Пылающий Трон

Преломив Время

После битвы демонов от некогда славного города Рейвенхилл остались одни лишь руины (ежели пару стен и несколько полуразрушенных домов можно считать таковыми). Горы пепла, обугленная земля, раскалённый словно от дыхания Подземного Мира воздух; порой встречались фрагменты костей погибших людей. Вот и всё, что осталось от града. И долго ещё, очень долго на те земли не ступит нога простого человека. Земля же в этих краях считается проклятой и неплодородной и поныне.

Что думали остальные королевства о данной трагедии, и, собственно, какие решения предпринял сам король? Никто не понимал, что именно произошло, чем и воспользовалась Церковь. Благословлённый Пейт Йохра Кэ-Омдриас VI заявил, что то послание от самого Вседержителя, ибо Рейвенхилл пал в Его немилость из-за жуткого распутства, алчности, неутолимых амбиций жителей. Он сказал, что город тонул в собственных грехах, коих оказалось великое множество. Более того, Йохра Кэ-Омдриас VI также заявил, что Церковь провела собственное расследование и выяснилось, что град изначально построен на лжи и коварстве. И поведал тогда Благословлённый Пейт обо всех ужасах, что творил некогда основатель Рейвенхилла. Храм Вседержителя Всеблагодатного же должен был стать лучом надежды и истинного чисто Света, но ему так и не удалось пробиться чрез плотные завесы Тьмы, что объяли город и изъедали его жителей изнутри. И за всё это Вседержитель впал в ярость, обрушив на Рейвенхилл огненный дождь, как и говорилось в одной из священных книг – «Гнев Отца». Считалось, что подобная участь являлась одной из худших для истинно верующего во Вседержителя человека. Самое страшное, что только могло случиться – явление Отца лично к грешнику при жизни и всего два слова – «нет прощения». Подобное означало вечное забвение и неизвестную участь для человеческой души, ибо врата Царствия для неё закрывались навсегда.

После случившегося значимость Церкви возросла в разы, и большинство людей искренне делали всё, что только было в их силах, дабы с ними не случилось того же, что постигло Рейвенхилл. Они молились, они поклонялись Вседержителю, строили всё новые и новые храмы в Его честь, называли детей именами святых и старались вести сдержанный образ жизни, дабы Отец мог гордиться ими. Удивительно, но это в некоторой степени помогло уменьшить количество войн и ненависти. Однако люди изменились не от осознания неправильности подобного поведения и жизни, но из страха. Они боялись, они не хотели рухнуть в забвение и небытие. Всем хотелось благой и сладостной жизни после смерти, и дабы этого добиться надобно хорошо себя вести. Подобное пытались применить и раньше, но не существовало наглядного примера, объясняющего, почему люди должны поступать именно так, а не иначе.

Рейвенхилл остался в памяти людей как напоминание о том, что случается с теми, кто разгневает Отца, и то место обходили стороной за целые версты.

Пролог

Спустя несколько дней после битвы демонов в Рейвенхилле.

Земля, на которой гордо и величественно воздвигался город насквозь пропиталась тёмной разрушительной магией. Подобные раны мир не сможет залечить сам, а Церковь не стремилась проводить обряды очищения и исцеления местности. Они увлечены собственной властью, что так стремительно стала крепнуть. Но подобное лишь на руку тем четверым, что пришли на руины града. Да, от Рейвенхилла почти ничего не осталось, равно как и от самого величественного из Храмов. Однако подвал колоссального сооружения оказался на удивление почти не тронутым. Именно туда и направлялась четвёрка неизвестных. Будучи совершенно уверенными, что им никто не помешает, они даже не скрывали своих лиц, и отправились в разрушенный город ещё до наступления темноты.

Шли уверенно, явно зная куда идти и что именно им нужно сделать. От земли всё ещё исходил сильный жар, что доставляло немало неудобств, но ничего иного, кроме как терпеть, им просто не оставалось. Нет, эти четверо не являлись демонами. То простые люди, присягнувшие на служение самому Назриару, и исполнявшие его приказы. Во всём мире остался всего одни единственный демон – Реймс Меккер, получивший могущество Бехгарота. Остальных пятерых одержимый убил, но Назриар был умён и предусмотрителен. Он понимал, что всё могло пойти не по плану, а потому подготовил альтернативные пути решения проблем. И эта четверка – один из тех самых путей.

У того, кто долгое время был известен как Кандиор Николос, имелось множество сторонников средь людей. Не редко он лично вербовал простых смертных, но также ему помогали и остальные демоны. Аксарий Патрик являлся самым приближённым из всех, и если бы не скоропостижная кончина, то он пополнил бы тёмные ряды. Назриар искал, как правило, средь отчаявшихся. Он находил людей, что разочаровались в Свете и самом Вседержителе, ибо Отец не помог им. Церковь также не предпринимала ровным счётом ничего, и такие люди предоставлялись сами себе, хоть им и говорили: «Терпение – благодетель. Ждите, и да воздастся вам!»; либо: «Испытания ниспосланы на тебя самим Вседержителем, дабы проверить твою веру! Верь в Него, прими это бремя и пройди его. Тогда обретёшь покой» и всё в том же духе. Некоторые соглашались ждать годы, кто-то даже на протяжении целого индикта надеялся, что Отец ниспошлёт Знак и спасёт. Но ничего не случалось. Назриар искал лишь отвернувшихся от Вседержителя. Каждый повернулся к Нему спиной по собственной причине: одни просто усомнились в Его существовании; иные же отказывались от Него, ибо Он не спасал их близких и родных от жуткой хвори. Особенно ненавидеть Вседержителя начинали те, кто терял детей. Так, к примеру, одна женщина родила на свет за свою жизнь девятерых мальчиков, но первые четверо погибли будучи младенцами. И она не понимала за что с ней так поступал Отец. Она никогда не грешила, не завидовала достижениям других, вела праведную жизнь. Священники говорили, что Вседержитель испытывал таким образом её веру. Она поверила, но после смерти четвёртого младенца перестала. Она осознала, что подобные утверждения – глупы и бессмысленны. Горюющая мать дважды в неделю посещала церковь, как и полагалось, молилась, восхваляла Вседержителя, жила праведно и скромно. И после всего этого Ему требовались доказательства её веры? Неужели Он, всезнающий, всевидящий, самый могущественный средь всех, не мог увидеть истинность её веры в Него? И тогда-то она и перестала верить в Него, и всех пятерых оставшихся в живых детей воспитала в неверии, научив их полагаться лишь на собственный разум и здравый смысл, а не слепо верить словам Церкви. И двое из пятерых братьев присоединились к Назриару.

Прислужники Кандиора Николоса имелись во всех королевствах, и потому он всегда знал о делах, что происходили в каждом из них. И вот, казалось бы, Назриар мёртв и более нет смысла этим людям держаться вместе, ан нет. Кандиор Николос сумел убедить почти всех, что есть нечто более важное, нежели простое и примитивное стремление стать демоном. Лишь горстка людей покинула тёмные ряды, остальные же остались, дабы воспротивиться нарастающей мощи Церкви и Света. Конечно, все прекрасно понимали, что их собственных сил окажется недостаточно, но Назриар выбрал нескольких, коих посвятил в свои планы.

И вот четверо посвящённых, разобрав небольшой завал, уже спускались в подвал величественного Храма. Им некогда был дан четкий приказ, в котором говорилось, что, ежели Назриар погибнет до достижения всех целей, то им надобно отправиться в Храм Вседержителя Благодатного, спуститься вниз и...

— Где же нам искать эту пентаграмму? — покашляв от поднявшейся пыли, спросил один из четверки.

— Эдуардо, порой твоя слабая память сильно портит мне нервы, — несколько раздражённо произнес человек без волос.

— Уж прости, что она у меня такая, — виновато ответил черноволосый Эдуардо. — Мне же лекарь ещё сказал, что у меня... это... как его...

— Не утруждайся, — махнул рукой третий, с серыми глазами. — Просто ты порой забываешь некоторую важную информацию.

— Да, да... Но я ведь не бесполезный!

— Никто и не обвинял тебя в этом, — отозвался человек без волос. — Пентаграмма находилась под Шпилем Величия. Нам надо пройти к центру помещения.

— И почему её здесь нет, Фредерик? — изумился Эдуардо, не увидев того, что им нужно.

— Набрав Сил она исчезла..., — несколько неуверенно ответил на вопрос человек без волос.

— Мастер Назриар не говорил нам ничего про это, — почесал в затылке сероглазый.

— И что предлагаешь делать, Томас?

— Возможно...

Четвёртый же, что до сих пор не проронил ни слова, также молча опустился на колени прямо перед тем местом, где раньше находилась пентаграмма, провёл по полу рукой, и погрузил туда руку по кисть. Трое остальных замолкли и с неподдельным изумлением наблюдали за действием. Четвёртый человек погружал руку всё глубже, уже по локоть, и что-то пытался найти. Выражение лица, столь сосредоточенное и увлечённое поисками, чуть преобразилось. Появилась лёгкая улыбка. И он вытащил из-под размягченного, буквально рыхлого, пола, внушительных размеров перстень, с изображённым на нем шипастым хвостом, свернутым в клубок, и по обе стороны которого выставлены обнаженные мечи. Он также молча подал перстень Фредерику.

— Но как ты..., — начал было тот спрашивать, забирая перстень, но молчаливый человек принялся жестикулировать.

Понять его мог лишь Фредерик, остальным эти жесты ничего не говорили.

— Любопытно. Мастер Назриар поведал лишь ему то, что надобно делать, если нам придётся явиться сюда, — объяснил Фредерик остальным.

— Хм, мудро, — почесав подбородок, произнёс Томас.

— Воистину, ведь трудно заставить говорить того, кто и так лишён языка. Однако, Филлип, ты мог бы предупредить нас..., — но договорить ему не удалось, так как немой вновь принялся жестикулировать. — Хм, мастер Назриар лично запретил ему говорить об этом кому бы то ни было. Он уверяет, что даже Патрик, даже остальные демоны ничего не знали про запасной план Николоса.

— Как бы там ни было, мы пришли и забрали то, что нам нужно, — пожал плечами Томас.

— И что теперь? — очередной неуместный вопрос от Эдуардо. — Мы же должны были куда-то пойти...

— Нам надо забрать одну старинную книгу, которую некогда написал сам Повелитель Тьмы. И этим перстнем мы сможем её открыть.

— Это я помню, — внезапно произнёс темноволосый Эдуардо. — Но, где нам её искать?

— А это самое сложное. Будь с нами хоть кто-то из демонов – задача не оказалась бы столь трудной. Книга находится в сокровищнице Храма Клинков.

— И как нам её забрать?

— Не знаю, Эдуардо. Быть может, сейчас у нас ничего не получится. Может даже наши преемники не добьются успеха в этом, но рано или поздно, спустя поколения, книга всё же будет в наших руках, и тогда грандиозный план павшего мастера Назриара осуществится. Да, я понимаю, что каждый из нас хотел бы увидеть лично день триумфа, но мы все прекрасно понимали, что можем не дожить до него. Гордитесь тем, что вы стали одними из посвященных, чего лишены очень многие. Пусть даже пройдут целые столетия, пусть даже тысячи лет минуют, но мы добьемся желаемого.

Глава I. Отголоски прошлого

Спустя четырнадцать веков, после уничтожения Рейвенхилла

— Как же сильно изменился мир, — невольно прошептал человек, проходя мимо стеклянных небоскрёбов, а мимо него проносились машины.

Да, мир изменился очень сильно с его молодости. Тогда, почти шестьдесят лет назад, никто и помыслить не мог о не бензиновых автомобилях, умных часах, что способны полностью заменить телефон, да и голограммы превратились уже в обычное явление, не захватывающее дух. Куда ни кинь взор – везде нарвёшься на голографическую рекламу: шампуни, средства для мытья туалетов, особые небольшие таблетки-капсулы после которых не испытываешь голода в течение целого дня, сообщение о готовящейся презентации новейших умных часов, способных не только считывать все биометрические данные владельца, но также оснащённые улучшенным искусственным интеллектом, что позволяет вести с ними задушевные беседы, а также эти самые часы могут давать человеку советы по улучшению здоровья (после проверки здоровья специальными измерительными приборами, а также взвесившись на определённых весах, которые, естественно, надо купить). Пятьдесят с лишним лет назад технологии только начали становиться общедоступными, хоть и стоили непомерных денег. Теперь же невозможно себе представить человека без какого-либо гаджета.

— Любопытно, что же будет дальше? — почти воодушевленно спросил человек в пустоту, смотря на стеклянные громадины.

— То же, что происходит сейчас. Деградация, — ни с того, ни с сего послышался ответ.

Обернувшись, пожилой человек увидел мужчину с тёмно-русыми чуть растрёпанными волосами, эдак недельной щетиной, зелёными глазами. Ни худой, ни толстый – обычный. Одет в тёмно-синюю футболку и потёртые джинсы.

— Вы... вы курите? — обратил внимание мужчина на зажжённую сигарету.

— Я только что сказал, что человечество ждёт лишь деградация, а вы обратили внимание на сигарету? — усмехнулся неизвестный. — Ох, люди... Никогда не перестанут удивлять и забавлять. Ежели вас это смущает, то что ж..., — он бросил сигарету на землю и потушил.

— Вы..., — пожилой мужчина пребывал в сильном смятении, чуть заволновался и не понимал, как именно себя лучше вести. Неизвестный обозвал всех дегенератами, он закурил на улице, что запрещено, так ещё и бросил сигарету на землю, за что его должны серьёзно оштрафовать.

— Меня зовут Реймс Меккер.

— Кристофер Алиетерман, — тихо представился мужчина, пожав протянутую ему руку.

— По вашему выражению лица, осмелюсь предположить, что вы не согласны со мной касательно деградации человечества, так?

— Да.

— Почему?

— Простите?

— Почему вы со мной не согласны? — Реймс не раздражался от переспросов. Он привык к подобному поведению.

— Ну... Так подумайте сами: сегодня человечество знает гораздо больше, чем ещё сто лет назад. Мы уже вылетаем в космос и вскоре начнём осваивать ближайшую из планет, создав там небольшую колонию. А посмотрите на всю технику, которая нас окружает. Через три-четыре, самое большее – пять лет, обещают запустить летающие машины в массовое производство...

— Вы, конечно же, правы, но лишь отчасти. Всё вами сказанное – достижения всего человечества в целом. Однако должен вас огорчить: каждый отдельно взятый человек становится лишь слабоумней из поколения в поколение. Технологии упростили жизнь, но в общем целом люди настолько обленились, что уже давно есть возможность лёжа в кровати активировать чайник, например. Конечно, это ведь очень сложно – сделать с десяток шагов, дабы включить его вручную. И подобных примеров масса. Бумажная литература почти не востребована, а ведь ещё пару десятилетий назад издательства выпускали столько всеразличного дерьма, что даже подумать об этом страшно. Посудите сами: уровень образования весьма низок как в школах, так и в университетах; везде готовят тупых и послушных рабов, но не свободомыслящих людей. Ежели вам казалось, что институты хотят по-настоящему вас образовывать и научить мыслить, то спешу вас огорчить. И вот что получалось: на образовательные учреждения надеяться не приходится, а читать уже нечего, ибо почти всё издаваемое призвано лишь превращать людей в ещё больших глупцов. А потом мы будем удивляться, почему же современные дети с трудом пишут собственное имя и не могут научиться читать и выражаться правильно. Ох уж это «потерянное косноязычное поколение».

— В ваших словах много негатива...

— Увы, но без оного никак невозможно. Любой человек, считающий себя хоть немного интеллигентным, видя всё вокруг, не может смотреть на всё чрез призму «хорошего» и «доброго». Могу сказать лишь одно, чем я доволен... Церковь потеряла то влияние, что имела ещё три с половиной столетия назад.

— Вы ещё и против Церкви выступаете? — Кристоферу никогда не доводилось встречать столь озлобленного на мир человека.

— Разумеется. Обратимся к прошлому. Некогда существовал такой город – Рейвенхилл, находившийся на самом юге Верхнего континента. Однажды город оказался уничтожен…, — Реймс вовремя осёкся, понимая, что объяснять сейчас что-либо, как минимум, излишне, —… опустим причины его уничтожения. Важно другое – что сказала Церковь, вы знаете?

— Я даже не слышал о таком...

— «Вседержитель обрушил праведный гнев на град», — не дослушав, процитировал Реймс.

— Но за что?

— За грехи, разумеется. Это же очевидно. И ведь все поверили в их россказни, а потому Церковь имела огромное влияние на весь мир. Именно она и стала давить науку, свободомыслие, прогресс и здравый смысл. Конечно, Церковь всегда этим занималась, но именно на протяжении почти одиннадцати столетий она делала это особенно усиленно и эффективно. Лишь триста пятьдесят лет назад её хватка стала ослабевать. А теперь скажите, почему наука и здравый смысл стали процветать лишь четыре века назад?

— Хотите сказать, что Церковь...

— Не хочу, а говорю прямо, как есть. Да, именно Церковь Вседержителя виновата в том, что порядка тысячи лет ничего не развивалось. Они и раньше подобным промышляли, порядка восьмисот лет, но задушить науку полностью им в то время не удалось. Если б не Церковь, то тот уровень прогресса, что у нас есть сейчас, мы получили бы... думаю, лет шестьсот назад. Может, пятьсот.

— Откуда вы...

— Я много читаю. Притом именно бумажную литературу.

— Тогда это объясняет...

— Объясняет? Любопытно. Позвольте же поинтересоваться, что же именно?

— Вашу манеру говорить.

— Прошу прощения, но что с ней не так?

— Вы говорите, словно родились двести лет назад, если не раньше. Надеюсь, мои слова вас не обидели?

— О, вот, значится, как. Что ж поделать, милсдарь, таков уж я. Можете считать меня старообрядцем. Нет, конечно же, не обидели. Даже наоборот, я весьма польщён, что вы не дали мне тысячу лет.

— Действительно. Но это бы звучало совсем глупо, — чуть усмехнулся Кристофер.

— Отчего же?

— Не понимаю вашего вопроса. Двухсотлетний человек... в это проще поверить, нежели в тысячелетнего.

— Я бы не был столь категоричен, дорогой Кристофер. Как ни как, но свыше тысячи лет назад здесь было относительно много магической энергии. Но на её смену пришла наука и технологии.

— Магия? Вы… серьёзно? — Кристофер начинал посматривать на Реймса как на шутника, либо как на неуравновешенного.

— Абсолюнто серьёзно, — Реймс достал из кармана пачку сигарет «Wezerd», взял одну и, держа в руках, продолжал говорить. — По-вашему Церковь получила своё влияние некогда просто так? Им просто удалось убедить миллионы людей, что их боги ложны, а Вседержитель – единственно истинный? Нет, дорогой Кристофер, всё куда интересней. Былые жрецы доказали, что владеют особой магией, что ниспослал им сам Отец. Но одной лишь магии мало, верно? Множество иных богов также владели ею и наделяли некоторых людей собственными Силами. Так почему же Церковь в итоге победила?

Не дожидаясь ответа, Реймс ответил:

— Потому что им удалось показать, что их магия сильней. Жрецы множества богов пытались противостоять священнослужителям Вседержителя, но те побеждали, и говорили, что именно вера в Отца наделила их подобной силой. И так, постепенно старые боги сменились одним единственным.

— Так разве нельзя, исходя из этого, сказать, что Вседержитель всё же существует?

— Вам так важно узнать, есть ли он на самом деле, аль нет?

— Мне интересно...

— А, я понял. Вы агностик. Вот почему вас так интересует подобное. Но одних лишь моих слов вам будет недостаточно. Вы, агностики, нуждаетесь в реальном доказательстве, материальном. Пока вы лично не увидите Вседержителя – вы не поверите в его существование, но также и не будете отрицать такую возможность. Хитрая позиция, Кристофер. Таким образом вы пытаетесь спастись от двух бешеных голодных псов, коих держат на цепи. Вы стоите ровно посередине помещения, и вас не могут достать. Но вы слышите, как гремят цепи, как злобно лают голодные зверюги. Возможно, вы даже чувствуете зловонное дыхание, исходящее из пасти каждого.

Кристофер задумался над словами Реймса, и нашёл его метафору весьма интересной, хоть и несколько странной и, пожалуй, не совсем подходящей, но всё же. Его визави же собирался вновь закурить.

— Это очень вредно, вы ведь знаете?

— Уверяю вас, — Реймс вынул изо рта так и незажжённую сигарету, — на меня это никоим образом не скажется. Чтоб меня взять, надобно нечто более серьёзное, нежели какой-то там никотин.

— Так ведь курение вне разрешенных мест на улице запрещено...

— И что мне сделают? Штраф?

— Если часто будете попадаться, то могут и арестовать...

— Дрожу от страха, — посмеялся Реймс и махнул рукой. — Что ж, Кристофер, было приятно с вами поговорить, но мне пора. Однако напоследок дам совет касательно тех двух псов: не полагайтесь лишь на собственный слух, не поддавайтесь воображению, откройте глаза, присмотритесь как следует, и вы увидите, что лишь один из них хочет вас растерзать.

После этих слов Реймс взял сигарету, приставил к ней один палец, на кончике которого заплясал небольшой язычок пламени. Кристоф подумал, что ему всё показалось, но его визави улыбнулся и подмигнул ему, после чего растворился в воздухе, подобно галлюцинации. Человек же стоял и не мог прийти в себя от увиденного, а на земле лежала и тлела сигарета.

***

Подобными вещами и жил Реймс Меккер в двадцатом столетии своего мира. Он без каких-либо проблем мог заговорить абсолютно с любым человеком, сколь бы слабоумен тот ни оказался. Раньше он пытался вразумить тех, с кем общался, открыв им глаза на реальность. Увы, но его потуги крайне редко оканчивались успехом. Как правило, если человек уверял, что верил в Церковь и во Вседержителя, то его почти невозможно переубедить. Даже когда он демонстрировал им магию – ничего не помогало. И Реймс оставил эти жалкие попытки. Он решил просто общаться с первыми встречными, коль появится настроение на диалог, но не более того. И Реймс совершенно не боялся демонстрировать свою Силу перед другими, простыми смертными.

Что же стало с ним за все эти годы? Он всё ещё одержимый, или же превратился в настоящего демона? Увы, но Реймс и сам не мог ответить на эти вопросы. За четырнадцать веков он так ни разу и не услышал голос Бехгарота, но пользовался его Силой. В самом начале, когда Рейвенхилл только-только оказался уничтожен, Реймс Меккер странствовал в одиночестве и не знал, как быть и что делать. Потерянный, заблудший, одинокий, он пытался найти своё место в мире. И поиски эти продолжаются уже более тысячи лет. Давным-давно он пытался покончить с собой, ибо не видел смысла в собственном существовании и считал себя мерзостью, что не достойна права жизни. Но он так и не смог нанести себе смертельного удара. Не редко он сражался, совершенно не заботясь о себе и умышленно подставлялся под стрелы и мечи. Его рубили, арбалетные болты пробивали насквозь, снаряды катапульт обрушивались ему на голову, но он всегда оставался в живых. Оружие смертных на него не действовало. Несколько раз он даже молился Вседержителю, дабы тот покарал его, но праведный гнев не обрушился на ставшего демоном. Реймс хулил Отца, называл Его ничтожным и жалким, разрушил несколько церквей и храмов, но воздаяние так и не последовало.

