Разыскиваем маму. Срочно. Том 4

Глава 1

Меня затягивало, крутило и куда-то толкало. Казалось, что я в водовороте, только не мокро, а ярко, сильно и есть чем дышать. Почти. Перемещаться внутри барьера было не столько больно, сколько страшно: казалось, что еще совсем немного – и воздух кончится, а окружающее пространство сожмется с такой силой, что тело не выдержит. Но я лишь крепче сжала руку Эвы. Разум твердил, что раз уж эта мразь, пытавшаяся похитить ребенка, вошла в телепорт и затащила туда Эву, то ничего страшного не случится. Но я ведь могла и что-то упускать…

Например, отсутствие у меня магии могло привести к тому, что я умру.

– Не забывайте дышать! – прокричал мне на ухо Крейн. – И не открывайте глаза, иначе можете ослепнуть.

Я выполняла все рекомендации, не забывая про Эву. Потому что та дергалась, явно как-то борясь с похитительницей, и меня буквально трясло от мысли, что я не удержу ее.

– Эва, ногой пинай сильнее! В лицо! В рожу ее! – кричал Крейн.

Если бы мне не сказали молчать, я бы его… поддержала. И Эву тоже, с удовольствием пнув ногой девицу прямо в лицо. Но, увы, глаза приходилось держать закрытыми.

А дальше все произошло в одно мгновение: я услышала полный боли женский крик, который прозвучал как ангельское пение для моих ушей, водоворот внезапно закончился, и я распахнула глаза.

Мы были в небе. И падали!

– Крейн! – крикнула я, но мальчишка, крепко державший мою вторую руку, явно не ждал подобной ситуации: панику на лице не заметил бы разве что слепой. – Чудо!

А вот чудо не подвело: выпрыгнуло из кармана и окутало нас прозрачной пленкой, замедлив падение настолько, что я даже смогла рассмотреть, что там внизу.

Ага, под нами была небольшая полянка с озером, левее – лес, а справа – какая-то деревня. Больше ничего не успела, потому что шар упал прямо в воду. К счастью, не тонул, а дрейфовал на поверхности.

– Все в порядке? – хрипло спросил Крейн, выглядя так, словно сейчас упадет в обморок.

– Это мне надо спрашивать, – сказала я. – Эва?

– Нормально, – пробормотала девочка, цепляясь за мою руку.

– Крейн? Что с тобой?

Мальчишка замялся, чуть поморщился и махнул рукой. Это еще что такое?

– Перерасход сил, – сдала его Эва. – В таком типе портала люди без магии обычно не выживают. Или выживают, но очень сильно болеют. Но он защищал вас, вот и потратился прилично.

– Я в порядке, – упрямо сказал Крейн. – Мы все в порядке. Пока.

– Пока? – тут же насторожилась я.

– Да. Пока та деваха нас не нашла. К счастью, Эва потрясающе ловко пнула ее ногой в лицо.

– Ага! Я ударила прямо в зубы. Даже туфельку потеряла, – обиженно пробормотала девочка. – В ее зубах. Жаль, что до сих пор целых.

Крейн вздрогнул и чуть отодвинулся от Эвы.

– Молодец, – похвалила я ее.

Не похищенная малышка намного важнее чьих-то там зубов.

– Молодец, конечно, – пробормотал с некоторым сарказмом Крейн. – Но отлетела она недалеко от нас. И скоро может найти, чего мне бы не хотелось. Пока я не восстановлюсь, защитить вас не смогу.

– А химера?

Крейн посмотрел на чрезвычайно довольное Чудо, летавшее вокруг шара, и сказал:

– Не будем рисковать. Давайте отсюда убираться.

Внезапно по воде пошла рябь, а шар, на котором мы плавала на поверхности озера, задрожал.

Чудушко внезапно то ли замяукало, то ли заверещало, после чего шар лопнул как мыльный пузырь, а мы втроем резко погрузились в воду. Когда водная гладь надо мной сомкнулась, то первая мысль была о том, что я не знаю где Эва!

Вынырнув на поверхность, я выдохнула с облегчением: химереныш удерживал голову Эвы задними лапами за шкирку платья над водой. Неужели успел понять мои мысли? А где Крейн? Я повертела головой и поняла, что вообще его не вижу!

Что-то, точнее, кто-то в лице (или морде?) Чуда подсказал, что он ниже и левее. Как мы выбирались на берег, как я мысленно ругалась (не при детях же!), описывать даже не буду. Закономерный итог был таков, что мы мокрые, уставшие и обессиленные сидели на берегу озера, не в силах даже встать.

– Как можно не уметь плавать? – пробормотала я, глядя на лежащего на спине Крейна, которого из воды я вытащила исключительно благодаря непомерному везению и невесть откуда взявшимся силам.

– Я магией раньше пользовался, – буркнул Крейн, на щеках которого появился легкий румянец. – И вообще!.. Это Чудо вовремя не вытащил нас на берег, вот и… ай! Мои волосы!

Я только представила, как отрываю химеру от Крейна и шлепаю по шаловливой пятой точке, как Чудо моментально отлетело от Крейна и село рядом с Эвой.

– Надо двигаться, – сказала я, глядя на солнце.

– Куда?

– В деревню, я видела ее совсем рядом с нами. Иначе мы или замерзнем, или умрем от голода.

– Или нас найдет эта девица, меня и вас убьет, а Эву заберет с собой, – пробормотал Крейн, вставая с трудом. – Вот только безопасна ли деревня?

– А у нас большой выбор? – хмыкнула я. – С деревней – это пятьдесят на пятьдесят, а вот то, что похитительница Эвы чрезвычайно опасна и недружелюбна по отношению к нам – это все сто процентов.

До деревни мы добрели уже тогда, когда начало смеркаться. Химереныш, как единственный дееспособный защитник, сидел на плече Эвы, а я помогала измученному Крейну идти. Полянка быстро сменилась простой вытоптанной дорожкой, а та – более удобной каменной. Когда показались ворота деревни, я с облегчением выдохнула. Почти.

– Стойте! Не подходите близко, – воскликнул Крейн, когда мы уже стояли около входных ворот, перед которыми никого не было.

– Что такое? – спросила я, останавливайся и помогая Крейну осторожно усесться на землю.

Ну, грязнее он не будет, а стоять на ногах из последних сил – то еще удовольствие. Эва с Химерой остановились рядом с ним. Я же сделала несколько шагов в сторону ворот.

– Магический защитный контур. Он либо передает звуковой сигнал, что тут люди, либо атакует, либо убивает. Вы главное не пересекайте голубую светящуюся линию, – попросил Крейн.

Я посмотрела под ноги – вроде бы ее нигде нет. Потом посмотрела назад и поняла, что я ее уже пересела. Ой.

– А если уже все? – спросила я.

– Что все? – настороженно спросил Крейн.

– Я, кажется, прошла через нее, – заметила я, чувствуя, как от нервов губы сами собой растягиваются в улыбке.

– Ой-ей! – воскликнула Эва, глядя на меня испуганно.

– Ну, она меня не убила, значит, все не так плохо, – ответила я.

– Кто здесь? – из-за ворот донесся мужской бас.

Не слишком дружелюбный, но и не враждебный.

- Люди, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал вполне себе миролюбиво.

Ну а что мне отвечать, а? Здравствуйте, я тут влетела в ваш мир благодаря одной мерзкой женщине, которая пыталась украсть (почти) моего ребенка, едва не утонула в озере, промокла, промерзла и теперь хочу к людям в тепло и, если повезет, к еде.

– Люди, да? – Ворота распахнулись, и к нам навстречу вышел внушительного вида мужчина. – Людей мы любим. Есть на ужин, ха-ха-ха, уха-ха-ха…

Смех мужчины оборвался, когда мы все скептически посмотрели на него. И если мой взгляд его никак не удивлял, то Крейн, закативший глаза, и Эва, начавшая радостно хихикать и хлопать в ладоши, определенно удивили.

– Неужели совсем не страшно? – чуть обиженно спросил мужчина.

– А должно быть? – спросила Эва, умилительно похлопав глазками. – И ужин – это хорошо. Очень кушать хочу.

Кажется, кто-то напрочь проигнорировал тот факт, что в качестве ужина мужчина предлагал людей. Эх, Эва, Эва, иногда твои полеты в облаках… чрезвычайно полезны. Хотя бы для моего морального удовлетворения – вон как этот мужчина-шутник растерялся. Конечно, это тебе не взрослый пошутил в ответ, это сказала маленькая девочка с абсолютно невозмутимым видом, еще и улыбнулась чрезвычайно воодушевленно. Признаюсь, я бы от такой предпочла держаться как можно дальше. На всякий непредвиденный случай.

Но мужчина оказался не из робкого десятка. Не сбежал, наоборот, принялся расспрашивать:

– Вы кто? И что тут делаете?

– Путешествуем, – ответила я, улыбнувшись.

– В таком виде? – Мужчина выразительно окинул взглядом мой наряд.

Простое платье, которое я носила в поместье у Дитриха, хоть и подсохло, но все еще оставалось тяжелым и неприятно сырым. И это при том, что оно было простым и совсем не многослойным. Обычное универсальное платье, которая я носила в поместье. Такое могло принадлежать как аристократке, так и обычной горожанке. И это, признаюсь, меня выручило. Если бы я в чем попышнее в озере оказалась…

– Некоторые неприятности, – улыбнулась я. – Мы бы хотели найти ночлег и еду.

– Вы оплатить сможете? – поинтересовался мужчина.

– Отработаю, – уверенно сказала я. – Или вы позволите мне и моим детям замерзать тут?

Нет, я и оплатить могла, но насколько разумно рассчитываться магическими амулетами или золотом другого мира?

– Детям? И этот тоже ваш? – указали на Крейна.

Тот, молодец, не растерялся:

– А я в папу внешность пошел. Или что? У вас все дети – копии родителей? Почему я сразу не мамин? Вы меня еще беспризорным назовите!

– Крейн мой братик! – быстро подыграла Эва, вцепляясь Крейну в шею. – Плохой дядя, плохой!

Мужчина закономерно растерялся:

– Да я…

– Что вы? Вы моих детей зачем расстраиваете? – с деланной обидой спросила я. – Ну не похожи мы. Но глаза, между прочим, одного оттенка. Зеленые у меня, а у сына – темно-зеленые.

– Да я к тому, что ваш сын выглядит уж слишком взрослым, чтобы быть вашим сыном, – возмутился мужчина. – Как такой взрослый малец может оказаться ребенком такой молодой женщины? Я же не слепой. Зачем врете, а?

Достойный ответ в голове возник моментально.

– Я вру? Зачем? Видите ли, вы ошибаетесь. Это не мой сын выглядит взрослым. Это я хорошо сохранилась, – ответила я, после чего, проникновенно глядя стражнику в глаза, совершенно бессовестно заявила: – Сорок пять.

– Что?

– Мне сорок пять лет.

– О темная богиня!

– Светлая, – поправила я.

– Что?

– Я говорю, что не согласна быть темной богиней. Исключительно светлой.

Мужчина бросил на меня еще один полный удивления, к которому начало примешиваться восхищение, взгляд. И подошел поближе, протянул руку со словами:

– Ифан. А вас как зовут? Светлая богиня.

И ехидства столько!

– Кира, – ответила я.

Крейн, который до этого был полуживым, внезапно резво подскочил к нам, таща Эву за руку.

– Мы теперь можем войти? – спросил он. – Если знакомство закончено.

– Мелкий нахал! – восхитился Ифан, делая шаг в сторону.

Он присел на корточки, провел ладонью около линии, которую я упустила из вида – и та исчезла.

- Весь в папу, – ответил Крейн. – У мамы, как видите, характер идеальный. Так что?

– Можете войти, заходите. – Ифан встал и сделал приглашающий жест рукой. Когда Эва поравнялась с мужчиной, тот тут же спросил: А вашей маме действительно сорок пять?

Эва остановилась, Крейн нахмурился.

– Конечно, нет, – ответила Эва, глядя на Ифана большими глазами.

– Вы все же соврали, – довольно ухмыльнулся мужчина.

– Ей пятьдесят два, – не растерялась мелкая. – Но она свой возраст скрывает. Говорит, что после восемнадцати вообще считать нельзя – плохо на нервах сказывается. Ну так что, дядя, вы нас впустите? В деревню на ужин. И неважно, из чего он будет – из животных или из людей, я очень, очень хочу кушать. Покормите, а?

– Покормлю, – фыркнул мужчина.

Ворота перед нами распахнулись – кто-то определенно владел магией воздуха. Милая уютная деревня с приличными на вид домиками, широкая дорога из мелкого камня, цветочки везде, огромный фонтан, поддерживаемый магией, в центре. Да уж. Или мы попали в какую-то особую деревеньку, или все люди в этом мире довольно хорошо живут. Как только мы вошли внутрь деревни – ворота за нами довольно быстро захлопнулись, пробуждая настороженность.

Ведь именно в подобных милых деревеньках во всех прочитанных мной книгах творились очень страшные вещи. Впрочем, мы не в книге, а Эва, которая сейчас была готова съесть что угодно и кого угодно, пугала меня даже несколько больше, чем загадочная деревня и Ифан.

Дома внутри были ничуть не хуже, чем снаружи. По крайней мере, тот, в который нас привел Ифан. С первого взгляда дом мог показаться обычным, но стоило только войти, остановиться в просторном коридоре и осмотреться, как сразу же многие вещи бросались в глаза. Например, идеально отшлифованное магическое дерево с едва заметным золотистым блеском. Подобное Дитрих использовал для своего особняка, чтобы учеба и шалости племянников не обрушили дом. И стоило оно совсем не дешево. Еще в коридоре были всякие магические штуки вроде самоочищающегося ковра, светильников на стене, которые загорались, как только люди входили…

Не слишком ли для простой деревушки в глуши?

Когда я падала, то никаких крупных городов, оживленных дорог и тому подобного не заметила. Это место явно не пользовалось популярностью. Да и ворота, между прочим, казались самыми простыми. Если у кого-то была возможность установить столько всяких магических приспособлений, то почему же ворота выглядели так, словно едва держались? Для маскировки? Но от кого маскировались – от обычных воров или?..

