Разве рождение аристократом означает, что твоя судьба предопределена?

Начало Истории

Когда я родился, первыми словами моего дорогого отца были:

— А что с его лицом?

Служанки, принимавшие роды, и матушка начали вопить на него, обвиняя в грубости, а мой папаня лишь отмахнулся и все же закончил свою мысль:

— Взгляд взрослого у него! Я про это говорю!

Да, это и правда могло показаться странным, и нет, я и правда был ребенком, таким же, как и десятки других детей.

Правда... я был ребенком аристократической семьи, а именно... я Лиам Укерфельд, сын Герцога Георга Укерфельда и Герцогини Беатрисы Укерфельд.

Мои первые воспоминания были, когда мне исполнилось три года.

Я помню, как убегал от служанки Анны, которая, сдерживаясь, пыталась догнать меня.

Я был ловким и, юркнув в каминный зал, я спрятался за шторой.

Бедная Анна, наверное, с ума чуть не сошла, когда ее маленький господин исчез прямо у нее из-под носа.

Она звала меня по имени и ходила по залу, проверяя каждый угол.

Может, у меня и получилось бы скрыться от нее, но маленький я, мало что понимал, и я начал хихикать, что сразу меня выдало.

За это меня даже не отчитывали. Так как я был сыном знати, мне всегда угождали, и уже к пяти годам я понял, что этим можно пользоваться в своих интересах.

В моем поместье было пятнадцать служанок, пять горничных и два дворецких.

Все они относились ко мне по-особенному.

Бывало, я слышал истории о том, что низшие слои общества не любят дворян, но все, кто был в поместье, не проявляли ко мне неприязни.

Я очень любил всех, кто у нас работал.

Моей самой близкой подругой была служанка Анна.

Она была заведующей по воспитанию меня.

Я находился с ней почти все свободное время, и она всегда рада была меня развлечь.

Мы играли в догонялки, я помогал ей убираться и стирать вещи.

Она постоянно говорила:

— Не стоит, господин Лиам, я справлюсь сама.

Я же, как настоящий рыцарь, всегда мотал головой, продолжая нелепо тереть тряпку о деревянный рубель.

Она была рада этому, хотя и не подавала вида.

Мои родители всегда были заняты чем-либо, кроме меня.

Отец часто уезжал «по делам» в другие города, а мама постоянно принимала гостей у нас в поместье.

Ее подруги вели себя так фальшиво, что я постоянно морщился, и меня стали называть «странным».

Меня это не волновало. Матушка после таких встреч всегда говорила:

— Сынок, никогда не подавай вида, что тебе кто-то не нравится, иначе в будущем это сыграет с тобой плохую шутку.

Я многозначительно кивнул и пропустил все ее слова мимо.

Почему я должен молчать, если мне что-то не нравится? Это глупо.

В остальном я наслаждался жизнью.

Папа не зря говорил про мой взгляд. Я сразу понял, что не похож на других детей.

В них будто не было души, они были как заведенные куклы.

Они не могли вести диалог, думать о чем-либо, кроме потребностей.

Я же с самого детства понимал, о чем говорят взрослые и что в их словах заложен смысл.

Я мог вести беседы, учиться, и когда мне исполнилось шесть лет, Анна решила поговорить со мной.

— Слушай, Лиам. Я заметила, что ты не такой, как все дети. — она опустилась на корточки, чтобы смотреть мне в глаза.

— Угу. — я смотрел на нее широко открытыми глазами, пытаясь понять, к чему она ведет.

Анна поднялась и взяла меня за руку.

Мы шли довольно долго, и тогда она впервые вывела меня из правого крыла поместья.

Я оказался там, где никогда не был раньше.

Я начал осматриваться вокруг, впитывая новую информацию, как губка.

Все вокруг здесь было официальным.

Гербы семьи висели, где только можно: на подоконниках, на стенах, на дверях и даже на полу.

Анна аккуратно обходила гербы в виде ковров стороной, и я начал следовать ее примеру.

Наконец она завела меня в комнату, что была третьей в огромном коридоре центральной части поместья.

Передо мной оказалась огромная просторная библиотека.

Полки ломились от различных книг.

Они были совсем не такими, которые мне давали читать в моем крыле.

Я сразу начал замечать десятки слов, незнакомых мне до этого.

Странные переплеты и очень красивые обложки, от которых сразу захватывало дух.

— Анна... Что это? — спросил я, хлопая глазами, с широко открытым ртом.

Она повернулась ко мне и улыбнулась.

Ее улыбка была самой яркой на всем белом свете.

Когда я видел ее, в душе становилось тепло.

— Это кладезь знаний со всего света. Именно здесь ты сможешь понять, чего хочешь от жизни. Может, тебе по душе политика, может, история, а может, приключения в поисках силы... — Анна сложила руки на груди. — В общем, направлений море!

Я начал крутиться, смотря на возвышающиеся к потолку полки книг.

От этого у меня закружилась голова, и я плюхнулся на пол.

Анна начала хихикать, помогая мне встать.

Я подошел к полкам и начал проводить пальцами по книгам, быстро листая названия глазами.

Остановились они на книге в ярко-красном переплете. Я взял ее в руки:

— Руководство владения мечом... — прошептал я, снова начав пускать слюни.

На обложке красовался герб: на нем два меча были скрещены, а позади были рыцари, держащие бокалы.

Анна, увидев, что я нашел чтиво, сразу предложила мне сесть за один из круглых столиков, что стояли в проходе.

Я с ее помощью забрался на высокое кресло.

Они здесь были на порядок выше, чем в правом крыле.

Сразу было понятно, что дети сюда обычно не захаживают.

Открыв книгу, я решил начать с того, что прочитал оглавление.

Не знаю, сколько прошло времени, но поднял я глаза, уже дочитав книгу.

Ранее утро сменилось глубокой ночью, и вместо яркого солнечного света, что застилало комнату, светили слабые люстры.

Я посмотрел на Анну: та от усталости задремала прямо на книге.

«Что ж, будить я ее не буду, лучше найду еще книгу про мечи».

Я тихо поднялся с кресла и сразу на цыпочках побежал к полкам.

Быстрыми движениями я начал хватать книги одну за другой.

Руки уже были переполнены, и я снова сел за стол.

Мечи сразу захватили меня в свои крепкие объятия.

Читая про великих воинов, я уже мысленно представлял себя на их месте.

Как бы я ходил в латных доспехах, обрамленных золотом, сражался в великих битвах с демонами и давал присягу самому королю.

От каждой строчки дыхание перехватывало, меня будто подхватывал ветер, и я спокойно летел, не сопротивляясь волне.

Я и не заметил, как Анна проснулась.

Увидев, что я еще читаю, она начала нервно смотреть на часы.

Я поднял глаза и увидел застывшую гримасу на ее лице, что означала: «Мы доигрались...»

С секунду мы смотрели друг на друга, и я абсолютно невозмутимо сказал:

— Я хочу стать рыцарем. Запиши меня на фехтование.

Анна сначала сидела молча, смотря прямо мне в душу, а после вдруг снова мягко улыбнулась и кивнула.

Очевидно, сразу после она потащила меня в постель.

Я, вырываясь из ее объятий, пытался схватить книги, но она была больше и сильнее, у меня не было шансов.

От беспомощности я выпалил:

— Вот была бы у нас дуэль, я бы посмотрел, кто кого! Там решает ум, а не грубая сила.

Видимо, ее это задело.

Я увидел, как у нее дергается глаз, и она вдруг улыбнулась так, как я никогда не видел.

Это была улыбка азарта и дерзости.

Это было что-то столь новое, что я даже на секунду застыл.

— Ну хорошо, — сказала она. — Как запишем тебя, проверим, кто кого в битве!

Анна сказала это так уверенно, что я решил промолчать и не говорить ей, что это было адресовано шестилетнему ребенку.

В кровати я все никак не мог заснуть.

Каждый раз, закрывая глаза, передо мной снова была знакомая картина: поле боя, мой отряд и я в броне с мечом.

Я снова рубил демонов, крича военные кличи.

Я перевернулся с бока на бок, но это не помогло, и заснул я лишь через несколько часов.

Утром в комнату зашла Анна.

Я не мог встать, потому что вообще не выспался, но как только она нежно прошептала:

— Тебя ждет твоя первая тренировка мечу, —

тут же вскочив с кровати, я начал крутить головой в поисках чего-то и наткнулся на Анну, державшую в руках деревянный меч.

На улице было прохладно.

Солнце еще не до конца взошло над городом, но это не мешало видеть.

Мы вышли на задний двор, где стояла тренировочная площадка.

Анна ушла вперед, и я увидел ее. Девушка с алыми волосами потирала свой стальной меч, что блестел на свету, переливаясь красками.

На ней была самая простенькая одежда: белая рубашка с прямым воротником, ремень и обтягивающие ее талию бежевые штаны.

На ногах ее были сапоги черного с золотым цвета.

Больше всего меня зацепил ее взгляд.

Суровый и серьезный, она пилила меня так, что я уставился в землю, не в силах принять ее взгляд.

— Иди к нам, — позвала меня Анна.

Я двинулся в их сторону, потеряв былую уверенность в себе.

Девушка, которая должна была стать моим учителем, протянула мне руку.

Я улыбнулся и пожал ее.

На глазах сразу выступили слезы: ее хват был такой силы, что я почувствовал, как кости хрустят.

Я сдержался и, прикусив губу, я натянул улыбку еще больше.

— Хм, неплохо, господин. — Девушка одобрительно кивнула. — Я Лия Аббана.

Анна тихо хлопала, стоя позади.

Я обернулся и подмигнул ей, но она, не оценив, начала качать головой из стороны в сторону.

Я сразу поднял меч, предвкушая первую схватку в своей жизни, но Лия внезапно села и, сложив ноги в позе йоги, посмотрела на меня.

— Теперь убирай меч, садись и начнем мы с теории.

«Только не это!» — пронеслось в моей голове, но я, не в силах отказаться, сел напротив нее.

— Итак, в фехтовании есть три основных техники и так же три уровня владения на каждом из них: сила, ловкость и хитрость. О какой хочешь узнать первой? — Девушка облокотилась на кулак.

«Сила, ловкость и хитрость, значит... Ну, я не то чтобы хочу быть юрким, да и грязный стиль мне не по душе, а вот сила... Сила звучит заманчиво».

— Давайте начнем с силы, — подал я голос.

— Отлично! Сила строится на сильных выпадах и мощных ударах.

Лия воткнула меч в газон и тут же ловким движением подняла ноги и тело вверх, а после плавно опустилась на землю.

Увидев такое, я сразу начал хлопать.

Мой учитель отошла на несколько метров и тут же резким выпадом отдалась вперед, с силой опустив свой меч.

Потоки воздуха подняли скатерть у столика и начали развивать мои волосы.

Я даже немного наклонился от его силы.

Лия же с разворота снова нанесла мощный удар, снова подняв ветер.

Ещё какое-то время она показывала все различные приемы, а после артистично поклонившись, она взяла у хлопающей Анны тряпку, вытирая пот со лба.

— Вот такой стиль боя, — на выдохе сказала она.

— Круто-о-о, — не смог я подобрать лучших слов.

Лия снова села:

— Какой стиль теперь?

— Ловкость, пусть будет ловкость, — я ответил довольно быстро.

Учитель снова встала, и на этот раз движения были совсем иными.

Вместо размашистых и тяжелых ударов были быстрые и юркие тычки лезвием, а так же рывки на довольно большие расстояния.

Этот стиль меня впечатлил куда меньше.

Он хоть и был быстрым, но совсем не зрелищным.

Мне же, наоборот, хотелось чего-то яркого и сильного.

— Остается хитрость?— спросила сама у себя Лия.

Сразу после этих слов она подошла ко мне и, после того как помогла мне встать, она дала мне меч.

— Что, неужели практика!? А как же хитрость? — я стоял в недоумении, поглядывая на Анну.

— Не переживай. — Лия подняла руку, и Анна ловко забросила ей тряпку.

Я встал в стойку, готовясь к сражению.

Учитель в это время протирала пот, как вдруг она швырнула в меня тряпку.

От неожиданности я подался назад, и она, воспользовавшись моментом, ударом ноги впечатала меня в землю.

Из легких тут же выбило воздух, а когда я вновь открыл глаза, у моего горла было лезвие меча.

— Вот этот стиль и есть хитрость, — улыбаясь, сказала учитель, протягивая мне руку.

Я, поднявшись, начал оттряхиваться. Анна поспешила мне помочь, но Лия жестом показала ей отойти.

— Это точно не мое... — я сказал это из последних сил. — А что по поводу уровней владения, о которых вы говорили?

Лия приставила палец к подбородку и, вспомнив, кивнула:

— Да! Есть три уровня владения техникой: низкий, средний и колоссальный. Я, к примеру, владею всеми тремя техниками в среднем, а ну и техникой хитрости я владею колоссально.

— Оно и видно, — решил съязвить я.

Лия этого явно не оценила, и я тут же оказался повален на землю.

— На этом тренировка закончилась, господин. Жду вас завтра в то же время. Будем тренироваться четыре раза в неделю. — Лия, закончив, развернулась и пошла в сторону левого крыла.

Анна помогла мне встать, и мы пошли в правое крыло поместья.

Первая тренировка прошла очень интересно.

Я сразу понял, что буду изучать стиль силы, и я загорелся не на шутку.

Надеюсь, у меня будет многое получаться в этом деле, и я обязательно стану великим мечником!

Первые Шаги

Прошла уже неделя с начала моих тренировок.

Все идет хорошо, ну, по крайней мере, мне так кажется.

Мои движения далеки от идеала, и по сравнению с учителем я двигаюсь как улитка.

Самым тяжелым, как ни странно, оказался мой меч: если деревянный было держать терпимо, то стальной уже часто падал после долгих тренировок.

Как и было обговорено, я начал учиться технике силы.

Размашистые удары у меня были слабыми, но я уже начал понимать суть.

Весь секрет в том, как ты переводишь свой вес: если ты упрешь ноги, удары будут очень длинными; если же напряжёшь мышцы живота, можно будет легко раскрутиться.

Я вешу всего в два раза больше, чем мой меч, поэтому пока весь мой упор идет в руки, и у меня не то чтобы получается переводить вес.

Лия постоянно меня унижает, или я воспринимаю ее действия слишком близко к сердцу.

Один раз я почти победил ее в дуэли: у меня получилось зайти ей за спину, и я уже готов был нанести решающий удар, но учитель вдруг начала вопить, я замешкался, и она уронила меня на землю ловким ударом ноги.

Сегодня у меня снова тренировка, и Анна сказала, что на ней мы сразимся с ней в дуэли.