Происходившее же в мире его не особо интересовало. Порой на землю являлись другие демоны, и, если ему удавалось их почувствовать и найти, то он обязательно сражался с ними. Нет, Реймс не собирался избавлять мир от порождений Тьмы. Также он не собирался становиться эдаким защитником человечества. Его мотивы для битв совершенно просты и эгоистичны: он хотел умереть. Коль обычное оружие и простые смертные не в состоянии избавить его от мучений, то, следовательно, на подобное способны лишь другие демоны. Однако, сколько раз он ни сталкивался с ними, то непременно оказывался в стократ сильней. Без особых артефактов, позволявшим даже низшим демонам одолеть верховных, они не могли причинить ему какой-либо вред. Как ни как, но мощь Бехгарота давала о себе знать, ведь он являлся одним из сильнейших демонов Подземного Мира. Равным ему был лишь Назриар, что долгое время скрывался за личиной Кандиора Николоса. Но его более нет средь живых. Реймс лично прикончил его четырнадцать столетий назад. Кто мог ещё сравниться Силой с ним? Повелителя Тьмы также не было очень давно, а о других столь могущественных демонах Бехгарот ему в молодости не рассказывал. Получалось, что Реймс стал самым сильным средь них, ведь так?

— Нет, — прошептал он, сидя на крыше двадцатиэтажного дома и наблюдая за закатом.

Он не верил, что стал сильнейшим из живущих существ в мире. Рано или поздно, но должен был появиться демон, что окажется как минимум равен ему по могуществу. Не бывает сильнейших и любого можно одолеть. Проблема заключалась лишь в том, что за последние сто семьдесят лет не появилось ни одного тёмного. Светлые же, сиречь ангелы иль архангелы, так и не соизволили ни разу явиться в их мир. Почему бы тогда не покинуть его, отправившись в иной? Быть может, именно в другом месте нашёлся бы тот, кто прервёт страдальческую жизнь Реймса. Всё не так уж и просто. Его мир являлся довольно закрытым, а как именно пробить эту скорлупу, что окружала планету, он не знал. Конечно, мир закрыт именно для магических перемещений. Однако попасть в сам мир намного легче, нежели покинуть его.

За последние сто семьдесят лет Реймс думал о смерти очень редко. Он уже смирился со своей участью, а потому просто пытался кое как жить. Его не интересовали деньги и какие-либо материальные блага. Тем не менее, у него имелась небольшая квартира в городке Ней-Карс, что в стране под названием Эрдеслия, что на Нижнем континенте. Порядка восьмисот лет назад данные земли являлись колонией новой, на тот момент, молодой Вжевльской Империи, которая не смогла просуществовать даже полвека. Теперь же имелась такая страна, как Вжевль, но она на самом юге континента, и территории её крайне малы. Там проживало всего четыре миллиона человек, а ведь будучи Империей она могла похвастаться тремястами миллионами граждан. Но вернёмся к Реймсу. Он мог получить всё, чего только бы захотел, будучи наделённым способностью влиять на простых людей.

— А ты повзрослел, человече, — ни с того ни с сего раздался хрипловатый голос, которого Реймс не слышал столько столетий.

— Бехгарот? — он невольно вскочил. — Так ты жив?

— Если это можно назвать жизнью...

— Но, что с тобой случилось?

— Я развоплощён, Реймс.

— Что это значит?

— Когда ты выпустил мою Силу, дабы убить Назриара, ты разрушил мою материальную оболочку, что таилась внутри тебя. Я почти погиб тогда, Реймс. Часть моей Силы развеяна по миру, тело более не существует, и мне потребовалось столько лет, дабы восстановить сознание.

— Но ты ведь перестал отвечать мне, как только мы вновь стали единым целым...

— Истинно так, ибо Назриар нанёс мощный удар по моему рассудку. Я следил за тобой, я всё видел, но не мог что-либо сказать. А после ты высвободил часть моей энергии, дабы одолеть демона.

— И ты более тысячи лет пытался собраться вновь?

— Нет, Реймс. Более тысячи лет я пытался восстановить свой разум. Тела более не существует и вернуть его мне не получится.

— Но твоя Сила всё ещё осталась при мне.

— Верно, человече. За своё странствие давным-давно ты окреп. Теперь же ты стал столь силён, что можешь выдержать всю мою мощь и твоё тело не разорвет на куски. Признаться, я удивлен.

— Если у меня осталась твоя Сила, а ты потерял своё тело, то, получается...

— Что я все ещё заточен внутри тебя, но уже лишь моё сознание. Всё верно, Реймс.

— И ты не можешь меня покинуть?

— Если хорошо постараться и найти подходящего демона, то можно переместить моё сознание в его тело, и я отделюсь от тебя.

— А твоя Сила? В таком случае ты заберёшь её или же она останется при мне?

— Скажи, Реймс, какой ответ ты надеешься получить? Хочешь услышать от меня, что я заберу её с собой и тогда ты станешь простым смертным, способным умереть? Либо ты хочешь, дабы я сказал, что моя мощь останется с тобой даже после моего перемещения в другое тело?

— Просто скажи, как будет в таком случае.

— Моя Сила больше не принадлежит мне. Она теперь твоя, Реймс Меккер.

— Тогда какой тебе будет смысл перемещаться в другое тело, если ты ни на что не будешь способен?

— С чего же? Я смогу управлять другим демоном и пользоваться его Силами.

— Такое возможно?

— Возможно, Реймс. Я некогда являлся теневым демоном. Теперь же я нечто иное... Окажись я уничтожен, то всё бы было понятно. Однако теперь меня можно прозвать, пожалуй, ментальным демоном. Не уверен, что название подходящее, но всё-таки. Через обряд я смогу проникать в тела других демонов, ежели мне это понадобится.

— То есть тебя невозможно уничтожить?

— Возможно, Реймс. Но у меня нет материальной оболочки, так что подобное воздействие никак на мне не скажется. Но можно уничтожить мою сущность.

И демон разразился громоподобным, жутким смехом.

— В чем дело? — обеспокоено поинтересовался Реймс.

— Ты так и не понял? — не успокаивался тёмный.

— Что я должен был понять?

— Меня больше не существует, Реймс.

— Но... я ведь говорю сейчас с тобой.

— Ты говоришь сам с собой, человече. Бехгарот погиб в тот день.

— Погиб? Но, я думал, что он...

— Развоплощён и набирает Сил, дабы восстановиться. Да, Реймс, ты так думал, а я лишь сказал то, что ты хотел услышать. Я – отголосок от могущества демона, и я же являюсь воплощением твоих мыслей, как затаённых, так и явных.

— Это глупо. Это не логично. Это...

— Звучит так, словно ты теряешь рассудок, — закончил вместо него голос в голове. — Возможно, всё так и обстоит, Реймс Меккер. Возможно ты теряешь рассудок и я лишь тому доказательство. Возможно, ты ещё не потерян и тебя удастся вернуть.

— Но почему ты появился лишь сейчас?

— Я не могу знать того, чего не знаешь и ты. Подумай сам, человече, всё мною сказанное – результат твоих мыслей. Я говорил то, о чём ты думал не однократно. Придав определённую конструкцию твоим мыслям, я сделал наиболее логичный и правдоподобный вывод, исходя из твоих же дум. Ты столько раз обращался к Бехгароту, человече. Почему?

— Уйди!

— Ты хотел перестать быть одиноким. За эти четырнадцать столетий ты ни с кем не был близок, ибо боялся. Ты избегал женщин, ибо боялся, что твоё демоническое естество возьмёт верх и ты растерзаешь бедняжку, как сделал давным-давно будучи ещё одержимым. Но ты ведь понимаешь, что подобного больше не случится? И ты не заводишь друзей, ибо понимаешь, что увидишь их смерть, а терять кого бы то ни было тебе больше не хочется. Талор и Анорен оставили в твоей душе неизлечимую рану.

— Убирайся из моей головы!

— Хочешь, чтобы я исчез? Это легко. Тебе лишь нужно это по-настоящему захотеть, Реймс Меккер. Ну же, избавься от меня. Избавься от голоса Бехгарота, созданного тобой же. Стань вновь одиноким.

Реймс схватился обеими руками за голову и сильно её сжал.

— Так не получится, человече, — издевался голос.

И Реймс спрыгнул с крыши.

Он приземлился на припаркованный внедорожник. Человеческое тело чуть не пробило машину насквозь, что в реальности невозможно, коль говорить о простом смертном. Проходившие мимо прохожие повели себя по-разному: одни завопили от ужаса и кричали, что надобно вызвать скорую, другие подпрыгнули от изумления и некоторые даже упали, одной девушке разлетевшиеся осколки попали прямо в лицо и левый глаз. Сигнализация вопила, но с перебоями.

Вокруг места происшествия собралась толпа. Некоторые достали мобильные телефоны и принялись снимать всё на видео. Один, ни то самый смелый, ни то самый безрассудный, подошёл к машине вплотную и посмотрел на упавшего человека. Тот приземлился передом, но не видно ни капли крови. Более того, спина его едва заметно, но всё же поднималась.

— С вами все в порядке? – задал человек самый глупый из всех возможных вопросов. — Мистер? — он решил легонько толкнуть его по плечу, да только Реймсу это не понравилось.

— Пошел прочь! — воскликнул он и ударил человека тыльной стороной ладони по лицу. Тот отлетел на несколько метров с неестественно вывернутой шеей.

Встав, Реймс осмотрелся. Люди с ужасом глядели на него. Заметив съёмку, одним лишь взглядом демон расплавил все мобильные телефоны. Почти на всех попало несколько огненных капель. Люди с ужасом смотрели на прожигаемые до костей руки.

— Забудьте, — коротко произнёс Реймс и взмахнул рукой, после чего поспешил исчезнуть.

И десятки людей стояли перед сломанным внедорожником, не понимая, зачем они, собственно, собрались.

***

Не прошло и часа после случившегося, как молодой мужчина, наблюдая в несколько широких мониторов, вызвал кого-то по внутренней связи. Он пересматривал падение Реймса вновь и вновь.

— Любопытно, — прошептал мужчина, наблюдая, как только что приземлившийся на машину человек одним взмахом руки лишил всех присутствующих памяти.

К нему вошла женщина и с ходу, как обычно, задала вопрос:

— Кого нашёл?

Она даже не спрашивала, удалось ли ему найти кого бы то ни было, так как прекрасно понимала, что её вызывали лишь когда находили тёмных.

— Посмотри, — и мужчина вновь прокрутил запись.

— Кто снял?

— Кто-то из новеньких, — пожал плечами компьютерщик.

Работали они просто: у них имелись наблюдатели, или же адепты, что ещё не посвящены в организацию, но являются потенциальными претендентами. Как правило, они ходят по различным городам и пытаются найти всё необычное, что может быть связано с тёмными силами. Для пущей убедительности каждый носил очки со строенной камерой.

— Уже знаешь, кто это?

— Как раз пытаюсь узнать. Запустил программу распознавания лиц. Как обычно, поставил на проверку фотографии. Может он где-то и светился прежде. Скажи мне, Элизабет, думаешь, это тот самый?

— Не знаю, Алекс.

— Но вроде как подходит. Ты посмотри, что он сделал. Одним лишь взмахом и словом заставил столько людей потерять память касательно произошедшего.

— Это мало чем нам поможет.

— Это говорит о том, что он очень силён, — парировал Алекс. — Полагаю, ещё никогда нам не попадались такие.

— Тут ты прав. Как получишь данные – сообщи, — и Элизабет вышла из помещения.

***

Долго бродя по улицам города, Реймс как-то заметил вдалеке в кустах два ярко-жёлтых глаза. Остановившись, он потряс головой и вновь посмотрел в ту сторону. Ничего. Глаза Бехгарота исчезли.

— Спокойно. Спокойно. Ты начинаешь сходить с ума, — шептал себе под нос демон.

Убедившись, что никого рядом нет, он переместился на Верхний континент – туда, где некогда и располагался Рейвенхилл. Столько времени прошло, но те земли так и остались не заселены. Пытались, конечно же пытались построить новое поселение, пусть даже деревню, но всё оканчивалось неудачей. По неизвестным причинам любое из зданий обрушивалось, деревянные же постройки сгорали. Столько лет прошло, но технологии так и не смогли решить данный вопрос. Даже когда попытались сделать небольшой дом из стекла и металла – ничего не вышло. Всё ломалось и буквально плавилось. Никто из учёных не мог найти рационального объяснения данному явлению. Предполагалось, что именно на том месте под землей протекали потоки лавы; хотя иные утверждали, что там находятся огромные запасы природного газа, которые по неизвестным никому причинам загорелись и горели вот уже невесть сколько лет. Звучит довольно глупо, но двести пятьдесят лет назад ничего лучше придумать не смогли, а нынче все так и вовсе позабыли о данном месте.

Что же стало с Пустыней, Городом Мертвых, цепью непроходимых гор, Одичалой Степью? Они исчезли. Буквально. Пустыня практически перестала существовать, и от некогда огромных бесплодных земель, коими пугали оба континента, остался лишь небольшой песчаный участок на побережье. Сальмарен, он же Город Мёртвых, возможно, так до сих пор и похоронен под землей, или же от него остались теперь одни руины и толпы живых мертвецов более не шастали по развалинам. Реймс не проверял. Цепь гор тоже исчезла, как если бы кто-то, обладавший невообразимым могуществом, просто стёр их. Следовательно Одичалой Степи тоже больше не существовало. Все те места, через которые прошёл некогда одержимый демоном человек, превратились ни во что иное, как в детские сказки.

Ростенхилл, однако, не разрушился и существует по сей день. Правда город переименовали, и теперь он назывался Сэнт-Ромстен, что очень не нравилось Реймсу, но никак повлиять на это он не мог, да и даже не собирался пробовать. Стена, ограждавшая некогда могучий город от жутких земель, давно разрушена. Удивительно, но вместо Пустыни возникла плодородная почва, и там воздвиглись ещё два небольших города, и свыше десятка посёлков.

Прав был Кристофер – мир сильно изменился. Только тот мужчина не понимал, насколько же сильно он преобразился. Магия сменилась наукой и технологиями, а это означало лишь одно: если так продолжится, то через несколько тысячелетий энергии не останется, и это будет означать медленную гибель всего мира. Разумеется, люди попытаются изобрести нечто, дабы исправить ситуацию, но, понимал Реймс, это не поможет.

Человечество любит бахвалиться собственными достижениями и знаниями, да только вот знают они на самом деле не так уж и много, как им самим кажется. Раньше каждый понимал, что существовала магия и энергия, которой и пользовались маги, демоны и жрецы Вседержителя. А что теперь? Магия считается вымыслом и глупостью, годной лишь в качестве сказок для детей. Подобное «понимание» мироустройства очень огорчало Реймса, но он перестал пытаться как-либо изменить мнение других.

Ступая по земле, где раньше располагался Рейвенхилл, демон невольно отметил, что жар ощущался до сих пор. Но недостаточно быть просто человеком, дабы его почувствовать. Надобно владеть магией.

— Сколь же колоссальную энергию тогда выпустили, — прошептал человек-демон, и продолжил идти.

Он мысленно воссоздавал город. Вот он шёл по торговому району. Слева от него располагалась лавка «Тысяча мелочей», принадлежавшая Эльзору Нумирмату. Будучи одержимым, он частенько заходил туда, так как товар регулярно обновлялся, да и сам Эльзор много странствовал, а потому мог рассказать о других королевствах. Чуть дальше располагался трактир «Горбатый конь». Он никогда не понимал смысла названия, но людей там всегда было много. Напротив трактира жил и работал лучший сапожник города – мастер Кольмин. Да-да, именно так. Просто Кольмин. А по соседству с ним находилась алхимическая лавка «Алхимикус» (лишь теперь Реймс понимал, что название выбрано не самое удачное, но в то время оно впечатляло). Столько воспоминаний нахлынуло на него. Не считая того, что он был одержим демоном, его жизнь в городе казалась не столь уж и плохой.

Обернувшись, он увидел тот самый Шпиль Величия. Казалось, что Храм Вседержителя располагался довольно близко, но это не так. До него аж сорок минут ходьбы. Разумеется, по сравнению с нынешними городами Рейвенхилл больше походил на район мегаполиса, но в его молодости этот град являлся одним из самых больших. Ах, вот ведь времена! Кони, кареты, брички, мулы, зловонье от дерьма и мочи, что выливают из ночных вёдер прямо из окон на улицу, гнилые и почти чёрные зубы простолюдинов, смрадное дыхание из их ртов, от которого у любого современного человека вытекут глаза и кожа покроется язвами и волдырями. Казалось бы, ужас и страх! Как только человечество выжило?

— Скучаешь по тем временам? — раздался голос позади.

— Бехгарот, я...

Обернувшись, Реймс увидел не теневого демона с ярко-жёлтыми глазами. Перед ним предстало высокое существо с вытянутым и узким лицом, без носа и ушей; рот представлял из себя десятки отростков кольяподобной формы, не прикрытых губами. Вместо глаз – заполненные тёмно-синим светом глазницы. Кожи на голове не было вовсе, а всё тело – иссиня-чёрного цвета и покрыто небольшими трещинами-прожилками ярко-пурпурного цвета.

— Назриар?! — изумился человек-демон. Вот уж кого он точно не предполагал увидеть.

— Здравствуй, Реймс. Повзрослел. Набрался Сил. Слился с мощью Бехгарота.

— Нет, тебя здесь нет. Это лишь у меня в голове, — человек-демон попытался сосредоточиться и избавиться от морока, но ничего не получалось.

— Не настоящий? Смотри!

Назриар совершил один шаг, почти вплотную приблизившись к Реймсу и протянул к нему руку, желая схватить за горло. Мощная рука со светящимися прожилками прошлась насквозь, так и не сумев схватить человеко-демона.

— Да, ты прав. Я не настоящий, — и Назриар засмеялся демоническим, жутким смехом.

— Исчезни! — закричал Реймс, но тень прошлого не спешила раствориться в воздухе.

— Да будет тебе, человек. Мы с тобой так давно не виделись. Неужели хочешь прогнать меня столь скоро? — издевательская демоническая улыбка не сползала с лица Назриара.

— Просто... оставь меня! — чуть ли не завыл человек-демон.

— Что с тобой, Реймс? Судя по голосу, ты вот-вот заплачешь.

Назриар превратился в густой чёрный дым и оказался за спиной визави. Он сделал вид, что положил руки ему на плечи, и стал нашёптывать. Голос его резко сделался спокойным и даже несколько приятным, как если бы бывалый старец рассказывал очередную историю.

— Ответь мне, Реймс Меккер, почему ты боишься?

— Я не...

— Не ври мне, ибо так ты врёшь самому себе. Ты боишься. Боишься вновь увидеть Бехгарота, хоть и хочешь этого, дабы развеять затянувшееся одиночество. Ты боишься меня, ибо я – часть твоего прошлого, пусть и не самая приятная. Сейчас ты – сильнейший из демонов. Равных тебе не существует. Если бы ты захотел, то мог бы стать владыкой целого мира. Занять место Повелителя Тьмы.

— Но я этого не хочу...

— Истинно так. Ты хочешь покоя. Вечного покоя. Но это лишь потому, что ты не познал вкус бессмертия.

— Это глупости. Нет в бессмертии ничего хорошего...

— Неужели ты так думаешь? Тогда почему я говорю об обратном? Не забывай, я – воплощение твоих мыслей, пусть даже затаённых. Я не скажу ничего, о чём ты бы и сам не подумал.

— Даже если я и думал о подобном, то быстро отбрасывал эти мысли.

— И напрасно, Реймс Меккер. Ты бы столько всего мог добиться. Вот уже больше сотни лет ты не делаешь ровным счётом ничего. Ты просто существуешь. Волочишь жалкую, никчёмную жизнь. Сила Бехгарота не заслужила подобной участи. Ты деградируешь. Ты увядаешь. Не телом и не Силой, но рассудком. И ради чего, скажи? Зачем тебе такая жизнь? Нет Бехгарота и меня – пусть. Ты бы давно мог обзавестись подругой, и даже не одной. Более того, тебе по силам продлить их жизнь. Быть может, ты бы даже нашел способ превратить их в демонесс. Разве этого недостаточно, дабы избавиться от вечного одиночества? Или ты боишься? Ох, я и забыл..., — и тень Назриара протянула одну руку вперёд, указывая человеку-демону куда смотреть.

И Реймс увидел.

Он смотрел на происходившее давным-давно собственными глазами. То был не взгляд со стороны. Это его память. Память об одном из самых жутких дней в жизни молодого послушника Храма. Реймс шёл по лесу, держа за руку и ведя за собой девушку, примерно его ровесницу. Златовласая, милая на вид, приятной внешности, и с удивительными, почти сапфировыми глазами. На ней приличное платье, ведь она не совсем из простолюдинок, но дочь одного купца мелкой руки. Она волновалась, когда согласилась отправиться вместе с Реймсом в лес. Юноша же просто хотел показать ей своё излюбленное место – небольшой пруд, вокруг которого густая, сочно-зелёная растительность и много различной живности.

И вот они пришли на место, и Алиера – именно так звали девушку – изумилась увиденному. Ей не доводилось раньше покидать пределов города настолько далеко. Обычно она с матерью прогуливалась недалеко от стен, но не более того. Зверушки почувствовали доброе сердце и моментально признали златовласую красавицу. Стоило ей вытянуть руку, как на неё тотчас же садились небольшие птички; меж ног то и дело пробегали белки, а на голову ей села удивительная бабочка с лазурными крыльями.

Алиера радостно засмеялась, ведь никогда прежде ей не доводилось чувствовать что-то подобное. Она уже давно общалась с Реймсом, но покинули стены города они впервые.

Проведя чуть больше часа на том месте, девушка поняла, почему юноше столь нравилось то место. Оно и ей пришлось по душе, и они даже договорились при следующей встрече обязательно посетить тот пруд. Но этому не суждено было сбыться. Совершенно внезапно, сам от себя того не ожидая, Реймс быстро приблизился к ней и столь же моментально поцеловал прямо в губы. На всё ушло не более секунды, но того тепла и радости, что испытал юноша должно было хватить на несколько дней. Алиера засмущалась, щёки быстро покраснели, и она осторожно обняла Реймса. По всему телу прошлось очень приятное тепло, сердце ускорилось от волнения и... что именно произошло дальше – молодой послушник Храма не помнил. Но теперь, когда сам его воспалённый за многие века разум решил показать ему прошлое, он увидел, что натворил. И ужаснулся.

Юноша нежно обнимал Алиеру и гладил её одной рукой по золотым, чуть ли не шёлковым на ощупь, волосам. Сердцебиение всё ускорялось и от эйфории Реймс расслабился. Он потерял контроль над демоном, что заточён внутри. Тёмная сущность моментально дала о себе знать. Все птицы, бабочки, лягушки и даже насекомые, почувствовав неладное, разбежались, разлетелись кто куда. Они почувствовали присутствие Тьмы и испугались. Ногти на руках удлинились, превратились в когти. Потерявший контроль юноша медленно проводил ими по спине и затылку девушки. Та почувствовала неприятные покалывания, сказала об этом Реймсу, но тот не останавливался, и продолжал гладить её, с каждым разом вонзая когти всё глубже. Алиера заволновалась, кое-как вырвалась из пугающих объятий да так и замерла на месте от испуга. Она смотрела Реймсу прямо в глаза. Тот хоть и не видел себя со стороны, но мир пред его взором приобрел желтоватые тона. Не трудно догадаться, что глаза Бехгарота проявились, чем и напугали бедную девушку. Она хотела было убежать, закричать и кинуться прочь, но не могла. Страх парализовал её, сковал ледяными оковами.

А дальше...

