Пыль везде

Глава 1

Мертвый ветер, прах вокруг, а я стою, смотря на проход, что ведут в руины. Разворачиваюсь, иду до своего поста, пусто, ничего, дохожу до старых головоломк, что стали непригодны, время забрало свое, хех, время подвластно всему вокруг, ну только меня она обходит стороной. Я делаю подобные обходы не первый раз, будь снежниград, водопадье, иди жаркоземье, я делаю эти обходы уже не первый год, но я не помню, когда я делал это в последний.

Постоянные сбросы раз за разом, бесконечные количество раз, какой это уже счёт, сколько я тут нахожусь... Один... В «тишине». Год за годом одно и тоже действия, у меня была цель... Я... ее выполнил, а после ничего, долгие годы ничего. Пустота, всё пропало, всё закончилось. Это был конец, моя победа, я смог победить по-настоящему, и что я получил в итоге... Ничего... Я ничего не получил, ведь ничего не осталось, я один тут в своей «тишине», в своем мирке, что просто существует, пока я жив, пока не умру, чтобы снова повторять все эти действия, чтобы просто существовать.

— Всё, что было, всё, что я сделал, это же было ради вас, не так ли?... Всё это было ради вас да да ради вас всех я сделал всё правильно всё это правильно вы слышите вы все слышите вы знаете что мне пришлось сделать вы знаете через что мне пришлось пройти вы знаете... Я знаю что сделал всё верно... Не было других исходов не было других шансов на успех ничего... Поймите же ничего бы не получилось я знаю... И вы знаете... И «он» знает всё прекрасно... Я знаю что сделал всё правильно... Это правда моя правда всё верно всё сделано... Папайрус? Скажи же что-нибудь... Почему... Ты молчишь... Почему ты смотришь... Почему... Ты... Ничего не говоришь... Ну скажи... Объясни всем... Я сделал всё правильно, не было другого исхода, так скажи же наконец хоть слово... Хотя одно слово...

Ветер воет, этот мертвый ветер, что разносит весь прах по округе, метел, холод вокруг, туман, что меня окружает, тени, что появляются один за другим разных форм, разных размеров, таких знакомых, таких значимых, и Папайрус, что стоит впереди, я помню только его, пока от других остались лишь тени. Устроит резню всего подземелья, радикальное отвратительное решение, и ради чего я это сделал, ради этого человека... Чтобы остановить, потому что все другие мои решения, все мои попытки потерпели неудачи за это время, всё мое естество пропиталось ненавистью к этому существу, за то, что он делал, за то что он сделал меня таким, кем я являюсь сейчас, чертовым маньяком, безумцем и психопатом, убийцей, каким не был «он», но каким стал я, но... Ха-ха-ха, я его обошёл, я... Ха-ха-ха стал лучше него во всем... Ха-ха-ха... — Как же я его ненавижу. — было сказано это в тишине... В тишине, что решила мне ответить.

— Стоило оно того? — Этот голос... Мой брат...

—... Решил сказать мне слово... После стольких лет ти...

— Стоило оно того? — перебил... Он меня перебил, он не говорит со мной, он задаёт мне вопрос, простой вопрос... Просто вопрос.

...— Я промолчал, но... Они не молчат. — Посмотри вокруг, что ты видишь?

— «Посмотри, что ты сделал»?

— «Что ты оставил за собой».

— «Ради чего, ради этого»

— Замолчите, — но они не замолкают. Шёпот становился громче, голоса сильнее и гуще, переходя в крик, сотни, тысячи голосов, как и теней вокруг, везде, везде куда бы я ни посмотрел, они везде, они кружат, я смотрю, я кричу: «Замолчите», всё громче и громче, но я не слышу своего голоса, лишь их крик, лишь их тени, темнота застилает взор, не могу думать, не могу сбежать, не могу сказать ни слова.

Глаза наливались фиолетовым цветом, а ору я кричу, и вокруг меня образовалась пылающая фиолетовая кольцо, что взорвалось, давая мне снова всё увидеть, всё услышать.

...

Смотря вокруг, я снова стою у входа руин... Я снова здесь... Я уходил... Я вообще сделал хоть шаг... Что последнее я помню... Я проверял... Нет... Я стоял... Я убивал... Я был... Я ничего не могу вспомнить... Ведь я всё помнил одновременно...

— Папайрус... Что... Мне делать? — вопрос в пустоту, но одно я понимаю, что снова всё начинаю заново

Я бью по себе... Я ломаю себя по кусочкам, удары по черепу, по телу, самоистязание, но нет, это другое, я не понимаю, что реально, я даже не знаю, где нахожусь, я стараюсь не моргать, пока бью по себе снова и снова, что бы почувствуешь боль, ведь боль реально, а значит, я реален. Разум прояснился, я снова вижу всё отчётливо, я снова ощущаю себя, значит, я жив, пока. Смотрю на свои руки, одежду, отряхиваю эту чертову пыль с ног до головы, она не исчезает, я никак не могу от нее избавиться, эти голоса, всё это место сводит меня с ума, я теряю себя всё чаще, скоро я окончательно сойду с ума из-за этого

Но одно дело знать об этой проблеме, но нет сил хоть как-то противостоять. Взгляд снова цепляет тени в деревьях, блуждающие тени, они везде окружают меня, где бы я ни был, их силуэты, изображения похожи на них, тех, кого я убил, я не могу от них избавиться, чтобы я ни делал, даже чувство боли не помогает избавиться от них окончательно, да даже не могу понять, они настоящие, я реально их вижу, слышу, или это игра моего больного разума?

Я смотрю туда, где на меня смотрят тени... Я чувствую ненависть... огромную всепоглощающая ненависть к ним, ко все ко всему этому месту, почему они меня обвиняют, почему я остался виноватым, почему лишь я должен нести «его» грехи... Почему... Я применяю магию самую разную, всё, что сжигает округу, чтобы не было место теням. Деревья пылают от огненной магии, бластеры стреляют по руинам, окончательно хороня проходы, я просто применяю ее до максимума, расходуя все свои силы, десятки бластеров, сотни костей, тысячи фиолетовых копий, огненных шаров, всё подряд, я уничтожаю всё, телепортируюсь от места к месту, разрушая все пустые города, что пылают, что гниют, стреляю по лаборатории, серия взрывов. И грандиозный финал, со всей мощи бью по ядру, и... Я снова там, где цветут цветы, миг, и я снова у входа руин... Я... Все... Помню... Я... падаю на колени, бью по себе снова и снова, новые старые трещины, новые раны, но я знаю одно: я всё забуду, и я снова всё повторю, чтобы снова всё вспомнить и забыть, этот цикл, этот ад, он будет бесконечен... Материализую десятки бластеров, что направлены в мою сторону, я не сопротивляюсь, я сдался, один щелчок — и смерть, чтобы хоть на секунду обрести покой... Хотя бы на жалкую секунду, но...

— Не думаю, что это самая хорошая идея, да и, как по мне, это даже достойно некой похвалы но. Хех, ну, по крайней мере, это будет не самым лучшим очередным завершением твоего пути. — Я услышал голос, не призрака, не тени не свой, а голос настоящий, как и его владелец. Кто-то нет, это что-то жуткое и непонятное. Стояло передо мной в паре метров от меня. За спиной у него были четыре щупальца, а всё его тело состояло из чёрной субстанции, что непрерывно текла, но не проливаясь ни капли, один глаз отсутствовал, а другой светился берёзовым цветом. На его лице красовалась лёгкая улыбка, да и он очень сильно напоминал меня.

Я смотрю на него с крайним шоком, не могу понять, да даже представить, что я такое могу придумать, видимо, я уже окончательно сошёл с ума. — Видимо, я прервал что-то особенное, но не беда, уверен, ты наверняка благодарен мне за своеобразное спасение, может, пожмем руки в честь нашего знакомства. — Что он говорит...что он мне предлагает?, нет, он со мной говорит, не задает вопрос, не обвиняет, а просто... Говорит, знакомится... Здесь... Со мной

— Хах, — нервный смешок сорвался сам собой, но это была лишь прелюдия. — Ты, ха-ха, со мной знакомиться? Ха-ха, пожать руку... Ха-ха-ха. Нет... Нет, ха-ха-ха. Ты... Я пожму руку своей шизофрении... Ха-ха-ха, видимо, последняя стадия, ха-ха-ха. Что я... Сам это придумал? Ха-ха-ха-ха-ха-ха-а. Такое. ха-ха-ха. — Безумный и вместе с тем истеричный смех разнёсся по округе. Я едва ли влился по земле, смеясь как последний раз, пока удерживал бластеры в воздухе, один взмах — и они меняют направление, стреляют по моей шизофрении. Но он не пропал а улыбка пропала, как и протянутая рука.

Дальше всё было как в тумане, лишь безумно сильная боль, вывернутые конечности, вырванные ребра, выдернутые пальцы, пробитая голова... Но не смерть, я снова стою перед ним целым, и снова безумная боль, и снова перед ним — и снова вывернутое тело наизнанку, и снова, и снова и снова, а я ничего не могу сделать, даже не понимаю, что происходит, но боль — всё это реально. В какой-то момент я смог вырваться, и удар по телу, и вот я лечу через леса, падая с обрыва, ничего не понимая, телепортируюсь к место к месту, чтобы снова оказаться перед ним и снова вывернутое тело и снова это безумная боль. Сколько это продолжалось, я не помню... Он выворачивал меня наизнанку. Я видел свое тело со стороны, он оторвал мне голову, он разбирал меня по кусочкам, чтобы через миг я снова стоял перед ним, чтобы снова повторился этот процесс, мне... Невыносимо больно... Страшно... Я не могу ни крикнуть, ни сказать ни слова, ничего, я попал в ад, я не понимаю уже ничего, чувства притупляются, мне уже становится все равно, я просто с каким-то... Интересом смотрю, что он ещё придумает... Я... Не понимаю... Что со мной происходит.

В какой-то момент всё это прекратилось, и вот я снова стою перед ним, я смотрю на него, я ужасаюсь, дрожь пробегает по всему телу, я едва ли уже помню, что он со мной творил, но тело всё помнит. Делаю шаг назад, он же подходит ко мне, ужас меня сковал, не могу сделать и шагу, так и стоял, пока он подходил ко мне

— Кажется, мы не с того начали... Точно, я ведь не представился так? — Снова его легкая улыбка, но теперь я молчу. Я стою, не смея пошевелиться, не смея даже сделать шаг, не смея отвести взгляд, да даже думать ни о чем-либо. — Но, пожалуй, нужно соблюдать некие приоритеты, ты так не считаешь, Санс? Хм, нет, ты теперь Dust отныне и навсегда.

Он стоял и протянул мне руку и заговорил — Меня зовут Найтмер, и у меня есть... Хех, предложение, от которого ты не можешь отказаться». — Поставил он меня перед этим фактом

Я некоторое время смотрел на его протянутую руку. И я протянул свою в ответ, и на этом моменте моя прошлая жизнь закончилась бесповоротно.

***

— Это... Мне не нравится это место, зачем мы здесь? — «Этот коридор, зал суда, последний коридор, его золотистые колонны стояли друг против друга и отбрасывали тени, а солнечные лучи светили через окна. Было даже слышно пение птиц и слабое дуновение ветра, что не может быть в этом месте, но оно есть. Будто бы вернулся в прошлое до того, как я полностью уничтожил это место, после я никогда сюда не возвращался ни до, ни после».

С того момента, как я заключил сделку с Найтмером, то многое изменилось для меня, пожалуй, моя жизнь, мое мировоззрение, колеса моей жизни сделали огромный поворот. Показать на миг эти вселенные, ответвление, таймлайны, трудно принять для меня этот факт, да и знать, что вся твоя жизнь лишь одна из бесчисленных ветвей вселенных и что всё, что ты сделал, не имеет смысла, это... Неприятно, невыносимо, горько, больно внутри... Впрочем, моя новая жизнь началась, но этот коридор... Опять... Зачем... Что он хочет здесь от меня?

— Тебе многое может не понравиться Даст, но тебя я спрашивать не буду, запомни одну простую мысль: твое мнение, твое желание и выбор теперь мои. — Сказал это он, продолжил. — Что же до этого места. Этот коридор — лишь малый фрагмент разрушенного мира, одно из многих временных ответвлений, затерявшихся в бескрайних просторах пустоты. Мы здесь, чтобы испытать тебя, — произнес Найтмер, отступая в сторону.

— Испытание? — Не успел я сказать, как со всех сторон на меня налетели «ножи», среагировав, мгновенно телепортировался в сторону и воздвиг перед собой костяную стену, атака прошла, но сразу передо мной возник нападавший, что и нанёс удар своим ножом

Снова инстинктивно уклоняюсь в сторону, стараясь сократить дистанцию. Затем провожу ответную атаку. Кости сверху и из-под земли, а также несколько бластеров. Но атака прошла неудачно, он просто уклонился от всего, а от взрыва вышел без единой царапины и начал атаковать в ответ.

Подойдя вплотную, он наносил удары. Уворачиваясь, у меня вышло поймать телекинезом и швырнуть его вверх в потолок, ошибка с моей стороны, он просто исчез, и сразу ко мне прилетело несколько атак, уворачиваясь от ножей, едва не пропустил новую, увернулся в последний момент от красного вихря энергии, что разрезала колонну позади меня. Опасная и очень мощная атака с его стороны, нужно быть начеку. Всё это произошло за пять секунд

Сократив дистанцию со мной, начал просто наносить удары ножом по мне, уворачивался, уклонялся и попутно атаковал в ответ. В миг он отошел и кинул свой нож, на что я поймал его перед своим лицом, как он сразу атаковал меня сверху, впечатав в землю, занося ногу для удара, но сразу ему пришлось увернуться от луча бластера со стороны, что дало мне возможность встать и отбросить его назад.

Град костей сверху полетели в его сторону, что заставило его бежать в мою, материлизоваль перед собой «огненный шар», приготовившись нанести по мне удар, он замирает и взрывом отбрасывает нас обоих, не растерявшись, еще пару шаров полетели в его сторону что сопровадились взрывами. Дым рассеялся и стоял напротив меня, отрахивая подпалины на одежде. Каждый показал, что может, и он начал разговор

— Ха-ха, неплохо — отряхивая подпалины, он продолжил: — но предсказуем, я читаю все твои атаки, да и привычки знаю как свои, но мощи тебе не занимать, да даже пару раз подловил своей огненной магией, не знал, что ты так можешь, это что-то новое. — Его слова, во мне будто бы что-то коротнуло, он — это я, но не я, что он такое, почему он так похож на "него" Смотря на него, он смотрел на меня, мы оба стояли по отдельности и некоторое время изучали друг друга, пока не раздался голос: — Ты себе не изменяешь, дал бы хотя бы шанс на то, чтобы он увидел тебя, все же он не твоя цель, так что ограничься лишь базовой магией.

— Ну, раз вы меня не остановили, значит, так и было задумано, не правда ли, босс? — Я смотрю на него, переводя взгляд на... Босса. Всё, что они сказали, я едва ли услышал, но мне это не важно, я задаю лишь один вопрос ему, что так похож на "него".

— И кто же ты такой? — спросил я свою альтернативную версию, готовясь к любым его трюкам. От его присутствия меня едва не бросает в дрожь. Во время его атак, возможно, моё больное сознание снова видит галлюцинации но я заметил, как его тень превратилась в совершенно другую, так похожую на Него фигуру.

Тут нас представил Найтмер. — Знакомься, это «Киллер», «Киллер» — это «Даст», да и ты прав, я хочу узнать, кто из вас более... сильнее в голой мощи, так что сражайтесь на максимум, чего вы оба на данный момент способны. — Сказав это, он пропал из поля зрения, оставив нас вдвоём.

Что до моего противника, что ж, во время битвы глазницы его были пусты, сейчас я четко вижу зрачки, так же из глаз у него струной началось слезится черная субстанция. Рассмотрев повнимательнее, отмечаю сходство со мной, будто бы смотрю на зеркало с искажением — это я, только более непонятная мне. Копия меня или я — копия его, такие разные и одинаковые одновременно. Но чем больше смотрел на него, тем больше моя душа резанировала, голова мутнеет, всё мое естество требует битвы и его смерти, почему он вызывает у меня ассоциации с тем, кого я ненавижу всей душой?

Его атаки, его стиль боя и словно в насмешку снова галлюцинация его — всё это мне так знакомо, что вызывает во мне те самые чувство глубокой ненависти. Почему я не могу думать рационально, во всем этом нет смысла, но почему? Почему он похож на «НЕГО»? Я сам не заметил, как какие-то изменения происходили во мне, я не мог свободно думать, не мог прийти в себя, весь мой самоконтроль испарился в один миг, те чувства, те эмоции, что я давно похоронил, они снова воспылали в яростном огне. Все мое естество требует его смерти, на моем лице возникает безумная улыбка, а перед собой я вижу уже не свою копию, а «ЕГО»

Существо, что уничтожило мою жизнь, человека из-за которого я стал таким, самое ненавистное мне понятие жизни. Бой, отлично, к черту на всё, я разнесу всё это место снова, использую все свои силы на полную, но убью "его" снова, и судя по его действиям и нескольким красным ножам, что парят позади него, видимо что-то почувствовав от меня, он был готов также, а значит, битве быть.

Это эфемерное чувство контроля над собой, сдерживания эмоций — всё пропало в один миг, я просто стал безудержно атаковать его, никакой тактики, никаких комбинаций и хитрых трюков, просто голая мощь, он также не стоял на месте и тоже начал. Огненные шары, копья, бластеры, кости, ножи — всё это перемешалось, каждый из нас выкладывался на полную, мы оба дрались насмерть, наносили удары, блокировали, уворачивались, сам же коридор не был обычным, он каким-то образом расширялся, колоны становились всё больше, пространство всё шире, в какой-то момент он стал настолько огромный, что давал больше места для маневра. Бой проходил стремительно и быстро, но потом я стал замечать, что стал уступать ему, всё больше промахов с моей стороны и попаданий с его, он стал меня теснить своими красными вихрями, ножами и костями, будто то с одного места и с другого, я просто не успевал блокировать, он оказался быстрее меня, а для меня это первый подобный противник, тогда решил брать еще большим количеством. Раз не могу попасть, сделаю так, чтобы он не смог больше уворачиваться

Со всех сторон полетели выстрелы из бластеров и костей, огненные шары и копья, создавая хаос в пространстве, пару раз смог зацепить, и то несерьёзно. Поняв, что не даю ему место для маневра, стал сближаться со мной, атакуя меня, стремительно сокращая дистанцию и нанося по мне удары.

Но всё же смог его подловить, нанеся очередной удар по мне, в последний момент успел увернуться и сразу возник за его спиной, пару костей и копий пронзили его насквозь, думал, что всё закончится, удар смертелен, ошибся. Лишь ошеломив его, не теряя времени, применил телекинез, чтобы прижать к земле материализую кости. Смог отпрыгнуть, бросая копью, он отбил его ножом... Черт, неудачно и глупо потерял свой шанс. Бластеры стреляли, все мои атаки летели в его сторону, но он увернулся снова, потом телепортироваться и снова нанес мне пару ударов, на что я едва лишь задел его, пару огненных атак смогли лишь нанести малый урон и подпали его одежду. Всё это начинало уже раздражать, бой затянулся, атаки не попадали, урон особо он не получил, да и с его стороны тоже нет успехов, мы лишь ранили друг друга не смертельно

Еще с десятков бластеров стреляют со всех направлений, я же ловлю момент, пока он отвлечён, и снова оказываюсь позади него, но не успел я среагировать, как меня пронзили его ножи и еще пару его атак из синий атаки запечатали меня, пронзив руки, плечи, ноги, и как финал около пяти красных вихрей попали по мне, впечатав меня к стене. Атака оказалась для меня почти фатальной, я едва не отключился, с трудом пытаясь встать на ноги, как сразу всё тело пронзило, боль очень невыносимая. — К... Как ты? — попал по мне, недооценил его и переоценил себя. А в какой-то момент в голове прояснилось что сражаюсь с другим я, а не с "ним" стоило этого ожидать от меня же, сознание будто бы прояснилось, я стал видеть более отчётливо. Из последних сил телепортируюсь подальше от него, сохраняя дистанцию, стараясь держаться на ногах

— Ты серьёзно думал, что я попадусь на эту уловку дважды? Не-не-не, — покачал он головой, прижимая указательный палец к ножу. — Думаешь, я просто так тут хороводы гонял? Хех, не «приятель», знаешь ли, я не привык растягивать бой с такими, как ты, предпочитаю несколькими точными ударами убивать сразу, но тогда, уж прости, у тебя бы не было и шанса.

Но... У нас тут «дружеский» спарринг, так что, думаю, нам бы не помешало в будущем, — мгновенно он оказывается передо мной, — познакомиться поближе, — нанеся несколько ударов по мне, с трудом уклоняюсь, но бестолку, пытаюсь оттолкнуть, телепортироваться, уворачиваться, всё бесполезно, он не отстает, все сближаются и наносят удар за ударом, а я уже на грани и чувствую близость смерти.

Пытаюсь в руке материализовать оружие, кость, копьё, трезубец, хоть что-то, что позволит выйти из этой ситуации, но ничего не выходит.— Я проиграю. Эта мысль возникает мгновенно, что я опять проиграю и умру от его пародии, что всё, что я положил и чем пожертвовал, закончится в этом коридоре, опять. Но не будет больше попыток, не будет шансов и возрождений, здесь мой конец от меня же.

— Нет, нет, нет! Я не ради этого всего лишился, не ради этого я переступил через себя, чтобы сдохнуть здесь опять. Нет, нет!!

Решимость, внутренний огонь загорает ярче, нет, он пылает, я отказываюсь проигрывать снова. Оба глаза загораются фиолетовым цветом, тело вновь переполняет энергией, вся боль ушла на задний план.

