Разведчик Системы 5

Глава 1. Вот когда, казалось бы, всё складывается паршивее некуда

Лев Жуковский.

Разведчик Системы. Книга 5. Защитник.

Глава 1. Вот когда, казалось бы, всё складывается паршивее некуда

Требуется игроков (4/10)

Принять?

Да/Нет

00:09:57

И какая, к чёрту, ошибка? Откуда я мог знать, что всё обернётся настолько паршиво? Сколько бы нового я ни узнавал, сколько бы раз ни сталкивался с невозможным, Система всё равно находила способ удивить меня ещё сильнее. Причём делала она это с каким-то особым, почти издевательским талантом, обязательно в тот момент, когда цена очередного открытия могла измеряться не очками, не наградами и даже не моей собственной жизнью.

На этот раз под ударом могла оказаться Земля. Мой родной мир.

Мысль об этом ещё не успела толком оформиться в голове, когда я суматошно проявил проклятого кадавра, одновременно принимая задание. Мертвяк возник передо мной, дёрнулся, пытаясь вернуть контроль над своим гниющим телом, но я уже зафиксировал его волей. Всего на мгновение, большего мне и не требовалось.

Системный кухонный нож материализовался в руке, и я вогнал его кадавру прямо в голову, пробивая висок до самой рукояти. Тварь захрипела, ее пальцы судорожно проскребли воздух, но упасть телу отказывающегося подыхать кадавра я не позволил.

Следом в руках появилась кувалда. Размах. Удар.

Череп мертвяка лопнул с влажным хрустом, словно перезрелая тыква. Куски кости и сгустки чёрной плоти брызнули на траву. Кадавр обмяк, а я, не теряя времени, коснулся торчащего из ошметков его головы рукояти ножа.

Внимание! Получено 2 ОС! (25/340)

Сообщение Системы вспыхнуло перед глазами, сухое и равнодушное, будто речь шла не об очередном уничтоженном чудовище, а о мелкой банковской операции.

Едва первое уведомление погасло, как поверх него развернулась целая череда подобных.

Внимание! Задание выполнено!

Внимание! Так как вы изначально находились в зоне вторжения, выполнение задания не переносит вас в личную комнату.

Внимание! Вклад в выполнение локальной цели оценён как максимальный.

Внимание! Наличие метки разведчика Системы ранга Служитель приводит к корректировки награды.

Внимание! Награда может быть получена только в информатории!

И всё бы хорошо.

Награда полагалась. Задание считалось выполненным. Кадавр валялся у моих ног с проломленной башкой, а меня не вышвырнуло обратно в личную комнату. Казалось бы, живи и радуйся.

Вот только ощущение чужого присутствия никуда не исчезло.

Остальные игроки, уже успевшие принять задание, не растворились вместе с мертвяком. Я чувствовал это настолько отчётливо, что сомнений не оставалось: они всё ещё находились здесь. В нашем мире. На Земле. В горах возле Сочи. Я, конечно, мог ошибаться, да и хотелось, чего уж там ошибиться. Но а если нет, если прибывшие игроки расползаться по лесу, выйдут в Сочи? Да и даже не так, просто меня тут обнаружат и прихлопнут. Вот и я подумал, где-то глубоко внутри, что стоит как минимум поостеречься. Да и чувство поганое, как перед артобстрелом…

Ведь сколько им позволят здесь оставаться? Час? Полчаса? До следующего Системного события? Или они вообще получили возможность закрепиться в моем мире навсегда?

Последняя мысль заставила меня крепче стиснуть зубы.

Только не это. Не дай бог они догадаются, что их никто не собирается возвращать автоматически. Не дай бог поймут, что перед ними огромный мир, населённый почти беззащитными людьми, не имеющими ни уровней, ни навыков, ни системного вооружения. Если среди прибывших окажется хоть одна тварь вроде Арикола, последствия могут быть чудовищными. Или не дай бог такого чудовища как Гнарлис сюда занесло.

Впрочем, прямо сейчас глобальная катастрофа волновала меня меньше, чем ближайшие несколько минут. Мировым апокалипсисом можно будет озаботиться чуть позже, если я переживу встречу с теми, кого сам сюда притащил.

Ведь первым противника встретит именно тот идиот, который открыл ему дверь.

То есть я. Так что за свою ошибку расплатиться точно придется. Уж убежать по горам будет сложно, учитывая, что это наверняка лишь привлечет ко мне внимание.

Опять же, не верилось, что игроков могло раскидать в сотне километров отсюда. Система не давала участникам задания чувства направления к кадавру. Если бы их выбросило чёрте где, найти цель они попросту не смогли бы. Давать такое задание было бы бессмысленно даже по меркам Системы.

Значит, все принявшие приглашение должны были появиться в этой горной лощине. В паре километров от меня, может, чуть дальше. Пересечённая местность, густой лес, осыпи и крутые склоны не позволят им быстро разбежаться, ну или хотя бы сделать это скрытно. Во всяком случае, я на это очень надеюсь.

И ещё сильнее надеюсь, что мне самому не придётся удирать от них по этой самой пересечённой местности.

Воздух вокруг будто налился свинцом. Он тяжело давил на грудь, гудел в ушах и мешал дышать. Возможно, это не имело никакого отношения к появившимся игрокам. Возможно, злость и раздражение на самого себя просто сыграли со мной злую шутку.

Я ошибся.

Не слегка просчитался, не упустил незначительную деталь, а со вкусом, основательно и обеими ногами сел в огромную грязную лужу. И где была моя грёбаная интуиция? Почему она не завыла сиреной, когда я соглашался на это задание? А ведь это все меня Сарргис надоумил. Вот и доверяй кошакам! Не зря они такие ленивые бестолочи! А я его еще другом считал!

Ещё немного, и мне хватило бы ума проявить здесь малый маяк Системы. Чтобы уж наверняка. Чтобы не ограничиваться несколькими иномирными убийцами, а прямо посреди Кавказских гор устроить полноценное начало мирового апокалипсиса.

От этой мысли я даже сбился с шага.

А ведь действительно…

Нет.

Точно не сейчас. Не сейчас переживать о том, чего я не сделал. Тут и так хватало проблем из-за моих скудных знаний механизмов Системы.

Я двинулся дальше, стараясь ступать осторожно. Солнце пробивалось сквозь переплетение ветвей и бросало на землю рваные золотистые пятна. Они скользили по мху, камням и прошлогодней листве, цеплялись за глаза, мешая замечать движение. Под ботинками едва слышно шуршали сухие листья.

Каждый мускул был напряжён, словно натянутая тетива.

Гравитационный подвес удерживал справа мой «Корд». Из ствола крупнокалиберного пулемёта ещё тянулась слабая струйка дыма, а в воздухе стоял тяжёлый запах сгоревшего пороха. Снаряжённая лента была готова выплюнуть зажигательно-фугасные патроны в любого, кто решит проверить моё гостеприимство.

Второй подвес нёс щит, массивную плиту орихалка с тускло мерцающей пентаграммой. Золотистый металл плыл в метре слева, покачиваясь в такт моим шагам. Достаточно одного мысленного приказа, и плита должна была встать между мной и вражеской пулей.

Или чем-нибудь похуже.

Почему-то не верилось, что обычные земные игроки могли так бойко броситься на неизвестное задание. Не прошло и нескольких секунд, а приглашение уже начали принимать. Возможно смертельное путешествие в чужой мир и почти никакой паузы на размышления.

На людей это было не похоже.

По крайней мере, я судил по себе.

Да и сам хорош. Надо было спросить у Сарргиса, могут ли в несистемный мир прибывать чужие игроки. Я же даже не подумал об этом. Вот так промахнулся.

Хотя… друг что-то рассказывал. Кажется, именно боги следили за тем, чтобы в принадлежащие им миры не проникали посторонние существа. Они закрывали границы, отслеживали вторжения и не позволяли чужим игрокам появляться, где заблагорассудится.

Если это действительно так, вывод напрашивался один. Всё было совсем не радужно.

Земля пока не входила в Систему. У неё не имелось ни покровителя, ни защитника, ни божества, способного захлопнуть дверь перед незваными гостями.

Вот же проклятый кошак со своим хитрым способом заработка ОС и Системных наград! Ну и почему он не предупредил меня что это так опасно?! Понятно, что для его мира, где все были вооружены, все выглядело иначе, но он же блин опытный игрок! Так какого черта!

А если среди пришедших окажется чудовище уровня Гнарлиса? Или кто-нибудь ещё хуже? Что я буду делать тогда? Стрелять, пока не кончатся патроны? Бежать к ближайшему населённому пункту и надеяться, что тварь не последует за мной? И вернется-таки в родной мир?!

— Тихо, — пробормотал я. — Слишком тихо.

Даже птицы замолчали. Ещё несколько минут назад над кронами перекликались невидимые певчие птицы, где-то стучал дятел, а в кустах возилась лесная живность. Теперь все звуки исчезли. Лес замер, словно почувствовал приближение бури.

Я невольно замедлил шаг.

Прошёл всего ничего, но неприятное предчувствие уже стянуло внутренности холодным узлом. Такое бывало перед артиллерийским обстрелом, ещё тогда, в чечен…

На границе зрения что-то дрогнуло.

Совсем слабый всплеск движения, примерно в полукилометре. Листва малинового куста, а это, будь он проклят, оказался именно малиновый куст, качнулась так, словно по ней ударил порыв ветра.

Вот только ветра не было.

Я замер и прижался плечом к стволу толстой сосны. Пальцы крепче обхватили рукоять заряженного АКМа. Орихалковый щит бесшумно скользнул вперёд, закрывая меня со стороны подозрительного движения.

«Сфера контроля» раскрылась вокруг.

Энергия воли разошлась по земле невидимой волной. Она цеплялась за травинки, обтекала камни, скользила по корням деревьев и заглядывала под бурелом. Пространство вокруг наполнилось сотнями ощущений: шорохом муравьёв под корой, дрожью листьев, падением капли смолы, движением червя в рыхлой земле.

Ничего опасного. Пока ничего. Впереди, за чередой деревьев и густых кустов, снова мелькнуло движение.

Я окончательно остановился и выглянул из-за края щита, пытаясь рассмотреть то, что находилось за пределами сферы. Взгляд цеплялся за каждую деталь. Вот качнулась ветка. Вот примялась трава. Вот по листве прошла едва заметная рябь, будто сквозь кустарник кто-то медленно пробирался.

Но там никого не было. Возможно, зверь. Или грибник.

Хотя какой идиот полезет так далеко, когда белые ещё даже не пошли? Это не равнины под Рязанью, где в сезон можно встретить половину соседней деревни. Здесь горы. Крутые склоны, каменные осыпи и заросшие лощины. Не каждый скалолаз пройдёт, не свернув шею.

Нет, в случайного грибника я не верил.

Ощущение было другим. Таким же, как перед моим первым ранением. Тогда тоже всё вокруг казалось обычным, но внутри словно натянулась тонкая струна. Через несколько секунд пуля ударила в каску, скользнула по металлу и распорола кожу вдоль черепа.

Каска спасла мне жизнь. Сейчас вместо неё был орихалковый щит.

Я успел направить усилие воли за мгновение до атаки. Воздух взорвался ослепительным фиолетовым светом. Молния, похожая на сплетение корней тысячелетнего дуба, прорезала пространство с оглушительным треском. Её ветвистые отростки ударили в золотистую поверхность щита. Орихалк задрожал, и пентаграмма на щите вспыхнула белым огнём.

Грохот оглушил меня.

Фиолетовые разряды расползлись по металлу, сорвались с краёв и ударили в землю. Мох мгновенно почернел. Капли влаги превратились в пар. Ствол сосны рядом со мной покрылся ветвистыми узорами дымящихся углей.

Искры, раскалённые добела, брызнули во все стороны.

Несколько врезались в рукав куртки. Ткань задымилась, но я уже дернулся назад, гася огонь ладонью.

Хорошо, что ума хватило заранее отступить за щит. Как чувствовал: во время грозы возле дерева стоять не следует.

Вот только эта гроза прибыла из миров Системы.

Кто это? Воинствующий разведчик с Земли, такой же, как я? Но не слишком ли агрессивно он себя ведёт? Или сюда пришло нечто гораздо хуже человека?

Второй разряд ударил почти сразу.

Я бросился вбок, к ближайшим валунам. Гравитационные подвесы потащили за мной щит и «Корд». Золотистая плита двигалась между мной и предполагаемым противником, принимая на себя фиолетовые щупальца молнии.

Адреналин вливался в кровь тоннами. Ледяной огонь растекался по венам, обостряя каждое ощущение.

Я рухнул за валун и больно приложился спиной о камень. Песчаник крошился под локтем, мелкие обломки посыпались за воротник. Сердце колотилось так яростно, словно пыталось разорвать рёбра и выскочить наружу.

В ушах звенело. Сквозь звон пробивалось протяжное шипение, будто раскалённый клинок опустили в холодную воду.

Мысли метались в голове с одной на другую. Молния Е ранга? Артефакт? Если это способность, у неё должна быть перезарядка. Пять секунд? Три? Одна?

Фиолетовые искры всё ещё стекали со щита на землю. Пентаграмма на его поверхности мерцала неровно, но видимых повреждений почти не было.

Почти.

По золотому металлу протянулась первая тонкая трещина. Сколько ударов выдержит защита? И станет ли противник продолжать обстрел или попытается зайти мне в тыл? Да и выдержит ли барьер воли, который я мог создавать удар такой силы?

Нужно было менять позицию. Или заставить его раскрыться.

Я вложил в сферу контроля больше энергии, заставив разойтись ее дальше. Мир вокруг словно потерял краски и превратился в объёмную карту, составленную из прикосновений и слабых энергетических колебаний.

И тогда я его почувствовал.

За буреломом, примерно в тридцати метрах, пульсировало чужое ядро. Не человеческое. Клубок гниющей плоти, стянутый стальными нитями магии. Он сокращался, словно второе сердце, и при каждом ударе выплёскивал в пространство волны липкой, вязкой ненависти.

Образ был размытым, будто я смотрел сквозь густой туман, но ошибиться я не мог. Противник находился там. А ведь мне казалось, что он буквально только что был в полукилометре, что это было, морок, иллюзия?

И все же, значит, молния действительно теряла силу на большой дистанции. Иначе он не стал бы подбираться так близко.

— Покажись, крыса! — выкрикнул я.

Злость сорвалась с губ раньше, чем я успел подумать. А ведь у меня оставалась надежда договориться. Поторговать. Обменяться сведениями. Не все же системные игроки обязаны быть тварями наподобие Арикола.

Но этот ударил молнией сразу. Ни предупреждения, ни требования отступить, ни хотя бы попытки понять, кто перед ним. Значит, разговор закончен, не успев начаться.

«Корд», подхваченный гравитационным подвесом, взмыл над валуном. Я сам остался в укрытии, воспринимая положение оружия через сферу контроля. Лазерный целеуказатель прочертил среди листвы алую линию. Красная точка задрожала на стволе сосны, за которой скрывался противник.

Я не стал целиться в саму тварь. Пока не стал.

Три короткие очереди разорвали тишину. Грохот крупнокалиберного пулемёта прокатился между склонами. Каждый выстрел ударил по ушам, по груди, по самому воздуху. Ствол содрогался в захвате гравитационного подвеса, выплёвывая огонь и тяжёлые пули.

Первая очередь врезалась в сосну на высоте человеческой груди. Древесина взорвалась. Кора, щепки и куски сердцевины брызнули во все стороны. Вторая очередь прошла ниже, буквально перерубая ствол. Третья завершила работу, превратив дерево в облако опилок и зазубренных обломков.

