Разборки в Пандемониуме

Глава 1

Каси отложила в сторону бинокль, и тяжко вздохнула. Очень хотелось приказать Хримпу подать максимальную мощность на двигатели, чтобы побыстрее добраться до дома. Остановило только понимание — это будет неправильно. Никто из эскадры, отправленной отцом на помощь, такую скорость развить не сможет. Если «Стремительная» вдруг резко ускорится, оставив спутников за кормой, это будет просто невежливо. Тем более, после того, как они их практически спасли.

Когда их неулюжий караван с целым гражданским линкором в качестве балласта догнала эскадра из десятка фрегатов, «Стремительная» легко могла бы уйти. Как и «Молния» Марвина. Вот только как тут уйдёшь, когда тебя тянут обязательства перед такой толпой разумных? Гномы, за которых она невольно взяла ответственность. Даже, наверное, против воли — сама она ни за что не стала бы влезать в политику настолько сильно. А увезти из Кузни почти целый город мастеров — это самая настоящая политика и есть. Без последствий такое точно не останется. Как и похищение дочери посла — не та фигура, чтобы это проигнорировать и замять.

Светлорождённые обязательно поднимут скандал. Лилианну, скорее всего, придётся вернуть отцу.

«И это будет очень даже неплохо, — подумала демонесса, покосившись на стоящую по правую руку светлорождённую. — Не нравится она мне!»

Однако одной Лилианной дело явно не обойдётся. Каси прекрасно понимала, что эльфы потребуют вернуть граждан Кузни. И не только вернуть — они ещё будут настаивать на выдаче тех, кто этот исход устроил.

«Да уж, Влад как всегда, на мелочи не разменивается, — с горечью подумала девушка. — Если уж бежать от пленивших его светлорождённых — то с целым городом во главе. И как теперь это всё разгребать — решительно непонятно. Особенно интересно, как на это отреагирует отец… Вряд ли он сильно обрадуется».

Это было очень странное чувство — как будто она бежит с горы, и чтобы не упасть, приходится бежать с каждым шагом всё быстрее. Стоит замедлиться — и полетишь кувырком, непременно свернёшь шею. Но и долго поддерживать скорость тоже не выйдет. Рано или поздно придётся сдаться, и тогда ничего хорошего не жди.

«С другой стороны — приз тоже велик. Гномы лояльны. Остров нуждается в квалифицированных мастерах. Идеальное совпадение — если всё получится, мы сможем наладить производство. Земное оружие, переделанное под гелиотроп, очень эффективно. Если у нас будет время, чтобы получить его в достаточных количествах, мы очень скоро станем достаточно зубастыми, чтобы с нами считались. Нет, Влад всё-таки молодец…, но какой же негодяй! И на „Стремительную“ переходить отказался. Избегает меня?»

Демонесса тяжко вздохнула. Влад имеет право обижаться после того, как она его отвергла. Кто знает, если бы она тогда, на балу, промолчала или сказала то, что хотела сказать, может, его бы и не похитили. И ничего этого бы не случилось. Не удивительно, что он больше не желает с ней общаться. Она бы, наверное, тоже винила его в своих несчастьях.

«Но ведь и он тоже мог бы не окружать себя девицами так быстро! Особенно этой высокомерной идиоткой!»

С Лилианной приходилось разговаривать вежливо, но как же это было трудно! И то, что Каси, единственную из всей команды, девица держит почти за ровню себе, дела не облегчает.

«Нужно очень сильно интересоваться разумным, чтобы терпеть такой характер. Одно непонятно, что Влад в ней нашёл? Или всё-таки дело не в ней?»

Даже совета спросить не у кого. Лилианна от неё не отлипает, несмотря на то, что демонесса не стремится к общению и прямо показала своё неприязненное отношение. Дочь посла, как оказалось, напрочь лишена эмпатии. Чужая неприязнь её ничуть не трогает, и она продолжает проводить дни в компании с Каси, отпугивая даже команду. Девушка уже и ночные смены пыталась брать, чтобы разойтись с неприятной заложницей во времени. Так та охотно меняла своё расписание, «чтобы не оставаться в одиночестве среди низших народов». Каси раздражённо дёрнула щекой. Некоторые демоны тоже так относятся к короткоживущим. На примере Лилианны отлично видно, к чему такое отношение может привести.

«При этом она ещё и заинтересована во Владе. Ещё и не стеснялась меня спрашивать… всякое! Совершенно невыносимое существо!» — Каси аж предёрнуло от воспоминаний. Беспокойная, вздорная девица как-то завела разговор о том, что человек совершенно не желает подчиняться.

— И всё-таки, уважаемая, я же видела, как он с вами разговаривает. Вполне уважительно. Как вам удалось этого добиться от столь неорганизованного существа? — Спрашивала Лилианна. — Мои указания он отказывается выполнять! Совершенно отбился от рук. Ни одного моего требования не выполнил! Даже когда я…

Что именно она пыталась сделать Лилианна тогда так и не рассказала. Только слегка покраснела и замолчала. Каси это очень не понравилось. Демонесса впервые нагрубила своей невольной пассажирке, отчего та ужасно обиделась. Но ненадолго.

«Как Александр говорил? Плюнь в глаза, всё божья роса. Всё-таки у землян бывают очень точные поговорки, не отнимешь!»

Александр сбежал со «Стремительной» на второй день. Сказал, что очень соскучился по Владу, и всё равно его присутствие на шлюпе особого толку не несёт, и попросил друга перенести его на лайнер. Но Каси понимала — это тоже из-за Лилианны. Собственно, вся остальная команда с большим удовольствием перебралась бы куда угодно, лишь бы не находиться в компании с неприятной девицей. Каси, проникнувшись сочувствием, уже отпустила всех, кого только можно. Те, кто остался, научились виртуозно избегать пленницу. И вместе с пленницей — саму Каси. Так что демонессе казалось, что эта девица — персональное наказание то ли за пиратский налёт, то ли ещё за какие-то грехи.

«И всё-таки он потащил её с нами. Зачем? Почему нельзя было оставить в Кузне? Насколько было бы проще, если бы она там осталась! Даже с точки зрения политики. Да, были бы ноты протеста, было бы требование наказать пиратов. Но это всё мелочи по сравнению с тем, что у нас в плену гражданка Светлого Токлиана! И эта тоже… что-то я не видела, чтобы она сильно протестовала, что её держат в плену!»

Наконец появилась связь с островом, чего Каси подспудно боялась. Голосом отца можно было, наверное, заморозить целый материк:

— Касиодорра, меня вызывают к императору. Срочно. Я и так задержался, чтобы дождаться твоего возвращения. Теперь я со спокойной душой могу отправляться в дорогу. Пожалуйста, не предпринимай ничего, пока я не вернусь. На случай, если моё возвращение… отложится, я оставил тебе рекомендации по дальнейшим действиям. Марвин передаст их тебе, когда станет ясно, что я… задерживаюсь. Отключаюсь.

Демонесса набрала в грудь воздуха, чтобы начать оправдываться, но так и не успела ничего сказать — отец действительно отключил связь. Через некоторое время Тришка доложил, что видит, отцовский корабль, на полной скорости идущий в сторону имперских пределов.

— Мне тут только что твой батюшка звонил, — Марвин не замедлил с ней связаться. — Знаешь, мне кажется, командиру слегка неуютно. Это если мягко говорить. Если честно, я его таким напуганным ещё не видел. Кажется, у нас серьёзные неприятности.

«А то я сама не поняла, что у нас серьёзные неприятности. Нет, нам определённо нужно поговорить с Владом! Хочет меня избегать — пусть избегает. Но у нас тут слишком серьёзные дела, чтобы руководствоваться личной неприязнью! И в конце концов, почему только я должна мучиться неизвестностью и переживаниями? Пускай тоже пострадает!»

Влад ответил не сразу — Каси уже начала подозревать, что он и вовсе не ответит. Но тут в переговорнике всё-таки зазвучал голос землянина — почему-то очень запыхавшийся и усталый.

— Слушаю! Каси, ты не вовремя. Что-то случилось?!

— Нет, ничего такого, — скрипнула зубами девушка. Не вовремя! Она всю дорогу не вовремя! Небось, если бы это была Лилианна, не стал бы так отвечать! — Просто отца вызвали к императору. И он не уверен, что вернётся.

— Полчаса! Каси, я к тебе зайду через полчаса, обсудим. Хотя нет, лучше тебя сюда перенесу. Полчаса ведь терпит?

Влад объявился не через полчаса, а через сорок минут, но вид имел такой взмыленный, что заготовленные ругательства Каси проглотила. И даже для разговора с ней он не отвлекался — чистил и смазывал пистолет, который ему вручил Александр, когда они встретились. Каси это немного раздражало — не может отложить эту штуковину даже во время разговора! Эта машинка и без того чистая, даже не использовалась!

— Бесит! — Буркнул парень. — Эти малолетние придурки совсем от рук отбились. Даже Эсфирру уже не боятся, просекли, что она их не трогает! А их заботливые родители отчего-то решили, что я — отличная нянька для их выводка!

— Сам виноват, — всё-таки не выдержала Каси. — Ты ведь сам говорил — кто везёт, на том и едут. Мог бы заставить следить за детьми их родителей.

— Они, видите ли, высоты боятся! По пальцам можно пересчитать тех, кто из кают выходит. Но это взрослые, а мелким всё пофиг, и они от безделья с ума сходят. Залез, долбоклюй малолетний, в двигательный отсек, и застрял. Пока Лотур не предложил его распилить на несколько частей, так и не вылез, скотина… ладно, ерунда. Давай лучше к нашим делам. Сильно плохо?

— Не знаю, — покачала головой Каси. Она вдруг поняла, что обсуждать нечего. — Отца срочно вызвали на ковёр к императору. Я… беспокоюсь.

Всё это звучало жалко и глупо.

«Сейчас скажет, что раз нет информации, то и обсуждать тут нечего, нужно ждать вестей от отца. И будет прав», — подумала девушка. Но Влад, вопреки ожиданиям, не отмахнулся.

— Знаешь… я, конечно, в имперских порядках пока что разбираюсь, как свинья в апельсинах, — сказал землянин, активно начищая ствол куском стальной проволоки с накрученной на неё масляной тряпкой. — Но, если бы это происходило у нас… короче, тут два возможных варианта событий — либо твой отец получит по шапке, а потом вернётся разгребать последствия… причём не один, а с кем-нибудь, кого император считает компетентным. Либо его просто закроют, а этот «компетентный» явится сюда один. Есть ещё вариант, что император ваш проникнется той пользой, которую мы можем принести империи, и проявит снисхождение, но я в такое не верю, извини.

— Но ведь это разумно! Рационально! Мы ведь не просто так всё это устроили! Светлорождённые устроили революцию на Троллтехе, и, если бы не мы…

— Да фигня это всё. Мы ж не знаем, как это выглядит из столицы. Не знаем, в каком виде это доходит до императора. Но со стороны мы выглядим, как опасные смутьяны, которые раскачивают лодку и шатают основы. Короче, проблемные мы. А кому нужны проблемы? Добыча гелиотропа — это хорошо. Но это если твой отец сможет донести перспективы.

— Светлорождённые же поняли перспективы! — Возразила Каси. Ей не понравилось, как описал их приключения Влад.

— Эти да, просекли, — поморщился парень. — Разведка у них работает хорошо. Ладно, речь не о том. Я всё это не к тому, чтобы объяснить, какая плохая империя, рассказал. Я к тому, что… Каси, а как ты вообще относишься к не совсем законным действиям по отношению к империи? Не, ты не подумай ничего такого, может, и обойдётся… Но в общем, я бы на нашем месте господина Энкратоса подстраховал. И если бы что-то пошло не так… ну, в общем, я бы постарался его вытащить из неприятностей, даже если это будет против воли императора. При всём уважении.

Каси как-то даже растерялась. Нет, то, что Владу плевать на авторитеты и правила, она уже давно поняла. Человек по-прежнему чувствует себя чужаком в Ойкумене, и верность сохраняет только своему родному городу, этому маленькому кусочку Земли. Но сама она привыкла, что император — это власть. И закон. Идти против его решений… странно. Как будто даже противоестественно. Каси, как и все жители империи ходила в школу, и как всем жителям империи ей объясняли, что император всегда заботится об империи, о своём народе. Идти против его решений — это фактически предать империю.

«А если он ошибается? Даже подумать такое дико, но ведь он — не абстрактное божество, обычный демон. Очень-очень древний, один из самых старых демонов. Говорят, он застал ещё те времена, когда мы оказались в бездне. Некоторые считают, что он и вовсе родился на Земле. И тем не менее, это никак не отменяет того факта, что он может ошибиться. Все ошибаются!»