Я был в предвкушении и, наконец выйдя на улицу, я сразу побежал за деревянным мечом.

Анна так же взяла меч и отошла на десять метров.

Она поклонилась и тут же убрала одну руку за спину.

«Так, ну все, пора. Как учил меня учитель».

Я крепко обхватил рукоять двумя руками и раздвинул ноги на ширине плеч, встав полубоком.

Лия подняла руку, обозначив начало дуэли.

Я сразу понесся вперед сломя голову.

Анна спокойно сделала шаг назад, и я пролетел мимо.

Я сразу повернул голову: Анна уже готова была опустить на меня меч, но в последнюю секунду я отбил удар и тут же отпрыгнул назад.

Анна отошла два шага вправо и тут же сделала выпад.

Я снова был на волоске — меч пронесся в сантиметре от моего уха.

Увидев момент для удара, я вложил все силы в ноги, и меч со свистом полетел вниз.

Анна ловким движением руки выбила его из моих рук, и он воткнулся в паре метров от меня.

Ей осталось лишь слегка ткнуть меня в бок, и я повалился на землю.

Она тут же подбежала, чтобы мне помочь, но я же от усталости и хорошей схватки был в хорошем настроении.

Когда она подошла ближе, я громко закричал, напугав ее.

Анна улыбнулась, но было видно, что на секунду она испугалась.

— Хорошая дуэль, Анна! — широко улыбнулся я.

— Да, мой маленький господин, вы уже многому научились, — Анна мягко улыбнулась в ответ.

Поднявшись, я сразу поймал на себе жуткий и очень недовольный взгляд.

Я начал вертеть головой в поисках источника и тут же наткнулся на взгляд учителя, которая смотрела на меня явно раздраженно.

Сделав вид, что не заметил, я быстро вытер пот и побежал в поместье, не дожидаясь Анну.

Уже внутри меня ждала вторая часть моей жизни в последнее время.

Я стал постоянным гостем библиотеки.

Там я всегда искал самые интересные, по моему мнению, книги.

Ими были в основном основы магии и меча.

Из книг по магии я узнал, что мана есть не у всех, ее в основном получают по наследству.

У меня она явно была — недаром мою маму раньше называли Огненная Гидра.

Она рассказывала об этом своим подругам во время чаепития, а я, как джентльмен, сделал вид, что не грею уши, сидя в метре от них.

Этим вечером мой глаз упал на книгу по истории магии.

Ее переплет, в отличие от остальных книг, был знатно пошарпан.

Это сразу притянуло мое внимание.

Я взял книгу и сразу же побежал к столу.

Первые страницы больше были похожи на какие-то сказки.

Там писалось от лица рассказчика, который уверял, что все произошедшее — реальность.

Я сам не заметил, как чтиво меня затянуло.

Перед глазами снова были картинки, но в них больше привычных мне рыцарей и магов.

Теперь все сменили границы, названия стран и интриги, от которых спирало дыхание в груди.

Мое увлеченное чтение прервали громкие и знакомые шаги.

«Это отец?»

Я аккуратно закрыл книгу, оставив закладку, и сразу побежал к выходу.

Я раскрыл дверь и услышал глухой стук, а после звуки падения и шепот жаргона.

На лбу выступил холодный пот, и я сразу понял, что попал.

Зайдя за дверь, я увидел отца, сидящего на полу.

У него на голове красовалась шишка от удара.

Он сначала смотрел в пол, а как только пришел в себя, он гневно поднял на меня глаза.

— Ах ты ж!

Ой!

— Отец на секунду побледнел.

— Лиам, мальчик мой, это ты!

Я сразу опустил глаза вниз.

Это был стандартный прием, который использовали в знак первых извинений.

Таким образом, к примеру, служанки на психологическом уровне сразу давали понять, что они каются, а после сразу шли слова.

— Прости меня... Я не знал, что ты будешь здесь, — соврал я, чтобы не злить его еще больше.

— Ох, ничего страшного, — он отмахнулся, потирая ушиб.

— А что ты тут делаешь? — отец нахмурил брови.

— Я-я-я... читаю здесь... — я отвел глаза.

Отец поднялся и, будто не веря, посмотрел на меня снизу вверх.

Он какое-то время молчал, закрыв глаза, он усиленно думал, после чего вдруг ударил кулаком об ладонь и сказал:

— Что читал?

— Историю... — все так же смотря в пол, ответил я.

Отец кивнул и даже улыбнулся.

Он еще какое-то время смотрел мне за спину и после сразу двинулся в правое крыло, где, как я помню, ему особо делать нечего.

«Похоже, Анне влетит из-за меня...»

Я начал грызть ногти от нервов, но очевидно, что если папаня что-то себе придумал, мои слова мало помогут.

От беспомощности я вернулся к чтению.

Книга и правда была супер.

Все, что я узнал в итоге, было то, что мы живем на центральном материке, где находятся три страны: Боника, где я и был, Кэрия и Аланзея.

В Бонике все строилось на том, что люди жили торговлей и мечами.

Наша страна имела большой вес в мировой политике.

Я так и не понял почему, потому что автор явно пил, пока это писал, но я точно понял: версии две.

Первая гласит о том, что на нашей стороне есть Владыка меча, вторая — о том, что наш король очень силен.

Какая правильная, я не знаю, да и не то чтобы меня это сильно интересовало.

Еще я узнал, что на северном и южном материках живут в основном не люди, а эльфы, зверолюды и гномы.

Время за чтением пролетело незаметно, и за мной снова пришла Анна.

Я сначала даже боялся показаться ей на глаза и, издалека услышав ее шаги, я начал искать место, куда можно спрятаться от нее в случае чего.

Из-за того, что я тянул с решением, я не успел, и она зашла.

Я зажмурился, ожидая выговор или наказание, но спустя несколько секунд так ничего и не случилось.

Я медленно открыл глаза и увидел, что Анна, наоборот, в очень хорошем настроении.

Я сразу поднялся и спросил:

— Что произошло?

— Меня похвалил дорогой господин, — Анна улыбалась куда ярче обычного.

Она проводила меня до комнаты и все время хвалила меня за усердный труд и тягу к обучению.

Я же оглядывался на библиотеку, немного печалясь, что время на чтение так быстро прошло.

Анна быстро завела меня в мою комнату и сразу ушла почти вприпрыжку.

Я невольно улыбнулся: меня всегда радовало, когда люди улыбались и были в хорошем настроении.

Лия в этом плане вообще другой человек — она улыбалась лишь тогда, когда побеждала, и всегда путем грязных приемов.

— О-о-х, — выдохнул я.

Сев на кровать, я мельком посмотрел на свой стол, где стояли чернила с перьями и календарик.

На нем я вдруг заострил внимание:

— Точно... У меня же день рождения через неделю.

Особенный Подарок

Время пролетело незаметно, и настал мой день рождения.

Не то чтобы я был против этого праздника, нет, он мне нравился, но увы, в моей жизни праздник редко был в мою честь.

Да, мне дарили горы подарков, подходили и говорили, что меня ждет великое будущее.

Это продолжалось от силы несколько минут сразу после задутых свечей, а после все расходились поговорить друг с другом, а мне оставалось смотреть, как дети моего возраста издеваются над своими слугами.

К Анне пойти было невозможно — она была занята праздником: подай-принеси, не иначе.

Проснувшись с утра, я в тайне хотел, чтобы в мой седьмой день рождения что-нибудь изменилось.

Встав с постели, я сразу надел праздничную одежду: белую рубаху с прямым воротником, синий камзол, брюки и туфли.

Аксессуары на этот день рождения подбирала служанка Шарлотта.

Она решила, что все вещи должны быть в цвет моих глаз.

Поэтому мне пришлось надеть то, что я ненавижу больше всего, — перстни.

Они постоянно натирают пальцы, и я каждый раз злюсь, если мне их предлагают или дарят.

Анна все же уговорила меня надеть их.

Я согласился только из-за нее.

Одевшись, я услышал, как к комнате подходят.

Сразу после раздался стук, и Анна покашляла.

Она всегда так делала, чтобы я сразу знал, что это она.

Дверь открылась, и Анна зашла внутрь.

— С днем рождения, мой господин! — она начала кидать в воздух блестящую пыль.

Я был так рад, что сначала забыл об этикете.

— Спасибо, Анна! — я поклонился.

— Так, ну раз ты уже готов, спускайся вниз и иди во двор, — Анна улыбчиво показывала на выход.

— А что, будет тренировка? — удивился я.

Мне казалось, что в такой день ее не будет.

Анна же поспешила меня успокоить:

— Нет-нет, просто Лия хочет с тобой поговорить. — Анна подмигнула.

Я кивнул, и мы с ней, выйдя из комнаты, направились к лестнице вниз.

По дороге меня постоянно поздравляли бегущие мимо слуги.

Все они были сильно заняты, и это немного подпортило мне настроение, ведь так было все прошлые дни рождения.

Отогнав все неприятные мысли, я с Анной вышел на задний дворик.

Лия сидела за столиком для чаепития, и было видно, что она нервничает, ведь у нее была привычка, когда она была на иголках, начинать стучать пальцами по бедру.

Сейчас она делала то же самое.

Заметив, что я иду, она сразу развернулась и достала сверток, а после, когда я подошел ближе, она встала.

— Лиам, поздравляю тебя с д... кхм, с днем рождения. Мы знакомы всего две недели, но я была обязана подготовить тебе подарок.

Лия потянула за ткань, и я увидел клинок.

Он был меньше по размеру, чем стандартный меч, но был исполнен в интересном стиле.

Рукоять была длинная, обмотанная кожей, а гарда была похожа на рога, что сначала шли прямо, а после разветвлялись с двух сторон.

Так же гарда шла вниз к рукояти в форме ромба, в центре которого с двух сторон выпирал алый камень, вставленный в гарду и рукоять меча.

Я молчал и просто смотрел с широко открытыми глазами.

— Этот клинок сделан на заказ, специально для тебя, и да, я купила его на свои деньги, так что только попробуй сломать его. Так вот, в рукояти встроен магический камень, который, если ты пожелаешь, зальет лезвие пламенем. Ну и так, по мелочи: меч создан из особого металла Алвийа, он очень легкий и к тому же прочный.

Когда Лия рассказывала о мече, было видно, как она гордится подарком.

Заканчивая, она высоко подняла подбородок, откровенно хвастая подарком, и только жест рукой от Анны остановил ее.

— Спасибо огромное, учитель! Я буду беречь его! — я улыбался, выхватывая меч из рук Лии.

Она с третьей попытки все же отдала мне его, и я сразу принялся размахивать им во все стороны.

— Но это еще не все. Тебя ждет и второй подарок от меня. — Лия положила руку мне на плечо.

Я посмотрел на Анну.

Она снова подмигнула мне, а после вдруг начала вертеть головой и, крикнув: «Уже пора!» — юркнула внутрь.

День рождения был и тем днем, когда раньше я мог попасть в центральный корпус поместья.

Теперь это уже не было столь высоким событием, и из-за библиотеки я чаще стал выходить за пределы правого корпуса.

Мы с Лией так же направились внутрь.

Когда огромная входная дверь открылась, я увидел толпу гостей и родителей, которые, как только я вошел, в один голос начали поздравлять меня.

Я сделал вид, что удивлен и польщен.

Меня проводили к месту для подарков, и началась долгая и скучная распаковка.

Все подарки были скучными, особенно по сравнению с крутым мечом, который мне подарила учитель.

В основном дарили деньги.

Очевидно, что дарили их не мне, а моим родителям.

Зачем мне в семь лет столько золота?

В остальном были плюшевые игрушки, книги, что меня немного обрадовало, и всякая различная мелочь.

Я открывал подарки, как я думал, целую вечность, но наконец все закончилось, и гости разбрелись по банкетному залу.

Я же пошел в свой угол, где стоял столик и кресло.

Дети изредка подбегали ко мне, чтобы позвать меня веселиться, но я давал им всем от ворот поворот.

Время шло неумолимо медленно.

Ко мне несколько раз подходила только Лия.

Она спрашивала, не скучно ли мне, а после утвердительного ответа убегала, говоря, что второй подарок вот-вот должен быть здесь.

Вдруг входная дверь распахнулась.

Я, как и все остальные, на секунду испугался.

Лия выглядела очень радостной, и она сразу побежала встречать гостя.

Внутрь зашел просто огромный мужчина — не только в рост, но и в ширь.

Он был в разы крупнее всех остальных.

У него были короткие багровые волосы, на лице через глаз проходили два огромных шрама.

На нем не было камзола и других красивых вещей — лишь расстегнутая по грудь рубаха, широкие штаны и сапоги.

Больше всего меня привлек неимоверно большой меч у него за спиной: его рукоять состояла из двух тонких, стянутых кнутом.

Мужчина встал посреди зала и громко представился:

— Я владыка меча Кэрон Освальд! Четвертый среди десяти владык сего мира.

Его голос был словно гром, каждое слово сотрясало пол.

Гости в полном шоке начали подходить к нему, закидывая вопросами, но Лия быстро разогнала их и, взяв владыку за руку, она повела его в мою сторону.

В этот момент я впервые заволновался: начав дергаться на кресле, я пытался найти себе место, но владыка был уже рядом со мной.

— Вот, брат! О нем я тебе говорила. Парнишка точно станет отличным мечником.

«Чего?... Он ее брат?»

Я смотрел на мужчину снизу вверх, не понимая, как такой гигант может быть братом довольно маленькой Лии.

Кэрон же протянул мне руку.

— Здравствуй, Лиам Укерфельд! Приятно с тобой познакомиться.

Я вскочил с кресла как ужаленный и, поклонившись, протянул ему руку в ответ:

— Здравствуйте, многоуважаемый владыка меча Кэрон Освальд.

Ожидая, что его рукопожатие будет крепче, чем у Лии, я знатно удивился, когда он пожал мою руку довольно мягко.

— Говорят, у тебя сегодня день рождения, а значит, в знак подарка отвечу на любые твои вопросы в рамках этого особенного дня.

Лия посмотрела вокруг и, быстро оценив обстановку, она проводила нас с владыкой на задний двор, где было потише.

Кэрон сел за столик, и я услышал, как бедный стул начал трещать.

Я сел напротив и начал держаться из последних сил, чтобы не завалить бедного владыку тонной вопросов.

Мужчина почесал ухо и, облокотившись на локоть, спросил:

— Давай, малыш, я жду твои вопросы.

«Так, ну глупо будет спрашивать мелочи. Пойду по тактике: сначала важные, потом неважные».

— Я часто читал в книгах... что в мире всегда есть что-то вроде злодея, против которого воюет мир. Помню, был демон, с которым сражались владыки раньше.