Одержимый молодой послушник Храма подошёл к ней вплотную, провёл когтем по милому личику, оставив от виска и до подбородка небольшую царапину. Реймс отчётливо слышал странное тяжёлое нечеловеческое дыхание, которое сам же издавал. Не теряя больше времени, одержимый резко повалил Алиеру на землю и принялся её истязать. Нет, демон не позволил себе изнасиловать её. Поступок оказался гораздо страшней. Одним стремительным движением одержимый юноша разорвал на златовласой девушке платье, оголив грудь. Вонзив коготь чуть ниже шеи, он принялся проводить им до самого пупка. Девушка кричала от боли, но одержимый закрыл ей рот второй рукой, да так сильно, что ещё совсем чуть-чуть и можно было бы почувствовать хруст сломанных костей. И он принялся потрошить её заживо. Сдирать кожу, отрывать мышцы, а после засунул руку по кисть ей в живот и...

— Хватит! Довольно! — смотреть дальше на подобное изуверство Реймс не мог, тряхнул головой и зажмурился.

— Вот, чего ты боишься. Боишься, что подобное повторится вновь, — Назриар не довольствовался сказанным. Это просто сухая констатация факта – не более того.

Стоило Реймсу открыть глаза, как его взору предстало растерзанное тело бедной Алиеры. Он отвернулся.

— И долго ты собираешься трепетать пред самим собой? — Назриар вновь превратился в туман и очутился перед Реймсом. — Тебе удалось одолеть меня, ты освободился от Бехгарота. Почему ты до сих пор боишься?

— Да, человече, почему? — раздался другой знакомый голос, и рядом с Назриаром вспыхнуло два ярко-жёлтых глаза, а за ними показалось дымчатое чёрное тело демона. — Меня больше нет с тобой, а значит я не смогу завладеть твоим телом. Ты не потеряешь контроль, ибо теперь ты – демон. Да, тебе противно подобное, но ты вынужден смириться с этим и принять. Но я знаю, чего ты боишься. Тебе страшно, что я всё ещё могу быть жив, а, следовательно, я лишь выжидаю подходящего момента, дабы завладеть твоим телом и слиться с ним. Потому ты боишься. Потому ты до сих пор порой выстраиваешь преграду, пытаясь отделить часть моей Силы от себя. Но Бехгарот мёртв, Реймс. Больше не существует того Бехгарота, который вселился в тебя. Смирись с этим и прими.

— Иначе ты будешь раздавлен собственными страхами.

— За четырнадцать веков ты мог столького добиться, — заговорила тень Бехгарота.

— Власти, — продолжил вместо желтоглазого Назриар.

— Силы, — тела двух демонов превратились в туманы, и лишь их головы остались такими же, как прежде. И они медленно кружили вокруг Реймса по разные стороны.

— Женщины.

— Знания.

— Уважение.

— Лишение страха.

— Никаких оков.

— Могущество.

И демоны говорили. Говорили без умолку и не поочерёдно. Все их слова слились в единую жуткую какофонию.

— Ты мог бы стать новым Повелителем Тьмы, — одновременно и совершенно чётко произнесли обе тени, остановившись перед Реймсом.

— Так что же ты выбираешь? — поинтересовался Бехгарот.

Человек-демон дрожал не то от злобы, не то от страха за увиденное и услышанное. Реймс и сам не мог этого понять, как бы ни пытался. Но он уяснил одно:

— Исчезните, — медленно и сквозь зубы чуть ли не прошипел человек-демон. — Уйдите. Прочь!

Демонические тени внимательно посмотрели ему в глаза, и прежде, чем исчезнуть, оба едва заметно, сдержанно улыбнулись, давая понять тем самым, что ещё вернутся.

И Реймс остался один посреди места, где некогда располагался Рейвенхилл. Места, полного болезненных и жутких воспоминаний.

***

Она уверенно шла в кабинет. Их организация старалась не светиться, потому большинство самых важных объектов располагалось под землей. Не слишком комфортно, зато так гораздо безопасней. В остальном же их организация имелась на всех материках, но главный штаб издавна располагался на Нижнем континенте.

Осторожно открыв дверь и не торопливо войдя в кабинет, Элизабет встала перед мужчиной средних лет, лишенного одного глаза, с неприятным шрамом на всю глотку (некогда один демон перерезал её ему когтем, да только мужчина сумел выжить); короткостриженый, без единого седого волоска, подтянутый и безумно опасный в бою.

— Прелат, у меня для вас важное сообщение, — как и все предыдущие до него, мужчина не требовал лёгкого поклона и разрешал говорить сразу, без своего благословения.

— Я тебя слушаю, Лизи, — после полученной раны ему трудно говорить. Голос звучал с хрипотцой, а кроме того, ему приходилось прикладывать одну руку к шее и чуть сдавливать ее, чтобы говорить разборчиво.

— Мы нашли одного демона. Очень сильного, — и она принялась рассказывать, что снял один из адептов.

Прелат, как ему и подобало, слушал внимательно и не перебивал. На самом деле, смотря на него невозможно сказать, что он возглавлял какую бы то ни было организацию, тем более специализирующуюся на охоте за демонами. Сам по себе он добрый мужчина и любящий отец. Его жена и двое сыновей жили в одном из домов Лиги. Мальчиков он тренировал лично, хоть им и было всего девять и шесть лет.

— Интересно. Очень сильный демон.

— Мастер, мы полагаем, что это тот самый. Тот, кого призвали, дабы отобрать…

— Ты и Алекс? — перебил он девушку. — Или же говорила с кем-то ещё?

— Со своим отрядом, разумеется.

— И все согласны с тобой?

— Алекс проверил по программе огромное количество фотографий. Этот демон запечатлён на некоторых из них. Самая старая снята чуть меньше двух столетий назад. Но кроме этого, его можно увидеть и на снимках сто пятьдесят, сто, восемьдесят, тридцать лет назад. И он ни капли не изменился за эти годы.

— Так сколько же ему на самом деле лет?

— Полагаю, не меньше трехсот.

— Не думаю. Слишком молод. Сто девяносто лет назад в наш мир явился демон по имени Эхтариаш, которому, насколько нам известно, было почти девять столетий. Но даже он не мог лишить памяти стольких людей единовременно, так ещё и одним единственным жестом и словом.

— Хотите сказать, что этот... демон, которого мы нашли, тот самый, что убивал других?

— Если его запечатлели на фотографии двухсотлетней давности, то как так случилось, что он, будучи таким сильным, до сих пор не явился в нашу сокровищницу?

— Выжидает подходящего момента? — предположила девушка.

— Справедливое предположение. Но, обладая такой силой, чего он ждёт?

— Полагает, что в одиночку не справится? Возможно, он предпочитает не бросаться вслепую, а тщательно всё спланировать. С другой стороны, прошло столько лет… Полагаю, что они пытаются призвать ещё кого-то. Второго по могуществу демона.

— Неплохо, Лизи. Но я думаю иначе. Его не вызывали, Лизи. Он здесь уже очень давно.

— Если так, то сколько ему лет на самом деле?

— Не знаю точно. Думаю, не меньше тысячи. Некто неизвестный одолел Эхтариаша, как говорится в наших архивах, за несколько минут. А ведь то был самый сильный демон, с которым доводилось сталкиваться Лиге. Вот и подумай теперь, насколько силён этот... «человек»?

— Очень силён, — коротко бросила Элизабет.

— Где вы его нашли?

— Город Ней-Карс, Эрдеслия.

— О, так он на нашем континенте. Это очень хорошо.

— Мне отправиться и поймать его?

— Думаешь, тебе удастся? — чуть усмехнулся Прелат.

— Всегда удавалось.

— За последние годы сюда вырывались лишь низшие демоны, слабые. Этого же явно можно отнести к верховным.

— Как показала практика, даже демоны не способны противостоять технологиям.

— Я настаиваю на том, чтобы ты просто поговорила с ним и убедила добровольно прийти сюда. Но, если тебе так хочется, можешь попытаться поймать его. Возражать не стану. Однако если хоть кто-то из твоего отряда умрёт, Элизабет, я буду очень расстроен.

В такие моменты Прелат не шутил. Он почти ко всем обращался по-своему, несколько видоизменяя или сокращая имена. Её любил называть Лизи, к Алексу обращался просто Ал или Али, например. Это говорило о хорошем расположении духа у мастера. Но стоило ему произнести чьё-то имя полностью, как становилось понятно: его слова не шутки.

Женщина коротко кивнула и вышла из кабинета. Ей предстояла самая сложная задача из всех, с которыми она сталкивалась: поймать верховного, сильнейшего демона.

Глава II. Наследие

Реймс всё также стоял посреди мёртвой земли, пытаясь прийти в норму после произошедшего. Он надеялся, очень надеялся, что подобное больше не повторится. Не удивительно, ведь ему не хотелось становиться психически неуравновешенным.

«Меня и так нельзя назвать нормальным» — с грустью подумал человек-демон, и был прав.

Его нельзя уже даже отнести к людской расе. Он лишь выглядел как человек, но осталось ли в нем хоть что-то человеческое? Реймс сомневался. Его давно перестали волновать судьбы других. Раньше, спустя несколько лет после уничтожения Рейвенхилла, он, будучи воплощением самой наивности, пытался использовать собственные Силы во благо.

«Как же я был глуп...»

Надеясь, что его по достоинству оценит сам Вседержитель и простит за демоническую сущность, он пытался помочь другим. Не редко спасал больных, которых не могли исцелить даже лучшие лекари. Наказывал тех, кто это заслужил: убийц, грабителей и насильников. Часто посещал различные церкви и храмы Вседержителя, исповедовался, просил у Него прощения за всё им содеянное и молил о милости. Но Отец оставался нем. Реймс же не терял надежду, и продолжал творить добрые деяния. И не только ради искупления собственной загубленной, темнеющей души. Будучи столь молодым, он в самом деле надеялся сделать мир чуть лучше.

Что же случилось в итоге? Церковь прознала про подобного благодетеля, и, узнав, что этому человеку удалось излечить смертельно больного, когда даже никому из жрецов не хватило на это светлых Сил Отца, Реймса тотчас же окрестили еретиком, практикующим тёмную магию. Разве могло быть иначе? Даже Кандиор одного королевства не смог исцелить больного, а какому-то неизвестному человеку со стороны это удалось за считанные секунды. Что это, как не тёмная магия? Думать о святости и непорочности души Реймса даже не стали, ибо тогда, как уверил Благословлённый Пейт, Отец лично указал бы перстом на столь благочестивое дитя. Но этого не произошло. К тому же Благословлённый Пейт не видел в облике Реймса светлых лучин. О чём это могло говорить? Правильно! О принадлежности оного к тёмным силам. Вот только никто из Церкви даже предположить не мог, насколько же Реймс Меккер близок к этой самой Тьме. Никто ведь всерьёз не воспринимал его. Полагали, что это мелкий шарлатан, что захотел славы и богатства. Своими действиями он начал мешать Церкви, и даже несколько очернять её. Церковь не справилась, а какой-то мелкий, никому не известный человечишка смог вылечить другого? Невозможно!

Жрецы взяли его и решили провести «обряд очищения», дабы вывести всё тёмное из души человека. Реймс не стал противиться. Более того, он даже понадеялся, что им в самом деле удастся избавить его от тёмных Сил. Увы, но мощь Бехгарота оказалась много выше объединённых сил высших членов Церкви. Реймс не почувствовал ровным счётом ничего. Его окунули в ледяную воду, благословлённую лично одним из Кандиоров. Но перед этим с десяток жрецов запели хором, а другой Кандиор положил одну руку Реймсу на плечо, а левую ему на грудь, и принялся быстро говорить, почти напевая, текст «очищения». Как и полагалось, церковники использовали старинную версию языка, но Реймс её прекрасно знал. И он отчётливо слышал, как этот самый Кандиор, что «очищал» его, говорил с ошибками. Никто другой этого не мог услышать из присутствующих, ибо все увлекались зрелищем, а также слушали хор. Не успел Реймс сказать и слова, как Кандиор надавил ему на плечо, дав понять, что надо окунуться в ледяную воду.

Как и полагалось, подобная процедура повторилась четыре раза. Хор замолк, и все смотрели на мокрого человека. Кандиор взял его двумя руками за голову, повернул к себе и посмотрел ему в глаза.

— Очищен, — прошептал он, не сводя глаз с Реймса.

— Он очищен! — громко объявил об этом второй Кандиор.

Все присутствующие простолюдины, коим повезло насладиться подобным зрелищем, раболепно опустились на одно колено, приложив левую руку к груди, и принялись благодарить Отца за спасение души.

— Возрадуйся же и ты, ибо Вседержитель очистил твою душу! — радостно объявил Кандиор, что проводил обряд.

Реймс продолжал стоять на месте и удивленно смотрел на него. Его окунули в ледяную воду, но ему не холодно. Он даже не дрожал, но никто на это не обратил внимания.

— Очищен? — удивлённо переспросил человек-демон.

— Разумеется! Я вижу это по твоим глазам! Я вижу в них искру самого Вседержителя, что даровал тебе очищение!

— Но... я ничего не чувствую...

— Не всегда понимание приходит сразу. Порой нужно время. Многие ничего не чувствуют после ледяной воды..., — и лишь теперь Кандиор заметил, что Реймс не дрожал, а спокойно стоял и смотрел на него.

— Это не помогло, — сухо бросил Реймс.

— Не может такого быть. Я же вижу, что ты очищен. Сам...

— Это не помогло, — повторил Реймс. — И говорили вы с ошибками. Вы плохо знаете текст.

Эти слова изумили Кандиора и разозлили его. Он? Говорил с ошибками? Плохо знает текст? Да как посмел этот человек так сказать про него!

— И всё же Благословлённый Пейт был прав. Ты еретик! — это сказано нарочито громко, дабы все услышали. Люди перестали молиться, а лишь непонимающе уставились на священнослужителя.

— Я верный сын Вседержителя, Отца нашего. Я всегда верил в Него и доверял Ему, даже когда начинал сомневаться в Его милости по отношению ко мне – я не терял веру.

— Так почему же ты не веришь мне, Кандиору, когда я говорю от Его имени, что ты очищен?!

— Потому что я не чувствую этого очищения, и вы говорили с ошибками. Если допустить хоть одну ошибку в тексте иль заклинании, то оно теряет свою Силу. Вы же допустили их непозволительно много. И, ежели я очищен, то почему не слышу я глас Отца нашего? Почему Он не шепчет мне? Почему я не ощущаю Его благословения?

— Да он еретик! — выкрикнул кто-то из толпы собравшихся.

— Еретик! — подхватили его другие.

— Предать его анафеме! — предложил один из жрецов хора.

— Сжечь его! — раздался женский голос из толпы.

— Если вы говорите от Его имени, то почему Он не сказал вам правду? Если вы говорите от Его имени, то почему Он не сказал, что вы ошибались в тексте? Если вы слышите Его голос, то почему Он не сказал вам правду обо мне? — Реймс говорил спокойно, не обращая внимания на вопящую толпу, но взгляд его очень не понравился Кандиору. И на мгновение, лишь на одно короткое мгновение, глаза его блеснули ярко-жёлтым. Кандиор испуганно выдохнул, отскочил назад, будто узнав, что Реймс прокажённый, и медленно, осторожно шагал назад, не уводя взгляд с человека.

— Да ты демон... Демон! — закричал Кандиор, указывая пальцем на Реймса. Толпа тотчас же замолчала на несколько секунд, а после все до единого требовали сжечь «тёмного выродка».

— Все эти годы я помогал людям. Я спасал их, я наказывал провинившихся, я излечивал больных, которым не смогла помочь даже Церковь, — Реймс вышел из большой бадьи и развернулся в сторону беснующейся толпы. От него стал исходить лёгкий пар, ибо вода буквально вскипала на его теле.

— Я делал то, что не могли вам дать они, — он указал на жрецов позади, — и многие из вас знают обо мне. Возможно, я даже помогал кому-то из присутствующих здесь. И вы считали меня благословлённым, посланцем самого Вседержителя. Даже когда Благословлённый Пейт обвинил меня в тёмном колдовстве, многие из вас не поверили ему и продолжали доверять именно мне. А что теперь? Обряд очищения не удался, меня обвинили в том, что я демон и неужели это перечёркивает всё то хорошее, что я сделал для вас? Что я творил в нескольких городах? Хоть кто-то погиб по моей вине? Я лишь спасал. Я наказывал виновных, но я никого не убивал. И теперь вам хватает наглости требовать моего сожжения? И вы смеете называть себя верными детьми Вседержителя? Да вы ещё омерзительней демонов!

Тишину нарушил крик одного из Кандиоров:

— Демон! Он демон! — почти истерично завопил он, и толпа вновь всполошилась.

Люди кричали, требовали сожжения, но никто не осмелился выйти вперёд, дабы схватить «тёмного выродка». Стража окружила Реймса, но они не спешили приближаться к нему. Ждали, по-видимому, приказа жрецов. Воспользовавшись моментом, кто-то из толпы бросил в Реймса собственное дерьмо, попав ему чуть ниже шеи. Толпа засмеялась, а человек-демон презрительно опустил взгляд, и с нескрываемым отвращением встряхнул рукой эту мерзость.

— Стража-а! — завопил кто-то из жрецов позади, но Реймс не смотрел на них.

Всецело поглощенный изучением толпы, он смотрел на них. Лишь теперь, когда от него все отвернулись, он увидел истинный облик людей. И увиденное ему не понравилось. Он лицезрел, как уродливая толпа в старых лохмотьях, кои не спасет никакое мытьё, изорванных, изношенных, покрытых слоем пыли и грязи, кричала. Искажённые гневом и отвращением к нему, Реймсу, лица. Кто-то из толпы без зубов, у других же они чёрно-желтые; люди со сломанными, чуть ли не вывернутыми носами; тёмным цветом кожи, ставшей таковой от не смываемой грязи и дерьма. Немытые годами, слипшиеся волосы. И с виду всем было не меньше пятидесяти лет внешне, хотя Реймс прекрасно понимал, что люди, в большинстве своем, чуть ли не вдвое младше.

«Как же вы омерзительны. Если вы считаете себя верующими во Вседержителя, то лучше я буду считаться настоящим демоном, нежели уподоблюсь вам»

Стража приближалась, и кто-то уже замахнулся копьем, но ярость Реймса вырвалась наружу. Она приняла вид ярко-красного Пламени Хаоса, что стремительно разошлось по площади, в одночасье испепелив всех присутствовавших. Никто не успел даже осознать произошедшего, как от всех не осталось даже праха.

Сам же Реймс исчез и больше не появлялся в том королевстве. И с тех самых пор он перестал помогать кому бы то ни было. Люди всё равно не ценили его стараний, а коль подвернётся повод – то назовут его врагом рода людского. И ведь большинство в это поверит. Поверит и будет пытаться поймать или даже убить его. Теперь же, спустя столько веков, Реймс сожалел лишь о том, что позволил тем людям так быстро умереть. Надо было заставить их страдать и умирать медленно и мучительно.

«Но уже поздно об этом думать»

Окинув напоследок безжизненные земли, Реймс переместился обратно в город, где он жил.

***

Элизабет вместе с отрядом уже приближалась к городу Ней-Карс. Прелат любезно предоставил им один из быстрых самолётов-невидимок, оснащенный передовым оборудованием для подобных операций.

— Готовность полчаса! — произнёс пилот в микрофон, и отряд принялся собираться и проверять оборудование.

— Алекс, что скажешь? — поинтересовалась Элизабет.

— Я поставил возле того здания четырех новеньких. Этот демон живёт именно там. Во всяком случае, несколько жильцов подтвердили это, — Алекс остался в главном штабе, он ведь никогда не выходил ни на какие операции.

— Он сейчас там?

— Нет. С тех самых пор он не вернулся. Но я отследил след от перемещения. Он даже не пытается скрыться.

— И куда он отправился?

— На Верхний континент. На пустынную территорию. И он всё ещё не вернулся.

— Отлично. Даже если вернётся – раньше наступления ночи он всё равно не выйдет на крышу.

— На крышу? Ты намерена поймать его?

— Что тебя удивляет?

— Разве Прелат не сказал тебе просто поговорить с ним?

— Алекс, мы имеем дело с самым опасным из демонов, что нам попадались. Напомни, когда в последний раз кто-либо из них пытался выйти на связь?

— Эм... никогда. Но этот, если верить Прелату, совсем иной.

— Демон остаётся демоном ни смотря ни на что. Если мы заговорим с ним, и он откажется отправиться с нами, то мы потеряем преимущество внезапности и тогда нам не удастся поймать его.

— А ты уверена, что вам в принципе это удастся?

— Ты сомневаешься в нас?

— Нисколько, но я переживаю. С таким демоном мы еще не сталкивались, а потому...

— Сущность у всех одинаковая, — отрезала Элизабет и прервала связь.

Подготовка проходила полным ходом. Как и подобало их Лиге, каждый имел дополнительно по холодному оружию, преимущественно одноручные прямые заостренные с одной стороны небольшие мечи, располагавшиеся в ножнах за спиной. В остальном же Элизабет предупредила отряд, что они отправлялись на поимку не простого демона, но верховного. Подобная новость была принята спокойно, как и подобало воинам Лиги.

— Три минуты! — раздался голос пилота.

Полностью экипированный отряд, одетый с ног до головы во все чёрное и с прикрытыми масками лицами, ждали. Дверь отодвинулась, и по приказу все девять людей спрыгнули. Маски у них, разумеется, не простые. За место простых разрезов для глаз – специальное техностекло, похожее как фасетки. Благодаря этому Алекс мог передавать каждому нужную информацию, помечать цели; также в этом стекле имелось ночное зрение, тепловизор, оптический зум, и можно использовать камеру от дронов или же оружия. Костюмы с виду простые, выглядели так, словно они для погружения под воду, но и они, разумеется, не простые. Технологии давно пришли на замену магии, однако большинство людей ничего не знало о существовании последней. Лучшие умы Лиги смогли частично совместить технику и магическую энергию, создав особый материал, на который, по задумке инженеров, невозможно воздействовать Силой. С низшими демонами это срабатывало и не раз. Конечно, из-за этого костюмы не являлись особо ударостойкими и пуленепробиваемыми, но Лига и сражалась с соответствующими существами. Оставалось надеяться, что даже верховному демону не удастся пересилить технический гений людей, и его способности окажутся бесполезными. И, само собой разумеется, костюмы отражали окружение, наделяя обладателя, по сути, невидимостью, хоть и не абсолютной.

Приземлившись на крышу нужного дома, указанного Алексом и оставаясь в невидимости, Элизабет принялась отдавать приказы. До захода солнца у них осталось чуть больше двух часов, так что надо поторопиться к встрече.

***

Как обычно, Реймс захотел выйти на крышу с наступлением темноты. Он часто так поступал, если не сказать всегда, и размышлял. Оставалось надеяться, что в этот раз к нему не явится ни тень Бехгарота, ни тем более Назриара. Реймс не чурался передвигаться на своих двоих вместо того, чтобы просто перемещаться с места на место. Более того, он любил прогулки. Презирал машины и транспорт в принципе, ибо они ему без надобности, но вот прогулки любил.

Только выйдя на крышу, он почувствовал нечто неладное. Непонятное чувство овладело им, и он не мог понять, что же именно изменилось.

«Проклятые демоны» — Реймс решил перенести вину на нахлынувшие на него вчера тени, и потому не предал значения усилившемуся чувству.