Сосна медленно накренилась. Я намеренно стрелял по дереву. Если противник скрывался с помощью навыка невидимости, град деревянных осколков должен был обозначить его положение. От такого смерча не спасёт маскировка, а уклониться на короткой дистанции почти невозможно. Все же постоянно держать так сильно развернутую сферу контроля я не мог чисто физически, на это уходило жутко много энергии, по пятьдесят единиц Воли. Даже частые импульсы были для меня дороги.

Среди летящих щепок на мгновение проявился силуэт.

Пули прошли рядом, неожиданно изменив траекторию. Они словно натолкнулись на невидимую стену, скользнули в сторону и с визгом рикошета ушли в камни. То ли навык, то ли защитный артефакт, то ли невероятное везение позволили твари избежать прямого попадания.

А вот от деревянных осколков и поднявшихся облаков пыли защита спасла не полностью.

Несколько щепок зависли в воздухе, будто вонзились во что-то невидимое. По пустоте расползлись дрожащие контуры чужого тела.

— Попался.

Из-за дымящегося пня метнулась тень. Это был не человек. Существо двигалось на двух ногах, но на этом сходство заканчивалось. Его тело покрывали тёмные чешуйчатые пластины, напоминавшие одновременно панцирь жука и шкуру ящера. Узкая голова сидела почти без шеи, а вместо рук из предплечий росли изогнутые костяные серпы.

Рассмотреть тварь подробнее я не успел. Слишком уж быстро он рванул в сторону, и навести Корд на него никак не получалось.

Над головой же твари парил шар фиолетовой энергии. По поверхности сферы вращались угловатые руны, то вспыхивая, то погружаясь в темноту. Воздух вокруг артефакта дрожал. Это и был источник молний.

— Мерзость… — процедил я, инстинктивно перемещая щит.

Золотистая плита снова встала, между нами.

Ящер повёл головой. Его лицевые пластины разошлись, открывая узкую пасть с несколькими рядами тонких зубов. Звука я не услышал, но шар над ним засветился ярче.

Новый разряд ударил в щит. На этот раз я был готов. Орихалк принял разряд молнии, но сила удара всё равно отозвалась через гравитационный подвес по моему телу. Меня дёрнуло назад. Перед глазами поплыли пятна. Зубы лязгнули друг о друга.

Тварь использовала разряд не для того, чтобы пробить защиту. Она отвлекала меня.

Костяные серпы вспыхнули фиолетовыми искрами. Ящер пригнулся и меняя направление в мою сторону рванул вперёд, явно активировав какой-то навык ускорения.

В один миг он находился в двадцати метрах. В следующий, уже перед щитом.

Первый серп ударил сверху. Второй почти одновременно скользнул сбоку, пытаясь зацепиться за край плиты и отвести её в сторону. Орихалк отозвался глухим колокольным звоном.

Я едва успел развернуть щит. Навести «Корд» на столь быструю цель не получалось, у меня банально не хватало опыта. Тварь металась из стороны в сторону, не задерживаясь на месте дольше доли секунды. Стрелять из АКМа мешала моя же защита. Стоило высунуть автомат из-за края плиты, как костяной клинок уже летел к руке.

Сноровки в использовании нового снаряжения мне явно не хватало. Особенно в таком маневренном ближнем бою. Благо тварь не решилась перепрыгнуть через мою защиту. Все же она знала, что такое осторожность.

— Замри! — выкрикнул я ключ-фразу.

Энергии воли оставалось не так много, поэтому в приказ я вложил всего пятьдесят единиц Ви.

Волна давления ударила по ящеру. И ничего не произошло. Противник даже не замедлился. Не пошатнулся, не дёрнулся, не показал, что вообще заметил энергетический выпад. Может, его разум был устроен иначе. Может, сработала защита. А может, пятьдесят единиц для этой твари были жалкой мелочью.

Серпы продолжали молотить по щиту.

Каждый удар отзывался глухим звоном, пронизывавшим тело до костей. Гравитационные подвесы компенсировали вес плиты и часть энергии столкновений, но остаточная отдача всё равно проходила через меня болезненной вибрацией.

По поверхности орихалка разбегались тончайшие трещины. Сначала тонкие, почти незаметные. Затем всё более глубокие. Они пересекались, ветвились и складывались в подобие карты давно погибшего мира.

Я чувствовал каждую новую отметину через сферу контроля. Щит содрогался, а вместе с ним содрогался и я. Тяжесть наваливалась на мышцы, будто золотую плиту больше не удерживал навык и весь её настоящий вес постепенно переходил на мои плечи.

Я попробовал вывести «Корд» сбоку.

Ящер мгновенно сместился.

Ствол прошёл мимо. Я выстрелил из АКМа. Очередь грохнула почти в упор. Пули ударили в силуэт твари, однако перед чешуйчатой грудью вспыхнула полупрозрачная фиолетовая плёнка. Снаряды расплющились и ушли в стороны, с отчетливым визгом.

Я перенёс огонь на сферу. Безрезультатно. Пули едва коснулись окружающего её сияния, как траектории изломались. Одна ушла вверх, другая врезалась в щит, третья со свистом пролетела рядом с моей головой.

— Да чтоб тебя!

Шар мерзко загудел, набирая заряд. Руны на его поверхности закрутились быстрее. Между ними протянулись тонкие нити электричества. Ещё секунда, и ящер ударит молнией почти в упор.

Одновременно тварь продолжала работать серпами, пытаясь обойти щит. Она была быстрее. Сильнее в ближнем бою. Имела защитный барьер и артефакт дальнего действия. У ящера и слабых сторон не было!

Зато тварь не знала, на что способны гравитационные подвесы. До сих пор я использовал щит только как подвижную стену. Перехватывал удары, закрывался, отступал. Противник привык к этому. Решил, что золотистая плита существует исключительно для защиты.

Пусть продолжает так думать. Я усилием воли направил щит вперед, не просто сместил его, он словно выстрелил.

Тяжёлая плита врезалась в ящера с силой сорвавшегося с обрыва валуна. Тварь не ожидала атаки. Её ноги оторвались от земли, костяные серпы скользнули по орихалку, высекая веер фиолетовых искр.

Ящера отбросило к земле. Щит навалился сверху, прижимая его к камням и влажному мху.

Тварь завизжала. Серпы заскребли по золотистой поверхности. Мышцы под чешуйчатым панцирем вздулись, пытаясь сбросить чудовищный вес, но гравитационный подвес давил всё сильнее.

Шар над головой ящера дёрнулся. Руны вспыхнули. Но я уже разворачивал «Корд».

Теперь цель лежала почти неподвижно. Всего на миг, но мне хватало и этого.

Ствол крупнокалиберного пулемёта довернулся в сторону противника. Я не стал повторять попытку остановить его волей. Не стал экономить боеприпасы или искать уязвимое место.

Просто нажал своей волей на гашетку. Очередь из пятнадцати патронов ударила практически в упор. Первые пули пришлись в сферу над головой твари.

Артефакт попытался защититься. Фиолетовый барьер вспыхнул ослепительным солнцем, отклоняя снаряды. Первые пули с визгом ушли в землю, но уже четвёртая пробила защиту. Сфера треснула. По ней разбежались белые линии. Руны остановились, будто их заклинило, а затем артефакт взорвался. Волна фиолетовой энергии хлестнула по лесу, ослепив меня на несколько мгновений.

Ящер завизжал так, что звук пробился даже сквозь грохот пулемёта. Его костяные клинки разом потемнели и рассыпались в прах обнажая обычные руки.

Но очередь не закончилась. Я повёл ствол ниже. Следующие пули ударили в тело твари. Защитный барьер вспыхнул снова, уже слабее. Пули лишь первые отскочили, но почти сразу пробили барьер и разнесли чешуйчатое плечо ящера.

Остальные превратили противника в кровавые ошметки.

Крупнокалиберные пули прошли через тело, разрывая плоть, ломая панцирные пластины и выбивая из спины фонтан чёрной крови. Ящера буквально перерубило пополам. Верхнюю часть тела отбросило в кусты, нижнюю вмяло в землю под щитом.

Ошмётки плоти разлетелись по мху. Грохот оборвался неожиданно. Наступила тишина.

Лес словно оглох. Ну или только я. Воздух оставался наполнен запахом пороха и горелого мяса. Я не двигался ещё несколько секунд.

«Корд» продолжал смотреть на останки. Щит завис над землёй, испещрённый сетью мелких трещин и глубоких отметин от моих же пуль. По его поверхности ползли последние фиолетовые искры.

Тело ящера не шевелилось. Точнее, шевелиться там было уже нечему.

Я медленно опустил пулемёт на землю, дабы не растрачивать энергию воли понапрасну, так как в коробе не осталось патронов и прислонился спиной к дереву. Ноги внезапно стали ватными, но рухнуться на землю я себе позволить не мог. Дыхание вырывалось короткими хриплыми толчками, будто я несколько километров бежал в полном снаряжении.

Левая рука сама потянулась к фляге. Вместо воды пальцы нащупали гранату. Я замер, а затем хрипло рассмеялся. При этом правой рукой я так держал калаш направленный в мертвую тварь. Ведь вдруг у этого игрока есть навык воскрешения?

Смех получился нехорошим. Я вытер со лба пот, смешанный с копотью, и посмотрел на изуродованный щит.

Один противник. Всего один. И он уже едва не раскурочил мой орихалковый щит, пережил автоматную очередь и почти добрался до меня в ближнем бою. Если бы я промедлил со щитом или ошибся с направлением первого удара молнии, всё могло закончиться иначе.

А ведь перед завершением миссии в интерфейсе горела цифра пять. Пять принявших задание игроков. Одним был я. Одного теперь пришлось собирать по ближайшим кустам.

Значит, где-то в этих горах оставались ещё трое.

— Хищники… — тихо произнёс я. — Всего лишь трое?

Почему-то вспомнился старый фильм со Шварценеггером, где люди по очереди погибали в джунглях от инопланетной погани. В детстве кино казалось захватывающим. Потом, наивным. А теперь я стоял посреди леса рядом с разорванным пополам ящером и уже не видел в нём ничего смешного.

Даже во сне не хотелось бы встретиться с подобной тварью. А уж здесь, на Земле, дома, тем более.

Из глубины леса донёсся далёкий треск. Не ветка под ногой. Что-то более тяжёлое.

Я как-то сразу перестал улыбаться.

Глава 1.1 Что это если не каверзы самой судьбы?

На миг я замер, поднявшись над валуном и оглядываясь вокруг, но звук пропал и никого увидеть я так и не смог, сколько бы ни смотрел в заросли. Вернувшись к телу вторженца, я невольно помрачнел, разглядывая то, что осталось от первого игрока.

Ни ОС. Ни карты навыка. Ни единого Системного уведомления, способного хоть немного подсластить пережитое. Даже Системной справкой воспользоваться не успел, бой начался слишком внезапно и закончился чересчур грязно. Не до вдумчивого изучения противника, когда тебе пытаются раскроить череп костяными серпами, а над головой потрескивает готовая ударить молнией артефактная сфера.

От самой сферы теперь остались лишь чёрная пыль да несколько крошечных осколков. Они тускло поблёскивали среди истоптанного мха, но никакой силы в них уже не ощущалось. Я всё равно собрал обломки, скорее по привычке, чем из надежды на пользу. Вдруг Информаторий примет их как вторсырьё? Или хотя бы объяснит, из чего была сделана эта дрянь.

Хотя верилось в это с трудом.

Странный доспех игрока тоже не пережил знакомства с «Кордом». По земле валялись обрывки материала, напоминающего то ли выделанную кожу, то ли чешую неизвестной рептилии. Некоторые куски сохраняли форму пластин, другие превратились в рваные, обугленные лоскуты, пропитанные чёрной кровью.

Я присел у останков, подцепил один из фрагментов ножом и перевернул.

Материал оказался легче, чем выглядел. Гибкий, но при этом достаточно прочный, чтобы автоматные пули не пробили его с первого попадания. Возможно, дело было не только в самом доспехе. Защитный навык, аура, артефакт, вариантов хватало.

Теперь уже не узнать.

«Нужно было добить его ножом Системы…»

Мысль была печальной, жадной и откровенно запоздалой. Сейчас, когда противник лежал разорванный крупнокалиберной очередью, легко рассуждать о правильном способе нанесения последнего удара. В бою же я понятия не имел, кто передо мной, какие у него навыки и способен ли он воскреснуть, сбросить оболочку или взорваться при смерти. Сейчас же я сколько не тыкал в его останки Системным ножом, ОС никак не хотели поглощаться и очень уж это раздражало, как и вся ситуация.

Да и подпускать тварь на расстояние удара Системным ножом было бы чистым безумием. Учитывая, как быстро он двигался, и как его серпы оставляли борозды на орихалке. Молнии били так, что от одного только напряжения сводило мышцы. Моя попытка воздействовать на разум не дала вообще никакого результата. Приказ, усиленный пятьюдесятью единицами Ви, словно растворился, не встретив даже сопротивления.

Такое пугало сильнее всего. Если бы воля ударила в защиту, я хотя бы почувствовал барьер. Давление, отдачу, чужое противодействие. Но ничего не было. Приказ просто прошел, насквозь не встретив ни препятствия, ни сознания самой твари, будто разум существа находился в другом месте или был закрыт непроницаемым щитом.

Может, оно вообще не воспринимало речь. Может, не обладало разумом в привычном смысле. А возможно, им управляли дистанционно.

От последней догадки по спине пробежал неприятный холодок. Я внимательно посмотрел на разбросанные останки, но никакой управляющей нити, паразита или отдельного артефакта не обнаружил.

Разумеется, в таких вещах я слабо разбирался, но уж нить энергии ощутить бы смог.

Опять же, игрок мог оставить действительно ценные трофеи если бы я смог его добить, так сказать более гуманно. Пространственный браслет, артефакт молний, необычный доспех, карты навыков, один удачный трофей мог окупить весь риск.

Вот только риск был огромен. Кто мог знать, какие сюрпризы ожидали бы меня, решись я сойтись с ним вплотную и добивать Системным ножом? Возможно, тварь только притворилась обездвиженной. Возможно, её тело взорвалось бы при прикосновении. А может, артефактная сфера успела бы выпустить последний разряд мне прямо в голову. Да и в целом я видел, что по физическим параметрам сильно проигрывал ей. Так что все эти мысли скорее пытались заглушить мою жадность и разочарование.

При том, что последствия жадности могли оказаться фатальными.

Об этом я размышлял, разочарованно сгребая остатки лежащей возле меня добычи в свою бездонную сумку. Кусок доспеха, несколько чешуек. Все это богатство было разорвано мощнейшими фугасно зажигательными патронами, от последствий взрывов которых мне самому пришлось защищаться барьером воли. Опять же, даже если Информаторий всё это не засчитает, образцы иномирских материалов могут пригодиться позднее, но в это правда верилось с трудом.

Руки тем временем работали сами, на одних рефлексах.

АКМ же я перезарядил сразу после боя. Пустой магазин отправился в сумку, полный с сухим щелчком встал на место. Передёрнул затвор, проверил предохранитель. Короб «Корда» тоже заменил, фактически это было первым, что я сделал, убедившись, что противник больше не двигается.

Лишь после этого выпустил из гравитационных захватов оружие и щит.

Орихалковой плите досталось основательно. Золотистую поверхность покрывала паутина царапин и тонких трещин, благо не глубоких, а в нескольких местах виднелись глубокие борозды от костяных серпов. Пентаграмма тускло мерцала, словно восстанавливалась после ударов молний.