- Ромэйна, накорми и приюти наших гостей. Они определенно попали в неприятности, а мы же не из тех, кто позволит юным магам и их матери страдать из-за голода и холода, не правда ли? – Ифан чуть ухмыльнулся, глядя на нас.

Звучало так, словно в будущем нам обязательно позволят страдать из-за куда более серьезных вещей. Уточнять, так ли это, я благоразумно не стала.

– Юным магам? – Восторг и удивление в голосе меня ничуть не обрадовали. – Иду-иду, бегу-бегу! Буквально пять минуток!

Мало ли, чему эта Ромэйна радуется – возможности по-доброму помочь несчастным детишкам или же похитить их и продать?

Эву, несмотря на всю ее романтичную натуру, восторг тоже не впечатлил – она сразу же встала за мной и схватила меня за руку. А еще… пихнула Крейна второй рукой в правый бок. Он тут же уставился на Эву с удивлением. Собственно, как и я.

– Мужчины… – пробормотала Эва, закатив глаза, от чего рядом закашлялся Ифан.

– Где она такому научилась? – спросил Ифан, выразительно поглядывая на меня. – Идеальный характер, да?

– Да, – влез Крейн. – Все плохое, что увидите – это от папочки.

– И закатывание глаз с презрительными фразами? – усмехнулся Ифан.

– Лишь частично, – ответил Крейн. – Папа после этого советовал бить по самому мужскому-дорогому, но мама отучила. Сказала, что не женское это дело – драться. Лучше попросить кого-нибудь посильнее. Ты это имела ввиду, Эва, когда меня пихала?

– Именно. Почему ты стоишь не впереди? Разве ты не должен нас защищать? – спросила девочка, нахмурившись.

Кажется, чье-то романтическое сердечко сейчас разобьется.

– Я успею вас защитить, даже если буду стоять тут, – неловко улыбнулся Крейн, который стоял рядом, но тут же шагнул вперед, загораживая Эву.

- А я не подойду в качестве защитника, милая юная леди? Я определенно сильнее этого малыша, – спросил Ифан, тыкая в самого себя пальцем.

– Нет, – мотнула головой Эва. – Вы странный, подозрительный и не такой красивый, как Крейн или папа.

Рядом раздался заливистый смех: к нам в коридор вышла красивая высокая девушка, всего на полголовы ниже Ифана. Чем-то она была похожа на мужчину, но черты лица были тонкими, выразительными, да и губы куда более пухлыми. Они родственники?

– Ты когда эту малышку успел обидеть, Ифан? Снова твои дурацкие шутки о том, что мы едим детей, а, братец? Дошутишься когда-нибудь. И придет к тебе чей-нибудь красивый отец с не самым хорошим характером и как ударит по самому мужскому-дорогому, – хихикнула девушка. – Что ж, дорогие гости, проходите, сколько можно стоять на пороге? К нам нечасто заглядывают, поэтому мы всегда рады новым лицам.

Я улыбнулась автоматически, не ощущая никакого спокойствия от столь радушного приема. Опыт мне подсказывал, что подарки судьбы всегда идут в комплекте с подвохом.

Стол, за который нас усадили, лишь подтвердил мои подозрения: слишком роскошный для простых людей. Нет, еду попытались замаскировать под простецкую, ту, которую бы ели обычные горожане, даже посуда была самая обычная, но вкус выдавал – добавленные приправы и необычные способы приготовления превратили обычные на вид похлебку, рагу и запеченную птицу в изыски.

– Значит, госпожа, вы путешествуете? – спросил Ифан, улыбаясь.

– Верно, – я с благодарностью кивнула Ромэйне, принесшей мне и детям по кружке чая.

– С детьми? Одна? – с легким сарказмом заметил Ифан. – Не владея ни оружием, ни магией?

– В моем возрасте обычно о таком не беспокоятся, – без зазрения совести солгала я.

– Правда? Неужели путешествие протекает гладко?

– Как вы могли заметить – нет, – ответила я.

В конце концов, перед воротами я сказала, что пропала в переплет. Когда врешь, то самое важное – помнить всю свою ложь от начала до конца.

– И что же случилось, если не секрет?

– А если секрет? – вмешалась Эва. – Вы не станете дальше расспрашивать?

– Стану, – пожал плечами Ифан. – Какими бы милыми не были наши гости, мы должны знать, что они безопасны для деревни. Слабые и беспомощные…

– Маги высшей ступени, – поправил его Крейн.

Маги? Значит, Ромэйна тоже? Я бросила взгляд на девушку, которая тут же мне улыбнулась, и напряглась.

– Ифан, хватит. Нельзя пугать леди с двумя маленькими детьми. Дай им спокойно поесть, отдохнуть, а потом уже все остальное.

– Ромэйна, слушай...

– Нет уж, ты послушай. – Ромэйна подошла к Ифану, уперла руки в бока и грозно сказала: – Проветрись.

– Что? Но…

– Иди и проветрись, Ифан. Не заставляй меня повторять, ты же мой характер знаешь…

– Ладно, ладно, пойду проверю ворота. Вдруг кто-то еще нагрянет к нам сегодня в гости.

Я продолжала улыбаться, хотя внутри всё напряглось: неужели Айне? Ифан говорил с такой уверенностью, что стало понятно: гости точно будут. Вот только те, которых ждали жители деревни? Или те, которых бы я очень не хотела видеть? Ладно, это закономерно, что Айне будет нас преследовать. И лучше она найдет нас тогда, когда мы находимся в компании магов высшей ступени, чем одни.

В конце концов, бедная леди без капли магии и двое маленьких детишек вызывают больше симпатии, жалости и доверия, чем одна странная девушка, которая, ко всему прочему, является сильным магом.

Ифан вышел, а Ромэйна довольно фыркнула:

– Теперь я могу показать вам дом. Хотите?

– Хотим! – воскликнула Эва. – И не только… Можно вас спросить?

– О чем? – Ромэйна все же чрезвычайно мила.

– Почему этот страшный дядя вас так слушается? – спросила Эва, вставая из-за стола. – Это… это сила любви?

Ромэйна взглянула на девочку и… рассмеялась.

– Нет, это сила.

– Сила чего?

– Просто сила. Я сильнее его, – хихикнула Ромэйна. – В наших дуэлях девять из десяти побед мои. Братец, конечно, меня любит. Но не проигрывать он, пожалуй, любит даже больше. А его единственный способ не проиграть мне – не вступать со мной в дуэль.

– О… – Эва вся замерла, глядя на Ромэйну круглыми глазами. Повернулась ко мне и жалобно-жалобно спросила: – А как же сила любви?

– Спроси у Крейна. Он мужчина, так что мужчину должен лучше понять, – сказала я, бессовестно перебрасывая сложнейший вопрос на Крейна, за что получила полный ужаса взгляд.

Нам показали дом: и уборную, и банную, и наши личные комнаты, где мы будем ночевать. Крейн даже успел во время осмотра юркнуть куда-то в другую комнату, но Ромэйна совсем не ругала его за такое самоуправство.

– Я не знал, что туда нельзя, – сказал Крейн с некоторым вызовом.

– Да можно. Почему нельзя? С помощью магии я прибралась везде, так что можете заглядывать куда хотите, – сказала Ромэйна.

Такое излишнее радушие было еще подозрительнее, чем запреты. Но Крейн, притворяясь дитем, воспользовался им по полной: осмотрел едва ли не все спальни. После осмотра одной он вышел немного нахмуренным, словно нашел нечто странное, но никаких знаков не подал. Значит, не опасно. Но важно. Как бы его расспросить? По Ромэйна заканчивала экскурсию по свою немаленькому дому, я пыталась придумать, как бы расспросить Крейна, что он там такое увидел.

Но в итоге ничего не вышло, потому как по завершению осмотра нас не оставили в покое. Ифан вернулся в дом и громко закричал:

– Вас там ищут!

– Меня? – удивилась Ромэйна. – Кто?

– Да не тебя. Наших гостей.

Глава 2. Часть 1

Мы с детьми вышли во двор в сопровождении Ифана и Ромэйны. Моя интуиция захлебывалась в панике, крича, что я должна остановиться, никуда не ходить, а лучше – спрятаться вместе с детьми где-то в доме.

Но приходилось давить из себя улыбку, отвечая на какие-то ни к чему не обязывающие вопросы Ромэйны.

– Вот она! Она, воровка! Она украла моего ребенка! – закричала Айне, тыча в меня пальцем.

Неподалеку стояли двое мужчин и следили за ней. Что-то уж больно настороженные эти деревенские. То женщину с двумя детьми пугаются, то хрупкую девушку. С другой стороны,

– Это мои дети! – от такой наглости я даже забыла, что неплохо было бы испугаться.

– Как же! Что еще ты скажешь? – Айне угрожающе двинулась в мою сторону. – Соблазнила моего возлюбленного, втерлась в доверие к его детям, воспользовалась его отсутствием и украла их! Что ты им наплела? Соврала, что любишь? Любишь очень сильно, да? Вот только она вам врет! Она вас ненавидит!

Мы с детьми недоуменно переглянулись – что тут происходит? Не только мы. На крики Айэне вышли другие люди и теперь перешептывались друг с другом, пытаясь разобраться в ситуации. Айне выглядела убедительной. Я бы сказала – очень. Не знай я, что все это бред, то я бы если не поверила ей на все сто, то в себе засомневалась бы. Но кое-что было странным. Ее логика!

– Зачем мне красть чужих детей, которых я ненавижу? – спросила я… у Ифана.

Ну а у кого еще? Не у Айне же! А Ифан, пусть и немного… специфический, но с головой дружит. Может он мне объяснит, какой резон в этом мире красть детишек?

– А почему нет? – фыркнул Ифан.

– Потому что чужие дети, которых ты не любишь – это вечные проблемы. Они ноют, доставляют неудобства, их надо кормить, обувать, одевать, утешать.

– Мы – проблемы? – внезапно дернула меня за рукав платья Эва.

– Нет, конечно, – фыркнула я. – Я вас люблю, а когда любишь, то все перечисленное в удовольствие!

В целом. Частности опустим.

– Детей-магов можно очень выгодно продать, госпожа. Или вы не знаете об этом? Не слишком ли вы тогда наивны?.. – Ифан смотрел на меня с легкой усмешкой.

Пытался продемонстрировать, что все мои разговоры бесполезны?

– За хорошим мужем, коим является наш отец, только такой быть и положено, – буркнул Крейн, поддерживая меня. – И это женщина врет – я не ее сын. Можете использовать амулет правды.

– Амулет правды можно обмануть, – воскликнула Айне – и как только услышала?! – А вот амулет родства не обмануть. Этот мальчишка действительно не мой сын, а вот девочка, Эва, моя! И я могу это доказать.

– Послушайте, госпожа, давайте все спокойно обсудим. – Ромэйна подняла руки вверх, демонстрируя ладони. – Не нужно так горячиться.

– Либо вы отдадите мою дочь, либо я вызову стражу из ближайшего города, чтобы они помогли мне восстановить справедливость. Амулет легко подтвердит наше родство.

– Зачем так горячиться, госпожа? У нас мирная спокойная деревня, не нужно никакой стражи, после них вечно окороков и колбас не досчитываемся, – продолжала увещевать Ромэйна.

Ее слова звучали логично, вот только по нескольким людям, которые не так хорошо контролировали свои эмоции, я поняла, что местные очень не хотят видеть тут стражу. Настолько, что, боюсь, могли бы и отдать этой Айне непонятную женщину с двумя детьми.

– Давайте проверим действие амулета и узнаем, кто лжет, – предложил Ифан.

Я нахмурилась и уже собиралась сказать, что Айне лжет, пусть использует свой амулет, как Крейн резко схватил меня за руку и сжал.

– Что?

Мальчишка, выглядя достаточно напуганным, резко замотал головой.

– Вы все еще не верите, да? Тогда смотрите! – Айне резко подбросила в воздух амулет – огромный желтый кристалл на шнурке – и пробормотала что-то непонятное.

Ее глаза блеснули желтым, а амулет застыл в воздухе и начал светиться. От него медленно протянулась одна светящаяся ниточка в сторону Айне, а через минуту вторая, точная копия первой, потянулась к Эве.

Местные жители наблюдали за этим с поразительным спокойствием, а вот мне было не по себе. И Крейну, кажется, тоже: он нервно кусал губы и сжимал кулаки так, что его руки побелели. Неужели настолько переживает за нас с Эвой? Впрочем, сейчас это последнее, что должно было меня волновать.

– И после этого вы будете утверждать, что Эва – не моя дочь? А ты сама что скажешь, Эва? – Айне посмотрела на малышку как-то сильно уж злобно.

Угрожала? Я встала перед Эвой, заслоняя ее. Чудушко уже был наготове, да и Крейн сообразителен. Если они попробуют отобрать Эву, то мы попытаемся удрать! В конце концов, настораживали меня только двое – Ифан и его сестра Ромэйна, все остальные не вызывали опасений. Точнее, не меня настораживали, а Чудушко, которое очень тонко транслировал мне свои эмоции.

Эва же угрозам не вняла, встала рядом и взяла меня за руку.

– Ты не моя мама.

– Опять врешь? Амулет…

– Не вру, – ответила Эва. – Мать – это не та, что родила, а та, которая воспитала! А ты меня не воспитывала, ты меня бросила.

И всхлипнула. Очень натурально надо заметить.

– Гадкая женщина! – внезапно поддержал ее Крейн. – После всего, что ты сделала, ты снова пришла, чтобы разрушить нашу семью?!

Я не успела скрыть удивление на лице. Что говорить, даже Айне на секунду потеряла дар речи. И этим, разумеется, воспользовались. Скажем так, именно в этот момент я осознала, насколько сильно я, мое поведение и мои привычки повлияли на детей, потому что они устроили настоящую сцену!

Такую, на которую и я не всегда была способна.

– Ужасная! – поддержала ее Эва. – Ты… Ты бросила меня и папу, чтобы… чтобы…

– Чтобы что? – спросила Ромэйна.

– Чтобы сбежать с тремя любовниками! – прокричала Эва, зажмурив глаза.

