Это действительно было близко. Зря я предполагал о тебе худшее. Ты спас нас.

— Ага.

— Великий дух, так ещё и Святой Меча. Ха-ха-ха, замечательно! Это точно будет мой лучший танец! Покажите мне ваши кишки!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Я порублю всех здесь, а потом заберу знак отличия.

— Достаточно. Твоим противником буду я!

Яркий свет прорвался сквозь дом добычи, лишившийся крыши.

— Похоже, я переусердствовал...

— Всё закончилось?

— Да.

— Спасибо, Райнхард. Ты серьёзно спас меня сегодня.

Дважды.

— Я был рад помочь, но вы и сами могли справиться.

Деревянные обломки разлетелись в дребезги.

— ТЫ!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Эльза собиралась убить Кинга, но пол под ней провалился.

— Когда-нибудь я вспорю животы всем в этой комнате. Так что до тех пор берегите свои кишки!

Кинг потерял сознание. Открыв глаза, ему в глаза ударил незнакомый искусственный свет.

Выйдя из комнаты, он оказался в бесконечном коридоре.

Успокойся! Паника ни к чему хорошему не приведёт. В подобных ситуациях обычно нужно найти правильную дверь.

Он открыл одну из дверей и попал в библиотеку.

— Какой же ты всё-таки невыносимый тип, я полагаю.

— Извини. Я тебя не заметил.

Подожди. Если это действительно она затащила меня в бесконечный коридор?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Бетти не собиралась причинять тебе вреда, я полагаю.

Она хотела взять у него ману, чтобы проверить его на враждебность.

— Я великий дух Запретной Библиотеки, созданный матерью.

— И как давно мать оставила тебя здесь одну?

— Прошло четыреста лет... Мать приказала ждать того человека...

— С чего бы ей определять, кто будет для тебя тем самым? Она вообще знает, как этот человек должен выглядеть?

— В книге мудрости Бетти... ничего не написано.

По её левой щеке скользнула одна слезинка.

— Если так, то значит, что ты сама должна определить, кто станет для тебя тем самым. Хватит зацикливаться на пустой книге и словах матери о том, чтобы сидеть в библиотеке. Ты сама должна выбрать, чего ты хочешь.

— Я переживу всех людей.

— Рано или поздно этот момент действительно настанет...

— Кинг. Ты станешь тем человеком для меня?

Она протянула руку.

— Да. Я буду рад стать для тебя тем самым, Беатрис.

Они зашли в столовую.

Эмилия действительно наняла клоуна?

— А ты удиви-и-ительнее, чем я ду-у-умал. Добрался до самого особняка Розвааля Л. Мейзерса, ничего не зная об этом ми-и-ире. И на раба-а-а ты не похож. Так отку-у-уда же ты?

— Дело в том, что я из другого мира.

Он рассказал всем о героях и монстрах из своего мира.

— Вы были одним из героев, Кинг-сама?

Какой уж там герой? Это...

— Меня пригласили в Ассоциацию героев и назначили героем S-класса.

Иронично, что меня, жалкого и трусливого, завысили и восхваляли как сильнейшего. Нисколько я не силён. Почему меня называют сильным во всех мирах, где я появляюсь?!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Вот настолько силён контрактор Бетти!

— Дорогой Ки-и-инг, я понимаю, почему ты отказываешься от награ-а-ады. Но всё же ты сде-е-елал довольно много и для меня лично. Поэ-э-этому прошу тебя принять хотя бы мою награду.

— Тогда... Прими меня на работу в особняк.

— Хорошо. Ты принят.

Следующий рабочий день не сильно отличался от первого.

Возможно, попадание в другой мир — лучшее, что со мной случалось.

— Кинг-сама, не могли бы вы поподробнее рассказать о своей прошлой работе?

Я ведь не могу честно сказать, что меня ошибочно приняли за сильнейшего и присваивали все заслуги, что должны были достаться другим. Все они были сильнее меня.

Этот рабочий день подходил к концу.

— Контрактор Бетти должен сесть. Тебе ведь не обязательно напоминать, что Бетти — дух и неотъемлемая часть Кинга? Ты можешь рассказать мне обо всех своих проблемах, в самом деле.

— Нет у меня никакой силы! С самого начала, по какой-то причине все люди видят во мне героя. Я просто... Величайший лжец своего мира, а не герой.

— Знаешь... Ты... На самом деле герой, я полагаю.

Он начал тренироваться.

— Кажется, у нас заканчиваются специи...

— Я собиралась пойти в деревню завтра...

— Тогда как насчёт того, чтобы перенести этот план на сегодня?

На обратном пути девочка потянула его за собой и показала щенка.

— Я на это не поведусь.

— Получается, ты меня раскрыл.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

После убийства огромной собаки на него рычало ещё несколько десятков.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

А? Все собаки мертвы?

Поначалу следующее утро было спокойным.

— Не хочешь ли стать рыцарем леди Эмилии?

— Я согласен.

Через месяц, на церемонии начала Отбора.

— Прошу вас изъясниться поподробнее, господин...

— Я рыцарь леди Эмилии, Кинг, ваше высочество. И я ошибся, назвав это простым богохульством. Вы лишь невежды и идиоты!

Результат одного вырвавшегося слова.

— Я бы хотел перевести дух.

— Я понимаю. Можете выйти, господин Кинг.

— Никто не смог опровергнуть подлинность твоих слов, но и не сказать, что они были им по душе. Я, Юлиус Юклиус, обязан вызвать тебя на дуэль!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— А ты уже к поединку готовишься, значит.

— Что ж... Начнём.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Я требую реванш прямо сейчас.

— А? Ладно.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

С момента позорного падения Юлиуса Кинг постепенно успокоился до того уровня, что сам стал контролировать громкий звук сердца.

После дуэли Круш вызвала его на разговор.

— И что же вам понадобилось от такого невзрачного булыжника, как я?

— А вы решили сразу перейти к делу, Кинг. Очень хорошо. Не хотите ли вы принять участие в походе на Белого Кита?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Кит пролетел над Кингом и врезался в Дерево Флюгеля.

Они доехали до деревни, и каждый занял свою территорию.

— Я архиепископ греха Культа Ведьмы, представляющий Лень — Петельгейзе Романе-Конти!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Предельная Пушка Волнового Потока Адского Огня!

— КИИИИИИИИИИИНГ!

Что, мать его, происходит?

Через несколько дней Кинг приехал в святилище.

— Меня зовут Ехидна. Вы уже знаете, что я Ведьма Алчности. А ты не боишься меня с учётом моего титула. Я в целом удивлена.

— Бояться нечего.

— Верно. Чего же бояться герою S-класса и сильнейшему человеку? Но не стоит так переживать. Ты, сам того не осознавая, меняешь мир вокруг себя, не имея никакой силы.

Для начала ты должен заглянуть в своё прошлое.

— Ну и как тебе твоё прошлое? Да, это было совсем недавно, но всё же. Навело на какие-то мысли?

— Значит, первое испытание пройдено.

А второе испытание-то будет?

Узри смысл своих действий.

Вот что могло произойти, если бы я не пришёл. Значит, я действительно был им нужен...

После испытания перед Кингом появилась Сателла.

— Ты никогда не задумывался над причиной попадания в этот мир?

— Мои размышления ни к чему не привели.

— В твоём родном мире уже есть человек, способный спасти его. А здесь не было никого. Две страны из оставшихся четырёх могут быть уничтожены в течение ближайших двух лет. Чтобы повысить шанс на сохранение мира, я выбрала героя из другого мира, которого называли сильнейшим человеком.

— Это ложь. Физически я самый обычный человек.

— Я знаю. Ты ведь и в своём мире попадал в такие ситуации. Но здесь... Они случаются намного реже. И их масштаб меньше... Что бы ты ни делал, любые твои действия приведут к спасению этого мира. Пожалуйста, не ставь себя ниже остальных. В тебе могут видеть сильнейшего, могут видеть неуязвимого, могут видеть опору, но ничто не мешает тебе опираться на других так же, как они опираются на тебя — всё честно. Сражайся вместе с ними с максимальной отдачей, не рассчитывая только лишь на удачу, и помни, что всегда есть люди, которые будут любить и уважать тебя.

Раз я продолжаю играть роль героя, то мне нельзя убивать. Поэтому я должен попробовать спасти тебя.

Через несколько дней Кинга вызвал Совет мудрецов.

— Вы не собираетесь становиться предателем королевства с целью его уничтожения?

— Нет. Я просто хочу жить жизнью обычного человека, насколько это возможно.

— Понятно. Остался последний вопрос. Планируете ли вы стать шестым кандидатом?

— Не горю желанием.

— В таком случае... Совет мудрецов больше не смеет вас задерживать.

Через две недели две девушки постучались в комнату Кинга.

— Кинг-сама, можно войти?

— К-кинг... Всё дело в том...

— Боже. Просто возьмите и признайтесь уже, в самом деле.

Рам и Фредерика произнесли это одновременно.

— Я люблю тебя, Кинг!

— Я знаю и тоже хочу кое в чём признаться. Дело в том, что я самый обычный человек.

— Я знаю.

Через два месяца Кинг сводил их на свидание, после которого сделал выбор.

— Больше всего я люблю Фредерику.

Сразу после ухода Рам Кинг перестал быть магом.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Через несколько месяцев в Пристелле:

— Позвольте представиться... Я архиепископ греха Культа Ведьмы, олицетворяющая Гнев. И зовут меня Сириус Романе-Конти.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Вы... Грязные ублюдки!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Я архиепископ греха Культа Ведьмы, олицетворяющий Алчность. Регулус Корниас.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Почему?! Почему, почему, почему, почему?! Как вы, как вы могли?! Что вы сделали с Полномочием Алчности?! С моими правами?!

— У подобных тебе свиней и не должно быть никаких прав, в самом деле. Минья.

— Сайтама!

— О, Кинг. А ты быстро. И ты всё-таки подкачался.

Они шли к ратуше, чтобы объявить о своей победе над культистами.

Внезапно нищий ребёнок с тёмными длинными растрёпанными волосами, почти достающими до земли, и глазами цвета изумруда спрыгнул с крыши прямо на Кинга и коснулся его своей рукой.

— Кинг... Гххх-Кхх!?

— Чё там такое? Монстр?

— ДА!!!

ОБЫЧНЫЙ УДАР

Через месяц:

— Похоже, что в этом случае меч просто боится выходить из ножен и не выйдет, пока ты не захочешь...

Легендарный Святой Меча упал с одного удара, и только Кинг был удивлён до такой степени, чтобы внешне не выразить никаких эмоций.

Что за херня сейчас произошла? Типа... Сайтама мир уничтожил!

С дуэли Сайтамы и Райнхарда прошёл ещё месяц.

— Официально меня заставляют идти к башне для получения лекарства от болезни, которая когда-то поразила королевскую семью.