Выйдя на середину крыши, он услышал странный звук. Словно бросили что-то маленькое. И в самом деле, прямо под ноги Реймса докатился небольшой металлический шар. Человек-демон изумлённо смотрел на него, и тот раскрылся, излив ярко-белоснежный свет на долю мгновения. Это никак не подействовало на Реймса, ведь от обычной световой гранаты с ним ничего не могло случиться. Он даже не ослеп на время, ибо то не истинный Свет.

Изумлённо осматриваясь по сторонам, он никого не видел, но услышал ещё несколько подобных звуков. Вокруг появилось с полдюжины похожих металлических шаров, и они ударили весьма мощным разрядом электричества. Однако и это никак не повлияло на Реймса. Он даже не шелохнулся.

«Что вообще происходит?»

Ему под ноги прикатил ещё один шар, и человек-демон ждал, что же именно случится в этот раз. Тем временем он услышал звук приглушённого выстрела позади. Стремительно развернувшись, он перехватил...

— Дротик? — он не переставал изумляться с каждым разом всё больше и больше.

Тем временем шар, что так и не сработал недавно, задействовался. Из него вырвался синевато-белый газ. Реймс ничего не предпринимал и лишь с интересом смотрел. В результате он покрылся льдом.

«Что происходит?»

Никакой паники, никакой тревоги человек-демон не испытывал. Если кто надеялся запугать его подобными выходками, то этот некто сильно просчитался.

Откуда-то появились металлические балки. Они там были изначально, или их кто-то успел поставить за несколько секунд? Впрочем, это не особо и важно, так как от них исходила энергия, и образовалось некое странное поле. Превратившись в туман, Реймс вышел из ледяного плена и направился к барьеру. Коснувшись его, ему обожгло руку. Неприятное чувство, но не смертельное. Он попытался пройти сквозь него в человеческом облике, и в виде тумана, но его буквально отбрасывало обратно. Посмотрев вверх и вниз, он увидел, что заперт полностью. Балки же эти на несколько сантиметров вбиты в крышу, так что пройти вниз ему также не удалось бы. Переместиться? Не получилось. Его демонические Силы словно заблокировали.

— Тебе не удастся выйти, — внезапно раздался женский голос, и из ниоткуда показалась довольно высокая фигура, с ног до головы одетая в чёрное.

— А, теперь я понял. Костюм-невидимка, — спокойно произнес Реймс.

Похоже, неизвестная несколько растерялась, не ожидая столь спокойного поведения.

— Сколько времени у тебя ушло, чтобы это все подготовить? — поинтересовался Реймс, но на вопрос ответа так и не получил.

— Как я уже сказала, тебе не удастся выйти отсюда, так что можешь даже не пытаться.

— А если я все же выйду?

— Это невозможно, — уверено произнесла женщина.

— Осторожней, Элизабет. Это очень сильный демон. Не будь так уверена в своих игрушках, — услышал Реймс чей-то голос, раздавшийся в наушниках.

— В самом деле, Элизабет, не переоценивай свои игрушки, — издевательски произнёс человек-демон, и он уверен, что тем самым немало удивил женщину.

— Ты что, включила громкую связь?! — взволновался голос.

— Нет, просто я тебя слышу, — спокойно ответил демон.

— Проклятье! Он меня слы..., — но договорить Алексу не удалось, так как Элизабет прервала с ним связь.

— Ладно, слух у тебя отменный. Это ясно, — сухо бросила она Реймсу. — Теперь ты знаешь мое имя...

— А своё я тебе не назову, — предвидя требование, ответил заключенный. — Что было в том дротике?

— Я тебе не отвечу.

— Что ж, коль так, то пусть. Я спросил лишь из небольшого любопытства, но в целом мне всё равно. А теперь скажи лучше, что тебе надо от меня? И тому, с голосом заядлого технического фаната, что мечтает переспать с женщиной-роботом, тоже.

— Ты отправишься с нами, как только мы лишим тебя возможности пользоваться магией.

— Лишите возможности? Так вот, что было в том дротике. Некая сыворотка, я угадал?

— Это не твоё дело.

— Как раз наоборот, дорогая Элизабет. Ты собираешься лишить именно меня моих способностей, значит это в первую очередь моё дело. Но скажи, куда мне надо будет пойти?

Но вместо ответа он вновь услышал приглушенный выстрел. Перехватил очередной дротик, Реймс недовольно покачал головой.

— Просто выпусти меня, — ирония и издевательство исчезли из его голоса.

— Этому не бывать. Я тебя не выпущу, а самому тебе не выйти. Вы, демоны, все наделены одной и той же сущностью...

Ничего не произнося, а лишь тяжело вздохнув, Реймс сделал шаг вперёд. Он соприкоснулся с барьером, но его не отбросило назад. Он сопротивлялся. Небольшой шаг – и часть лица проникла за пределы барьера. А тот дрожал, сиял, переливался различными цветами. И с третьим шагом Реймс вышел из неудачной темницы. В него выстрелили несколькими дротиками, да только он их все остановил в воздухе, не прибегая ни к каким жестам для этого.

— Серьёзно? — только и произнес человек-демон, после чего, всё ещё держа один дротик в руке, вонзил его себе в шею.

Он ничего не почувствовал. Лишь голова резко дернулась в сторону один единственный раз и всё. Прождав несколько секунд, он исчез в языках пламени и очутился позади женщины в чёрном.

— Как видишь, ваша сыворотка не работала.

В этот самый миг Элизабет стало не по себе. К ней приблизился демон. И не просто очутился рядом во время боя, а спокойно прошёл через непреодолимый, как ей ранее казалось, барьер, сыворотка не подействовала, и тёмный оказался позади неё. Такого еще никогда не случалось. Она просто не позволяла подобному свершиться. Но теперь...

Вокруг них бросили несколько дымовых гранат, и Элизабет вышла из краткого оцепенения. Отскочив как можно дальше от демона и совершив кувырок, она приказала всем включить тепловизоры, и сама ушла в невидимость. Дым оказался очень густым.

— Вы серьёзно? — раздался голос демона.

Элизабет никак не могла понять, почему они всё ещё живы? Их противник очень силён и крайне опасен. Разве ему трудно избавиться от всех всего одним заклинанием?

— Кто вы такие и чего хотите от меня? — вновь заговорил тёмный, стоя на месте и не двигаясь.

Первый выстрел совершила непосредственно Элизабет. Помня слова Прелата, она не собиралась пытаться убить демона, а потому выстрелила ему в ногу. Пули, разумеется, не совсем обычные. Серебряные и усиленные особыми Словами Вседержителя. Да, пусть их Лига не разделяла веру в него, но то, что некоторые их Слова, произнесённые жрецами, действовали на некоторых тёмных – просто глупо отрицать.

Пуля прошла на вылет, но не похоже, чтобы это доставило хоть какой-то дискомфорт противнику. Рана моментально зажила, и Реймс пошёл в сторону Элизабет. Раздалась автоматная очередь. Человека-демона изрешетили из четырёх автоматов, израсходовав по целой обойме.

— Да вы издеваетесь..., — послышался тихий голос Реймса, как если бы он говорил сам с собой максимально недовольным голосом.

Члены Лиги наблюдали за тем, как все раны моментально заживали на противнике. Да так, что не осталось ни единого следа, кроме, разве что, изорванной одежды.

Вяло взмахнув рукой, Реймс развеял весь дым. Неизвестные ему люди всё ещё пребывали в состоянии невидимости, да вот только против него подобное не срабатывало, ибо он мог увидеть их, стоило б ему лишь пожелать. Однако человек-демон решил поступить иначе.

— Asath vkhedakkh, — произнёс он на демоническом языке всего два слова.

Никто из отряда не знал этого языка, а потому они ждали. Все рассчитывали увидеть что угодно: огненный дождь, столб пламени, орды демонических существ или даже преображение Реймса из человека в истинного демона. Но произошло нечто совершенно иное. Их костюмы запульсировали от оказываемого на них воздействия, слегка задрожали. Раздались даже звуки электричества, и невидимость спала со всех. Разом.

Пока Реймс улыбался, в него выстрелили из приличных размеров пушки. Снаряд раскрылся в воздухе, став сетью. Опутав демона, она принялась сжиматься, и по ней прошлось электричество. Это не сбило тёмного с ног, и всем своим видом он давал понять отряду, что этого недостаточно. Тогда в него выпустили еще несколько таких снарядов, и Реймс не смог устоять на ногах. Он упал, а разряды от нескольких сетей не переставая били его.

Отряд окружил лежавшего человека-демона, и каждый совершил по несколько выстрелов дротиками. Реймс сопротивлялся, пытался вырваться, но ничего не сработало. Потеряв силы, он закрыл глаза и уснул.

— Алекс, цель обезврежена и готова к транспортировке, — тяжело выдохнув, доложила Элизабет.

— Надеюсь вы его не убили?

— Я не нарушаю приказов Прелата, — холодно и жёстко бросила женщина. — Доложи на самолете, пусть разворачиваются и...

— А ты уверена, что цель обезврежена? Повторюсь, это очень опасный демон. Самый сильный из тех, что нам...

— Проклятье, Алекс! Делай, что я...

Но договорить ей не удалось, так как Реймс открыл глаза, наполненные ярко-жёлтым светом. Его тело почернело и превратилось в туман, вырывавшийся из сетей.

— Элизабет? В чем дело? Элизабет! — заволновался Алекс, но вместо ответа лидер отряда просто прервал связь.

Туман собрался воедино, вновь приняв человеческую форму, но ярко-жёлтые глаза никуда не делись.

— Вы мне надоели. Кто вы такие и чего хотите от меня?! — голос демона сделался более басовым и стал отдавать хрипотцой. И в нём ощущалось столько мощи, столько власти, что невольно весь отряд вздрогнул.

Первым в себя пришёл обладатель пушки с сетью. Не придумав ничего лучше, он лишь выстрелил очередным снарядом, который прошёл сквозь дымчатое тело демона. Двое принялись стрелять из автоматов, да только все пули проходили также сквозь Реймса, как если бы он был соткан из чёрного дыма. Один из Лиги бросил сразу четыре светлые (их ещё называют «святыми») гранаты тёмному под ноги. Как только они раскрылись и из них полился ярчайший свет, что действовал на низших и некоторых средних демонов испепеляюще, то он тотчас же погас, буквально слившись с Тьмой и войдя в тело человека-демона.

Решив больше не тянуть, Реймс напал. Он не собирался их убивать, хоть мог сделать это всего одним, быть может, двумя заклинаниями. Вместо этого он лишь нападал и калечил отряд. Один удостоился открытого перелома ноги, второму он ударил сбоку по колену, третий получил подобную травму, но в локте; четвёртому он мощно зарядил в челюсть под определённым углом, выбив её и лишив воина сознания. Пятого наградил переломом четырёх ребер, шестого парализовал одним точным ударом пальца в шею; седьмого так сильно ударил по голове, что тот потерял сознание и, скорее всего, получил черепно-мозговую травму. Восьмого же Реймс просто ударил в солнечное сплетение, и тот согнулся пополам, не в состоянии полноценно и глубоко вдохнуть. Осталась лишь Элизабет.

— Говори, кто вы такие и чего хотите от меня? — больше не присутствовало в его голосе издевательских ноток. Демон в самом деле разозлился на них.

Неизвестно, чем именно всё окончилось бы, не раздайся аплодисменты. Один человек очутился рядом в почти точно таком же костюме, что и остальной отряд, но явно более совершенном. Именно он и зааплодировал, выйдя из невидимости.

— Прелат? — изумилась Элизабет. Уж его-то она точно не ожидала увидеть. — Как вы...

— На то я и Прелат, Лизи, — хрипло ответил мужчина, и Реймсу показалось странным, что для этого тому пришлось приложить руку к горлу.

— Быть может, хоть ты ответишь мне: кто вы такие и чего хотите от меня? — человек-демон принялся успокаиваться, однако не терял бдительности.

— Я непременно тебе всё расскажу, но прежде прошу тебя пройти вместе с нами, — хрипло заговорил Прелат, чем вывел Реймса из себя.

— Мне это надоело! — воскликнул тёмный, переместился вплотную к новоявленному человеку, положил руку ему на плечо и исчез вместе с ним.

Перенеся Прелата на дальний восток, к большому полуострову, на котором располагалось самое большое количество вулканов в целом мире, Реймс схватил его за горло стоя на самом краю кратера. Достаточно лишь разжать пальцы, дабы мужчина полетел прямиком в жерло вулкана.

— Говори!

— Этим ты меня не запугаешь, — совершенно спокойно произнёс Прелат, и это титаническое хладнокровие, вкупе с тем, что голос его резко сделался кристально чистым, без хриплых ноток, смутило Реймса. — Если хочешь бросить меня в жерло – бросай. Видишь, я даже не сопротивляюсь, — и он поднял раскрытые ладони вверх.

Отпустить? Избавиться от него? Или же получить ответы?

— Как я уже сказал, — продолжил говорить Прелат, воспользовавшись замешательством демона, — ты получишь ответы на все вопросы, если согласишься пойти вместе с нами.

— И куда же мы отправимся, коль я соглашусь?

— Чуть южней континента. В страну Нильмия.

— Бывал там. Красивое место. Какой именно город?

— Да, там красиво. Наш штаб располагается в двадцати километрах от города Йэльмен. Он под землей.

Мужчина говорил честно, и его спокойствие не вызывало ничего иного, кроме уважения. Посему Реймс переместился обратно на крышу дома, отпустив Прелата. Элизабет тотчас же направила на него оружие, но глава ее Лиги остановил её.

— Вызови самолет, — распорядился Прелат и посмотрел вновь на тёмного. — Ах да, прошу меня простить..., — и он медленно снял маску, чем вызвал недоумение у самой Элизабет. Она не могла припомнить, дабы предводитель Лиги открывался так перед кем-либо добровольно. Лишь его воины знали его в лицо, но никто более.

Перед Реймсом стоял сильный мужчина, с единственным глазом зелёно-серого цвета. Отсутствующий не прикрыт никакой повязкой. Строгие, но мужественные, черты лица заставили демона сравнить Прелата с великими полководцами былых времён. Он и не подозревал, что ему когда-либо попадётся подобный человек в современном, поглупевшем и рафинированно-изнеженном мире.

— Прибудет самолет – погрузим раненых и отправимся...

— Сделаем иначе, — перебил Прелата тёмный.

Человек-демон подошёл ко всем восьмерым из отряда, коих он покалечил, провел рукой над ранами каждого, исправив содеянное. Да, это оказалось больно, ибо Реймс не собирался тратить время на максимально комфортное и благоприятное для людей исцеление. Как ни как, но они напали на него первыми. Они пытались его поймать, точно какое-то животное. Что ж, такова их расплата за совершённую глупость. Более того, они должны быть благодарны, что он не убил их всех.

Завершив жёсткое лечение, Реймс подошёл к Прелату:

— В какой стороне штаб от города?

— Северо-восток. Металлообрабатывающий завод.

Положив руку ему на плечо, они вновь переместились. Очутившись перед огромным заводом, Реймс ждал, чтоб его провели внутрь.

— Лизи, мы на месте. Как вернётесь – приходи ко мне.

— Куда дальше?

— Пройдём, — Прелат выставил руку вперед, указав направление, и пошёл.

Шли молча, так как Реймс всё равно ждал нападения, а потому не собирался отвлекаться на пустые разговоры по дороге. Мужчина с раной на горле, похоже, всё прекрасно понимал, а потому поддерживал тишину.

Завод работал во всю, что ясно из дымящихся труб, но внутрь они так и не зашли. Завернув за угол, они направились к зданию поменьше, на котором недвусмысленно имелось предупреждение об опасности для жизни, а позади него располагались огромные электрогенераторы. Пройдя через тайный ход, они стали спускаться на лифте, выйдя из которого сразу же оказались в просторном помещении, полном старинных книг и рукописей, и с огромным количеством различного оружия (преимущественного холодного) и доспехов.

— Это мой кабинет, — как бы невзначай бросил Прелат, выложив на письменный стол всё имевшееся у него оружие.

— И ты считаешь, что твой проход в самом деле является «тайным»?

— Он на довольно видном месте. К тому же без моей биометрики лифт не вызвать.

— Ты же понимаешь, что это всё можно подделать.

— Лишь в том случае, если кому-то удастся достать мои отпечатки пальцев, голос и сетчатку глаза. Кроме того, всякий раз, когда я пользуюсь этим ходом, у меня берется небольшая капля крови для сравнения во время снятия отпечатка. Я весьма редко выхожу на поверхность. Поймать меня живым не удастся. Кроме того, у меня вшит небольшой чип, соединенный с этим самым тайным ходом. Если я умру, то воспользоваться им сможет лишь мой преемник, да и то не сразу.

— А что помешает кому-то обнаружить проход и вскрыть его?

— Простому человеку это, скорее всего, не удастся. Даже если снесут всё здание над нами, то через каждые десять метров в земле имеются закрывающиеся люки, сделанные из сплава титана и кардибандия. На то, чтобы вскрыть один люк потребуется много времени и сил, а на пути возможных вторженцев окажется аж четырнадцать таких. Кроме того, мне ничто не помешает сжечь там всё. Сам лифт же оснащен взрывчаткой на подобный случай.

«Интересно»

— Как тебя звать?

— Все обращаются ко мне Прелат.

— Мне нужно имя, — настойчиво сказал Реймс.

— Фравадар IX.

— Настоящее имя, — глаза тёмного недобро сузились.

— Оно ни к чему...

— Я не могу доверять тому, чьего имени даже не знаю.

— Но так ведь и я не знаю твоего, — парировал Прелат.

— Реймс Меккер, — моментально ответил демон.

— Никогда не доводилось слышать о таком, — благо в современном мире никто не удивлялся наличию фамилии, как это бывало раньше, ибо фамильное имя носили лишь люди знатного и старого рода.

— Теперь твоё, — не успокаивался тёмный.

— Луи-Маркус… Эшетер, — видно, что Прелат давно не называл своего настоящего имени. — Только у меня к тебе просьба, Реймс: никто не должен знать этого. Таковы правила и безопасность.

— А теперь скажи: кто вы такие и чего хотите от меня?

— Тебе доводилось слышать о Лиге Чёрных Клинков?

— Никогда.

— Что ж, это, как ты, должно быть, догадался, мы. Раньше мы были известны на весь мир как Храм Клинков... Тебе это название о чем-то говорит. Я вижу.

— Истинно так. Я был знаком с одним из ваших адептов.

— Адепт Храма Клинков? Любопытно... Храм превратился в Лигу в восьмом веке Второй Эпохи.

— Я же был знаком с адептом Анореном в шестом столетии этой же Эпохи.

— Тебе четырнадцать веков? — Прелат улыбнулся. — Я знал, что тебе не меньше тысячи лет.

— Мне – да, но моя Сила гораздо старше, Фравадар.

— Не совсем понял тебя. Можешь объяснить?

И Реймс принялся рассказывать свою историю. Как и ожидалось, она затянулась. Он поведал Прелату обо всём. Сам того не ожидая, но ему хотелось поделиться с ним всеми теми злоключениями, что произошли давным-давно. И по мере продвижения рассказа, Реймс чувствовал, как с него чуть ли не сваливался огромный груз. Он словно держал на плечах целую гору, что постепенно обращалась в песок, развеивающийся по ветру.

Окончив рассказ, Реймс отметил для себя, что ему давно не было так хорошо и спокойно. Прелат же, как и подобало величайшему из воинов Храма, превратившегося нынче в Лигу, стоял молча и внимательно слушал.

— Занимательная история, — заговорил он, приложив руку к горлу. — Адепт Анорен мог стать воистину достойным воином Храма Клинков.

— А теперь расскажи ты мне: почему вы сменили название и в чём заключается ваша цель?

— Давным-давно, после уничтожения, как теперь мне известно, именно тобой, Рейвенхилла, из тени вышли странные люди. Они нападали на нас. Сперва пытались схитрить, но быстро осознали, что наши ловушки обойти не в силах, а потому прибегли к помощи демонов. Такого развития событий наши предшественники не ожидали, но смогли дать отпор тёмным силам.

— Но зачем им нападать? В чём смысл? Кто в здравом уме отважился бы штурмовать легендарный Храм Клинков, где готовили лучших воинов на обеих континентах?

— Мы долго не могли это понять, Реймс. Нам не удавалось поймать людей живыми аж целых сто сорок лет. На них имеются особые метки. Как правило — это пятиконечные звёзды, вырезанные на разных частях тела. Долго не могли мы понять, почему пойманные умирали до того, как начинали говорить. Всё дело именно в тех метках. Они убивали своих носителей. И вот, поймав одного, его моментально лишили кисти, так как звезда у него была вырезана на тыльной стороне ладони.

— И вам многое удалось узнать у него?

— Увы, не так уж и много, как хотелось бы, но это лучше, нежели ничего. Мой предшественник выяснил, что им нужна наша сокровищница, ибо в ней находится некая книга, которую они очень хотят заполучить.

— И зачем она им?

— Если б мы только знали. Пойманный не успел дать ответа, как из ниоткуда появился выживший в той битве демон и вогнал когтистую руку ему в голову, после чего был убит нами.

— Демон пожертвовал собой, дабы сохранить тайну?

— Именно, Реймс.

— И с тех пор вы никого не могли больше поймать?

— Нет. Осматривая тела убитых, мы обнаружили, что их перестали помечать пятиконечной звездой. Но они продолжали умирать. Тогда один из Прелатов догадался вскрыть мертвеца. Им стали ставить метки, выжигая их на костях. Быстро избавиться от подобного невозможно, ведь, опять же, метка могла располагаться где угодно. Собственно, спустя два с лишним столетия подобных нападений тогдашний Прелат осознал, что угроза куда как серьезней, нежели могло показаться изначально. И он решил переименовать Храм в Лигу Чёрных Клинков. Демонов, низших и большинство средних, можно убить лишь при помощи особого сплава нескольких металлов, а также добавив туда демонической крови. В результате сталь становится не то что бы чёрной, но несколько темнеет.

— Как выглядит нужная им книга? И почему бы просто не уничтожить её?

— Не знаю. У нас много различных книг в сокровищнице, но многие из них мы не можем открыть, а портить подобную драгоценность – кощунство. К тому же, если она столь ценна, то, подозреваю, она весьма могущественна. Так неужели нам удастся уничтожить её? Пойманный, кстати, тоже не знал.

— Можно ли верить его словам?

— Абсолютно, ибо его заставили выпить небольшой отвар. Он дурманит, и заставляет отвечать на вопросы. Сейчас подобное называют сывороткой правды.

— И как часто нападают?

— По-разному. Раньше они могли штурмовать раз в несколько дней. После же раз в месяц. Чем дальше – тем реже.

— Ослабли?

— Нисколько. Боюсь, что они лишь набирают силы. Тебе доводилось бывать в настоящем Храме Клинков?

— Никогда, — честно признался Реймс.

— Он располагался в пятистах километрах от этого места. На территории современной Базталии. Как думаешь, почему мы покинули старое, ставшее священным, место?

— Неужели оно уничтожено? — и человеку-демону сделалось грустно, и он очень сожалел, что в своё время не посетил легендарное место.

— Верно. Почти два столетия назад те люди вызвали могущественного демона Эхтариаша. Именно он и уничтожил наш Храм. Сокровищницы там давно не было. Её перенесли на новое место.

— Эхтариаш? Высокий, худощавый, с четырьмя руками и вытянутым лицом, похожим на голову осьминога? — решил уточнить Реймс.

— Да, это он. И ты одолел его тогда.

— Он не был могущественным. Возможно, сильней всех предыдущих, кого сюда вызывали, но не более того.

