Развод? Еще посмотрим, мой повелитель

Глава 1

Муж должен был вернуться сегодня. Элисса торопилась, боялась опоздать, ее колесница пронеслась по городу вихрем. Поводья она бросила, только въехав в ворота дворца. Конюхи подхватили огненных коней, а она вошла внутрь.

Стоило ступить под своды галереи, к ней бросилась прислужница и склонилась, принимая вуаль, которой царица закрывала лицо.

- Повелитель прибыл?

- Да, госпожа, - камеристка засеменила рядом. - Он в летних покоях.

- Это хорошо, - обронила она и пошла быстрее.

Еще ночью пришло донесение от верных стражей, что готовится прорыв, передовые отряды врага уже у самой границы. Она выехала затемно, желая лично убедиться, насколько все плохо. Однако выяснить доподлинно не удалось, за стеной бушевала песчаная буря.

Задерживаться она не могла, уехала стразу, чтобы успеть до приезда мужа. Но прежде она приказала отправить сокола, как только буря прекратится. Мужа она ждала к вечеру, но оказалось, ее повелитель вернулся раньше. Отлично. Присутствие дракона заставит врагов отступить. И...

За месяц без него она просто безумно соскучилась.

Сейчас Элисса направилась прямо в его покои, сердце рвалось от нетерпения, она хотела его увидеть.

Уже перед дверью камеристка неожиданно заступила ей дорогу.

- Вам нельзя туда, царица!

Она хотела пройти, но камеристка в слезах кинулась наперерез, раскинув руки:

- Не надо, госпожа! Не надо вам ходить туда!

- С дороги, - бросила Элисса и вошла.

И замерла на пороге.

Ее муж, красавец-дракон Аш-Радан, вольно восседал на диване и держал за подбородок женщину, стоявшую на коленях между его широко расставленных ног. Поза была двусмысленной.

- Что здесь происходит? – спросила Элисса.

А муж-дракон перевел на нее взгляд и резко бросил:

- Это ты мне скажи, царица!

И внезапно подался вперед, заставив женщину, которую он держал за подбородок, повернуться. У его ног была ее младшая сестра Эльвия! Стало видно, что у той синяк на скуле и вся щека распухла. В первый момент возмущение вытеснило все остальные мысли. Элисса шагнула ближе.

- Кто дал тебе право плохо обращаться с моей сестрой?

- А я знаю кое-что другое, - опасно понизив голос, проговорил Аш-Радан. – Что это ты запугала и избила сестру. Чтобы она молчала.

- Я?! - у нее просто не было слов.

- Потому что Эльвия видела, как ты готовишь измену, и просила тебя одуматься. Но ты не желала слышать.

Красивые губы мужчины кривились, голос сочился ядом. На каменном лице только драконьи глаза горели нехорошим огнем. Он провел большим пальцем по нижней губе сестры, заставляя шире открыть рот, и тут же протолкнул палец внутрь.

- Верно, Эльвия?

- Что за бред, о чем ты говоришь? – не удержалась Элисса.

Но тут сестра, победно взглянув на нее, улыбнулась и прильнула к его ноге:

- Все верно, так и было, мой Повелитель.

А он запустил пальцы в ее шелковистые рыжие, как у Элиссы, волосы и жестом собственника притянул голову ниже.

Он делал это прямо сейчас. При ней. Это было ужасно. Элисса не могла на это смотреть и не могла отвести взгляд. Горло стискивалось, а сердце просто горело огнем.

- Ты изменяешь мне с моей сестрой прямо у меня на глазах, - проговорила она.

Мужчина едко расхохотался, однако руки не убрал. Наоборот. Все продолжалось, а он, тяжело глядя на нее, произнес:

- Где ты была этой ночью? И почему без сопровождения?

Боже, как это было оскорбительно. Она всегда ездила без сопровождения и правила сама, это привилегия цариц из рода Ван-ха. Элисса швырнула короткий хлыст на столик и шагнула вперед:

- Потому что я царица!

- Где ты была, жена? Я так и не услышал.

- Я ездила на границу, там готовится прорыв!

- На границу, - опять его дробный смех. – И что же ты там видела, моя царица?