Эта мысль казалась крамольной, хотелось её отбросить. Но не выходило. Потому что если император арестует её отца, или заставит вернуть гномов светлорождённым, то получится, что всё зря. И отец… она до сих пор обижалась, относилась к нему настороженно, но Каси точно не хотела, чтобы отца арестовали из-за неё.

Молчание затянулось. Влад терпеливо ждал, что она ответит, иногда косился, не отрываясь от своего занятия. А Каси не знала, что сказать.

— Я не могу решить, — призналась девушка. — Это слишком сложно. Сначала… давай сначала разместим людей, а потом будем решать. Отец всё равно уже улетел.

— Угу, — кивнул Влад, немного помрачнев. — Как представлю, как мы будем их размещать, так страшно становится. Я ведь ещё Гарраку обещал насчёт продовольствия подумать, в качестве спонсорской помощи, хотя даже не знаю, сможем ли мы накормить вот этих вот…

— С беженцами проблем не будет, — улыбнулась Каси. Владово занятие её уже не раздражало — такой у него был забавный, сосредоточенный вид. — Пока ты прохлаждался на Светлом Токлиане, мы, знаешь ли, без дела не сидели. Тебе разве Александр не рассказал?

— Да мы с ним даже пообщаться толком не успевали. Команда-то сама видишь, не то что неполная, а вообще крохи. Смешно сказать, у нас капитан линкора — Глун, который только курсы управления малыми кораблями прошёл! Хотя какой капитан, — землянин махнул рукой. — Мы тут все и капитаны, и старпомы, и матросы, и куча дополнительных должностей! Скорее бы уже добраться!

Каси только головой покачала с сочувствием. Она как-то не подумала, в каких условиях приходится путешествовать Владу. Возможно, он её вовсе не избегал, а ему просто некогда было общаться. Тем более, помнится, Александр тоже на что-то такое вначале жаловался. Потом перестал выходить на связь, и она решила, что землянин не хочет общаться из солидарности с другом.

Демонессу так и подмывало спросить, обижается ли на неё Влад, но она так и не решилась. Есть дела и поважнее, чем выяснения отношений. Землянину сейчас явно не до праздных разговоров.

«И тебе самой, вообще-то, тоже, — укорила себя девушка. — Того и гляди, окажешься в опале, а думаешь о какой-то ерунде! И всё-таки зачем он потащил с собой эту невыносимую светлорождённую?!»

Вот последний вопрос Каси всё-таки решила задать. В конце концов, он напрямую касается их дел.

— Сам понимаю, что надо было оставить её там, — поморщился Влад. — Но… не смог вот. Понимаю, что она редкая дура, но ведь её там просто грохнули бы. Видела же, как гномы к светлорождённым относятся. Просто прикончили бы её. Не искать же её папашу! Подозреваю, если бы нашли, нам бы это сильно не понравилось. Этот козёл неприятный меня очень любит, прямо жить без меня не может.

Землянин характерным движением потёр запястья. Эльфийский плен не прошёл для него даром, Каси ещё там, на тверди, заметила это характерное движение. Он так и не рассказал, как ему удалось вырваться, но это явно было непросто.

«Лилианну действительно могли убить. Часть гномов до сих пор ненавидит светлорождённых. И эта неприязнь легко вспыхнула снова, так что светлорождённую бы не пожалели. Особенно, учитывая её упрямство и полное нежелание признавать окружающую реальность. Да я её сама периодически мечтаю заставить прогуляться по доске! Но только ли в этом дело? Она ведь красивая, этого не отнять. А Александр как-то упоминал, что на Земле чуть ли не культ эльфов, и многие мужчины фантазируют о том, чтобы полюбить эльфийку. Может, у Влада тоже есть этот фетиш?»

Каси ещё немного поколебалась — очень уж тянуло спросить прямо, чтобы разрешить этот вопрос раз и навсегда.

«Он ответит, что это не твоё дело, и будет прав. С чего вообще для тебя это так важно? — Сердито высказала себе Каси. — Тебя это совершенно не касается!»

Но неприятное чувство недосказанности так и осталось, даже после того, как Влад вернул демонессу на «Стремительную». Впрочем, очень скоро о посторонних переживаниях пришлось забыть — они, наконец, прибыли на остров.

Глава 2

Влад был вынужден констатировать: в плену было легче. Когда он был в плену, ему не нужно было постоянно носиться с высунутым языком, успевать в тысяче мест одновременно. Когда он был в плену, он не боялся, что его разбудят посреди ночи, сообщив об очередном ЧП на корабле или среди пассажиров. А ещё его не дёргали поминутно почтенные бородатые мастера с акрофобией, задавая один и тот же вопрос — когда уже высадка? Причём вопрос этот задавали на протяжении всего перехода. А уж во время того боя с погоней, высланной эльфами, на линкоре и вовсе чуть не случилась паника. Влад тогда всерьёз рассматривал мысль пройтись по всем каютам и просто вырубить каждого из беженцев, чтобы полежали тихонько. Останавливал только тот факт, что это не так-то просто осуществить. Это в отношении боязни высоты кряжистые мастера и их жёны проявляли нежность и трепетность. В остальном они были дивно крепкими.

Момент, когда они подошли к острову, Влад пропустил. Попросту не заметил, и, если бы его не вызвала Каси, узнал бы об этом знаменательном событии только, когда линкор упёрся бы бортом в твердь. По Каси он скучал, несмотря на то, что демонесса дала ему от ворот поворот. И сам себе удивлялся — бывали у него и в прошлой жизни отказы. Иногда после такого он и страдал куда сильнее, чем сейчас, однако проходило всё довольно быстро. Сейчас же… столько событий, плен, побег, бунт. Он почти не переживал по этому поводу, некогда было, а тут увидел демонессу, и стало тоскливо. Пока общались, косился на её профиль, разглядывал лёгкий румянец на щеках.

«Интересно, это у неё духи такие, или собственный запах?» — Каси пахла чем-то терпким и горьковатым. Может, миндаль и кофе?

Между тем, новости она принесла хоть и ожидаемые, но неприятные. То, что империя будет недовольна самоуправством, Лопатин понимал прекрасно. Ещё после Троллтеха был уверен, что без последствий их бурная деятельность не останется. Что уж говорить о том, что он в Кузнице устроил. Как на это реагировать, парень не знал. В тот момент это казалось неважным — выжить бы! А вот теперь проблема встала в полный рост. Влад прекрасно понимал, что с империей они связаны. Во-первых, уже половину населения города составляют граждане империи. Сейчас это соотношение немного пошатнётся, с прибытием гномов, но всё равно — значительная часть жителей находятся под юрисдикцией государства демонов и орков. И в том числе — сто процентов руководства, так сказать, владельцев острова. Они с дядей Сашей ведь тоже успели получить гражданство.

«Империя считает себя вправе отдавать распоряжения, — думал Влад, — И если отбросить всякие аргументы о том, что она палец о палец не стукнула, чтобы спасти остров от нападения светлорождённых, а учитывать только юридическую сторону вопроса, то так оно и есть на самом деле. Фактически мы действительно уже всякого наворотили без команды и без разрешения, так что нас есть, за что прищучить. А воевать со всем миром… нет, это глупо, даже если бы мы могли. Ойкумена, конечно, большая. Можно попытаться куда-нибудь ещё остров перетащить, но вообще-то буксиры уже ушли, а построить собственные двигатели мы просто не успеем. Это проект сродни космическому кораблю, просто не потянем финансово. А самое главное, я и не хочу так бегать всё время. Значит, надо договариваться полюбовно. Вот только что делать с обязательствами? Меня местные мастера просто не поймут, если я нарушу свои обещания Гарраку!»

Каси выглядела ужасно потерянной, и он предложил подстраховать её отца. Пока ещё слабо представлял, чем они смогут ему помочь, и не будет ли от этого хуже, но и не подать эту идею не мог. Демонесса старалась этого не показать, но было видно, что она безумно переживает за отца. И Влад… не то чтобы переживал, они ведь даже незнакомы. Но у них на острове теперь базируется целая наёмная армия. Частная. Это большая сила, и лишиться её не хотелось бы. Если с Энкратосом что-то случится, отношения с этой армией могут испортиться. Это если ещё она сохранится как армия, а не разобьется на несколько отдельных отрядов. Нельзя недооценивать роль личность руководителя. За Энкратосом наёмники готовы пойти хоть в бездну, а смогут ли выбрать другого такого же командира — неизвестно.

«Давно назрел визит в империю, — подумал Влад. — Нужно как-то объясниться. Но и Каси права — для начала было бы неплохо подготовиться. Обезопасить себя, да и здесь дела завершить, насколько это возможно».

Они ещё немного поболтали ни о чём — Влад даже почувствовал, как отпускает напряжение последних дней. Хотелось подольше вот так сидеть на стуле возле борта, глядя, как неторопливо приближается родной остров, и чтобы Каси о чём-то рассуждала с серьёзным видом, то хмуря брови, то улыбаясь. Чтобы не пялиться на девушку откровенно влюблённым взглядом, что точно было бы неуместным, Влад всё не отрывал взгляда от ПМа, который ему вернул дядя Саша. Всё-таки встреча с демонессой выбила из колеи, нужно было что-то, чтобы отвлечься и занять руки.

«Ты позволяешь себе слабость, чувак, но ты ведь понимаешь, что злоупотреблять этим нельзя? Все эти отговорки о том, что я короткоживущий — это глупость. Если бы я правда ей нравился, ничего бы её не остановило, — напомнил себе Лопатин. — Так что заканчивай и забудь уже о своих фантазиях! А совсем припрёт — найди уже какую-нибудь гоблиншу, чтобы спустить пар. Или сразу троих — они только рады будут оказать тебе такую услугу».

Правда, несмотря на строгий выговор, мысли о гоблиншах отчего-то не вызывали энтузиазма, а вот чуть покрытая румянцем смуглая щека Каси и краешек её губ — очень даже. Пистолет, наверное, с завода не был таким чистым и смазанным, но Влад продолжал его мучить, чтобы хоть как-то держать себя в руках.

— Как представлю, что нас ждёт — страшно становится, — призналась Каси. — Я иногда думаю, что мы взяли на себя непосильную задачу. Откусили слишком большой кусок, который утащит нас в бездну. Что, если у нас не получится, Влад?

— Справимся, — отмахнулся Лопатин. Он постарался, чтобы голос звучал как можно увереннее. — И вообще, ты уж не бойся так за отца. Это я по привычке рассматриваю самые пакостные варианты, а на самом деле… так, со стороны, насколько я успел узнать вашу жизнь — у вас во главе сидит довольно адекватный император. Может, чересчур осторожный, но будешь тут осторожным, если тебе столько тыщ лет! Может, он и прав. И знаешь, если уж совсем беспристрастно разбираться — ты-то тут причём? Твоё имя нигде не фигурировало. Это я устроил бунт в Кузне, похитил посольскую девицу. Думаю, господину Энкратосу хватит ума стрелки на меня, если что, перевести. А я отбрешусь как-нибудь!

— Как будто мне будет легче, если накажут не отца, а тебя! — Каси даже разозлилась, кажется. Сверкнула зло взглядом — ой-ой! Можно сказать, испепелила.

— Да ты ж меня знаешь — всё равно выкручусь, — отмахнулся Лопатин. — Я ведь рассказывал, что я думаю по поводу причины, по которой оказался в бездне?

— Все, кто провалился, слишком незначительны, — Кивнула Каси. — Но ты не такой!

— Такой-такой, — покачал головой Влад. — Нас было очень просто незаметно вырезать из мира, так я думаю. Нас и вырезали. Больше я так не хочу. Надоело быть незаметным.

— А что, так уж у нас плохо? — Слегка обиделась Каси. — Ты так скучаешь по Земле?

— Нет, как ни странно, не скучаю. Но не хочу, чтобы меня ещё куда-нибудь сбросили. Чисто теоретически, есть ведь вероятность, что какая-то высшая сущность и отсюда убирает всё лишнее, да?

Гномы, почуяв скорое прибытие, видно решили дать возможность своим спасителям хоть немного передохнуть перед новым рывком, так что почти до самого конца путешествия их никто не беспокоил. Влад вернул Каси на «Стремительную» только перед швартовкой. Впрочем, это «Стремительная» могла просто пришвартоваться на специальном причале — за то время, когда Влад отсутствовал, у края острова, там, где раньше начиналась трасса на Москву, теперь вырос настоящий порт. Лопатин с удовольствием заметил, как здесь всё сильно изменилось — вырос настоящий городок, появилась куча дополнительных построек, места для стоянок малых кораблей, даже временные склады возвели, хотя совсем недалеко, в двух километрах, ещё с Земли остались большие и удобные. В общем, всё было очень здорово и замечательно, вот только пристани для линкоров не было. Те, кто строил порт, не рассчитывали, что в собственности Землян скоро появится корабль такого класса.