Очередной его удар я принимаю и сразу хватаю его тело крепкой хваткой, на мгновение он замер, увидев на моем лице безумную улыбку, видимо, что-то поняв, стараясь оттолкнуть, отделиться и телепортироваться, но поздно, я всё блокирую. Сотни костей, копий и шаров, направленных в нашу сторону, по всему коридору стреляли бластеры, слышались взрывы, разбивание стекла, разрушенные колонны, я бил его со всем моим арсеналом, будь то огненные шары, трезубцы и копья, всем, чем есть, там, где мы стоим. Всё это произошло в течение трех секунд.

Той вольной взрывов отбросила нас, мое состояние стало уже критичным, но не смертельным. Хоть он тоже получил знатный, но не фатальный урон, даже этого недостаточно. Из его глазниц сильнее потекла та субстанция, каждый взмах ножа сопровождался очередным рассечением, будь то колонны, стены или окон — всё, к чему прикасалась эта энергия, взрывалось огромной силой, уворачиваюсь уже чисто на силе воли, еще одно любое попадание с его стороны свалит меня с ног окончательно, ни передохнуть, ни сбежать — не выйдет

Вся битва очень затянулась, я ему уже проиграл, лишь оттягиваю неизбежное, сколько бы я ни пытался, мне его не одолеть, он слабее меня, я это чувствую, ощущаю, но у него колоссальный опыт, и я не первый его подобный противник, я уже повержен, сил уже не осталось, энергия на исходе, у меня нет того запала, нет намерения всё закончить, ведь он всё же не «он», и даже весь этот бой и то ненастоящий, а значит, я уже проиграл уже давно, что до него, видимо, он только начал драться всерьёз. Но так или иначе я тоже смог его хотя бы ранить, хех, к каждому можно найти подход, к нему я тоже найду.

Видимо пора использовать свой козырь уже все равно. С огромным усилием не даю ему к себе приблизиться, отбросив его, я из последних сил материализовал с около полусотни бластеров огромной мощи, на что он материализировал лишь один, но по энергии, что исходило по нему, он не уступал мощи моим вместе взятых, видимо, это один из его козырей. Выстрелы произошли одновременно, фиолетовые лучи сомкнулись с эссенцией черным, и произошёл взрыв, что разнесся на весь коридор, уничтожив его окончательно.

Дым рассеялся, а я еще жив, осматриваясь, и вижу, что я что-то вроде кокона из «щупалец», секунду — и он развеивается, притягиваясь назад к владельцу. «Хватит, вы оба, я видел достаточно», — раздавшийся голос остановил всю битву сразу. Выдыхаю спокойно. Опираюсь на колонну, материализую сигарету, из последней пачки, осталось всего пять всяко лучше чем алкоголь, помогает собраться с мыслями. Не заметив сразу, оглядываясь вокруг, вижу, что весь этот коридор вернулся к изначальному размеру, а от разрушений не осталось и следа, стал снова целым, будто и не было той битвы, иллюзия.Нет, раны еще есть, и усталость берёт свою после спада адреналина, значит, некая особенность этого места.

Многое прояснилось, и понимаю, что действовал лишь на эмоциях, не используя преимущества данного места на полную, очень давно со мной такого не случалось, какая-то неприязнь осталась к нему, но нет больше сильной ненависти, с трудом борюсь со сонливостью, охота просто отдохнуть, сомкнуть веки и провалиться в темноту. Слишком много событий за один день, сколько я не спал... А спал ли я вообще... Куча мыслей крутится в голове, попутно ноги уже не держат, оказывается, я уже так устал душой и телом. Докурив, меня накатывает слабость, последние силы стали покидать меня, я устал, мой хозяин или же босс что-то говорит, что я с трудом слышу, до меня доходит лишь слова «прошёл», и в миг меня поглощает темнота

***

— Каков результат? — смотря на упавшее тело «Даста», обращаясь к Киллеру крайне доверенным подчинённым едва ли правой рукой, по праву даже спрашивая его мнение. Почему бы самому не выдать вердикт? Разница в силе между своими подчинёнными и собой даже не подлежит сравнению, для него они все одинаковые, слабые, но крайне полезны в долгосрочной перспективе.

— Силён, — раны затягивались на глазах, а субстанция, что текла из него, уменьшилась до маленьких ручейков в пустых глазах, душа, что скрыта от глаз, пришла в пассивное состояние, снова круглое и спокойная. — Вы, босс, вытащили его уже крайне истощёного, да и сами изрядно потрепали его, но даже в таком состоянии он заставил меня... Хех, напрячься, но, — смотря на упавшее крайне истощенное тело, что станет соучастником и просто союзником, ну, по крайней мере, он надеется, что это так, мнение было неоднозначное. У него есть тот огонь, что не хватило ему в свое время, хоть и метод был явно не самым лучшим, но что ожидать от сломленного и обезумивавшего его самого из отдельной ветки таймлайна. Так или иначе, его особенность в том, что сделал все это на своих условиях, в отличие от него самого, у кого и выбора и не осталось в принципе

— Ну... Уверен, он прекрасно впишется в нашу «дружную команду», главное, чтобы они не объединились и не грохнули меня, и не выставили это всё как несчастный случай, «ух». — Раны еще болят, но трещины зарастают. Тот взрыв не прошёл для него бесследно, всё же идти в бой лоб в лоб не его метод, но это для него ерунда было и похуже. Что до него. Да, он неопытный, но в плане огневой мощи превосходит на несколько категорий выше, да и смог всё же даже серьёзно ранит, не смертельно, но достаточно, чтобы воспринимать как угрозу, и всё это в ослабленном состоянии.

— Самокритично, ценю, что нашел друзей по интересам, но не это я спрашивал, отвечай на вопрос —. Спокойным монотонным голосом всё это произносил, ни злости, ни раздражения, просто как факт, если бы не субстанция, из чего он состоит, а также если кто-то не знал, что это существо концеп ненависти и негатива и много чего еще, приняли бы за спокойного и рассудительного монстра.

— Вы сами всё видели, он силен, не пройдет много времени, и подобный уже следующий бой уже будет определённо... Неоднозначным для меня, но всё зависит от ситуации. А так мало кто в альтернативных вселенных сможет ему противостоять, за исключением тех редких личностей.—

— Понятно, — впрочем, неудивительно, то обилие негативных чувств, что он почувствовал в той вселенной, откуда он его забрал, было очень сильно, хоть Даст старался и подавлять это, но всегда ходил по краю, один маленький толчок, одно негативное воспоминание, и эмоции уже не подконтрольны ему, легко управляем, но главное — не сломать раньше времени, и, возможно, что-то из этого выйдет.

— У тебя новое задание —"Килерр" хотел уже что то сказать но резко поднятая рука заставило его замолчать — это приказ. У одного нашего знакомого появилась новая цель на устранение, детали узнаешь когда доберёшься до него.

— Это дорого нам обойдётся. Босс, он и так ходит по краю, а из-за этого договора «мы» обязаны быть на побегушках и постоянно ждать, когда он помашет рукой.

— Детали договора тебе знать и не нужно, это в моих интересах. — произнёс он, взглянув на тела, всё ещё лежащие на полу. — Что ж, здесь мы закончили, пора возвращаться, кроме тебя, конечно. — «Киллер» усмехнулся, фыркнув, растворился в появившемся разломе, что сразу пропал, а за ним "Найтмер" и его спутник, оставив коридор снова пустым.

***

Видишь тень, что вдруг пропала, слышишь вскрик, что прозвучал. Это детские забавы, это детская игра. Дай мне руку, расскажу, все красоты покажу, все секреты я раскрою, и свои я расскажу.

Я увидел всё на свете, все рассветы и закаты, я увидел все исходы и хорошие плохие. Видел я их изумление и неверие, отрицание, но я знаю их секреты, все их тайны и границы. Я пытался быть им другом, я пытался дать им шанс...

Но не будем о плохом, мы же здесь что б веселиться, покажу я все на свете, расскажу тебе секреты, и пойми что ты мне важен, ты другой не как они, не смотри на мои тени игнорируй весь их крик.

Видишь тень? Она пропала, слышал вскрик? нам показалось. Это детские забавы, это детская игра. Дай мне руку, расскажу, все красоты покажу, все секреты я раскрою, и свои я покажу.

Глава 2

— «Человек», — после этого слова он остановился, ожидая привычной фразы от скелета. — Такие люди, как ты, — фраза оказалась неожиданной знакомой но другой, резкий поворот, нож в руке и взмах в сторону голоса, мимо. — Должны гореть в аду, — кости пронзают всё тело, боль нарастает, движение заблокировано, напротив нависает бластер, а рядом с ним и скелет, что смотрит с пустым взглядом и неизменной улыбкой, хотя, скорее, она уже самоуничтожительная. Луч стреляет со всей мощи, что обрывает жизнь человека, душа разбивается, конец игры.

Сброс, игра началась, цикл обещает быть интересным, это что-то новое. Пространство меняется, и снова они оба стоят друг против друга, «человек» готов, второй раз этот трюк не пройдет. Битва наступила практически в начале, но это мало что поменяло, скелет также был слаб, те же атаки, немного измененные, но легко читаемые, итог одно попадание ножа и смертельная рана на враге, он сбежал, еще жив, но ненадолго, «мы» снова продолжим путь.

Дойдя до конца этого места, на нашем пути вновь встал его младший брат, он пытается нам что-то сказать, мы не слушаем, делаем шаг за шагом, он встает на колено и притягивает руку, что-то говоря, «мы» не слушаем. Один удар, и его голова падает с плеч, еще живой.

Продолжая путь, «мы» увидели сцену, как наш бывший враг держит голову своего младшего брата, эта сцена стала для **нас** забавной, подойдя сзади, заносим нож для добивания обоих за раз. «Они что-то говорят, но мы не слушаем»

***

Оправдания того или иного действия, в моём случае это оправдание геноцида всего моего мира... Моими собственными руками. Какова была цель... Зачем я это сделал, ответ прост: из-за человека. Когда каждая очередная попытка противостоять ему ни к чему не приводит, объединение с королевской стражей, капитан, учёный и королём, совместные действия против него, саботаж всего его пути и финал всей эпопеи поглощения человеческих душ лишь веселили его, ведь он был всегда быстрее, всегда сильнее, всегда знал всё наперёд, и всё это лишь веселило его эго, все эти действия были бессмысленны с самого начала, всё, что я пытался сделать, было бессмысленно.

Время шло, всё теряло смысл, и в какой-то момент я осознал простую вещь и самое чудовищное решение, что стало моим итогом. Стать сильнее его, думать, как он оперижать его во всем, и для этого мне пришлось отдать абсолютно всё, и финал всего этого такой же бессмысленный, беспощадный и, хех, «неинтересный». Я не ищу какого-то прощения, ведь меня некого прощать, я не ищу этого воображаемого искупления, оно для меня бессмысленно и бесполезно, я полностью уничтожил себя, каждую свою частичку, каждый свой смысл, всё по кусочкам собирая себя из остатков тех, кто навсегда меня покрывает.

После моей очередной «победы» над «ним» мне часто приходили видения о былом, о прошлом, там, где всё по-другому, где все счастливы, где «мы» все были счастливы. Но это лишь было мимолётное видение, открывая глаза, я видел лишь пыль перед собой, держа шарф в своих руках, и не мог вспомнить, какова была изначальная цель, что я сделал, почему «я» это сделал, но... Смотря на проколотый труп перед собой, я сразу всё вспоминал, и я продолжал и продолжал, пока не достиг итога всего этого пути

Но всё это уже в прошлом, очень далеком прошлом. Вспоминая всё это как во сне, который заканчивается так же внезапно, как и начался. После всего того... Ничтожного события на просторах всей мультивселенной произошло слишком много разных событий. Новые смерти от моих рук, новые битвы, старые забытые чувства возвращаются, я становлюсь более... Целым, я не испытываю ни ненависти, ни злости, их... Просто нет, самые сильные «негативные» эмоции будто бы затаились и лишь копится внутри, и в самый неподходящий момент они высвобождаются, и из-за этого я теряю голову, радикально, причины, думаю, мне известны.

Иногда я ловил себя на мысли, что всё, что со мной сейчас происходит, происходило и будет происходить сейчас, лишь иллюзия, не имеющая под собой реальной основы. Что я все еще там в бреду и что у меня просто галлюцинация, что я выдумываю все эти события. И что я снова проснусь там совсем один, каждый раз засыпая, что я снова проснусь в начале, что все это сон, кошмар... Что все это лишь иллюзия. Но факт в том, что все настоящие настолько, насколько возможно, все это правда... Я все помню, я все знаю, что происходило, ибо это было настоящим...

***

Пробуждение пришло внезапно, болезненно и неожиданно. Пожалуй, вся боль, что сейчас меня пронизывает, это реально, как и внезапное пробуждение в каком-то темном коридоре, стоя на ногах, я ощущаю себя, я всё помню, а значит — все это настоящие... Надеюсь. Приходя в себя, беру себя в руки, оглядываюсь и вижу, что стою в каком-то помещении, темный антураж этого коридора, гобелены украшают это место, везде темно, и лишь лунный свет из гигантских окон как-то освещает путь. Вспоминаю свои последние действия, вспомнил битву с другим мной, поражение, да, итог — неудачное сражение, совершено глупые и необдуманные действия с моей стороны. Кучу ошибок, много раз можно было бы завершить этот бой на своих условиях в свою пользу, да теперь я это вижу. Эмоции в тот момент взяли верх, как и вся усталость, что накопилась, теперь же их нет... Ничего нет, я до ужаса спокоен, это... Ненормально

Я вижу и знаю, я помню всё, что происходило в этом коридоре и битву с другим мной, мои ошибки, его просчёты, я всё вижу отчётливо. Что по поводу того всплеска эмоций, то стоит быть осторожным, более сконцентрированным, а иначе снова могу сойти с ума в радикальную сторону... Это ненормально, я прислушиваюсь к себе, пытаюсь проявить хоть малое недовольство, злость, гнев, хоть что-нибудь, пусто... Нет, всё это есть. Вся это томится закрыто, запечатанно насильно внутри. Всё, что я когда-то закрыл в себе, все эти эмоции, чувства, всё, что я похоронил и закопал внутри себя, но я мог их проявлять неконтролируемо, но мог теперь же, они буквально насильно под замком, они есть и хотят вырваться наружу, я это ощущаю, каким-то краем сознания я это чувствую, я это знаю... Мне нужны ответы, что «он» со мной сделал.

Дойдя до конца коридора, я вижу его, короля кошмаров, как он мне представился и как продемонстрировал свои... Умения, чтобы не сомневаться в этом титуле. Но или же просто Найтмер, но для меня, да и, видимо, для других, просто... босс, как он его называл... Босом... Просто и со вкусом. Я смотрю на него, он смотрит своим единственным глазом на меня, тишину решил прервать он и вскоре начинает разговор

— С пробуждением из мира грёз! Результаты твоей проверки на прочность оказались не самыми лучшими, но это было ожидаемо в твоем состоянии, и, думаю, ты не скоро сможешь вернуться на тот пик своих сил, что продемонстрировал в своём мире. Хех, впрочем, это не так важно, поверь, ты и не заметишь, как станешь намного сильнее, это в каком-то роде будет настолько естественно, хм так или иначе... — Он задумчиво посмотрел на меня, словно что-то решая про себя, затем, направив руку в мою сторону, продолжил: — Ты, вероятно, всё ещё находишься в замешательстве и хочешь получить ответы на некоторые свои вопросы. Можешь говорить, я слушаю, и мы продолжим нашу маленькую дискуссию. — Он лениво устроился на троне, положил руку на голову и стал ждать моих вопросов, я был сосредоточен на одном и пропустил, что он сказал о моем мире.

Видимо, он что-то сделал со мной, я помню, и в каком состоянии я был до этого, хоть воспоминания очень туманны, но знаю одно: всё было очень плохо, и каким я стал после. После того как я пожал ему руку, многое для меня изменилось, да настолько, что я сам и не заметил этот миг, а сейчас — всё, что я сейчас... Не ощущаю, не чувствую, лишь какие-то слабые отголоски, это Ваших рук дело?. — Самые сильные чувства просто напросто снижены на минимум, я не могу нормально их не контролировать, не ощущать, это не просто эмоции, не просто чувства, злость, гнев, ненависть, всё это придаёт мне силы, сейчас же я заставляю себя их испытывать, что... Делает меня слабее, я не могу применить все свои силы, заставлять себя испытывать все эти эмоции... Итог: я проиграл не потому, что я оказался слабее, чем был, а потому что я не смог показать всю свою силу

Но так или иначе, будь я на пике, это бы мало что поменяло. Он... Килерр показал мне одну простую истину: вся моя сила, мощь, магия — всё бесполезно, если бьёшь просто на убой, тебя легко читать, и в итоге проигрываешь. В прошлом я сам пользовался данными преимуществами против «него», а эмоции на пике придавали мне лишь сил, но за все эти годы циклов одиночества я деградировал как в эмоциональном плане, так и в духовном в какой-то степени. Вся моя сила, что я приобрел, исходила от одного единственного желания убить «его» любой ценой, но после что ж я не могу использовать их на полную, а из-за, как оказалось, спонтанности и пробуждения сильных чувств, эмоций я теряю самоконтроль, возвращаясь в то убогое состояние, и итог неприятный

— Забавно что ты об этом говоришь — Уперев руку на голову, смотря на меня секунду, начал свой диалог. — Ты сам знаешь что был в отвратительном состоянии, в принципе, на грани очередного срыва, и там бы и закончилась твоя жизнь, как и многие другие, хех. — Думая о чем-то о своем, он продолжил: — Знай, что то, что я сделал, лишь временная мера для тебя, обычно я делаю абсолютно противоположное, но я знаю меру, чтобы не доводить до самоубийства после, я, скажем так, лишь сделал закладку, и лишь от тебя зависит, сможешь ты справиться или вернёшься к исходной точке, знай, если ты не справишься и сломаешься, я собственноручно оборву твою жизнь. В страданиях ты не умрёшь, нет, я заставлю испытать тебя всё, что ты ощущал, стократ снова и снова, тебе ясно?

— Да... Я понял.— Дальнейшие пояснения мне не нужны, либо снова всё обуздать по новой, либо свихнуться в итоге, но окончательно и бесповоротно конец моего цикла. — Одно мне непонятно... Босс, почему вам нужен я...

— Хех, интересно, скажем так, я приметил в тебе кое-что, эту искру, что я когда-то почувствовал давно... Большее тебе знать не нужно.— Теперь то что меня интересуют больше всего.

— Выбор... Это сделка... Неужели я больше не смогу делать тот или иной выбор? — Что-то в моем вопросе ему не понравилось. Очень сильно, мгновение, и одна из щупалец хватает меня за горло, сдавливая всё сильнее.

— Знаешь, ты, кажется, кое-чего не понял, я не даю тебе «выбор», а ставлю лишь перед фактом. — Хватка ослабела, позволяя дышать, он продолжил: — Но если ты хочешь выбор, что ж, то вот он: либо умереть в страданиях здесь, или окончательно принять мое предложение, мы заключили сделку, и для тебя это в какой мере честь, поверь. — Хватка опять начала усиливаться, продолжая говорить: — Я отдаю приказы, я здесь хозяин и лидер, а для тебя и для всех я «Бог» в существе своем отныне и навеки до самой вашей смерти, и я принимаю лишь один ответ, и это ДА, на все мои приказы... «Понятно?»

Отпуская меня на землю, падаю на колени, он же вставая с трона, направляясь в мою сторону. — Знаешь, я довольно долго отвечал тебе на дурацкие вопросы-ответы, и всё, что я вижу, — что ты максимально жалок и беспомощный. И я бы сомневался в своем «выборе», если бы не наблюдал за тобой с самого начала, и то, что ты делал, меня крайне заинтересовало, что я сам явился

— Кха кха" следил с... Самого начала?

— Скажу сразу, твой путь, твои действия, ты сам к этому пришел, не стоит меня приписывать за это. Я лишь наблюдал и, как сказал ранее, в конце ты бы окончил там свою недожизнь, потерял свою личность, ты бы снова начал всё сначала, и рано или поздно от тебя бы ничего не осталось... — подойдя ко мне вплотную, хватая мою голову и подводя на уровень своего глаза. — Но я приметил в тебе потенциаль «ДАСТ», не каждый из твоих копий может в какой-то мере так, хех, «заебать» человека, чтобы бы он «покинул» всё и не возвращался, ты в какой мере... Герой, который смог отстоять свой маленький мирок. Хоть и попутно его уничтожить, ха-ха, ну почти. Признаться, я много раз мог бы оставить тебя на произвол судьбы, и ты бы остался в пустоте.Но я добр и в какой-то мере терпелив, но больше подобных вопросов о твоём выборе и прочее я не допущу, ясно? У вас лишь один выбор, и он мой.

Смерив меня взглядом некоторое время, отходя назад, он продолжил: — Однако все же я говорю о простой и понятной логике, а главное, в каком-то смысле, твоя, да и у других подобных тебе, и вашей независимости в тех или иных действиях. Пока вы не делаете что-то во вред мне, я же в свою очередь помогаю вам

— А у нас есть варианты, босс? — говорю я. — «Кха». Или же некая иллюзия в том, что мы все же что-то решаем.

— Дерзко хаха Ну-ну, не стоит меня принимать за абсолютного тирана, что не даёт вам свободы, вы можете идти куда захотите и делать то, что вы хотите... Но, как ты заметил, вряд ли это изменит твоего положения и того факта, что ты и тебе подобные принадлежите мне по праву.

Фиолетовым светом озарило весь трон, зал стал светить ярче, как и сама атмосфера, становилась удушающей. — Ведь пойми одну простую вещь, даже если бы ты меня не встретил и каким-то образом смог выбраться из своего мира из своего замкнутого круга, ты бы встретил других, это да, но когда они бы узнали, кем ты являешься, что ты сделал и что совершил, как думаешь, они дадут тебе хоть какое-то право на жизнь, они простят тебе твои грехи и твои ошибки? — Темнота начала все поглощать мгновенно, и я оказался у края обрыва, а впереди пыляющий город столицы, что я сжёг когда-то, обзор меняется, и куча шума и криков умирающих монстров, и все новые образы картины моего зверства, моих убийств, разрушение всего. — Они могут простить, это возможно, они наивные идиоты, но главное одно захочешь ли "Ты" сам принять это? Захочешь спокойного существования, зная то, что "Внутри" тебя? — Вопрос остался без ответа, я сам не знаю его. Иллюзия рассеялась, и я снова в тронном зале.