И всё же щит выдержал. Магические атаки, удары в ближнем бою, всё это не смогло его пробить. И если бы не щит в гравитационном подвесе, от меня самого сейчас осталось бы не больше, чем от мёртвого ящера.

Эта мысль немного примиряла с повреждениями.

А вот обломки второго артефакта заставили меня выругаться. На разорванной руке игрока виднелось основание браслета. Точнее, то, что когда-то им было. Треснувшая, оплавленная металлическая дуга, несколько лопнувших кристаллов и крошечный фрагмент пространственного плетения, медленно угасавший в воздухе.

Я узнал конструкцию. Пространственный браслет. Ещё совсем недавно в нём могло храниться оружие, экипировка, расходники, редкие материалы или целое состояние в системных ценностях. Теперь же артефакт представлял собой горсть бесполезного мусора. Всё содержимое либо исчезло вместе с разрушенным пространством, либо оказалось выброшено неизвестно куда.

— Вот же зараза, — пробормотал я, засовывая остатки браслета в сумку. — Столько добра угробил.

Лес ответил тишиной. На этот раз она продержалась недолго. Земля знакомо дрогнула.

Сначала едва заметно, под подошвами прошла слабая вибрация, будто где-то далеко упал тяжёлый валун. Затем удар повторился. Сухая хвоя подскочила, с камней посыпалась пыль, а поверхность лужицы рядом покрылась мелкой рябью.

Третий толчок оказался сильнее. Где-то за деревьями с треском сломался ствол небольшого дерева. Я мгновенно забыл о трофеях.

Бездонная сумка закрылась, АКМ лёг в руки. «Корд» поднялся в гравитационном подвесе, а щит скользнул вперёд, заслоняя меня со стороны шума.

Ещё один удар. Ещё один хруст. Ко мне приближалось нечто огромное.

Благо останки первого противника я разбирал в небольшой каменной ложбине, окружённой валунами. Укрытие спасало от прямого наблюдения и давало несколько направлений для отхода. Если новый враг не обладал способностью видеть сквозь камень, у меня оставались секунды на оценку ситуации.

Я осторожно поднял выглянул над гребнем укрытия. В трёхстах метрах от меня лес пришёл в движение.

Деревья качались и рушились одно за другим. Молодые стволы ломались с сухим треском, кусты исчезали под тяжёлым телом, камни вылетали из-под лап. Между ветвями мелькнуло что-то чёрное, покрытое блестящими пластинами.

Существо не кралось. Оно прокладывало себе дорогу напрямик.

Шум выстрелов наверняка привлёк нового игрока, но как, чёрт побери, он успел добраться сюда так быстро? С момента начала боя прошло совсем немного времени. Даже если противник появился поблизости, ему требовалось обнаружить источник грохота, выбрать направление и преодолеть пересечённую местность.

Впрочем, увидев его средство передвижения, я перестал удивляться. Из-за деревьев выполз странный гибрид медведя и скорпиона.

В холке он достигал трёх метров, а в длину не меньше шести. Передняя часть тела напоминала чудовищно разросшегося медведя, только вместо шерсти её покрывали тяжёлые хитиновые пластины. Задняя переходила в сегментированный скорпионий панцирь и заканчивалась длинным хвостом после лап.

Изогнутое жало возвышалось над спиной.

Между его шипами перебегали электрические разряды.

Каждый шаг чудовища сотрясал землю. Когти вспарывали дёрн, оставляя глубокие борозды. Из пасти свисали нити фиолетовой слюны, а четыре маленьких чёрных глаза непрерывно двигались, осматривая пространство.

Как такая громадина подобралась на триста метров, прежде чем я её заметил?

Ответ, скорее всего, заключался в навыке. Маскировка, подавление звука или искажение внимания. В Системе хватало способов превратить многотонную тушу в незаметного охотника. Хотя все могло быть куда проще, и это мои уши только сейчас отошли от грохота молний и близких разрывов фугасно зажигательных патронов.

На спине гибрида сидел ещё один игрок.

Чёрный плащ скрывал фигуру целиком. Капюшон был надвинут так низко, что вместо лица виднелась только темнота. В правой руке импровизированный всадник держал длинный посох, увенчанный пожелтевшим черепом.

Череп был не декоративным. Его челюсти двигались.

Игрок неожиданно повернул голову точно в мою сторону, игнорируя тот факт, что я был далеко и хорошо прятался. Но твари явно было плевать на все это, как и видимо на мои попытки скрыть свою ауру. Игрок поднял посох. Костяное навершие издало протяжный стон. В пустых глазницах вспыхнуло белое сияние, после чего наружу хлынул густой белёсый туман.

Я приготовился к тому, что облако поползёт от противника. Но оно возникло прямо рядом со мной.

Воздух в нескольких метрах от укрытия помутнел. Белёсые струи выплеснулись из пустоты, закрутились спиралью и начали быстро стелиться по земле. Там, где туман касался мха, зелень мгновенно желтела, чернела и превращалась в слизь. Папоротники оседали бесформенными комками, а мелкие насекомые падали замертво.

Облако расширялось не слишком быстро. Пока не слишком быстро. У меня оставались место для манёвра и несколько секунд, чтобы выбраться из зоны поражения.

— Дыхание смерти, — прорычал голос из-под капюшона на Системном языке. Даже на таком расстоянии слова прозвучали отчётливо, будто говоривший стоял у меня за спиной. — Наслаждайся агонией.

По-моему, тварь поторопилась праздновать победу. Хотя чёрт её знает. Вдруг это заклинание D ранга, способное расползтись на десятки километров? Тогда у меня возникнут проблемы посерьёзнее самого всадника.

Я рванул вбок, обходя разрастающееся облако по дуге.

«Корд» развернулся одновременно со мной. Гравитационный подвес удержал линию прицеливания, и крупнокалиберный пулемёт громко чихнул огнём.

Длинная очередь разорвала лесную тишину.

Грохот прокатился между склонами, породив дробное эхо. Тяжёлые зажигательно-фугасные пули калибра 12,7 миллиметра врезались в чудовище. Несколько снарядов попали в грудь, другие ударили в плечо и бок.

Я ожидал увидеть разорванный панцирь и фонтаны крови. Вместо этого по хитиновым пластинам прошла тусклая фиолетовая рябь. Разрывные пули выбили осколки брони, оставили вмятины и несколько неглубоких пробоин, но не смогли добраться до жизненно важных органов.

Гибрид лишь покачнулся. Из ран потекла густая фиолетовая кровь, однако кровотечение выглядело слишком слабым для столь мощных попаданий. Чудовище даже не замедлилось. И это после зажигательно-фугасных.

«Защитная аура», — мелькнула мысль.

Или системно усиленный панцирь. Или навык на снижение физического урона. В любом случае тратить боекомплект на центр массы оказалось бессмысленно.

Я мгновенно перенёс огонь на всадника. Игрок был намного меньше своего питомца. На расстоянии трёхсот метров попасть в него с помощью одного только лазерного целеуказателя было непросто. Оптики на «Корде» не имелось, деревья перекрывали обзор, а подвес пусть и удерживал оружие, но не превращал меня в идеальную систему наведения.

Потому сначала я и выбрал огромную мишень. Теперь пришлось рискнуть. Короткая очередь из трёх патронов ушла в сторону всадника. Но гибрид оказался на удивление манёвренным и не желал получать мои гостинцы вновь. Он резко метнулся вправо, прижавшись к земле, затем оттолкнулся всеми лапами и перескочил через поваленный ствол. Для существа таких размеров двигался он неправдоподобно быстро.

Пули прошли мимо. Одна срезала край плаща, две другие разнесли дерево за спиной игрока.

Дистанция стремительно сокращалась. Двести восемьдесят метров. Двести пятьдесят. Двести двадцать.

Всадник активно использовал своего зверя, заставляя его непрерывно менять траекторию. Гибрид рыскал между деревьями, прятался за стволами, исчезал в складках местности и вновь появлялся уже в другом месте. Иногда казалось, что он практически растворяется в движении, оставляя после себя лишь смазанный чёрный след.

Наверняка чудовище стремилось ворваться в ближний бой. При таких размерах, массе и скорости оно могло просто снести меня вместе со щитом. Даже орихалк не спасёт, если многотонная туша припечатает его к дереву.

Проверять это на практике я не собирался.

Отступая, я выбрал новую позицию и укрылся за стволом могучего дуба. Дерево было настолько огромным, что его не смогли бы обхватить и трое взрослых мужчин. Толстая кора покрылась наростами, ветви уходили высоко в крону, переплетаясь с соседними деревьями.

Настоящий древний памятник леса. В другое время я, возможно, задумался бы, сколько сотен лет он здесь простоял. Сейчас меня интересовало только, сможет ли дуб остановить электрический разряд или бросок чудовища.

Белёсое пятно продолжало разрастаться. Туман заполнял каменную ложбину, где остались части первого противника. Валуны темнели, мох превращался в жижу. Облако постепенно отрезало путь назад, вынуждая меня смещаться дальше по склону.

Кроме физической угрозы появилось ещё что-то. Давление. Оно медленно сжимало виски, наполняло тело тяжестью и подталкивало к панике. Чужая воля давила на сознание, заставляя смотреть только на приближающееся чудовище. Хотелось бросить оружие и бежать, не выбирая направления.

Значит, у этой твари имелась аура страха. Или всадник использовал отдельный навык.

Я стиснул зубы и направил часть воли на укрепление разума. Давление не исчезло, но отступило достаточно, чтобы мысли снова стали ясными.

Сто восемьдесят метров.

Гибрид казался огромной движущейся крепостью. В лоб его не взять. Стрелять по всаднику трудно. Значит, следовало лишить чудовище подвижности.

Я перевёл АКМ на одиночный огонь, выглянул из-за дерева и выпустил несколько быстрых выстрелов. Пули защёлкали по хитину, не причиняя заметного вреда. Причем на таком расстоянии стрелять во всадника все равно было нереально.

Монстр дёрнулся в сторону. Ещё два выстрела. Снова смена направления.

Противник не видел разницы между автоматным и крупнокалиберным оружием. Или не понимал принципа их действия. Для него любой огнестрел представлял угрозу, и после каждого хлопка всадник заставлял зверя совершать уклонение.

Именно это мне и требовалось. Я начал путать его ритм. Короткая очередь из АКМа чудовище уходит влево.

Пауза. Одиночный выстрел, резкий бросок вправо. Ещё пауза.

Я наблюдал за его движениями, отмечая привычки. Перед крупным деревом гибрид всегда смещался к более широкому проходу. Перед прыжком чуть приподнимал переднюю часть тела. После поворота на мгновение замедлялся, чтобы огромный хвост не занесло в сторону.

Через несколько секунд я понял, куда он двинется дальше.

Между двумя деревьями оставался широкий проход. Справа мешала каменная гряда, слева уже подползал белёсый туман. Единственный удобный путь вёл прямо в заранее выбранную мной точку.

Я навёл туда «Корд». АКМ снова плюнул короткой очередью.

Гибрид рванул в сторону. Как и ожидалось, он нырнул между деревьями. На краткий миг показалась передняя лапа. Я нажал на спуск.

«Корд» загрохотал, выпустив несколько коротких очередей подряд. Первые пули ударили в землю перед чудовищем, подняв фонтан грязи и камней. Следующие прошли по панцирю.

А затем удача наконец улыбнулась мне. Разрывной снаряд попал точно в сустав передней лапы. Фиолетовая защитная рябь вспыхнула, но не смогла равномерно распределить энергию удара. Хитиновая броня на сгибе была тоньше. Первый патрон расколол пластину, второй углубил пробоину, третий разорвался уже внутри.

Конечность оторвало.

Огромная лапа закрутилась в воздухе, разбрызгивая фиолетовую кровь, и рухнула в кусты. Гибрид взревел и метнулся в сторону, отчаянно пытаясь сохранить равновесие.

Его рёв больше напоминал скрежет многотонных металлических конструкций, чем голос живого существа. Монстр сделал ещё один шаг, но передняя часть тела провалилась вниз. Когти уцелевшей лапы вспороли землю. Массивная туша врезалась плечом в ствол, переломила его и покатилась по склону.

Оторванный сустав дымился. Фиолетовая кровь заливала землю, шипела на камнях и прожигала листья. Судя по всему, даже кровь этой дряни была ядовитой или насыщенной энергией.

Игрок в чёрном плаще не удержался на спине. Его подбросило вверх, перевернуло и швырнуло в сторону. Он ударился спиной о камень и рухнул, как тряпичная кукла. Посох вылетел из рук. Череп на навершии врезался в землю, треснул и выпустил облачко белёсого тумана.

Я продолжал стрелять. Из АКМа посылал короткие очереди из-за края орихалкового щита, больше для острастки, чем с надеждой нанести серьёзный урон. Пули выбивали искры из хитина, рвали плащ, вспарывали землю рядом с лежащим всадником.

Попадал я или нет, разобрать было сложно.

Эти проклятые защитные ауры окончательно запутывали картину. Один снаряд отскакивал от пустоты, второй исчезал во вспышке, третий вроде бы пробивал защиту, но не оставлял раны. Чёрт ногу сломит.

Зато противник не мог спокойно подняться и применить новое заклинание.

— Что мы скажем наглым игрокам, посмевшим напасть на разведчика Системы и явиться без приглашения в мой родной мир?! — прошипел я, выскакивая из-за дуба. — Не сегодня!

«Корд» в гравитационном подвесе сместился ниже. Ствол нацелился на чёрную фигуру, лежавшую возле камня.

Всадник уже шевелился. Он приподнялся на локте и вскинул свободную руку. Под капюшоном вспыхнули два бледных огонька, губы начали беззвучно произносить заклинание. Ну или это мне только показалось. Тогда как хвост гибрида уже заходился разрядами молний, явно готовясь ударить в ответ.

Решение пришло мгновенно.

«Гибрид опаснее. Сначала он. Игрок, похоже, умеет управлять только туманом».

Мысль могла оказаться ошибочной, но времени на обстоятельный анализ ситуация мне не оставила. Всё происходило за доли секунды. Приходилось оценивать угрозы на ходу, не понимая ни силы противника, ни его ранга, ни набора навыков.

Последние патроны из магазина АКМ я отправил во всадника. Одновременно «Корд» выбрал более крупную цель. Десять крупнокалиберных пуль ударили гибриду в спину.

Хитиновые пластины треснули. Осколки брони разлетелись в стороны, несколько снарядов взорвались на поверхности, но полноценного пробития не произошло. Чудовище оказалось невероятно живучим.

Опираясь на три лапы, оно развернулось ко мне. Скорпионий хвост выгнулся дугой. Жало продолжило еще интенсивнее наливаться бело-фиолетовым сиянием, электрические разряды слились в ослепительный шар.

Я едва успел дёрнуть щит. Молния сорвалась с хвоста.

Орихалковая плита приняла удар, закрывая лишь две трети тела. Разряд разошёлся по металлу, но часть энергии перепрыгнула через пространство, даже не коснувшись меня напрямую.

Мышцы свело.

Лицо перекосило, челюсти сжались, перед глазами вспыхнуло белым. На мгновение я потерял чувствительность в левой руке, а по позвоночнику будто провели раскалённой проволокой.

— А неплохо получается, — выдохнул я, пошатываясь.

Щитом удалось прикрыться на одних инстинктах. Он двигался так быстро и естественно, словно у меня появилась ещё одна рука, огромная, золотая и почти неуязвимая.

Почти.