— Я понимаю, что по сравнению с тобой или тем Назриаром, которого ты одолел давным-давно, Эхтариаш – ничто. Но пойми и ты, нам, простым людям, не легко сражаться против таких.

— Не принижайся. Вы не столь уж и просты.

— Но мы просто люди, не наделенные Силами, — парировал Прелат и собирался добавить что-то еще, да только прокашлялся и резко замолк. Он лишь указал на рану на шее.

— Не можешь долго говорить? Отвечай молча, Прелат, я смогу прочитать твои мысли, если ты, конечно, не станешь сопротивляться.

Предводитель Лиги Черных Клинков на мгновение задумался. Всё же открывать свой разум демону, пожалуй, не лучшая затея, но Реймс ведь не враг. К тому же можно частично блокировать доступ.

— Ты прав. Горло начинает жутко болеть и даже чесаться изнутри. Противное ощущение.

— Я могу посмотреть на рану и попытаться ее исцелить. Не обещаю, что смогу помочь, ибо рана давняя.

— Благодарю за предложение, Реймс, но не стоит. Это напоминание мне.

— Как пожелаешь. Демон?

— Простому человеку не подобраться ко мне. Пусть это и звучит высокомерно, но это так. Да, это демон. Двадцать четыре года назад, вскоре после того, как я стал Прелатом, на нас напали те люди. Их было немного, но вместе с ними пришло и пятеро демонов. Я сражался один против троих. Избавившись от одного и нанеся серьезную рану второму, я был уверен, что он умер, а потому покончил с третьим. Однако раненный сумел воспользоваться тем, что я отвлёкся и стоял к нему спиной. Он прыгнул на меня сзади, и одни стремительным движением перерезал глотку когтем. Он собирался, видимо, сделать со мной что-то ещё, да только ему в голову выстрелил один из моих бойцов. Я, будучи едва живым, был доставлен в нашу больницу.

— Впечатляет. Твоя воля достойна похвал. Но мне не известно, чтобы после Эхтариаша здесь появлялись могущественные демоны.

— А они и не были сильными. То низшие демоны, с которыми, зачастую, легко справиться. Просто я тогда поступил крайне глупо, что недостойно Прелата, и не удостоверился, что второй демон точно погиб. Теперь это, — он указал вновь на шрам, — служит мне вечным напоминанием. И с тех пор я никогда не допускал подобных ошибок.

И они на время замолчали. Реймс принялся осматривать кабинет и не без изумления заметил в коллекции старинный доспех, которому чуть больше тысячи лет. На нем выгравировано золотом имя «Энтуан ор-Баас I». Реймс слышал об этом короле Верхнего континента, что правил королевством Гурти. Он прославился как самый миролюбивый правитель своего времени, хотя для прихода к власти ему пришлось пролить достаточно крови. Предыдущий король был старым и тучным безумцем, развязавшим войну с двумя небольшими соседями. Он ничего не делал в королевстве, а его личная гвардия в тысячу воинов занималась вечными грабежами и распутством, насилуя девушек по тавернам. Хотя, поговаривали, что они не брезговали и детьми. Даже мальчиками. Кроме того, надо было платить вечные пошлины непонятно за что и ради чего, иначе в лучшем случае темница, либо смерть. И вот явился молодой, высокий и сильный граф Энтуан ор-Баас с Южного континента, купивший часть земли в королевстве, и ежегодно плативший дань золотом королю. Видя положение дел, молодой граф не захотел терпеть подобное и поднял восстание. Он хотел всё провести мирно, однако личная гвардия безумного короля принялась убивать простых крестьян, ни в чём не повинных, ибо в каждом видели угрозу для короны. Тогда Энтуану ор-Баасу пришлось и самому обнажить меч, и окропить его кровью. Он лично обезглавил короля, но отказался надевать корону. Граф провёл голосование, как теперь это бы назвали, средь всех граждан королевства, спросив, кого они хотели видеть новым правителем. Граф предлагал себя, но помимо него участие принимали и двое герцогов, и даже четверо баронов. Разумеется, люди избрали именно Энтуана, и с тех самых пор исчезло престолонаследие. Король избирался один раз и пожизненно. С его же смертью сами люди должны были избрать себе нового правителя.

— Прелат, мы вернулись, — доложила Элизабет по связи, которую предводитель Лиги специально поставил на громкую.

— Превосходно, Лизи. Мы тебя ждем.

В кабинет вошла Элизабет, но без костюма и не скрывая лица. С виду ей не более тридцати лет, короткие тёмно-русые волосы, серые глаза, тонкие губы, хорошая фигура, подтянутая. Стояла прямо и смотрела на Прелата. По её виду становилось понятно, что она настоящий воин. Собственно, ничего меньше человек-демон от Храма Клинков и не ожидал.

— Итак, а теперь вернёмся к тому, с чего мы начали. Зачем я вам?

— А ты еще не догадался, Реймс? — поинтересовался Прелат.

— Реймс? Тебя зовут Реймс? — подобное имя показалось Элизабет весьма любопытным.

— Тебя чем-то смущает моё имя?

— Много столетий назад существовал такой город. Реймс. На Верхнем континенте.

— Это замечательно, но меня не интересует. Фравадар, ответь на мой вопрос!

— Ему известно ваше имя? — демон не переставал удивлять.

— Да, Лизи. Мы уже хорошие друзья, — Прелат улыбнулся, от чего женщине полегчало. Значит, всё и в самом деле хорошо.

— Да, настолько хорошие, что он даже назвал мне своё настоящее имя.

Ох, этот взгляд. Это изумление, что даже бывалый воин Лиги не сумел скрыть – бесценно. Подобное казалось Элизабет просто немыслимым. Невозможным. Никому неизвестно настоящее имя Прелата. Никому!

— Так вот, Реймс, мы хотели попросить тебя помочь нам отыскать тех людей и покончить с ними.

— Неужели прославленный Храм Клинков не способен сделать подобное без моей помощи? — человек-демон приподнял верх одну бровь.

— На нас нападают крайне редко, а это значит, что они готовятся. Возможно, они призвали уже целую армию демонов, которых тщательно скрывают. Этого мы не знаем. Я бы хотел, чтоб ты помог нам справиться с ними. Для тебя все демоны – ничто. Ты одолеешь их за минуту.

— Для начала, вы найдите их, и тогда я подумаю, — Реймс достал пачку сигарет, взял одну и закурил, создав язычок пламени на пальце.

— Здесь нельзя курить! — мгновенно отреагировала Элизабет.

Человек-демон лишь тяжело выдохнул, и сигарета исчезла в серо-черном дыму.

— Попытались похитить, пытаются уговорить помочь им, так теперь и курить запрещают... Что за день-то такой…

— Признаться, я удивлён твоей пагубной привычке.

— Меня это все равно не убьёт, так что в меня можно влить хоть тонну чистого никотина, — пожал плечами Реймс. — А теперь скажите вот что: ваша сокровищница располагается в совершенно ином месте. Хорошо. Вам нужна моя помощь. Допустим. Ты сказал, Прелат, что на вас крайне редко нападают в последнее время. Как сюда можно пробиться?

— Сюда им пробиваться бессмысленно, Реймс. Сокровищница не здесь.

— Но они, я надеюсь, этого не знают?

— Они не могут этого знать. И сюда им будет очень сложно прорваться.

— Я тебе верю, но всё же не существует неприступных крепостей. Некогда невозможно было вообразить, что Храм Клинков падёт, однако его уничтожили.

— Я понимаю твоё беспокойство, Реймс, и даже разделяю его. Но с тех пор многое изменилось. Это место надёжно защищено. Низшие демоны не смогут пользоваться своими силами, и некоторые средние тоже. В лесах полно ловушек, в том числе и минные поля. Сам завод хоть и действующий, но вооружения и различной техники там предостаточно. Кроме того, на крыше появится множество турелей и систем ПВО на случай, если нападут летающие демоны. Пытаться прорыться под землей – бессмысленно, на подступах к штабу всё перекрыто и установлены перекрытия, а также имеется лазерная защита. В самом штабе порядка четырёхсот воинов Лиги, что готовы выступить в бой в полном вооружении. У нас имеются сыворотки, что лишат демонов их магических способностей, и множество различных ловушек, – после столь долгой речи Прелат закашлял и всем своим видом дал понять, что дальше говорить некоторое время не сможет.

— Это все замечательно, и я отдаю вам должное. Вы подготовились на славу, однако стоит беспокоиться не за демонов, Прелат. Я уже давно осознал, что люди зачастую хуже тёмных.

— Даже если так, тебе прекрасно известно, что у нас готовят лучших воинов, — заговорила за Прелата Элизабет. — Ни одному солдату, даже из особого отряда, не сравниться с нами.

— А кто сказал, что они захотят сразиться честно? За всё время своего бренного существования я осознал одно: ни одну крепость не брали грубой силой. Исключительно хитростью. Разумеется, если не было помощи со стороны демонов.

— На что ты намекаешь?

— Ни на что конкретно, и на всё сразу. Вариантов хитрости может оказаться много. К примеру, они могут продумывать детальный план, как проникнуть к вам сюда, минуя все ловушки. Подобное возможно? Почему бы и нет. Может, они готовятся призвать сильнейшего демона из всех, по сравнению с которым померкнет даже моя Сила. Такое возможно? Есть вероятность, хоть она и не столь велика. Или даже представим самый банальный способ. Вы уверены в каждом из своих воинов?

— Разумеется, — подобный вопрос оскорбил Элизабет.

— Как я помню, стать членом Храма мог любой пожелавший, окажись он достоин.

— Так было раньше. С уничтожения старого Храма мы придерживаемся иных правил. Больше нельзя войти в состав Лиги со стороны. Все нынешние её члены – потомки былых воинов. Около полусотни из них являются членами Лиги вот уже десятое поколение. Существуют даже те, родам которых почти тысячу лет. Мы все воспитывались с этой целью: стать величайшими воинами.

— Что ж, Лизи, ваши предки поступили крайне мудро, решившись изолироваться от остального мира, — подобное воодушевление не могло не умилять, но демон всё равно сомневался, что даже древним родам можно верить. Он в принципе старался никому не верить. — И последнее: неизвестно, что именно за книга им нужна из сокровищницы. Пусть. Какие предположения, для чего она им? Что они собираются с ней сделать?

— Не могу знать, — раздался хриплый голос Прелата. — Предположить можно многое, но я не вижу в этом смысла. К тому же здесь лишь ты древний демон. Какие догадки?

— Как ты верно заметил, их много. Однако осмелюсь предположить, что при помощи этой книги они собираются вызвать кого-то, или что-то. Возможно, хотят открыть проход для всех демонов Подземного Мира. Может они попытаются создать врата в иные миры. Я знаю, что существуют такие, где живут одни лишь демоны. И, если книга нужна им для этого, то сюда явится свыше миллиона тёмных, среди которых, я уверен, найдется хотя бы один, что будет равен мне по силе, а то и окажется куда могущественней. Хоть я и получил мощь Бехгарота, но я не могу сказать, что пытался её развить и освоить в полной мере. Что ж, я подумаю...

— Значит ли это, что ты согласен нам помочь?

— Я же сказал, что «я подумаю». Это не «да», но и не «нет». Когда обнаружите логово тех людей – дайте знать, а после уже станет понятно.

И Реймс исчез в пламени. Всё казалось отчасти невероятным, но один вопрос не давал ему покоя: чего хотели добиться те люди вместе с демонами?

Глава III. Гнилые семена

Целый месяц Реймс не выходил из дома. Даже на крыше перестал сидеть и размышлять. Воспользовавшись магией, он мог обходиться без еды, воды и сна. Человек-демон пытался понять, что именно должна сделать та книга, за которой так усиленно гнались последователи Назриара.

«Они хотят открыть проход. Это самое логичное. Но проход для чего? Для всего Подземного Мира? Хотят наслать сюда орды демонов? Но зачем им это? Жажда власти ради жажды власти? Кто тогда будет править? Если книга откроет проход всем тёмным, то кто их возглавит? Демоны не позволят, дабы ими командовал человек, пусть даже просвещённый последователь Назриара. Или же с ними явится и предводитель? Я ведь ничего не знаю о Подземном Мире. Кто там сейчас является Повелителем Тьмы, как это место даже выглядит...»

И раздался злорадный хриплый смех, которого Реймс не слышал вот уже целых девять дней.

— Прочь! — моментально закричал он, но призрак Бехгарота возник прямо перед его взором.

— Обуздай ты мою Силу – уже давно смог бы изгнать меня, — заговорил демон, и ведь прав был, паршивец. Реймс не пытался постичь его могущество в полной мере, ибо боялся, хоть и понимал, что страхи его глупы. С другой стороны, осталась ли в нём хоть крупица человечности?

— Убирайся!

— Зачем? Давай вместе подумаем над тем, что за книга им нужна и на что она способна.

— Раньше ты не спешил делиться со мной подобными знаниями. Откуда теперь в тебе подобное стремление?

— Я делаю лишь то, что ты, — на этом тень сделала особый упор, — позволяешь мне делать.

— То есть это именно я не хотел, дабы ты рассказал мне про книгу и её возможности?!

— Совершенно верно, ибо ты не хотел меня слушать.

— И сейчас не горю желанием...

— Однако я здесь, а это означает, что ты готов внимать моим словам, человече. Не забывай, пусть Бехгарота больше нет, но я – отголосок его Силы, а следовательно мне известно почти всё то, что было ведомо и ему самому. Точнее, мне известно то же, что и тебе, но так как в тебе Сила Бехгарота, то ты в глубине разума…

— Да понял я тебя! — перебил его Реймс. — Подожди… Почти? — обратил он внимание на это слово. — Не слишком убедительно, призрак.

— Раскрой ты весь потенциал его могущества, то тебе не пришлось бы говорить сейчас со мной. Ты бы и сам знал всё, что было известно Бехгароту. Но ты слаб...

— Я не...

— Ты труслив. Ты боишься полностью превратиться в демона и потому не хочешь высвободить всю Силу. Скажи, как ты собираешься справиться с тем, что грядёт, если не воспользуешься всем своим могуществом? — и тень демона принялась медленно летать вокруг Реймса.

— А что грядет? Что должно произойти?!

— Теперь ты не хочешь прогнать меня? — усмехнулся призрак, и смех его громовым эхом раздавался в голове человека.

— Говори! — гаркнул Реймс, и тень остановилась перед ним.

— Точно я и сам не знаю, за что благодарю тебя, — как же человек-демон ненавидел, когда призрак говорил с ним подобными издевками. — Однако предполагаю, что им нужен Манускрипт Пламени, написанный самим Повелителем Тьмы.

— Уверен в этом?

— То лишь мое предположение. Одно из множества. Но самое логичное. Демонических книг в этом мире предостаточно. Некоторые страницы из них используются даже жрецами Церкви для «обрядов очищения», иль «изгнания нечистой силы». Только эти евнухи и сами этого не знают.

— Что это за книга, о которой ты сказал? На что она способна?

— Я не знаю, сколь она могущественна, человече. Сейчас мне известно лишь, что с её помощью возможно открыть портал в Подземный Мир. Ты правильно догадался, но, подозреваю, что это ещё не всё.

— И на что ещё она способна? — теряя терпение, спросил Реймс.

— Из-за тебя я не могу этого знать.

— Может ли эта книга призвать какого-то могущественного демона?

— Полагаю, что это возможно. Смотря сколь силён он должен быть. Ежели ты говоришь о ком-то из Великих, что уже давно исчезли и бродят неизвестно где, то пусть Манускрипт и могущественен, но он не всесилен.

— Только не рассказывай мне про Люцифера! — поспешил остановить призрака Реймс, ибо знал, что это одна из излюбленных тем Бехгарота.

— Ты наивно полагаешь, что кроме него больше не существовало Великих? Их было немного и возможно они уступали ему по Силе, но всё же.

— Столь могущественного демона призвать не удастся. Мне этого достаточно. Дальше! Кого они могут вызвать? Кто в Подземном Мире сильнейший?

— Сейчас я не знаю, кто там правит и кто является самым могущественным. Назриар мертв, Сахгарата также нет, от Бехгарота осталась лишь его Сила, которой ты не желаешь воспользоваться в полной мере.

— Это всё? Больше никого?

— Прошло много тысячелетий. Много всего могло измениться. А..., — несколько философски выдохнул Бехгарот. — Вот в чём дело...

— Ты о чём?

— Ты не собираешься помогать Лиге Чёрных Клинков. Ты хочешь, дабы те люди получили книгу и воспользовались ею, если она и вправду откроет дорогу другим демонам. Ты хочешь, чтоб средь них оказался тот, кто превзойдёт твоё могущество. Ты хочешь умереть, Реймс Меккер... Вот почему ты так легко якобы согласился помочь Прелату.

— Всё верно, призрак.

— Но скажи, неужели ты полагаешь, будто моя Сила позволит тебе так легко умереть?

— Мне плевать, чего хочет остаток твоей сущности, — отрезал Реймс, но тень не торопилась покидать его.

— Нет, человече, это не подойдет. Ты хочешь умереть – пусть. Но не смей пускать мою Силу по ветру! Я слишком долго пробыл в заточении, дабы, вернувшись, потерять всё.

— И что ты предлагаешь?

— Всё просто: пусть те люди найдут Сокровищницу Лиги, добудут книгу и воспользуются ею. Тогда сюда явится огромное количество демонов, и средь них можно будет найти достойного преемника моей Силы.

— Предлагаешь просто передать мощь Бехгарота кому-то другому? Такое возможно, а я не знал?!

— Ты и не пытался это выяснить, человече. И не «кому-то», а сильному демону, — поспешил поправить призрак. — Это важно, иначе слабый сосуд будет в скором времени уничтожен.

— Станет сильным позже, — попытался отмахнуться Реймс, но тень подплыла к нему вплотную, уставившись своими жуткими ярко-зелеными глазами.

— Ты не понимаешь? Если сосуд будет уничтожен, вырвется Сила Бехгарота. Пусть ты ею не пользуешься в полной мере, но она от этого слабей не стала. А ты забыл, что бывает при гибели столь сильных существ? Вспомни смерть Назриара. Был уничтожен целый город. Исключительно потому, что ты поглотил большую часть его могущества. Не поступи ты так, то могла бы пострадать половина королевства. А Бехгарот сильней. Если слабый сосуд будет уничтожен, Сила либо вернётся к тебе, коль ты окажешься рядом, либо часть континента обратится в пепел. Понимаешь теперь?

— Некогда Бехгарот говорил мне, что я слишком слабый сосуд для него. Но всё изменилось, разве нет? Теперь я выдерживаю его способности.

— То лишь удачное стечение обстоятельств. Во-первых, ты был ребенком, когда получил сей дар. Во-вторых, сам Бехгарот в тот момент не обладал и тысячной частью всего былого могущества. В-третьих, ты рос, и вместе с тобой крепла моя Сила. Твой организм адаптировался, выражаясь современным языком, к изменениям.

— Допустим, мы найдём нужного демона, что окажется достаточно сильным. Он согласится перенять мои Силы. Что случится тогда со мной?

— Ты станешь обычным человеком. Если, конечно, демон тебя не убьёт.

— Это не важно. Скажи тогда вот что: ты уверен, что та книга должна призвать сюда армию демонов?

— Я этого не знаю, повторюсь. Ты сдерживаешь мои познания, человече.

— Ты хоть знаешь, как она должна выглядеть?

— Манускрипт Пламени? Знаю, — кивнула тень. — Что будем делать?

— Ждать, когда Лига найдёт их логово.

И ждать пришлось не долго. Не прошло и десяти дней, как к Реймсу явился мужчина, облачённый в чёрное и с маской на лице. Он доложил, что им удалось найти основное логово демонических фанатиков на Верхнем континенте. Узнав место, человек-демон поблагодарил его.

— Но в следующий раз пусть ко мне приходит Элизабет, тогда я не буду столь груб, — не успел воин Лиги узнать, о какой грубости говорил Реймс, как тот положил руку ему на плечо и тот переместился обратно к Прелату.

«Теперь я знаю, где они. Через час Лига выдвигается, и уже через четыре часа они будут на месте. Времени предостаточно»

И он переместился.

Признаться, человек-демон несколько поразился, когда узнал, где именно находился штаб. То оказался самый крупный завод всемирной компании «Weish», что производила, по мнению большинства, лучшую технику: наручные гибкие телефоны, самые качественные беспроводные наушники, несравненные компьютеры, а также первоклассные голографические переносные телевизоры, которые помещались в кармане.

«У этих организаций какое-то замыкание, дабы организовывать штабы на заводах? Почему бы не создать логово, например, в горах?»

В отличие от Лиги, эти люди не скрывались под землёй. Реймс просто не увидел никаких ходов. Но почувствовал нечто совершенно иное, что заинтересовало его куда сильней.

«У вас есть портал?»

Подобное не укладывалось в его голове. Портал для перемещений? В их технологичное время? Даже не столь важно какой на дворе век. Если это портал (а Реймс точно не ошибался), то это означало, что кто-то из этих людей владел магией.

«Или же, что у них есть демон, который не участвует в сражениях», — поспешил дополнить Реймс, и двинулся вперёд.

Выяснив, где нужный ему проход, он сменил облик. Став чуть выше ростом, с карими глазами, лысым черепом и гладковыбритым, он буквально забежал внутрь.

— Срочно! Мне нужно на последний этаж! — закричал Реймс, остановленный двумя охранниками. — Да пропусти ты, кретин недоразвитый! У меня важные вести!

— Мужик, ты вообще кто? — весьма справедливо поинтересовался один из них.

— Как это кто?! Волдейл! Я с Нижнего континента! Я должен доложить о готовящемся нападении!

— Нападении на завод? Кому надо нападать и для чего?

«Да чтоб вас всех парализовало!»

Не выдержав, Реймс широко взмахнул рукой, и оба охранника перед ним, а заодно и ещё с полдюжины неподалёку, замерли, точно парализованные. Что ж, он уже дал понять, что владеет магией, так что скрываться бессмысленно, и потому он переместился на последний этаж прямо в нужное помещение. Там за стеклянным овальным длинным столом в металлической обводке и с такими же ножками, сидело восемь человек. Не успел Реймс и рта открыть, как с двух сторон на него напали демоны. Они низшие, слабые, а потому человек-демон всего один легким движением кисти обоих оттолкнул к стене и те не смогли пошевелиться.

— Что?! Невозможно! — завопил один из них, и тогда Реймс сдавил им глотки, дабы они не говорили, но не убил их.

— Здравствуйте, — ехидно произнёс вторгшийся.

— Мы знаем, кто ты, — размеренно начал один из восьмёрки.

— Ты убийца демонов, — подхватила его одна из женщин.

— Тебе удалось нас найти. Но неужели ты думаешь, что даже уничтожив это место – всё прекратится? — довольным голосом произнёс третий, сероглазый высокий мужчина.

— Мне нет дела до ваших дел, — лишь произнеся это Реймс осознал, сколь глупо звучала фраза. — И я здесь не для того, чтобы убить вас.

— Тогда для чего? — спросила вторая женщина.

— Через три с лишним часа сюда прибудут воины Лиги Чёрных Клинков, чтобы убить вас всех и сровнять это место с землёй. Вы знали об этом?

— Не знали..., — несколько вяло и не слишком убедительно произнёс один мужчина.

— Теперь знаете. А потому я бы на вашем месте поспешил воспользоваться преимуществом и скрыться.

— Не верю! — почти громоподобно внезапно гаркнул один из восьмёрки – низкорослый, но жилистый мужчина.

— Я здесь, чтобы предупредить вас. Можете проигнорировать мои слова и остаться, но поверьте – вас всех перебьют.