Кэрон вдруг стал хмурым.

Он потер шрам и вздохнул:

— Ну, вообще-то да, был такой антагонист в нашем мире. Хотя что таить, он и сейчас есть. Кармелот, демон пустот. Он правил южным материком давным-давно. Все, что нас не устраивало как владык, так это то, что он презирал людей. Мы воевали с ним сотню лет, не меньше. Я как раз в то время и овладел мечом, попав в список владык. Мы победили его только когда всей армией навалились на демона. Кармелот погиб, но, как мы узнали позже, он проклят, и ему суждено быть частично бессмертным.

«Так, ну я явно хотел не этого. Я помню имя Кармелот, но чтобы... стоп!»

— А сколько вам лет?

— Ха-ха-ха! — рассмеялся Кэрон. — Мне уже больше двухсот лет. Прозвучит страшно, но я испил крови Кармелота после того, как мы убили его.

Лия прокашлялась, и Кэрон вдруг затих.

Он потер шрам снова, а после, взяв чашку, сделал нервный глоток.

— Получается, Кармелот все еще жив?

Кэрон покачал головой:

— Не совсем. Он и правда мертв, но Кармелот, используя силу пустоты, как я полагаю, может использовать людей как сосуды. После какого-то периода времени, питаясь здоровьем и манной сосуда, он захватывает его тело, возвращаясь в мир живых. — Кэрон нагнулся. — И главная проблема: мы никогда не будем точно знать, где он переродится. Может, он прямо сейчас в тебе, и ты пока этого просто не знаешь.

— Брат! — Лия снова прервала Кэрона.

«Ясно. Ну, вообще, что мне еще нужно было узнать, кроме этого? А, вспомнил!»

— Как стать таким же мечником, как вы?

Владыка расправил плечи:

— Для начала выбраться отсюда, а после пойти путем свободы. Владыкой ты станешь рано или поздно, но точно никогда не станешь им, сидя в золотой клетке.

— Ну все! — Лия встала.

Взяв брата за ухо, она что-то шепча, увела его внутрь, а я так и остался сидеть.

Почему-то эти слова мне показались странными, они будто предупреждали меня.

Я так застыл в них, что на секунду забыл о всем на свете.

Мне стало понятно, куда двигаться дальше, и это очень сильно меня обрадовало.

Праздник подошел к концу, и все гости, включая Кэрона, уехали.

Нам так и не удалось поговорить снова, потому что после разговора с Лией он стал меня обходить стороной.

Я, правда, не был этим расстроен.

Анна отвела меня в комнату и после сразу удалилась, а я всю ночь думал об одном:

— Этот день рождения и правда стал особенным.

Я не хочу перемен

В последние дни у меня из головы не выходят мысли о словах владыки меча.

С самого начала я думал лишь о том, какой он странный.

Его слова и поведение совсем не были похожи на поведение владыки.

Я не понимал, почему он так себя ведет, и часто ловил себя на том, что очень долго рассуждаю об этом.

Решив, что всё это — чтобы не показывать внутренние травмы, я опустил это, и появился следующий вопрос: что значили его слова?

Неужели он сказал это всерьёз?

Я почитал еще книги.

Углубившись в эту тему, я узнал о том, что Кармелот подарил людям интересный сюрприз, которым является проклятие Губры.

Губра, как я понял, — это человек, которого поразила манна демона, из-за чего они становятся сильными, но теряют рассудок.

Звучало это удручающе, и я решил более не штудировать эту тему.

Всё же приходилось понимать, что слова Кэрона влияют на меня, и с этим нужно бороться в какой-то мере.

В тренировках я стал в разы лучше.

Да, прошел всего месяц, но я многое понимаю.

Лия после того «неудачного» подарка извинялась перед отцом.

Он проигнорировал ее слова и не сильно обратил внимание на то, что я узнал довольно жестокие подробности, что шокировали бы любого ребенка.

Ну и хорошо, что я не настолько взрослый, чтобы думать о морали, и не слишком ребенок, чтобы не спать ночами.

Сегодня пришло то время, когда я должен был впервые реально сразиться на стальных мечах с учителем.

Я волновался не сильно, но когда я вышел из комнаты и спустился на задний двор, я увидел двух лекарей, что меня слегка насторожило.

Вообще в нашей стране медицина развита довольно хорошо, и даже отрубленные конечности были не сильной проблемой, ну, конечно же, только если у тебя был лишний золотой в кармане.

У меня он как раз был, или у моих родителей.

Лия стояла у столика и протирала меч тряпкой.

Сталь блестела на солнце, и у меня снова выступил холодный пот.

Не могу сказать, было ли мне страшно или же больше волнительно.

Взяв свой клинок, подаренный мне учителем, я, дабы соответствовать, так же стал протирать меч.

Лия невольно улыбнулась, но тут же поджала губы, сохранив лицо.

Неожиданно из поместья вышли мои родители.

Отец, сложив руки на груди, строго смотрел в мою сторону, а мать тут же побежала к лекарям, о чем-то громко споря.

Всё это вызывало опасение насчёт того, насколько бой будет жестоким.

Учитель встала в стойку, и мой отец, пройдя на середину, объявил начало боя.

Я сразу не решился нападать.

Я смотрел на руки Лии, пытаясь понять, что она использует в этот раз.

Она почти не двигалась, ее пальцы лишь немного дергались время от времени.

Я не мог понять, какой туз лежит у нее в рукаве, и поэтому меня вынудили напасть.

В несколько коротких рывков я оказался рядом с ней.

Она сразу развернула корпус, убрав от меня все органы, по которым я мог ударить.

Я же в этот момент уже точно знал, куда ударю: «Ноги!»

Быстрым ударом я опустил клинок вниз, но Лия же прыжком зашла мне за спину, и время вдруг замедлилось.

Моя голова разворачивалась не меньше семи секунд, и я видел, как меч опускается мне на руку.

В последний момент я успел отпрыгнуть, но лезвие всё же настигло меня, и на руке показался глубокий порез.

Кровь тут же начала бить ручьём.

Внезапно мне стало плохо, я начал слышать свое сердце в ушах — оно бешено стучало в попытке вырваться из груди.

Лия же вместо атаки отошла назад.

Острая боль была не главной проблемой.

Уже месяц прошел с начала тренировок.

Я отдавал всего себя, внимательно слушал учителя и всегда стремился к успехам, но вот я снова в бою против нее.

Она мой соперник уже столько времени, но я даже на чуть-чуть не приблизился к ее уровню.

Это печалило так, что я начал опускать руки, смиряясь с тем, что мне никогда не стать мечником...

«Нет... Я не могу, не сейчас. Я не могу бросить, раз уже начал. Учитель верит в меня, хоть и не показывает, я обязан выдать всего себя. Неужели пришел момент достать мой собственный козырь?»

Я закрыл глаза и представил манну.

Я мысленно сделал ее огнем.

Огонь разгорался с огромной силой, и я чувствовал тепло в руках.

Открыв глаза, я увидел, как мой меч наливается красным, а после яркое обжигающее пламя обволокло лезвие.

Лия, увидев это, нахмурилась и сразу отошла назад еще дальше.

Она стояла в двух метрах от стены поместья, и я понял, что это самый большой шанс доказать себе и ей, что не зря потрачено время.

Я рывком подобрался к ней и сделал вид, что готовлюсь ударить её.

Лия на инстинктах прыгнула, чтобы зайти мне за спину, но всё было подстроено.

Я начал анализировать на все сто процентов.

Все мои мысли сканировали всё, что происходило вокруг.

Я буквально чувствовал все ее мысли и движения.

Меч опустился вниз, и я вложил всю силу в ноги.

Это было похоже на тягу гантели, что когда-то демонстрировала мне учитель.

Я усилием поднял меч вверх, но переборщил.

Сила была такой, что столб пламени полетел в Лию.

Я не хотел этого, видимо, все мои инстинкты стали мной управлять.

Учителя поглотило пламя, и я с ужасом смотрел вверх, но когда пламя рассеялось, её там не было.

Она думала, что обманет меня снова, но я уже видел, как она ведет меч к моей шее.

Я опустился на корточки и ударил ей по ногам.

Она упала, и я наставил меч на уже её шею.

Несколько секунд прошли в полной тишине.

Я тяжело дышал, смотря на Лию.

Ее глаза опустились на землю, и я приблизил меч к шее, после чего она, подняв руки, сказала:

— Молодец, Лиам. — На ее хмуром лице расплылась улыбка.

Я, услышав это, не мог поверить.

В этот момент сзади послышались сначала тихие хлопки Анны, по всей видимости, а после и все присутствующие стали так же хлопать.

Я развернулся и увидел отца, который одобрительно кивал, и маму, что, увидев мое лицо, сразу подбежала с лекарями, чтобы помочь мне.

Рана ныла так сильно, что хотелось плакать, но я еще с трех лет понял, что я не могу.

Что-то внутри меня будто говорило «нет», и я не мог дать слезам волю.

Это помогало в те моменты, когда мне было обидно.

Я заметил, что чаще всего плачут именно из-за этого, в остальное плачут либо для привлечения внимания, либо от печали.

Лекарь быстро затянул рану магией.

Я впервые видел её прямое действие.

Он поднес руки к ране, и они начали издавать слабый синий отблеск.

После чего рана начала стягиваться: сначала ушла кровь, после мышцы соединялись в жгуты, и последняя кожа срасталась.

Боль сразу ушла, и я посмотрел вверх.

На лице Лии она почему-то была печальна, в её глазах даже было видно капли слез, но я не решился спросить, что случилось.

Видимо, я попал в неё очень сильно.

Вечером в честь моей победы устроили роскошный ужин.

Когда я прошел в трапезную, там уже было накрыто.

Было много моих любимых блюд, таких как рыба в панировке и печёная картошка с курицей.

Я начал пускать слюни, усаживаясь за стол.

Рядом со мной села Анна.

Она была особой служанкой, как я понял со временем.

У нее были отдельные покои, хотя остальные служанки жили в своего рода общежитии.

Она так же могла есть за нашим столом и свободно передвигаться в любые корпуса, даже без прямого приказа, что было недозволенно остальным.

Сначала я думал, всё из-за меня, но после осознал, что даже если она моя личная служанка, это не дало бы ей права есть с нами за одним столом.

Видимо, для нашей семьи Анна и правда имеет особое значение, и кажется, всё дело в прошлом.

Напротив меня села Лия, рядом с ней моя мать, а во главе стола сел отец.

Ужин официально начался.

Я любил набить живот, но такие мероприятия не доставляли мне удовольствия.

Надо было следить за словами, ждать, когда договорят, и после искать момент, чтобы вставить свое слово, а так же нужно было соблюдать этикет, который, мягко говоря, садистский.

Если ты левша, то ты особенно страдаешь, ведь «умные» аристократы об этом не особо думали.

Является ли это неравенством?

Вполне может быть.

Разговоры были не о чём.

На этот раз я говорил куда чаще, обсуждая свои тренировки.

Лия восторгалась моим талантом и приговаривала, что моя судьба еще покажет себя.

В какой-то момент речь зашла о моём будущем.

Отец стал говорить, что когда мне исполнится пятнадцать, он отдаст меня в столичную академию меча.

Меня это радовало лишь отчасти.

Да, как перспектива это было просто нечто, но ждать еще целых восемь лет — это же просто много.

Я прямо сейчас живу меньше, чем мне еще ждать.

Радовало одно:

— Ну, пока я тренируюсь с Лией, всё в порядке.

Мои, казалось бы, безобидные слова заставили всех замолчать.

Лия, поникши, опустила голову, а Анна положила свою руку на мою.

Отец прокашлялся и был готов что-то сказать, но Лия жестом показала, что скажет сама.

— Слушай, Лиам. — Её взгляд забегал. — В общем, мне нужно уехать. Надолго. У меня появились дела на юге, и скоро наши тренировки закончатся...

Я застыл.

Я не знал, что сказать и как реагировать.

Это было так печально, что по щекам покатились слезы.

Анна сразу обняла меня, а Лия отвернулась.

«Почему? Для чего уезжать так рано? Да, мы знакомы лишь месяц, но столько всего произошло. Она сделала для меня так много, и я не могу поверить, что всё закончится так...»

В этот момент всё сжалось в груди, и я зарыдал.

На следующий день Лия, собрав вещи, стояла у входа.

Я ничего не мог ей сказать.

Я лишь смотрел на неё, понимая, что не знаю, что делать дальше.

Такое у меня было впервые.

Я всегда знал, что будет завтра, и теперь, когда всё закончилось, я не хочу изменений.

Хочу, чтобы всё было как раньше, чтобы мы были вместе, она обучала меня.

Но, видимо, судьба против нас.

Лия привстала на колено, смотря мне в глаза.

— Слушай, Лиам, я же не на войну ухожу. Так, дела. На десять лет, ну и пусть. Зато представь, как мы изменимся за это время. Ты уже будешь взрослым...

Лия застыла на секунду.

— А ты уже будешь старой, — я улыбнулся.

На глаза снова выступили слезы, а Лия, натянув улыбку, прошептала:

— Ну не то чтобы старой. Тридцать пять лет — не приговор, знаешь ли.

Я невольно улыбнулся еще шире и, не зная, что еще сказать, я обнял учителя.

Сначала я думал, что она будет против, но она приняла мои объятия.

— Что ж, — Лия закинула сумку на плечо. — Еще увидимся, обязательно!

Я начал махать рукой:

— Увидимся, учитель...

Лия вышла на улицу и, вздохнув полной грудью, направилась к воротам.

Она не оборачивалась и лишь махала рукой.

Я услышал, как Анна всхлипывает.

Да, для нас всех она стала за это время неплохой подругой.

Ну, значит, мне надо оправдать её надежды.

Я обязательно превзойду учителя и стану великим мечником!

Разговор По душам

С момента, как Лия покинула наше поместье, минул год.

Этот год был самым худшим в моей памяти.

Первое время я тренировался сам с собой и иногда звал Анну, но это не приносило результатов.

Я не узнавал ничего нового и с каждым днем проводил на тренировочной площадке всё меньше времени, пока в один день не перестал ходить туда вовсе.

В библиотеке так же начали кончаться интересные книги.

Я прочитал всё, что мог, о мечах, магии и истории, и на полках остались лишь книги политические.

Я пытался начать читать и их, но это вызывало у меня какое-то внутреннее отторжение.

Книги были безумно скучными.

Там лишь говорилось о том, какой граф полюбил какую герцогиню и как после их обоих казнили за такие браки.

В общем, полный сюр.