По пентаграмме пробежали тревожные красные искры. Тем временем я видел что моя предыдущая очередь из АКМ, кажется, достигла цели.

Всадника дёрнуло. Чёрный плащ взметнулся, на ткани появились рваные отверстия. Тощая фигура откинулась назад и безвольно рухнула возле разбитого посоха.

На таком расстоянии рассмотреть повреждения было трудно. Между нами оставалось больше сотни метров, а возможно, и почти две сотни. Ветки, дым, туман и вспышки энергии мешали понять, действительно ли игрок погиб.

В голове тут же появилась жадная мысль.

С таких тварей должны давать прорву ОС. Не одну сотню. Уровни у них наверняка имелись серьезные, карты навыков тоже могли выпасть толковые. Один только навык призыва или приручения такого гибрида стоил бы риска.

Но приближаться не хотелось. Слишком всё выглядело подозрительно. Второй удар молнии подтвердил мои опасения.

Раненый гибрид выгнул хвост и выстрелил почти вслепую. Разряд прошёл рядом со щитом, врезался в дуб и взорвал кору. Ствол раскололся вдоль, древесина загорелась, а меня осыпало горящими щепками.

Агонизирующая тварь оставалась смертельно опасной. Я задержал дыхание и аккуратно навёл лазерный целеуказатель на лежащего всадника. Красная точка скользнула по чёрному плащу и остановилась на груди.

Один выстрел.

Тяжёлая пуля ударила в тело, подбросив его над землёй. Второй. Тщедушную фигуру разорвало на части. Плащ лопнул, наружу выплеснулась густая серая жидкость. Верхнюю часть тела отбросило к камням, нижняя осталась лежать возле посоха.

Теперь притворяться мёртвым было значительно сложнее.

Я немедленно перевёл «Корд» на гибрида. Остаток ленты ушёл ему в голову. Первые пули разбили хитиновые щитки в районе глаз. Следующие пробили череп. Зажигательный заряд вспыхнул внутри, и из пасти чудовища вырвался огонь.

Тварь дёрнулась в последний раз. Хвост ударил по земле. А затем тело разразилось ослепительной вспышкой.

Я успел спрятаться за щитом, но электрический взрыв накрыл пространство в радиусе не меньше пятидесяти метров. Разряды перепрыгивали еще дальше с дерева на дерево, ползли по камням и прожигали землю. Орихалковая плита вспыхнула, будто маленькое солнце.

Даже за пределами основной зоны у меня тело судорогой свело. По коже забегали колючие искры. Во рту появился металлический привкус, а разряженный АКМ едва не выпал из онемевших пальцев.

Однако куда сильнее меня встревожило то, что происходило с останками всадника.

Из разорванного тела начал вытекать белёсый туман. Сначала тонкими струйками. Затем плотными клубами.

Он не рассеивался, а стремительно разрастался, соединяясь с облаком, созданным заклинанием. Белая пелена быстро скрыла камни, останки посоха и нижнюю половину тела игрока.

Это уже не походило на обычное заклинание. Возможно, смерть владельца уничтожила контроль над туманом. Или, наоборот, стала условием для высвобождения всей накопленной силы.

В обоих боях я не забывал о навыках Бекапа. Убитые твари могли возродиться, переместиться в заранее подготовленное тело или провернуть какую-нибудь другую посмертную каверзу. После знакомства с Системой считать врага окончательно мёртвым только потому, что его разорвало на части, было непростительной роскошью.

На этот раз проверять результат уничтожения игрока вблизи я не собирался. Щит исчез в личном пространственном хранилище. Следом отправился «Корд».

Я сделал это максимально быстро и сразу побежал. Энергии воли почти не осталось. Гравитационные подвесы пожирали её с чудовищной скоростью, особенно когда приходилось одновременно перемещать тяжёлый пулемёт, удерживать щит под ударами и компенсировать отдачу.

Ещё несколько минут боя и я вообще лишился бы возможности использовать энергию воли.

Позади шипел ядовитый туман. Я оглянулся на бегу и окончательно понял, что о трофеях можно забыть. Трава не просто чахла при соприкосновении с белёсой дымкой, она сгнивала за несколько секунд. Мох превращался в чёрную кашу. Кусты оседали, словно их обливали кислотой. Даже крупные деревья не выдерживали.

Кора вспучивалась и отваливалась пластами. Древесина темнела, становилась рыхлой. Ветви с хрустом падали на землю, а стволы начинали клониться, будто за несколько мгновений проживали десятки лет.

Неприятное предчувствие подсказывало, что трофеи с этих тварей я уже не соберу.

Не факт, что даже бездонная сумка выдержала бы контакт с таким проклятием. Может, мой защитный полог воли и выдержал бы это воздействие, но энергии оставалось совсем мало, чтобы так рисковать своей жизнью я не собирался, ради содержимого, возможно нескольких карт и обломков артефактов.

Белёсый туман полностью разделил нас. Он стал плотнее, выше и шире. Оббежать облако я уже не успевал, а оставаться на открытом месте было слишком опасно. Где-то в лесу бродили ещё два игрока, и шум второго боя наверняка указал им направление не хуже сигнальной ракеты.

Внутренняя жадность, на удивление быстро посовещавшись с разумом, пришла к правильному выводу. Она не тянула меня к трофеям. Наоборот, подталкивала в спину, заставляя бежать ещё быстрее в противоположную сторону.

Туман стелился следом, словно испарения из преисподней. Чёрная полоса мёртвой земли расширялась. Касавшиеся дымки деревья скрипели и сбрасывали кору, а некоторые падали, перегораживая склон.

Я перепрыгнул через корень, едва не поскользнулся на осыпи и удержался, схватившись за молодую сосну. Лёгкие горели. В висках стучало, левая рука продолжала плохо слушаться после электрического удара.

Позади что-то тяжело рухнуло. Обернувшись, я увидел, как древний дуб, за которым только что укрывался, медленно заваливается в белёсую пелену. Его ствол почернел и переломился у основания. Ветви исчезли в тумане, словно дерево поглотила огромная бесформенная пасть.

От тела гибрида и его гуманоидного наездника не осталось даже силуэтов. Туман скрывал всё. Внутри белой пелены иногда вспыхивали фиолетовые разряды. Неясные тени двигались между мёртвыми деревьями, и я не мог понять, были ли это клубы дыма, остаточная магия или нечто, поднявшееся из разорванного тела шамана.

Останавливаться, чтобы проверить, не хотелось. Я взял направление к горной речке.

Вода могла замедлить распространение яда. По крайней мере, я на это надеялся. Если проклятие действовало на живую материю, каменистое русло создаст естественный барьер. Если же туман отравлял всё подряд, останется перейти на другой берег и искать более высокое место.

Шум воды становился громче. Между деревьями уже мелькали светлые камни, когда со стороны тумана донёсся низкий протяжный стон.

Я замедлился всего на мгновение.

Звук не был похож ни на рёв гибрида, ни на голос всадника. Он шёл сразу из десятков мест, сливаясь в тяжёлый хор. Словно сам умирающий лес обрёл голос и теперь оплакивал каждое сгнившее дерево.

Или предупреждал, что внутри облака что-то ещё осталось. Я снова ускорился. Трофеи могли подождать. Если, конечно, от них вообще что-нибудь сохранится. Сейчас главной наградой была возможность уйти живым.

Глава 2. Надежда, да какая к нурглам надежда!

Не скажу, что бежал я по-настоящему быстро. Для настоящего спринта после двух боёв, нескольких электрических разрядов и почти полностью опустошённого резерва воли сил уже не оставалось. Однако стоило оглянуться и увидеть, как белёсый туман пожирает лес, с каждой секундой набирая скорость, ноги сами начинали двигаться резвее.

Я лез напролом, не разбирая дороги.

Крутой склон уходил вверх под таким углом, что временами приходилось цепляться руками за корни. Под берцами осыпались камни, влажная земля ползла вниз, кусты хлестали по лицу. Там, где попадались особенно высокие уступы, я выжимал из источника жалкие крохи Ви и на мгновение создавал в воздухе полупрозрачные ступени. Они вспыхивали под ногами, выдерживали один толчок и тут же рассыпались искрами.

Каждый такой прыжок отдавался болью в висках. Но оставаться внизу было куда хуже.

Белёсая пелена расползалась между деревьями, словно живая. Она уже не просто стелилась по земле, туман поднимался крошащейся стеной, заполнял овраги, переваливал через валуны и обтекал стволы. Всё, к чему он прикасался, стремительно чернело.

— Только остановись, тварь, — прохрипел я, перепрыгивая через поваленный ствол. — Только попробуй не остановиться…

Бороться с туманом не было ни малейшего желания.

Чем его вообще останавливать? Огонь мог только разогнать ядовитую дрянь по округе. Стрелять в облако бесполезно. Воля почти закончилась. Если заклинание подпитывалось останками шамана, добраться до них я уже не мог.

Оставалось надеяться, что энергия рано или поздно иссякнет сама.

Надежда…

Да какая к черту надежда!

Если дымка продолжит расти с той же скоростью, она спустится по ущелью, доберётся до дорог, посёлков по побережью. Сначала исчезнет лес. Затем начнут умирать животные. Потом туман накроет людей, которые понятия не имеют ни о Системе, ни о магии, ни о том, почему на них внезапно опустилась белёсая смерть.

Сочи. Адлер. Абхазия.

Если облако подхватит ветер, одним побережьем дело не ограничится.

Апокалипсис местного масштаба, вызванный моей собственной ошибкой, был уже явным перебором. Системные чудовища, вторжения, демоны, ко всему этому я хотя бы морально готовился. Но стать чудовищем, который случайно уничтожил половину Кавказа попыткой заработать несколько ОС, не хотелось совершенно. Такого фиаско я точно не ожидал. Проклятый кошак, вот и верь добрым людям. Хотя каким блин людям. Благо ветер словно бы на туман не действовал.

Я же карабкался вверх, всё сильнее сбивая дыхание. В боку кололо, мышцы налились свинцом, во рту ощущался металлический привкус. Один раз нога соскользнула с мокрого камня, и я едва не полетел обратно по склону. Удержался чудом, вцепившись пальцами в торчащий из земли корень и создав на мгновение под ногой опору из энергии воли. Так что чудо было, так сказать, рукотворным. Но корень затрещал все равно от моего веса. Все же Корд и золотой щит весили не мало вместе со мной.

Я подтянулся, перекатился через край уступа и несколько секунд лежал на животе, хватая ртом воздух. Внизу, за деревьями, клубилась белая пелена. Отсюда она казалась особенно огромной, заставляющей одним своим видом поежиться.

— Нет уж, — выдохнул я, заставляя себя подняться. — Помрем, но не сегодня! И отдохнём тоже не сегодня.

Наверное, километра два я преодолел в режиме ошалевшего спринтера. Не по тропе, не по удобному подъёму, а почти по прямой, продираясь через кустарник и перелезая через скалы. В обычной ситуации на такой путь ушло бы куда больше времени, но страх, удивительно действенный стимулятор.

Наконец склон стал круче, и преследующая меня дымка начала отставать.

Туман неохотно заползал вверх, словно его тянуло в низину. Он ещё шевелился между деревьями, но прежней стремительности уже не было. Белёсые языки поднимались на несколько метров, истончались и распадались в воздухе.

Я позволил себе остановиться.

Не сразу. Сначала прошёл ещё сотню шагов, затем забрался на каменную гряду и отыскал узкую расщелину между двумя огромными валунами. Место оказалось почти идеальным: сверху нависал каменный козырёк, со стороны склона меня закрывали кусты, зато через щель оставался хороший обзор на лощину.

Если кто-то попробует подобраться, не заметив меня, у него появятся серьёзные проблемы.

Я сполз по камню и сел, привалившись спиной к холодной поверхности. Сердце молотило в груди, пот заливал глаза. Несколько секунд хотелось только сидеть и дышать.

Но расслабляться было рано. Где-то поблизости могли оставаться игроки.

АКМ я перезарядил первым. Пустой магазин исчез в личном хранилище, новый лёг в ладонь. Присоединил, передёрнул затвор, проверил оружие. Дело привычное, занявшее считанные секунды.

С Кордом пришлось повозиться. Крупнокалиберный пулемёт появлялся из хранилища медленнее, будто само пространство неохотно выталкивало настолько тяжёлый предмет. Оружие с глухим стуком легло на камень.

Я убрал пустой короб и достал новый.

Зажигательно-фугасные патроны показали себя неплохо против плоти, но против защитных аур и укреплённого хитина сработали хуже, чем хотелось. Потому на этот раз выбрал бронебойные. Стальной сердечник, как мне представлялось, должен был эффективнее продавливать магические щиты.

Раз уж вокруг собрались шаманы, молниеносные ящеры, некроманты и прочие проклятые колдуны, следовало подготовиться соответственно. Лента встала на место. Я закрыл крышку, взвёл оружие и уложил пулемёт так, чтобы при необходимости мгновенно поднять его гравитационным подвесом.

Орихалковый щит проявился рядом. Выглядел он паршиво. Глубокие царапины пересекали золотистую поверхность, в центре чернели следы электрических ударов, а пентаграмма мерцала с перебоями. Но щит оставался почти целым.

И это уже было хорошо. Я прислушался.

В лесу потрескивали умирающие деревья. Где-то далеко шумела вода. Ветер шевелил листву над головой, и каждый шорох казался подозрительным.

Сколько игроков осталось? Двое? Или один, если гибрид медведя и скорпиона считался отдельным участником? Впрочем, на игрока тот монстр был мало похож. Скорее питомец, призванное существо или переделанный Системный зверь.

Значит, вероятнее всего, где-то бродили ещё двое. А может, они уже ушли.

Задание завершилось, кадавр уничтожен, награду в этом мире всё равно не получить. Любой разумный участник, оценив ситуацию, должен был вернуться домой. Особенно после того, как по горам несколько минут грохотал крупнокалиберный пулемёт, сверкали молнии и расползался ядовитый туман.

Но две предыдущие твари разумностью не отличались. Обе атаковали сразу. Никакой разведки. Никакой попытки договориться. Ни одного вопроса. Ящер ударил молнией, едва приблизившись. Шаман выпустил Дыхание смерти, не разобравшись, с кем имеет дело.

И всё это ради жалкой миссии F ранга. Что же тогда происходит на заданиях более высоких рангов? Участники уничтожают мир вместе с целью, а потом выясняют, кому полагалась награда?

Хуже всего, что после завершения миссии интерфейс перестал показывать число принявших приглашение. Я не знал, остались ли игроки на Земле. Не понимал, сколько времени Система дала им на возвращение: минуту, пять, десять или целый час.

Кто-то вообще мог решить не уходить. Вдруг им природа Сочинская понравилась!

И ведь с момента завершения задания прошло совсем немного. Судя по часам в интерфейсе, минуты четыре. Может, пять. Я посмотрел на цифры, моргнул, пытаясь сосредоточиться.

Тишина. Ни движения внизу, ни чужого присутствия в Сфере контроля. Можно было хотя бы перевести дыхание.

Я потянулся к фляге. И в этот момент копьё пробило мне грудь.

Удар пришёл сверху, через левую ключицу, прямо к сердцу.

Боли сначала не было. Только страшный толчок, будто в спину на полном ходу врезалась машина. Тело дёрнулось, руки разжались. Фляга выпала и покатилась между камнями.

Я опустил взгляд, словно в тумане, не веря тому что происходило перед глазами.

Из груди торчало тёмное лезвие. По металлу стекала кровь.

Моя кровь.