– Бесстыдная женщина! – Крейн кричал громче, но до выразительности и экспрессии и Эвы ему было далеко. – Нашего великолепного отца всего ради трех любовников! А теперь, когда ты их всех… ты решила вернуться к отцу? И разрушить нашу прекрасную дружную семью. Ты даже подговорила жителей нашей деревне, чтобы они отобрали Эву.

– Угу! Что ты за мать такая? – всхлипнула девочка. – Зачем ты так со мной поступаешь?

– Что за бред вы несете?! – не выдержала Айне.

А в позиции наблюдателя не так уж плохо, главное, не ухмыляться, глядя на растерянную Айне и слыша осуждающие шепотки жителей деревни.Сдерживать злорадство удавалось с трудом, как и гордость за детишек, в совершенстве освоивших мой главное оружие борьбы с теми, кто сильнее меня.

– Госпожа Айне, вам не кажется, что нам нужно подробнее разобраться в этом деле? – Из толпы вышла старушка, такая прямо классическая: вся седая, чуть сгорбленная и с добрым-предобрым лицом, которое у меня вызвало настороженность.

– Да-да. Расспросить. Особенно про тех мужчин, с которыми что-то сделали! Выкрикнул кто-то из толпы. Что вы сделали с вашими тремя любовниками?

– Я ничего ни с кем не делала, потому что никаких любовников у меня не было, – раздраженно сказала Айне.

– Не было? Тогда почему вы говорите, что мой отец – это ваш муж, если он не ваш любовник? – спросила Эва.

– Что ты говоришь, доченька?

– То и говорю! Вы же сами мне об этом рассказывали, забыли? – спросила Эва, а потом спряталась за меня. – Вы точно та женщина, что обманула моего отца и завела трех любовников? Может, вы злой дух, который принял ее облик?

Дыхание Эвы было довольно частым, словно ее заставили долго-долго бегать. Оно и неудивительно: обычно она была куда более молчаливой, если не считать очередной оды романтике.

– Госпожа Ромэйна, я принес камень правды, – неподалеку от Айне показался парень в рясе. Он сделал пару шагов в ее сторону и остановился, словно боялся ближе подойти. Кто это?

Священник? Тут вообще они есть? Или целитель? Но как-то он слишком уж молод, на вид лет шестнадцать-семнадцать. Или вопрос в его светлых волосах и наивном выражении лица, которое присуще лишь детишкам?

– Спасибо, Олиан, – поблагодарила Ромэйна. – Хоть проясним ситуацию немного. Узнаем, были ли у пришедшей госпожи три любовника или нет.

– Да не было у меня никаких трех любовников! – закричала Айне, от чего парнишка шарахнулся и выронил амулет, который загорелся ярко-красным.

– Ха-ха, – из толпы донеслись смешки. – Так все-таки трое любовников было.

– Да ну!

– А чего бы камню так реагировать?

Айне, надо заметить, покраснела. Вот только от злости или от смущения – тот еще вопрос, кто ее разберет?

– Так может неодновременно, – раздался женский голос. – А то надоели! Как мужчина – так сотня любовниц до жены нормально, а как женщина, так три любовника – и смешки.

– Эй, Олиан, спроси камень правды, ты же умеешь.

– О т-т-таком?

– О таком, таком, надо же нам знать, – крикнул один мужчина.

Чем дальше все продолжалось, тем больше напоминало сюр. Мы с Дитрихом, конечно, тоже чудили, но я была уверена, что мы – редкие экземпляры. А оказалось, что в этом месте таких редких экземпляров целая деревня!

Олиан послушался, спросил: и камень снова загорелся красным.

– Как можно любить троих одновременно?! – искренне возмутилась Эва.

– Необязательно, чтобы она их любила, – ответил ей Крейн.

– Почему? Любовник – это от слова любовь. Если не любит, значит, не любовник, – уверенно заявила Эва.

– Кто тебе сказал такую глупость? – фыркнул Крейн. – Все совсем не так.

– А как? – спросила Эва.

– А… а… – начал Крейн. – Я потом объясню, сейчас не время.

– А чему время? – насупилась Эва.

– Вы же не отдадите мою сестричку этой ужасной женщине? – громко спросил Крейн. – Чему она ее научить может? Заводить троих любовников? А моя мама другая, она хорошая, добрая, умная. И никого, кроме моего папы, у нее не было. Честная женщина.

– С одним любовником, – добавила Эва, хихикнув.

Все складывалось так хорошо, что мне даже не верилось – неужели повезло и мы избавимся от Айне?

– Да какая разница, какая у меня была личная жизнь! – не выдержала Айне.

– Не скажите, госпожа. Вдруг вы на глазах этих невинных детишек будете предаваться этому…разврату! С тремя! – воскликнула женщина. – Нельзя это! Греховно. И детям дух испортите, и себя на плаху отправите.

– Ы, а я бы посмотрел. Может она меня заберет? Четвертым… Ай!

– Еще неизвестно, что она с этими тремя мужчинами сделала. Почему она за детьми одна пришла? Без мужской поддержки, а?

– Она маг!

– Ну и что что маг! С тремя мужиками повнушительнее было бы, – фыркнула какая-то женщина. – Я бы и десятерых прихватила, если бы они у меня были.

– Так может они вообще померли, – хихикнул кто-то.

– Угу, высосала их жизненные силы аки ведьма!

– Эй, твои любовнички живые хоть? – громко крикнул мужик.

– Да откуда я знаю?! – взвыла Айне.

Я бы тоже взвыла: осуждающие взгляды, выкрики со всех сторон, полное игнорирование твоих слов и вообще присутствия. Даже я немного растерялась от такого, что уж говорить об Айне, которая была в центре внимания?

– С меня хватит! – заорала женщина. – Отдайте мне моего ребенка! Или я больше не буду с вами разговаривать, а включу сигнальный амулет, чтобы сюда явилась стража. Посмотрим, что они скажут, когда узнают, что у меня украли моего ребенка!

Ромэйна цокнула раздраженно, но нацепила на себя улыбку и двинулась в сторону Айне. Казалось, что она планирует ее успокоить:

- Подождите, госпожа, мы же ничего плохого не хотим, нам нужно разобраться в этом деле. Мы простые честные люди, что ж вы так…

Ромэйна, оказавшись в шаге от Айне, сделала странное движение рукой – и оказалась позади Айне. Я моргнуть не успела, как Айне рухнула на землю.

– Госпожа-а-а-а, – простонал священник. – Ну зачем вы так?

– Не кипишуй, она живая. Сами знаете, что делать, – строго сказала Ромэйна и направилась ко мне с детьми.

Двое рослых мужчин мигом вышли из толпы, подхватили Айне по руку и куда-то поволокли. Жители начали медленно разбредаться, все еще отпуская шутки на тему бурной личной жизни нашей преследовательницы. А мне вот было не смешно: мы определенно попали не в самую обычную деревню!

– Вы ее вырубили, – сказала я, когда Ромэйна оказалась рядом.

– Именно, – ухмыльнулась девушка.

Видимо, ничего объяснять мне не собирались.

– А разве не проще было нас отдать ей? – спросил Крейн.

– О, так вы хотели уйти с вашей мамочкой? – хихикнула Ромэйна. – Надо было сразу говорить…

– Нет, конечно, – насупился Крейн. – Но зачем вы это сделали? Неужели из-за нас, незнакомцев?

– Не совсем. Я опасалась, что стража благодаря этой дамочке заявится в любом случае, не так уж важно, отдадим мы ей девочку или нет. А после них, как я уже говорила, вечно еды меньше становится. Жалко окорочка и колбаски, которые я делала, – рассмеялась Ромэйна. – Что ж, пойдемте обратно в дом.

– Что ж, не расскажете свою историю, госпожа? – спросила Ромэйна, как только нас с

– Я же рассказывала…

– Настоящую историю, а не сказки про путешествия, – поправила меня Ромэйна, присаживаясь напротив. – Каким образом вы оказались здесь с детьми этой Айне?

– Это не ее дети! – воскликнула я.

– Я бы очень хотела вам поверить, однако факты доказывают иное.

– Какие факты? – спросил Крейн. – Вы про тот камень? Думаете, много умений надо, чтобы подделать простую безделушку?

– Много, мальчишка, много, – с улыбкой возразила Ромэйна. – У нас едва ли с десяток магов по всей стране способны заколдовать камень родства так, чтобы он показывал иные результаты.

Если подобное может осуществить всего десять человек, то разве об этом сможет узнать обычная девушка из деревни? Странно…

– В любом случае, госпожа Ромэйна, я благодарна вам за то, что вы не позволили этой женщине забрать Эву, – сказала я.

- Раз уж благодарны, то выражайте это иначе, не только на словах. Информация. Кто вы, откуда, почему путешествуете с детьми в столь неспокойное время? – строго спросила Ромэйна.

Я сглотнула. Сказать правду? Но это опасно: Ромэйна легко обезоружила Айне, с которой мы ничего не смогли поделать. Я бы сказала, играючи. Если не сказать правду, то придется лгать. И какая ложь будет достаточно правдоподобной? Я ничего не знаю об этом мире, всякой магии и тому подобном. Но рядом со мной есть тот, кто хотя бы разбирается в магии.

– Пусть вам расскажет Крейн, – вдохнула я.

– Ребенок? – Ромэйна улыбнулся буквально уголком губ. – Серьезно? Вы переложите свои обязанности на дитя?

– Госпожа, вы мне уже не верите. Потому что я взрослая, могу правдоподобно соврать. Но ребенок не сможет настолько хорошо выкрутиться, – заметила я.

– Ребенок-маг не сможет? – Ромэйна чуть рассмеялась. – Ладно, мальчишка, рассказывай.

– А что рассказывать? Все из-за этой Айне началось, – вздохнул Крейн. – Мы наняли ее в качестве слуги, она на нас работала, с нами жила, а потом вознамерилась похитить Эву. Вот только попытка похищения не удалась, потому что мы с мамой заметили активацию телепорта и бросились за Эвой. Нас перекинула сюда.

Умница, идеальная полуправда, я бы поверила безоговорочно. Но Ромэйна была другой:

– Да, тогда расскажите, кто вы? Какому роду принадлежите?

– Не могу. Сами знаете, что мы не в том положении, чтобы рассказывать о титулах. Ни один аристократ на нашем месте не сказал бы. Когда мы без охраны, то называть свою фамилию – последнее дело.

– Хм, верно. Что ж, тогда достаточно будет сказать, из какой страны вы пришли. Чтобы мы хотя бы подсказали вам дорогу обратно домой. И никаких беспокойств по поводу безопасности.

Я чуть нервно улыбнулась: как можно назвать страну, если ты даже не знаешь, в каком мире очутился?

Глава 2. Часть 2

– Мы сами найдем дорогу домой, – ответил Крейн. – Я ведь маг. Это не проблема.

– Правда? – буквально пропела Ромэйна.

– Правда, – не растерялся Крейн.

– Какие-то вы подозрительные, – не сдержалась девушка.

– Мы? – не сдержалась я.

– Вот-вот! Это вы подозрительные, – поддержал меня Крейн.

– До ужаса, – тихонько прошептала Эва.

– О, правда? И в чем же? – спросила Ромэйна.

– Строите из себя добрячков, напрашиваетесь с нами в дорогу. С чего такая доброта? – уверенно сказал Крейн.

Ответить девушка не успела: к нам буквально ворвался тот самый Олиан, который напомнил мне священника. Ни стука, ни предупреждений. Но как он так тихо пробрался?

Выглядел Олиан не лучшим образом: усталость отпечаталась темными кругами под глазами, а бледность бросалась в лицо.

– Ну что? – Ромэйна повернулась к нему. – Ты опять использовал ту магию? Сколько раз просила быть осторожнее.

– Я бы хотел, но разве ситуация позволяет? К тому же, в этот раз не зря, она действительно из них, – вздохнул парень. – Как вы и предполагали. Но я думаю, что на этот раз случайность.

И бросил на меня с детьми выразительный взгляд.

– Какая-то случайность неудобная. Подстава, я бы сказала.

– От кого? – спросил священник. – Не от них же.

– От судьбы, от кого еще? – вздохнула Ромэйна. – Ты уверен, да? Не ошибся? Сейчас, чтобы нас запутать, они нередко используют ни в чем не повинных людей.

– Уверен. У этой девушки не стандартная печать культа. Очень замысловатая, такой у рядовых членов быть не может.

Печать культа? Да кто эта Айне вообще? Нет, вопрос даже в другом. Почему Ромэйна и этот Олиан обсуждают такие сложные дела при нас? Неужели хотят проверить реакцию?

Но все, что мы могли продемонстрировать – это недоумение. И, пожалуй, немного страха, потому что слово «культ» не вызвало ни единой положительной ассоциации. Более того, где-то в глубине души вызывало первобытный страх.

– Пусть остальные глаз с нее не спускают. Подозреваю, что она может доставить куда больше проблем, если будет в добром здравии и без присмотра.

– Человек, которого вы так легко вырубили, госпожа?

– Только из-за того, что она не знала и не подозревала. Иначе могло быть куда сложнее.

– Я понял, предупрежу стражу, – парень кивнул и вышел из комнаты.

Ромэйна же моментально вернулась к прерванному диалогу:

– Так на чем мы там остановились? Говорите, с чего помогать? Хм-м-м, с того, что вы дети? С того, что вам явно нужна помощь? И мы можем ее оказать.

– Не нужно, обойдемся, – ответил Крейн.

– Хорошо, хорошо, я не буду ни на чем настаивать, но лишь при одном условии. Назовите страну.

– Мы же сказали…

– Любую страну этого мира, – улыбнулась Ромэйна. – Что? Не можете?

– Можем, но зачем?

– Затем, что вы не из этого мира, правда? – улыбнулась девушка. – Эта девушка, представившаяся матерью Эвы, наверняка преследовала вас, поэтому вы пересекли границу между мирами и оказались здесь? Что, судя по вашему виду, я ошиблась? В деталях, пожалуй, могла, но основные вещи отгадала, так? Из какого вы мира? Давно эта «женушка» вас преследует?

Глава 3. Часть 1

Мы с Крейном переглянулись – никто из нас не знал, как действовать. Продолжать врать? Глупо, ведь Ромэйна уже обо всем догадалась. Или, правильнее будет сказать, имела доказательства? В конце концов, я понятия не имела, на что способна магия – как предыдущего мира, так и этого. Сознаться? Но не сделаю ли я хуже, выложив всю правду просто так?

