Рассвет Души Повелителя. Том 8

Глава 1

Я шел по лесу вслед за отцом, и каждый шаг будто возвращал меня в прошлое. Запах хвои и влажной земли наполнял легкие, а шелест листвы над головой создавал успокаивающую мелодию. Мое тело казалось непривычно маленьким и легким, а грубая ткань рубахи слегка покалывала кожу.

Отец шел впереди, его широкие плечи были, словно гора, за которой я всегда чувствовал безопасность. Он то и дело оборачивался, проверяя, не отстал ли я, и каждый раз его добрые глаза встречались с моими.

— Джин, смотри, — внезапно сказал отец, указывая на землю. — Видишь эти следы?

Я подошел ближе и увидел небольшие углубления в мягкой лесной подстилке.

— Это след кабана, — продолжил отец. — Видишь, как глубоко вдавлены передние копыта? Это значит, что зверь был тяжелым. Скорее всего, матерый самец.

Я внимательно изучал следы, пытаясь запомнить каждую деталь. Отец терпеливо объяснял, как определить свежесть следа, в каком направлении двигалось животное, и даже примерно оценить его размер.

— А теперь посмотри вот сюда, — отец указал на ствол ближайшего дерева. На коре были видны глубокие царапины. — Кабаны любят чесаться о деревья. По высоте этих меток можно понять, насколько крупный зверь здесь проходил.

Я впитывал каждое слово, чувствуя, как растет моя гордость от того, что он делится со мной своими знаниями. Внезапно в моей голове промелькнула странная мысль, будто я уже знал все это, но откуда-то из другой жизни. Но эта мысль исчезла так же быстро, как и появилась, она была слишком мимолетной, чтобы за нее удержаться.

Мы продолжили наш путь. По дороге отец рассказывал мне истории о великих практиках прошлого, о духовных зверях и о тайнах природы. Его голос, глубокий и спокойный, словно обволакивал меня, унося в мир чудес и приключений.

— Знаешь, Джин, — сказал отец, когда мы остановились у небольшого ручья, чтобы передохнуть, — в мире есть много удивительных вещей. Духовные звери, например, могут жить сотни лет и обладают невероятной силой. Но даже они подчиняются законам природы и так же, как и мы, живут под Небом.

Я слушал, затаив дыхание, а отец продолжал:

— Практики стремятся к силе, но истинное могущество приходит не от того, сколько противников ты можешь победить. Оно приходит от понимания мира вокруг тебя и своего места в нем.

Эти слова. Я не мог отделаться от ощущения, что уже слышал их, но разве я мог слышать нечто подобное ранее?

Когда мы двинулись дальше, отец решил еще раз напомнить мне о своих уроках стрельбы из лука.

— Запомни, когда ты увидишь цель, дыши ровно, — говорил он. — Почувствуй свое тело, свой лук и цель как единое целое. Когда ты отпускаешь стрелу, это должно быть так же естественно, как сделать выдох.

По мере того как мы продвигались глубже в лес, странное чувство начало овладевать мной. Казалось, что что-то ускользает от меня, какие-то важные воспоминания, которые я не мог ухватить. Но каждый раз, когда я пытался сосредоточиться на этом чувстве, оно исчезало, как утренний туман под лучами солнца.

Вместо этого меня захлестывали новые воспоминания. Я вспомнил, как отец учил меня различать съедобные и ядовитые грибы, как мы вместе ловили рыбу в реке, как он рассказывал мне сказки у костра долгими вечерами.

— Джин, — внезапно сказал отец, прерывая мои размышления, — помни, что мы, как охотники, несем большую ответственность. Мы не просто убиваем животных. Мы часть великого круга жизни. Каждая жизнь, которую мы забираем, должна иметь смысл и цель.

Я кивнул, чувствуя глубокую мудрость в его словах. Это было больше, чем просто урок охоты. Это был урок жизни.

— Мы берем только то, что нам действительно необходимо, — продолжил отец. — И мы всегда должны уважать нашу добычу. Ведь каждое существо играет свою роль в балансе природы. Так же и с силой. В мире не должно быть абсолюта, что творит зло. На каждое зло найдется противодействие. Баланс важен. Ведь именно так говорит нам закон Неба. Все под ним должны быть равны.

Чем дальше мы продвигались в лес, тем больше я погружался в роль юного охотника. Воспоминания о каких-то битвах, о странных техниках и незнакомых людях, которые время от времени всплывали в моей голове, постепенно стирались, уступая место этой реальности.

Сначала это вызывало у меня смятение. Я чувствовал, будто теряю что-то важное, будто часть меня исчезает. Но затем это чувство сменилось спокойствием и уверенностью. Разве могло быть что-то важнее, чем этот момент здесь и сейчас, рядом с отцом?

Внезапно отец остановился и поднял руку, призывая меня к тишине. Его глаза были сосредоточены на чем-то впереди. Я напряг зрение и увидел большого кабана, который рылся в земле недалеко от нас.

— Вот наш шанс, сынок, — прошептал отец. — Помни все, чему я тебя учил. Дыши глубоко, прицелься и отпусти стрелу, когда почувствуешь, что момент настал.

Я кивнул, чувствуя, как мое сердце начинает биться быстрее от волнения. Медленно, стараясь не производить ни малейшего шума, я поднял лук и натянул тетиву. Время, казалось, замедлилось, когда я сфокусировался на своей цели.

Кабан был огромным, его мощное тело покрывала жесткая щетина. Я видел, как его мышцы перекатывались под кожей, когда он рылся в земле в поисках корней. Я глубоко вдохнул, готовясь отпустить стрелу.

Но прежде чем я успел выстрелить, воздух вокруг нас наполнился жутким ревом. Из кустов выпрыгнули три огромных существа, похожих на волков, но с горящими красными глазами и телами, покрытыми темной, словно дымящейся шерстью. Это были демонические звери. Я никогда ранее их не видел, но отчего-то точно знал, что это они.

— Джин, беги! — закричал отец, становясь между мной и чудовищами. Он быстро натянул лук, готовясь к бою.

Но я не мог двинуться с места. Ужас парализовал меня, но не только из-за появления этих монстров. Внезапное осознание пронзило мой разум как молния — мой отец никогда бы не взял меня на такую опасную охоту. Он всегда защищал меня от опасностей, связанных с демоническими зверями. Что-то здесь было не так.

Я смотрел, как отец храбро сражается с чудовищами. Его стрелы летели одна за другой, но демонические звери были слишком быстры и сильны. Они уворачивались от выстрелов с невероятной ловкостью, постепенно приближаясь к нему.

Внезапно один из зверей прыгнул прямо на отца. Его огромные клыки сверкнули в воздухе, а затем впились в его горло. Кровь брызнула фонтаном, окрашивая лесную подстилку в темно-красный цвет.

Крик застрял у меня в горле. Я видел, как жизнь покидает глаза отца. Он упал на землю, и его тело обмякло, словно марионетка с обрезанными нитями.

В этот момент что-то щелкнуло в моем сознании. Волна воспоминаний нахлынула на меня, словно прорвав невидимую плотину. Я вспомнил, что мой отец действительно погиб, но много лет назад. Вспомнил, как нашел его сломанный лук и остатки одежды в лесу. Вспомнил боль утраты и отчаяние, которые чувствовал тогда.

Но я никогда не видел, как он умирал! Это осознание ударило меня как молот — все это было иллюзией, созданной техникой. Ибахи То, чертов ты ублюдок!

Это был мой худший кошмар, мой самый большой страх — снова пережить смерть отца, снова почувствовать себя беспомощным ребенком, неспособным защитить самого близкого человека.

Но вместе с этим осознанием пришло и другое. Я вспомнил, что смерть отца стала для меня переломным моментом. Это была ужасная трагедия, но именно она заставила меня стать сильнее. Именно потеря отца дала мне решимость никогда не сдаваться, всегда двигаться вперед, несмотря ни на что.

Я выпрямился, чувствуя, как решимость наполняет каждую клетку моего тела. Мои глаза горели, когда я заговорил, обращаясь к невидимому создателю этой иллюзии.

— Да, это мой самый страшный кошмар. Потеря отца — худшее, что случилось в моей жизни. Но знаешь что? Это так же сделало меня тем, кто я есть сейчас. Я поклялся, что больше никогда не буду беспомощным. Что я стану достаточно сильным, чтобы защищать тех, кто мне дорог. И я сдержу эту клятву.

В этот момент лицо отца, лежащего на земле, и глядящего на меня пустыми глазами начало меняться. Его черты исказились, словно воск под огнем, и вскоре я увидел перед собой Ибахи То. Старый мастер усмехался, его глаза горели злобным огнем.

— Неплохо, мальчишка, — сказал Ибахи. — Ты понял, что это иллюзия, вернул свой разум. Но это ничего не меняет. Ты все равно не сможешь выбраться из моей «Бездны Бесконечного Страха». Здесь ты встретишься со всеми своими кошмарами, пока твой разум не сломается окончательно. Наконец ты получишь по заслугам за то, что унизил меня в тот раз!

Я посмотрел на Ибахи, и на моих губах появилась усмешка. Старик до сих пор имел на меня зуб. Видимо, сильно я тогда его обидел.

— Это мы еще посмотрим, — ответил я. — Ты сам не понимаешь, что сделал. Ты показал мне мой худший кошмар, но забыл об одном — я уже пережил его однажды. И если я смог пережить это в реальности, то уж точно смогу справиться с твоей жалкой иллюзией.

Ибахи нахмурился, явно не ожидав такого ответа. Я продолжил, чувствуя, как мой голос становится тверже с каждым словом. Голос менялся, рост увеличивался, одежда сменилась с рубахи на уже привычную мантию.

— Ты думаешь, что страх — это оружие. Но ты ошибаешься. Настоящая сила приходит не от того, что ты не боишься, а от того, что ты способен встретиться со своим страхом лицом к лицу и преодолеть его. И знаешь что? Я благодарен тебе. Ты напомнил мне, через что я прошел и каким сильным стал. Так что спасибо, Ибахи То. Ты только что сделал меня еще сильнее.

В этот момент я почувствовал, как моя Ци начинает бурлить внутри меня. Она окружила меня плотной аурой, настолько тяжелой, что даже воздух вокруг, казалось, стал гуще.

— Пытайся сколько влезет, даже вернув сознание, ты не сможешь выбраться из моей территории. Если даже Отшельник не смог, то ты и подавно, — мерзкий смех Ибахи разнесся по всему лесу, эхом отражаясь от иллюзорных деревьев.

***

В то время как Джин Ри боролся с иллюзиями Ибахи То, в другой части «Бездны Бесконечного Страха» разворачивалась не менее драматичная сцена. Здесь, в мире, созданном из собственных страхов и сожалений, оказался человек, которого мало кто мог узнать в этом молодом, красивом практике с ясными глазами и уверенной осанкой.

Это был Вэй, но не тот циничный и отстраненный отшельник, которого знал Джин. Нет, это был Вэй из прошлого. Тот, который еще не потерял все, что было ему дорого и тот, кто даже не думал когда-то становиться отшельником.

Он стоял посреди уютного двора, окруженного цветущими персиковыми деревьями. Легкий ветерок нес сладкий аромат цветов, а солнце ласково согревало кожу. Вэй глубоко вдохнул, наслаждаясь этим моментом спокойствия и гармонии.

— Папа! Папа, смотри! — раздался звонкий детский голос.

Вэй повернулся и увидел своего сына, маленького мальчика лет семи, бегущего к нему с широкой улыбкой на лице. В руках ребенок держал маленький водяной шар, который переливался всеми цветами радуги.

— Лин! — воскликнул Вэй, присаживаясь на корточки и раскрывая объятия. — Ты молодец, сынок! Уже научился создавать водяные шары?

Мальчик с гордостью кивнул, его глаза сияли от радости.

— Да, папа! Все благодаря твоим урокам! Смотри, я могу даже менять его форму!

Лин сосредоточился, и водяной шар в его руках начал медленно трансформироваться, принимая форму маленького дракона. Пусть корявенького, но тем не менее это был большой прогресс для только недавно изученной техники.

Вэй рассмеялся, его сердце переполнялось гордостью и любовью.

— Ты невероятно талантлив, сынок. Когда-нибудь ты станешь великим практиком, я уверен в этом.

— Сильнее тебя, папа? — с восхищением спросил Лин.

Вэй улыбнулся и погладил сына по голове.

— Возможно, даже сильнее меня. Но помни, истинная сила не в том, сколько противников ты можешь победить. Она в том, как ты используешь свои способности для защиты тех, кто тебе дорог.

В этот момент из дома вышла красивая женщина с длинными черными волосами. Это была Цин Мэй, жена Вэя.

— О чем вы тут секретничаете? — спросила она с улыбкой.

— Мама! — воскликнул Лин, подбегая к ней и обнимая. — Я показывал папе свой новый водяной шар!

— Ты становишься все сильнее с каждым днем, мой маленький герой, — женщина погладила мальчика по голове.

— Мы говорили о будущем, — сказал он. — О том, каким великим практиком станет наш сын.

— С таким отцом, как ты, у него все шансы стать лучшим, Цин Мэй посмотрела на мужа с любовью и гордостью.

— Я еще далек от вершины, — махнул головой мужчина. — Есть много практиков сильнее меня на этом континенте. Но я буду стараться стать лучше, чтобы защищать вас и учить нашего сына дальше.

Семья вместе вошла в дом, где их ждал накрытый стол с ароматным чаем и свежими фруктами. Они сели, наслаждаясь компанией друг друга и обсуждая планы на будущее.

Вэй чувствовал себя самым счастливым человеком в мире. У него была любящая семья, талантливый сын и перспективы роста как практика. Он знал, что впереди его ждет много трудностей, но был уверен, что вместе они преодолеют все.

Но счастье оказалось хрупким и недолговечным.

Внезапно небо потемнело, словно огромная туча закрыла солнце. Вэй почувствовал, как холодок пробежал по его спине. Что-то было не так.