— Знаешь ... Та битва была неплоха, ха-ха, это меня позабавило. Ты принят в команду уже в тот момент, когда заключил сделку. Надеюсь, ты сработаешься с остальными.

Резкий переход от одной темы в ненужную другую, видимо, разговор завершён: — А в чем смысл той битвы? И что мне нужно делать дальше.

— Хм, скажем так, моя прихоть ради интереса. — Он усмехнулся, садясь обратно на трон, о чем-то размышляя, добавил: — Что касается тебя... Хм, нет, пока нет, не сейчас. — Его взгляд был очень пристальным, и от этого по телу бежали мурашки. — Обустраивайся, познакомься с другими, хм нет с другим, и не советую уходить за пределы этого замка, для твоей же целостности в случае, если найдёшь выход отсюда, конечно. Когда адаптируешься, я направлю тебя в парочку миров, что находятся в моей власти. На всё остальное тебе — Киллер, он ведет тебя в курс дела, но не он один, могут и другие, в зависимости от того, не убьёшь ли их ты или не убьют тебя раньше срока, вот это твой «выбор». — С этими словами он щелкнул пальцами, и меня поглотила тьма. В следующий миг я оказался в другом месте этого замка

***

— Знаешь что такие Эмоции как злость, гнев, ненависть и если добавить к этому еще спектр кучу не самых очевидных внутренних проблем с разумом, такие как чертовы галлюцинации, наващивые идеи неразумного характера, плюс голоса не красят картину, а если еще вижу то, что не видят другие, то я потерян для остальных, так что не советую со мной разговаривать в таком состоянии... «приятель». — Докуриваю очередную сигарету, кидая в урну, промахиваюсь, да и к черту. Осталось четыре, нужно сохранить для более важных моментов, а не из-за собеседника. Но начнем сначала.

Хождение по этому замку не красило картины. Мне не сказали, куда идти, и я иду куда глаза глядят. Очередной поворот, и это уже огромная комната с множеством самых разных дверей, что за ними, даже знать не хочу, лишь «тишина», но какая... Неправильная, жуткая «знакомая мне лично», больше к ним не приближался. Идя всё дальше и дальше, пока всё же не вышел на довольно просторный зал, и уже там было пару тройку комнат. Идя всё дальше, наткнулся на интересную картину, кучу мишеней, манекены и... Оружие от топоров, тесаков, ножей, копий, что были либо разбросаны, либо висело что и где. Но не это зацепило взгляд, а диван вдалеке с включённым телевизором с помехами, несколько спальных мешков, такой вот маленький уютный уголок. Также вижу кучу мусора от еды, баночек от лекарств, смотря более внимательно, узнаю антидепрессанты, снотворное и еще кучу всего, также использованные шприцы в больших количествах, что заполнили мусорную урну, довольно просторный зал, сказал бы, огромный, на верхушке видны окна, что светят лунным светом, пару тройку люстр, что освещает всё вокруг, но и на той же верхушке видны новые комнаты, общая комната, я так понимаю, но крайне пустая, судя по всему.

Сделав лишь пару шагов увидел летящий топор, что врезался в стену рядом со мной, также увидел и его хозяина. Пожалуй, я думал, что мало чему смог бы удивиться, но, смотря на него, думал, что удивляться буду часто, одна глазница пустая, в другой яркий красный глаз, такая же одежда почти, с элементами меха, но более потрёпанная и со следами засохшей крови, а также у него отсутствует знатная часть доли черепа

Не сказав ни слова, подойдя к стене и игнорируя меня по максимуму, то ли намеренно, или правда он меня не замечает, что я стою в паре метров от него, а ему все равно. Вытащив топор, что испарился в его руке, буквально. Его выражение лица так и кричало, что как же всё достало, как же пофиг и добейте меня. Садясь обратно за диван, он что-то принял в большом количестве и в итоге просто... Заснул. Так просто... Видимо, был под приходом, судя по всему. Стоя над ним и просто смотрел, как он расслабленно спит, отмечаю, что от него несет, хм, аптекой буквально. Беру полупустую баночку, что он выронил, смотрю, принюхиваюсь, хм, видимо, снотворное, и, судя по всему сколько он проглотил за раз, то она была полной, такими темпами сдохнет от передоза или еще раньше от того, что он принимал до этого.

Простояв над ним еще минуту, попутно громко щёлкая и трогая его, ноль реакции — спит как убитый, хотя... Нет, еще жив, судя по еле заметным движениям. Про себя пожимаю плечами, сажусь рядом, беру пульт и включаю телевизор. Первый же включённый канал показывает какой-то бой кораблей с пиратами и... Рыбами с копьями, переключаю, играет музыка неитересно, переключаю — «Вижу счастливое семейство», раздражение нарастает, переключаю, какая-то мелодрама про любовь, драму и интриги в семье в главной роли... Выключаю и делаю себе заметку больше не включать, не хочу терять чувство собственного достоинства.

Так я и просидел несколько часов с полудохлым скелетом, что свалился с дивана, попутно катался по полу, что-то бормоча под нос, расслышал лишь «голова и жабры???», попутно отряхиваясь от чертоватой пыли, что уже скопилась столько, что, пожалуй, оскорбление про мусор уже кажется правдой. Сидя и думая об одном. Что я, бля, тут делаю, чёрт возьми, задавал я себе этот вопрос на протяжении нескольких часов. Здесь тихо, что удивительно в этом замке, но тишина... Успокаивало, не такая, как там, мертвая. Эти комнаты и их тишина такие же, как в моей реальности...

Я вспоминал всё по новой, воспоминание туманы, и каждый раз, рассеивая этот туман, меня бросало в еле заметную дрожь, а потом... Ничего. Найтмер был прав, когда блокировал мои чувства, без этого я бы сорвался опять. А теперь я вспоминаю свою жизнь как-то отрешённо, как-то безразлично, мне стало абсолютно все равно на всё, что связывало меня с прошлым. Видимо, я... Теперь совсем другое существо, не связанное как-то с ним, «Сансом». Как он меня называет? «Даст», да... Смотрю на пыль вокруг себя, усмехаюсь иронично. Но одно осталось неизменно, когда я вспоминаю "его". Что ж, видимо, это чувство останется со мной навсегда, и оно же будет меня питать, главное — контролировать. А что до других сильных чувств, что ж выбора у меня нет, я возьму их под контроль со временем, и тогда... Что тогда?...

Из раздумия меня вывело чувство опасности, телепортируюсь в сторону, и на месте, где я сидел, образовалось множество кровавых костей, смотрю и не вижу спящего, что-то ощущаю снова и уворачиваюсь от него, что со взмахом топора влетел в меня. Хотел уж начать атаку, но он меня протаранил и прижал к стене, занеся лезвие уже... Тесака к моему горлу

— Ты, кто такой!? — сказал он, и в его вопросе было столько злости и ненависти, будто бы я... Впрочем, неудачное сравнение.

... Многозначительно отважу взлад на что он смотрит и видит воткнутый в его тело острую кость. На что он про игнорировал будто бы не почувствовал боли. Также он осматривается и замечает пару бластеров и костей что направленный в нашу сторону.

Но это его не напугало, не напрягло, даже не дрогнул, когда я повернул кость в его теле и, сместив немного в сторону, задевая его ребра. Он лишь посмотрел на меня и... Начал улыбаться, его красный глаз сузился до одной точки, и он лишь шире, очень широко стал улыбаться, что довольно с плохим освещением и с его видом, довольно жуткая картина. Он смотрит на меня, не отводя взгляда, я же не вынимаю кость и не пытаюсь даже вырваться, пока он не начнёт действовать, и так мы простояли, наверное, минуту, и никто не сдвинулся с места, он также держал меня, а я не рассеивал магию. Он лишь смотрел на меня и улыбался с безумным лицом, что ни на секунду даже не дрогнуло, выражение не изменилось, даже не моргал, он просто смотрел на меня, я так же смотрел на него.

Прошло еще некоторое время, его лицо смягчилось, и он отпустил меня, я же вынул кость из него, на что он даже не поморщился. Оружие с его рук исчезло, я же рассеиваю свою атаку. Простояв еще некоторое время, его лицо полностью смягчилось — изобразив мягкая улыбка, спокойный взгляд и застенчивый вид, он начал разговор: — А да, ты, видимо, здесь «новенький», да, ну что ж, давай представлюсь, Я «Санс», скелет Санс, хех. Ну тут и так понятно, ха-ха... Мда, точно же кому я это говорю, — последние слова он сказал шепотом и притягивает ко мне руку. — Пожмёшь мою руку, приятель? В честь знакомства

Смотрю на него и вижу довольно хорошего актера, так просто менять свою мимику от одного то другого будто бы ничего и не было, хоть это слабо и работает с его видом, и то, что я уже успел увидеть, лишь полный идиот купится на подобное приветствие без последствия остаться без головы от резкого удара от него. — " Даст", и я не пожимаю руки тем, кто атакует меня первым, особенно — смотрю на его руку — таким, как ты, — убирая свою руку и показывая на ней устройство с шипом, что крутилось с нажатием кнопки. Он снова улыбается с широкой улыбкой, а потом смягчается, делая спокойное, но при этом напряжённое лицо более естественное, так сказать. — Хех, да ладно, приятель, это всего лишь шутка, не будь таким серьёзным, здесь «все» так приветствуют друг друга от одного психа к другому, а твой вид о многом говорит, — осматривая меня с ног до головы, ухмыляясь и сказав — порой нужно сохранять некий позитив даже в самые черные дни, иначе можно сойти с ума от полной безнадёги нашего положения, мы же не звери в конце концов и не будем убивать всех, кого видим

— Знаешь... — Секунд пять думая, что сказать по этому поводу, и придумал. У меня есть серьёзные проблемы с головой, да настолько, что я вижу... мёртвых друзей, и проблему надо было бы решить радикально, но, смотря на тебя, я передумал, пусть они будут уж внутренними, а не наружными. — Ответочку от одной сломанной копии другой, хоть этого от нас не отнять, чертовых тупых шуток. Абсолютно бессмысленны и глупы

Снова улыбаясь и смотря на меня, трогая часть своего отсутствующего черепа, он посмеялся. — Ха-ха, ну ты и выдал, ха-ха. Да, хех, это радует, хоть с кем-то тут можно будет поговорить, что ж, поговорим и «нормально»

Подойдя обратно к дивану, что снова был цел и невредим, магия не иначе. Начали вести разговор, и он был... Довольно напряжным. Иногда он просто смотрел и улыбался, но я нутром чуял от него опасность. Дай лишь повод, и он сорвется, и тогда битвы быть. Если вкратце, я старался задавать акуратные вопросы, он на удивление на них отвечал в своей извращенной манере. Представился же он мне "Хоррор", и нет, это не он придумал и даже не Босс, а тот, кто встретил меня первым, и кличка прижилась, да и по его виду она не могла не прижиться.

Далее разговор кое-как нормализовался, он перестал излучать давление и расслабился, и я стал задавать вопросы о обитателях данного места. Кроме меня и него в этом замке где-то было еще трое подчинённых разных антитипов, что довольно мало, я ожидал намного больше подобных мне или совсем других разумных. Один мне уже знаком, как называл его Хорорр, жуткий тип, на что я многозначительно посмотрел на него, на что он помахал руками и сказал: «Не суди по внешности, я да и он, знаешь ли, более-менее адекватные...» Я промолчал.

Второй был двинутым на всю голову психопатом, на что я опять многозначительно посмотрел на него, на что он лишь пожал плечами и сказал, что все мы не дружим с головой. Смотря на пустые шприцы, баночки и прочие препараты, я промолчал, но он договорил, что по сравнению со мной да и со всеми мы просто само невинность. Иногда Хорорр становился излишне резким и дёрганным, на что попутно что-то принимая, и снова становился спокойным и собранным. Даже знать не хочу, кто же этот второй, что мы на его фоне сама «невинность».

Третьим же был необычным, скорее, на подобие призрака без тела. Как говорил однажды сказал Килерр, это была попытка босса создать что-то из своей силы, он создал, попутно это творение уничтожило свою вселенную, сейчас он находится в резерве и не используется. От этого стало грустно, что одно подобное существо способно и уничтожать вселенные, и, по словам Хорорра, его так просто, судя по всему, заточили где-то, хотелось бы верить, что он один такой, но мультивселенная бесконечно, а значит...

Попутно разговор перерос в другое направление, в более личное, он стал спрашивать об моей вселенной, я отчеканивался отвечать на этот вопрос. Потом стал задавать, насколько у меня всё плохо. Подумав, решил рассказать, попутно закуривая сигарету. Часы пролетели незаметно, попутно рассказав о всяком бреде, убийствах и что я в итоге чувствовал на тот момент и как я к этому пришел, на что он лишь ржал, как сумасшедший, называя меня безумцем, на что мне было безразлично, да и все равно, чувства вины за это уже давно не терзают меня не так сильно, а сейчас и подавно.

— Вот она наша истинная суть да Даст хаха всего-то тебе надо было умереть пару сотен раз что бы понять это. Но в отличие от тебя моя жизнь казалась более стабильной, вед я жил будущим, в своем отвратительном состоянии.

— И что же в итоге случилось? Судя по всему, тебе самоиро неслабо досталось из-за человека?

— И да, и нет, это довольно долгая история, — рукой трогая дыру в черепе, его будто бы коротнула, он смотрел вперед и улыбался во все ширь. И дальше я, видимо, давно потерял нить его рассуждения, ведь дальше он стал нести откровенный, шизофренический бред. — Скажу лишь, что видеть, как они плавятся и тают, умоляя тебя, чтобы их прикончили, они орут в агонии, когда всё сгорает, они бьют по

Двери, по стенам, руки в крови, кожа обтекает, а они кричат, ударяют по льду и тонут один за другим, и в надежде пройти, в надежде спастись, они сгорают, оставляя за собой лишь кости и пепел. — Многозначительно молчу, не говоря ни слова... Псих... Но нет не совсем, но с ним придется работать... Так что встаю, иду на кухню, открываю холодильник и вижу... Пустой холодильник и одну бутылку кетчупа. Беру без лишних мыслей иду обратно, сажусь, а Хорорр в своем внутреннем мирке представляет, видимо, картинки, и, как выяснилось, это надолго

Так что открываю бутылку, делаю глоток... Отвратительно, видимо, из просроченных серий... Делаю очередной глоток... Всё еще отвратительно, думал я, добивая бутылку, и выкидываю ее в сторону... Смотрю на Хоррора и... Щёлкаю пальцами у него перед носом, на что он, видимо, очнулся от своего мыслительного процесса, смотря на меня, я на него и многозначительно молчал, на что он лишь закатил глаза и сказал... — Что у меня больше нет идей, понятно... Я молчал и опять же многозначительно смотрел на него, на что он закатывает глаза. — Это... Мой холодильник, и это — смотрит он в сторону, куда улетела бутылка — был мой кетчуп... Впрочем, ладно, он все равно... Не первой свежести хех чертов псих.

— Ты и не представляешь, насколько ты прав... Делитесь историями и впечатлениями, а меня и не дождались, как печально, — знакомый голос, и его манера — это он, "Хоррор" лишь ухмыльнулся, а я смотрел на него, неприязнь еще осталась, но ненависти или открытой враждебности я к нему не испытывал. На что он лишь спокойно улыбнулся, но с пустыми глазницами и темным освещением это было жутковато, знает же толк в эффектном проявлении.

— Ваше выражение, будто увидели свой ночной кошмар во плоти.

— Тебе показалось скорее обратное направление, чем то, о чем ты подумал. — Хоть и правда нож в руки, и... Круглая резонирующая «душа», пожалуй, из нас троих он выглядел более классически, но, смотря на его пустые глаза и его душу, понимаю, что от него мало что осталось, впрочем, как и от нас всех.

Спокойно играясь своим ножом, попутно начал говорить со мной: «Хей, Даст, мы так и нормально не познакомились, не уделишь ли мне свое время, мне тоже крайне интересно послушать историю твоей жизни, а я расскажу свою, и поверь, в ней будет много общего, и, возможно, мы даже станем «друзьями»

***

Смотря на двоих, не самых близких знакомых, но отныне являясь частью команды, не побоясь этим словом, психов.

Что один был абсолютно безнадёжен, да и по большей части «мертвым», хоть крайне и говорлив для покойника. «Бездушный» нет, у него есть душа, но такой фактор, как сострадание, жалость или «личное пространство», ему было чуждо, и это бесило. «Килерр», хех, в начале нахождения здесь именно он был первым, кому хотелось отрубить голову, и не без причины. О-о-ох, как же он его ненавидел тогда. Сколько раз он просто пытался вывести его из себя. Будь разговор о болезненном прошлом или напоминания о не самых приятных вещах. Его выражение, а точнее полное ее отсутствие, смотря на него, чувствуя некое отвращение на каком-то подсознательном уровне и желание убить его на месте, а его действия только усиливало это желание, эту ненависть к этому существу.

В какой-то момент он просто сорвался, ему это так достало, что завязалась нешуточная битва, и итог неоднозначный. Килерр, видимо, поддался в иных случаях, вряд ли у него были хоть какие-то шансы на «победу», оказывается, ему было просто все равно... Он давал ранить его, пускать «кровь», и, поймав его в тесак, хватило бы одного взмаха, чтобы отрубить ему голову, и никакой реакции от него. Нет, он просто сохранял спокойную улыбку, пока из пустых глазниц текла жидкость

Он хотел хоть что-то от него, хоть чертов вскрик или хоть малую эмоцию, реакцию любую, хоть что-то от него. В итоге он просто стал избивать его, ломая ему все кости, он бил и бил его, а он даже не вскрикнул, не разозлился, не сопротивлялся, а просто улыбался своей пустой улыбкой, пока из пустых мертвых глаз текла черная жидкость. Тогда он отстал и оставил все попытки хоть как-то взаимодействовать с ним. И с тех пор некая внутренняя тревожность осталась, а знать, кем ты был до этого и как стал этим, об этом не хотелось думать. И тогда хоть какое-то «личное пространство Хоррора» стало общим

Ирония, не иначе, и теперь он не оставляет его в покое, Киллер снова и снова пытался вывести его из себя много-много раз после. Но если раньше это был способ разозлить, как он думал, давая уже на его старые раны, то теперь он стал вести осмысленные диалоги, разговаривать, общаться, даже шутить. Имитация чувств, можно так сказать про «Киллера». Он просто-напросто имитирует радость, испуг, жалость и так далее, по началу это вызывало некое отвращение, но со временем он научился более искусно их имитировать, и как итог — веселый убийца ножом весь в крови, а позади куча трупов.

Он вещает о ценности жизни и что она связана перед каким-то очередным бедолагой, что остался без ног, рук и полголовы, и он же оставляет его живым, говоря, что у меня хорошее настроение, а позади горят дома и догорают, возможно, друзья покалеченного, а я смотрю на это и думаю... И он смеет меня называть Хорорром... Чертов псих. Сказал один к другому, что не особо отличался в действиях, но там в основном были люди, а здесь никакой разницы.

Даст же, хех, хватило несколько часов, чтобы понять его, изучить и составить его профиль. Его эмоции, как он заметил, притуплены, подавлены. Во время разговоров с ним тут и там мелькает какая-то искра, но она сразу потухает. Чем связано это его состояние, ему неизвестно, да и неинтересно. Пару раз пытался вывести его из себя, хоть он и пытается держать лицо, но еле заметное подрагивание руки или изменения лица он замечал. В общем, полная противоположность первого убийцы, и одновременно так похожи. Один таймлайн, но разные ветки. Одна концовка для двоих, но совершенно разные методы в его достижениях, ирония, не иначе. Предстоит еще много времени с ним провести, чтобы составить окончательный вердикт... Команда безумцев, каждый со своей историей становления, и таких, как мы, еще куча, и вот удивительно всё из-за человека и его «веселых» игр.

Уйдя в себя, всё глубже стали накатывать старые воспоминания, тогда в прошлом пришлось видеть намного больше. Годы голодовки не прошли бесследно на психике, а «рана» в черепе этому тоже посодействовала, но, в отличие от них, беда пришла не от человека, а от собственных же «друзей» и одной тухлой рыбы, что оставило вечное напоминание о себе. Он не считал себя лучше или хуже вовсе, нет, возможно, будь он на их месте, то стал бы как они, но у судьбы, видимо, были другие планы, человек просто ушел, попутно вырезав некоторую часть монстров и убив короля, потом трон заняла королева и издала самый глупый закон, что все люди, упавшие в подземелье, будут друзьями, а не врагами, окончательно переполняло чашу терпение народа, что ее буквально вышвырнули, а трон заняла та тухлая рыба и установила, нет, не диктатору, ее законы были суровые, но справедливые для нынешнего времени. Подготовка армии, производства оружия, она всё готовилась к войне с людьми. Но годы проходили, люди не падали, и пыл стал угасать, а потом и вовсе остыл. Рыба сосредоточилась на дальнейшую жизнь, ведь она, видимо, понимала, что мы там под горой еще останемся надолго. Жизнь стала налаживаться до того момента, когда «ядро», что питало и обеспечивало все подземелье, отключилось, это стало началом конца.

С каждым годом еды становилось меньше, монстры умирали с голода, но хуже всего стало, когда магический фон стал ослабевать. Сама суть монстра состоит из магии, надежд и мечтаний, но годы безнадежности, депрессии, самоубийств и голода возымели такой эффект. Пожалуй, единственным на тот момент решением было починить ядро любыми способами.