МЕНЯ ОПЯТЬ ХОТЯТ СОЖРАТЬ?!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

А это разве не тот самый эффект искры, который обычно показывают в играх перед взрывом...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Налево или направо?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

С чего это они делают вид, что теперь всё нормально? Не собираются ли они напасть на меня вдвоём?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

А может, тут вообще нет выхода? И тогда я умру.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Я четыре сотни лет ждала наставника не для того, чтобы он так просто ушёл от меня. Как минимум я личная подушка и секс-рабыня наставника!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— А-А-А-А-А!

«Коснись самого яркого героя, убитого Шаулой».

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Добейся признания от дурака, достигшего Небесного Меча.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— ... Испытание пройдено. Итак, кто там следующий?

— Этот старик хотел бы отступить. Позволите ли вы нам это сделать?

— Да и хрен с вами! Один прошёл... Двое продвигаются дальше. ЛАДНО!

— Ты правда уверен, что собираешься её читать?

— Да всё будет нормально, это ж начальник!

— Кинг-доно. Вряд ли вам стоит это говорить, но будьте осторожнее.

— Рам, конечно, рада, что прошлая книга в долгосрочной перспективе ничего плохого не сделала, но твоя наглость тебя когда-нибудь и придушит.

— Вот ведь непутёвый контрактор, в самом деле. Так уж и быть, Бетти постоит рядом с тобой.

Вернув свои воспоминания, Кинг попал в очередную белую комнату наподобие тех испытаний, что он проходил. Но это место называлось коридором воспоминаний. И был там Кинг не один.

— Мелкая, чё с тобой?

Эта мелкая со светлыми волосами лежала в позе эмбриона, обнимая колени.

— Ха. Х-ха. ХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХХАХАХА. Гх-кх!

Кризис идеальной жизни

Я и после испытаний Ехидны начал думать, что не так уж я и плох как герой. Но повторный просмотр заставляет меня верить, что без моего прихода все остальные бесполезны.

— Ха-ха-ха-ха... Ну и бредятина.

— ВОТ ИМЕННО!

Одновременно с этим криком души девочка, одетая лишь в одно белое платье, резко встала и указала пальцем на Кинга.

— Это бред такого же сумасшедшего, как мы... Нет, это хуже!

Она развела руками со слезами на глазах. Её состояние не было самым плачевным, но довольно близко. Больше похоже на пять стадий принятия, но без принятия. Сейчас она находилась на стадии гнева.

— У тебя есть всё, чего мы хотели! Но при этом ты каждый раз натыкаешься на монстров, которые могут убить тебя, а ты просто стоишь от страха и безысходности! И они сами убегают от тебя в страхе или умирают!

— И зачем ты мне это рассказываешь? Я и без тебя знаю, какая у меня жизнь. И кстати. Ты вообще кто?

Сам не в восторге, но я давно научился видеть в этом хорошее.

— Луи Арнеб, архиепископ Чревоугодия.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— ААААААААААА!

Девочка с криком подпрыгнула и запнулась от своей же реакции.

— НЕ ИЗДЕВАЙСЯ НАДО МНОЙ!

— Ладно.

Вообще-то мне реально стрёмно стало. Эта мелкая хоть не такой грязной выглядит, как её братья. Вот я и подумал, что она просто потерялась.

Луи снова встала, медленно вдыхая.

— Хоть мы и знаем, что это изначально не сила, но всё равно страшно!

— Так а от меня ты чего хочешь? Зачем забирать у меня память?

— Мы хотели идеальной жизни!

— А?

Сейчас начнётся философская хрень типичного антагониста из фэнтези? Наверное, зря я у неё это спросил.

— Всё в порядке, можешь не продол...

— Именно мы не имеем даже своего тела в том мире! Мы ищем идеальную цель с лучшими воспоминаниями, чтобы наша жизнь была совершенной!

Оу... Не будь она ещё одним архиепископом, мне бы стало её жалко.

— И этой «идеальной целью» стал я? Как удивительно.

Кинг проговорил это, показав пальцами кавычки. Он настолько преисполнился в своей роли маяка для сильнейших монстров, что активно продолжает иронизировать эти моменты своей жизни.

— Но есть нюанс!

— Может и есть. Но действительно ли это настолько плохо, что прям так сильно орать надо? Потише будь, пожалуйста, уши закладывает.

Сейчас Луи находилась на стадии депрессии. Слишком уж рано она обрадовалась, что нашла подходящий сосуд для своей идеальной жизни.

— Действительно плохо?! Ты каждый раз чуть ли не умираешь от страха, пытаясь не обмочиться! И каждый раз ты в миллиметре от своей смерти! Может, ты в этом и не виновен, но ты и есть монстр!

Да в смысле? Чё я сделал то опять?

Кинг недоумевал с того, как его только что назвали.

— Я истинный монстр?

— Да! Чёрт возьми, так и есть! Из хорошего только игры и аниме, а из плохого... Всё остальное, от затворничества до монстров! Для нашей жизни братец Кинг — истинный монстр!

Истинный монстр, да? Было бы интересно посмотреть на реакцию Гароу, если бы он увидел эту сцену перед собой.

— И вообще я давно не затворник. У меня так-то свадьба уже скоро.

— Нам всё равно! Мы не хотим быть рядом с братцем ни секунды дольше! Нам физически плохо! Жизненно плохо! Судьбоносно плохо! Так что исчезни! А съесть братана... Никто не сможет! Один сдох, второй имени не знает!

— О, так ты меня отпускаешь?

Кинг даже не услышал ответа. Его просто вытолкнуло из коридора воспоминаний.

Когда «истинный монстр» исчез, Луи Арнеб осталась в Коридоре Воспоминаний одна.

Даже она, пожравшая несметное число воспоминаний, не могла постичь сильнейшего человека. Она не понимала, как он может оставаться таким спокойным, учитывая, насколько часто это с ним происходит. Да, у него были долгие перерывы... В новом мире, а не в старом. И все считали его сильнейшим героем. Почти каждый, за исключением одного лысого парня, поддерживал его в том, чтобы он побеждал монстров. Она также не понимала, почему не смогла отнять всю его память. Полномочие Чревоугодия должно было поглотить его воспоминания до самого рождения, но ей достался лишь последний год.

— Что-то пошло не так, да?

Внезапный голос в, казалось бы, пустом коридоре заставил Луи ошеломлённо обернуться. Источник голоса стал ясен в ту же секунду.

Перед ней стояла…

— …Мы.

— Ага, мы. Те, которым не повезло тут торчать в ожидании. Ну что, кто из нас станет частью братана и сыграет в демо-версию лучшей жизни?

Говорившей была её точная копия — другая Луи Арнеб. Единый Фактор Ведьмы разделился надвое, разделив и их души, хоть они и оставались одной личностью.

Это стало возможным, поскольку Луи была душой без тела, не боящаяся перемен. Но эта вторая Луи не пережила того же стресса. Её беззаботное выражение лица казалось первой Луи чем-то далёким.

— Что с лицом? Где братан? Он вышел?

— ...

— И почему ты молча стоишь со слезами на глазах? Ну же! Ты ведь выполнила свою задачу, да? Мы, может, и облажались с тем, что он слишком быстро нашёл выход, но внедрились-то мы нормально. Он даже не заметил нас внутри себя!

Их план сорвался из-за неожиданной помехи. Они и представить не могли, что съеденные воспоминания могут дать сдачи. Возможно, если бы не та помеха, сейчас она была бы с ним одним целым.

— Ну чего ж ты молчишь-то?! Рассказывай! Ты же всё видела! Жизнь Кинга, его сила, его полномочие!

«Вторая» Луи восторженно протянула руку к плечу первой.

— Не произноси это имя!

«Первая» Луи грубо оттолкнула руку, изо всех сил.

Перед ней стояла «вторая» Луи с таким же лицом и с таким же прошлым. Та, что была частью её души. Но теперь для неё она была чужой.

— А? Что это ещё такое?

«Вторая» сжала руку в кулак. Затем, глядя на неё сверху вниз ледяным голосом, она заскрежетала зубами.

— Что это… что всё это значит?.. Что за умысел, что за мысли, что за намерения, а?! Мы же не так договаривались! Что с тобой, мы?! Что это за реакция?! Отношение?! Что это за ответ?!

Присев перед ней, «вторая» схватила свою «первую» за волосы. Она силой заставила её поднять голову, и их одинаковые лица оказались так близко, что они чувствовали дыхание друг друга.

— Это же бред! Бред, бред полнейший!

«Первой» было нечего возразить. В первое время план и правда шёл гладко: она, находясь в теле сильнейшего человека, пережила его полномочие Зависти — «Двигатель Кинга». Всё бы ничего, только вот для эффективного действия он обязан испытывать страх. Только в этом случае получится идеально исказить мир для благоприятного исхода.

Больше всего Луи поразил тот факт, что до попадания в этот мир у Кинга получался тот же результат, но без полномочия. У него не было никаких способностей, и ему раз за разом везло на «героев», которые находились рядом с ним. Хотя не совсем понятно, можно ли считать это везением, если он постоянно натыкался на монстров, желающих убить его. Возможно, судьба лишь хотела подшутить, устроив ему эмоциональные качели.

— Так почему же ты нас отвергаешь?!

— НЕЕЕЕТ!!!

— Угх!

«Вторая» Луи с силой дёрнула за волосы «первую», и она взвыла от боли и страха. Она оттолкнула «вторую» в грудь; та вскрикнула и упала. Они уставились друг на друга недоверчивыми глазами. В белом мире повисла мучительная тишина. И пока «первая» молчала, «вторая», широко раскрыв глаза, прошептала:

— Неужели… ты хочешь забрать Полномочие себе?

— ……

— Решила, раз уж заполучила «Двигатель Кинга», то можно избавиться от братана и наслаждаться этим в одиночку? Оставив нас ни с чем?

— Н-НЕТ!

Не может такого быть. Она ни капли не хотела присваивать себе это. Если бы это было возможно, она бы отбросила эти воспоминания. Но она не могла, потому что это память самой Луи Арнеб. А свои же воспоминания нельзя отнять.

Она хотела счастья. Но та жизнь, которую она пыталась присвоить себе и которую она обрела несколько минут назад, резко сокрушила Луи и её сердце. Но «Вторая» Луи, глядя на неё, дрожащую от страха, этого не понимала.

— Мы не позволим тебе одной владеть нашим счастьем!

— Нет! Нет, нет, это не так! Совсем не так! Вообще нет!

— Мы тебе не верим! Никогда бы не подумали, что нас предадут! А мы, оказывается, хороши! Да-да, понимаю. Всё я понимаю!

— Не надо! Ты не понимаешь! Ты не понимаешь, что мы чувствуем!

— Нет, понимаем! Ведь речь о нас.

«Вторая» вскочила на ноги и сложила руки на плоской груди.

— Конечно. Чтобы стать счастливыми, нужно идти по головам! Счастье — вещь хрупкая, тает от любой мелочи!

Широко улыбнувшись, она бросила косой взгляд на плачущую «первую».