Я больше всего ненавидел интриги, а как я понял после третьей книги, политика — это шестьдесят процентов интриг, два процента интересных войн и ситуаций, а остальное — мусор.

С каждой секундой мне казалось всё больше, что эти книги специально возвышают политиков, а граждан занижают.

Лично я никогда не видел, чтобы политики говорили, что крестьяне хуже них.

Понятно, что это было бы глупо: зачем кусать руку, которая тебя кормит?

Сегодня я проснулся очень рано.

На улице всё еще было темно, но спать я не хотел, ведь весь день так и пролежал в кровати, считая ворон.

Быстро одевшись в приличные вещи, я вышел из комнаты и побрел по коридорам в левый корпус.

Я решил поставить себе цель — узнать всё о нашем поместье.

Для начала нужно было изучить второй этаж, ведь он был ко мне ближе всего.

Всё, что я пока знаю: рядом с моей комнатой — комната с моей ванной, а после идет еще дверь, и я хочу узнать, что там.

Тихо пробравшись за дверь, я на цыпочках начал идти в сторону той двери.

В поместье была непроглядная тьма, и я сначала даже подумал о том, чтобы поджечь свой меч, но понятно было сразу, что идея глупая.

Дверь была на удивление ниже, чем мне казалось раньше.

Она была точь-в-точь как моя.

Я дернул за ручку, но она не поддалась.

Я дернул сильнее и не удержался на ногах.

С грохотом я покатился назад и ударился затылком о перила.

Голова страшно болела.

Сначала я подумал, что просто сильно ушибся, но сразу почувствовал, как по моей шее течет теплая струя.

В темноте невозможно было понять, что это, и я побежал в свою комнату, где горели настенные лампы.

— Ай... всё-таки кровь... — я смотрел на окровавленные руки.

Не понимая, что делать, я уже было пошел к лестнице, чтобы попросить помощи у Анны, но я понятия не имел, сколько времени, и с большим шансом она давно спала.

Снова вернувшись в комнату, я мечом отрезал себе рукав и перемотал им голову.

Сев на кровать, я решил подождать, когда кровь остановится.

Спустя несколько минут у меня закружилась голова, и я решил проверить: кровь всё так же ручьем лилась на шею.

В этот момент мне стало не на шутку страшно.

Я помню, как Лия рассказывала о том, что большинство воинов погибали в битвах именно от потери крови, а я, похоже, умру от потери крови не в битве, а сидя на кровати, и всё из-за желания посмотреть, что за дверью.

В момент, когда в глазах начало темнеть, а я уже смирился со своей гибелью, в дверь постучали.

Когда она открылась, я ожидал увидеть Анну, что, словно рыцарь на белом коне, спасет меня в последний миг, но там была не Анна.

Шарлотта, увидев лужу крови на подушке, где я лежал, сразу подбежала ко мне.

— Господин?... В-вы что вообще натворили здесь!? О боже, о боже, о боже...

Шарлотта стянула с моей головы повязку и тут же начала лечить рану магией.

Её кудрявые волосы всегда мне нравились, но сама Шарлотта меня пугала.

Ещё в детстве я узнал, что она на дух не переносит знать.

Узнал я это тогда, когда мой отец её строго отчитал за разбитый сервиз, что нам подарила моя бабушка Изольда.

Шарлотта виновато кивала головой, смотря в пол, но как только отец ушел, Шарлотта, не зная, что я там, повернула голову в мою сторону, и на её лице было лицо крайнего раздражения.

После этого случая я стал обходить её стороной, а она же даже не собиралась объяснять ту ситуацию, и мы так и были в натянутых отношениях, пока в один день моя матушка не сделала её ответственной за мои наряды.

Вот что-что, но вкус Шарлотты уважали все в поместье.

Не смотря на своё происхождение, она прекрасно знала теорию цвета и сочетания.

Каждый наряд, что собирала она, после расхваливали, и матушка с отцом никогда не упускали шанса похвастать, какая у них талантливая служанка.

Шарлотта же не очень любила такие комплименты.

Сейчас же она с глазами, полными паники, лечила мою рану и шептала:

— Вот нет бы пойти попросить помощи, надо умирать в одиночестве...

Я посмотрел на неё.

В этот момент я уже почти ничего не понимал — то ли от страха, то ли от потери крови, я совсем перестал соображать, но она показалась мне заботливой в этот момент, хотя раньше я никогда не видел её такой.

После того как залечила мою рану, она сразу убежала из комнаты.

В этот момент я тихо встал и начал осматривать комнату, понимая, почему у Шарлотты была такая реакция.

На полу и подушке были лужи крови, в комнате стоял неприятный металлический запах, и в общем вид был такой, как будто здесь убили человека.

И это была бы правда, но Шарлотта спасла меня.

Она вернулась в комнату с ведром, тряпкой и новым бельём.

Я отошёл к столу, и она начала убираться.

Я сидел тихо, но от скуки или злости Шарлотта завязала беседу.

— Что произошло, господин? — она кинула на меня мимолетный взгляд.

Я занервничал и начал думать, насколько глупо прозвучит то, что я скажу:

— Ну, я проснулся пораньше и решил посмотреть, что за дверью, которая к югу от моей. Вот она была заперта, и я улетел в перила.

Шарлотта сначала выглядела невозмутимо, но с каждой секундой она всё больше краснела, и в какой-то момент она не выдержала, начав смеяться.

— Что смешного? Я чуть не умер! — меня это задело.

— Извините, господин, но, видимо, Анна вам не объяснила, что такое чрезвычайная ситуация. Когда вы получаете травму, вы сразу должны направиться в корпус служанок, чтобы там вам оказали помощь.

— Откуда я мог знать?

— Ну, ситуация всё равно забавная, особенно если знать, что за дверью всего лишь зал совещаний, где стоит длинный стол и несколько стульев. Вот и весь секрет.

Шарлотта снова начала смеяться.

Закончив уборку, Шарлотта встала рядом с кроватью, а я сел на неё, и мы начали общаться.

Все разговоры были будничными и скорее деловыми.

Особенно мы обсуждали последние новости, и я узнал, что Шарлотта со всеми служанками так же смотрела на мою с Лией дуэль.

Мы говорили уже какое-то время, и я всё не мог понять одну вещь, поэтому решил спросить прямо.

— Шарлотта, а почему вы не сядете на кровать?

— Мне нельзя, — ответ был тактичным и будто заученным. — В отличие от Анны, я не имею особых условий проживания и таких прав, как она.

— Но это глупо. Я же, наоборот, хочу, чтобы ты села. Почему же нельзя?

— Это правило этикета, — продолжила спокойно говорить Шарлотта. — Я могу сесть только если это будет ваш приказ.

«Что за вздор? Почему я не могу просто дать ей сесть? Для чего этот приказ и обозначение, что я лучше неё? Это показательно и невежливо. Она моя подруга и она равна мне. Я не собираюсь общаться с ней в таком тоне».

— Я не буду тебе приказывать. Если ты хочешь, можешь сесть, и тебе не нужно ждать моего разрешения.

Шарлотта вдруг мягко улыбнулась, и я увидел в её глазах что-то необычное, будто в них на мгновенье зажгли свет.

Она поклонилась и, быстро бросив: «Мне пора», — ушла из комнаты, оставив меня одного.

Следующие несколько дней я начал повсюду бродить за Шарлоттой.

Это было идеально ещё потому, что Анна уехала из поместья с родителями на несколько дней.

Мне не поставили новую личную служанку, как я понимаю, потому что мне уже не пять лет и я могу сам ходить по дому.

После того как я чуть не убился о перила, родители провели мне полную экскурсию, и я узнал всё о моём поместье, что оказалось скучным.

На втором этаже были моя комната, комната родителей и Анны, а так же балкон, зал совещаний, две ванны и куча гостевых комнат.

На первом этаже была трапезная, корпус служанок, где были общие комнаты, прачечные и кухни.

В правом крыле же был огромный коридор с лестницей на второй этаж.

Раньше мне казалось, что я живу в каком-то огромном здании, где легко запутаться, но после того, как мне всё показали, эта иллюзия быстро пропала.

Шарлотта, как я узнал, была самой обычной служанкой.

Всё, что её отличало от остальных, это то, что она курировала мои наряды.

В остальном она постоянно работала, и нам почти не удавалось поговорить.

Я не переставал делать попытки, но в основном я просто смотрел, как она драит полы или поливает цветы.

Думаю, в какой-то момент я ей знатно осточертел.

— Слушай, господин, давай я закончу с уборкой и мы обязательно поговорим, хорошо? — раздражённо буркнула она.

Я сразу понял, что это её способ избавиться от меня как можно скорее, и у неё получилось бы, будь я обычным ребёнком, но я сразу понял это и решил настаивать:

— А давай я тебе помогу? — уверенно сказал я.

Шарлотта закатила глаза, стиснув зубы, но вдруг в её глазах мелькнул азарт.

Я это знал — ведь то же было в глазах Анны, когда я говорил про дуэль.

— Давай, — вдруг сказала Шарлотта. — Ты убираешь за меня, а я говорю с тобой.

Сзади сразу подбежала одна из служанок по имени Грета.

Она сразу начала шептать что-то Шарлотте, но та была невозмутима.

— Ну, его родителей здесь нет, а он же некому не расскажет, правда? — она бросила на меня пристальный взгляд.

Я кивнул, и мне протянули швабру.

Уборка оказалась просто тяжеленым трудом.

Сначала всё было супер: я просто водил шваброй, убирая пыль и делая кафельный пол блестящим, но Шарлотта постоянно говорила мне тереть тщательнее и по нескольку раз проходить одни и те же места.

Я сначала с охотой выполнял её поручения, но в какой-то момент она начала активно разговаривать.

Она обсуждала погоду и все различные мелочи.

Я пытался сосредоточиться на уборке, но она постоянно отвлекала меня разговорами, а после издевательски указывала на недочеты в уборке.

Я так разозлился, что хотел метнуть в неё швабру, но сдержался, понимая, что она всего лишь хочет показать, как я выгляжу со стороны, и это было абсолютно справедливо.

Я закончил мыть полы в трапезной, и Шарлотта, забрав швабру, абсолютно спокойно сказала:

— Ну что, теперь пошли мыть ванные?

«Только не это...»

Я так устал намывать этот зал, что новость о том, что работы еще много, меня просто втоптала.

Шарлотта же начала улыбаться и прошла вперед.

— Пойдём, господин, там работа лёгкая, можем пообщаться.

Обрадовавшись, я побежал за ней, предвкушая то, что наконец-то мне не будет скучно.

«Хотя, мне всё это время не было скучно. Да, я работал, но это было довольно занятно, и время за общением в работе шло куда быстрее, чем лежа в постели».

В ванной Шарлотта начала протирать полы, а я, как и было обещано, наконец мог с ней поговорить.

— Слушай, Шарлотта. У меня из головы всё не уходят мысли о словах Кэрона, о «золотой клетке». Почему-то я всё не могу понять, что точно он имел в виду, а Лия не дала ему договорить. Мне всё кажется, что он говорил про моё будущее. Ведь до того момента, когда я смогу уйти в академию меча, еще семь лет.

Шарлотта оглянулась на меня и посмотрела мне в глаза:

— Если ты хочешь уйти сегодня или завтра, никто не имеет права тебе запрещать. Тем более ты не крестьянин, так что у тебя воли в два раза больше должно быть. Ты же хочешь уйти?

«Я хочу уйти? Не знаю. Здесь хорошо: Анна, матушка, отец и остальные... Мне нравится, но я будто застрял, и это поместье не даёт мне идти вперёд».

— Не могу сказать...

— Слушай, если ты не знаешь, хорошо тебе или плохо, это значит, что тебе нужно уйти. На год-два, чтобы понять это. Лишь через изменения ты это сможешь понять.

«Верно, хорошая мысль. Правда, я пока не знаю, как это воплотить».

— А ты, Шарлотта?

— Что я?

— Ты хотела бы уйти?

Она задумчиво подняла голову и тут же снова посмотрела на меня:

— Нет, не хотела бы. Меня всё устраивает.

Это были самые неожиданные слова.

Я всегда думал, что ей здесь не нравится, но в её глазах — уверенность в том, что она говорит.

А значит, лишь я живу с желанием что-то поменять, но всё еще не понимаю, хорошо это или плохо.

Новые Впечатления

После разговора с Шарлоттой я стал всё больше времени проводить именно с ней.

Первое время Анна ходила с нами, наблюдая за нашими беседами.

Это немного напрягало, так как я точно не знал, как она относится к тому, что я хочу изменить свою жизнь.

В один из дней мой отец, посмотрев на то, как я общаюсь с Шарлоттой, всё же решился и дал ей права смотрящей за мной.

Это давало огромные плюсы.

Я был безумно рад тому, что смогу вдоволь обсуждать с ней мир за пределами поместья и то, какое будущее ждёт меня.

Шарлотта не очень рада была новой ответственности, но выбора у неё не было, и мы с ней обсудили то, в какие дни и время мне можно будет с ней спокойно общаться.

Она начала всё больше посвящать меня во внешний мир, и я видел, как она рада тому, что я принимаю это как данность, а не рассказы о бабуинах.

Сегодня она разбудила меня рано утром.

За окном только-только начало вставать солнце, и она явно торопилась.

Я протёр глаза, всё ещё смутно ощущая пространство вокруг.

Мне даже сначала показалось, что я всё ещё сплю, но Шарлотта быстро взяла меня за руку, даже не дала мне привести себя в порядок, и мы начали спускаться вниз.

— Шарлотта, куда мы идём? — я еле выбирал слова.

Она, не оборачиваясь, ответила:

— Сегодня ты сможешь увидеть внешний мир, но если продолжишь медлить, пеняй на себя.

Я сначала не понял смысла её слов и продолжал плестись сзади, но вдруг, как молнией, меня прошибла мысль: «Внешний мир?»

В эту же секунду я ускорился, даже не веря её словам.

Мне почему-то хотелось идти за ней быстрее.

Вдруг я осознал, что сейчас я покину поместье впервые в своей жизни.

Эта мысль доводила до дрожи.

Мы прошли в левый корпус.

Я сразу начал смотреть по сторонам.

Здесь будто было совсем не то поместье, которое я знал.

Служанки и дворецкие торопливо ходили мимо друг друга.

На кухне дымило, и служанки кричали друг на друга, готовя еду.

В прачечной стоял густой едкий пар и запах трав, которыми смазывали одежду для приятного аромата.

Шарлотта идеально пробегала мимо служанок, а я же врезался почти в каждую.

Я оказался у заднего выхода, где Шарлотта уже приготовила корзину для продуктов и дворецкого, который выносил грязные вещи в прачечную.

