Захарова Татьяна

Разоблачить вампира

Пролог

Поправив фату, я подошла к окну и посмотрела вниз. Так и есть, Владимир уже приехал. И даже начал отрабатывать многочисленные задания моих подруг. Они меня клятвенно заверили, что промаринуют его как следует, прежде чем допустят ко мне. Я вяло улыбнулась, заставляя себя поверить, что все к лучшему. Где я ещё найду такого замечательного человека, который бы терпел все мои заскоки и выкрутасы? Да и красив Владимир, все девчонки мне по-тихому завидуют. И некоторые даже высказываются на тему, как я так удачно устроилась на работу. И это при том, что лично я для сближения ничего не делала. Он сам поставил себе целью завоевать меня. Я же просто уступила его настойчивости.

Я глухо застонала и прислонилась лбом к холодному стеклу. Пора признать, что попытка вывести Максима из тени провалилась. Причем провалилась с треском! И всё потому, что не было его в тени. Он действительно уехал в Великобританию. Наигрался со мной и уехал покорять новые сердца. А все, что я себе нафантазировала за последние полтора года, это просто мечты. Никто за мной не следит и не охраняет, любуясь издалека.

В глазах защипало, и я поспешно зажмурилась. Не хватало ещё испортить макияж, на который угрохала три часа! Глубоко вдохнула и протяжно выдохнула. Мне уже двадцать шесть лет, ждать Максима не имеет смысла. Да он и не обещал вернуться. И несмотря на все доводы рассудка, я прошептала, посмотрев на крыши домов многоэтажек, надеясь, что он все-таки где-то там и услышит меня.

– Забери меня, Макс! – выдохнула и продолжила пламенную речь в пустоту. – Не дай совершить ошибку! Хочешь, я притворюсь, что верю, что ты обычный человек? – Не вовремя вспомнила, как он резко отрицательно относился ко всем инсинуациям по поводу его вампиризма, и добавила: – Хорошо, хорошо, я в это поверю, если ты этого хочешь! Только забери меня! Прошу…

Глава 1

Как я люблю понедельники! Просто обожаю! Особенно, если день не задался с утра, как сегодня. Будильник почему-то не сработал, колготки порвались (хорошо, что были запасные), юбку чуть утюгом не сожгла, а, выбежав из подъезда, поняла, что забыла зонт. Питер никогда особо не радовал солнечной погодой, так чего ещё можно было ожидать от октября? Вот именно – мерзкого мелкого дождя, вперемешку с туманом (и непонятно, что досаждает больше).

Добежав до метро, я почти расслабилась (наплевать, что давка просто невозможная). Не подозревая об очередной гадости, что устроил мне понедельник, я уверенно ступила на эскалатор. Уже внизу, приближаясь к концу ленты, я поняла, что попала: каблук-шпилька оказался зажат между прутьями ступеньки. Освободиться удалось буквально в последнюю секунду. После метро опять пробежка, и, – о, чудо!– я успела вовремя. Даже сама не поверила, взглянув на часы. Почему я так рада своему прибытию на рабочее место в положенный срок? Так это и так понятно всем, у кого генеральный директор компании – самодур, то есть чудо природы. Никогда не знаешь, что может быть причиной увольнения, а что вызовет только легкое недовольство с его стороны. К тому же я – новенькая (всего четыре месяца здесь работаю), так что лучше пока вести себя, как овечка на заклании (на все согласна, только не убивайте!). А работаю я в рекламном агентстве. Нет, не моделью, а младшим творческим сотрудником. То есть, это я придумываю слоганы и макеты для рекламных щитов. Правда, серьезную работу мне ещё не доверяют.

После поспешного прибытия на работу жизнь, вроде, вернулась в привычное русло, то есть выпить кофе, поболтать с подругой, что работает офис-менеджером, поработать немного над очередным проектом, показать начальнику, пойти переделывать макет. Все как всегда: начальник, пока раз десять не погоняет меня туда-сюда, не успокоится. Обычно успокаивается на седьмом или восьмом варианте, и не важно, что он практически неотличим от первого (я как-то специально поэкспериментировала). Снова кофе и сплетни на кухне. Зато после обеда был сюрприз: шеф неожиданно позвал всех на внеплановое собрание.

Зайдя в приемную, я насторожилась: какими-то слишком притихшими выглядели сотрудницы агентства. Проследив за их взглядами, я увидела ЕГО!

Ожившая мечта всех женщин от тринадцати до восьмидесяти одного года: высокий, мускулистый, но при этом стройный, сексуальный мужчина лет двадцати семи-тридцати был одет в строгий классический костюм. Черные волосы, пронзительно синие глаза в обрамлении длинных черных ресниц, причудливо изогнутые брови, прямой нос, твердый подбородок, чувственные губы, белозубая улыбка. Но не это привлекло мое внимание. Его кожа была очень бледной, я бы даже сказала мертвенно белой.

Пока шеф представлял своего нового зама, я не могла оторвать взгляд от этого образчика мужественности (надо сказать, что не одна я страдала от этой проблемы). Когда же он заговорил, последние сомнения отпали: это вампир!!! Я уверена на сто процентов: слишком завораживающий у него голос, и внешность тоже прямо зачаровывающая!

И рано или поздно я выведу этого вампира на чистую воду! Или я буду не я!

Вот только как это сделать?

Во всех фильмах и книгах вампиры усиленно скрывают свою сущность, боясь новой «охоты на ведьм», и только через пару-тройку серьезных «проколов» признаются любимой девушке, что они действительно вампиры. Ну ладно, допустим. Мне хватит и одного «несерьезного» прокола, но все равно слишком долгий путь. Ещё надо становиться любимой девушкой, ещё строить невинные глаза, дожидаясь его осечки.

Значит, надо подстраивать такие ситуации, чтобы он невольно «прокололся» (при этом желательно, чтобы меня не упекли в сумасшедший дом). Итак, что мы знаем о вампирах? Точнее, что рассказывалось в многочисленных романах и фильмах? Реакция на солнце (у разных авторов разная, но все равно есть), чеснок, святая вода, отсутствие отражения в зеркале (не у всех авторов, но у большинства), жажда крови (основное), особенно, если есть открытая рана... это что, мне вены резать надо будет, что ли? Бр-р-р, не хочу! О, клыки (правда, как я понимаю, почти у всех авторов, они появляются перед самим укусом). Я посмотрела на Максима, который приветливо улыбался новому коллективу. Да, зубы, похоже, нормальные. Правда, видны не полностью, тем более клыки (а вы попробуйте улыбнуться так, на все тридцать два, и вас явно неправильно поймут). Что ещё? Сила, скорость, реакция... Это что, покушение организовать, чтобы проверить реакцию? Так, оставим на крайний случай.

Я в задумчивости покусывала губу, пытаясь вспомнить, что ещё говорилось о вампирах. В некоторых романах упоминалось, что они обладают сверхъестественными способностями, но даже если и так, развести на них будет проблематично. А ещё где-то слышала, что пока не пригласишь их в дом, они не смогут войти. Мозги тут же подкинули картинку: я прошу босса (он же зам генерального директора, а значит, и мой начальник) проводить меня до дома, а потом он, типа, напрашивается на кофе... зачем только вампиру кофе? Я согласно киваю, прохожу, но в квартиру не зову. И тут он спокойно заходит как ни в чем не бывало (все-таки этот признак ещё только под вопросом) и решает поужинать мной? Нет, я не боюсь вампиров, просто это вполне возможно. И я, конечно, люблю магию и хочу доказать, что она существует, но не таким образом, пребывая в качестве ужина.

Так, я отвлеклась... Что ещё про вампиров известно? Вроде, они ещё как-то на луну реагируют? А, нет, это оборотни. Я так увлеклась своими рассуждениями, что не заметила, что собрание закончилось и почти все разошлись. Из задумчивости меня вывел оклик шефа.

– Вероника? Вы что-то хотели? – спросил он. Я растерянно огляделась по сторонам. Упс-с-с! Улыбнулась во все тридцать два зуба (вот, и они меня неправильно поняли).

– Э-э-э... – начала я многозначительно. – Просто хотела пожелать Максиму... – Черт, забыла его отчество! Прокашлялась и продолжила: – Удачи на новом месте. – Да, тупость; знаю, надо было просто извиниться и слинять. Но хорошая мысля приходит опосля. Максим же насмешливо улыбнулся.

– Вы считаете, что мне она необходима? – А какой голос, какой голос! Стоп, собраться, тряпка!

– Ну... удача никому не помешает. – Улыбнувшись, я поспешила к выходу.

И тут я увидела... зеркало! Буквально рядом с дверью. Полина, секретарь шефа, чтобы его не раздражать, повесила зеркало подальше от видеокамер (все знают, что в его кабинете есть телевизоры, как и у охранников). Я замерла на секунду, оглянулась на начальников (уже забыли обо мне) и начала искать в отражении Максима... ну, точнее, то место, где он стоял (если судить по фильмам, его в отражении как раз и не должно было быть) или шефа, Владимира Гавриловича – ведь они стояли очень близко. Но так как зеркало расположено было неудобно, я долго пыталась найти положение, чтобы они попали в радиус отражения. И только я подобралась к нему... вот надо было им посмотреть на меня в этот момент!

– Вы что-то потеряли? – вежливо уточнил Максим. Ага, девушка, прижавшись к стене, рядом с дверью, уставившаяся в зеркало во все глаза (выражение лица при этом было мечтательно-зверское, и не говорите, что такого не бывает, сама видела, то есть успела уловить в зеркале, прежде чем испугаться), очень напоминает человека, который что-то потерял! Вы так не считаете? Вот и я тоже так не думаю, но пришлось согласиться.

– Да-да... – слишком поспешно начала я и замолчала: придумать, что я потеряла, не получалось. – Ладно, я потом поищу. Не буду мешать. – И выскользнула за дверь.

Вот чёрт!!! Это ж надо было так засветиться! Гораздо лучше было бы подстраивать ловушки незаметно. А так... ещё ничего не подстроила, а уже привлекла внимание, причем выставила себя полной дурой. Ну, да ладно! Я решительно тряхнула головой и направилась в свой кабинет, по пути продумывая дальнейший план действий. Сегодня из подручных средств у меня есть только зеркало, да и то маленькое, в пудренице. Я всерьез озадачилась, что можно сделать, нервно теребя серебряную цепочку с крестиком. Есть у меня такая привычка: когда я не могу что-то решить, крестик страдает ни за что. Крест?! Это же идея! Не успела я додумать до конца мысль, как увидела объект своих грез, направляющийся вместе с шефом в кабинет моего начальника.

Я быстренько расстегнула верхнюю пуговичку на блузке, потом ещё одну, чтобы крестик сильнее бросался в глаза. Посмотрела в зеркало соседки Лены (о, можно будет «прихватизировать» попозже: все-таки оно больше моего) и осталась недовольна результатам. Чуть укоротила цепочку (застегнула не на замок, а на одно из звеньев) и пошире раздвинула ворот на блузке. Предполагаю, что Максим, увидев крест, зажмурится и отшатнется от меня (помню, были такие кадры в фильмах, были). Потом уставилась на макет, быстро поменяла местами пару слоганов, выровняла основной текст по левому краю, цвета поярче (честно, даже не посмотрела, что получилось), распечатала и рванула в кабинет к начальнику. Рассчитывала столкнуться с руководством в дверях, так как думала, они в гости пожаловали, чтобы чуть ближе познакомиться, а точнее, рассказать о новой субординации, кто кому подчиняется, так что это ненадолго. Но нет, они не выходили. Помявшись с минуту на пороге (остальные сотрудники начали на меня подозрительно коситься, правда, не уловила момент, когда именно они начали кидать на меня такие взгляды), я вздохнула и, решившись, легонько постучала.

– Можно? – выглядывая из проема, спросила я и улыбнулась. А теперь изображаем на лице удивление и ненароком входим в кабинет. – Ой, Владимир Гаврилович, а я думала вы уже ушли! – Чегой-то я забыла?! А-а-а! Убрать папку с макетом от груди, а то выставила, как щит! Все ничего, но крестик-то загораживает! – Я буквально на секунду.– Я сделала движение, чтобы протянуть папку моему начальнику Валерию Григорьевичу, а сама глаза скосила на Максима (надо же проследить за его реакцией). Э-э-э... Кхм... кхм! Он не зажмурился и не отвернулся, а очень даже заинтересованно посмотрел в вырез. Я в недоумении отвела взгляд и поняла, что не один он так заинтересовался. Самой стало интересно: может, я чего-то пропустила? Нет, вроде, все на месте, родной третий размер... Ну, вырез немного нескромный из-за расстегнутых пуговиц (упс, допустим, вырез не немного, а очень даже много нескромный). Папка резко вернулась на прежнее место, и я под её прикрытием застегнула пуговки, смущенно улыбаясь. Пусть лучше думают, что я не заметила, как они расстегнулись: не дай Боже, ещё подумают... даже заикаться об этом не хочу! Я выразительно кашлянула, вновь протягивая папку своему шефу. Он, кажется, не сразу понял, что я хочу. – Я принесла переделанный макет. – Он взял папку и открыл, наверное, по привычке желая сразу же отослать меня обратно, но отчего-то его глаза задержались на листе. Я нервно переступала с ноги на ногу, желая побыстрее свалить. Чувствовала на себе насмешливые взгляды вампира, не совсем понимая, чем его так рассмешила.

– Э-э-э... смело! – наконец, выдал шеф. Это он про что? Моя бровь медленно поползла вверх. – Необычное цветовое решение. – И он повернул листок! «У-у-у-у» – только и подумала я, прищуриваясь из-за ряби в глазах. Там была такая мешанина цветов, что текст было просто не прочитать. Нет, я, конечно, понимаю, что некоторые модницы сочетают в своей одежде часто абсолютно не подходящие друг к другу цвета и при этом выглядят смело и экстравагантно, но рекламные щиты – это немного другое. Я беззвучно открывала рот, а шеф продолжил: – Да и текст... Вы решили шарады составлять? Думаете, зрителя привлечет такая игра? – Вот не знаю, как это получилось, но... Буквы в словах как-то поменялись местами (не во всех, а в тех строках, что я, по идее, поменяла местами), один слоган на середине менялся другим. Если знаешь, о чем реклама, это забавно, а так... Ой-ё-ё-ё! Главное, чтобы не выгнали, а то не успею разоблачить вампира.

– Я все переделаю, – быстро пробормотала я.

– Не все, – остановил меня Максим. – В слоганах надо поменять местами по слову, не больше, возможно, и правда привлечет внимание. А цвет? Достаточно одного яркого цвета, фон более тусклым сделай. – Я, как болванчик, быстро закивала, тактически и незаметно отступая к двери... ну, не тактически и не незаметно, а быстро и стремительно, но сути-то не меняет. И через несколько секунд я была уже на своем месте, переводя дыхание. На коллег старалась не смотреть, но взгляды-то все равно чувствовала.

Пара глубоких вздохов, и я спокойна. Подняла взгляд и уставилась в экран монитора, на котором был изображен макет. Хорошо, что я не сохраняла, так что сделала пару откатов, и он предстал в нормальном виде. Распоряжение руководства лучше выполнить в скором времени. Положив рядом с собой выпрошенное у Лены зеркало (а чем черт не шутит, может, и успею быстро настроить зеркало), я принялась за макет. Слышали выражение «Выслушай женщину и сделай все наоборот»? Вот и я решила действовать по этому же принципу. Буквы я оставила в черном цвете, зато какой фон сделала (рука так и тянулась к ярко-розовому, но тогда бы это была реклама для блондинок)! Слоганы тоже не стала трогать, а вот основные характеристики продукта (кстати, это было лекарство от простуды и гриппа) как следует помешала. Получилось вроде: снижает иммунитет, повышает температуру и так далее. Смотрелось глупо, зато эффектно. Увлеченная издевательством над рекламой, я не заметила, как высокое руководство покинуло кабинет моего непосредственного начальника, да и как вампир приблизился ко мне, тоже прохлопала: сижу-то практически спиной к заветной двери. Зато, услышав его голос, чуть не подпрыгнула на стуле.

– Как успехи, Вероника? – спросил Макс своим завораживающим тенором.

– А-а-а? – задала я очень умный вопрос, поворачиваясь к нему лицом. В это время мозг обрабатывал полученную информацию. Бесшумная походка – это явно от вампира, но, увы, как доказательство не подходит. А жаль! Максим же смотрел в монитор моего компьютера, то есть на макет.

– Вижу, дело продвигается, – наконец, сказал Максим, сдерживая улыбку. – Получилось забавно, но не думаю, что заказчик проникнется таким текстом. – И к концу фразы уже вовсю улыбается. А какая у него улыбка-а-а-а!

– Зато эффектно, – с секундной заминкой выдала я. А рука уже так и тянется к зеркалу. Вот только как незаметно это провернуть? Может, когда он отвернется и пойдет к выходу? Максим хмыкнул, соглашаясь со мной. А я всерьез задалась вопросом: ладно, вампира в зеркале не будет видно, а что с его одеждой?! Вот вампир без одежды – это гораздо интереснее, а наоборот – не очень, но все равно хочется взглянуть. Чувствуется, молчание немного затягивается. – Да не переживайте так, я в любом случае не собиралась такой вариант показывать Валерию Григорьевичу. – И только в этот момент обратила внимание на тишину, что стояла в нашем кабинете. Если учесть, что в комнате было помимо нас шесть человек (двое из них – начальники), то это немного настораживает. Оглядевшись, поняла, что мои подозрения подтвердились. Девушки просто пожирали глазами нового зама (скоро точно облизываться начнут), шефы делают движение в нашу сторону. Э-э-э, нет! Так не пойдет!!! Если В.Г. увидит мою «рекламу», меня точно уволят. Я же говорила, он – чудо природы, и боюсь этого «чуда» без чувства юмора. Я бросила жалобный взгляд на Максима – как бы его спровадить? – Вас, кажется, ждут. – И кивок в сторону начальников. И мило так улыбнулась. Максим кивнул и поспешил навстречу.

Зеркало тут же очутилось в моих руках, и я начала настраивать его, не обращая внимания на круглые глаза моей соседки. И что вы думаете, я там увидела в первую очередь? Изумленное лицо шефа, который смотрел как раз на зеркало. «Всё, встряла!!!» – успела подумать я (прихорашиваться при шефе – последнее дело, если учесть, что даже его секретарь прячет зеркало), когда увидела, как он мне подмигнул! Я проморгалась, уверенная, что мне почудилось, и убрала зеркало подальше. Ничего, ещё успею проверить вампира на наличие отражения.

Дальше день протекал без таких эксцессов, если не считать подозрительные взгляды коллег. Минут через пятнадцать Лена выдала мне ехидным голосом:

– Думала, что он оглянется посмотреть на тебя? – Это она о зеркале спрашивает? Вот уж не полагала, что она придумает такое объяснение моей выходке! Но не объяснять же, в самом деле, зачем оно мне понадобилось?! Я безразлично пожала плечами, стараясь не обращать внимания на настырные взгляды сотрудниц. И тут меня осеняет, что такое мелькает в их взглядах: зависть, примитивная женская зависть. Пытаюсь проанализировать ситуацию в обратном порядке: красавец-мужчина спрашивает, как мои успехи, улыбается мне, причем называет меня по имени – и как умудрился запомнить? А до этого девушка, рвущаяся в кабинет начальника, причем манипуляции с пуговицами видели все! Да?! Вот это я попала! Женская зависть хуже ядерной бомбы: никогда не знаешь, где и когда подорвешься!

– Да нет, – наконец, сказала я «очень убедительно». – Зам меня не интересует. – По глазам девушек вижу, что они мне «поверили». И что прикажете мне делать? Что бы такого придумать, чтобы подостовернее звучало? В голову пришла хорошая идея, главное – чтобы потом мне за это самое голову не оторвали. Я постаралась как можно небрежнее пожать плечами. – Да, конечно, он красивый, вот только слишком слащавый. К тому же, мне кажется, он чересчур бледный. А вообще, если серьезно, я думаю... – доверительно понизила голос, девушки заинтересованно прислушивались к нашему с Леной разговору... О, то, что доктор прописал! Посмотрев по сторонам (и это было не на публику: обычно всегда, когда говорят абсолютную чушь о конкретном человеке, этот объект как назло услышит высказывание) и не обнаружив вампира, я чуть подвинулась вперед. А теперь серьезное выражение лица... и: – Новый зам – голубой.

Ой, что тут началось?! Все девушки наперебой заговорили, доказывая, что он обычной ориентации (какие только «доказательства» они не придумывали). До чего богата женская фантазия! Хотя и все доводы сводились к тому, что он не ведет себя, как гомосексуалист. Ой! Главное, чтобы Максим не узнал, от кого пошли такие слухи! Вампир вампиром, но ни один нормальный мужчина не стерпит обвинения в «голубизне». Ведь судя по его заинтересованному взгляду в вырез моей блузки, этим здесь и не пахнет. Через час активных дискуссий по поводу ориентации Максима в кабинет вбежала запыхавшаяся Люда, офис-менеджер, она заглядывала к нам примерно на пятой минуте обсуждения животрепещущего вопроса.

– Он не голубой! – объявила она на весь кабинет. И как это она узнала? Все сразу замолчали и посмотрели на неё. – У него даже невеста есть! – Надежда на лицах сотрудниц сменилась разочарованием буквально за секунду. Я же с трудом сдержала хихиканье, поражаясь быстроте Люды. Да разведка бы удавилась от зависти: выпытать такие сведения у абсолютно незнакомого человека за двадцать-тридцать минут – это нечто!!! При этом Люда наверняка даже не вызвала у вампира никакого подозрения! А может, он уже привык к таким «ненавязчивым» расспросам и на автомате выдает что-то типа «Извините, мое сердце уже занято»? А что с девушками нашего отдела? С минуту они пребывали в состоянии, близком к отчаянию, а потом... Я видела, как надежда озаряет их лица. А что: невеста – не стенка, подвинется! Спустя минуту разговоры возобновились, теперь обсуждали его невесту, строили гипотезы, кто она такая и с чем её едят. И обо мне на время забыли! Ура!!!

Глава 2

Когда же я в конце дня подошла к Люде, она задала мне гениальный вопрос.

- Неужели Максим не обратил внимания на твои расстегнутые пуговички? – Я чуть нахмурилась, поднимая на неё взгляд.

В её голосе мне только что послышались ехидные нотки. Неужели тоже ревнует?! Я улыбнулась, пожав плечами, и постаралась перевести разговор на другую тему. Зачем я пыталась разговорить Людмилу? Так мне ж надо как-то время скоротать, пока я дожидаюсь Максима! Почему дожидаюсь, и почему именно у Люды? Она совмещает функции и офис-менеджера, и администратора, так что её рабочее место расположено на входе в наш офис. И в этом стратегическом месте я точно не пропущу уход Максима. Зачем мне это надо? Просто я вспомнила, где в нашем здании есть достаточно большое зеркало, да такое, что мне не придется искать его отражение: в лифте!!! Правда, существует мизерный шанс, что он пойдет пешком по лестнице, но он слишком мизерный.

И вот стою я уже в верхней одежде (правда, пуговицы на пальто я не застегнула: вдруг долго придется ждать), отвлекаю Люду разговором и периодически посматриваю на коридор, из которого должен появиться Максим. В конце концов, подруга выдает:

– А ты, случаем, не Максима ждешь? – с насмешливой интонацией спросила Люда. Ох-х-х, прибила бы я её за такую проницательность, но нельзя!

Я вновь пожала плечами. Это глупо, но я не любила врать, тем более друзьям! Знаю, что это даже не модно, но ничего не смогу с собой поделать.

– А ты сегодня до какого времени планируешь здесь сидеть? – вновь попыталась сменить тему. Люда пожала плечами, выключая компьютер.

– Да, думаю, минут через пятнадцать пойду. Но ты так и не ответила на вопрос... – Людмила взглянула в коридор и замолчала. Я посмотрела в ту же сторону и увидела Максима.

– А-а-а... – протянула я, быстро переводя взгляд обратно. – А я вспомнила: меня же мама попросила заглянуть на рынок. Так что, извини, не смогу тебя дождаться. – Людмила лукаво улыбнулась мне, но от подмигивания воздержалась. Я поспешно надела берет и бросила быстрый взгляд в зеркальце. – Ладно, пока! Завтра поболтаем.

Максим уже вышел из офиса, направляясь к лифту. Я планировала неторопливо дойти до лифта, пока он дожидается его, но забыла, что сегодня понедельник. Пакет зацепился за ручку двери, я же не сразу это заметила, прошла ещё пару шагов и чуть не навернулась обратно: дверь в офис, зараза, тяжелая! Освободив, наконец, пакет, я увидела, что вампир уже заходит лифт, и рванулась на бешеной скорости.

– Подождите! – воскликнула я, придерживая двери лифта. И только прошмыгнув внутрь, поняла, что он переполнен.

Но ничего не запищало, и мы двинулись вниз. Стоит ли упоминать, что я буквально упиралась лицом в плечо Максима и зеркало при всем моем желании не могла увидеть? Зато чувствовала насмешливый взгляд вампира. Подняв глаза, я убедилась, что мои ощущения верны. Да что ж его так смешит весь день?!

