Рассвет Эринии IV. Пробуждение тьмы

Глава 1. На поиски приключений

Фрагмент форума игры полного погружения «Рассвет Эринии»:

>> Тема: КТО ЭТИ НОВЫЕ ТОПЫ?! Сенсация! Ghost смещен!

>> Автор: Новостной_Паук (Модератор)

ЛЮДИ! ПРОСЫПАЙТЕСЬ! ПЕРЕДЕЛ СФЕР ВЛИЯНИЯ!

Как вы уже, наверное, видели в ленте, ночью случилось НЕВОЗМОЖНОЕ. Наш непоколебимый, казалось бы, бог соло-прохождений и ходячий памятник самому себе, Ghost, был СМЕЩЕН С ПЕРВОГО МЕСТА В РЕЙТИНГЕ! И не просто смещен, а УНИЧТОЖЕН новыми игроками!

Да, вы не ослышались. Два НЕИЗВЕСТНЫХ игрока с неизвестными классами, чьи имена скрыты системой (видимо, они отказались от публикации своих имён). Ghost, по нашим данным, в ярости, отказался от комментариев, и, поговаривают, сломал крышку своей капсулы.

Всё это конечно забавно, но безусловно меркнет перед одним единственным вопросом: КТО ЭТИ ЛЮДИ?!

DarkLord228:

ОМГ! ОМГ! ОМГ! ЭТО КРУТЕЦКИ! ДОЛОЙ САМОДОВОЛЬНОГО GHOSTA! НАКОНЕЦ-ТО! КТО ВЫ, НОВЫЕ БОГИ?! Я ВАШ ФАН! ВЗЯЛИ БЫ МЕНЯ К СЕБЕ В ПАТИ! УМЕЮ СТРЕЛЯТЬ ИЗ ЛУКА НЕПЛОХО!

Светлана_Светлая:

Типичный чит. То что произошло — это невозможно. Ghost — легенда. Эти двое либо нашли эксплойт, либо купили аккаунты с супер-артом, но я склоняюсь к тому, что это просто раздувание хайпа и им подыграли админы. Вангую, что скоро их забанят, и все встанет на свои места. Проверьте логи, модераторы! Очистите рейтинг от нечестных игроков!

Глеб_Скалов (Официальный аналитик Эринии):

Интереснейший феномен, коллеги! Анализируя скудные данные (количество новых уровней, фактор группы), могу предположить следующее:

1. Это НЕ читерский прогон. Система «Авессалом» не зафиксировала аномалий. Рейтинг начислен корректно.

2. Скорее всего, мы имеем дело с уникальным синергетическим дуэтом, возможно, использующим редкие или даже считавшиеся неперспективными комбинации классов. Мастерское управление агро, идеальный контроль толпы, феноменальная координация.

3. Количество одномоментно полученных уровней прямым текстом говорит нам о том, что эта таинственная парочка умудрилась зачистить какое-то подземелье, рассчитанное на стандартную группу, или даже на звезду.

4. Их анонимность… интригует. Обычно такие игроки стремятся к славе, а тут… Не типичная скромность. Возможно мы имеем дело с профессионалами, тестирующие новые стратегии, или представителями какой-то закрытой гильдии.

Модератор_Кот:

@Светлана_Светлая, обвинения без доказательств нарушают правила форума. Предупреждение. Данные проверены, читов не выявлено.

@Глеб_Скалов, спасибо за анализ, он близок к нашим внутренним выводам. Информация о классе и никах игроков засекречена в связи с их настройками приватности.

Хантер_Одиночка:

Это жесть… Тут за каждую крупицу опыта удавишься, а люди вон вообще не парятся! Как?! Респект, если честно… Тоже так хочу! :) Ищу сильную статик-группу для рейдов на «Проклятый Собор». Пишите в лс, требования высокие.

Teo_Tan_1997:

ЭТО ПРОСТО СКАМ!!! GHOST НЕПОБЕДИМ!!! ЭТИ ДВОЕ — ЧИТЕРЫ ИЛИ БОТЫ! АДМИНЫ, БАНЬТЕ ИХ! GHOST, МЫ С ТОБОЙ! ВЕРНИСЬ НА ПЕРВОЕ МЕСТО! #GhostForever

Аноним (ID Скрыт):

Неизвестные… Ваше время ограничено. Лучше сами слезьте с пьедестала, или вас оттуда снимут. Навсегда. Эриния не терпит выскочек. У вас есть 48 часов. Подумайте.

***

Как только я подумал о Дарине, то тут же схватил свой телефон, и введя в поиске её имя, увидел, что чьи-то шаловливые пальчики успели похозяйничать в нём и переименовать себя: Даринка. Не будить до 12!

Я хмыкнул на такое самоуправство, глянул на часы, и с широкой улыбкой на лице нажал кнопку вызова.

Гудки. Долгие. Я уже даже невольно начал представлять её, сонную, чертовски усталую, сползающую с кровати в поисках орущего телефона. Наконец — щелчок, и голос, настолько сонный, хриплый и недовольный, что мне даже ненадолго стало стыдно:

— Мммрргх… Степан? Это ты? Ты… ты серьезно? Сейчас… — затяжная пауза, потраченная на сладкий зевок, — …девять утра? Ты мог бы дать поспать подольше, сатрап… Я тебе руки-ноги… мысленно… откручиваю…

Ухмыльнувшись ещё сильнее, я подумал что её утреннее брюзжание было почти успокаивающе нормальным на фоне происходящего вокруг меня безумия.

— Привет, спящая красавица. Руки-ноги мне еще пригодятся, а ты давай вставай, солнышко, рабочий день скоро начнётся! И да… Мы с тобой теперь звёзды! Вернее, загадочные неизвестные!

— Чего? — скрипучий голос выдал полное непонимание. — Какие звезды? Какие нахрен неизвестные? Степан, я тебя конечно люблю, но если ты не объяснишь, зачем меня разбудил среди ночи…

— Вообще-то уже давно не ночь, майн кляне! Включи любой новостной канал по Эринии, и я больше чем уверен, что практически сразу ты услышишь про нас. Вернее, про двух таинственных незнакомцев, которые побили рекорд самого Ghost’а. Наш скромный подвиг стал сенсацией номер один.

На другом конце провода воцарилось настолько гробовое молчание, что я ненароком подумал, не заснула ли она снова. Но потом раздался звук, похожий на то, как будто кто-то шлепает босыми ногами по полу, и шорох — наверное, она тянулась к планшету или пульту от ТВ. Еще минута тишины, прерываемая только ее учащенным дыханием, а потом — тихий, полный шока возглас:

— Охренеть… Это же… Это мы? Два неизвестных, группа из двух человек… Феноменальный результат… Стёп, это же они про нас! И… и рейтинг… Ghost на третьем месте? Серьезно?!

— Серьезно, — подтвердил я. — Наш скромный квест от Аланы вызвал небольшой переполох. Теперь мы не просто игроки! Мы — мем, загадка и цель для хейтеров Ghost’а. Я даже видел пару угроз на форуме… Мило.

— Угроз? — девушка мгновенно проснулась, и в её голосе появилась нешуточная тревога. — Нас ищут?

— Пока нет. Системная анонимность позволяет иметь какую-то свободу для манёвра, а админы, судя по всему, не нашли к чему придраться, и не стали нас никому сливать. Так что все чисто. Хотя некоторые индивиды упрямо продолжают верить в наше багоюзерство… Ну да чёрт с ним. Что делать будем? Алана ждет. Надо двигаться, ведь квест не закроется сам собой… Ты как, пришла в себя? Готова к новым подвигам?

В трубке сразу же последовал тихий стон, после чего Дарина произнесла:

— Физически я чувствую себя так, будто меня переехал орк на мамонте. Духовно — слегка в шоке от нашей внезапной славы. Но… да. Готова. Только дай час… нет, полчаса. Мне надо привести себя в порядок, влить в себя литр кофе и мысленно попрощаться с белым светом. Встречаемся в точке сбора?

— Да, — согласился я. — Лесной ручей, где мы вынырнули через полчаса.

— Договорились. И, Стёп… — голос девушки смягчился, после чего она продолжила:

— Спасибо, что вытащил вчера. И… что разбудил. Хотя мог бы и попозже. Идиот.

Связь прервалась, а я ухмыльнулся. «Идиот» от Дарины звучало аналогом слова «молодец». Полчаса… Ждать? Сидеть тут и снова пялиться на тени, рискуя случайно шагнуть в холодильник? Нет уж. Я лучше зайду в Эринию первым, осмотрю точку сбора, и может попробую поковыряться в алхимии… Что время то просто так терять…

Быстрыми движениями я залез в приветливо распахнутую капсулу, устроился поудобнее, после чего провёл пальцем по кнопке начал погружения, и приготовился к новым приключениям.

Знакомая радуга, ощущение легкого падения, — и хоп! Я уже ощущаю себя под слоем колючих веток, и слышу шум лесного ручья.

По понятным причинам в момент нашего появления я не успел оглядеться по сторонам, зато ничто не мешало сделать это сейчас. Вокруг меня находился густой хвойный лес, освещённый утренним, пока ещё холодным солнышком. Воздух был чистый, свежий, пах хвоей и сыростью.

Ручей оказался существенно меньше, чем мне показалось ночью, и глядя на него у меня вдруг появилось нестерпимое желание если не окунуться, то хотя бы умыться, однако этим мечтам не суждено было сбыться.

Когда я уже был морально готов скинуть с себя рубаху и просто повесить её на ветви близлежащего куста, из-за деревьев раздался насмешливый голос:

— Ну и ну, посмотрите, кого нам ветром принесло!

Я резко вскинул голову, и как раз успел заметить, как из-за толстого ствола сосны вышла фигура в сияющих доспехах с символом солнца на нагруднике. Человек. Фракция Света. Уровень… 32? Прямо как у меня недавно… За ним, справа и слева, появились еще двое: стройная девушка в белых одеждах с посохом (Ниара, ~30 ур.) и парень в кожаной броне с двумя короткими мечами (Плут/Следопыт, ~31 ур.). Это было очень опасное трио, и что-то мне подсказывало, что миром мы с ними явно не разойдёмся…

Алгоритмы системы чётко прописали рядом с моим ником мою фракционную принадлежность, поэтому я даже не удивился, когда они стали обходить меня с разных сторон в явно боевом построении.

— Один теневик? В таких глухих местах? — усмехнулся Воин, обхватывая рукоять своего меча. — А ты случайно не тот лазутчик, которого давеча искали все кому не лень?

Жрица в то же мгновение прищурилась, а её посох слабо засветился, накладывая на меня какое-то сканирующее умение.

Не успел я возмутиться, как девушка стала говорить:

— Уровень… странно. Не могу определить. Явно больше тридцатого. Класс… что-то связанное с природой и… тьмой? Странная смесь…

В это время Плут бесшумно обходил меня сзади, отрезая путь к отступлению, и я буквально спиной чувствовал, как его глаза, задумчиво изучали меня, будто оценивая — куда бы первом делом воткнуть свои ножи.

— Теневик… — он шумно втянул носом воздух, и добавил:

— Чувствую кровь. Недавно был в серьёзном бою, возможно истощён. Думаешь стоит тратить на него время, Свят? Может грохнем по тихой да дальше пойдём? Награда за этих выскочек явно будет существенней, чем за этого теневика…

Самое печальное заключалось в том, что Плут был чертовски прав… Не знаю с чем это связано, но после нашего недавнего побега из подземелья вампиров у меня не смотря на полные столбики здоровья с маной было постоянное чувство усталости, которое давило на меня похлеще любой бетонной плиты...

Драться мне совсем не улыбалось, поэтому для начала я решил попробовать обойтись малой кровью, и зарешать всё при помощи дипломатии:

— Мир вам, путники, — я поднял руки ладонями наружу, показывая отсутствие враждебных намерений, и максимально нейтральным голосом продолжил:

— Я просто путешественник, и в землях Света очутился случайно. Исследую эти леса. Никаких проблем Светлому Братству не создавал и не собираюсь. Что касается запаха крови — не так далеко отсюда повстречал следы медвежьего пиршества, вот наверно там и пропитался…

Воин на мои слова только фыркнул:

— Медведица? Кому ты пытаешься заливать, теневик? Не смеши. — потом он неожиданно замер, сузил глаза, и тихо спросил:

— А может это тебя мы ищем уже пятый час? Это ведь ты был в логове Вейта! Где твой напарник? Отвечай, пока мы ещё беседуем!

Шансы на мирное разрешение возникшей ситуации таяли прямо на глазах. Идея с медведицей провалилась, а теперь они ещё каким-то образом учуяли правду. Вернее, часть правды… Но надежды я не терял:

— Событие? — сделал я наигранно-непонимающее лицо. — О чем вы? Я просто собирал редкие травы у подножия гор, никого не видел, да и из игры уже очень давно не выходил… А кого вы ищите? Может расскажете, а я, если их увижу — сразу вам маякну…

— Врёшь! — резко шагнул вперед воин, и наполовину вытащил меч из своих ножен, — Говори, кто твой напарник? Где он? Что вы натворили в логове? И как вам это удалось?!

Я вздохнул. Палемика явно зашла в тупик и дипломатия не сработала… Оставалось только одно…

— Напарник? — я медленно опустил руки, и тихо продолжил: — Она уже идёт. И, поверьте, вы не захотите встречаться с ней, когда она злая… А насчет того, как нам что-то удается…

Я не договорил, потому что Плут сзади решил, что это его шанс. Бесшумный шаг, резкий выпад коротким мечом в спину — стандартный удар, вот только он не учёл мою связь с окружающим лесом.

Как только я почувствовал угрозу со спины, то корни под ногами злодея, о которых он даже не думал, ожили по моей мгновенной мысленной команде.

Активирован навык: Природные оковы!

Тонкие, но невероятно цепкие побеги дикого винограда взметнулись из мха, обвивая его ноги по щиколотку и выше, заставив его споткнуться, и с нелепым вскриком упасть, так и не добравшись до меня.

— Атакуй! — заорал воин, наконец полностью выхватывая меч, и делая широкий размашистый замах в моём направлении.

Мне ничего не стоило разобраться с ними при помощи магии тьмы, однако я уже давно перестал считать себя самым умным и предполагал, что вражеская жрица защитила своих подопечных от тьмы по самое не балуйся.

Именно поэтому я решил вспомнить о ещё одном своём не заслуженно забытом навыке, и вспомнив добрым словом наставника — активировал в направлении воина льдистые стрелы, заставив его отпрянуть, и потерять равновесие.

В этот момент жрица закончила свой каст, и по округе разнеслась ослепляющая вспышка света, от которой не помогли даже закрытые глаза.

Внимание! Получен статус: Ослеплен (5 сек).

Плут вырвался из ослабевших корней, и бросился ко мне сбоку, пытаясь вывести из строя, но благодаря тому, что находились мы в лесу — я чувствовал все его действия даже с закрытыми глазами.

Тем не менее рисковать своей шкурой просто так я не хотел, поэтому сделал резкий перекат в сторону кустов, и тут почувствовал кое-что ещё… Большое, теплое существо, спящее под кустом в паре десятков метров. Медведь? Идеально.

Практически сразу без особых раздумий я применил «Шёпот паники», выбрав целью косолапого, и тут же из-под куста раздался громовой рев. Огромный бурый медведь, разбуженный в самом неподходящем моменте и напуганный до безумия моим «шепотом», вылетел из зарослей как пушечное ядро. Он не разбирал, кто друг, кто враг. Он видел движение, свет от доспехов, и без размышлений — атаковал!

Воин, только оправившийся от моего неожиданного экспромта, ошалел от такого жизненного поворота. Он едва успел материализовать щит, как удар медвежьей лапы пришелся по нему с такой силой, что незадачливого воина отбросило на несколько метров, и он оглушённый рухнул на спину.

Жрица вскрикнула, прервав каст, и попятилась, пытаясь сменить заклинание на защитное или успокаивающее, а Плут, оказавшийся ближе всех к медведю, отчаянно прыгал в сторону, уворачиваясь от нового удара косолапыча.

Мое ослепление как раз кончилось, и оценив открывшуюся картину полного хаоса, я хотел было присоединиться к веселью, но под действием своего состояния решил всё-таки не вмешиваться, и посмотреть - что из этого получится.

Спрятавшись в кустах, я немного подумал и притянул к себе несколько потоков природной энергии, которые должны были заглушить мою ауру, и продолжил наслаждаться представлением.

На поляне тем временем воин скоординировался с Плутом, и они сноровисто отвлекали медведя на себя, пока девушка что-то усиленно кастовала. Медведь ревел, пытался достать обидчиков, но к сожалению конец его уже был предрешён…

Жрица наконец закончила каст заклинания контроля, после чего добить зверя не составило особых проблем, и спустя десяток секунд вся троица пыталась придти в себя после неожиданного развлечения с медведем в главной роли.

В этот момент Плут осознал, что их на поляне стало меньше, и возмущённо воскликнул:

— А кто видел куда свалила эта мышара?! Мы же…

— Игорь, — прервал его запыханный голос воина, сразу после чего продолжил:

— Мы и так потеряли здесь непозволительно много времени. Если мы сейчас в угоду твоему желанию начнем гоняться за теневиком, то нас скорее всего лишат задания, а штрафы за нарушение контракта ты сам видел…

Плут после этих слов ощутимо погрустнел, и зло сплюнул.

— Ладно… Ладно, черт с этим странным типом, но если что… Я теперь знаю где его искать. Пошли отсюда! — бросил он, и первым двинулся в направлении кустов, откуда они не так давно появились…

Все троица уходила с явным не желанием, но всё-таки боязнь провалить неизвестное мне задание пересилила, и совсем скоро я остался один.

Облокотившись на дерево, я вытер пот со лба, мысленно костеря на чём свет стоит надоедливых светляков. Из-за популярности фракции их тут было реально много... И это надоедало.

— Ну вот, — раздался знакомый, полный раздражения и усталости голос сзади. — Оставила тебя одного на пять минут… Пять минут, Степан! И ты уже успел вляпаться в драку? Ты как малое дитя, ей-богу! Нельзя даже на секунду отвернуться!

Я обернулся и увидел Дарину, стоявшую на берегу ручья, руки в боки. Её персонаж выглядел свежим и отдохнувшим, но выражение лица было таким, что краше в гроб кладут.

— Привет, Дарин, — слабо улыбнулся я. — Ты опаздала на самое интересное! Ко мне тут гости приходили… Светлые… И мы очень мило пообщались.

— Мило? — она фыркнула, подходя ближе с посохом, уже светящимся диагностической аурой. — Три против одного? И зачем вам потребовался медвежий труп? А лёд тут вообще откуда взялся?

Она взмахнула посохом и знакомое тепло «Легкого исцеления» стало медленно разливаться по моему телу, затягивая царапины и снимая часть усталости.

