Расщепление поэта

Глава первая: Пальто и пепел (Архивы Ченджера)Тишина в доме номер 42, на улице, чье название Марк Ченджер давно стер из памяти, была не просто отсутствием звука, она была активным, хищным элементом. Это был тяжелый, густой вакуум, меховой саван, которым Марк обволакивал себя, чтобы не чувствовать пульсации внешнего мира, жидкий свинец, заполнивший все поры его восприятия. Это не была тишина, благодатная для рождения текста; это была кричащая акустика небытия, мертвая тишина, которую вдыхаешь в легкие, прежде чем осознаешь, что это не воздух, а сжатый, застоявшийся страх. Марк жил в ней, словно изолированный нерв, постоянно ждущий разряда, который должен был взорвать его изнутри. Его тело, худощавое, почти тростниковое, было артефактом истощения и постоянного напряжения. Он был похож на недописанную сноску к великому, но ужасному произведению. Ему было тридцать семь, но его кожа, натянут…