Естественно, из лифта я вышла первой и гордой походкой направилась к выходу из здания, пытаясь понять, что же думает обо мне Максим. Двери в здании, как и в большинстве бизнес-центров города, были стеклянные, плюс на улице уже стемнело, но я все равно не сразу поняла, что я вижу не только свое отражение. Я даже замерла на мгновение, встретившись взглядом с Максимом в отражении. По инерции открывая дверь (мозг ещё не мог смириться с таким проигрышем), я делаю шаг вперед, потом ещё один. На третьем я оказываюсь в свободном полете, так как кто-то явно забыл о ступеньках. Успеваю конкретно испугаться, когда меня за плечо ловит сильная рука и тянет обратно. Шумно перевожу дыхание и с благодарностью шепчу вампиру:

– Спасибо! –Решаюсь обернуться и вновь вижу смешинки в его глазах.

И только тут понимаю, как близко мы стоим. А сзади уже скапливается очередь людей из всё того же лифта.

– Не за что! – обезоруживающе улыбается он мне, придерживая за руку, пока мы спускались вниз, чтобы освободить дорогу. И уже чуть в стороне развернул меня лицом к себе и спросил: – Но о чем же ты так сильно задумалась, что не заметила ступеньки? «О тебе, о тебе, милый упырь!» – думаю я; наверное, мои глаза озвучивают мысли, так как в его глазах вновь смешинки. Хотя после всего сегодняшнего неудивительно, что он пришел к аналогичному выводу.

– О макете, – на автомате отвечаю я, в то время как мозг, наконец, складывает один плюс один. Так он решил, что я влюбилась в него, как последняя дурочка?! Вот, бли-и-и-н! Хотя... это лучше, чем если бы он пришел к правильным выводам. Максим хмыкнул, но не прокомментировал. – Увидела вас и вспомнила ваши советы насчет него. – Я как можно убедительнее пожала плечами. – Ещё раз спасибо! И до свидания! – Я торопливо попрощалась и пошла к метро, мимоходом заметив удивление в его взгляде. Что, не ждал?! А вот, «получи, фашист, гранату!» И вовсе не ищу я встречи с тобой. То есть ищу, но не для того!.. Ну, думаю, все всё поняли!

Возмущение так и распирало меня, пока я шла до метро. И уже в метро вспомнила его отражение в стекле. Черт, а все было бы намного проще, если бы этот признак был подлинным! Отсутствие отражения в зеркале – что может быть достовернее! В зеркале?! Так это же было стекло! – Я чуть не запрыгала от радости (благо, вспомнила, что я на эскалаторе). – А чем отличается зеркало от стекла? Ага, в нем используется что-то вроде серебряной слюды (если я ничего не путаю). Серебро?! Точно, для убийства вампиров используется как раз серебряные пули. Правда, убивать, да и калечить я его не собираюсь, но что мне мешает «случайно» дотронуться до него каким-нибудь серебряным украшением? Небольшой ожог ему точно обеспечен! Я тихонько захихикала, не обращая внимания на странные взгляды окружающих.

Итак, план на завтрашний день почти созрел! Первое – обвешаться всеми украшениями из серебра, что у меня есть! Второе – приготовить блюдо с огромным количеством чеснока (простите меня, коллеги!) и скормить его вампиру. Даже если он никак не отреагирует на него, запах-то какой будет! Невесте точно понравится! Заодно проверим, едят ли вампиры человеческую пищу. Пункт третий – спросить у мамы: вдруг дома завалялась где-то святая вода. Хотя сомнительно, после Пасхи прошло больше полугода. Пункт четвертый – достать большое зеркало или купить! И, наконец, пятое – найти старый пленочный фотоаппарат. Насколько я помню, в пленке тоже содержится серебро, и, наверное, именно поэтому, они не отображаются на таких фотографиях. Можно попробовать и с цифровым фотоаппаратом, но что-то подсказывает мне, что эффекта не будет. Эх, интересные меня ожидают денечки! Да и вампира тоже!!!

Но дома меня ждало разочарование. Когда я спросила у мамы самым невинным тоном про святую воду, она ответила мне таким взглядом... Знаете, в детстве я под его действием признавалась во всех смертных грехах, и не только в уже совершенных пакостях, но и только задуманных. Хорошо, что с возрастом у меня выработался иммунитет. Вот только в чем она меня заподозрила? Неужели вспоминает тот случай восьмилетней давности, когда я почти таким же тоном спросила про святую воду. Дело в том, что в конце апреля к нам в школу перевелся мальчик-альбинос. По биологии мы ещё не проходили тему «гены», и, естественно, я предположила... Думаю, вы догадались. К тому же он был очень вредным и противным и периодически доставал меня. Короче, я решила избавить мир от этой «нечисти». Он гораздо сильнее меня, так что осиновый кол не помог бы, а вот облить святой водой... И нет, чтобы сделать все по-умному (вылить ведро воды из окна нашего кабинета на проходящего мимо Ваню, а потом быстро спрятаться)! Я решила действовать открыто. И все можно было бы списать на неудачную шутку, если бы я не закричала до этого во весь голос:

– Сгинь, нечистая сила! Вот тебе, упырь доморощенный! – Не знаю, может, во мне заговорил инстинкт охотника на вампиров (ведь до этого я как-то скрывала свою веру в магию). Что ждало меня дома, после того как папу вызвали в школу (до мамы просто не дозвонились)! Он решил вспомнить дедовские способы воспитания. И не важно, что мне почти пятнадцать лет было! В тот день сидеть на попе было проблематично. А потом мне ещё месяц не разрешали даже в руки брать книги в стиле фэнтези (изверги!). Опять отвлеклась! Я продолжаю невинно улыбаться маме, она все ещё ждет, что подействует фирменный взгляд. Стоим мы так уже минут пять.

– Нет, – наконец, отвечает мама. – Откуда сейчас у нас может быть святая вода? – Я разочарованно выдохнула и пошла на кухню, проверить запасы чеснока, мама – следом за мной. – А зачем она тебе?

– Да так... просто... – Знаю, надо было заранее сочинить отмазку. Но сами подумайте: зачем может так срочно понадобиться святая вода человеку в двадцать первом веке, при том, что особой набожностью я никогда не отличалась? Нет, я, конечно, верю в Бога, но все эти ритуалы... Короче, в церковь я хожу раз в полгода, и то по праздникам. Ну что ж, в ближайшую субботу изменю этой традиции. И без того подозрительный взгляд мамы стал просто обвиняющим, когда я в первую очередь, зайдя на кухню, полезла в овощной отдел холодильника, а не заглянула под крышки кастрюли и сковороды.

– И что же ты ищешь? – обманчиво мирно спросила мама.

– Да пиццу хочу постряпать завтра на работу... – пожав плечами, сказала я. Об этом я задумалась заранее. – Вот и смотрю, есть ли у нас помидоры и чеснок? – И то, и другое оказалось на месте. С трудом удержалась от радостного потирания ладоней. А для мамы сказала: – Угу, значит, самое необходимое есть. – И чтоб сильно не нарушать семейные традиции, заглянула в кастрюлю. – Какая вкусняшка! – Смотрю, мама сразу успокоилась. Поужинав, занялась пиццей. Я уже как-то приносила на работу свою фирменную пиццу, так что сотрудники не будут удивлены этим поступком. И многим она понравилась. А вот это уже плохо: я же принесу её для всех, так что чесноком будет разить не только от Максима.

Хорошо, что мама отвлеклась на сериал, а то представляю, что бы она сказала по поводу количества чеснока. «Что ж, попробуем закосить под остренькую пиццу», – думала я, добавляя черного перца. Поставила её в духовку и занялась поисками пленочного фотоаппарата. После десяти минут поисков в моей комнате царил полный бардак. Зато зеркало подходящее нашла. На очередной грохот пришла все-таки мама. Я не стала скрывать причину бардака.

– Так ты же его кому-то отдала, – после минутных раздумий выдала мама. Да? Вот... свинство! А кому я отдала фотоаппарат, не вспомнила ни я, ни она. Ладно, поспрашиваю у подруг. И тут я вспомнила о пицце. Уф-ф, слава Богу, не подгорела! Теперь надо ещё в комнате порядок навести, и можно будет спокойно подумать, какие ещё пакости можно устроить Максиму. Цифровым фотоаппаратом я все-таки попробую его снять – может, все же будет эффект? Попытка – не пытка.

Целый вечер я рыскала в Интернете в поисках новой информации о вампирах. Ничего нового для себя не открыла, зато кое-что вспомнила: у них холодная кожа. После этого минут пять зависала в прострации, пытаясь вспомнить, какая же у него температура тела. Ведь за прошедший день мы три раза были очень близки друг к другу – то есть стояли рядом, но как звучит-то! Раз – в кабинете, когда он изучал переделанные слоганы, два – в лифте, три – когда я чуть не оказалась у его ног, а точнее, когда он успел удержать меня от падения на лестнице. Кстати, об этом: хорошая у него реакция... жаль, что все равно не сойдет за доказательство его вампиризма. Вернемся к температуре: хоть убей, но не могла вспомнить, исходил ли от него холод. Но ничего страшного: дотронуться до него не так уж трудно в отличие от устройства других попыток. И, пребывая в приподнятом настроении, я легла спать.

А утром я опять проспала! С моим будильником точно какие-то проблемы! Собралась за несколько минут, успев забросить шкатулку в сумку (на работе определюсь с серебряными украшениями). Схватила пакет с пиццей и побежала к метро.

На работу я все же опоздала, и Люда не удержалась от шутливого замечания:

– И что же случилось? Поди, всю ночь строила планы по соблазнению нового зама? – Я понимала, что в этой шутке только доля шутки, поэтому ответила в том же духе:

– Ага! И, как видишь, сейчас выполняю пункт «а»: выглядеть всегда на сто процентов! – С учетом того, что я не накрашена, одета не особо, так как схватила первое, что попалось под руку, а волнистые волосы торчат во все стороны, думаю, шутку она должна была оценить. Но не оценила, бросив на меня странный взгляд.

Не задерживаясь у неё, я устремилась в кухню. Поставила пиццу в холодильник – и бегом на рабочее место. Включаем компьютер, ставим сумку на стол (типа, я уже на рабочем месте), предварительно вытаскивая из неё косметичку, и уносимся в дамскую комнату рисовать лицо и... пытаться что-то сделать со своими волосами. Кстати, о них: они у меня темно-русого цвета, но при определенном освещении кажутся рыжими, длинные, ниже лопаток, и волнистые. Если их хорошо уложить, так я просто конфетка! Но вот в чем проблема: от влажности они начинают пушиться и торчать во все стороны. А с учетом того, что я живу в Питере, ежедневные пытки моим волосам обеспечены. О! Я совсем забыла, что не описала себя, красивую. Как там принято? Утонченное лицо, то есть правильной овальной формы, прямой аристократический нос, изящно выгнутые темные брови, длинные черные ресницы (спасибо туши)... Чего-то я сбилась. Ну, короче, я умница, красавица, как говорится, сам себя не похвалишь... Ещё короче: я очень красивая девушка, в самом расцвете сил. Фигура 90*60*90, и это именно фигура! Обычно не ищу приключений на последние девяносто. А самое запоминающееся в моей внешности – яркие голубые глаза, без разных примесей. Я знаю себе цену, именно поэтому так злюсь на предположения, что я бегаю за нашим новым замом в надежде привлечь его внимание.

Макияж занял пару минут, а вот волосы... Э-эх, иногда думаю подстричься налысо! Но, как говорят, мечта должна быть неосуществимой. Кое-как пригладив локоны, я последний раз взглянула в зеркало. Жаль, что с одеждой поделать ничего нельзя. Очутившись вскоре на своем рабочем месте, стала рыскать в шкатулке. Хорошо, что сегодня на меня уже особо не обращали внимания. Сменила все украшения на серебряные, на руку надела браслет и повесила на него крестик. Знаю, что это неправильно, зато так надежней. Как «так»? Если я дотронусь до вампира не просто серебряным украшением, а крестиком. Вчера он не подействовал? Возможно, Максим его просто не заметил, хотя сама не верю в это.

Зеркало и фотоаппарат положила в верхний ящик тумбочки, чтобы в случае чего быстро достать, и приступила к своим непосредственным обязанностям. Правда, прежде позвонила Люде. Поболтала минут пять с ней на важную тему «ни о чем» и «плавно» перешла к делу.

– Можешь звякнуть мне на телефон, когда новый зам пойдет себе делать кофе? – максимально невинно спросила я. Насколько знаю, у него секретарши ещё нет, так что данную процедуру он должен делать сам. А мне его надо было выловить на кухне. Только чего-то я раньше не подумала о том, что вампиру, в принципе, нечего делать на человеческой кухне. Ну, это в том случае, если они и вправду не употребляют обычную пищу, а это ещё неизвестно на сто процентов.

– Хорошо, – после минутного колебания ответила подруга. Даже не спросила, зачем. Хотя, с её точки зрения, и так все понятно: я просто ищу встречи с ним. И ведь не поспоришь: ищу. Повесив трубку, я стала ждать. Около одиннадцати поняла, что мой желудок скоро обнимет позвоночник. Вспомнила, что не успела позавтракать, и направилась в кухню. Кажется, там были общие конфеты и чьи-то печенюшки. Сама я к своей пицце даже не притронусь. Но на кухне меня ждал сюрприз. Девчонки из соседнего отдела (бухгалтерии) уже достали «остренькую» пиццу и поставили в микроволновку. Заметив мой взгляд, Света поспешила меня «успокоить».

– Ты же все равно её для всех принесла? – заискивающе улыбаясь, предположила она. Ничего не оставалось, как согласно кивнуть, улыбнувшись на все тридцать два. Чесноком, естественно, запахло, пришлось признаться:

– Я немного чеснока добавила, но думаю, после «Орбита» запаха не будет. – После блока «Орбита» на каждого, может, и не будет! Но главное – предупредить. Я это сделала. И вот как только они достали уже нарезанную горяченькую пиццу, в кухне и появился Максим, я сдержала зловещий смех и, положив на тарелку кусочек, невзначай приблизилась к вампиру.

Не подозревая о подвохе, он улыбнулся всем присутствующим.

– Доброе утро! – поздоровался Максим. Так, трупы можно выносить (это я о девушках из бухгалтерии): хотя они ещё стояли, но взгляд потерял осмысленное выражение. Вот оно, убийственное очарование вампиров! Девушки улыбались и кивали, как болванчики. Одно хорошо: временно забыли о пицце, поэтому раньше времени не станут меня «благодарить».

– Доброе утро, Максим Викторович! – как можно доброжелательней сказала я. Делаем скромное выражение лица, и ненавязчиво предлагаем, протягивая тарелку. – А я сегодня пиццу собственного производства всем принесла. Весь вечер вчера потратила на её приготовление... – Угу, заколебался, не знает, как отказаться и при этом не выглядеть грубияном! Что ж пустим в дело мой фирменный взгляд: просительно-невинный и при этом ласковый; ни один мужчина ещё не смог перед ним устоять, не зря столько тренировалась перед зеркалом. – Угощайтесь. – Он против воли берет в руки тарелку, я аккуратно забираю его чашку. – А я вам пока кофе приготовлю. – Все-таки хорошо, что шеф не поскупился на кофемашинку.

– Э-э-э... спасибо, – наконец, произносит вампир. – Двойной капучино, без сахара. – Дело буквально на пару секунд (в смысле, он пропадет из поля моего зрения на это время), но все равно волнуюсь. Быстро нажала комбинацию и, обернувшись, смотрю на вампира все тем же взглядом. Наконец, он сдается под его воздействием и, взяв кусочек, подносит его ко рту. При этом все так же задумчиво смотрит на меня (от нетерпения я чуть не прыгаю на месте). Откусывает, жует и преспокойно глотает (специально следила за кадыком, чтоб не притворился). Все же под моим взглядом, он чуть поперхнулся (или это все же от чеснока?). Я отворачиваюсь к кофемашинке, чтобы скрыть разочарование, беру его кофе и несу ему (тот уже слопал половину кусочка, когда я отдаю ему кофе). Всё! Уносите ещё один труп (то есть меня)! «Так нечестно!» – чуть не захныкала я.

Отдаю ему чашку, мимоходом наши руки соприкасаются; вот на это я и рассчитывала, предлагая приготовить кофе! И я уже чуть ли не рычу от разочарования. Его руки чуть холоднее моих, но не ледяные! Не знаю, что отражается на моем лице, но Максим ободряюще улыбается мне. И, дожевав пиццу, сказал тепло:

– Спасибо тебе за заботу, Вероника! – дежурно улыбаюсь в ответ (точнее, просто скалюсь), кивая головой. И он с недопитой чашкой кофе, выходит из столовой. Все-таки я топнула со злости ногой. Ведь даже не сказал, что вкусно! Можно было бы хоть к его неадекватным вкусовым рецепторам прицепиться. Черт! Девочки, наконец, отмирают (до этого молча стояли, во все глаза наблюдая за нами) и начинают активно обсуждать Максима (пока я здесь, мои косточки в безопасности, в смысле, перемывать их не будут). И раскладывают пиццу себе по тарелкам. О-ой! Пора линять отсюда! Схватив свой кофе и не прощаясь, я рванула в кабинет: Авось, не достанут меня там!

Глава 3

Три часа дня... Продолжаю гипнотизировать часы, чтобы время ускорило бег. Стараюсь не морщиться от запаха, стоящего во всем офисе: мята, арбуз, дыня, земляника (вот кто больше наивен: производитель жевательных резинок или обыватель?), пытающиеся перебить убийственный запах чеснока. И так везде! Проветривание не помогает. И даже то, что от меня пахнет так же, как от остальных, не успокаивает! Почему я все-таки съела пиццу? Я ж, вроде, не хотела?! Но меня никто и не спросил!!! После того как на обеде парочка сотрудниц из моего отдела попробовали шедевр кулинарного искусства... Короче, они как-то сразу сдружились с девочками из бухгалтерии (до этого их мир никак не брал). Сначала отловили меня и заставили съесть кусок побольше (а что, вкусно, но уж очень остро). А дальше... По «доброте душевной» решили позаботиться об остальных сотрудниках, чтобы никто голодным не остался (женская логика во всей красе: не одним же страдать), каждому персонально принесли по кусочку «вкуснятины». Как они не выдали сразу секрет пиццы (неужели не дышали совсем?), не понимаю. Но как результат – непередаваемый запах в нашем агентстве. Одно радует: грипп, бушующий в городе, до нас сегодня не доберется (хм-м... а может, и до конца недели). Если клиенты и хотели к нам сегодня зайти, думаю, они разворачивались на входе.

Полчетвертого! Тихо молюсь, чтобы шеф не вернулся до окончания рабочего дня, надежда-то появилась (свалил В.Г. как раз перед обедом, куда, не знаю). Как ни странно, линчевать меня не собирались. Просто кидали злорадные взгляды! Ага, уже знают, что я Максима своей стряпней угостила! Думали, что я искала самый проверенный путь к сердцу мужчину. Три «ха-ха»!

Почему тогда настроение такое паршивое?! А вот вам бы такой облом! Стараюсь не печалиться раньше времени, но уже два признака полетело к чертям! К тому же Максим свалил с генеральным, и времени проверить серебро не было, а также попробовать все же поймать отражение в зеркале или сфотографировать.

Без пятнадцати четыре. Забегает Люда и со страшными глазами восклицает:

– Шеф только что подъехал! – И бежит дальше. Все без разговоров открывают двери и окна нараспашку. Наивные, они уже несколько раз пытались проветрить!

– Может, все же валерьянку? – в который раз предложила я. Вот она точно перебьет запах, но наши дамы, да и кавалеры тоже, предпочитают чеснок запаху «бабушкиного» лекарства. А мне же просто не дают его принять. Дружный злой взгляд на меня, и ещё по жевательной резинке каждый закинул в рот.

Звук хлопнувшей входной двери (я же говорила, что она тяжелая, вот и звук поэтому такой громкий). Вслед – несколько почти синхронных хлопков (все поспешно закрывают двери в свои кабинеты). Все притаились (даже радио нигде не звучит), не дышим (точнее, только носом), прислушиваемся. Почему все пытаются скрыть от шефа плачевное состояние? Про чудо природы никто не забыл? А вот если это чудо узнает, что такой запашок стоит уже несколько часов и после обеда не было ни одного клиента... Полетит не только голова «кулинара» (и не факт, что моя). Затаив дыхание, надеемся, что он просто пройдет в свой кабинет. Но он, о чем-то негромко переговариваясь с подозрительно знакомым баритоном, направился в кухню. Уй! Может, они просто по кофе нальют и не успеют почувствовать?! Ведь там с обеда окно открыто. Надежда умирает последней!

Без пяти четыре. Минуты три в офисе стояла тишина! А потом... хотелось бы сказать: «Полный абзац подкрался незаметно», но не могу. Топал наш шеф знатно. Я не поднимаю взгляд, надеясь, что, может, он все же пройдет мимо моего стола. Ещё целых двадцать секунд якорь земной меня удерживал, а потом...

– Вероника!!! – рявкнул шеф. Думаю, генералы в нашей армии обзавидовались бы, услышав этот командный рык. Я подпрыгнула вверх, невольно вытягиваясь по струнке. Хорошо, хоть честь не отдала.

– Да, Владимир Гаврилович! – строю из себя ничего не понимающую дурочку.

– Что это? – чуть ли не сует в лицо покусанную пиццу, спрашивая, шеф. И тут я улавливаю исходящий от него знакомый аромат. Ой! Точнее: а-а-а-а-а!

– Пицца, – гениально отвечаю я как можно невиннее. Не, я не блондинка, я только притворяюсь.

– А почему в этой пицце так много чеснока? – уже не повышая голоса, вопросил В.Г. Глядя в его взбешенные глаза, поняла: надо врать! Причем нагло, воодушевленно, и при этом честно и открыто глядя в глаза. Если я хочу тут ещё поработать хотя бы часок.

– Так грипп же ходит! – моргнув, сказала я. Чувствую, что не доходит до него моя «простая женская логика», поэтому поясняю: – Моя баба всегда в такие периоды пичкает меня чесноком, приговаривая, что он убьёт любую заразу. Вот я и подумала... – Пауза, и уже почти обиженно: – Позаботиться о коллегах! – Коллеги предусмотрительно молчали (и спасибо им за это). Молчал и шеф, видимо, пытался подобрать подходящие к случаю слова.

– А додуматься, какой запах будет стоять в офисе после твоей санобработки, ты не могла? – наконец, вымолвил он обескураженно. Я похлопала ресничками, всерьез растерявшись: у шефа есть чувство юмора? После чего, прикусив губу, покачала головой, стараясь выглядеть виноватой (мимоходом заметила стоящего в дверях Максима). Не забываем: я – блондинка! Шеф совсем растерялся под моим наивным честным-пречестным взглядом, но спустя минуту все же пробурчал:– Премии за третий квартал тебе не видать, как своих ушей. Это, чтобы в следующий раз думала о последствиях. – И вышел. Постепенно народ в кабинете отмер, кто-то зашуршал документами, кто-то застучал по клавиатуре. А я стою и думаю, почему Максим не ушел и смотрит немного виновато. Неужели это он решил подшутить над шефом (или надо мной?) и предложил отведать моей пиццы. Не забываем, что обычно шеф не обедает в офисе, да и в кухню не заходит. Я уже делаю шаг к вампиру, подготовив серебряный арсенал (переместила крестик в ладонь), когда Леночка выдает:

– Классно ты отмазалась! – Это она меня так поздравить хотела?! Ну все, держитесь крепче, дорогие коллеги!

– Я? Отмазывалась? – обиженно начала я. – Да я действительно думала о вас, гады неблагодарные! – Пару раз шмыгнула носом, заметив, что опять все взгляды прикованы ко мне. – Я, понимаете, вчера весь вечер угробила на эту пиццу... И вообще... – Шмыг, и совсем хныкающим тоном продолжила: – Я никого пиццу есть не заставляла, а девчонок из бухгалтерии даже успела предупредить насчет чеснока. И это вы, – обвиняюще посмотрела на трех сотрудниц в комнате, – накормили всех пиццей! А в итоге пострадала я. – И мое тельце двинулось к двери (там Максим стоял, а серебро-то наготове). Сотрудницы, впечатленные моим представлением, замерли, выглядели они при этом несколько пристыженно. С трудом удерживая обиженное выражение на лице, подошла к вампиру и, ткнув пальцем в него, выпалила: – А ты!... – В голове промелькнуло несколько способов дотронуться до его кожи серебром, но с огорчением понимаю, что пощечина (наиболее подходящий вариант в данном случае) – это слишком даже для меня, поэтому решаю ретироваться. – То есть вы... – Громкое шмыганье носом (чуть ножкой не заводила по полу) и обиженное: – Ну зачем было меня так подставлять?! – И быстро покинула кабинет, направляясь в дамскую комнату, при этом хныкала я знатно (с учетом того, что радио ещё никто не включил, думаю, даже соседний офис слышал моё выступление). Заперлась я в туалете и продолжила представление, «разревевшись» вовсю. Эх! Премию все-таки жалко, но можно попробовать исправить ситуацию. Ну же, подруги не подведите, не зря же я вас шоколадками подкармливала и помогала с работой. Продолжая подвывать вполголоса (громче – это уже тянет на дешевую театральщину), я стала размазывать косметику по лицу, при этом активно терла глаза. На четвертой минуте, когда мне это стало надоедать (вот морковки, ещё подругами называются, даже никто утешить не пришел!), раздался стук в дверь. Я уже было воспрянула духом, но тут услышала мужской баритон.