— Спасибо, Дариш… Ты посмотрел куда нам идти? — спросил я, поднимаясь с земли.

Девушка кивнула, и активировав свою карту, сказала:

— Пока ты тут с медведями и паладинами игрался, я и правда всё узнала. Логово Вейта — вот, в горах, — она ткнула пальцем куда-то в воздух. — Мы — вот здесь. А нам нужно… — ее палец переместился южнее, — …сюда. «Осиное гнездо». Логово банды «Серые клинки». По слухам, в этом лагере собрались полные отморозки, а это значит, что лучшей клиентуры для твоей покровительницы нам не найти.

Единственное, что печалит — идти нам придётся совсем не близко… Часа три, если без приключений. — Тут она бросила на меня многозначительный взгляд, и с нажимом в голосе спросила. — Которых, я надеюсь, больше не будет?

— Обещаю постараться никуда не влипать, — поклялся я с наигранной серьезностью, на что Даринка сверкнула глазами, и уверенно шагнула вперед, в сторону тропинки, ведущей из леса к холмам…

Глава 2. Встреча в лесу

Солнце постепенно поднималось всё выше, пробиваясь сквозь редкую листву деревьев и беспощадно нагревало спину, из-за чего я уже не раз мечтал об освежающем прохладном душе.

Да и вообще, честно говоря, идти было тяжеловато — сказывалась вчерашняя усталость, которая не смотря на все предпринятые нами действия так до конца никуда и не ушла. Я бы может уже давно остановился на привал, но Дарина шагала впереди как заведённая, отстукивая своим посохом рваный ритм по камням, и это заставляло меня держаться.

Первое время тишина между нами меня вполне устраивала, потому что я наконец получил в своё распоряжение время, когда мне не надо было никуда бежать и никого спасать…

Мы просто шли по лесной тропинке, опасностей вроде как никаких нам не встречалось, и поэтому я решил немного отвлечься от этого монотонного процесса, после чего открыл окошко интерфейса с информацией о своём персонаже:

Атон-Д’Арим

Уровень: 37

Сила: 61

Выносливость: 86

Ловкость: 111

Интеллект: 133

Дух: 122

Здоровье: 860

Мана: 3416

Удача: 14

Свободных очков характеристик: 25

Единение с миром: 24%

«Обалдеть! Прохождение логова вампиров дало мне опыта, которого сразу хватило на получение пяти уровней! Вот значит каково это, когда у тебя в пати нет прожорливого леса, который отхватывает себе львиную долю опыта…» — ошарашенно подумал я, но потом до моего сознания дошло — ЧТО ИМЕННО я вижу, и тут я просто выпал в осадок…

Вампиры в логове были не сильно большого уровня, но их сила с лихвой компенсировалась количеством. Мой навык жнеца на новой стадии владения получил возможность «заимствовать» часть очков характеристик цели, и за время прохождения логова вампиров, он позаимствовал целых мать его 290 очков!!!

Из-за того, что вампиры больше всего в своём развитии склонялись к магии и ловкости — моей ловкости теперь мог бы позавидовать любой рога или лучник, ведь в этой совершенно не нужной для мага характеристики у меня уже было 111 очков!!!

Кинув взгляд на мигающее окошко с логами, я мысленно прикинул количество полученных достижений, за такой стремительный взлёт, и мне даже несколько поплохело от осознания того, что все эти сообщения нужно обязательно изучить, чтобы понимать возможности своего персонажа.

Кинув быстрый взгляд на не распределённые очки, я криво улыбнулся, и оставил их на месте до лучших времён. Сейчас они мне явно были больше не нужны.

В этот момент моё внимание привлекла строчка «Единение с миром». Я совершенно точно помнил, что в прошлый раз, когда я изучал свои параметры — это значение было явно существенно меньше, а сейчас… 24%. Это уже внушало уважение и заставляло волноваться.

Этот неизвестный параметр смущал меня по той простой причине, что никакого поясняющего окна рядом с ним не было и в помине. К поддержке я по понятным причинам тоже обращаться не спешил, а поэтому приходилось полагаться на «авось», и надеяться, что с достижением в этом показателе 100% со мной ничего страшного не случится…

Ещё один момент, который меня несколько расстроил, заключался в том, что жнец, судя по всему, полностью остановил свою прокачку на НПС. Этот вывод я сделал основываясь на том, что за время зачистки логова его прогресс прокачки не сдвинулся и на десятую долю процента.

В этот момент идущая впереди девушка обернулась, вопросительно подняв свою тонкую бровь наверх, и насмешливым голосом спросила:

— Ты никак притомился, Стёпушка? Чего отстаёшь? Нам ещё идти и идти…

Я не стал реагировать на её подколки, и ответил чистую правду:

— Да не, просто в интерфейс немного залип… Вдруг интересно стало — из-за чего весь сыр бор с этим рейтингом, а ещё и с характеристиками надо было разобраться…

— Ну и как оно? Ты теперь у нас грозный альфа-самец, и я теперь должна изображать при обращении к тебе благоговейный трепет? — продолжала зубоскалить моя подруга, на что я особо не раздумывая, коротким импульсом силы заставил лес поднять на её пути небольшой корешок, о который она тут же с готовностью и споткнулась.

— Максимов!!! — тут же возмущённо завопила Дарина, мгновенно определив кхм… источник возникшей неприятности.

Я с некоторым трудом сдержал довольную ухмылку, после чего ответил:

— Уровень после прохождения скаканул до 37, и я действительно оставил Ghost`а далеко позади. А что касается очков параметров — решил оставить их до лучших времен. Так уж получилось, что этот вопрос для меня сейчас не критичен.

Дарина присвистнула, наконец оторвав взгляд от окрестностей, и уставившись на меня подозрительным взглядом, спросила:

— Это ж что у тебя происходит в характеристиках, что ты пренебрежительным жестом откидываешь целых мать его 25 очков?!

Я на этот возглас девушки отвечать не стал, всем своим видом сохраняя облик тайны и загадочности.

— Бесишь… — тихо буркнула девушка, после чего мы с ней наконец тронулись с места, и отправились в дальнейший путь, пробираясь по тропе, которая постепенно начала уходить вверх, на холмистую гряду.

Когда мы забрались на самую верхнюю точку холмов — я невольно присвистнул от открывшегося нам впечатляющего вида: леса остались позади, а впереди простирались холмы, поросшие жесткой бурой травой и редкими кустами. Дарина быстро сориентировалась, и уверенно повела нас в сторону далеких гор…

Именно в этот момент, когда мы спускались с очередного холма, Дарина, словно невзначай, задала вопрос, на который я даже сам для себя ещё не ответил:

— Слушай, не пойми меня не правильно… Но всё-таки — что насчет того, что не в игре? — Дарина шла чуть впереди, поэтому я видел только её затылок и напряженные плечи, которые без слов говорили о её истинных эмоциях. — Ты же теперь, получается, богатый буратино… Планы небось наполеоновские строишь? Яхту, виллу на Канарах, гарем из единорогов?

Я искренне улыбнулся, и ответил:

— С единорогами как-то сложновато будет, они нынче в дефиците… А если честно — не думал ещё. Столько всего со всех сторон навалилось… Но что-то делать со всем этим определённо придётся.

— Бедняжка, — в голосе девушки в очередной раз послышалась насмешка. — Мечтать — это же так тяжело…

Я задумчиво прошелся взглядом по бескрайним виртуальным просторам, и немного поразмышляв, всё-таки ответил:

— Скорее всего какую-то часть я однозначно отправлю родителям… У них ипотека ещё не закрыта, да и мелкого ещё поднимать… Помощь им совершенно точно не повредит.

— Это очень хорошее решение, — одобрительно кивнула Дарина, и я уловил в ее голосе нотку нежности. — А на остальное? Неужели ты никогда не думал сменить свою, прости, будку, на что-то более достойное?

— Так-то мысль конечно интересная, — согласился я, сразу после чего гораздо уверенней сказал:

— А ведь и правда… Куплю себе нормальную квартиру с большими окнами, чтобы было много света, обставлю её так, как надо мне…

В этот момент Дарина наконец обернулась ко мне, идя спиной вперед. На её лице неожиданно заиграла хитрая, чуть насмешливая улыбка, после чего она произнесла:

— Квартира? Это скучно. Менять один клоповник на другой… Зачем ограничения? Возьми себе дом с землёй, и делай там что захочешь! Природа, тишина… Красота! Только нужно в идеале сделать так, чтобы он был не на тебя оформлен, и будет нам счастье!

От удивления я даже остановился.

— Дом? Это… но почему? И зачем его оформлять не на меня?

Дарина перестала улыбаться, и посмотрела на меня серьёзным взглядом:

— Стёп, у тебя столько секретов, что даже я — один из самых близких для тебя людей с удовольствием бы попыталась узнать хотя бы часть из них…

Ты только вдумайся! Ты с самого начала будоражил умы многих людей своим беспардонным врыванием в «топ», а сейчас вообще стал одним из самых известных, пусть и анонимных, игроков Эринии.

Ты работаешь на богиню, с которой, я уверена, не все так просто… Игроки в ярости, админы, возможно, присматриваются к тебе, и ты серьёзно у меня спрашиваешь — в чём преимущество оформления недвижимости не на себя?

«А ещё непонятки с моей силой в реальном мире…» - подумал я, а девушка в этот момент продолжала разглагольствовать:

— Мир реально тесен, Стёпк, и никогда не знаешь — с какой стороны тебе прилетит очередной удар. Личные данные утекают в сеть, налоговые органы могут заинтересоваться внезапным богатством, журналисты-охотники за сенсациями, или те же фанаты Ghost’а, которым очень не нравится твоё «самоуправство»…

Ты уверен что эти люди будут ограничиваться законными методами? Оформить недвижимость на себя — это всё равно, что повесить на себя здоровенную мишень. Оформи на родителей, или… ну, я не знаю… на доверенное лицо, и так всем будет только лучше.

После этих слов девушка снова отвернулась, и продолжила путь в сторону далёких гор, но я всё-таки успел поймать быстрый, смущенный взгляд, брошенный на меня через плечо.

«Что-то мне подсказывает, что фраза по «доверенное лицо» прозвучала с очень конкретным подтекстом.» — с ухмылкой подумал я, и отправился догонять свою девушку, ушедшую уже очень сильно вперёд.

Некоторое время мы снова шли в молчании, и это время я потратил на то, что рассматривал со всех сторон предложение девушки.

Чем дольше я размышлял над ним — тем отчётливее понимал, что она была права на все сто. Я так увлекся игрой, что совсем забыл, что у любого успеха обязательно найдутся те, кто начнёт завидовать, и совершать очень глупые поступки.

Если я куплю дом где-то в тихом пригороде, рядом с природой, то при помощи своих постепенно пробуждающихся навыков смогу так защитить себя, что для того, чтобы добраться до моего тела, может потребоваться не маленьких размеров армия…

На счёт оформления — Даринка тоже права. При мыслях об оформлении дома на Дарину — я чувствовал, что ещё слишком рано и я пока не готов к такого рода жестам доверия, так что придётся искать повод — как вытащить отца в Москву…

Прекрасно понимая, что молчание уже потихоньку переходит к стадии «неловкого», я решил озвучить свои мысли:

— Знаешь, Дариш… Ты права. Насчет дома, и насчет оформления. Спасибо, что головой думаешь, а не только посохом машешь.

— Всегда пожалуйста, — буркнула она, но я отчётливо видел, как задрожали уголки ее губ, сдерживая улыбку. — Кто-то же должен быть умным в нашем дуэте…

Во время разговора мы уже практически дошли до места назначения, и на текущий момент, если верить карте, нам оставалось пройти ну максимум около километра, и тут я заметил, что девушка неожиданно напряглась, и стала идти ОЧЕНЬ тихо, будто ожидая нападения из-за каждого угла.

Не успел я поинтересоваться у неё причинами такого поведения, как она шикнула на меня, и едва слышно произнесла:

— Сканирующее умение показало, что впереди находится группа разумных существ, которые просто стоят на месте и чего-то ждут.

Услышав эти слова, я тоже постарался прислушаться к лесу, и практически сразу получил подтверждение услышанных слов. Впереди, за следующим поворотом, где, судя по карте, должно было быть ущелье с входом в логово разбойников, стояло несколько человеческих фигур, и явно кого-то ждали.

Мы обменялись взглядами с девушкой и, без лишних слов договорившись, вместе замедлили шаг, после чего вышли под светлые очи встречающей делегации.

За поворотом я увидел узкий проход между двумя скалами, заваленный камнями, и перед ним — пять человек, чья броня сияла не силой света, а дорогими, прокачанными энчантами. Их доспехи были выдержаны в едином стиле — черные с кроваво-красными прожилками, а на нагрудниках был нарисован герб: стилизованная волчья пасть с окровавленными клыками.

В этот момент Дарина наклонилась к самому моему уху, и тихим шёпотом произнесла:

— Гильдия «Алые Клыки», известные, агрессивные рейдеры, не брезгующие и PvP, если добыча оправдает потраченные усилия.

Стоило нам только появиться в их поле зрения, как всё их внимание тут же оказалось безраздельно уделено нашим персонам. От их оценивающих презрительных взглядов мне сразу нестерпимо захотелось помыться, но потом я всё-таки взял себя в руки, а события на поляне тем временем продолжали развиваться:

Трое из пяти встали вполоборота, перекрывая нам возможности маневрирования, после чего их предводитель, который волей судьбы так же оказался танком, сделал шаг вперед. Его голос прозвучал громко, с откровенной скукой и высокомерием, усиленным голосовым модом, придававшим ему металлический оттенок:

— Эй, вы! Бомжам тут совсем не место!. Разворачивайтесь и валите отсюда, пока живы! Гильдия «Алые Клыки» проводит зачистку локации. Квестовый ивент. Посторонним — вход воспрещен!

Его товарищи на этот возглас лишь презрительно усмехнулись, после чего продолжили заниматься своими делами.

Услышав такое «тёплое» приветствие, я почувствовал, как меня в очередной раз накрывает волной неудержимой ярости. Дарина честно пыталась проконтролировать меня и положила мне на руку холодные пальцы своей руки, после чего тихо прошептала:

— Стёп, не дури! Их пятеро, и мало того, что все очень серьёзно прокачаны, так они ещё и члены гильдии…

Но я уже сделал свой выбор, и с арктическим равнодушием на лице сделал свой шаг вперёд.

— Мы тоже по делу. Нам нужен вход в логово разбойников. Не доводите до греха, и лучше пропустите нас… Пожалуйста — выдавил я из себя, на что получил только обидный издевательский смех.

Танк фыркнул, и повернувшись в сторону своих товарищей, произнёс:

— Нет, пацаны, вы слышали? Мамочка этого щенка научила его волшебному слову!

Смех грянул с новой силой, а я очень чётко понял, что без драки не обойтись.

В этот момент танк вновь повернулся в мою сторону, и уже без всякого веселья в голосе сказал:

— Ладно, посмеялись — и будет. Лучше валите отсюда по хорошему, а иначе мы начнём говорить по плохому. Нам плевать, что вам здесь нужно. Это наша точка фарма на сегодня, или вы, бродяги, хотите поспорить с «Алыми Клыками»? — закончил он, и потянулся к рукояти огромного двуручного меча, висевшего у него за спиной.

Это движение послужило сигналом для его товарищей. Маг лениво поднял посох, на кончике которого тут же заплясали огненные сферы, а охотник беззвучно натянул тетиву.

Ситуация была откровенно плохой, и это понимал не только я. Дарина с такой силой сжала пальцами мой локоть, что я невольно восхитился силе, скрытой в этой на вид хрупкой девушке. Она явно хотела избежать столкновения, но отступать было уже поздно. Да и если честно — совсем мне не хотелось…

Я сам не заметил, как внутри у меня все напряглось в тугой, злой узел. За последние несколько дней на моём жизненном пути встречалось такое количество напыщенных идиотов в блестящих латах, которые считали, что мир вертится вокруг них, что я даже уже перестал удивляться.

Светлые, темные — не важно. Снобы они и есть снобы. Мне до смерти надоели эти самодовольные рожи, уверенные, что сила дается только числом и дорогой экипировкой. И терпение моё лопнуло, оставляя после себя лишь холодное равнодушие.

Дарина прекрасно чувствовала происходящие со мной изменения, и тихо шептала, пытаясь заставить меня одуматься:

— Степан, нет… Их пятеро, и все они совершенно точно выше 30 уровня! Они наверняка оббафаны по самое не могу и, не сомневайся, артефактами на всю группу! Это не те ребята, с которыми можно разводить конфликт просто так!

Маг перед нами видимо обладал очень острым слухом, потому что после слов Дарины он ухмыльнулся, после чего мерзким скрипучим голосом сказал:

— Лучше послушай свою подстилку, щенок, и валите отсюда обратно в свою дыру. Это последнеее предложение.

Я бы может и послушал голос разума в лице своей девушки, но после того, как этот ублюдок с эдакой ленцой назвал её подстилкой… С этого момента пути назад не было.

Глава 3. Не тот враг

Все члены пати «Алых Клыков» моментально поняли по моим глазам, что драки не избежать, и начали действовать на упреждение. Танк начал вытаскивать свой здоровенный двуручник, маг дорисовывал в воздухе руны огненной вспышки, охотник целился из своего лука прямо мне в лицо, а разбойница ушла в стелс, чтобы нанести удар со спины в самый неожиданный момент.

Их уверенность в собственной силе, и что самое главное — уверенность в праве применения этой силы была подавляющей. У меня складывалось стойкое ощущение, что они уже заблаговременно начали считать нас трупами.

Глядя на всё это у меня в сознании что-то щёлкнуло, и в следующий миг пришла она… Холодная, отточенная злость. Первым делом я лёгким волевым усилием заставил лес выбросить корни близстоящих деревьев под ногами этой великолепной пятёрки, чтобы замедлить их движения, после чего я посмотрел на танка, на его надменную позу, которая несколько пострадала при появлении корней, и мои губы сами собой расползлись в кривую, безрадостную усмешку.

Я наклонился к Дарине, будто делясь с ней важным секретом, но мой шепот был достаточно громким, чтобы его услышали все:

— Шансы у нас и правда неравные, да… Но знаешь, что мне всегда нравилось в математике этого мира? Её всегда можно… немного подкорректировать.

Я не стал ничего кричать, не стал кидаться в атаку. Я просто сделал шаг назад, в тень, отбрасываемую высоким деревом, и пока все пятеро гильдейцев были сконцентрированы на мне, ожидая либо капитуляции, либо глупой атаки, я просто и без затей активировал навык, дарованный мне Торвином, и если кто не понял — я сейчас говорю о навыке «Призыв мглистых псов».

В то же мгновение воздух передо мной, сгустился, и в следующий миг там проявились очертания трёх собачьих силуэтов. Процесс шёл очень быстро, и уже спустя пару секунд на короткий промежуток времени нас стало на три существа больше.