- К сожалению, ничего. За стеной была песчаная буря.

Он наконец оттолкнул ее сестру, но та тут же с довольным видом сытой кошки пристроилась рядом. А Аш-Радан поправил одежду и сел ровно, его широкие мощные плечи напряглись, а в красивом лице проступило что-то страшное.

- Можешь, не трудиться и не лгать, - проговорил дракон, с хрустом разминая пальцы. - Я знаю, зачем ты ездила на стену. Ты ездила к любовнику. И заодно сговаривалась с врагом.

Чудовищное обвинение. Она была царицей, ее воспитывали как воина, ей смолоду приходилось участвовать в битвах и защищать свой народ. Ему ли не знать об этом?!

Элисса просто не могла поверить. Перевела взгляд на сестру, на него.

- Ты сам веришь в это?

- Не надо юлить, жена, - жестко отрезал дракон. - Доказательства твоей измены очевидны.

А после прорычал:

- Стража! Увести царицу!

1.1

Элисса поверить не могла в происходящее, но – да.

Ее, царицу, заперли в верхней келье дальней, самой холодной и мрачной башни. Муж отправил ее туда, где при старых правителях рода Ван-ха запирали жен, навлекших на себя подозрение в измене.

Элисса помнила, как-то еще ребенком она однажды заметила движение в окне кельи на самом верху мрачной холодной башни и спросила:

- Кто это там?

Няня закрыла ей рукой глаза и сказала:

- Молодая госпожа, не смотри туда! Тебе не нужно знать, кто там.

Но ведь она была наследной царевной, ее младенчества учили править, разве это могло ее удержать? Она спросила няню:

- Кто там, скажи. Я приказываю.

Няня выдохнула:

- Там демон. Проклятая.

Сколько потом Элисса ни спрашивала своего отца, любившего ее, баловавшего и учившегося сражаться, отец всегда говорил, что не знает. Это было до него.

И вот теперь она жила в этой келье сама.

Уже два дня.

Из окна кельи ей хорошо были видны резные аркады ее покоев. В которых сейчас жила ее сестра Эльвия. И было видно, как по ночам к Эльвии приходил Аш-Радан. Играла музыка, Эльвия танцевала для него. А потом они не гасили свечи.

Это было смертельно больно.

Ей хотелось выколоть себе глаза, чтобы не видеть. Можно возненавидеть за день, но как быть с любовью? Страшна обида и ревность, словно огненный клинок, выжигающий все внутри. Но все равно это несчастное чувство невозможно вырвать из сердца. Оно плачет кровавыми слезами и ищет оправдания ему.

Он не знал. Его обманули, опоили, оговорили ее, заставили поверить. Иначе не могло быть. Аш-Радан любит ее, он не может поверить навету.

Но он придет. Не может не прийти!

И тогда все разъяснится, он будет просить прощения…

На этом месте у нее всегда текли слезы, и она ничего не могла с собой поделать. Потом мысли снова начинали снова ездить кругу, оставляя жестокие рваные борозды в душе. А слезы – словно соль, не давали боли утихнуть.

Элисса ждала его.

Так прошло еще три дня. Утром ей приносили еду и ставили под дверь. В остальное время она могла любоваться на свой дворец. И на повелителя, которого иногда видела мельком.

Муж пришел к ней в келью через неделю.

Говорят, ненависти нужно время, чтобы вызреть? Все равно, увидев его в дверях, ей показалось, что все пространство вокруг залилось светом.

***

Аш-Радан на миг замер, а после переступил через порог и вошел в келью. Солнечный блик скользнул по смуглой груди, открытой кафтаном, заиграл искрами на золотых висюльках малинового кушака.

Высокий, сильный, до рези в глазах красивый мужчина, дракон, которого она любила. Он пришел ее освободить? Чего ей стоило устоять на месте, не броситься ему на шею. Элисса ровно произнесла:

- Ты наконец-то пришел, повелитель.

И отвернулась к окну, чтобы муж не увидел слез в ее глазах.

- Да, - послышались его тяжелые твердые шаги. – Я пришел сказать, что развожусь с тобой.

Слезы мгновенно высохли, Элисса резко обернулась.