– Вероника, откройте. – От удивления я чуть не выпалила нормальным голосом «Чего надо?», но успела одуматься и «слабым», прерывающимся голосом спросила:

– Максим Викторович? Что вы хотели?

– Вероника, успокойся, все будет хорошо... Хочешь, я с Владимиром Гавриловичем поговорю? – Я даже остолбенела от этого предположения. Вампир в сияющих доспехах, защищающий честь девушки (ладно, здесь речь не о чести, но все же...), – это слишком даже для моей больной фантазии. Устав ждать ответа, Максим вновь позвал: – Вероника, может, ты все же выйдешь? Как-то неудобно разговаривать с дверью. – Пару раз всхлипнув, посмотрела в зеркало. Убедилась, что выгляжу, как истеричка (нос я тоже не забыла натереть), и двинулась к двери. Открыла, продемонстрировав всю «неописуемую», красоту и виновато прошептала:

– Я сейчас, приведу только себя в порядок. – Максим активно закивал, явно впечатленный.

– Конечно, я подожду тебя на кухне.

Прикрываю дверь и только тогда позволяю себе злорадную усмешку. Это же как раз то, что нужно! Вдвоем на кухне – это прекрасная возможность опробовать серебро. И при этом никто из офиса не увидит разоблачение вампира (как-то не очень хочется подставлять Максима после его «рыцарства»). Правда, меня начинают терзать смутные подозрения насчет «одних», хотя все же надеюсь, что приглашение на «тет-а-тет» никто не услышал. Ага, как же! С учетом того, что в офисе все ещё стояла подозрительная тишина, наши разговоры через дверь точно не привлекли внимания. Ладно, решаем проблемы по мере их поступления. Я старательно уничтожила следы моего выступления. Черт, а косметичку-то я не взяла. Ай! Да кого я здесь любила?! Эй-эй, вам-то надеюсь не надо объяснять, что к Максиму я испытываю чисто экспериментаторский интерес (в смысле, проверяю, какие именно признаки вампиров достоверны).

Через три минуты я с Максимом уже пила кофе на кухне. Причем кофе приготовил нам в этот раз вампир. Сидим, мило общаемся, не обращаем внимания на сотрудников, так часто заглядывающих на кухню (личности, что звались подругами, так и не появлялись). И Максим во второй раз предлагает поговорить с шефом. Я, пожимая плечами, говорю.

– Смотрите сами... – И осторожно так дотрагиваюсь до его руки ладошкой (правильно догадались, крестик был заранее подготовлен). – Но спасибо за поддержку. – Убирая ладонь, я так уставилась на его кисть... совершенно нормальную, без каких-либо следов «ожога»... Думаю, Максим так и не понял моего рассерженно-разочарованного взгляда. От комментариев я воздержалась, правда, с большим трудом, уже начинала подумывать слинять из кухни, когда на кухню ввалились так называемые подруги, причем в полном составе: Люда, Полина, Лена и Настя. И все так радостно улыбались, как будто им пообещали премию в двойном размере. Заговорили они все разом, поэтому я не сразу поняла, что все это время они общались с шефом на предмет необоснованности моего депремирования. И, как ни странно, убедили его в этом.

– Что, правда?!– воскликнула я, чуть не переходя в ультразвук. – Он не будет лишать меня премии?! – Подлетая со стула, я рванулась к девчонкам. В благодарность я всех переобнимала и перецеловала (и не важно, что Люда начала отбиваться). Врут люди, есть настоящая женская дружба! Есть! Максим на нас смотрел с улыбкой, не вмешиваясь и стараясь не отсвечивать.

Уже на выходе из кухни я все же успела придумать последнюю гадость (на этот день... наверное). Быстрым движением расстегнула сережку (серебряную) и, забирая свою кружку, чуть тряхнула головой. Не заметив «неожиданной» потери, покинула комнату. Знаю, может, и впустую я это сделала, ведь, как показывает опыт, серебро на него не действует. Но для того, чтобы вернуть её, ему придется самому взять серебро в руки, и я не думаю, что ощущение будет приятным. Ведь не могли слухи о серебре и его воздействии на вампиров возникнуть на пустом месте.

Оставшиеся полтора часа пролетели незаметно, и вот я вновь торчу у Люды на выходе из офиса. В сумке лежит цифровой фотоаппарат, и я думаю, как бы подкатить к Люде, чтобы она не выдала меня. Ведь сфотографировать вампира незаметно проще всего из-за её стойки. И, к сожалению, сделать это незримо для Люды невозможно. Чувствую себя папарацци, выслеживающим очередную жертву.

– Давай, ты сделаешь вид, что ничего не видишь? А я потом тебе все расскажу... – в конце концов, выдаю я.

Ничего не понимая, Люда просто кивнула, и я быстренько спряталась за её стойку, доставая фотоаппарат. Ждать пришлось недолго, чему я несказанно обрадовалась. А то сидеть на корточках, аккуратно выглядывая одним глазом в коридор, немного неудобно. Увидев жертву, я сделала быстро пару снимков и тут же полностью скрылась за стойкой, прислонившись спиной к боковине стола. Затаив дыхание, жду, когда он пройдет мимо, и боюсь даже пошевелиться, не то что посмотреть снимки.

– Людмила, – раздается сверху его баритон. – Вы, случайно, не видели, ушла уже Вероника или нет? – Не смотря на нее, показываю крепко сжатый кулак. Вот не знаю, то ли я его слишком высунула, то ли Люда невольно посмотрела на меня, но спустя пару секунд вампир заглянул за стойку и буквально вылупился, заметив меня. Я только и смогла, что улыбнуться на все тридцать два. Пару раз моргнув, Максим выдавливает вопрос: – А что ты там делаешь, Вероника?

– Сережку ищу... – выпаливаю я первое, что пришло на ум.

– А фотоаппарат тебе зачем? – после паузы спрашивает он. Все же заметил, как я бережно прижимаю его к груди.

– Так... это...– протягиваю я медленно. – Мы с Людой сфотографироваться хотели, когда я заметила пропажу серьги... – Классно я отмазалась? Ведь правда? Тогда почему Максим смотрит так подозрительно?! Все ещё хмурясь, он достает из кармана мою сережку.

– Вот эту серьгу ты потеряла?

– Да, – «обрадовано» киваю я, поднимаясь с пола. Почему в кавычках? Так он же спокойно держит в руках серебро, но в этой ситуации от меня должна исходить именно радость (порычу и попинаю стойку, когда он уйдет). – Спасибо вам большое, Максим! –Забираю сережку, невольно подмечая, что руки у него стали холоднее, чем были утром. Даже не знаю, радоваться или просто почесать в затылке. Вернув сережку на место, я вопросительно посмотрела на вампира (он все ещё не ушел).

– Могу вас сфотографировать... – предложил он подозрительно любезным тоном. Ага, так я ему и дала в руки фотоаппарат! Достаточно нажать одну кнопку, чтобы увидеть предыдущий снимок!

– Да ладно, не надо. – Я взглянула в зеркало: эх не настроить его незаметно для вампира! – Мне ещё надо макияж подправить! Да и Люде тоже... – Я бросила на неё угрожающий взгляд. Та активно закивала, подтверждая мои слова. Максим пожал плечами.

– Да я, вроде, не спешу, – любезно сказал он.

– Поверьте, у вас не настолько много свободного времени... – с угрожающими нотками начала я, доставая из сумки косметичку. Не впечатлился! Пришлось доставать из неё весь арсенал женских штучек. Взглядом показала Люде, чтобы и она достала свою косметичку, и так, не спеша, стала наводить марафет, совершенно не стесняясь вампира. Нарисовав один глаз, я так приторно любезно сказала приунывшему заму: – Вы, правда, можете идти. Мы найдем, кого попросить. А то даже неловко как-то заставлять вас ждать. – Поколебавшись, он все же кивнул и направился к выходу. Дождавшись, когда за ним захлопнется дверь и досчитав до десяти (на всякий случай), я потянулась к фотоаппарату. Заветная кнопочка – и... на дисплее я вижу изображение просто невероятно красивого мужчины в строгом деловом костюме. И пусть он сфотографирован немного далековато, но он на снимке виден целиком (в смысле, и руки, и лицо тоже есть).

– Да... это фото того стоило, – протянула Люда за моей спиной. И когда успела незаметно подойти? Я просто вручила ей фотоаппарат, чтобы ей было проще смотреть (вру, от греха подальше, а то могла его просто разбить от разочарования). Мужественно сдержавшись от ругани и порчи казенного имущества, я все-таки накрасила второй глаз, после чего собрала свои вещи и направилась к выходу, на прощание сказав:

– До завтра, Люда. – На улыбку сил уже не хватило.

– Вероника! – окликнула меня она, подходя ближе. – Можно дать тебе совет? – Я просто кивнула, стараясь не выдать раздражения. – Умерь немного свой пыл, а то Максим скоро от тебя шарахаться начнет. – Я против воли улыбнулась, представив эту картину (а что? заманчиво!), и просто кивнула.

Следующие пару дней я следовала совету подруги, то есть немного умерила свой пыл в части разоблачения вампира. А что оставалось делать? Святая вода и пленочный фотоаппарат будут у меня только в субботу. Вены резать себе как-то неохота (честно, боюсь и боли, и крови, не знаю даже, чего больше). Покушение, чтобы проверить реакцию и скорость, пока не знаю, как организовать, и при этом не попасть в тюрьму или психушку. Так что я вновь стала обычным рядовым сотрудником. Ну... за исключением того, что меня повсюду видели с зеркалом. Сотрудницы так понимающе улыбались, думая, что знают, почему я неожиданно озаботилась своей внешностью. С трудом заставляю себя не фыркать при виде таких улыбочек. Нет, поймать его отражение мне так и не удалось: либо кто-то отвлекал, либо он смотрел, либо я просто терялась.

А вампир? Да, вроде бы, успокоился. Даже перестал на меня подозрительно коситься... Так что временная приостановка пошла даже на пользу.

Только в пятницу я, кажется, опять немножко перегнула палку. Обед только начался, и я пошла к Люде (на кухне сейчас просто не протолкнуться, так что лучше переждать). Мы весело болтали, когда я увидела Максима. Он был в пальто и явно собирался пообедать вне стен офиса. Я даже не сразу поняла, что именно показалось мне настолько подозрительным. На автомате ответила на его приветствие, все ещё находясь в задумчивости. Да, на улице день, но он и раньше выходил днем из офиса (взять хотя бы вторник). Взглянув на окно, я поняла, в чем дело! Солнце!!! Сегодня светило решило порадовать жителей этого города и красовалось вовсю. Даже облаков на небе не было, правда, этому сопутствовало похолодание. Утром даже гололед был. Все это вихрем пронеслось в моей голове, оставляя одну мысль: вампир выйдет на солнце?! Я должна это видеть!!!

– Можно, я возьму твою куртку? – уже подбегая к шкафу, спросила я у Люды. Та растерянно кивнула. Я быстро надела куртку и рванулась к выходу.

– Вероника! – крикнула мне вслед она. – Ты же в туфлях! – Я чертыхнулась, но даже не подумала возвращаться. Вампир успеет уехать, пока я буду переобуваться. Не став дожидаться лифта, я рванула вниз по лестнице.

Выбежав на улицу, на секунду остановилась, осматриваясь. Максима не видно, значит, точно решил съездить куда-нибудь. Несколько торопливых шагов, и я захожу под арку. Да, знаю я, что он оставляет машину в ближайшем дворике-«колодце». Не выслеживала, не понадобилось, об этом вся женская половина ещё во вторник узнала... Осторожно выглядываю во двор, Максим как раз открыл дверь машины и собрался садиться. Но, черт возьми, он был в тени! Я все-таки выругалась вслух – наверное, слишком громко потому, что вампир стал смотреть по сторонам, и вскоре увидел меня.

– Вероника? – удивленно спросил он, прикрывая дверь автомобиля. Смысла прятаться уже не было, и я сделала несколько шагов вперед: вдруг придумаю, как его из тени выманить. Да, понимаю я, что он на солнце не сгорит, но ведь хоть какая-то реакция должна быть? – Вы что-то хотели? – Я неуверенно кивнула, в голове почему-то было пусто. То есть стоящих идей – да нет, вообще никаких идей! – не было. Оставалось только смотреть на него умоляющим взглядом, стараясь выиграть время. А может, в ход пустить фирменный взгляд? Обалдеть?! Действует! Максим сделал пару шагов ко мне...

– Я хотела вам сказать...– медленно начала я и в нерешительности прикусила губу, на миг опустив взгляд. Вот гадство! В голове по-прежнему пусто!!! Остается тянуть время (ещё четыре шага, и он выйдет из тени). Я вновь смотрю на него и смущенно улыбаюсь. – Точнее, попросить вас... – Максим делает ещё шаг ко мне, подходя вплотную к границе света и тени, и останавливается, выжидающе глядя на меня. Теперь я шагнула к нему, в надежде, что это подтолкнет его к действию. Угу! Мечтать не вредно. Ещё два моих шага, а он все стоит на месте, и мой фирменный взгляд на него уже не действует. Вот, хоть хватай его за шкирку и выволакивай на солнце! А что? Идея! Как там, в фильмах, героини хватались за галстук и притягивали для страстного поцелуя? Можно же обойтись без последней части?.. Хотя, в крайнем случае... от меня же не убудет. Можно заодно и на наличие клыков проверить. Невольно улыбаясь, я делаю ещё шаг к нему... Вот, что называется, замечталась, совершенно забыв о тротуарной плитке. «Не зря я все-таки не беру обувь на каблуках на повседневную носку», успела подумать я, усиленно хватаясь за воздух, ну, или пытаясь взлететь... В последний момент вампир все же помог мне, сделав два стремительных шага ко мне и обхватив за талию. А я, уже забыв обо всем, смотрю во все глаза на Максима.

– Вот мне интересно: ты всегда такая рассеянная? – рассерженно начал он, буквально заставляя меня встать на вои ноги, а не висеть на его руках. – Или это я на тебя так влияю?

– Ага, – не слушая его, брякнула я, все ещё не в силах отвести взгляд. «Хнык! Хнык! Ы-ы-ы-ы!!! Так нечестно!!!» – Это мой только мысленный монолог. Честное слово, не знаю, как мне удалось не разреветься. Но никакой реакции у вампира на солнце не было! Может, это грим? Рука уже потянулась, чтобы потереть его кожу на щеке, когда я поняла что собираюсь сделать. Секундное колебание, и рука продолжила свой путь. А что? Хуже уже не будет. Хм-м... судя по ощущениям, ни слоя пудры, ни тонального крема нет. Интересно, усиленное потирание пальцем его кожи можно принять за ласку?! А если я буду кидать при этом влюбленные взгляды? Все равно – нет? Вот и он так же подумал.

– Вероника, что вы делаете? – Судя по взгляду, он уже подумывает вызвать «неотложку».

– Проверяю, – абсолютно честно начала я. Теперь надо льстить, нагло: обычно с мужчинами проходит.– Настоящий ли вы?.. – Недоуменный взгляд Максима, и я продолжаю: – Простите, но... таких красивых мужчин не бывает! –А теперь смущенно опускаю взгляд, чуть отодвигаясь.

– И вы что... проверяли, есть ли на мне грим? – уже не так рассерженно спрашивает Максим, опуская руки, что поддерживали меня. Догадливый-то какой! Все ещё не поднимая взгляд, я пожала плечами.

– Или маска? Как в фильме «Миссия невыполним»... – Отступая на шаг, я все же посмотрела на него. – Хотя это был аналог: ущипните меня, когда человек не уверен, что все происходит наяву. – Я отвернулась, желая побыстрее смыться от его пристального взгляда. Чувствую, что он все ещё не поверил мне.

– Так что ты хотела? – услышала я, не успев сделать и шага. Так, мозги, работаем! Так как сейчас нет задачи выманить на солнце, ответ нашелся быстро!

– Хотела попросить, чтобы вы подбросили меня до метро, если по пути. – Обернувшись, я с улыбкой пожала плечами. – Нужно в книжный магазин заглянуть, но так как я забыла переобуться... Придется подождать до вечера. – Почему я раньше тупо молчала и не выдала эту «просьбу»? А вот что бы он сделал в ответ? И не важно, согласился бы или отказал. Правильно: вернулся бы к машине, то есть в тень! Ещё раз улыбнувшись, я сказала: – Спасибо, что вновь спасли меня от падения. – Максим согласно кивнул, возвращаясь к машине, а я только сейчас услышала возбужденный гул где-то на уровне третьего этажа. Подняв взгляд, я увидела весь наш коллектив, почти в полном составе высунувшийся из окна (и как не упали?). Но откуда они узн... Люда?! Ну, все, держись, подружка!!!

Глава 4

Но разгона устроить не получилось. Она насела на меня и буквально вытрясла из меня правду. То есть, зачем я только что устроила гонки за Максимом? Отмазка «он мне нравится» не прокатила.

– Я тебя хорошо знаю! Таких глупостей ты бы не натворила, если бы он тебе просто нравился!

– Ну, хорошо! Я влюблена!!! – выпалила я, прижатая к стенке. Люда только рассмеялась в ответ.

– Да брось ты!!! – И она привела тысячу причин, почему бы я, даже потерявшая голову от любви, не стала бы носиться в такой холод в туфлях и её куртке за объектом моих чувств. Под градом аргументов я сдалась и под грифом «очень секретно» выложила свои подозрения. Нет, она не стала смеяться, и не покрутила пальцем у виска, а, задумавшись на минуту, медленно сказала: – Говоришь, грима точно нет? – Я согласно покивала головой. – А знаешь, в одном сериале... не помню, каком... вампир ходил с каким-то перстнем и благодаря ему мог спокойно находиться на солнце. – Я ошарашенно уставилась на неё.

– Так ты мне веришь? Тоже думаешь, что Максим – вампир?

– Не-а... – Люда убежденно покачала головой. – Но это так ВЕСЕЛО!!! В смысле, наблюдать за твоими попытками разоблачения вампира... – Под действием моего тяжелого взгляда Люда замолчала. Я отвернулась с твердым намерением уйти отсюда и больше никогда не общаться с Людой, но она удержала меня за руку. – Ну, не дуйся на меня. Хочешь, вместе подумаем, как его обрызгать святой водой и не выглядеть при этом полной дурой? – Заманчивое предложение... даже очень! Как говорится, одна голова хорошо, а две... И вот, скрывшись в дамской комнате, мы стали активно обсуждать животрепещущий вопрос. Правда, пришлось прекратить, когда под дверями собралась приличная очередь коллег. И эпитеты в наш адрес, доносившиеся из-за двери, заставили уши свернуться в трубочку. С гордым видом мы покинули убежище, договорившись вечером посидеть в кафе после работы.

А вечером я, наконец, наговорилась всласть на наболевшую тему. Оказывается, Люда тоже увлекается фэнтези, правда, не так сильно, как я... Да и понимает разницу между сказкой и реальной жизнью. Но я убедила её отбросить сомнения и мыслить в ракурсе «Максим – вампир, однозначно!», а не «Да не существует вампиров в природе!».

– Все равно только я выставлю себя полной дурой в случае полного провала следующих попыток. Так давай сделаем так, чтобы меня хотя бы в дурдом не упекли... – И мы стали думать... Эх, недаром говорят, женское мышление нельзя спрогнозировать даже самим женщинам! В итоге мы придумали, как мне можно обрызгать Максима, сфотографировать спокойно на пленочный фотоаппарат, даже организация покушения находилась в зачаточном состоянии, когда Люда воскликнула:

– А с чего ты решила, что тебе придется резать вены?! Достаточно и капли крови, ну, если судить по фильмам. Помнишь, как Белла поранилась бумагой...

– Но это так противно... резаться бумагой! – Я поморщилась.

– Ника, что за ребячество?! Это ведь ты мечтаешь доказать его вампиризм!!! А для достижения цели нужно идти на жертвы. – Люда задумалась. Должна признать, ей не идет нравоучительный тон. – Тем более, порез бумагой – это самое обыденное, не вызывающее подозрений действо. – А я все равно морщусь. – И надо будет обязательно увидеть его глаза, вдруг они красным полыхнут, как в фильмах! А так-то он вдруг сможет удержаться и не покусать тебя! – Я невольно повела плечами от представившейся картины. Я уже упоминала, что не хочу доказать наличие магии в нашем мире, пребывая при этом в качестве еды? Ну вот, повторюсь! Не хочу быть покусанной... Хотя... Вечная жизнь – звучит заманчиво. Ага, в том случае, если он захочет меня обратить. Ой! Чего-то меня не в ту степь потянуло! Мы ещё обсудили варианты разоблачения и разошлись по домам.

Субботу я провела с пользой: и в церкви побывала, и воду добыла, и даже не пришлось врать батюшке. Он даже не спросил, зачем мне три двухлитровые бутылки святой воды. А после встретилась с подругой и забрала свой пленочный фотоаппарат. Ещё по телефону я по её голосу поняла, что она в легком ауте от моей просьбы, а теперь она была уже в шоке, наблюдая, как я бережно упаковываю дряхлый фотоаппарат в новую супернавороченную сумочку. А что? Это же раритет; вдруг сломается? Весело пообщавшись с подругой, я вернулась домой и долго репетировала «случайное» обрызгивание Максима. И даже испуганно-виноватое выражение лица прорепетировала. И уже вечером опять залезла в Интернет в поисках новой информации о вампирах. Нашла кое-что новое: раны вампиров заживают моментально, или их вообще невозможно нанести. Хм-м... возьмем на заметку.

В понедельник мы уже с утра подготовились к маленькой диверсии. В холле, где было рабочее место Люды, находится много разнообразных комнатных растений. Правильно догадались: мы решили загримировать действия в поливку и опрыскивания нашего ботанического сада. Естественно, я выбрала пальму, что стояла рядом с коридором, ведущим к кабинету Максима. И вот стою с распрыскивателем возле дерева (высотой доходит мне до груди), жду сигнала от Люды. Периодически пшикаю им, когда кто-то проходит мимо, и, наконец, слышу.

– Доброе утро, Максим Викторович! – поздоровалась Людмила.

– Доброе утро! – ответил вампир. Я же увлеченно обрызгивала пальму, медленно поворачиваясь в нужную сторону. И – вуаля! – совершенно случайно попала на его руку (боковое зрение благодаря игре на компьютере в рабочее время развито у меня хорошо). Растерянно замерла (не поняла, показалось или нет, что его рука на мгновение покрылась красными пятнами), подняла распылитель, оборачиваясь к Максиму лицом, и «чисто автоматически» вновь нажала на рычажок. Потом «испуганно» ахнула (блин, опять не успела понять, были пятна или нет!), состроила жутко виноватое лицо, выдавливая:

– Извините, Максим Викторович... – Ну не зря же я столько тренировалась перед зеркалом два дня, должно подействовать. Максим слишком задумчиво смотрел на меня, пока доставал платок и вытирал лицо. – Простите меня, я не хотела...– Бровки домиком заломить, ужасно смущенно при этом улыбаясь.

– Ничего страшного, – наконец, вымолвил он и направился в свой кабинет. Спустя полминуты я подошла к Люде и спросила шепотом:

– Ты видела? Красные пятна?

– Не уверена, – так же тихо сказала она. Задумались, переглянулись и одновременно выпалили: – Тогда приступаем к плану «Б». – Да, запасной вариант мы тоже продумали. Ну, раз вампир попался нестандартный, то и наши действия не должны быть стандартными. Подумаешь, тест с помощью распылителя провалился (частично, но даже если бы и полностью)! Значит нужно проверить полным обливанием зама. Ой-й-й, если не уволят, то премии меня все-таки лишат, и это в лучшем случае! Кстати, почему я начала с руки? А вдруг бы вода, и правда, прожгла его кожу? Ведь испортить такое красивое лицо мне все же жалко.

Я поспешила на рабочее место и весь день вела себя идеально, даже с зеркалом нигде не мелькала. А едва этот долгий день подошел к концу, рванула вновь к Люде. Она уже начала подготовку, достала стремянку и ведро из подсобки и даже уже выливала в ведро воду из бутылки (две бутылки, принесенные с собой, полностью ушли в расход). Я залезла на стремянку (чего-то она не очень ровно стоит, или мне это кажется с непривычки?), а Люда подала мне ведро с тряпкой. И я начала «стирать пыль» со шкафа. Думаете, почему я решила действовать таким образом? Почему бы не облить его из окна? Так процент попадания с третьего этажа не очень высокий. Да и потом, нужно сразу прятаться, а как же проверка реакции? В общем, мы пришли к выводу, что лучше опять устроить «случайность». Правда, мне вот за эту выходку точно попадет...

Стою, уже немного притомилась в ожидании вампира: ноги-то не казенные. Да где его демоны носят?! Вот уже даже шеф ушел домой, окинув нас странным взглядом.

– Вы решили генеральную уборку устроить? – спросил он. Людмила усиленно протирала полочки другого шкафа.