— Мы выставим охрану! Это место хорошо защищено.

— Я заметил, — съязвил Реймс. — Как бы там ни было, будь вас хоть в сотню раз больше, вам не победить.

— Это почему же?

— Потому что вместе с Лигой приду и я. И тогда никого предупреждать не стану. Любой, кто попадётся мне на пути – будет уничтожен, — в доказательство весомости своих слов, Реймс заставил глаза на несколько мгновений сверкнуть ярко-жёлтым светом.

— Если ты один из нападающих, то зачем...

— Тебя это не касается. Воспользуйтесь моим предупреждением, как пожелаете. Можете его проигнорировать и умереть, а можете спастись. Выбор за вами.

И Реймс исчез в языках пламени. Как только это произошло, оба демона и охрана на нижних этажах вышли из оцепенения.

Лига Чёрных Клинков явилась в указанное место секунда в секунду. Солнце только клонилось к закату, а простые рабочие завода продолжали выполнять свои обязанности.

«Интересно, коль они хотят снести один из крупнейших заводов двух континентов, то как это объяснят? Нападение террористов? Несчастный случай? Кто-то закурил в не положенном месте? Разумеется, подобный шаг всерьез повлияет на кошелек компании, в которой главенствуют прихвостни Назриара... Или же руководители Weish даже не знают о том, кто под их крылом? Собственно, как бы там ни было, меня это нисколько не касается»

— Давно ты здесь? — раздался голос Элизабет.

Разумеется, все воины Лиги полностью экипированы, и в этот раз на них не те нелепые обтягивающие костюмы, но нечто приближённое даже к доспехам. К современной интерпретации доспехов. Приличная броня, скорее всего из кевлара и особого геля, что уменьшал получаемый ущерб от пуль. Головы же их прикрыты стальными масками, которые, догадывался Реймс, оснащены всевозможными техническими приборами.

— Переместился примерно минуту назад, — спокойно ответил человек-демон, закурив сигарету.

— Переместился?! Ты ума лишился?! Тебя ведь могли почувствовать!

— Даже если так, что от этого изменится? Если у них имеются демоны, то они должны начинать подготовку, дабы встретиться со мной. Без магии они ничего не станут делать. Никаких колебаний магических волокон поблизости я не ощущаю, следовательно, всё чисто. Люди подготовятся к моему приходу? Я могу обрушить здание одним щелчком пальцев.

— Не будь столь самонадеян, — огрызнулась Элизабет.

— Реймс, завод разрушишь позже, если пожелаешь, — это уже хриплый голос Прелата. В броне ему не требовалось прижимать горло рукой. — Нам нужно схватить некоторых из них, и допросить.

— Не обязательно. Я могу прочитать их мысли, — махнул рукой Реймс.

— Ещё лучше. Выдвигаемся, — отдал приказ Прелат, и четыре десятка членов Лиги пошли к заводу.

Человек-демон затянулся всего один раз и бросил окурок от сигареты на землю.

Они находились в двух километрах от завода, и высадились четырьмя отрядами по разные стороны от него. Приблизившись на километр, каждый отряд разделился на две группы. Реймс пошёл вместе с Прелатом, а Элизабет возглавила другую группу.

— Скажи мне, Реймс, ты что-нибудь чувствуешь? — мысленно обратился Прелат к демону.

— Ничего, — честно ответил тот.

«Хотя странно. Неужели они не воспользовались порталом? Решили остаться и храбро погибнуть? Глупо. Тогда ваши цели не сбудутся. Или у вас иные планы?»

— Глупый человече, — раздался голос Бехгарота, и тень его возникла слева от Реймса.

«Не сейчас!»

— О, сейчас самое время, — призрак плыл в воздухе, не отставая от Реймса. — Ты не понимаешь? Они могли воспользоваться порталом.

«Тогда почему я его не чувствую?!... Защита...»

— Да, он защищён, но ты бы смог всё прекрасно ощутить. Тебе удалось бы даже определить, куда именно выводит этот портал. Но ты не можешь.

«Но я ничего другого тоже не ощущаю. Меня встретили двое демонов. Я уверен, что их намного больше. Неужели они не собираются воспользоваться магией? Не могу почувствовать совершенно никаких следов»

— Как знать, как знать...

Трубы завода уже совсем близко. Их разделяло всего несколько сотен метров.

— Возможно, они отправились через портал. Возможно, готовят засаду и не собираются прибегать для этого к магии, человече.

«Не важно. Главное – дабы они получили книгу и призвали более сильного демона, который одолеет меня»

— Да, таков твой план и желание. Но скажи: каково это, быть предателем?

«Можно подумать, ты ничего в этом не смыслишь. Сам предал Повелителя Тьмы...»

— Я не предавал, человече. Я клялся ему в верности – ты прав. Но также мною было сказано: «Я буду идти за тобой, пока не прервётся моя жизнь, иль покуда тебя не обуяет безумие». Действия Сахгарата были истинным безумием, только он этого не понимал. Он возомнил, что способен достичь того, что не удалось даже старшему из сыновей Люцифера – Люциану. Думаешь, Укротитель Хаоса считал себя безумцем? О, как раз наоборот, он...

— К бою! — внезапно прокричал Реймс, почувствовав колебание магических волокон совсем рядом с группой.

Тень Бехгарота растаяла в воздухе, подобно утреннему туману, а их группу окружило несколько демонов. Собственно, такая же участь постигла и ближайшие две группы.

Обитателей Подземного Мира более чем достаточно. Возможно, не окажись рядом Реймса, вся затея с нападением на завод провалилась бы. Да, он предупредил тех людей, и они устроили засаду. Но всё же ему казалось это странным, ведь они знали, что вместе с Лигой придёт и сам «убийца демонов», как они его окрестили.

И всё же это Храм Клинков, пусть он и назывался нынче по-другому, но суть не изменилась. Воины не растерялись, Прелат среагировал молниеносно. Человеку-демону даже показалось, что лидер Лиги заподозрил засаду раньше него самого.

«Низшие демоны» — пренебрежительно подумал Реймс, не посчитав это за мало-мальски серьёзную угрозу.

Один из них напал на воина Лиги, да только другой человек успел его подстрелить. Хватило всего трёх выстрелов в голову. И пока этот же солдат целился в другого тёмного, к нему со спины подкрался демон и прыгнул. Воин успел что-то почувствовать, но защититься уже попросту не мог. Если бы не Прелат. Тот всего за краткий миг оказался рядом, и полуторным мечом разрубил тёмное существо в области груди. Воина почти с головы до ног окатила мерзкая тёмно-красная кровь, Прелат же успел отскочить в сторону, выйдя на встречу надвигавшемуся демону, в которого целился спасённый им член Лиги. Тёмный передвигался на четвереньках и больше походил на жуткую гончую, что забирала заблудившихся в Подземный Мир. Этими существами так любили пугать родители детей несколько столетий назад. Прелат совершил скачок вперёд, пригнулся, крутнулся на месте, перерубив твари все ноги. И, всё ещё продолжая разворот на месте, второй рукой он достал пистолет и выстрелил демоническому существу прямо в голову.

Демонов и существ прибавилось, но вместе с ними появились и вооруженные люди. Одним лёгким движением Реймс буквально расплавил всё огнестрельное оружие у врагов, и собирался покончить с ними, но на него напали четверо демонов среднего ранга.

Прелат, видя, что их союзник занят, решил не терять времени даром и сам бросился на прибывших людей. Те, как и полагалось старинной организации, достали кинжалы, громадные ножи (больше похожие на короткие мечи), полуторные мечи. Прелат перепрыгнул через первого, совершив крутой разворот в воздухе и попутно рубанув человека по голове. Приземлившись, он моментально бросил пять метательных ножей, и убил тем самым четверых, а пятого серьезно ранил в шею. Тот прижал обе руки к ране, и меж пальцев обильно текла кровь. Прелат Лиги больше не обращал на него внимания, и устремился на других. Одному он ударил мощными пальцами прямо в глотку, войдя туда на целую фалангу. Движение оказалось столь стремительным, что его можно сравнить с броском кобры. Отобрав у него кинжал, он метнул его в ближайшего противника. Оружие, совершенно не приспособленное для подобного, попало аккурат меж глаз.

Вот что значит быть Прелатом. Его движения оказались столь быстры, что будь Реймс простым человеком, ни за что бы не смог их разглядеть.

«Великий воин»

От созерцания за мастерством его прервали окружившие демоны. Один из них, с длинной головой и особенно подбородком, прыгнул на Реймса. Тот схватил его за лицо и сжал пальцы в кулак. Оставшиеся же тёмные заколебались, но решили напасть одновременно. Без единого жеста человек-демон остановил их всех в воздухе, после чего незримые клинки рассекли их.

«Слишком слабые»

На Прелата напали двое демонов, но он ничуть не растерялся. Оба тёмных оказались довольно высокими и в меру накаченными. Вместо ног – копыта, голову же каждого украшала пара внушительных рогов. Прелат проскользнул меж ног одного, попутно рубанув его по колену, перерезав сухожилия. Не успев даже выпрямиться, лидер Лиги развернул меч и вонзил его в нижнюю часть живота второму. Тот на мгновение остановился, и этого самого мгновения хватило Прелату для следующего трюка. Он поставил ногу на рукоять меча, который остался в животе у демона, и отпрыгнул назад, развернувшись лицом к тому, кого он полоснул по колену. Тот тёмный опустился на одну ногу, а Прелат, приземлившись ему на спину, схватился одной рукой за рог, а второй совершил несколько выстрелов из пистолета в голову в основание этого самого отростка. Здоровая туша принялась падать, а Фравадар развернулся и метнул оторванный рог во второго демона, попав ему в глаз. Два точных выстрела в лоб, аккурат в одно место, и тёмный с мечом в животе завалился на бок.

«Воистину он великий воин!» — не без восхищения подумал Реймс. Шутка ли, вытворить такое, являясь, по сути, обычным человеком!

Достав свой меч из мёртвого демона, Прелат осмотрелся. Нападению подверглись три группы. Всего на них напало порядка полутора дюжин темных, и не менее двадцати человек. Все мертвы. Лига же потеряла аж двоих! Недопустимо против столь малых сил врага.

— Они нас поджидали, — злобно прошипел Прелат, перегруппировав отряд. — Группы запад, юго- и северо-запад ко мне. Объединяемся и движемся дальше. Остальным же продолжать по плану. Торопимся! Скрываться уже нет смысла, — раздал Прелат приказы через общую связь и пошёл.

— Ты великий воин, — решил похвалить человека Реймс.

— По сравнению с великими воинами Храма и Лиги прошлого, я лишь адепт.

— Не принижай собственных достижений и умений. Я видел адептов и воинов Храма. Да, они были сильнейшими в своё время, но ты на несколько голов искусней их.

— Не знаю, Реймс. Я не жил в те времена. Но Прелаты были куда способней меня. Существовал некогда один особенный, что был простым рыбаком…

— Варфей I. Да, я слышал о нём. Анорен мне рассказывал. Хм... Я чувствую твою растерянность. Ты в смятении.

— А не должен быть? Им как-то удалось узнать, что мы готовили нападение.

— И ты хочешь знать, как им это удалось?

— Об этом поговорим позже, сейчас есть дела поважней, Реймс.

— Как скажешь. Но ответь, что ты хочешь узнать у тех, кого допросишь?

— Знают ли они, где находится Сокровищница. Что именно они собираются сделать при помощи необходимой им книги. И как она выглядит. Теперь же мне интересно, откуда они узнали о нашем нападении.

Реймс лишь хмыкнул, продолжая идти и осматриваясь вокруг. Он смотрел на мир обычным взглядом одним глазом, и магическим взором при помощи другого. Не верилось ему, что больше враги ничего не подготовили для них.

— Скажи только, как вы собираетесь избавиться от меток, что убивают их?

— У нас есть технология. Помнишь то силовое поле, в котором тебя закрыли? Наши ученые несколько его видоизменили. Теперь оно на время не пропускает магию внутрь.

— Уверен ли ты, что кто-то активирует смертельные символы извне?

— Полагаю, это сродни детонатору от бомбы, Реймс. Если его не нажать – она не взорвется.

— Коль продолжать твою аналогию, то, следовательно, её можно завести на определённое время, дабы она взорвалась без необходимости нажимать на кнопку, разве нет?

— Потому и надо поймать нескольких, и допросить. Каждому задам по одному вопросу.

— Это лишнее. Я могу прочитать их мысли ещё до того, как вы активируете это ваше поле. И от меня им ничего не скрыть. Проблема лишь в том, что надо поймать кого-то, кто стоит высоко. Обычные воины ничего не будут знать.

— Стойте! — воскликнул Реймс, и отряд остановился.

Сделав несколько шагов, человек-демон протянул руку вперёд. В разные стороны от нее пошли искры и небольшие молнии.

— Купол. Коль коснетесь его – умрёте, — коротко объяснил тёмный.

Сам же Реймс буквально схватил магическую преграду выставленной рукой, и пустил по ней ярко-красные языки пламени. За эти годы он научился пользоваться Пламенем Хаоса, хотя уже понимал, насколько это опасная вещь, а потому прибегал к ней крайне редко. Оставалось лишь удивляться, как ему удалось выжить и не потерять рассудок четырнадцать веков назад, когда он порой пользовался Пламенем.

«Впрочем, удалось ли сохранить разум?»

Когда преграда оказалась выжжена, Реймс кивнул головой, давая понять, что можно продолжить путь.

В самом заводе оказалось на удивление пустынно. Все словно вымерли. И лишь в этот момент Реймс понял, что не видел дыма из труб, пока они приближались к нему.

«В чём подвох?»

Перейдя непосредственно в цех, где проходили все сборки, он получил ответ на свой вопрос. Трупы. Целая куча трупов. Всех убили разными изуверскими способами: оторванная полностью или наполовину голова, выпотрошенные внутренности, обезображенные лица; сломанные напополам тела, а некоторым переломали все кости и буквально повесили их абы где, сделав похожими на тряпичные куклы.

Никто из Лиги не сказал ни слова. Возможно, увиденное произвело на них определённый эффект, но они это, как и подобало бывалым обученным воинам, тщательно скрывали. Возможно, они и в самом деле ничего не чувствовали.

— Это все простые люди, что работали здесь, — констатировал Реймс.

— Это сделали демоны? — поинтересовалась Элизабет, и обладатель могущества Бехгарота лишь кивнул.

— Будь это люди, то они придумали бы нечто более изощренное.

— Неужели?

— Посмотри на все те пытки и казни, что существовали ранее и имеются поныне. Столь изощрённо мучить и убивать не умеют даже демоны. Палачи Подземного Мира терзают души своих жертв, и боль эта куда сильней страданий телесных. И лишь наделив пытаемого человека выносливостью при помощи магии, палачи не убивают их. Люди же научились растягивать страдания жертв без какой-либо магии или же эликсиров, что несколько притупляли боль. Без магии и терзаний душ демоны просто будут убивать одним-двумя жестами. Единственное отличие их от людей в том, что тёмные любят разбрасывать повсюду оторванные конечности и тела, и стараются убивать так, дабы кровь чуть ли не фонтанами вырывалась из раны. Но люди куда ужасней, Элизабет.

Продолжать разговор не стали, и просто шли дальше. Реймс сказал, что больше всего магических колебаний ощущалось на последнем этаже. Пока они поднимались по лестнице, послышались звуки стрельбы южной и северной частей громадного завода.

— Продолжаем идти, — коротко приказал Прелат и никто не подумал даже ослушаться его.

На верху же их вновь ждала засада, но уже не столь массовая, как снаружи. Всего с полдюжины демонов и ни одного человека. Отряд справился бы с ними быстро, но все помнили, что надо хоть кого-то поймать. Увы, но тёмные не собирались отдаваться живыми, а потому Лига не получила ни одного пленника.

— Обыскать всё! — раздался хриплый голос Прелата.

Реймс знал, что где-то здесь должен находиться портал. Но он его больше не чувствовал.

«Сломали?»

Сторонники Назриара собирались в спешке, но сумели забрать, судя по всему, всё самое необходимое и важное.

«Много времени тратим» — подумал человек-демон, и прибег к полноценному магическому зрению.

Увы, но оно не дало никаких результатов.

«Но я ведь чувствовал портал!»

— Прелат! Подойдите сюда, — произнёс один из воинов Лиги, обнаружив небольшой тайник за шкафом в соседнем кабинете.

Небольшие следы на полу говорили о том, что стену можно прокрутить и с другой её стороны что-то да таилось. Вот только не могли найти ключ, чтобы всё активировать. И вмешался Реймс. При помощи магии он заставил стену двигаться, и, когда она развернулась, то все увидели небольшой (размером с кулак) сломанный надвое камень. На нём выгравированы магические руны, но не на демоническом языке. Они всё ещё светились мистическим пурпурным светом, хоть и очень тусклым.

«Они перемещались при помощи Астрала. Вот почему мой магический взор ничего не увидел. Нужен был астральный...»

Выйдя вперёд, Реймс коснулся камня. Сила в нём всё ещё имелась, но воспользоваться им, увы, более не представлялось возможным. Он и не собирался использовать его, но вот увидеть магический след вполне реально. Во всяком случае, Реймс очень на это надеялся. И ему повезло, демоны не додумались скрыть собственное перемещение. Очень быстро пробегали различные картины перед глазами человека-демона, но это всё ему не нужно. Он видел, куда перемещались люди и тёмные за последние дни, но...

— Обман..., — прошептал Реймс, и никто из членов Лиги его не понял.

— О чём ты?

— Уходим! Срочно все возвращаемся на базу!

И Прелат всё понял в ту же самую секунду. Пусть глаза его и не видно за маской, но Реймс уверен, что он у него расширился от осознания произошедшего.

— Все группы! Немедленно покинуть завод! Мы уходим! — передал приказ Прелат по общей связи. — Реймс, можешь переместить нас обратно?

— Весь отряд не смогу. Лишь двоих.

— Маркус! — высокий воин подошёл к Прелату. — Реймс, перенеси нас. Элизабет, командуешь всеми группами.

— Мы окажемся на базе не раньше, чем через два часа.

— Не на базу. Ты отправишься в Сокровищницу.

Элизабет коротко кивнула, и забрала за собой отряд. Реймс положил руки на плечи двум воинам и переместился на базу Лиги в кабинет Прелата. Предводитель Чёрных Клинков сразу же подошёл к большому экрану на стене. Ничего. Сплошные помехи.

— Они вырубили все камеры, — констатировал Прелат, и Реймс почувствовал нотки раздражения и злобы в его голосе. — Они напали стремительно и точно. С нами никто не вышел на связь, — руки Фравадара сжались в кулаки.

— Но как им удалось проникнуть сюда незаметно, минуя всю охрану?

— А ты еще не догадался, Маркус? — ох и строгий голос у Прелата, переполненный злобой. — На нас напали изнутри.

Махнув рукой, он дал понять, чтоб человек-демон и Маркус пошли за ним. Света не было во всём штабе, и лишь аварийный красный освещал им путь. Реймс не переставал осматриваться, поджидая очередной демонической засады, но ничего подобного не произошло.

— Демонов здесь не будет, — мысленно обратился к нему Прелат.

— Ты уверен в том, кто на вас напал?

— Хотелось бы ошибаться...

Фравадар шёл по длинному коридору, свернул направо, поднялся вверх. По пути им никто не встретился, кроме нескольких трупов членов Лиги. Пожалуй, ещё никогда за всё время существования данной организации не случалось ничего подобного.

— Алекс! — чуть ли не прокричал Прелат, войдя в помещение, где располагалось несколько серверных и куча мониторов.

— Алекс!

Осмотревшись, Реймс увидел силуэт, спрятанный в игровом автомате «однорукий бандит». Взмахом руки он заставил его раствориться, и перед ними тремя предстал свернувшийся в позу эмбриона мужчина лет тридцати, с растрёпанными волосами, щетиной, слегка полноватый, но вопреки всем стереотипам, без очков.

— П-п... Прелат? — компьютерщик так обрадовался, увидев главу Лиги, что перестал дрожать, вскочил на ноги и собирался обнять Фравадара, да только тот моментально выставил руку, дав понять, что подобный жест не к месту.

— Что произошло? — строго спросил Прелат, и одного лишь этого голоса хватило, чтобы привести Алекса в чувство.

— Н-на нас нап-п-пали...

— Кто?! — прорычал Маркус.

Бедняга Алекс не мог выдержать такого давления. Он пытался заговорить, но лишь дёргал губами, не произнеся ни единого слова. Реймс подошёл к нему, положил руку ему на голову. Возможно, будь Алекс в ином состоянии, он попытался бы отпрыгнуть назад, но он столь деморализован и потрясён произошедшим, что был просто не в состоянии сделать что-то подобное. Человек-демон же увидел всё то, что видел сам Алекс, а после наслал на него заклинание сна. Долго его поддерживать не пришлось, ибо измотанный и напуганный человек уснул мгновенно. Осторожно уложив его на пол, Реймс заговорил:

— На вас напали свои же. Члены Лиги.

— Это невозможно..., — прошептал Маркус, а Прелат, как ему и подобало, молчал. — Это невозможно! Мы давно не принимаем никого! Все нынешние члены Лиги – воины далеко не в первом поколении. Проклятье! Некоторые семьи здесь так и вовсе уже несколько столетий!

— Ты можешь сказать, кто именно нас предал? — холодно спросил Прелат человека-демона.

— Алекс знает лишь про двоих. Некий Эчильдей и Лоуренс Эн-Хош.

— Эчильдей – воин в девятом поколении, а род Лоуренса с нами вот уже порядка шестисот лет.

— Коль так, то стоит отдать должное вашим врагам. Они оказались куда умней, нежели я предполагал изначально.

— Я не в том состоянии, чтобы восхищаться их сообразительностью, Реймс. Лоуренс один из лучших воинов. Он мой Меч! Наши отцы дружили, равно как и наши деды и прадеды.

— Именно потому вы и не могли даже предположить, что именно за удар готовил ваш враг. Ты ведь не предполагал, как именно они нападут, ведь так? Бывалые воины, чьи семьи здесь уже не первое столетие не могли вызвать никаких подозрений. Никто не мог предвидеть такого, так что тебе не за чем корить себя, Прелат.

— Сейчас я думаю лишь о том, как бы перерезать глотку Лоуренсу и Эчильдею, а также хочу знать, сколько ещё последователей демонов среди нас. Самобичеванием займусь после. Можешь найти их? – обратился он к Реймсу и тот принялся осматриваться.

Место и в самом деле очень хорошо защищено, и, что больше всего удивило человека-демона, даже магический взор с трудом проникал через весь комплекс. Не будь у него Силы Бехгарота, то он точно ничего бы не увидел. Но ему удалось найти две группы людей. Видел он их не слишком чётко. Так, размытые силуэты, но и этого вполне достаточно. И обе группы сражались друг с другом. Располагались двумя ярусами ниже.

— Нашёл, — коротко произнёс Реймс и, положив руки двум воинам на плечи, переместился вместе с ними туда.

Он никого из Лиги не знал, а потому не понимал, кто свой, а кто предатель. Обратившись к Прелату с данным вопросом, тот указал на одного высокого короткостриженого блондина с голубыми глазами. Это Лоуренс Эн-Хош.

— Оставь его мне. Остальных можешь убить, — прозвучало как приказ, а выполнять команды Реймс не привык. Однако, с другой стороны, он прекрасно понимал, в каком именно сейчас состоянии пребывал Прелат, а потому решил закрыть на столь повелительный тон глаза.