– С чего вы взяли? – спросил Крейн, дерзко выпятив подбородок.

Молодец! Если бы такой вопрос спросила я, то сдала бы себя с потрохами. А вот ребенку многое прощается.

– С того, что вы не первые такие, – ответила Ромэйна. – Ладно, я прекрасно понимаю, насколько сложно поверить незнакомым людям, особенно, когда эти люди даже не из одного с вами мира.

– Лъмрок! Так называется страна из этого мира.

– Точно. Только вот существует эта страна или нет? – ласково спросила Ромэйна. – Ты уверен, что карта в одной из комнат, где эта страна написана, настоящая? И что ничего не изменилось до сих пор? Я ведь могла повесить ее на стену специально, чтобы вычислить из этого мира вы или нет.

– Уверен, – сказал Крейн.

Шустро соображает. Если он ошибся в первый раз, то уже, считай, выдал себя. Поэтому настаивать – единственный выход.

– Ты очень стараешься защитить свою маму с сестренкой. Но принимать решение не тебе, а ей, – Ромэйна посмотрела прямо на меня. – Готовы ли вы, госпожа, выслушать некоторую информацию от меня, а после принять решение?

– А что, если не готова? Заклеймите участницей культа и посадите под замок? – поинтересовалась я.

Провоцировать девушку было рискованно, но я не видела иного выхода. От ее ответа сейчас зависит слишком многое. Например, попытаемся ли мы удрать или же спокойно послушаем рассказ. И Ромэйна не разочаровала:

– Нет, конечно. Участники культа – хуже грязи. Я ни за что не стану называть так кого-то, не имея достаточных доказательств. Это ужасное оскорбление для любого живого существа. Если вы не захотите со мной поговорить, что ж… Предложу вам переночевать, снабжу картой и едой. И можете идти куда хотите. Конечно, этот вариант я не рекомендую. Женщина с двумя детьми, не владеющая серьезной боевой магией, – слишком лакомый кусочек для многих нехороших людей.

– Рассказывайте, – выдохнула я, принимая решение.

В конце концов, если бы нам действительно хотели причинить вред, то не стали бы церемониться.

– Тогда пойдемте в мой кабинет. Чтобы не быть голословной, я предоставлю вам газеты. Так будет намного проще.

– И расскажете про культ, – сказал Крейн. – За что вы его так ненавидите.

– Могу сказать прямо сейчас. Все ненавидят культ за его поклонение ведьме.

– Но разве ведьмы – не легенда? – удивилась я.

– Легенда? – рассмеялась Ромэйна. – Если бы. Возможно, в других мирах так оно и есть, но у нас есть настоящая ведьма. Существо, которое нельзя назвать человеком. И которое медленно, но верно идет к самым отвратительным и мерзким целям. И участники культа поклоняются ей.

– Она промывает им мозги? – спросила Эва. – Зачаровывает?

– О нет, – из Ромейны вырвался горький смешок. – Хуже.

– Что может быть хуже промывки мозгов? – спросил Крейн. – Самое жуткое, что может случиться с магом – это потеря контроля над своим телом и своими действиями.

– Верно, – кивнула Ромэйна, вставая. – За мной, объяснять без подручных материалов довольно трудно.

– Так почему хуже? – повторился Крейн, когда мы вышли следом за Ромэйной.

– Ах, хуже для нас, нормальных людей. Ведьма сотрудничает с обычными людьми. Создает запретную магию для тех, кто ей служит, тем самым нарушая баланс и провоцируя разрушение миров.

– Вы хотите сказать, что есть люди, которые будут сотрудничать с ведьмой?

– Ужасно, правда? Это как преступление против всего живого в этом мире. Больше, чем отвратительно. Человечество должно было объединиться для сражения против общего врага, а вместо этого… Считай, что пытается самому себе ногу мечом отрубить. Людей с промытыми мозгами можно временно изолировать. Со смертью ведьмы очарование спадет. Заколдованных можно расколдовать. Все пострадавших можно вычислить и спасти. Но что делать, если люди в здравом уме и твердой памяти становятся преданными слугами ведьмы и страшными врагами человечества?

– Убивать, – пожал плечами Крейн.

– Не надо! – воскликнула Эва.

– Думаешь, они заслуживают жить? – спросил Крейн, которого я не успела одернуть, потому что спускалась по лестнице куда-то вниз.

Нельзя же такие вещи говорить Эве, она маленькая!

– Дядя говорит, что враги человечества не заслуживают легкой смерти! Нельзя их сразу убивать.

– Какой у вас интересный дядя, – заметила Ромэйна. – Заходите, присаживайтесь.

А кабинетик ничего такой. Побольше, чем у Дитриха, и не меньше королевской переговорной. Это на первый взгляд. А уж если взять книжные стеллажи, то почти библиотека. Теперь понятно, чему мы так долго спускались по лестнице вниз: на первом этаже для такого кабинета попросту не было бы места.

– Да, самый лучший! Идеальный мужчина и муж, – гордо возвестила Эва, усаживаясь в кресол. – Мечта любой девушки!

– О-о-о, вот как! Потрясающе. Умный, добрый, заботливый и богатый.

– Да! А еще очень красивый, – ответила Эва.

– Хм, познакомишь меня с ним? Я девушка свободная. И тоже очень умная, добрая, заботливая и слегка богатая. – Ромэйна дразнила Эву без капли стеснения.

– Нет!

– Почему?

– Он уже занят. Где вы вообще таких потрясающих и незанятых мужчин видели.

– Да? Какая жалость. А его возлюбленная тоже хороша? А то я бы за такого мужчину я бы поборолась. И не проиграла бы.

– У вас бы ничего не вышло! Он женат на лучшей женщине в мире, нашей маме! – воскликнула Эва и, словно этого было мало, ткнула пальцем в мою сторону.

Крейн процедил что-то сквозь зубы, а я подавилась. Нет, Эва, зачем ты это сказала? По нашей легенде все было не так!

– А твой папа где? – спросила Ромэйна. – И как он согласился на то, чтобы твоя мама стала женой твоего дяди?

– На небесах. Радугу грызет, – тихо сказала Эва.

– Эва, тебе о смерти рассказывал Соломон? – спросила я.

– Точно! А как ты узнала, мамочка? Но не это важно! Важно, что мой папа не соглашался на то, чтобы моя мама вышла замуж за дядю. У него тут не права голоса, потому что у него уже была другая моя мама.

Ромэйна замерла на месте, ее глаза расширились от удивления. Она открыла рот, намереваясь о чем-то спросить, но потом закрыла. Снова открыла, но так и не произнесла ни звука.

Крейн хрюкнул, а вот мне что-то совсем не смешно было, вспоминая, что кое-кого назвали ведьмой за то, что та одновременно с двумя мужчинами шашни крутила.

– Вы можете не выражать сочувствие, я не буду плакать, – пообещала Эва.

– Наверное, плакать буду я, – пробормотала Ромэйна.

– Почему? – спросила Эва, склонив голову на бок.

– Потому что буду очень счастлива, когда смогу разобраться в сложных взаимоотношениях вашего мира.

– Все проще, чем вы думаете! – воскликнула Эва. – И я эксперт в любви и в отношениях, я много прочитала об этом, обращайтесь. Расскажу.

– Спасибо большое, – откашлялась Ромэйна. – Но давайте все же поговорим о моем мире. О Лариэлии.

Я вздрогнула. Это было не просто дежавю как в романах! Я знала этот мир – мир Эсми, принцессы этого мира. Бывают ли такие совпадения? Сомнительно, ха-ха. Уж не приложила ли эта Эсми руку к тому, что Эва оказалась здесь?

Моя реакция не ускользнула от Ромэйны:

– Вижу, вы уже слышали о нашем мире. Это упрощает дело.

– И каким же образом? – усмехнулась я.

Это все усложнило, черт подери!

– Вам не придется верить мне на исключительно на слово, вы сможете не только узнать новое, но и убедиться, что я не вру.

– Понятно, – я кивнула.

Что ж, делаем вид, что мы действительно что-то знаем. Ромэйна достала несколько папок, положила их передо мной и начала рассказ.

Лариэлия – один из высших миров, где все настолько благополучно, насколько это возможно представить.

– По крайней мере, было до появления ведьмы, – ухмыльнулась она. – У нас много магов, которые сильны, здоровы и не подвержены никаким болезням, за исключением жадности и корысти. Мы жили вполне себе мирно, а большинство конфликтов решалось мирно.

Ромэйна щелкнула пальцами – и верхняя папка открылась, демонстрируя вырезки из газет.

«Процветающая Лариэлия».

«Новые изобретения помогают увеличить урожай в сотни раз. Останутся ли крестьяне без работы?»

«Безработица решена за два месяца. Счастливые простолюдины благодарят короля».

– И, конечно же, при таком уровне благополучия мы легко смогли помогать другим мирам.

Листок перевернулся, и я увидела новые заголовки.

«Маги Лариэлии предотвратили катастрофу в ином мире».

«Маги Лариэлии спасли молодых магов третьего мира от рабства».

– Но потом появилась ведьма? – спросил Крейн. – И разрушила благополучие.

– Трудно сказать. Возможно, дело не в появлении ведьмы. Да и нельзя сказать, что в нашем мире сейчас плохо.

– Тогда в чем дело? – спросила я.

Глава 3. Часть 2

– В том, что все благие дела, совершенные магами Лариэлии, были подозрительно выгодны самой Лариэлии, – сказала Ромэйна. – Спасенные оказывались такими талантливыми, такими благодарными и преданными нашему императору и стране, что сначала это казалось каким-то несравненным благословением богов. Вот только боги давно покинули наш мир.

Ромэйна села напротив, словно под гнётом невидимого груза, сцепила пальцы и опустила руки на стол. В её движениях сквозила сдержанная горечь, а губы дрогнули, словно она не решалась продолжать.

– Но разве это странно? – удивился Крейн. – Если бы меня спасли, то я бы тоже был благодарен своим спасителям и постарался отплатить.

– Хм, ты думаешь, что все до единого мага будут такими? Допустим, спасли десять магов. И все такие благодарные. Сто? Ну, если очень повезет. Но тысячи. И все эти маги счастливы помочь всем, чем смогут.

– Их заколдовали? – спросила я, решив, что слово запрограммировали может быть слишком странным для этого мира.

– Мы бы тоже так подумали, но проверка ничего не показала. И выгоды им тоже не предложили. Скорее всего, их отобрали. Выбрали из огромного количества магов тех, кто будет верен до гробовой доски.

– А остальные маги?.. – спросила я, уже предчувствуя ответ.

– Остались умирать на своей планете. Вместе с обычными людьми.

– А если в том мире не было простых людей?

– Во всех мирах не было? Как и посредственных магов? Нет, были и люди с низким количеством магии. Но они были одаренными в той или иной области: медицине, сельском хозяйстве, финансах, создании каких-то уникальных вещей. Ни одного бесполезного. Никого, кто, например, выпивал, любил погулять или играл в азартные игры. Все иномирцы – словно исключительные экземпляры. И все они достались Лариэлии. Ну и, конечно же, дети. Детишки обучаются под патронажем самого императора.

– Такой отбор – это жестоко, но в рамках разумного. Зачем тащить из погибающего мира всяких отбросов в свой? – фыркнул Крейн.

– И тех, у кого нет перспектив? Тех, кто готов честно трудиться, но обделен талантом? Хороших людей, готовых помогать другим? – спросила Ромэйна. – Не слишком ли ты жесток для своего возраста?

– Я не говорил, что это хорошо! Это вписывается в логику правителей, которые обычно жестоки. Но самому мне не нравится! – возмутился Крейн, вскочив со своего места и гневно глядя на Ромэйну.

– Поняла, поняла. – Та примирительно подняла ладони вверх. – Если бы проблема была в отборе, то, конечно, мы бы осудили, но ничего не предпринимали. Спустя время стало появляться много странностей, которые наводили на мысли о том, что не все миры, куда отправлялись наши маги были погибающими. И не все ситуации в тех мирах возникали сами собой.

– Вы хотите сказать, что ситуации организовали искусственно? Причем ваши же маги? – я легко поняла, на что намекнула Ромэйна.

– Верно, – ответила та.

– Тогда разве не стоит отправить запрос в межмировой совет, чтобы он проверил ваши подозрения?

– О, вы о нем знаете? – усмехнулась девушка, а я едва не стукнула себя по голове – ну надо же быть осторожнее со словами! – Это упрощает дело. Но с межмировым советом может связаться исключительно представитель нашего мира – и никто иной. Даже у императора нет таких привилегий. Вот только… представитель заявил, что все в порядке и никаких проблем не было. Ни разу.

– То есть…

– Скорее всего, никакие запросы не передавались в межмировой совет.

– А кто ваш представитель? – спросила я.

– Одна из дочерей императора.

Неужели речь сейчас идет об Эсми? Наверняка же она! Кто бы еще путешествовал между мирами так легко?

Если да…

Я сглотнула. Конечно, я хотела побыстрее оказаться обратно в своем мире, там, где Дитрих, все дети и уже близкие мне люди, но впервые это желание было таким всепоглощающим и ярким. Дитрих и король обязательно должны были знать об Эсми то же, что и я. И как можно скорее. Ведь если Эсми разузнала о нашем мире все, что ей нужно (что вероятно, иначе бы она так быстро его не покинула), то наш с Дитрихом мир в опасности.

– Неужели нельзя сменить представителя? – спросил Крейн. – Если в мире много правителей, то они могут созвать совет и сделать запрос, указав, что представитель плохо выполняет свои функции. Если в этом мире всего один правитель, то это еще проще и быстрее. Проверка такого уровня проводится очень компетентными людьми, если ваша принцесса что-то замыслила, то легко не отделается.

– В этом и есть основная проблема, – вздохнула Ромэйна. – Наш правитель души не чает в своей дочери.

– Он или дурак, или заодно со своей дочерью, – пожал плечами Крейн. – Но при правителе-идиоте королевство так бы не процветало.

– Ни то, ни другое. Тут старая история. Попробую кратко, – вздохнула Ромэйна.