– Да нет, просто чуть пыль стереть. – Люда пожала плечами, шеф задумчиво кивнул и пошел дальше. А я уже конкретно притомилась, хорошо, хоть переобулась, и теперь в сапогах на плоской подошве. Вот только зря я сегодня юбку надела, она уже несколько раз зацепилась за стремянку. От нечего делать (а пост же не покинешь) стала рассматривать документы в толстой папке, что стояла на верхней полке: обычные приказы, ужасно скучные. Хм-м... а вот другая папочка уже интересней: объяснительные по поводу опозданий. Я даже увлеклась, когда услышала, как Люда громко захлопнула дверцу шкафа. Уп-пс-с!!! А-а-а!!! А шаги уже очень близко. Быстро ставлю папку и, резко разворачиваясь... опять цепляю юбку. Вцепилась изо всех сил в стремянку, пытаясь удержаться от падения! Ду-у-ура-а-а-а-а! Надо было за шкаф цепляться!!! Понимая, что сейчас упаду вместе со стремянкой, пытаюсь схватиться за шкаф, но поздно... Визжала я громко!!!

Но приземлилась очень удачно, прям как в фильмах, то есть в объятия красивого мужчины. И ведь успел вампир меня подхватить (точно, реакция хорошая, даже слишком). И все было бы замечательно, если бы стремянка не зашаталась. А на ней стояло ведро (по сценарию, я его должна была уронить неловким движением руки)! И вот это ведро опрокинулось, вода обкатила нас обоих, а само ведро, отскочив от вампира, самым злодейским образом приземлилось мне на голову, совершенно закрыв обзор.

Прибежавшие на мой визг сотрудники (и чего они ещё по домам не разошлись?) увидели очаровательную картинку. И скоро к поскуливанию подруги (может, это она так старалась скрыть смех?) присоединился хохот ещё нескольких лиц. Поспешно сняв ведро, я посмотрела на присутствующих убийственным взглядом. Не впечатлились! И судя по подрагиванию плеч вампира, скоро ещё одним голосом в этом хоре станет больше. Недовольно посмотрела на вампира... и тоже засмеялась. Вот что называется: что такое «не везет» и с чем его едят! Ведь так я и не увидела реакцию вампира. Хотя... все закончилось вполне благополучно: Ноги-руки целы, вампир убивать меня не собирается – что ещё для счастья надо? Подумаешь, мокровато немного... хм-м-м... ну, не совсем немного, а хоть выжимай. И тушь наверняка потекла... Блин! Я похожа на мокрую курицу. А все равно смешно! Только я могла попасть в такую ситуацию. Отсмеявшись, я чуть отступила от Максима (он аккуратно поставил меня на пол после первых секунд безудержного веселья).

– Спасибо вам, Максим! Вы опять спасли меня, – искренне поблагодарила я, улыбаясь. – И извините за внеплановый душ. Я...

– Забудь, – махнул он рукой, перебивая меня. – Лучше иди собираться...

– Куда собираться? – удивилась я, растерянно посмотрев по сторонам.

– Домой, – нетерпеливо пояснил он, вытирая лицо салфеткой, что подала ему предусмотрительная Люда. – Я отвезу тебя домой. Ведь не поедешь же ты в таком виде в метро? Или, может, у тебя запасная одежда здесь есть? – Я покачала головой, отвечая на последний вопрос (кто-нибудь, верните челюсть мне на место), и на автопилоте направилась в свой кабинет за сумкой и пальто. Нет, ну это просто немыслимо! Я, значит, окатила его холодной водой, испортив при этом дорогущий костюм и пальто, которое он только накинул, а он, вместо того чтобы ругаться, озаботился моей транспортировкой домой. Для вампира он слишком добрый! Или?.. Он что-то заподозрил и решил поговорить со мной наедине? Ладно, буду действовать по ситуации... А ведь из этого можно извлечь выгоду. Это я вспомнила прошлый понедельник, когда мне в голову пришла идея пригласить его на чашечку кофе, но не в дом. Шаткий признак, но стоит и его проверить.

Мельком взглянула в зеркало, что лежало в верхнем ящике стола, и ужаснулась! Так как времени не было, чтобы что-то исправить, я просто смыла с лица всю косметику в дамской комнате и бумажными салфетками попыталась немного высушить волосы и блузку, больше всего пострадавшую от душа. Ага, как же! Мне это, конечно, удалось! Плюнув на все, я поспешила к выходу, на ходу накинув пальто.

– Вероника? Как ты быстро справилась?! Просто невероятно! – с некоторой ехидцей сказал Максим. Вспомнил, как я после пиццы долго наводила марафет в его присутствии, чтобы он не стал ждать и просто свалил домой?

– Так я не была уверена, что вы сможете меня дождаться... – Ехидства в моем голосе было намного меньше, чем в его, но все же ощутимо. – А на такси так жалко деньги тратить... Я в Купчино живу, – мимоходом сообщила я, с удовольствием наблюдая, как вытягивается его лицо. А потом добила, сказав максимально любезным тоном: – Но если вы готовы подождать, то... Я буквально за полчаса справлюсь.

– Ну уж нет! – решительно сказал он, направляясь к двери. Я уж было подумала, что он передумал, но, открыв дверь, он жестом пригласил пройти вперед. Как по-джентельменски, ё-моё! И ведь даже попрощаться с Людой (то есть спросить, может, она все-таки заметила реакцию вампира на воду) не дал.

А на улице было промозгло и ветрено, то есть погода в Питере решила больше нас не радовать. До машины добежали за несколько секунд, и вот я уже расположилась на соседнем с водителем сиденье, протягивая руки к обогреву, что он заботливо (как?!) включил для меня. Всю дорогу до дома я обдумывала, как же позвать его в квартиру, но при этом не озвучив приглашение войти в дом. Так как начинать откровенный разговор (если вампир догадался о причинах моих действий) он не спешил, я заговорила на отвлеченные темы. Вампир по большей части молчал, сосредоточенный на дороге (уже который день на дороге страшенный гололед), просто отвечая на вопросы. Правда, иногда я чувствовала его взгляд на себе. А когда наши глаза встречались, что-то в его взгляде заставляло меня нервничать. А не хочет ли он мной отужинать? А я его ещё и домой хочу позвать?! Так, спокойно! Мама должна быть уже дома, так что не думаю, что он станет рисковать так. А двоих выпить не сможет: лопнет просто! На этой оптимистической ноте я поняла, что мы уже почти подъехали, и стала давать указание вампиру, куда ехать.

И вот мы уже у моей панельной десятиэтажки. Я посмотрела на вампира (что-то он как-то напряжен, или мне кажется?) и с улыбкой предложила:

– Может, поднимемся? Я вас чашечкой кофе угощу. Должна же я хоть как-то вас отблагодарить... Да и одежда высохнет до конца. – Его глаза, ещё секунду назад напряженно следившие за мной, вдруг вспыхнули весельем.

– Почему бы и нет? – с улыбкой согласился он, пожав плечами.

Глава 5

Максим

Я ошибся!!! Невероятно, но факт! Такого со мной уже лет двести не случалось. Я реально воспринимал Веронику как ещё одну влюбленную барышню и думал, что все, что она творила, были глупыми нелепыми случайностями –забавными, милыми и даже иногда приятными, но случайностями. И пицца с чесноком, и серебряные украшения, и фотографирование меня, и солнечный свет... Вероника же меня все-таки выманила из тени. И пусть мне не принесло это никакого вреда благодаря амулету, но всё же было не очень приятно. А как искусно она проверила меня на грим! Даже подозрения смогла развеять...

Но после сегодняшнего душа из святой воды все, наконец, встало на свои места.

Вероника – охотница на вампиров, как бы глупо и невероятно это ни звучало. И не важно, что мы думали, что давно их истребили, лет сто пятьдесят назад, но, видно, кто-то все-таки выжил. Да и среди охотников девушки – это редкость. На своем пути я встречал всего трёх охотниц, естественно, ни одна из них не выжила.

Я вновь покосился на соседку. Да и выглядит она слишком хрупкой для охотницы. Может, конечно, у неё есть какие-то сверхъестественные способности, но даже среди охотников это была большая редкость. А если прибавить ко всему её фантастическую неуклюжесть и рассеянность, то глупее предположения я не слышал. Но как иначе объяснить обливание святой водой? Конечно, она все неплохо разыграла, и если бы я не знал наверняка, что это за вода... даже не догадался бы. И где она нашла-то сейчас истинно верующего батюшку, чтобы воду освятить?

Я притормозил на светофоре и посмотрел на девушку. Вероника вновь о чем-то задумалась, но, почувствовав мой взгляд, улыбнулась и продолжила разговор ни о чем. Поразительно, но даже сейчас, все ещё мокрая и без косметики, она выглядит очаровательно. Она не стала застегивать пальто, поэтому прилипшая тонкая блузка все время приковывала мое внимание, ведь она так выгодно подчеркивала её грудь. Сзади просигналили... что, неужели уже зеленый? Я резко рванул с места, досадуя на себя. Вообще о чем я думаю в обществе врага?! А может, она специально не застегнулась, чтобы я отвлекся... Ага, и водой облилась она тоже специально?! И навернулась со стремянки... И специально именно сейчас прикусила в задумчивости губу, точно уловив мой мимолетный взгляд (опять пакость какую-нибудь готовит?). Хотя это уже совсем притянуто за уши.

Пора уже признаться себе, что она меня заинтересовала. Жаль будет её убивать. Очень жаль! Но никто посторонний не должен знать о нас. Хотя охотники вроде как не посторонние... Но тогда её тем более надо убить. А может, притвориться, что я ни о чем не знаю? С трудом спрятав насмешку над собой, я с секундной задержкой ответил на её вопрос. И даже потянулся, чтобы включить погромче радио. Притормозив на очередном светофоре, я взглянул на соседку. Она усиленно пыталась хоть немного привести волосы в порядок. Высыхая после неожиданного душа, они стали виться, как им вздумается, и сейчас на голове у неё был просто потрясающий беспорядок, что нисколько не портило её, а скорее, наоборот, красило. Можно было бы подумать, что она для меня прихорашивается, да только ни её влюбленных, ни смущенных, ни заигрывающих взглядов я не поймал на себе. И вот почему сейчас я мечтаю зарыться рукой в её роскошные волосы, а не откинуть их назад, освобождая её шею для укуса? Да и почему я вообще не воспринимаю её как пищу? Я уже давно не был на охоте, да и стаканчик «красненького» ни вчера, ни сегодня не принимал. Так что, по идее, сейчас я должен был мучиться жаждой крови. А я сейчас, находясь рядом с такой ароматной «пищей», думаю совсем о другом голоде?

Так, в размышлениях над её загадками, я доехал до Купчино и сбросил скорость. А ведь Вероника даже ни слова не сказала насчет скорости. Не заметила? И о чем она опять задумалась? По её указанию я заехал во двор и остановил машину возле второго подъезда. И выжидающе посмотрел на девушку: какую она ещё пакость придумала для меня?

– Может, поднимемся, я вас чашечкой кофе угощу. Должна же я хоть как-то вас отблагодарить... Да и одежда высохнет до конца.– Я с трудом сдержался от смешка. А к кофе, случайно, не будет чесночного печенья (кстати, он совершенно безвреден для нас)? Или, может, она решила действовать более решительно? Например, осиновый колышек вбить? А может, у неё пистолет с серебряными пулями припрятан в верхнем ящике прикроватной тумбочки? Зачем гадать? Скоро узнаю.

– Почему бы и нет! – улыбнувшись, сказал я. И кто сказал, что вампиры в моем возрасте уже лишены любопытства и не идут на напрасный риск? Да и какой риск? Вероника же ничего не сможет мне противопоставить в открытом бою. Но кто сказал, что она будет действовать честно? С каждой минутой все интересней и интересней. А ведь совсем недавно я помирал от скуки.

Мы в молчании поднялись на седьмой этаж. Вероника открыла дверь ключом и вошла в квартиру. И как-то слишком внимательно, даже выжидающе на меня посмотрела. Как будто уже устроила мне пакость. Но когда? Я быстро проанализировал её слова, произнесенные ещё в машине, и понял, в чем дело. Приглашения зайти в дом не прозвучало, и, судя по всему, не прозвучит. Так, всё, я зол! Она что, меня за низшего вампира приняла, раз думает, что я не пройду?! Ещё не поняла, с кем связалась? И вообще, я чего-то не понял: меня хотят колышком приласкать или в дом не пустить? А, может, она не уверена, что я – вампир? Но тогда её можно будет не убивать... И почему последняя мысль приносит такую радость?

Отбросив сомнения, я шагнул в квартиру, преодолевая сопротивление жилища. А сильный здесь домовой, и, судя по всему светлый, раз такое давление может оказывать на высшего вампира. Я прошел в коридор, не показывая неудобства, что я испытывал: пресс был ощутимый. Вероника не смогла скрыть разочарования, хотя и постаралась дружелюбно улыбнуться. И в этот момент появилось новое действующее лицо: женщина, лет сорока, мать Вероники.

– Добрый вечер! Вы проходите, проходите, молодой человек! Не надо на пороге стоять. – Я улыбнулся, чувствуя, как давление на меня спадает. Приглашение прозвучало, теперь домовой не может пытаться выгнать нечистую силу. Потом заметил, как подозрительно мама оглядела нас обоих, сосредоточив внимание на мокрой одежде. Вероника как-то даже скисла под её взглядом.

– Привет, мам! А у нас тут несчастный случай произошел... А ты куда собираешься? – без перехода напряженно закончила она.

– С Лидой договорилась встретиться, – пояснила она, надевая пальто. Я галантно помог ей с этим. Немного смутившись, она с улыбкой сказала: – Благодарю. – И, вновь посмотрев на дочь, строго сказала:– Смотри, квартиру не разнеси! А то знаю я твои несчастные случаи! – И почему Веронику так перекосило при последних словах? Вскоре дверь за её матерью захлопнулась. Протянув мне вешалку, Вероника сняла с себя пальто, стараясь не показывать напряжения.

– Чай? Кофе? – спросила девушка у меня, устремляясь на кухню.

– Кофе, – ответил я, не задумываясь. Зайдя на кухню, она включила кофеварку одновременно с музыкальным центром и, уже повернувшись ко мне, улыбнулась и указала на стул. Но, несмотря на кажущуюся легкость и небрежность, я чувствовал, что ей неловко. Даже не присела на соседний стул, осталась возле кофеварки. А, может, наконец, поняла, с кем связалась, и теперь опасается меня? Вот даже старается не встречаться со мной взглядом. Мой же взор против воли опять задержался на мокрой блузке.

– Я пойду переоденусь? – спросила Вероника. Подняв взгляд, понял, что она заметила мой интерес. А может, я просто подкинул ей предлог достать оружие (из прикроватной тумбочки). – Я буквально на минутку. – И покинула комнату. Невольно я стал вслушиваться в её легкие шаги (музыка не была для меня помехой). Ага, вот дошла до дальней комнаты, подошла к шкафу... А это что? Звук какой-то глухой: неужели умудрилась удариться? Повторился. Хм-м... кажется, кто-то стучится головой о шкаф... Еле слышная ругань, и уже более резкие, решительные действия. Достала что-то из шкафа, теперь снимает блузку... Стоп! Не представлять! Не надо! И в этот момент меня отвлекло грозное шипение. О! Вот и сам домовой пожаловал. Как я и предполагал, светлый, с желтоватой аурой. Забавный! Ведь знает, что ничего не может мне противопоставить, а все равно героя хочет построить, защищая любимицу. Собирался просто вытолкнуть его из кухни, но остановился. Смысл ссориться? Они же такие пакостники! Вреда-то не причинит, зато я могу выдать себя быстрой реакцией, уворачиваясь от его снарядов. К тому же в коридоре мои туфли стоят и пальто висит. Поэтому, вздохнув, я снизошел до разговора и сказал мысленно: «не причиню вреда, если сама первой не нападет». Домовой удивленно моргнул и посмотрел на меня ну очень выразительно (типа, совсем у меня крыша поехала). Хмыкнул и мгновенно исчез. И что его так удивило? Услышав, как хлопнула дверь, я понял, что все пропустил. Ну, ладно, пусть устроит мне сюрприз.

Сюрприз у неё удался! С трудом удержал челюсть на месте. Мля-я-я, как обидно! Меня даже соблазнять не будут, хотя бы для того, чтобы отвлечь внимание!

Вероника переоделась в темный спортивный костюм, об олимпийке тоже не забыла. Как будто хочет скрыть свою женственность. Даже волосы собрала в строгий хвост (и когда успела). Не обращая на меня внимания, она стала собирать на стол: сладости, фрукты, сыр, сервелат. И чесноком совсем не пахнет, разве что сервелат. Она что, хочет отвлечь меня едой?! Мы не так сильно зависимы от человеческой пищи, хотя, может, охотники и не знают об этом. Долгое время они вообще считали, что мы не употребляем ничего, кроме крови. Налив нам уже готовый кофе, она, наконец, села напротив меня. И почти искренне улыбнулась. Но настороженность не спешила покидать её.

– Что-то не так, Вероника? – наконец, спросил я после нескольких глотков. Улыбка стала нервной, но от хихиканья она смогла удержаться. И даже смогла изобразить непонимание. Я пояснил, невинно спрашивая: – Тебе что-то смущает?

– Да... так... – пожав плечами, задумчиво протянула она. – Вся ситуация в целом. – Я вздернул бровь: неужели решила поговорить откровенно? Угу, как же! Смущенно опустив глаза, она продолжила: – Как-то все слишком двусмысленно. Мы наедине в пустой квартире... – И замолчала, как будто не в силах подобрать слова. Неплохо сыграно! Я мог бы и купиться, если бы не знал правду. А может, она надеялась на помощь родителей? А мать взяла и свалила.

– И в чем проблема? – прохладным голосом спросил я.

– Ну, как-то... некорпоративно, что ли? – Она пожала плечами. И, пытаясь скрыть смех в глубине глаз, строго сказала:– Ведь вы же мой начальник... – Я пожал плечами.

– Сейчас я просто твой гость. – Смысла дальше развивать эту тему я не видел, поэтому и перевел разговор на другой предмет. Но, несмотря на все старания, Вероника так и осталась напряженной, хотя и поддерживала веселый разговор. Никаких попыток организовать покушение на меня я не заметил (решила пока не рисковать или усыпляет бдительность?). И примерно через час я покинул её квартиру. Пройдя до лифта и нажав на кнопку, я дождался, когда она закроет замки, и вернулся к двери. По звукам, что донеслись до меня, понял, что она обессиленно прислонилась к двери и сползла вниз. Открылась дверь лифта, я метнулся обратно, нажал на первый этаж и вернулся к двери (все заняло не более секунды). Минуту стояла тишина, а потом она выдохнула:

– Твою ма-а-а-арковку! И на какой черт, мне нужен такой экстрим?! – Поднялась и прошлепала на кухню. И уже из кухни я услышал её бурчание: – И ведь не поймешь: то ли не голоден, то ли запах моей крови не привлекает его.

И начала убирать со стола. Ясно, больше ничего интересного я не услышу, но и этих слов было достаточно, чтобы конкретно озадачить меня. Я спустился по лестнице за мгновение, но на улице притормозил. Единственный вывод, который мог прийти на ум: она ещё сомневается, являюсь ли я вампиром, поэтому и не предпринимает активных действий. Хотя... святая вода тогда не вписывается: обычный вампир серьезно бы пострадал от неё. Я же смог быстро погасить реакцию, наверняка она даже ничего не заметила.

Сев в машину, я рванул к себе на квартиру, все ещё пребывая в раздумьях. Уже на подъезде к дому у меня зазвонил телефон. Отец?

– Где тебя носит?! – без приветствия начал он сердито. Это он о чем? По-своему оценив паузу, отец продолжил уже с угрозой: – Вот только не говори, что ты забыл про ужин... – Мля-я-я! Я попал!

– Ладно, не буду, – покладисто согласился я. И как я мог забыть?! Ведь ещё утром помнил про семейное сборище. Быстрый взгляд на часы, прикинул расстояние и выпалил. – Я приеду через полчаса.

– Чтобы был через пятнадцать минут, и ни секундой больше! – И отключил связь. Я тихонько выругался, разворачивая машину на сто восемьдесят градусов. В принципе, если поспешить, то ещё можно успеть. Вот только переодеться не успею... А, да ладно! Одежда уже высохла, главное – чтобы никто не дотронулся до ткани, иначе сразу заподозрят неладное. Думаю, что объятий я избежать смогу.

И все же я успел в назначенный срок доехать до Пушкино, где находилась резиденция нашего клана, возле Питера. Я поспешил присоединиться ко всем в столовой. Сборище было немногочисленным: только главы семейств да брат с отцом. Стоп! А что здесь делает Катрин Монсальви со своим отцом? Опять мой родитель решил продемонстрировать матримониальные планы насчет меня? Не показывая раздражения, я поприветствовал всех присутствующих и занял место за столом по правую руку от отца (ох уж мне эти церемонии!). Прерванный при моем появлении разговор возобновился. Я не участвовал в нем, просто вяло ковырялся в салате, запивая «красненьким». Хм-м... кровь теплая, так искусно подогрели или только со станции переливания привезли? Сам не заметил, как мои мысли вновь вернулись к Веронике. Поэтому-то я и не сразу услышал вопрос, обращенный ко мне. Очнулся только, когда брат пнул меня под столом. Посмотрел на отца, и он нетерпеливо повторил вопрос:

– Когда объявим о помолвке?

С трудом сдержав мученический вздох, я все же взглядом высказал все что, о нем думаю. Вот стоило только согласиться на эту сделку, как отец сразу развил бурную деятельность. Ведь и двух недель не прошло с моего согласия. А что оставалось делать, если иначе отец не соглашался отпустить меня пожить «человеческой» жизнью? И ведь оправдание его строгости было пустым: я нужен клану. Угу, как же! Отец с братом и без меня прекрасно справляются. Но, в принципе, против Катрин я ничего не имел. Она красива, умна, сексуальна; да, высокомерна, но это объяснимо влиятельностью и богатством её клана. Мы несколько раз проводили выходные вместе, и впечатления остались самыми приятными. Поэтому я и не стал сильно противиться в этот раз сводничеству отца. К тому же после нашей свадьбы все межклановые разногласия исчезнут. А то уже надоели постоянные стычки из-за сфер влияния и спорных территорий. Но вот зачем так торопиться, если мы живем вечность? Отцу, видно, надоело ждать, раз он раздраженно окликнул меня: – Максимилиан?

– Лет через пять-шесть, – пожав плечами, сказал я. Заметив удивленные взгляды окружающих, я спросил: – А куда спешить? – Я посмотрел на Катрину и решил прояснить ситуацию, чтобы погасить её обиду: – Я не отказываюсь от своих слов, ни в коем случае. Просто... ты же знаешь, что иногда я развлекаюсь, проживая пять-шесть лет обычной «человеческой» жизнью. Вот неделю назад я и начал новое развлечение. – Да, о моих «загулах» знали многие, некоторые искренне не понимали меня, некоторые просто злословили, немногие одобряли. Но при этом каждый из нас периодически живет по две-три недели в год обычной жизнью. Мне же было наплевать на мнение окружающих. Каждый по-своему борется со скукой – невольным спутником «вечной» жизни: кто-то плетет интриги, чтобы добиться большей власти, кто-то развлекается охотой на людей (по закону, раз в месяц нам разрешено охотиться на людей, естественно, на территории своего клана), кто-то постоянно меняет любовниц, есть путешественники (и как не надоедает, ведь Земля не бесконечна!), есть даже ученые. А я вот периодически погружаюсь в мир людей.

– А чем наша помолвка может помешать тебе? – с легкой улыбкой спросила Катрин. Неужели не понимает? Или просто притворяется? Я поморщился, но все же пояснил:

– Как будто я не знаю, что последует за официальным объявлением о помолвке! Приемы, званые ужины, встречи с другими главами, поездка к Старейшинам... К тому же потом вы начнете торопить меня с самой свадьбой. – Выразительный взгляд на Витторио, своего отца, но тот и не думает отводить глаза. – И тогда конец моей человеческой жизни. – Катрин с отцом еле заметно кивнули, принимая мои доводы. Правда, мы ещё немного поспорили насчет срока и сошлись на четырех годах. Дальше ужин прошел без неприятностей.

А после него все перешли в гостиную, где стали неторопливо обсуждать текущие дела, политические и экономические неурядицы в человеческом мире. Для нас они не имеют большего значения, наши миры почти не пересекаются. Они не могут влиять на нас, а игры с властью и в человеческом мире вампирам давно уже наскучили. Но так, для общего ознакомления, да и по привычке следим за обстановкой на планете. А то вдруг опять понадобится наше вмешательство. После изобретения ядерного оружия мы уже не допускаем крупных войн. Конечно, мы не проводили эксперименты, как на нас повлияет радиация, но без пищи долго не протянем. Да и вампиры, оказавшиеся в эпицентре взрыва, погибнут: не поможет ни наша регенерация, ни нечеловеческая сила, ни скорость, ни реакция. Вот поэтому, когда назревают глобальные конфликты, появляемся мы, общаемся с главами государств. Напоминаем, что не одни они живут на Земле, и даже не угрожая, а просто констатируя факт, предлагаем: либо вы договариваетесь с оппонентами, либо мы вас уничтожим. Ещё ни один президент не стал строить из себя героя. Я сам участвовал пару раз в таких «воспитательных беседах».