— Цин Мэй, Лин, оставайтесь в доме, — сказал он, вставая из-за стола. — Я проверю, что происходит.

Но не успел он сделать и шага, как дверь дома разлетелась в щепки. В проеме стояли фигуры в черных одеяниях, их лица скрывали маски с демоническими узорами.

— Вэй! — закричала Цин Мэй, хватая Лина и прижимая его к себе.

Мужчина мгновенно сложил руки вместе, готовясь к бою. Но нападавших было слишком много. Они ворвались в дом, словно черный поток, сметая все на своем пути.

— Бегите! — крикнул Вэй, пытаясь сдержать натиск врагов.

Но было слишком поздно. Один из нападавших схватил Цин Мэй, другой — Лина. Вэй услышал крики самых дорогих ему людей, и его сердце словно разорвалось на части.

— Отпустите их! — закричал он, его Ци вспыхнула с невероятной силой. — Ваша цель — я! Оставьте мою семью в покое!

Лидер нападавших, высокий мужчина с красной маской, рассмеялся.

— О нет, Вэй. Наша цель — уничтожить все, что тебе дорого. Ты слишком долго мешал нашей секте. Пришло время заплатить за это.

С этими словами он сделал знак, и Вэй с ужасом увидел, как клинки нападавших вонзились в тела его жены и сына. Полилась густая кровь…

— Нет! — закричал Вэй, его крик был полон такой боли и отчаяния, что казалось, само небо должно было расколоться от этого звука.

Мир вокруг мужчины словно остановился. Он видел, как тела его любимых падают на пол, как кровь растекается по деревянным доскам. В его глазах отразился весь ужас происходящего, вся боль утраты, которую он испытывал.

И тогда что-то сломалось внутри него. Вэй почувствовал, как его Ци начинает кипеть, словно вулкан перед извержением. Его глаза загорелись ярким синим светом, а вокруг тела начала формироваться водяная аура, настолько плотная, что казалась почти материальной.

— Вы совершили большую ошибку, — произнес Вэй, и его голос звучал так, словно говорили тысячи людей одновременно. — Вы отняли у меня все, что я любил. Теперь я отниму у вас жизнь.

С этими словами он атаковал. Его движения были настолько быстрыми, что нападавшие не успевали даже понять, что происходит. Водяные клинки, созданные из чистой Ци, рассекали воздух, пронзая тела врагов с невероятной точностью.

Вэй двигался среди них, словно смертоносный вихрь. Каждое его движение несло смерть. Он не чувствовал усталости, не чувствовал боли от ран, которые получал в битве. Единственное, что он чувствовал — это бесконечную ярость и желание отомстить.

Нападавшие пытались сопротивляться, но их техники были бессильны против разъяренного Вэя. Он разрывал их защитные формации, словно они были сделаны из бумаги, и уничтожал одного за другим.

Кровь брызгала во все стороны, окрашивая стены и пол в темно-красный цвет. Крики боли и ужаса наполнили воздух, но Вэй не обращал на них внимания. Он был, словно демон убийства, что выбрался из самой преисподней. Неостановимый и беспощадный.

Когда последний враг пал, Вэй стоял посреди моря крови и трупов. Его одежда была пропитана кровью, лицо забрызгано красными каплями. Но его глаза… его глаза были пусты и безжизненны.

Медленно, словно во сне, он подошел к телам своей жены и сына. Опустившись на колени, он обнял их, прижимая к себе. И только тогда слезы наконец хлынули из его глаз.

— Цин Мэй… Лин… — шептал он, качаясь из стороны в сторону. — Простите меня… Я не смог защитить вас…

Вокруг него начали сгущаться тени. Они, словно живые существа, ползли по полу, стенам, потолку, окружая Вэя плотным коконом тьмы.

Вэй не понимал, что происходит. Его разум был затуманен горем и болью утраты. Он полностью поддался этой иллюзии, не в силах осознать, что все это — лишь творение техники Ибахи То. Рана в его сердце была слишком глубока, чтобы он мог увидеть правду.

С того дня прошло множество веков, но Вэй так и не забыл этого. Он никогда не подпускал к себе никого. Всегда был один, закрывшись от мира стеной цинизма и отчуждения. Единственным исключением стал Джин, которого он взял в ученики. Но сейчас Джин был очень далеко, а смерть его близких стояла перед глазами, такая же реальная, как в тот страшный день.

— Я не хочу жить в мире без вас, — прошептал Вэй, глядя на безжизненные лица своих любимых. — Зачем мне сила? Зачем мне бессмертие? Все это бессмысленно если вы не рядом.

Тени вокруг него сгустились еще больше, почти полностью поглощая его фигуру. Вэй не сопротивлялся. Он позволил тьме окутать себя, надеясь, что она принесет забвение и покой.

Он никогда бы не стал отшельником, если бы не потерял семью. Он мог бы прожить совсем другую жизнь, полную любви и счастья. Но судьба распорядилась иначе.

И теперь, в глубинах «Бездны Бесконечного Страха», Вэй позволил своим самым темным страхам и сожалениям поглотить себя, забыв о реальном мире, о своем ученике, о своей силе. Все, что осталось — это бесконечная боль утраты и желание воссоединиться с теми, кого он любил больше жизни.

Увы, как бы ни был силен отдельный практик, но страхи есть у всех и у некоторых они куда глубже, чем они думали.

Тени окончательно сомкнулись над Вэем, и он исчез в их непроницаемой черноте, оставив позади лишь эхо своего горя и отчаяния.

Глава 2

Сион стоял посреди руин некогда величественной пагоды «Лазурного Потока». Вокруг него клубилась тьма, густая и непроницаемая, как чернила. Он чувствовал, как страх пытается проникнуть в его сердце, но упрямо сжимал кулаки, отказываясь сдаваться.

Внезапно тьма расступилась и перед ним возникло видение. Он увидел своего учителя, Байхуа Ки-Цунга, стоящего на вершине водопада. Лицо патриарха было искажено болью и разочарованием.

— Сион, — произнес Байхуа голосом, полным горечи, — ты подвел меня. Небо мне свидетель ‒ ты более недостоин быть моим учеником.

Сион почувствовал, как его сердце сжалось от боли. Он знал, что это иллюзия, что его учитель мертв, но слова мужчины ранили его глубже, чем любое оружие.

— Нет, наставник! — воскликнул он, делая шаг вперед. – Дайте мне шанс! Я не подведу вас!

Но Байхуа лишь покачал головой и начал медленно таять в воздухе, словно утренний туман.

Сион не мог позволить ему исчезнуть. Он сконцентрировал свою Ци, создавая вокруг себя водяной вихрь. Капли воды поднялись в воздух, образуя сверкающую спираль, которая окружила его, словно защитный кокон.

— Наставник, не покидайте меня! — крикнул он, направляя поток воды к исчезающему образу учителя.

Вода устремилась вперед, принимая форму огромного дракона. Чешуя водяного существа сверкала, отражая несуществующий свет, а глаза горели решимостью самого Сиона.

Дракон обвился вокруг фигуры Байхуа, пытаясь удержать его в этом мире. На мгновение показалось, что у Сиона получилось – образ учителя стал более четким, почти осязаемым.

Но тут тьма вокруг словно ожила. Она начала просачиваться сквозь водяную чешую дракона, разъедая его изнутри. Сион чувствовал, как его техника слабеет, как ускользает контроль.

— Нет! — закричал он, вкладывая в свою технику последние крупицы Ци.

Водяной дракон издал беззвучный рев и рассыпался миллионами сверкающих капель. Образ Байхуа растворился в темноте, оставив Сиона одного.

Молодой практик упал на колени, чувствуя, как силы покидают его. Тьма начала сгущаться вокруг, медленно обволакивая его тело.

Именно Байхуа был тем, кто заменил осиротевшим Сиону и Сайе отца. Он принял двух маленьких детей, оставшихся без дома и родителей, вырастил, обучил всему, что знал сам. Это позволило парню без влиятельного рода или секты стать одним из лучших молодых практиков «Лазурного Потока».

— Я не оправдал ваших надежд. И из-за меня вы погибли... — прошептал Сион, прежде чем тени окончательно поглотили его.

***

Но Сион был не единственным, кто сражался со своими кошмарами в этой бездне ужаса. По всей территории резиденции «Бездонного Страха» разворачивались подобные сцены.

Нара, специалист по формациям, оказалась в ловушке собственного творения. Она видела, как ее техники обращаются против нее, разрывая реальность на части. Формации, которые она создавала с такой любовью и тщательностью, теперь превратились в чудовищ, пожирающих все вокруг.

— Нет, стойте! — кричала она, пытаясь восстановить контроль над своими творениями.

Но было поздно. Формации окружили ее, сжимая в тиски невидимой силы. Нара чувствовала, как ее тело начинает растворяться, становясь частью искаженной реальности. Ее последний крик потонул в вихре сверкающих линий и символов, прежде чем тьма поглотила и ее.

Тао, стратег отряда, оказался в бесконечном лабиринте своих неудачных решений. Перед ним разворачивались сцены битв, где каждый его приказ приводил к гибели товарищей. Он видел, как Сион падает, пронзенный вражеским клинком, как Рокуро, Кан и Рен погибли именно по его вине.

— Это не может быть правдой! — кричал Тао, пытаясь изменить ход событий. — Я могу все исправить!

Но каждая его попытка лишь ухудшала ситуацию. Лабиринт сужался, стены, покрытые сценами смерти и разрушения, приближались, грозя раздавить его. В последний момент Тао увидел, как его собственное отражение в зеркальной поверхности стены искажается, превращаясь в монстра, и тьма поглотила его.

Даже практики секты «Бездонного Страха» не избежали участи своих врагов. Многие из них, опьяненные своей кажущейся неуязвимостью, оказались неготовыми к силе собственных страхов. Страхов, которых у них было не меньше чем у остальных.

Глава одного из отрядов-берсерков ‒ Зарак, оказался в мире, где его сила обернулась против него. Он видел, как его тело распадается на части, как демоническая Ци пожирает его изнутри. Он кричал, умоляя о пощаде, но его крики лишь усиливали агонию. В конце концов, его тело рассыпалось пеплом, который тут же поглотила ненасытная тьма.

Другой последователь Ибахи То обнаружил себя в бесконечном цикле своих самых болезненных воспоминаний. Он видел, как предает свою семью ради силы, как убивает своих друзей, как теряет последние крупицы человечности. Каждый раз, когда цикл завершался, он надеялся на избавление, но все начиналось снова. Его разум не выдержал этой пытки, и он сам отдался тьме, надеясь найти в ней забвение.

Пока его последователи и враги корчились в агонии, Ибахи То стоял на балконе главной пагоды, наблюдая за разворачивающимся хаосом. Его лицо, обычно искаженное яростью или презрением, сейчас выражало почти детский восторг. Он чувствовал, как сила вливается в него потоком, питаясь страхами и отчаянием всех, кто попал в его ловушку. И чем сильнее была жертва, тем больше сил давал ее страх.

— Да! — воскликнул он, раскинув руки. — Вот оно, истинное могущество! Страх – единственная настоящая сила в этом мире, и теперь она принадлежит мне!

Ибахи То упивался своей победой, чувствуя, как его Ци становится все плотнее и тяжелее. Он уже видел себя непобедимым, готовым бросить вызов самим Небесам.

Но внезапно что-то изменилось. Ибахи То почувствовал странное колебание в своей технике, словно крошечная трещина появилась в идеальной конструкции. Он нахмурился, пытаясь понять источник этого возмущения.

Его взгляд заскользил по полю битвы, пока не остановился на одной точке. Там, в самой гуще тьмы, он увидел нечто невозможное.

— Нет... — прошептал Ибахи То, его глаза расширились от неверия и страха. — Этого просто не может быть!

***

Я стоял посреди непроглядной тьмы, чувствуя, как она давит на меня со всех сторон. Мой разум был ясен, но тело словно оказалось в ловушке. Я понимал, что все вокруг – иллюзия, созданная техникой Ибахи То, но это знание не помогало мне выбраться.

Стена тьмы окружала меня плотным коконом, не пропуская ни лучика света. Я попробовал активировать «Поток Тысячи Рек», но вода, которую я создавал, разбивалась о невидимые преграды.

— Ну уж нет, — процедил я сквозь зубы. — Я не для того прошел через все это, чтобы сдаться сейчас.

Я сконцентрировался на своей Ци, чувствуя, как она циркулирует по моему телу. Лунная энергия, которую я получил благодаря технике «Лунного Света», казалось, светилась даже в этой кромешной тьме.

— Посмотрим, как тебе это понравится, Ибахи, — пробормотал я, готовясь к атаке.

Я активировал «Печать Разрушающей Волны», вложив в нее всю силу, на которую был способен. Моя рука засветилась ярким серебристым светом, и я ударил по стене тьмы.

Удар отозвался глухим гулом, словно я бил по гигантскому колоколу. Тьма вокруг меня заколебалась, но не поддалась. Я не сдавался, нанося удар за ударом. Каждый раз, когда моя рука соприкасалась с барьером тьмы, вспышка света на мгновение освещала пространство вокруг меня.

— Давай же! — рычал я, чувствуя, как мои мышцы начинают гореть от напряжения. — Разрушайся!

Я не знал, сколько времени прошло. В этом мире тьмы не существовало ни дня, ни ночи. Но я продолжал атаковать, не позволяя себе остановиться даже на секунду. Мой разум был сосредоточен на одной цели – пробить эту проклятую стену.

Внезапно я почувствовал, как что-то изменилось. При очередном ударе, тьма словно прогнулась под моей рукой, а затем с треском лопнула, как мыльный пузырь.

На мгновение я ослеп от яркого света, хлынувшего в образовавшуюся брешь. Вокруг меня все еще клубилась тьма, но теперь я мог видеть проблески реального мира.

— Вот ты и попался, — усмехнулся я, готовясь расширить брешь.