Выйдя вперёд, и оказавшись меж двух групп, что вели перестрелку, Реймс спокойно шёл к предателям. В него стреляли, но ему всё ни по чём. Поняв, кто именно перед ними, воины Лоуренса выпустили в него с дюжину дротиков, но это не лишило Реймса Сил на ни йоту. Одним взмахом руки он воспламенил восьмерых, оставив в живых лишь высокого блондина. Предатели горели ярко, и, дабы не спалили всё вокруг, человек-демон сковал им ноги. Крики доносились ужасные, душераздирающие. Не удивительно, ведь вытерпеть боль от душевных терзаний не в состоянии никто из смертных, даже сам Прелат.

— Он твой, — произнёс Реймс, как только крики прекратились, и отошёл в сторону.

Лоуренс Эн-Хош, только увидев приближавшегося Прелата, поспешил направить на него оружие, но Реймс ждал подобного, а потому пистолет в руке предателя обратился в песок.

Остановившись всего в метре от Меча Лиги, Прелат смотрел на него снизу вверх. Фравадар не низок ростом, но Лоуренс почти на полголовы выше.

— Наши отцы, деды и прадеды дружили. Я считал тебя своим лучшим другом. Братом.

— Ни ты, ни твои предки, ни другие Прелаты не увидели, что готовилось у них перед носом, — попытался дерзнуть в ответ Лоуренс, но голосок-то его чуть дрожал.

— Ты прав. Мы не увидели те гнилые семена, что посеяли. И ты всё это время был на стороне демонов?

— Задолго до своего рождения, — гордо произнёс Лоуренс.

— Сколько вас еще?

— Нас оказалось достаточно, чтобы одолеть этот штаб.

— Пусть так. Штаб, возможно, поврежден, но Лига Чёрных Клинков – не место, не здание, а люди. Вы можете уничтожить хоть все наши сооружения, убить большую часть воинов, но покуда останется жив хоть один из нас – Лига не умрёт. А что будет с вами? Что будет со сторонниками демонов?

— Пока жив хоть один из нас, мы не исчезнем. И вся эта Лига ничто без своего предводителя, чью опасность переоценивают.

Хоть Лоуренс и выше Прелата, но та мощь, тот напор, та властность, с которой говорил Фравадар, заставляли даже его, Меча Лиги, одного из сильнейших воинов, отвести взгляд в сторону. Прелат на несколько голов выше Лоуренса, и тот это прекрасно понимал. Реймс видел его волнение, его неуверенность в собственных словах, которыми он прикрывался, пытался храбриться. Прелат же явно всё понимал, а потому сделал ещё один шаг, вплотную приблизившись к предателю.

— Так убей меня, — единственное, что произнёс Фравадар, продолжив стоять на месте подобно статуе. Он не шевелился и даже не моргал.

Реймс уверен, что в тот самый миг Меч Лиги думал с невероятной скоростью. Он пытался решить, как именно напасть на Прелата. Расстояние слишком незначительное, чтобы достать кинжал и попытаться пырнуть Фравадара. Тот успеет его остановить, как только Лоуренс коснется рукояти. Удар рукой тоже не подходил, ибо они у блондина опущены по швам. Для мало-мальски серьёзного удара необходимо занести их хоть на несколько сантиметров назад, но, опять же, Прелат успеет среагировать. Бить ногами? Это лучше, но всё же... Поднимать ногу для достойного удара слишком долго, бить коленом тоже не вариант, а следовательно единственный выход – стремительный удар по внутренней стороне колена. Но успеет ли Лоуренс провести атаку настолько быстро?

Светловолосый предатель прибег к единственному, на что мог надеяться: удар головой. Он бил лбом прямо по носу, но Фравадар в очередной раз доказал, что не зря являлся Прелатом Лиги. Лоуренс напал стремительно и так, как от него не ждали другие воины. Однако предводитель Лиги успел среагировать и совершил глубокий шаг назад, почти отскочив, быстрее головы Лоуренса. Меч Лиги не удивился такой реакции, а потому сразу же совершил шаг вперёд, достал кинжал и целился прямо в сердце. И всё же не зря Лоуренс считался одним из лучших воинов. Ему удалось приблизиться к цели, кончик кинжала даже коснулся костюма Прелата, но тот умудрился из, казалось бы, безвыходного и смертельного положения скользнуть ещё немного назад и развернуть туловище. В результате кинжал предателя распорол лишь воздух. Лоуренс начал менять позицию, пытался укрепиться, развернул оружие и собирался провести широкую рассекающую атаку, да только Фравадар вновь опередил его. Одним молниеносным движением он ударил ребром ладони по кисти с оружием. Послышался небольшой, но отчетливый, хруст, и светловолосый предатель выронил кинжал. Не успело Лоуренса начать заносить чуть вперёд, как Прелат схватил его на горло и остановил. Фравадар в этот самый миг казался столь сильным, что, будь он хоть того же роста, что и его противник, то ему не составило бы труда поднять блондина вверх одной рукой. Последователь Назриара, возможно, хотел что-то сказать, но лишь хрипел. Он не смог разжать стальной хватки Прелата даже двумя руками и как-либо ослабить её. И Фравадар чуть сдвинул собственную руку, поставил пальцы несколько выше выступа гортани (он же кадык) и сжал пальцы.

«Сломал подъязычную кость? Неплохо, Прелат. Да только, чувствую, ты надеялся, что предатель помучается несколько часов, прежде чем умрёт»

Мощное высокое тело мёртвым грузом рухнуло наземь.

— Реймс, перенеси меня в Сокровищницу. Пожалуйста, — произнёс Прелат громко и отчетливо.

— Она на Верхнем континенте. На востоке. Спрятана в Элиарских горах, — мысленно сказал предводитель Лиги, ибо не мог доверять абсолютно всем, а о местоположении Сокровищницы знали немногие.

И они растворились в воздухе.

Очутившись на месте, Прелат быстро осмотрелся.

— Там, — указал он пальцем на самую маленькую из гор, что находилась примерно в паре километрах от них.

Попав внутрь Сокровищницы, они увидели ту же картину, что и в главном штабе: везде лежали тела убитых. Кто из них являлся предателем – понять, увы, невозможно. Настороженно идя дальше, они завернули в сторону. Коридор в этом месте просторней, и также усеян трупами. В самом конце открыт массивный, толстый сейф, что обычно использовали в банках. Прелат ускорился, а Реймс не переставал осматриваться магическим и астральным взорами. Пусто. Никого потустороннего и постороннего.

До его ушей донёсся сдавленный вздох, словно кто-то резко проснулся ото сна, испытывая при этом боли. Всего один выживший.

— Элизабет..., — Прелат опустился на одно колено, осматривая женщину. Та прижимала рукой раны на боку.

— Я посмотрю, — произнёс Реймс, прорезав костюм в том месте. Пять глубоких конусоподобных ран.

— Он вонзил в меня свои пальцы с когтями, — с лёгким шипением произнесла Элизабет, указав на невысокого демона с шершавой коричневой кожей, больше похожей на панцирь, чьё бездыханное тело распростёрлось возле неё.

Человек-демон провёл рукой над раной. Ладонь засияла приятным нежно-золотистым светом, и раны воительницы стали затягиваться.

— Останутся небольшие шрамы, — решил пояснить Реймс, но воин Лиги не придала его словам значения. Останутся – и пусть. Не привыкать.

— Элизабет, что именно здесь произошло? — спросил Прелат.

— Когда мы прибыли сюда, то было уже поздно. Их оказалось слишком много. Небольшая армия демонов и ничуть не меньше людей. Мы такого не ожидали. Но самое страшное в том, что...

— Тебе пришлось сражаться против своих же, — договорил за неё Реймс. — Мы знаем.

— Несколько воинов из моего же отряда направили оружие против нас... Свои же... Те, кого мы считали братьями и сёстрами..., — произошедшее не укладывалось в голове Элизабет. Всё её мировосприятие рухнуло в тот момент, и оно либо отстроится заново, не оставив следов от руин, либо воительница отныне будет блуждать средь разрухи.

— Они никогда не были таковыми, — холодно произнёс Прелат

— Но... столько поколений...

— Всё было подготовлено давным-давно. Сотни лет назад. Даже Лоуренс Эн-Хош оказался предателем.

— Лоуренс? — и всё-таки Реймс недооценил значимость того высокого блондина, коль даже Элизабет изумилась услышанному.

— Они, я так понимаю, забрали, что хотели? — осторожно поинтересовался человек-демон.

— Можешь в этом не сомневаться, — всё также холодно сказал Прелат.

— Быть может, они забрали что-то ещё?

— Хоть это место и называется Сокровищницей, Реймс, но здесь почти нет золота. Артефакты древности, некоторые наделены магией; доспехи былых величайших воинов, наследие предыдущих Прелатов, множество манускриптов, свитков, фолиантов и пергаментов. Целые скелеты былых Прелатов, что слыли величайшими за всё время существования Храма, а после и Лиги. Вот, что из себя представляет наша Сокровищница. Им нет нужды забирать что-то ещё.

— И мы не знаем, куда они отправились..., — раздался голос Элизабет, всё ещё подавленной от произошедшего.

— Реймс, ты не можешь отследить?

— Прости, Прелат, но здесь слишком много магических перемещений. Полагаю, что эти демоны перемещались по отдельности в разные части мира, дабы запутать следы.

— Ты не можешь отследить их?

— Могу, и уже вижу, куда переместились двое. Но они очень далеко друг от друга. Полагаю, что с остальными будет также. Не зная, кто именно забрал книгу, я не смогу его найти.

— А там, скорее всего, её передали людям, и те поспешили спрятаться, — предположил Прелат.

— Это самый разумный ход.

— И что же будет теперь? — раздался подавленный голос Элизабет.

— Я не знаю...

Прелат оставался таким же каменным и непроницаемым внешне, но Реймс позволил себе мельком глянуть на его мысли. Он в смятении. Фравадар почти сломлен. Ещё никогда и никому не удавалось приблизиться к Сокровищнице, и тем более забрать что-либо оттуда. И именно при его главенстве случилось подобное. Это позор. И, что хуже всего, Прелат не знал, что делать и чего именно ждать. Реймс же начал сомневаться в правильности своего выбора и поступка. Возможно, не предупреди он сторонников Назриара о готовящемся нападении, их удалось бы уничтожить, и никакого вторжения в Сокровищницу и почти полного уничтожения базы не случилось бы. А теперь вышло, что Лига Чёрных Клинков стала ещё малочисленней, все воины, даже Прелат, сломлены от предательства, а загадочная книга в руках демонопоклонников, и что именно они собирались сделать с ее помощью – оставалось лишь гадать. Всё складывалось не так, как того хотелось бы Реймсу.

И он услышал отдалённый, но столь знакомый хриплый демонический смех. Тень Бехгарота, казалось, ликовала.

Глава IV. Воплощённый

Переместив Элизабет и Прелата обратно в полуразрушенный штаб, предводитель Лиги приказал всем оставшимся в живых собраться в тренировочном зале. Воины словно нехотя подчинялись, и по лицам всех видно, сколь они подавлены. Все пришли без защитных масок, и скрывать эмоций не собирались. Или же просто уже не могли? Их учили из поколения в поколение сдерживаться, не выказывать своих чувств и эмоций другим, даже братьям по оружию. Но что увидел человек-демон в этот самый миг? Никто не мог сдерживаться. Пропал тот холодный и жестокий расчёт, читавшийся ранее во взгляде любого из воинов Клинков, а ведь именно этим в первую очередь они и славились испокон веков.

— Реймс, у меня к тебе просьба. Я хочу, чтобы ты прочитал мысли каждого из них, — мысленно обратился к нему Прелат.

— Всех?

— Абсолютно.

— Даже Элизабет? — на всякий случай уточнил Реймс.

— Особенно Элизабет. Один из моих лучших воинов оказался предателем. Не хочу испытать это вновь с ней...

— Как всё сделаем? Мне нужно время.

— Они не должны понять, что именно происходит. Я буду говорить, отвлекать их, а ты проникни в их мысли. В самые затаённые.

— Прелат, учитывая, сколь давно сторонники Назриара задумали подобное, то их потомки должны очень хорошо скрывать свои истинные мотивы.

— Хочешь сказать, тебе не удастся проникнуть в их мысли?

— Удастся. Но, дабы разузнать абсолютно всё, побывать в самых дальних закоулках разума, мне надо непосредственно коснуться человека.

— Но ты ведь можешь осмотреть их на расстоянии, без прикосновений?

— Могу.

— Тогда, если заподозришь кого в предательстве, сделай так, чтоб они не смогли и глазом пошевелить. Тогда сможешь осмотреть их как можно подробней. Сделаешь?

— Сделаю, Фравадар.

Договорившись с Реймсом, лидер Лиги сделал шаг вперёд, снял защитную маску, приложил руку к горлу и заговорил:

— Я вижу, что вы все потрясены и подавлены от случившегося. И я вас понимаю даже лучше, чем вы сами, ибо предали не только вас, но и меня. Многих я знавал с самого детства. Мы росли вместе, тренировались вместе и совершенствовали свои навыки. Я считал их братьями и сёстрами. Некоторых я знавал ещё совсем детьми. Кого-то я даже благословлял, принимая новорожденного в состав Лиги. Они были мне как дети. Вы это всё прекрасно знаете. Тяжело терять друга, брата по оружию. Сегодня скорбный день для всей Лиги за всё время её существования. Даже разрушение старинной обители Храма Клинков не может сравниться с этим самым днём. Днём предательства...

Прелат всё говорил и говорил, периодически останавливаясь, дабы прокашляться. А Реймс делал то, о чём его попросили: изучал. Всего в зале девяносто семь членов Лиги из тех, что остались в живых. Немного, но и не столь уж и мало для него. К счастью, они все сосредоточены на речи Фравадара, да к тому же скорбь открыла путь к их разуму для Реймса.

«Неужели они все чисты? Не осталось ни одного из сторонников Назриара? Не верю. Им удалось провернуть такое, о чём никто и помыслить не мог. Так неужели они не оставили хоть одного из своих для разведки и добычи информации? Очень глупый...», — и Реймс кое-что ощутил, — «...шаг».

Он пристально смотрел на одного мужчину. С виду тот бывалый и сильный воин. И не сказать, что человек-демон увидел предательство в его помыслах. Но в разум всех остальных ему удалось проникнуть с лёгкостью, а этот словно возвёл стену. Не столь гранитно-титаническую, которой некогда отгородился сам Реймс от вселившегося в него демона, но, тем не менее, воин начеку. Все остальные переполнены скорбью и находились в смятении. Но только не он. Либо это предатель, либо он лучше всех научился контролировать свои эмоции.

— Тот с пепельными волосами и серыми глазами, — мысленно доложил Реймс лидеру Лиги, когда тот вновь закашлял.

Краткий миг... Всего одна мельчайшая доля мгновения потребовалась Прелату, дабы изумиться, возможно даже испугаться, и вновь вернуть самообладание. Реймс не понимал причины такого поведения.

— Как я уже сказал, это чернейший день в истории Лиги, — продолжил говорить Фравадар, перестав кашлять. — Увы, я не знаю, сколько ещё сторонников демонов имеется по миру, где именно располагается их база, и что именно они собираются сделать с тем, что забрали из нашей Сокровищницы. Я даже не знаю, остались ли среди нас предатели, или они все ушли либо погибли..., — выдержав необходимую паузу и смотря в это время в пол, Прелат, немного растерев горло, продолжил:

— Но я догадываюсь об одном, — его строгие, холодные, даже, казалось, покрывшиеся льдом в тот самый миг глаза посмотрели на мужчину с волосами пепельного цвета. — Калари Метрадор Оэл.

Все остальные члены Лиги чуть ли не с выпученными глазами посмотрели на сероглазого мужчину. Он хорош собой, нормального роста, с правильными чертами лица, чуть смугловат, с виду ему не больше сорока лет, а пепельные волосы придавали особый шарм. И Реймс услышал сдавленный, погашенный в самом зачатке выкрик Элизабет.

— Вы подозреваете меня, Прелат, в предательстве? — голос чистый, красивый. С таким либо петь, либо выступать на сцене перед огромной аудиторией.

— Не я. Он, — Фравадар указал на Реймса.

— Демон? Он ведь молчал всё это время.

— Мысленная речь, — поспешил объяснить человек-демон.

— Вот, значит, как. И вы доверяете порождению тёмных сил больше, нежели собственным воинам?

— Он очень помог нам во время нападения на тот завод. Он спас многих наших воинов. Излечил Элизабет от ран. И если бы не он, то Лоуренс смог бы убить остальных в этом самом штабе по одиночке, а после взорвать его. Реймс заслужил моё доверие, — после этих слов человеку-демону стало несколько не по себе. — Кроме того, я попросил его проверить каждого из здесь присутствующих. И он указал мне на тебя.

— Это глупости..., — отмахнулся Калари.

— Меня не смогли остановить все ваши сверхсовременные технологии. Так неужели ты смеешь недооценивать мою магию?

— Я не предатель.

— Именно так ответил бы любой, будь он предателем, — саркастически сказал Реймс. — Разум всех остальных для меня открыт, и я видел их помыслы. Но ты скрыт от меня, пусть и не полностью. Я вижу некую преграду, что мешает мне заглянуть вглубь твоего сознания. Если ты не предатель, то тебе и скрывать нечего. Перестань сопротивляться и позволь мне убедиться в правдивости твоих слов.

— Я не позволю, чтоб какой-то тёмный ублюдок копошился в моей...

И сероглазый мужчина замолк. Застыл, подобно каменному истукану. Реймс парализовал его, подошёл, положил руку ему на голову и принялся смотреть. На всё ушло не столь и много времени, как предполагал Прелат, и менее чем за минуту человек-демон отпустил Калари, развернулся к Фравадару и вынес вердикт:

— Предатель.

Все остальные воины Лиги разошлись в разные стороны, дав место Прелату. Элизабет же побелела, точно сама Смерть коснулась её. Фравадар, тяжело выдохнув, заговорил:

— Маркус. Уведи Элизабет. Ей незачем смотреть на это.

— Я останусь...

— Запрещаю! — властно гаркнул Прелат, и женщина не смогла воспротивиться.

Маркус осторожно взял её за локоть и плечо, и направился к выходу.

— Что происходит? Почему она так реагирует? — мысленно спросил Реймс Прелата.

— Это её возлюбленный. Они собирались пожениться в скором времени. А кроме того, Калари Метрадор Оэл является лучшим воином Лиги. И именно с ним я боролся за титул Прелата.

Ежели Фравадар сражался за титул с пепельноволосым воином, то это означало лишь то, что они в самом деле стоили друг друга. И подумать только: за титул Прелата Храма Клинков сражался один из сторонников Назриара… Это в голове не укладывается. А ежели ему удалось бы победить? Что тогда?

Реймс не ослаблял магическую хватку, и Калари не мог даже глазом пошевелить. Даже моргнуть ему не удавалось, не то чтобы попытаться что-либо сказать. Как именно поступит Прелат? Сразится с сильнейшим из воинов, или же просто его убьёт?

Предводитель Лиги Чёрных Клинков медленно, как показалось Реймсу, несколько неуверенно подошёл к сероглазому воину и принялся буравить его взглядом.

— Неужели за столько лет, за столько поколений ваше рабство не выветрилось? Ты же понимаешь, что ничего хорошего ждать не придётся, если сюда явится орда демонов. Думаешь, они пощадят вас? Я доверял тебе больше всех в Лиге... даже больше, чем Элизабет, а она мне как младшая сестра. И она любила тебя.

Калари Метрадор Оэл молчал, ибо не мог говорить. Даже по его глазам невозможно что-либо понять. Прелат же не думал выслушать оправдания или какой-то иной бред.

— Реймс, — развернулся он к демону, — у меня ещё одна просьба.

— Я тебя понял. Я разберусь с ним.

— Медленно и мучительно, — напоследок добавил Прелат и отошёл, встав рядом с человеком-демоном.

Давно, очень давно Реймс не истязал кого бы то ни было. Правильней даже сказать, почти никогда. Как-то раз ему довелось пытать одного демона. Тот являлся низшим, а потому быстро умер. Реймс не рассчитал собственных сил, но теперь он не повторит той ошибки. Предательство невозможно простить. Особенно подобное.

Хватка чуть ослабла, но лишь для того, чтобы Калари смог шевелить головой и говорить.

Человек-демон чуть сжал руку в кулак, перекрыв пепельноволосому воину доступ кислорода. Тот молчал и держался, как и подобало лучшему в Лиге. Реймс чуть разжал пальцы, позволив Калари сделать небольшой вдох, и вновь их сжал. И так повторялось несколько раз. Сероглазый воин всё также держался, и во взгляде его виднелся вызов. Подобный трюк демона его нисколько не впечатлил.

Позволив ему полноценно дышать, Реймс сразу же прибег к другому приёму. Он прокручивал ему кости изнутри. Буквально. Медленно, не торопясь, то в одну сторону, то в другую. При этом не ломая их. И тут словно высеченное из мрамора лицо Калари дрогнуло. Он чуть скривился, но этого недостаточно. Реймс усилил напор, но крик так и не сорвался с губ воина.

И он начал воздействовать магическими колебаниями на нервы, будучи уверенным, что простому человеку не удастся выдержать подобного. Жуткая судорога прошлась по всему телу. Резкая, режущая и колющая боль сопровождала её. Калари чуть прикусил губу, но так и не закричал. Он напрягся, казалось, до предела. Его лицо покраснело, словно там оказалась кровь со всего организма. Но он не закричал, хоть и был близок к этому.

Подобные истязания продолжались приличное время, но Реймс решил закончить.

— Он очень стойкий. Предлагаю убить его.

— Рано, — ответил Прелат.

— Не простым способом. Уверяю, ему будет жутко больно. Даже сильнейшие демоны не способны выдержать подобное, коль оно с ними случится.

— Тогда действуй.

Перестав мучить воина, но всё ещё не позволяя ему шевелиться, Реймс подошёл к нему. На кончике пальца загорелся ярко-красный язычок пламени. Глаза Калари испугано расширились. Неужели знает, что с ним должно произойти? Он даже собирался что-то сказать. Скорее всего, хотел попросить любой иной смерти, но Реймс не позволил ему вымолвить и слова. Схватив его свободной рукой, он насильно открыл ему рот. Язычок пламени стал будто бы жидким, но густым и больше походил теперь на лаву. Он стёк с пальца человека-демона прямо в глотку предателя.

Реакция последовала моментально. Глаза Калари налились кровью, кожа покраснела, и появился странный запах. Когда же от предателя стал исходить красноватый дым, все поняли, в чём именно дело: у него испарялась кровь. Она буквально кипела. Предатель терпел и до последнего пытался не закричать. Он прикусил нижнюю губу, да только боль переполнила чашу и выливалась через край. Из-под зубов показались алые струйки, и челюсть непроизвольно сжалась на миг. И он закричал. Крик этот эхом раздавался, пожалуй, по всему полуразрушенному штабу Лиги. Кожа Калари запузырилась, покрылась язвами и начала плавиться в самом что ни на есть прямом смысле этого слова.

Все оставшиеся в живых воины отошли как можно дальше, побоявшись, что и их коснётся столь жуткая участь. И они смотрели на происходившее с трепетом, но не могли оторвать глаз. Прелат же держался стойко и следил за участью предателя максимально хладнокровно. А тот всё кричал.

— Это Пламя Хаоса, — мысленно пояснил Реймс.

— Никогда не доводилось слышать о таком. Но ты выбрал достойную казнь для него.

— Это ещё не всё, Прелат. Сейчас начнется самое мучительное.