Императору целого мира нужна сильная императрица, так как бремя заботы о целом мире может свести с ума. Поэтому императрицу для большинства императоров выбирал среди семейств знатных аристократов заранее, буквально с пяти-шести лет, как только становилось понятно, достаточно ли девочка умна, сильна и одарена. Иногда проводили настоящие отборы, но вскоре их запретили, переживая, что психика маленьких девочек, которые не пройдут, окажется под угрозой.

Поэтому для нынешнего императора Ларкоса императрицу выбрали чуть иначе, точнее, предоставили выбор ему самому. Ну, как самому? В детстве император пообщался с несколькими подходящими кандидатками и выбрал одну, ту самую, которая ему приглянулась больше всех.

Девочку привезли во дворец, будущая императорская чета прекрасно ладила. Они точно были друзьями, а кто-то даже поговаривал, что они были влюблены друг в друга. Будущая императрица так точно.

Все ждали начала их правления, но тут возникла новость как гром среди ясного неба: император Ларкос… влюбился в другую леди. Большинство так и не поняли, что же произошло, но итог был один: девушка, которая училась на императрицу, разорвала помолвку с императором. Или он с ней? А леди, в которую влюбился Ларкос, стала его первой императрицей.

К огромному счастью этого мира, новая императрица соответствовала всем критериям: она была красива, умна, одарена и способна поддержать своего императора. Особых претензий не было ни со стороны простых людей, ни со стороны магов или аристократов. Девушка, которая претендовала на трон, куда-то пропала. Императрица родила императору прекрасную одаренную дочь, но, к сожалению, сама не пережила родов.

Императору Ларкосу позволили год побыть в трауре, а потом потребовали снова жениться. И, разумеется, подходящей кандидаткой стала та самая девушка, которую когда-то отвергли. Это было началом трагедии.

Глава 3. Часть 3

Во всей этой политике, внезапной влюбленности императора в удивительно талантливую и подходящую на роль королевы женщину, не учли только одно: чувства предыдущей кандидатки.

Мелисса Агнофорд, дочь одного честного и преданного, но не самого богатого и влиятельного аристократа, была выбрана самим принцем, рано рассталась с родителями, прошла тяжелейшее обучение, в ходе которого ей постоянно твердили, что ее главная цель — стать достойной императрицей.

У Мелиссы было все: положение, дружба и симпатия будущего императора, уважение подданых. И в один миг все это обратилось в прах. Как оказалось, ее цель, к которой она шла так долго, так трудно, оказалась в руках другой женщины, которая не приложила к этому никаких усилий. Все, ради чего Мелисса старалась, страдала, терпела лишения, упало в руки другому человеку просто так.

Но, пожалуй, не это было худшим в жизни Мелиссы, а то, что она, деятельная, уверенная и решительная, утратила какие-либо цели и не понимала, как жить дальше. Пока она просиживала время за учебой во дворце и посещала лишь самые необходимые мероприятия, другие леди общались, крутились в светских кругах, проходили обучение и, конечно же, искали женихов.

Когда у Мелиссы был титул, ее ждали везде и всегда с распростёртыми объятиями, но как только она утратила свое положение, отношение к ней резко изменилось. Будь ее семья более влиятельной или же хитрой, ее положение было бы намного лучше, но так...

Не самая богатая, зато безумно талантливая... соперница. Так думали девушки. С некоторыми мужчинами дела обстояли еще хуже: они попросту опасались связываться с той, кто способна справляться с делами лучше их самих.

— На самом деле, все причины перечислять сложно. Просто в одночасье леди Мелисса превратилась в изгоя. Не из-за ее поведения, не из-за случайности или ошибки, а из-за того, что нынешний император полюбил другую. И это... не могло не сказаться на ее психике. Жаль только, что никто об этом не подумал...

Впрочем, понять их можно. Мелисса всегда была разумной и сдержанной. И даже все потрясения не изменили эту ее внешнюю сторону. Она продолжала держаться с достоинством, даже, поговаривают, умудрялась утешать императора, который не прекращал скорбеть по умершей первой императрице. Мелисса помогла оттянуть свадьбу, усмиряла совет, в общем, вела себя как истинная будущая императрица. Эта одна из причин, по которой никто ничего не заподозрил.

Прошло больше пяти лет, нельзя сказать, что император забыл первую императрицу, но его отношения к Мелиссе снова стало прежним. У них родилась дочь, казалось, все наладилось.

Ромэйна на секунду замолчала, словно ей трудно давались слова.

— Что случилось? — спросила я, чувствуя, что пауза затягивается.

— По двору стали гулять слухи, что императрица Мелисса издевается над дочерью первой императрицы. Сначала не верили ни придворные, ни сам император, ведь леди Мелисса воспитывала юную принцессу наравне с собственной дочери. А потом стало появляться все больше свидетелей, все больше доказательств. Император сопротивлялся правде до последнего, пока на его старшую дочь не совершили покушение. Почти успешное. Тщательное расследование нашло неопровержимые улики. Виновата была леди Мелисса. Император принял решение не лишать ее титула, а изгнать из дворца. Но леди не успокоилась — и совершила еще одно покушение на падчерицу. В итоге этого покушения телохранитель принцессы не рассчитал силу — и убил вторую императрицу. А император, который допустил все это по отношению к любимой дочери, ужасно страдал из-за чувства вины. Именно из-за него он выдвинул кандидатуру своей первой дочери на должность межмирового посредника, именно поэтому он ей доверяет как никому, ведь тогда, когда императрица Мелисса издевалась над ней, она жаловалась своему отцу, а он ей больше не поверил.

Чем больше я слушала, тем больше вопросов было.

О личности Ромэйны.

Сомневаюсь, что подобная история могла стать достоянием общественности. Слишком уж много подробностей.

— А как звали эту первую дочь? — спросила я, чтобы подтвердить свои догадки.

Глава 4. Часть 1

— Виана, — ответила Ромэйна.

Удивление скрыла с трудом: только моргнула и крепче сжала руку на подоле платья, чтобы тут же расслабить. Это не Эсми?

— Почему вы так удивлены? — спросила Ромэйна.

Где я выдала себя? Нет, не я. Крейн. Ромэйна смотрела на Крейна. Нельзя сказать, что эмоции на лице мальчишки так уж легко читались, но с проницательностью этой девушки догадаться было несложно.

— Вы уже слышали о Виане? Или, может, знаете ее лично? — спросила Ромэйна.

Не нужно быть магом, чтобы почувствовать, как изменилась аура. Словно еще одна секунда — и она нас всех вырубит, как ранее сделала с Айне. Я краем глаза заметила, как Крейн схватил Эву за руку. Умничка. В конце концов, у меня есть Чудушко. Немного усталое, но вполне боеспособное, судя по настрою.

Впрочем, лучше до такого было бы не доводить. Что ж, была не была!

— Ее — нет. Мы знаем Эсми, — ответила я.

— Ее высочество? — растерялась Ромэйна. — Ох...

Аура мигом ослабла. Кажется, я не ошиблась. Эсми упоминала, что она не очень ладит со своей семьей. Если учесть, что Виана — первая принцесса и зло, то есть определенный шанс, что Эсми в глазах Ромэйны — добро.

И лишь спустя пять минут я поняла, что не просто не ошиблась, я сорвала джекпот.

— Вам следовало сразу сказать, что вы — друзья ее Высочества Эсми, — вздохнула Ромэйна.

— И что бы это дало? — спросила я, приподняв бровь.

— Хотя бы то, что друзья моих союзников — мои друзья.

— Союзников? А вы всегда портреты союзников храните?

Так вот что обнаружил Крейн в этом доме! Портрет Эсми.

— Нет, но дорогих друзей — да. Как и тех, кто пытается выяснить правду и восстановить справедливость, рискуя собой. Эсми — не просто вторая дочь императора и сестра Виары. Она также та, кто первая заметила, что с нашим миром происходит что-то не то. И очень, очень многие маги из других миров были спасены благодаря ее вмешательству.

— И вы? — спросила я наобум.

— И я. Поэтому теперь мы немного помогаем ей. Что ж, знакомство с Эсми многое упрощает. Если она подтвердит то, что встречала вас, ты никаких проблем в том, чтобы дать вам определенный статус в этом мире, не будет.

— Дать статус?

— Вы не первые гости из другого мира. Если вы попали сюда случайно и никого знакомого нет, то вы не то что бесправны, но вам придется пройти много процедур, прежде чем вы получите какие-либо права. И нет никакой гарантии, что в процессе с вами ничего не случится. Дети-маги в этом мире чрезвычайно ценны, поэтому нередко случаются похищения. Но совершенно другое дело, если у вас есть поручитель, способный прояснить вашу биографию и статус в другом мире. Разумеется, не каждый может стать поручителем. Но вот влияния второй принцессы нашей империи для этого дела более чем достаточно.

Главное, чтобы принцесса не слишком удивилась внезапно возникшим из ниоткуда друзьям из иного мира.

Глава 4. Часть 2

Ромэйна резко встала и с улыбкой сказала:

— Тогда давайте я сейчас свяжусь с ее высочеством.

Чувствовалось, как наша связь с Эсми ее обрадовала. Создалось впечатление, словно она не до конца понимала, что с нами делать: и бросить нельзя, и помогать нет причин. А тут дилемма разрешилась легко и просто.

Для нее. Не для нас. В конце концов, даже с учетом личного знакомства с Эсми, я бы не назвала ее той, кому могла бы безоговорочно довериться.

— Ромэйна, а разве нам не положено задать пару вопросов? — спросила я.

— О, — девушка, которая даже не успела дойти до двери, замерла. — Срочные? Может, для начала я свяжусь с ее высочеством, а потом уже отвечу.

— Это не займет много времени, — улыбнулась я. — Мне всего лишь интересно, может ли каждый член вашей деревни или какой-либо другой так легко связаться с принцессой? И если нет, то в каких вы с Эсми отношениях?

Ромэйна задержалась с ответом всего на несколько секунд, но этого мне хватило, чтобы понять — навряд ли девушка будет честна. Хоть часть информации, но скроет.

— Так уж вышла, что ее высочество — моя родственница. Моя мама, Даррина, была родной сестрой Мелиссы. Ее высочество Эсми — моя двоюродная сестра.

— Вот как. Но разве ваша мама не должна быть аристократкой? Или все аристократы в вашем мире живут в небольших поселениях? — продолжила допытываться я.

Ромэйна поморщилась:

— Нет, не все. После того, что сделала моя тетя Мелисса, император лишил наш род земель, большей части состояния и сослали подальше. Но вы уверены, что хотите и дальше копаться в семейной драме?

— Вовсе нет, — улыбнулась я.

Я ведь уже узнала часть информации. Ромэйна, как минимум, не испытывала никаких негативных чувств к Мелиссе и Эсми, чего не скажешь об императоре.

— Тогда...

— Тогда я хотела спросить еще одну вещь. Нам обязательно получать статус в этом мире?

— Конечно, иначе как вы будете тут жить?

— Но мы не собираемся тут жить, — сказала я. — Мы хотим домой, в свой мир.

— Очень! — воскликнула Эва. — Я хочу к дяде! К брату и сестренке, а еще к Соломону и Уэйну...

— У вас же есть возможность отправить нас обратно? — добавил Крейн.

— Это... это не так просто, — вздохнула Ромэйна.

Глава 4. Часть 3

— Почему?

— Потому что перемещения в другие миры строго контролируются. Нельзя по желанию другого человека просто так переместить его туда, куда он скажет, — вздохнула Ромэйна.

— Так нам не просто так! Нам домой! — воскликнула Эва.

— Я понимаю, — Ромэйна улыбнулась Эве.

— Но? — добавил Крейн.

— Но это сложно. В конце концов, люди не знают, кого отправляют в другой мир. К нам попадает много магов, так как наш мир — один из тех, что стоит на стыке большинства миров. И если нет конкретной точки или цели, то высока вероятность, что магия перенесет их сюда. Не все из них приходят с добрыми намерениями. Как только они понимают, что у нас слишком серьезная защита, а их поймают быстрее, чем они успеют сделать что-то плохое, то сразу же пытаются переместиться в другой мир с более слабой защитой.

— Какие плохие, — буркнула Эва, поерзав на стуле.

— Вот именно.

— Но мы ведь хорошие! Так почему нас нельзя вернуть домой? — спросила Эва.

Умничка. С такими детьми мне оставалось только сидеть и внимательно слушать.

— Думаете, мало тех, кто притворяется милым, наивным и невинным, говорит, что хочет домой, а на деле пытается завоевать или разрушить другой мир? — Ромэйна выгнула бровь, снисходительно глядя на Эву.

— Возможно. Но это явно личности, происхождение которых неясно, а статус не может быть подтвержден. Но что насчет нас? — спросила я. — Если ее высочество Эсми поручиться за нас, если подтвердит, что мы хотим вернуться туда же, откуда и прибыли, то почему нельзя?

— Ее высочество Эсми не контролирует процесс перемещения между мирами, — уклончиво ответила Ромэйна.

— А кто контролирует? — спросила я. — И почему слова принцессы этого мира недостаточно для того, чтобы подтвердить нашу надежность?

— Вы... слишком настойчивы, — почти обиженно сказала Ромэйна. — Давайте я сначала свяжусь с ее высочеством, подтвержу ваши личности, а потом уже отвечу на вопрос. Это, знаете ли, немного не та информация, которой владеют все. Мне сначала надо получить разрешение, чтобы ее разглашать.

Мне не оставалось ничего, кроме как согласиться.

— Ох, чуть не забыла, а как мне вас представить? Достаточно только вас, — Ромэйна кивнула на меня.

— Представьте меня Кирой, невестой Дитриха Редривера, — сказала я.

— И все?

— Все, — кивнула я.

— Хм...- Ромэйна словно хотела что-то добавить, но в последний момент махнула рукой: — Напомните мне, чтобы я рассказала вам чуть больше о том, как стоит представляться в этом мире, чтобы вас воспринимали серьезнее.

Как только Ромэйна вышла за дверь, Крейн тут же спросил:

— Как думаете, в чем причина? Нас не хотят возвращать, потому что планируют использовать?

— Навряд ли, — мотнула я головой. — Куда проще было бы держать нас в тотальном неведении, а не совершать столько дополнительных действий.

— Тогда почему она не говорит ничего по поводу отправки нас домой?