В этот раз призванные псы были 37 уровня, и я сделал вывод, что этот призыв будет всегда равен моему уровню, что мне более чем устраивало. С повышением уровня изменился и внешний вид псов. Сейчас они имели длинные, жилистые тела, пустые глазницы, полые ноздри, из которых валил черный дым, а вместо лап у них были когтистые тени, бесшумно впивающиеся в камень.

С появлением новых участников нашей маленькой забавы — надменная ухмылка на лице танка «Алых Клыков» мгновенно исчезла. Мне даже на расстоянии были отлично видны его расширившиеся за забралом шлема глаза. Маг, собиравшийся швырнуть в меня файербол, тоже под впечатлением замер с открытым ртом, утратив контроль над формирующимся заклинанием.

Охотник отреагировал правильнее всех, и перевёл прицел на ближайшую к себе тварь.

— Что… что это? — прошептал кто-то из них голосом, сорвавшимся на фальцет.

Мои гончие тем временем не смотря на короткое время призыва не спешили бросаться в атаку. Они встали полукругом, отрезая вражеской группе путь к отступлению, и просто… смотрели. Пустые глазницы были страшнее любого взгляда.

— Вы хотели просто постебаться над двумя путешественниками? — спросил я тихим голосом, который звучал чуждо от едва сдерживаемой злости и презрения. — Что ж… Я тоже люблю поразвлекаться… Но немного по своему.

Танк попытался взять себя в руки — он рывком выдернул меч, и намного менее уверенным голосом воскликнул:

— Не бойтесь! Я уверен, что это жалкая иллюзия! Откуда у жалкого бродяги такой навык?! В атаку!

Однако как только он сделал шаг в нашем направлении, стараясь показать пример своим товарищам, самая крупная из гончих, та, что была напротив него, просто повернула голову, и завыла.

Это был настолько страшный вой, что передёрнуло даже меня, что уж говорить о наших противниках…

Иллюзии так себя не ведут.

В этот момент позади своей группы вывалилась из стелса бледная как полотно разбойница, и не сводя взгляда с моего призыва продолжала пятиться, тихо приговаривая:

— Они… они на меня смотрят… Сквозь стелс… Они ВИДЯТ!

Маг попытался дать стрекача, но наткнулся на охотника, и это спровоцировало в рядах противника сумятицу, которой я сполна воспользовался…

— Фас! — срывается с моих губ низкий, хриплый приказ, больше похожий на рык.

Три мглистых пса мгновенно срываются с места, не издавая ни единого звука, словно призраки. Их когтистые лапы совершенно бесшумно вгрызаются в землю, от чего шипение псов казалось только громче, и ввинчивалось прямо в мозг.

Представители «Алых Клыков» на несколько секунд впадают в ступор, и эта ошибка им очень дорого стоила.

Я в отличии от своих оппонентов на месте стоять не стал, и как только дал команду псам — тут же создал в своей руке насыщенное силой теневое копьё, и швырнул его в мага, определив его как самого опасного во вражеской команд, потому что он уже пришёл в себя и начал бормотать какое-то заклинание.

Брошенное копье стремительно пронзило воздух и с тихим шипением впилось в едва успевшую вспыхнуть барьерную сферу вокруг мага. Сияние щита моментально трескается, как яичная скорлупа, и в следующее мгновение гаснет, пропуская внутрь себя часть входящего урона.

Интеллекта у меня сейчас было столько, что даже этой части с головой хватило для того, чтобы прервать бренное существование мага 31 уровня, и в интерфейсе промелькнула скупая строчка:

Игрок Файермэн повержен!

Опыт PvP не начисляется!

Смерть товарища благоприятно повлияла на остальных участников нашей забавы, и очнувшийся охотник тут же выпускает шипящую стрелу, выбрав целью не пса, а меня. Это был умный ход, и возможно он бы доставил мне какие-то проблемы, но Даринка за моей спиной не спала.

Как только она почувствовала угрозу в мою сторону, то её посох в то же мгновение описал в воздухе короткую дугу, после чего вокруг меня вспыхнул многослойный «Зеркальный Щит». Стрела явно была не простой, но не смотря на ослепительную вспышку и лёгкую рябь на его поверхности — пробить щит так и не смогла.

— Спасибо, — бросаю я Дарине, не отрывая внимательного взгляда от поля боя, на что она прорычала:

— Не отвлекайся! — после чего обновила на мне защиту, и тут же отскочила в сторону, спрятавшись за меня, чтобы не быть легкой мишенью.

Тем временем псы наконец достигли врага и вступили в бой. Самый крупный, тот, что совсем недавно пытался впечатлить всех своим воем, вцепился когтистой лапой в ногу танка.

Тот сразу же заорал от резкой вспышки боли, и попытался ударить своего обидчика гигантским двуручным мечом, однако к его сожалению могучий удар клинка просто и без затей прошёл сквозь туманную форму пса, лишь на миг рассеяв его в месте удара.

Второй пёс настойчиво атаковал охотника, заставляя его то и дело откатываться, из-за чего у него даже не возникало мыслей о стрельбе. Третий пёс во всю развлекал ту самую разбойницу, которая все никак не могла опомниться от ужаса после ласкового воя гончей. Её кинжалы были совершенно бесполезны — она активно махала ими, изображая из себя мельницу, но тварь обращала внимание на её выпады чуть больше, чем никак. Она только кружила вокруг нее, нанося мелкие, но многочисленные порезы, с каждого из которых сочится черный гной.

Внезапно я заметил, что вражеская жрица замахивается посохом для массового излечения своих товарищей, что было совсем не в моих интересах. Нет уж.

Я сконцентрировался, после чего вскинул руку, и в следующий миг из неё вылетели три сгустка концентрированного льда в виде морозных стрел. Целительница тоже оказалась не пальцем деланная и успела не только заметить мои подарочки, но даже попыталась увернуться от них, но одна стрела все же смогла настигнуть ее, впиваясь прямо в тоненькую шею.

Игрок Айсбэби повержен!

Опыт PvP не начисляется!

С новой смертью бой превратился в настоящий хаос. Воздух был наполнен криками, шипением псов, лязгом металла, хрустом льда. Гильдейцы дрались отчаянно, было прекрасно видно, что они далеко не новички в сражениях.

У них наконец началась командная работа: танк начал отвлекать двух псов на себя, тем самым позволяя охотнику наконец сделать полноценный выстрел. Не знаю — как он умудрился… Но выпущенная стрела пробила грудь одному из мглистых псов. Тварь издала пронзительный визг и рассыпалась в клубящуюся черную дымку.

Мглистый пёс уничтожен.

— Один есть! — ликующим криком воскликнул охотник, пытаясь воодушевить своих товарищей, но эта победа оказалась мимолётна…

Смерть собрата как будто разозлила двух оставшихся псов. Их атаки стали ощутимо яростнее, и именно в этот момент я решил немного помочь своему призыву, после чего без особых раздумий активировал «Шёпот паники».

Прелесть этого навыка заключается в том, что он совершенно невидим и неслышим для всех, кроме меня, и поэтому совсем не удивительно, что взбудораженные остатки вражеской команды пропустили мой подлый ход.

Охотник вдруг резко дёрнулся, из-за чего его стрела пролетела мимо цели и с звонким хлопком взорвалась, ударившись в ствол дерева, а разбойница вообще замерла на месте, смотря в пустоту широко раскрытыми глазами, и шепча что-то несвязное. Даже непоколебимый танк на мгновение замер, а его уверенные до этого движения стали резкими, и порывистыми.

— Что это?! Что со мной?! — панически заорал охотник, судорожно перезаряжая лук, опасливо глядя на приближающегося к нему пса.

Их строй окончательно рушится, и этот момент оказался именно тем, чего так долго ждали призванные псы. Один из них делает стремительный бросок и вцепляется в горло охотнику, от чего тот падает, захлебываясь густым черным дымом. Второй в этот момент отходит от упавшей жрицы и прыгает на разбойницу, вонзая свои когти прямо в район её сердца.

Игрок Топ_Хантер повержен!

Игрок Айлун повержен!

Опыт PvP не начисляется!

Не прошло даже минуты, а передо мной от всей гильдейской пятерки остался один лишь потрёпанный танк, который в настоящий момент времени отбивался от атакующих его псов. Его броня уже вся была иссечена, а из-под забрала стекала тонкая струйка крови крови.

Я видел, что псам оставалось существовать около пяти секунд, поэтому решил поставить точку на нашем противостоянии, и в очередной раз активировал хорошо зарекомендовавший себя «Шёпот паники», после чего сразу же отправил в сторону танка «Копьё тьмы».

Это оказалась очень удачная связка, и мой навык беспрепятственно достиг тела танка. Я уже приготовился праздновать победу, но к моему удивлению в момент удара копья вокруг него сверкнул какой-то щит, и полоса здоровья, вместо того, чтобы полностью исчезнуть, замерла на значении 1 ХП!

Меч танка бессильно упал на землю, и только хриплое дыхание из-под шлема показывало, что он действительно жив. Я буквально печёнкой чувствовал его ярость и как он смотрит на меня. Сквозь щель забрала я видел его глаза, и сейчас в них уже не было высокомерия… Только усталость, шок и… холодная ненависть.

— Ты… — произнёс он хриплым, прерывистым голосом. — Ты даже не представляешь — куда ты влез и кому ты перешёл дорогу, щенок. Ты ещё пожалеешь об этом, ублюдок. «Алые Клыки»… мы найдем тебя. Узнаем, кто ты. И тогда… твои зверушки тебе не помогут.

Мне надоело уже в который раз слушать эти бредни, и я без лишних затей буквально разорвал его тело при помощи подконтрольных мне корней.

Игрок Туруан повержен!

Опыт PvP не начисляется!

«Нет, ну в самом деле, что за детский сад… Они бы ещё вспомнили Доту, и пообещали по айпи вычислить…» — со скепсисом подумал я, и в этот момент ко мне осторожно подошла Дарина с бледным лицом.

— Нам… Нам действительно стоило их всех вот так… убивать? Они же сейчас воскреснут, возьмут подкрепление, и снова придут сюда!

— Пусть приходят, — спокойно говорю я, чувствуя странную, ледяную пустоту внутри. — Но я сомневаюсь, что это произойдёт. Теперь они знают, с кем имеют дело. И дважды подумают, прежде чем лезть.

Дарина не стала отвечать, да и что тут можно было ответить? Что сделано — то сделано, и я ни капли не жалел о совершённом поступке. Они хотели позабавиться? Позабавились. Искренне надеюсь, что им этого хватит.

Тела поверженных игроков уже начали растворяться, и проходя мимо танка, я на полном автомате нагнулся, после чего поднял его монструозный меч, и спрятал в пространственный рюкзак.

«В хозяйстве пригодится… А не пригодится — так продам.» — подумал я, и именно в этот момент мы наконец добрались до узкого, почти незаметного входа в скале, заваленного костями и мусором. Это было то самое гнездо разбойников, а значит пришло время наконец покончить с квестом Аланы, и наконец заняться собой…

Реальный мир. Роскошный пентхаус на одном из верхних этажей элитного комплекса «Садовые кварталы».

С оглушительным ревом ярости Артур вылетел из своей навороченной капсулы, едва не опрокинув её при этом. Его тело, подкачанное в реальном мире не меньше, чем в игре, было покрыто холодным потом, руки дрожали, а перед глазами всё ещё стояли эти пустые глазницы, этот черный дым, этот… ужас, приправленный спокойным, ледяным взглядом нищего бродяги.

— Сука! — он с силой пнул по борту капсулы, и вскинув голову к потолку, что есть силы яростно прорычал:

— Сука, сука, СУКА!

В следующий миг он метнулся к мини-бару, налил себе полный бокал виски, и не разбавляя опрокинул его одним глотком. Алкоголь обжег горло, но не смог прогнать холод унижения, который безжалостно грыз его изнутри.

Унижение. Его, Артура Макарова, лидера топового гильдейского клана, только что унизили. Уделали, как какого-то мальчишку. Двое против пятерых!

Артур всегда был импульсивным человеком и никогда не при каких условиях не прощал нанесённых обид. Недолго думая, он схватил свой телефон последней модели, и с силой тыкая пальцем в экран, едва не разбив защитное стекло на нём, наконец нашёл нужный контакт: «Аслан», и нажал вызов.

Трубку на том конце взяли практически сразу.

— Алё, — раздался спокойный, чуть хриплый голос с характерным, узнаваемым кавказским акцентом. — Артур, брат, рад тебя слышать! Ты просто так звонишь или тема какая есть?

— Аслан, у меня проблемы! Меня только что жёстко унизили двое лохов, и мне срочно нужно их найти, понимаешь?! — прошипел Артур, совершенно не утруждая себя приветствиями и другими правилами приличия, после чего продолжил:

— В Эринии. Они запороли гильдейский квест, а для его получения ты сам знаешь на что пошли наши семьи!

— О-о-о, — протянул Аслан на другом конце провода. Артур услышал испуганный женский вскрик, но практически сразу все посторонние звуки пропали, после чего уже куда более сосредоточенный голос собеседника ответил:

— Плохи дела, брат. Что это за лохи то хоть были? Гильдейские или вообще залётные? Кто эти недалёкие люди? Давай данные, разберемся.

— Данные… — Артур заскрипел зубами. — У меня на них нихрена нет! Но имена… Я запомнил их ники! Значит слушай, и запоминай: Пацана зовут Атон-Д’Арим, а его подстилку — Ждульетта. Мужчина и женщина. Найди их. Используй любые ресурсы и методы. Мне нужны эти твари как можно скорее!

Я не хочу знать — на что тебе придется пойти, я хочу видеть этих двоих у себя к утру, понял?! И узнай всё о их семьях! Цена не имеет значения. Эти твари мне за всё заплатят!

Аслан уже давно попрощался и пошёл выполнять очередной эксцентричный приказ своего не менее эксцентричного начальства, а Артур всё так же стоял, сжимая в руках свой телефон, и глядя ничего не видящими глазами на жизнь ночного города…

Он не хотел признаваться даже самому себе, но его до чёртиков впечатлила сила этого пацана, и он готов был пойти на что угодно, чтобы получить эту силу в своё распоряжение...

Глава 4. Хитрый ход

Атон-Д’Арим

Заваленный костями и обломками скал вход в пещеру, где если верить карте, находилось логово разбойников, зиял темным, холодным провалом. Оттуда тянуло запахом сырости, дыма от костров и чем-то приторно-кисловатым. Я на несколько мгновений задержался на пороге, вглядываясь во мрак, пытаясь определить признаки движения, и тихо сказал, не отводя взгляда от прохода:

— Слушай, Дарин, будь настороже. Я так думаю, что тот бугай нам не просто так сказал, что эта точка за ними… Очень может быть, что внутри логова находится как минимум одна фарм группа, и если они не совсем идиоты, то вполне себе могли оставить здесь засаду. Хотя бы одного разведчика.

Рядом со мной прозвучала легкая, самодовольная девчачья усмешка, после чего она похлопала меня по плечу, и улыбнувшись ответила:

— О, не волнуйся, мой недоверчивый друг. Если тут притаился хоть один гильдейский мудачок, я его почую раньше, чем он успеет применить хотя бы один навык. Мои сенсорные заклинания сейчас находятся под временным усилением, поэтому от меня не скроется никто и ничто.

— Надеюсь, твоя уверенность не сродни той, что была у них, — проворчал я, намекая на недавно почившую группу, но все же сделал шаг во тьму, буркнув напоследок:

— Ну что ж, пора покончить с этим. Контролируй обстановку, а я, пожалуй, пойду впереди, на случай, если твои сенсоры всё же ошибутся.

Она фыркнула, но послушно пошла следом за мной.

Как только мы зашли внутрь — посох девушки засветился мягким светом, выхватывая из мрака узкий, неровный тоннель, ведущий вглубь горы. Грубо обработанные стены были кое-где подперты сгнившими балками, а под ногами хрустел гравий и кости мелких животных.

Продвижение было медленным и напряженным. Тоннель предсказуемо оказался настоящим муравейником, состоявшим из различного рода ловушек: Натянутые на высоте голени тросики, почти невидимые в темноте, камни, готовые обрушиться при неверном шаге, замаскированные ямы…

Кроме примитивных ловушек, о которых заблаговременно предупреждала Дарина, нам никого не встречалось, и несколько заскучав, я решил разобраться с весьма скромным лутом из логова Патриарха вампиров, о чём и предупредил Дарину.

— Тоже мне, нашёл время… — буркнула девушка, но на этом все её возмущения сошли на нет, что было воспринято мной как знак согласия.

Мусорный лут с мелких вампиров мы с Дариной не подбирали, а потому за закрытие всего логова у нас с ней в сухом остатке три вещи: Клык патриарха, сундук ночи и плащ тьмы.

Первым делом я материализовал Клык патриарха. Он был тяжелым, холодным и неестественно гладким, словно его кто-то долго и упорно полировал. Он был цвета старой слоновой кости с темными, почти черными прожилками у основания, но самое странное заключалось в его тактильных ощущениях. Он был ледяным, но не замораживал пальцы, а словно высасывал из них тепло, оставляя за собой странное, щекочущее ощущение пустоты.

Запросив информацию у системы, я увидел следующее:

[Клык патриарха] (Уникальный материал/Артефакт)

Описание: Последний физический след древнего повелителя вампиров, насыщенный его остаточной силой и яростью. Может быть использован в высшем алхимическом крафте или как компонент для зачарования оружия/бижутерии. Придает эффекты вампиризма, пронзания магической защиты и наложения страха. Является ключом к некоторым скрытым вампирским локациям.

Прочитав это описание, я бережно убрал его обратно в пространственный рюкзак, прекрасно понимая, что эта наша добыча являлась своеобразным ключом к новым, куда более опасным горизонтам.

Следующим на очереди был плащ тьмы. Когда я его достал из рюкзака — он показался мне всего лишь лоскутом тяжелого, струящегося шелка, но когда я поднял его, то всё изменилось.

Ткань этого плаща была невероятно плотной и тяжелой, она была удивительно насыщенного чёрного цвета, в который неведомый мастер вплёл тончайшие серебряные нити, складывающиеся в гипнотические, постоянно меняющиеся узоры.

На ощупь плащ был прохладным и чарующе приятным. Запросив описание у системы я увидел следующее:

[Плащ тьмы] (Уникальный, Тьма)

Описание: плащ, сотканный из чистой тьмы и лунного света в забытых алхимических лабораториях вампиров.

Характеристики: +75 к защите от магии Тьмы, +25% к скрытности.

Пассивная способность: «Объятия тени» — при стоянии неподвижно более 3 секунд, вы постепенно сливаетесь с окружающей тенью, значительно снижая вероятность обнаружения.

Активная способность: «Вихрь ночи» (Перезарядка: 5 мин) — создает вокруг владельца небольшую область сгустившейся тьмы, ослепляющую и дезориентирующую врагов на короткое время.