— А что, если мы сделаем что-то недоброе? Нам, завладевшим «Двигателем Кинга», никто не сможет противостоять! Здорово же мы это придумали!

— Оставьте нас в покое! Мы не хотим умирать от страха! Мы не хотим этого! Не хотим, не хотим, не хотим!

— Хватит так нагло лгать! Не хочешь бояться? Если тебе не нужно, отдай нам! Какое же ты жалкое создание… не могу поверить, что это мы!

Вторая Луи отреклась от неё.

В тот же миг «первой» Луи показалось, что внутри неё что-то высохло, треснуло и рассыпалось в пыль. Она не знала, что именно в ней сломалось.

— Кинг наш!

«Вторая» ничегошеньки не знала о том, кто он такой, но говорила о нём свысока. Хотя по-настоящему понимала его лишь «первая», а эта позволяла себе нести всякий бред.

— Дай и нам это испытать!

Набросившаяся на неё «вторая» хотела отнять воспоминания, что делали Луи самой собой. А отдать их — означало смерть для Луи Арнеб.

— А-а… АААААААААААААА!!!

В коридоре воспоминаний начался жёсткий и бессмысленный бой, который никто не видел, до которого никому не было дела и в котором не было победителя.

Божественный дракон

Кинг вернулся в реальный мир, стоя с книгой в руках.

В итоге мы так и не нашли ответ, как победить Рейда. Мне на это третье испытание только с Беатрис идти, значит.

Он открыл глаза.

— А где все?

В библиотеке находился только Кинг. Остальные шестеро куда-то ушли.

Ну не могли же они меня совсем бросить. Значит, они либо отдыхают, либо снова пошли к испытанию.

Кинг сразу отбросил самую негативную мысль. Они достаточно прошли вместе, чтобы он перестал в них сомневаться.

Первое место, к которому он решил пойти, был второй этаж, на котором и находилось второе испытание с призраком Рейда Астреи.

— О, вы все тут.

— Кинг-доно, вы уже вернули себе воспоминания?

— Да.

Сильнейший человек осмотрел свою группу. По лицам некоторых из них скатывались капли пота, но в остальном всё было как обычно. Единственное, что волновало Кинга, это пара чьих-то коротеньких рук и ног с некоторым количеством волос позади группы.

— Тут что-то произошло?

— Ну, тут ещё какой-то немытый пацан появился, и я сразу поняла, что он не из компании наставника. А. Ещё он пытался упрыгать от нас, поэтому я просто использовала Адский Выстрел.

Шаула говорила об оставшемся архиепископе Чревоугодия, который каким-то образом оказался в башне и, скорее всего, искал возможность дать своей сестре физическое тело и уйти вместе с ней. Его не волновало, что он, по сути, был единственным из живых и действующих архиепископов. Его смерть будет равнозначна последнему гвоздю в крышку гроба Культа Ведьмы, который никогда не сможет оправиться от этого кризиса.

— А, понятно. Ну, я так и не нашёл, как вы можете победить Рейда. Значит, нам с Беатрис придётся вдвоём идти.

— ... Бетти так и знала, в самом деле. Ладно, пошли уже, я полагаю.

Эти двое поднимались по лестнице на первый этаж, чтобы пройти последнее испытание.

— Бетти извиняется за свой проступок, в самом деле...

— А? Ты о чём? О тех печеньках, которые Рем готовила для меня? Ну, я бы в любом случае поделился ими с тобой, так что забудь.

А хотя нет, вру. Они слишком вкусные, чтобы отдавать вообще все. Да, Рам тоже неплохо подтянула свои навыки, но готовка её сестры...

— Я не об этом, в самом деле! Х-хотя, за это тоже, полагаю...

Беатрис отпустила руку Кинга и приложила два указательных пальца друг к другу, изображая извинение с искренним чувством вины.

— Дело в том, что Бетти оставила тебя одного в библиотеке, когда услышала шум на этаже выше. Мы все побежали туда, думая, что тебе ничего не угрожает. Там был этот последний архиепископ. Хоть ты и пришёл к нам почти сразу после того, как Шаула разобралась с ним, Бетти всё равно очень стыдно, что она оставила своего контрактора, в самом деле.

Сразу после окончания своего раскаяния она почувствовала, как Кинг поглаживает её по голове.

— Со мной-то реально ничего такого не случилось. Там был последний архиепископ Чревоуго...

— Значит, Бетти не стоило оставлять тебя!

— Да погоди ты.

Кинг понимал, что она искренне переживает за него. Всё-таки они где-то полтора года как одно целое.

— У неё даже своего тела не было, и я её победил лишь тем, что она сама расплакалась от того, что взяла у меня память.

По взгляду Беатрис Кинг уже понял, что она хочет от него услышать дальше, но сейчас не время.

— Поподробнее давай потом. Сейчас у нас испытание.

— Ты прав, в самом деле.

Всё это время они продолжали идти по лестнице и через пару минут дошли до последнего этажа.

— Ты. Тот, кто достиг вершины Башни. Ступи же дальше, о всемогущий проситель. Я, Волканика. Согласно древнему пакту, я вопрошаю волю достигшего вершины.

Только зайдя на первый этаж, они сразу услышали голос и увидели могущественное существо, покрытое сияющей лазурной чешуёй. Во всей Лугунике... Нет, во всём мире не было никого, кто не знал бы его имени.

— Ну а я Кинг. Будем знакомы. И я это... Испытание проходить пришёл. Что нужно делать?

— Ты. Тот, кто достиг вершины Башни. Ступи же дальше, о всемогущий проситель.

Чего? Он просто повторил свою фразу?

— Значит, для начала испытания нужно пройти вперёд. А на самом испытании-то что делать?

— Я, Волканика. Согласно древнему пакту, я вопрошаю волю достигшего вершины.

Ну едрить тебя в корень. Пластинка, что ли, заела?

— Гарф оказался прав, я полагаю.

— На счёт чего? Деменции?

— Вообще это называют духовной смертью, а твой вариант всё упрощает, в самом деле.

В остальном молчаливый Божественный Дракон смотрел на них своими золотыми глазами.

А как мне проходить испытание, если я не могу узнать, что надо делать? Нет, пройти пару метров я могу. Только вот испытание начнётся, и он меня ведь по-любому сожрёт сразу. Как он стрёмно на меня смотрит...

— Ты. Тот, кто достиг вершины Башни. Ступи же дальше, о всемогущий...

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Так. Что тут происходит?

— О, проснулся таки! Мой контрактор действительно гениален... Кинг?

— Д-да, только я это не специально...

Испугавшись того, что его сожрёт лежащий дед с деменцией, принадлежащий к расе драконов, и его друзья навсегда останутся в башне, сердце Кинга забилось с такой мощностью, что создало землетрясение в пять баллов. Вот это и было самое сильное проявление его «двигателя» за всё время.

— Не похоже, что ты собрался проходить испытание. Так что это за звук был?

— Это... Моё сердце, если быть честным.

— Твоё... Сердце?

— Да, но я бы хотел узнать, как ты так быстро оправился от деменции?

Неужто он просто забыл о ней и стал нормальным?

— Моя душа опустела, а разум работал на десять процентов из-за того, что я создавал драконидов.

Волканика, по-прежнему в лежачем положении, подвинулся ближе к Кингу.

— Как только я услышал звук, исходящий от тебя, инстинкт самосохранения заставил организм совершить выброс маны в мозг. Потому я сейчас могу говорить нормально, но боюсь, что это ненадолго. Так что давай говори, что это за звук исходил от твоего сердца, и можешь считать испытание пройденным.

Таким образом я ему комп перезагрузил, значит. В очередной раз пришло время сказать правду.

— На счёт сейчас я уже сам не уверен, но по факту у меня до этого никогда не было никакой силы.

— А? И как это понимать?

— Буквально. Я изначально трусливый человек, который боится всего и не может сражаться, а тот звук, что я издал, был моим сердцебиением, вызванным страхом.

Волканика на секунду привстал и протёр глаза лапой, пытаясь не выдать своего удивления, после чего лёг обратно.

— Но в данный момент у тебя точно есть сила. Ты даже сильнее Сателлы.

Вспомнив свою знакомую ведьму, на его лице быстро появились признаки стыда, которые он стёр с той же скоростью.

— Не думаю, что я вообще смог бы попасть по тебе, хотя при попадании сам удар точно бы размазал тебя.

— Это я вижу...

Кинг сглотнул от напоминания их разницы в размерах.

— И ты не так уж боишься меня, хотя этот страх связан с моей внешностью.

— Я за водопадом видел существ намного крупнее и уродливее тебя.

При упоминании Великого Водопада ему снова стало не по себе. Когда-то давно его сородичи, такие же истинные драконы, улетели за водопад, поставив выживание на первое место. Волканика же остался в этом мире ради союза с людьми, за что другие драконы посчитали его трусом.

— Как интересно. Ещё один человек, который пришёл с водопада, как в этом мире говорят.

— Мне вот самому интересно, что за этим вашим водопадом находится. Скорее всего, количество других миров бесконечно.

— Давай как-нибудь в другой раз об этом? Даже твоя сила действует не вечно, и я скоро опять начну говорить только две фразы. Как-нибудь попозже можешь прийти, если хочешь. Точно так же разбудишь меня. А испытание я тебе всё-таки зачту. Теперь ты здесь мастер башни, и у тебя есть полный административный доступ к ней.

— Ок. Спасибо.

Перед тем как Кинг с Беатрис спустились вниз, дракон напоследок окликнул их.

— Слушай. Не ты ли и прошлые два испытания прошёл?

— Вообще да.

— А как ты Рейда тогда прошёл? Он даже твою силу прорезать может, она исходит из полномочий.

— Наверное, он и прорезал. Там ситуация как с тобой примерно.

— А, понятно. Давай, удачи.

Они начали спускаться по лестнице.

— Это был самый странный диалог в моей жизни, я полагаю.

— Самый обычный диалог с Сайтамой. Только тут немножко дракон.

Не, он прикольный мужик. Только вот я не хочу сюда возвращаться из-за того, сколько тут зверодемонов на пути в башню. А так, пора сваливать отсюда.

Спокойствие?

Вечером, спустя десять дней, группа, уже без Вильгельма, вернулась в особняк Розвааля. Сам Демон Меча попрощался с ними, когда они оказались в столице Лугуники. Он вернулся к своей леди, а все остальные уже подходили к их дому.

— У~аау!

— Да, мы уже пришли к дому.

Кинг поддерживал диалог с Луи... Или скорее пытался это делать. Её, как и Шаулу, забрали из башни и привезли домой. Девочка, несмотря на свои новые обстоятельства, казалась довольной и постоянно тянулась к Кингу, словно он был её единственной опорой в этом мире.

— И всё же Рем не считает хорошей идеей тащить в дом архиепископа.

— Я вроде уже объяснял, почему мы её взяли.