Но прежде чем я успел сделать что-либо еще, тьма вокруг меня словно взбесилась. Она закружилась вихрем, пытаясь затянуть образовавшуюся дыру. Я чувствовал, как невидимые руки тянут меня назад, пытаясь снова погрузить в мир кошмаров.

— О нет, так просто вы от меня не избавитесь, — прорычал я, сопротивляясь изо всех сил.

Я ухватился за край бреши, чувствуя, как острые края разрыва в реальности режут мои руки. Но я не обращал внимания на боль, сосредоточившись лишь на том, чтобы удержаться.

Тьма ревела вокруг меня, словно живое существо, разъяренное тем, что добыча ускользает. Я чувствовал, как она давит на меня со всех сторон, пытаясь сломить мою волю. Образы моих страхов и кошмаров мелькали перед глазами, но я отгонял их, зная, что это лишь иллюзии.

— Я сильнее тебя, — шептал я, медленно продвигаясь вперед. — Я прошел через многое. Твои фокусы меня не остановят.

С каждым движением брешь становилась все шире. Я чувствовал, как реальный мир зовет меня, и эта связь придавала мне сил. Медленно, но неуклонно, я пробивался сквозь барьер тьмы, чувствуя, как техника Ибахи То трещит по швам.

Когда тьма вокруг меня рассеялась, я ожидал увидеть знакомую пещеру секты «Бездонного Страха». Вместо этого я оказался в странном, искаженном пространстве, наполненном клубящимися тенями. Воздух здесь был густым и тяжелым, словно я пытался дышать под водой.

Не успел я осмотреться, как из темноты на меня бросилось множество теней. Они напоминали человеческие силуэты, но их очертания постоянно менялись, словно дым на ветру. Я инстинктивно отпрыгнул назад, уворачиваясь от их цепких рук.

— Что за… — пробормотал я, озираясь по сторонам.

И тут я увидел, как Сион стоит в нескольких шагах от меня, окруженный плотным кольцом теней. Его глаза были закрыты, голова запрокинута назад, а лицо приобрело мертвенно-бледный оттенок. Тени держали его крепко, словно пытаясь растворить в себе, а сам парень что-то беззвучно бормотал.

— Сион! — крикнул я, пытаясь пробиться к нему. — Очнись!

Но мой друг не реагировал. Казалось, он был где-то далеко, погруженный в свой собственный мир кошмаров.

Я понял, что без боя мне не пробиться. Мгновение, и Лунарис оказался в моей руке, его серебряное лезвие блеснуло в окружающей тьме.

Тени атаковали все разом, превращаясь в жутких монстров с острыми когтями и клыками. Я встретил их атаку Лунарисом, и к моему удивлению, клинок прошел сквозь них, словно раскаленный нож сквозь масло. Тени взвыли от боли, отпрянув назад.

— Вот оно что, — усмехнулся я, глядя на свой меч. — Лунная Ци против теней страха? Неплохое сочетание.

Я бросился в атаку, Лунарис в моих руках превратился в серебряную молнию, рассекающую тьму. Каждый удар уничтожал очередного теневого монстра, но на место павших тут же приходили новые.

— Сион! — кричал я, прорубаясь сквозь полчища теней. – Вернись в реальность, демоны тебя дери!

Мои мышцы горели от напряжения, но я не позволял себе остановиться ни на секунду. Шаг за шагом я приближался к Сиону, оставляя за собой шлейф из рассеивающихся теней.

Наконец, я добрался до него. Одним точным ударом я разрубил тени, державшие Сиона, и поймал его обмякшее тело.

— Эй, дружище, — сказал я, похлопывая его по щекам. — Просыпайся.

Но Сион не реагировал. Его глаза были закрыты, а губы что-то беззвучно шептали. Я прислушался, пытаясь разобрать слова.

— Я виноват... Учитель... Простите меня...

Что ж, извиняться не буду. Размахнувшись, я отвесил Сиону звонкую пощечину.

— Очнись, идиот! — рявкнул я. — Это все иллюзия!

Сион вздрогнул, но его глаза остались закрытыми. Он продолжал бормотать.

— Я виноват в смерти наставника... Я недостоин...

Я снова занес руку для удара, но в последний момент остановился. Вместо этого я крепко схватил Сиона за плечи и встряхнул его.

— А как же Сайя? — спросил я, вспомнив о его сестре. — Ты нужен ей, Сион. Она рассчитывает на тебя. Ты не можешь сдаться сейчас и оставить ее одну!

Эти слова подействовали как заклинание. Глаза Сиона распахнулись, в них мелькнуло осознание. Он моргнул несколько раз, словно пытаясь сфокусировать взгляд.

— Джин? — прохрипел он. — Что... что происходит?

Я облегченно выдохнул, помогая другу подняться на ноги.

— Долгая история, — ответил я, осматриваясь по сторонам. Тени все еще кружили вокруг нас, но теперь держались на расстоянии, словно опасаясь Лунариса. — Если вкратце, мы в мире страхов, созданном техникой Ибахи То. Я думал, что вырвался наружу, но, похоже, просто попал в твой кошмар.

Сион нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное.

— И как нам выбраться отсюда? — спросил он.

— Будем прорываться, пока не окажемся снаружи, — усмехнулся я, вскинув клинок. — Готов?

Сион кивнул, принимая боевую стойку. Его руки окутались водяной Ци, готовой в любой момент превратиться в смертоносное оружие.

— Готов, — сказал он твердо.

Мы атаковали одновременно. Я рассекал тени Лунарисом, в то время как Сион создавал вокруг нас водяной щит, отбрасывая монстров, которые пытались напасть сзади. Наши техники дополняли друг друга, создавая идеальный баланс атаки и защиты.

Шаг за шагом мы продвигались вперед, прорубаясь сквозь полчища теневых монстров. Я чувствовал, как моя Ци резонирует с духовной энергией Сиона, усиливая наши атаки. Похоже, мы неплохо сработались.

Наконец, мы добрались до края этого пространства. Перед нами возникла стена чистой тьмы, такая же, как та, через которую я пробился ранее.

— Держись, — сказал я Сиону. — Сейчас будет неприятно.

Я сконцентрировал свою Ци в Лунарисе, чувствуя, как клинок начинает вибрировать от переполняющей его энергии. Затем я нанес удар по стене тьмы, вкладывая в него всю свою силу.

На мгновение ничего не произошло. А затем тьма лопнула, словно мыльный пузырь, и мы оказались... в другом кошмаре.

Это пространство было заполнено странными геометрическими фигурами, которые постоянно двигались и менялись. В центре я увидел Нару, специалиста по формациям из отряда Сиона. Она была окружена сияющими линиями, которые, казалось, разрывали ее на части.

— Нара! — крикнул Сион, бросаясь к ней.

Но я остановил его, выставив руку.

— Подожди, — сказал я. — Дай мне разобраться с этим.

Я поднял Лунарис, чувствуя, как лунная Ци течет по клинку. Затем я нанес серию быстрых ударов, разрубая сияющие линии, окружавшие Нару. Формации распались, рассыпавшись искрами в воздухе.

Нара упала на колени, тяжело дыша. Сион тут же подбежал к ней, помогая подняться.

— Что... что произошло? — спросила она, оглядываясь по сторонам.

— Потом, — коротко бросил я. — Сейчас нам нужно выбираться отсюда.

Мы снова атаковали стену тьмы, на этот раз втроем. Комбинация моей лунной Ци, водяных техник Сиона и формаций Нары оказалась достаточно мощной, чтобы пробить барьер быстрее, чем ранее.

Следующее пространство было похоже на бесконечный лабиринт. В его центре мы нашли Тао, который беспомощно метался между стенами, пытаясь найти выход. Его глаза были полны ужаса, а руки тряслись.

— Тао! — позвал его Сион. — Это все иллюзия!

Но он не слышал своего лидера, продолжая бормотать что-то о неправильных решениях и погибших товарищах. Я понял, что слова здесь не помогут.

Подняв Лунарис, я начал рассекать стены лабиринта. Они рассыпались, словно карточные домики, открывая путь к Тао. Когда я добрался до него, то просто схватил его за шиворот и встряхнул.

— Хватит, — сказал я твердо. — Ты стратег, Тао. Подумай логически. Разве это может быть реальностью?

Мои слова, казалось, пробились сквозь пелену страха. Тао моргнул, его взгляд постепенно прояснился.

— Джин? — прошептал он. — Как... как ты здесь оказался?

— Да что ж вы… — буркнул я, но потом махнул рукой. — Сион, объясни им, в чем дело. Я займусь следующей стеной.

За очередной стеной тьмы мы увидели одного из последователей Ибахи То. Он корчился на земле, окруженный образами своих жертв. Я на мгновение остановился, глядя на него.

— Может, поможем ему? — неуверенно спросила Нара.

— Ты хочешь помочь тому, против кого сражалась? – бросил я. — К тому же, он выбрал свой путь. Пусть теперь живет с последствиями.

Мы прошли мимо, оставив практика наедине с его кошмарами.

Пробившись еще через несколько барьеров, мы внезапно оказались в пространстве, которое было... иным. Тьма здесь была гуще, плотнее, словно живое существо. Как только мы ступили на эту территорию, я почувствовал, как невидимая сила прижимает меня к земле.

Я упал на колени, чувствуя, как тяжесть давит на мои плечи. Рядом со мной тяжело дышали мои товарищи, тоже прижатые к земле. Воздух здесь был настолько густым от Ци, что казалось, его можно пощупать.

— Что... что это за место? — прохрипел Сион, пытаясь поднять голову.

Я огляделся, чувствуя, как каждое движение дается с огромным трудом. Вокруг нас лежали тела. Сотни, если не тысячи тел. В черных масках и балахонах, с выражением предсмертной агонии. Всюду был целое море крови.

А в центре этого ужаса, где ощущалась самая концентрированная сила воздействия, сидела одинокая фигура. Я с трудом сфокусировал взгляд и почувствовал, как мое сердце пропустило удар.

— Наставник Вэй, — прошептал я, не веря своим глазам.

Отшельник сидел, скрестив ноги, его глаза были закрыты, а лицо выражало такую глубокую боль, какой я никогда раньше не видел. Вокруг него клубилась тьма, настолько плотная, что казалась материальной.

— Это... это невозможно, — выдохнул Сион рядом со мной. — Если даже отшельник Вэй не смог вырваться...

— Основная мощь техники сконцентрирована здесь, — прохрипел Тао, его голос дрожал от напряжения. — Если она удерживает даже отшельника, не давая ему вырваться из иллюзии, то нам... нам не вытащить его. И самим тоже не выбраться.

Давление Ци было настолько сильным, что каждый вдох давался с трудом. Казалось, сама реальность вокруг нас искажается под весом этой силы.

Я попытался поднять руку, в которой все еще сжимал Лунарис, но мои мышцы отказывались повиноваться.

— Наставник, — прошептал я, глядя на неподвижную фигуру Вэя. — Очнитесь... Пожалуйста...

Но отшельник не шевелился. Он оставался неподвижным, словно статуя, окруженная морем смерти и страданий.

Я чувствовал, как мое сознание начинает затуманиваться под давлением этой чудовищной силы. Мои товарищи рядом со мной тяжело дышали, их глаза медленно закатывались, они вот-вот вновь окажутся под влиянием контроля территории. Мы подошли слишком близко, когда надо было возможно отходить как можно дальше, чтобы мыслить трезво.

— Цин Мэй... Лин... Простите меня, — донесся до меня шепот.

Это был голос наставника Вэя, полный такой боли и отчаяния, что мое сердце сжалось. И в этот момент я понял ‒ это не просто кошмар. Это воспоминание. Настолько ужасное, что оно смогло сломить даже несгибаемого отшельника Вэя.

Глава 3

Я лежал, прижатый к земле невероятным давлением Ци, чувствуя, как каждый вдох дается с огромным трудом. Вокруг меня мои товарищи тоже боролись с этой невидимой силой, пытаясь хоть немного приподняться. Наставник Вэй сидел неподвижно в центре этого хаоса, казалось, окруженный морем крови и тел, его лицо выражало такую глубокую боль, что мое сердце сжималось при взгляде на него.

— Наставник! — снова позвал я, вкладывая в свой голос всю силу, на которую был способен. — Очнитесь!

Но Вэй не реагировал. Его губы беззвучно шевелились, повторяя имена, которые я никогда раньше не слышал. Цин Мэй… Лин… Кто они? Почему их потеря причиняет ему такую боль?

Я понял, что криками его не разбудить. Нужно было что-то более действенное. И тут меня осенило. Диск обратного потока Ци! Я получил его, исследуя руины вместе с Лирой. Думаю, это должно помочь в столь непростой ситуации — не факт, что выйдет, но и других вариантов на ум не приходит.

Собрав все силы, я потянулся к своему пространственному карману. Каждое движение давалось с невероятным трудом, словно я пытался сдвинуть гору. Наконец, мои пальцы нащупали холодный металл диска.

— Джин, что ты делаешь? — прохрипел рядом Сион, с трудом поворачивая голову в мою сторону.

— То, что должен, — ответил я, сжимая диск в руке.

Я знал, что у меня будет только одна попытка. Если я промахнусь, то потрачу впустую наш единственный шанс на спасение. Конечно, есть вариант, при котором это вообще не сработает… Сконцентрировавшись, я сложил две половинки вместе, активируя диск, и он начал медленно нагреваться.

Собрав последние силы, метнул диск в сторону Вэя.

Время, словно замедлилось. Я видел, как диск летит по воздуху, вращаясь и оставляя за собой след из серебристых искр. На мгновение мне показалось, что он не долетит, что давление Ци собьет его с курса. Но нет, диск упал прямо перед отшельником, и в тот же миг воздух вокруг него словно взорвался.

Поле обратного потока Ци расширилось мгновенно, охватив Вэя и территорию вокруг него. Я увидел, как его тело дернулось, словно от удара молнии. Глаза отшельника распахнулись, в них плескался дикий, нечеловеческий ужас.