— Потому что не уверена. Эсми — влиятельная фигура в этом мире. А с любым влиянием приходят как союзники, так и враги. Подозреваю, что тот человек или группа людей, которые ответственны за отправку людей в другие миры, не слишком хорошо ладят с принцессой. Впрочем, сейчас это последнее, о чем нам стоит переживать. В конце концов, совершенно не ясно, как Эсми отнесется к нашему присутствию. Она видела меня не так уж часто, чтобы я могла считаться ее закадычной подругой.

Но еще важнее то, чтобы Эсми не питала к нам враждебности. Ведь покинула она наш мир очень внезапно и по совершенно непонятным причинам. Я вздохнула. Оставалось только ждать.

Глава 4. Часть 4

Вопреки моим опасениям, Эсми нас помнила. Более того, горела желанием нам помочь, по крайней мере, по словам Ромэйны. Ей хватило всего двадцати минут, чтобы обсудить наш вопрос. И к нам она вернулась куда более воодушевленной и радостной, словно сбросила груз с плеч. Подозревала нас, а теперь это развеялось?

— Так что? Нам помогут вернуться домой? — Крейн сверлил девушку взглядом, словно пытался понять, не лжет ли она нам.

Я его понимала. Слишком уж хорошо все складывалось. Непривычно хорошо.

— Да, вас обязательно вернут, — Ромэйна стояла напротив, не присаживаясь.

— Но вы же только что говорили, что с этим будут проблемы, разве нет? — допытывался Крейн. — А сейчас проблем нет. Вы нам лжете?

На лице Ромэйны я впервые заметила тень неудовольствия.

— Это взрослый разговор, — выдавила она в итоге, глядя на меня.

Причем смотрела так, что я поняла — она действительно ничего не скажет при детях. Была бы ее воля — и мне бы не говорила.

— Тогда поговорим позднее, — я решила пойти на уступки. — Но, надеюсь, не слишком поздно. И что теперь?

— Вы передохнете, переночуете у нас, а завтра поедете в столицу. Не одни, — тихо сказала Ромэйна. — Мы будем сопровождать вас, как и договаривались.

— А кто «мы»? — спросил Крейн.

— Я, Ифан и, скорее всего, Олиан, вы его уже видели. А теперь я советую вам все же отдохнуть и хорошенько выспаться перед поездкой. Как я уже говорила — практически все имущество моей семьи забрали, а потому кареты у нас отнюдь не королевские и не аристократические.

Крейн снова хотел что-то спросить, но я похлопала его по плечу и мотнула головой. Не сейчас. Позже я сама поговорю с Ромэйной.

— Думаю, нам и впрямь стоит отдохнуть. Где я могу найти вас, если что? — спросила я, вставая со стула.

— Я буду или здесь, или на кухне. Возможно, на тренировочной площадке, если мой братик снова учудит и его потребуется поучить уму-разуму. Ах, да. Кира, я уже об этом упоминала. Вам обязательно нужно придумать хорошую легенду для себя. Невеста Дитриха Редривера в этом мире не более, чем пустые слова. Даже при поддержке принцессы могут возникнуть... вопросы.

— Я не очень понимаю, — честно сказала я.

— Происхождение, сила и те, кто стоит за вами — это то, что имеет значение для большинства людей. То, что дает какую-то защиту и определенный вес. Не для всех и не всегда, но туда, куда вы направитесь... Это нужно, — сказала Ромэйна. — Нужно, чтобы вы были не просто безродными друзьями принцессы, а кем-то значимым в вашем мире. Те, с кем борется Эсми, должны понимать, что за вами могут прийти не самые простые люди. Вы не маг и, скорее всего, не относитесь к какому-нибудь древнему роду, но ваш жених довольно влиятелен. Воспользуйтесь этим, не скромничайте.

— Просто невеста дяди Дитриха говорить нельзя. Нужно говорить невеста дяди Дитриха, дракона, великого мага, лучшего мужчины и мужа, правильно? — спросила Эсми.

— Абсолютно верно, — улыбнулась Ромэйна. — И еще можно дополнить. На что хватит фантазии, милая, но не слишком неправдоподобно. Пусть эти люди думают, что у твоего дяди хватит сил, чтобы забрать вас отсюда. И что он сможет доставить неприятности тем, кто вас обидит.

— Но у него и впрямь хватит сил. И он не сможет доставить никаких неприятностей. У мертвых ведь их не бывает, правда? — Эсми мило улыбнулась, а после шепнула мне: — Что? Мне дядя так отвечать советовал. Но только в присутствии взрослых.

------ Всем огромное спасибо за ожидание и терпение! Как, где и почему так долго можно будет узнать на онлайн встрече (сейчас обсуждаем время в моем телеграме). P.S. Также напомню, что за 2025 год у меня не начато ни одной новой книги) Но это скоро изменится)

Глава 4. Часть 5

***

Я вышла из предоставленной нам спальни, как только Эва заснула. Тихонько прикрыть дверь не вышло — помешала нога Крейна.

Мальчишка вышел следом, но дверь оставил открытой: ровно настолько, чтобы и он, и я могли видеть раскинувшуюся в позе морской звезды Эву.

— Ты куда? — спросила я шепотом.

— А ты куда? К Ромэйне, которая намекала на разговор?

— Точно. Но я пойду одна. Кто-то должен остаться с Эвой, — я выразительно посмотрела на Крейна. — Со мной ведь Чудушко.

— Точно, Чудушко, — выдохнул Крейн с облегчением. — И почему я постоянно про него забываю?

Не он один. Стыдно сказать, у меня тоже временами напрочь вылетало из головы, что мой милый спасенный и спасатель в одном лице где-то рядышком.

— Так что иди обратно к Эве, кто-то должен ее защищать. — Я потрепала Крейна по волосам.

— Вам напомнить мой возраст? — пробурчал тот. — И вот, держите. Чудушко сильный, но защитный амулет не помешает.

— У меня не настолько большие проблемы с памятью, — усмехнулась я, забирая кулон с маленьким камушком.

— Прикрепите куда-нибудь под одежду, он не будет мешаться, — посоветовал Крейн, возвращаясь в спальню. — И удачи.

Что ж, удача понадобится нам всем.

Ромэйну я нашла в кабинете: через распахнутую дверь было видно, как девушка что-то пишет. И слышно, как она ругается. Я кашлянула, чтобы привлечь внимание.

— Кира? Что вы... Ах, да, разговор. Заходите, пожалуйста, — устало сказала она. — Вы спрашивайте, что хотели. Некоторые вещи при детях не хотелось говорить...

Я села напротив Ромэйны, которая продолжала возиться с бумагами.

— Я хочу знать, почему проблема внезапно прекратила быть проблемой после разговора с Эсми. Раньше вы говорили, что принцесса не имеет доступа к порталам между мирами, поэтому от нее не все зависит. Но сейчас словно бы наоборот, — прямо спросила я.

Ромэйна отложила бумаги.

— У принцессы нет доступа к порталу. Однако есть квоты. Их мало, так мало, что даже не все союзники знают об этом, чтобы избежать конфликтов в наших рядах. В конце концов, другие миры — это множество возможностей. Не только найти союзников для борьбы с культистами, но и спасти драгоценных людей, спрятать кого-то...

— И Эсми готова потратить столь ценную квоту на меня? — Я удивилась.

— Вы же хорошо знакомы, не так ли? — Ромэйна наклонила голову вбок.

— Конечно. Но мы отнюдь не самые близкие друзья, — честно сказала я. — Было бы странно тратить на меня такую важную возможность. Я не думаю, что Эсми назвала нас лучшими подругами.

— Не назвала. Вы — повод. Возможность, прикрытие, маскировка — можете называть, как хотите.

— Что вы имеете в виду?

Глава 4. Часть 6

— Эсми нужно снова попасть в ваш мир.

— И? Она же принцесса, разве не может войти снова? Или лучше, чтобы никто не знал о желании повторно посетить наш мир? — спросила я.

— Ей не позволяют. На повторное посещение мира требуется особое разрешение. И особая причина, которую Эсми не может озвучить.

— Неужели нельзя придумать что-то? — Я не очень понимала Ромэйну.

Та задумчиво водила пальцем по закрытой книге.

— Мы и придумали. Но если вы про то, можно ли соврать, то нет, увы, нельзя. Есть особый артефакт правды, который легко обнаружит ложь. Поэтому нужна, как минимум, очень веская причина открыть путь в ваш мир. Например, вы с детьми. Точнее, ваш жених, который обладает могуществом и влиянием, и который может развязать межмировую войну, если узнает, что мы могли бы отправить вас домой, но намеренно задержали.

Я приподняла бровь. Влияние Дитриха, увы, не защитило Эву от попытки похищения. Так почему же сейчас этого должно хватить? Видимо, сейчас меня очень легко было прочитать, потому что Ромэйна продолжила:

— Конечно, ни король, ни первая принцесса ничего не боятся. Но все еще остается совет магов, аристократы и некоторые другие люди из нейтральной фракции. Отвечающие за портал люди подчиняются не королю и не принцессе, а общим решениям. Как мы не можем открыть портал без веской причины, так и нам не могут отказать. Точнее, вам.

— То есть, мы отправляемся в столицу, вы открываете портал, мы с детьми возвращаемся.

— И с Эсми.

— Верно. Она делает то, что ей надо, а мы просто живем дальше, правильно? — спросила я. — И больше ничего не должны ей?

— Все верно.

— А что ей нужно в моем мире? — все же решила спросить я и ожидаемо не получила ответа — Ромэйна лишь улыбнулась чуть неловко. — Поняла. Хорошо, я согласна.

Выбор без выбора. Даже если Эсми несет опасность для моего мира, то у меня все равно нет никакой возможности узнать об этом и что-то исправить. Для этого есть король, Дитрих и множество обученных людей, мое дело малое: вытащить меня и детей.

— Ну вот, теперь когда вы так легко согласились, я чувствую себя неловко, — усмехнулась Ромэйна.

— А есть повод? — Я наклонила голову вбок, рассматривая Ромэйну с легкой улыбкой. — Вы собираетесь нам как-то навредить?

— Ни за что! — воскликнула Ромэйна. — Как я могу причинить вред детям?

Искренне. Если она врет, то мне придется признать, что я совершенно ничего не понимаю в людях.

— Значит, неприятности будут у меня?

— Не совсем, — Ромэйна вздохнула. — Но вы, вероятнее всего, окажетесь в опасности. Но мы защитим вас, можете не переживать.

— С чего такая откровенность?

— С того, что если я вас не предупрежу об этом, то ваши шансы вляпаться в проблемы, многократно возрастут, — вздохнула Ромэйна.

Глава 5. Часть 1

В этом мире, как и во многих других, ценили магов. Особенно детишек с большим потенциалом. В конце концов, со взрослыми и сильными магами всегда хватало проблем: их нужно было уговаривать, упрашивать или даже шантажировать, чтобы добиться желаемого. Но полноценно подчинить практически невозможно.

А вот дети-маги, которые еще не сформировали собственное мнение, которые были практически как глина в руках воспитателя, были куда интереснее для этого королевства. Разумеется, были энтузиасты, которые считали, что дети должны развиваться самостоятельно и вырасти как можно более независимыми. Но хватало тех, кто хотел обучать детей-магов, чтобы превратить их в тех, кто подчиняется и служит беспрекословно.

— Именно этих людей вам нужно опасаться, Кира, — сказала Ромэйна. — В нашей стране есть один закон. Он должен был защищать детей магов и их родителей, но на практике обернулся против них. Судьбу своих детей определяют родители. Вплоть до того, что ответственность за своих детей мама или папа могут передать другому человеку.

— И как же это защищает родителей и их детей? — Я недоверчиво покачала головой.

— Просто. Если какой-то маг вдруг начинает шантажировать детей или вас, то вы сможете попросить защиты для своих отпрысков у человека, которому доверяете. Или вдруг вы понимаете, что не справляетесь с обучением талантливого мага, вы можете выбрать ему магического опекуна. Есть магические договоры, по которым эти маги-опекуны будут защищать ваших детей любой ценой. Звучит неплохо?

— Да. Но ведь есть какое-то «но»?

— Разумеется. Если вы в этот момент умрете, то опека над детьми перейдет к тому, кого вы просили позаботиться о детях. К тому же, договоры всегда могут иметь подводные камни. Поэтому вам важно понимать, что и с кем вы заключаете, чтобы судьба ваших детей не оказалась в руках не самого хорошего человека, который будет воспитывать их как своих магических приспешников, а не полноценных магов. — Ромэйна встала и подошла к шкафу, откуда стала методично вытаскивать книги.

Целых пять штук. Эй-эй, она ведь не думает, что я все это смогу прочесть?

Стопку книг опустили прямо передо мной.

— Тут основное. Страшно выглядит?

Более чем.

— Слишком много информации, — рассмеялась я, отодвигая от себя книги.

— Привыкайте, весь наш мир, кажется, построен на них. Видите, раньше слово мага было чем-то вроде гарантии, но из-за того, что все больше магов приходило из других миров, все больше людей не понимали, зачем придерживаться обещаний, многие нарушали договоренности, то все слова стали не более, чем словами. Но мы привыкли к честности, поэтому маги стали создавать договоры, которые на магическом уровне поддерживали соблюдение обещаний. Кто-то использовал, кто-то искал лазейки, в результате чего все эти договоры стали невероятно сложными, объемными и наполненными ловушками. Сейчас существует десять типов таких договоров, все остальное — лишь производные.

— Боюсь, мне жизни не хватит разобраться, что и как. Я могу только сказать, что благодаря вашему предупреждению точно никаких договоров ни с кем из ваших магов заключать не буду.

— Так не пойдет, — сказала Ромэйна. — Вам придется заключить договор со мной и Ифаном, чтобы при въезде в столицу мы смогли полноценно защищать ваших детей. Но не волнуйтесь, мы не планируем обманывать. Более того, я бы предпочла, чтобы вы разобрались в наших договорах в достаточной степени, чтобы не опасаться, правильно ли вы все делаете.

— А без договора никак? Если не заключим, то вы бросите нас на произвол судьбы? — Я сощурилась.