Мне настолько понравилось увиденное, что я без особых раздумий накинул этот плащ на себя, и приступил к изучению последней части лута…

Сундук ночи. Это был даже не совсем сундук, а скорее небольшая, искусно выделанная шкатулка из черного дерева, инкрустированная серебром и золотом, с замочной скважиной, которая, казалось, поглощала сам свет.

Недолго думая я открыл его крышку, и в тот же миг из сундука поднялась чёрная непроглядная дымка, которая в считанные доли секунды полностью впиталась в меня, не позволяя мне даже возмущённо пикнуть.

Сказать что я испугался — это очень преуменьшить моё состояние на тот момент, однако время шло, а в моём самочувствии ничего не менялось. Мысленно прислушиваясь к себе, я открыл интерфейс, и сразу же заметил новую строчку, которой раньше там совершенно точно не было:

Слияние с миром: + 10

Поглощенный рассматриванием параметров и своими переживаниями, я неожиданно почувствовал, что наступил на какую-то выпуклость. В следующее мгновение до нашего слуха донёсся сухой щелчок, и с потолка, с противным свистом, сорвался зазубренный шип на цепи.

Я рванулся назад, но было поздно. Острый край впился мне в плечо, пробив рубаху и плоть с оглушительным для тишины подземелья хрустом, даруя мне просто незабываемое чувство острой и жгучей боли.

-220 HP! Статус: Глубокое кровотечение!

— Агх! Черт!

— Идиота кусок! — тут же раздался возмущенный шепот Дарины. Она в мгновение ока очутилась рядом, и положила свои пальцы мне на рану, а в следующее мгновение по телу разлилось знакомое целительное тепло.

Боль тут же капитулировала перед умениями моей девушки, сменившись легким зудом затягивающейся плоти. — Смотреть под ноги не пробовал? Или ты решил, что круче тебя только яйца, и ты теперь бессмертен?! Думай своей головой, Максимов! Я же не смогу тебя воскресить, если тебе на башку упадет тонна камней!

— Виноват, мамочка, — проворчал я, потирая зажившее плечо. — Впредь буду внимательнее.

После этого случая мы двигались еще осторожнее. Дарина шла впереди, и теперь её посох не только светил, но ещё и постоянно сканировал пространство перед нами тончайшей паутиной магических импульсов. Благодаря стараниям девушки мы больше не потревожили ни одной ловушки на своём пути, и примерно через пол часа такого медленного продвижения вокруг нас начали появляться первые изменения.

Я сначала не обратил на это внимания, но потом всё-таки заметил, что тоннель постепенно начал расширяться, и именно в этот момент мы наткнулись на первого часового… Вернее, на то, что от него осталось.

Тело разбойника в потрепанной кожаной броне лежало ничком в луже уже запекшейся крови. Его спина была исполосована глубокими, точными ударами, которые однозначно указывали на то, что в составе впереди идущей группы есть неплохой рога.

Рядом с трупом разбойника валялся сломанный арбалетный болт, который так же указывал на то, что смерть бедолаги была настолько быстрой, что он не успел даже выстрелить по своему врагу.

Мы переглянулись, и я заметил, что в глазах девушки появилась та же самая тревога, которая поселилась и в моей душе.

— «Клыки», — тихо выдохнула я. — Они действительно здесь, и явно не на экскурсии.

— Ускоряемся, — скомандовал я, жёстким голосом, не допускающим возражений. — Если они перебьют пол-логова, моему квесту конец. Алане нужны души, а не отчет о зачистке…

Мы почти побежали, забыв о предосторожностях. Дарина на бегу пыталась хотя бы мельком сканировать путь на предмет опасных ловушек, но их тут больше не было.

Тоннель, неустанно петляя, постепенно шел всё ниже, и вскоре до нас начали доноситься звуки боя: лязг железа, крики, взрывы заклинаний. Бой, судя по звукам, был весьма серьёзным, но мне показалось, что я чувствую какую-то неправильность…

Спустя несколько минут мы наконец выскочили на балкон естественного происхождения, нависавший над огромным подземным залом, и я сразу понял природу своих странных ощущений, потому что картина, открывшаяся нам ниже, была одновременно комичной и удручающей.

Гильдейская группа «Клыков» попала в западню, и сделала это капитально. Их хилер, жрица, лежала в углу без движения, с торчащим из груди арбалетным болтом — видимо, сработал какой-то механизм или прицельный выстрел из тьмы.

Их танк и маг исчезли в огромной яме, зиявшей в полу, из которой доносилось приглушенное проклятие и чавкающий звук, наводивший на мысль о чем-то очень остром и неприятном внизу.

Боеспособными оставались лишь двое: ловкий разбойник с парой клинков — тот самый, что убил несчастного дозорного, — и еще один маг, одетый в какую-то порванную в клочья робу.

Они стояли спиной к спине, отбиваясь от полудюжины разбойников, которые были не абы кем, а здоровенными орками и людьми с зазубренными топорами и тяжелыми арбалетами в руках. Явно не простые перцы.

Гильдейцы сражались отчаянно, но их силы были на исходе. Щиты мага периодически мерцали и гасли под особо сильными ударами, а разбойник уже прихрамывал, и по его руке стекала тонкая струйка крови.

Но самое главное во всей этой ситуации было то, что даже в таком положении они продолжали убивать! Каждый убитый ими разбойник был для меня потерянной душой, и я не мог дальше спокойно на это смотреть.

— Боже, ну и идиоты, — прошептала Дарина, смотря на это побоище. — Как их вообще в топовую гильдию взяли?

— Неважно, — тихо произнёс я, увидев решение. Простое и элегантное. — Останься здесь и не показывайся. Я сейчас.

— Степан, что ты задумал? — спросила она тревожным голосом. — Нас же могут…

Но я уже активировал свой навык маскировки, сливаясь с тенями, а одетый плащ вообще сделал так, что обнаружить меня со стороны было решительно невозможно. Убедившись, что меня не видно, я бесшумно, как призрак, начал спускаться по грубо высеченным в скале ступеням, ведущим в зал.

— …заметить! — закончила Дарина уже шепотом, но я лишь махнул ей рукой, давая знак молчать.

Мой план был до безобразия дерзок и в то же время прост. Я не собирался спасать «Клыков», и не собирался в одиночку атаковать их, нет… Я просто хотел… помочь местным. Немного склонить чашу весов в их пользу и тем самым ускорить неизбежное.

Я приблизился на расстояние каста, оставаясь в тени огромного сталагмита. Разбойник и маг «Клыков» были слишком заняты своим выживанием, чтобы заметить легкое движение воздуха или малейшее искажение света вокруг меня, а я тем временем выбрал цель, которой волей судьбы в очередной раз стал маг.

Его щиты вот-вот должны были пасть, но мне не было резона дожидаться этого момента. Я поднес пальцы к вискам, сконцентрировался на образе своего врага и активировал свой хорошо зарекомендовавший себя «Шёпот паники».

Эффект был мгновенным и сокрушительным. Маг и так был уже достаточно сильно напуган и изможден, а тут ещё и я со своими подарочками нарисовался… После попадания моего навыка он вдруг резко вскрикнул, не своим голосом, а его глаза расширились от чистого, животного ужаса.

Он перестал кастовать, перестал защищаться, он просто замер, уставившись в пустоту перед собой, бессмысленно бормоча что-то. Его щиты окончательно погасли, и этим моментом воспользовались разбойники.

Один из орков-разбойников с ревом рванулся вперед и ударил несчастного мага по голове своим массивным молотом. По округе разнёсся противный глухой звук, а в следующий миг тело мага беззвучно рухнуло на камни, вызвав у меня радостную ухмылку.

Разбойник из «Клыков» моментально понял, что остался один, и заполошно принялся махать своими ножами, пытаясь накопить ману, чтобы уйти в инвиз. Разбойники не стали позволять ему такой вольность и набросились на него сразу втроём.

Что могу сказать… Этот рога действительно был мастером своего дела. Он отбивался с такой яростью, а его клинки мелькали так быстро, снимая с одного нападавшего полоску HP, что я невольно начал переживать, но это была агония. Через несколько секунд его завалили, и сразу после этого он улетел на возрождение, оставляя своё тело на радость победителям.

Сразу после этого в зале воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием победителей-разбойников. Немного постояв на месте, они начали обыскивать тела павших агрессоров, грубо стаскивая с них добычу.

Я понял, что ничего интересного больше не увижу, и осторожно отступил назад, к ступеням, и отменил маскировку. Дарина встретила меня широко раскрытыми глазами, и я прочитал в них не только брезгливость, относительно недавних смертей, но ещё и не прикрытое восхищение моей холодной расчётливости.

— Это… Это и правда было красиво, — прошептала она. — Ты даже толком в бой не вступил, и всего лишь одним действием решил его исход. Красавчик.

— Они сами выбрали свою судьбу, когда полезли сюда, толком не подготовившись, — парировал я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Я лишь ускорил процесс и спас пару-тройку душ для нашего не закрытого квеста. Эти неудачники все равно умерли бы, я же сделал так, чтобы они умерли, не успев при этом перебить всех разбойников в округе. Идеальный исход.

Она покачала головой, но ничего не сказала. Просто перевела взгляд на зал, где разбойники, закончив с мародерством, начали расходиться по своим постам, утаскивая тела погибших товарищей.

— Что ж, — вздохнула она, — теперь наша очередь. Только, ради всего святого, давай без очередных твоих приколов… У нас есть план?

— План? — я весело посмотрел на смурную девушку, и подмигнув ей, произнёс фразу, которой она боялась больше всего:

— Наш план прост, как утюг: пойдём и убьём тут всех!

Дарина на мою фразу закатила глаза так выразительно, что это было видно даже в тусклом свете пещеры.

— О, великий стратег! — произнесла она с таким сарказмом в голосе, что ешо не услышал бы только глухой. — А можно план чуть сложнее, чем у бульдозера? Например, с элементом внезапности? Или ты хочешь, чтобы они все дружно развернулись и зарядили нам в глотки арбалетными болтами?

— Ты зануда, — вздохнул я, но ухмылка и не думала сходить с моего лица. — Хорошо, хорошо. Видишь того здоровяка-орка с мордой, как помятый котёл? Того, что тащит тело мага?

Он явно лидер этой банды. Идиоты «Клыки» своей смертью сделали нам хороший подарок, и сейчас, пока разбойники делят тела своих врагов — у них бардак и нет координации. Идеальный момент для точечной работы.

Я указал взглядом на группу из трех разбойников, которые, потягивая из бурдюков, устроились у дальнего сталагмита, громко обсуждая свою победу.

— Я так думаю, что начну с них, устранив тихо и быстро, а там… Как карта ляжет. Ты же страхуй меня. Как только в стане врага поднимется паника — вот тогда и настанет время «утюга»…

Дарина наконец кивнула, деловито щелкнула костяшками пальцев, и произнесла:

— Не предел мечтаний конечно, ну да ладно… Для первого раза сойдёт. Погнали!

Глава 5. Беда не приходит одна

Я замер в тени сталагмита, наблюдая за разбойниками, одержавшими победу над клановой группой игроков. У них было весьма приподнятое настроение, и пока они обыскивали трупы, то и дело весело хвастались друг перед другом своей добычей.

Мне ничего не стоило воспользоваться элементом неожиданности и покрошить их всех в капусту, благо усиленные параметры позволяли не переживать за нехватку урона, однако моя цель была другой, а это значит, что нам с Даринкой придётся основательно повозиться…

Я посмотрел на напряжённо замершую девушку, и тихо прошептал:

— Дарин, я надеюсь на тебя и на твои щиты. Их слишком много и всех законтролить я точно не смогу.

Девушка на мои слова только закатила глаза, и так же тихо прошипела:

— Максимов, ты так и будешь языком трепаться, или мы наконец займёмся тем, ради чего начали войну с одной из топовых гильдий?!

Упрёк девушки был очень даже по делу, поэтому я не стал заставлять себя ждать, и тут же обновил на себе «Покров тьмы», и рванул вперед, по направлению к выбранной тройке разбойников.

Среди выбранных мной жертв был молодой орк, потрёпанный жизнью человек и какой-то непонятный мужик, слишком низкого роста. Я прекрасно понимал, что как только я нападу на эту тройку, то оставшаяся группа разбойников моментально на меня сагрятся, поэтому решил не миндальничать с ними и закончить всё максимально быстро.

Поначалу у меня были мысли по классике использовать природную магию для стана, однако при планировании своей атаки я совсем упустил из вида, что мы находимся в толще скальных пород, и использование природной магии будет тут немного затруднено…

Исходя из этих соображений в моём арсенале осталась только магия тьмы, и одно единственное заклинание из водной магии — «льдистые стрелы».

Именно этим навыком я и запустил в человека, выбрав своей целью его ноги. Разница в силе решила всё — вместо банальной заморозки моя усиленная «Льдистая стрела» с громким хрустом попросту оторвала ему ногу по колено. Неестественно громкий крик боли разорвал воздух, но я уже не обращал на него внимания, целиком сосредоточившись на оставшейся двойке.

Интерфейс зато оценил мои старания по достоинству:

>> Критический удар! Цель обездвижена (тяжелое ранение).

«Отличное начало… Теперь главное — не запороть конец…» — подумал я с приподнятым настроением, и врубился в атаку оставшихся врагов.

Орк и низкорослый мужик, которым оказался самый натуральный коренастый дварф с увесистым молотом, немного опешили от моего появления, но сразу же взяли себя в руки. Злоба и инстинкт самосохранения взяли верх над шоком. Орк с ревом размахнулся своим топором, а дварф, пригнувшись, ринулся ко мне, пытаясь выполнить подсечку.

Остальные четверо разбойников тоже не стали оставаться в стороне, и отвлекшись от мародерства с криками побежали на помощь своим товарищам.

Что ни говори, а Дарина была прирождённым саппортом. Она прекрасно контролировала поле боя, и как только новые враги ринулись в мою сторону — я тут же почувствовал, как по спине разливается знакомая энергия, которая говорила о том, что на меня один за другим были наложены два защитных барьера.

Получено благословение: «Зеркальный Щит» (Поглощение: 1500)!

Получено благословение: «Доспех Света» (+50 к сопротивлению магии)!

«Ну, теперь то потанцуем!» — криво ухмыльнулся я, после чего бесстрашно сделал шаг прямо навстречу атаке. Топор орка со свистом рассек воздух и ударил по первому щиту. Барьер затрещал, по нему побежали волны, но он выдержал! А другого мне было и не надо.

Получен физический урон: 420 HP. Зеркальный щит (1080/1500).

Я использовал полученный импульс от удара, чтобы провернуться вокруг своей оси, уворачиваясь от молота дварфа, который врезался в камень там, где секунду назад была моя нога.

Моя рука уже была вытянута в сторону орка, и дабы притормозить этого прыткого засранца я решил использовать навык «Истощение сущности». Вокруг орка тут же прямо из каменного пола поднялись три совершенно чёрные когтистые руки, состоящий из густого тумана, и что есть сил впились в его тело.

Орку это явно не понравилось, и он что есть силы закричал, пытаясь руками оттолкнуть неожиданные преграды, но всё было тщетно. Руки уже начали выкачивать из него жизнь, и по этой причине движения орка с каждым мгновением становились только медленней.

— Маладек! Отвлеки этого искателя! — закричал орк, отступая и пытаясь стряхнуть с себя наложенный дебаф.

Дварф, услышав призыв своего напарника, яростно замахнулся на меня снова, но я уже был готов и встретил его полюбившимся мне «Шёпотом паники». В следующий миг в сознание дварфа ударил импульс страха, из-за чего он споткнулся на ровном месте, а его уверенный замах сбился, в результате чего молот пролетел вообще мимо меня.

До приближения оставшейся четвёрки оставалось несколько секунд, и я решил воспользоваться этими мгновениями, активировав жнеца на паникующем дварфе, справедливо предположив, что он — один из самых опасных в этой шайке.

Счетчик квеста: 316/500.

«Ну что ж… Начало положено.» — криво ухмыльнувшись подумал я, сразу после чего подкрепление разбойников наконец-то прибыло, и мне стало не до размышлений.

— Стёп, глаза! — внезапно воскликнула Дарина, и я на одних инстинктах повиновался, зажмурившись прямо перед подступающими противниками. Сразу после этого по моим глазам резанула ослепляюще яркая вспышка, и потом я услышал новый крик Дарины:

— У тебя есть 4 секунды!

Четыре секунды — это маленькая вечность… Особенно если все твои противники ослеплены и дезориентированы от действия навыка моей девушки. Недолго думая, я поочерёдно активировал жнеца, выбирая своей целью самых крупных противников, и когда они всё-таки пришли в себя, то их численный состав существенно так подсократился.

Тот самый молодой орк, на которого воздействовал мой дебаф, сумел как-то избавиться от своего подарочка, и как раз успел увидеть, как его товарищи один за другим исчезают в чёрных языках пламени. В его глазах читался уже не гнев, а чистый, животный ужас, а спустя мгновение он вообще развернулся и бросился бежать.

— Нет уж, дружище, — прошипел я и кинул ему вдогонку «Теневое копьё», целясь по ногам чересчур шустрого орка. Промелькнувшая тень сработала не зуже острейшей гильотины, и перерубила бедняге одну из ног, из-за чего он тут же мешком свалился на пол и заскулил от боли, ужаса и беспомощности.

Оставшиеся три противника были испуганы и деморализованы, то есть были уже не бойцами, а добычей. Мы с Дариной расправились с ними даже не вспотев, после чего счётчик квеста стал показывать 322 души.

После смерти последнего разбойника в зале снова воцарилась тишина, которую нарушал только шум нашего дыхания. Весь пол зала оказался буквально залит кровью, и если бы это место увидел кто-то посторонний, то кошмарные сны ему были гарантированы…

— Мне кажется, что я никогда к этому не смогу привыкнуть, — выдохнула бледная, но собранная Дарина, после чего решительно посмотрела прямо в мои глаза и сказала одно единственное слово:

— Продолжаем?

— Продолжаем, — кивнул я, чувствуя странную смесь отвращения и удовлетворения. Мне было очень не по себе делать, то что я только что сделал, однако каждая поглощенная душа приближала меня к свободе, а значит у меня не было иного выхода.

Следующие несколько часов мы методично, как комбайн, прочесывали пещеры. Наша тактика была отработана: Дарина находила жертв — одиночных дозорных, заснувших у костра, отставших от группы. Я накладывал на них «Шепот Паники» или «Истощение сущности», а затем активировал «Жнеца».