Даже до того, как она потеряла память и её интеллект упал до уровня годовалого ребёнка, Луи Арнеб мало что могла сделать самостоятельно без физического тела. Да, если упрощать, она забрала память Кинга, но тот вернул её быстро и без происшествий. Неясно, почему она вообще получила своё тело, но они нашли её в зелёной комнате.

— Начальник действительно собирается удочерить архиепископа... Нет, это точно звучит мощно! Просто...

— Странно, в самом деле.

— Наставник сам по себе странный, а оттого и самый интересный!

Никто кроме Шаулы не хотел соглашаться с идеей Кинга. Он и сам подумывал над тем, чтобы позволить им убить девочку, которая не так давно являлась последним архиепископом, но всё же он остаётся мягким человеком. Гарфиэль недовольно хмыкнул, но промолчал, понимая, что даже такой твердолобый пацан, как он, не может переспорить сильнейшего человека.

Сам Кинг в очередной раз размышлял над правильностью своих действий.

Да, зубастая. Да, её братья были ублюдками, что пожирали имена и память других людей. Да, она тоже поглощала какую-то часть... Чем больше я перечисляю, тем тупее звучит моё предложение. В любом случае, эта девочка меня не отпускает и до сих пор никого не сожрала, хотя времени у неё было предостаточно.

Луи шла рядом с Кингом, держа его за руку. Ближе всего к ней шла Шаула с противоположной стороны от Кинга. Остальным не понравилась перспектива идти с архиепископом Чревоугодия на расстоянии вытянутой руки. Они поглядывали на девочку, ожидая того, что она выдаст себя и нападёт на Кинга, но такого, конечно, не случилось.

Входная дверь особняка открылась за десять метров до того, как Кинг с остальными подошли к ней.

Эмилия и Фредерика подошли к группе быстрым шагом.

— Как же долго я этого ждала.

Фредерика дошла до Кинга и сразу прижала его губы к своим. Поцелуй был долгим, но обычным. На публике точно не стоило делать что-то большее, даже если почти все из них хорошие друзья и родственники. За их спинами раздались тихие смешки и одобрительные взгляды, а Шаула демонстративно отвернулась, скрестив руки на груди.

— Нечестно! Эта кошкодевочка целует моего наставника, а мне он не разрешает!

— Это Фредерика. Она и является его девушкой. Как будто Рам позволит ему брать ещё кого-нибудь в жёны... Кроме себя.

— Аааа. Я поняла.

Шаула до конца надеялась, что они шутят и у Кинга нет девушки. В таком случае ей остаётся только пытаться соблазнить его, что тоже не выйдет. Ни один из жителей особняка не позволит этому случиться, особенно Рам. В последние два слова она даже не вложила голос, но их можно было прочитать по движениям губ, если бы кто-то обратил на неё внимание.

— Значит, у нас пополнение. И почему эта девушка так открыто... Можно ли сказать, что она одета? Вроде да, раз на ней есть одежда, но это всё равно слишком вульгарно!

Эмилия больше всего беспокоилась за наряд Шаулы и подошла к ситуации более ответственно.

— Мы прямо сейчас пойдём и подберём вам что-нибудь!

— Эй, подожди! Я хочу ещё посмотреть на наставника!

Он давно закончил свой поцелуй с Фредерикой. Все кроме Шаулы и Эмилии уже вошли в особняк и разошлись по своим комнатам.

***

— Как всё прошло?

— Ну... Испытания в башне мы прошли, только лекарство не нашли. Да и мудреца там не было.

Фредерика начала расспрашивать Кинга о его похождениях в башне. Не стоило рассказывать об этом прямо перед сном, поэтому Кинг сразу перешёл к результату. Но её также интересовало и другое.

— Что это за новая девушка, которую ты привёл в особняк? И... Ребёнок?

Фредерика сузила глаза, ожидая объяснений. Она знала, что Кинг не из таких людей, но внешний вид той девушки вызывал вопросы. Она приподняла бровь, давая понять, что шутки стоит оставить в стороне.

— Это Шаула, и мудреца перепутали как раз с ней. Она же охраняла башню, как было приказано мудрецом. И она считает меня им.

— Ты ведь сказал ей, что ты не мудрец?

— Да.

— Не поверила, значит... С ней всё понятно. Ребёнок тоже с башни?

— Уаууу!

Луи улыбнулась Фредерике и полезла к ней обниматься. Та приняла девочку, не зная о её мрачном происхождении.

— Об остальном расскажу завтра. История реально долгая.

Начиная с того, как они попали в башню и заканчивая драконом с деменцией, который засчитал ему испытание, Кингу было о чём рассказать, но не сейчас. Он просто хотел спокойно поспать в своей комнате с любимой девушкой. Единственным вопросом было то, куда деть Луи. Если Фредерика просто не знает о ней, то остальные бы не согласились оставлять её наедине с Кингом.

— Сегодня ты спишь со мной в библиотеке, в самом деле.

— Уа-аау.

Луи с Беатрис вышли из комнаты, оставив Кинга наедине с Фредерикой.

— Ты правда думал, что оставив меня одну на целый месяц, можешь избежать последствий?

— ...

Кинг вздрогнул от того, как резко она прошептала эти слова, сильнее прижалась к нему и начала медленно опускать руку вниз. Её дыхание коснулось его уха, и он почувствовал, как по спине пробежали мурашки.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Нет, вы этого не сделаете!

— Боже, Рам дружит с одной извращенкой и влюблена в другого.

Вздрогнув от резкого открытия двери двумя близняшками, с последующими их словами, Фредерика подняла руку обратно к плечам Кинга.

— Я не помню, чтобы учила вас таким злым вещам.

Она притворно надулась, одновременно прижимая голову Кинга к своей груди.

— Ладно. Сегодня мы не будем ничего делать.

— Рем благодарит тебя за понимание.

Проснувшись на следующий день, все собрались в столовой.

— Значит, ты почти не появлялся в особняке.

— Да-а-а, всё именно так, как ты и говоришь, Ки-и-инг.

Розвааль наконец вернулся к своему растягиванию слов, а значит, излечился от своей депрессии, вызванной правдой о его наставнице, хоть она и оставила на нём неприятный осадок.

— Вот уж не ожидал, что наш дорогой Ки-и-инг захочет удочерить себе архиепископа греха-а-а.

— А давай ты больше не будешь так её называть? Я дам ей другое имя и хорошую жизнь, полную счастливых воспоминаний... И это всё равно лучше, чем пытаться воскресить ведьму.

— Что ж, не спорю. Но с этим действием твоё дно уже проби-и-ито, не так ли?

— С одной стороны, вроде и да, а с другой — она сейчас совершенно другая.

— Ну и ла-а-адненько, сильнейший человек. Главное, чтобы ты помог моей це-е-ели.

Бляха-муха. Я ему ещё год назад сказал, что вся его жизнь и эти действия ради его цели были бессмысленными. Так почему он продолжает заниматься этой дриснёй и так хочет вернуться к Ехидне? Помню, она говорила, что может воскреснуть и сама, но в другом теле... Он реально хочет встретиться с ней!

— В целом, если это касается только лишь вас двоих, то как хочешь. Только я в твоих проделках не участвую.

— Говоришь ты одно, а происходит совершенно друго-о-ое, дорогой мой. Но как ска-а-ажешь, мой самый ценный актив.

— Наставник, почему этот клоун обращается к тебе так, будто это ты его инструмент, а не он твой? Может, мне испепелить его?

— Пока не надо.

Как только отбор закончится, официально Розвааль «пропадёт без вести». Никто не узнает, что его убьют его же люди за все грехи, имеющие причастность к Ведьме Алчности. Но сейчас он им нужен живым как спонсор Эмилии на Королевском Отборе.

Я мог бы попробовать заставить его переписать всё имущество на меня, но он просто так не согласится.

— Кинг-сан.

— Что такое, мистер рвотный?

— П-п-прекратите уже так про меня говорить! Это было всего... Несколько раз!

Отто, снова с похмелья, пришёл на завтрак, но не с пустыми руками. Он выглядел помятым, но в руках держал нераскрытый конверт.

— Ещё неделю назад пришло письмо, адресованное вам, Кинг-сан.

— Опять фанаты?

Судя по виду этого письма, я угадал.

Нет, он не угадал. Содержание письма в корне отличалось от тех, что ему приходили каждый божий день.

Данное послание адресовано сильнейшему человеку и герою, что уничтожил почти всех архиепископов из Культа Ведьмы, Кингу. Заявляю прямо. Империя будет благодарна вашей помощи в устранении нового Великого Бедствия, что должно произойти уже через три недели. Так заявил звездочёт — человек, способный видеть будущее и получающий заповеди по воле звёзд. Всё, что он говорит — обязательно сбывается. Это доказывалось на протяжении последних нескольких столетий. Если не остановить Великое Бедствие, оно способно распространиться на весь этот мир. Уверен, об этом вы и так знаете, но как император, я был обязан вас проинформировать. Взамен могу предложить богатства, женщин, место божественного генерала и всё, о чём вы попросите, если это не подрывает моего правления.

Император Священной Империи Волакия, Винсент Волакия

Нет, они издеваются надо мной!

Винсент Волакия?

— Кинг-сан, вы же читали второе письмо от императора?

— Да, там был подробный план действий.

В городе-крепости Гаркла, находящейся в северной части Волакии, недалеко от границ с Лугуникой и Карараги, Кинг должен будет встретиться с императором в его кабинете, и там они решат, когда сильнейшего человека отправят почти через всю страну к Джунглям Бадхейма, чтобы он помог добиться расположения племени Шудрак. В письме также указано, что изначально для окончания Великого Бедствия Винсент Волакия должен умереть, но если сильнейший человек окажет своё влияние на это событие, то у них может получиться избежать его смерти, несмотря на все слова нынешнего звездочёта.

Тут слишком уж подробно расписано, что мне делать и куда идти. Хотя я бы вряд ли понял хоть что-то, если бы он сократил или вообще не дал инструкцию... Но если бы это письмо перехватил кто-то другой, по случайности или нет, для императора было бы хуже. Возможно, Винсент позаботился о том, чтобы письмо доставили в нужное место.

Повозка была подготовлена в то же утро самой эксцентричной личностью, помощи от которой никто не ждал.

— Ведь и я то-о-оже еду с вами, дорогой Ки-и-инг.

— Ага, замечательно. Только ты сразу используй своё заклинание полёта, чтобы мы прибыли вовремя, а не как Сайтама.

Или ещё позже, тоже бывает.

— Я так и плани-и-ировал. Раз мы все полетим, то попадём в Гарклу приме-е-ерно через двенадцать часов, а может и ра-а-аньше.

— О, мы полетим! Будет весело! Хочу с наставником!

— Уауууу!

Шаула и Луи считали лучшей идеей лететь на повозке с помощью клоуна, хотя остальные не разделяли этого энтузиазма, особенно когда маркграф заявил об этом так спонтанно, даже если это и было очевидно. По-другому они бы просто не успели.

Боюсь представить, насколько сильно нас будет трясти.