Сейчас я старался вслушиваться в разговор, даже вставлял свои замечания. Я совсем недавно узнавал более подробно об экономической ситуации в мире. А когда решал, кем и где мне провести ближайшие несколько лет, недолго колебался. Пусть Россия и не самая процветающая страна, но в ней есть свое очарование. И все-таки здесь наша территория (вся Европейская часть России и Прибалтика принадлежит нашему клану). Хотя, если бы я захотел пожить в любой другой стране мира, проблем особых бы не возникло: давно прошли времена открытой вражды кланов. А последняя война была около пятисот лет назад, когда я был ещё молодым. Тогда и погибла моя мать. Нет, она не сражалась, просто её хотели использовать, чтобы надавить на отца. Но Милена не позволила взять себя в плен. В итоге мы победили – не только благодаря моему отцу, который чуть с ума не сошел (до сих пор не понимаю, как он не ушел за грань вслед за любимой), когда узнал, что произошло. На нашу сторону перешли кланы, которые до этого игнорировали бойню. Потому что убить Избранницу вампира, мать его детей – не просто пойти против законов, это против самого общества, против всех вампиров. Мы любим всего один раз в своей жизни, один раз в бесконечно долгой жизни. Правда, не все способны на это чувство. Помню, как мама часто повторяла мне, что я ещё встречу свою энарин. Тогда я верил, что это возможно, теперь уже нет. Я знаю больше половины всех представительниц нашей расы на Земле, но ни к одной из них я не испытываю ничего похожего на любовь, даже к Катрине. Можем ли мы любить людей? Я не помню случая, чтобы энарин вампира был человеком или обращенным. Слишком разные мы, совершенно разные виды разумной жизни, пусть и похожие внешне. По-разному воспринимаем и саму жизнь, и время, и всё...

Многие вампиры воспринимают людей как игрушки. Забавляются, играя в «человеческую» любовь и дружбу. Для людей эти слова почти ничего не значат: сегодня говорят «люблю», завтра – «ненавижу»; сегодня клянутся в вечной дружбе, завтра подставляют, чтобы получить побольше деньжат, занять более высокую должность – проще говоря, выбить себе место под солнцем получше. Не все люди, конечно, такие, но большинство. Я часто удивляюсь: как же они глупы! Потом вспоминаю, что у них слишком короткая жизнь, чтобы понять, что нет ничего важнее любви, а они её продают, меняют, не замечают, забывают в погоне за иллюзорными ценностями – деньгами, властью, славой. Хотя они упрощают это слово, для них любовь означает смесь желания, интереса, симпатии и гормонов, для нас это сама жизнь. Так почему они могут влюбляться несколько раз в жизни, а мы – нет? Почему лишь немногие из нас встречают энарин? Возможно, это наша плата за бессмертие? Точнее сказать – долголетие, ведь убить нас сложно, но можно.

Я резко вернулся в реальность, почувствовав прикосновение к своей руке. Взглянув в голубые глаза Катрины, я заставил себя улыбнуться. Да, она была необыкновенно красива, даже для нашей расы: миндалевидные голубые глаза, идеально правильные черты лица, прямые светлые волосы; её фигуре позавидует любая актриса или модель. Так почему сейчас мне кажется её красота блеклой? Почему сейчас вспоминается совершенно другое, не такое совершенное лицо? Катрина подняла руки, собираясь меня обнять за шею. О, черт! Я ловко увернулся и осторожно взял её руки в свои ладони. Заметив недоумение и непонимание в её взгляде, я притянул Катрину, положил её руки на талию и сам обнял её. Одновременно я осмотрелся по сторонам: в гостиной остались только мой отец и брат.

– А где Анджей? – уточнил я у Катрины после легкого поцелуя.

– Отец ждет меня на улице, но если хочешь, я могу остаться... – И соблазнительно улыбнулась.

– Не стоит, я сам через час уеду обратно в Питер. – Я виновато улыбнулся, и мы медленно направились к двери, негромко разговаривая. Я спрашивал о планах на ближайшее будущее, она интересовалась моей «человеческой» работой. Ещё один легкий поцелуй у машины, и я торопливо вернулся в особняк, где сразу налетел на отца.

– И что все это значит?! – не скрывая раздражения, выдохнул я. – Не успел я согласиться, как ты уже чуть ли не тащишь меня под венец! – Витторио молчал, а я продолжал грозно наступать: – И вообще, почему даже не предупредил о Монсальви, когда говорил о семейном обеде?

– Потому что знал, что тогда ты не придешь, – проворчал отец, делая шаг ко мне. Я хмыкнул (прекрасно ведь знал, что приду, я никогда не бегал от обязательств), больше не пытаясь строить из себя обиженного. Знаю, что отец никогда не будет заставлять меня делать что-то против собственной воли. Вот, даже позволил в нормальной обстановке обсудить сроки помолвки, без всего семейства Монсальви. Анджей был самым адекватным из них, но так должность главы обязывает. И отец даже не пытался встревать в наш разговор или как-то торопить меня со сроками. Мы уже удобнее устроились на диване, взяв по бокалу «красненького». Я рассказывал о своей новой жизни, о работе, о квартире. О Веронике не стал даже упоминать: пока сам не разберусь, кто она такая, другим знать о ней не обязательно. Но братишка очень быстро пронюхал, что я пытаюсь что-то скрыть.

– Ну и кто она? – с хитрой улыбкой спросил Алекс. Изобразил непонимание, не прокатило. – Та, ради которой ты так старался остаться свободным на четыре года. Ведь и с приемами, и со всем остальным можно было повременить, устроить роскошный вечер, на который позвали бы всех глав кланов с супругами. Объявили о помолвке – и все! Так нет же, хотел быть именно свободным от всяких уз! – Я молчал, как партизан, но Алекс не отставал: – Ну же, Макс, ты же знаешь, что никто ни о чем не узнает.

– Её зовут Вероника, ей двадцать три года, мы работаем вместе...– со вздохом начал я. О своих подозрениях и душе я даже не упомянул. Витторио лишь покачал головой. Ничего удивительного в этом он не видел, вампиры часто устраивали себе кратковременные романы с людьми. Даже состоявшие в браке вампиры позволяли себе это развлечение, и это не считалось изменой. Ну, разве стал бы человек ревновать любимого к красивой бабочке за то, что он любуется её красотой? Ведь срок жизни этого увлечения – всего лишь несколько минут.

Глава 6

Вероника

После ухода вампира я ещё долго приходила в себя. Эпитеты и гиперболы, посвященные себе, родимой (сплошь нецензурного содержания), иссякли минут через тридцать и при этом не повторились ни разу. Зато адреналин пришел в норму. Нет, это ж надо было додуматься позвать его домой! Ведь догадывалась, что этот признак надуманный, но нет, надо же обязательно проверить! А потом в течение полутора часов трястись в размышлениях: съест – не съест, но покусает точно? Или все же нет? Или все же да?

Немного успокоившись, позвонила Люде и рассказала о своих приключениях. Она долго ахала и охала (пару раз проговорилась, что хотела бы оказаться на моем месте, и вместо кофе она бы предложила..., замолкала, но смысл по её вздохам мне и так понятен, и возвращалась к аханью). Потом мы обсудили планы на завтра. Я все пыталась отмазаться от пореза бумагой (пока безуспешно), но Люда была непреклонна. Хорошо, хоть на вторую половину дня перенесли экзекуцию: может, ещё придумаю, как этого избежать? А наутро придумали финт с зеркалом. И как я сама о зеркале, что висело у Люды в шкафу, умудрилась забыть?! Ну, ничего, теперь-то я точно поймаю его отражение!!! Поболтав ещё немного, я положила трубку. Посидела в Интернете с часок, посмотрела телевизор. Перед сном собрала обед на завтра и проверила в десятый раз за вечер, положила ли я в сумку фотоаппарат. Положила! И даже не забыла купить пленку и вставить её, и о батарейках тоже не забыла. После проверки завалилась в кровать, не дожидаясь возвращения родителей.

А вот ночью мне в первый раз приснился Максим. Хм-м... и сон был с эротическим подтекстом. К чему бы это? Нет, вначале все было прилично: мы с коллективом сидели в каком-то баре, веселились на полную катушку (явно что-то отмечали). Потом Максим вызвался подвезти меня до дома (это после выпивки-то!), я не возражала (ну, не дура ли?). Самое интересное началось, когда мы подъехали к дому. Максим удержал меня за руку и, притянув к себе, склонился к моей шее. «Укусит!» – подумала я, но вместо боли почувствовала невероятно нежные и в то же время обжигающие поцелуи на своей шее...

Проснулась я в холодном поту! Хорошо, хоть не кричала. Интересно, почему это мое подсознание так сработало?! Даже думать об этом не буду! Поворочавшись больше часа, я все же заснула.

Наутро я почти забыла о сновидении. Торопливо собираясь на работу (правильно догадались: опять чуть не проспала), я вновь проверила фотоаппарат и поспешила на работу.

Залетев в офис, я сразу увидела Люду.

– Он ещё не пришел? – спросила подругу вместо приветствия. Люда покачала головой. Я поставила сумку на стойку, и мы вместе чуть сдвинули шкаф, чтобы не пришлось долго настраивать отражение. Сняв пальто, я повесила его в шкаф Люды (впервые за все время работы). Приветливо здороваясь с коллегами, я старалась не отходить от заветного шкафа далеко.

– Можешь достать из шкафа мою сумку? – попросила Люда. Ага! Наш шифр. Я направилась к нему, старательно не глядя в сторону входной двери. Его шаги были почти бесшумными, но я все правильно рассчитала. И когда открыла дверцу, с внутренней стороны которой было зеркало, вампир оказался как раз за моей спиной. Посмотрев на отражение, я несколько секунд тупо таращилась на Максима, пока он мне не подмигнул.

– Доброе утро, Вероника! – доброжелательно сказал он.

– Доброе, Максим Викторович! – выдавила я, доставая сумку. Прикрыв дверь, я деревянной походкой вернулась к стойке и вручила Люде её сумочку. Вампир же не торопился уходить.

– Кстати, я забыл тебя вчера поблагодарить за чудесный кофе! – с улыбкой протянул он, наблюдая за моей реакцией. Я попыталась изобразить ответную улыбку, и, вроде, у меня даже начало получаться, когда одновременно произошли две вещи: в офис зашли местные звезды нашего коллектива (три девицы, считающие себя центром Вселенной), в тот же момент Максим многозначительно закончил: – У тебя дома очень мило... – Вы бы видели, как вытянулись лица у звезд! Поборов хихиканье, я вполне искренне улыбнулась. Но следующие слова Максима заставили меня застыть. – А можно спросить, что имела в виду твоя мама, когда уходя, сказала: «Только квартиру не разнесите... А то знаю я твои несчастные случаи»? – «Пробка» у двери увеличилась на два человека, вторым, к несчастью, был шеф. Вот только не говорите, что Максим не замечает эту толпу за его спиной! Ну и что с того, что они молчат? И вообще не производят никаких звуков, с таким интересом вслушиваясь в наш диалог! Я демонстративно покосилась на входную дверь, даже бровями просигналила, и Максим, наконец, обернулся и совершенно спокойно поздоровался со всеми: – Доброе утро, дамы, господа! – Ух, ты! Я тоже хочу научиться так же невозмутимо держать себя при любых обстоятельствах.

– Доброе утро! – подражая Максиму, повторила я. «Пробка» ожила и, ответив на приветствия, рассосалась. Вот только на лице такими жирными буквами светились разнообразные вопросы.

– Хм-м... понятно, на работе лучше не обсуждать вчерашний вечер, а то неправильно поймут, – протянул Максим, приближаясь ко мне. – Может, тогда пообедаем вместе? – предложил он. Честно, я не то чтобы удивилась – скорее, разнервничалась, И к чему это? Точнее, откуда такой интерес к моей персоне? Неужели понял, что я его раскрыла?

– Почему бы и нет? – пожав плечами, сказала я и поспешила покинуть холл, захватив сумочку с барьера. Вот только в дверях врезалась в двух сотрудников, что нагло подслушивали под дверью. Да уж! Кхм... Ладно, Лена: от неё можно ожидать подобное, но шеф?! Вроде, взрослый мужчина (лет так за сорок), солидный (все время в костюмах ходит), воспитанный (ага, особенно когда замечает, что ты опоздала, приветливо так говорит: «Доброе утро!», а на лице написано: «С вас объяснительная»), а такое себе позволяет! Нет, я не сказала это вслух, но, возможно, у меня это на лице было написано? А то Владимир Гаврилович как-то странно покосился на меня и поспешил в свой кабинет. Я тоже направилась на рабочее место.

Все утро я размышляла о предстоящем обеде. И зря коллеги подумали, что я настолько рассеянная из-за мечтаний о Максиме. Хотя доля правды в этом и была. На самом деле я голову себе сломала, придумывая, чтобы ещё предпринять для разоблачения вампира. Ведь такая прекрасная возможность появилась! И единственное, что приходило в голову – проверить на прочность его шкуру. Вот только как это сделать? Как обычно, сделать вид, что это случайно? Ага, с учетом его отменной реакции, я скорее с ножом буду носиться за ним по ресторану, чем смогу нечаянно порезать его. Воображение сразу же нарисовало картинку, и я с трудом подавила смех. Заметив мою улыбку, Лена ехидно заметила:

– Что-то ты размечталась, Вероника? Думаешь, что если Максим тебя на обед позвал, то всё – он твой? А ты про невесту, случайно, не забыла? – Я хотела проигнорировать её вопросы, но не смогла сдержать язычок.

– Не надо так громко завидовать! – И миленько так улыбнулась. А сама уже задумалась насчет невесты. Существует ли она в реальности? И какой она расы? Хотя насчет последнего я почти не сомневалась: если у Максима и есть невеста, то она того же вида, что и он (ну, не верю я, что вампиры могут полюбить «еду», поэтому и отвергла сразу идею: влюбить его в себя и тихонько ожидать пока он проколется). Хм-м... надо бы Люду расспросить о невесте.

Около одиннадцати я выловила Люду, и мы устроили совещание в туалете (на кухне звезды распивали чаи). Ничего нового о его невесте она мне не сказала, просто посмотрела так выразительно, что я выпалила:

– Да не ревную я! Просто подумала, что одним своим внешним видом она может укрепить наши догадки. Представь двух очень бледных людей вместе... – Люда представила и после небольшой заминки кивнула, соглашаясь с моими доводами. К сожалению, и у неё новых идей не было. Разве что вот эта:

– Ну, если не удастся порезать его, можешь сама порезаться... – Я дико посмотрела на неё, и Люда пояснила: – Ты же не хочешь бумагой порезаться... ножом не так противно! – Я только тяжко вздохнула (все ещё надеялась отмазаться от этого). Подруга пообещала ещё подумать, и мы разошлись.

А за пару минут до обеда к нам в кабинет пожаловал Максим.

– Добрый день! – поздоровался он со всеми. Девушки вразнобой ответили на приветствие. И уже подходя ко мне, с улыбкой спросил. – Вероника, ты уже готова?

– Не совсем...– Я пожала плечами, посмотрев на часы, но все же, захватив сумочку, двинулась ему навстречу. Вместе мы направились к выходу, провожаемые взглядами сотрудников. Даже коллеги из соседних кабинетов вышли в коридор. Уже у самого выхода из офиса я свернула к шкафу, где сегодня оставила пальто. Максим последовал за мной и помог мне надеть пальто, как вчера маме. Приятно... В наш век уже забываешь о проявлении галантности со стороны мужчины. Застегивая пальто, я ненароком взглянула на Люду, она еле заметно покачала головой: идей у неё не появилось.

До ресторана мы добрались быстро. По дороге почти не разговаривали. Может, Максим решил поговорить откровенно без лишних ушей? Но едва мы расположились за столиком, как он повторил утренний вопрос самым беспечным тоном:

– Так почему твоя мать попросила не разнести квартиру?

– Без понятия! – с улыбкой сказала я. Нужно делать хорошую мину при плохой игре. – Мне как-то не доводилось устраивать разгром в квартире, поэтому сама не поняла смысла её слов.

– А твои несчастные случаи? – приподняв бровь, уточнил вампир. Вот же, любопытный какой! Я только пожала плечами.

– Ты же заметил, какая я неуклюжая... Вот мама и переживает. – Честное слово, больше ничего в голову не пришло! А с другой стороны... может, самой начать «откровенный» разговор? Но что-то подсказывало не делать этого.

В это время подошел официант и предложил меню. Честно говоря, я подумала, что Максим просто закажет два бизнес-ланча, но нет, он порекомендовал мне несколько блюд, и предоставил право выбора. А мои глаза никак не желали отходить с отметки «цена». Потом в меня вселился бесенок, и я заказала самые дорогие блюда, благо, одно из них как раз упомянул Максим. И что он?! Представляете, даже бровью не повел!

Пока ждали заказ, говорили на отвлеченные темы. Я все косилась на столовые приборы (да-да, на ножик), один раз даже осторожно и незаметно проверила лезвие на остроту. Когда принесли салаты, я все ещё подумывала проверить на прочность его шкуру, и у меня даже возникла одна идейка... Но, чуть подумав, я все же отказалась от неё. Если даже у меня получится развести его на дружеский поединок (а что, я с друзьями и не такое устраивала, правда, обычно мы по таким ресторанам не ходим), не факт, что у меня получится задеть его «шпагой». И все закончиться беготней по залу.

Что ещё можно предпринять? Ни-че-го! Остается только активней жестикулировать, а потом «случайно», а главное – неожиданно уронить ножик, вдруг что-то и получится. Но уж очень это сомнительно (как и во всех ресторанах, ножик был с закругленным концом). Использовать вилку? Слишком жестоко! Я тяжело вздохнула, мысленно ругая себя за скудную фантазию.

– Что-то случилось? – участливо спросил Максим. Я удивленно посмотрела на него: о чем это он? И вампир пояснил: – Ты так тяжело вздохнула...

– Пытаюсь понять... – протянула я, но вместо «как тебя разоблачить» сказала: – Твое поведение. За последнюю неделю ты столько раз страдал из-за моей неуклюжести. А вместо того, чтобы держаться от меня подальше, ты подвозишь меня до дома, потом остаешься на кофе... А сегодня даже на обед пригласил. – И со смешком спросила» – И не боишься, что в тебя случайно тарелка прилетит? – И мысленно продолжила: «Или ножичек?»

– Нет, не боюсь, – с улыбкой ответил он, а в глазах у него смешинки заплясали. – У меня реакция хорошая. – Не удалось мне подавить тяжелый вздох, каюсь. Заметив мою реакцию, он, уже не скрываясь, ухмыльнулся. – Или именно это тебя и напрягает? – Не в бровь, а в глаз попал! Откуда ж ты такой дога-а-адливый?! – Опять делаю хорошую мину при плохой игре.

– Да нет, это только радует. Если бы не ты и твоя реакция, лежала бы я дома с переломанной ногой или рукой, после вчерашнего падения. – Он шутливо поклонился.

– Всегда к вашим услугам, – сказал он. А я протянула руку к бокалу с вином (Максим заказал), улыбнувшись этой фразе. Вампир же продолжил, внимательно следя за моей реакцией: – А насчет моего приглашения в ресторан?.. Почему бы и нет, ведь ты мне понравилась. – Ох, зря я не дождалась окончания его монолога, а сделала глоток! Хорошо, хоть небольшой, а то были бы мы такими красивыми: с красными пятнами от вина по всей одежде. А так мне все же удалось никого не обрызгать, хотя поперхнулась я сильно. Прокашлявшись, я уставилась на него.

– А как же невеста? – спросила я первое, что пришло в голову. Он, казалось, искренне удивился.

– Какая? – переспросил Максим. – А-а-а-а, ну, нужно же было что-то ответить на обвинение в гомосексуализме. Зато сразу ото всех подозрений избавился. – Я растерянно хлопала глазами: не могла Люда так топорно сработать. Зная её способы, я была уверена, что он даже ничего не заподозрит. Неужели она в лоб спросила? Да нет, этого просто не может быть! Максим сделал глоток вина, все так же не отводя взгляда от меня, и самым невинным тоном спросил: – Кстати, почему у тебя возникли такие подозрения на мой счет? – Думаю, челюсть у меня отпала слишком очевидно (то есть в прямом смысле), раз он решил пояснить. – Я как раз хотел кое-что у твоего шефа уточнить, когда, подходя к двери, услышал твой монолог. – Челюсть я все же вернула на место (причем не ручным способом) и теперь просто растерянно смотрела на него. И ведь ничем не показал своей осведомленности! Я опустила голову и, поводив пальцем по скатерти, с самым виноватым видом произнесла:

– Да я так... Просто брякнула первое, что пришло в голову, чтобы от меня отстали. – Взгляд снизу вверх (на него, на него, такого большого и сильного), и самая очаровательная улыбка расцвела на моем лице (то есть я опять изображаю блондинку). А этот гад на все мои манипуляции ответил лишь ироничной ухмылкой.

– Со мной этот номер не пройдет! – со смешком сказал он. Ой, черт, забыла, что он видел, как я общалась с шефом после пиццы! Вздохнув, я просто пожала плечами: ведь ответила я абсолютно правдиво. Подняв голову, я уже прямо посмотрела ему в глаза, даже с небольшим вызовом. Он сощурил глаза и уточнил: – Значит, ты действительно не думала, что я голубой? – Я кивнула. В этот момент подошел официант с нашими салатами, и мы замолчали. Но едва он отошел, Максим продолжил вопросы: – И ты не считаешь меня чересчур смазливым? – Я даже сначала растерялась, но, заметив смешинки в его глазах, разозлилась. Откинувшись на спинку, я задумчиво посмотрела на него.

– Ну... даже не знаю... – протянула я. Насладившись зрелищем удивленного вампира, я переключила внимание на салат. И он того заслуживал! Какая вкуснятина! М-м-м-м... И нечего так смотреть на меня, красавчик ты мой: все равно дырку прожечь не сможешь! И аппетит тоже не испортишь. Съев уже больше половины, я «неожиданно» обратила внимание на остолбеневшего Максима. – Но ты не переживай: в офисе все дамы считают тебя идеалом мужской красоты и просто сходят по тебе с ума. Да и здесь многие просто пожирают тебя взглядом.

Не многие, а почти все. Одна официантка уже пару раз запнулась, пока усиленно строила ему глазки – точнее, пыталась: Максим даже не заметил её ухищрения. Кстати, об официантке: а ведь это идея! План созрел за пару секунд! Ещё через мгновение я приступила к его исполнению. Чуть повернувшись на стуле, я краем глаза стала следить за официанткой, пока Максим переключил свое внимание на еду. И вот, когда она проходила мимо меня, я чуть переставила ногу (ага, выставила на проход). По идее, эта мым... симпатичная девушка должна была споткнуться и выронить поднос на вампира. Я бы испуганно заохала и, подлетев к мужчине, помогла бы стряхнуть, а мимоходом бы задела его ножом (ну, я же «сама рассеянность», мне простительно забыть о столовом приборе в такой ситуации). М-да-а, хороший был план! Да и исполнение (по крайней мере, начало) было великолепное! Вот только у вампира реакция ещё лучше! Каким образом он сумел перехватить поднос у официантки, ума не приложу! И как при этом удержал и его, и девушку от падения, вообще не понимаю! Нет, я, конечно, все видела, но как?

Пока я тупо открыла рот от удивления, эта мым... девушка уже пришла в себя и начала активно и многословно благодарить рыцаря, что спас даму в безвыходном положении. Это я не утрирую, а просто пересказываю её монолог! Через минуту её болтовни у меня от раздражения начало сводить скулы. Наконец, Максим отделался от «прекрас-с-с-с-ной дамы», и если мне не показалось, то даже вздохнул с облегчением. Принимая опять сидячее положение, Максим уставился на меня (неужели заметил?). Наш официант тем временем принес горячее и поспешно удалился. Тоже почувствовал неладное? Ещё минуту мы молча переглядывались, пока я не выдержала.

– Я поняла! Это ты так странно влияешь на девушек, что они просто теряют землю под ногами! – выпалила я на одном дыхании и, как всегда, только потом подумала. Будем утешать себя тем, что у меня получилось отвлечь его. Теперь в его глазах не было вопроса, опять появились смешинки, но не только. Ещё и удовлетворение.

– Значит, поэтому ты последнее время так часто падаешь? Но ведь только что ты говорила, что я тебе совсем не нравлюсь. – И синие глаза вновь внимательно следят за мной. Эх-х-х! А глаза у него просто загляденье! Стоп, тряпка! Фу! Фу, я сказала! Так о чем он только что говорил?

– Допустим, конкретно этого я и не говорила! И вообще, нечего на комплименты напрашиваться! –Времени подумать не было, и вот результат! Это точно я сказала? Я ещё раз прокрутила свои слова в обратном порядке, убедилась: я – дура. Причем только что практически призналась, что он мне нравится! Ладно, будем считать, что я действую строго по плану, а именно, усыпляю его бдительность!