Иногда нам приходилось вступать в короткие, яростные схватки с небольшими группами, но наша слаженность и моя возросшая сила делали свое дело. Счетчик квеста неумолимо полз вверх, приближая меня к заветной цифре: 332… 356… 387…

Постепенно мы углублялись все дальше в сердце горы, и наконец туннель вывел нас в огромную, неестественно правильную круглую пещеру. В центре этой пещеры оказался оборудован своего рода «кабинет», где на каменных стенах висели карты местности с различными пометками, а по центру стоял массивный стол, за которым сидел весьма представительного вида мужик, который взглянул на нас ТАКИМ пренебрежительным взглядом, что я моментально понял — сейчас нам будут делать очень-очень больно.

Мужик тем временем проворчал грубым голосом:

— Как же вы мне надоели…

Сразу после этого он одним резким движением отодвинул себя от стола, и вскочив на ноги, ринулся в нашу сторону с очень ярко выраженными намерениями показать нам наше место…

Это оказался как раз тот самый случай, когда говорят, что у страха глаза велики. Нет, бой действительно был долгим и изматывающим. Вожак разбойников бился весьма профессионально, вызывая из-под земли каменные шипы, стреляя сгустками энергии и пытаясь раздавить нас гравитационными полями…

Но благодаря нашей отработанной тактике, которая заключалась в том, что Дарина ВСЕГДА держалась так, что между ней и боссом был я, и постоянно обновляла на мне защиту, целиком отрешившись от остальных раздражающих факторов. Она и правда выкладывалась по полной, ее щиты трещали и гасли один за другим, исцеление едва поспевало за получаемыми повреждениями, но всё было не зря.

Мой астрономический урон тьмой очень быстро уменьшал запасы здоровья нашего врага, и если честно — мысленно я уже начинал праздновать победу, как вдруг в тот момент, когда уровень здоровья босса опустился до критической отметки, его фигура внезапно напряглась, и по ней совершенно перестал проходить какой-либо урон.

Я напрягся, готовясь к какому-то ультимативному навыку противника, одна реальность оказалась куда как хуже… Голова предводителя разбойников неожиданно повернулась так, как совершенно не способна поворачиваться у живого человека, после чего уставилась прямо на меня, и в следующий миг из неё раздался голос. Но это был не голос босса… Это был холодный, безжизненный, идеально модулированный машинный голос, от которого застыла кровь в наших жилах.

— ВНИМАНИЕ ИСКАТЕЛЯМ! ОБНАРУЖЕНО НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО В ИГРОВЫЕ СТРУКТУРЫ В ВИДЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ АНОМАЛЬНОГО ПАТТЕРНА УДАЛЕНИЯ NPC!

ДАЛЬНЕЙШЕЕ СТИРАНИЕ ИГРОВЫХ СУЩНОСТЕЙ БУДЕТ ВОСПРИНЯТО СИСТЕМОЙ «АВЕССАЛОМ» КАК ДЕЙСТВИЯ ВРЕДОНОСНОГО ПРОГРАММНОГО ОБЕСПЕЧЕНИЯ, ПОСЛЕ ЧЕГО СООТВЕТСТВУЮЩИЕ КАРАТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ БУДУТ ПРЕДПРИНЯТЫ НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО!

Сказать, что мы ошалели — это считай промолчать. Услышав этот голос мы с Дариной замерли, не в силах пошевелиться. Он звучал настолько чуждо, и настолько… Проникновенно, что я сразу же безоговорочно ему поверил, и не стал активировать жнеца, как планировал до этого. Просто добил разбойника обычным теневым копьём, и повернувшись к Дарине увидел у неё совершенно такие же расширенные от испуга глаза, как у меня.

Награда за подземелье автоматически упала в наши инвентари, и системные логи отчаянно замигали, требуя к себе внимания, но нам было не до того. Мы смотрели друг на друга, и в наших глазах читался один и тот же ужас… Система заметила нас. По-настоящему заметила, и вынесла первое китайское предупреждение.

Я совершенно механически открыл интерфейс квеста от Аланы, и бездумно уставился на счётчик душ: 495/500.

Не хватало пяти. Всего пяти. Это было даже не смешно…

После такого внимания мне не хотелось оставаться в игре даже лишней минуты, поэтому я сказал охрипшим голосом:

— Дарин… Нам срочно надо выйти в реал, и… обсудить всё произошедшее.

Дарина лишь молча кивнула, после чего подошла ко мне, и обняла, положив голову на плечо.

— Ты чего? — удивился я совершенно не уместному проявлению нежности, на что девушка устало вздохнула, и произнесла:

— Максимов, ну прекращай ты уже тупить! Ты собрался выходить прямо тут? В логове босса? И что будет с нами, когда мы вновь зайдём в игру?

Я мысленно поморщился, признавая правоту девушки, после чего оглянулся по сторонам и нашёл подходящую линию силы буквально в паре метров от нас. Приблизившись к ней, я прижал свою девушку к себе, случайно несколько переборщив с силой, после чего активировал свой навык «Путь силы».

В этот раз путешествие сквозь скальные породы выдалось существенно легче, и совсем скоро мы оказались на поверхности горы, внутри какой-то пещеры. Это место было единогласно признано нами как подходящее, после чего мы молча активировали логаут, и уже совсем скоро я поднимался из открытой капсулы у себя в квартире…

Не успел я подняться из капсулы, как на столе запел телефон. Приблизившись к нему, я увидел имя Дарины и тут же снял трубку. Девушка не стала утруждать себя приветствиями и тут же протараторила:

— Стёп, должна сказать, что это было очень стрёмно! Этот голос… Его интонации до сих пор у меня в голове, и это просто писец как страшно!

— Да я сам… Под впечатлением… — задумчиво ответил я девушке, на что она немного подумала, и сказала:

— Этот «Авессалом»… Надо узнать что это за штука такая…

— Ага, сейчас позвоню ведущему геймдиву и спрошу у него! — скептически сказал я, после чего услышал в трубке тяжелый девичий вздох:

— Максимов, ты неисправим… Помнишь Ромку Синельникова? Из группы? Я слышала, что он устроился куда-то в Альтис, можно попробовать аккуратно его расспросить…

— Я с этим снобом никогда не общался. — покачал я головой, будто собеседница могла меня видеть.

— Да ты ни с кем не общался, кроме своих обожаемых игрушек! — поддела меня девушка, и тут же добавила:

— Ладно, этот вопрос я беру на себя. Ща напишу ему, а там уже видно будет…

На этом мы и порешили, после чего сразу попрощались, и я снова оказался предоставлен сам себе. Дел у меня особых не было, поэтому я решил просто полежать на диване, переваривая произошедшие события, и конечно же сам не заметил, как уснул.

Артур

Артур Лютов лениво перелистывал страницы отчета о деятельности одного из дочерних фондов своего отца. Кабинет в их родовом особняке был огромным, тихим и до смерти скучным. Вся эта финансовая возня наводила на него тоску, ведь в настоящий момент его мысли были там, в Эринии, где его гильдия «Алые Клыки» только что потерпела унизительное поражение от каких-то нубов.

Его телефон завибрировал, нарушая тишину, и увидев незнакомый номер Артур нахмурился, но всё-таки ответил.

— Алё, — раздался в трубке хриплый голос с густым, узнаваемым кавказским акцентом. — Артур, салам алейкум. Это Аслан.

— А, Аслан, — Артур откинулся в кресле, и нетерпеливым голосом спросил:

— Ну что? Есть что-то по моей просьбе?

— По девке — есть, — без предисловий ответил Аслан. — Ждульетта. Настоящее имя — Дарина Шмелева. Проживает в Москве, стандартная двушка в спальном районе на «Теплаке». Нигде не работает, никакой серьезной защиты не имеет, можем взять в любое время.

«Идеально!» — подумал Артур, довольно ухмыльнувшись. – А второй? Атон-Д’Арим?

Тут Аслан помолчал, и в его голосе послышалось редкое для него напряжение. — С этим… проблемы, брат. Парень как будто шайтанов призрак! Мой брат по всякому пытался зайти — ничего. Полный глушняк. Такого игрока как будто не существует. Кто-то очень серьезно постарался, чтобы стереть всю инфу про него…

Артур на несколько мгновений задумался, постукивая пальцем по столешнице из красного дерева, а потом его лицо расплылось в кривой, холодной ухмылке.

— Ничего. Аккуратно, без шума, цепляйте девку, и отвезите на какую-нибудь одноразовую хату на окраине. Когда придёт в себя — пусть позвонит этому ушлёпку и сообщит о своём положении.

Больше чем уверен, что этот «призрак» моментально примчится на зов своей подстилки, и там то его и надо брать. Думаю нам будет о чем поговорить...

Глава 6. Последствия

Степан

Проснулся я от того, что все тело затекло, а шея настолько сильно ноет, что повернуть головой вообще не представлялось возможным.

Открыл глаза — и вижу потолок своей квартирки с знакомой трещинкой в углу, вот только ракурс… С трудом поворачивая голову под натужный скрип позвонков я понял, что мало того, что уснул на диване, так ещё и спал, судя по всему, в самой неудобной позе, которую только можно представить — скрючившись, с ногой, закинутой на спинку.

«Что ж это меня так срубило то… Будто неделю не спал…» — озадаченно подумал я, и тут ощутил, что после сна в горле пересохло, а голова гудит, словно растревоженный улей.

Но всё это было милыми цветочками по сравнению с тем, что происходило у меня в желудке. Он издавал такой оглушительный, звериный рык, что без лишних размышлений я осторожно поднялся с дивана, и разминая затёкшие мышцы медленно направился в сторону кухни, с тупой надеждой, что за время моего отключения в холодильнике случилось чудо и там вырос аппетитный кусок жареного мяса.

Чуда конечно же не произошло, и холодильник встретил меня ровно тем скудным ассортиментом, который был до моего крайнего погружения. Моё внимание привлекли банки в самом дальнем углу на верхней полке, и когда я всё-таки достал их, то с мрачным удовлетворением констатировал — тушёнка!

Держа в руках холодную, немного липкую банку, я смотрел на неё и чувствовал, как во мне поднимается волна какого-то дикого, иррационального скепсиса…

Я с недавних пор являюсь чёртовым миллионером, у меня на счету лежит куча денег, которые с лёгкостью могут изменить всю мою жизнь, а я стою на холодной кухне, в заношенной майке, и собираюсь есть эту непонятную тушенку сомнительного качества. Это же просто абсурд какой-то!

Мысль сходить в магазин мелькает яркой, но короткой вспышкой, однако я тут же наступаю на горло своей же, въевшейся в подкорку бережливости, после чего достал свой потрепанный смартфон и впервые в жизни начал искать приложение доставки еды.

Раньше я всегда смотрел на эти приложения как на диковинку для богатых бездельников, а теперь получается и сам такой… Бездельник с миллионами.

Процесс скачивания тянулся мучительно долго, а живот по прежнему требовал к себе внимания. Чтобы хоть как-то притупить ноющее чувство голода, я налил себе стакан воды, и именно в этот момент мой взгляд упал на часы, отображаемые на экране мобильного…

Они показывали без двадцати четыре! То есть, без двадцати четыре часа дня! Я умудрился проспать больше десяти часов, хотя даже не планировал этого делать! Думал просто немного полежать… Немного затянулось на полсуток…

В голове моментально появилась тревожная мысль о Дарине: Где она? Почему не звонила и не искала меня? Странно. Она же должна была отчитаться о своём разговоре с нашим одногруппником, а тут — тишина…

«Слишком не типично для Дарины…» — успел подумать я, и тут, словно подслушивая мои мысли, телефон вдруг ожил у меня в руке. Глянув на экран — я увидел имя своей девушки, и испытывая облегчение и странную тревогу, вызванную тем, что она совершенно не типично для себя звонила по видео связи.

Я бегло оценил свой внешний вид: помятая майка, растрепанные волосы, щетина… Выгляжу, мягко говоря, не ахти, а с другой стороны… Что там Дарина не видела? Так что я плюю на всё, и натягивая на себя самое ласковое, какое только могу изобразить, выражение лица. Принимаю вызов.

— Малыш, ну наконец-то! Я тут немного поспа… — начинаю я радостным голосом, но спустя мгновение он обрывается на полуслове… Ласковая улыбка сползла с моего лица, оставив место неимоверному удивлению и… злости.

На картинке была не её комната. На заднем плане — какие-то грязные, обшарпанные стены с отслаивающейся краской. Тусклый, желтоватый свет, падающий откуда-то сверху, вероятно, от единственной лампочки без плафона, и она… она…

Моё сердце просто остановилось, а в груди образовалась пустота, в которую с рёвом хлынул ледяной ужас, плавно трансформирующийся в чистую, ничем не замутнёную ярость.

Моя Дарина сидела на каком-то стуле и её руки были грубо заломлены за его спинку, связанные верёвками, впивающимися в запястья. Волосы, всегда такие ухоженные и мягкие, были спутаны и испачканы в чём-то тёмном… Земля? Грязь?

На лице… Боже, её лицо напоминало собой футбольный мяч, целиком состоящий из синяков. Левый глаз заплыл полностью, превратившись в багрово-синюю щель, а из носа и уголка рта тянулись засохшие, темные дорожки крови.

Во рту у девушки был заткнут грязный, мятый кляп из какой-то тряпки, и именно в таком виде она смотрела в камеру единственным, широко открытым, полным немого ужаса и слез, здоровым глазом. Слезы текли по её щекам, смешиваясь с кровью и грязью, оставляя на нём светлые полосы…

В полном шоке я не мог издать ни звука. Просто смотрел, не веря своим глазам, пытаясь отвергнуть, отменить эту картинку, которая вдруг дернулась, камера зашаталась, и сразу после этого на экране появилось совсем другое лицо.

Бородатый мужик, с жесткими, колючими чертами лица и маленькими, злыми глазками. Он смотрел прямо в камеру и мерзко, самодовольно ухмылялся, обнажая желтые зубы.

— Ну что, шкет, привет, — его голос был хриплым, с явным кавказским акцентом. — Видал, в каком виде твоя подстилочка? Красивая, да? — Он самодовольно хохотнул. — Слушай сюда, и запоминай. Если хочешь забрать её живой и относительно целой — значит, у тебя есть ровно час. Ровно час, чтобы подъехать по адресу. Записывай…

Он четко, по слогам, продиктовал адрес. Улица Воинов интернационалистов, дом 14, квартира 89. Быстро глянув на карте, я констатировал, что это оказались Люберцы.

«Конечно, где же ещё собираться таким типам, как не в Люберцах…» — подумал я, вспомнив свои курьерские будни, и насколько там была не спокойная в плане криминала обстановка.

Я слушал мерзкий голос этого ублюдка, и во мне все замирало и одновременно закипало. Каждая клетка тела кричала от дикого бешенства и мерзкой беспомощности, а он тем временем с кривой ухмылкой продолжал:

— И ещё… Если вдруг в твою тупую башку придет глупая мысль позвонить ментам, то бабу свою получишь по частям, понял? У тебя ровно час, шкет. Время пошло.

После этих слов связь мгновенно прервалась, а экран погас, отразив мое собственное, бледное, искаженное ужасом и яростью лицо.

Я несколько мгновений продолжал сидеть с телефоном в руке, не в силах пошевелиться, а потом из моей груди вырвался тихий, сдавленный стон, переходящий в настоящий рык. Я швырнул телефон об стену так, что он разлетелся на куски, но это не помогло. Перед глазами до сих пор стояла картинка моей избитой девушки, прикованной к стулу…

Ярость. Бешеная, всепоглощающая ярость затопила меня, выжигая весь страх и всю нерешительность. Дарина. Она была единственным светлым, чистым и добрым, что было в моей дерьмовой жизни. И эти твари… Эти твари посмели поднять на неё руку…

Я медленно поднялся с пола, а руки сами собой сжались в кулаки так, что кости затрещали. Я посмотрел на осколки телефона на полу и пообещал сам себе, тихо, но очень четко: они ответят. Они ответят за каждую слезинку, за каждую каплю её крови. Они будут умолять о пощаде, но не получат ее.

Вспомнив последние слова бандита, я криво усмехнулся: Полиция? Нет. Ни в коем случае. Эти уроды правы — полиция только все испортит. Начнутся переговоры, операции, и в этой неразберихе ее запросто могут убить… Нет. Это мое дело. Только мое.

Я вспомнил о своих… навыках. О том, что пришло ко мне из Эринии… И я чувствовал, что тьма во мне медленно, но верно просыпается, даруя холодную, стальную решимость. Мстительная ухмылка сама собой исказила мое лицо, после чего в голове пронеслась мысль:

«Нет, в полицию я не пойду. Я сам буду вашим судом и карой.»

Я забыл про голод, про усталость, про все на свете. Только адрес в голове и ее лицо перед глазами. Оделся на полном автомате: темные штаны, темная кофта, кроссовки. Схватив из потайного места наличку, откладываемую на чёрный день, выбегаю из квартиры, и снося всё на своем пути, слетаю по лестнице вниз.

Выскочив на улицу, я мысленно укорил себя за разбитый телефон, ведь теперь даже тупо такси не вызвать!

Обежав дом, я выскочил на проезжую часть, и вот оно — старый, видавший виды «Солярис» с заветными шашечками на крыше как раз подруливал к светофору, на котором загорелся красный сигнал. Я не раздумывая, кидаюсь к нему, распахиваю дверь и запрыгиваю на заднее сиденье.

— Люберцы, — выдыхаю я, запыхавшись. — Улица Воинов интернационалистов 14! Очень срочно!

Водитель обернулся ко мне, явно возмущённый моим беспардонным поведением, и я без особого удивления увидел парня лет тридцати пяти, с южным загаром и узбекскими чертами лица.

— Эй, да, у меня заказ! — попытался уйти в отказ водила, но я знал волшебное слово:

— Если быстро довезешь — плачу за поездку втройне! Три счетчика! Быстрее!

Язык денег, он универсален. Глаза водителя мгновенно загораются алчностью, он резко кивает, после чего его лицо становится сосредоточенным и серьезным.

— Делаем, брат! — бросает он коротко и с такой уверенностью, что на миг вселяет в меня надежду. Он резко включает передачу и буквально вдавливает педаль газа в пол, даже толком не дожидаясь зелёного…

«Солярис» с воем сорвался с места, и мы помчали на выезд из моего спального района, чтобы через несколько минут быть уже на МКАДе, где нас встретила она — привычная, ненавистная, многокилометровая пробка. Сплошная река из металла, еле ползущая вперед. Увидев это совсем не радостное зрелище моё сердце провалилось куда-то в район ботинок. Час… они дали мне всего час, а мы тут встряли…

Однако у моего водителя оказались свои взгляды на происходящее. Он ни капли не унывая с лицом, на котором выражалось полное презрение к правилам и другим участникам дорожного движения, прижался к бамперу какого-то джипа, а потом лихо нырнул в крайний левый ряд, который хоть немного, но двигался.

Он работал рулем и газом с яростной концентрацией, проскальзывая в малейшие щели, подрезая, игнорируя гудки и возмущенные крики. Проскочив вечно стоящий съезд на Варшавку дорога стала менее загруженной, и водитель без раздумий помчался по обочине, возвращаясь в ряд только перед камерами, после чего снова нырял на обочину.