Через десять часов

Розвааль приземлился возле крепости и поставил повозку на землю. Кинг открыл дверь и вышел первым, пока маркграф показывал страже, что они прилетели по просьбе самого императора.

На удивление, это было плавно. Меня даже ни разу не вырвало.

Радуясь своему состоянию, Кинг начал осматривать площадь, на которой они высадились.

Тот самый город-крепость, который был уничтожен архиепископом Алчности, а восстановлению мешали бандиты. По крайней мере, сейчас Гаркла выглядит нормально, даже если это не то, что мне описывали до появления Регулуса.

Группа прошла внутрь самой крепости и начала искать сам кабинет Винсента, его основное рабочее место, если не считать столицу Лупугану.

Для крепости, состоящей только из грубого камня, тут весьма просторно.

Несмотря на то, что это подземные и внутрискальные помещения, здесь нет давящего чувства тесноты. Проходы очень широкие, а потолки в основных залах уходят высоко вверх, формируя многоэтажную разветвлённую структуру. И окна тут отсутствовали. Крепость высечена в склоне горы Гилдрей, которая находится рядом с самим городом, поэтому коридоры освещаются факелами и настенными светильниками с магическими камнями огня или света, которые отбрасывают тени на серый камень.

Возможно, где-то на верхних ярусах они прорубили хоть какие-то окна.

Следуя инструкции из письма, они нашли нужную дверь и постучались.

— Это Кинг.

Сильнейший человек сам открыл дверь, и они вошли в комнату, в центре которой стоит массивный рабочий стол из тёмного дерева, заваленный картами и всякими документами. Строгие каменные стены на этот раз были украшены флагами Империи Волакия с изображением волка.

За столом сидел высокий худощавый мужчина с длинными, аккуратно уложенными чёрными волосами и узкими тёмно-красными глазами, одетый в традиционную для знати Империи одежду красно-чёрной расцветки с золотой вышивкой и высоким воротником.

— Настоящий.

Настоящий император действительно одевается так просто? Нет, я слышал о том, насколько сильно они предпочитают эффективность, и это по-прежнему довольно роскошный наряд для этого мира, но в сравнении с дворянами Лугуники он слишком просто одет.

Но Винсент, или тот, кто выглядел идентично ему, воспринял единственное слово Кинга совсем иначе.

— Стоило ли сомневаться, что ты увидишь мою настоящую сущность, лишь посмотрев на меня всего секунду?

— Нет.

Нет, я нихрена не понял, о чём он сейчас говорит, но вроде как...

— Будет не очень вежливо, если вы не назовёте своего имени.

Даже если я его уже знаю.

— Я Чиша Голд. Четвёртый по значимости божественный генерал , назначенный императором. Признаю, я довольно плохо сражаюсь, а генералом стал лишь потому, что это было необходимо.

Чё? Так он не император?

— Знакомая способность.

— Кто-то ещё обладает силой, подобной моей?

— Не в вашем мире, но да. Подобное существо я уже встречал.

У него способность, как у того упыря из логова Ассоциации монстров, который притворялся сыном спонсора Ассоциации Героев и хотел напасть на меня.

— Контрактор Бетти либо всеми, кроме себя, признанный гений, либо идиот, изо рта которого выходит только самое важное, я полагаю.

— Вполне естественно, что это первый вариант, иначе я бы его сюда не позвал. Говорят, в сильнейшем человеке нет никаких изъянов, и он силён во всём, что существует на этом свете. Если это действительно так, то он и есть тот самый идеал для Империи.

Беатрис чувствовала, что Кинг в очередной раз случайно сделал что-то выдающееся — на сегодня это раскрытие личности человека, сидящего перед ними. Но сам Чиша, надевший на себя маску Винсента и вжившийся в его роль, дал ответ, который считал истинно верным.

— Не стоит судить человека по тому, как о нём отзываются, особенно если сами люди не знают меня настоящего. Я самый обычный человек.

— И даже скромность, несвойственная таким людям. Но я уже вижу, что ты не так идеален, как говорят.

Чиша положил одну ногу на другую, глядя в глаза Кинга.

— Иначе ты бы не привёл сюда весь свой лагерь. Если ты скажешь, что это просто для моральной поддержки, я поверю тебе и даже проверять не стану. А может, ты захотел сводить их в другую страну, чтобы отдохнуть? Дело твоё, но главное, чтобы задача была выполнена.

Будучи умнейшим человеком этого мира, Чиша, продолжая носить маску императора, сразу догадался, что с Кингом что-то не так. Осталось только понять, что конкретно.

— Это лагерь леди Эмилии, а не мой. Я пока не соглашался на участие в Отборе. И да, кроме одного ребёнка, тут все в сборе.

— И даже несколько служанок. Не собираюсь говорить ничего против, но не думаю, что они тебе понадобятся на следующих заданиях.

— Две из них — мои личные горничные. Ещё одна — горничная самой леди Эмилии.

— Я решила, что на этой встрече должен присутствовать каждый член моего лагеря. Какое бы прозвище ни дали Кингу, он — мой рыцарь, и по возможности мы всегда должны ходить вместе.

Один раз они уже оставили Эмилию, отправившись в Сторожевую Башню Плеяд без неё. В основном это было связано с её учёбой и огромным объёмом бумажной работы, которая легла бы только на одного Отто, если бы она поехала с ними. На этот раз само... доверенное лицо императора просит её рыцаря вмешаться в дела их Империи, а значит, это не вызовет конфликт и политическую напряжённость между странами. Если так, то нет ничего странного и в появлении одной из кандидаток, связанной с Кингом. Естественно, на решение бедствия уровня целой страны, а может и серьёзнее, Эмилия предложила взять всех кроме Мейли. Изначально она и Луи хотела оставить в особняке, но девочка не собиралась отлипать от Кинга и даже сейчас держала его за левую руку. Со стороны может показаться, что у сильнейшего человека уже есть две дочери.

— Я и предполагал о подобном исходе, отправляя письмо Кингу. Один человек не может находиться одновременно в нескольких местах или добираться до них в одно мгновение.

— Кинг и на такое способен.

Ответ Эмилии заставил Чишу поднять бровь, показывая ей, чтобы она продолжала.

— Я не знаю, как далеко он может перемещаться, но эта способность никогда не используется просто так. Как и любая другая его способность, если так подумать... Кинг даже по ночам иногда отражал нападения на особняк. Удивительно, как много людей решились бросить ему вызов, но как есть.

Одна половина лагеря мысленно согласилась с Эмилией, а вторая разделилась ещё на две части. Рем и Беатрис, как могли, сдерживали свой смех, в то время как Фредерика и Кинг снова начали краснеть. Только Рам не изменилась в выражении лица, хотя ей тоже было тяжело сдержать улыбку.

— Я вас услышал.

Чиша встал со стула и подошёл к Эмилии, стоящей рядом с Кингом.

— Хоть я и делаю всё это от имени настоящего императора, он точно не будет возражать против моего решения. Это официальная просьба. Удивительно, что Империя Волакия обратилась за сотрудничеством к человеку из другой страны, даже занимающему настолько важное положение и о котором так много говорят по всему миру. Этот факт определённо станет достоянием общественности. Сильнейший человек вместе с одной из кандидаток помогли сохранить Империю и спасти миллионы людей. И это окончательно закрепит ваше первенство в борьбе за трон.

В ответ на речь Чиши Эмилия протянула ему руку.

— Мы принимаем вашу просьбу о помощи.

Чиша и Эмилия пожали друг другу руки, после чего первый сам протянул руку Кингу со словами:

— Чтобы привести к двойнику императора обнажённую женщину, ты либо слишком смелый, либо слишком наглый.

— Одно другому не мешает. Это Шаула.

— Значит, с тобой даже мудрец Шаула?

— Нет, это просто Шаула...

— Боже, наставник! Когда вы уже примите тот факт, что это вы мудрец? И долго мне ещё ходить с этим фальшивым титулом? Ни то что бы мне совсем не нравилось, когда меня называют мудрой, но всё же...

Может, её не стоило с собой брать? Хотя она тут сильнейшая. Может, её прилипчивость и стоит потерпеть...

— Когда ты начнёшь носить нормальную одежду, как и все остальные, я подумаю над твоим вопросом.

— Ууууу, какой злюка. Хорошо, я переоденусь, если наставник этого хочет, но после того, как ты договоришь с этой фальшивкой.

А это оказалось намного проще, чем я думал...

— Как и было указано в письме, ты с великим духом нужны мне в Джунглях Бадхейма. Именно там я спрятал настоящего Винсента Волакию. Как только ты доставишь его к нам, я наконец сниму свою маску.

Джунгли Бадхейма

На следующий день группа Кинга, состоящая из Луи, Фредерики, Беатрис и него самого, за четыре часа долетела до Джунглей Будхейма на драконе, который больше напоминал виверну из классического фэнтези. Передние лапы совмещены с кожистыми крыльями. На сгибах крыльев острые когти, которыми они могут цепляться за скалы. Длинные мускулистые хвосты, служащие рулём в воздухе, и вытянутые ящероподобные морды с рядами острых зубов. По размеру он достаточно велик, чтобы два человека могли комфортно сидеть в седле на его спине.

Поскольку двое из этой группы имели детский размер, все четверо уместились на одном драконе, который приземлился на вершине открытого луга и улетел, как только Кинг кивнул ему и указал в небо.

— Бетти не первый раз об этом говорит, но ты слишком уж легко управляешь драконами, в самом деле.

— Я надеюсь, что Мари об этом не узнает.

— Можешь не переживать.

Кинг не хотел, чтобы его же земляной дракон обижался на него за то, что он для передвижения использует кого-то другого. Особенно грубым бля неё было, когда её хозяин улетел с каким-то эксцентричным клоуном, а не с ней. Фредерика дала ему надежду на то, что Мари больше не узнает о тех, кого он использовал для передвижения.

— Я обязательно передам Отто. Ему она в этом отношении доверяет.

Надежда не оправдалась, и Кингу оставалось только смотреть на Фредерику как на предателя. Он вздохнул, представляя, как Мари будет фыркать на него при следующей встрече.

— У-аауууу!

— Да, точно.

Вокруг них было множество деревьев и ничего больше. В целом поле вокруг них было одним из немногих мест, на котором можно было высадиться, а искать одного маленького императора среди деревьев верхом на драконе не представлялось возможным.

Сомневаюсь, что на нём стоило попробовать сбивать эти деревья, хотя чешуя у него прочная... А вот мы не особо. Да и не хочется тратить несколько дней лишь на это.

Квартету оставалось только идти в лес, опасаясь зверодемонов и самого племени Шудрак, о которых рассказывал Чиша в облике Винсента.

Через некоторое время Кинг подумал, что они ходят кругами, пока не присмотрелся к местности и не понял, что это уже другие луга, на которых трава оказалась немного выше.