— Уважаемые пассажиры, мы прибыли в конечный пункт нашего путешествия, — скороговоркой сказал Влад по громкой связи. Большая просьба свалить с корабля, соблюдая очерёдность и не торопясь. Я знаю, вы это умеете. Но главное — не разбредайтесь, пожалуйста, после прибытия. Придётся подождать некоторое время. Пожалуйста, давайте без эксцессов, нам ещё как-то парковать эту дуру летучую.

Гномы, как всегда не подвели. Оказавшись на тверди, мгновенно вспомнили про свою обстоятельность и любовь к дисциплине — без всяких понуканий выстроились ровными рядами, и терпеливо ждали, когда ими займутся. К встрече готовились. Гостей уже ждали автобусы, переделанные под гелиотроп, правда, всего три штуки, так что требовалось несколько рейсов. Даже Каси удивилась — оказывается, Энкратос позаботился о том, чтобы предупредить обитателей о скором пополнении, и люди постарались, так что первая партия отправилась на квартиры сразу же.

— Дядь Саш, как оно так получилось-то? — Удивлялся Влад. — Я думал тут щас ад и погибель начнётся, гуманитарная катастрофа. Придётся всё разруливать в пожарном режиме.

— Ну ты уж ребят совсем-то за бездельников не держи, — хмыкнул дядя Саша. — Мы тут вообще пока ты отсутствовал, много всякого сделали. Гномов, сдаётся мне, по хрущобам будут расселять, частных домов на всех не хватит. Интересно, с водой проблему как-то решили, или только предстоит решать? Хотя думаю, что-то придумали. У нас бывших коммунальщиков-то среди провалившихся полно… я и сам в котельной работал. В общем, в подробностях сейчас узнаем, но думаю, водоснабжение на несколько домов наладили как-нибудь. С теплом сложнее, но сейчас лето, обойдётся. И электричество. Тут ведь думать надо, либо восстанавливать электричество, переводить подстанцию на гелиотроп, либо сразу переходить на местную энергию. Но у нас, сам понимаешь, специалистов не было. Хотя вон они, приехали, специалисты-то…

— А зачем, если проще подстанцию переделать? — Не понял Влад.

— КПД очень низкое получается, потерь много. Понятно, что у нас гелиотропа хватает, но всё равно, как-то неэкономно. И потом, нам же надо как-то в местное общество рано или поздно интегрироваться, на местные технологии переходить…

— Знаешь, я бы, наверное, постарался систему продублировать, — вздохнул Влад. — Мне и от земных технологий не хочется отказываться, и от местных. Не знаю, что там наши ребята придумали, но для начала я бы всё-таки и подстанцию и ТЭЦ на гелиотроп перевёл, потому что это тупо быстрее. А потом, постепенно, начал бы и на местный вариант переходить, оставив старое в резерве. На всякий случай типа. Понимаешь, не хочется забрасывать и рушить то, что нам с Земли досталось.

— Так-то звучит разумно, — Вздохнул товарищ. — Надеюсь, силёнок хватит всё это воплотить. Мастера — это хорошо. И особенно хорошо, что их много. Только эту ораву ещё кормить надо как-то. Мы-то, конечно, хорошо в эту сторону поработали. Угрозы голода никакой нет. Но знаешь, без карточной системы бы тоже хотелось обойтись. В смысле — когда каждому минимальный необходимый минимум выдаётся, а дальше уже как хочешь.

Влад и сам об этом думал, не переставая. Нет, какие-то запасы у землян есть. Каналы поставок налажены с Троллтеха — земной-то еды давно не осталось. Есть на острове те, кто уже и домашнюю живность содержит, в основном свиней, которые в Бездне распространены, и ещё каких-то неприхотливых медлительных ящериц, которые на Земле давно вымерли. Как они называются, Влад не знал, и вообще ещё их не видел — это дядя Саша рассказывал, что их завезли. Кроме того, уже начали распашку полей вокруг города, благо территория позволяет. Под картошку, конечно же. Вот только всё это принесёт результат в лучшем случае через полгода, и какое количество народа это сельское хозяйство сможет прокормить — неизвестно, потому что нет специалистов.

«А ещё — нужно что-то с деньгами придумывать. Мы-то уже привыкли, но теперь-то нас куда больше станет. Значит, надо налаживать какие-то товарно-денежные отношения. Елки зелёные, это ж какой кошмар! Как было просто, когда остров висел в пустоте и мы подъедали запасы!»

В общем, проблем намечалось столько, что Влад в очередной раз пожалел о побеге из плена. Не всерьёз, конечно, просто хотелось немного отдохнуть. При этом отдых в ближайшее время точно не предвиделся.

Линкор пришлось сажать с помощью Каси — Глун с Бруком наотрез отказались. Бедные гномы уже давно не радовались и не гордились своими умениями. За время пути бывшие гопники сбросили, кажется, половину своего веса, радовали окружающих вечными кружками с крепчайшим кофе в руках, и красными, светящимися лихорадочным светом глазами. Команды набралось едва ли четверть от штатной. Побегать пришлось всем, кто тащил эту огромную тушу к месту назначения, в том числе и капитану с помощником.

— Не буду я его сажать! — Вопил Глун. — Дайте мне бот, или шлюп, или фрегат хоть — я посажу. А это… Влад, да ты издеваешься что ли? Он вообще не предназначен к полётам над твердью! Угроблю машину! Нет, нет, и нет, что хочешь делай! И вообще — выпусти меня отсюда, ноги моей больше на этом мастодонте не будет!

Каси, которую пришлось снова вызывать, тоже не стремилась заниматься этой работой, но так категорична не была. Так что ещё через пару часов, когда команда «Стремительной» более-менее разобралась с управлением, Линкор медленно, боком, вплыл над твердью, и, резко просев от изменения тяготения, пошёл на посадку. Она получилась довольно жёсткой, — всё та же нехватка команды сказалась, — но результат всех устроил. Летать на этой дуре в ближайшее время всё равно никто не собирался.

Весь остаток дня, а точнее — почти сутки на острове творился лютый бардак. И это притом, что к приёму гостей готовились! Гномам очень понравилось место, где их разместили. Это Влад давно перебрался в отдельный домик в деревне, и лучшего себе не хотел, а вот бородатые коротышки очень оценили хрущёвки с центральным отоплением, пусть пока и не работающим, а так же с электрическими плитами, работающими на гелиотропе, и водоснабжением, которое тоже пока работало вполсилы. То бишь вода текла, но тоненькой струйкой, и только холодная. Однако даже такие условия показались вынужденным переселенцам очень комфортными. Проблема в том, что жители острова не знали точного количества этих самых переселенцев. И подготовиться с запасом просто не успели, так что тем, кому не хватило даже условно готового жилья, пришлось либо уплотняться, либо расселяться в неготовое. И это было чертовски сложно. А ведь ещё нужно было их всех накормить! Да так, чтобы всем хватило!

В результате через два дня Лопатин вдруг обнаружил себя сидящим на лавочке возле последней хрущёвки и смотрящим в стену. Было немного странно, что не нужно никуда бежать, и что-то делать прямо сейчас. Непривычно. Но очень хорошо! А ещё кто-то что-то от него настойчиво требовал и пихал что-то в рот.

— Господин Влад, ну пожалуйста, вы нас пугаете! — До него, наконец, начал доходить смысл слов. — Съешьте, пожалуйста, бутерброд, он хороший! Его Фириэль делала, старалась! А вы уже сутки ничего не ели! Вы так умрёте от истощения!

— Не, не помру, — окончательно очнулся Лопатин, и вцепился в предложенный бутер. В качестве основы там была белая лепёшка, а основной ингредиент — какое-то странное, розоватое мясо почти без прожилок. Должно быть, из тех ящериц, о которых говорил дядя Саша. Бутерброд был украшен листиками зелени и сдобрен незнакомым соусом. А в другой руке Стера держала кружку с горячим, ароматным кофе. Влад сначала вцепился в кружку, отхлебнул большой глоток, а потом проверил бутерброд. Он оказался просто божественным.

— Ладно, девочки, вы сами-то когда ели в последний раз? — Феечки тоже активно участвовали в помощи переселенцам, так что вопрос был своевременный.

— Вы же нас ещё утром отдыхать отослали, — напомнила Зефира. — Мы тогда и поели.

— А сами вы остались доделывать мелкие детали, как вы сказали. — Добавила Фириэль.

— И так и носились ещё целый день! — Обиженно заметила Стера.

— Ага. Так что, получается, отдыхать можно?

— Да! Господин Влад, когда вы уже покажете ваш дом? Нам не терпится поскорее начать обживаться! — Заявила Зефира.

Влад кивнул, и заставил себя подняться. То, что крылатые девчонки будут жить с ним, он понимал уже давно.

Глава 3

Да, с феечками получилось неудобно. Влад всё время чувствовал себя виноватым — домашние девчонки, которые хоть и привыкли много работать, но работать по дому. А тут их бросили, считай, на амбразуры — как-то так получилось, что они вместе с ним всю дорогу носились по лайнеру, помогали, утешали, даже лечили детей и подростков, которые, конечно, всегда найдут способ травмироваться. И потом, во время «великого расселения», как пчёлки трудились, не зная сна и отдыха.

— Вот здесь я живу, — широким жестом указал Влад на свой дом. Дружок был в полном восторге, скакал как безумный — видно, тоже соскучился. Дядя Саша говорил, что пока Влада не было, пёс сюда и не возвращался почти, всё время Влада искал и требовал по-своему, по-собачьи, чтобы и остальные бросали свои дурацкие дела и искали пропавшего друга. — Скромно, конечно, по сравнению с тем, к чему вы привыкли у эльфов, но тоже нормально… только, боюсь, там нас сейчас встретит беспорядок.

Однако не успел он дойти до двери, как она сама распахнулась навстречу, и из дома выглянула Эсфирра:

«Наконец-то ты пришёл, Влад! Тебя не хватало! Привет вам, крылатые».

Фириэль у него за спиной икнула. Влад вздохнул. Он совсем забыл, что в последнее время Эсфирра предпочитала жить у него. Так ей было уютнее, а самому Лопатину тенебриса никак не мешала. Она не любила быть заметной, так что её присутствие в доме становилось очевидным только тогда, когда ему самому этого хотелось, или становилось одиноко. И всё бы ничего, но феечки тенебрису до сих пор боялись. Старались этого не показывать, но Влад видел, как они тщательно избегают «страшную женщину». При этом той, кажется, наоборот, феечки нравились. Точнее, они ей были интересны — в редкие минуты отдыха, на лайнере, она расспрашивала о крылатых Влада. К ним самим не подходила, а может, они ей просто не показывались.

«Ладно, Дружок её тоже боялся, — вспомнил Лопатин. — А сейчас вон как хвостом машет. Подружились. Вот и феечки как-нибудь привыкнут».

— Так, милые леди, — голос его был, может, слишком бодрым, но попробуй тут, подбери нужную интонацию, если так мало спал и так много пил кофе! — Проходите, не стойте на пороге. Кажется, насчёт беспорядка я вас ввёл в заблуждение.

Действительно, Эсфирра не только прибралась, — эдак небрежно, как она обычно делала в своей комнате, — но и приготовила ужин.

«Я скучала. Хорошо, что ты вернулся. И вам, крылатые, я тоже рада». — Сказала тенебриса, когда Влад начал радоваться такой встрече. Феечки, к слову, тенебрису тоже слышали, в отличие от большинства других разумных.

Ужин… или поздний обед, Влад не определился, прошёл в тёплой, но очень напряжённой атмосфере. Феечки поначалу пытались, как обычно, скрыться. Дескать, хороших слуг не должно быть видно. Однако тенебрисе их отвод глаз совсем не мешал их видеть:

«Я ведь и для вас приготовила пищу, крылатые, — сообщила Эсфирра, глядя куда-то в пустоту. Судя по направлению взгляда, она их прекрасно видела. — Не стойте там, лучше садитесь рядом. Расскажите, как живут у вас в Тилвит Тег?»

Феечки, послушались. И даже принялись рассказывать что-то о жизни на своём маленьком и загадочном материке. И угощение им понравилось — Эсфирра расстаралась, нашла для них несколько банок персиков в сиропе.

— Вот это да! — Робко восхитилась Стера. — Какой удивительный фрукт! Никогда такого не пробовала! Это у вас, на Земле такой растёт, господин?