За нами тянулся настоящий шлейф негодующих гудков и криков, но он с полным пофигизмом обращал на это внимания чуть больше, чем никак.

Он нёсся так, будто за нами гонятся все джихады этого мира, заставляя меня невольно восхищаться как его способностями, так и способностями старенького на вид «Соляриса». Я вжимался в сиденье, сжимая поручень и молился всем богам, которых только знаю, но делал это не за себя. За нее. Лишь бы успеть…

Не знаю как он это сделал, но каким-то чудом через тридцать пять минут, которые показались мне маленькой вечностью, он резко затормозил, после чего повернулся ко мне, и с горящими глазами сказал:

— Братан, приехали. Дом вот этот, — он показывает на девятиэтажное потрёпанное здание, такое же убогое, как и всё вокруг.

Я судорожно пошарив по карманам, вытащил всю наличность, что успел схватить из дома сунул ему в руки, краем сознания отмечая, что там явно сильно больше оговорённой суммы, но если честно — мне было плевать.

— Жди здесь! — бросаю я ему, выскакивая из машины.

— Ждать? — переспрашивает он. — У меня работа!

— ЖДИ! — рычу я уже через плечо и бегу к подъезду.

Я вылетел из такси, не оглядываясь. Слова водителя потерялись где-то позади, смытые адреналином и одной-единственной мыслью, стучавшей в висках в такт бешено колотящемуся сердцу: 89-я квартира.

Девятиэтажный жилой дом мрачно возвышался передо мной, и его облезлые стены казались мне символичными — все в этом мире было таким же обшарпанным и гнилым изнутри.

Я рванул к подъезду, моя рука сама потянулась к ручке двери, которая конечно же, не поддалась моим усилиям. Кинув дикий взгляд на панель домофона я подумал, что эти твари скорее всего ждали, что я буду звонить, вежливо предупреждая о своем визите, как порядочный лох, пришедший на заклание.

Холодная ярость моментально затопила моё сознание. Мне было плевать кто и что увидит, плевать на последствия… Единственное, что имело для меня хоть какое-то значение, находилось прямо за этой дверью.

Я приблизился вплотную к холодному металлу, закрыл глаза на долю секунды, ощущая внутри себя знакомый, прохладный поток энергии, после чего воспроизвёл ощущения активации «Теневого шага»… И оказался внутри. Резкий запах старого линолеума, затхлости и чего-то кислого ударил в нос, но я даже не думал обращаться на это внимание.

К счастью подъезд был пуст и совершенно тих. 89-я. Я помчался по лестнице, перепрыгивая через ступеньки, практически не касаясь их. Тело работало на автомате, выжимая максимум из мышц, подпитанных адреналином и чёрт пойми чем ещё.

Во время этого забега я заметил нечто новое. Раньше, чтобы поймать чью-то мысль, мне нужно было хотя бы мельком увидеть человека, а сейчас… Сейчас, в этом состоянии предельного стресса и концентрации, мой разум будто вышел из берегов. Он стал радаром, улавливающим малейшие психические вибрации. Мимо моего сознания, словно обрывки радиопередач, проносились чужие жизни, чужие заботы.

«…картошка кончилась, надо бы сбегать… опять эти вечные очереди…» –, усталая мысль какой-то женщины около плиты. «…свалить бы к Сашке, в гаражи, да эта мегера сразу…» — ленивая мысль мужика на диване. «…как же так… Он же сказал что успел убрать… мама меня убьет…» — панический ужас девочки-первокурсницы, узнавшей о беременности.

Эти мысли вспыхивали и сразу же гасли, как искры костра, ни на мгновение не задерживаясь в моём сознании. Они были не тем. Я искал другое… И вот, на восьмом этаже я наконец это почувствовал. Грязная, животная похоть с диким, нетерпеливым предвкушением. Азарт охотника, уверенного в своей добыче, и… страх. Чужой, слабый, женский страх, который резал мне душу острее любого ножа. Дарина.

Я взлетел на этот пролёт, и даже не заметил, как очередным теневым шагом преодолел дверь, отделяющую лестничную клетку от площадки с квартирами.

Тишина… Но не полная. Из-за двери под номером 89 доносились приглушенные голоса, и моей способности соображать хватило, чтобы не врываться с шашкой наголо, а постараться сначала оценить обстановку…

Прислонившись к холодной поверхности стальной двери, я прислушался к происходящему, стараясь дышать потише.

— …ну чего тянуть-то, Аслан? — хриплый, настойчивый голос с густым акцентом. — Шкет-то ещё час тащиться будет по пробкам, если вообще не обосрется и не побежит к ментам. Давай уже, попользуемся бабой, а то она вон вся истосковалась уже по мужскому вниманию!

Меня передернуло от омерзения. Картины, которые нарисовало мое воображение, были такими ясными и отвратительными, что мне стоило больших трудов остаться на месте, и не раскрыть себя.

— Заткнись, идиот! — раздался другой голос, более властный и злой. Это был тот, кто говорил со мной по видео. Главарь. — Сначала нужно закончить дело. Дождёмся лоха, сообщим об этом нашему заказчику, получим свои бабки, а потом… потом уже можно и позабавиться. А сейчас руки прочь. Понял?

— Ага, понял, — нехотя пробурчал первый голос.

Пока я слушал происходящее, то очень чётко определил, что внутри квартиры находилось трое, плюс Дарина. Итого четверо. Их мысли были для меня как открытая книга, полная грязи, насилия и алчности.

Приговор они в моих глазах подписали себе сами. Больше я не собирался просто забрать Дарину и уходить, нет… Они должны были ответить, и они ответят. За каждый ее испуганный взгляд, за каждую пролитую слезинку.

Глава 7. Когнитивный диссонанс

Я снова ощутил, как реальность вокруг меня податливо изгибается, но на этот раз, прежде чем применить шаг тени, я ещё и активировал покров тьмы, из-за чего моя фигура растворилась, став самой натуральной тенью, невидимой и неслышимой. Ещё один шаг — и я уже внутри квартиры.

Прихожая была темной и тесной. Пахло старым табаком, потом и чем-то едким, вроде дешевого одеколона. Из комнаты напротив доносилось прерывистое, тихое всхлипывание, а с кухни, слева, доносились те самые голоса и звон посуды.

Быстро заглянув на кухню, я не заметил ни у кого из них огнестрела, только примитивная, грубая сила и уверенность быдла, которое знает, что оно тут хозяин. Идеально.

Я замер в дверном проеме кухни, пристально оглядывая своих будущих жертв. Трое. Двое помоложе, коренастые, с наглыми, тупыми лицами, сидели за столом, уставленным бутылками пива и объедками, а третий, тот самый бородач — Аслан — стоял у раковины, закуривая сигарету. Он был крупнее, с тяжелым, жестоким взглядом хозяина зверинца.

Увидев всё что хотел, я сбросил маскировку. Просто взял и появился, после чего продолжил молча стоять в дверях, с абсолютно пустым лицом, и смотреть на этих тварей.

Первым меня заметил Аслан. Его глаза расширились от изумления, потом сузились от злости. Он швырнул сигарету в раковину и смачно дал подзатыльник ближайшему подручному.

— Али, я сколько раз тебе, идиоту, должен говорить, чтобы ты закрывал за собой дверь в хату?! — проревел он. — Опять нараспашку оставил? Как этот шкет тут оказался?

Тот, кто получил по шее, испуганно заморгал, озираясь, и оправдываясь произнёс:

— Да я Аллахом клянусь, закрыл, Аслан! Я же щеколду…

— Заткнись! — рявкнул Аслан и медленно, с насмешливой ухмылкой, повернулся ко мне. Его дружки тоже оправились от шока и начали ухмыляться, предвкушающе переглядываясь. Им казалось это забавным — лох сам пришел на бойню.

— Ну что, пацан, — начал Аслан, делая шаг ко мне. Он был на голову выше и вдвое шире в плечах. — Быстро ты примчался, я тебе дал час, а ты тут как тут. Решил свою сучку выручать? Синдром героя?

Его приятели заулюлюкали, подбадривая:

— Давай, Аслан, покажи ему! Втащи, чтоб знал своё место!

Как бы они не старались — меня это нисколечки не задевало. Совсем. Внутри все было холодно и пусто, ведь я уже всё для себя решил. Я определил главного, а остальное было шумом.

Аслан подошел почти вплотную, его дыхание с запахом табака и чеснока било мне в лицо похлеще перцового баллончика:

— Что, даже ничего не скажешь? Обосрался совсем, да?

Я посмотрел ему прямо в глаза. Мои губы едва дрогнули, после чего я тихим голосом проронил:

— Зря вы тронули её… Очень зря.

В глазах Аслана мелькнуло недоумение, от не типичного поведения жертвы, которое очень быстро сменилось злостью. Он собрался что-то сделать, но было уже поздно.

Я не стал двигаться, не стал замахиваться… Я просто послал в него свой излюбленный навык — Шёпот паники. Он удивительно хорошо усилился моим состоянием и эффект оказался… Впечатляющим.

Лицо Аслана мгновенно исказилось, а его уверенность испарилась в один миг. Глаза выпучились от внезапного, животного, необъяснимого страха, после чего он отшатнулся от меня, врезаясь в стол, и издал странный, сдавленный вопль, больше похожий на визг затравленного зверя:

— Ч-что?.. Нет! Отстань! Изыди!!!

Его товарищи остолбенели, не понимая, что происходит, а их хохот замер на полуслове. Второй, тот, что сидел ближе ко мне, первым осознал, что скорее всего я что-то сделал с их боссом и поднялся, потянувшись рукой к заткнутому за пояс охотничьему ножу.

Я даже не посмотрел на него. Просто не задумываясь метнул в него «Истощение сущности». Игровые навыки получались у меня так легко, словно я всю жизнь их применял, но сейчас я об этом не думал. Сейчас я убедился, что теневые руки существенно уменьшили прыть моего врага, который вдруг побледнел, как полотно, и выкинул его из головы.

Нож выпал из ослабевших пальцев бандита с глухим стуком, а сам он хрипло дыша схватился за сердце и медленно сполз под стол, словно какая-то тряпичная кукла.

Третий, самый молодой, смотрел на это всё ошарашенным взглядом, застыв с бутылкой пива в руке. Его глаза были круглыми от ужаса и непонимания. Он смотрел на своего орущего от страха главаря, на своего друга, безвольно распластавшегося на полу, и на меня — неподвижного, молчаливого, самого страшного из всего, что он видел в жизни.

Его мысли ударили по мне волной чистого, неразбавленного животного ужаса: «Демон… Это демон… Надо бежать…»

Но по понятным причинам в исполнении этого желания он не преуспел. Я посмотрел на него безразличным взглядом, и прекрасно чувствуя его гнилую натуру, тут же активировал то, что раньше использовал только на монстрах в игре… Если кто не понял — сейчас я имею в виду жнеца.

Вокруг этой твари мгновенно вспыхнуло жадное чёрное пламя, которое за считанные мгновения полностью его поглотило и так же быстро исчезло, оставив от живого человека лишь небольшую кучку праха, которую, впрочем, сразу же залило пиво из упавшей бутылки…

«Теперь второй. Он тоже не нужен.» — хладнокровно подумал я, и перевёл свой взгляд на того, что лежал под столом и слабо хрипел, не способный ни на что. Я наклонился над ним, поймав его полный слепого отчаяния взгляд, и тут же повторно активировал Жнеца… Который не активировался.

Вместо этого на меня накатила резкая слабость, от которой я сам чуть не упал, прямо на распластанное по полу тело. Сначала я не понял причины странного недомогания, а потом осознал, что в этом мире у меня не было подарка Аланы, а это значит, что у Жнеца ещё просто не прошёл откат…

Мне совсем не хотелось давать этому засранцу возможность придти в себя, поэтому мысленно пожав плечами, я просто и без затей отсёк его тупую голову копьём тьмы.

С этого момента тишину на кухне нарушал только истеричный, захлебывающийся вой Аслана. Он бился головой о стену, царапал себе лицо, бормоча что-то бессвязное о демонах и тенях. Он был сломлен, уничтожен моим шепотом паники, но мне было нужно больше…

Я подошел к нему, встав прямо над ним, но не смотря на это он не видел меня, забившись в угол и закрыв голову руками.

— Аслан, — сказал я тихо.

Услышав мой голос — он вздрогнул, как от удара кнута, и замер, всё так же не поднимая на меня своих глаз.

— Кто тебя нанял?

Он затряс головой, тихо причитая: — Нет… не могу… он убьет… хуже чем убьет…

— Он уже тебя убил, — мои слова были холодны, как лёд. — Просто ты ещё не понял этого. Скажешь имя — твои мучения закончатся быстро, а если не скажешь… — я сделал паузу, давая ему прочувствовать весь ужас своего положения, — … я сделаю так, что текущее твоё состояние будет цветочками по сравнению с тем, что тебя будет ждать.

Он поднял на меня своё искаженное безумием лицо, и в его глазах я увидел не шуточную борьбу между страхом перед мной и паническим ужасом перед тем, кто его послал.

–Артур… — наконец выдохнул он, буквально выплёвывая это имя. — Артур Викторович… его все зовут просто Артур…

— Где он живёт? — требовательно спросил я, на что сразу же получил ответ:

— Особняк… за городом… по Киевскому шоссе… поворот на Петрищево… там только один особняк за забором… все знают…

Он выпалил всё это на одном дыхании, словно боялся, что я передумаю и заберу свой «подарок» — быструю смерть. Я же молча смотрел на него несколько секунд, а потом мои губы растянулись в кривой, безрадостной ухмылке, после чего я сказал:

— Молодец, Аслан. Хороший мальчик. Сдал своего хозяина с потрохами, как последняя крыса.

В его глазах мелькнуло что-то — может быть, остаток гордости, может, просто животный страх… Но было уже поздно. Я поднял руку, но не для того, чтобы прикончить его… Вернее не так.

Сначала я хотел сделать именно это, но потом вспомнил о состоянии Дарины, и без малейших раздумий активировал на бандите навык «Жизнь в аренду». Между телом Аслана и мной моментально установился энергетический канал, но благодаря контролю магических потоков я смог перекинуть свой конец, выбрав целью девушку за стеной.

Когда навык заработал — Аслан вдруг затрясся. Его глаза вылезли из орбит, а рот открылся в беззвучном крике. Он будто сдувался на глазах, как проколотый воздушный шарик. Кожа сморщилась, обтягивая череп, волосы поседели и посыпались.

Через несколько секунд на полу лежал не могучий детина, а высохший, безжизненный мумифицированный труп, обтянутый кожей. Вся его жизненная сила, вся его грубая энергия ушла по проложенному мной каналу, чтобы исправить то, что они натворили…

Я обернулся и с помощью тени шагнул прямо в комнату к девушке.

Дарина все так же сидела, привязанная к стулу, склонив голову на грудь, но теперь её дыхание было глубже и ровнее. Синяки на лице не исчезли, но уже не выглядели такими свежими, как были раньше. Глядя на них складывалось ощущение, что после их нанесения прошло не несколько минут, а несколько дней.

Грязь и кровь всё ещё щедро пачкали её кожу и одежду, но сам цвет лица стал существенно здоровее и естественней. Сейчас она была без сознания, но теперь это был исцеляющий, восстановительный сон, а не беспамятство от боли и шока.

Я сорвал с её рта грязный кляп, после чего перерезал веревки на запястьях и лодыжках острым краем того самого ножа, что выпал из рук второго бандита. Тело девушки начало мягко сползать на пол, но я не позволил совершится такому кощунству, подхватив её на руки, краем сознания отмечая, что она была невероятно лёгкой и хрупкой.

Я прижал её к себе, зарылся лицом в её спутанные волосы, вдыхая знакомый, родной запах, смешанный с запахом крови и страха, и впервые за весь этот кошмар что-то внутри меня дрогнуло. Ледяная скорлупа, сковавшая меня, дала трещину, и сквозь неё хлынула такой адский коктейль из боли, нежности и ярости, что меня аж немного покачнуло.

— Все хорошо, Дарь, — прошептал я, сам не до конца веря своим словам. — Все кончено. Я здесь. Я с тобой.

Она на эти слова даже не шевельнулась, и только ровное, глубокое дыхание говорило о том, что она жива и сейчас её тело активно залечивало себя, используя украденную у Аслана жизнь.

Повернувшись на месте, я развернулся и пошел к выходу, переступая через высохшее тело главаря. Мне было плевать на всех, кто был в этой квартире… Они заслужили то, что с ними произошло.

Я не хотел тревожить энергетику Дарины лишними магическими манипуляциями, поэтому вышел на площадку как все обычные люди — через дверь. Лестница промелькнула мимо меня с такой скоростью, что я даже не заметил этого, и уже совсем скоро оказался на улице.

Таксист покорно ждал меня, нервно куря у своей машины. Его глаза округлились, когда он увидел меня с окровавленной, но явно живой и даже немного похорошевшей девушкой на руках.

— В больницу? — выдохнул он, бросая окурок.

— Нет, — резко оборвал я его. — Домой. Тот же адрес. Быстрее.

Он кивнул, не задавая лишних вопросов, и распахнул дверь. Я устроил Дарину на заднем сиденье, пристегнул ее и сел рядом, прижимая ее голову к своему плечу.

Машина тронулась. Я смотрел в темное стекло, на мелькающие огни ночного города, и не видел их. Перед глазами стояло избитое лицо моей девушки. И имя. Артур. Теперь я знал, с кем имею дело. И этот Артур Викторович следующий. Он даже представить не мог, что за буря на него надвигается.

Машина стремительно неслась по вечерним улицам, оставляя за собой зловещую многоэтажку в Люберцах. Я сидел на заднем сиденье, прижимая к себе Дарину, и старался не думать ни о чем, кроме ровного звука ее дыхания. Казалось, весь мой мир сузился до пространства этого старого «Соляриса», и до хрупкого тепла её тела в моих руках.

Периодически я ловил на нас задумчивые взгляды водителя, и тут он наконец не выдержал, и пристально глядя на нас через зеркало заднего вида, таксист, с серьезным и озабоченным лицом сказал, практически не коверкая язык:.

— Братан, я не знать, что там был… не хочу знать. Но… — он кивнул в сторону Дарины, — …девущка… она плохо выглядит. Очен плохо. Злые люди были там. Ехать домой — плохая идея.

Я молчал, сжимая зубы от бессильной злобы, понимая что он был прав, черт возьми. Я видел, в каком она состоянии. Да, «Жизнь в аренду» дала ей силы, залатала самые страшные повреждения, но синяки, ссадины, шок — никуда не делись. Ей просто жизненно необходим был врач, желательно на пару с психологом, а ещё покой. Но куда её везти? В больницу? Светиться?