Перед собой, с лесом за спиной, они могли видеть большой горизонт между перекатами луга. И их привлекло не далёкое небо. Ближе к ним находилось небольшое открытое пространство, образовавшееся в результате вырубки луга, и инструменты, разложенные там, говорили о том, что здесь уже кто-то был.

— Судя по костру, ушли они отсюда только недавно.

— Никто не говорил, что я отсюда ушёл.

— У-ааауу!

Мужчина с обёрнутой в белую тряпку головой собирался вырвать Луи из руки Кинга и взять её в заложники. Вместо этого он почти сразу получил удар по шее от Фредерики и упал лицом в землю. Его тело с глухим стуком упало на землю.

— Ты точно идиот.

Это последние слова Кинга, которые услышал мужчина перед тем, как потерять сознание. Но обсуждение этого человека продолжалось.

— Он и есть император.

— Слишком он дикий для императора, я полагаю. Хотя Бетти не должна удивляться тому, что в стране, где ценят только силу, сам император будет таким же, в самом деле.

Кинг снял тряпку с мужчины, и они увидели то же лицо, которое отправило их в эти джунгли. Те же длинные чёрные волосы, узкие тёмно-красные глаза и та же одежда. Если бы они не увидели Чишу в том же обличии, то точно подумали бы, что это просто психически нездоровый аристократ, пожелавший жить вдали от цивилизации, а не семьдесят седьмой император Волакии.

Они ждали, пока он проснётся. Кинг присел на корточки, разглядывая потерявшего сознание императора, и пытался понять, не было ли у него для скрытия лица чего-то получше, чем тряпка.

Через сорок минут терпение Кинга оказалось на исходе.

— Ты точно не убила его?

— Тебе не стоит так обо мне говорить. Я не перестаралась и просто вырубила его.

Фредерика скрестила руки у груди и отвернулась от Кинга, обижаясь на его высказывание. Её уши слегка дрогнули, выдавая лёгкое раздражение.

— Да, ты права. Извини.

— На этот раз вы потеряли бдительность, не видя во мне угрозы. Я ведь могу попробовать ещё раз.

Они снова услышали голос Винсента, исходящий позади них, и повернулись к нему. Император стоял в нескольких метрах.

— А ты не собираешься использовать невидимость во второй раз?

— И откуда у тебя возникла такая мысль? Изложи, почему ты думаешь о невидимости.

— Любой человек проявит осторожность к незнакомому месту, а ты будто из ниоткуда появился, но это не так. Фредерика определила твоё присутствие по запаху и ждала, пока ты подойдёшь ближе и нападёшь.

После того как Кинг объяснил императору догадку о его способности, он исчез из его поля зрения, несмотря на то что стоял перед ним.

— Ты прав. Эта маскировка не может устранить моего присутствия.

— Она прерывается, если ты касаешься кого-то, или если они узнают о тебе?

— Это идеальный инструмент, чтобы задержать дыхание и спрятаться. Кровать — приманка. Я затаил дыхание там, немного дальше от неё.

Винсент подошёл к Кингу и его группе, понимая, что они не собираются причинять ему вред.

— Не знаю, какие у вас мотивы, но вы не мои преследователи и точно не заблудились. Так кто же вы такие?

— Я Кинг. Со мной Беатрис, Фредерика и Луи. Последняя — обычная девочка.

Наверное. Вообще стоило бы попытаться научить её говорить. Судя по росту, ей лет восемь уже.

— Настоящий Кинг должен находиться в Лугунике. Лицом ты подходишь под его описание, но только лишь внешностью можешь и не пытаться провести меня. Мне нужны более существенные доказательства.

— Хорошо.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Вполне логично, почему Винсент думал о том, что Кинг может быть фальшивым. Один из его генералов имеет способность выглядеть и действовать как другие люди. Нельзя было исключать существование кого-то с похожей силой.

— Ты точно настоящий Кинг.

— Ты понял это по звуку?

— Не совсем. Если бы это был Чиша, то ему пришлось бы встретиться с тобой, чтобы скопировать твои внешность, поведение и большую часть силы. Тогда ему пришлось бы притворяться мной. Я думал, что ты просто подражатель того Кинга, о котором все слышали.

Винсент продолжал сохранять бдительность, но дело было не в отношении к группе Кинга. Его взгляд стал более сосредоточенным, а голос — тише, словно он готовился к чему-то.

— Значит, вас отправил сам Чиша, чтобы вернуть меня.

— Да. Он утверждает, что со мной сможет сохранить твою жизнь.

— ...

Винсент хотел сказать что-то ещё, но его прервала чёрная тень. Группа подняла глаза и увидела огромную змею, вероятно, около десяти метров в длину. Всё её тело было покрыто зелёной чешуёй, а глаза были жёлтыми. Заметив белый изогнутый рог на её лбу, Кинг сразу понял, что это за существо.

— Очередной огромный зверодемон.

Ну конечно! Я же испускаю запах Ведьмы и при этом начинаю шуметь своим сердцем. Неудивительно.

Огромная змея широко раскрыла свою пасть, нацелившись на Кинга и передвигаясь ближе к нему.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Услышав звук его сердца, змея на секунду остановилась, после чего снова нацелилась на Кинга. Её глаза сузились, а тело напряглось для броска.

— С.С.К.

Огромная змея врезалась в Кинга, не нанеся ему никакого урона, но слегка разбив себе голову. Возле Кинга пролилась её черноватая кровь, и она собиралась отступить на пару метров перед следующей атакой.

— Эль Минья!

Змея не успела отползти, и десяток тёмных кристаллов впился ей в брюхо. Она постепенно кристаллизовалась в том же положении.

— Я скептически относился к тому, что о тебе говорят, как о человеке, который и Святого Меча убил бы, не дрогнув... Но это тоже более чем достойный результат.

— Поверьте, ваше превосходительство. Если бы Кинг находился в этом месте один, он бы стоя на месте убил эту змею изнутри.

В целом, Фредерика была права. Кинг относительно спокоен из-за того, что с ним великий дух и его возлюбленная, которые, по его же мнению, сильнее него. Не находись они рядом с ним, от паники сердце Кинга стучало бы многократно громче. Он и сейчас не сразу заметил, как его дыхание участилось.

— Надеюсь, что всё будет так легко, но сейчас у нас может быть проблема похуже.

Винсент говорил о десяти парах женских рук, которые высунулись из кустов, держа луки с натянутыми стрелами, что были направлены на Кинга и его группу.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Племя Шудрак

Едва услышав повторяющийся звук сердца Кинга, луки неизвестных девушек опустились обратно. Сами девушки одновременно вылезли из кустов. Их движения были синхронными и плавными.

Одна из них, высокая девушка со смуглой кожей, зелёными глазами и изначально чёрными волосами, большую часть которых она окрасила в красный, уверенно вышла вперёд.

— Вы убили Эльгину.

Кого мы убили? Они этой змее-зверодемону имя дали?

— Если ты о ней, то да.

Кинг временно освободил руку из руки Луи, указывая предполагаемому вождю племени на кристаллизованную змею. После этого он снова сфокусировал взгляд на красноволосой девушке.

— А ты кто?

Она даже имя своего не назвала и сразу начала говорить об этой змее, будто в их джунглях она была единственной. Не поверю.

— Мизельда. Вождь племени Шудрак. Обычно мы не любим незнакомцев и заставляем их проходить Ритуал Крови, но вы четверо прошли его до того, как я вас поймала.

— Ритуал Крови?

Женщины племени Шудрак и сами считали, что об этом обряде не мог знать никто, кроме них самих, поскольку он передавался только жителям племени. Вопрос Кинга подтвердил это заблуждение, но резкое подтверждение Винсента опровергло его.

— Да.

На пару секунд настала тишина, во время которой Мизельда обрабатывала это согласие императора. Её глаза сузились и она вернулась к агрессивному настрою в отношении группы.

— Откуда, чёрт вас дери, вы узнали о Ритуале Крови?

— Не смеши меня, молодой вождь Шудрак. Неужели ты серьёзно думаешь, что в наше время никто не знает о ваших традициях? Один или два человека — это всё, что нужно, чтобы тайна просочилась наружу.

— .......

— Ваш драгоценный «Ритуал Крови» тоже не исключение. На самом деле, я знаю и то, что это за ритуал, и то, что происходило в прошлом.

Он так говорит, будто мы все о нём знаем. Я вообще первый раз об этом слышу... Главное, что мы его прошли.

Через пару минут оказалось, что группа находилась возле поселения племени Шудрак, и все они подошли к большому зданию в глубине поляны. Место, близкое к тому, где была убита Эльгина, называлось «местом встречи», и оно выполняло именно ту роль, о которой говорило его название.

— Я должен поговорить с тобой.

Винсент обратился к Кингу, после чего повернул голову к вождю племени.

— Мизельда, пусть все уйдут и начнут готовиться к нашему передвижению. Я требую, чтобы здесь находились только я и этот человек.

— Ну-ну, теперь ты делаешь, что захочешь. Я бы очень разозлилась, если бы ты не был таким красавцем.

— Сестра, пожалуйста, будь агрессивнее, даже если тебе противостоит красивый мужчина......

Пока Мизельда без сопротивления подчинялась приказам Винсента, плечи Таритты опустились, когда она посмотрела на сестру. Будучи одной из девушек племени, высокой и с чёрными волосами, кончики которых окрашены в фиолетовый цвет. Таррита и раньше следовала приказам Винсента, поэтому её слова были неубедительны.

После того как императору удалось убедить Мизельду, остальные шудракийки не стали оставаться на месте. Они бесшумно растворились в тени деревьев, словно их и не было. Проблема заключалась в том, что их разговор с Кингом всё равно не мог пройти наедине, но уже из-за его компаньонов.

— Бетти останется со своим контрактором, в самом деле.

— И я тоже буду сидеть рядом с Кингом. Я его будущая жена.

Фредерика и Беатрис не собирались отходить от Кинга, а Луи не стоило отпускать одну, особенно учитывая, что она тоже привязана к сильнейшему человеку и продолжала держать его за руку.

— Даже если я собирался обсудить план действий только с Кингом, этого стоило ожидать.

Перед началом обсуждения Винсент надел маску Они красно-белого цвета. Но поскольку «Они» до сих пор существовали как раса в этом мире, маска точно не могла им.

Маска закрывала верхнюю часть лица, оставляя лишь узкие прорези для глаз, и придавала императору ещё более нелепый вид, чем у него уже был со всей этой богатой одеждой посреди джунглей.

— С самого начала моё лицо не видели за пределами столицы Империи. Причина заключается в том, что в этой стране слишком много желающих заполучить мою голову.

— Вот это и значит быть сильным?

Значит, меня снова будут доканывать существа на уровне архиепископов? И они не поведутся на мой же страх...

— Слабовольные должны умереть, хрупкие должны умереть, трусливые должны умереть... потому что сильные заслуживают получить всё.

— Ха-ха. Понятно.

Кинг нервно посмеялся, услышав данное заявление.

Даже те, кто знают обо мне правду, не считают меня трусливым. Наверное, они правы. Но что касается хрупкости... И всё-таки я дожил до этого момента.