— Ага. Только это в сахарном сиропе, хотя они и свежие очень вкусные. Я слышал, у нас есть где-то косточки, можно будет попытаться кому-нибудь втюхать, чтобы высадили.

— А почему не самим высадить? — Удивилась Зефира.

— Потому что они теплолюбивые. Климат здесь неподходящий, — объяснил Влад. Он просто так сказал, но феечки неожиданно заинтересовались.

— Господин Влад, а можно нам косточек?! — Попросила Стера. — Пожалуйста-пожалуйста! Мы сами попытаемся посадить! Мы умеем помогать растениям!

«Согласись с ними, Влад, — передала Эсфирра. — Феи — очень хорошо умеют договариваться с растениями. Если им этого хочется, конечно. Мы ведь стараемся, чтобы остров мог выращивать как можно больше еды, чтобы не зависеть от внешних поставок!»

— Девочки, а вы как? Хотите заниматься сельским хозяйством? — Заинтересовался Влад.

— А как же вы без горничных, господин? — Расстроилась Фириэль.

— Мы вам разве не нужны? — Добавила встревоженная Стера.

— Кто же будет следить за домом? — Надула губки Зефира.

Влад озадаченно моргнул. Вот как у них это получается? Вроде предложил заниматься тем, чем им хочется заниматься, а получается высказал своё пренебрежение.

— Ну… вы чего? — Ляпнул парень. Резко стало неуютно, когда на нём скрестились три обиженных взгляда феечек и заинтересованно-ироничный — тенебрисы. — Я ж не заставляю! Что хотите, то и делайте. Просто если вам нравится возиться с растениями — то почему бы этим не заняться? Не хотите — просто живите тут. Я просто не хочу, чтобы вы тут заскучали, сами ведь видите — дом куда меньше, чем у Эолариндира. Я думал, вы тут поселитесь, а делать будет что нравится… Ой, всё!

Впрочем, кажется, запрещённый приём «Ой всё» сработал. Девицы успокоились и явно задумались о своей дальнейшей судьбе. Пока никаких решений они принимать не захотели, но это Владу и не нужно было.

«Как будто я сам прибраться не смогу, если что, — бурчал парень про себя. — И сготовить — тоже. Всю жизнь как-то справлялся. Да, мне не нужны горничные. И что в этом плохого?»

Вслух, понятно, ничего такого говорить не стал — очень уж чувствительные девчонки, того и гляди ещё в самом деле обидятся.

«Однако в доме становится тесновато», — подумал Влад, проснувшись на следующее утро. Мало того, что теперь все спальни оказались заняты, так ещё выйдя в гостиную он обнаружил спящую на диване Каси. Диван довольно узкий и демонесса его даже не разложила. Так и спала, подтянув колено к животу. Места для такой позы не хватало, отчего её шикарная попа в обтягивающих брюках из очень тонкой и мягкой кожи провокационно выглядывала из-под пледа. Хвост при этом она трогательно обвила вокруг собственной ноги.

«Как бы не перевесила. Свалится же сейчас!» — Очень хотелось немного отодвинуть от края девицу, но Влад решил, что с него и так достаточно испытаний, проверять на прочность собственное самообладание он не хочет. Так что он прокрался мимо, стараясь не потревожить девушку, и выбрался на крыльцо. Остро захотелось курить — а ведь никогда в жизни этим не занимался.

«Так дело не пойдёт. Надо определённо как-то решать половой вопрос, а то уже дым из ушей. Вчера ещё фейки опять по-домашнему оделись. Почему у всяких девиц такая любовь к полупрозрачным ночнушкам? Да я уже на Эсфирру заглядываюсь, которая вовсе представляет вид, с которым я даже теоретически скреститься не могу! И тут Каси ещё в провокационной позе. Просто фаталити. Ещё и снилась мне всю ночь!»

Чтобы не возвращаться в «сонное царство» отправился гулять с Дружком — вот уж кто был счастлив и совершенно безмятежен. Всем своим видом пёс показывал: наконец-то всё как положено, по правилам. Влад дома, прогулки по утрам, сейчас ещё вкусняшку какую-нибудь даст — что может быть лучше?

Догуляли до дяди Саши. Кстати, многие дома уже тоже заняты, это видно. Влад проснулся рановато, так что во дворах ещё никого не было, и кто здесь живёт — непонятно. Но уже видно, что посёлок оживает. Раньше-то они на этой улице с соседом вдвоём жили.

«А скоро и город начнёт оживать», — подумал Лопатин. Представил себе, сколько всего нужно будет организовать, и поёжился.

Прогулка затянулась на час, но, проходя мимо своего дома, Влад по-прежнему не увидел никакой активности. Значит, по-прежнему спят.

— Пойдём, Дружок, к дяде Саше, — предложил парень. — Он, вроде, пораньше встаёт. Да и обсудить надо, что и как делать. Хотя всё равно сегодня собирались совещание проводить.

Последнее слово Влад произнёс с внутренним содроганием. Совещания, планёрки и митинги он ненавидел ещё на Земле, при том, что никогда не был начальником и в основном отчитывался только за свою область работы. Теперь будет ещё хуже и сложнее. Однако без этого не обойтись.

— И всё равно, в гости пошли, — Лопатин представил себе, что сейчас опять придётся любоваться на спящую Каси, и поспешил от соблазна подальше. — Определённо с этим нужно что-то делать. Или сейчас работа навалится, и не до того станет?

Дядя Саша обнаружился прямо во дворе. Причём занятие выбрал крайне для себя нетипичное — он подтягивался на турнике.

— Представляешь, так заманался в полёте, думал — всё, буду спать до упора, не пошевелюсь, пока не заставят. А тут проснулся — и прям потянуло подвигаться. Всё-таки действует… ну ты понял.

Влад и так уже видел, что дядя Саша очень помолодел. Да и лысина давно заросла. Он, правда, теперь брился на лысо, но щетину-то не скроешь. Морщины тоже почти рассосались.

— И вообще… В других местах тоже бодрость образовалась непривычная. А бабы-то у меня так и нету, сам понимаешь. Вот, сбрасываю напряжение, чтобы, значит, мозги работали.

Влад подумал, что ему тоже бы не помешало. Как-то самому в голову не пришло, а ведь хороший же способ!

— Дай-ка я тоже попробую, — попросил Влад, дождавшись пока запыхавшийся сосед спрыгнет с перекладины. — Представляешь, дядь Саш, последний раз я этим в школе только занимался! В смысле — подтягивался. Даже не знаю, получится ли.

На удивление, получилось неплохо. До дяди Саше Лопатину пока было далеко, но восемь раз он осилил. Сам удивился — результат был для него рекордный. И мышцы приятно гудят.

— Что там Каси насчёт своего отца рассказала? — Спросил дядя Саша, когда он закончил тренироваться. — А то вчера даже спросить было некогда.

— Император на ковёр вызвал. — Пояснил Лопатин. — Из-за Лилианны и гномов. Я, кстати, думаю, не пора ли спасать господина Энкратоса? А то Каси будет переживать, да и куча наёмников на острове в отсутствие руководства — такое себе.

— Не торопись, — покачал головой сосед. — Лучше здесь дела в порядок привести. А мимо императорского гнева, если он нас соберётся прессовать, мы всё равно не проскочим. Ты щас в ажиотаже после плена, до сих пор не успокоился. Хочется куда-то бежать и что-то делать. Вот и направь энергию в мирное русло. А то мы и так уже накосовертили, не разгребёшь. Как бы новыми инициативами хуже не сделать.

— Это да, — вздохнул Влад. — Но я ещё насчёт Гаррака нервничаю. Обещал же ему помощь. Будет паршиво, если их там переловят как крыс.

— Посмотрим, что остальные скажут. Но я предварительно за то, чтобы помочь. Не из альтруизма и меценатства, конечно. Просто согласен с тобой — пока эльфы заняты проблемами в Кузнице, на нас меньше внимания будут обращать. А то на империю что-то мало надежды. Ты, к слову, чего сам-то пришёл?

— Да я… просто так, — признался Влад. — Дома все спят, а я раньше проснулся, вот, чтобы не мешать, пошёл с Дружком гулять. Я уже второй раз мимо тебя прохожу.

— Угу. — Дядя Саша покрутил в пальцах сигарету, сунул обратно в пачку. — Бросаю, — пояснил он. — Решил, что раз уж у меня новая жизнь началась, то надо совсем правильно прожить. Водка почти не тянет больше. Так, иногда, накатывает, но я ей, гадине, не даю разыграться. А тут, думаю, раз с водкой получилось, то и курево тоже можно бросить. Пошли лучше в дом, чайку попьём. Дружок, давай тоже, у меня косточка есть. Ты ж любишь игуанодонов? Нравятся игуанодоны, да, мохнатый? Владик, а что у тебя с Каси?

Влад чуть не поперхнулся от такой резкой смены темы.

— Да ничего. Я… ну, вроде как предложил ей встречаться, тогда, на балу. Она мне от ворот поворот. Дескать, ты короткоживущий, а нам на таких тратить любовь невместно. Чтоб потом не расстраиваться.

— А ты не перегибаешь, Владик? А то с её слов всё по-другому звучало. Кто-то, сначала, грешным делом подумал, что ты к ельфям усвистал, потому что обиделся. Понятно, что бред, но девчонка прям сильно убивалась. Так-то есть у неё к тебе чувства, как по мне. И потом, ты ж сам понимаешь, на моём примере, что короткая жизнь, может, и не проблема больше.

— Может, не проблема, а может, и проблема, — пожал плечами Лопатин. — Точно мы узнаем… ну, когда я стареть начну. Или ты снова начнёшь. А это время пройдёт, когда ещё заметно станет. В общем, я стараюсь к ней больше не лезть, типа остались друзьями.

— Ну и дурак, — хмыкнул дядя Саша. — Твоё дело, конечно, но как по мне — дурак-дураком, такую девчонку упускать. Она сама не знает, чего хочет, потому как по ихним, демонским меркам ещё молодая совсем. Считай, только из пубертата вышла. Так и надавил бы слегка, мол, ты там думай, что хочешь — а мы встречаемся. И в койку. Поверь, она не откажет. И всем будет проще. Или ты того, сам уже охладел? Ты на эту Лилианну, часом, не заглядываешься?

— Да боже упаси! — Аж поёжился Влад. — Ты с ней не общался, а мне вот довелось. Не надо нам такого счастья, короче. Не для неё моя роза цвела. Вообще не знаю, что с ней делать. Может, посадить где-нибудь в нейтральной стране на лайнер в сторону Светлого Токлиана, и пускай катится? Я в тот момент, когда её в заложники брал, зол был невероятно. Не на неё даже, а на Эолариндира. Это посла, если ты не знаешь, так зовут. Короче, хотелось, чтобы он психанул… и он таки психанул, херни натворил. Но чего сейчас с ней делать — не знаю. Чемодан без ручки, блин.

Совет дяди Саши парень решил проигнорировать. Нет, на Каси он не обижался. Разве что чуть-чуть.

«Хорошо советовать так-то, со стороны, когда тебя ситуация по большому счёту не касается. Будь он на моём месте, понял бы, что не так всё просто», — подумал Лопатин. Что именно непросто, он бы и сам сформулировать не мог, просто знал, что заставлять демонессу точно не собирается.

— Тут опять же, пока император своё веское слово не скажет, лучше ничего не делать, — Покачал головой сосед. — Как бы ещё хуже не наворотить. А вообще, опять же, сегодня на совещании и этот вопрос можно будет поднять.

Дружок сладко хрустел косточкой игуанодона, дядя Саша разложил чай по кружкам, залил кипятком, поставил на стол конфеты Коровка — из старых ещё, земных запасов. Этого добра оказалось удивительно много, до сих пор не съели. Влад, глядя на пса, отметил себе, что нужно непременно посмотреть, как вживую выглядят игуанодоны. В детстве, как и любой ребёнок он обожал динозавров, и представить себе не мог, что когда-то будет их есть. Однако приняться за чай они с соседом не успели, потому что у дяди Саши завибрировал переговорник.

Стоило ему принять вызов, как оттуда донеслось паническое, Касиным голосом:

— Влад пропал! Опять!

— Эээ…, а передо мной тогда кто сидит, Каси? — Опешил дядя Саша.

Вызов тут же прервался, а через несколько секунд в комнату ворвалась демонесса. Только увидев Влада она облегчённо выдохнула — даже плечи опустились.

— Ты зачем так пугаешь, Влад?! Я чуть с ума не сошла!

— Да куда я отсюда-то денусь! — Удивился Лопатин. — Из центра острова!