Но единственный ли был способ починить его — это вырывание моего естества? Предательство с их стороны. Они называли это жертвой, одна жизнь на жизнь всех монстров, ха-ха-ха, ну и чушь. Она, нет, все они предала всю свою суть, будь эта тухлая рыба, что как королева провалилась по всем фронтам. Быстрое, но «временное» решение вместо постоянной. Тогда была некая надежда, такая хрупкая надежда, вера, что сможем это пережить. Да, на тот момент я осознавал, что погибнет еще больше, но был план, был чертеж, аргументы — всё нужно было поставить на это, чтобы дать еще времени, чтобы раз и навсегда починить это ядро, но раз она приняла такое решение, то спасение они не заслужили, никто из них.

Они вырвали мою часть, мою магию, мою суть, мой глаз оставили умирать, нет, они мои друзья, убили меня ради своего спасения. Будь то Андайн, эта тухлая рыба или Альфис, что испытала собственный медот, лишение части головы, будь то те монстры, что подержали их, никто не заслуживал спасение. Как итог — ядро полностью уничтожено, а надежда умерла навсегда. Все монстры остались догнивать в подземелье в этом аду. Ха-ха, и ирония в том, что прошло не больше месяца после окончательного уничтожения ядра, как упал человек, ха-ха, судьба злая ты, сука. Что ж он не прошёл дальше, там и закончив свой путь. И они все падали и падали, и падали. Ха-ха. Куча людей были похоронены от моей руки и пущены для «еды», кто-то проходил дальше, но итог один: смерть и на еду. Я ведь «обещал», что рыба попадёт в ад, за это что ж я его сдержал, она попала в ад и мы все как ее поданные будем догнивать вместе как «друзья».

А после годы и годы, и... «Инцидент».

Вырвавшись из глубоких мыслей, прислушиваюсь, и тишина, ни шума, ни дыхания, ни единого звука — это насторожило... Резко оглядываюсь и вижу босса, что стоит передо мной, пронзительно смотря. — Оу, босс... Как долго вы... —

— Десять минут и шестнадцать секунд, Хорорр.

— Ух ты, — стало неловко, видимо, опять ушел в себя. — Эм, босс вам... —

— Да мне нечего делать, и я трачу время на то, чтобы посмотреть, как долго я могу быть невидимым, стоя перед тобой, результат так себе, я думал, продержусь хотя бы тридцать минут.

— Молчание было ответом, и все думая, он серьёзно или просто троллит в ответ. Оглядываясь краем глаза и не вижу двоих. — А где...

— Уже как почти двадцать минут их тут нет, здесь только я и ты, — и опять молчание, нервы уже сдают, хочется просто сбежать или исчезнуть.

Найтмер же, смотря на пустые баночки, особо сильно задержался на использованных шприцах, продолжил: — Прекращай их использовать, иначе превратишься в ходячий овощ. Отправишься со мной — есть решение твоей проблемы, хоть и временная мера.

— Эм, куда, босс? — на что он ухмыляется, щелкает пальцами, и нас засасывает в темноту

***

Сотни раз один итог, сотни два итог менялся, сотни три — всё поменялось. Сотни, тысячи один, все итоги растворились. Покажи итог решений, покажи же свой оскал, ты доволен? Ну не стоит, благодарность всех расстроить.

Падший ангел, что за диво говорит, порок души, всем поможет, всё исправит, а итог, увы, печален. Добрый демон всем поможет, как наивно, ну и боже, а в итоге стало хуже, голова ему не нужна.

Стали все терять терпение, ведь решения не нашлось, радикальное решение всех спасти и всем помочь. Войны, голод и чума, а в итоге всё пропало. Никого здесь не осталось, и никто нам не помог.

И пришел один спаситель, показал он, как спасти, рассказал все суть проблемы, наблюдая вдалеке. Покажи итог решений, покажи же свой оскал, ты доволен? Ну не стоит, благодарность всех расстроить

Глава 3

Примечание автора:

Эта и следующая глава, на мой взгляд, будут ну очень слабыми. Я много раз хотел их переписать или вообще удалить, но всё же решил продолжить. Сейчас я пишу вторую главу и понимаю, что это требует много сил времени и терпения. Мне трудно развивать сюжет, но я буду стараться сделать его интересным и читабельным.

Буду рад услышать ваши комментарии о том, как вы видите развитие сюжета в дальнейшем. Ваши идеи и предложения очень помогут мне в работе. Приятного чтения!

***

— Ну и где мы? — спросил я своего попутчика, которого почти насильно отправили со мной на эту «прогулку». Так Босс называл нашу миссию: немного развеяться, освежиться и выпустить пар и всё напряжение, что скопилось между нами за столь короткое, но интересное времяпровождение друг с другом. Попутно, возможно, мы убьём несколько монстров и людей. Конечно, не с целью геноцида, нет, конечно, нет, лишь в целях «самозащиты»... Точно... Возможно... Может быть, а может и нет, кто знает

Само это место, да и судя по короткому рассказу о том, куда он нас отправляет, этот... мир пустошей. Что люди или монстры активно сражаются за территории, ресурсы и выживание. Но это не точно. Да видимо они сами неплохо сокращают свои ряды. Найтмер, судя по всему, имеет доступ к этому миру, не знаю, как это работает. Может быть... Возможно, всё это место, этот мир... АУ является лишь одной из его «кормушек», которая питает его. В чем вообще проблема и как мы вообще оказались в этой ситуации... Вдвоём... В пустошах... Где за километры ничего не видно, кроме этого песка. Да и в чем тогда дело, раз это чисто теоретически возможно «его» мир? Ох, не всё так просто

— В пустошах, — ответил Килерр с долей сарказма и веселья в голосе.

— Да неужели? — сказал я, словно капитан Очевидность. Ведь Найтмер... Босс "(конечно не дал нам никаких указаний о том, куда мы должны отправиться или что нужно сделать. Он просто отправил нас сюда, ведь ему и так нечего делать"). Мысленно отвечаю ему, нужно быть выше этого. Несколько секунды молчание и лишь... Перекати поле? Что пролетело между нами... Нет показалось.

— Возможно, ты не заметил... Но я имел нечто... Другое, и ты, должно быть, более сведущ в этом, так что... Можешь более детальнее описать... Почему мы здесь? — с трудом выговариваю эти слова. Пожалуй, мы и правда проведём интересное времяпрепровождение.

— Так ты заметил? — говорит он. — Клаас, я рад, что мне не придется объяснять в деталях, почему мы «пустошах»". Ведь здесь ничего нет.

Сделав вейс-спаум лицо, попутно отряхивая пыль, он издевается надо мной или я сам уже схожу с ума, что не понимаю очевидное.

— А конкретнее? Но раз уж мы начали нести чушь, то продолжим до конца. Почему бы и нет, да и интересно, что он скажет.

Килерр осмотрелся и, заметив что-то вдалеке, сказал:

— Да, ты прав... Здесь всё же еще и камни есть. — «Санс», нет. Даст ты выше этого, сохраняй серьёзное лицо, думай о... Птичках, да, как они пели под хруст костей о звуке проливных дождей водопада и как «он» захлебнулся и шел ко дну. Шум эха цветов, что повторяли шум его криков, злости, паники и... Стоп. Хватит, нет стоп, очнись, черт возьми, сейчас не время и не место, не сейчас.

— Знаешь, мне довольно трудно определить, что с тобой такое, но советую не сдерживаться и принять тем, кто ты есть. — Его «голос» раздался совсем рядом почти в шаге от меня, протираю глаза, попутно отвечаю.

— Кто-то сказал больше двух слов, да? Впрочем, это не твое дело, «Килерр», я сам разберусь, и твоего совета не требуется.

...? Хех, я и рад бы дать тебе совет, но я сейчас-то и ни слова не сказал.

Резко оборачиваюсь и смотрю на него, он даже с места не сдвинулся, а голос... Смотрю перед собой и вижу своего... Свою персональную галлюцинацию. С красным шарфом и летающей головой он нависает и смотрит мне прямо в душу, секунда — и шёпот, вторая — и позади него тени, третья — и...!!! "Удар" по телу со всей силой, сильная боль отрезвляет, и прихожу в себя. Фантом исчез, шепот пропал, и тени тоже. Смотрю на Киллера, на что он просто пожимает плечами, говоря, что у каждого свои проблемы, вздыхаю, смотря вдаль на эти бесконечные пустоши. Пожалуй, и вправду нужно... Расслабиться в подобной обстановке... Впрочем...

— Ладно, хватит этого бреда, ты знаешь, куда нам отправиться?

Как мы вообще оказались в этой ситуации? Начнём с того, что после прибытия Килерра я остался наедине с ним. Что до Хоррора, он особо активности и не принимал в нашем разговоре, а потом и вовсе снова ушёл в себя, оставив меня наедине с Килерром окончательно. Видимо, у него есть свои проблемы, но не суть. Я и Килерр в одной комнате довольно напряжённой обстановки, ведь совсем недавно мы сражались насмерть на потеху босса, но, на мое удивление, он начал довольно бодрый разговор. И он был... довольно трудным. Нет, для меня не было ненависти или желания убить его, как там, в коридоре, но неприязнь осталась, этого не отнять. Просто глядя на него, и в мыслях возникает не самые лучшие действия для него, благо только в мыслях. Не могу объяснить, почему именно он так сильно меня триггерит, но порыв войти с ним в битву у меня остался, но я понимаю, что если будет серьёзная битва, то мне его не одолеть не в моем состоянии, да и не здесь, судя по всему, общего жилья. Да и босс вряд ли бы этого оценил.

По мере разговора с ним, точнее, он пытался разговорить меня, спрашивая о многом, я отнекивался общими фразами, но потом он стал задавать не самые для меня приятные вопросы, к примеру, о «что я чувствовал, когда убивал его, какие эмоции я испытывал, когда резал их, и каково было убивать "брата" снова и снова и снова, и прочее, и прочее... В эти моменты очень хотелось плюнуть на всё и насадить его на копьё, попутно спалив его к чертям, но разумная часть понимала, что это, скорее всего, провокация с его стороны. К счастью или сожалению, до точки невозврата не дошло, и наш «разговор» прервали.

"Найтмер" или же босс решил, что нам бы обоим не помешало проветриться и заодно добыть кое-какую безделушку в одном мирке. Что именно он умолчал, и где искать тоже. На наши вопросительные взгляды в его сторону он лишь сказал проявит инициативу. Попутно поглядывая на замершего Хоррора, что смотрел в никуда. Сроки этой прогулки нам не сказал, но в паре слов объяснил же, что это за мир. В миг и нас обоих просто поглотила темнота, и вот мы здесь

Киллер снова осмотрел окрестности, сделал несколько кругов и остановился. С ухмылкой он материализовал в руках нож, на что я напрягся. Взмахнув им, он запустил в верх вихрь энергии, который взорвался словно феерверк оставляя в небе красные следы.

— Скоро узнаем... Мы здесь надолго, так что не помешало бы выйти на контакт с местными, — сказал Килерр.

— Думаешь, они это заметят при свете дня? — спрашиваю, ведь не вижу смысла в данной растрате сил.

— А это уже их проблемы, — отвечает он, и у меня уже есть серьёзные подозрения, что он надо мной издевается

—И насколько мы тут? — спрашиваю его уже я.

— Хм, — задумавшись на секунду, он ответил: — Ну, минимально месяц, максимум годы.

—Годы? Ты уверен?

— Нет, но время тут и там не синхронно, тут могут пройти годы, прежде чем босс нас вытащит, а там в замке пройдет максимум несколько часов. Или это может быть в обратную сторону, всё довольно сложно или, наоборот, просто. И чем мы скорее достанем эту безделушку, тем скорее Наймтер нас вытащит... Возможно. А так здесь мы можем провести годы, что нам... Хех, не привыкать, да?

Годы в пустыне, где видно лишь солнце, хах. Очередное мое мировоззрение полностью разрушилось. Вот как это работает? Время, вселенные, места вне времени, существа, что его населяют, и прочее-прочее. Это заставляет о многом задуматься, но лучше не думать об этом, это бессмысленно и бесполезно для меня, просто принять это как факт... Как чертов и беспощадный факт.

Мы же не стояли на месте, а двинулись в неизвестном направлении. Килерр продолжал запускать свои фейерверки для провоцирования местных сил, если они здесь есть на ближайшие километры. Что довольно глупая трата сил на эту ерунду, что я и сказал ему в очередной раз, но... Ему как бы все равно, на этом сюр и закончили.

Слабый ветер, палящее солнце и горячие пески не красили картины, мы просто шли без цели в неизвестном направлении. Что удивительно, ни усталости, ни голода, даже сон что раньше был мне необходим просто пропал, что для меня странно, да и тот факт, что я заметил это только сейчас.

А потребности ни в еде, ни в воде, ни во сне для меня не нова, но они были, хоть и была в них слабая потребность, но... Они были. С тех пор, как я пожал ему руку, и после той битвы они пропали. Ни голода, ни усталости, я думал о чем угодно, но не о бытовых мелочах. Плюсь ли данного состояния? Не знаю. Задавая вопросы Килеру, он лишь сказал, что мы не во времени и для нас это уже не имеет значения. Но все же желательно сохранить эти привычки. Тело не будет страдать физически, но с разумной перспективы будут проблемы, и можно сойти с ума, и еще куча факторов лучше ощущать себя хоть толику живым, чем ничем... Говорит мне это тот, у кого, по всей видимости, проблемы с живностью, но не суть... Не сейчас нужно время, чтобы побольше узнать о нем, а там сделать выводы... Когда закончим, конечно же. Также он добавил: это не делает нас бессмертными, ведь мы также можем умереть

Что довольно странно с его стороны, он спокойно отвечал на мои вопросы, по мере ходьбы я успел о многом его спросить, и многое я и узнал... И начинаю осознавать весь масштаб моей ситуации и в чем я увяз, но об этом можно подумать и потом, не в нынешной обстановке... Пока нет.

Мы продолжали идти по бесконечным пустошам, и вот солнце скрылось за горизонтом, и наступила ночь. Я посмотрел на небо, но не увидел ни одной звезды — лишь темные тучи и холодный ветер. Я не знал, было ли это временное явление или постоянное. Киллер в очередной раз запустил свой фейерверк, который был гораздо ярче предыдущего, и мы продолжили свой путь.

—И как нам искать ее? — спрашиваю я его. — При таком раскладе на нахождение этой безделушки мы застрянем тут на годы, мир большой, а я не хочу проводить все время в твоей компании. — раздражённо говорю ему, ведь и правда где и главное что искать — непонятно. Все равно что... Искать что-то маленькое и незаметное в снегу, при том что оно и белое, ну и бред.

— Ок, — резко остановился он. — Я тебя понял. — Достав из кармана... Телефон, он что-то написал, вчитался и... Дал ответ. — Судя по всему, нам надо найти для начала обитателей этого места — и как по скрипту мы услышали шум присмотревшись куда-то вдаль, увидели столбы пыли, что приближаются в нашу сторону. — Так, первый пункт выполнен, второй — по мере приближения.

... Смотря на столб пыли, что приближается к нам всё ближе и ближе, заметил, что это был транспорт, около двух машин, покореженных, покрытые острыми элементами брони, и, видимо, специально сделанные так, чтобы ездить по песку, при этом не провалиться где-то.

— скажи откуда у тебя телефон — спокойно говорю я попутно натягивая капюшон что скрывает лицо в темноте оставляя видны лишь глаза.

— он всегда со мной — отвечает он.

— почему раньше не доставал ?

— ты не просил.

Это ты их вызвал — совпадение... Может быть.

— Нет, — отвечает он, и... я верю ему. Хоть такие совпадения просто невозможны, но, видимо... Вероятность все же есть. Да и, скорее всего, они увидели вспышку в небе и решили направиться в нашу сторону.

— Понятно, потом разберёмся, а сейчас. — Машины совсем рядом, буквально в паре метров от нас они остановились и вышли из нее... Люди. Но какие-то... Обычные... Слабые... Не такие, как я думал. Двое обвязаны в лохмотьях, еще три одеты поприличнее, будь то толстовки или куртка с элементами брони на плечах, кто в масках, кто с большими очками со шлемами, обычные, наверное, для этого места люди. Вооружённых людей и опасных, ну такими они кажутся, но что странно...

— Монстры, черт вас дери... Вы от Саймона... Из города... Кто вы, бля, такие... Кто подавал сигналы?. Отвечайте и держите руки на виду, никаких фокусов. — Сказал это уже шестой, видимо, главарь данной шайки, и я чувствую, что он сильнее тех пятерых вместе взятых, но для нас он так же слаб. Всего вместе с главарем их было шестеро. Рисковать нет желания, на данный момент, непонятно еще, какие сюрпризы они предоставят, мало ли. Так что мы выполнили их требование, хоть и оно бессмысленно, но они, видимо, не знают.

Далее слова взял Килерр, видимо, ему привычнее вести подобные дела, что до меня... Я лишь смотрел внимательно за ними, готовясь к худшему, ведь что за Саймон и город нам неизвестны

— Нет, нет, мы, в общем-то, не отсюда, — и лучше бы я вел разговор, потому что дальше он сам стал нести полную... — а из-за пределов данной вселенной, и мы здесь как гости, так сказать, и не подскажите ли, где находится необычное место, чтобы найти так нужное нам вещь?

... Я молчал, люди молчали, и... Я не удержался и... Сделал себе Вейс Спаум лица. Бл#₽₽ су%₽% серюзно твою ты су%₽₽, что за бред этот отмороженный только что сказал. Люди в миг напряглись, наставив на нас своё огнестрельное оружие.

—Босс, они странные, может...

— Они вроде похожи. —

— Может, из убийц... Наемников.

— Да ненормальные, точно тебе говорю, да и одеты странно.

Гомон разных голосов продолжался недолго. — Молчать, — в руке главаря вспыхнула энергия, и сразу погасла, но этого хватило, чтобы гомон утих. — Так, парни, оглушите этого, — посмотрел он на меня, и что-то ему явно не понравилось в моих глазах. — Нет, к черту, нам риски не нужны, пристрелите их и по машинам, мы и так потеряли много времени

— Не советую делать поспешные выводы, человек. — отвечаю я ему. — Возможно, это будет стоить вам жизни. — Стоило моим словам прозвучать, как напряжение достигло пика. Они боятся, я вижу... Они слабы... Ничтожны. Они не они, а значит...

—Б... Босс, они правда очень странные, может, не стоит...

— Закрой рот, — рявкнул он, другие стали наводить на нас стволы, попутно окружая.

— Советую послушать своего друга, возможно, мы найдём компромисс и поможем друг другу, так что не советую делать то, о чем пожалеешь, — решил все же взять свое слово Килерр, судя по всему, вся эта ситуация забавляет его... Как и меня, впрочем. — Знаете, мой «друг» крайне не любит, когда в него стреляют. — Я с трудом удерживал смешок, да и вся эта ситуация была абсурдна. Что люди с неясными целями, что мы с непонятным заданием. Но в такие моменты хочется повеселиться, на что мы оба были солидарны, от этих людей не чувствуется ни угрозы, ни опасности, обычные люди, а значит.

—Молчать, — направив на нас оружие, обходя нас, при этом зажимая в круг. — Вас не спрашивают, на колени живо. И руки на виду!!!

—... Последний шанс человек иначе, тебе не понравится то, что произойдёт дальше. — . — говорю я, попутно готовя атаку.

Я сказал на ко... — Что он хотел, уже не важно. Килерр в миг оказался рядом, и нож проткнул его голову, оборвав его жизнь. Самый опасный из этой шайки мертв, что до остальных, они тоже скоро присоединятся. Люди всполошились, но не успели ничего сделать, щелчок пальцев, мгновение, и взрыв раскидал их, материлизуя острое оружие в руке, и иду на контакт, тратить дальнейшую магию на этих ничтожеств нет желания.

Они орали, стреляли, но всё бесполезно, мы их резали быстро, точно и легко. Эти люди настолько слабы, что не идут в никакое сравнение с ним, хотя и были исключения, но настолько незначительные, что я не стал даже разбираться в этом. Они не обладали почти ничем особенным, может, чуть живучее или кто ненамного быстрее, но в остальном, обычные люди в полной мере.

Как итог, после короткой резни мало кто остался, а точнее, все мертвы, почти все, лишь в живых остался один, раненый, но живой... Ненадолго. Стоя над ним, он молил о пощаде... Он просит пощады... Забавно. Впрочем, не так важно, он о чем-то говорит, он боится смерти, не хочет умирать не здесь, не так, я вижу это по его глазам его лицу... Да, я много чего вижу... И так же вижу его УР, а значит, «он» такой же, ничем не отличается от «них», от меня, от него н.и.ч.е.м. Он так же молить о пощаде. Я не слушаю, навожу ногу на его голову и...

— Стой не убивай его... Пока — голос Киллера меня остановил на что я недоумено посмотрел на него, делаю шаг назад. Килерр осматривает живого "пока" человека и говорить.

— У тебя пробит бок, возможно, задета печень, еще пару неглубоких колотых ран на животе и... — пока он вел разговор, решил осмотреть трупы. Холодное оружие, картечь от двустволки и патроны к ним, пару магазинов разного оружия. Что до него... После взрыва оно пришло в негодность, скорее взорвется в руках, чем смогут сделать хотя бы пару выстрелов, так что на мусор. Остальное, ножи, мачете, противогазы с респираторами и фильтры, маски и прочая мелочь была в машинах.

— Э... Это же ты мне оставил их. «Кха-кха». Помоги мне и... И я всё... Ска... — Пнув его по ребрам, на что он закашлялся очередной порцией крови, Килерр продолжил. — Думаю, мы начнем с самого начала, можно просто и легко облегчить себе боль, лишь скажи то, что «я» хочу знать. Понял, да? И вот вопрос первый: где ваша база, и я «обещаю», что помогу тебе...

Пожалуй, погорячился, да и правда, нам же нужна информация обо всем, хех, иногда иметь холодную голову в плюсь. Однако и это настораживает, так просто выхожу из себя и теряю голову, хотя нет, я полностью себя контролировал. Так что это было, разочарование, то, что они слабы. Люди они... Всегда были такими хрупкими... "он" тоже был когда-то таким... Слабым... Есть о чем подумать.