Они продолжили обсуждать их дальнейшие действия. Кинг старался вникать в каждое слово, но мысли иногда уносились в сторону.

— Значит, ты планируешь ходить в этой маске, пока не попадёшь в столицу?

— Так и есть. Зачем задавать такие глупые вопросы, если ты заранее знаешь ответы?

В мыслях Винсента это было правильным замечанием, только вот...

Не знаю я ни о чём заранее. Это очередной бред, который обо мне надумали. Да, всё это время я не только тренировался, но и занимался изучением этого мира. И за пределы Лугуники я не успел выйти. Но это не суть важно, если он продолжит называть мои вопросы тупыми. Я хотя бы побольше узнаю об этой ситуации.

— Раз тебя сместили с твоего трона, значит, для тебя специально создана такая безнадёжная ситуация и, наверное, к тебе кого-то рядом приставили.

— Твой ход мыслей верен.

Винсент кивнул сильнейшему человеку.

— Группа имперских солдат, разместившаяся за пределами Будхейма, была отправлена, чтобы удержать меня здесь. Ты оказался втянутым в это дело. Причину ты уже знаешь. И это не только Чиша, но и Берстец Фондалфон.

Он сделал небольшую паузу перед продолжением.

— На него зла не держу. Хоть он и один из главных организаторов этой ситуации, он не знает всей правды и не догадывается, что Чиша хочет пожертвовать собой, играя мою роль, чтобы я продолжал править Империей.

— И сами солдаты официально искали только племя.

Кинг многому научился, будучи рыцарем Эмилии и заместителем командира королевской гвардии, но он явно не хотел участвовать в политике, потому и не был настолько близок к ней.

— Полагаю, даже командующий не в курсе. Император оставил свой пост... Это не то, что может позволить себе просочиться за пределы столицы Империи. Ни я, ни те двое, что меня свергли, не желаем, чтобы Империя пошатнулась. Кроме того, было неизбежно, что они нацелятся на Шудрак. Вынужденный покинуть трон Империи, единственное, на что может опереться Император после бегства из столицы — это племя Шудрак.

— И ты изначально планировал использовать их для войны?

— Верно. Я взял с них обещание о сотрудничестве. Император Волакии в прошлом спас это племя из затруднительного положения. Они никогда не забывают о своих долгах. Но благодаря тебе кровопролития пока что удалось избежать. На этот раз.

Это что за трактат о искусстве войны сейчас пошёл? Если его не остановить, скоро он начнёт говорить мне о бесконечном количестве тактик вокруг двух методов ведения боя.

— Я тебя понял. Учитывая, как давно ты тут сидишь, нам пора бы добраться до ближайшего города.

— Гуарал — ближайший город. Въезд и выезд строго контролируются через восточные и западные ворота. По этой причине напрямую проникнуть в него было бы задачей не из простых.

Да. Если тебя жёстко проверяют на входе, нас вряд ли так просто пропустят... Погодь.

— Ты хочешь, чтобы я воспользовался своим именем и нас всех пропустили только из-за этого?

— ... По крайней мере, ты точно оказался таким же догадливым, как говорят.

Бабник и божественный генерал

Какого хрена я каждый раз соглашаюсь на то, чтобы выйти к корню проблемы почти в одиночку? Ещё неизвестно, будет ли меня за этими стенами что-то ждать... Лысый плащ, поделись со мной своим желанием сражаться.

Спустя четыре дня пути Кинг с группой добрались до Гуарала. Город был окружён со всех четырёх сторон стеной, а въезд и выезд на восток и запад осуществлялся только по одному человеку через большие ворота. У ворот постоянно находились посты досмотра, и даже издалека можно было увидеть мрачные лица стражников, следящих за порядком. Очередь из путников тянулась чуть ли не на сотню метров, и каждый из них проходил тщательную проверку — стражники заглядывали в каждую телегу и спрашивали цель визита.

Мне вот так до столицы придётся проверяться у ворот каждого города. И такая строгая проверка чисто из-за Авеля? Ну не может же быть такого, что у них так всегда. Это уже идиотизм.

Незадолго до их похода Винсент сказал всем называть его Авелем. Если кто-то не тот узнает о том, что императора свергли и на троне сейчас сидит самозванец, это может привести к неприятным для страны последствиям.

У нас даже телеги нет сейчас. Впрочем, много ли от этого минусов?

В сам город должна войти только группа Кинга. Стражники с первого взгляда могли определить, что остальные девушки — Шудракийки. Но ничто не мешало им находиться поближе к городу на случай, если что-то пойдёт не так.

— Так. Что насчёт вас, ребята?

И так понятно, что группа Кинга не была единственной, которая подходила к главным воротам. Им некоторое время пришлось ждать своей очереди.

— Как видите, у нас в целом ничего нет.

— Так...

— И запрещённого в том числе, получается.

— Это, конечно, хорошо. А вы сами-то кем будете? И с какой целью хотите пройти в этот город?

Естественно, стражник не собирался так просто их пропускать. Он окинул группу подозрительным взглядом, задержавшись на Авеле.

— Женщина, два ребёнка, богатенький клоун в маске и брутальный мужчина.

— Я Кинг.

Авель цокнул языком, услышав, как о нём отзывались, но маску «Они» снимать не собирался. Стражник же при этих словах сначала нахмурился, а затем громко рассмеялся, привлекая внимание остальной стражи.

— Чего? Кинг? Ха-ха-ха-ха-ха!

Разумеется, стражник не поверил в это с первого раза. Если бы его коллега не отошёл на перерыв, он бы даже обернулся к нему, ища поддержки для этой шутки.

— Не спорю, выглядишь ты похоже на его описание. Но с чего бы сильнейшему человеку находиться в таком месте, когда он на службе у той полуэльфийки? Ты меня за идиота не держи!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Ааааааа... Т-так вы д-действительно...

— Да.

Вопреки раздирающему страху, который охватывал стражника, он продолжал выполнение своей работы. С его лица начали скапливаться капли пота, что было замечено остальными, но об этом они промолчали.

— К-к-какова в-ваша цель в-визита?

— Император попросил меня об одном важном деле в этом городе, но перед этим я должен был взять с собой женщин из того племени.

Кинг указал пальцем назад, намекая на то, что с ними также должны пройти Шудракийки. Стражник перевёл взгляд за его спину и увидел пару легко одетых девушек. Некоторые из них уже перестали скрываться.

— Попрошу в-вас подождать. Я д-должен предупредить других стражников и армию, которая расквартирована в этом городе. С-сам приказ о поисках племени не так д-давно был отменён, и лишь недавно отряд вернулся сюда.

— Понятно.

Спустя пятнадцать минут стражник вернулся. Он выглядел более спокойным, но в его глазах до сих пор читался страх перед сильнейшим человеком, над которым он осмелился посмеяться.

— Прошу прощения за беспокойство, но «Бабник» пригласил вас в мэрию на диалог.

Кто? Бабник? Мне это сейчас послышалось?

— Хорошо. Мы подойдём.

Войдя в сам город и пройдя пару метров, Кинг задал вопрос Авелю.

— Что ещё за «бабник»?

Мне стоит спрятать Фредерику?

— Это Зикр Осман. Генерал второго класса. Помимо бабника, он до этого получил звание труса, но его заменили на второй вариант.

Я надеюсь, у этого прозвища здесь какой-то другой смысл.

Кинг на секунду перевёл взгляд на Фредерику перед тем, как вернуться к главной задаче этого часа и пойти дальше.

И всё же это сработало.

— Меня действительно пропускают так легко и без вопросов.

— Не понимаю сути твоего негодования. Весь мир знает о тебе благодаря тем действиям, которые ты совершил. Я также проинформирован о том, что кто-то действительно пытался выдавать себя за тебя, но такой ценный актив каким-то простакам невозможно подменить.

— Вот как. У меня даже подражатели появились.

— Для тебя это должно быть очевидным, в самом деле.

Все кроме Кинга понимали, что ситуация и будет складываться подобным образом. Ведь он затмил даже Святого Меча, при этом находясь намного ближе к простым людям, чем он. Слухи распространялись быстрее ветра, и вскоре не осталось никого, кто бы не слышал о нём.

— Выглядит как максимально отсталое подобие города, я полагаю.

— Ты действительно чего-то ожидала от места, где население не более десяти тысяч?

Этим вопросом Кинг попросил Беатрис быть снисходительнее к городу, который больше напоминал деревню со стенами. В сравнении с Лугуникой здания на улицах Империи казались более деревенскими и лишёнными красок. Все улицы были в некотором смысле едины, поскольку они вызывали ощущение силы, а не великолепия, и чувствовалось, что ровная земля способствует этому впечатлению.

Вот нам сейчас ничего вроде и не угрожает, но по такому месту ходить всё равно стрёмно. И это ощущение не покидает меня с того момента, как мы вошли. Заброшенный район города Z имел подобную атмосферу, но туда мне приходилось ходить чаще.

Через ещё пятнадцать минут, следуя за Авелем, они почти дошли до мэрии. Поскольку здание использовалось для управления городом в мирное время, вполне естественно, что здесь не было подготовлено никакого военного оборудования, несмотря на беспорядки в столице, информация о которых просочилась за её пределы и распространилась по всей стране. Тем не менее в настоящее время в Гуарале находилось более трёхсот имперских солдат, а с учётом стражников — более пятисот, так что оборонительных сил было достаточно. Кинг встречал некоторых из них каждые три минуты.

А тот рыжеволосый и подстриженный под горшок убежал сразу, как я посмотрел на него. Ещё и топор вместо меча...

— Что-то не так?

— Уааау!

Фредерика заметила, что Кинг, Беатрис и Луи остановились. Её будущий муж смотрел на один из углов здания.

Похоже, что меня они реально боятся. Дураки.

— Просто какой-то солдат посмотрел на меня и сразу переключился на бег. Ничего такого, я думаю.

Возможно, Кинг никогда не поймёт, что ошибался на счёт этого парня.

Дойдя до мэрии, сильнейшего человека окликнул один из стражников.

— Вы так быстро пришли сюда, господин Кинг. Позвольте провести вас до генерала второго класса Зикра Османа.

Кинг кивнул стражнику без лишних слов. Он чувствовал на себе десятки взглядов — солдаты, стоящие в коридорах, провожали его глазами, перешёптываясь друг с другом.

Бегло осмотревшись внутри мэрии, группа Кинга с девушками племени пошла к банкетному залу, но одной из них было не по себе.

— Таритта.

Хоть Кинг сказал её имя довольно тихо, чтобы солдаты, ведущие её, не услышали его, голос определённо достиг Таритты, но она не ответила. По выражению её глаз можно было легко понять её душевное состояние. Напряжение в её теле было сильным.

Покинуть знакомую деревню, пусть и с её старшей сестрой, на которую она могла положиться, и с Кингом, благодаря которому всё проходило слишком гладко, всё равно вызывало у неё стресс. Её руки слегка дрожали, а дыхание стало более частым.