Почему противник не ударил в голову, одной Системе известно. Возможно, покрытый золотом, а точнее орихалком, шлем ввёл его в заблуждение. Или нападавший знал о внутреннем источнике и намеренно целился в мистическое средоточие энергии.

Да. Скорее всего, так и было. Копьё прошло точно через область, где обычно находится источник маны. Противнику можно было посочувствовать лишь в одном: он поспешил.

Тварь выдернула оружие отработанным движением, не дав ему задержаться в моём теле. Видимо, привыкла убивать одним выпадом и сразу отступать, пока жертва падает.

В голову надо было бить, урод. Именно там находится источник воли.

После алтаря демонов я умел сопротивляться поглощению ОС, пока сохранялся разум. Копьё не успело вытянуть из меня силу, а значит, нападавший допустил единственную ошибку, на которую не имел права.

А ведь если он с Земли, могли бы поговорить. Да что за твари меня окружают?!

Неужели Сарргис, проклятый хитрый кошак, способный обвести вокруг когтя кого угодно, был единственным приличным игроком во всей Системе?!

Эти неуместные мысли промелькнули в голове за одно мгновение. Тело уже заваливалось вперёд. Кровь хлынула из раны горячей волной. Сердце ещё пыталось сокращаться, но каждый удар выбрасывал жизнь наружу.

Через Сферу контроля я почувствовал движение за спиной. Противник проявлялся из невидимости.

Высокий силуэт. Вытянутая рука. Копьё, с которого срывались капли моей крови. Нападавший замер всего на мгновение, уверенный, что работа закончена.

— Замри! — выдал я ключ-фразу.

На этот раз мне было плевать, сколько энергии осталось в источнике. Я ударил с запасом, так чтобы наверняка. Не пятьюдесятью единицами, не осторожной порцией, а сотней, двумя сотнями, жадно зачерпнув из еще живого источника. Энергия вырвалась из источника воли, прошла через тело и обрушилась на врага.

Противник застыл. Копьё замерло в его руке. Плечи напряглись. Он попытался шагнуть назад, но не сумел даже оторвать ногу от земли.

Моё тело продолжало падать на землю. Сознание начало меркнуть, но враг просчитался ещё в одном. Он решил, что лежащий на земле Корд не опасен.

Пулемёт не находился у меня в руках. Ствол смотрел в сторону. Между оружием и противником лежал камень. Но Корду не требовались мои руки. Гравитационный подвес ожил.

Ствол скользнул по камню, чуть приподнялся и развернулся назад, словно оружие само нашло цель. Бронебойная лента уже находилась в коробе.

Я нажал волей на гашетку. Пулемёт начал изрыгать снаряды в упор. Первый выстрел совпал с моим падением. Грохот ударил по ушам, камни дрогнули, из ствола вырвалось пламя.

Следом загрохотала длинная очередь. Я не видел, как за спиной разлетаются куски плоти. Не мог повернуть голову. Через угасающую Сферу контроля ощутил лишь несколько резких ударов, вспышки движения и тёплые брызги, накрывшие камни.

Потом исчезло и это. Тело, по сути, уже закончило свой путь. Отбегалось.

А Корд продолжал гладко ухать, будто стрелял в последний раз. Пятьдесят бронебойных пуль со стальными сердечниками одна за другой покидали замерший в предсмертной агонии ствол, превращая противника и всё его снаряжение в кровавое месиво.

Знакомое чувство смерти снова подступило к моей душе. Удивительно, но в этот раз оно не вызвало ярких эмоций. Ни ужаса. Ни паники. Ни отчаянного желания закричать. Словно всё это уже происходило со мной и волноваться не о чем.

А ведь так и было.

На алтаре демоны разрывали не тело, а мою душу. Они вытягивали её по частям, жгли, кромсали, заставляли снова и снова проходить через мгновение окончательной гибели. После подобного обычная смерть казалась почти знакомой.

Вот только сейчас я не стоял на грани. Я падал за неё. И всё равно отказывался умирать.

Я собрал остатки сознания вокруг крошечной точки, отгородил её волей от наступающей тьмы и направил энергию напрямую к сердцу. Навык Активной регенерации откликнулся почти сразу.

В грудной клетке вспыхнул огонь. Я не посылал туда крохи Ви. Не пытался действовать осторожно. Я зачерпнул силу из-за самой грани, оттуда, где энергия ещё не успела сформироваться. Так уже случалось прежде, и каждый раз последствия могли оказаться необратимыми.

Семя воли дрогнуло. По его поверхности прошла трещина. В обычной ситуации я бы немедленно остановился. Повреждение источника грозило потерей силы, а возможно, и полной утратой способности использовать волю.

Но сейчас выбор был прост. Либо рискнуть уничтожить Семя, либо гарантированно умереть. Я выбрал первое. Воля, не мана. Она работает иначе. Для неё недостаточно накопленной энергии, формул и правильных ключевых фраз. Внутренняя сила адепта, его намерение, готовность навязать реальности собственное решение значили куда больше.

А моё решение было предельно простым. Я не собирался умирать. Не здесь. Не от удара в спину. Не от какого-то трусливого невидимки, который даже не рискнул показаться перед атакой.

Из источника удалось выжать достаточно энергии. Ви послужила лишь активатором, тогда как сама регенерация принялась расходовать накопленную жизненную силу моего тела.

Благо за последнее время я успел немного отъесться. Жизненная энергия хлынула к ране. Разорванные мышцы начали срастаться быстрыми волнами. Ткани вокруг пробитой ключицы стянулись, сосуды запечатались, кровотечение ослабло. Обломки кости вернулись на место, обрастая новой плотью.

Сердце восстанавливалось медленнее. Разорванные стенки сошлись. Повреждённые камеры вновь обрели форму. Прокол исчез, оставив только жгучую боль.

Но сердце не билось. Оно лежало в груди неподвижным куском мяса. Этого я не ожидал.

На мгновение моя непоколебимая уверенность дрогнула. Я восстановил орган, но без кровообращения мозг продолжал умирать. Мир уже исчез, тело не ощущалось, и только крошечный островок сознания держался внутри кокона воли.

«Нет». Я собрал остаток намерения. «Работай». Ничего. «Бейся, зараза!»

Сердце не откликнулось. Тогда я направил волю не на восстановление, а на движение. Сжал сердечную мышцу, будто сдавил её невидимой рукой.

Раз. Кровь двинулась по сосудам. Ещё раз. Второе сокращение получилось слабее.

Я заставил сердце сжаться снова, имитируя прямой массаж изнутри. Воля скользила по мышечным волокнам, навязывая им правильный ритм.

— Ну же! Бейся! — произнёс я вслух ключ-фразу.

Не знаю, действительно ли голос сорвался с губ или слова прозвучали только в сознании. Сердце сократилось. Замерло. Дёрнулось снова. А затем наконец подхватило ритм.

В лёгкие ворвался воздух. Я судорожно вдохнул и закашлялся. Горло обожгло, перед глазами вспыхнуло серое пятно. Мир вернулся грохотом в ушах, вкусом крови и холодом мокрой земли под щекой.

Я лежал в луже. Часть крови была моей. Остальная принадлежала противнику.

Наверное, с полминуты я не двигался. Собирал мысли, прислушивался к сердцу, убеждался, что оно не остановится снова. Корд отстрелял ленту прямо над ухом, поэтому окружающий мир звучал приглушённо, словно я находился под водой.

Можно было бы остаться лежать. Плевать на всё. Закрыть глаза, дать регенерации закончить работу, дождаться, пока дрожь отпустит мышцы.

Но где-то оставался ещё один игрок. Ещё одной смерти я точно не переживу. Особенно после сообщения, возникшего перед глазами.

Внимание! Вы получили среднее травму Семени Воли! Накопление энергии Ви будет значительно снижено в течении десяти дней. 0/627 Ви

Я несколько секунд смотрел на уведомление, не веря собственной удаче. Средняя травма. Десять дней почти без восстановления Ви. И полный ноль в резерве.

— Вот так подарок, — прохрипел я. — Вот так Сарргис мне услужил. Лёгкий способ заработать ОС…

Злость помогла подняться. Я упёрся руками в землю, встал на колени, затем ухватился за валун. Тело качнуло. В глазах потемнело, и пришлось несколько секунд стоять, прижавшись лбом к холодному камню.

Хорошо ещё, кости в основном остались целы. Ключица срослась, но болела. Грудь жгло при каждом вдохе. Крови вытекло столько, что одежда потяжелела, а сапоги хлюпали. Регенерация восстановила повреждения, однако не вернула утраченную кровь мгновенно.

Меня трясло. Я оглянулся. Место, где стоял противник, превратилось в кошмар мясника.

Камни были залиты кровью. Куски тела висели на кустах, прилипли к валунам и разбросались по склону. Бронебойные пули не просто убили нападавшего, они прошили его, одежду, снаряжение и всё, что находилось за спиной.

Среди окровавленных клочьев вроде бы мелькнула джинсовая ткань. Зарубежная. Не скажу наверняка: слишком уж сильно потрохами закидало всё вокруг, включая меня самого. Но одежда выглядела земной. Куртка, джинсы, остатки ботинка.

Выходит, нападавший мог быть человеком. Землянином.

— Грёбаная тварь под инвизом… — процедил я.

Ни предупреждения, ни требования отдать награду. Ударил со спины, едва я закончил перезаряжаться. Я поискал взглядом бездонную сумку. Не было. Хотя… нет.

Вот ремень. Клочок материала. Несколько оплавленных пластин.

— Чертовы твари…

Сумка тоже попала под очередь. Что же за день сегодня такой? Везение словно окончательно сошло с ума. Или это так работает ноль в параметре Удачи? Даёт шанс выжить, но обязательно уничтожает всё ценное в радиусе десятка метров?

Впрочем, не стрелять до конца ленты с пробитым сердцем я не мог. Кто мог знать, что это за противник. Если в ленте было бы больше патронов я и их выпустил бы.

Только там, в крошечном средоточии воли, которым окружил остаток разума, всё казалось спокойным и размеренным. Сейчас, когда кровь снова побежала по сосудам, а адреналин окончательно выплеснулся в тело, меня колотило от ярости.

Хотелось найти кого-нибудь ещё. Прижать щитом. Выпустить в упор новую ленту. Потом собрать ошмётки и убедиться, что ни одна тварь больше не поднимется.

Я заставил себя дышать медленнее. Ярость, плохой советчик. Особенно когда в резерве ноль Ви, сердце только что запустилось заново, а где-то рядом может прятаться ещё один невидимка.

Пятьдесят снарядов превратили в фарш не только игрока, но и его снаряжение, это я понял спустя минуту ковыряния останков. Карт навыков я тоже не получил, сколько бы не тыкал Системным ножом в куски тела.

Зато копьё уцелело.

Оно лежало в нескольких метрах, отброшенное отдачей попаданий. Тёмное древко наполовину погрузилось в грязь, узкое лезвие оставалось покрыто моей кровью.

Я подошёл осторожно и поднял оружие. По ладоням прошла слабая вибрация. Перед внутренним взором появилось название.

Системное копьё Е ранга.

Хоть один трофей. Противник не успел убрать его в карту или бездонную сумку, и теперь оружие принадлежало мне. Баланс оказался неплохим, древко удобно легло в руку. Лезвие выглядело достаточно прочным, чтобы пробить обычный бронежилет.

Главное, больше не придётся бегать на серьёзные задания с кухонным ножом.

— Вот и польза от всей затеи, — пробормотал я.

Радости почему-то не было. Копьё отправилось в личное хранилище. Следом исчезли пустой Корд и повреждённый щит. АКМ я оставил в руках. Без энергии воли они были бесполезны, я их сейчас и поднять толком не мог.

Что делать со средней травмой Семени воли, я не представлял.

Через несколько дней предстояла новая миссия. Отказаться, от которой, не получится. А я останусь без главной своей силы.

Злость снова поднялась внутри.

Сарргис действительно меня подставил. Возможно, не специально. Возможно, он и сам не знал, что задание притянет в несистемный мир чужих игроков. Но от этого легче не становилось.

Минусов оказалось больше, чем плюсов уж точно. Два едва пережитых боя. Уничтоженная экипировка врагов. Потраченные боеприпасы. Повреждённый щит. Пробитое сердце. Травмированное Семя воли.

И ещё неизвестно, какую награду выдаст Система.

От былой мощи, как параметров, так и силы воли, не осталось почти ничего. Когда-то мне удалось почувствовать приближение могучего вампира D ранга. Сейчас я не смог бы засечь даже обычного человека, пока тот не подошёл вплотную.

Как, собственно, только что и произошло. Тут правда невидимость какая-то крутая была явно, но все же.

Немного успокоившись, я подхватил АКМ и двинулся выше по горной лощине.

Хотелось сказать, почапал. Нет. Похромал.

Рана под ключицей продолжала сочиться кровью. Ноги плохо слушались, в голове гудело. Приходилось останавливаться через каждые несколько десятков шагов и ждать, пока перед глазами перестанут плавать тёмные пятна.

Я решил сделать небольшой круг и выйти к перевалу. Оставаться возле трупа явно было не лучшей затеей. К тому же на перевале находилось самое удобное место для эвакуации из лощины. Если оставшийся игрок попытается покинуть район пешком, скорее всего, воспользуется именно этим проходом. Тут особо и выбирать не приходилось. Разве что последняя тварь скалолаз какой или паук, не дай бог.

Заодно оттуда можно было контролировать место последней битвы.

Я нашёл позицию в колючих кустах за низким каменным выступом. Ветки неприятно впивались в одежду, зато скрывали силуэт. Отсюда открывался обзор на склон и часть тропы. Сел, положил АКМ на камень и прислушался. А может просто слушал свое дыхание. Откат после смерти все еще долбил по мозгам.

Эти десять минут вышли на редкость опасными. Хотя нет. Прошло уже больше. Время после остановки сердца воспринималось странно. Несколько секунд могли растянуться в вечность, а долгие минуты исчезали без следа.

Главное, ядовитый туман внизу постепенно рассеивался.

Белёсая пелена ещё висела над лесом, но больше не росла. По краям она истончалась, распадалась на отдельные клочья и растворялась в воздухе. Похоже, локального апокалипсиса удалось избежать.

Я примерно так и предполагал.

Навык шамана явно не относился к C рангу. Обладай он такой мощью, вряд ли проиграл бы человеку с автоматом и одним крупнокалиберным пулемётом.

Хотя кто знает? Может, маг был силён только на дистанции. Может, поставил всё на единственное заклинание. Или просто оказался таким же самоуверенным идиотом, как остальные.

Игроки вообще сильно меня удивили. Выглядели они по-разному. Ящер с костяными серпами. Закутанный в плащ шаман на гибриде медведя и скорпиона. Землянин-невидимка с системным копьём.

Никакой общей расы, экипировки или тактики. Объединяло их только одно: каждый бросался в бой без попытки договориться.

Как хорошо, что я не достал кадавра в гараже прямо в Сочи, в черте города.

Если бы задание началось там, ящер бил бы молниями среди жилых домов. Гибрид проламывал стены. Дыхание смерти разошлось бы по улицам, превращая людей в чёрную слизь. От одной картины стало дурно.

Я достал аптечку и наложил повязку на область ключицы. Активная регенерация закрыла основную рану, но кожа местами всё ещё расходилась, кровь медленно пропитывала ткань.

Пальцы дрожали. Узел получилось затянуть только с третьей попытки. Именно в этот момент внизу по склону зашевелились кусты. Я замер. Рука легла на автомат.