— Нет! — закричал он, и этот крик был полон такой боли, что я почувствовал, как по моей коже пробежали мурашки.

В следующее мгновение от Вэя хлынула волна Ци такой силы, что меня и других отбросило назад. Я перекатился по земле, чувствуя, как давление, сковывавшее меня, исчезает. Диск, который я бросил, разлетелся на тысячи осколков, не выдержав столкновения с мощью отшельника. Для него это было уже перебор.

Я с трудом поднялся на ноги, чувствуя, как кружится голова от внезапного освобождения. Рядом со мной медленно вставали Сион, Нара и Тао, их лица выражали смесь облегчения и тревоги.

— Наставник, — позвал я, делая шаг к Вэю. — Вы очнулись. Я рад, что…

Но слова застряли у меня в горле, когда я увидел выражение лица отшельника. Его глаза, обычно мудрые и немного насмешливые, сейчас горели безумием. Он медленно поднялся на ноги, и воздух вокруг него начал сгущаться, превращаясь в водяные струи.

— Вы, — прорычал он, делая шаг в нашу сторону. — Это вы виноваты в их смерти!

И тут я понял, что произошло. Вэй все еще находился под влиянием своего кошмара и принимал нас за своих противников.

— Наставник, нет! — крикнул я, но было уже поздно.

Воздух вокруг нас взорвался водяными цепями. Они летели со всех сторон, извиваясь как живые существа. Я успел заметить, как глаза Сиона расширились от ужаса, и, не раздумывая, толкнул его в сторону.

— Берегись! — крикнул я, чувствуя, водяные цепи обвиваются вокруг моего тела.

Они сковали меня мгновенно, сжимая так сильно, что я едва мог дышать. Я попытался активировать свою Ци, но она словно застыла в моих меридианах, отказываясь подчиняться.

Рядом со мной я видел, как Нара и Тао тоже оказались в ловушке водяных цепей. Они дергались, пытаясь освободиться, но было тщетно.

Вэй медленно приближался к нам, его руки были подняты, контролируя движение цепей.

— Вы убили их, — прошипел он, и его голос был полон такой ненависти, что я почувствовал, как мое сердце сжалось. — Вы отняли у меня все. Теперь вы заплатите за это.

— Да очнись же ты, проклятый старик! — не выдержал я, пытаясь пробиться сквозь пелену его безумия. — Это все иллюзия! Мы не враги!

Но Вэй словно не слышал меня. Он поднял руку, готовясь сомкнуть цепи и раздавить нас.

Однако ему это не удалось. Сион, который благодаря мне избежал водяных цепей, вдруг выпрямился. Его руки двигались с невероятной скоростью, повторяя движения Вэя. В воздухе материализовались новые цепи, точные копии тех, что создал отшельник.

— Отшельник, вы в плену техники страха! — крикнул Сион, направляя свои цепи к Вэю.

Но тот даже не моргнул. Одним небрежным движением руки он разбил цепи Сиона, словно они были сделаны из хрупкого стекла. В следующее мгновение его рука метнулась вперед, схватив Сиона за горло и подняв его над землей.

— Жалкая попытка, — прорычал Вэй, сжимая пальцы на шее Сиона.

— Демоны тебя дери! ВЭЙ! — заорал я, что было сил.

Мой крик, казалось, на мгновение пробился сквозь пелену безумия в глазах наставника. Его хватка на шее Сиона ослабла, и практик воспользовался этим моментом.

Сион резко ударил ногой, целясь в солнечное сплетение Вэя. Одновременно с этим он создал вокруг себя водяной вихрь, который на мгновение ослепил отшельника. Этого хватило, чтобы молодой практик вырвался из его хватки и откатился в сторону.

Не теряя ни секунды, парень бросился ко мне.

— Держись, Джин! — крикнул он, и я почувствовал, как его Ци вливается в цепи, сковывающие меня.

Цепи задрожали, а затем начали таять, превращаясь в обычную воду. Я пошатнулся, тяжело дыша, чувствуя, как моя собственная Ци снова начинает свободно течь по меридианам.

Я кивнул своему товарищу, но у нас не было времени на благодарности. Вэй уже оправился от удара Сиона и теперь его глаза горели яростью.

— Вы не уйдете, — прорычал он, и воздух вокруг него начал сгущаться, превращаясь в смертоносные водяные лезвия.

Я встал плечом к плечу с Сионом, готовясь к бою. Краем глаза я видел, как Нара и Тао все еще борются с цепями, но у нас не было времени, чтобы освободить их.

— Держись рядом, — сказал я Сиону. — Нам нужно действовать вместе.

Сион кивнул, и мы одновременно атаковали. Я активировал «Поток Тысячи Рек», используя водяную змею в качестве защиты, в то время как Сион использовал свою технику копирования, чтобы усилить ее.

Вэй ответил шквалом водяных лезвий. Они врезались в наш щит с такой силой, что я почувствовал, как земля под моими ногами дрожит. Но наша защита выдержала.

— Вы убили их! — кричал Вэй, продолжая атаковать. — Убили мою семью!

— Наставник, пожалуйста, послушайте меня! — кричал я в ответ, уклоняясь от очередной атаки. — Это не реальность! Это все иллюзия Ибахи То!

Но мои слова словно разбивались о стену ярости и боли, окружавшую Вэя — наставник слишком глубоко был погружен в те события, которые его заставила пережить эта техника. Он продолжал атаковать, и с каждой секундой его удары становились все сильнее и точнее.

Мы с Сионом двигались как единое целое, прикрывая друг друга и нанося ответные удары. Я использовал «Печать Разрушающей Волны», пытаясь создать брешь в защите Вэя, в то время как Сион каждый раз использовал точно такую же технику, удваивая силу атаки.

Но даже наши совместные усилия казались каплей в море против мощи отшельника. Вэй двигался с невероятной скоростью, его техники были настолько мощными и точными, что мы едва успевали уворачиваться.

Скажи мне кто-то, что я смогу прожить в схватке с отшельником более десяти секунд, я бы поднял его на смех. Но сейчас все мои инстинкты были обострены до предела, да и наставник, похоже, не действовал в полную силу — мешала все та же техника, что в этом случае было отчасти нашим спасением.

— Джин, сзади! — крикнул Сион, и я нырнул вниз, чувствуя, как водяное лезвие проносится над моей головой, срезая несколько волосков.

Мы продолжали сражаться, но я чувствовал, как наши силы иссякают. Вэй, казалось, не знал усталости, его атаки становились все сильнее и яростнее с каждой секундой.

Я понимал, что мы долго не продержимся. Нам нужно было что-то радикальное, что-то, что сможет пробиться сквозь пелену безумия, окутавшую разум наставника.

— Мне нужно подойти вплотную! — рявкнул я.

— Это самоубийство чистой воды! — ответил Сион. — Твой разум тоже помутился?

— Джин, Сион! Слушайте меня внимательно! — внезапно раздался голос Тао.

Я бросил быстрый взгляд в его сторону. Парень все еще был скован цепями.

— Объедините свои силы! — крикнул он. — Вэй сейчас не на пике своей мощи, контроль территории ограничивает его. Если вы сможете создать достаточно сильную совместную технику, у вас есть шанс выиграть пару мгновений.

Я посмотрел на Сиона, и увидел в его глазах понимание. Мы кивнули друг другу, готовясь к последней, отчаянной атаке.

— Готов? — спросил я, чувствуя, как моя Ци концентрируется в центре моего тела.

— Всегда, — ответил Сион, и я почувствовал, как его энергия резко вспыхнула

— Начни с «Печати Разрушающей Волны», нужно поймать резонанс нашей Ци, не разрывая его!

Мы начали двигаться синхронно, высвобождая Ци и смешивая ее, создавая нечто новое и невероятно мощное.

Вокруг нас начала формироваться огромная водяная сфера. Она пульсировала энергией, и я видел, как внутри нее формируются сотни крошечных водяных змей.

Вэй на мгновение замер, его глаза расширились от удивления. Но затем его лицо исказилось от ярости, и он начал формировать свою собственную технику.

— Сейчас! — крикнул я, и мы с Сионом одновременно выпустили нашу технику.

Водяная сфера взорвалась, и сотни водяных змей устремились к Вэю. Они двигались с невероятной скоростью, оставляя за собой след из сверкающих капель.

Отшельник попытался защититься, создав вокруг себя водяной щит, но наша атака была слишком мощной. Змеи пробили его защиту, окружив отшельника со всех сторон.

Я увидел, как глаза Вэя расширились от шока, когда волна энергии ударила в него. Он пошатнулся, и впервые за все время нашего боя я увидел на его лице удивление.

Будь он на пике своей силы — то раздавил бы нас, не думая, но сейчас передо мной был, похоже, куда более молодой Вэй, еще не ставший могущественным отшельником, по крайней мере, в своем разуме. Уж не знаю, как контроль территории Ибахи смог поставить барьер в голове отшельника, чтобы тот думал, будто он молод и не использовал всей своей силы, но конкретно сейчас готов был сказать за это спасибо.

Старик упал на одно колено, тяжело дыша. Сейчас был наш единственный шанс. Не раздумывая ни секунды, я бросился вперед, преодолевая расстояние между нами в считаные мгновения, после чего схватил Вэя за плечи, глядя прямо в его глаза, полные боли и ярости. Придется импровизировать и, надеяться, что я не прогадал.

— Это я! Я Лин, неужели ты не видишь?! — закричал я изо всех сил, надеясь, наконец, достучаться до него.

На мгновение время, словно остановилось. Я видел, как в глазах Вэя мелькнуло замешательство, а затем… это наконец произошло. Его искаженное лицо вдруг преобразилось. В глазах появился свет, которого я никогда раньше не видел.

— Лин? — прошептал он, и его голос дрожал от недоверия и надежды.

Вэй медленно поднялся на ноги, не отрывая от меня взгляда. А затем, к моему изумлению, он крепко обнял меня. Я почувствовал, как его тело дрожит, и услышал его прерывистый шепот:

— Лин, сынок, я… я думал, ты погиб.

Я замер, не зная, что делать. Часть меня понимала, что это неправильно, что я обманываю человека, которого очень уважаю. Но другая часть знала, что это единственный способ спасти его… и всех нас. Чутье говорило, что другого шанса не будет.

— Все в порядке, отец, — мягко сказал я, осторожно отстраняясь. — Но этот мир… он не настоящий. Это всего лишь иллюзия.

— О чем ты говоришь, сынок? — нахмурился отшельник.

Я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

— С тех пор прошло уже много лет. Ты стал намного сильнее. Ты Отшельник, с силой которого считаются все практики континента! И сейчас… сейчас тебе нужно вернуться. Твой ученик нуждается в твоей помощи.

Вэй отстранился и посмотрел на меня долгим, изучающим взглядом. Я видел, как в его глазах борются эмоции — недоверие, замешательство, проблески понимания. Секунды тянулись как вечность, и я боялся даже дышать — ведь если он сейчас снова придет в ярость, я могу и не успеть уклониться.

А затем… я увидел, как его глаза прояснились. Передо мной снова стоял мой наставник, отшельник Вэй, которого я знал, а не молодая его версия.

— Ты прав, Джин, — тихо сказал он, и в его голосе я услышал нотки гордости и благодарности.

Он повернулся, оглядывая теневую тюрьму, созданную техникой Ибахи То. Его взгляд стал острым и сосредоточенным, как у стратега, оценивающего поле битвы.

— Что за наставник оставит ученика в опасности, — пробормотал он, а затем, не оборачиваясь, добавил: — Спасибо тебе, Джин.

Я почувствовал, как будто с моих плеч сняли огромный валун размером с гору. Такого противника, как отшельник, и врагу не пожелаешь.

И теперь… Вэй редко благодарил кого-либо, и эти простые слова значили для меня больше, чем он мог представить.

В этот момент водяные цепи, сковывавшие Тао и Нару, начали таять. Мои товарищи медленно поднимались на ноги, потирая запястья и с недоверием глядя на происходящее.

Сион подошел ко мне, его глаза были широко раскрыты от удивления.

— Не могу поверить, что это сработало, — сказал он, качая головой.

— Ему просто нужно было дать толчок, — ответил я, пожимая плечами. — Но он бы никого не послушал, кроме того, кого потерял… Вот только я не думал, что у Вэя был сын.

Сион кивнул, и я увидел в его глазах понимание и уважение. Мы все знали, что только что стали свидетелями чего-то очень личного и болезненного.

Наставник тем временем внимательно изучал стены нашей теневой тюрьмы. Его руки двигались в сложных паттернах, словно он пытался прочитать невидимые письмена в воздухе.

— Быстро пробить эту технику у меня не получится, — сказал он наконец, поворачиваясь к нам. — Мне нужно время. Но каждый миг она высасывает силы всех, кто в территории Ибахи То, а значит, он становится сильнее. Тянуть нельзя. Надо действовать иначе.

Он сделал паузу, его глаза сузились, словно он обдумывал что-то.

— Я могу пробить брешь, через которую может выбраться лишь один человек, — продолжил Вэй. — Сам я не смогу, потому что буду держать ее. Тот, кто выберется, должен будет сразиться с Ибахи То и победить.

Я не раздумывал ни секунды. Шагнув вперед.

— Я пойду.

Вэй посмотрел на меня, и медленно, словно нехотя, кивнул. Хотя вариантов было немного: либо я, либо Сион.

— Учти, — сказал он, его руки уже начали формировать сложную печать, — Ибахи силен, раз победил патриарха «Лазурного Потока». Тебе нужно быть умнее и хитрее. К тому же он все еще держит контроль территории, а значит, не сможет сражаться в полную силу. Это твой шанс.

Я кивнул, внимательно слушая каждое слово. Вэй продолжил:

— Я с этой стороны буду продолжать разрушать стены, чтобы заставить его тратить на технику больше сил. Он не снимет ее, зная, что я освобожусь. Для него рациональнее будет сразиться сначала с тобой, так как больше шансов на победу. Поэтому покажи ему, как сильно он ошибается.