Отряхивая пыль, обыскиваю трупы, колотые ранение в голову, в глазах, горлу, и лишь у двоих дырки по всему телу, два моих трупа, трое его, он действует быстро и точно, у меня же другой подход. Подхожу к одной из машин, осматриваюсь и нахожу интересные вещички. Примерив маску и надев респиратор с фильтром. У кого-то снял черные перчатки, натягиваю капюшон поглубже и вдыхаю воздух. Дышу... Я дышу... Свободно, без пыли я вдыхаю воздух. Снимаю респиратор и кладу в сторону... Он мне пригодится.

— А-а-а!!! — услышав крик человека, а над ним — киллер, что наносит удар за ударом уже по мертвому человеку. Ну, видимо, мы на одной волне в такие моменты. Испытываю ли я хоть каплю раскаяния или сострадания... Нет, ни капли, к людям нет, к монстрам... Ответ неоднозначный.

Куча мыслей в голове по этому поводу самые разные, пожалуй, всё это надо обдумать в спокойной обстановке, и чем скорее, тем лучше. Уперевшись на машину, стал ждать, попутно хотелось закурить... Но одергиваю себя от этой мысли, их осталось еще четыре, пожалуй, лучше сохранить и сделать это в спокойной обстановке

— Всё мы поговорили, — весь в крови подошел он ко мне. — Обычные мусорщики, как выяснилось, ничего из себя не представляют, их база находится где-то на западе, около трех дней пути. Топлива на машине хватит еще на два дня.

— И что же они тут делали так далеко? — спрашиваю я.

О, а это очень хороший вопрос, как оказалось, мы не оба где то, а совсем рядом... Угадай... с горой Эботт. Вокруг же горы и поселение как монстров, так и людей, там нейтральная территория, полдня, если на машине пути.

Дом... Поселение... Людей и монстров... Эбботт, так вот как она называется?

— Хм, раз там нейтральная территория, а мы недалеко от нее, то какого черта эти люди хотели тогда нас грохнуть, неужто они не боятся... —

— Нейтральная. — лишь одно слово с интонацией, и до меня дошло, а ведь точно — лишь вокруг горы, что происходит за ее пределами, тебе, думаю, понятны, да и, видимо, не предусмотрели один маленький факт, что мы на другом уровне, посчитав нас безвредными, да и от лишнего ОП никто бы не отказался, тем более их главарь.

— Ур?

Да, люди и монстры активно вырезают друг друга, и как итог у каждого есть УР, правда... Не такой и высокий.

— Сколько им дашь?

—Второй и третий, но разницы особой и нету, да и они же мусорщики, но, впрочем, у нас есть предположение и идеи, так что, думаю, пора отправляться

— Так каков план? Отправимся туда и там разберёмся, что делать дальше.

— Рад, что мы мыслим одинаково, — на что я закатил глаза. — И еще думаю, нам стоит сменить имидж, а то знаешь, два совершенно одинаковых и безумно сильных монстра явно будет нервировать окружающих, ну если ты хочешь...

— Я понял, — прервал я его, каким бы я ни был, но мне даже мысленно всё-таки в некоторой степени притило убивать монстров, что довольно странно для меня, да и желательно избежать этого. Что до людей, от их смерти я ничего не чувствую, да и эти сами нарвались, да и задание всё еще найти, а не убить всех подряд.

Килерр, сняв ботинки, верхнюю одежду, что более-менее сохранилось, штаны он не трогал, надев маску и натянув капюшон, стали видны лишь две белые точки, что до меня не стал особо мудрить, также надев сапоги, что более-менее моего размера, надев противогаз с маской и другую верхнюю одежду, свою же я сжигаю и снова... На... Мне... Пыль. Отряхиваю, и с меня сыпется пыль, она не в одежде, нет, она намертво прикрепилась ко мне, в саму мою суть. Через некоторое время одежда мертвеца снова стала вся в пыли, в прахе отряхивать это бесполезно. Противогаз хоть как-то решает эту проблему, давая более свободно дышать.

(Примечание автора — примерно думаю так, а дальше ваша фантазия.)

Надевшись новую одежду, стали похожи на людей, но если присмотреться повнимательнее, то сразу поймут, что мы монстры, всё же телосложение у нас явно необычное, надеюсь, это не сыграет особой роли там. — В путь, Даст, наше приключение только начинается. — Садясь за водительское кресло, заведя мотор, включает фонари, что освещают путь, и еще что-то настраивая, попутно смотря в телефон. — Следующая остановка — это «Волшебное место»

— Ты полон талантов, я смотрю, — садясь рядом, — что ты вообще смотришь?

— Ищу ответы, — отвечает он как само собой разумеющееся. — Искать-то не знаю что, и, судя по всему, мы на верном пути. Нам надо было встретить новых знакомых, они же укажут нам на "волшебное место", а там нам надо пройти испытание, и тогда мы найдём... Это...

... Хотелось сделать вейс-спаум лица, но вспомнил, что на мне противогаз, так что... Снимаю его, кладу в сторону, смысла не вижу его носить сейчас и... Просто отряхиваю пыль. — Здравый смысл? Его нет... Но да пофиг... В путь.

— Хех, я ждал этих слов, — нажимая на педаль газа, мы двинулись с места, поехав в сторону горы Эббот, оставляя позади себя мертвые тела и уничтоженную машину.

***

Что собой вообще представляют эти пустоши? Полная разруха, вот что. Куча мертвецов и их кости, что догнивают. Загрязнение воздуха, и куча-куча всего. Мне мало что есть сказать по этому поводу, для меня, как и для него, этот мир не имеет смысла, ни его история, ни его события в будущем — всё безразлично.

Дорога проходила более-менее спокойно, если не считать здешних монстров, и нет, это не те монстры, а другие, дикие кровожадные твари иной природы, им можно пустить кровь, они умирают и не имеют даже толику магии, лишь огромную силу и природные умения. Будь то мутация или какой-то эксперимент безумного учёного, попадались нам в основном мелкое зверьё да летающие существа, падальщики и прочая живность, что может жить при высоких температурах. Иногда попадались и иные мутанты, что в прошлом были людьми или монстрами. Но они попадались нам в заброшенных постройках, может, обитали в пещерах или брошеных городах.

Что мы там делали, ну... Кое-кому было очень интересно, что может обитать в них, он, видите ли, видел кучу ужастиков на подобные темы, и ему стало, но очень интересно, а меня приволок за компанию, а еще я не умею управлять этой штукой так же, как и он, у меня банально нет представления, как заводит эту рухлядь, и если бы он вдруг пропал, то я бы остался надолго, ну, в худшем случае, добрался бы пешком... Не велика потеря, но лучше же быть вдвоем, чтобы не сойти с ума, да и меня этот мир нервирует, как и все вокруг, лучше быть со знакомым, чем снова быть одному.

Долго ли, коротко ли, но мы потратили день и еще половину, чтобы добраться до места назначения. Машина заглохла, хоть топливо и осталось, впрочем, это не так уж и важно, главное, мы добрались.

Горра Эбботт — это мягко сказано. Скорее не гора, а гигантская крепость, куча шпилей и башен, и это только внешне, что внутри и под ней, даже трудно представить, а что вокруг, что ж... Мы тут надолго... Очень... Надолго

Вокруг этой горы чертов мегаполис... Ну, это громко сказано, но куча поселений от мала до велика, разные районы и стены, что их отделаю. В общем, вокруг горы образовался свой город, видимо, понятно, почему эта нейтральная территория, источник ресурсов именно тут, однако пока неизвестно. Сама гора и то, что внутри, меньшее из наших проблем, главное — попасть в сам город и обосноваться там, что, я думаю, не составит проблем.

— Вот до чего доводит доброта и сострадание вперемешку с самомнением, — говорит Килерр.

— Ты о чем?

— Посмотри на всю эту ситуацию в целом, они уничтожили свой мир... Кто виноват — неважно, важно другое, даже после тотального пиздеца монстры и люди ищут способ мирно сосуществовать, вместо того чтобы истребить наконец друг друга и не мучиться.

— Так... При чем тут... Доброта?

— Я подхожу к сути... Как ты, наверное, заметил, этот мир что-то типа... Параллельного нашего, где, судя по всему, война пошла по другому направлению... И она всё ещё идёт... Я так думаю. Весь этот город — это нейтралитет их, вера в лучшие надежды на мирное сосуществование... Ха-ха, кто бы это ни придумал, он явно чокнутый... Построит иллюзию, построит что-то типа мирного мира... Пф, ну и бред... Ха-ха. Клочок мира в пустыне, но когда за пределами этого клочка они активно убивают друг друга...

... Видимо, его накрыло... Как я заметил, Килерр в сути своей спокойный, хладнокровный в бою... По моему опыту... Но иногда ему срывает крышу, да и не один раз. Но что он имеет в виду, что он видит, чего не вижу я... Не понимаю.

— Закончил, — спрашиваю я, — свое откровение, а теперь подумай о более приземлённых вещах, например, сможешь починить эту рухлядь? — указываю я на машину.

Килерр смотрит на меня и смотрит на машину и качает головой, что не имеет желания даже возиться с этой рухлядью, да и какой смысл, мы на месте, назначение, а дальше по ситуации.

А разве не будет странно, что двое разумных появятся из неоткуда? На что он резонно заметил, что в самом городе людей и монстров, судя по всему, тысячи, судя по его размерам, и появление их обоих либо проигнорируется, либо с каким-то ничтожным шансом мы встретим приятелей тех, кого мы убили, и что они узнают нас по одёжке, что мы одолжили, но он крайне ничтожен, да практически невозможен, в виду опять же с тысячами разумных, и их него нейтралитета, если, конечно, он есть здесь.

... Резонно ну так каков план просто войти? — И да мы.. Просто зашли... А дальше...

***

:История и ее остатки:

Хорел Хуэлнег Сугера — Коротка М. С. Хонера.

Война и ее последствия.

23 страница.

... Барьер был разрушен лишь частично, но этого хватило, чтобы сделать несколько проходов, откуда монстры смогли вырваться, и война продолжилась, но теперь на условия монстров. Тридцать лет передышки изменили правило войны, оружие людей уже не помогало, магия была бессильна против сильнейших их представителей. Монстры хотели крови и мести за всё, что с ними сделали, и я не осуждаю их, но и не поддерживаю, всё это лишь мои мысли, и вам решать, что из этого истина. Они разрушили королевство и убили четверых из великих, и остались лишь трое.

Может, в отчаянии, может, в последней попытке спастись или уничтожить всю расу монстров они применили магию вне их понимания, и итог таков...

— Что читаешь? Резко хлопнув меня по плечу, на что я направил многозначительный взгляд, обещая ему все муки, боль и страдание, Килерр лишь оскалился, попутно попивая здешний напиток. — Серьёзно, Даст, не уходи в себя... И знаешь, я бы не стал доверять здешним источникам информации... Там одна пропаганда, небылицы, и лишь теории и домысли. От типа умных «типов» хе-хе.

Около трех недель мы находимся тут. Три недели мы живем среди местных жителей. Изначально всё шло более-менее, мы начали обустраиваться в здешних местах. Обосновались мы в бедных районах. Были и средние, и высокие по статусу. Но всё решалось здешней валютой, которой у нас не что бы оказалось, их у нас и не было, по сути, мы здесь стали в статусе бедняков... Хех, забавно, у многих Будь-то людей или монстров от мало до велико имелся свой УР, высокий, средний или низкий. Ну, в основном от четвёрки до шестерки, монстры покрупнее силнее и по богаче могли похвастаться восьмым или же девятым УР, с людьми та же ситуация.

И вот мы оба находимся по сути на дне, нас не воспринимают всерьёз, потому что не видят наши силы, то ли в особенности из-за того, что мы не из этой вселенной, то ли из-за колоссальной разницы УР впрочем, даже тем лучше, что мы не выделялись, меньше мороки и больше некой свободы, главное — не лезь на рожон. Но не для Киллера... И не для меня, у нас еще есть цель и сомнительная миссия неизвестного даже, скорее непонятного содержания «найти безделушку», и даже намека нет, что это такое. Впрочем, пока по порядку.

Первая неделя для меня была не самыми приятными. Что до Килерра, то он был намного привычнее к таким вещам, именно как бы это ни звучало, благодаря ему в некоторой степени я не сорвался и не устроил здесь "тотальную резню". Ох, как я с трудом сдерживался, чтобы не убить очередного человека или монстра с высоким самомнением и высокомерием, особенно тех, кто стоит выше по иерархии в этом месте, кстати, о них. По сути, здесь, как я понял, отбросы, абсолютно все. Эти разумные будто то типа богатые или сильные, по сути, никто, лишь грязь, не более, на обочине дороги, в нашем же случае горе Эббот.

Почему я так решил, всё просто. Гвардейцы. О да, эти парни показали, кто на самом деле здесь всем управляет, хватило лишь какого бунта у подножья горы у одного из проходов в ней. Саму Гору окружают стены, а за ней и барьер с проходами через него. Какие-то особо зазнавшие разумные на второй неделе нашего пребывания здесь решили штурмовать проход в гору, и навстречу им вышли гвардейцы. Около десяти, может, чуть больше против сотни людей и монстров. И итог — куча повешенных трупов людей и праха от монстров, и ни один из них не серьёзно не пострадал никто не умер. Зацепившись взглядом одного из них я впал в депрессию... Пятиминутную.

"Двенадцать". Лишь у одного гвардейца был "Двенадцатый УР".

Сама гора, как оказалось, была центром этого места, всего, что ее окружала, было связано с ней, точнее, то, что внутри нее. Если снаружу были отбросы и лишь немногие чем-то да и отличались, что жили вблизи нее и намного лучше других, то внутри горы уже жили монстры иного сорта.

Я не знаю, как устроено там всё внутри, но, судя по всему, именно власть монстров, а именно их короля, определяет всё здесь. И, видимо, по его воле зависит, устроят ли здесь зачистку или дадут дальше жить, видимо, для чего-то они им и нужны, или же, как когда сказал Килерр, это чья-то прихоть, попытка на мирное сосуществование... Точнее, его жалкая попытка. Как видно, при попытке поменять расклад или откровенном восстании он подавлялся быстро и кроваво.

Но впрочем, неважно, для нас это не важно, ни их политика, ни история, все равно мы здесь ненадолго, так или иначе, но... К цели мы так и не пришли, даже не подобрались ни капли. Пожалуй, я думаю, что босс либо так над нами приколнулся отправив нас суда иначе, я никак не могу понять, какого черта мы здесь, что нам искать и главное — где, да не факт, что его безделушка находится именно здесь. Она может быть где угодно, когда угодно, да и чем угодно, порой я думал просто прибить тут всех, но, пожалуй, перспектива драться со всеми этими парнями неприятно. А если их будет много и намного сильнее, то тогда нас просто задавят толпой и уничтожат... Удивлен, что Киллер тоже согласился с этим, все же мы не всемогущие, и эта вселенная может предоставить нам определённые неприятные сюрпризы.

Так что... На протяжении этих трёх недель мы просто... Развлекались. А точнее, ну, пожалуй, это был вопрос времени, пока кто-то нас не заметил. Хоть тут действовал нейтралитет, но... Он был очень условный для всех. Здесь каждый мог пролить кровь и убить другого. Разборки между разумными как и разными группировками так или иначе случались, и так получилось, что мы ненароком убили пару десятков людей и монстров. Точнее, какую то очередную ячейку очередной группировки мы банально вырезали их под ноль, причина... Ее нет.

Да просто мы вламывались в каждый подозрительный дом... Но насколько он мог быть подозрительным, в основном мы старались вырубать тех, кто в них жил. Но на каком-то доме нам не повезло или повезло, как знать. Килерр с пинком выбил дверь и эффектно появился, на что на него... Полетели пули, ножи, стрелы и прочая мелкая магия, там было просто куча народа, крайне агрессивных и очень злых, и вооруженные до зубов, буквально пришлось почти всех вырезать, выжившие под «присмотром и заботой» от Киллера рассказали все, кто они и чем занимались.

Группировка «Алева заречье» — мда, дурацкое название, но довольно опасно само по себе. Лишь одна из ячеек, и таких, как они, подобных группировок и их баз довольно много. Ну конкретно эти были довольно отбитые, как выяснилось. Восстание, бунты, провокация местных сил они были одними из них кто устроил тот короткий но зрелищный бунт не в пользу бунтующих конечно же. Этих слов хватило чтобы добить выживших и уничтожить следы нашего прибывание.

Но то ли мы плохо потерли наши следы, либо были свидетели, или они сами сделали логическую цепочку, всё же мы действовали довольно открыто, благо наших лиц они не знают, мы были в масках и противогазах на подобных прогулках.

Зачем мы вообще всё это начали... Нужно было чего-то начинать, да и благодаря подобным рейдам мы узнали довольно многое, хоть и бесполезное. Но благодаря этому созрел план, и до реализации осталось немного.

— Где ты был?

—Навестил знакомого.

—У тебя есть знакомый?

—Ну знаешь, когда стоишь на грани смерти, он может стать и лучшим другом, слугой или рабом, но мы остановились на знакомых. И он дал мне наводку на кое-кого, кто сможет помочь нам попасть внутрь горы без лишнего шума. А чего делал ты? Пялясь в эту книжку.

Этот — указываю я на книгу. — Источник информации что мы нашли на одной из тайных баз.

— Вау, они умели читать... Погоди, и ты умеешь читать... Точно ведь я тоже умею читать, продолжай.

— ... Это контрабанда. Книга из королевской библиотеки внутри горы.

— Да я понял, что ты самый умный, можешь покороче.

Глаз непроизвольно дернулся, но раздражение угасло так же, как и появилось за три недели, я привык к его выходкам. — Хорошо, — переворачиваю страницы на одну занятную картинку. А именно медальон полумесяца с камнем по середине, и что-то мне подсказывает, что он фиолетовый.

... Хм... Думаешь, это оно?

— История этого предмета занятно. Была в руках одного из людских магов, а до этого по «теориям и небылицам из книг» она была у кого-то короля, а теперь покоится в земле вместе с отпрыском королевских кровей, что находится в столице... Внутри горы.

— Значит, начинаем?

— К этому всё и шло, если твоя наводка верна, всё пройдёт быстро, если нет, всегда есть второй план.

***

Ну признай, жизнь так скучна. Одиноко, словно в клетке, и тоскливо в серых днях. "Краски" жизнь принесла, ведь игра нам весела. Но никто нас не поймёт, и никто нас не простит.

Сделай шаг и улыбнись. Сделай два и веселись. Сделай три, сострой ты вид весь невинный, добрый и наивный. Прыгни и шагни еще, ведь улыбка нам к лицу.

Сделай шаг, возьми ты нож, и увидишь ты их страх. Сделай два и замахнись, и отчаянием насладись. Сделай три, пусти им «кровь», ярче станет **наша краска**. Прыгни и шагни еще, ведь улыбка «нам» к лицу.

Ведь признай, «нам» жизнь скучна, так тоскливо и сера. Только краски красят мир... Но... «наши» "краски" не оценят и веселье не дадут, ведь никто нас не поймёт и никто нас не простит.

Глава 4

Боль... Только боль. Она отрезвляет, проясняет мой разум, я вижу и мыслю трезво, когда ощущаю боль. «Удар». Но не это важно совсем, нет, это мои проблемы и только мои, «понятна», ха-ха, да-да, я кое-что "вспомнил"? Ведь эта ситуация, наверное, всё описывает. Давным-давно я услышал разговор. Там... На поверхности в нашем мире один занятный разговор двух людей. «Хочешь рассмешить бога, то расскажи ему о своих планах», — это было смешно, для себя же я взял на заметку в будущем. И подобных шуток было полно, рассказывая их друзьям, попутно на их основе я придумывал и свои... Ты оценил... Почему я вспомнил именно эту, что ж... Всё пошло по перекатаной

— Хватай, хватай его.

— Оторви ему ноги, чтобы не прыгал.

— Быстрее не отставай!!!

— Он здесь!!!

Магические стрелы полетели в меня, уворачиваюсь, кидаю ответочку, второй своим щитом заслонил первого, удар не прошёл, а третий влетел на меня со своей секирой. Отпрыгнув от удара, успеваю кинуть копье, прежде чем на меня снова полетели стрелы от первого. Возвожу костяную стену... Вовремя здоровяк с секирой ударил со всей мощи, стена дала трещину, пока не рассыпалась. Отхожу в сторону, но меня уже ждал со щитом, протаранив меня, прижимая к стене. Занося свой меч для удара, одной рукой держу лезвия, другой придерживаю щит, боль нарастает, как и давление, краем глаза вижу, как несется здоровяк и готовит магию стрелок. Всё это произошло в течение восьми секунд.

Положение безвыходно, в ловушке ему конец... Наверное, они думали так, но им не повезло... Фатально. Врубив резервы, глаз окрасился фиолетовым, и мгновение исчезаю и появляюсь сзади второго. Не успев среагировать, несколько костяных пик пронзают насквозь, обезврежен, но еще жив. Здоровяк замахивается, стрелок начинает стрелять, мгновение отхожу от удара и хватаю его телекинезом и блокирую телом здоровяка стрелы, отшвыриваю его в сторону щитоносца. Стрелы снова летать, возвожу стену, блокирую атаку, попутно материализовав бластер, что стреляет в двоих, не успели, да и не ожидали подобной атаки, итог минус два, остался один. Пытается сбежать... Не сбежит, возвожу стены у входа и иду к нему, он в панике кидает стрелы одну за другой, попутно пытаясь выломить преграду, я уворачиваюсь от атак, подходя всё ближе.

Он достает меч, но я уже оказываюсь перед ним, кулаком бью по руке, он роняет оружие. Прижимаю его к стене, бью по голове несколько раз, ошеломив его, нанеся удар за ударом по груди, пробивая доспех. Кулак пробивает доспех насквозь, смотрю на него, он в полной панике смотрит на меня, пытаясь вырваться, я не даю ему, нанеся еще один удар.

— Кха.