Он вновь улыбнулся, но никак не прокомментировал мои слова. «Фу-ух-х! Пронесло!» – подумала я, переключая внимание на салат. Дальше обед протекал в мирном русле. Если мы и заговаривали, то на чисто «обеденные» темы (типа, подай соль, перец, как хорошо здесь готовят... и т.д., и т.п.). Время пролетело незаметно, и мы даже немного опоздали (всего пять минут-то, но оставить десерт я была не в силах). Уже при входе в офис я поблагодарила вампира за вкуснейший обед и понеслась к себе на место.

Глава 7

Вероника

Оставшийся день протекал скучно, поэтому и очень длинно. Около четырех решила навестить Люду (честно-честно, ничего особенного не затевала), но её не оказалось на месте. Решила подождать и чисто случайно заметила красный мигающий огонек на принтере: правильно подумали – бумага кончилась. Достала из пачки стопочку и направилась к принтеру. И в этот момент услышала, как открывается дверь. Обернулась, подумав, что это Люда возвращается, и увидела Макса. Не знаю, как, не знаю почему, но бумага скользнула из рук, я успела перехватить её, правда, невольно порезалась. Айкнув, я с трудом подавила желание залечить слюной порез (ага, потянуть в рот палец), вовремя вспомнив наш «план Х». И тут же посмотрела на вампира, вот только он не смотрел в мою сторону, но... То ли это моя фантазия, то ли действительно он невольно втянул воздух поглубже, и тут же задышал более «поверхностно». Черт, мне же надо было увидеть его реакцию, а он так и смотрел почти себе под ноги, проходя мимо меня в наше крыло.

Не-а-а-а, я так не согласна!!!!

– Максим... Викторович! – вовремя опомнилась я. Он непроизвольно посмотрел на меня, и в его глазах я увидела... не жажду крови, не муку, а бешенство! Правда-правда! Я даже остолбенела на минуту. Но, прокашлявшись, уточнила самым невинным тоном: – А у вас, случайно, пластыря нет?!

– Нет! – резко ответил Максим, захлопывая дверь за собой. Я все ещё растерянно смотрела на дверь, когда появилась Люда. Заметив мое состояние, она принялась за расспросы. Жестом фокусника я выставила напоказ порезанный до крови палец.

– А что Максим? – тут же утонила она. А я только и смогла, что пожать плечами. Под пытками все же рассказала о случившемся. – М-м-м, да-а-а-а... – озвучила она мои мысли. – И что же это значит? – И мы почти синхронно почесали в затылке. Через минуту, она неожиданно воскликнула: – А, кстати, мы с Полинкой протащили идею насчет стенгазеты к Новому году. Так что шеф дал нам добро! – Я злорадно захихикала, демонстративно потирая руки. Значит, теперь я спокойно могу фотографировать всех наших сотрудников для стенгазеты, и никаких подозрений это не вызовет! Всё, вампиреныш, теперь я тебя точно разоблачу!

Не откладывая дела в долгий ящик, мы тем же вечером занялись «стенгазетой». Подсчитав примерное время ухода Максима, мы начали обрабатывать сотрудников как раз перед его выходом. Полина как раз задержалась у нас, чтобы уточнить, что именно мы будем делать. И вот, объясняя ей «легенду», мы пропустили появление вампира. Заметив все же его, я «обрадовалась» и предложила самым нейтральным тоном:

– О, Максим Викторович, можно вас сфотографировать? Мы тут решили сделать что-то вроде стенгазеты к Новому году и пока фотографируем всех подряд. Не знаем даже, кого повесим на доску почета. – Вампир довольно благожелательно посмотрел на нас и даже улыбнулся, пока не увидел фотоаппарат. И в тот же миг замер, а потом пренебрежительно пожал плечами, бросив на меня непонятный взгляд. Через несколько секунд он уже встал напротив объектива, давая мне простор для манипуляций с камерой. Я особо не извращалась, сделала пару снимков и с улыбкой поблагодарила. Вот только Полина испортила мне всю малину (простите, за стихоплетство), заявив:

– Боже, Ника, что у тебя за допотопный фотоаппарат?! Неужели нет нормального?! Так я принесу свой...

– Не надо! – воскликнули мы с Людой одновременно. Полина даже вздрогнула от испуга.

– Девушки, а давайте я вас сфотографирую? – предложил вампир с обезоруживающей улыбкой. – Ваши фото уж точно будут украшать «стенгазету»! Подпишите: «местные корреспонденты»... – Подруги переглянулись и радостно закивали, одна я с опаской отнеслась к его предложению. Пыталась просигнализировать Люде, но она не обратила на меня внимания, поглощенная медленным растеканием по полу под действием улыбки Максима. «Пнуть её незаметно вряд ли получится», – разочарованно подумала я, пока он протягивал руку за фотоаппаратом. Я жутко не хотела его отдавать, но пришлось заставить себя расцепить пальцы. При этом я так жалобно смотрела на фотоаппарат, что вампир с легкой насмешкой «ободряюще» сказал: – Да, успокойся, я не сломаю фотоаппарат. Буду очень аккуратным. – И уже в сторону пробормотал: – С таким раритетом по-другому и нельзя...

Кидать на него возмущенные взгляды я не стала (понимаю, что он прав), просто послушно заняла место перед объективом. Попозировала, даже улыбнулась, но все это время неотрывно следила за фотоаппаратом, точнее, за тем, что Максим с ним делает. Так ничего подозрительного не заметив, я облегченно вздохнула, получив его обратно. Искренне улыбнувшись вампиру, я поблагодарила его. Максим же ответил в том же духе и поспешно покинул офис. На всякий случай я осмотрела фотоаппарат, но так и не заметила дефектов.

В тот же вечер мы дофотографировали оставшиеся кадры и побежали в ближайший магазин, где можно проявить пленку и заказать снимки. Тут нас с Людой ожидал облом: надо было ждать до следующего вечера. По пути к метро мы немного постонали по этому поводу (но это так, для проформы) и разошлись по разным веткам метро.

Весь следующий рабочий день я буквально не знала, как дождаться окончания дня. При этом я опять вела себя идеально, чтобы заставить вампира расслабиться. Кажется, в этот раз не подействовало: Максим все равно избегал меня. Да я и не старалась его увидеть, но все же странно, что пересеклись мы только утром, поздоровались и разошлись по рабочим местам. А вечером, едва часы показали шесть, мы с Людой стремглав выбежали из офиса. В магазине приветливая девушка вручила на пакет с пленкой, мы тут же оккупировали телевизор и...

Такого мата давно никто не слышал в магазине! Несколько парней, что ошивались неподалеку, даже в восхищении присвистнули. Не обратив на них внимания, я вновь пересмотрела все кадры... Люда уже начала меня утешать –наверное, заметила, как задергался мой глаз. Вы представляете?.. Нет, вы не представляете!!! Пленка была засвечена! То есть ни один снимок не проявился!

И что теперь делать? Заново просить его сфотографироваться для стенгазеты? Так кто гарантирует, что он вновь не испортит пленку? Я же не заметила, чтобы он что-то сделал с фотоаппаратом! Так, может, это случайность? Может, фотоаппарат сам накрылся или тот, кто проявлял пленку, что-то не так сделал, или я... Хм-м, даже не знаю. Но если всё же это вампир устроил, тогда признак-то стопроцентный! Вот только как помешать Максиму вновь засветить пленку? Опять попробовать сфотографировать его, только в этот раз незаметно? Вспомнив, как моя прошлая попытка провалилась, я невольно поморщилась. Можно, конечно, попробовать, но не в ближайшем будущем (не удивлюсь, если ближайшее время Максим будет шарахаться от меня). К тому же, если честно, как отключить вспышку на раритете, я не знала, а инструкция давно уже утеряна. Но это самая мелкая из проблем: вечером покопаюсь с ним, авось, разберусь. Купив ещё пленку в магазине, мы покинули его.

По дороге к метро завалились в первую попавшуюся кафешку, где хмуро обсудили результаты нашей бурной деятельности. Я поделилась соображениями по поводу стопроцентностями этого признака. Люда возразила, сказав, что, скорее всего, это мой фотоаппарат накрылся. Посовещавшись, мы решили использовать ещё одну пленку как тестовую. Если и она засветится, тогда причина все же в моем раритете. И тут же приступили к исполнению плана, то есть фотографировать друг друга прямо в кафе, а потом и по дороге обратно в магазин. Заодно поискали, как отключить вспышку на аппарате (не с первого раза, но нашли, благо, кнопок было не так много). Вновь сдали пленку на проявку (не буду упоминать, как на нас посмотрела продавец) и, довольные, с чувством выполненного долга, пошли, наконец, домой.

А на следующее утро Люда выдала мне новую идею, как разоблачить вампира. Честно-честно, идея проследить за Максимом была её. Узнать, где он живет, а потом, когда хозяина квартиры (или коттеджа) не будет дома... Вот-вот, осмотреть жилище в поисках улик (мало ли, вдруг у него в спальне гробик вместо кровати или в холодильнике несколько бутылок с кровью). Я минут пять растерянно смотрела на неё, хлопая ресницами.

– И как же мы попадем в квартиру? – осторожно спросила я, решив отговорить её логическими доводами.

– Есть у меня друг, Сашка, он в подростковом возрасте связался с не очень хорошей компанией. Благо, вовремя одумался, но некоторые навыки до сих пор остались. – Люда озорно мне подмигнула. Ещё минуту я пыталась обрести дар речи, после чего поняла, что надо действовать более решительно.

– Но ведь это преступление!

– Но мы же ничего не будем красть, просто быстренько осмотрим его квартирку. – Подруга невинно улыбнулась. Ну да, в логике ей не откажешь. Хотя что-то я слышала про вторжение в частную собственность?.. Или это только в Америке могут посадить за такое? А ещё... Максим наверняка почувствует, что кто-то был в его доме. Хотя на этот случай можно купить какие-нибудь въедливые духи, чтобы они перебили наш запах. Я сама не заметила, как начала обдумывать план операции.

– А Саша точно нам поможет?

– Думаю, да. – Она пожала плечами. – Осталась в нем какая-то жажда приключений до сих пор, но нужно будет придумать хорошую легенду. Скажем ты – девушка Максима и подозреваешь его в измене. Кстати, у тебя есть друг с машиной, который согласился бы на слежку за Максимом? А то сначала я подумала на Сашу, а теперь поняла, что этот вариант не подходит: как это девушка может не знать, где живет её возлюбленный? – Я задумалась на пару минут, перебирая друзей, которые могут согласиться на подобную авантюру. После недолгих колебаний остановилась на Антоне, друге детства. Хотя...

– Слушай, а может, в отделе кадров узнать его адрес и не заморачиваться? – предложила я. Люда деланно безразлично пожала плечами и сказал:

– Ну... если ты хочешь, чтобы через пару минут все агентство узнало о том, что ты интересовалась, где он живет... – Черт! Я и забыла, какие сплетницы работают у нас в этом отделе! Придется, и правда, отбросить этот вариант! А то, когда Максим узнает, в срочном порядке избавится от всех «улик», просто так, для подстраховки. Но не успела я открыть рот, как в кухне появились Полинка с Леной, и я поспешно перевела разговор на другую тему. Странно, почему они так рано приперлись на работу? Ведь ещё только без пятнадцати девять, половины сотрудников ещё нету на местах (поэтому-то мы так свободно разговаривали на работе о наших планах, правда, не упоминая имени вампира). Допив кофе, мы решили покинуть кухню, когда Полина остановила нас вопросом:

– А вы хоть фотографию Максима покажете, когда сделаете? Переглянувшись с Людой, я решила раскрыть правду.

– С удовольствием бы, но пленка засветилась. – И вполне искренне тяжело вздохнула. Полинка сразу погрустнела, но тут же предложила:

– Так давайте ещё раз сфотографируем его, только в этот раз фотоаппарат принесу я!

В ответ я пожала плечами, не желая сознаваться, что и у меня есть нормальный цифровик.

– Эх, на какие жертвы только вы не пойдете ради его фотографии... – протянула Лена ехидно. Я смерила её снисходительным взглядом.

– Жертвы?! Ты о чем? – со смешком спросила я. – И почему ты решила, что только ради его снимка? Мы вообще-то стенгазету к Новому году решили подготовить, – подписывая себе смертный приговор (то есть теперь от стенгазеты мне точно не отвертеться, так как через три минуты все в офисе будут знать о ней), закончила я и поспешила покинуть помещение. В коридоре нас торопливо нагнала Полина.

– Вот ведь суч...кхм... сумасбродка! Ведь сама же меня на кухню потащила, чтобы узнать про ЕГО фотографию, а такую фифу из себя сейчас строила! – Полина демонстративно поморщилась, Люда что-то в тему поддакнула. Я же была далеко (мысленно): планировала завтрашнюю операцию. Вскоре мы разошлись по рабочим местам. День прошел скучно и незаметно. Теперь и я не искала встречи с вампиром (даже для того, чтобы вести себя «идеально», усыпляя его бдительность). На обеде мы с Людой пошли «гулять», то есть звонить друзьям, а это нужно делать без лишних «ушей». Немного попрепирались на тему, кто первый будет звонить, и приступили к обзвону. Вот что удивительно: и её друг, Саша, и мой, Антон, быстро согласились на наше мероприятие. Главное, что ни тот ни другой не знают картины в целом.

А вечером я занялась своей маскировкой, то есть прикупила духи с ужасно сладким запахом (люблю свежесть) и черный берет, под который спрячу волосы. Из закромов шкафа достала красное пальто (как ни странно, влезла без проблем), даже нашла очки, которые, как я думала, утеряны ещё на последнем курсе института (а тогда были в моде очки с необычной массивной оправой). Примерила все это в комплекте – Максим не должен бы узнать меня издалека. Но все равно надо постараться вообще не попадаться ему на глаза. Потом перезвонила Антону, спросила, может ли он забрать меня с утра из дома (не пойду же я на работу с таким баулом). Друг поворчал ради приличия, но согласился.

Последний день рабочей недели прошел гладко. В обед я проверила, на месте ли машина Максима (да, все в том же дворе), после чего со спокойной душой пошла есть. Поболтала с коллегами на кухне, сегодня даже Максим зашел, чтобы кофе себе приготовить. Поздоровался со всеми, с Полиной даже перекинулся парой фраз и поспешил покинуть комнату. Неужели неудобно стало под артиллерийским обстрелом взглядов из-под ресниц? Я искренне засмотрелась на наших девушек: никогда не думала, что можно так заигрывать, при этом не говоря ни слова. Эх, жаль, фотоаппарата сейчас нет с собой! Но нужно будет обязательно что-то подобное включить в стенгазету. С трудом подавив хихиканье, я пошла на свое рабочее место, а едва часы показали шесть, двинулась на выход. Если честно, привыкла, что Максим всегда задерживается на работе, поэтому не особо торопилась. Каково же было мое удивление, когда я увидела, что вампир тоже направляется на выход! Э-э-э, нет! Так не пойдет! Я должна же быть в машине Антона, до того, как Максим начнет выезжать из двора. И должна быть хотя бы частично переодета (один взгляд в зеркало заднего вида, и он сразу поймет, кто за ним следит). Обгоняя вампира на финишной черте, я судорожно пыталась придумать, как его задержать. Открывая дверь, я обернулась и посмотрела на Людмилу. Думаю, мой взгляд был очень красноречивым, так как всего с секундной заминкой Люда воскликнула: – Максим Викторович!

Я уже выходила, но все же заметила, что он остановился и обернулся. Растерянное молчание подруги заставило меня притормозить: хотелось узнать, придумает ли она причину, по которой окликнула его. Очнувшись и дав себе мысленную затрещину, я поспешила к лифту. На табло у лифта горел первый этаж. Плюнув, побежала к лестнице и, рискуя сломать себе шею, понеслась вниз. Оказавшись на улице, несколько секунд оглядывалась по сторонам, пока не обнаружила машину Антона. Подбежав, ввалилась на заднее сиденье и сразу пригнулась, подтягивая заветный пакет с моей маскировкой.

– Э-э-э... привет... – ошарашенно выдавил из себя Антон. И чего он так удивляется? Неужели не привык к моим выходкам?

– Привет! – ответила я, пряча под берет волосы. Нацепив очки, я, наконец, выглянула в окно, чтобы тут же увидеть вампира: он только выходил из здания. – Наш объект вышел только что на улицу, сейчас пойдет вон в ту арку. Машина – черная «бэха», номер 478. Постарайся не сильно мелькать: он внимательный, зараза, да ещё и реакция отличная! – Антон хмыкнул, а я, к этому времени расстегнув пальто, начала стягивать его.

Периодически посматривая в окно, я с трудом переодевалась, когда увидела, как Максим выворачивает из-под арки. Благодаря этому и удержалась, когда Антон резко стартанул с места, пристраиваясь за ним. Переодевшись, я на светофоре перелезла на переднее сиденье и занялась гримом (то есть накрасила губы ярко-красной помадой). Друг держался превосходно, иногда даже позволяя нескольким машинам встать между нами и вампиром. Ехать долго не пришлось. Недалеко от Парка Победы Максим свернул во дворы. Вот только припарковался он на платной стоянке. Что ж, придется продолжить преследование на своих двоих. Антон хотел увязаться за мной, но я не позволила. Максим спокойно шел вперед, даже не оборачивался ни разу, что меня несколько обнадеживало. Но за очередным поворотом меня ожидал сюрприз: Максим схватил меня за руку и буквально прижал к стенке.

– Вероника? – протянул он насмешливо. – Вот уж неожиданность!! И что ты тут делаешь? Учти, слежку я заметил уже на третьем светофоре, так что сказать, что ты здесь оказалась случайно, не получится. – И мило так улыбнулся. Я молчала, и он решил добить меня, отрезав все пути к отступлению: – Причем твоя дурацкая маскировка... – С этими словами он стянул с меня и берет и очки, – наводит на вполне определенные выводы. – Я в ответ снова молчу и только стреляю в него возмущенными взглядами. Тяжело вздохнув, Максим спросил совершенно серьезным тоном: – Зачем ты за мной следила, Вероника?

И как вы думаете, какая идея пришла мне в голову первой? Я уже открыла рот, чтобы рассказать правду, но в последнюю секунду одумалась.

– Ты мне нравишься! – выпалила я. Максим усмехнулся и осторожно дотронулся до моего подбородка.

– Ты мне тоже нравишься, – прошептал он. Максим использовал глагол в настоящем времени? У меня аж брови полезли на лоб: неужели все мои выходки не испугали и не оттолкнули его?! Заметив мое удивление, Максим продолжи:– Я уже говорил тебе об этом. Но при чем здесь слежка?!

– Я хотела узнать, где ты живешь. – Абсолютная правда, поэтому напрягаться мне не пришлось.

– И зачем? – уточнил вампир. Ну почему он такой дотошный? С трудом удержалась, чтобы не скривиться. Никаких идей у меня не возникало, пауза затягивалась. И Максим высказал предположение: – Чтобы оценить мое благосостояние?

– Нет! – возмутилась я искренне. Какой хороший стимул! Сразу придумала, зачем! – Я просто хотела сделать тебе сюрприз, неожиданно заявившись с шампанским или вином, – немного стушевавшись под его взглядом, я неуверенно закончила: – И на месте определиться, насколько сильна моя симпатия...

– Попытка неплохая...– протянул Максим. – Но я тебе не верю. – Я удивленно распахнула глаза, искренне не понимая, почему. Вроде бы, все логично изложила. Наверное, он все же заметил мое остолбенение, раз решил пояснить: – Ты не флиртуешь. – В ответ я смогла только пару раз моргнуть и уставиться на него совершенно обалдевшим взглядом. – Даже сейчас ты не строишь мне «глазки», ни осознанного кокетства, ни подсознательного прихорашивания я за тобой не замечаю. – Ага, конкретно сейчас мои мысли заняты совершенно другим, а именно – как мне отмазаться? Я демонстративно поправила прическу и кокетливо опустила глаза.

– Так лучше? –И призывный взгляд из-под ресниц. Вампир усмехнулся.

– Намного! – хмыкнул он. – Но уже немного поздновато.

– Вот скажи: а тебе это не надоело? – со вздохом спросила я. Теперь удивился он, и я уточнила: – Артобстрел из-под ресниц, зазывные улыбки, расстегнутые пуговички блузок? – На последнем предположении невольно вспомнился один эпизод, так что, поперхнувшись, я замолчала. Максим вновь усмехнулся, пожимая плечами.

– Возможно, и надоело. Но это естественная реакция женщин на понравившегося им мужчину. – Максим вновь дотронулся до моей щеки. – Конечно, бывают и нестандартные... Но тебя это не касается. – Я уж хотела возмутиться, но он прикрыл мой рот пальцем. Вампир улыбнулся самой очаровательной улыбкой и предложил:– Так что давай поговорим откровенно.

Взвесив все «за» и «против», я решительно кивнула и, вздохнув поглубже, выдала:

– Я знаю: ты – вампир! – Минута растерянного молчания. А потом – его громовой хохот, искренний такой, заразительный! Не сдержавшись, я толкнула его в грудь. Не, ну я, конечно, не ожидала, что он сразу же признается мне (хотя надежда была), но зачем же так демонстративно реагировать?! Покачнувшись, Максим удивленно посмотрел на меня.

– Ты серьезно? – уточнил он. Я, насупившись, кивнула. Максим с сомнением покачал головой и уточнил: – И почему ты пришла к таким выводам?

– Ну... ты... – Я замялась, подыскивая более подходящий довод, но, в конце концов, просто выпалила: – Ты очень красивый, у тебя чересчур бледная кожа, и завораживающий голос, нереально быстрая реакция... – Весь его вид выражал такой скепсис, что я стала судорожно вспоминать хотя бы один не до конца провальный тест. – И ещё... у тебя была странная реакция, когда я случайно порезала палец!

– Это когда было? – уточнил он подчеркнуто недоверчивым тоном. Я поспешно пояснила, когда. Максим небрежно пожал плечами. – Вообще я был злой по другой причине, и не помню... А, да, ты же у меня пластырь попросила, – припоминая, закончил он.

Я только и могла, что поморгать ресничками, так как его реакция, да и поведение отлично вписывались в стандарт «мужик обыкновенный». Я даже никакой фальши в его голосе не засекла. Заметив, как я погрустнела, Максим решил меня добить.

– Нет, ты действительно думала, что я вампир? Стефани Майер начиталась? Я думал, её романами увлекаются только подростки, – пренебрежительно закончил он. Я хотела возмутиться: как будто только Майер единственная, кто пишет про вампиров, но сдержалась. Максим дотронулся до моего подбородка, заставляя посмотреть на него. – Вероника, это реальный мир. И тебе пора забыть детские фантазии про волшебников, драконов и оборотней. Нет никакой магии, пойми ты! Наш мир такой, какой есть, и не надо путать его с миром фэнтези. Просто смирись, ведь он не так уж и плох.

Оттолкнув его, я поспешно вырвала руку и направилась обратно к машине Антона. Ничего не видя перед собой, я медленно брела, а в голове настойчиво повторялись его слова: «здесь нет магии, нет магии, нет». Может, мне действительно надо повзрослеть? Максим не пытался меня догнать, а я все шла, не разбирая дороги. Неожиданно раздался визг тормозящей машины, и я, очнувшись, посмотрела в ту сторону. На меня неслась машина, водитель посигналил, одновременно пытаясь затормозить, и понимал, что не успеет, так же как я поняла, что столкновения не избежать. Какая-то женщина закричала. Но в последнюю секунду, кто-то резко дернул меня за руку, буквально выдергивая на тротуар. Схватив меня за плечи, мужчина начал меня трясти.

– Дура! Ты вообще смотришь, куда идешь?! Тебе никто не говорил, что нужно ждать зеленого сигнала на светофоре? – А я стояла столбом, ещё не отойдя от пережитого ужаса. Ещё чуть-чуть, и этот мир перестал бы быть моим. Всхлипнув, я обняла Максима, практически повиснув на нем. Пара глубоких вздохов, и я почти спокойна. И тут меня озаряет. Подняв взгляд, я обвинительно выпалила:

– Ты не мог успеть меня спасти... Я видела, ты остался на месте.

Глава 8

Максим

Тяжко вздохнув, я заправил прядку её волос за ухо и сказал терпеливым тоном:

– Я пошел за тобой с небольшой задержкой. – Я постарался выглядеть как можно убедительней. Все равно она ничего не видела вокруг себя, задумавшись над моими словами. Черт, как же хорошо было! Я же видел, что она поверила мне. Расстроилась ужасно, но поверила. Вот стоило мне геройствовать? Ну, сломала бы она руку, ничего бы страшного не произошло. А так... выдал себя, что называется, с головой. Хотя... я уверен, что смогу отмазаться, она же действительно ничего не видела, поэтому чуть не угодила под машину. И как же я испугался в этот момент! Просто уму непостижимо! И за кого? За эту «бабочку»? Да, она нравится мне, это не подлежит сомнению, но не больше. Но почему же тогда я так испугался? Я почувствовал её дрожь, значит, и Вероника ещё не отошла от пережитого ужаса. И решил убедить её окончательно (пока она в таком состоянии). – Я заметил, что ты в неадеквате, поэтому решил последовать за тобой. – Вроде, поверила, и я, хмыкнув, сказал: – К тому же ты сама говорила, что у меня хорошая реакция, и я этого не отрицал!