Каси тряхнула головой, и, кажется, смутилась:

— От тебя всего можно ожидать! Мы ждём, ждём, когда ты проснёшься. Потом в комнату заглянули — а тебя нет! Вот что я должна была подумать?!

— Что я с собакой погулять пошёл? — Предположил Лопатин, указав на Дружка. Тот на переполох среди двуногих внимания не обращал, а продолжал старательно мусолить кость.

В дверь неторопливо втекла Эсфирра, констатировала:

«Каси уже нашла потерявшегося Влада. Я ведь говорила, что он здесь».

— Кхм, в общем, давайте совещаться, — демонесса смутилась ещё сильнее, даже покраснела. — Сейчас я всех остальных обзвоню. Нужно решать, что будем делать!

Глава 4

В комнате было тесно. Народу набралось не так уж много, всего десять человек, но попробуй тут разместись, на двадцати метрах!

— Каси, садись сюда! — Приветливо позвал эльф Марвин, указывая на подлокотник кресла, на котором сидел. Демонесса уселась, куда пригласили, эльф ей приобнял для удобства.

«Не зря он мне сразу не понравился, — подумал Влад. — Ненавижу остроухих!»

Он ничем не показал, что ситуация его задела, но после такой демонстрации сосредоточиться на обсуждении оказалось нелегко.

«Конечно! Долгоживущий эльф, вот и всё объяснение. Это просто забито в подкорку. Они могут очень хорошо относиться к короткоживущим, но вот эта разница всё равно останется, и ничем её не преодолеть. К тому же красавчик! Ненавижу светлорождённых! И какого чёрта совещание надо было проводить у меня! Что за проходной двор, вообще? Это, в конце концов, мой дом, и я хочу в нём жить с теми, кого сам пригласил!»

— Так, ребята, тут никто не любит долгих обсуждений, как в телевизоре, так что давайте только по делу, ладно? — Начал Влад, оглядев… членов правления, наверное? Или совет депутатов? Как вообще назвать это сборище было непонятно, потому что непонятно пока, как назвать их остров. Это точно не монархия. Корпорация, может? Или — коммуна? — Давайте коротко каждый расскажет, как у нас дела, дальше я расскажу последние новости, хотя уверен, все и так в курсе.

— Давай лучше с твоих новостей! У нас-то всё в одной поре, — Тут же возразил Андрей — тот самый парень, в чьи обязанности сейчас входило поддержание порядка среди жителей острова. Вообще-то ещё контрразведка, но эта сторона обязанностей народной милиции пока была не слишком востребована… Впрочем, не совсем. Андрей, бывший мент, человек дотошный и подозрительный, на авторитеты ему плевать. Наверняка пытается прощупывать в меру сил наёмников господина Энкратоса. Теперь вот ещё гномы добавятся — среди них ведь тоже могут быть идейные противники. Да и человеческую часть населения острова он без своего внимания не оставляет.

Влад решил, что требование справедливое, и принялся рассказывать. Даже отвернулся от Каси с Марвином, и старался в ту сторону даже глазом не косить, чтобы не отвлекаться. Рассказать постарался как можно подробнее, не скрывая деталей и собственных косяков, главным из которых он числил похищение Лилианны.

— Кроме ребят Лотура, — он кивнул в сторону гнома, который тоже присутствовал на собрании. Как-то так вышло, что Лотур стал среди беженцев лидером, причём сам не слишком рад был своей новой роли, — я привёз ещё и обязательства перед теми, кто остался в пятом Заводском. Можете считать, что в нагрузку. Причём требуется им даже не оружие, в первую очередь, а продовольствие. Я не знаю, как там дела в Заводском после нашего отлёта, но догадаться нетрудно. В основном контроль над городом светлорождённые наверняка уже восстановили. Не знаю, удалось ли им запустить заводы, но восставшие, если их ещё не переловили, очевидно, прячутся по норам и пещерам. Они довольно долго могут там тусоваться, но толку от этого никакого, потому что конечный результат известен заранее. Если им не помочь оружием и едой.

— У меня два вопроса! — Сказал Марвин, и Владу невольно пришлось развернуться к нему. И смотреть, как он по-хозяйски обнимает Каси. Вроде бы ничего такого, но неприятно.

Общение с первородным у Влада сразу не задалось, ещё при знакомстве. Влад тогда ещё не отошёл от побега, был на взводе, а тут — эльф. Одет с иголочки, даже надушен чем-то мужественно-прекрасным, с горькими нотками миндаля и рома. И безукоризненно вежливый. Он ему здорово напомнил Эолариндира, к которому у Лопатина, понятно, никаких добрых чувств не было. Парень тогда едва сдержался, чтобы Марвину не нахамить, а то и не съездить по роже. Так оно и повелось — при каждой встрече Владу хотелось не разговаривать, а драться. Причём он понимал, что эльф, вообще-то, ничего плохого не делает (ну, за исключением обнимания Каси), но всё равно ничего не мог с собой справиться. Марвин его бесил. Как и гномов, собственно. Но сейчас Влад обернулся к нему и уставился внимательно, и без капли осуждения. Ну, Влад надеялся, что у него получилось.

— Первое — Энкратос велел сидеть тихо и не отсвечивать. Планы накормить гномов — повстанцев с этим не слишком бьются. А ты тут старательно планируешь, как ещё сильнее подпортить жизнь моим светлорождённым братьям.

— Справедливое замечание, — кивнул Лопатин. — И я как раз поэтому вынес вопрос на обсуждение — я взял на себя обязательства, не спросив мнения остальных, и это неправильно. Однако при всём уважении к господину Энкратосу, я не собираюсь без раздумий принимать его указания к исполнению, потому что не вхожу в структуру, ему подчиняющуюся непосредственно. Если ребята решат, что это слишком опасно и не стоит этим заниматься — тогда я просто буду спонсировать Гаррака собственными силами. Это будет не столь эффективно, но, думаю, в минимальном объёме мне удастся исполнить свои обязательства.

«Блин, с каких пор я говорю таким ужасным канцеляритом? — Ужаснулся Лопатин, закончив речь. — Самого от себя тошнит!»

— Эк… — опешил Марвин. — А моё мнение уже не учитывается?

— А ты, Марвин, представляешь здесь своего командира, — Напомнил Влад. — Так что да, пока не учитывается. И у тебя был второй вопрос.

— Да, я хотел поинтересоваться, как ты собираешься эти поставки осуществлять. Возьмёшь линкор и полетишь прямо в пятый Заводской?

— Гаррак дал кое-какие наколки, — пожал плечами Влад. — У него нашлись знакомцы, которые имеют выход на контрабандистов, которые не против помочь. За определённую плату. Так что тут пока сложностей не вижу.

— Ну ты и шустрый, землянин! — Поразился Марвин. — Всё предусмотрел. И всё-таки я — против необдуманных действий без одобрения Энкратоса. Ты, конечно, в своём праве, но должен ведь понимать — в Ойкумене вы недавно, местной политики не знаешь. А уже влез в неё по самые уши и натоптал, как мастодонт в цветнике. Сейчас Энкратос будет за тебя получать порицание от императора. Ему придётся тебя выгораживать, и мне это не нравится. Как-то это паршиво выглядит, не находишь?

— Как раз про господина Энкратоса у меня второе предложение, и тут я пока не знаю, как поступить лучше, — кивнул Лопатин. — Наладить поставки продовольствия можно и без моего прямого участия, это в том случае, если «обчество» одобрит задумку, и помогать буду не только я. Мне же, я уверен, стоит отправиться в империю и подстраховать господина Энкратоса на случай проблем. Не в одиночку, естественно, а с подготовленными товарищами. Впрочем, даже если проблем не будет, я почти не сомневаюсь, что наше присутствие в империи не будет лишним.

— Вот это вообще неожиданно, — опешил Марвин. — То есть желание помочь командиру я поддерживаю всецело, но только само по себе желание. Ты, Влад, осознаёшь, что тебя будет куда проще арестовать и отдать светлорождённым, если ты будешь в империи?

— Осознаю, — кивнул Влад. — Но считаю, что с этими непонятками нужно заканчивать. У нас неясный статус — я сейчас про весь остров говорю. Мы, вроде как граждане империи, и в то же время у нас свой кусок тверди, который в число имперских владений не входит. Причём неясности именно со стороны империи, Марвин. Они, вроде как, готовы были помочь притянуть остров, но для них это было слишком дорого. Мы справились сами. И дальше — тоже. Короче, мне нужно определить и зафиксировать наш статус.

— А сам-то ты что хочешь? — Спросил Марвин.

— Автономное государство, конечно, — Влад даже не задумывался. — Раньше я думал о том, чтобы быть частью империи, но сейчас ситуация изменилась. Теперь это для нас опаснее, потому что как империя защищает свои части, мы уже прекрасно видим. Никак не защищает, если кто не заметил. При этом если нас всё-таки официально признают частью империи, нам и самим защищаться будет нельзя. Мы, конечно, будем, но в таком случае можем получить проблемы ещё и с империей. Как, собственно, это произошло и сейчас. Это, кстати, тоже вопрос для обсуждения, тут я открыт к аргументам.

— Хм…, а если, скажем, протекторат? — Спросил Марвин.

— Ну да, отличная идея, — хмыкнул Лопатин. — Для империи. В случае если мы делаем что-то не то, император может сказать «Это не мы». В то же время мы обязаны ему подчиняться. Спасибо, как-то не привлекает. Хотя в целом дружеские отношения с империей хотелось бы сохранить.

«Вот опять он мастодонта упомянул! То есть они даже в поговорках есть, то бишь, распространены. Хочу мастодонта смотреть, а не вот это вот всё!»

Постепенно в спорах приняли участие и остальные, но в результате всё свелось к выбору команды для будущего «посольства». Про себя Влад не сомневался, и не потому, что он такой великий дипломат или один из глав колонии. Просто больше никто не умеет мгновенно перемещаться на приличные расстояния. Конечно, подобные способности и в империи не панацея — Влад вспомнил ту неприятную камеру, в которой им пришлось сидеть, когда они с дядей Сашей и Борном оказались в тюрьме. Впрочем, там воздействие было явно другим, не таким тяжёлым, как от эльфийского серебра. Но, в любом случае, эльфам не слишком помогло всё их серебро, вот и в империи у него тоже будет значительное преимущество.

«Главное, не полагаться только на него, — вздохнул Лопатин про себя, — И не настраиваться сразу на силовое решение вопроса. Если я оттуда собираюсь бежать — то зачем я вообще туда лечу? Нет, нужно именно договариваться».

По поводу состава команды Владу было всё равно. Очень забавно было наблюдать за Шмяккой — гоблинша громче всех кричала, что она обязательно должна участвовать в посольстве, потому что без неё всё пойдёт прахом. Как она оказалась на совещании, Влад не знал, но догадывался, что она никого и не спрашивала. И, к слову, с её кандидатурой никто спорить не стал, как-то все сразу одобрили. А Влад задумался, куда делся возлюбленный Шмякки, витязь Ждан? Она ведь, помнится, твёрдо была намерена затащить «барадатинького» в постель, и была прямо-таки на пути к осуществлению своей мечты.

«Надо будет у дяди Саши спросить».

Между тем, с составом делегации постепенно определились, и слово взял Андрей — рассказывать о том, что нового на острове.

— Порт построили, это ты знаешь. Оружие делаем. Уже переоснастили три корабля наёмников по аналогии со «Стремительной», сейчас изо всех сил тренируются. — На этом моменте Влад с удовольствием отметил, как заходили желваки у Марвина. Видно, недоволен, что его «Молния» пропустила очередь из-за того, что пришлось летать за Владом. — Пушки большей дальности и скорострельности, крылья, мачты поубирали. Но компактных установок по добыче гелиотропа не ставили — тут, ребята, извините. Слишком легко вы можете ими «поделиться» с вероятным противником.

— Ты подозреваешь моих парней в том, что они могут предать? — Вот теперь, несмотря на вроде бы спокойный тон, голос эльфа звучал действительно угрожающе.

— Ты мою должность на острове знаешь? — Уточнил Андрей. Марвин кивнул. — Ну, так чему удивляешься? Я обязан подозревать, и буду это делать. А ещё мне хватает мозга понять, что вы все находитесь в зоне риска. Корабль могут захватить силой, такое случается и довольно часто. Вон, сколько вы техники привезли трофейной. Скажешь, с нами такого случиться не может? Оставим эту тему. Я был против того, чтобы даже на «Стремительной» ставили прибор. Это слишком рискованно, и я по-прежнему считаю, что установку нужно демонтировать. Влад, как думаешь?

«По уму-то, конечно, он прав. — Подумал Лопатин. — Это слишком рискованно».