Я видел, как в воздухе перед Вэем начала формироваться трещина. Она росла медленно, словно разрыв в ткани реальности. Я глубоко вдохнул, готовясь к прыжку.

— Будь осторожен, ученик, — тихо сказал Вэй, и в его голосе я услышал то, что он никогда не говорил вслух — заботу и волнение.

Я кивнул, сжимая рукоять Лунариса. Мгновение — и я активировал «Поступь Водного Дракона», бросаясь в открывшуюся брешь.

Мир вокруг меня закружился вихрем теней и искаженной реальности. Я чувствовал, как невидимые силы пытаются разорвать меня на части, но продолжал двигаться вперед, концентрируясь на своей цели.

И вдруг… я вырвался на свободу.

***

Ибахи То стоял на балконе главной пагоды своей секты, упиваясь своей победой. Его Ци становилась все плотнее и тяжелее с каждой секундой, питаемая страхом и отчаянием тех, кто попал в его ловушку. Он чувствовал себя непобедимым, готовым бросить вызов самому Небу.

Но внезапно что-то изменилось. Ибахи То почувствовал странное колебание в своей технике, словно крошечная трещина появилась в идеальной конструкции. Он нахмурился, пытаясь понять источник этого возмущения.

Его взгляд заскользил по полю битвы, пока не остановился на одной точке. Там, в самой гуще тьмы, он увидел нечто невозможное.

— Нет… — прошептал Ибахи То, его глаза расширились от неверия и страха. — Этого просто не может быть!

Воздух перед ним словно взорвался, и из разлома в его технике контроля территории вылетела фигура. Ибахи То не мог поверить своим глазам — это тот самый мальчишка, Джин Ри, который был уже однажды для него противной занозой под ногтем!

Инстинктивно Ибахи вытянул вперед руку, пытаясь сформировать защитную технику. Но было слишком поздно. Он совершенно не ожидал, что кто-то сможет покинуть его контроль территории, и эта секундная задержка стоила ему дорого.

В воздухе сверкнуло серебристое лезвие, и Ибахи То с ужасом увидел, как его правая рука, все еще вытянутая вперед, отделилась от тела. Фонтан крови брызнул из обрубка, окрашивая пол балкона в алый цвет.

Возможно, в другой ситуации старик бы не допустил никого до себя, но сейчас эффект неожиданности сыграл решающую роль. В бою каждая секунда промедления подобна вечности.

— Давно не виделись, предатель, — прозвучал холодный голос Джина.

Глава 4

Я стоял на балконе главной пагоды, чувствуя, как Ци пульсирует в моих меридианах, готовая вырваться наружу огромной волной, казалось, мои эмоции и, в первую очередь, гнев, подстегивают мою внутреннюю энергию. Ибахи То, этот проклятый старик, который заслужил смерть с того самого дня, как он предал «Лунную Поступь», стоял передо мной, сжимая культю правой руки. Кровь капала на доски, и я видел, как с каждой каплей его глаза наполняются всё большей яростью.

Воздух вокруг нас словно сгустился, наполнившись тяжелой аурой. Я чувствовал, как Ци Ибахи То пульсирует, подобно живому существу, готовому в любой момент наброситься на меня. Эта энергия была темной, почти осязаемой, напоминая демоническую Ци, но в то же время отличаясь от неё. Это была чистая эссенция страха, концентрированный ужас, способный свести с ума любого, кто осмелится встать на пути Ибахи То.

Но я не был «любым». Я прошел через слишком многое, чтобы позволить страху овладеть мной сейчас.

Старик медленно выпрямился, его глаза горели нечеловеческим огнем. Когда он заговорил, его голос был подобен скрежету металла по камню:

— Джин Ри… Ты как заноза, которую я никак не могу вытащить. Сначала ты растоптал мою репутацию в «Лунной Поступи», теперь вырвался из моего контроля территории. Жаль, что ты не был там, когда я натравил на эту поганую школу «Фениксов Огненной Зари». Ты не представляешь, какое удовольствие мне доставит твоя смерть.

Я крепче сжал рукоять Лунариса, чувствуя, как клинок отзывается на мои эмоции, слабо пульсируя серебристым светом, будто успокаивая и предостерегая от слишком поспешных действий.

— Знаешь, Ибахи, — сказал я, не сводя глаз с противника, — я, действительно, ждал этого момента. Ты разрушил жизни стольких людей, предал тех, кто верил тебе. И ради чего? Ради силы, которая превратила тебя в монстра? Сегодня я закончу то, что начал мастер Гилрон.

Ибахи То рассмеялся, и этот смех был подобен скрежету костей.

— Монстр? О нет, мальчишка. Я буквально стал богом! Сила, которую я обрел, превосходит всё, о чем ты можешь мечтать. Страх — вот истинный источник могущества. И сегодня ты познаешь его в полной мере. Зря ты пошел против меня, мальчишка!

С этими словами он атаковал. Воздух вокруг него задрожал, и я увидел, как тени вокруг начинают сгущаться, принимая форму огромных когтистых лап. Они устремились ко мне, готовые разорвать на части.

Я активировал «Поступь Водного Дракона», уходя от атаки в последний момент. Теневые когти пронеслись мимо, оставив глубокие борозды в каменном полу. Я почувствовал, как по моей коже пробежал холодок — эти тени были настолько плотными, что могли спокойно пробить мой «Духовный доспех». Недооценивать этого безумного старика ни в коем случае нельзя.

Не теряя ни секунды, я контратаковал. «Поток Тысячи Рек» создал вокруг меня водяную змею, которая устремилась к Ибахи. Но старик даже не шелохнулся. Он просто поднял левую руку, и змея рассыпалась, не долетев до него.

— Неужели это всё, на что ты способен? — усмехнулся Ибахи То. — Жалкие водяные фокусы против истинной силы страха?

Я стиснул зубы, чувствуя, как раздражение нарастает внутри меня, а вместе с ним в сердце закрадывается страх.

А что, если я не смогу? Этот старик силен и… Нет! Нельзя позволять эмоциям взять верх. Сейчас мне нужна холодная голова. Никакого страха!

Страха нет! Есть только моя воля!

— Попробуй заставить меня использовать что-нибудь посерьёзнее, — язвительно бросил я, принимая боевую стойку.

— Я заставлю тебя корчиться в муках, слизняк!

Он сложил печать одной рукой, и реальность вокруг нас начала искажаться. Воздух, словно сгустился, став почти осязаемым. Тут же активировалось мое «Лунное Фехтование», однако лучше не стало.

То, что я увидел, заставило меня вздрогнуть. Ци Ибахи была настолько плотной и искаженной, что казалась живым существом, извивающимся и пульсирующим. Она окутывала старика подобно кокону, и я понял, что пробиться через эту защиту будет невероятно сложно.

— Техника Бездонного Кошмара! — прорычал Ибахи То, и мир вокруг нас словно взорвался.

Я почувствовал, как меня затягивает в водоворот темной энергии. Вокруг начали материализоваться жуткие образы: искаженные лица, тянущиеся ко мне руки, безглазые существа, чьи рты открывались в беззвучном крике. Я знал, что это иллюзия, но она была настолько реальной, что моё тело инстинктивно пыталось отшатнуться.

— Сопротивляйся, сколько хочешь, — голос Ибахи То, казалось, звучал отовсюду, — но рано или поздно страх доберется до тебя. Он всегда побеждает. Одно малейшее сомнение, лишь на мгновение ты потеряешь бдительность и допустишь страх в свое сердце, как тут же проиграешь.

Я сконцентрировался, пытаясь игнорировать окружающий меня кошмар. «Это не настоящее», — повторял я про себя, словно мантру. Лунарис в моей руке слабо пульсировал, и я ухватился за это ощущение, как за якорь реальности.

— Знаешь, что самое забавное, Ибахи? — сказал я, медленно поднимая клинок. — Ты так зациклился на страхе, что забыл о самом главном.

— И о чем же? — прорычал он, продолжая атаковать меня волнами темной энергии.

Я улыбнулся, чувствуя, как моя собственная Ци начинает циркулировать быстрее.

— О том, что страх — это всего лишь эмоция. А эмоции можно контролировать.

С этими словами я активировал «Домен Семи Водопадов». Вокруг нас начали материализоваться огромные каменные головы змей, из пастей которых хлынули потоки кристально чистой воды. Они сметали иллюзорных монстров, очищая пространство вокруг нас.

Ибахи зарычал от ярости. Мой контроль территории был сильнее его рядовых техник. Но я знал, что это только начало. Старик был слишком опытным и сильным, чтобы так легко сдаться.

И я оказался прав. Внезапно он исчез, растворившись в воздухе. Я напрягся, пытаясь почувствовать его присутствие. И в последний момент уловил движение за спиной, даже не знаю каким образом — просто положился на интуицию.

Я развернулся, поднимая Лунарис для блока, но не успел. Кулак Ибахи То, окутанный темной энергией, врезался мне в грудь. Я почувствовал, как моё тело отрывается от земли, и в следующее мгновение врезался в стену пагоды. Удар был настолько сильным, что я пробил её насквозь, вылетев наружу.

Падая, я успел активировать «Духовный Доспех», создавая вокруг себя защитную оболочку из Ци. Это смягчило удар о землю, но всё равно было безумно больно.

Я с трудом поднялся на ноги, чувствуя, как каждый мускул в моем теле протестует против движения. Во рту ощущался металлический привкус крови. Даже обычный импульс Ци несет в себе такую разрушительную мощь…

Ибахи спрыгнул с балкона, приземлившись в нескольких метрах от меня. Его аура была еще более зловещей, чем раньше. Темная энергия клубилась вокруг него, принимая форму жутких существ.

— Впечатляет, мальчишка, — сказал он, медленно приближаясь. — Ты определенно стал сильнее с нашей последней встречи. Но этого недостаточно.

Я сплюнул кровь и выпрямился, игнорируя боль в рёбрах.

— Ты много болтаешь, для дряхлого старикашки!

Я снова ринулся вперед. Лунарис в моих руках превратился в размытое серебристое пятно. Я вложил в удар всю свою силу, всю свою ярость и решимость.

Ибахи попытался блокировать атаку стеной из темной энергии, но мой клинок прошел сквозь неё, словно она была сделана из бумаги. Я увидел, как глаза старика расширились от удивления за мгновение до того, как Лунарис вонзился в его плечо.

Старик взревел, но скорее от ярости, чем от боли. Темная энергия вокруг него взорвалась, отбросив меня назад. Я перекатился, погасив силу удара, и тут же вскочил на ноги.

Без руки, поддерживающий контроль территории, он все еще оставался опасным противником. Одного маха его руки было достаточно, чтобы земля под моими ногами начала дрожать. Воздух вновь наполнился тяжелой, давящей аурой, от которой волосы на моих руках встали дыбом.

— Сейчас ты узнаешь, почему меня называют Повелителем Кошмаров!

Я принял боевую стойку, готовясь к худшему. Что бы ни приготовил для меня этот безумный старик, я встречу это лицом к лицу. И мой клинок лишит его жизни!

Земля вокруг Ибахи То начала трескаться, и из разломов поползли черные щупальца, извивающиеся, словно живые существа. Они росли с невероятной скоростью, становясь всё толще и длиннее. В воздухе повис запах гнили и разложения.

Я активировал «Поток Тысячи Рек», создавая вокруг себя водяной барьер из змеиного тела. Щупальца ударили по нему, и я почувствовал, как моя защита трещит под напором этой чудовищной силы.

— Что такое, Джин Ри? — усмехнулся Ибахи То, продолжая посылать волны темной энергии в мою сторону. — Где же твоя хваленая решимость? Неужели, наконец-то, почувствовал страх?

Я стиснул зубы, концентрируясь на поддержании барьера. Никаких сомнений и страха. Нужно заменить эти эмоции. Нужно…

Почему-то я вспомнил Сориндара. Может, это мой разум посылал мне сигналы, но… Этим парнем двигала истинная злоба и ненависть. Он не боялся смерти до самого последнего мига, даже когда мой клинок пронзил его сердце, его глаза горели жаждой убийства. Вот именно! Жажда убийства!

Ибахи То отнял кучу жизней, перевернул верх дном половину западного региона, заставил людей в деревнях страдать от нападок демонических зверей. Я, действительно, хочу убить его!

С этими мыслями я активировал «Печать Разрушающей Волны». Моя Ци сконцентрировалась в одной точке, создавая мощный резонанс. Я чувствовал, как энергия пульсирует в моей руке, готовая вырваться наружу.

Практик страха, казалось, почувствовал опасность. Он усилил свою атаку, и черные щупальца устремились ко мне со всех сторон.

Но было уже поздно. Я высвободил накопленную энергию прямо под себя, и мощная ударная волна разошлась во все стороны. Щупальца разлетелись, словно сухие ветки. Земля вокруг меня пошла трещинами, а воздух наполнился пылью и обломками.

Пол треснул и мы провалились на этаж ниже. Главная пагода секты трещала и ходила ходуном.

Когда пыль осела, я увидел Ибахи То, стоящего в нескольких метрах от меня. Его одежда была порвана, а на лице появились свежие царапины. Но самое главное, в его глазах я увидел сомнение.

Но старик быстро оправился от шока. Его лицо исказилось, и он начал складывать новую печать:

— Думаешь, ты победил, раз использовал пару трюков?

Воздух вокруг нас начал наполняться плотным туманом. Я почувствовал, как мое тело начинает неметь, словно погружаясь в ледяную воду. В очередной раз мир вокруг поплыл.

Я даже не расслышал название техники, оно пробулькало где-то далеко, словно под водой. Все вокруг меня застелило клубящейся тьмой. И я снова увидел умирающего отца.