Кто-то с трудом поднимался по крутому склону, цепляясь за ветви и звучно ругаясь. Голос был человеческим, высокий и злой. Мат звучал не по-русски. Фразы на Системном языке перемежались словами, которых я не понимал.

Расстояние около сотни метров. Совсем недавно я сам карабкался по этому участку. Там имелся узкий проход между камнями, затем густой кустарник и открытая полоска склона.

Если встречать, то именно там. Я медленно навёл АКМ. Не знаю, как удержался от превентивного огня. Три из трёх появившихся игроков оказались неадекватными. Статистика подсказывала, что четвёртый тоже не принесёт ничего хорошего.

Но я сдержался. Не из доброты. Просто кусты мешали прицелиться. Если открыть огонь сейчас, часть пуль примут ветки, а противник успеет уйти в укрытие или применить навык.

— Хаи, сореха футотаби… — донёсся приглушённый, но разъярённый голос. Затем незнакомые слова сменились понятными: — Рванула на Системную миссию!

Ветви раздвинулись. На склон выбралась гуманоидная фигура. Человек. Девушка.

Она держала меч двумя руками, хотя одна почти не слушалась. Клинок был перепачкан чёрной слизью. Окровавленные пальцы скользили по рукояти.

Потрёпанная кожаная куртка висела лохмотьями. Штаны когда-то напоминали джинсовые, но от правой стороны почти ничего не осталось. Бок и ногу покрывала чёрная гниль, похожая на ту, что уничтожала деревья в ядовитом тумане.

Значит, она попала под действие заклинания.

Девушка шагнула, пошатнулась и едва не упала. Лицо было серым, волосы слиплись от пота. Правый глаз заплыл, на губах запеклась кровь. Держалась она из последних сил.

Помочь бы.

Первая человеческая мысль оказалась именно такой, но не моя. Потому как я не забывал о возможной ловушке. Раненая девушка могла притворяться. Гниль, иллюзия. Отсутствие сил, способ заставить меня приблизиться. В Системе существовало достаточно навыков, чтобы превратить образ беспомощной жертвы в смертельное оружие.

А вдруг она игрок с Земли? Эта мысль заставила палец немного ослабить давление на спусковой крючок. Если она землянка, значит, я не один. И тут я задумался: а что это мне даст?

Чувство общности? Я и так знал, что не единственный. В мире моллюсков нас был миллион. И что толку? Оттуда почти никто не выжил. Количество игроков не означало ни поддержки, ни дружбы, ни взаимопомощи.

С высокой вероятностью я оставался единственным настоящим разведчиком на Земле. Остальные физически не могли получить такой статус. Об этом я очень много думал. Следовательно, встреча с другим игроком давала мне не союзника, а конкурента.

Или обузу.

Прямо сейчас я не мог её вылечить. Не мог защитить от нового нападения. Не мог заглянуть в разум и проверить намерения. Даже волей остановить не сумел бы, резерв показывал круглый ноль.

Встреча была бесполезной. Для меня уж точно. Но меч однозначно указывал, что девушка является игроком. Обычная азиатка не могла внезапно появиться в безлюдных горах возле Сочи, истерзанная проклятием.

Она подставилась идеально.

Крутила головой, пыталась следить за кустами, но меня не замечала. Одной очереди хватило бы наверняка. Даже если у неё оставался защитный щит, полный магазин АКМа на такой дистанции мог его продавить.

На плече висела бездонная сумка. Судя по тому, как ремень врезался в куртку и тянул девушку к земле, сумка была далеко не пустой.

Системная справка на таком расстоянии не срабатывала. Я наблюдал через прицел и боролся с остатками порядочности в огрубевшей душе.

Девушка сделала ещё шаг.

Кусок почерневшей кожи отслоился от голени и упал на землю. Под ним открылось кровоточащее мясо. Она вскрикнула, едва удержалась на ногах и подняла правую руку.

Вокруг пальцев вспыхнуло магическое свечение. Бледно-голубые линии сложились в незаконченную фигуру, дрогнули и сразу схлопнулись.

Такое я уже видел. Не хватило маны. Девушка отчаянно застонала и выругалась:

— Да ну его в Бездну…

Фраза прозвучала на Системном языке. Я заколебался всего на миг. Может, дать понять, что вижу её? Предложить аптечку. Спросить, с Земли ли она. Маны нет, значит, полноценной магической защиты тоже быть не должно.

Или сразу выстрелить? Как это сделали три твари? Пока она не восстановилась. Пока не обернулась очередным чудовищем. Пока бездонная сумка оставалась в пределах досягаемости.

Однако судьба не позволила мне сделать выбор.

Не дала определить, стал ли я такой же тварью, как демоны, пытавшие меня на алтаре, или во мне сохранилось хоть что-то человеческое. Вокруг девушки вспыхнула белёсая сфера. Это произошло за сотую долю мгновения. Сияние сомкнулось над головой, скрыло фигуру целиком и тут же схлопнулось. Воздух хлопнул, ветви качнулись.

Девушка исчезла.

Только несколько капель крови остались на камнях. Я ещё некоторое время держал автомат наведённым на пустое место.

Вернулась.

Система забрала её в личную комнату. Получается, время нахождения в чужом мире всё-таки было ограничено. Или девушка сама активировала перенос, дождавшись возможности.

Жадность в глубине души шевельнулась. Надо было стрелять. Забрать бездонную сумку. Меч. Возможно, карты навыков и артефакты. Она всё равно едва держалась и, скорее всего, погибла бы от проклятия.

Я попытался убедить себя, что ничего ценного у неё быть не могло. Сильный игрок не полез бы в туман. Опытный не оказался бы без маны и с гниющей ногой. Встреться она с тремя предыдущими тварями, её разорвали бы, даже не заметив.

Убеждение работало плохо. Настроение и так валялось ниже плинтуса, а теперь провалилось ещё глубже.

Даже снижение веса личного хранилища не радовало. Кадавр, весивший больше сотни килограммов, исчез. Значит, нагрузка уменьшилась примерно на десяток килограммов реального веса. Боеприпасов для Корда я сжёг прилично, семьдесят три единицы.

И копьё добыл. Системное. Е ранга. Казалось бы, затея принесла хоть какую-то выгоду.

Радости не было.

Я дождался, пока внизу окончательно стихнут звуки, затем выбрался из укрытия и осторожно спустился к месту боя с шаманом. К этому времени состояние немного улучшилось. Я съел столько сладкого, что самому стало тошно. Батончики исчезали один за другим, организм требовал калории для восстановления крови и жизненной силы.

Наверное, добрая сотня Сникерсов. Вредно для здоровья. Хотя клинок в сердце, подозреваю, вреднее.

На месте прогалины, где прошёл ядовитый туман, осталось непроходимое болото. Чёрная жижа медленно пузырилась, источая запах гнилого мяса, серы и разложившихся растений. Камни ушли под слизь. От деревьев торчали только обугленные чёрные пни.

Я пытался искать трофеи.

Обошёл прогалину по краю. Прощупал безопасные участки Сферой контроля, насколько позволял повреждённый источник. Бросал камни в подозрительные места. Один раз даже попробовал подцепить что-то длинной веткой, но древесина мгновенно почернела и развалилась.

Ничего. Ни тела гибрида. Ни останков всадника. Ни посоха. Может, трофеи ушли под землю. Может, туман растворил их вместе с органикой. А возможно, шаман каким-то образом возродился, забрал питомца и вернулся в личную комнату.

Чёрт поймёшь.

Но что было точно, я остался без добычи. С этим печальным итогом и поковылял по горам к своему гиду. По горам Сочи, будь они неладны.

После пережитого все положительные эмоции от испытания нового способа сражаться куда-то исчезли. Да, гравитационные подвесы работали. Да, щит спас жизнь. Да, Корд в управляемом волей захвате оказался страшным оружием.

Но цена испытания вышла чрезмерной.

Рана под ключицей всё ещё беспокоила. Не залитая кровью одежда, с этим проблем не было. Чистый комплект лежал в личном хранилище. Первый поход в мир гноллов оставил на этот счёт глубокую зарубку в памяти.

Главной проблемой оставалась травма Семени воли. Как действовать без дара? Чем компенсировать отсутствие Ви? Как пережить следующую миссию, если там встретится противник хотя бы Е ранга? Вопросов становилось всё больше. Ответов не было.

Дед Атарвий ждал меня до вечера.

Когда я наконец вышел к условленному месту, старик стоял возле старого УАЗика, сложив руки на груди. По его лицу сразу стало понятно: он недоволен. Ждать несколько лишних часов в горах никому не нравится.

Однако, увидев меня ближе, Атарвий перестал хмуриться.

Я и сам представлял, как выгляжу. Осунувшееся лицо, изорванная одежда, плохо отмытые следы крови, перевязь под ключицей. Хромота. Синяки. Копоть. Наверное, человек, которого несколько раз переехал грузовик, выглядел бы бодрее.

Старик открыл рот, собираясь что-то сказать, но передумал. Бухтеть не стал.

Хотя вопросов у него имелось немало. Я видел это по прищуренному взгляду, по тому, как он посмотрел на перевязь, затем на лес за моей спиной.

Причём истерзанный вид волновал его меньше, чем звуки крупнокалиберных выстрелов.

Грохот Корда наверняка был слышен далеко за пределами лощины. Возможно, его услышали туристы, лесники или жители ближайших поселений. Если кто-то вызвал полицию или спасателей, вскоре в горах начнётся веселье.

Объяснять ничего не хотелось.

Я молча забрался в УАЗик и привалился к сиденью.

Атарвий сел за руль, завёл двигатель. Машина дёрнулась и покатилась по горной дороге.

Остаточный эффект Активной регенерации оказался слабым. Даже обилие пищи почти не помогало. Организм восстановил жизненно важные повреждения, но теперь требовал покоя.

УАЗик покоя не обеспечивал. Каждая выбоина отзывалась болью в груди. На поворотах меня бросало к двери, на подъёмах вдавливало в спинку, а на спусках приходилось упираться ногами.

— Мой козлик мягко скачет, — наконец произнёс Атарвий. — На нём ухабов не чувствуешь.

Я посмотрел на старика. Затем на дребезжащую панель. Потом на потолок, до которого едва не достал головой после очередной ямы.

— Конечно, — ответил я. — Совсем не чувствуешь.

Он покосился на меня, но спорить не стал.

За окном медленно темнели горы. Солнце опускалось за хребет, окрашивая вершины в красноватые тона.

Где-то там осталась чёрная прогалина, несколько уничтоженных игроков и следы боя, которые будет трудно объяснить обычным людям.

Я прикрыл глаза. Одно всё-таки радовало. Все обошлось малой кровью. Пусть моей, зато население Сочи не пострадало. Ядовитый туман исчез. Чудовища не добрались до города. Ни один иномирский игрок, насколько мне известно, не остался бродить по Земле.

Можно считать, повезло. Хотя при нулевой Удаче звучало это сомнительно.

Я машинально коснулся перевязи на груди. Под тканью ровно билось восстановленное сердце. Больше никаких системных миссий на Земле.

Никаких кадавров, извлечённых из хранилища ради лёгкого заработка. Никаких приглашений чужим игрокам. Никаких экспериментов, способных открыть дверь существам, которым здесь находиться не положено.

С меня хватит.

По крайней мере, именно так я думал тогда, пока старый УАЗик трясся на горной дороге, а ночь медленно накрывала лес.

Система, как обычно, имела на этот счёт собственное мнение.

Глава 3. Кипучая злость великого мастера воли.

Дома лучше не стало. Я надеялся, что знакомые стены, тишина и отсутствие желающих всадить мне что-нибудь острое между лопаток позволят наконец расслабиться. Как бы не так. Стоило закрыть за собой дверь, сбросить залитую кровью одежду и взглянуть на собственное отражение, как стало окончательно ясно: приключение в горах ещё не закончилось. Оно просто перебралось вместе со мной в город.

Энергия Воли понемногу копилась. Жалкие крохи медленно проступали в повреждённом источнике, словно вода на дне пересохшего колодца. Однако от одной мысли напрячь Семя всё моё естество начинало мутить. К горлу подкатывала тошнота, виски сдавливало, а по энергетическим каналам проходила тупая, выворачивающая боль.

Организм сопротивлялся. Не пугал и не предупреждал, именно сопротивлялся, будто заранее знал, чем закончится очередная попытка воспользоваться даром. Малейшее усилие могло усугубить травму, окончательно выжечь повреждённые каналы или расколоть само Семя воли F ранга.

А этого я позволить себе не мог. Пришлось обходиться обычными человеческими возможностями.

Я проглотил обезболивающее, подождал, пока оно хотя бы немного притупит ощущения, а затем устроился перед зеркалом. Рану в районе ключицы было неудобно даже рассматривать, не то что зашивать. Приходилось поворачивать корпус, выворачивать шею и работать одной правой рукой, время от времени сверяясь с отражением.

Игла входила в опухшую плоть туго.

Кожа вокруг прокола покраснела и оставалась горячей. Каждый стежок отзывался в груди тянущей болью, а пальцы то и дело скользили из-за выступившей крови. Активная регенерация спасла мне жизнь, срастила сердце и большую часть повреждённых тканей, но завершить работу не успела. Края раны продолжали расходиться, словно тело не понимало, что их требуется соединить.

— Давай, зараза, — процедил я, затягивая очередной узел. — Хоть это сделай без фокусов.

Организм не ответил. Пришлось наложить ещё несколько стежков, обработать рану и закрыть её плотной повязкой. Результат выглядел паршиво, зато кровь наконец перестала сочиться.

Хорошо ещё, что копьё того урода под невидимостью не несло дополнительной ауры. Какого-нибудь проклятия гниения, подавления регенерации или отравления души. Окажись на оружии нечто подобное, я бы так и остался лежать в горах рядом с превращённым в фарш нападавшим.

Пожалуй, в тот день мне всё-таки повезло. С другой стороны, игроки по идеи не могли быть D ранга или выше, так что слишком сильными они вроде бы как не должны были быть.

Хотя называть везением пробитое сердце, уничтоженное снаряжение врагов и среднюю травму Семени было как-то неправильно.

Из-за повреждения источника все планы пришлось отложить. А планы у меня имелись.

За время знакомства с Системой я окончательно понял одну простую вещь: очки сами ко мне не придут. Их следовало добывать. Желательно быстро, много и без очередного риска уничтожить родной мир.

Одним из возможных источников ОС могли стать крупные хищные животные. Я уже наводил справки об азиатских странах, где разводили крокодилов. На фермах содержались сотни, а иногда и тысячи этих зубастых тварей, их в отличие от тех же волков можно было в одном месте осушать тысячами. Если, конечно, Система признает их подходящими целями, можно было получить приличный запас очков без путешествий по чужим мирам.

Конечно, оставались моральные и организационные мелочи.

Например, как попасть на ферму, не привлекая внимания. Как договориться с владельцами или обойти охрану. Ну и, конечно, самое главное, засчитает ли Система убийство выращенного в неволе крокодила как полноценное осушение.

Но сначала требовалось хотя бы оказаться за границей.

Заграничного паспорта у меня не было. Делать его долго, а без энергии Воли сесть на ближайший самолёт без билета и документов точно не получится. Раньше я ещё мог бы рискнуть, использовать способности, спрятаться или повлиять на нужного человека. Теперь же любой пограничник превращался в непреодолимое препятствие.

Жаль. Идея с крокодилами казалась перспективной.

Не сложилось и с наведением порядка в теперь уже родном Сочи. После последних событий у меня накопилось немало мыслей о местных раскладах, людях, способных помешать, и тех, кого можно использовать. Однако без Воли влезать в человеческие разборки не хотелось. Одна случайная пуля могла закончить то, с чем не справились системные чудовища.