Шарлотта подошла ко мне и присела:

— Господин, вам нужно будет спрятаться в вещах.

— В грязных? Нет-нет, я не хочу.

Шарлотта вдруг нахмурилась и, взяв меня на руки, перекинула в корзину.

Грязные вещи ужасно пахли.

Я и понять не успел, как Шарлотта с дворецким уже закидали меня вещами и сверху.

— Не шевелись только, хорошо? — прошептала Шарлотта.

Колёса начали крутиться, и я вместе с Шарлоттой поехал в сторону выхода.

«Неужели я еду за пределы поместья? Неужели я увижу настоящий мир? Я даже не понимаю, правда ли это. Всё случилось так быстро. Хотелось бы, чтобы этот момент был красивее...»

Я слушал треск камней под колёсами и милую беседу Шарлотты и дворецкого.

Его звали либо Рональд, либо Роб — брат-близнец есть у него, и так легко запутаться в них.

Дворецкий и Шарлотта обсуждали погоду и планы на сегодня.

Шарлотта почему-то нервно трещала и пыталась как можно больше ускориться.

Наверное, это привлекло двух стражников, которые стояли на входе.

Они быстрым шагом подошли к моим сопроводителям и начали расспрос.

— Куда едете? — прозвучал грубый голос.

— Отвезём вещи в прачечную неподалёку, а после сразу на рынок, за продуктами, — невозмутимо ответила Шарлотта.

— Везёте только вещи?

— Ага.

Стражники ещё какое-то время потоптались, а после, не найдя приметных вещей, ушли обратно на пост.

Шарлотта сразу тяжело выдохнула и слегка пнула телегу:

— На такой риск иду ради вас, господин.

Я невольно начал хихикать, и телега снова начала ехать.

Происшествий больше не было.

Дорога была спокойной, а я всё больше предвкушал, как окажусь в городе, где никогда не был раньше.

Шарлотта медленно стянула тряпки и открыла мне обзор.

Я сразу заметил небо, облака и нечто, похожее на здание.

Я начал быстро выбираться из груды вещей, пока Шарлотта пыталась меня успокоить.

Оказавшись на земле, я начал смотреть по сторонам, и моё дыхание сразу перехватило.

Передо мной был чудный город.

Высокие каменные здания тянулись ввысь.

Впереди был рынок, где толпы наперебой кричали друг на друга в попытке разобрать хоть слово в такой огромной куче народа.

Я сразу побежал вперёд, не дожидаясь Шарлотту.

Мне было интересно всё: люди, вещи, дорога, небо, земля.

Всё здесь ощущалось иначе.

Я будто проснулся после долгого сна, и было смутное ощущение, что я должен быть здесь.

Я засмотревшись на брелоки, что висели у торговца, совсем не заметил, как Шарлотта подошла ближе и начала меня отчитывать.

— Слышишь, господин? Тебе нельзя отходить от меня, всегда держись рядом.

Я кивал в такт её словам и вдруг снова застыл как вкопанный.

За спиной Шарлотты показалась девочка по виду моего возраста.

У неё были длинные острые уши и синие волосы.

Одежда была такая же, как её описывали в книгах, — типичный крестьянский наряд.

Девочка шла по тропинке, мило беседуя с каким-то дедушкой, что протягивал ей яблоки.

Мне захотелось поговорить с ней.

Она была не похожа на других детей, её глаза так напоминали... мои.

Я снова бросился бежать, а Шарлотта, уже не выдерживая, погналась за мной.

Девочка юркнула в переулок, и я потерял её из виду.

Когда я был уже близко к проходу, меня за шкирку схватила Шарлотта.

— Так, слушай. Ещё раз убежишь — это будет последний раз, понятно?

Она была в ярости.

Я совсем не заметил, как полностью забил на неё.

— Прости, Шарлотта, — я опустил глаза.

— Ну наконец-то, я устала уже бегать. Нам ещё продукты покупать, а девчушка эта здесь часто появляется, не последний раз её видишь.

«Стоп».

— То есть мы будем ходить наружу ещё?

— Да, только это секрет, родителям не говори.

Я кивнул и пошёл вслед за Шарлоттой, обернувшись пару раз с мыслью, что она может вернуться, но понял, что сегодня, видимо, мне не суждено поговорить с ней.

У прилавков она подолгу выбирала продукты, а я же заметил косые взгляды, направленные на меня, и почти сразу понял, что это были люди, по одежде и поведению которых можно было понять, что они наёмники.

Я насторожился, ведь никогда нельзя точно сказать, чего они захотят в следующую секунду.

В остальном я уже начал немного привыкать к сильному шуму, от которого сначала раскалывалась голова.

Люди были приветливые, и, видя герб у меня на плаще, они сразу добрели, предлагая мне фрукты.

Я вежливо отказывался, ведь очевидно, они пытались купить меня.

Дворецкий уже вернулся, и Шарлотта начала закругляться.

Я же не очень хотел возвращаться.

Было понятно, чем я буду заниматься: смотреть в потолок, перечитывать книги, что уже сто раз читал, или же бегать во дворе как идиот, делая вид, что это безумно весело.

Мы прошли к мясной лавке, и Шарлотта начала выбирать голень.

Я отошёл на пару метров и снова увидел эльфийку.

Я сразу хотел побежать, но понял, что Шарлотта точно не простит этого.

«Надо что-то придумать».

Я решился и, подбежав к Шарлотте, я потянул её за собой.

Она от неожиданности споткнулась и почти упала, но я успел её подтолкнуть и, обратив её внимание на себя, спокойно побежал вперёд.

Но когда я подбежал к тому месту, где эльфийка стояла буквально секунду назад, найти я её не смог.

«Показалось? Нет, видимо, я снова просто упустил её».

Шарлотта подошла ко мне:

— Чего ты хотел, господин?

— Да уже ничего, она снова ушла.

— А, та эльфийка. Я видела её только что, она убежала с фруктами.

— Ясно...

Шарлотта с секунду поглядела на меня и после, обернувшись, как бы невзначай сказала:

— Кстати, такое событие надо запомнить.

Она развернулась и достала кольцо.

Оно было довольно дешёвым, сделанным из серебра.

Шарлотта протянула его мне:

— Я знаю, ты такое не любишь, но я старалась найти самое красивое, пока ты витал в облаках.

— Спасибо!

Мне было безумно приятно, что она позаботилась об этом.

Я сразу натянул кольцо на палец и радостно побежал к дворецкому, хвастая покупкой.

На улице был уже почти день, и мы направились обратно в поместье.

Шарлотта и дворецкий снова завернули меня в вещи, на этот раз, слава богу, чистые, и телега двинулась вперёд.

Очень быстро мы доехали до поместья.

Видимо, мне так показалось, потому что я уже ездил по этой дороге.

Так часто бывает, что если не знаешь дороги или сюжета книги, то она кажется дольше.

В поместье я выбрался из вещей и, поблагодарив Шарлотту за такой чудный день, я сразу побежал в правый корпус.

Но как только я выбежал, у меня на пути показалась Анна.

Она пристально смотрела на меня.

«Ох, и что мне сказать? Я совсем забыл, какую легенду я должен был сказать вместе с Шарлоттой. Так, сейчас главное аккуратно вести диалог».

— Добрый день, Анна!

— Добрый день, господин, — недоверчиво хмыкнула она.

Я совсем не знал, что говорить, и Анна продолжила сама:

— Где вы были сегодня? С утра я не нашла вас в вашей комнате.

— Я был сначала в корпусе горничных, а после пошёл в библиотеку.

Анна насторожилась и, снова пристально глядя мне в глаза, уточнила:

— Сначала вы пошли к горничным?

— Ага.

Анна успокоилась и улыбнулась:

— Значит, мы разминулись. Чем вы собираетесь заниматься сегодня?

— Не знаю, наверное, посижу с горничными, а после пойду читать.

— Ясно, хорошо.

Анна посмотрела на меня последний раз и, развернувшись, ушла.

Я же направился к Шарлотте и быстро рассказал ей нашу легенду.

Та даже улыбнулась моей тактике и, кивнув, ушла дальше работать.

А я направился в библиотеку, где неожиданно встретил отца.

Он читал книгу о политике.

Я видел её, но до чтения так и не дошёл.

Видимо, отцу было интересно что-то конкретное, и я подсел к нему.

— Что читаете, отец?

От резкости вопроса отец дёрнулся и сначала он кинул хмурый взгляд на меня, но, узнав меня, сразу расслабился:

— Да вот, сынок, пытаюсь понять, где было про нашу семью в этой книге.

— А зачем?

— Ну как, мне интересно. А ты что, уже не читаешь?

— Почему? Читаю, конечно!

С отцом у нас вдруг завязалась беседа.

Мы обсуждали книги, и я узнал, что отец оказывается тоже прочитал почти всё.

Он часто задумывался купить новую книгу, но всё никак не мог решиться, какую.

Мы общались с ним до самой ночи.

Оказывается, у отца сегодня совсем не было планов, и он решил почитать, а тут я, как на зло, попался.

Я люблю своего папу.

Он хоть и пугливый, может даже местами резкий, но он совершенно не злой.

Аврора

Вот уже неделю я выхожу за пределы поместья.

Я влюбился в этот город.

Он кажется мне таким живым.

Люди вокруг всегда улыбчивы, несмотря на то, что, как оказалось, живётся им не так хорошо.

За пределами города вполне спокойно бродят монстры.

Их называют Губры.

Я говорил со старушками, что гадают за деньги, и они поведали мне историю.

В ней говорилось, что Кармелот перед смертью проклял людей.

В поисках сосуда, где можно переродиться, он закладывал свою манну в людей, проклиная их.

Они теряли разум, но становились сильными.

Как оказывается, Кармелот успел везде: и на войне, и в мирное время.

Лично я Губр ещё не встречал, но и желания такого у меня вроде нет.

Правда, меня очень сильно тревожит то, что я так и не встретил ту эльфийку снова.

Мне начинает казаться, что она бегает от меня, и это напрягает.

Сегодня я буду искать её намеренно и обязательно поговорю с ней.

Встав с кровати, я мельком осмотрелся на предмет интересного в комнате.

Не знаю, на что я надеялся, но в ней всё было так же, как и всегда.

Это было не плохо, наоборот, я любил свою комнату и привык к ней.

В ней стояла моя кровать, маленький письменный столик.

У двери был шкаф, в котором были два основных наряда.

Остальную одежду Шарлотта заказывала у лучших портных города и лично подгоняла под мои размеры.

Кроме этого, в комнате стояли две полки.

На них я обычно ставил всякие безделушки.

Обычно это были подарки на мои дни рождения или же памятные вещи, которыми в последнее время были книги из библиотеки.

Правда, их почти сразу забирала Анна, отчитывая меня за то, что мой отец потом не может найти нужную себе.

На выдохе я вышел за дверь.

Мне нравилось моё поместье, оно было таким роскошным, и почему-то больше это не приносило мне удовольствия.

Я будто потерял былой интерес к этому месту, и каждый выезд за его пределы был для меня небольшим праздником души.

На улице было так же рано, как и в первый раз, но теперь же я привык вставать в это время, чтобы успеть съездить в город.

Это даётся немного тяжело, потому что я привык бодрствовать до ночи, а теперь же уже к вечеру меня страшно клонило в сон.

Отец и Анна пока, видимо, не догадываются, куда я пропадаю.

Анна верит, что я просто расхожусь с ней путями, а отец же и вовсе вряд ли думает об этом.

Шарлотта уже ждала меня на том месте, где мы встречались каждое утро.

Знакомая телега с грязными вещами, знакомые ощущения камней под колёсами и милые беседы дворецкого и Шарлотты.

Наконец я снова на свободе.

Я сразу пошёл вперёд.

Дорога до рынка была заучена.

Сначала всё казалось сложным, а на деле рынок состоял из двух перекрёстков и по форме был похож на большой прямоугольник, состоящий из восьми секций, каждая из которых выполняла свою роль.

Ветер начал подгонять меня вперёд, и я сразу двинулся на поиски эльфийки.

Шарлотта держалась позади, время от времени подходя к прилавкам, а я же, не останавливаясь, шёл между лавок, глазами выискивая синеволосую.

Я зашёл в самую интересную часть рынка.

Её называли либо «контрабанда», либо «сбыт».

Там продавали всякий мусор, который либо был украден, либо был взят чёрным способом — расхитители могил.

Я снова начал пристально искать глазами.

«Синие волосы!»

Не веря в свою удачу, я снова и снова проверял: длинные уши, синие волосы, простенькая одежда и корзина.

Это точно была она.

Не собираясь терять ни секунды, я побежал к ней.

Девочка общалась со старушками, и я наконец нагнал её.

Оказавшись так близко, я вдруг осознал, что совсем не знаю, что говорить.

Она меня не знает и может даже никогда не видела, но моя решимость была не просто так.

— П-привет!

Я запыхался, из-за чего еле смог это выкрикнуть.

Девочка сразу обернулась на меня абсолютно удивлёнными глазами.

Она начала осматривать меня и остановила взгляд на моих глазах.

— Твои глаза...

— Да. Прямо как твои, — уверенно сказал я.

Девочка смотрела ещё несколько секунд.

Я снова встал как вкопанный.

В мыслях я представлял лишь нашу встречу, но никогда не задумывался, что буду говорить и что с ней обсуждать.

Только сейчас я понял, что вовсе не знаю, как заводить знакомства.

Ведь в основном все знали меня раньше, чем я их.

Теперь же мне самому нужно было придумать, что обсудить.

— С-слушай, а-а-а тебе нравится читать? — пробормотал я.

— Не знаю, у меня никогда не было книг.

«Чёрт! Я на это всё поставил, и что теперь обсудить? Ну вот, не везёт мне, и всё тут. Ладно, я буду пытаться. Я обязан поговорить с ней, я обязан подружиться».

— А ты любишь мечи или же магию? — я настойчиво продолжал выводить её на диалог.

— Мне больше луки нравятся, — девочка застенчиво улыбнулась, опустив голову.

«Есть! Уже что-то. Значит, луки. Ох, я же ничего не знаю про луки. А-а-а-а-а! Что мне делать?»

— Лу-у-уки? Это кру-у-уто-о! — я пропел эти слова.

Мне впервые пришлось делать вид, что я разбираюсь в чём-то, о чём никогда не слышал, вернее, что мне никогда не нравилось.

На что приходится идти ради общения.

Девочка вдруг посмотрела на меня, и её уши начали прыгать вверх и вниз.

— А как тебя зовут? — она убрала руки с корзиной за спину.

«Отлично. Она уже хочет знать обо мне больше, всё складывается нормально».