— Гори. — Пламя вспыхивает в руке, поглощая его в фиолетовый огонь. Он горит, кричит в агонии. Через три секунды крик стих, оставляя лишь прах... Битва окончена. Отряхиваюсь от пыли, иду в место встречи... Если, конечно, Килерр добрался туда. Всё, что могло пойти не так для меня пошло не так, это просто вывараживает. Слышишь, Папайрус... Это... "Твоя"... Вина не моя. Да и они сами виноваты, им просто... "не повезло"... Туфта, они знали, на что шли, знали, какова опасность, и..."они мертвы". Что?... Я... "виноват"... Нет... Нет... НЕ МЕЛИ, ЧУШЬ, ПАПАЙРУС!!!! «Удар, удар, удар». Они мертвы. «Удар» из-за вас и из-за... «тебя».

Замолкаю, осматриваюсь, понимаю что говорю сам собой а раны... Больше от моих рук, чем от них. Хаа... Нужно, «кха», черт, закурить. Отдохнуть... Пока.

(Ранее)

Наводка оказалась действительной, мы вышли на того, кто мог бы нас ввести внутрь. Как всегда, «гостеприимства» от Киллера развязала ему язык, жить хотят все, тем более те, у кого есть что терять. Скрытый проход, но не тайный для гвардейцев, но достаточно большой, чтобы с кое-каким промежутком проскользнуть, но с нашей скоростью это не составило особого труда... Так мы думали. Хоть мы смогли пройти внутрь, но нас все же заметили и отправили несколько отрядов на нашу поимку.

Оказавшись на перепутье, мы решили разделиться. По сути, этот план по проникновению во внутрь подземелий имеет кучу дыр, у нас не было ни карты, ни примерного местоположения, ничего, мы действовали по своей сути необдуманно, но быстро, на это были причины

Три недели не прошли бесследно, как бы нам ни хотелось, хоть мы и пытались замести следы своей открытой деятельности, но нас обнаружили, и будь это только эти группировки, проблем бы не было, но нами заинтересовались гвардейцы. Видимо, у них были свои источники, и им стало любопытно о двух разумных, что вырезают других. И всё бы ничего, но за наши головы, как оказалось, давали большую валюту. Как и за наводку, по сути, мы оказались в невыгодном положении дел, когда практически каждый тебя подозревает, а учитывая нашу закрытость, это был вопрос времени, когда нас обнаружит, когда до особо одарённых дойдет, что они вроде как похожи.

Изначально решили действовать агрессивно, насильно пройти через стену и уже внутри затеряться. Да, в этом плане было полно дыр и промазок, но на данный момент он был единственным, нужно было действовать быстро, и уже там внутри можно было бы сюрилизовать всё остальное.

Книга с картинками и предполагаемой «безделушкой» дала толчок, а наводка от знакомого поставило точку окончательно, пора было действовать и быстро

Разделившись и попутно договорившись о месте встречи, а именно либо в кое каком здании что мы обговорили, или в каком-либо знакомом месте, ну на крайний случай нам может повезти, и один найдёт другого. Идя по тоннелю, попутно снимая противогаз, вдыхаю, ощущаю запах гари, дыма и много чего еще надеваю обратно. Выйдя из тоннеля, передо мной престал город под землей, а точнее, видимо, один из городов, этот слишком мал, но тут ведется активная стройка. Куча монстров от мала до велика, какая-то техника, куча шума и разговоров, что я улавливал, пока проходил мимо них. Меня окликнули, звали, кричали и, возможно, понимали, что я тут лишний, а значит, времени, пока меня обнаружат, всё меньше, проходя мимо них, и меня уже открыто пытались задержать и атаковать. Схватив какого-то монстра из толпы, мы оба пропали из поля зрения, оказавшись на крыше одного из домов, наважу оружие к горлу, требуя показать, где выход отсюда, либо какую-либо карту этой местности.

Как выйти из этого города, он не смог объяснить, но одна из подобных карт находилась в ратуше, что в центре маленького городка. Отшвырнув его, и через мгновение вломился в ратушу, какая-то стража там была не так сильна, но всё равно неприятные противники, кого обходя или оглушив, либо проскоча мимо них, оказываюсь перед стеллажом, на ней же карта, разбиваю стеллаж, беру в руки и выхожу из ратуши, как оказалось, весьма вовремя. Вдалеке начался какой-то ворох, стража бежала в мою сторону, и также замечаю вдалеке несколько «гвардейцев», самые опасные на данный момент здесь монстры для меня. Поднимается тревога, и на меня начинается охота.

Началась погоня, уворачиваясь от довольно агрессивных атак, стараюсь держаться на расстоянии или же врезаюсь в толпу, чтобы они замедлили очередную атаку, получалось затерятся и скрыться, попутно сворачивая картой. Обозначения и выхода из местности есть, отправляюсь туда и опять, избегая местной стражи и "гвардейцев", а их было куча. Выйдя из города и оторвавшись от погони, попутно сменив одежду на здешний лад, пришлось избавиться от противогаза, он мне тут вряд ли будет нужен, отправился дальше. Оценив обстановку и смерившись с картой, понимаю, что она не полная лишь этой местности, а дальше лишь тупик. Но она все равно помогает найти пути и проходы, главное держать в уме, что они могут быть уже заблокированы либо там могут быть и другие подобные мини-города.

Идя всё дальше по довольно просторным пещерам, сворачивая то в очередной тупик или препятствие, что не обойти и не пропустит. В таком темпе прошло довольно много времени, иногда натыкался на мелких монстров, что не вступали со мной в бой, ибо боялись «меня». При виде меня они прятались, убегали, скрывались от глаз... Хм, я уже привык к разумным с отсутствием чувства самосохранения, а эти тут чувствуют от меня опасность.

Сколько я шел, мне уже не сосчитать, я натыкался на целую инфраструктуру этого подземелья, мини-города, что связывала сеть огромных пещер, кучу монстров разных типов, это были не те, что на поверхности, они были другие, узнаваемые для меня, я... Их узнавал... За время пребывания здесь я и забыл, что это всё еще АУ.

Дальше и карта мне была не нужна, давно уже вышел за ее границы. Очередные склоны, обрывы, я иду по ним всё дальше, либо спускаясь, либо снова поднимаясь. Где я уже даже сам не знаю, но в какой-то момент я услышал шум... Шум водопада, я вышел из очередной пещеры и попал... Водобадье в этом месте? Нет это другое, но я узнавал эти места, они другие, иной природы, хоть тут и также текут водопады... Что для этого места крайне удивительно.

Тут растут какие-то кристаллы. Цвета этого места также другие, а вдалеке я вижу дома в воде и его жителей, также узнаю эти коридоры пещер. Я вижу цветы... Эхо, цветы, что повторяют сотни голосов, создавая кокофонию звуков

Всё это место навевает воспоминания такими далекими и забытыми. Я просто проводил минуты... Часы? Неважно, я просто ходил тут, наслаждался этим местом, ведь оно такое спокойное, знакомое, тихое? Мне "некуда спешить"... Зачем? Да и смысл. Множество "обрывов" и водопадов цветов, и кристаллов лунного света, и фонарей от темных пещер... Где-то там я замечаю здешних рыбных жителей, что занимаются своими делами. Я ни на что не обращал внимания, не на здешних монстров, что при виде меня бежали, хоть и не все. Смотря на их полные страхи глаза я не понимаю, зачем... Зачем они бегут... Я... Ведь не "причиню" им вреда... Чего они опасаются?

Какой-то ребенок дал мне цветок, он не боится меня, он дарит мне улыбку, я... Улыбаюсь в ответ, он мне что-то говорит, указываю на мою одежду, я лишь глажу его по голове. Этот мир довольно жесток, а он дарит мне свою улыбку и даря "надежду" на лучшее? да и доверие нужно заслужить, ребенок не понимает "опасности" ведь он еще так мал.

Всё это место меня очаровывает, здесь красиво, всё так знакомо, я иду дальше и дальше по знакомым пещерам, я слушаю повторяющиеся разговоры от цветов, монстры кто-то все еще боятся, настороженные, они следят за мной, шепчется я слышу, и все еще боятся, но не убегают. Резко замираю, у.. Меня была цель? Миссия... Что...

... Радости конец. Все мое естество осознают и замирает, я... Смотрю, оглядываюсь — всё тихо, никакого шума, потому что все замолчали, никаких звуков, тишина. Понимаю одну простую истину... Снова. Я один... Один. Я... Открываю глаза «по-настоящему»... Смотрю вокруг... Всё это... Неправда ведь так? Они... Все мертвы. Почему я улыбаюсь, я «радуюсь» чему? Этому месту... Этим фальшивкам... Нет-нет, всё не так, их же нет... Никого тут нет... Что... Я... Здесь... Делаю. Я... Не... Хочу... Тут... Быть

«Удар» кулака по телу такой громкий и болезненный, вызывает многогранное эхо.

«Удар» кости трескаются. И звук повторяется и повторяется.

«Удар» я выплёвываю «кровь» его «кровь».

«Удар удар удар» те немногие, кто тут находится... кто видят, что я творю, они бегут, в их глазах ужас и недопонимание, фальшивка пытается мне помочь коснуться меня... Глупо.

'Удар' он отлетает, он... материален?

«Удар» "Ты бы мог остаться здесь, как думаешь?" «Удар» — Нет!...

"Эти места и правда великолепны, брат, тут и не только. Ты сможешь начать всё сначала". «Удар» — Тебя нет.

"Тебе показали абсолютно все.Все вселенные открыты тебе, если не хочешь быть тут, то мы найдем похожую."

«Удар, удар, удар». Я... Ненавижу... Эти... Места... — Какой же это бред, всё это же ненастоящие, верно? АУ «кошмары», тамлайны другие «я», это же все бред, я это придумал ведь так, да. «Удар» почему я здесь, что я здесь делаю, почему я еще жив. Ответь мне НУ ЖЕ!! ПОЧЕМУ ИМЕННО Я!!! «Удар, удар, удар» — все кости переломаны, в глазах темнеет, сами же они светят яркими фиолетовыми цветами, но я стою, выплювывая очередную кровь. Куча голосов снова призраки, они орут, все повторяют, цветы в крови и в пыли в моей пыли. Они кричат, они орут, они требуют суда моего суда, и я в нем подсудимый и судья и палач одновременно

"Тогда... Сделаем проще. Возьми мой шарф... Иди к краю, к обрыву... И сделай шаг, тогда мы встретимся... "Снова"

Замираю... Тишина... Смотрю на шарф и смотрю вниз, где не видно конца. Нога в замирание, еще один шаг — и конец. Отхожу назад... Вспоминаю... «Всё». Сделка... Смотрю на руку, пустую руку, фальшивка, он не при мне, я... Оставил его... Сжег?... Наверное. Прислушиваюсь к себе и слышу... То самое ощущение внутри меня, оно проросло и приобрело свой цвет, но и не только это, есть еще кое что. Я вспоминаю... Сделка еще в силе... Моя... "Нет"... Наша цель... Да... Нужно идти на место встречи... В бар... Грилби, да или как это называется тут, мой путь в Сноудин, места снега и льда... Или как оно называется "тут"

Осматриваюсь поблизости, никого, все, кто тут был, сбежали, цветы всё повторяют, и там лишь мои слова... Тут никого нет. Поднимаю голову и вижу... Только тебя, лишь ты, мой брат... Моя опора... Моя семья... И мой палач, ведь так, да? Я прав.

"Я не желаю тебе зла, правда... Но мне грустно видеть, во что ты превращаешься, не пора ли и правда все закончить? И отдохнуть по-настоящему, брат... Тебя уже давно пора к нам."

Было бы это правда, если бы всё было так просто, я давно бы уже присоединился к вам... если бы всё было так просто — Папайрус. — Протягиваю руку призраку в надежде его коснуться, почувствовать, ощутить... Ничего... Всё фальшиво. Смотрю на лужу на отражение и вижу лишь себя, никого... Глаза на мгновение снова приобрели свой белый цвет, но... Лишь мгновение, и снова красные, как сердца, как «кровь» для мертвеца в самый раз... Закрой... Свой «Удар, удар, удар» РОТ!!!! «Удар, удар, удар»

***

Ничего... В ответ лишь это, я ничего не чувствую... Эта правда... Всё именно так, да. "Ты ненавидишь это" «Удар», "От правды не уйдёшь ", «Удар». "Только прошу тебя, умоляю, сделай все быстро" "прощать а что это такое?" "Ты слышишь, наши крики"«Удар»"Всё будет хорошо", закрой свои глаза, и всё закончится. «Удар», «Кха-кха».

Нужен план, корректировка и быстро. Как оказалось, я наделал кучу шума, меня обнаружили, про меня рассказали, а теперь я просто бегу в неизвестность по пещерам, делая круги, сворачивая и снова и снова натыкаясь на тупик или очередного гвардейца. Нужно успокоиться и быстро. Шаг за шагом, и всё новые и новые места, где я... Еще тут, идя всё дальше и дальше. Ничего не вижу, ничего, мне нужна разрядка. Каким-то пятым чувством вижу магические стрелы, что летели в мою сторону, уворачиваюсь, и тут меня таранит какой-то монстр в броне с щитом и мечом наперевес. Падаю вниз, хватаюсь за уступ, поднимаюсь. Всё пошло по перекатной, всё не должно так было случиться... Идиот... Идиот... "Ты Идиот". Снова уворачиваюсь уже от еще одного монстра секирой, но попадает, и боль нарастает еще сильнее, отлетаю, но сразу встаю и бегу, началась погоня... И тут проясняется простая мысль... А почему... Я убегаю?

***

Покуривая, попутно терпя боль, красивое место всё же, ведь вокруг всё мерцает и светится. Темнота и снова свет, так раз за разом. Всё тело пропитано болью, всё безумно болит: трещины и переломы костей, абсолютно всё, "кровь" на теле не красят картинки. Но оно медленно восстанавливается внутри, а переломы срастаются, как и трещины, но боль... Остаются. Если есть боль, значит я жив, значит всё настоящее.

У меня проблемы, причем серьёзные, и нынешней обстановке мне крайне повезло во многом. Мне повезло, что во время прихода меня не атаковали, мне повезло, что меня не столкнули, и также то, что меня не сразу нашли. Но долго на подобное везение не стоит рассчитывать, рано или поздно меня подловят на этом либо они, либо мои "компаньоны", ведь я не знаю, что творится у них в голове, и тогда... Смерть станет мне лишь наградой... От босса.

Стоило ли вообще принимать то предложение... Нет... Не стоило... Но всё равно бы принял, чтобы выбраться из... Петли моей реальности. Чтобы не умирать от своих же рук, чтобы не просыпаться около цветов... Без воспоминаний... Всё как в первые годы после его убийства.

Но потом воспоминания пробуждаются, я вспоминаю, что уже не годы, нет, не десятилетие, а вечность я нахожусь там. Это сводило меня с ума снова и снова. Сколько раз я пытался покончить собой раз и навсегда. Бесчисленное количество раз, и я пробуждался около цветов, смотря вверх, и ждал, когда «он» снова упадёт. Даже когда я прыгнул в ядро, меня расщепляя на атомы, я помнил это, но не помогло, я так же оказывался в начале без воспоминаний и без смысла существования.

Хотел ли я умереть по-настоящему на тот момент? Я жаждал этого всей душой. По-настоящему, навсегда. Но теперь... лишь по его воле. Он меня освободит, когда... Я выполню свою часть сделки. А это... Ха-ха-ха, займёт ха-ха-ха вечность, ха-ха-ха. Ха-ха-ха. Ха-ха-ха. Безумный... Кальмар... Переросток. Под стать ха-ха своим подчинённым, ха-ха-ха

Докуривая сигарету, осталось только три... Лежу, наслаждаясь тишиной и бликами фонарей. Сколько я уже тут лежу... По ощущениям долго, но на самом деле не меньше пяти минут.

Встреча... Встреча... Да мне нужно встретиться, нужно идти. Я... Знаю куда и без лишнего внимания... Нужно сменить одежду, надеть маску и затаиться в тенях, быть скрытным, как я умею, незаметным... Эти голоса, кучу голосов, они повторяют всё всегда, одно и тоже, будь то добрые или злые, но смысл один, постоянный, один и тот же смысл, я запомню, я всё помню, я все вспомнил... Снова всегда.

Проходя мимо некоторых монстров, попутно прячась от тут и там свыряющих гвардейцев, их тут полно, они на взводе, и они не видят, не могут найти меня, а что до местных жителей... Судя по всему, у них довольно напряжённые отношения. Как оказывается, местные жители крайне не любят этих типов. То тут, и там вспыхивали битвы... Не смертельные, но дающие понять, что этим ребятам тут не рады. Выгодно для меня, но, думаю, я тоже попаду под раздачу, и тогда будут трупы, что нежелательно на данный момент, а значит, пора уходить и быстро

Из водных локаций и пещер в другую локацию, наполненную песками с искусственным солнцем, что на самом пике очередной горы. Это их нея ирония или издевательство над жителями поверхности? Проходя через маленьких городов, быстро сменил одежду, попутно сжигая свою. Надеваю маску и натягиваю капюшон, взяв очки, чтобы скрыть глаза, и я, совершенно другое существо, так и продолжил путь. Опять же, никто со мной не связывался, те, кто меня видел, сразу же прятались по домам... Они боятся... Ибо чувствуют, потому что видят, они знают, что я, ведь от меня веет смертью и прах сыпится от ветра

Долго оставаться здесь нельзя, наверняка по следу идут и гвардейцы, но пока они доберутся сюда, пока поймут, кто я, уже буду в другом месте, пора отправляться... "Домой"... Нет, в знакомое место. Если всё тут похоже, значит, и место должно быть приблизительно тем же.

Пройдя многие километры, забрался на гору и вышел в сети других пещер, а там уже я вышел к лесу... Я вижу деревья... Разных цветов, разных времен года, осенние, немного зеленые летние и чуть-чуть зимние ели. Всё это растерается вдалеке... Понимая масштаб того, что на самом деле находится под землей в самой горе... Ирония или жестокая реальность. Наверное, в других вселенных монстры хотят выброситься на поверхность, а тут все хотят попасть под землю. Чтобы что так же уничтожить это место? Мир невозможен, а то, что мы натворили за это время, лишь капля в те события, что происходили тут. Убийства себе подобных, войны, рабство — и это там на поверхности, а тут всё по-другому. Этот мир жесток... А Надежды...

Иду по этим местам, подмечаю сходство лесов и тропинок, но всё же тут всё другое. Отличий много, но всё равно знакомые места и тут, и там, думаю, рано или поздно выйду к городку

Вижу также монстров таких разных возрастов, от детей до подростков. Игнорирую и иду дальше но у них было другое мнение.Кто-то из них пытается начать битву со мной, не чувствуя от меня опасности. Игнорирую пока один из них не преградил мне путь пока другие не окружили меня. Один попытался меня атаковать как и другие налетели на меня будь то физически или магические атаки, я легко их обхожу.

Кто-то пытается остановить дручонов, на что его отталкивают. И снова меня атакует. Перестал терпеть этот цирк «Удар», и один отлетел, сильный, но не смертельный, но довольно критичен. Монстр-птица, видимо, он был главный этой троицы, получил сильный урон, едва стоит на ногах, перья потрепаны, а ОЗ упало до минимума. Вот теперь они боятся, в их глазах страх, видимо, они поняли, на кого нарвались

Хотелось пойти дальше, но вспомнил, что я не знаю дороги, решил воспользоваться моментом. — А теперь... Если хотите жить, отвечайте на вопросы... Вы здесь местные, так? — на что они кивают, отходя назад, пытаясь сбежать, на что я отрезаю им эту возможность. Поднимаю руку вверх и возвожу стену вокруг нас, теперь у них откровенная паника

— Еще раз... Вы здесь местные, да?

— Д.. Да.... Мы... Мы не... Знали... Правда... Что... Вы из гвардейцев... Не убивайте... Нас.

— Тем же лучше. — Не стал я их разубеждать в обратном. — Во-первых... Где находится ближайший город? Во-вторых, видели вы кого-то похожего на меня?

Рассказав и показав примерное местоположение здешнего городка, развеив магию они забрав раненого сбежали. Отправившись дальше, вижу того маленького монстра, что попытался заступиться, сейчас же он лишь смотрит на меня в выжидание, не боится.

— Почему не сбежал?

— Я... Хотел спросить... М... Можно.

"Наивный"... Маленький... Монстронек... Кошачий пароды. Присматриваюсь, вижу пару маленьких шрамов на лице и одно сильно поврежденное ухо. Киваю на его вопрос, попутно готовя магию на телепортацию в направлении городка.

— Как стать таким же, как вы?

Глаза непроизвольно дернулись, и стал угрожающе смотреть на монстронка, на что он задрожал и сделал несколько шагов назад, я же стал шаг за шагом приближаться к нему, на что он лишь сильнее задрожал. Кладя руку на его голову, глажу его, попутно сам себя успокаиваю, он ребёнок, он ничего не знает, не "понимает", он... В... Ничем не виноват. — Никак, — я смотрю на него, он в страхе смотрит на меня... Умерев, можно стать таким, как я. — Телепортируюсь подальше из этого места и иду в сторону городка.

***

Пустое здание, одна из многих в этих местах, хоть и являясь центром столицы, но уже давно тут никто не живет, изучив скрытые проходы и выходы. "Три недели, да, это было не лучшим нашим временем, но все же весело, мы много чего делали, да и провели прекрасное время, сопровождение"

Открывая шкаф доставая ромашку заваривая чай. Открывая холодильник доставая шоколод. Глотнув горячего чая и откусив один кусок шоколада просроченный, тает во рту, горько.

В молчании в тишине и полной темноте, попутно откусывая кусок за куском, запивая чаем. Повернув голову к пустому стулу, расцвела улыбка, и на пустой глазнице появилась белая точка... Что сразу потухла, и «ненависть» полилась ручейками из глазниц, а улыбка стала неживой, пустой, замершей.