— Дешевый трюк. Я не куплюсь на это снова! — воскликнул я, разрубая наваждение клинком, но в этот момент прямо из тускнеющего образа на меня вылетела огромная тварь.

Она была похожа на рыбину метров в пять с двумя рядами острых, словно лезвия зубов. Обратившись к технике шагов, я рванул в сторону, но не сработало. Техника не активировалась! Но почему?

Зубы громадной твари должны уже были сомкнуться на половине моего тела, как вдруг маленькая тень скользнула внутрь этой рыбины и…

Сначала появилось голубоватое сияние, а после него серебристое и тварь разорвало на сотни маленьких частиц.

Ибахи отшагнул назад, явно не ожидавший, что я так быстро справлюсь с его техникой.

— Как ни проснусь, у тебя сражение, — буркнула Чешуйка, которая оказалась внутри этой твари. — Нет чтобы меня наконец-то покормить нормально!

Именно она применила Лунную Ци прямо изнутри, чтобы уничтожить ее.

— Раз уж я проснулась, давай мы закопаем этого старика туда, где ему и место, а потом ты меня покормишь! Гы! — Чешуйка улыбнулась так очаровательно, как это только можно было сделать со змеиной мордашкой. — Кстати, эта Ци невкусная. От нее гадкий привкус.

Я не успел ответить, как Чешуйка внезапно выпрыгнула с моего плеча, устремившись к старику. Её маленькое тело сначала приобрело черный металлический цвет, а следом в мгновение ока трансформировалось, превращаясь в огромного чёрного дракона, состоящего из Ци страха.

Ибахи, не ожидавший такого поворота событий, на мгновение потерял концентрацию. Его глаза расширились от удивления и… он испугался. Да, это определенно был страх. И это несмотря на то, что это была всего лишь иллюзия, но, как и все его жертвы поверили в иллюзию, погружаясь в собственные страхи, так и на него это оказало схожее воздействие.

Я не стал терять времени. Воспользовавшись моментом замешательства противника, я активировал «Печать Разрушающей Волны», вложив в нее как можно больше духовной энергии. Водяная Ци сконцентрировалась в моей руке, создавая мощнейший резонанс.

— Это конец, Ибахи! — крикнул я, бросаясь вперёд.

Старик попытался восстановить контроль над своей техникой, но было уже поздно. Моя атака, вместе с Чешуйкой, пробила его защиту, словно обычное стекло. А следом я вскинул Лунарис.

Клинок с отвратительным хрустом вошел в грудь старика, пронзая его сердце насквозь.

Глаза старика расширились. Его рот открылся в беззвучном крике, а затем… всё закончилось. Вот так просто — раз и завершилось. Техника, которая затянула меня в какое-то подобие его контроля территории, рассыпалась.

Я стоял посреди разрушенного этажа пагоды, держа Лунарис, всё еще торчащий в моем противнике. Старик медленно оседал на землю, его глаза уже начинали стекленеть.

— Как… — прохрипел он, кровь пузырилась на его губах, — Я бог… Я есть страх, я…

Я посмотрел ему в глаза, чувствуя не триумф, а странную смесь облегчения и грусти.

— Я не победил страх, Ибахи. Я просто научился жить с ним.

После чего я крепко сжал рукоять клинка и резко провернул его в груди патриарха секты страха.

— Это тебе за «Лунную Поступь», и привет от мастера Гилрона. Надеюсь, ты будешь гнить в бездне и никогда не достигнешь Желтых Источников.

Последний вздох вырвался из груди старика, и его тело обмякло. Ибахи То, Повелитель Кошмаров, был мертв.

Я медленно вытащил Лунарис из его тела, чувствуя, как пыл битвы начинает отступать, уступая место усталости и боли. Чешуйка, вернувшаяся к своему обычному размеру, заползла на мое плечо. Она кашляла и плевалась.

— Тьфу, горькая противная гадость, как этим вообще можно пользоваться?! Можно я съем твой меч? Ну хотя бы кусочек? Пожалста! Я ж помогла победить!

Я посмотрел на Чешуйку и улыбнулся.

— Нет, но можешь взять это, — я сконцентрировал остатки Лунной Ци в руке и бросил сгусток энергии зверьку.

Змейка проглотила ее в один присест и, шумно облизнувшись, повисла на моем плече издавая сонное сопение. Интересно, чем обусловлено ее поведение?

Я устало сел прямо на пол, прислонившись спиной к полуразрушенной стене, и тяжело выдохнул. В этот момент перед глазами мелькнуло сообщение техники.

В последнее время она редко так делала, что только добавляло беспокойства, как будто что-то было не так.

[Задание: Продолжи путь своего наставника — выполнено]

[Ибахи То получил по заслугам, а его секта прекратит свое существование.

Ваша слава растет.]

В следующий миг мою грудь крепко сдавило, заставив скорчится, а следом Ци внутри меня словно взорвалась, увеличиваясь чуть ли не в два раза. Руки задрожали.

Ох… Победа над Ибахи инициировала мой прорыв. Рост моей внутренней энергии очень замедлился. Думаю, мне нужно взять перерыв и заняться медитациями. Четвертая звезда Истинной сферы — это, конечно, хорошо, но что-то мне подсказывает, что маловато. Нужно стать сильнее.

С этими мыслями я откинул голову к стене и устало прикрыл глаза, но отдохнуть у меня не вышло, потому что техника «Безоблачного Неба», видимо, не договорила, а еще тело Ибахи, который бездыханно лежал неподалеку почему-то тускло засветилось.

Глава 5

Я медленно поднялся, чувствуя, как каждая мышца в моем теле протестует против движения. Битва с Ибахи То отняла у меня немало сил, но любопытство пересилило усталость. Тело старика все еще излучало странное свечение, и я не мог просто оставить это без внимания. Мало ли, какие у него секреты. Вдруг этот предатель сейчас воскреснет, и тогда все пойдет прахом.

Осторожно подойдя к поверженному противнику, я заметил источник света — небольшой деревянный гребень, лежащий рядом с его телом. В тот момент, меня словно молнией пронзило осознание. Этот гребень… я уже видел его раньше! Именно его, среди других предметов, использовал культист крови во время ритуала в том подземелье, где я впервые столкнулся с настоящей опасностью.

— Так вот откуда у тебя была вся эта сила, старый ублюдок, — пробормотал я, наклоняясь, чтобы поднять артефакт.

Гребень был теплым на ощупь, и я чувствовал, как внутри него пульсирует мощная Ци. Это была странная смесь энергий — темная и зловещая, но в то же время притягательная. Я на мгновение задумался, не опасно ли брать эту вещь, но затем решил, что лучше она будет у меня, чем попадет в чьи-то недостойные руки.

Убирая его в пространственный карман, я решил, что позже подумаю, что с ним делать.

Рядом с гребнем я заметил небольшой свиток. Развернув его, я увидел карту Западного Региона с отмеченной точкой. Место было мне незнакомо, но что-то подсказывало, что оно может быть важным.

Не успел я задуматься об этом, как перед глазами появилось сообщение от техники «Безоблачного Неба».

[Задание: Тайны прошлого]

[Исследуйте таинственное место, отмеченное на карте Ибахи То. Там может скрываться ключ к разгадке его силы и истории секты «Бездонного Страха».]

[Штраф за невыполнение: Ваша память будет затуманена на три дня. Вы будете забывать, куда положили вещи, путать имена и постоянно спотыкаться на ровном месте. Представьте себе отшельника Вэя, который не может найти свои любимые куриные ножки!]

Я не смог сдержать усмешки, представив себе эту картину. Впрочем, перспектива ходить три дня как пьяный медведь меня не особо прельщала, так что я решил, что обязательно займусь этим заданием, как только появится возможность. С другой стороны и штраф не слишком серьезный, а значит, это дело можно отложить на потом.

Внезапно воздух вокруг задрожал, и я почувствовал, как тяжесть контроля территории Ибахи То начинает рассеиваться. Похоже, со смертью своего создателя техника еще какое-то время не хотела исчезать, что, опять же, говорит о ее мощи.

Я услышал крики и топот ног — многие последователи секты «Бездонного Страха», увидев своего лидера мертвым, бросились бежать — они прекрасно понимали, что их может ждать после такого. Часть меня хотела броситься за ними в погоню, но я понимал, что сейчас не в том состоянии, чтобы преследовать кого-либо, слишком серьезно я выложился в этом сражении. Да и практики «Лазурного Потока», судя по всему, были слишком измотаны, чтобы гнаться за беглецами.

— Джин! — услышал я знакомый голос и обернулся.

Ко мне приближались отшельник Вэй и Сион. Лицо молодого практика из «Лазурного Потока» сияло от радости.

— Я знал, что ты сможешь! — воскликнул Сион, хлопая меня по плечу. — Ты победил этого мерзавца!

Я улыбнулся, чувствуя, как гордость наполняет мою грудь. Было приятно знать, что он верил в меня даже в такой сложной ситуации.

— Спасибо, Сион, — ответил я. — Хотя это было нелегко. Ибахи оказался очень сильным противником.

Наставник молча наблюдал за нашим разговором, его лицо было непроницаемым. Я заметил, что он выглядел старше, чем обычно, словно битва в мире иллюзий оставила на нем свой след.

Наш разговор прервал один из практиков «Лазурного Потока», подошедший к Сиону.

— Простите, что прерываю, — сказал он, склонив голову, — но нам нужно поговорить. Люди… они в растерянности. Патриарх Байхуа мертв, и это сильно ударило по всем нам.

— Понимаю. Сейчас подойду, — с серьезным видом сказал Сион, после чего повернулся ко мне. — Прости, Джин, но мне нужно идти. Скоро, возможно, будет назначен новый патриарх западной ветви. Нам нужно решить, как двигаться дальше.

Я кивнул, понимая важность момента. Сион ушел, оставив меня наедине с Вэем. Воздух между нами словно сгустился от напряжения.

— Наставник, — начал я осторожно, — вы в порядке?

Вэй долго молчал, глядя куда-то вдаль. Когда он заговорил, его голос был тихим и каким-то… уставшим.

— Знаешь, Джин, сегодня я впервые за несколько тысяч лет почувствовал себя слабым и никчемным. Я думал, что похоронил эту боль глубоко внутри, но она все еще здесь, — он положил руку на грудь. — И она все еще жжет, словно свежая рана.

Я молчал, не зная, что сказать. Никогда раньше я не видел своего наставника таким уязвимым.

— Ты, наверное, хочешь знать, что произошло? — продолжил Вэй. — Что за кошмар я увидел в той ловушке Ибахи?

Я кивнул, не решаясь прервать его. Мне, действительно, хотелось узнать, но сам спросить я не решался, понимая, насколько личной может быть эта история. Да и если бы наставник про это не сказал, то я бы и сам его не спросил.

— Давным-давно существовала секта под названием «Кровавый Лотос». Они были не такими уж и сильными. Но амбициозными. Однажды я оскорбил их лидера, даже не заметив этого. Просто сказал, что его техника несовершенна.

— Знаешь, что они сделали в ответ? — Вэй горько усмехнулся. — Они убили мою жену и сына. Цин Мэй и маленького Лина. Просто так. Из-за глупой обиды.

Я почувствовал, как холодок пробежал по моей спине. Теперь я понимал, почему Вэй всегда держался так отстраненно, почему не подпускал никого слишком близко.

— Что вы сделали? — тихо спросил я, хотя уже догадывался об ответе.

— Я пришел в их секту, — ответил Вэй, и его глаза потемнели от воспоминаний. — И убил их всех. До единого. Женщин, детей… всех. Я стал монстром, Джин. Монстром, который уничтожил целую секту из-за мести. Из-за тех, кого уже не вернуть…

Он замолчал, и я видел, как тяжело ему дались эти слова.

— После этого я стал отшельником. Думал, что смогу убежать от прошлого, от себя. Но сегодня… сегодня все вернулось. Техника Ибахи. Я был готов ко всему, но не к ней.

Я подошел ближе к Вэю, не зная, стоит ли мне попытаться утешить его или просто молча выслушать.

— Наставник, я…

— Нет, Джин. — Вэй поднял руку, останавливая меня. — Не нужно ничего говорить. Я знаю, что должен сделать. Мне нужно уйти на некоторое время. Найти уединенное место и разобраться со своими демонами. Наконец-то решить этот вопрос с прошлым.

— Сколько времени вам понадобится? — спросил я.

— Кто знает? — пожал плечами наставник. — Может год, может десять лет. Время для того, кто стал отшельником, течет иначе. Но я вернусь, когда буду готов.

— Я понимаю, — ответил я. — Вам это нужно.

Вэй слабо улыбнулся, и я увидел в его глазах благодарность.

— Спасибо, ученик. Но не думай, что это значит, что ты можешь расслабиться.

Он полез в свой пространственный карман и вдруг вытащил оттуда целую кучу свитков.

— Вот, держи. За то время, пока меня не будет, ты должен исправить сотню алхимических свитков. А еще здесь несколько техник, которые я для тебя подготовил. Изучи их все.

Я едва успел подхватить гору свитков, которую Вэй буквально вывалил на меня. Мой пространственный карман едва не лопнул, когда я попытался запихнуть туда все это богатство.

— И да, — добавил Вэй, уже готовясь активировать формацию перемещения, — хоть один потеряешь — прибью! Они все в единственном экземпляре!

С этими словами он исчез во вспышке света, оставив меня одного среди руин пагоды «Бездонного Страха».

Я стоял там какое-то время, пытаясь осмыслить все, что произошло. Снова один. Снова в начале пути. Но, может быть, именно так и должно быть? Может, Небо решило вести меня именно этой дорогой?

Сион все еще разговаривал с практиками своей секты, и я решил не прерывать их. У них свои проблемы, у меня — свои. Может быть, наши пути еще пересекутся, но сейчас…

Я достал карту, которую нашел у Ибахи, и посмотрел на отмеченную точку. Где-то там, на юге, меня ждали новые тайны и, возможно, ответы на вопросы, которые я даже еще не успел задать.