— В Москве, братан, — продолжал водитель, словно читая мои мысли, — на каждом углу висит камеры. Проследить такую тачку, как моя, — раз плюнуть. Менты быстро выйдут на номер, а по номеру — на адрес. На твою хату. Приедут, начнут вопросы задавать… — Он многозначительно замолчал.

Ледяная прозорливость его слов обожгла меня. Я так горел желанием просто оказаться дома, спрятаться в четырех стенах, что напрочь забыл о современных реалиях.

Я только что оставил в квартире три трупа, один из которых высох, как мумия. Рано или поздно их хватятся и обязательно найдут. И да, первое, что сделают — начнут пробивать все машины, заезжавшие в этот двор, где будет прекрасно видно «Солярис», который ждал меня у подъезда на самом виду.

— Что делать? — хрипло спросил я, больше сам у себя, чем у него, и к моему не малому удивлению — он ответил!

— Я помогать тебе! — тут он увидел мой скептический подозрительный взгляд, и тут же, немного смущаясь, добавил:

— На сестру моя сильно похожа… Грех не помочь!

Сразу после этого он дождался ближайшего разворота и развернулся в сторону области. Ехали мы минут тридцать, и всё это время водитель ехал предельно осторожно, соблюдая все правила движения, одновременно экспрессивно с кем-то болтая по телефону на своём родном языке, а я не мешал ему, целиком сосредоточенный на девушке в моих объятиях.

В конце концов водила съехал на какую-то просёлочную дорогу, и высадил нас на развилке через пару километров, сказав на прощание:

— Заховайтесь пока, скоро мой брат приехать забрать вас отсюда и отвезти куда надо.

— А… — попытался было я спросить его о вознаграждении за труды, но он не дал сказать мне и слова:

— Всё с братом решай! Дашь ему сколька попросит, а мне ехать надо. Утром меня в России уже не будет.

Молча глядя вслед уезжающему «Солярису» я навсегда зарёкся прекратить судить человека по его внешности. Когда я увидел своего водителя первый раз, то мысленно поморщился, а он мало того, что в лучшем виде довёз меня, так ещё и не дал совершить ошибок, которые потом могли бы больно аукнуться не только мне, но ещё и Дарине.

Поудобнее перехватив девушку, я отошёл поглубже в лес, и мысленно радуясь тому факту, что сегодня нет дождя, принялся ждать обещанного брата, который не особо заставил себя ждать.

Прошло наверно минут двадцать, и я услышал завывающий шум мотора, который мог издавать исключительно Советский автопром. И действительно! Через несколько мгновений окружающую тьму разрезали жёлтые лучи галогеновых фар, и на развилке со скрипом затормозила видавшая виды старенькая «Нива».

Водительское стекло опустилось, выпуская целые облака дыма, и оттуда сразу же раздался призывной мужской бас:

— Эй, есть кто живой? Вылазьте уже! Я от Муххамада!

Справедливо предположив, что вряд ли на этой развилке есть ещё кто-то, кроме нас, я осторожно вышел из леса, аккуратно неся свою драгоценную ношу. Водила, увидев нас, издал какой-то странный хрюкающий звук, и тут же выскочил из своей машины, распахивая пассажирскую дверь, и приговаривая:

— Вай, кто ж такую красотку посмел обидеть? Давай её сюда! Да осторожнее ты, не видишь что ли, что ремень тут застрял?!

В общем с горем пополам мы всё-таки загрузились в машину, и когда я сказал, что ехать нам надо в Бутово — водила ещё раз посмотрел на Дарину, покачал головой, и сказал:

— Не, брат, не надо вам в Бутово. Чо ты с ней делать будешь, как она оклемается? Домой едем к жинке моей. Она знает что с такими бедолагами делать…

Глава 8. Петля затягивается

Друзья, кому нравится произведение и кто хочет немного мне помочь - напишите пожалуйста в комментариях к ПЕРВОЙ книге коротенький отзыв) Как правило все, кому нравится книга, быстренько всё читают и уходят, а кому не нравится — стараются высказать своё бесценное мнение от чего страдает общая картина. Спасибо всем откликнувшимся, больше не отвлекаю)

***

Машина рванула с места, подбросив нас на ухабах просёлочной дороги, из-за чего я инстинктивно прижал Дарину к себе, стараясь хоть немного, но уменьшить ей тряску. Водитель, представившийся Дилшодом, лихо рулил, объезжая самые глубокие колдобины, и вовсю использовал весь немалый потенциал проходимости, заложенный в старенькую «Ниву».

В обычной жизни я бы ни за что не согласился на подобную авантюру — нестись в неизвестном направлении с полубессознательной девушкой на руках по воле совершенно незнакомых мне людей, но благодаря своему новому, обострившемуся дару читать мысли и намерения, который обрёл небывалую чёткость, я к своему не малому удивлению от Дилшода, так же как и от его брата-таксиста, не чувствовал ни капли негатива.

От него веяло спокойной, уверенной силой и… искренним желанием помочь. Не из корысти, не из страха, а из какого-то глубокого, внутреннего убеждения, что так надо. Поэтому я доверился, да и выбора, если честно, у меня особого не было.

Мы ехали около часа. Сначала по разбитым асфальтовым дорогам, потом по грунтовкам, и наконец, совсем уж по лесным колеям, едва заметным в свете фар. Городской шум и свет остались далеко позади, сменившись густой, почти осязаемой темнотой и тишиной, нарушаемой только рёвом мотора «Нивы» и скрипом её подвески.

Наконец, впереди показались огни, и по их редкому приглушённому свету я сразу же определил, что приехали мы явно не в город…

И действительно. Спустя буквально пол минуты перед нами показалась деревня, застроенная одноэтажными домами. Наш спаситель уверенно завёл свою машину на территорию этой деревни, и мы проехали к самому большому из них — единственному двухэтажному дому, с резными деревянными ставнями и небольшим, но ухоженным палисадником.

Дилшод заглушил двигатель, и на нас сразу же обрушилась оглушительная тишина, пахнущая свежескошенной травой, дымком из печных труб и цветущими липами.

— Жди тут, — коротко бросил он мне и вышел из машины.

Я остался в салоне, прислушиваясь к собственному сердцебиению и ровному дыханию Дарины. Через мгновение из дома послышались приглушённые голоса, дверь распахнулась, и на пороге появился Дилшод в сопровождении женщины.

Она была высокой и стройной, одета в простое, но яркое платье, а её волосы были убраны под лёгкий цветной платок. Увидев через стекло машины окровавленную Дарину на моих руках, она ахнула, поднесла руки к лицу и начала причитать на своём языке, полным тревоги и сострадания.

Дилшод что-то быстро сказал ей, и она, кивнув, бросилась обратно в дом, а мы с нашим спасителем тем временем осторожно начали извлекать драгоценную ношу из машины. Я бережно взял её на руки и понёс в сторону дома, а он шёл рядом, готовый в случае чего подхватить девушку с моих рук.

Хозяйка — Зухра, как представил мне её несколько позже Дилшод — когда мы прошли внутрь, уже ждала нас в прихожей, держа в руках свёрнутое в несколько раз стёганое одеяло — курпачу, и настороженно смотрела на меня, гадая о том - кто мы, и что за беда привела таких гостей в её дом.

Дом встретил нас теплом и уютом. Воздух в нём был пропитан ароматами специй, свежеиспечённого хлеба и чего-то кисловато-молочного. Всё было просто, но чрезвычайно чисто. На стенах — яркие вышитые панно и ковры с традиционным узбекским орнаментом, ну и конечно же не обошлось без здоровенной печи, от белизны которой мне даже несколько резало глаза.

Полы были застелены паласами, а из-за полуприкрытой двери в соседнюю комнату доносился сдержанный детский шёпот и когда я туда посмотрел, то увидел несколько любопытных, изучающих нас взглядов.

Я мельком успел заметить как минимум пятерых ребятишек разного возраста — от подростка до карапуза, сидевших на большом полутораметровом курпаче, разложенном прямо на полу.

Они затихли, увидев незнакомца с окровавленной девушкой на руках, но в их глазах читался не страх, а скорее любопытство и дисциплинированное послушание. По малейшему движению бровей Зухры они тут же отпрянули вглубь комнаты, давая нам возможность беспрепятственно пройти.

Дилшод повёл меня по узкому коридору и распахнул дверь в небольшую, я бы даже сказал крошечную комнату. В ней помещалась лишь полуторка, застеленная чистым, но потертым бельём, и старенький советский шкаф с потёртым шпоном. На подоконнике, служившим прикроватной тумбочкой, лежала зачитанная до дыр книга и стояла фотография в рамке — на ней Дилшод, Зухра и все их дети.

— Это комната старшенького, — пояснил Дилшод, успев заметить мой взгляд. — Он если что, с братьями поспит. Не бойся, тут тихо, и бедняжку никто не побеспокоит.

Мы осторожно уложили Дарину на кровать, после чего нас настойчиво оттеснила Зухра, которая принесла с собой влажное полотенце и начала с материнской нежностью протирать её лицо, смывая кровь и грязь, при этом всё так же тихо причитая на своём языке.

Я стоял в нерешительности, чувствуя, как комок подкатывает к горлу, и наклонившись поцеловал Дарину в макушку, всё ещё пахнущую дымом сигарет и страхом той проклятой квартиры.

— Всё будет хорошо, — снова прошептал я, больше для себя, чем для неё.

Дилшод тронул меня за локоть, и прогудел:

— Идём, брат. Пусть Зухра делает своё дело. Она знает, как ухаживать и не отойдёт от девчонки ни на шаг.

Я позволил ему вывести себя из комнаты, после чего мы прошли на небольшую кухню, уставленную глиняными кувшинами и медной посудой. В центре неё стоял низкий столик, а вокруг него — разложенные на полу курпачи для сидения. Пахло зелёным чаем, душицей и ещё чем-то вкусным, что томилось в печи.

— Садись, — указал Дилшод на курпачу, и тут же спросил:

— Чай будешь?

Я молча кивнул, опускаясь на мягкий валик. Силы, казалось, окончательно покинули меня. Теперь, когда адреналин отступил, я чувствовал лишь всепоглощающую усталость и пустоту.

Дилшод налил мне из большого фарфорового чайника крепкого зелёного чая в пиалу, пар от которой поднимался столбом, согревая моё лицо.

— Спасибо, — прохрипел я, обхватывая пиалу руками. — Я… я не знаю, как вас отблагодарить… Что я могу сделать для вас?

Дилшод махнул рукой, отмахиваясь от благодарностей, и ответил:

— Не за что. Муххамад позвонил, сказал — надо помочь, и мы помогаем. Так надо. Аллах всё видит! — Он отпил из своей пиалы и пристально посмотрел на меня. — Но теперь ты скажи мне, брат. Насколько серьёзны проблемы, в которые мой брат ввязал нашу семью, помогая тебе?

Его взгляд был прямым и честным. Он не требовал, он спрашивал меня, как равный. И я не мог врать… Да и не хотел. Я отпил чаю, чувствуя, как его горьковатая теплота разливается по телу, и посмотрел в окно, в непроглядную темень подступающей к деревне ночи. Я вспомнил высохшее тело Аслана, вспомнил избитое лицо Дарины, а ещё вспомнил имя — Артур.

Я не чувствовал от Дилшода и его семьи ни капли подлости или страха. Лишь спокойную, уверенную силу и готовность принять любой ответ.

— Если ты дашь мне машину, — тихо, но очень чётко сказал я, глядя на свое отражение в тёмном стекле, — то к утру этих проблем не будет. Ни для вас. Ни для меня. Вообще.

Я повернулся и посмотрел ему прямо в глаза, давая понять, что это не бравада, а констатация факта, и теперь всё зависело от его решения.

Дилшод замер на мгновение. Его лицо, освещённое тусклым светом лампы под абажуром, стало сосредоточенным. Он отставил пиалу, сложил руки и о чём-то интенсивно задумался. В тишине кухни было слышно лишь потрескивание дров в печи и мерное тиканье старых настенных часов.

Наконец, он поднял на меня взгляд, и в его тёмных глазах читалась непоколебимая решимость.

— Машину я тебе не дам, — сказал он твёрдо, и тут же продолжил:

— Я сам поведу. Покажешь дорогу.

По его голосу я сразу понял, что любые возражения с моей стороны бессмысленны. Он принял решение и его было не отговорить.

Я хотел было возразить, сказать, что это не его дело, что это мой крест, но он перебил меня, словно угадав:

— Ты под нашей крышей. Ты гость. И твоя беда — теперь и наша беда. Мы не бросаем своих. И не прячемся за спины тех, кому помогли, поэтому я поведу, и это не обсуждается. Тебе только надо сказать — куда.

Он не сводил с меня взгляда, и в его мыслях я читал не упрямство, а железную, родовую логику чести и долга. Он взял на себя ответственность, приведя меня сюда. И теперь он был готов пройти этот путь до конца.

Я откинулся назад, чувствуя, как странное спокойствие наконец-то опускается на меня. Я был не один. В этой безумной ночи, в этом чужом мире, нашлись люди, готовые помочь без страха и упрёка.

— Хорошо, — кивнул я. — Мне нужно на Киевское шоссе. Поворот на Петрищево. Там какой-то особняк за забором.

Дилшод медленно кивнул, впитывая информацию, после чего задумчиво сказал:

— Знаю это место, нехорошее. Будем там ближе к рассвету, а сейчас поспи пару часов. Тебе это надо, а я пока подготовлю машину.

Он встал, его движения были плавными и уверенными. Я не стал спорить, потому что ощущал его правоту. После этого безумного вечера я ощущал себя невероятно разбитым, а при «знакомстве» с Артуром мне почти наверняка потребуются все мои силы: как физические, так и магические.

Я допил чай, ощущая, как его тепло и решимость Дилшода подпитывают и меня. Завтра на рассвете кто-то очень сильно пожалеет, что связался с нами.

Интерлюдия: Артур

После того как трубка в руке с голосом Аслана замолкла, Артур ещё несколько секунд сидел в кресле кабинета своего отца, с насмешливой ухмылкой глядя на потухший экран телефона. Слюнявый щенок, этот Атон-Д`Арим, и его зазнавшаяся подстилка… Наконец-то совсем скоро они получат по заслугам!

Сладкое чувство мести согревало его изнутри, приятно щекоча нервы. Он мысленно представлял, как этот нищеброд будет ползать у его ног, умоляя отпустить его девчонку, а он, Артур, может быть, и отпустит. Если там будет что отпускать после того, как Аслан и ребята с ней закончат. Особенно сильно ему хотелось увидеть унижение в глазах этой стервы, которая защищала своего ненаглядного и нивелировала Артуровы атаки.

Эти приятные мысли немного рассеяли скуку, овладевшую им после разговора с отцом о каких-то дурацких документах фонда. Артур с откровенной неохотой взялся за папки, и даже попытался вникнуть в цифры и отчёты, но они мгновенно сливались в одно скучное серое пятно. Какая разница, куда идут эти жалкие гроши? У него были дела поважнее.

В конце концов, он с раздражением швырнул папку на стол. Чёрт с ними, с этими бумажками. Ему нужно было движение. Адреналин.

Ключи от «Ауди R8» — подарка отца на последний день рождения — лежали на видном месте. Артур схватил их, накинул на себя кожаную куртку и вышел из дома, моментально взбодрившись от холодного вечернего воздуха.

Он сел в низкое кресло водителя, завёл мотор, наслаждаясь низким рёвом двигателя, знакомого и любимого, который отозвался приятной вибрацией во всём теле. В этот момент Артур чувствовал, что действительно живёт. Сила. Скорость. Власть.

Он вырулил за ворота особняка своего отца и вдавил педаль газа в пол. Машина сорвалась с места, как хищник, сливаясь с потоками вечернего шоссе. Он лихо маневрировал между машинами, игнорируя возмущённые гудки и сигналы дальнего света. Ему было плевать на правила, на штрафы, на других водителей.

Его отец уже давно отучил всех местных гаишников обращать на него внимание, и поэтому никто и ничто не мешало Артуру наслаждаться скоростью, визгом шин на поворотах, и чувством полного контроля… Всё это заставляло его кровь бежать быстрее, и в эти моменты его жизнь становилась ярче.

Он носился по пустынным в это время суток трассам около часа-полутора, пока не почувствовал, что напряжение немного спало, а скука отступила. Тогда он развернулся и поехал обратно. Он был уже почти у дома, когда зазвонил телефон. Аслан. Артур подключил громкую связь, не сбавляя скорости.

— Ну что? Тебе есть чем меня порадовать? — бросил он в микрофон.

Голос Аслана звучал глухо, но в нём слышалось трудно скрываемое предвкушение, и почти животная радость.

– Всё чики-пуки, Артур. Девчонка у нас. Норовистая оказалась, царапалась, кусалась… — он похохотал, после чего продолжил — … но мои парни и не таких кобыл объезжали, так что быстро её успокоили. Уже связались с пацаном, дали ему час времени. Ждём.

Артур от таких приятных вестей широко ухмыльнулся. Всё складывалось просто идеально.

— Отлично, Аслан, — сказал он, и в его голосе зазвучала мстительная, злая радость. — Жду тогда твоего звонка. И знаешь… я не расстроюсь, если по дороге ко мне этот сопляк пару раз упадёт мордой в асфальт. Понимаешь? Чтобы помнил, с кем связался. — Он сделал паузу, наслаждаясь моментом. — А что до девчонки… — он пренебрежительно фыркнул, — …мне на неё плевать. Главное — чтобы я увидел глаза этого урода и чтобы он всё понял.

Аслан довольно гоготнул в трубку:

— Понял, брат, спасибо! Ну короче тогда как тут раскидаемся я тебе отзвонюсь и там решим куда везти клиента.

Связь прервалась. Артур с удовлетворением кинул телефон на пассажирское сиденье, мысленно радуясь, что всё идёт по плану. Он припарковался у гаража, прошёл в дом, и налил себе виски, весело насвистывая мотивчик «прилипшей» к нему песни. Настроение было просто отличное.

Он даже нашёл в себе силы, чтобы снова взглянуть на документы фонда, и мысленно оценил, что они уже не оказывают на него того раздражающего действия, как раньше, но всё равно отложил их в сторону. Не время.

Вместо этого он развалился на диване, и стал предаваться фантазиям о том, как совсем скоро у этого мерзкого Атон-Д`Арима не останется ни гроша, ни надежд, ни этой его глупой спеси. Всё будет его, Артура.

Ожидание начинало надоедать. Он выпил ещё один виски, и кинув взгляд на часы понял, что прошёл уже целый час, потом полтора… Артур начал всё чаще поглядывать на телефон. Странно. Аслан раньше не был замечен в наплевательском отношении к своим словам… Он конечно мог немного увлечься «воспитательным процессом», но чтобы вот так надолго замолчать?

Настроение стало портиться. Артур снова налил себе виски, на этот раз до краёв. Прошло два часа… Три… Тишина.