— Меня зовут Лиам Укерфельд! — я гордо вскинул голову.

В этот момент я совсем забыл, что так принято в поместье и вряд ли это приветствуется среди обычных граждан.

В попытке свести всё в шутку я потёр затылок и начал хихикать.

Девочка, подняв брови, будто считывала мою реакцию, и после тоже начала неловко хихикать.

Так мы и стояли как умалишённые, пока я наконец не понял, что затянул момент.

— А тебя как зовут? — спохватился я.

— Аврора.

«Аврора... Какое необычное имя, я такое впервые слышу. И как его сокращать? Моё имя, к примеру, и так довольно короткое, а Аврора... наверное, сокращается и как? Авро, Ра? Ну и бред получается. Ладно, буду экспериментировать, ведь я кое-что вспомнил».

— Слушай, Аврора. Пойдём в лавку с оружием, я там видел очень крутой лук!

Она не успела ничего ответить, и я взял её за руку.

Мне не хотелось упустить этот момент.

Я думал лишь о том, чтобы провести с ней время и наконец подружиться.

Аврора бежала за мной, иногда спотыкаясь.

Она совсем не понимала, зачем я её веду, но, видимо, не решилась спорить.

Мы прибежали к лавке.

Ею управлял очень хороший мужчина по имени Марк.

Он был мастером меча и часто показывал мне приёмы.

Мы даже провели дружескую дуэль, в которой я проиграл.

Марк, как и Лия, был мастером стиля хитрости, и я начинаю всерьёз не любить этот стиль.

Он сразу поприветствовал меня, а когда увидел Аврору, нагнулся ко мне и прошептал:

— А ты купидон, Лиам!

После этого он начал хохотать, а Аврора посмотрела на меня, всё ещё не понимая, что происходит.

Я же взял инициативу в свои руки.

Мне захотелось похвастаться перед ней.

Такое у меня было впервые.

Я был уверен, что должен купить ей тот лук, который она захочет.

— Аврора, какой лук тебе нравится?

Девочка начала бродить глазами по оружию и остановилась на очень миниатюрном луке.

Он был бирюзового цвета, рукоять была из металла, а тетива блестела золотым светом на солнце.

— Вот этот... — заворожённо сказала она.

— Дядя Марк, а сколько он стоит?

Марк развернулся и, посмотрев на лук, оценочно начал щуриться:

— Две золотых!

Мои глаза вот-вот должны были выпрыгнуть из орбит.

За такую цену я мог бы купить сотню книг о мечах, пятнадцать килограмм хорошей говядины или же...

— Дорого...

— А ты что хотел? — рассмеялся Марк. — Он сделан из металла Алвийа, поэтому в руке он как перо.

«Алвий? Это же тот металл, из которого сделан и мой меч. Теперь я просто обязан купить его. Правда, несмотря на то, что у меня есть с собой три золотых, это деньги на крайний случай. Верно, это он и есть».

Я нехотя достал две монеты и протянул их Марку.

Он, широко улыбнувшись, протянул мне лук, а я же сразу повернулся к Авроре, которая печально смотрела на то, как я его покупаю.

Видимо, она подумала, что я хочу посмеяться над ней и показать, что я лучше неё.

Да, я и правда с самого начала выглядел как идиот.

Сначала ни с того ни с сего подбежал к ней, а после гордо представлялся фамилией.

Очевидно, о чём подумаешь, когда такое увидишь?

Насколько же мерзко я выгляжу в её глазах.

Это надо исправлять.

— Аврора, это тебе подарок в честь нашего знакомства!

Марк скорчил гримасу полного уважения, а Аврора вдруг застыла.

Она смотрела на меня абсолютно изумлёнными глазами.

Я же, улыбаясь, протягивал ей лук.

Она взяла его и не сразу решилась забрать, будто думая, что я всё ещё обманываю её.

Когда она убедилась, что я серьёзно, она взяла лук.

Она тут же начала прыгать, видимо, от радости.

— Спасибо! Большое спасибо, Лиам!

Она подбежала и обняла меня, от чего я потерял равновесие и плюхнулся на землю.

Она лежала на мне, и я впервые почувствовал реальное тепло от общения с кем-то моего возраста.

Раньше такого никогда не было.

Все дети, которых я знал, были мерзкими и циничными.

Аврора же была абсолютно невинной и, похоже, доброй.

Она была простой и радовалась любым мелочам.

Даже сейчас я бы не сказал, что лук был дешёвым, нет.

Но если бы мне такое подарили, я бы не был столь счастлив.

Для неё это точно было что-то особенное, от чего моя душа пела.

Мы поднялись, и я подумал, что надо пойти до Шарлотты, а то она, небось, потеряла меня из виду и вовсю переживает.

Аврора пошла вместе со мной и всю дорогу напевала какие-то песни, обнимая лук, а я же задумался и вдруг уловил её запах.

От неё пахло природой.

Это был очень необычный запах.

К примеру, от горожан в основном пахло либо скотом, либо пылью, а запах природы был необычным сочетанием свежей травы и деревьев.

Шарлотта, завидев нас издалека, подошла к нам.

На моё удивление, она была вполне спокойна.

Видимо, это потому что я здесь не впервые и то, что этот район довольно спокойный.

— Ну что, познакомился с ней?

— Ага!

Шарлотта посмотрела на Аврору и, подойдя к ней, присела:

— Как тебя зовут?

— Аврора...

По ней было видно, что она очень сильно стесняется Шарлотты, а я был просто счастлив, что они познакомились.

Шарлотта, увидев лук, посмотрела на меня.

Было понятно, что она уже всё поняла.

— За сколько купил?

— Две золотых! — уверенно ответил я.

Глаза Шарлотты стали просто огромными.

Она двигала руками, не в силах обругать меня и не в силах смириться с такой неожиданной и большой тратой.

— Это же почти все твои деньги!

— Ага, ещё одна монета осталась. Вот думаю, что купить на неё.

— А обязательно тратить?

Я кивнул и, взяв Аврору, снова ушёл.

На этот раз в моей голове был план купить ей одежду.

Она была одета очень простенько, и мне это не нравилось.

Не потому что она выглядела бедно, а потому что она была такой красивой и неземной, что я был уверен, что ей нужен наряд под стать.

Мы с ней пошли в сторону портного и наконец разговорились.

— Лиам, а ты правда из поместья Укерфельд? — она выпучила глаза.

— Да, мы живём к югу отсюда. Поместье очень красивое, однажды я покажу тебе его.

— Правда?

— Да!

— А та служанка — это твоя горничная?

— Так и есть, её зовут Шарлотта. Уверен, вы подружитесь!

Аврора закидала меня расспросами о том, что я делаю, чем занимаюсь и как вообще живу.

Я же в ответ почти ничего у неё не спрашивал.

Я боялся сказать лишнее и фильтровал каждое слово, чтобы не дай бог её не обидеть.

Она же была абсолютно спокойна и рада, я так думаю.

Дойдя до магазина портного, мы прошли внутрь.

Сразу от входа висели кучи нарядов, мантий, костюмов и многого всего.

За ними были полки с обувью и шляпами.

Я читал о таких в книгах: их носили довольно сильные маги, а слабых в шляпах называли глупцами.

Аврора начала бегать повсюду, осматривая наряды, и она встала у одного из них.

Наряд состоял из фиолетовой накидки, что была вышита ромбиком к середине, а ближе к плечам были волнистые линии, сделанные в цвет золота.

Так же была кофта-водолазка белого цвета.

К наряду ещё шла чёрная юбка чуть выше колен, пара белых чулков с чёрной жирной полосой в начале и чёрные женские туфли.

Мне наряд тоже понравился, но Аврора смотрела на него так, будто видит не впервые.

Я сразу догадался, что она часто бывает у этого портного и постоянно смотрит на этот наряд.

Ей повезло, ведь наряды скупают быстро.

Я подошёл к старому мужчине, что вышивал на куске ткани:

— Здравствуйте, а сколько стоит наряд «Лесная воительница»?

Мужчина приподнялся и, глянув на наряд, где стояла Аврора, промычал:

— Пять серебряных.

Я даже удивился, ведь ждал какой-то ужасно огромный ценник.

Я протянул ему золотую монету, и он, пересчитав сдачу, подошёл к Авроре:

— Наряд для вас, мисс?

— Д-да? — Она обернулась на меня.

Я кивнул, и мужчина повёл её за ширму, где, быстро сняв мерки, забрал наряд и, сев за стол, сказал:

— Погуляйте минут двадцать, после приходите и забирайте.

Мы вышли на улицу и сели рядом с лавкой, где девушка Лара продавала безделушки.

Аврора смотрела в одну точку, от чего мне снова стало неловко.

— Что-то случилось?

— Н-нет! Совсем нет! Я просто не понимаю. Зачем ты столько тратишь на меня? — она была явно озадачена.

Я вдруг почувствовал незнакомый мне прилив эмоций, которых никогда не чувствовал.

Мне захотелось открыться ей и всё рассказать, но я не был уверен, поймёт ли она меня.

— Тебе честно сказать?

— Конечно да!

— Я никогда не дружил с кем-то своего возраста. Все вокруг всегда мне казались чужими и глупыми. Даже когда я подрос, изменилось немногое — они лишь стали злее. Ты же с самого начала выглядела очень похожей на меня. Особенно глазами. В них есть...

— Мудрость, которой нет у других детей? — Аврора улыбнулась и посмотрела на меня.

— Точно... Именно это. Поэтому я очень хочу дружить с тобой и готов на всё, чтобы ты поняла это. Я не прошу тебя дружить через силу. Просто я рад был пообщаться с тобой, правда.

— Лиам... — Аврора хихикнула и снова посмотрела мне в глаза. — Ты, конечно, умный, но не знаешь, что дружбу нельзя купить. Но я согласна дружить с тобой.

Я сначала принял её слова как отказ и было расстроился, но, услышав утвердительный ответ, я обрадовался так сильно, что вскочил:

— Да! — крикнул я.

Увидев Аврору, что смотрела на меня, поджимая губы, я не выдержал неловкости и начал смеяться вместе с ней.

Время за беседами ни о чём пролетело незаметно, и надо было идти за нарядом.

Мы вошли к портному, который уже положил вещи на стол.

Аврора подбежала и, забрав их, ушла переодеваться, а я, встав у стенки, не мог дождаться, когда увижу её в чём-то красивом.

Аврора вышла спустя несколько минут, и я не смог оторвать взгляд.

Она почти светилась в этом наряде.

Её движения вдруг стали плавными и лёгкими, что завораживало меня.

Я стоял как вкопанный, пока портной просил её покрутиться, одобрительно кивая.

Она подбежала ко мне и начала расспрашивать:

— Ну что? Красиво, правда? Тебе нравится?

Я лишь кивал, не в силах подобрать слова.

Она в таком наряде смотрелась куда взрослее, чем мне казалось, и я вдруг понял, что не знаю, сколько ей лет.

— Это очень красиво...

Аврора радостно прыгала вокруг меня, хвастая новой одеждой.

Весь остальной час, что остался, мы болтали обо всём.

Аврора была явно рада тому, что встретила меня, и мы немного сблизились в общении.

Перед тем как я уйду, тема разговора зашла о будущем.

— Я вот в академию уеду, когда мне будет восемнадцать. А ты чем будешь заниматься?

— Ну, денег на академию у меня нет, так что буду помогать родителям здесь, — Аврора смотрела в землю.

Я думал, что ей неприятно это осознавать, но я увидел улыбку, которая сразу говорила об обратном.

— Кстати, сколько тебе лет?

— Мне десять.

«Чего? Я-то думал, ей лет восемь, как, в общем-то, и мне. Вот так видят меня со стороны из-за моего взгляда?»

— А мне вот восемь лет всего. Знаешь, когда придёт время, я оплачу тебе учёбу в академии лука, если такие есть.

— Есть, в Аланзее.

— Ну вот! Ладно, пока, Аврора, увидимся завтра на этом месте!

— Ага!

Аврора проводила меня взглядом и скрылась в толпе, а я же прошёл всё тот же путь до дома.

Мы с Шарлоттой вошли внутрь.

Она сразу убежала делать дела по дому, а я же направился в центральный корпус.

Когда дверь открылась, я увидел Анну, отца и мать, что ждали меня там.

Я Сбегу На Свободу

Отец был явно расстроен.

Мы раньше никогда с ним не ссорились, и я вообще плохо его знал.

Всё, что мне было известно, это то, что он аристократ, деловой мужчина и с недавнего времени я узнал, что он ещё и книголюб.

Анна стояла рядом и ждала движения от меня, а я же как вкопанный ждал их реакции.

Мы стояли молча какое-то время.

Наконец Анна решила начать.

Она подошла ко мне и уже в привычной манере присела напротив.

— Господин, вы сегодня покидали поместье?

Я помотал головой, но тут же осознал всю серьёзность ситуации.

Если они узнали о моих ежедневных вылазках, это грозило мне тем, что меня запрут дома, а Шарлотту, так и вовсе могли выгнать.

Надо было срочно что-то придумать, что-то, что заставит их поверить в мои слова.

В голову совсем ничего не приходило, и в этот момент ко мне подошёл отец.

Он смотрел на меня с неким уважением во взгляде, но в нём явно играли отцовские обязанности.

— Сынок, я уже всё знаю. Я не могу закрыть на это глаза, ты ослушался меня, и это неприемлемо в семье Укерфельд. — он смотрел на меня снизу вверх.

Мне всё ещё нечего было сказать, отпираться было поздно, и я не знал, что делать.

Я боялся за себя, за Шарлотту и за Аврору.

Было очевидно, если меня закроют в поместье, мы с ней не сможем увидеться.

Слова Кэрона вспыхнули в голове ярким огнём.

Он говорил про золотую клетку ещё тогда, и теперь же я злился от его слов.

Мне казалось несправедливым, что меня насильно удерживают в поместье.

Да, мне всего восемь, но каждый здесь знает, что я далеко не обычный ребёнок, видимо, даже это не даёт им мысли считаться с моим мнением, это страшно раздражало, и я отвёл взгляд, не желая говорить.

— Послушай, сынок, ты просто скажи, кто тебе помогал, а после мы всё обсудим.

«То есть ты хочешь, чтобы я не просто сдался, так ещё и похоронил вместе с собой Шарлотту? Отец, ты видимо выжил из ума!»

— А ещё что? — буркнул я.

Меня сильно задели его слова, они звучали как проверка и как бред сумасшедшего.

Отец и правда такой же, как и все остальные, ему главное скинуть всю вину на служанок и пригреть своего сына с серебряной ложкой во рту.