Глубоко вздохнув, я направился к выходу из пагоды. Впереди был долгий путь, но я был готов к нему. В конце концов, разве не для этого я стал практиком? Чтобы искать истину, становиться сильнее и, может быть, однажды понять, что же такое этот путь Возвышения.

С этими мыслями я тихо и, не прощаясь, покинул руины секты «Бездонного Страха», направляясь на юг, туда, где меня ждали новые приключения и, возможно, ответы на загадки прошлого.

***

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо над горой «Огненного Феникса» в алые тона, когда два силуэта появились на горизонте. Их шаги были уверенными и легкими, словно они не прошли тысячи километров, а просто вернулись с короткой прогулки. Это были Вейлон Кейн и Фарад Ашхарт, лучшие ученики патриарха и сильнейшие мастера Секты «Фениксов Огненной Зари».

Как только они ступили на территорию секты, воздух наполнился радостными возгласами и приветствиями. Ученики и старейшины выстроились вдоль дороги, ведущей к главному дворцу, чтобы поприветствовать возвращение героев.

— Мастер Вейлон! Мастер Фарад! С возвращением! — кричали молодые ученики, их глаза сияли восхищением.

Вейлон, высокий мужчина с острыми чертами лица и пронзительным взглядом, слегка кивнул в ответ на приветствия. Его длинные черные волосы были собраны в высокий хвост, а одежды, хоть и запыленные от долгого путешествия, все еще излучали величие и силу.

Фарад, немного ниже своего товарища, но не менее внушительный, улыбался более открыто. Его рыжие волосы, заплетенные в сложную тяжелую косу, казалось, пылали в лучах заходящего солнца.

— Похоже, нас ждали, — тихо произнес Фарад, обращаясь к своему спутнику.

Вейлон лишь хмыкнул в ответ, его взгляд был устремлен на главный дворец, возвышающийся над всей территорией секты.

По мере их продвижения, шепот восхищения нарастал. Ученики и младшие мастера обсуждали между собой, что могли принести эти двое из своего длительного путешествия.

— Говорят, они отправились в закрытую формацию на юге, — шептал один из учеников.

— Да, я слышал, что там хранятся древние техники и артефакты невероятной силы, — отвечал другой, его глаза горели от возбуждения.

Вейлон и Фарад не обращали внимания на эти разговоры, сосредоточенно двигаясь к своей цели. Оба практика знали, что это все равно было бы неизбежно. Когда они достигли ступеней главного дворца, их встретил старейшина Игнис.

— Добро пожаловать домой, мастера, — произнес он, слегка поклонившись. — Патриарх ожидает вас в «Зале Пылающего Феникса».

— Благодарим, старейшина Игнис, — кивнул Вейлон. — Мы немедленно отправимся к нему.

Двое мастеров вошли во дворец, их шаги эхом отдавались в просторных коридорах.

Наконец, они достигли массивных дверей «Зала Пылающего Феникса». Двери медленно открылись, словно приветствуя их возвращение.

Внутри зала их ждал патриарх Зораг Тебрил. Он сидел на возвышении, окруженный мерцающим пламенем, которое, казалось, танцевало в воздухе. Но что-то было не так. Вейлон и Фарад сразу заметили, что Зораг выглядел гораздо старше и болезненнее, чем когда они покидали секту.

— Патриарх, — произнесли оба мастера одновременно, опускаясь на одно колено и выказывая ему максимальное уважение.

Зораг поднял руку, жестом приказывая им встать.

— Встаньте, мои верные ученики. Я рад видеть вас живыми и здоровыми.

Вейлон внимательно посмотрел на своего учителя, в его голосе прозвучали нотки беспокойства.

— Патриарх, что случилось? Вы выглядите…

— Старым и больным? — усмехнулся Зораг, но в его смехе слышалась горечь. — Да, последние месяцы были непростыми для нашей секты.

— Что произошло, учитель? — нахмурился Фарад. — Мы пропустили что-то важное? Одно ваше слово, и я готов вырезать неугодные секты, будь они хоть трижды великими!

— Тише Фарад, умерь свой пыл, он тебе еще пригодится. Пока вас не было, объявился Культ крови. Они едва не возродились. Всем главам великих сект пришлось вступить в жестокую битву, чтобы предотвратить возвращение Кровавого Патриарха. Это наш долг, мы закончили то, что начали давно, но снова заплатили своим здоровьем.

Вейлон и Фарад обменялись встревоженными взглядами. Культ крови был древним врагом всех сект, и мысль о его возрождении была поистине ужасающей.

— Учитель, — начал Вейлон, его голос был полон раскаяния, — мы должны были быть здесь. Мы подвели вас.

— Нет, Вейлон, — покачал головой Зораг. — Вы выполняли важную миссию для секты. Ваше отсутствие было необходимо. Расскажите мне, что вы принесли из своего путешествия.

Фарад шагнул вперед, доставая из своего пространственного кольца несколько свитков и артефактов.

— Учитель, мы обнаружили древнее хранилище техник огненной стихии. Эти свитки содержат знания, которые считались утерянными многие тысячелетия назад.

— А эти артефакты усиливают контроль над огненной Ци. С их помощью даже младшие ученики смогут быстрее продвигаться по пути Возвышения, — добавил Вейлон. — К тому же мы раздобыли массу различных ингредиентов: от трав, до внутренностей диковинных духовных зверей. Все это будет передано нашим алхимикам. Всего около семи высших пространственных колец, полностью забитых лучшим из того, что нам удалось найти.

— Отличная работа, мои ученики. Эти находки укрепят нашу секту в грядущих испытаниях.

— Грядущих испытаниях? — переспросил Фарад.

Зораг кивнул, его лицо стало серьезным.

— После столкновения с культом крови стало ясно, что большая война неизбежна. Великие секты уже начали подготовку.

— Мы должны быть готовы, давно пора показать, что секта «Фениксов Огненной Зари» на голову выше остальных!

— Именно, — согласился Зораг. — И мы не просто будем готовы. Мы нанесем удар первыми. Фениксы всегда были атакующими, а не защищающимися.

Патриарх повернулся к Фараду.

— У меня есть для тебя важное задание, Фарад. Отправляйся в западные провинции и укрепи наши позиции там. Как только ты получишь сигнал, нужно будет уничтожить западную ветвь «Лазурного Потока», сейчас они ослаблены, до меня дошли слухи, что Байхуа Ки-Цунг мертв, а значит, это лучший шанс для удара. Нельзя дать им оправиться от такой потери!

— Как прикажете, патриарх. Я не подведу вас, — поклонился Фарад.

— Я знаю, — кивнул Зораг. — А теперь отдохни несколько дней, и подготовься к отъезду.

Когда Фарад покинул зал, патриарх обратился к Вейлону.

— У меня есть разговор и к тебе. Но он более… личного характера.

Мужчина напрягся, чувствуя, что новости будут неприятными.

— Мой сын, Адриан… Он совершил ошибку. Непростительную ошибку.

— Что случилось, учитель? — спросил Вейлон, чувствуя, как его сердце сжимается от дурного предчувствия.

— Он проиграл в схватке, — ответил Зораг, и его голос был полон горечи. — И цена этого поражения… жизнь твоей дочери, Кассандры.

— Кассандра мертва?

— Нет, Она ушла. Освободилась. Теперь она живет под защитой «Лазурного Потока».

Вейлон почувствовал, как гнев закипает в его груди.

— Под защитой «Лазурного Потока»? Как это вообще возможно?!

Зораг поднял руку, призывая своего ученика к спокойствию.

— Я знаю, что это тяжело для тебя, Вейлон. Особенно учитывая, что ты обещал Кассандру как культивационную печь для моего сына Адриана.

— Я подвел вас, патриарх. И всю секту! — глубоко склонил голову мужчина, его кулаки сжались.

— Дело не в этом, — покачал головой Зораг. — Важнее то, какой удар по репутации нанесли «Фениксам» эти события. И именно это станет началом войны и нашего конфликта с «Лазурным Потоком».

— Что вы хотите, чтобы я сделал? — сузил глаза Вейлон.

Патриарх «Фениксов» встал со своего места, его аура стала более тяжелой и давящей. Несмотря на ранения, он все еще был велик.

— Ты лучший за многие поколения практик «Фениксов», Вейлон. Ты отправишься и бросишь вызов Шиниари, главе «Лазурного Потока».

— А если она откажется?

— Она не сможет, — усмехнулся мужчина. — За нее выйдет их лучший мастер, который также должен был недавно вернуться. Но это неважно. Твоя задача — убить его во время сражения. Это и послужит причиной войны.

— Нарушить договор священного вызова…

— У тебя с этим какие-то проблемы? — внимательно посмотрел на своего лучшего ученика патриарх.

— Нет, никаких проблем, я исполню приказ. А как быть с Кассандрой?

— Делай с ней, что хочешь, — махнул рукой Зораг. — Моему сыну она уже ни к чему. Я нашел иной способ.

Глаза Вейлона расширились, он снова глубоко опустил голову и громко, но с уважением начал говорить.

— Я подвел вас, учитель. Я не смог воспитать ее как подобающую культивационную печь. Прошу, простите, я готов понести любое наказание!

— Не вини себя, Вейлон, — неожиданно мягко произнес патриарх. — Она ведь даже не твоя родная дочь. Ты взял ее во время той бойни, когда мы уничтожили клан «Огненной Черепахи».

Вейлон поднял глаза, удивленный этим напоминанием.

— Но я думал…

— Что она последний носитель родословной «Огненной Черепахи»? — закончил за него Зораг. — Нет. Я проверял ее трижды. Она так и не пробудила родословную своего клана. Эта девчонка абсолютно бездарна. Так что тут нет твоей вины. Возможно, это даже и к лучшему…

Вейлон молчал, пытаясь осмыслить услышанное. Все эти годы он верил, что Кассандра — особенная, что в ней течет кровь древнего и могущественного клана. Но теперь… Он потратил столько лет зря на того, кто даже не мог принести никакой пользы!

— А теперь иди, — сказал Зораг, возвращаясь на свое место. — Отдохни, восстанови силы. И когда будешь готов, мы погрузим этих трусов из секты «Лазурного Потока» в хаос битвы!

— Да, учитель. Я не подведу вас и нашу секту.

Когда Вейлон покинул «Зал Пылающего Феникса», его шаги были тверды, а взгляд полон холодной решимости. Война приближалась, и он был готов стать ее пламенем, которое сожжет врагов «Фениксов Огненной Зари» дотла.

Глава 6

Я медленно продвигался по горной тропе, следуя указаниям на карте, которую нашел у Ибахи То. Воздух становился все более разреженным, а скалы вокруг — все более отвесными и опасными для восхождения. Казалось, сама природа пыталась скрыть то, что находилось впереди.

Наконец я, кажется, достиг точки, отмеченной на карте. Передо мной возвышалась массивная скала, покрытая густым мхом и лианами. На первый взгляд, ничего необычного. Но мой опыт подсказывал, что здесь что-то не так.

Я внимательно осмотрел карту, пытаясь найти какую-нибудь подсказку. И тут заметил едва различимые символы на обратной стороне.

— Хм, интересно, — пробормотал я, проводя пальцем по символам.

В тот же миг воздух вокруг задрожал, и передо мной начала постепенно, словно нехотя, проявляться сложнейшая формация сокрытия. Я восхищенно присвистнул. Даже для меня, человека, который немало повидал, эта формация была впечатляющей.

— Папа, а что это такое? — сонно пробормотала Чешуйка, высовывая голову из-под воротника моей одежды. — Это съедобно?

— Это очень древняя и мощная формация, — ответил я, продолжая изучать переплетения энергетических линий. — Тот, кто ее создал, был настоящим мастером. И нет, она не съедобная.

Я начал активировать формацию на карте, чувствуя, как она резонирует с барьером перед нами. Постепенно в скале начал проявляться проход, словно невидимая рука раздвигала камни. Да уж, кто бы ее ни создал, он выбрал очень необычный ключ к ее открытию.

— Ого! — заметно оживившись воскликнула Чешуйка. — Значит, там внутри будет что-нибудь вкусненькое?

— Не знаю. Но обещаю, если найдем что-нибудь съедобное и не очень ценное, ты первая это попробуешь.

Мы шагнули в проход, и я почувствовал, как формация закрывается за нами. На мгновение стало темно, а затем перед нами открылась удивительная картина.

Мы оказались в огромной долине, скрытой от внешнего мира высокими горами. Воздух здесь был чистым и свежим, наполненным ароматами трав и цветов. Но главное, что привлекло мое внимание, это руины древнего поселения, раскинувшиеся перед нами.

Я медленно шел по заросшим травой улицам, внимательно осматривая все вокруг. От некогда величественных зданий остались лишь фундаменты, покрытые мхом и лианами. Кое-где виднелись остатки колонн и арок, но время не пощадило и их.

— Похоже, здесь когда-то жили очень сильные практики, — задумчиво произнес я, проводя рукой по древнему камню. — Интересно, что с ними случилось?

Чешуйка тем временем с любопытством осматривалась вокруг.

— Папа, а почему здесь так тихо? Где все звери?

Я настороженно огляделся. Действительно, для места, которое долгое время было изолировано от внешнего мира, здесь было слишком тихо. Обычно в таких местах развиваются сильные духовные звери и растения. Все же им не надо конкурировать за ресурсы с людьми и поэтому они могут развиваться спокойно и до небывалых высот.

Не успел я ответить, как земля под нашими ногами задрожала. Из-под каменных плит вырвался огромный корень, похожий на змею. Он за секунду обвился вокруг моей ноги, пытаясь утащить меня под землю.

Я среагировал мгновенно. Лунарис появился в моей руке, и одним точным ударом я рассек корень. Но на его месте тут же появились новые.

— Ха! Вот это уже интереснее, — усмехнулся я, активируя «Поток Тысячи Рек».

Водяные змеи материализовались вокруг меня, атакуя корни. Завязалась странная битва — мои водяные создания против растительных монстров.