1.2

Слезы мгновенно высохли. Элисса резко обернулась.

Она все еще была царицей и умела брать чувства под контроль.

- Что ты сказал? – спросила невозмутимо и холодно, словно это не ранило ее.

Аш-Радан снисходительно усмехнулся и шагнул ближе.

- Неделя заточения притупила твой разум, жена? Я сказал, что развожусь с тобой. Теперь поняла?

Элисса пыталась разглядеть в нем того мужчину, что клялся любить и оберегать ее, и ни видела ничего. Никаких чувств. Ни сожалений, ни тени гнева обманутого мужа, один голый расчет и холодное удовлетворение. Так смотрит дракон на издыхающую добычу.

Они ведь делили постель. Он сватался больше года и добивался ее. Он стелился мелким бесом перед ее престарелым отцом. Отец был не рад этому браку, она сама настояла. Какая же она была дура.

Сейчас ей хотелось спросить: «Любил ли ты меня вообще?». Но она сказала другое:

- Ты ведь сам все это подстроил, верно?

- Какая же ты шумная. И инициативная. И глупая, - Аш-Радан, все еще усмехаясь, подошел еще ближе.

Теперь он почти нависал над ней. Видно было, какой же он все-таки высокий и мощный, особенно по сравнению с ней. Настоящий дракон, повелитель. Ее муж.

Секунду смотрел ей в глаза с высоты своего роста, потом произнес:

- А мне не нужна чересчур инициативная глупая жена, вообразившая себя непобедимой воительницей. Это скучно.

- Но ведь ты женился на мне такой?

Мужчина искренне расхохотался, запрокидывая голову.

- Мне просто нужен был этот кусок земли, - сказал наконец. – Я взял его и то, что к нему прилагалось.

Удар был жесток, он бил сразу и насмерть, настоящий дракон.

- Зачем же было жениться на мне? Ты мог бы просто взять Андин войной.

- Так было проще, - ответил он, пожав плечами. – К тому же, ты была неплоха. Мне нравилось лежать с тобой.

В драконьих глазах на миг мелькнул горячий отголосок похоти, и это оскорбило ее еще больше. Стоило сдержаться, не показать, насколько это ранит ее, но она все же бросила ему в лицо:

- Ты потому теперь лежишь с моей сестрой и так стараешься заделать ей ребенка?

- Ревнуешь? – он склонил голову.

- Нет. Мне просто интересно, как низко ты падешь. Кто будет следующей после Эльвии? Мои камеристки, прислужницы, прачки, конюшие?

Он внезапно навис над ней, мгновенно превращаясь в чудовище.

- Прикуси язык! – прошипел. - Не смей касаться имени Эльвии. Иначе я не посмотрю, что ты все еще моя жена, царица.

А после медленно распрямился и, гладя ей в глаза, произнес:

- Впрочем, царицей тебе быть недолго. Я разведусь с тобой, а титул унаследует твоя сестра. Ибо Андин не должен оставаться без царицы. Я чту традиции.

Дракон дробно рассмеялся.

У нее просто не было слов. Сердце горело и разрывалось в груди. Она вышла замуж за чудовище, отдала ему свою землю и свой народ. Который клялась защищать ценой крови. Страшная ошибка…

Но именно сейчас в душу пришел спасительный холод.

- Тебе все-таки надо было взять Андин войной, - проговорила она. – А сейчас ты не сможешь развестись со мной без доказательств моей неверности. Одних слов моей сестры будет мало.

- На этот счет не беспокойся, - жестко усмехнулся дракон. – Твои люди уже сознались под пытками, что ты неоднократно блудила и ездила на стену сговариваться с врагом.

Элисса молчала. Ей стало дурно при мысли, скольких он замучил, чтобы выбить эти признания. А он, решив, что она сломлена, перешел на деловой тон.

- Даю тебе последний шанс, Элисса. Прими развод. Признай свою вину, отрекись от трона. И я смягчу твое наказание, ты будешь избавлена от публичного позора. Я даже буду навещать тебя. Нам ведь с тобой было неплохо, верно? Подумай хорошо. В противном случае, - он прищурился, в красивом лице проступила нечеловеческая жестокость. – Тебя ждут пытки, а потом казнь. Я так или иначе получу свое.