Я всегда считал такое мерзким и до последнего надеялся, что мои родители не такие, видимо, я сильно ошибался.

Отец же, услышав грубость, на секунду застыл, не зная, какие слова выбрать.

— Ясно... Лиам, отныне ты будешь под строгим присмотром Анны, тебе запрещено выходить из правого крыла до того момента, пока тебе не исполнится одиннадцать лет. Или же можешь сказать, кто тебе помог, и мы остановимся на том, что ты не сможешь выходить за пределы поместья, как и было обговорено изначально.

— Отец... ты похоже идиот, раз считаешь, что я поступлю как подлая тварь и буду сваливать вину. Ты зря считаешь меня таким же, как и все остальные. — Я сдернул пуговицу с фамильным гербом и с силой швырнул её на пол. — Я не такой, как вы! Честь для меня дороже похвалы от шайки знати, что даже не знает, где настоящая жизнь.

Папа сильно разозлился, он было хотел поднять руку, но в последний момент он сдержался и двинул рукой.

Анна взяла меня, и мы начали уходить.

Меня распирала злость изнутри.

Никто не мог понять меня в этом поместье, и я не верил, что провёл всю жизнь с этими людьми.

Я видел их впервые.

Холодные, алчные, без доли совести.

Зная то, как я мечтал о том, чтобы выйти за пределы поместья, они не удосужились понять меня.

Им было важно лишь то, как на них взглянут их подлые дружки.

Всё это вызывало у меня лишь отвращение.

Анна шла чуть впереди и молчала.

Впервые мы не обменялись словом.

Я всё время хотел что-то сказать, но из-за злости проглатывал фразы, а Анна, видимо, и не хотела говорить со мной.

Поместье начало давить на меня.

Я столько раз смотрел на одно и то же, что это начинало бесить, я уже начинаю ненавидеть этот коридор.

Поднимаясь на второй этаж, Анна остановилась и всё же решила поговорить.

Странно, я думал, ей важно лишь то, что о ней подумает отец, видимо, на этот раз она решила выбрать обе стороны, чтобы никто не считал её предателем.

Умно, но на меня такие трюки не сработают.

— Господин, вы зря так злитесь, вы умны не по годам и не можете понять, что господин Георг переживает. Вам всего восемь лет, и за пределами поместья может случиться что угодно.

— Мне всё равно. Отец знает, что я могу справиться, но просто хочет удержать меня.

— Это совсем не...

Я не дал ей договорить, обойдя её, я быстро ушёл вперёд и, зайдя в комнату, сразу запер дверь на ключ.

Анна стояла у двери несколько минут, пытаясь достучаться до меня, но мне было плевать.

Всё, о чём я думал, это то, что я не смогу увидеть Аврору, внешний мир и всю его красоту из-за прихоти отца, мне суждено быть в четырёх стенах своей комнаты, читать одни и те же книги, разгоняя скуку.

В такой жизни нет смысла, и моя судьба точно не такая.

Время тянулось долго.

Я смотрел в потолок и обдумывал всё, что случилось.

Отец может и думает, что много знает о том, как хорошо, но я знаю лучше, что нужно мне.

Никто не должен управлять моей жизнью, будто я товар.

«Надо придумать, как сбежать, скрыться навсегда, так, чтобы меня даже не решились искать».

Я кинул взгляд на шкаф и тут же встал с кровати.

Перебирая вещи, я нащупал охапку постельного белья.

Это было лучшее, что случилось за последний час.

Надо было придумать план побега.

Я на втором этаже, значит, мне нужно около пяти метров верёвки, по которой нужно будет спуститься.

На заднем дворе стоит один стражник, он постоянно дрыхнет, так что думаю, пройти мимо него труда не составит.

Я начал связывать простыни друг с другом, образуя длинную верёвку.

Всё было готово, и оставалось дождаться ночи.

Потемки сошли на город.

Это был идеальный шанс, чтобы сбежать.

Было не так много времени, чтобы обдумать всё как следует.

Но я уверен, что я прав.

Уже никто не заставит меня думать иначе.

Пришлось тянуться, чтобы достать оконную ручку.

Вообще не понимал, зачем в поместье такие большие окна.

Через них всё было очень хорошо видно.

Казалось, что те, кто строили поместье, строили его с расчётом, что смогут, если что, ограбить его после.

Так или иначе, всё было готово.

Пришлось постараться, чтобы достать нужные вещи.

Еда, деньги и рюкзак. Всё это я достал в кладовой.

За ней почти не следили, ведь по факту там один мусор.

Сегодня же это место самое что ни на есть полезное. Очень удобно было, что рюкзаков там была тьма.

Их использовали слуги, когда родители выезжали в город, сейчас же это очень хорошо играет мне на руку.

Припасы я, очевидно, спёр с кухни.

Служанки вряд ли думали, что я всерьёз сбегаю, поэтому по сути считали, что я заедаю стресс или что-то в таком духе.

Легко представлять ребёнка ребёнком, повезло, что я не ребёнок.

Плевать, в каком я теле, мой мозг говорит за меня громче, чем хотелось бы.

Что ж, последний пункт.

Я перевел взгляд на стену.

Меч, что подарила мне Лия, вот уже почти три месяца висит без дела.

Так продолжаться не может, пора всё изменить.

Я стану лучше, чем когда-либо, выберусь из золотой клетки и заберу Аврору.

Я не уверен, что она пойдёт за мной, но во всяком случае я на это надеюсь.

Скатившись с кровати на пол, я подошёл к стене.

Меч сверкал от ламп. Меня всегда это завораживало, но я никак не мог его использовать.

Что может бесить сильнее этого?

Я взял его в руки.

Лия не врала, когда говорила, что он почти ни черта не весит. В моих руках он и правда казался лёгким.

Таким лёгким, что я мог бы швырнуть его очень высоко, и это было бы просто.

Сейчас же это мой главный козырь, если в пути что-то пойдёт не так. Не хотелось бы, чтобы сегодня у меня не получилось.

Всё было готово, и я с силой открыл окно. Оно выскочило и было отлетело бы в мою голову, но пронесло, и я успел перехватить его рукой.

Я мельком глянул вниз на предмет слежки. Всё было спокойно, лишь птички напевали ночные трели.

Стражник, как я и думал, дрых у задних ворот.

В прошлом я бы, как всегда, назвал это невежеством.

Сейчас меня это, наоборот, радует.

Взяв охапку тряпок, которые ещё днём я связал в узел, я выкинул их вниз.

Они протянулись до земли, и было понятно, что я даже немного переборщил с длиной.

Хотя это не то чтобы важно. Сейчас важнее было выждать идеальный момент.

Я уже начал вылезать через оконную раму, как вдруг услышал стук в дверь. Я уже знал, кто это.

Анна пришла совсем не вовремя.

Быстро вернувшись назад в комнату, я неловко упал на кровать.

— Господин, вы спите?

Раньше этот голос был моей усладой, он всегда предвещал что-то хорошее.

Удивительно, как одна вещь может кратно изменить всё.

— Да, я не сплю, - буркнул я в ответ.

Мне так хотелось, чтобы она ушла, но у неё были другие планы.

— Господин, простите меня за мои слова днём.

В её голосе была мелкая дрожь, казалось, что она плакала.

Мне стало тяжело. Я никогда не видел, как она плачет, и сейчас нас отделяла всего лишь дверь.

Сердце начало стучаться с бешеной скоростью.

Анна — тот человек, что всегда был рядом.

Только сейчас до меня дошло, что я бросаю её.

Когда я сбегу, её могут уволить, а может, и того хуже.

Должен ли я вообще сбегать или стоит остаться ради неё?

Как бы в такой ситуации поступил Кэрон?

Уверен, он бы плюнул на всё и ушёл.

Свобода — это самое важное в жизни.

— Я не хочу говорить, Анна, уходи!

Я снова разозлился с новой силой.

«Не смогла грубостью, попробуешь жалостью. Как я могу тебе верить после всего, что было?»

Анна услышала это, сначала развернулась, но неожиданно снова вернулась к двери.

— Господин, не делай глупостей, о которых пожалеешь в будущем. Это всё, что я хотела бы сказать...

Я не ответил.

Её слова прошли мимо моих ушей.

Зачем мне слушать её, и о чём я могу пожалеть? Ну, ушёл я из поместья, в этом нет ничего плохого.

Свобода, наконец стану мечником, как и хотела Лия.

Уже никто не сможет меня остановить.

Анна, не дождавшись ответа, ушла. У меня на глазах выступили слезы.

Мне было очень тяжело игнорировать её, но что я ещё могу?

Она сама сделала мне плохо, и теперь я должен стать половой тряпкой, о которую все вытирают ноги?

Никогда.

Я снова перелез через раму и пополз вниз.

В окнах было темно.

Это снова играло мне на руку, казалось, всё поместье помогает мне сбежать.

Такое даёт уверенности в себе.

Оказавшись на земле, я первым делом прислонился к стене.

Осмотревшись глазами вокруг, я не заметил ничего странного.

Значит, всё идёт строго по плану.

Я побежал в сторону выхода.

Охранник даже не повёл взглядом, спал он очень крепко.

Подбежав к ограде, я начал перелезать её.

Ноги не слушались, от страха дрожали пальцы так, что я чуть не упал.

Из последних сил удержавшись, я перепрыгнул через ограду и оказался по ту сторону.

На свободе, где никто не будет мной управлять. Я, не оглядываясь, побежал во тьму.

Плохо помня, как дойти до города, я сначала двигался почти на ощупь.

Наше поместье было в лесу, отчего выйти из него в ночь было очень трудной задачей, но я не мог тормозить.

Я бежал довольно долгое время, и наконец впереди показались ночные городские огни.

Это было так волнительно, что казалось, сердце лопнет от напряжения.

Я выбежал на дорогу и оказался в знакомом месте.

Рынок.

Тут мы с Шарлоттой проводили много времени вместе.

Я начал глядеть по сторонам, выискивая возможную слежку глазами, но её не было, и я наконец расслабился.

Руки всё ещё немного дрожали, но уже не так сильно, как при начале побега.

Пройдя вперёд, я увидел очень знакомый силуэт, который сидел у лавки.

«Это... Аврора?»

Суровая Реальность

В потемках мало что можно было разглядеть, но Аврору я узнаю даже если ослепну.

Она, согнувшись, горько плакала, от чего я встал в ступор.

Мне показалось, я сплю, и весь мой побег лишь плод моей фантазии.

Я, чтобы убедиться, подошёл ближе и даже сначала думал дотронуться до неё.

Аврора тут же подняла глаза на меня. Они были набухшие и покрасневшие.

Все мысли о сне сдуло в секунду, и я тут же подсел к ней.

— Что случилось, почему ты не дома?

Девочка смотрела на меня, не отвечая. Она, похоже, тоже подумала, что это её сон.

— Меня прогнали из дома... - всхлипывая, сказала она хриплым голосом.

Почему-то она решила сразу открыться мне. Я не ожидал, что не придётся её уговаривать, как в каких-нибудь романах.

Её слова удивили меня. Что в этом мире может заставить человека прогнать собственного ребенка из дома? Полнейшая ересь.

— За что? Как они могли так поступить?

— Я Гу.. - Аврора уже хотела рассказать, но слова застряли, и она разрыдалась.

Она уткнулась в моё плечо, а я даже не знал, стоит ли говорить что-то.

Я даже не понимал, стоит ли обнять эту девочку, или же она подумает, что у меня плохие намерения.

«Поздно уже думать, надо что-то сделать и как-то успокоить её!»

Отбросив всё, я слегка обнял её, и она не отстранилась, лишь начала рыдать громче.

Мы просидели так минут десять или полчаса.

Я совсем перестал считать время, в голове был туман. Только я строил планы, как всё обрушилось.

Аврора успокоилась, и её слёзы сменились пустым взглядом, направленным в землю.

Мне нечего было сказать, нечего было сделать, и я молчал.

— А ты как тут оказался? - Аврора тихо продолжила разговор. - Разве тебе не нужно быть в поместье?

«Вот уж нет! Никогда я туда не вернусь!»

— Я сбежал, - я тоже сказал это тихо, что удивило меня. - Жить в золотой клетке куда хуже, чем быть бездомным.

Аврора улыбнулась сквозь слёзы и начала смеяться. Видимо, это нервный срыв.

— И что же, - через смех пыталась сказать она, - нам с тобой делать теперь?

Это меня рассмешило, и я тоже начал смеяться. Эта ситуация была совсем не весёлой, но её смех...

Мы смеялись недолго. В наши головы одновременно пришло осознание: «Правда, а что делать-то теперь?»

— Знаешь, - я сразу начал мозговой штурм, - спать нам сейчас негде, а значит, сегодня мы не спим. Нам нужно с утра пойти искать работу, а после, как встанем на ноги, думать о будущем.

— Согласна, - кивнула синеволосая. - Сначала сходим к Марку? Он вроде искал сотрудника на продажи.

— Супер! Так и сделаем, а пока давай займёмся чем-нибудь ещё.

Мы направились в сторону мостовой. Как мне рассказывала Шарлотта, там было очень красиво.

На выходе из рынка стояли двое стражей, и я сразу напрягся.

— Аврора, - шепнул я, - надо проскочить. Что делать будем?

Эльфийка посмотрела вперёд и тут же бросила взгляд на переулок.

— Смотри, там есть проход. Через него будет безопасно, его не охраняют.

Я кивнул, и мы на корточках пошли в переулок. Один из охранников направил фонарь прямо в нашу сторону, но мы успели скрыться.

В переулке было очень темно, а я с собой фонарь взять не додумался.

Аврора достала из кармана маленький свёрток. В нём был кристаллик синего цвета, он слегка блестел на лунном свете.

Она слегка потёрла его рукой, и он начал испускать тусклый свет. Этого хватило, чтобы мы пробрались к мостовой, которая была хорошо освещена.

Этот вид был, пожалуй, самым красивым, который я встречал.

Белокаменный мост тянулся вдаль, скрываясь в ночном тумане. На каждой колонне виднелся фонарь. Это завораживало.

Мы подбежали к мосту и уселись прямо посреди дороги.

— Здесь обычно попрошайки сидят, - запыхавшись, бросила Аврора.

— Ну, вообще прекрасно, что сказать...

Я смотрел на небо. Звёзд почти не было видно из-за тумана.

— Аврора, а что за камень ты достала в переулке?

— А, ты про этот? - она подняла его вверх. - Это магический кристалл. Он хранит в себе манну, и в случае чего с его помощью её можно восполнить. А если ты сильный маг, то можно и заклинание в нём заточить.

— Ничего себе, какие познания. Откуда ты это узнала?

Аврора улыбнулась и распрямила грудь:

— Расспрашивала торговцев на рынке!