Благо мой друг Слава Копатый не звонил. Значит, осваивался после повышения, притирался к новому положению и пока не сталкивался с проблемами, требующими моего непосредственного вмешательства. Родным я помог, обеспечив им временную передышку. Этот вопрос хотя бы не терзал душу.

Так что, если говорить честно, следующие несколько дней я занимался только двумя вещами. Ел. И снова ел.

Организм после Активной регенерации требовал чудовищное количество энергии. Еда исчезала упаковками. Мясо, хлеб, сладости, консервы, орехи, шоколадные батончики, всё проваливалось в желудок и словно растворялось без следа. Через час я опять чувствовал голод.

Из-за этого даже спал мало. Хотя нет, спал тоже много. Просто сон стал рваным и тяжёлым. Я проваливался в темноту на несколько часов, просыпался от голода, ел, менял повязку и снова засыпал.

Деду я изначально сказал, что уезжаю на сборы в Краснодар. После этого почти безвылазно засел в гараже, лишь изредка выбираясь в съёмную квартиру за вещами и продуктами.

Почему именно гараж?

Наверное, опасался, что местные военные, полиция или спасатели всё же отреагируют на стрельбу в горах. Грохот Корда мог разноситься на многие километры. Чёрная прогалина, оставшаяся после ядовитого тумана, тоже обязательно привлечёт внимание. Слишком уж необычно выглядел участок леса, сгнивший почти мгновенно.

Без энергии Воли скрыться от серьёзного розыска было бы трудно. В гаражах найти меня сложнее, чем в съёмной квартире. Здесь люди привыкли не задавать лишних вопросов. Кто-то сутками возился с машиной, кто-то пил, кто-то хранил непонятный хлам. Ещё один закрытый бокс никого не интересовал.

Но это было временное решение.

Нужен собственный дом. Отдельный, желательно на окраине или в пригороде. С гаражом, подвалом, нормальным забором и несколькими путями отхода. Регистрировать недвижимость на себя не стоит. Лучше использовать доверенное лицо или выстроить цепочку владения, чтобы случайный запрос не вывел на меня напрямую.

Тылы следовало закрыть окончательно. Мысль была правильной, но заниматься её реализацией сейчас не хватало ни сил, ни желания.

В кои-то веки я бездельничал.

Не тренировался. Не отрабатывал управление гравитационными подвесами. Не занимался оружием дольше необходимого. Даже привычные упражнения пришлось бросить: плохо заживающая рана начинала кровоточить от любого резкого движения.

Лишившись энергии Воли, я в одно мгновение стал почти обычным человеком.

Осознание оказалось неприятным. Совсем недавно я ощущал себя чуть ли не всемогущим. Все же посещение стольких миров и выживание там чего уж там малость заставляло взыграть чувство своей значимости.

Оставшись без энергии воли, это серьёзно остудило мои амбиции. Но дало время подумать. Прежде всего, о том, как не допустить повторения подобного.

Броневоротник стоило держать застёгнутым. Да, невидимка мог ударить в лицо или в глазницу шлема. Абсолютной защиты не существует. Но открытый ворот броника и ключица сама приглашала нанести удар в уязвимое место.

Требовалось совершенствовать работу с Волей. Приобретать новые навыки, способные усилить источник, укрепить энергетические каналы и расширить возможности управления. Особенно нужен был сенсорный навык. Такой, который обнаруживает невидимость, чужое намерение или хотя бы движение живого существа за спиной.

В прошлый раз меня спасла случайность и ошибка противника. В следующий раз копьё могли не выдернуть слишком рано. Или ударить в голову.

Да к чёрту, мне пригодились бы десятки навыков. Защита разума, укрепление тела, обнаружение угрозы, сопротивление ядам, ускоренная регенерация, создание барьеров, маскировка, дальний удар.

Оставался один вопрос. Где взять столько ОС?

Ответа не было. В расстройстве и отвратительном настроении прошёл весь мой небольшой отпуск между миссиями. Почти неделя без нормальных тренировок, без продвижения и без уверенности, что к следующему заданию я вообще смогу восстановиться.

Нервничал я не без причины. Среднее истощение источника не исчезло. За пять дней стало немного легче, но повреждение оставалось. Ви восстанавливалась мучительно медленно, а любое обращение к Семени воли вызывало тошноту и боль.

Следующую миссию я ожидал с тяжёлым предчувствием. Не просто неудачи. Катастрофы.

И всё же кое-какие мысли имелись. Да и ударяться в отчаяние я не видел большого смысла, хотя бы потому, что знал, это точно не поможет.

Сообщение Системы пришло неожиданно, посреди ночи.

Я дёрнулся, резко открыл глаза и несколько секунд не мог понять, кто я и где нахожусь. Перед лицом плавали полупрозрачные строки, в гараже было темно, а сердце гулко билось о рёбра.

Отвратительное ощущение. Ничего хорошего оно не предвещало.

Я посмотрел на часы. Три сорок ночи. Волчий час, будь оно всё неладно.

Раздражённо потянувшись всем телом, я поднялся с кровати. Словно нельзя принять задание Системы лёжа. Наверное, выработалась привычка принимать удары судьбы стоя на ногах, пусть даже перед переносом это ничего не меняло.

Да и одеться следовало. Не в трусах же отправляться в чужой мир.

Я включил свет и начал собираться. Делал всё неторопливо, проверяя каждую вещь. В военную форму пока не облачался, бронежилет тоже оставил личном хранилище. Вдруг в этот раз не понадобится?

Шутка, конечно. Но слабая надежда мелькнула на краю сознания.

В этот раз я решил пороскошествовать и, несмотря на перегруз, взял с собой складной велосипед Аист. Старую модель с рамой, переламывающейся по горизонтали.

В случае необходимости его можно было затолкать даже в бездонную сумку. Не быстро и не слишком удобно, но можно. Вес в личном хранилище уменьшался в десять раз, так что лишние полтора килограмма нагрузки я почти не замечу.

Кататься на велосипеде в мире кадавров я особо не рассчитывал. С моей массой, бронёй и грузом, да ещё по сырой грязи, это превратилось бы в сомнительное развлечение.

Главная идея была другой. Если удастся закрепить на раме бездонную сумку, велосипед станет своего рода тележкой. В прошлый раз добычи оказалось столько, что переносить её на себе было тяжело даже с пространственными хранилищами. Если повезёт снова нагрузить сумку, колёса значительно упростят передвижение.

Оставался вопрос союзников.

Сколько разведчиков отправит Система? Как они себя поведут? Получат ли малые маяки? Увеличение группы казалось сомнительным: артефакты для выполнения глобальной цели должны были выдать каждому или только избранным? И все же ответов на эти вопросы у меня не было.

Однако планов было много. Но полезных среди них могло и не оказаться ни одного.

Получено задание.

Тип: Повторная разведка.

Информация:

В новом мире, Е-32297-АС-312887 обнаружено присутствие питательных энергетических флуктуаций. Необходимо провести детальную разведку нового мира, на предмет его пригодности к освоению.

Количество игроков: 100.

Глобальная цель:

Уровень сложности: Е.

- Установить малый первичный маяк в месте силы. (Артефакт предоставляется)

Награда:

- Вариативно. Ранг Е. (Карта навыка на выбор или артефакт Системы, и в зависимости от вклада очки Системы)

Локальная цель:

Уровень сложности: F.

- Остаться в живых в течение 72 часов.

- Осушить сто существ в новом мире и тем самым пополнить базы данных Системы (Выполнено). Награда: (Получена)

Бонусная цель:

- Осушить тысячу существ в новом мире и тем самым в значительной мере пополнить базы данных Системы (186/1000).

Награда:

- Вариативно. Ранг Е (Карта навыка на выбор или артефакт Системы)

Союзники:

- Разведчики Системы.

Предполагаемые противники:

- Неизвестно.

Штраф за провал:

- Понижение статуса. Отказ на перемещение в личную комнату

Принять?

Да/Нет.

00:59:59

Сто игроков. Я перечитал строку дважды.

В прошлый раз нас было значительно меньше, и даже тогда организованностью группа не отличалась. Теперь Система собиралась отправить в мир Катэска целую сотню разведчиков. Это могло стать преимуществом. Или превратить миссию в кровавый хаос.

Оттягивать принятие не стал. Вещи были собраны, оружие вычищено и снаряжено. Всё необходимое находилось в личном пространственном хранилище и ощутимо давило на больное тело.

Я активировал пентаграмму.

Мягкая белёсая пелена скрыла захламлённое пространство гаража. Стены, верстак и лампа растворились, будто их задёрнули полупрозрачной тканью.

Я не успел моргнуть. В следующий миг оказался в личной комнате.

Абсолютно пустой она уже не была, хотя по-прежнему выглядела неуютно. Кровать сюда тащить не стал, слишком муторно. Зато прихватил складной стол и два садовых стула.

Почему два? Чтобы одиночество не ощущалось настолько явно. Или просто потому, что я хозяйственный человек и взял запасной на всякий случай.

Таймер показывал час, доступный для нахождения в личной комнате.

Тратить время впустую я не собирался. Первым делом подошёл к вертикальному лучу света в центре помещения и коснулся его ладонью.

Информаторий отозвался мягкой вибрацией.

Я рассчитывал получить приличную награду за погано закончившуюся авантюру с кадавром F ранга. Хорошо ещё, что вместо него не достал железного гуля Е ранга. Тогда задание оказалось бы сложнее, а прибывшие игроки, наверняка ещё сильнее.

Хотя куда уж сильнее? Один едва не растворил часть Кавказа. Второй пробил мне сердце.

Перед глазами развернулся отчёт.

Статистика миссии: Локальная цель (F):

- Уничтожить враждебное существо Системы

– Выполнено. Вклад: максимальный. Внимание! Вы имеете право выбрать и изучить навык F ранга с полным насыщением. Время для принятия решения ограничено 00:09:59.

Так себе результат.

Ни горы ОС, ни артефакта, ни награды более высокого ранга. Одна карта навыка F ранга с полным насыщением.

Однако кое-какие мысли у меня были. Все же и такой вариант развития событий я продумывал.

Я погрузился в каталог, сразу открыв фильтры. Искать Росток воли Е ранга не имело смысла. Среди наград F ранга такой карты точно не окажется. Но могли существовать другие варианты.

Лечение энергетических травм. Восстановление мистического источника. Укрепление каналов. Снятие истощения.

Я просеивал каталог, отбрасывая всё лишнее. Большинство подходящих вариантов представляли собой одноразовые карты. Тратить награду на расходник не хотелось, особенно после того, какой ценой она досталась.

Но выбора могло не быть. Ведь карты для лечения среднего истощения в каталоге не оказалось. Это напрягало.

С другой стороны, сам факт наличия лечебных навыков немного успокаивал. Пять дней уже прошло, Семя воли понемногу восстанавливалось. Это чувствовалось даже по скорости накопления Ви, сейчас в резерве было 28 единиц за пять суток. Возможно, травма успела перейти из средней стадии в состояние, близкое к малому истощению.

Тогда одноразовая карта Лечение малого энергетического истощения F ранга могла помочь. Могла. Но никаких гарантий, конечно, не было.

Я запомнил номер карты и продолжил поиски.

00:05:54

Время ещё оставалось.

В списке встречались навыки временного обезболивания каналов, ускорения естественного восстановления, стабилизации источника. Одни действовали слишком слабо, другие требовали ману для лечения источника воли, третьи могли только остановить ухудшение.

И вдруг я нашёл альтернативу.

Не знаю, хорошо это было или плохо. Но теперь передо мной лежали два варианта, и каждый мог спасти либо окончательно погубить источник. Первый обещал лечение без гарантии, что справится со средней травмой. Второй выглядел заманчиво и одновременно безумно.

Одноразовая карта навыка – Прорыв барьера мистического источника базового типа. Ранг F Описание: Позволяет повысить шанс прорыва мистического дара с F ранга на Е ранг. Шанс удачи повышается в зависимости от степени развития дара и уровня силы внутренних каналов, а так же от природной совместимости владельца с мистическим даром. Шанс успеха варьируется от 30-70%.

— И вот как тут быть?! — зло прошипел я.

По идее, карту следовало использовать в момент повышения ступени источника с четвёртой на пятую. Но моё Семя воли уже достигло предела F ранга, но находилось в травмированном состоянии. Но вроде бы каналы были уже в нормальном состоянии, только источник был поврежден.

Подействует ли карта вообще? Не усугубит ли повреждение? Не разрушит ли источник попытка прорваться через барьер?

Но и карта Лечение малого энергетического истощения не давала гарантий. Ведь это я сам придумал, что травма достаточно восстановилась и карта сможет помочь. В описании ничего подобного не говорилось.

Что делать?

Выбрать безопасный вариант, который, возможно, окажется бесполезным? Или рискнуть всем ради перехода на Е ранг?

Я вспомнил китаянку. Ту самую, которая когда-то поверила в меня и словно разглядела нечто, скрытое от остальных. Она была Мастером, могущественным существом В, а может, даже А ранга. Вряд ли подобные создания разбрасывались доверием без причины.

Но что именно она увидела? Если моё будущее? Тогда почему я всё потерял? Почему оказался в пустой комнате с повреждённым источником, гадая, переживу ли следующую миссию?

Возможно, она ничего не видела. Может, я сам придумал особое сродство с Волей. Возомнил себя перспективным адептом, хотя потенциал оставался посредственным.

Мысли не помогали.

00:02:01

Таймер подгонял.

Я ещё раз просмотрел варианты и понял: ничего лучше этих двух карт уже не найду. Одноразовых навыков вообще оказалось не так много, а подходящих к моей ситуации, единицы.

Шансы были неизвестны в обоих случаях. Лечение могло не сработать. Прорыв мог уничтожить источник. Но все равно я выбрал второе. Потому что, если здесь и сейчас источник не удастся восстановить, это все равно будет конец моей истории. Так что тут оставалось лишь не переживать.

Личная комната была наполнена энергией. Сила витала вокруг в таком количестве, что даже травмированное Семя воли ощущало её. Лучшего места для прорыва невозможно придумать. Если рисковать, то здесь.

Внимание! Награда за миссию получена…

В руке, погруженной в свет информатория проявилась стальная пластина карты навыка. Холодный металл приятно остудил ладонь. По поверхности проходили тонкие линии, складывающиеся в незнакомый символ.

На мгновение возникло странное чувство, будто карту выковали специально для меня. Глупость, конечно.

Внимание! Использовать одноразовую карту навыка Прорыв барьера мистического источника базового типа? (10 ОС) Да/Нет

Я подтвердил использование. Пластина нагрелась и рассыпалась сияющей пылью. Частицы не упали на пол, а закружились вокруг руки, поднялись к груди и втянулись в тело.

Мир содрогнулся.

Из-за среднего истощения я ощущал потоки слабее обычного, но не заметить происходящее было невозможно. Энергия со всей личной комнаты пришла в движение. Она закручивалась вокруг меня, формируя огромный водоворот.

Сила стягивалась к повреждённому источнику. Сначала медленно. Потом всё быстрее. Белые стены словно исчезли за плотными потоками. Воздух загудел. Волосы поднялись, кожа покрылась мурашками. Энергия проникала в каналы и наполняла их до боли.

Я не мог управлять процессом. Именно это пугало сильнее всего. Любая попытка вмешаться могла привести к новой травме. Внутренняя энергия уже превысила допустимые пределы, а поток продолжал расти.