А Элисса засмеялась.

- Ты все продумал до мелочей, мой повелитель. Но я все еще царица Андина. Ты не можешь казнить меня без суда. А я никогда не соглашусь на развод и не признаюсь в том, чего не совершала. Предъявишь суду тех свидетелей, кого ты искалечил и запытал до смерти?

Вот сейчас дракон действительно был зол. Пальцы скрючились, на них показались когти.

- Не испытывай мое терпение, жена. Хуже будет!

Но ей уже нечего было терять.

- Хочешь меня убить? Имей мужество, дракон, просто сделай это. Если ты мужчина.

Дракон мгновенно схватил ее за горло, вздернул над полом и прошипел:

- Я недооценил тебя, царица. Нужно было вырвать тебе язык.

Потом отшвырнул ее и стремительно вышел.

Глава 2

Поверить невозможно, что так все сложилось. Начало вечереть, тени удлинялись, золотой солнечный свет уже не наполнял келью, постепенно сменяясь сумраком. А Элисса по-прежнему сидела без движения на полу.

Перед глазами вся жизнь. Все вехи. Ошибки.

Только сейчас становилось понятно многое, открылись глаза. Глаза… хотелось прижать их ладонями за то, что были слепы. Пусть сейчас эти глаза проливают слезы! Но слез не было, все испарялось раскаленной горечью, застревало в груди.

Зачем Аш-Радан женился на ней? Смех рвался из груди. Это же очевидно.

Ему нужно было царство Андин, которое она должна была унаследовать. Андин хоть и невелик, но он стоит на пересечении главных торговых и военных путей. Это Ван-ха не стремились поработить соседей или нажиться, они все это время надежно защищали границу от набегов племен пустыни. Но тот, кто контролирует торговые и военные пути, тот сидит на богатстве и держит власть в своей руке.

Когда Аш-Радан сватался к ней, он ведь еще не был повелителем. Один из принцев, даже не первый наследник. Лишь получив такой лакомый кусок, как Андин, он обрел реальную власть, смог подавить всех и стал единоличным правителем.

Она сама поднесла ему этот шанс на блюде.

Отдала жесткому дракону свою землю и свой народ.

Все, что клялась защищать ценой жизни.

Дрожь пробежала по коже, Элисса заставила себя шевельнуться и выйти оцепенения. Провела ладонью по лицу, убрала со лба растрепавшиеся волосы и попыталась встать.

Потому что уже почти стемнело, ей нужно было найти выход. Нельзя допустить, чтобы Аш-Радан победил. Она обязана была что-то сделать, пока она еще царица.

И вдруг тихий шорох под дверью.

Элисса мгновенно напряглась. Еду ей приносили с утра, в это время уже никто не приходил.

- Госпожа, - раздалось едва слышно. – Госпожа, вы меня слышите?

- Зохра? – Элисса кинулась к двери, узнав голос своей камеристки. – Что ты здесь делаешь? Уходи скорей, тебе не поздоровится, если тебя здесь увидят.

- Госпожа, - зашептала та. – Я узнала нехорошее… Вам нужно срочно бежать.

Звякнул ключ, Элисса невольно сглотнула, чувствуя, что сердце колотится в горле.

- Я вас выведу к грязным воротам, - Зохра все говорила и говорила. - Там будет ждать повозка, что забирает объедки с кухни. Ее никто не станет проверять, вы спрячетесь и выйдете. А потом скачите прямо на стену, там еще остались преданные вам воины. Уйдете с отрядом за стену. Госпожа…

Дверь наконец подалась и стала открываться. Камеристка ввалилась в проем и рухнула на колени, вытирая слезы. В руках у нее было простое грубое покрывало, в такое обычно рядятся нищие.

- Госпожа моя, я умоляю, простите, но вам нужно торопиться.

Элисса порывисто обняла девушку.

- Я буду вечно помнить твою доброту. Береги себя.

Но теперь действительно нужно было торопиться. Она быстро накинула на голову грубое покрывало и уже хотела выйти. Но за дверью послышались шаги и томный голос сестры:

- Что это здесь происходит?