— В целом согласен, но тут риск небольшой, а польза огромная. Если бы «Стремительная» не добывала время от времени гелиотроп, нам бы не удалось так быстро добраться сюда. На лайнере был собственный запас топлива, только мало. Из расчёта полёта на куда более короткий рейс. Ещё и с использованием ветра в качестве основной движущей силы. Короче, я бы предпочёл, чтобы на «Стремительной» была установка. Вы же предусмотрели возможность быстрого сброса в бездну?

Он и сам знал, что предусмотрели. Одно движение рычажка в капитанской рубке, или прямо на месте, возле самой установки, и она летит вниз, а через три секунды ещё и взрывается для верности. Вполне достаточные меры безопасности, если, конечно, ушами не хлопать.

Марвин дальше спорить не стал, и безопасник продолжил делиться наработками. Выходило очень круто, и Влад отдельно порадовался, что земляне действительно в основном включились в работу. Без понуканий, без дополнительной стимуляции. Кажется, до всех окончательно дошло — они в новом мире. Хорошем или плохом — неважно. Главное — они получили новую жизнь, все ошибки прошлого там и остались, на Земле. Теперь можно начать с чистого листа. Нашлись и желающие попутешествовать, однако отрываться от корней не захотел ни один. Влад немного переживал, что теперь есть народ, который совершает регулярные рейсы на тот же Троллтех за продовольствием, и кое-кто уже подумывает о более дальних путешествиях. А ну как землян там похитят? Конечно, о принципах работы той же установки Влад старался не распространяться, но он не обольщался. Наверняка уже давно догадались — для знающего человека достаточно увидеть установку издалека, чтобы догадаться о принципах её работы.

«Но и устраивать из острова тюрьму тоже неправильно, — подумал Лопатин. — А то получится, что мы ничем не лучше светлорождённых, которые в такую тюрьму целый материк превратили. Земляне потому и не хотят сейчас уходить с острова, потому что понимают — заработать на жизнь где-то кроме него будет гораздо сложнее. А здесь у нас прямо передовая наука, да и в перспективе — неограниченное финансирование благодаря безлимитному гелиотропу. Если же силой удерживать, всем сразу захочется свалить. Мне бы, по крайней мере, точно захотелось!»

Андрей ещё долго рассказывал о достижениях островного народного хозяйства — если бы не Касина попка, уютно устроившаяся на подлокотнике Марвина, и не ладонь эльфа, так же уютно лежащая на талии девушки, Лопатин бы непременно пришёл в превосходное расположение духа. Да, проблем довольно много — всё ещё не отлажены некоторые каналы поставок, иногда случаются накладки. Работников по-прежнему не хватает — хотя тут острота проблемы в скором будущем снимется — всё-таки гномы сюда не отдыхать перебрались. Да и вообще, в целом, внутренние дела острова шли замечательно. Вот с внешними проблемами было куда хуже.

«Так что это ты, получается, слабое звено, — попенял себе Влад. — Ты ведь внешней политикой занимаешься каким-то фигом!»

Не всерьёз попенял. То, что богатый остров любой захочет прибрать к рукам, было с самого начала понятно. И чем богаче становится остров, тем больше будет желающих.

Совещание, между тем, подходило к концу. С необходимостью помочь гномам согласились все — а Влад больше всего опасался, что его предложение зарубят. Но тут всё прошло на удивление легко — никто не стал жалеть для бородатых денег и еды — всем хотелось жить спокойно и все надеялись, что светлорождённым будет не до землян, если у них в Кузне начнутся серьёзные неприятности. Андрей даже размечтался о том, что было бы здорово и другим недовольным в Кузне помочь, чтобы масштабы восстания расширить. Влад был не против, если получится. Вот только возникали у него сомнения, что гномов так легко будет стронуть с места и сподвигнуть на восстание. Слишком много попыток провалилось, и слишком серьёзно эльфы их придушили.

С визитом в империю, в принципе, тоже все были согласны, но тут требовалась подготовка. Отчего-то никто не сомневался — будут проблемы. Всего не предусмотришь, но нужно подготовиться максимально, к любому возможному развитию событий.

Глава 5

Утро для Каси началось бодро, даже слишком. Накануне она, как, собственно, и все обитатели острова, работала допоздна. И когда со всем срочным, наконец, разобралась, и можно было, наконец, идти спать, ночевать в своём доме ей не захотелось. Она пришла в свой домик, вообще-то довольно уютный и хороший. Но сейчас он встретил её пустотой, тишиной и запустением. Слишком одиноко и печально. Каси даже пожалела в тот момент, что не пригласила Лилианну — а ведь та явно напрашивалась! Но днём демонесса была в восторге, что можно, наконец, избавится от назойливой девицы, и определила её на постой в одну из гномьих квартир. Ещё радовалась, что будет возможность от неё отдохнуть! Специально позаботилась, чтобы у той были комфортные условия — сама навести уют Лилианна, конечно, не смогла бы. Каси такой белоручкой не была, но сейчас уже просто сил ни на что не было, так что девушка постояла немного на пороге, развернулась, и направилась к Владу. У него-то феи есть, а там, где есть феи, нет места беспорядку и разрухе. Это все знают.

Что Каси забыла, так это то, что дом у Влада не такой уж большой. Раньше это было незаметно, места хватало, а теперь демонесса вдруг обнаружила, что ни одной свободной спальни не осталось.

«Ну и ладно! Я и на диване в зале посплю. Диван тут удобный! — Решила девушка. — Интересно, почему Влад называет это помещение залом?» — Задумалась девушка. В отцовском поместье зал — это довольно большое помещение, в котором можно проводить фуршеты и приёмы. С высокими потолками, с большими витражными окнами. В квартирах, которые Каси снимала после того, как от отца сбежала, помещений под названием «зал» не было, она жила куда скромнее. Да ей и не нужно было.

Знакомый диван радостно принял её в свои объятия, и девушка заснула, успев только решить, что Владу надо бы посоветовать дом побольше. Тем более, даже переезжать далеко не нужно — здесь же, на этой улице, совсем рядом есть пустующий трёхэтажный особнячок. Маленький, но всё-таки побольше, чем это жилище. Владу вполне хватит места, чтобы разместить всех своих многочисленных женщин, которых он почему-то так любит собирать вокруг себя.

«Нужно поспешить. Удивительно, что его до сих пор никто не занял. И обязательно напомнить Владу, чтобы выделил мне отдельную комнату, которую никто не будет занимать в моё отсутствие! А то это никуда не годится, что приходится ютиться на диване!»

Проснулась Каси поздно. Слишком устала накануне, и слишком уютно спалось на диване. Она бы и дальше спала, только ухитрилась с уютного дивана свалиться, потому что накануне поленилась его разложить. Приподнявшись, и ещё плохо соображая со сна, увидела фейку, которая тут же предложила:

— Доброе утро, госпожа! Вам помочь умыться? Что желаете на завтрак?

— А… Да, доброе утро. Умоюсь я сама, спасибо, а на завтрак… да без разницы, пусть Влад сам выбирает.

— Он ушёл несколько часов назад, с Дружком, — огорошила её феечка. Сон как рукой сняло — будто разряд этого их земного электричества ударил.

— Как ушёл?! Опять?!

Дальше Каси толком не помнила. Схватила переговорник, потребовала Ори, чтобы готовил «Стремительную» к вылету, сама рванула к Александру… и почувствовала себя полной дурой, обнаружив Влада у соседа, спокойно попивающим кофе. Хорошо, что он, кажется, не обратил внимания на её дурость — они с Александром были слишком увлечены обсуждением дел.

После такой побудки мозги никак не хотели работать, как следует. Зачем-то начала всех созывать на совещание в дом Владу, хотя сама только что сетовала, что у него там слишком тесно. Более-менее успокоилась, только когда все собрались, но из-за этого опоздала занять место. Впрочем, это её не сильно беспокоило — очень интересно было узнать, как народ отнесётся к новым планам.

Народ по большей части отнёсся положительно, и только Марвин был недоволен тем, что нарушаются указания отца. Это было ожидаемо, и Каси здесь была на стороне Влада. Отец, конечно, очень опытен, но безграничного доверия к нему больше нет. Каси поняла, что он тоже может ошибаться, а значит, иногда нужно и своей головой думать, а не бросаться выполнять указания, как послушные солдатики. Тем более, Влад прав — это не господин Энкратос владелец острова, а они все.

Переговоры шли, по мнению демонессы, совсем неплохо. Видно было, что все очень рады возвращению землянина. Вот только почему он сам на неё так недобро посматривает?

«Это мне кажется, или он старается вообще на меня не смотреть?» — Недоумевала Каси. А потом догадалась! Она же сейчас сидит в совершенно двусмысленной позе, почти что на коленях у Марвина! Со стороны это, должно быть, смотрится очень компрометирующим образом. Влад ведь не знает, что Марвин ей как… ну, наверное, как старший брат, или дядя. Он ведь её ещё новорожденной нянчил! Даже купал и подгузники ей менял, о чём обычно Каси старалась не вспоминать. И хотя демонесса об этом знала только по рассказам отца, а сама помнила плохо, всё равно к эльфу относилась очень тепло.

Но Влад об этом не знает. И остальные — тоже! Каси захотелось тут же вскочить и куда-нибудь отсесть. Или постоять — не переломится. Главное — сбросить руку Марвина с талии. Но сдержалась, это выглядело бы совсем глупо. Она с трудом дождалась, когда совещание закончится — уже не слишком интересно было, о чём там договорятся. Когда все начали расходиться, отозвала в сторонку Марвина, и попросила:

— Марвин, можно тебя попросить? — Смущаясь, начала девушка. — Давай мы как-нибудь на людях не будем так обниматься? Просто никто ведь не знает, что ты мне как старший брат, и со стороны, должно быть, наши объятия выглядят предосудительно. Я всё-таки приличная девица.

— Ой-ой! — Весело удивился эльф. — А как же твоё обещание взять меня замуж, когда ты вырастешь? Я, конечно, замуж не хочу, но жениться очень даже не против! Я тебя ждал-ждал, а ты что, передумала?! Коварный, коварный демон! Говорила мне мама, что вам доверять нельзя, а я, дурак, не послушал…

— Да ну тебя, Марвин, — фыркнула Каси. — Я серьёзно говорю, а ты издеваешься!

— Ути, какие мы взрослые и строгие, — хмыкнул эльф. — Даже слишком строгие. И это нетипично… просто так ты бы точно не застеснялась, не такой у тебя характер. Ну-ка колись, малышка, кто этот негодяй, который похитил твоё сердце?

Марвин на секунду прикрыл глаза, видно, вспоминая, кто был на недавнем собрании, а потом их изумлённо распахнул:

— Оу! Ой… Малышка, ты меня расстраиваешь. Нет, он довольно хорош, я не спорю. Как он ловко всех провёл с этими гномами! Дескать, нам нужно обязательно договариваться с империей, а может и спасать Энкратоса, но я займусь этим, только если все согласятся помогать гномам, а иначе — без меня. Парень не только ловок, но и не дурак… по крайней мере, местами. Но то, что ты в него влюблена, это очень-очень плохо. Ты ведь понимаешь, как тяжело тебе будет? Это ведь только кажется, что семьдесят-восемьдесят лет — это много. Годы пролетят — и не заметишь. Ты ведь знаешь эти истории. У вас, демонов, ещё и характер сложный, вы однолюбы. У тебя ведь даже кто-то из родственников был женат на смертной. Сколько сотен лет уже прошло? Да и Энкратос, сама знаешь, так никого и не нашёл.

— Я знаю, — вздохнула Каси. — И я пыталась… ну, не влюбиться. Не получилось. Оно само.

— Хмм… обычно о таком событии рассказывают несколько более воодушевлённым тоном. Так! Давай рассказывай. Этот прохиндей, что, успел тебя обидеть?! Каси, ты никогда не умела врать! Тем более — мне.

— Да ничем он меня не обидел, — сморщилась девушка. — Это я сама. Оттолкнула его на празднике в честь победы на Троллтехе. По той причине, о которой ты сам только что говорил. А когда его похитили, он нашёл себе эту Лилианну. И троих феек ещё! Да он и раньше пользовался популярностью среди всяких там…

— Хм, а парень мне начинает нравиться, — расплылся в улыбке Марвин. — Так зацепить мою малышку! Может, стоит мне с ним пообщаться, узнать получше… и не только с ним. И вот что, малышка. Если он серьёзно сдастся из-за однократного отказа, то он тебе и не нужен, поверь мне. Так что на этот счёт даже не переживай. Если не дурак — будет добиваться мою упрямую сестрёнку, пока не добьётся, или не помрёт от старости.