Артур встал, и прошёлся по кабинету. Внутри начало закипать раздражение, постепенно перерастающее в тревогу. Происходящее было совсем не похоже на Аслана. Тот был грубым, жестоким, но исполнительным. Если сказал — обязательно сделает.

Он попытался позвонить ему сам, но нарвался только на бездушный голос робота, который сообщил ему, что абонент недоступен. Артур с силой швырнул телефон на диван. Что за чёрт? Неужели эти обезьяны так увлеклись, что забыли о главном? Или… или что-то пошло не так?

Мысль показалась ему абсурдной. Что мог сделать этот жалкий замогильный червь против трёх здоровых быков? Ничего. Наверное, просто перебрали с выпивкой и заснули. Завтра он с них шкуру спустит за такое непрофессиональное поведение.

Но неприятное, холодное чувство под ложечкой уже поселилось внутри и не желало уходить. Он подошёл к барной стойке, чтобы налить ещё виски, но рука вдруг дрогнула, и хрустальный графин со звоном разбился о пол, раскидав по паркету осколки и тёмные брызги алкоголя.

Артур замер, не понимающе глядя на лужу у своих ног, и внезапная тишина в доме показалась ему зловещей. Он не знал, что происходит, и это незнание злило его больше всего. Впервые за долгое время он почувствовал, что контроль безвозвратно ускользает из его рук, и это чувство было ему отвратительно…

Глава 9. Каждому по заслугам

Сон был тяжёлым и не спокойным. Меня как будто сбросили в тёмный колодец и я проваливался в него всё глубже и глубже, без малейшей возможности выбраться обратно. Единственной нитью, связывающей меня с реальностью, было лёгкое, ровное дыхание Дарины рядом. Её тепло, её запах, который уже не отдавал кровью и страхом, а просто… был её. Это было моим якорем.

Но якорь вдруг качнулся. Чьи-то твёрдые и осторожные пальцы коснулись моего плеча, из-за чего я мгновенно вырвался из глубин сна, готовый к немедленному бою, но будившая меня сила была не агрессивной, а настойчивой.

Я открыл глаза и с некоторым трудом, но всё-таки разглядел в темноте комнаты склонившуюся надо мной фигуру Дилшода. Он приложил палец к губам, призывая меня к тишине, и кивком показал на дверь.

Я моментально настроился на рабочий режим и кивнул, показывая, что всё понял. Осторожно, стараясь не потревожить Дарину, я выбрался из-под одеяла, от чего девушка пошевелилась во сне и что-то неразборчиво прошептала, однако не проснулась. Я накрыл её своей частью одеяла, которая ещё хранила моё тепло, и на цыпочках вышел вслед за Дилшодом.

В доме было тихо и пусто. Дети, видимо, ещё спали, а на кухне пахло свежим лепёшками и дымком — Зухра, должно быть, даже не ложилась. Я мельком глянул на старые часы с маятником в коридоре — они показывали без пятнадцати пять. Самое подходящее время для того, что я задумал.

Дилшод молча распахнул входную дверь, и нас окутал холодный, влажный воздух предрассветья. Трава блестела от росы, а где-то вдалеке уже прокричал первый, самый смелый петух.

Мы вышли за калитку, и я замер. На том месте, где вчера вечером стояла относительно чистая, пусть и видавшая виды «Нива», теперь находилось нечто, напоминающее грязного доисторического жука. Машину было просто не узнать.

Она была практически полностью облеплена густой, влажной глиной, слоем в пару пальцев толщиной. Под этим камуфляжем невозможно было разглядеть не только цвет, но и контуры кузова, а самое главное — на привычных местах не было номерных знаков. Дилшод попросту скрутил их, оставив пустые места.

Я с недоумением посмотрел на своего спасителя, на что тот лишь коротко ухмыльнулся, таинственно блеснув глазами в предрассветных сумерках, после чего коротко пояснил:

— Нам же не нужно, чтобы нас нашли, запросив информацию с первой же камеры? Садись.

Мы залезли в салон, внутри которого к моему удивлению было относительно чисто. Пахло бензином, маслом и свежей глиной. Дилшод повернул ключ и «Нива» тут же завелась с пол-оборота, выдавая отличное техническое состояние. Он выключил фары и тронулся с места, взяв курс не в сторону дороги, а вглубь, за деревню, в поля.

Дальше началось то, что можно было назвать экстремальным ориентированием. Дилшод, казалось, знал наизусть каждую тропинку, каждую промоину в этих бескрайних лугах и лесах. Мы не ехали, а буквально преодолевали расстояние. То ныряли в овражки, почти вертикально съезжая по глинистым склонам, то петляли между кочек на залитых росой лугах, оставляя за собой глубокие борозды…

«Нива» кряхтела, ревела, буксовала, но Дилшод рулил с невозмутимым спокойствием профессионала, и машина покорно ползла вперёд, плюя на все законы физики и гравитации.

Лишь пару раз за весь путь мы короткими, стремительными бросками пересекали асфальтовые дороги, которые были на редкость пустынны в этот предрассветный час.

Как только мы приближались к ним — Дилшод на секунду замирал, оценивая обстановку, а затем, дождавшись подходящего момента, давил на газ, и мы буквально перелетали через асфальтовую ленту, чтобы снова нырнуть в спасительную чащу, исчезая, словно призраки.

Я молчал всю дорогу, вжимаясь в сиденье и наблюдая за мастерским вождением Дилшода. Внутри же тем временем всё сжималось в один тугой, холодный узел, наполненный мрачным предвкушением из-за того, что с каждым мгновением мы становились всё ближе к цели. К Артуру.

Примерно через час непрерывной тряски и качки сквозь деревья впереди показались чёрные контуры высокого забора и остроконечная крыша особняка. Дилшод заглушил мотор ещё в сотне метров, и мы несколько секунд сидели в полной тишине, слушая, как остывает металл и щёлкает о него слетающая глина.

— Ну что, брат, — тихо сказал Дилшод. — Приехали. Теперь твой выход. Я буду ждать здесь. — Он вытащил из-под сиденья увесистую монтировку и положив её на колени, продолжил:

— Если что-то пойдёт не по плану — сразу сигналь мне, и я помогу чем смогу.

Я посмотрел на него, на его спокойное, решительное лицо, и мысленно восхитился тому, что этот человек, ещё вчера совсем не знавший меня, сейчас был готов идти до самого конца. Но это был мой путь и моя месть, так что…

— Нет, — я покачал головой. — Спасибо, что довёз меня, но дальше… Дальше я справлюсь один. Это… это должно быть так.

Дилшод изучающе посмотрел на меня, потом медленно кивнул, как будто понял что-то очень важное и ответил:

— Как скажешь. Я уважаю твою решение и не буду вмешиваться, но я всё равно буду ждать тебя здесь.

— На другое я и не рассчитывал… — тихо ответил я, и вышел из машины. Воздух в этом месте был холодным и чистым. Пахло хвоей и влажной землёй. Я сделал несколько шагов в сторону особняка, зашёл за угол забора, и моё тело начало меняться.

Я активировал «Покров тьмы», и сразу же начал растворяться в предрассветных тенях. Я чувствовал, как тени покорно тянутся ко мне, и обволакивают, делая полностью невидимым как для человеческого, так и для электронного глаза. Я стал призраком, тенью, скользящей между деревьями.

Забор был высоким, с кованными остриями наверху, но для меня это внушительное сооружение не было значимой преградой. Я применил теневой шаг, пространство сжалось, и я оказался по ту сторону, на ухоженной, но пустынной территории. Особняк передо мной возвышался мрачным тёмным силуэтом на фоне постепенно светлеющего неба. В его мрачных окнах не было ни единого огонька и ни одного движения.

Я подошёл к массивной дубовой двери, которая конечно же оказалась заперта, и повторил применение «Теневого шага», благодаря которому тут же оказался внутри.

В холле пахло дорогим паркетом, кожей и… виски. Мой враг где-то тут, и нужно сделать так, чтобы он больше никогда и никому не сделал больно…

Я шёл по коридорам, словно приведение, беззвучный и невидимый. Моё сознание, обострённое до предела, искало любые проявления мыслей, чтобы как можно быстрее найти свою цель, и я нашёл. Его мысли шли откуда-то сверху и были мутными, спутанными, пропитанными алкогольными парами и… страхом. Слабым, глухим, но страхом.

Я взлетел по лестнице, практически не касаясь ступеней, и практически сразу увидел дверь в его спальню, которая была приоткрыта. Мысленно усмехнувшись, я воспользовался таким царским приглашением и аккуратно зашёл внутрь.

Он сидел спиной ко мне, ссутулившись на краю огромной не заправленной кровати. В его руке болтался почти пустой стакан и он что-то бормотал себе под нос. Его мысли были беспорядочным вихрем из злости, недоумения и той самой, подспудной трусливой жути: «…где этот кретин, Аслан… почему не звонит… не может же всё пропасть… этот сопляк… я его…»

Убедившись, что это действительно мой клиент, я в полной тишине сбросил маскировку и просто появился посреди комнаты.

Артур, видимо, почувствовал что-то. Возможно, движение воздуха, возможно, просто сработал своего рода животный инстинкт… Он медленно, неуверенно обернулся, даруя мне возможность увидеть, как его глаза, красные от недосыпа и алкоголя, испуганно расширились. Сначала он не понял, кто я, но из-за того, что в Эринии я особо не менял свои черты лица, он всё-таки меня узнал. Его лицо исказилось сначала изумлением, а потом злобной яростью.

— Ты?! — он сипло прохрипел, пытаясь вскочить, но алкоголь и внезапный шок сделали его движения медленными и неловкими. — Как ты… Как ты сюда попал? Где Аслан? Где мои люди?

Я не отвечал. Я просто смотрел на него. На этого изнеженного, испуганного хищника, который думал, что может безнаказанно причинять боль другим.

— Я тебя спрашиваю, лошара! Как ты посмел сюда припереться в такое время?! Ты хоть знаешь, кто я?! — закричал он, пытаясь придать себе храбрости громкостью собственного голоса. Он швырнул в меня стаканом, но я быстро просчитал, что этот импровизированный снаряд пролетит мимо, и даже не шевельнулся. Стакан предсказуемо разбился о стену за моей спиной, и тут до моей жертвы начало что-то доходить.

Доходить, что что-то идёт не так. Что-то очень и очень не так. Его взгляд скользнул по мне, по моей абсолютно спокойной позе, по моим глазам, в которых не было ни страха, ни злости — только холодная, бездонная пустота. И в его мыслях вспыхнула первая настоящая паника. «…он один… как он вошёл… где охрана… почему молчит…»

— Я знаю, кто ты, Артур. Ты труп, хоть пока ещё и не понял этого. Что касается твоих друзей — они не смогут тебе помочь, — наконец произнёс я тихим голосом, который в мёртвой тишине комнаты показался натуральным громом, и тут же продолжил:

— Никогда. Они получили то, что заслужили, и теперь твоя очередь.

Артур испуганно отшатнулся к изголовью кровати, его руки затряслись. — Что… что ты сделал? Ты… ты не понимаешь, кто я! Мой отец… он тебя сожрёт заживо!

— Твой отец ничего не узнает, — я сделал шаг вперёд. — Как никто не узнает, куда пропал его сынок. Ты просто исчезнешь. Как будто тебя и не было.

Артура захлестнула настоящая паника. Он не привык, чтобы кто-то разговаривал с ним в таком тоне, и сейчас просто не понимал — что ему делать. Он вскинул руки, и буквально выдавил из себя:

— Стой, стой! Давай договоримся! У меня есть деньги, много денег! Давай я дам тебе миллион… Нет, два! Два миллиона просто за то, чтобы ты ушёл! И в игре… Мой клан больше никогда не помешает тебе! Клянусь!

Я на это только усмехнулся, и прошептал:

— Игра… Ты — тот самый танк, который слишком поверил в свои силы… Теперь понятно. Что касается твоего предложения — дёшево же ты ценишь свою жизнь, Артур… — после этого я поднял руку, и подчиняясь моей воле, его шикарная кровать выпустила из себя множество корней, которые моментально взвились вверх, и обхватив Артура за руки и ноги, поднял его в воздух, хорошенько растягивая.

Когда это произошло — его глаза вылезли из орбит от ужаса и непонимания. Он пытался кричать, но из схваченного спазмами горла вырывались только беспомощные хрипы.

— Ты думал, что сила — в деньгах? В связях? В грубой силе? — я говорил тихо, приближая к нему своё лицо. — Ты ошибался, Артур. Настоящая сила — вот она.

Я сжал пальцы в кулак, заставляя корни натянуться ещё сильнее, и моя жертва скорчилась от невыносимой боли, захлёбываясь беззвучным криком. Я мог растягивать это часами. Мог заставить его испытать всю боль, весь ужас, который испытала Дарина, но я не стал. Он не заслуживал такого внимания. Он был просто мусором, который нужно было… убрать.

Я посмотрел ему в глаза, полные животного, примитивного страха. В них не было ни раскаяния, ни понимания. Только ужас перед необъяснимым. Ужас передо мной.

— Зря ты тронул её, Артур, — прошептал я. — Это была твоя последняя ошибка.

И без дальнейших экивоков активировал «Жнец душ».

В этот раз навык сработал как надо, и спустя мгновение я наблюдал за чёрным пламенем, активно пожирающим пойманную мной жертву. Спустя мгновение на месте человека осталась небольшая кучка пепла, и глядя на неё — я наконец вздохнул свободно.

Этот больной ублюдок сдержал слово и действительно как-то смог нас найти через Эринию… С этим нужно было срочно что-то делать, но без участия Дарины я этим заниматься не собирался.

Особняк тем временем окутала тишина. Я стоял и смотрел на то, что ещё минуту назад было человеком, и понимал, что не чувствую больше никакой ярости, и никакой радости от свершившейся мести. Только пустота вместе с холодным, безразличным спокойствием.

Я развернулся и вышел из комнаты тем же путём, что и вошёл. Теневой шаг через забор, несколько быстрых шагов по лесу — и вот я уже у «Нивы».

Дилшод сидел всё в той же позе, с монтировкой на коленях. Он посмотрел на меня, вышедшего из предрассветного тумана. Он посмотрел на моё спокойное, без единой эмоции лицо, и не стал ничего спрашивать. Просто молча завёл мотор.

— Всё? — только и произнёс он, когда я устроился на сиденье.

— Всё, — ответил я, глядя прямо перед собой на грязное лобовое стекло. — Теперь всё.

Сразу после этого мы поехали обратно в сторону дома, где приходила в себя девушка, которая пока ещё не знала, что все её обидчики мертвы. Рассвет уже во всю занимался над лесом, окрашивая грязный кузов «Нивы» в розовые тона. Впереди был новый день, и впервые за долгое время я чувствовал, что он будет действительно новым.

Интерлюдия: Дежурный отделения полиции по г. Люберцы

Старший лейтенант Игорь Малышев заступил на смену в восемь утра, с чувством лёгкой, привычной тоски. Ночь выдалась беспокойной — какое-то ДТП на Октябрьском проспекте, пьяная драка у кафе «У Ашота» — и дежурная смена, которую он сменил, выглядела помятой и измотанной. Особенно та сержант, симпатичная блондинка из уголовного розыска… Жаль, не удалось даже пару слов перекинуться, только кивками поздоровались.

Игорь тяжко опустился в своё кресло дежурного. Стул противно скрипнул. Воздух в помещении был спёртым, пахло старым кофе, сигаретным перегаром с прошлой смены и лёгкими парами алкоголя из обезьянника.

Он потянулся к термосу, надеясь, что хоть кофе сегодня будет сносным, и мысленно молился всем богам, чтобы эта смена оказалась чуть менее мерзкой, чем прошлая. Хоть немного поспать бы, разгрести бумажки… Мечты.

Он только-только налил себе кружку тёмной, горькой жижи, как зазвонил телефон на столе, на который звонили исключительно экипажи ППС. Игоря передёрнуло. Рановато для вызовов. Обычно в такое время всё затихало — кто-то спешит на работу, кто-то ещё спит…

Он поднял трубку, стараясь, чтобы в голосе не звучало раздражение:

— Дежурный по отделению, старший лейтенант Малышев.

В трубке послышалось тяжёлое, прерывистое дыхание, а потом — голос. Он был срывающимся, неестественно высоким, и Игорь не сразу узнал в нём обычно флегматичного и невозмутимого сержанта Петренко, которого все за глаза звали «Булыжником».

— Игорь Вадимович… — голос Петренко дрожал, и это было так неестественно, что у Малышева похолодело внутри. — Мы… мы на вызове. Воинов-Интернационалистов, 14, квартира 89.

— Ну и? — Малышев нахмурился, прикидывая в уме адрес. Обычная панельная хрущёвка, на окраине спального района. — Что там? Пьяный дебош? Самоубийство?

— Х-хозяин квартиры… — Петренко сделал глотательное движение, слышимое в трубку. — Он сдавал её посуточно. Пришёл проверять… ключом открыл… и… Игорь Вадимович, он тут в истерике, орёт, что… что там выкопанный труп.

Малышев ощутил, как по спине пробежали мурашки, и не верящим голосом переспросил:

— Что? Как выкопанный труп?! Может, бомж какой помер, а он драматизирует? Осмотритесь нормально!

— Мы осмотрели… — голос Петренко сорвался на шепот, полный неподдельного ужаса. — Игорь Вадимович, там не просто труп. Их два. И один… один из них… он как… как высохший. Мумия, ёпт, настоящая! Кожа да кости. И… и запах… Ох…

Петренко замолчал, и Малышев услышал, как он на другом конце провода с трудом сдерживает рвотные позывы.

Дежурный тем временем онемел от удивления. Мумия? В Люберцах? В панельной хрущёвке? Это бред. Это какой-то розыгрыш. Но Петренко, «Булыжник», никогда не шутил. И уж тем более не паниковал из-за обычного трупа.

— Ты… ты точно всё видишь правильно? — тупо переспросил Малышев, чувствуя, как у него холодеют кончики пальцев.

— Подкрепление вызывайте! — уже почти кричал Петренко, срываясь. — И следователя! И криминалистов… Тут… тут явно что-то не то. Не по нашей части. Совсем не по нашей. Я такое в жизни не видел…

В трубке послышались чужие голоса, приглушённые, взволнованные. Кто-то на фоне очень громко кричал.

Малышев сидел, сжав трубку так, что костяшки побелели. Все надежды на спокойную смену рухнули в одно мгновение, а перед глазами стояла нарисованная сержантом картина…

— Оставайся на месте и держи обстановку под контролем! Посторонних не пускать! — наконец выдавил он, и тут же добавил:

— Я… я сейчас всех вызову, жди.

Он бросил трубку, не дожидаясь ответа, и схватился за другой аппарат, чтобы звонить начальнику и в Следственный комитет. Утро, только начавшееся, уже превратилось в кошмар, и он смутно чувствовал, что это только начало…