Глава 5. Часть 2

— Нет. Этот договор, Кира, не для нас с вами. Это для господ из столицы. Мне напомнить вам, что мы с Ифаном изгнаны? Нам нужен очень веский повод въехать обратно в столицу. Защита детей, которые случайно попали в наше поселение... Что может быть благороднее и весомее?

— Неужели нас больше некому проводить? — спросила я. — Вы мне нравитесь, Ромэйна, очень даже. Но все эти ваши договоры... напрягают.

— Есть. Но никого с нашим уровнем силы и с нашей надежностью. И если первое еще как-то можно пережить, то со вторым... Это опасно, Кира. Мы заключим самый надежный и простой договор на защиту. И, если хотите, я поставлю свою жизнь на то, что защищу Эву и Крейна. И, повторюсь, что я ничего не предлагаю вам заключать вслепую. Все эти книги я дала вам не просто так. Думаю, вы как раз успеете понять базовые вещи до того, как прибудете в столицу.

— Сколько ехать?

— Неделю, — сказала Ромэйна.

Что ж, я бы тоже хотела верить в себя так, как в меня верит Ромэйна. Прочесть-то прочту, но разобраться — другое дело. Или может отдать это Крейну? Он взрослый, пусть и в теле ребенка, зато отлично разбирается в магии.

— Хорошо. Мне еще что-то нужно знать, кроме этого?

— Да. Список людей, которых вам придется избегать в столице. Например, третьего помощника первой принцессы. Не оставайтесь с ним в одной комнате, наедине в коридоре. Это прозвучит странно, но если вдруг вы его встретите, то, как бы глупо и странно ни выглядели, лучше бегите. Он... ненормальный. Он хитер, жесток и игнорирует большинство законов. С учетом его способности заметать следы, лучше действительно бежать.

Ромэйна помрачнела. Даже не так. Сейчас она казалась мне не милой добродушной и гостеприимной девушкой, а остро наточенным клинком, который не против залить кровью все пространство вокруг.

— Я вас поняла.

— И даже не уточните, откуда информация и почему я вас так предупреждаю?

— Думаю, неспроста. А насчет того, откуда... Знаете, я примерно догадываюсь. Но есть некоторые вещи, которые не обязательно знать просто ради того, чтобы спать спокойно. Мне мой сон очень дорог.

— Хорошо, я еще предоставлю вам список людей, с которыми лучше лишний раз не общаться. Мы с Ифаном будем рядом с вами, но может случиться так, что вы окажетесь одна. Нас с Ифаном двое, а вас с детьми — трое, поэтому такую вероятность полностью исключать нельзя.

— Но как я пойму, кто передо мной? Это человек из списка или кто-то другой?

— Магические изображения. Я назвала этот список, но, по сути, это засекреченный магический архив.

— А ничего, что вы все это покажете мне? Разве это не дела государственной важности?

— Принцесса разрешила, — сказала Ромэйна. — В нашей стране сейчас все непросто, я не знаю, с чем мы столкнемся, когда отправимся в столицу к Эсми. И с кем. Как опекун двух магов, вы всегда будете в опасности. Поэтому моя задача — максимально подготовить вас до того, как мы достигнем столицы.

Я кивнула. Даже если я скажу, что сомневаюсь, то это ничего не изменит. Разве что испортит отношения, которые, в принципе, могли бы быть не самыми плохими. Возможно, будь я одна, то попыталась бы еще что-то вытянуть, рискнула бы, но сейчас у меня есть советчик.

Крейн.

И у него я спрошу все, что мне непонятно.

Я взяла свои книги и, попрощавшись с Ромэйной, вернулась в выделенную нам комнату. Крейн сонно моргнул, когда я вошла. Не спал, держался, но явно хотел отрубиться. Какой бы взрослый разум не был, тело оставалось детским, что накладывало ограничения.

Я с ним поговорю, но не сейчас. С утра. Надеюсь, будет время перед тем, как мы отправимся в путь.

Глава 5. Часть 3

— Ну что? — спросила я Крейна, который сидя в позе лотоса, просматривал книги Ромэйны. — Чудушко не обнаружил ничего подозрительного.

— Я тоже. Книги подлинные, все написанное — правда. И да, эти их договоры... Слишком сложны для моего детского ума, так что придется разбираться тебе. — Крейн подвинул книги в мою сторону.

Я уже пожалела, что присела на краешек его кровать, надо было бежать в другой угол.

— Но ты же взрослый. — Я отодвинула книги от себя в сторону Крейна.

— Но мозги совсем не те, что были. Честно! У меня даже эмоциональные реакции странные, как будто я снова стал ребенком. Я проверю магией, но думать будешь ты, хорошо? Как единственный взрослый тут. — Книги снова оказались передо мной.

— Хорошо. Только помни, что ты сказал.

— Что? — Крейн насторожился.

— То. Если я взрослая, значит, я принимаю решения. И в спорных случаях ты будешь меня слушаться, — сказала я.

Ну а что? Есть повод, надо им воспользоваться.

— А если я откажусь?

Я подтолкнула книги к Крейну и улыбнулась.

— Хорошо, я согласен. Но все, что касается магии — моя задача.

— Разумеется. Договоры, кстати, тоже касаются магии, — не преминула напомнить я.

— Вы иногда очень... — Крейн замялся.

— Очень?

— Очень находчивы, — сказал мальчишка, вставая с кровати и потягиваясь.

— Только иногда? — фыркнула я, вставая с кровати и с отвращением глядя на книги.

Нет, я любила читать, но точно не тягомотные законы!

— Чаще, чем хотелось бы вашим врагам. И даже чаще, чем хотелось бы союзникам.

— Буду считать это комплиментом, — ответила я и потрепала оказавшегося рядом мальчишку по голове. — Что смотришь? Я взрослая, пользуюсь моментом. А теперь давай разбудим Эву и пойдем.

— На что? На Ромэйну и Ифана?

— Хотя бы. Перед отъездом надо постараться узнать побольше.

Вот только узнавать оказалось некогда: после завтрака нас попросили собираться в дорогу. Ну, как собираться? Вещей не было, поэтому надо было взять себя. И переодеться. Ромэйна поделилась своими вещами:

— Вы чуть худее меня, так что вещи налезут без проблем. А ваше платье, сами понимаете, будет немного выделяться. Мода разная. Эве и Крейну мы подберем одежду уже в городе, дети не так бросаются в глаза, как красивая женщина не с самой стандартной внешностью.

— Нестандартной? — Бровь поползла вверх.

— Да, Кира. Вы этого не осознаете, но ваши черты лица выделяются. Немного непривычны для этого королевства, у нас слегка другие типажи. И еще ваши глаза... В этом мире зеленый цвет — большая редкость. Так что сначала замаскировать вас — потом остальных.

Уже сидя в карете в чужом платье, которое было слегка великовато в плечах и на талии, я листала книги и пыталась не упустить ни детали. Нервничала? Ужасно. Но не показывала. Эва была на удивление спокойна, а Крейн — бдителен.

Ифан вел карету, а Ромэйна сидела с нами. Как только мы тронулись, Ромэйна тут же спросила:

— Вы подумали о том, что я просила?

Глава 5. Часть 4

— О чем?

— О вашем женихе. Как я уже говорила, в этом мире очень большое значение имеет тот, кто за вами стоит. Но просто рассказать, что ваш жених влиятельный и могущественный, немного недостаточно. Вы должны перечислить все его звания, некоторые существенные достижения, особенности, чтобы мы, точнее, я, основываясь на вашей информации, смогла найти аналогичный титул в нашем мире.

— Вы? А почему именно вы? — спросил Крейн, сверля девушку подозрительным взглядом.

— Вы тоже можете попытаться, — улыбнулась Ромэйна. — Надо изучить всего-то порядка двенадцати томов, где каждый — от тысячи страниц.

Книги, снова книги!

— В вашем мире какая-то особая любовь к талмудам, — заметил Крейн. — Исключительная и не слишком здоровая.

— А в вашем книги презирают? — Ромэйна поддразнивала без капли стеснения.

— А в нашем жалеют деревья, не тратя их на тонны бесполезных страниц, посвященных словоблудию, — фыркнул Крейн.

— А на что тратят?

— На магию. Полезные заклинания. Важные вещи.

— Достойно, — улыбнулась Ромэйна. — Ну а у нас на правила, которые полезны для всех. В конце концов, мы мир, куда стекается множество других магов. Без строгих правил мы бы погрязли в хаосе...

— А так — в чтении. И вообще... Я понимаю, зачем определяться с титулами, но разве это не бессмысленно? Мы ведь сейчас можем все что угодно наговорить! И вы примете за чистую монету? — спросил Крейн.

— А вы планируете мне врать? — Бровь Ромэйны дернулась вверх.

— Нет, но...

— Тогда никаких проблем. Поверьте, у нас свои методы проверки информации.

— И вы не можете их разглашать? — Я вмешалась, пока Крейн снова не съехидничал.

— Точно. Я не знаю, как это работает, поэтому ничего рассказать не могу. Но будьте уверены, что за все время нас пока еще ни разу не обманули. А если бы обманули, то ничего страшного. Маг, способный обойти нашу систему защиты, достоин не только уважения, но и опасений. Никто в здравом уме не станет выяснять, почему такой талант решил обмануть нашу систему. Ради нашей же собственной безопасности. Впрочем, пока я такого не встречала. Что ж, а теперь я жду ваш рассказ. Начнете, госпожа Кира?

— Нет! Я начну. Я буду более объективна. Моя мама, — слова соскользнули с языка малышки так естественно, что никто бы в здравом уме не усомнился в том, что я действительно ее мать. Приятно, — моя мама может быть необъективной. Но я буду! Я расскажу про дядю все как есть, не упустив ничего.

Ромэйна бросила на меня осторожный взгляд, на что я пожала плечами и кивнула в сторону Эвы. Пусть рассказывает. В конце концов, не выдавать же так просто, что про Дитриха я знала намного меньше, чем его племянница. С одной стороны логично, а с другой... странная невеста из меня получается, не так ли?

Глава 5. Часть 5

***

— Вы закончили? — спросила Ромэйна, поправив магические очки.

Со зрением все у нее было отлично, очки предназначались для другого: записать все во внутреннюю память и проверить правдивость информации. О втором мне тихо шепнул Крейн во время остановки, где мы разминали ноги от долгого сидения в карете.

— Абсолютно все такая безделушка не проверит, но поможет отличить, правду ли говорит человек. То есть, артефакт считает правдой то, что сам человек ею воспринимает. Если он держит нож, но уверен, что в руках вилка и говорит про вилку, то артефакт посчитает, что лжи не было.

В принципе, я понимала, почему Ромэйна надела на себя эти очки уже на десятой минуте рассказа Эвы. В конце концов, кто же знал, что у Дитриха столько титулов, званий, наград и тому подобного?! Если бы Эва просто перечисляла, возможно, все это закончилось бы быстрее. Однако приходилось еще и пояснять, что за награда, за что была дана.

Я же сидела молча до привала, молчала на привале и когда вернулась со всеми в карету, планировала молчать до конца путешествия. Ну не выдавать же свое удивление? Я знала, что Дитрих потрясающ со всех сторон, как ни крути. Но это как-то чересчур!

Как и то, что Эва в своем возрасте запомнила абсолютно все, ни разу не сбившись. Откуда я знала, что это не фантазии? Дело в Крейне. Многие достижения Дитриха были в учебниках по магической истории, которые Крейн знал от и до, подтверждая правдивость слов Эвы легкими кивками.

— Значит, Дитрих еще и спас от вымирания особых фамильяров, верно? Тех фамильяров, которые сейчас расселились на четыре мира и вдыхают жизнь в их флору, позволяя миру существовать?

— Да.

— И это все в тот же год, когда вел войну против захватчиков из другого мира?

— Ага, случайно, между битвами, — улыбнулась Эва. — Он очень крут?

— Слишком, — чуть нервно улыбнулась Ромэйна. — Хотелось бы на него взглянуть.

— Ну если разочек и издалека, то можно, — великодушно разрешила Эва.

— А если не раз и вблизи, то что?

— То мама может ревновать. А когда мама ревнует...

— Она очень страшная? — спросила Ромэйна, лукаво поглядывая на меня.

— Нет, мы очень нервничаем, и это плохо сказывается на окружающих, — улыбнулась Эва.

— О, вот как. — Ромэйна посмотрела на меня: — Ваша дочь иногда очень сильно пугает, вы не замечали?

— Ни разу, — ответила я. — Как по мне, она идеальная милая юная леди с добрейшим характером.

В сравнении с тем, какой будет, когда подрастет. Но, конечно, вслух я ничего не сказала.

Карету тряхнуло, и мы все дружно подпрыгнули. Спасибо, что хоть головой в крышу не постучались.

— Продолжим, — сказала Эва. — Я еще не все рассказала.

Ромэйна улыбнулась, но в ее улыбке мало осталось интереса и радости. Зато мне все еще было любопытно. В конце концов, никогда не поздно узнать о Дитрихе что-то новое.

Новое все дружно мы узнавали в течение еще одного часа, но прервалась не Эва, а Ромэйна попросила ее закончить с этим делом.

— Почему? Я ведь не все рассказала.

— Мне уже достаточно информации, чтобы определиться с титулом, — вздохнула Ромэйна. — Боюсь, если ты продолжишь рассказывать, то нам придется создавать какой-то новый, специальный. А так мы просто возьмем наивысший существующий вариант.

— Это какой? — с любопытством спросила Эва.

Глава 5. Часть 6

— Король...

— Но король другой человек.

— ... мира.

— Чего?! — хором воскликнули мы.

— Того, — передразнила нас Ромэйна. — Почему вы так удивлены? Этот человек представляет ваш мир на межмировом совете? Представляет. Имеет влияние? Имеет. Герой своего мира? Однозначно. Влияния много? Больше, чем у королей или императоров. Грубо выражаясь, Дитрих — самый влиятельный человек вашего мира. Или нет?

— Если так рассуждать, то все верно, — медленно произнес Крейн. — И что теперь?

— Ху-у-у, — странно выдохнула Ромэйна. — Как минимум, радоваться. Потому что ни один маг в здравом уме не станет вас трогать.

— А они у вас в здравом? — спросил Крейн. — Можно ли так говорить о тех, кто сотрудничает с ведьмой?