— Знаешь ....Увидеть твой труп — одно из моих малых удовольствий, кажется, я знатно разозлил кое-кого... — "время проведённое здесь хоть как то скрасило ожидание но было скучно хотелось веселья... Но все под запретом...как ребенок под замком это не весело"

—Ха-ха-ха, нужно было видеть их лица, ха-ха-ха. Мумифицированный труп отпрыска королевской семьи, и тут бац, бум, взрывы, крики и такая кровавая ярость, что даже меня ненадолго пробила в дрожь, ха-ха.— "Это выражение лица очередного "отца" его надо запомнить в серые дни это воспоминание скрасит нашу вечность, одно из многих"

Доставая из кармана ту самую "безделушку "Смотря на полумесяц с маленьким зеркальным камешком фиолетового оттенка. Кое какие мысли были на счет этого были. Стоило ли "эта" потраченного времени. — Этот... Артефакт когда-то давно затерялся в просторах междумирье и попал сюда как реликвия огромной силы. Поколение людских магов использовали ее на полную катушку, сами не понимая, во что они превращаются, а именно кровавых тиранов, и так поклонением за поколением, пока война окончательно не решило всё судьбу этого мира.

В какой-то мере именно этот артефакт стал причиной нынешнего состояния этой AY, раскрывая всё гнилое нутро человечества, а у сильных мира сего были и свои грехи, и он их лишь приумножил многократно. Ну так или иначе, история на этом и закончилась, маги в последней битве на выживание использовали всю силу артефакта, попутно превращая этот мир в то, чем он стал. А сам артефакт стал лишь символом, ну или проще «безделушкой»,

Перестав любоваться, засовывая обратно в карман. Откусил еще один кусок... Закончился... Открывая холодильник и... Доставая еще одну.

—Осталось найти «нашего друга» и убираться отсюда, иначе нам не поздоровится — Звук аппарата остановил тебя от трапезы, там сообщение от него. Ты пишешь лишь одно слова он сам найдёт тебя не стоит прерывать трапезу а после когда все закончим... "Мы" снова продолжим веселиться.

***

Знакомые дома, знакомые монстры и знакомая обстановка, хоть и под другой обертки. Маска на месте, очки пришли в негодность, а капюшон натянут, что видны лишь два красных глаза. Отряхиваю пыль и иду по знакомой улице, не попадаясь на глаза местным жителям. Эти постройки иного типа, их больше, они плотнее, как и улицы, намного шире, на месте дома какая-то постройка не то. Само это место поделенное на несколько секций, но что странно... Бар Грилби, судя по зданию, стал шире, по соседству с ним пристроено еще одно здание. Это не только бар, но и отель одновременно.

Открываю дверь, захожу, внутри почти пусто, лишь около четырех монстров напились в хлам или их вырубили, «Киллера» не вижу, либо проблемы, либо у него другое знакомое место, впрочем, время покажет. Сажусь за барную стойку и жду... Затем я заметил колокольчик и решил его использовать.

Всё еще жду, и из двери вышел... Гриллби? Зеленый огонь вместо привычного мне оранжевого, костюм тройка сам без очков, что видны два четких чистых белых глаза на пламене вместо лица. Такой же молчалив, но по его взгляду понятно, что он раздражен и насторожен.

...

...

Молчание было ответом, он смотрел на меня и был очень напряжён моим присутствием, да настолько, что старался не делать резких движений, не спеша показывая свои пустые руки, я же смотрел на него, решил все же начать разговор.

Расслабься, я жду знакомого, так что мне как... Кетчуп, есть кетчуп.

..? Он помахал головой.

—Не продаешь, значит.

..:?! Его пламя слегка задрожало, как и он сам.

Не нервничай, всё нормально, тогда... Что-то покрепче?

... Он кивает

Достав рюмку и бутылку из бара с каким-то напитком, видимо, виски или его аналог, наливает и протягивает мне. Хотел уже достать пару монет, на что показал знак «стоп».

...

—Зачет заведения?

...он кивает

Понятно... Он слишком насторожен... Не страх, нет, но он чует от меня опасность, как и смерть, как и другие, видимо, к этому они очень чувствительны, впрочем, я не могу их винить, хотя странно, что для них это что-то чем-то, ведь, как показали здешнее, они активно друг друга убивают, хотя только на поверхности и только те парни, хм, они и боятся, видимо, тех самых гвардейцев. Они довольно сильны, недавняя битва это показала, но для меня недостаточно, чтобы представлять опасность, хотя если бы их было больше, то тогда, возможно, да.

...

— Да, я здесь ненадолго, не волнуйся.

Вся столица сбударажена, вся стража, гвардейцы ищут некого монстра, что ворвался во дворец и что-то там сделал, что разозлил короля до абсолютного бешенства, да так, что он объявил закрытие всех проходов в гору, и началась глобальная чистка всех «крыс», что смогли пролезть сюда... В общем, дела дрянь

—Хм, нет, это был не я... Возможно, мой знакомый.

?!!...

—Я понял, не волнуйся... Мы тебя не втянем в это, как и твой бар не пострадает.— Видимо, Килерр справился, и, судя по всему, за ним объявили охоту абсолютно все... Достаю свой аппарат, что мы с ним собрали для данной связи, ведь, как оказалось, его навороченный телефон был лишь одним единственным подобным модели, что связана на каком-то межпространственном уровне, откуда он получил такое устройство, он сказал лишь: «Анти-Пустота».

Ведя сообщение, жду ответа... Он пришел через три минуты, и там было лишь одно слово: «Этого достаточно, придется отправляться».

...

Мне нужен транспорт, есть идеи.

...

Лодочник? Кто это.

...

По реке, значит, спасибо....и прощай... Надеюсь, больше не встретимся.

...

Выйдя из бара, направляюсь к той названой переправе. По дороге также видел монстров, но, завидев меня, сразу скрывались, прятались по переулкам и домам, лишь дети не разделяли опасности, некоторые едва ли не выбегали, хватая свое дитя, чтобы не вставали на моем пути. Несмотря на всю жестокость на поверхности и отсутствие инстинктов опасности тех разумных, то тут он развит на максимум. Пожалуй, это объясняет, почему на нас вообще вышли на охоту, они нас боятся из-за сил, что мы обладаем силой, что способна стереть всех обитателей этого места в прах.

Насколько бы сильны ни были здешние монстры или их король, видимо, они на каком-то подсознательном уровне чувствуют от нас опасность, их инстинкты ввернуты на максимум, и они немного понимают, чем именно мы обладаем, какой силы и на что она способна... Даже если она лишь пародия, но они этого не знают... Есть о чем подумать, и я не верю, что Килерр этого не знал, придётся провести личную беседу о «доверие ближнего своего».

Дойдя до переправы реки, стал ждать того самого лодочника, что проведет в любое место подземелья от мала до велика. Ждать пришлось недолго. Лодка приплыла, а на ней, видимо, тот самый лодочник. Взбираюсь внутрь, говорю: «Вблиз столицы», он кивает, и мы отправились путь

Лодочник... Сколько бы я ни пытался, я никак не мог его вспомнить. Был ли он в моей реальности, убивал ли я его. Ничего абсолютно. Других, многих я узнавал так или иначе, краем сознания понимал это, а он по нему абсолютно ничего, я даже не помню, было ли у нас кто то подобный. Воспоминания слишком туманы, можно подумать об этом, когда всё закончится. Когда-нибудь.

—Тра-ла-ла, кристаллы крепче нитей, но слабее огня.

Отвечать или разговаривать с ним нет никакого желания, как и комментировать подобный бред, я просто сижу и стараюсь восстановиться до более-менее привычного состояния.

— Тра-ла-ла. У нее неоднозначные отношения с ними, но она слепа в своем гневе.

... Проплывая всё дальше и дальше, он лишь говорит какую-то бессмыслицу, но мне все равно, главное — чтобы он меня доставил к месту назначения без сюрпризов и фокусов с его стороны, иначе... В таком ключе прошло, наверное, четыре часа, лодка то ускорялась и останавливалась, то снова плыла. Засыпал и просыпался, раны более-менее затянулись, а лодочник даже не пошевелился, не сдвинулся с места, продолжая так же смотреть вперёд. Он странный и какой-то... Неправильный. Смотря на него, ничего не вижу, ни УР, ни тело, ничего, лишь балахон, что покрывает его.

Вскоре мы прибыли на место назначения, выйдя из лодки, он поплыл дальше и сказал очередную непонятную для меня фразу.

— Тра-ла-ла, оно питается, но всё еще голодное.

На этом слове он и скрылся. Что это означает, какой смысл этих фраз... Не так важно, через минуту я забыл абсолютно всё, что с... Хм, а кто это был? Отряхиваю пыль и забиваю на эти мысли, забывая окончательно про него, я продолжил путь.

Идя всё вперёд, поднимаясь всё выше и выше, дошел до обрыва, а за ним и столица... Довольно сбударжено, если так сказать. Вдалеке куча движения, рев зверья и куча шума, видны взрывы, слышны крики... Либо это типичный день в этом городе, либо кто-то постарался. Так или иначе, нужно найти его, благо я знаю, где, так что в путь.

Спустившись, затерявшись в тенях, иду по улицам этого города, по коридорам и темным местам, не на виду, этого не надо. Аринтируюсь и смеряюсь здешними местами и нахожу тот самый трехэтажный домик с скрытым знаком луны на стене. Видимо, это он. Знак, что мы обговорили на крайний случай место встречи, одно из немногих, но маловероятных, не думал, что это будет именно это место.

Захожу, и внутри разруха, тут и там видны следы битвы, и прах, что лежит, развевается вокруг и снова попадает на меня. Отряхиваюсь, вижу открытый, судя по всему, потайной люк вниз, захожу, попутно закрывая его. Снова сеть глубоких пещер, несколько длинных коридоров, которые ведут всё ниже и ниже, и куда мне, чёрт возьми, идти?

Иду по наитию, спускаясь вниз то слева, то справа, и снова вниз, то вверх, просто шел, пока взгляд не зацепил лучик света, иду к нему, стена хлипкая, думаю... Секунда размышления, и бью по стене, она обваливается, выхожу, и там меня уже ждал «Килерр», попивая чай и едя шоколад, попутно болтая то ли с прахом, что рядом с ним, то ли с собой... Радует, что не одинок в подобной проблеме... Хотя как он откровенно веселится, думаю, для него это и не проблема вовсе

Секунда, и он замечает меня, усмехается, доедая шоколад, выбрасывая обертку, что скопилась уже целая куча, и допивая чай. Откуда он всё это достал — вопрос без ответа. Встал и подошёл ко мне, показывая мне тот самый медальон.

— А ты времени зря не терял, я смотрю, смог сделать всю работу самостоятельно, попутно наведя тут шороху, — говорю ему, попутно меня опять накрывает, и снова я вижу "его" тень и слышу их.

— Ха-ха-ха, да... Знаешь, тебе бы следовало увидеть рожу рогатого, когда я у него на глазах размазал голову этой мумии, ха-ха. Он разозлился не на шутку, фух, ну жажда крови, ну и сила, правду говорят, что он самый сильный, бой с ним был бы затянутым, ну неважно, да, наша цель выполнена, и «безделушка» у нас.

Это всё же она, да? — "Убей его", "нужно" убить его?, а почему я должен убивать его?" Шоколад", откуда у него здесь этот шоколад? Почему? нужна причина, "убей его".

Ага, — кидает он мне ее, и... Сколько бы я ни смотрел, и вправду безделушка... И всё это ради этого... Хах, как же всё бессмысленно. — Успокойся, всё нормально, ничего не происходит, держи лицо, не нужно — терпи, "нужно — сделай это".

Кидаю обратно — И... Что это все... Должен открыться портал и мы уходим отсюда? — «Он убьет тебя, если ты не убьёшь его, идиот, убей или будешь убит»

— Хм, — задумчиво смотрит Килерр, — дай-ка подумать. Мы нашли новых знакомых, есть? Есть. — «Он уже почти убил тебя, и он снова это сделает, нанеси удар живо, бей на опережение»

Шагая вокруг этой комнаты, делая малые шаги, каждый его новый шаг «опасен», это комната, будь то атмосфера или намерения, всё стало довольно опасным и напряжённым я как и он, не сводил глаз с друг друга, при этом я готовясь уклоняться или атаковать в ответ.

—Они указали нам на «волшебное место», тоже есть, только... испытание, как бы мы и не прошли, а безделушку нашли, не порядок.

— Что ты вообще несёшь, «Килерр», ты идиот? С головой всё нормально... Перестань нести бред и говори, что тебя надо. — «Нанеси первый удар, чего ты ждёшь, атакуй ЖИВО!!!»

Резкий рывок в мою сторону, и его нож около моего горла, впрочем, также три острых кости направлены на его тело, и так мы остались в этой позе. Килерр начал делать круги, держа нож в сторону моего горла, я же следил за ним, пока материализовывал новые острые кости в его сторону, наведя и следя за ним

... Что... Ты... Творишь

— Тс-с, тише, тише, Даст, успокойся — остановился Расеев нож, подняв обе руки, — это всего лишь шутка, ха-ха. Мы же не хотим, чтобы нас обнаружили, так? — У. Б. Е. Й. Е. Г. О

—Да, это так... А теперь мне интересно, давно ты планировал скрывать свой маленький секрет.

О-о-ох, догадался, да? Ха-ха, и правда это так очевидно? —" вот и причина".

Хватаю его телекинезом и вдавливаю в стену, мгновение — и я перед ним. Ударяю по черепу и туловищу с ноги, материлизую кость и протыкаю его тело несколько раз, потом навожу оружие на горло острой ее частью и начинаю разговор.

—Не так, как «тебе», кажется, еще с первой битвы с тобой, а время, что мы провели вместе, лишь укрепило то, о чем я думал. Ведь знаешь же, что я знаю твои привычки как свои, как и «его», так каков был «твой» план убить меня здесь, закончить то, что не смог тогда там в этом коридоре? —" добей его, давай же убей его".

— "Кха-кха", ты, видимо, немного запутался.

—Заткнись! —На нашу еще несколько колотых ран, держа его за горло, и продолжаю.

— Мне следовало догадаться, что ты, что этот придурк, — Нанашу удар, за ударом его «Кровь» брызгает на все стороны, попадая и по мне. — Ха-ха-ха, ведь знаешь, знаешь же? Что есть куча-куча моих, твоих, ЕГО КОПИЙ. Почему бы ему не набрать, ну не знаю, сотни таких, как ты или «его» подобных, а? Зачем ему нужны сломанные, «Удар» обезумевшие! «Удар» и ненормальные, «Удар» дефектные, что с трудом могут отличить реальность от своего вымысла, а? ОТВЕЧАЙ!!! «Удар» «Удар» «Удар»

Секунды, минуты проходили, пока я не осознал: он не сопротивлялся, не атакует ничего, лишь я наношу удары, понимаю, что ничего не чувствую, ничего не слышу, лишь мой собственный голос в голове. Отпуская его, отхожу назад, вся моя ярость, ненависть — всё просто... Отключилось? Я ничего не чувствую, стало так пусто внутри. Смотря на свои руки и его «кровь», что была практически везде. Прихожу в себя, смотрю и вижу, что он находится не в лучшем состоянии, будь его раны, переломы и «кровь» по всему телу, но одно у него осталось неизменным — это его лицо, его улыбка, что смотрел на меня так же

«Кха-кха» выговаривался, хе-хе. Конкретно насчёт этого я сам не знаю больше твоего, у босса есть... Свои причуды, ему нужны особенные и преданные только ему. «Кха» он не может брать всё, что видит, это его собственное правило.

Обдумываю, окончательно прихожу в себя, успокаиваюсь, беру то что осталось под контроль, смотрю на него и спрашиваю: «Почему первым напал на меня?» — от его ответа зависит его дальнейшая судьба

—Посмотреть что ты сделаешь — ... Я молчал он молчал тишина.— ты издеваешься.

— Хех, видел бы себя, ха-ха-ха, я крайне чувствительный к таким вещам, как намерение убить, а на тебе все было написано "кха" "кха" — отвечает он как само собой разумеющееся.

— о чем я догадался? — решил все же уточнить у него.

— То, что я сладкоежка, — секунду, две, осознаю что он сейчас сказал — все твои действия, Килерр, почему ты, чёрт возьми, как «он»? — смотря на его душу, — я догадываюсь.

— Ха-ха, «кха-кха», а это «мой друг» — долгая история, ха-ха. Как я сказал ранее, когда расскажешь свою историю, я расскажу свою, и поверь, в ней будет много общего

— И еще одно ты забыл, пожалуй, самое главное, всё «это» лишь «прогулка», наша прелюдия и, скажем, шанс познакомиться поближе, и, как я и думал, у нас «кха-кха» куча общего. — Вставая, он начал делать круги вокруг меня, я не шевелился, пытаясь еще в какой-то степени прийти в себя.

— Как же ты ненавидишь меня, ну признай, даже сейчас ты хочешь моей смерти, но «я» именно я вижу другое. Мы как два антитипа, как два «брата» или же оба заклятых врагов во все времена. Как же мы похожи, ну признай... Тебе нравится убивать, как и мне, тебе нравится смотреть на их лица, на глаза, видеть их страх, отчаяние смерти... Как и мне ведь это делает меня «живым», как и тебя, ха-ха-ха. — Я молчал, слушая его, пока он не встал передо мной.

Но при этом у нас разная мораль, разные способы, разные понятия о жизни, ха-ха "кха кха". Моя цель — получить всё новое наслаждение от их страдания, но твоя... Ты сам хочешь страдать, не принимая себя, полностью отвергаешь всю свою суть. «Твои попытки быть другим, но это бесполезно и бессмысленно».

— «Ты», нет, ты такой же, как и «он». Я не знаю твоей истории, но я догадываюсь, что — смотря на его душу — ты из себя представляешь. Твои трюки, твои попытки завязать дружбу мне это претит и вся твоя фальшивость данного действия. Даже не пытайся строить в следующий раз «его» при мне, иначе я за себя не отвечаю.

... Но ладно, — пожимает он плечами, — но всё же я успел узнать много о тебе за столь короткое время, и вот что я тебе скажу: «Я принимаю тебя», — в удивление я уставился на него... Что б₽% он несёт.

— Я помогу тебе открыться, принять свою суть. Превратить твою жалость к себе в сильную ненависть к другим, я покажу тебе иной путь, новый смысл, новую цель. Хватит цепляться за прошлое. Даст, и прими новую реальность. Они все ничтожные, жалкие, слабые, что живут в своих маленьких мирках, мы же особенные, нам открыли глаза и показали нашу правду.

Где то я это уже слышал — Не цепляет, идиот... Скажи... Долго ты репетировал этот бред.

...

...

Ха-ха-ха-ха. Смех прокатился по комнате, мы оба смеялись как сумасшедшие, как идиоты, пожалуй это было смешно.

— несколько часов перед зеркалом, пока скрасивал ожидание, ты не ха-ха-ха, «кха-кха» довольно долгий, ха-ха.

— Почему не сопротивлялся? — спрашиваю на терзавший меня вопрос.

— Потому что это было испытанием, — вопросительно смотрю на него. — Ты меня не убил, — то, как он это сказал, что-то задело в струнках моей души, что это? Жалость? К нему, сострадание? Но так же быстро меня перестало терзать это чувство.

— Ну... Что дальше, мы ждем, пока босс нас не вытащит. — На мой вопрос Килерр достает свой телефон и медальон, берет зеркальный камешек и наводит камеру к нему. Через секунду происходит вспышка, и открывается разрыв. — После вас.

...!!! Пофиг, просто пофиг. — Заходя в разрыв и растворяясь в нем, Килерр пошёл следом, оборачиваясь к пустому стулу, смотря на него и о чем-то думая, вытирая «кровь» с лица, проходя в разрыв. — Доверие строится на крови, первые шаги сделаны, и рано или поздно он примет себя полностью, и тогда «Мы» все станем «друзьями»

***

Горы слитков, самоцветов и картины и дома, все богатства ради дружбы, ведь она мне так цена. Были бедны и бездомны, никому я не нужна, но лишь ты, мой милый друг, говорил, как «ты» нужна.

Мне улыбку ты дарил, радость, счастье и заботу. Для меня друг был всем «миром», для меня «ты» был так мил. Вдруг пропал мой целый «мир», отделился от меня. Стала снова одиноко, никому ведь не нужна.

Получила я богатства вместе с ним, любовь, заботу. Но я знала: всё неправда, ведь... никому «я» не нужна. Ты пропал и вдруг вернулся. Но другим ведь правда та, что богатства вместо дружбы, что «ты» больше не нужна

Я сбежала, всё сжигая, всех «друзей» и весь мой «мир». Но нашла я новый смысл, новый дом и новый «мир». Горы слитков, самоцветов и картины, и дома все богатства ради дружбы, ведь она мне так «нужна»

Глава 5

Одно и то же, раз за разом мы наносим все новые удары, после «я» даю выбор, но ты начинаешь всё сначала и снова продолжаешь идти. Получаешь новое но незначительное событие, это... «интересно» в какой то мере, но знай, всегда остаются шрамы, и рано или поздно тебе это надоест, и ты примешь мое предложение, и тогда «мы» начнем абсолютно новую историю, а пока...

Скелет... Интересно... Как долго он будет стоять на нашем пути? Что еще он придумает, чтобы развеселить «нас»? Мы ведь в нетерпении, да? «Я» в нетерпении.

Новый — старый цикл, "мы" снова падаем на цветы и продолжаем путь. А вот и первое изменение, цветка тут нет. Как и её. Мы продолжаем путь, идя по руинам. По пустым руинам. Монстров мы не находим, лишь из редких, что прячутся, боятся... Но не «нас».

Найдя кого смогли и став сильнее, мы отправились дальше к "дому", и там... И там на пороге стоит... Скелет. Весь в прахе и пыли, взгляд его направлен в никуда и он ждет... «Нас».

Мы сделали шаг, он вздрогнул, он в смятении, он не уверен, второй, и он смотрит на нас, он смотрит на нас своими мёртвыми глазами, на третьем шаге мы остановились. Он молчал, как и мы тоже. Он не боится, но он явно не в себе.