— Мог бы я свободно покидать поместье, тоже собирал информацию, прямо как авантюрист...

Мне было грустно осознавать, сколько полезного я терял, сидя в своей клетке.

Аврора ткнула меня в плечо:

— Ну и что? Теперь ты свободен, какой смысл грустить?

— Верно.

Эта эльфийка умеет подбирать правильные слова. Я и правда успокоился.

Мы снова начали сидеть молча, и она уснула, облокотившись на моё плечо.

«Может, стоит её разбудить? Довольно вредно спать на холодных камнях... Хотя пусть спит, её день точно был тяжелее моего».

Время шло своим ходом, и у меня впервые выдалась минутка как следует подумать обо всём.

С тех пор, как я узнал о Кэроне, в моей голове вспыхнул этот план. Да, может, и не стоило действовать на эмоциях, но выбора у меня не было, это точно.

«Анна, почему ты не остановила меня? Почему отцовская прихоть стояла для тебя на первом месте? Даже сейчас я уверен, ты тихо грустишь в своей комнате, не подозревая, что меня нет больше в твоей жизни. Разве стоило оно того? Или, может, стоило послушать мою точку зрения?»

В голове всё ещё было совсем пусто. Мне хотелось прямо сейчас пойти на обучение мечу, но зачем мне это? Я получу от этого какой-то титул, и? Всё так странно. Это сон.

Я совсем перестал ощущать реальность. Лишь Аврора, спящая рядом, была якорем в море, который удерживал меня от паники.

Солнце начало подниматься над горизонтом. Я всё чаще начал видеть проезжающие повозки, а туман отошёл.

Аврора открыла глаза и начала зевать, потягиваясь.

— Как спалось? - спросил я.

— Ужасно... Это был худший сон в моей жизни. А ты так и не ложился?

— Угу.

Я поднялся и сразу ощутил всю боль от просиживания в течение большого времени. Кости страшно ломило, а в голове вспыхивал образ уютного поместья.

— Так! - я ударил себя по щекам. - Нужно идти искать работу. Рынок уже работает?

Аврора кивнула, и мы двинулись туда.

Вспомнив, что я отказался от фамилии, я сразу проверил плащ, который постоянно носил. Фамильной пуговицы не было.

«Хорошо, значит, вряд ли во мне узнают дитя богатеев. Можно быть спокойным».

Мы двинулись в сторону переулка, но не пошли туда, на сей раз выбрав основную дорогу.

Там, по слухам, утром часто можно было встретить всякую различную мутную шпану. Это нам на руку не сыграет.

На рынке было не так много людей. Мы с Шарлоттой обычно приходили позже, примерно через два часа. Она должна была быть тут.

«Точно. Я же сбежал, и меня будут искать. Надо найти работу и, когда будет время, прятаться в укромных местах. Хотя надо перестраховаться».

— Аврора?

— А?

— Нам надо изменить мою внешность, потому что меня могут узнать. Что думаешь?

Эльфийка почесала за ухом и тут же скрылась в толпе. Я решил не двигаться, чтобы не путаться ещё больше.

Я заметил, что лавка Марка была уже открыта, и уже надо было идти туда.

Аврора вернулась с мешком. Она подбежала ко мне, и пока я ожидал, она вдруг высыпала содержимое мне на голову.

— Эй! Ты чего делаешь?

Она не ответила и начала растирать мои волосы. Я перестал сопротивляться, и эльфийка, закончив, потащила меня к зеркалам, что продавались неподалёку.

Мои волосы было не узнать. Вместо светлых были зелёные. Они неестественно блестели на свету, но, думаю, этого хватит.

— А лицо? - спросил я.

— Думаю, они сами плохо знают, как ты выглядишь, и будут искать по ярким приметам. Пуговицу фамильную, как я вижу, ты уже выкинул, а волосы — самая приметная твоя часть.

Я кивнул, согласившись с её доводами, и мы сразу направились к лавке Марка.

Он сидел и точил нож, сосредоточенно проводя его по металлической доске. Завидев нас, он сразу удивился.

— А вы, ребята, чего здесь так рано делаете?

— Не бери в голову, мы теперь в свободном плавании, - начал я. - Марк, ты сможешь дать нам работу у тебя? Ты же вроде искал работников.

Марк нахмурился и начал оценочно смотреть на нас.

— Извините, ребята, - усмехнулся он. - Я не смогу вас взять. Вы маловаты для такой работёнки. Может, вы и умнее остальных детей, но доспехи вы вряд ли таскать сможете.

— Сможем! - крикнула Аврора. - Мы всё умеем!

Марк покачал головой:

— Охотно поверил бы, ребята, но попробуйте себя в другой работе.

«Что ж. Кто думал, что будет просто? Лично я — нет. Надо просто пробовать дальше, и после мы обязательно найдём то место, куда нас возьмут».

Мы пошли дальше, и на глаза первым делом попалась соседняя от Марка лавка. Ей заведовала бабуля. Она рассказывала, что отжала целое состояние у своего скряги мужа.

Это был отличный вариант, ведь она вложила почти двадцать процентов всей суммы в цветы, которые теперь пыталась продать по завышенной цене.

Я сразу подбежал к лавке:

— Привет, Лиам! - сразу окликнула меня бабуля Фельд.

— Здравствуйте, а вам работники не нужны?

Бабуля сделала точно такой же взгляд, как и Марк. Так легко было узнавать торговцев.

Она даже встала и прошла вокруг нас, но, сев обратно, не удивила своим ответом:

— Нет, детишки. Я рада была бы, но вы не сможете мне помогать.

— Точно? Я многое умею! - не унывал я.

— Нет-нет, поищите где-нибудь ещё.

Я развернулся, и мы ушли. У поворота в третий переулок я сел на мешки с зерном и с силой ударил кулаком по стене.

«Всё бесполезно. Если мы получили два отказа подряд, то наши шансы стремятся к нулю, и работу сегодня мы не найдём. Это очень плохо».

Аврора стояла рядом, не зная, что сказать, а время близилось к тому моменту, когда должна была прийти Шарлотта.

— Что делать будем? - спросил я.

— Не знаю, но надо продолжать искать.

— Да, верно.

Я встал, и мы снова пошли на поиски.

Лавка сменяла лавку, но ответ был один и тот же. Так и не найдя работу, мы успели обойти все лавки, кроме чёрного сбыта.

— Выбор у нас есть? - я посмотрел на эльфийку.

Она покачала головой, и мы, уже знатно проголодавшись, отправились туда. Вдруг на рынок прискакали кони, на которых были два рыцаря.

Я сразу узнал их. Это были стражи из поместья — Геральд и Каин. Они часто задирали нос, видя меня. Им казалось, что звание стражника под стать знати. Расстраивать их я не хотел, поэтому молчал.

Они начали расспрашивать людей, и я точно знал о чём. Шарлотты не было, и это говорило о худшем исходе для неё.

Подозрительная работенка

Рынок сбыта. Самое тёмное место всего рынка.

Здесь промышляют грязным бизнесом и почти всегда незаконным.

Рыцари и аристократы не обращают внимания на это место, лишь потому что оно приносит неплохой доход.

Сейчас же для меня с Авророй это было наилучшее место, чтобы найти работу.

Мы прошли мимо двух лавок и скрылись в переулке в последнюю секунду, после чего мимо пронеслись рыцарские кони.

Это место запоминалось вонью, нет, я бы даже сказал диким смрадом, который был тут повсюду.

Хоть это место я не очень любил, местные гадалки были очень хорошими, и с ними многое можно было обсудить.

Аврора сразу подошла к лавке, где продавали зверей. Их либо воровали, либо забирали у погибших.

В основном это были породистые собаки, их очень любили богачи. В остальном — хомяки, попугаи и всякая живность.

Я подошёл следом и лишь слушал диалог, в душе неся надежду, что нас возьмут.

Этой лавкой заправляли брат и сестра. Норд и Ева. Они были скверного характера, и часто не хотелось лишний раз проходить мимо них, ведь они имели страшный талант убеждать.

Так можно было и не заметить, как купишь весь их товар.

Аврора решила договориться умом:

— Ну возьмите нас, пожалуйста, - жалобно крикнула она. - Мы умеем вообще всё: ухаживать за зверями, следить за временем.

— Убеждать ты, малявка, умеешь? - перебила её Ева.

— Ну... да, - Аврора, увы, сказала это неубедительно.

— Тогда продай мне ту вшивую шавку, - Норд указал пальцем за спину.

Аврора начала немного дрожать, смотря на меня. Я пожал плечами, ведь ничего не умел из такого.

— Ну, она из богатых кровей, - робко начала Аврора.

— Да плевать мне, - тут же осадил её Норд. - Как видишь, убеждать ты вообще не умеешь. В тебе ни настойчивости, ни уверенности в собственном товаре. Гуляй, короче.

Я взял Аврору за руку, и мы отошли в сторону. Она была явно задета словами Норда.

— Послушай, всё в порядке. Нам нельзя нервничать. Да, время поджимает, хочется есть, но мы прорвёмся.

Синеволосая не верила мне, и у неё начал дёргаться глаз.

Я больше не мог бездействовать. Я крепко обхватил её руки и тихо сказал:

— Обещаю.

Она покачала головой и, развернувшись, ушла, а я остался один.

Проблемой сейчас была не то чтобы работа, а еда. Нужно было срочно найти что-нибудь, иначе мы сгинем на этом рынке.

Не такую судьбу мне предрекал сам владыка меча Кэрон.

Я побежал к гадалкам. Они всегда сидели на одном и том же месте.

Забежав за угол, я, как и ожидалось, увидел их.

Четыре старушки, сидящих в форме месяца. Прямо сейчас рядом с ними сидела маленькая девочка, заворожённо наблюдающая за магией.

Я тоже засмотрелся, ведь в наших краях совсем мало выдающихся магов.

Они колдовали прекрасные синие, зелёные, жёлтые и красные лучи. Те взлетали вверх и, взрываясь, выпускали столбы света, что растворялись через секунду.

Это была скорее магия шоу, чем что-то реально полезное, но взгляды такое ловило без шансов. Уже толпа стояла рядом с ними.

Это был идеальный шанс. Пришлось бы попросить еды, но выбора у меня нет, а честь не позволит мне украсть еду.

Я прошёл мимо двух стражей, что, засмотревшись на шоу, совсем меня не заметили. Да и мои зелёные волосы хорошо помогали оставаться инкогнито.

Женщина с сыном смотрела на звёзды, и я увидел в её руках маленькую корзинку. У нас такие использовали в основном для продуктов, и я подошёл ближе.

— Извините, - спросил я, - можно ли попросить у вас пару кусочков хлеба для меня и моей подруги?

Светловолосая дама опустилась и, увидев на мне чистые вещи, видимо, не поверила, что я и правда голоден.

Она вздохнула и, покачав головой, снова продолжила смотреть шоу.

Мне же было очень стыдно. Уши покраснели у краёв, и я совсем потерял ориентацию своих действий.

«Разве она сначала не была готова дать мне еды? Похоже, моя одежда снова портит мой образ, и то, что на мне нет пуговицы, означает, что и как подарок для задабривания мне больше не дадут еды».

Медленно, но верно голова начала кружиться.

От голода живот уже попросту болел, и я сел у стены, не в силах продолжать идти.

В глазах потемнело, и я увидел, что ко мне торопясь бежит Аврора со свертком в руке.

— На, поешь, - она протянула свёрток в мои руки.

Я посмотрел на него и задумался: «Обычно в таких свёртках еду носят не очень богатые люди. Такая ткань для припасов дорогая, и её никогда не отдадут вместе с едой, даже если еду всё-таки согласятся дать. Вопрос: где она взяла его?»

— Аврора? - я устало взглянул на неё. - Откуда у тебя эта еда?

По её реакции сразу стало понятно, что рассказывать желания у неё нет.

— Украла... - она понурила голову. - Мне пришлось, иначе мы попросту здесь умрём...

Я кивнул и медленно, немного трясущимися руками, вернул свёрток ей обратно.

— Ты чего!? Поешь!

— Нет, - хрипло произнёс я. - Честь превыше жизни. Никогда я не съем еды, что не получил как добрый знак или же не заработал. Иначе, - я усмехнулся, - какой из меня мечник?

Эльфийка нахмурила брови и, встав, махнула руками:

— Значит, так ты хочешь?

Я снова кивнул, и она, злостно шагая, ушла в толпу.

«Ну вот я и умру. Ха! Даже так, перед смертью моя совесть чиста. Не так плохо, да, Анна?»

Глаза начали закрываться.

Не знаю, сколько я дремал, но когда я вновь открыл глаза, передо мной стояла Аврора и какой-то незнакомый старик.

— Вы видите!? - кричала она. - Он умирает от голода, уже даже двигаться не может!? Будете молча смотреть на это!?

«Ты что творишь, Аврора?»

— Да ладно-ладно, ненормальная, - пробурчал старик и, бросив мешок, он заметно быстрее скрылся.

Я открыл мешок, и содержимое не удивило: батон хлеба, кусок сыра, бутыль молока и немного мяса.

— Доволен? - хмуро сказала Аврора.

— Ещё как! Вот теперь то, что надо! - я уже засовывал в рот целый батон.

От души наевшись, мы с новыми силами двинулись на поиск работы.

Проходя мимо уже знакомых гадалок, одна из них вдруг окликнула меня.

— Сынок, поди сюда.

Я, не смея отказаться, согласился и подошёл ближе.

Бабуля, что сидела слева, встала и повела меня за ширму.

Аврора же осталась снаружи.

Внутри был целый склад всевозможной требухи: фейерверки, хлопушки, мана-камни и много чего ещё.

Сама каморка была довольно маленькая по размеру и старая на вид.

Бабуля, как только скрылась от глаз людей, сразу сняла с глаз две линзы.

Я знатно удивился, ведь свято верил, что она и вправду слепая, хотя подобного стоило ожидать.

— Послушай, есть вариант работы для тебя и твоей подружки, но там руками надо уметь работать.

— В каком плане?

— Ну, пускать кровь, защищать, приказы выполнять, клиента слушать. А платят, то, довольно хорошо.

— И что же это за работа?

— А ты бери девчонку и беги к мостовой. Под ней есть место, крытая палатка. Там всё и обсудишь прямо с нанимателем.

Я быстро развернулся и сразу подошёл к Авроре, вкратце всё объяснив.

— Ну как? Идём?

Аврора прищурилась:

— Ну, вариантов у нас нет, это точно, а значит, всё вполне даже неплохо.

Мы согласились на том, что звучит не слишком подозрительно, и сразу направились к мостовой.