— От старости он точно не помрёт, — ещё сильнее нахмурилась Каси. — Просто не успеет, даже если… — Она чуть не проболталась насчёт того предположения, высказанного Александром. Но промолчала. Слишком страшная тайна, чтобы ею делиться. Нельзя. — В общем, с его любовью влезать в неприятности, нужно бояться не смерти от старости.

Марвин только покачал головой, глядя на воспитанницу каким-то странным взглядом.

— Ладно, малышка. Я понял, что ты уже совсем взрослая, и что судьбу теперь выбираешь себе сама. И тискать тебя теперь буду, только когда никто не видит. Очень надеюсь, что ты не ошиблась с выбором. Однако никто не мешает мне этот выбор проверить, так что с этим шебутным землянином я ещё пообщаюсь, обязательно. И не вздумай мне мешать.

— Не буду, — покачала головой Каси, — если ты не станешь строить из себя строгого отца или, тем более, ревнивого любовника. Но я удивлена, что ты так легко это воспринял. Я думала, станешь отговаривать.

— Вот ещё! У нас с тобой не такая большая разница в возрасте, как у тебя с твоим отцом. И я прекрасно помню, как действуют на повзрослевших детей попытки наставить их на путь истинный. Сам таким был, и совсем недавно. Если бы я стал тебе «запрещать общаться с мальчиком», уже завтра ты бы пошла с ним под венец, а мне бы всё-таки не хотелось, чтобы ты торопилась. У тебя, — он подчеркнул последнее слово, — времени для того, чтобы сделать выбор предостаточно.

Разговор с Марвином оставил неоднозначное послевкусие. Вот, наконец, она призналась в своих чувствах. Не только себе, но и достаточно важному для неё разумному. А тот отнёсся к этому как-то несерьёзно.

«Или, может, я к этому слишком серьёзно отношусь? Может, стоит немного успокоиться и переключиться на что-нибудь другое? Тем более, Влад и сам строит из себя обиженного. Тоже мне, герой-любовник!»

Однако всерьёз разозлиться на землянина не получилось. Сегодня, после того, как совещание закончилось, Каси решила посвятить день отдыху. Иногда нужно давать себе расслабиться, иначе можно перегореть и начать совершать ошибки.

Долго размышлять, чем бы занять себя во время отдыха, Каси не стала.

«Надо полюбопытствовать, что делает Влад. И пускай это будет немного навязчиво, но, в конце концов, я просто соскучилась! А ещё будет очень неприятно, если его оккупирует какая-нибудь из прилипчивых девиц!»

В этот раз Влада долго искать не пришлось — они так и разговаривали с Александром. Причём тема обсуждения демонессу удивила до невозможности:

— Ты хочешь пойти на экскурсию… в свинарник?!

— Не, свиней-то я видел, — покачал головой Влад. — Я игуанодонов посмотреть хочу.

— Что может быть интересного в игуанодонах? — По-прежнему ничего не понимала Каси.

— Блин, ну как объяснить? — Как-то даже растерянно посмотрел на Александра Влад. — Это ж динозавры! Все в детстве обожали динозавров! А тут они вон, ходят, причём где-то совсем рядом! И мы их даже разводим и едим, а я до сих пор ни разу не видел! У меня весь дневник был в наклейках с динозаврами в седьмом классе! Как я могу их не посмотреть!

Про дневник Каси не поняла. И Александр, похоже, тоже не слишком разделял интерес Влада к этим туповатым животным.

— Ну, пойдём, — пожал плечами Александр. — Всё равно хотел весь день балду пинать. Загоняли вы старика со своими приключениями.

Даже для Каси уже было прекрасно видно, что Александр лукавит. На старика он теперь не похож совершенно — скорее, наоборот. Выглядит бодрым, молодым, и полным энергии.

Игуанодоны были… обычными. Каси их видела тысячи раз. Эти животные куда мельче их предков, вывезенных со «старых» материков — тех, которые были сброшены в бездну очень-очень давно, задолго до появления в Ойкумене первых разумных. Даже, скорее, задолго до появления самой Ойкумены. Причина такого уменьшения была очевидна — условия на тех материках отличаются значительно. Повышенное содержание кислорода, удушающая жара, высокая влажность. Большинству разумных там трудно или даже опасно находиться. Зато рептилии могут вырастать до устрашающих размеров. Игуанодоны, когда их только вывезли, были куда больше, но со временем, те, что выжили, изрядно измельчали. Сейчас они по-прежнему были значительно крупнее, чем свинья, но ростом в холке едва доставали до груди человека.

Обычные жвачные рептилии. Сейчас они меланхолично перетирали челюстями траву из специально установленных для них кормушек. Собственно, это пережёвывание и составляло большую часть их жизни. Мозг у этих существ был слишком маленьким для того, чтобы хотеть развлечений, или хотя бы получать удовольствие от чего-то, кроме жевания и спаривания. Своих хозяев они не запоминали, и вообще относились к разумному, даже очень хорошо знакомому, с опаской. От Влада, который захотел их потрогать, и вовсе хотели убежать, а когда тот проявил настойчивость — пытались ударить когтями на пальцах и укусить клювами, одновременно издавая низкое, угрожающее… не рычание, даже. Это было больше похоже на какой-то утробный стон или и вовсе бурчание в желудке.

— Класс! — Владу это почему-то казалось очень интересным, он был в полном восторге. — Как будто в парке юрского периода! Дядь Саш, ты смотрел?

— Смотрел, смотрел, — хмыкнул Александр. — И всё равно не понимаю, с чего ты так возбудился. Ну, ящерицы. Большие. Необычные. Но вообще — твари, как твари. Даже не погладишь их, и не пообщаешься, как с той же собакой — слишком тупые. Крокодилы какие-то клювастые.

— Да ну тебя, ничего ты не понимаешь. Я понимаю — Каси, для неё это обыденность. Но для нас-то! Это ж динозавры!

— Я, кстати, слышала, что они не все такие флегматичные. Некоторые из видов, оставшихся на тех материках, очень хищные. И даже представляют серьёзную опасность. Да и степень разумности у них сильно разная.

— Вот, кстати, интересно, — Влад по-прежнему продолжал наблюдать за успокоившимися рептилиями, но в разговоре теперь участвовал полноценно. — Каси, я ведь правильно понимаю, что эти древние материки ни какой империи не принадлежат?

— Не совсем, — покачала головой демонесса. — Некоторые действительно находятся слишком далеко, чтобы их уверенно контролировал хоть кто-то. Другие — в зоне влияния тех или иных государств Ойкумены. Они и занимаются охраной. Я знаю, что некоторые были окончательно сброшены в бездну, когда разумные, которым они принадлежали, забрали слишком много гелиотропа. Или опустились слишком низко, чтобы на них оставалась какая-то жизнь.

— Варварство какое-то, — покачал головой Влад. — Тратить самое ценное, что есть в бездне — твердь на то, чтобы добыть энергию… Как-то это глупо выглядит.

— Империя таким не занимается, — Объяснила Каси. — Да и остальные государства тоже стараются не прибегать к крайним мерам, даже светлорождённые. Только в случае острой необходимости. Мы здесь не дураки, Влад, не один ты понимаешь ценность тверди… Хотя случаи бывают разные. Порой случается и непоправимое.

— И всё-таки жалко, — вздохнул парень. — Целый материк — коту под хвост. Не просто твердь, но и всякое такое… — Он покрутил рукой в воздухе. — Живность полезная и просто интересная, полезные ископаемые, растения. Ладно, это я так, ворчу просто. У кого какие планы на сегодня?

— Вообще-то, я думала, мы будем праздновать твоё возвращение, — сказала демонесса. — Как насчёт небольшой пирушки? А то как-то даже невежливо. Ты столько времени отсутствовал. Столько народу тебя ждало. А в результате — сухое официальное совещание, и всё. Народ и обидеться может.

— Думаешь? — Обеспокоился Влад. — Не, я тоже рад всех видеть. Хотел навестить ребят, кого знаю, расспросить, у кого какие новости.

— Вот и всем остальным так же хочется, — Согласился с ней Александр. — Собственно, мне тоже очень интересно, что ты там вытворял у светлорождённых, и как они живут. Да и про гномов интересно подробности узнать.

Каси с благодарностью посмотрела на Александра. Всё-таки ей одной уговаривать Влада было бы не слишком уместно. Она уже успела немного подумать над словами Марвина, и решила, что он прав. Извиняться и брать свои слова назад на пиру будет просто некрасиво — она ведь не какая-нибудь голодная гоблинша! А так получилось очень даже хорошо. И Влад на участие в празднике согласился.

Глава 6

Давненько Энкратосу не доводилось бывать в столице. Он и сам не мог сказать, почему так старательно избегает сердце империи. Уж точно не из желания держаться подальше от придворных интриг и склок. Нет, эта возня уже давно успела ему надоесть до оскомины, но особого отвращения к ней он не испытывал. Относился как к неизбежному злу, как к неприятной, но необходимой части жизни. Более правдоподобным было бы предположение, что он старается держаться подальше от воспоминаний. Последние пару столетий, до того, как внезапно и трагически погибла его любимая жена, они с ней жили здесь, в Пандемониуме.

Энкратос, в минуты, когда был честен с собой, признавал — это было самое счастливое время в его жизни. Случались счастливые моменты и после, а уж опасных и интересных и вовсе было куда больше, но того спокойного, безмятежного состояния счастья, в котором он пребывал, живя в столице с любимой женой больше не было и вряд ли когда-нибудь повторится. Естественно, возвращаться сюда и будоражить эту память ему не хотелось. Тогда, после смерти жены, он забрал годовалую дочь и убрался в Розмор, фамильное поместье, которого раньше избегал, как огня. Прежде оно казалось ему слишком мрачным и пустым. Розмор — это фамильный замок. Он предназначен для проживания целого демонического клана. Большой семьи из нескольких поколений, десятков демонов, родственников ближних и дальних, слуг, клановой гвардии… Увы, клан Розмор уже очень давно не может похвастаться многочисленностью. Когда по коридорам замка носятся десятки или даже сотни разумных, этого не видно, но жить в огромном замке семьёй из двух демонов слишком печально и одиноко. Начинаешь чувствовать себя лишним в этой величественной пустоте.

После смерти дорогой жены эта мрачная атмосфера казалась тем, что нужно. Она хорошо сочеталась с душевным состоянием Энкратоса, однако несмотря на непреходящую печаль его хватило ненадолго. Натуру может изменить только время, а Энкратос ещё не настолько стар. Для демона. Он всегда был деятелен. Даже непреходящая печаль не смогла удержать его в стенах фамильного замка дольше, чем на несколько лет. Стоило Каси немного подрасти, и демон нашёл себе занятие по душе. Однако в Пандемониум возвращаться не пожелал, сосредоточился на делах своего наёмного отряда.

Теперь вот довелось — почти четверть века спустя. Смешной промежуток времени по меркам демонов, и даже по меркам короткоживущих не слишком огромный. Будь воля Энкратоса — он бы не возвращался сюда ещё долго, но доченька устроила незапланированное возвращение для любимого отца.

«В этом она пошла в меня. Такая же деятельная и неугомонная. И всё-таки где-то я её воспитание упустил, — с печалью думал Энкратос, неспешно прогуливаясь по знакомым улицам. — Я даже в молодости не чудил настолько сильно. Или это влияние короткоживущих землян? Мне ужасно не нравится, как сильно девочка к ним привязалась, особенно к тому, которого похители остроухие воры. Даже жаль, что он там не сгинул — всем было бы значительно проще! Особенно — мне. Уж наверное, мне не пришлось бы сейчас ожидать вызова к императору по столь „незначительному“ поводу, как похищение гражданки Светлого Токлиана и кучи бородатых».

О своём прибытии в столицу Энкратос сообщил в тот момент, когда его корабль коснулся тверди. И получил указание ждать вызова к императору и быть готовым явиться на аудиенцию. С одной стороны, это даже обнадёживало. Был вариант, что его арестуют сразу по прибытии. Маловероятно, конечно. Император не имеет привычки рубить с плеча, и поступать так с главой одного из старых родов он бы не стал без очень веской причины. Да, род изрядно потерял в численности…, но какой из старых родов не поразила эта болезнь? Демонов становится меньше, это общеизвестно. Как и других долгоживущих. Слишком низкая рождаемость, слишком высокая смертность. Сокращение популяции началось не сотни — тысячи, десятки тысяч лет назад. Пожалуй, со времён провала, пусть поначалу это было незаметно. А зачем плодиться и размножаться, если не видишь для своего вида перспектив?