С виду не изменилось ровным счетом ничего. Калари Метрадор Оэл как плавился и испарялся заживо, таковым и остался. Но крик его усилился в разы, хотя казалось, куда уж громче. Он эхом раздавался по всему тренировочному залу. Даже тела людей несколько задрожали от него. Могло показаться, что вот-вот стены покроются трещинами и всё обрушится на остатки Лиги, но, благо, пронесло. Крик боли Калари не мог принадлежать простому человеку. Услышь его кто-либо со стороны, решил бы, что некое огромное демоническое существо бьётся в предсмертной агонии. И раздался странный звук, как если бы кто-то резко перерубил натянутый канат. Предатель больше не кричал столь люто, но жутко горланил и хрипел, а изо рта потекли остатки крови. Глаза его лопнули, точно перезревшие вишни, и всё тело объяло алое пламя. Обугленные, тлеющие конечности отвалились от туловища. К удивлению, никакого запаха пережаренной плоти не чувствовалось.

— Пламя Хаоса не даёт столь легко умереть, — принялся объяснять Реймс. — И оно причиняет не только телесную боль, но и душевную.

— То есть ты выжег ему душу?

— Именно, Прелат. А с этой болью ничто не может сравниться. Она столь колоссальна, что невозможно к ней привыкнуть и перестать её чувствовать.

— Но он мог умереть от болевого шока.

— Как я и сказал, Пламя Хаоса этого не допустит. Оно должно пропитаться и насытиться. Таковы порядки.

Прелат лишь коротко кивнул и вслух сказал:

— Благодарю, что достойно наказал предателя. Всем разойтись. Отдохните немного, придите в себя после случившегося, и мы примемся за штаб. Реймс, пойдём в мой кабинет.

Конечно, раньше Храм Клинков славился своими воинами и тем, что они, как правило, очень немногословны, но в эту самую минуту человек-демон осознал, сколь сильно они подавлены от произошедшего. Угрюмые лица, никто не проронил ни единого звука, и слышны лишь их шаги, а ведь воины передвигались, по своему обычаю, бесшумно.

— Скажи мне, Реймс, — заговорил Прелат, тяжело рухнув в кресло в кабинете, — что случилось с Калари? Он умер очень мучительно, я понимаю. Однако я хочу знать, что стало с ним?

— Ничего, Фравадар. Я выжег ему душу, а следовательно его больше не существует нигде. Первозданный Хаос поглотил его, сделав частью себя. Больше никто и никогда не услышит о Калари Метрадоре Оэле. Даже если самый искусный из некромантов попытается воззвать к нему – ничего не получится.

Прелат лишь молча кивал головой, внимательно слушая.

— Но скажи, что случается с другими после смерти? Какова наша участь?

— На этот вопрос, Фравадар, я не могу дать тебе точного ответа, ибо я не некромант и никогда не интересовался посметрием. Я пытался множество раз убить себя, я искал смерти, но никогда не задумывался о том, что будет после.

— Тебя никогда не интересовало, что станет с тобой, если ты всё же умрешь? Никогда не интересовало, что происходит с демонами после смерти?

— Я не демон, Прелат. Я обладатель Силы демона, но не более того.

— Но и человеком тебя нельзя назвать, — справедливо заметил предводитель Лиги.

— Истинно так. Но с демонами не всё так просто, Прелат. Любое существо наделено магическими Силами. В ком-то их больше, в иных меньше. Гибель любого вызывает выброс этой самой концентрации. Чем сильней существо – тем сильней и... взрыв, назовём это так. Если не предпринять заблаговременно определённых мер, то тогда чья-то смерть может разрушить и целый город, например.

— Интересно... Это всё интересно, Реймс, но ты так и не ответил на мой вопрос.

— Потому что отвечать мне нечего. Я не знаю точно, что случается с демонами. Возможно, некоторые попадают обратно в Подземный Мир в виде призраков, теней, блуждающих духов (называй их как хочешь). Возможно, отправляются в какое иное место.

Прелат явно остался не доволен услышанным, но разве он мог что-то сделать? Коль Реймс не способен дать ему ответы, то, желай он их получить, оставалось лишь самому покончить с собой и узнать правду. Поступать так он, конечно же, не собирался.

— Что будет с Элизабет? — спросил человек-демон.

— А что с ней?

— Её ранили, она сражалась, на неё напали свои же, с кем она жила и сражалась бок о бок. И её возлюбленный, будущий муж, оказался предателем. Думаешь, это пройдёт бесследно? Ты же сам сказал, что она тебе как младшая сестра.

— Случившееся сегодня отразится на всех. Никто не забудет этого, Реймс. Но что ты можешь предложить? Что сделать с Лизи? Лишить её памяти, как ты уже сделал с толпой людей, что увидели твоё падение?

— Не поможет, Прелат. Я не умею лишать памяти столь... прицельно. Я не могу заставить её забыть одного единственного человека.

— Но тогда тебе удалось...

— Я лишил их памяти за последние пару минут, но не более. Я могу стереть память любого человека полностью, и он ничего не будет помнить. Но мне не удастся избавиться от одного лишь Калари.

— Что ж, тогда ничего не сделаешь с Элизабет. Чуть позже я с ней поговорю, равно как и с каждым из оставшихся в живых воинов Лиги. Это испытание, и мы должны его перенести.

Нависло неловкое молчание. Конечно, Реймс мог бы проникнуть в мысли Прелата и прочитать их, но не стал так делать.

— Так, значит, Калари мог стать Прелатом вместо тебя, — чуть промедлив, поинтересовался человек-демон.

— Мог, — коротко кивнул Фравадар. — Боюсь представить, что могло случиться, займи он мое место.

— Ты являешься воином в невесть каком поколении. Кем были твои родители?

— Воинами Лиги. Простыми воинами, оба. Ты разочарован? Думал, что мой отец был Прелатом? — Реймс кивнул. — Данный титул не передаётся по наследству. Когда умирает Прелат, устраивается поединок меж всеми желающими занять его место. Не насмерть, конечно же. Раньше из двух финалистов один должен был убить другого, чтобы доказать своё превосходство. С тех пор много времени прошло и много всего изменилось. Мы с Калари стоили друг друга. Два главных претендента. Сильнейшие во всей Лиге. Бой выдался тяжелым, Реймс. Мы сражались часа два без перерыва. Несколько раз каждый из нас мог победить, но нам удавалось избежать этого..., — и Фравадар замолк, уставившись куда-то в пространство.

— И как же ты его победил? Как ты стал Прелатом?

— Разве это сейчас так важно? Я понимаю, чего ты пытаешься добиться. Хочешь, чтобы я говорил, рассказал тебе про что угодно, лишь бы не молчал, погружённый в собственные дурные мысли. Благодарю тебя за это, Реймс, но в этом нет необходимости. Уверяю тебя, я останусь в здравом рассудке.

— Надеюсь на это, Фравадар. Ты нужен Лиге...

— И не только ей, Реймс.

— Не только ей? О чём... У тебя есть дети?

— Всего один, — для наглядности Прелат показал один палец. — Алекс.

— Компьютерщик? Твой сын? — человек-демон в самом деле удивился, хоть и понимал, что это выглядело не слишком красиво по отношению к родителю, так изумляться.

— Не всегда дети воинов становятся тоже воинами.

— Но постой... Тебе с виду не больше сорока пяти, а он выглядит лет на тридцать. Не родился же он у тебя в пятнадцать?

— Выгляжу на сорок пять? — чуть улыбнулся Прелат. — Благодарю, Реймс. На самом деле мне пятьдесят четыре, а Алексу двадцать восемь. Он мой первенец.

— Где же остальные?

— Мертвы.

— Соболезную, Прелат... Демоны?

— Жизнь, Реймс, — глаза Фравадара заблестели. — Через три года после Алекса должны были родиться две девочки. Сильвии стало плохо, и наши врачи следили за её состоянием. Преждевременные роды... Один младенец оказался мертворожденным... Родившаяся же дочь была недоношенной. Спустя месяц умерла и она. Сильвия с трудом пережила случившееся. Через год она умерла от рук демона. Он выпотрошил её, — Фравадар говорил медленно и чуть дрожащим голосом.

— К слову, мне любопытно: почему у Алекса был игровой автомат? — попытался чуть сменить тему человек-демон, хоть это и получилось несколько топорно.

— «Однорукий бандит»? Он его успокаивал. Помогал думать. Всякий раз, когда Алекс переживал за что-то или кого-то, либо когда не мог найти решения сразу, он просто вставал перед автоматом и дёргал рычаг.

— Интересный способ бороться с нервами.

— Каждый справляется так, как хочет. Что дальше, Реймс? Что будем делать?

— Вам надо восстановиться и хоть немного отдохнуть.

— Это я понимаю. Но что будем делать мы с тобой? Просто сидеть и ждать, когда демоны воспользуются книгой?

— Мы? — переспросил Реймс. — Тебе тоже надо отдохнуть, Прелат...

— Если я буду сидеть здесь, то вместо отдыха лишь стану больше думать о случившемся и кто его знает, до чего додумаюсь... Лучше не сидеть на месте, а действовать. Тем более что, возможно, готовится массовое вторжение орды демонов в наш мир.

Реймс понимающе кивнул и собирался что-то сказать, но перед взором всё резко помутнело, словно обволокло чёрным туманом. И на краткий миг он увидел перед собой ярко-жёлтые глаза.

— Человече, началось! — голос Бехгарота показался ему несколько обеспокоенным.

— Что началось? — непроизвольно прошептал Реймс, и Прелат услышал его.

— О чём ты? — поинтересовался предводитель Лиги, но ответа так и не получил.

Мир начало трясти. Туман перед глазами задрожал и исчез. Волокна мира дрожали, точно бились в жутких конвульсиях. Но вот ведь поразительно: это коснулось лишь магических реалий планеты, но в материальной её части ничего не изменилось. Голова Реймса разболелась, запульсировала. Схватившись за неё обеими руками, он принялся сдавливать её, пытаясь приглушить боль. Его шатало из стороны в сторону. Прелат, держа руку на горле, шевелил губами, что-то говорил, но человек-демон его не слышал. Звон в ушах стоял просто жуткий. Фравадар давно встал из-за стола и держал Реймса за плечи, периодически потряхивая его. Лицо того стало пунцового цвета, и Прелату показалось, что голова демона вот-вот лопнет от перенапряжения.

Всё прекратилось столь же резко, как и началось. Звон в ушах исчез, равно как и боль. Тяжело дыша, Реймс медленно убрал руки от головы и осматривался. Ничего не изменилось.

— Upzhal! Opkhazar terkhbed! Izcarnekhil! — донёсся до его ушей отдаленный шёпот множества голосов, но Прелат явно ничего не слышал.

«Что это? Владыка… а другое слово… Повелитель? Вернулся. Воплотился?»

— Что случилось? — наконец Реймсу удалось разобрать его слова.

— Не знаю... Видимо, они уже... воспользовались... Манускриптом.

— И ты не знаешь, что именно произошло?

— Не уверен...

Человек-демон осматривался. Он глядел на мир магическим взором. Увы, но охватить им всю планету он не мог, однако этого и не понадобилось. Реймс увидел красно-чёрное зарево на другом конце мира. На третьем континенте.

— Вижу, где всё произошло, — тихо сказал он Прелату. — Надо проверить.

— Я отправляюсь с тобой, — строго произнёс Фравадар, и ни в коем случае не собирался отступать.

Положив руку ему на плечо, человек-демон переместил их в нужное место. Континент располагался далеко, как ни как на другом конце мира, а посему Реймс не мог перенестись туда за один раз. Пришлось совершить два скачка. Оставалось лишь дивиться стойкости Прелата, ибо он, будучи простым человеком, переносил перемещения абсолютно нормально, как если бы всю жизнь этим занимался. Обычно простых людей тошнило, им становилось плохо, они испытывали жуткие головные боли.

Очутившись на месте, они никого не нашли. Ни единой живой души, пусть даже тёмной. Не прошло и нескольких минут с того момента, как сторонники Назриара прибегли к Манускрипту, как уже все исчезли, точно сожжённые Пламенем Хаоса, что даже праха от них не осталось. Кругом вибрировала Сила, волнами распространяясь на большую часть континента.

— Здесь должна быть зелень, — раздался голос Прелата.

В самом деле, вместо пышной листвы и пушистой травы, их встретил мертвенный пейзаж. Они словно очутились в осеннем лесу, наполненном тёмной энергией, и от земли которой исходил небольшой жар.

— Да что же здесь произошло? — недовольно произнес Реймс.

— Ты не можешь узнать, что именно тут случилось?

— Мне нужно разумное существо, Прелат. Я не могу обратиться к земле и деревьям.

— Хм... Я надеялся, что ты сможешь увидеть, что именно тут произошло, как бы либо переместившись в прошлое, либо... исказив пространство вокруг нас для этого.

— Ты начитался фэнтези, Фравадар, — осудительно обратился к нему человек-демон.

— Даже если и так, разве непосредственно ты не являешься доказательством правдивости этих самых фэнтези книг? Или же другие демоны? — парировал Прелат.

— В сказках тоже присутствует часть правды, равно как и в шутках. Но это не значит, что всё в них изложенное – действительность. А фэнтези на то и существуют, что автор демонстрирует всю ширину своего воображения, которое ограничено лишь им самим.

— И ты хочешь сказать, что все в них сказанное – вымысел?

— Отчего же. Большая часть идей позаимствована из старинных трактатов и фолиантов касательно борьбы с тёмными силами, Прелат. Все, используемое в фэнтези – классические представления касательно тех или иных существ, как себе это представляли люди в прошлом. Демоны всегда злые, ангелы всегда олицетворяли добро. Вседержитель – Отец всего живого и создатель Сущего.

— И это всё глупости?

— Не всё, конечно же, но большая часть. Добро и зло слишком относительны, дабы приравнивать тех или иных существ к данным понятиям в абсолюте. И средь демонов, и средь ангелов есть те, кого можно причислить ко злу иль добру. А Вседержитель... что ж, если он всё же существует, то я могу смело назвать его самым омерзительным и подлым ублюдком в целой Вселенной.

Казалось бы, что не место и не время для столь сторонних разговоров, абсолютно не относящихся к делу, но как Реймс, так и Прелат уже понимали, что они одни, а потому можно немного расслабиться.

— Они сделали, что хотели, и сразу же ушли, — констатировал человек-демон, не переставая осматриваясь.

— Но что именно они сделали?

— Я не знаю.

— Что именно с тобой произошло в кабинете?

— Волокна мира задрожали. Насколько мне известно, подобное случается лишь от неимоверно сильного магического выброса.

— Как при смерти могущественного демона?

— При смерти происходит выброс чуть иного вида. Он уничтожающий. Здесь же произошло нечто иное...

— Но это не портал?

— Возможно, что портал, — неуверенно произнёс Реймс.

— Хорошо. Если так и сюда ворвалась, пусть не орда, но не малая толпа демонов, то почему на земле не осталось столько следов? Думаешь, они успели всё замести за собой всего спустя несколько минут?

— Хм... Ты прав. Но дело даже не в этом, Фравадар. От толпы вторгшихся не будет подобных колебаний.

— Тогда от чего такое возможно?

— Только если кто-то очень могущественный сюда явился.

— Такой, как ты?

И внезапно вспыхнувшая мысль осенила Реймса. Он даже чуть было не улыбнулся.

— Нет... Он должен быть сильней меня. Только тогда возможно подобное колебание волокон.

— Кто же может быть могущественней тебя? Ты сам говорил, что в Подземном Мире твой демон являлся одним из самых могущественных, а остальных уже не осталось.

— То было давно. Возможно, что появился кто-то, наделённый большей Силой, чем Бехгарот или Назриар.

— Если ты прав и сюда явился кто-то столь могущественный, то как нам ему противостоять? Если даже тебе не удастся его одолеть, то, следовательно, никому не удастся.

— Если всё так, как я сказал, что нам придется очень солоно, Прелат. Надо узнать..., — последние слова Реймс произнёс скорей для себя, чем для предводителя Лиги, но тот всё услышал.

Не успев задать вопрос, человек-демон положил руку ему на плечо и переместил обратно в собственный кабинет в полуразрушенном штабе, а сам тотчас же исчез. Пока они стояли на месте применения Манускрипта и разговаривали, Реймс выследил несколько перемещений. Его интересовали либо демоны-одиночки, либо группа людей. Он не собирался идти напролом и нападать на превосходившую его группу тёмных. Тем более если с ними кто-то столь могущественный. Хотя возникает логичный вопрос: если Реймс хочет умереть, но это возможно лишь от более могущественного существа, то почему бы ему сразу не выследить его и не предложить собственные Силы?

«Из-за меня погибло много достойных воинов. Погибло много простых людей на заводе... Пусть мне нет до них никакого дела, но, если я передам свои Силы другому, тому, кто пришёл сюда порабощать, то это сделает меня виновным в уничтожении целой планеты, разве нет? Я должен выяснить, что именно случилось, и, если демон и вправду столь силён, то надо попытаться с ним договориться. Я прекрасно знаю, что Слово Тьмы нерушимо. Если он даст обещание, то непременно сдержит его»

— Этот, — непроизвольно вслух произнёс Реймс, схватившись за астральную нить.

Подобные следы можно увидеть в первое время после перемещения кого-либо. Однако нужно всё сделать быстро, дабы успеть, иначе след исчезнет. Конечно, его можно замести лично, но, судя по всему, об этом не подумали. Так-то отголосков от перемещений куда больше, но этот след заинтересовал Реймса больше всех, ибо он всего один.

«Надеюсь на той стороне меня не встретит орда демонов во главе с тем, кого они вызвали»

И он переместился следом.

Очутившись в небольшой пещере, Реймс быстро осмотрелся. Он окружён. Но, к великой удаче (хоть иногда ему ведь должно везти), его встретили лишь несколько людей и всего один низший демон. Тот попытался переместиться, но Реймс этого не допустил. Выставив руку и сжав её в кулак, он сковал низшего, не позволив больше пользоваться магией. С людьми же он справился одним единственным жестом, испепелив их всех.

— Darratzakhi! Izh bech ganakhanzh! — завопил пойманный тёмный на родном языке, как только Реймс подошел к нему.

— Я? Уничтожен? — усмехнулся Реймс. — Что вы сделали? — поинтересовался человек-демон, присев.

— Izh ar’telekha eth dkh sraazh gorkhal ikh dzarzhakhi!

«Язык свиней и собак? Как грубо»

— Kawha wesh oorazhar vizh daekharvash eokhouz Khelzhanarz Flammazh? — внезапно заговорил убийца демонов на их языке.

«Ну же, скажи, кого вы вызвали»

— Stasha wanzh tzizhes dkh Draaza, — рассмеялся темный. — Warkh Terkhbed oodra esaz verzhakhash.

Тяжело вздохнув, Реймс не выдержал:

— У меня нет на это времени.

Положив руку ему на голову и смотря в две пары глаз жёлто-оранжевого цвета, человек-демон принялся пробивать барьеры, выставленные тёмным. К несчастью для последнего, он был слишком слаб, а потому не мог воспротивиться напору обладателя Сил одного из самых могущественных демонов Подземного Мира. И Реймс увидел, что произошло...

На том континенте было зелено и солнце начало высовываться из-за горизонта. Много демонов и людей стояли в ожидании. По их лицам видно, что все воодушевлены, особенно тёмные. Реймс сравнил их с верными псами, что предчувствовали возвращение любимого хозяина. И в этот самый миг ему стало не по себе. Он напрягся, ибо стал понимать, что должно случиться. Точнее, кого именно они могли вернуть. Чьего возвращения могли желать сторонники Назриара? Только своего господина. И ведь Реймс слышал отдалённый шепот сотен голосов и невесть скольких мыслей, что повелитель вернулся.

«Неужели Назриар не погиб тогда? Или же погиб, но, предвидя подобный исход, подготовился, дабы его можно было воскресить?»

Собравшиеся не стояли кругом, не пытались выстроить собственными телами особую магическую фигуру; на земле не начерчено совершенно ничего, даже самой захудалой пентаграммы или же рун на демоническом наречии. Ничего. Словно место не имело никакого значения вовсе и всё можно провести абсолютно где угодно. Вперёд лишь вышла женщина, которую Реймс видел недавно на заводе, когда он предупредил их о нападении. Высокая, статная, властная, неужели она являлась предводителем прихвостней Назриара? Одета по-деловому в костюм, короткострижена, а в руках у нее заветный Манускрипт.

— Здесь, — коротко бросила она, и к ней вышел один демон. Выше неё на голову, но худощавый, почти скелет.

Передав ему книгу, она встала рядом с остальными и ждала. Демон же достал внушительных размеров перстень, с изображенным на нем шипастым хвостом, свернутым в клубок. Именно с его помощью он и открыл старинный Манускрипт. Пролистав его и найдя нужную страницу, тёмный вырвал её, положил перед собой на землю, а на неё перстень. Щелчком пальцев он заставил страницу загореться, а сам рассёк себе запястье собственным же когтем, и пролил кровь на перстень. Сноп искр разлетелся во все стороны, пламя сделалось ярко-красным, олицетворяя собою Хаос и на несколько мгновений взмыло ввысь, сровнявшись с верхушками деревьев. Кровь демона лилась не переставая, и алое Пламя стремительно двигалось вверх. Объятый огнем Хаоса тёмный не кричал, что показалось Реймсу просто невозможным. Нет ничего больней этого Пламени! Но демон не кричал, чем не только удивил, но и напугал, ибо он улыбался. Он добровольно отдавал себя в жертву, но знал, что из этого должно выйти, а потому остался доволен.

Когда от него не осталось даже праха, Пламя разгорелось ещё сильней, стало шире, и больше походило на портал. Огонь закружился, завертелся, превратившись в небольшой огненный смерч, разросся и развеялся. Другие демоны выставили магические барьеры, ибо это Пламя могло убить их, но вместо этого осталась лишь омертвевшая земля. Не выжженная, но её лишили жизни. На месте перстня, сгорбившись и стоя на четвереньках, предстала невнятная фигура. От нее исходили клубы чернеющего дыма, словно то была воплощённая Тьма. И Реймс ощутил всю ту исполинскую мощь, что исходила от призванного существа.

«Но кто же ты?»

Вперёд вышла та самая женщина, опустилась на оба колена и поклонилась. Призванный тёмный поднял голову, но она, как и всё его тело, представляло из себя сконцентрированный сгусток черноты. Невозможно что-либо разглядеть там. Даже глаз.

«Похож чем-то на Бехгарота тогда...» — сама собой пронеслась мысль в голове Реймса.

— Mizodkhorash Weshiz, eokhouz Opkhazar, — внезапно поприветствовала призванного демона женщина на кривом демоническом языке, что не удивительно, ведь у простых людей не было тех связок, что позволяли тёмным говорить столь гортанно и грубо.

— Eze… haap? — спросил призванный, не понимая происходящего. И голос его не понравился Реймсу. Низкий, басовый, эхом расходившийся по округе.

— Warkh Izcarnekhil Weshiz tezhug, eokhouz Opkhazar ouz Sakhgarati.

И Реймс замер, услышав это имя.

— Невозможно, — прошептал он, и видение исчезло. Он вернулся в реальность, покинув память низшего темного.

Подобное грубое вмешательство может обернуться смертью для простого человека, но демон это выдержит. Хоть пойманный и являлся низшим, но он спокойно перенёс произошедшее. Он собирался что-то сказать, видимо, позлорадствовать, да только Реймс одним резким и мощным движением буквально разорвал ему голову надвое.

«Что же я совершил...»