— В целом, сообразительны и умеют просчитывать выгоду. Напрямую никто вредить не будет, но могут попытаться ввести в заблуждение. Или обманут насчет каких-то административных порядков, сказав, что так принято. Главное, конечно, чтобы титул подтвердился, — сказала Ромэйна. — Ведь вы могли что-то перепутать...

— Я ничего не перепутала! У меня хорошая память, — обиделась Эва.

То, что у Эвы идеальная память, совсем скоро подтвердилось. В маленьком неприметном доме, где, как шепнул мне Крейн, была толпа сильных магов, все вопросы повторились, а какой-то артефакт позволил главному магу определить правду. Ну, какой-то — потому что я его не видела, а вот Крейн почувствовал.

— Надо бы сообщить в столицу, гости серьезные, — сказал еще один человек, пришедший с главным магом.

Всего их было четверо. Все в серых балахонах, на голову накинуты капюшоны, хоть мы и в помещении. В общем, производили эти проверяющие впечатление не самых приятных и открытых к диалогу ребят, хотя, надо все же сказать, что держались они вежливо и ровно.

— Надо бы? Срочно сообщайте! — рявкнул один из магов.

Причем так громко, что Эва, сидящая на стуле, вздрогнула. Я тут же положила руки на детские плечи, показывая, что стою прямо позади нее. И Крейн шагнул поближе, хотя нельзя сказать, что он стоял далеко.

— У вас нет разрешения госпожи Киры, — моментально влезла Ромэйна.

Она стояла около двери — в центр ее не пустили. Хорошо, что разрешили сопровождать: Ифан вообще сидел на крыльце.

Да, это было важно. Так как в таких местах проверяли правду и спрашивали о довольно личных моментах, то обычно гарантировали молчание. Как и принято в этом мире — стандартным договором. То есть все, что было рассказано в этой комнате, не должно было выйти за ее пределы без разрешения говорившего. Или, как сейчас, его опекуна.

— Я не разрешаю, — тут же сказала я. — Никому и ничего не сообщайте.

Маги переглянулись — такого расклада они явно не ждали.

— Почему, госпожа Кира? Если мы сообщим в столицу, то вас примут с должным почетом.

И подготовленные. А, как объяснила раньше Ромэйна, такого допускать не стоит.

— Не нужно, — ответила я уверенно. — Я не люблю особые приемы.

— Но...

— Нет, — повторила я.

— Но охрана...

— Нас сопровождают двое магов. И они сильнее вас, — тут я уже бросила свою догадку.

И не промахнулась. Я почти физически чувствовала недовольство этих магов. Да, Ромэйна и Ифан не соврали насчет своей силы.

— Этого мало, — тихо сказал тот маг, который был за главного. — Мы добавим человека в вашу охрану.

— Нам достаточно, — я продолжала стоять на своем. — Я не разрешаю.

— Но я и не спрашивал вашего разрешения.

Глава 5. Часть 7

Мне хватило одного взгляда на Ромэйну, чтобы понять: мы встряли, и мое согласия этим ребятам действительно ни к чему. Ладно, терять нечего.

— Четверо взрослых мужчин, владеющих магией, даже не показали нам лица. Слабее наших сопровождающих, но все же хотят поехать с нами? Зачем? Чтобы следить за мной и моими детьми? — спросила я, похлопав Эву по плечу.

Та сообразила быстрее, чем я рассчитывала: подскочила и метнулась мне за спину.

— Ваша безопасность...

— Не нужно мне рассказывать. Вы даете нам с собой слабых магов, которые станут обузой, вместо того, чтобы реально помочь. Мой жених этого так не оставит. Видите ли, он очень нервно относится, когда за мной с детьми следят, — не преминула соврать я.

— Простите? — один из магов растерялся.

— Не простит он, — влез Крейн. — Вы видите, что наша мама — красивая женщина. Но знаете ли вы, что у нее в нашем мире не было ни одного поклонника. Почему?

— Опасались вашего отца, — снисходительно ответил маг.

— Как раз нет, не опасались. Поэтому их больше нет с нами.

— Долго горели, — ввернула Эва. — Но это все по закону! Всех, кто преследует чужую возлюбленную или следит за ней, должна постигнуть карма. Вот их и настигла...

Глава 5. часть 8

Маг, который был за главного, вздохнул и сказал:

— Хорошо, мы отправим с вами человека, который равен вашим сопровождающим по силе.

— А у вас такие есть? — не скрывая сомнений, спросила Ромэйна.

— Даже несколько.

— Только одного, — сказала Ромэйна. — И госпожа Кира выберет сама.

— Вы еще будете ставить условия?

— Будет, — ответила я за Ромэйну. — Ей я доверяю, а вам — нет. В конце концов, она заботилась о нас совершенно бескорыстно, вызвалась сопровождать. И ни разу — слышите, ни разу! — не напугала мою малышку.

— А мы разве?..

— Очень страшные и злые дяди! — моментально подыграла мне Эва, трогательно вцепляясь в мое платье. — Давай уйдем от них побыстрее? Пожалуйста, мамочка!

— Совсем скоро, детка, — пообещала я, поглаживая по голове маленькую очаровательную актрису.

— Так где ваши люди? Откуда у вас вообще взялись маги одного со мной уровня? — спросила Ромэйна. — Не забывайте, что у вас не выйдет меня обмануть.

— У нас находится одно из укреплений королевских стражей.

— Которое? — нахмурилась Ромэйна.

— Фиолетовое. Не все стражи сейчас тут, однако кого-то мы сможем вам предоставить, — сказал маг.

Королевские стражи? Подразделения?

Ромэйна кивнула. Уже на выходе из комнаты, когда служители отвлеклись, чтобы запросить какое-то там разрешение, Ромэйна шепнула мне:

— Фиолетовые считаются самыми независимыми. Это не худший вариант. Доверьтесь своей интуиции.

Что ж...

Когда нас всей группой привели во внутренний дворик между зданиями, где находилось это укрепление, я поняла, что интуиция бесполезна. Выбирать было не из кого.

Мужчина в сером плаще с лицом доброго дядюшки и глазами хитрой лисицы.

Женщина в доспехах внушала еще меньше доверия: чувствовалось в ней что-то змеиное.

Я взглянула на Ромэйну, которая стояла позади нас. Видимо, тоже была не в восторге от выбора.

— Это все стражи, которых вы можете предложить? — спросила Ромэйна.

Мужчина сохранил улыбку, а вот взгляд женщины был такой, словно она прямо сейчас была не против отрубить Ромэйне голову, что последнюю, впрочем, ничуть не беспокоило.

— По уровню силы — только они, все остальные на задании, — отрезал маг. — Клиана и Рухон — очень сильные, добрые, справедливые и честные люди.

Ага, глаза так и выдают эти чудесные качества, последнее так вообще особенно.

— Мне они не нравятся, — тихо сказала Эва.

Крейн, топтавшийся рядом с Ромэйной, придерживался того же мнения, видимо. Я вздохнула, переводя взгляд с одного на другого. Я не хотела никого из них в сопровождающие. Пусть Ромэйне я доверяла частично, но вот эти...

Эва внезапно дернула подол моего платья и указала вправо:

— А это кто?

Глава 6. Часть 1

Я сразу же повернулась. Мужчина, на которого указывала Эва, был поразительно высок. Выше Уэйна, Двена и даже Дитриха. И огромный. Не в смысле толстый, а прям накачанный. Эдакий громила, производящий вполне однозначное впечатление. Пугающее. Не спасало даже красивое лицо и иссиня-черные волосы, завязанные в странный хвост. Возможно, такое впечатление было из-за спокойного и слегка отрешенного выражения лица?

Но на примере того же Двена, который выглядел страшно, но по характеру оказался добряк добряком, я могла сказать, что внешность бывает очень обманчива.

— Кто это? — спросила я у мужчин, понимая, что вопрос Эвы проигнорировали. — Он может быть нашим сопровождающим?

— Он? — мужчины в балахонах переглянулись, а Клиана фыркнула, впрочем, быстро приняла невозмутимое выражение лица обратно. — Йеджин, учитель Йеджин. Он тренирует королевскую стражу. И совершенно точно не занимается ни охраной, ни сопровождением. Не его специализация.

— Но он этому учит? — спросила я.

В голове зрел план. Точнее, абсолютная авантюра. Но чем стопроцентная вероятность добавить в нашу небольшую команду недобрых людей, лучше было рискнуть и выбрать любого другого, даже немного странного человека.

— Да, но...

— Мамочка, он лучше этих? — спросила Эва и, получив мой неуверенный кивок, сделала то, чего даже я не ожидала — бросилась к тому мужчине.

— Крейн! — я понимала, что сама за Эвой не угонюсь, а Крейн — маг, пусть и в детском теле.

— Все в порядке, — ответил Крейн. — Посмотри, мам.

По одному тону Крейна я поняла — действительно все хорошо, Крейн проверил магией. И будь хоть малейший шанс, что Эва может пострадать, он бы сейчас не стоял так спокойно.

Я повернулась и увидела, как подбежавшая к мужчине Эва без капли стеснения дергает того за рукав. И где все ее манеры? Нет, хорошо, что она быстро ориентируется в зависимости от ситуации, но все же!

Этот учитель Йеджин, вопреки моим ожиданиям, очень терпеливо отнесся к Эве. Даже присел на корточки, чтобы малышке не пришлось задирать голову. И хоть диалог выглядел мирно, я бы сказала, даже мило, я все равно не могла не волноваться.

— Я сейчас вернусь, — сказала я, сделав шаг в сторону Эвы.

— Нет-нет, вы не завершили выбор, поэтому оставайтесь на месте, — сказал один из мужчин, становясь прямо передо мной.

— Еще чего, — Ромэйна вмешалась, беря меня с Крейном за руки и заставляя встать за ее спиной.

— Что тут происходит? — голос был глубоким и тихим, но разнесся по всему внутреннему дворику.

Пока мы тут целую минуту размышляли, Эва уже привела за руку незнакомца.

— Обижают маму? — спросила Эва, прикладывая пальчик губам и тем самым изображая усердное размышление.

— Не обижаем мы никого. Господин Йеджин, позвольте...

— Не позволяю, — тихо сказал Йеджин. — Ты. Расскажи, что тут происходит.

Мужчина указал на Ромэйну. Правильный выбор. Ромэйна же совершенно внезапно во всех подробностях рассказала мужчине о происходящем. Странно. Раньше она была куда упрямее. Кто такой этот Йеджин?

Я бросила на него быстрый взгляд, и тут же столкнулась с внимательными темными глазами. Меня оценивали. Не как женщину или трофей, а как человека. Словно пытались прощупать мою суть. Неприятно, но не смертельно.

— Господин Йеджин, мы всего лишь беспокоились за госпожу и юных магов, — балахончик все же вмешался. — Мы не можем отпустить их в таком сопровождении!

Йеджин проигнорировал магов, посмотрев на Эву, которая тянула его за рукав.

— Что такое, малышка?

— Вы ведь будете нас сопровождать, дя... старший братик? — спросила Эва и, не способная распознать эмоции мужчины, которые даже я едва заметила, исправилась: — Большой красивый старший братик?

-----------

Благодарю всех за ожидание =)

Глава 6. Часть 2

Йеджин улыбнулся Эве, потом посмотрел на меня и на Крейна поочередно. Эва подошла к Крейну и, дернув его за рукав, попросила:

— Давай же, Крейн!

— Что давать?

— Попроси его тоже!

— Эм...

— Повторяй за мной. Сопровождайте нас, большой красивый старший братик! — с чувством и выражением продекларировала Эва.

— Вы же согласитесь на просьбу Эвы? — вместо этого спросил Крейн.

Эва разочарованно топнула ножкой и надулась, выглядя ужасно обиженной. И кто бы мог подумать, что Йеджин целиком и полностью встанет на ее сторону:

— Я же не могу учитывать лишь ее мнение.

— Тогда я попрошу вас...

— Нет, спрашивай так, как тебе рекомендовали, — тихо сказал Йеджин и глянул на Эву, которая тут же просияла и активно закивала.

Крейн глянул на меня. А я что? Я похлопала по его плечу и сказала:

— Давай.

— Не сопроводите ли вы нас, уважаемый...

— Большой!

— ... большой...

— Красивый! — ... кра-с-сивый...

— Старший братик!

— Старший братик, — выдавил из себя Крейн.

А лицо — как будто лимонов наелся. Ну, с другой стороны, внутри-то совсем не ребенок сидит.

— Мам, ты следующая!

— Я не могу, — ответила я.

— Почему?

— Потому что я жена твоего папы. Единственным красивым мужчиной, кроме наших детей, может быть только он. Остальное — измена, — нагло соврала я.

— Ты можешь назвать его страшненьким, — буркнул Крейн.

— Я не могу так нагло врать, — ответила я, после чего, набравшись решимости, подошла к Йеджину и сказала: — Добрый день. Подскажите, пожалуйста, не будет ли у вас возможности сопровождать меня и моих детей на пути в столицу? Мы бы очень хотели вернуться домой без приключений.

— Хорошо, — Йеджин кивнул и улыбнулся краешком губ. — Не могу отказать детям.

— Что ж, остается радоваться, что мои дети не постеснялись попросить вас о помощи.

— Для меня ребенок и вы, леди, — тихо сказал Йеджин. — Тридцати полных лет вы не достигли.

— Тогда, получается, и эти люди в балахонах для вас детишки? — рассмеялась Ромэйна.

Хороший слух у магов, да-а-а, даже такое расстояние — не помеха.

— Плохие детишки. Таких я обычно воспитываю. Будь они постарше...

— То что? — спросил Крейн.

Не спрашивай! По лицу все видно!

Йеджин улыбнулся. После чего предложил:

— Давайте побеседуем в другом месте.

— Послушайте, у нас тут есть некоторые формальности, господин Йеджин, — подал голос один из магов.

— Вы умеете решать эти формальности? — спросил мужчина.

— Да, но...

— Вот и решайте. Не отвлекайте меня по мелочам. А вас, леди и джентльмен, я попрошу ненадолго пройти со мной.

— Куда? — настороженно спросила Ромэйна.

— В небольшую приличную таверну. Есть еще несколько вопросов, которые я бы хотел задать.