Она слабо улыбнулась и чуть отодвинулась от меня. Я неохотно отпустил её, и в тот же момент она покачнулась. Вновь обняв её, я сказал непререкаемым тоном:

– Так... все с тобой ясно! Пойдем отпаивать тебя чаем.

– Куда? – удивленно спросила она.

– Куда, куда! Ко мне домой, конечно! И не надо возражать, ты ведь так хотела узнать, где и как я живу, вот и узнаешь. – Поддерживая её под локоток, я пошел к своему дому, но уже через пару метров вынужден был приостановиться, так как Ника не успевала за мной. Я что, забыл скорость переключить после подвига по спасению одной очаровательной сумасбродки?! У-у-у, дурак!

– Подожди, – пробормотала Вероника, удерживая меня за руку. – Мне надо позвонить. – Фух, не заметила, пронесло! Достав телефон из сумочки, девушка набрала номер, отойдя на пару шагов от меня. Вскоре раздался мужской голос.

– Да?

– Антон, ты можешь подождать меня минут тридцать-сорок? Или...

– Я подожду, – решительно перебил её мужчина. – Только скажи: у тебя все нормально?

– Да, все хорошо, – с немного нервным смешком сказала Ника. – Увидимся позже. – И, сбросив вызов, повернулась ко мне с милой улыбкой на устах. А в глазах так и бесятся чертенята! И что она опять задумала? Я чуть вслух не застонал, но вовремя сдержал порыв. Скоро все узнаю!

Путь до дома не занял и трех минут, и вот мы уже стоим на пороге моей квартиры. Зайдя в дом, я тут же помог девушке избавиться от пальто. Заметив, что она с любопытством осматривается, я не удержался от вопроса:

– Нравится? – Мы уже зашли в гостиную, Вероника критично осмотрелась по сторонам.

– Мило, – вынесла заключение она. – В том смысле, что хоть и по-спартански мало мебели, но комната не кажется пустой или необжитой.

Я пожал плечами и направился на кухню. Вероника с минутной задержкой последовала за мной. Включив кофеварку, я перекинулся на привычную работу, то есть решил позаботиться об ужине для двоих. Конечно, проще было заказать что-нибудь из ближайшего ресторана, но... За несколько веков я научился готовить гораздо лучше, чем во всех этих ресторанчиках.

– Помочь? – предложила Вероника, нагло заглядывая в холодильник. Причем она так внимательно оглядела его содержимое, что я невольно задался вопросом: уж не кровь ли она там ищет? Ещё раз прокрутив эту дельную мысль в голове, я решил спросить прямо (ну, со всей осторожностью, конечно).

– Кстати, я все-таки не понял... – начал я, вытаскивая из морозилки рыбу. А что? Готовится быстро, к тому же знаю я один рецепт... Вероника не то что пальчики оближет – руку откусит. Хоть бы не мою! А то мало ли, вдруг решит мою, точнее, вампирскую регенерацию проверить. Хм-м... я отвлекся. А ведь планировалось отвлечь Веронику. Она что-то сказала, уточняя, что именно я не понял. – Зачем все же нужна была эта слежка? – О! То, что нужно! Ника от неожиданности даже замерла, уставившись на меня во все глаза. – Чего ты хотела этим добиться? – Она подчеркнуто небрежно пожала плечами, видимо, надеясь замять тему. Ага, я ей, конечно, позволил это сделать, продолжив расспросы: – Для чего тебе нужно было узнать, где я живу?

– Ну... – неуверенно начала она, косясь на меня. – Я хотела порасспрашивать соседей о тебе, вдруг они заметили за тобой странности.

– Хм-м... не верю. Попытка номер два, – предложил я. Вероника недовольно посмотрела на меня, явно возмущенная невозможностью так легко отмазаться. И я пояснил свою «логику»: – Многих соседей из своего дома ты знаешь? И как часто с ними видишься, если не в лифте или в ближайшем магазине? – Вопросительно глядя на неё, я ждал ответа или какого-нибудь жеста, выражающего согласие или несогласие с моими доводами. Но Вероника просто вновь пожал плечами, я хмыкнул и высказал предположение: – И судя по тому, с каким любопытством ты заглядывала в мой холодильник, могу предположить... Ты хотела найти доказательства моей... хм-м... вампирчатости? – не сдержав смешок (во, как загнул-то!), я продолжил изобличительные речи, не скрывая иронии. – Например, человеческую кровь вместо томатного сока в холодильнике. – По вспыхнувшим щекам девушки, я понял, что попал в точку. Хм-м... а она так очаровательно смущается! Быстро взяв себя в руки, Ника вновь посмотрела мне в глаза, при этом попыталась скрыть вызов во взгляде. Не особо успешно. Микроволновая печь пикнула, сообщая, что рыба уже разморозилась. Переключив на неё внимание, я, тем не менее, продолжил небрежным тоном:– И опять же, судя по целеустремленности, с которой ты обследовала содержимое моего холодильника, могу предположить, что от своей идеи ты не отказалась. – Быстрый взгляд на Нику, слишком быстрый для человеческого зрения, и я убедился в догадке. Сдержав ругательство, я задумался, каким же способом её переубедить, да так, чтобы сразу и навсегда! Ничего стоящего не приходило в голову, поэтому решил просто высмеять её попытки разоблачения. – Ясненько, – протянул я. – Вероник, ты только подожди немного, я сам покажу тебе квартиру, и спальню тоже... Убедишься, что никаких гробов там нет. Хм-м... а может, и это тебя не убедит? – Девушка молчала, глядя мне в затылок. – Тогда как же тебе доказать? – Закончив разделывать рыбу, посыпал её приправами и, завернув в фольгу, поставил в духовку.

– А зачем ты так хочешь мне это доказать? – с улыбкой спросила она, но глаза оставались серьезными.

– Хм-м... знаешь, я просто начал опасаться за свое здоровье. Вдруг ты там решишь проверить мою реакцию или скорость заживления ран... или что там ещё у вампиров есть? – Повернувшись к ней, я усмехнулся (судя по выражению лица, такие идеи её уже посещали) и спросил самым невинным тоном, на какой был способен: – Кстати, не скажешь, что это за душ ты нам устроила пару дней назад? – Ника пожала плечами, с трудом сдерживая расползающиеся в улыбке губы. Я не смог сдержаться и вполне искренне улыбнулся в ответ. – Дай, угадаю: он был из святой воды?! – Вероника все же рассмеялась, одновременно пытаясь изобразить на лице раскаяние. Я вновь задумчиво замолчал и после небольшой задержки продолжил «угадывать»: – Хм-м...я, кажется, догадался, для кого была приготовлена та пицца, что в нашем агентстве получила ласковое название: «гребаный антисептик». – Теперь смеялись мы вместе. Смеется – это хорошо, значит, уже сама понимает абсурдность моего «вампиризма». – Подожди, стой, а твой «раритет», то есть фотоаппарат, – это для чего? Это, типа, я не должен был проявиться на фотографии? – Ника смогла только кивнуть в ответ. Так, теперь главное – не переиграть. – Ну и как? Я был на фотографии? – В том, что Вероника не видела, как я засветил пленку, уверен на сто процентов.

– Не знаю, – с улыбкой сказала Ника. – Пленка засветилась.

Сделав ещё пару «разоблачений», я успокоился и предложил гостье сока, пока мы дожидаемся рыбу. Заметив её взгляды в сторону двери, я все же предложил ей экскурсию. Квартира была не такой уж большой – четыре комнаты: зал, две гостевые и моя спальня. Но на пороге спальни Ника приостановилась и внимательно посмотрела на меня. Я даже удивился столь резкой перемене в ней: ещё секунду назад она шутила, а теперь смотрит как будто мне в душу.

– Максим, а зачем ты это делаешь? – Заметив мой непонимающий взгляд, она уточнила: – Возишься со мной, пытаясь переубедить меня?

– Я уже сказал: ты мне нравишься, – спокойно ответил я совершенно искренне, правда, ни взглядом, ни жестом не показывая, насколько сильно это чувство. – Меня тянет к тебе. И лучше сразу разрешить все недоразумения, чтобы они не мешали нам в будущем. – Вероника с сомнением покачала головой, а я уже открыл дверь в спальню. Девушка окинула быстрым взглядом её и как будто разочарованно выдохнула. Слабость длилась не дольше секунды, и вот она уже с улыбкой осматривает комнату, а я уже чуть ли не рычу вслух из-за её упёртости. Значит, все ещё не верит мне? Надеялась все же увидеть доказательства моего «вампиризма»? А до этого в кухне притворялась, будто поверила мне... Ох, девочка, не в те игры ты играешь! Или не с тем вампиром. Вот только желание обладать тобою никуда не пропало, даже ещё усилилось. Может, этому способствовала обстановка комнаты, в которой мы находились. Подавив эти мысли, я несколько иронично сказал: – Как видишь: обычная спальня, обычная кровать... и даже ни капельки не похожа на гроб, – зловещим шепотом закончил я и, сделав пару шагов в сторону кровати, присел на неё. Демонстративно подпрыгнув, я предложил уже с совершено другой интонацией: – Можешь даже присесть... испытать её на мягкость. – Я добавил чар во взгляд, желая чуть подтолкнуть её к нужному мне действию. Но Вероника осталась стоять на месте, практически на пороге комнаты. Улыбнувшись ей, я продолжил обольщать «бабочку», уже добавив «зов» в голос:– Ну же, смелее, Вероника! Иди сюда. – Никто из людей не мог противостоять зову «высшего», в этот момент я понимал, что переступаю грань дозволенного. Никогда раньше я не прибегал к магии, чтобы соблазнить беззащитную человеческую девушку (это только у нас, вампиров, есть что-то вроде иммунитета к таким чарам). Но почему-то в данный момент меня это мало беспокоило. Сейчас больше всего хотелось целовать её соблазнительные губы, медленно переходя к тонкой длинной шее и ещё ниже. И ласкать, ласкать, ласкать её весь вечер и всю ночь напролет. – Или давай испытаем вместе? – Мой голос был уже пропитан соблазном.

Ника опустила взгляд, наверное, пыталась побороть желание пойти на «зов». Зря: это невозможно! Но когда она подняла глаза, в них не было ни желания, ни томления. Её взгляд обжег: смесь разочарования и презрения. Невесело усмехнувшись, Вероника окинула меня холодным взглядом. По её глазам увидел, что она хотела резко осадить меня, но сдержалась.

– А вот пошлить было не обязательно... – тихо сказала она и, развернувшись, покинула комнату. Я все ещё пребывал в шоке от её реакции на зов (точнее, её полному отсутствию), поэтому не сразу пошел за ней. Впрочем, заминку она, скорее всего, не заметила, потому что вскоре я её нагнал (да не могла она заметить моего ускорения).

– Вероника, я же пошутил... – растерянно прошептал я, заметив, что она направилась в коридор. Честно, уже не помню, что конкретно говорил: я просто отправлял зов.

– В каждой шутке есть доля шутки, – посмотрев на меня, сказала Ника. – Всё остальное – правда. – Она отступила ещё на пару шагов и потянулась к вешалке. Я перехватил её руки и, удерживая их, заглянул в глаза.

– Ну, хромает мое чувство юмора на обе ноги, но это же не конец света? – протянул я, Ника резко дернула руки, освобождая их. Нет, конечно, если бы я хотел, она бы так легко не освободилась, но сейчас не стоит применять силу. Сложив руки на груди, я позволил ей самой надеть пальто, с трудом удерживаясь от привычного позыва. Она быстро обулась, но едва выпрямилась, как я сделал шаг к ней. По квартире уже разнесся аппетитный запах, и это подкинуло мне идею. – А как же ужин? Я такую рыбу готовлю, что ты просто пальчики оближешь! Тем более, всю её мне просто не съесть.

– Думаю, ты легко найдешь себя компанию, – пожав плечами, предположила Вероника. Уже на пороге она обернулась и с едкой улыбкой сказала: – Кстати, можешь быть спокоен: ты убедил меня, что ты обычный человек. Только настолько самоуверенный... павлин, из разряда «мужик обыкновенный» мог так искренне удивиться отказу на столь заманчивое, по его мнению, предложение.

Я даже возразить ничего не успел, как она покинула квартиру. Выругавшись, я только покачал головой. И почему у меня такое ощущение, что вместо «павлина» и «мужика» она хотела употребить слово покрепче? Обувшись и накинув куртку, я последовал за ней, незаметно проводил до машины Антона и, убедившись, что все нормально, вернулся домой. И тут же схватился за телефон. Забавно: уже давно живу самостоятельно, ни у кого не спрашивая совета, но стоит произойти чему-то непонятному, как я спешу за разъяснением к отцу.

– Да? – услышал я его удивленный голос.

– Пап, привет! – быстро поздоровался я и, не желая тратить время зря, сразу спросил: – Скажи, у тебя когда-нибудь было, чтобы... Человек не пошел на «зов». – Судя по молчанию, вопрос его огорошил. Это ведь древнейшее оружие вампира, с помощью него мы могли спокойно позвать человека в любое место, и даже умирая, он не пытался оказать сопротивление чарам или их хозяину. Он буквально «подчинял» себе волю человека.

– «Зов»? –Оказывается, папашу удивил сам факт того, что я «позвал» человека. Знает, что я никогда этого не делаю. – И кого? Неужели ту «бабочку»?

– Не важно. –Я чуть поморщился. Наверное, отец уловил мое настроение, потому что перешел на деловой тон.

– Так... а не уступивший «зов» – верующий в Бога? Точнее, даже так: он – христианин?

– Хм-м... –Я, мягко говоря, удивился, потом вспомнил о крестике. – Да. Она носит крестик...

– Она? – не скрывая насмешки, переспросил папаша. – И куда же ты её звал? – Я молчал, только крепче сжав зубы, и он уступил. – А крестик у неё какой? Обычный или золотой? Или...

– Кажется, серебряный, – перебил я. – Но при чем здесь это?

– А как ты думаешь? Почему вода, освященная христианским попом, опасна для нас? И не сваливай все на серебро... Это вопрос веры. А теперь припомни, какое бытуют у них мнение по поводу крещения. – Витторио замолчал, ожидая, когда до меня дойдет суть вопроса. И она дошла.

– Ты считаешь, на ней был крест, что надели на неё при крещении и что крещенные и, правда, обзаводятся ангелом-хранителем, который «привязан» к этому крестику?

– И не надо так саркастически относиться к этому. Главное – вера. А «бабочка», судя по всему, верит, что ангел-хранитель бережет её.

– Но тогда... почему я раньше не сталкивался с такими «верующими»?

– А ты часто «звал»? – ехидно уточнил он, но тут же смягчил тон: – Это обстоятельство не афишируется... но и не скрывается под грифом «секретно».

– Хм-м...– только и смог промычать я и поспешил сменить тему, приступив к расспросам о делах клана. Вскоре мне удалось его отвлечь, чему я был рад. И вот, когда я уже прощался с отцом, уверенный, что он забыл причину моего звонка, он выдал:

– Знаешь, мне уже интересно взглянуть на твою «бабочку»... – Усмехнувшись, он продолжил, не скрывая ехидства: – Что же в ней такого, что ты не смог полагаться только на свое обаяние и решил применить безотказное оружие?

– Сам бы хотел это знать, – неожиданно для самого себя признался я. Очнувшись, я торопливо пообщался с отцом и сбросил вызов.

Побродил по комнате, стараясь придумать развлечение на вечер. Так ничего интересного и не пришло в голову (идея навестить Нику была, конечно, интересна, но неосуществима, – по крайней мере, так, чтобы не вызвать новых вопросов). Поэтому просто решил съесть ужин и выпить «красненького» (откуда кровь? Ну неужели вы думаете, что я стал бы хранить столь ценный продукт в холодильнике?). А после прогулялся-пробежался по улице. И смотря на город с крыши Исаакиевского собора, я, наконец, смирился с решением, что было принято в момент моего неожиданного признания отцу. Я не знаю, что в Веронике такого особенного, но она будет моей. Я сделаю все возможное для этого, а потом буду наслаждаться «бабочкой» оставшиеся годики моей «свободной» жизни. Жаль, что мы не можем оставаться с людьми дольше, чем пять лет, иначе они замечают, что мы не меняемся. И обратить в себе подобных (лишь отдаленно) мы тоже не можем: после рокового решения Старейшин был введен строгий запрет на обращение людей. И пусть многие вампиры были не согласны с этим, но все прекрасно понимали мотивы Совета: новообращенные могут выдать нас с головой – слишком сильна их тяга к человеческой крови. А держать их постоянно взаперти смысла нет, контролировать жажду так не научатся.

Так что, Вероника... жаль, но даже если ты рассчитываешь на «вечную жизнь», ты не обретешь её. Никогда. Рожденному человеком вампиром не стать. И этому Закону уже больше пятидесяти лет. Скажете, несправедливо? Почему другим ранее родившимся людям повезло, а ныне живущим – нет? И будете не правы... Для обращенных вампиров ВСЕГДА на первом месте жажда, а это, могу я сказать, не самое приятное ощущение. Один раз пришлось голодать, после чего, выйдя к людям, я с таким трудом сдержал порыв выпить первого попавшегося до дна, что надолго запомнил свои ощущения.

Глава 9

Вероника

Выходные пролетели незаметно. Ещё в пятницу я рассказала Люде о своем провале в шпионской деятельности, и о том, что полностью спалилась, я тоже поведала. Она постаралась меня утешить, даже предложила встретиться в субботу и обговорить новые способы разоблачения. Но я отказалась. Думаете, я отказалась от бредовой идеи? Наивные! Ничего подобного, просто поняла, что теперь работать надо гораздо осторожнее, а, следовательно, помощники уже неуместны и даже опасны. Точнее будет сказать, решила приступить к выполнению «плана Х», запасного и не очень желательного варианта. Помните, при встрече с вампиром эта идея первой пришла мне в голову, и я её отвергла, потому что это долго... и, в общем, немного некорректно. Но сейчас я поняла, что... Короче, решила я стать любимой девушкой вампира!!! Вот!

И не надо так ржать! Промежду прочим, уже даже предпосылки для этого есть! Какие? Во-первых, я ему нравлюсь (он сам признался). Во-вторых, я ему ДО СИХ ПОР нравлюсь, и это несмотря на все мои выходки! Ну, а кроме этого, я в пятницу даже усыпила его бдительность: не зря же разыграла оскорбленную невинность, когда услышала его предложение насчет постели. Хм-м... вот только до сих пор понять не могу, почему на долю секунды мне реально захотелось принять его приглашение. Да ладно, не суть важна, главное, что я заявила напоследок (да-да, это я про «мужик обыкновенный»). И Максим был настолько обескуражен, что наверняка поверил.

Так-с, а теперь составим план, как охмурить вампира. Почесала макушку, погрызла карандаш; ничего конкретного мой мозг не выдал. Во-первых, любовь нельзя спрогнозировать, смоделировать, подстроить (никто никогда не сможет сказать, почему он влюбился). Во-вторых, хм-м... надо все-таки понять, насколько люди и вампиры разные. Ясно, что достоверной информации на эту тему нет ни в одной библиотеке. Так-с, попробуем рассуждать логически.

1. Мы для них пища.

2. При этом внешне мы, люди, очень похожи на вампиров. То есть мы бы сошли за вампира, если бы не внутренняя составляющая (кровь?).

А, следовательно... редиска его знает, что же из этого следует! Ладно, подойдем с другой стороны. Проанализируем поведение Максима. Ну, вроде, все обычно, за исключением того факта, что несмотря на все мои пакости, он все же увлечен мной. СТОП! А может, это благодаря моим ненормальным поступкам он заинтересовался мной? Дико? Согласна. Но, возможно, за всю его жизнь (интересно, а сколько ему лет... или веков?) стандартный флирт настолько приелся ему, что я со своими выкрутасами невольно привлекла его внимание. Да и к тому же в пятницу он сам заявил (немного возмущенным тоном), что я не флиртую с ним. И его это задело. Ага, значит, он – охотник. Хочет добиваться девушки – значит, моя быстрая капитуляция его не устроит. Или в скором времени я ему тогда надоем. Но так почти со всеми мужчинами: аналог пушкинского «Чем меньше женщину мы любим, тем больше нравимся мы ей».

Засыпала в субботу я с улыбкой на устах, радуясь уже тому, что хотя бы придумала дальнейшую линию поведения. И только когда я находилась на грани сна и яви, меня посетила неожиданная мысль: какая же я все же экстремалка! Решила позаигрывать с хищником! Успокаивало только одно: хотел бы съесть – давно бы покусал.

А воскресенье посвятила я наведению марафета. Даже в салон красоты сходила: маникюр, педикюр, спа-процедуры и, конечно, стрижка (так, форму просто придала). А что? Я должна быть во всеоружии. И не важно, что по плану я первую недельку должна избегать его (я ж обижена на его пошлое предложение).

Понедельник показал, что на мои планы кто-то плевал с высокой колокольни. Около двенадцати шеф собрал всех на совещание. Я скромненько уселась в дальнем от вампира углу и приготовилась внимать. Как оказалось, одна крупная фирма подыскивает себе новое агентство, что будет заниматься их пиаром в ближайшие пару-тройку лет, для чего официально объявила конкурс на лучший рекламный проект на одну из линий своей продукции. Срок – три недели. Нам директор выделил две, после чего Владимир Гаврилович и Ко выберут лучший проект, специалисты нашего агентства отшлифуют его до блеска и преподнесут на конференции. Из чего будут выбирать? А вот из того, что предложат сотрудники творческого отдела. Хотя... и тут директор задумался. Поглядел на своих начальников, потом на наш отдел, снова на начальников и выдал:

– Предлагаю нестандартный вариант: каждый из начальников выберет кого-то из наших «творческих» специалистов и вместе подготовят проект. – Пока все разевали рты, директор начал опрос начальников: – Валерий Григорьевич? – Это он нашего начальника спрашивает. Тот не сразу вкурился, после чего оглядел нас (всего нас семеро) и после колебаний известил:

– Татьяна. – Девушка просто расцвела в улыбке.

Вокруг зашушукались. Хм-м... чувствуется, есть доля правда в тех слухах, что ходят про этих двоих.

– Максим Викторович? – продолжал опрос. Тот сразу посмотрел на меня и объявил.

– Вероника, – спокойно сказал он.

«Ой, дур-ра-а-а-ак! – подумала я, отворачиваясь. – Ему что мало неприятностей, что я устраивала? Или он решил пойти на абордаж? –Посмотрела на него и поняла, что да, он перешел в наступление – настолько обольстительную улыбку он мне послал. – Ну что ж, сам виноват!»

И совесть, что не давала мне покоя эти дни, ехидно поддакнула. Я даже чуть не улыбнулась в ответ. Вовремя очнувшись, я слегка вздернула подбородок и отвернулась. Вы бы видели, как вытянулись у всех лица! И я только в этот момент поняла, как неожиданно тихо стало в кабинете. Удивленно похлопав ресницами (чтоб глаза вернулись в нормальную форму), я вопросительно посмотрела на примолкшего шефа. Поймав мой взгляд, он прокашлялся и продолжил «перекличку» будущих команд.

Из кабинета шефа все выходили в тихом ауте. А вот когда все дошли до рабочего места... мне лично устроили форменный допрос. Я стойко отмалчивалась, изредка пожимая плечами: откуда мне, действительно, знать, почему Максим выбрал меня в напарники? Мне, конечно, «верили», поэтому вопросы продолжали ссыпаться, как из рога изобилия (даже пообедать нормально не дали!). Когда в кабинет заглянул сам источник переполоха, я была ему уже рада, и, услышав вопрос, занята ли я сейчас, просто сорвалась с места.

– Нет, ничего срочного нет. А вы хотели со мной поговорить? – Чудом удалось спрятать умоляющие нотки в голосе.

– Да. –Он вновь улыбнулся мне своей суперобольстительной улыбкой (от окружающих донеслись вздохи реальных астматиков в стадии обострения). – По поводу задания Владимира Гавриловича.

«Да мне уже без разницы, по какому поводу! Только заберите меня отсюда!» – чуть не завопила я, подходя к нему. Вслух же ничего не сказала, просто мило улыбнулась и последовала за Максимом. Оказавшись на месте (в его кабинете), вампир вновь извинился за свое чувство юмора, что так некстати проявилось в пятницу, и поспешил сменить тему разговора. Обсудив с ним самые простые, первые пришедшие на ум варианты рекламных кампаний, мы договорились конкретно подумать об этом ближайшие пару дней, после чего заняться всерьез одним из вариантов. Уже провожая меня до двери, Максим как бы невзначай дотронулся до моей руки, подозрительно ласково при этом погладив запястье.

– А теперь хочу спросить о главном, – прошептал он, дотрагиваясь другой рукой до щеки. – Ты свободна сегодня вечером?.. Нет, вру, хочу спросить о другом: ты вообще свободна? У тебя есть парень, жених, может, даже гражданский муж?

– Нет, я сейчас свободна, – честно призналась я, отодвигаясь назад. Отведя взгляд в сторону, я пару секунд колебалась, но все же сказала то, что предусматривалось моей новой ролью. – Но... не думаю, что я захочу испытать вашу кровать на мягкость. Так что не стоит зря терять время на меня. – Да, я рисковала, возможно, и стоило согласиться провести с ним этот вечер, но... тогда я бы, скорее всего, превратилась в очередное скучное приключение. А мне-то предстояло стать «любимой», а не просто понравившейся или заинтересовавшей Его Вампирское Высочество на пару дней.