17854/627

Цифра выглядела безумной. Почти восемнадцать тысяч единиц там, где верхний предел составлял шестьсот двадцать семь.

Каналы раздувались, словно их заливали раскалённым металлом. Семя воли дрожало, но оставалось закрытым. Энергия билась о его иллюзорную оболочку, искала путь и не находила.

26758/627

Я сжал зубы.

Давление продолжало расти. В груди появилась тяжесть, будто внутрь поместили камень. Перед глазами плавали малиновые вспышки. Надежда ещё держалась. Карта должна была сработать. Не зря же Система предлагала её для прорыва. Не зря стянула столько энергии. Ещё немного и оболочка Семени воли раскроется, выпуская Росток.

42786/627

Почти сорок три тысячи. Всего за двадцать секунд. А затем значение начало снижаться. Медленно. Но неумолимо. Энергия рассеивалась в пределах личной комнаты. Карта завершила основную работу, но барьер так и не был прорван. Семя осталось Семенем. Росток не пробудился.

Надежда погасла.

Выходит, ничего не получилось. Тридцать процентов неудачи? Семьдесят? Теперь это не имело значения.

Я смотрел, как уходит сила, и понимал: второго шанса не будет. Карта использована. Награда потрачена. Через несколько десятков секунд энергия рассеется окончательно, а я отправлюсь в мир Катэска с повреждённым источником, без энергии воли и это будет однозначным концом.

Не знаю, почему поступил именно так.

Наверное, осознал, что без Воли не переживу трое суток среди кадавров. Сто разведчиков не гарантировали безопасности. Союзники могли бросить, предать или погибнуть в первые часы. Если я их вообще смогу встретить.

Приходилось идти до конца. На весах уже лежала моя душа. Я добавил к ней источник. Закрыл глаза и сосредоточился.

Вокруг Семени всё ещё клубилась чудовищная по объему энергия. Она билась об оболочку, стекала по каналам и рассеивалась. Карта не смогла заставить её совершить последний шаг.

Значит, это сделаю я. Я втянул силу одним мощным порывом. Не внутрь Семени воли. Не пытался переполнить ядро, оно бы просто лопнуло. Я обрушил энергию на его поверхность, словно орошая росток. Только вместо воды использовал собственную кровь, намерение и силу воли.

«Расти!».

Воля не прозвучала приказом. Она стала законом мироздания здесь и сейчас. «Ты не имеешь права остаться прежним!».

Мир исчез. Боль пришла сразу со всех сторон. Энергетические каналы вспыхнули, повреждённые участки начало рвать. Семя дрогнуло, его оболочка пошла трещинами.

Я не отступил. Вложил в толчок всё. Страх. Злость. Надежду. Желание выжить.

Не скажу, что рухнул на белоснежный пол, но на одно колено припал точно. Тело скрутило, пальцы впились в грудь. Перед глазами замелькали уведомления, однако строки расплывались от боли. Я не понимал, настоящие они или сознание уже подсовывает желаемое.

Внимание! Получен…

Первое сообщение оборвалось. Внутри Семени что-то треснуло. На миг я решил, что уничтожил источник. А затем из раскрывшейся оболочки вырвался тонкий энергетический побег, оплетая ядро воли и увеличивая его размеры. Прорастая новым типом структуры воли по практически уничтоженным каналам в теле, создавая на их месте новые.

Внимание! Семя воли F ранга (5/5) эволюционирует в Росток воли Е ранга (1/5). Внимание! Среднее истощение источника воли снято… Внимание! Параметр Воли увеличивается на 5 пунктов и достигает 11 единиц.

Я стоял на колене, тяжело дыша и пытаясь осознать прочитанное. Получилось. Барьер рухнул. Семя превратилось в Росток воли Е ранга.

Повреждение исчезло вместе со старой оболочкой, а параметр Воли увеличился сразу на пять пунктов. До одиннадцати. Главное, верхний барьер сохранился на двадцати. Ведь мучения на демоническом алтаре не снизили предел.

— Вот зараза…

Слова прозвучали почти благоговейно. Наконец-то удача оказалась на моей стороне.

Хотя честнее признать: одной удачей здесь не обошлось. Не рискни я вмешаться, не вложи в последний толчок всё намерение, карта закончила бы работу неудачей, и сейчас я думал бы не о развитии, а о том, в какой дыре спрятаться, чтобы пережить трое суток в мире Катэска.

Сила нового источника ощущалась иначе. Энергия стала плотнее. Тягучее. В ней появилась скрытая тяжесть, которой прежде не было. Если раньше Ви напоминала бурный поток, то теперь, расплавленный металл, способный не просто толкать, а продавливать чужое сопротивление.

Я хотел перевести дух. Хотя бы несколько минут спокойно посидеть и привыкнуть к изменениям.

Но раз всё разрешилось удачно, терять время было нельзя. В личной комнате запасы Воли восстанавливались с невероятной скоростью, и новый источник жадно впитывал окружающую энергию.

Первым делом я наложил на себя Активную регенерацию. Потом вторую. И третью.

Все три направил в область пробитой ключицы. Зашитая рана вспыхнула жаром. Стежки натянулись, кожа под ними начала срастаться. Боль постепенно отступала, сменяясь сильным зудом.

Параллельно я закинул в рот пару конфет.

Подкрепиться стоило основательно. Наблюдать на пустой желудок за мерзко сложенным железным гулем, не самая приятная затея. А заниматься его воспитанием, рискуя стать первым блюдом, тем более.

Но теперь у меня имелось преимущество. Росток воли Е ранга. Обилие энергии. И личная комната, откуда гулю некуда сбежать.

Я дожевал Сникерс и начал проявлять из хранилища тяжеленную тварь.

Сначала возникли массивные ноги, затем перекошенный торс, покрытый пластинами мёртвой плоти, и уродливая голова. Запах гнили заполнил помещение.

— Замри! – произнёс я ключ-фразу, останавливая любые попытки меня атаковать (887/1101) как только ощутил первую попытку шевеления твари.

Мертвяк не успел дёрнуться. Его тело застыло, подчиняясь моей Воле. Мышцы напряглись, когти царапнули белоснежный пол, но ни одна конечность больше не сдвинулась.

Разница ощущалась сразу.

Раньше удержание железного гуля требовало постоянного напряжения. Теперь приказ лёг на его сознание тяжёлой печатью. Тварь сопротивлялась, но не могла даже пошевелиться.

Я знал структуру её разума.

Гнилая, примитивная конструкция, состоящая из голода, ненависти и обрывков инстинктов. В прошлый раз я уже начал формировать в ней новые связи. Теперь требовалось продолжить работу.

— Я не твой враг! – произнёс я ключ-фразу, вливая энергию не одним ударом, а медленно влияя своей волей, растягивая двести единиц энергии почти на целую минуту (687/1101)

Я не ломал сопротивление одним напором.

Медленно проникал глубже, пропитывал каждый доступный участок разума одной мыслью. Мой запах не означает пищу. Моё присутствие не вызывает ярость. Я не враг.

Гуль постепенно перестал вырываться.

Удерживать тело больше не требовалось. Не обнаружив раздражителя, он впал в состояние, похожее на стазис. Огромная туша стояла посреди комнаты, опустив руки, и лишь носом водило из стороны в сторону лениво.

Пришло время повторить прошлую процедуру. Только глубже.

— Я есть Тьма, я твоя воля! – произнёс я ключ-фразу, продолжая уже начатую в прошлый раз работу, подменяя своей волей, переподчиняя себе этого конкретного железного гуля.

Сопротивление вспыхнуло снова.

В глубине мёртвого разума зашевелилась чужая основа, не личность, а системная матрица поведения. Она требовала нападать, пожирать живое, накапливать силу и уничтожать всё вокруг.

Я начал заменять приоритеты. Не уничтожать меня. Слушать команды. Атаковать указанную цель. Сохранять полученное оружие. Возвращаться по приказу.

Процесс шёл медленно. Гуль не обладал человеческим сознанием, поэтому обычные понятия приходилось встраивать в виде простых последовательностей. Образ цели. Импульс движения. Запрет. Разрешение. Награда.

Понадобилось больше трёх тысяч единиц Ви и почти полчаса времени.

Энергия успевала восстановиться, и я снова вливал её в мертвеца. Росток воли выдерживал нагрузку без прежнего ощущения переполнения. Каналы оставались горячими, но боль не появлялась.

Эффект был очевиден.

Гуль начал выполнять мои посылы воли удивительно бойко.

Сначала я заставил его сделать шаг назад. Потом повернуться. Пройти к стене, остановиться, вернуться. Команды без ключевых фраз он воспринимал хуже, но направленный импульс Воли понимал.

Оставался важный элемент дрессировки. Награда. Эта мысль пришла мне ещё во время вынужденного недельного отдыха. Наш старлей когда-то баловал пса по кличке Шашлык мозговой косточкой за правильно выполненную команду.

Почему бы не применить тот же принцип к нежити?

После того как гуль правильно выполнил последовательность перебежек по комнате и два вполне толковых прыжка, я достал ядро нежити.

Тварь мгновенно оживилась.

Безглазая тварь уставилась на камень. Пальцы дрогнули, пасть приоткрылась. Голод вспыхнул настолько сильно, что едва не смёл наложенные ограничения.

Я протянул ядро. Железный гуль схватил его и сожрал в один миг.

Радость получилась неестественной, уродливой, но вполне узнаваемой. По телу мертвеца прошла волна скверны. Она растеклась из желудка, проникла в линии энергии и напитала мёртвую плоть.

Вены на руках набухли, наполняясь густой тёмной кровью. Сам гуль будто немного подрос. Может, на сантиметр.

Я не был уверен, пока не поставил его рядом с отмеченной линией на стене. Действительно выше. Значит, ядра не только восстанавливали нежить, но и усиливали её тело. Возможно, при достаточном количестве гуль сможет даже эволюционировать.

Эксперимент продолжился.

Я вложил в разум новые команды и вручил ему Системный кухонный нож. В огромной лапище оружие выглядело почти игрушечным, однако тварь сумела правильно удержать рукоять.

Сначала пыталась просто рубить. Я поправил положение кисти, заставил наносить колющие удары, затем отработал движение снизу вверх и выпад в область головы условного противника.

Результат, конечно, станет понятен только в настоящем бою. Но потенциал радовал. За правильное выполнение гуль получил ещё одно ядро. Потом ещё. На дрессировку ушло шесть камней нежити, не считая первого.

Рост прибавился точно. Не меньше трёх сантиметров. Мускулатура уплотнилась, движения стали увереннее, а повреждения на теле начали затягиваться. Поглощение ядер явно подстегнуло регенерацию.

Самое важное ждало впереди. Я направил в сознание гуля приказ и образ накопителя опыта. Потребовал передать находящиеся на его счету очки Системы.

Сначала тварь не поняла. Пришлось повторить несколько раз, связывая передачу с моим одобрением и обещанием нового ядра. Наконец что-то изменилось. Системные значения дрогнули.

(25/340) (52/500)

Пятьдесят два очка Системы перешли в накопитель. Я не удержался от улыбки. Вот он, настоящий план. Не просто приручить сильную нежить, а использовать её как инструмент для добычи ОС. Если гуль сможет самостоятельно уничтожать кадавров и передавать полученные очки, прогресс ускорится многократно.

У меня была ещё карта навыка Е ранга Кислотный залп. Я мог дать её гулю. Идея выглядела заманчиво: тяжёлый бронированный мертвец получит дальнюю атаку и перестанет зависеть исключительно от ближнего боя.

Но риск казался слишком велик. Вдруг метаморфоза несовместима с железным гулем? А он ведь не скажет мне о предупреждении от Системы, если такое и будет. Плевуны были подвижнее, мягче и строением отличались от этой бронированной туши. Навык мог разрушить существующие укрепления, ослабить панцирь или запустить нежелательную эволюцию.

Да и один кислотный плевок не обеспечит серьёзной прибавки в огневой мощи. Поэтому я и решил не торопиться. Вместо этого занялся бронёй.

Заготовки золотой кирасы и шлема уже имелись. Оставалось подогнать их под габариты гуля, выгнуть пластины и закрепить ремни. Орихалк поддавался обработке с трудом, но с помощью Воли дело пошло быстрее.

Кираса закрыла грудь и расположенное там ядро нежити. Широкий воротник защитил шею. Шлем накрыл череп, оставив узкие прорези для глаз и пасти.

Когда работа закончилась, я отступил на несколько шагов и осмотрел результат. Сюрреализм в чистом виде. Зомби в доспехах воина света.

Орихалк и истинное золото едва заметно сияли, окружая мёртвую тушу мягким светлым ореолом. Из-под шлема выглядывала гнилая пасть, а в руке сверкал Системный кухонный нож. Смешно. И жутко.

Зато теперь голову ему не разгрызут и не проломят первым ударом. Шея защищена воротником, торс, кирасой. В подвижности гуль немного потерял, но это приемлемая цена.

Главное, ядро нежити в груди не смогут быстро выгрызть. Даже пожирателю придётся повозиться. Он не переломает моего бойца одним укусом и не раскусит с ходу.

Я закрепил последние ремни и снова перешёл к тренировке. Гуль наносил выпады ножом, двигался между условными точками и закрывал корпус свободной рукой. Каждый раз, когда запас Ви превышал тысячу пятьдесят единиц, я сливал излишек в Активную регенерацию.

Рана под ключицей затягивалась все сильнее, даже внутри я это ощущал. Шрамы бледнели. Организм восстанавливал плоть и укреплял ткани.

Параллельно я ел. Сникерсы закончились, пришла очередь Твиксов. Батончики запивал кофе, сваренным на походной плитке. Не из термоса. Термос ещё пригодится на миссии.

Хотелось верить, что в этот раз всё пройдёт проще.

Я даже успел подлатать орихалковый щит. С помощью Воли нагрел повреждённые участки, стянул края трещин и сплавил металл. Глубокие борозды исчезли не полностью, но прочность восстановилась.

Защитные руны повторить не удалось. Да я уже и разочаровался в них. Дар Арикола оказался не настолько полезным, как хотелось. В нужный момент руны выдержали, но полагаться на наследие этого выродка-сатира не стоило.

Демоны, даже полудемоны, те ещё мерзкие твари.

Что же касалось кусков артефактов с напавших на меня игроков, проку с них никакого не было. Кусочки помещенные в информаторий, конечно, идентифицировались, там даже перечисление ингредиентов было, но также однозначно указывалось, что это отработанный материал и переплавке или применению в других артефактах не подлежит. По факту, просто сгоревшая зола. Но в целом, на фоне возвращения энергии воли, я даже не расстроился по этому поводу.

00:00:43

Оставалось меньше минуты.

Я убрал инструменты, допил кофе и осмотрел снаряжение. Броня на месте. Оружие заряжено. Щит восстановлен. Велосипед сложен. Бездонная сумка готова. Железный гуль перемещен в личное хранилище.

Чувствовал же я себя прекрасно. Даже переедание не мешало. Одно применение Активной регенерации в область желудка, и тяжесть исчезла. Тело наполнилось силами, хотя вены на руках стали заметнее. Видимо, постоянное использование жизненной энергии и чудовищное количество пищи всё же оставляли след.

И тут появилось ещё одно уведомление.

Внимание! Параметр Живучесть естественным образом увеличился на один пункт, достигнув пяти единиц!

Я перечитал сообщение и усмехнулся.

Не зря слил несколько тысяч единиц энергии воли на восстановление собственного тела. А ведь это хорошее предзнаменование, может в мире кадавров все же всё пройдет нормально…