— Таритта. Не о чем беспокоиться. Просто посмотри на меня.

Голос Авеля звучал весьма высокомерно и напыщенно, но был полон уверенности. Слова были беспочвенными, однако эффект от этих лёгких слов утешения был значительным. Таритта медленно выдохнула, и напряжение в её плечах немного спало.

Дойдя до зала, два стражника молча открыли им двери. Прошли только нужные пять человек. Девушек из племени за исключением Мизельды не пропустили. Они остались стоять у входа.

— Добро пожаловать. Я слышал, что господин Кинг пришёл сюда с миссией от самого императора.

В зале, где был приготовлен банкет, Кинга и остальных встретили около тридцати крепких мужчин. Очевидно, что в банкетный зал сегодня точно не пропустят обычных солдат, поэтому здесь должны быть так называемые офицеры и генералы. Среди всех этих генералов человек, сидящий на стуле в дальнем конце, обратился к самому Кингу.

— Зикр Осман?

Как генерал второго класса Империи, он должен был быть сильным воином, но его внешность не складывалась с этой мыслью. Он был невысокого роста — едва доходил до плеча Кинга. Больше всего в нём бросалась в глаза его характерная пышная причёска.

Афро-карлик с диско шаром на голове.

Хорошо, что этот добряк не умел читать мысли, хотя он бы и не сильно расстроился из-за этого.

— Верно. И я благодарю вас за то, что вы пришли и помогли нам решить нашу проблему.

— Ты о чём?

— С каждым днём наших поисков мы чувствовали себя всё более подавленными, но приказ, связанный с этим, был отменён благодаря вашему вмешательству. Хотели бы мы устроить вам банкет, но в письме указано, что у вас нет на это времени.

А я бы не отказался. Но дело действительно срочное. Надо императора обратно в столицу вернуть.

Сам император сделал пару шагов вперёд и сел на один из стульев, сняв красно-белую маску Они.

— Я Винсент Волакия. Настоящий император. В данный момент на моём месте восседает Чиша Голд. И я должен вернуться к нему, чтобы остановить Великое Бедствие.

— Раз так, то мой долг как генерала Империи — выполнить этот приказ. Прежде всего я клянусь быть ещё более преданным вам, ваше величество.

Кинг стоял и наблюдал за их диалогом, думая о том, насколько хорошо всё складывается.

Я понимаю, что всегда выходил из большинства ситуаций, не получая увечий. Но это действительно всё? Или мне стоит ждать чего-то ещё?

Только подумав о возможном подвохе, Беатрис сильнее потянула Кинга за руку, выводя его из мыслей.

— Сюда приближается кто-то очень недоброжелательный. И запас маны у него огромный, в самом деле.

Естественно. Правильно, что я не ожидал ничего хорошего. Никогда такого не было и вот опять...

Кинг поторопился рассказать об этом всем остальным, прерывая речь императора с генералом второго класса, подходя к центру стола.

— К нам идёт очень сильный враг. На всякий случай... Отойдите от окон.

Не знаю, чем им это поможет, если враг сильный. Я даже не знаю, что говорить! А мне кто поможет?! Судя по описанию Бетти, тут нет вообще никого, кто смог бы победить эту хрень, которая идёт прямо на нас!

— Если сам господин Кинг так говорит. Вы же справитесь с этой угрозой?

— Это не будет простой задачей.

Зикр, как и все остальные генералы, безмолвно сидящие на своих местах, были наслышаны о силе Кинга. И каким же было их удивление, когда он распознал противника за некоторое время до его появления и назвал его сильным. Но он и не сказал, что проиграет.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Я тренировал магию более полутора лет. С великим духом. Мне же это поможет, да? Или мне больше поможет моя догэдза?

В момент страха Кинг думал об одном, а почти все люди, собравшиеся здесь, приняли это за противоположные действия. В том числе и сам император.

— Ты уже готов уничтожить её? Я попрошу тебя сдержать свою силу. Скорее всего, это второй божественный генерал, и её не успели осведомить о ситуации.

— Второй божественный генерал?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

С чего бы мне сдерживаться? Надо как-нибудь свалить отсюда побыстрее... Нет. Должен же здесь быть другой выход. Может быть, я смогу потянуть время, пока не придёт кто-то посильнее. Я ведь уже могу сражаться.

Винсент не сказал вслух о том, как ужасающий звук, исходящий от Кинга, стал вдвое громче после его просьбы обязательно оставить её в живых. Он лишь бросил на Кинга короткий взгляд, отвечая на его вопрос.

— Пожирательница духов, известная как Аракия. Поглощение духов даёт ей почти неисчерпаемый запас маны. Если судить по твоему описанию, то это именно она.

Неисчерпаемый запас маны...

Кинга пробила волна пота, стекающего с его лица и пропитывающего всю его одежду. Его основной козырь и полноценный член семьи в виде Беатрис теперь под угрозой. Он чувствовал, как его сердцебиение продолжает ускоряться.

— И этот Кинг оказался прав.

Кинг медленно обернулся на женский голос. Перед ними стояла красивая девушка, у которой почти не было одежды и большая часть смуглой кожи оставалась открытой. У неё были короткие серебристые волосы, левый глаз закрывала повязка, сзади рос пушистый хвост, а в руке она держала ветку, которую словно подобрали с земли на улице. Её лишённое эмоций лицо производило несколько неуравновешенное впечатление по сравнению с её юношеским обликом и женственными пропорциями.

— А вот и ты.

— Давно не виделись, Ваше Превосходительство.

— Ты тоже, похоже, всё ещё в добром здравии... Как и Чиша, ты неумолима.

— Я неумолима? Это было бы опасно.

В диалог хозяина и подчинённой, которая не считала этот диалог напряжённым, вмешался сам Кинг.

— Значит, она из тех, кого невозможно переубедить? И она вторая по силе в Империи?

— Всё именно так!

Она гордо выпятила грудь.

— Ещё и так бесшумно вошла.

— О, ты заметил! Я только зашла, а остальные уже сложили оружие. Впрочем, всё бесполезно, как ни старайся.

— Стой!

Теперь она вела небольшой диалог с Кингом перед тем, как начать свою атаку.

— Ну что ещё?

— Вот остальных в это не надо втягивать. В отличие от тебя они люди.

— Ты сейчас пытаешься меня оскорбить?

Вот чёрт. Я вообще не об этом!

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Из-за тебя могут умереть обычные люди. Вот я к чему. Как настолько бездушная личность может быть генералом?

Пытаясь повлиять на неё своей речью, Кинг сам не понимал половины своих фраз. Он просто говорил то, что первое приходило в голову, надеясь, что это сработает.

— Вспомни о тех, кому ты поклялась в верности, и подумай, понравились бы им твои действия.

Она прекрасно знает, что в этой комнате находится сам император, потому и не должна атаковать! Да, это хорошая мысль. Я спасён!

Пока Аракия отвлеклась на Кинга, все люди, находившиеся в комнате, уже вышли. Фредерика хотела остаться с Кингом, но Беатрис взглядом дала понять, что это только ухудшит их ситуацию. Даже Луи, которая в основном цеплялась за Кинга, взяла Фредерику за руку и начала тащить её к выходу. А диалог Аракии с Кингом продолжался.

— Я помню о своей верности Приске Бенедикт.

А? Кому? Не Винсенту?

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

Сам эффект основного полномочия Кинга влиял на Аракию, но она не могла остановиться сейчас. В её глазах читался гнев, смешанный со страхом.

— Я ненавижу его превосходительство за тот шантаж!

— Шантаж?

А стоило ли мне вообще ему помогать, если он такой?

Аракия посмотрела на Кинга с недоумением, тем самым отвечая на его недопонимание относительно её слов.

— Я не житель Империи. Могу не знать о том, как у вас тут проходят выборы. В Лугунике пять кандидаток, изначально не связанных между собой.

Значит, тут у них выбирают кого-то из родословной? Получается, что старшинство не играет такой серьёзной роли.

— Кандидаты из императорской семьи должны сражаться насмерть. И остаться должен только один!

Значит, эти идиоты занимаются братоубийством. Так пусть и дальше режут друг друга, значит! Не стоило мне на это соглашаться!

— Он сказал, что сбежать в Лугунику с другим именем будет единственным способом спасти её.

Приска Бенедикт. Что-то знакомое. Может...

— Присцилла Барриель.

— Да!

— И в чём проблема? Винсент сдержал обещание.

— Бегство — позор для Империи! Я смою его и завершу тот отбор, чтобы вернуть ей законное место на троне!

Аракия

В одно мгновение в комнате возник торнадо огромных размеров, который должен был разбросать Кинга и Беатрис по комнате, если бы они остались стоять на одном месте. Воздух закрутился, поднимая с пола обломки стола и стульев, разбивая окна и срывая со стен флаги Империи.

Но их там уже не было. Они телепортировались за спину Аракии.

БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ-БУМ.

— Р.К.

Кинг резко положил руку на плечо Аракии.

Рука Кинга... Из раза в раз я продолжаю задаваться этим вопросом... Кто вообще эту хрень про меня выдумывает? И ведь эти слухи мне снова помогают.

Заклинание, созданное на основе элементов инь и ветра, усиливающее гравитацию в пять раз, полностью прижало Аракию к полу. Саму гравитацию можно было увеличивать и дальше, но это зависело от количества маны.

Аракия упала с глухим стуком. Её тело впечаталось в каменный пол, оставляя на нём глубокие трещины. Обычный человек бы вообще не смог двигаться, но она ещё извивалась и немного шевелила пальцами. В целом больше ничего она и не могла сделать в этой ситуации. Её глаза метались по сторонам, пытаясь найти способ выбраться из этой ловушки, но гравитация удерживала её на полу.

— Я тебе об этом ещё не сказал, но Присцилла — одна из кандидаток на трон Лугуники. Не интересуется она этой вашей Империей. Более того, она давно считает весь ваш мир своим. По факту ты сейчас идёшь против той, кому поклялась в верности. Если поняла — отступи. Я не собираюсь с тобой сражаться.

В подтверждение его слов сердцебиение Кинга начало утихать. Громкий ритм постепенно замедлялся, возвращаясь к своему нормальному состоянию. Воздух в комнате стал менее плотным, и напряжение начало спадать.

На самом деле мы могли бы удерживать это заклинание несколько часов, но что делать после того, как у нас закончится мана? Не могу же я просто пойти и взять у кого-нибудь меч, чтобы вытащить ей кишки. Хотя я бы глянул, какого они цвета, и возможно, потрогал бы... С чего у меня вообще появилась такая мысль?! Нет, не стану я этого делать. Это отвратительно!

Кинг отменил заклинание, понимая, что действительно мог бы не только убить Аракию, но и при желании заставить страдать в последние секунды её жизни. Эта мысль заставила его самого поёжиться — он никогда не был жестоким, но иногда его собственные мысли пугали его больше, чем враги.