– Почему так категорично? – продолжая обольстительно улыбаться, спросил Максим.

– Самоуверенных красавчиков я повстречала уже достаточно, – с легкой улыбкой сказала я, решаясь идти ва-банк. – И они меня не привлекают... Вот если бы ты был вампиром... Это было бы значительно интересней: такой экстрим! А так... Жаль! Очень жаль! – Да, прекрасно я понимала, что он не кинется тут же признаваться мне в своей «вампирчатости», но его реакция все же озадачила. Отступив на пару шагов, Максим отпустил мою руку.

– Ничего не могу с этим поделать, – пожимая плечами, с усмешкой сказал он. Отвел взгляд на несколько секунд, задумавшись, и вновь посмотрел на меня. – А почему тебе так не нравятся «красавчики»? – Я пожала плечами, пытаясь скрыть разочарование.

– Считай, у меня аллергическая реакция на них, – ответила как можно небрежнее.

Не буду же я ему рассказывать, что как-то встречалась с одним очень красивым и обаятельным парнем. Стас, звезда института, любимчик и преподавателей и студентов, не знаю уж, почему обратил свой взор на невзрачную первокурсницу, то есть на меня. Тогда у меня действительно были проблемы с самооценкой. А если быть точнее, плевать мне было, в чем ходить на учебу, у меня была куча других миров, открывающихся на страницах книг. Но, честно говоря, я была похожа на конкретную заучку: проблемы со стилем в одежде, в прическе, плюс очки с толстыми стеклами (позже мне сделали операцию на глазах), поэтому внимание Стаса и польстило, и порадовало меня. Через пару недель я уже была влюблена по уши (обаятельный гад попался!) и ходила за ним хвостиком, внимая каждому слову. Потом была ночь в студенческом общежитии (ему кто-то из друзей комнату уступил), мое не совсем уверенное согласие на секс. Скажем так, первый опыт у меня был не самым удачным. Ну, и как завершающий штрих – мое неожиданное заявление на репетицию КВНа, на которой почему-то помимо него была только очаровательная блондинка в уже расстегнутой кофточке. Я не стала хлопать дверью на прощание, а он не стал удерживать.

Дома долго ревела, и на следующий день ревела, но только дома, и всю субботу ныла. А в воскресенье пришла бывшая одноклассница и лучшая подруга в одном лице и с разрешением и спонсорской помощью от моих родителей устроила мне шопинг. Линзы, посещение парикмахера-стилиста, пара-тройка сногсшибательных нарядов, и вскоре я стала «звездочкой» своего курса. В отместку бывшему парню стала встречаться с его лучшим другом Александром. Он не был так вызывающе красив, как Стас, но... было в нем что-то другое, зацепившее меня. На Новый год мы стали близки, и это уже было не из мести Стасу. Встречались мы с Сашкой долго, а после института он уехал в Москву, звал меня, но я не поехала, потому что Питер милее. И вот из первого опыта я вынесла несколько вещей: чем красивее парень, тем он самовлюбленнее. Когда все девушки сами вешаются тебе на шею, разве будешь ты по-настоящему ухаживать за кем-то? Будешь добиваться чьего-то внимания, если и так постоянно в центре всеобщего любования? А ещё красавчики – ужасные эгоисты, в том числе и в постели (плевать им на удовольствие девушки). Тряхнув головой, я отогнала подальше не самые приятные воспоминания и вышла в коридор. Максим вновь удержал меня за руку.

– Так чем же провинились «красавчики»? – И предупредил с обезоруживающей улыбкой: – Я же не отстану, пока не скажешь, что тебе так не нравится...

– Эгоистичность, самоуверенность... нет, точнее, самовлюбленность, наглость, эгоцентричность: вы реально считаете себя центром Вселенной! – выдернув руку, выпалила я сердито. Шагнув к нему, я выдохнула еле слышно. – И в постели «красавчики» – полный ноль, вы никогда не думаете о желаниях девушки. – Последнее я сказала зря, поняла это по его глазам. Попыталась отступить, но Максим удержал меня, обняв за талию. Его рука скользнула вдоль позвоночника и остановилась на затылке, не давая отвернуться. Его губы остановились в сантиметре от моих, потом сместились в сторону, чуть касаясь щеки, и замерли возле уха.

– Поверь, для меня твое желание будет на первом месте, всегда, – прошептал он, невольно касаясь мочки уха и обжигая дыханием шею. И такое обещание прозвучало в его словах, что невольно подогнулись коленки. Дернувшись, я вывернулась из его рук, и Максим позволил мне это. Не скрывая вызова во взгляде, я отступила на шаг назад, увеличивая дистанцию. Максим усмехнулся, склоняя голову, как будто принимая вызов. – А насчет «полного нуля», у тебя всегда есть возможность убедиться в обратном. Мой адрес ты знаешь. И я буду рад «сюрпризу» с бутылкой вина или шампанского.

Я возмущенно фыркнула и, развернувшись, пошла в свой кабинет. Точнее, сделала шаг в его сторону и замерла: и чего это все здесь делают? Причем они умудрялись сохранять почти идеальную тишину, раз я не услышала их раньше. Стоп! И что они успели услышать и увидеть?! «Твою маар-р-р-ковку!!!» – выругалась я мысленно, стараясь не покраснеть: объятия на пороге кабинета были очень красноречивыми.

Выдохнув, продолжила путь. При этом выражение лица постаралась сделать самое безмятежное. Работа помогла отвлечься от мыслей о разговоре с вампиром и странной реакцией собственного тела на его близость. Уже после шести всерьез задумалась о рекламной кампании. Это был реальный шанс показать, на что я способна, и так просто упускать его я не собираюсь. Поэтому всю дорогу до дома обдумывала, как лучше всего рекламировать спортивную одежду большого размера. Пробежка по парку? Однозначно – нет. У меня есть пухленькая подруга. Так вот, в институте она просто ненавидела физическую подготовку, а на кроссе всегда первой сходила с дистанции – не потому что ленивая, а потому что из-за лишнего веса подводила дыхалка. Тренажерный зал тоже исключаем: в большинстве своем полные люди стесняются ходить в такие заведения. А вообще надо сначала глянуть эскизы одежды и посмотреть, кто же моделью у них работает.

И, да, я и вампира хотела впечатлить своими деловыми качествами. А то такое ощущение, что он во мне блондинку видит – милую, симпатичную, но совершенно безмозглую. Понимаю, что сама виновата, но всё же...

Утром поделилась своими мыслями с Максимом, и он активно поддержал мое желание изучить модели. И обещал узнать, присмотрели ли они модель или этим мы должны заняться. После обеда выслал мне каталог новой линии одежды и сообщил по телефону, что модели у них на примете нет.

А вечером после работы он предложил подвезти меня до дома. Заметив, как я нахмурилась (я же все ещё обижена), Максим тут же добавил:

– Заодно обсудим идеи, что пришли в твою голову.

Сделала вид, что поверила, и села в машину. Вот только разговаривали мы обо всем на свете, но только не о работе. Максим был на редкость эрудированным, впрочем, это неудивительно: вампиры живут долго. Интересно, а сколько ему все же лет?

На следующий день Максим подошел ко мне ближе к завершению дня и предложил обсудить все же рекламную кампанию. Захватив блокнот с заметками, я поспешила за ним.

– Моя основная идея – исключить спорт, – выдала я. У Максима подскочили брови от удивления. – Полные люди не любят все эти тренажерные залы и занятие спортом. Возьмем активный отдых за основу. Максимально реалистичные съемки в стиле домашнего видео. Игра в бадминтон, беготня за детьми, игра в догонялки с ними же. Может, даже выгул собаки – огромной такой, которая в порыве радости от прогулки, сносит своего хозяина, и они уже вдвоем бегут по тропинке. Возможно, походы в горы, вечер у костра, сплавы по реке на рафтах.

Максим всерьез задумался на несколько минут, а потом медленно кивнул.

– Давай, попробуем.

Я чуть не взвизгнула от радости, но смогла сдержаться.

– А ещё я посмотрела моделей с размером плюс сайз. Их не так много, могу сбросить список тебе на почту.

– Рано ещё, нашу идею должны остальные одобрить. А для этого нужно продумать сюжет.

И мы начали активно обсуждать его, не замечая, как летит время. В какой-то момент понимаю, что мы сидим уже по одну сторона стола и разделяет нас совсем маленькое расстояние. А я еще вся к нему подалась, пытаясь доказать, что смешной эпизод с собакой просто необходим. Тут же смутилась и чуть отодвинулась, замечая, как темнеет взгляд вампира. Он сам подался ко мне и, подцепив подбородок, нежно поцеловал. Просто ласкал губы, но у меня от этих прикосновений перехватило дыхание. Закрыла глаза, подаваясь ему навстречу.

Максим зарылся второй рукой в мои волосы, выдергивая карандаш из криво собранного пучка, отчего они тяжелой волной легли на плечи. Ещё несколько минут осторожных ласк, и Максим пересаживает меня к себе на колени. И это включает пожарную сирену в моей голове. Что-то нас совсем не туда заносит! Его язык тем временем проник между моих губ и пробежался по зубам, безмолвно прося открыть рот. Тьфу ты! Это же я должна была сделать, заодно бы проверила его клыки. Но момент упущен. Поэтому я уперлась ладонью в его грудь, чуть отодвигаясь назад.

– Нас, кажется, занесло, – отчего-то сипло произнесла я и поспешно пересела обратно на свой стул.

– И я об этом не жалею, – блеснул он улыбкой. А я подвисла взглядом на его белоснежных зубах, пытаясь рассмотреть клыки.

– Что такое? – спросил Максим, заметив мой интерес, и, добавив в голос сексуальную хрипотцу, уточнил: – Тоже хочешь продолжить это сладкое «занесло»?

Я моргнула и посмотрела в его глаза. Темные от желания, они пленяли и не отпускали. Он снова подался ко мне, обхватывая мое лицо обеими руками. На этот раз я первая коснулась его губ и скользнула языком по зубам, задержавшись на клыке. Он неожиданно отстранился и заявил с веселым смехом.

– Стоп! Ты что, клыки мои пытаешься на остроту проверить?

Пожала плечами с самым сокрушенным видом, что я смогла изобразить. Максим в ответ снова рассмеялся, уткнувшись лбом в мой лоб.

– Ты неисправима, моя охотница на вампиров! – протянул он с нежностью. – О, придумал: буду называть тебя Баффи.

– За что? – обиженно вставила я. – Я ж истреблять никого не собираюсь!

– То есть, осиного кола в загашнике ты не носишь? – уточнил Максим самым серьезным тоном.

– Где я тебе его возьму-то? – продолжила я игру. – Вся мебель сейчас из непонятных опилок делается.

– Придется поверить на слово, – с тяжким вздохом сказал мужчина. – Хотя очень хочется устроить обыск.

Мы продолжали шуточную пикировку, пока его пальцы перебирали мои волосы, что немного сбивало с толку. Как-то незаметно одна его ладонь перекочевала мне на спину, и от нежного прикосновения, стая мурашек мигрировала куда-то к копчику.

– Максим, – отдернула его я, пытаясь выбраться из сладкого плена. – Мы обсуждали рекламную кампанию.

– Прости, Баффи, в твоем обществе я не могу сосредоточиться на работе, – виновато произнес он и снова пересадил к себе на колени. Я открыла рот, чтоб возмутиться, но мне банальным образом не дали. Накрыли губы в ошеломляющем поцелуе.

Не знаю, сколько мы так просидели, целуясь до умопомрачения. Максим сам отстранился с видимой неохотой.

– Ещё немного, и я перестану себя контролировать, – признался он хрипло. Бедром я чувствовала, насколько хорош его самоконтроль. На миг захотелось побаловаться и поерзать на его коленях, но я себя остановила: слишком рано.

Чтобы отвлечься, я посмотрела на часы и обомлела: уже полдевятого. Максим проследил за моим взглядом.

– Давай я отвезу тебя домой, – предложил он тихо. – Пока ещё в состоянии это сделать.

Кашлянула, пытаясь скрыть смешок. И уверенно кивнула, а то и мой самоконтроль трещал уже по швам.

Глава 10

Вероника

Полночи не могла заснуть, вспоминая поцелуи с Максимом. А утром в зеркале увидела на своем лице странную улыбку. Неужели я влюбляюсь в этого вампирюгу? Непорядок!

Пыталась построжиться с собой, а после махнула рукой. Долго это состояние все равно не продлится, так что будем считать это маскировкой... или усыплением бдительности вампира. Позавтракав, я, напевая какой-то веселый мотивчик, обулась и надела пальто. И поспешила выйти из дома, а то такими темпами опоздать недолго. Возле подъезда стоял знакомый автомобиль, от вида которого я впала в ступор. Заметив меня, Максим вышел из машины и галантно открыл мне дверь.

– Доброе утро, – протянула я растерянно.

– И тебе, – шепнул он практически на ухо. – Не смущайся. Считай это компенсацией за вчерашнюю задержку на работе.

Он захлопнул дверь и, обойдя машину, сел на место водителя. Между сиденьями в специальной подставке стояло два стаканчика кофе. Максим протянул мне один.

– И это тоже компенсация, – с улыбкой сказал он. И пока я пребывала в растерянности, быстро поцеловал меня в губы. Я даже среагировать не успела, как он уже отстранился и начал выезжать с парковки.

Доехали мы быстро, несмотря на утренние пробки. По дороге снова обсудили наш проект и договорились перед обедом ещё раз прогнать сценарий рекламы.

В офис зашли вместе, чем вызвали повышенный интерес сотрудников. Я притормозила у Люды, а Максим пошел дальше.

– Аня видела, как вы вместе из машины выходили, – шепотом сообщила мне подруга, когда все рассосались по кабинетам.

– Он заехал за мной с утра, – ответила я на не озвученный вопрос Люды. Но по глазам увидела, что она мне не особо поверила. Убеждать не стала, вместо этого направилась к себе в кабинет. И до двенадцати занималась текущей работой, с нетерпением ожидая назначенного вампиром часа.

И снова обсуждения. Остановились на пяти кадрах: с собакой, бадминтон, догонялки, прогулка на велосипедах всем семейством и выезд на природу с палатками. Последние два кадра можно использовать для рекламы и остальной продукции заказчика. Так что думаем, что фирма оценит.

Мы обсуждали моделей, когда в кабинет Максима зашла длинноногая блондинка.

– Привет, Максим! – поздоровалась она. Причем в говоре я уловила небольшой акцент.

– Катрин? – удивился вампир, оглядывая гостью. Бросил на меня быстрый взгляд и уточнил ошеломлено: – Что ты здесь делаешь?

– Да вот, решила навестить тебя, – сказала она с завораживающей улыбкой. Ах, да, забыла сообщить: её кожа была ещё бледнее, чем у Максима. Неожиданно она посмотрела на меня и спросила приторно любезным тоном:– Вы не могли бы нас с женихом оставить наедине?

Я молча поднялась, чувствуя, как сердце ухает куда-то вниз. Максим же нахмурился.

– Я не твой жених, Катрин, – с упором сказал он, взглядом пригвождая меня к месту.

– Мы же оба знаем, что это вопрос времени, – возразила девушка, снова нетерпеливо поглядывая на меня.

Всё! Я увидела достаточно. Я резко развернулась и направилась на выход. Было желание хлопнуть дверью, но я сдержалась. Посмотрев на часы, вернулась на рабочее место. Правда, любопытные взгляды окружающих не давали мне сосредоточиться на работе, и через пятнадцать минут я сдалась. Подумав, решила позвать Люду на обед и сходить в кафе. Прогулка чуть освежит голову. А то совершенно непонятно, откуда такое ощущение, что меня предали. Люда поддержала мою идею прогуляться: сегодня погода выдалась на редкость приятная для октября. Мы уже одевались, когда заметили Максима с Катрин. Они вместе прошли к выходу. Причем взгляд вампира буквально прожигал мою спину. Они уже вышли за дверь, когда девушка спросила с иронией:

– Она что, твоя «бабочка»?

– Катрин, не лезь, – тихо ответил он. Я рванула к двери и чуть приоткрыла её, чтобы дослушать ответ Максима. – Или я подумаю, что ты ревнуешь.

Я не совсем поняла, что означает «бабочка» и почему это слово было сказано с таким пренебрежением. Но прекрасно осознала, что с этим термином в отношении меня даже вампир согласен.

– Впечатлила тебя его невеста? – спросила Люда, подходя ближе. Значит, и здесь она так представилась.

– Да не особо. Но она подтвердила мою теорию. – Я постаралась это сказать самым небрежным тоном. – Они оба – вампиры.

Людмила рассмеялась, приняв мои слова за шутку. А ведь я сейчас говорила абсолютно серьезно. Для себя уже решила, что это и есть доказательство его вампиризма. И искать другие подтверждения я уже не буду. Зачем? Я ведь только для себя это затеяла. Странно, конечно, что я не чувствую сейчас радости. Видимо, все-таки незаметно для себя увлеклась им. Вынуждена признать, что целуется он классно, что неудивительно, с его-то опытом. Но дальше продолжать наше общение я не намерена. Поиграли в отношения, и хватит!

На улице ветер помог взбодриться, а солнышко вернуло хорошее настроение. Мы со смехом обсуждали новости для новогодней стенгазеты, возвращаясь в офис, и, увлекшись, я не заметила приближения Максима. Поэтому мы практически столкнулись с ним в дверях бизнес-центра.

– Вероника, можно тебя на минутку? – обратился ко мне вампир, ухватив мою ладонь. Я улыбнулась и кивнула, взглядом просигнализировав Люде, чтобы не ждала меня. В вестибюле первого этажа мы отошли в сторону от человеческого потока. – Не хочу, чтобы между нами были недомолвки. Катрин - не моя невеста, – с напором сказал он, взглядом убеждая меня в этом. – Мы просто дружим семьями. У наших отцов совместный бизнес, и на этом всё.

– Максим, я не совсем понимаю, зачем ты это говоришь. Мне всё равно, невеста она тебе или нет, – твердо сказала я, высвобождая свою ладонь.

Он пытливо смотрел в мои глаза, будто пытался прочитать мои мысли. И я постаралась безмятежно улыбнуться. Не знаю, получилось ли это у меня, но Максим неожиданно отступил и просто кивнул в сторону лифта.

– Так на чем мы закончили обсуждение нашего проекта?

– Выбирали модель, – с готовностью ответила я, направляясь в указанную сторону. – Я за Анну Тюрину. Но, в принципе, соглашусь с вашим вариантом.

Возле лифта уже скопилась очередь из нескольких человек, возвращающихся с обеда, поэтому наш разговор невольно затих. Приехал лифт, и мы зашли в него последними. Двери уже закрывались, как и в без того наполненный лифт втиснулась ещё одна девушка, сдвигая при этом меня в объятия вампира. Чуть не клюнула губами его пиджак, в последнюю минуту отвернув голову в сторону. Попыталась отстраниться от мужчины, на что вломившаяся девушка ойкнула.

– Осторожнее же! – капризно заявила она. Чудом сдержала желание послать её по всем известному адресу, глянув на неё очень выразительно.

Максим чуть слышно хмыкнул, его рука скользнула мне на спину и придвинула меня ещё ближе.

– Так удобнее тебе будет, – тихо пояснил он в ответ на мой гневный взгляд. Я глубоко вздохнула, заставляя себя успокоиться. И мои легкие наполнились будоражащим запахом мужчины. Никогда не фанатела от мужской туалетной воды, а тут меня практически переклинило. Или это на меня так близость вампира действует?

Собственно, когда лифт доехал до нашего третьего этажа, я чуть не снесла наглую барышню – так ломанулась на выход. Только у дверей Максим меня всё-таки успел перехватить.

– Вероника, – позвал он негромко. – У меня ощущение, что ты на меня обиделась. И я не могу понять, за что.

– Ничего я не обиделась! – буркнула я и поморщилась от того, насколько правдоподобно это прозвучало.

– Тогда сходим куда-нибудь вместе в субботу? – с улыбкой предложил Максим.

– Зачем? – в лоб спросила я. – Или твоя «не-невеста» приехала ненадолго и в выходные ты снова будешь свободен?

Максим протяжно выдохнул и обхватил мое лицо руками.

– Вероника, ты мне нравишься. Очень. Но я не люблю, когда моим словам не верят.

– Меньше надо врать, – заметила я и поспешно прикусила губу.

– А с этого момента поподробнее...

– Когда ты только устроился, пустил слух о невесте. Потом лично мне сказал, что никакой невесты нет. Поэтому, когда заявилась блондинистая модель и назвалась твоей невестой, я уже и не знала, чему верить.

– И как мне доказать, что я абсолютно свободен?

Я пожала плечами и вместо ответа задала новый вопрос:

– А кто такая «бабочка»? – Если сейчас заикнется про летающее насекомое, точно пошлю в баню. Максим несколько секунд смотрел мне пристально в глаза, прежде чем ответить.

– В нашем кругу общения мы так называем очень привлекательных людей, которые очаровывают своей улыбкой так, что забываешь о старых привязанностях.

Вроде и логично объяснил, но всё равно кажется, что проехался по ушам. Я улыбнулась, обдумывая следующий вопрос, но Максим огорошил меня своим:

– Так куда хочешь сходить в субботу? Парк, музей, ресторан, театр, кино?

– Я ещё не согласилась на совместный досуг! – возмутилась я и получила в ответ мягкий и ласковый поцелуй.

– Подумай ещё и над местом, куда мы сегодня пойдем, – согласился он неожиданно. – Я зайду сегодня вечером за тобой. Обсудим варианты. Кстати, ты какую кухню любишь?

Он уже открывал передо мной дверь, а я от возмущения только и могла рот открывать и закрывать.

– Домашнюю! – наконец, выпалила я и пулей пролетела в собственный кабинет.

Так, Ника, и что это было? Когда успела стать такой размазней? Почему не отбрила вампирюгу? Да ещё и позволила себя обнять в лифте и поцеловать в коридоре? Почему вообще начала думать о свидании с Максимом в субботу, если решила с попытками его разоблачения завязать? Я даже уже начала планировать, какие соборы и церкви посетить, чтобы проверить его реакцию. И ведь, действительно, интересно сможет ли он войти в святое место? Хотя насколько они святые, это ещё вопрос.

Решительно качнула головой, заставляя себя заняться работой. И у меня даже получилось сосредоточиться на текущих проектах. Сдав начальнику очередной макет баннерной рекламы, села за коллажи для нашего с Максимом проекта. А ведь надо ещё и сценарий рекламы написать. Если выберут наш вариант, то за оставшуюся неделю до конференции нужно будет снять ролик. Совещание с просмотром наших предложений назначено на следующий четверг. За это время надо присмотреть и место для съемок и выбрать остальных моделей: собаку, мужа, детей. Откуда-то у меня была уверенность, что выберут наш проект. Но даже если и нет, то все равно надо выложить по полной программе.

За поисками информации не заметила, как рабочий день подошел к концу. Очнулась, только почувствовав прикосновение к плечу. Это Максим меня так вернул на землю. Оглядевшись, поняла, что девчонки уже выключили свои компьютеры и сейчас с интересом посматривают на нас. Быстренько скинула все наработки в запароленную папку и нажала «завершить работу».

– Я тебя у Люды подожду, - предложил Максим, заметив, что я замешкалась со сборами.

Собственно, а зачем он меня ждет? Уточним этот вопрос попозже, не кричать же вслед. Переобулась и, накинув пальто, двинулась на выход. По дороге намотала палантин на шею и уже после этого начала застегивать пуговицы пальто.

У стойки администратора было людно, поэтому я снова решила обождать с вопросами. И только на улице появилась возможность нормально поговорить.

– Максим Викторович, а куда вы меня ведете? – спросила я, останавливаясь посреди улицы. Хотя уже поняла, что он к своей машине направляется, которая стояла во дворе дома.

– Сейчас к машине, думаю, по дороге к лучшему ресторану домашней кухни обсудим наш субботний досуг, - сообщил Максим с обезоруживающей улыбкой. Слишком самоуверен этот вампирчик.

– Я все ещё на него не согласилась, – заметила я негромко. – Как и не давала согласие на ужин с Вами.

– И что мне сделать, чтобы ты согласилась? – спросил мужчина вкрадчиво. Я пожала плечами, включая режим «капризная принцесса».

– Я сегодня хочу поужинать дома, – заявила я и, развернувшись, направилась к станции метро. Но Максим слишком быстро догнал меня и удержал за руку.

– Тогда давай я тебя до дома довезу.

– Не стоит, – упрямо ответила я. Мне надо сначала разобраться в собственных чувствах к нему. А то слишком у меня была бурная реакция на его близость днем в лифте.

Правда, переполненное метро вскоре заставило меня пожалеть об упрямстве. Так что на будущее надо более рационально взвешивать предложения вампира.

Уже после ужина взвесила все «за» и «против» свидания в субботу. И решила всё-таки поиздеваться над вампиром. Даже начала составлять маршрут будущей прогулки, периодически злобно хихикая. Он ещё не знает, какими бывают русские «бабочки».

Спасибо за чтение

Вернуться к книге