— Чешуйка, держись крепче! — крикнул я, уворачиваясь от очередной атаки.

Маленькая змейка крепко обвилась вокруг моей шеи, с восторгом наблюдая за битвой. Спустя несколько минут, последний корень был повержен, и я смог перевести дух.

— Фух, неплохая разминка, — произнес я, вытирая пот со лба. — Похоже, это место полно сюрпризов.

Внезапно перед моими глазами появилось сообщение от техники «Безоблачного Неба».

[Вы нашли место, указанное на карте Ибахи То.

У вас есть 24 часа, чтобы найти источник его силы.]

Я нахмурился. Разве заданием было не найти это место? А чего я, собственно, удивляюсь, как будто «Безоблачное Небо» не меняло правила прямо на ходу. Что ж, всего сутки. Кажется, придется действовать быстро.

— Ладно, Чешуйка, — сказал я, оглядываясь по сторонам. — Нам нужно найти что-то необычное. Что-то, что могло бы дать тому старику Ибахи такую силу.

Мы начали методично исследовать руины. Я заглядывал в каждый уголок, проверял каждый камень. Но везде нас ждали лишь новые опасности.

То из-под земли выпрыгивал огромный каменный голем, которого приходилось разбивать на куски «Печатью Разрушающей Волны». То на нас нападала стая летучих мышей размером с собаку, и мне приходилось создавать водяной щит, чтобы защититься от их острых когтей.

Один раз за время этих поисков нам повезло наткнуться на древнее хранилище, но оно оказалось пустым. Лишь потрепанные свитки с давно выцветшими иероглифами.

Время шло, а мы так и не нашли ничего, что могло бы объяснить силу Ибахи. Я чувствовал, как растет мое разочарование.

— Может, мы что-то упускаем? — пробормотал я, присаживаясь на обломок колонны.

Чешуйка, уставшая от бесконечных поисков, свернулась у меня на плече.

— А может, тут просто ничего нет? Может, этот злой старик все вычистил?

Я задумался. Возможно, Чешуйка была права. Может, Ибахи, действительно, не оставил тут никаких следов?

Но не успел я развить эту мысль, как время вышло. Перед глазами снова появилось сообщение:

[Время истекло. Вы не смогли найти источник силы Ибахи То.

Активирован штраф: ваша память будет затуманена на три дня.]

— Вот демоны! — выругался я, чувствуя, как уже забыл что-то важное.

Следующие три дня прошли как в тумане. Я бродил по руинам, постоянно забывая, куда иду и зачем. Чешуйка терпеливо напоминала мне о важных вещах, но и это не всегда помогало.

Один раз я битый час искал Лунарис, который висел у меня на поясе. В другой раз я пытался активировать «Поток Тысячи Рек», забыв, как это делается. Благо хоть не так много натыкался на духовных зверей, иначе было бы совсем тяжело.

Чешуйка, конечно же, решила воспользоваться моментом и попросила меня покормить ее, я с радостью поделился с ней своей Ци и парой найденных артефактов. Через пять минут разговор повторился.

— Папа, я есть хочу! — пропищала змейка.

— Разве я тебя не кормил только что? — нахмурился я.

— Нет, — уверенно ответила змейка, глядя на меня невинными глазами.

— Хм, наверное, я забыл, — пожал я плечами и снова накормил ее.

Эта сцена повторялась множество раз за эти три дня. Чешуйка, похоже, была в восторге от такого положения дел.

Наконец, на исходе третьего дня, туман в моей голове начал рассеиваться. Я медленно приходил в себя, вспоминая все, что произошло.

Чешуйка, свернувшаяся у меня на груди, подняла голову.

— Папа, ты снова нормальный?

— Да, малышка, — ответил я, потирая виски. — Кажется, я снова в своем уме. Если бы тут было более опасно, боюсь, возникли бы проблемы.

— Жаль, — вздохнула она. — Ты был таким забавным эти три дня. Почему ты не можешь всегда быть таким?

— Потому что тогда ты бы съела все мои запасы Ци за неделю, — погладил я змейку.

По крайней мере, задание больше не числилось за мной, а значит, можно было спокойно выдохнуть — все же я легко отделался в этот раз. Оглядевшись вокруг свежим взглядом, я понял, что это место идеально подходит для тренировок. Оно было хорошо защищено от внешнего мира, а рядом с руинами я заметил небольшой водопад, окруженный густой водной Ци.

— Знаешь, Чешуйка, — сказал я, подходя к водопаду, — может, это и к лучшему, что мы не нашли источник силы Ибахи — мерзкая энергия была в нем и не хотелось такого касаться. Я думаю, нам пора немного замедлиться и заняться собой.

— Что ты имеешь в виду?

Я разделся, оставив Чешуйку на камне и сел в позу для медитации под водопадом, чувствуя, как прохладные струи воды омывают мое тело. Где еще медитировать практику, который делает акцент на водной Ци, как не рядом с водным источником?

— Видишь ли, быстрый прогресс — это не всегда хорошо. У меня накопилось множество проблем, которые нужно исправить. Пришло время укрепить фундамент, прежде чем двигаться дальше.

Чешуйка задумчиво кивнула.

— Звучит удивительно разумно. Но вы, люди, вообще сложные существа, — покачала она головой. — А я могу тебе как-то помочь?

— Если хочешь, можешь поисследовать территорию, может, найдешь чего интересного. Только сразу не ешь, мало ли какая гадость тут валяется. Не хотелось бы потом тебя лечить от ядов или банального несварения.

С этими словами я закрыл глаза и погрузился в глубокую медитацию. Постепенно с каждый новым вдохом водная Ци вокруг меня начала циркулировать, проникая в мое тело и очищая меридианы.

Я чувствовал, как моя духовная энергия становится плотнее и словно очищается. Это был долгий процесс, но я знал, что он необходим.

Новая ступень Возвышения требовала осмысления. Я не мог просто рваться вперед, не понимая, куда иду. Здесь, в этой скрытой долине, у меня была возможность разобраться в себе и своих силах.

Время словно остановилось. Я не знал, сколько прошло часов или дней. Все мое существо было сосредоточено на внутренней работе.

Я чувствовал, как энергия наполняет каждую клетку моего тела. Словно бурлящий поток, она устремлялась по меридианам и энергоузлам, очищая и укрепляя их. Мое дыхание стало глубже, сердцебиение замедлилось, а сознание прояснилось. Я ощущал, как барьеры внутри меня рушатся один за другим, открывая путь к новым высотам силы, позволяя мне в полной мере воспользоваться той ступенью Возвышения, на которой я стою.

Наконец, когда последняя преграда пала, меня захлестнула волна чистейшей духовной энергии. Она омыла мое тело изнутри и снаружи, закаляя плоть и кости. Я чувствовал, как становлюсь сильнее с каждым мгновением.

Медленно я открыл глаза, привыкая к яркому свету дня. Мир вокруг казался более четким, цвета — более насыщенными. Я сделал глубокий вдох, наслаждаясь свежестью воздуха, которую раньше не замечал.

— Невероятно, — прошептал я, разминая затекшие мышцы.

Пришло время оценить результаты прорыва. Я мысленно вызвал окно характеристик.

[Имя: Джин Ри] Уровень 148

[Практик 5 звезды Истинной Сферы]

[Сила: 495]

[Ловкость: 480]

[Интеллект: 420]

[Харизма: 340]

[Духовная энергия: 700]

[Слава: 14 000]

[Множество практиков знают о Джине Ри, практике Куриной Ножки, что победил наследника секты «Фениксов Огненной Зари», многие последователи вас ненавидят и желают смерти. Секта «Лазурного Потока», напротив, уважает вас, в частности наследница главы — Акико. Кроме того, вы помогли отомстить за западную ветвь и уничтожили секту «Бездонного Страха», многие практики запомнят это]

[Родословная: Гидры Семи Водопадов]

[Поглощенные родословные: Тигрица Водного Лотоса, Повелитель Морозного Пекла]

[Доступные очки: 160]

— Внушительно, — подумал я, изучая свои новые показатели.

Я понимал, что с ростом славы пришли и новые опасности. Теперь у меня появилось множество врагов, жаждущих моей смерти. Мне нужно быть осторожнее и продолжать становиться сильнее. Но при этом чувствовалась и какая-то гордость. Я оставил свой след в мире практиков.

Изучая свои характеристики, я заметил, насколько они возросли. А ведь если подумать, то ситуация в корне изменилась. Теперь за свой рост я получал намного больше характеристик, чем свободных очков за получение уровней.

— Похоже, техника «Безоблачного Неба» сглаживает углы в моем развитии, — размышлял я. — Она сделала начало возвышения более плавным и помогла тем, что позволяла взращивать силу не плавно, а рывками, усиливаясь в нужный момент. Но теперь, когда я достиг такого уровня, подобное уже не так необходимо.

Я улыбнулся, осознавая, насколько далеко продвинулся по пути Возвышения. Но даже так, впереди меня ждало еще очень и очень много работы.

Следующие несколько недель я посвятил исследованию территории формации. Каждый день приносил новые открытия и вызовы. Я сражался с немногочисленными, но сильными духовными зверями, населявшими эти земли. Их мощь и уникальные способности заставляли меня постоянно быть начеку и совершенствовать свои техники.

Одним солнечным утром я столкнулся с величественным Ледяным Волком. Его шерсть сверкала, словно усыпанная бриллиантами, а глаза светились холодным синим пламенем. Наша битва длилась несколько часов. Я использовал все свои навыки и хитрость, чтобы одолеть этого могучего зверя. В конце концов, мне удалось победить, и я получил ценное ядро, которое, несомненно, пригодится для создания мощных пилюль. Поглотить его не удастся, поскольку «Безоблачное Небо» указало мне на слишком низкое качество ядра.

Кроме сражений, я уделял много времени сбору редких трав и ингредиентов. Формация оказалась настоящей сокровищницей для алхимика. Здесь росли травы, которые я раньше видел только в древних манускриптах. С каждым днем моя коллекция пополнялась, а знания о свойствах различных растений углублялись.

Вечерами, после изнурительных тренировок, я садился за создание пилюль. Экспериментировал с новыми рецептами, совершенствовал старые. Особенно меня интересовали пилюли, усиливающие духовную энергию и укрепляющие тело. Я чувствовал, что они могут стать ключом к дальнейшему прогрессу.

Между делом я начал изучать второй том техники Лунного Света, который мне посчастливилось найти ранее. Благо в этот раз не только полнолуние, но и часть луны помогала раскрыть текст свитка.

Это была сложная и загадочная техника. Часами я сидел, погрузившись в медитацию, пытаясь постичь ее тайны. Иногда мне казалось, что я вот-вот ухвачу суть, но она ускользала, словно тень в лунном свете. Однако я не сдавался, зная, что каждая крупица понимания приближает меня к овладению этой мощной техникой.

— Терпение, — говорил я себе. — Великие тайны не раскрываются в одночасье. Вспомни, сколько ты сидел над первым томом?

Так проходили дни, наполненные тренировками, исследованиями и размышлениями.

Однажды, исследуя самый отдаленный уголок формации, я наткнулся на полуразрушенные руины древнего строения. Что-то подсказывало мне, что здесь может скрываться нечто интересное. С учетом того, что я был практиком довольно высокой ступени Возвышения, то к интуиции надо прислушиваться. Иногда само Небо таким образом дает практику подсказки.

Осторожно спустившись в подвал, я осветил пространство вокруг себя факелом.

В дальнем углу я заметил нечто, заставившее меня замереть. Это был труп практика, настолько древний, что казалось, он вот-вот рассыплется в пыль, но не истлевший до состояния скелета. Это скорее был высушенный труп. Однако его сумка выглядела удивительно целой и нетронутой.

— Невероятно, — прошептал я, приближаясь к находке. — Сколько же лет он здесь пролежал?

С трепетом я открыл сумку. Внутри обнаружилось несколько свитков, которые, несмотря на возраст, казались хорошо сохранившимися. Мое сердце забилось быстрее от предвкушения — кто знает, какие тайны могли скрывать эти древние писания?

Но не успел я вытащить первый свиток, чтобы взглянуть, как услышал странный шорох позади себя. Мои инстинкты закричали об опасности, и я мгновенно отпрыгнул назад, принимая боевую стойку.

То, что я увидел, заставило меня застыть в изумлении. В воздухе передо мной парила полупрозрачная медуза с множеством тонких щупалец. Она казалась почти призрачной, словно сотканной из тумана и льда.

Но на этом сюрпризы не закончились. На моих глазах щупальца выстрелили в труп, а после, из медузы вниз начало произрастать тело, покрываясь ледяной коркой. С каждым мгновением оно все больше напоминало труп практика, который я только что обнаружил. Существо копировало даже мельчайшие детали одежды погибшего.

— Что это за тварь? — пробормотал я, не веря своим глазам.

Существо выглядело почти как живой практик, но с неестественным голубоватым оттенком кожи. Его одежду покрывал иней, а в пустых глазах застыл холод вечной зимы.

В этот момент техника «Безоблачного Неба» активировалась, предоставляя мне информацию:

[Ледяной Мимик]

[1 звезда Истинной Сферы]

[Когда Ледяной Мимик обнаруживает труп практика, он быстро формирует ледяную копию тела, впитывая остаточную энергию.

Затем он нападает на ближайших живых существ, стремясь поглотить еще больше духовной энергии.]

«Вот это встреча, — подумал я, оценивая ситуацию. — Существо на первой звезде Истинной Сферы — это не шутка. Битва будет непростой».

Я едва подумал об этом, как Ледяной Мимик, принявший облик мертвого практика, бросился на меня с невероятной скоростью. Его руки превратились в ледяные клинки, нацеленные прямо мне в сердце.

Инстинктивно я активировал защитную технику, готовясь к жестокому бою. Ледяное дыхание Мимика наполнило подвал, превращая его в ледяную ловушку.