«Там, на Земле, они были, перспективы. Было желание и стремление к… чему-то. Кто сейчас знает, к чему стремились далёкие предки? Возможно, этого не знали даже они сами. Но цель была, была причина для роста популяции. А здесь, в бездне, её нет. Каждый вид — это организм. Организм, состоящий из тысяч и тысяч индивидов. Этим индивидам может быть плевать на цель своего вида. Одни уверены, что живут только для себя, другие — для своих родных, племени, страны, государства…, но на самом деле, это всё ерунда. Исполнение заложенной программы. А в глобальном смысле, каждый индивид — это лишь клетка огромного организма. И она выполняет свои функции. А когда этот организм сажают в тесное узилище, он начинает тосковать, чахнуть. И клетки перестают делиться, начинают отмирать. Здесь, в бездне, мы как тот запертый неизвестно где организм. Мы лежим на обочине истории, от нас уже не зависит в глобальном плане ничего. Мы больше не участвуем в божественном плане».

Энкратос перескочил через лужу, с недовольством подумав о том, что коммунальные службы в столице совсем от рук отбились, и продолжил размышления.

«А впрочем, старики говорили, что угасание началось ещё на Земле. Можно ли им верить? Трудно проверить то, что происходило так давно. Катастрофа уничтожила многое, сохранить удалось только прикладные знания. Информация о рождаемости тогда, конечно, никого не интересовала, так что кто сейчас знает, как было раньше? Но с тем, что мы вырождаемся, спорить глупо. Долгоживущие чувствуют это особенно остро — не даром остроухие хитрецы придумали для себя новую религию. Да, эти их байки о возвращении на Землю — это по факту новая религия. Они так пытаются искусственно заставить своё общество, свой организм, хотеть жить. Судя по показателям рождаемости, получается у них скверно. Впрочем, это даже по короткоживущим заметно. Уж насколько мне известно, орки, когда они жили на Земле, плодились куда быстрее. Хотя казалось бы — куда ещё быстрее-то!»

Последняя мысль была окрашена всеми оттенками раздражения, потому что на Энкратоса налетела целая толпа визжащих, кричащих и толкающихся зеленокожих карапузов. Даже острый демонический слух не смог толком вычленить, что именно они там кричали. Дети налетели и схлынули, но настроения философствовать больше не было. Да и желания осматривать виды столицы тоже куда-то подевалось. Ничего-то в ней не изменилось за двадцать лет. На окраинах — да, выросла пара новых районов, вполне благообразных. А здесь, в центре, всё как было, так и осталось. Разве что некоторые обветшалые прежде фасады покрылись новой штукатуркой, а те, что раньше сверкали новизной, наоборот, поблекли. Ерунда.

«Прежде она казалась мне куда краше, — рассуждал Энкратос, разглядывая центральную площадь перед дворцом империи. — А сейчас кажется слишком пафосной, слишком сосредоточенной на собственном величии, и слишком замкнувшейся в воспоминаниях о былых временах. Не столица, а болото!»

Прогулка окончательно перестала радовать. Он уже собрался вернуться в гостиницу, благо она совсем недалеко от центральной площади. Номер для высшей имперской аристократии, очень комфортный и очень, очень дорогой. Энкратос, который привык жить в самых разных, и, порой, откровенно походных условиях, хватило бы чего-нибудь попроще. Кабинет, библиотека, пятнадцать спален, личный бассейн и целый штат слуг ему просто не нужны, однако статус обязывает. Если обойтись чем-то менее претенциозным, среди местного высшего общества обязательно пойдут слухи, что Розмор поиздержался. Что ему приходится экономить. Может быть, его хвалёная наёмная армия вовсе не так успешна, как он хочет показать? Так что пришлось смириться. Снимать с консервации столичный особняк Розмор было бы и вовсе расточительным — он не собирался задерживаться здесь надолго.

В кармане требовательно завибрировал переговорник. На экране высветилась вежливая просьба — пожелание явиться на аудиенцию через два часа.

— Бездна! Как всегда, не вовремя. Придётся торопиться, — выругался демон. Нужно ведь ещё подготовиться. К императору не явишься просто так, в уличной одежде. Придётся наряжаться в парадное. Хорошо хоть предварительной подготовкой он заранее озаботился. Костюм по современной моде пошит срочно, причём сумма неприятно поразила Энкратоса, когда ему её озвучили. Нет, это по-прежнему недостаточная трата для того, чтобы о ней переживать. Неприятно, что цена вовсе не завышена. То, в чём нынче принято являться ко двору, действительно стоит этих денег. Энкратос считал это признаком разложения. Если высшие чиновники и аристократы империи начинают кичиться друг перед другом роскошью одежд — это очень и очень плохой знак. Костюм принесли сегодня утром, и он ещё не успел его даже примерить.

В гостиницу вбежал спешно. Слуги, заранее предупреждённые, уже ждали, чуть ли не дрожа от нетерпения. Ну как же! Редко, когда кто-то из высокородных гостей пользуется услугами гостиничного персонала — обычно для этого у постояльцев есть свой штат. Но Энкратос прислугой не озаботился. Команду и даже личного помощника отпустил на отдых — у многих в столице родственники.

Он так и не стал надевать этот костюм. Не смог себя заставить.

— Я не собираюсь выглядеть как попугай, — мрачно сообщил он отельному слуге, который явился, чтобы помочь облачиться. И ведь действительно, самостоятельно накрутить на себя ворох драгоценных тканей расшитых серебром и золотом без опыта было бы просто невозможно. — И мне плевать, что это может кого-то оскорбить.

— Но господин Розмор, император может рассердиться, воспринять это как демонстративное пренебрежение…

— Если император на старости лет настолько выжил из ума, что как маленькая девочка начал наряжать куколки, это не мои проблемы, — оборвал слугу Энкратос. Слуга низко поклонился, чтобы спрятать выпученные от ужаса глаза. Видно, решил, что слова впавшего в немилость аристократа и вовсе тянут на прямое оскорбление. Энкратосу было плевать. Того императора, которого он знал, столь незначительная ерунда бы точно не оскорбила. Если же государь настолько изменился за прошедшее время… значит, он действительно сошёл с ума, и совершенно не важно, что ему донесут слова Энкратоса. Предсказать поступки и решения сумасшедшего всё равно невозможно.

Вместо пафосного попугаистого нечто Энкратос надел свой мундир. Старый, ещё тех времён, когда он находился на службе. Он ведь не утратил права его носить, и протокол этим не нарушает. А пустить пыль в глаза столичного общества можно фамильным клинком. Не слишком уважительно по отношению к клинку, но лучше уж так. Эта шпага — бесценна и всё равно затмевает собой любые возможные изыски современной моды.

Через два часа Энкратос стоял в приёмной, с некоторым недоумением разглядывая других ожидающих встречи с императором. Ни одной знакомой рожи, и это очень необычно. Всего двадцать пять лет прошло — как всё могло столь быстро измениться? И да, тот наряд, что остался в гостинице, по сравнению с этим великолепием смотрелся ещё скромно.

«Бездна, что случилось с империей? Мы что, решили перещеголять эльфов? Или у нас теперь тоже мода на всякое… нетрадиционное?!» — Последнее слово Энкратос даже мысленно произнёс, будто выплюнул. — «Как там говорили земляне? Рыба гниёт с головы? Что-то мне не нравится эта тенденция».

Земной фольклор вообще довольно богат на интересные пословицы и поговорки. Уж насколько Энкратос мало общался с коренным населением острова, пока ждал Каси, и то успел нахвататься всякого.

«Свежая струя… Может быть, Каси права, что так с ними возится, и не только из-за гелиотропа. Судя по тому, что я вижу, нам оч-чень не хватает новых мыслей и идей. Правильно мне показалась столица — болото какое-то!»

Он приготовился к долгому ожиданию — судя по количеству околачивающихся в приёмной, очередь должна подойти нескоро. И ошибся — всего через несколько минут секретарь пригласил его пройти, чем вызвал просто шквал недовольных взглядов. На необычно одетого демона и так-то поглядывали недовольно, с недоумением. Теперь и вовсе были возмущены.

Не скорчить презрительную мину было сложно. Идиоты! Как будто не догадываются, что его не для награждения вызвали. Наверняка слухи о том, что Энкратос Розмор проштрафился, уже гуляют по всей столице. Недаром ни один из старых родов не озаботился приглашением хотя бы на короткую встречу. Опасаются, что тень недовольства императора коснётся и их. Ждут результатов аудиенции. Не хотят бросать на себя тень общением с опальным демоном.

Император, в отличие от его окружения, ничуть не изменился. Как и его кабинет. Огромное, под стать хозяину помещение, очень скудно украшенное. Только портрет за спиной хозяина кабинета — чтобы не отвлекал. Кто изображён на этом портрете Энкратос не знал. И подозревал, что никто кроме императора не знает. Император сидит за гигантским столом, покрытым следами тысячелетий. Этот стол всегда стоял в кабинете главы государства. Ещё с тех времён, когда этот кабинет находился на Земле. Как и кресло со спинкой, в которой сделаны вырезы для крыльев. Менять мебель на новую государь неизменно отказывается. Он вообще не любит менять привычек. Всё, как раньше, и даже костюм, кажется, не изменился. Да, император очень древний. Он принадлежит ещё к старому поколению демонов. Он крылат и высок — если встанет, то будет возвышаться над Энкратосом на две головы. Демоны здорово измельчали с тех пор, как провалились в бездну. И утратили крылья — издержки частого скрещивания с другими видами. Даже в жилах Энкратоса течёт разбавленная кровь.

Демон прошёл по длинной ковровой дорожке, до самого её края. Опустился на одно колено, придержав шпагу, чтобы не уперлась острием в пол, склонил голову.

— Приветствую, мой повелитель! Ты звал меня, и я явился на твой зов.

— Не слышу почтения, — буркнул император. — И не так уж ты торопился. Давай, поднимайся, брюки на коленях протрёшь. И мне нет никакого интереса любоваться твоей макушкой, чтоб она облысела. Как будешь оправдываться, Энкратос?

Он поднялся на ноги. Несмотря на демонстративную неприязнь, приветствие звучало обнадёживающе. По крайней мере, не было похоже, что император сошёл с ума.

— Объясни, повелитель, чем я перед тобой провинился, и я дам тебе любые объяснения своих действий! — Энкратос подпустил в голос немного горячности, чтобы показать, как ему неприятно быть виновным в чём-то в глазах императора. Но, кажется, переборщил — вышло слишком наигранно. И император это заметил:

— Ты нашёл неудачное время для шутовства! — Прогремел голос самодержца. Похоже, в самом деле разозлился — Энкратос почувствовал, что пространство вокруг плывёт, колеблется. И сам он тоже — плывёт и колеблется, а мысли становятся будто ватными и одновременно отрывистыми. Как если бы он неожиданно влил в себя стакан крепчайшего дистиллята. Крайне неприятное ощущение.

— Я призвал тебя для того, чтобы решить, как с тобой поступить. — Чуть сбавил тон древний демон. — И пока ты делаешь всё для того, чтобы моё решение тебе не понравилось. Ты что же, Энкратос, решил, что можешь втягивать империю в войну? Посчитал, что ты можешь наплевать на моё право? Смотрю, горе от потери супруги слишком сильно ударило по твоему здравомыслию, Энкратос. Так я тебе напомню. Если не прекратишь изображать из себя шута, я тебя просто сотру. Присоединишься к своей супруге в посмертии, раз уж так по ней соскучился.

Несмотря на грозные слова, в тоне императора не было настоящего гнева. Энкратосу и раньше доводилось испытывать на себе недовольство государя. Он достаточно хорошо знал повелителя, и сейчас с облегчением понимал — государь не гневается. Он, скорее, недоумевает. Не понимает, с чего его бывший сановник пустился во все тяжкие. Но он на грани. Тот, первый окрик ясно показал, что государь сдерживается с трудом. И лучше его не злить.

— Государь, я, конечно, догадываюсь, для чего ты меня призвал, — Начал объяснять Энкратос. — Но не знаю деталей. Не знаю, что именно до тебя донесли. Прости мне мою дерзость, но не скажешь ли мне, как ты видишь мою вину, чтобы я мог оправдаться?

— Хитрить вздумал? — Хмыкнул император. Энкратос почувствовал, как несмотря на лёгкий тон, на плечи начинает давить императорское раздражение. Мысли ещё не путались, но держать контроль стало сложнее. Император явно недоволен. — Слишком мал ещё, чтобы передо мной хитрить. Рассказывай, как сам понимаешь. А уж я потом скажу, если твои объяснения не совпадут с моими знаниями.

«Не прокатило», — подумал Энкратос словами землян. — «Придётся действительно говорить, как есть. Ну, почти».