— ...Я... Ты, — начал он разговор, попутно отряхивая прах. — ...Кажется... Я кое-что забрал у тебя... — он забрал «нашу радость». — Это... Ошибка... Всё еще можно... Еще...

Что он хотел сказать — неважно. "Мы" сделали резкий рывок в его сторону, нанеся удар, он увернулся, но от второго нашего удара он не смог, попадя по нему, он отлетел к стене. Мы лишь ранили его, и его это... Развеселило?.

— Хех, — он усмехнулся, лишь усмехнулся от нашего удара. На кончиках пальцев у него кровь, наша «кровь». — Ты ударил меня, — смотря на кончики своих пальцев, он улыбнулся. — Больше я не останусь в долгу.— Два его глаза приобрели красный свет, и один засветился ярким оттенком фиолетового. — Значит (вздыхает), по-плохому, да, впрочем, как и всегда, ха-ха, ну ладно... «Приятель», давай устрою тебе безумное время, раз ты так этого жаждешь.

Где-то в глубине «твоей» души зародился страх... «Твой» страх не «мой». Но и это придает «нам» силы и решимости. Иди до конца. Партнёр, не...сходи... с пути, ведь дальше будет... Интереснее.

(Только без шарфа)

***

Избитые до полусмерти, мы стояли возле трона, едва держась на ногах, причина нашего состояния тот кто сидит на нём. Найтмер внимательно изучал артефакт, произнося при этом что-то нелицеприятное в адрес тех, кто его использовал. Спустя мгновение его взгляд остановился на нас, и он повторил те же слова, что до этого, называя нас идиотами.

Найтмер или же босс прибывал в не лучшем расположении духа, хотя, думаю, его редко можно было бы увидеть довольным, но не в том суть. Причина его недовольства до этого момента — могло быть всё что угодно, а один «переломаный» индивид все же довел его до самосудства

Мы выполнили его задание, и Килерр с «торжественным видом подошёл на поклон к своему хозяину, сев на одно колено, торжественно вручил Боссу... «Безделушку». Босс смотрел на него, я смотрел на обоих и старался изо всех сил спрятаться в тени, а Килерр с выжиданием смотрел на босса. Я уверен, что где-то у него внутри играла музыка и гремели «Варфары», вот насколько это было эпично... Наверное, в его голове.

Я же, как сторонний наблюдатель, видел другую картину, как мы прошли из разрыва два грязных, в пыли, в прахе раненых и сильно уставших морально, по крайней мере для меня, этого путешествия. Но не для него несмотря на его раны переломы и скверное состояние, совсем нет. Мы практически сразу оказались в тронном зале. Килерр не успел даже толком восстановиться, а я прийти в себя. Что до босса, он явно был в не самом лучшем расположении, а Килерр не придумал ничего лучше сделать то, что сделал

Так вот, он весь потрёпанный, хромающий, практически приполз к боссу и свалился рядом с ним, попутно протягивая руку с этой безделушкой, тыча это в лицо и без того сильно недовольному "кальмару". А это, видимо, переполнило его чашу терпения, и дальше началось избиение младенца, пытавшегося кое-как отползти, встать и бежать или телепортироваться — но всё бесполезно. Для меня эта картина в каком-то смысле грела душу, смотря, как его разнесёт по стенке, попутно доламывая остальные части тела, и итог: без того еле живого Киллера уже знатно пришибло, что я реально думал, что он мёртв, но нет, еще шевелился, и в очередной раз осознаю, что он крайне живучий.

Что до меня, я стал тенью, что был в стороне, наблюдая за всем этим представлением... Но меня это тоже не спасло, и я тоже получил свою порцию боли, пытки и страдания, видимо, за кампанию или двойной справедливости. Мое состояние было еще более-менее, а вот Киллеру не повезло, раны от меня плюс от босса сильно на нем сказались, что я даже не был уверен, сможет ли он хотя бы встать в ближайшем время. Вот так мы вдвоем, полуживые, раненые, сломанные, кто в меньшей, а кто в большей степени, лежали, восстанавливаясь. Наша регенерация делает свое дело, а обилие некой непонятной мне энергии этого места лишь ускоряло процесс. Что она из себя представляет, мне не ведомо, но хотя бы как-то помогает, и восстановление идет быстрее. Так мы бы оба и пролежали длительное время до приемленного состояния, но рев босса не дал эту возможность, так что спустя минут пять мы в итоге смогли хотя бы встать на ноги. Даже Килерр, но он выглядел крайне паршиво, но держался, хотя и с огромным трудом, чтобы не свалиться. Так мы предстали перед боссом, что более-менее успокоился, и первое, что он сказал:

— Вы идиоты. — Это было самое информативное описание наших действий или что он имел в виду.

...

— "кха" Ценим, босс.

— Замолчи, — произнёс он, потирая переносицу. Внимательно осмотрев наше состояние, он вынес свой вердикт. — Я проявляю большое терпение и готов прощать ошибки, будь то серьёзные или мелкие, Килерр. Однако запомни: «Я» не потерплю над собой твоих шуток и приколов, или что предоставит тебе твое больное воображение, и, какими бы забавными они ни казались, понятно.

Босс резко поднял руку, хотевший что-то сказать Килерру. — Еще раз откроешь рот, и я за себя не ручаюсь. — Сказал он в сильном раздражении и, видимо, что-то вспомнив, это перешло в гнев.

Но... Буйства не последовала. Босс лишь сел на трон, спокойно, без эмоций смотря на нас, видимо, что-то думая про себя. И так прошла минута, и хотевший что-то опять сказать Килерр вмиг впечатался в стену от резкого удара щупальцем в его сторону. Удар был настолько быстрым и незаметным что я даже его не почувствовал, так и замерев на месте, не шевелясь, пока босс смотрел в мою сторону и не начал разговор.

— Я не доволен тобой — сказал он это мне — «Однако, важно не это, а другое», — смотря на медальон, что-то подмечая в нем, он продолжил: «Впрочем, вы на удивление справились, хотя я и не рассчитывал на целостность этого предмета, но, видимо, я недооценил глупость здешних, хоть одна приемлемая новость».

— Знали бы, вы босс, как мы ценим то, что вы нас цените. — Килерру, видимо, показалось этого мало, или я чего-то не знаю о нем. Я молчал, отходя подальше от него, но он как специально сближается со мной.

Босс смотрел на него с пронзительным взглядом, что может убить. — Килерр, ты идиот?

—Пф, — уже не выдержал я, вопрос был хоть ожидаемым, но всё равно неожиданным, и то, как он его произнес, как диагноз, как болезнь. — Не волнуйся, тобой я тоже займусь, — сказал Найтмер, и уже мне стало не по себе

— Нет. — Сказал Килерр как факт

— Идиот, — сказал, видимо, в мыслях сам себе босс, то, что он хотел на самом деле сделать видимо, оставил при себе. — Почему я вообще тебя терплю? — скорее сам себе, чем кому-то. — Что до тебя, Даст, ты показал себя не хуже, но и не лучше, впрочем, я и не ждал от тебя многого на данном этапе, тебе явно не хватает опыта в этих делах. Да и твоё состояние желает лучшего. Учти, я наблюдаю за вами всегда, где бы вы ни были, каждое ваше действие мне известно заранее, так что не разочаровывай меня. — Напоминание мне или нам обоим, есть ли необходимость в этом, или он чего-то опасается, впрочем, эту мысль мне не дали развить, он продолжил

— Учтите оба одну вещь и запомните наверняка, мне все равно, что между «вами» произошло, — давая понять, что он все же в курсе этой потасовки, — можете хоть избить друг друга до полусмерти, мне плевать, но ограничись этим действием вне рамок ваших миссий. И желательно все-таки оставлять друг друга в живых, у меня нет времени возиться с вами после, и на данный момент я хочу быть уверен, что вы не поубиваете друг друга? — говоря всё это, он смотрел только на меня

Спокойно киваю на этот аргумент, соглашаясь с этим, всё же не стоит переходить очередную черту, пора бы уже свыкнуться с необычной реальностью происходящего. Что странно, мне даже стало как-то легче после его избиения, свободнее, странно, не замечал в себе признаки садиста, хотя все познаются в сравнении. Даже в ограниченном состоянии я испытываю какую-то мимолетную радость... От чужих страданий.

—Не волнуйтесь, босс. — Слово взял Килерр, попутно кашляя и хромая, подходил ко мне. — После этой потасовки мы стали как «братья». — Угрожающе смотрю на него, давая понять, чтобы он не трогал меня или что он там пытался сделать. Намёк понял и встал рядом. — Даже делим одну кровь. — Закатываю глаза, отряхиваю прах. Видимо, ему нравится ходить по краю пропасти, и он не знает, когда нужно остановиться.

Босс шутку не оценил, его еле заметный дергающий глаз — это тому подтверждение, но благо очередного избиения младенца не последовало, да и вряд ли бы мы выдержали, не в нашем плачебном состоянии уж точно, а Килерру и подавно это будет смертным приговором. Но боссу было все равно на наше состояние, и он назначил следующую цель нашего нового задания. — Вы вдвоем отправитесь к знакомому тебе Килерру «ученому». — Смотря на безделушку еще некоторое время, она растворилась в его руке, и сразу же появился, но только камешок, что стал светится ярким темным фиолетовым цветом.

— Отдайте это ему или оставьте там на место встречи, ты, Килерр, заберёшь Хоррора, позже получишь очередную цель, Даст, останешься там и поможешь ему в очередной проблемы. — Кинув камешек мне, засунул сразу в карман. — Когда всё решится, тебя заберут, и не поубивайте всех там за короткое время, особенно это касается тебя, «Килерр» и твоих пристрастий, «ученый», как и другие нужны живыми и целыми

—Я лишь дополнял их мировоззрение в том, что никто не идеален, да и эти сами виноваты за свою невнимательность, — сказал он, кашляя и хромая, в не самом лучшем состоянии, все еще с трудом держась на ногах.

— Живыми и целыми Килерр, да и ты там не задержишься. Даст, проследи за этим и не убей его ненароком, и сам воздержись от подобного. В оправдание, что они «случайно» сами себя порезали несколько десятков раз, не сработает так же, как и другие подобные моменты, понятно?

... Он прикалывается или серьёзно никак не могу понять. Впрочем, времени обдумать этого он не дал, ведь дальше нас обоих поглотила темнота

Оставшийся в одиночестве, проведя взглядом двух исчезающих идиотов, что не могут выяснить, в каких они отношениях, стал корректировать планы. Пожалуй, ничего не вызывало злости, когда всё идет не по его планам и не по заданным ему маршрутам.

Мало того что ошибка мироздания, эта аномалия из всех его раздражающих еще сильнее ограничил проходы в другие АУ, так оно еще и лезет туда, куда не следовало. Также всё больше и больше миров ускользает из рук, некоторые стираются, а другие пропадают бесследно, будто бы их никогда и не было, это настораживает, но не более, когда выяснится причина, то кто-то горько об этом пожалеет, хотя и есть несколько подозреваемых, а еще этот... Придурок...

Мысль прервалась от взрыва, грохота и уничтоженных стен и потолка, превращая тронный зал в руины. Проведя рукой по лицу, при этом злость, ярость, гнев и другие отрицательные эмоции дали о себе знать и требовали выхода, и как раз появился подходящий кандидат для того, чтобы выпустить пар. Обернувшись к названному гостю, что так нецелесообразно зашёл в гости, что ж кто-то получить свою порцию боли: «У меня вообще-то была дверь...»

***

Темнота и между тем и чувства, как она тебя поглощает, разбирая на мелкие частицы, и всё это лишь мгновение для разума и тела. После она же снова собирает, как ни в чем не бывало, будто бы так и должно быть, что всё нормально, но нет. Ощущать, что тебя растворили, разобрали, расщепили до форменной оболочки, что ты буквально растаял, это ощущение практически невыносимо. Но лишь мгновение для разума и тела, и лишь это мгновение отделяет от полного поглощения и конца для существования в этой темноте. Пожалуй, это напоминание, одно из многих, у кого именно над нами есть власть над жизнью и смертью, незаметное, повседневное, как само собой разумеющееся, но напоминание, у кого именно ошейник и у кого есть полная власть над нами.

Уставшие, измотанные, побитые, все еще раненые мы оказались над пропастью около моста, там вдалеке мы наблюдали куча зданий, а в центре гигантское здание, видимо, той самой лаборатории. Оказались мы не где-то, а в знакомом месте, даже ключевом, хоть оно и иное. Вулканы, что находятся здесь, потухшие, но все еще еле дымящиеся, гигантские своды от мала до велика вдалеке и безумно сильная жара этого места. Будь здесь кто-то, кто состоит из плоти и крови, он бы сгорел и умер в мучениях. Для нас же это довольно сильная неприятность, но терпимая, хоть и с трудом выносимая, оставшись здесь еще немного, и нас тоже проймет.

Проходя через мост, всё дальше в место более терпимое и безопасное для нас, позволяя дышать свободнее, попутно осматривая окружение. Тёмные своды далёких обрывов и разрушенных пещер, разного рода руин и куча шума самых разных звуков

Сама эта лаборатория представляет из себя многоэтажный комплекс с черно-серым антуражем, вокруг этого здания видны разрушенные постройки, иногда из них выглядывали фигуры, что сразу же скрывались, увидев нас вдалеке, мы не обращали на это внимание, идя своим ходом. У самого входа, как и вокруг лаборатории, наблюдал кучу крови и праха. Что ж, встречай нас, новый старый мир, добро пожаловать в Хотленд, в его темную версию, судя по всему

— Что одно, то другое. — Хотелось многое сказать по поводу этой ситуации в целом, но, видимо, нам просто не повезло попасть под горячую руку. — Пожалуй, «кха» я сильно поторопился, ха-а, но признай, какое у него было выражение, ха-ха. «Кха», ха-ха — это... Стоило того.

Возможно, частично это было и правда забавно, но всё же охота оставаться целым после этого.— Не расскажешь подробнее, с кем именно придётся иметь дело, да и вообще кто он? — спрашиваю я Киллера, что выглядит совсем худа, всё же наша регенерация не всесильна, не после такого краш-теста от босса, да и сам не выгляжу не лучше, даже хуже в некоторых местах, нужен хотя бы день, чтобы восстановиться полностью, так что можно было бы сказать, что нам не повезло, но большинство ран все же нанес сам себе сам, как и ему плюс. Да и Киллер добавил огня своей выходкой, так что да, мы оба виноваты, кто в большей степени, кто в меньшей.

— Кха, проклятье, ах он этот «ученый», — Он восстанавливается довольно быстро, но всё же не так быстро, как хотелось бы. Он с трудом передвигается и, по всей видимости, ещё не достиг более-менее приемлемого состояния. Хотелось съязвить, но я сдержался, хотя он сам был виноват в своих проблемах.. — Ты сам всё увидишь, если, конечно, он соизволит нас почтит своим присутствием. У них с Боссом что-то вроде договора на взаимопомощи или что-то подобное, как «равные» партнёры.

— Равные? Неужели он так важен для него. — Не знаю, как относится к этому. С одной стороны, босс явно дал понять мне, что он хозяин во всем, что касается его слуг, и создавал впечатление как единственного властителя, а тут какой-то договор еще на равных правах, либо чья-то долгая игра, либо кто-то кого то обманул. Да и Килерр, видимо, очень сильно недолюбливает и испытывает презрение, и он еще жив, кто бы он ни был... Мне он уже нравится.

Уже у входа к нам навстречу вышла монстр кроличьей породы серой расцветки в белом халате. Вид ее был обманчиво спокойным, а при виде нас двоих, особенно задержавших взгляд на Килерра, она вздрогнула на мгновение, но, пересилив себя, она подошла к нам.

— Какие «Кха» разумные нас встречают, не думал, что ты еще жива, — говорит киллер.

— Я ценный актив, в отличие от другого расходного материала.

— И крайне языкастая. — Это его манера, когда он что то делает, в не пользу собеседника сейчас что-то будет. — Твое отношение или твоя значимость, ты ведь знаешь, что тебя можно заменить, да? Как думаешь, если избавиться от тебя и заменить точной копией, он заметит разницу?

— Но, однако, я перед вами, господа, с прошлого раза ты, — указывает она на Килерр, — был менее дерзок и более лоялен в присутствии своего хозяина. Да и этот инцидент уже давно исчерпан, и ты уже давно разобрался с ними. — Переведя взгляд на меня, она заметно напряглась, но сразу же взяла себя в руки. — Надеюсь, твой друг проявит больше уважение и понимание к нашей работе, так или иначе я не задерживаю, так что прошу, пройдёмте. — Не успела она и сделать и шагу, как Килерр навис над ней, хватая за горло и поднимая над землей. — Кажется, кто-то все-таки не понял прошлого раза, я прав? — Спрашивает он, пока она извивается как может, видимо, он перекрыл ей кислород

— Килерр, — пытаюсь я окликнуть его, но он, не слушая, продолжает: — Знаешь, когда я нарезал твоих приятелей, тебе крайне повезло в тот раз, но сейчас ты тут одна, и тебя никто не спасет. — Она старается хоть как-то выбраться, но он лишь сильнее сжимает ее горло, недостаточно, чтобы сломать, но дышать явно становится уже невозможным. — Впрочем, ты мне не интересна, где же этот #%#₽& если он тебя таааак ценит, а? — Сказав это, он отпустил ее, упав на землю, кашляя и дыша, но на этом он не остановился

Схватив ее за уши и поднося нож к шее, он продолжил: «Ну? Я жду ответа, что надо сказать?» — в не первой я вижу подобное от него, но всё же это лишь его игра, крайне извращенная, но после таких его игр лучше покончить собой, чем так жить, но так или иначе...

—Ты!!!... — порезав ее щеку, на что она вскрикнула. Она явно боится, но показывает характер, либо глупость, или у нее и правда что-то есть. Впрочем, меня утомило это бессмысленное насилие, и я решила вмешаться.

— «Килерр», — сказал я угрожающе, на что он обратил внимание. — «Мне, конечно, очень интересно наблюдать за твоими забавами. Ну давай поторопимся, хорошо, и отпусти ее, будь добр, всё же «мне» придется с ним некоторое время работать, а я не хочу объяснять, куда делся его подчинённый или кто бы она ни была».

Выступаю как голос разума в этой ситуации, а так мне все равно на нее, но все же не стоит портить отношения еще непонятно с кем. — Ну ладно, — отпускает ее и отходя в сторону, — ты тут главный

— И когда я успел стать главным — меня все еще поражает его некая покорность, что в некотором роде даже пугает. Причины от него такого отношения ко мне я не понимаю и не знаю, как к этому относится.

— Ну когда ты командовал или показал свое «кха», «доминирование», ха-ха. — Шутки слишком плоские. — Хей, знаешь, на мне же всё написано, я исполнитель, мне ставят задачу, я ее исполняю в меру своих возможностей, да и босс явно дал понять, что ты на данный момент тут главнее, и чтобы ты знал, я не против, да и мне все равно на это, так что командуй, «партнер».

Опять он за свое, впрочем, не так важно, а другое, смотря на крольчиху, что более-менее пришла в себя и ждет только нас, киваю, на что она повела нас. Войдя в лабораторию, мы обнаружили множество других монстров, которые старались не попадаться нам на глаза. Они разбегались в разные стороны, чтобы не быть замеченными. Килерр все же цепанул кого-то и потребовал обезболивающее и еще какие-то препараты. Пока он возился с персоналом, решил задать несколько вопросов к сопровождающей

—Ответите на вопросы?

—А? — уставилась она на меня будто бы и не замечала вовсе до этого. — Д... Да, конечно, отвечу по мере возможности, — потирая свое горло и отводя от меня взгляд явно в напряжении, что странно, хоть и не давал подобного повода.

В чем причина этой ненависти к вашей стороне, его довольно трудно вывести из себя — если вообще возможно — а вы явно вызываете у него сильную агрессию, не ответите?

Она молчала, явно обдумывая ответ, хотевшая уже сказать, но была перебита. — Не волнуйтесь, господа мусорные мешки, я тут ненадолго, — говорит Килерр, указывая на меня. — Вместо меня вашу ношу примет этот очень спокойный и рассудительный монстр, ну после того как проткнёт вас пару десятков раз, если выживете, станете лояльными ему конечно, уверен, вы поладите с ним так же, как и со мной, а теперь, чтобы не отнимать ваше, я уверен, бесценное время, позвольте мне забрать моего приятеля. — Без слов одни эмоции, и то крайне подавленные.

Я обратил внимание на застывшую зайчиху, которая переводила взгляд с меня на киллера, посмотрев в её сторону, сказав: «Веди». Она кивнула, подошла к двери и ввела четырёхзначный код. Мы зашли в лифт и, миновав несколько этажей лаборатории, спустились всё ниже. Выйдя из лифта, мы прошли через несколько коридоров и оказались перед дверью комнаты. Войдя внутрь, мы обнаружили Хоррора в ужасном состоянии. Его одежда была потрёпана, на теле виднелась огромная резаная рана, и, судя по всему, он провёл здесь уже довольно много времени.

— Отлично выглядишь, ты побледнел, а тушь тебе к лицу, она красит и дополняет твой стиль.

«Кха». Заткнись, придурок, сам не выглядишь лучше — переводя взгляд на меня, потом на него, натянув улыбку, продолжил: — Всё повторяется, да? Видно, это у тебя некая традиция, ха-ха-ха. «Кха», «кха» — Эта ситуация может превратится в шутку: три покалеченных монстра встречаются в одной комнате. Одного избили, другого покалечили, само собой, а третий избил первого, поколечил себя сам и увидел поколеченого... Не смешно

Что же вы с ним такое делали, что он в таком состоянии? — спрашиваю я её, пока они вдвоём о чём-то увлечённо беседуют, как два старых друга, видимо, не всё так плохо, как я думал, и, возможно, и уживёмся втроем, что до остальных узнаю со временем.

— Всё было сделано в рамках договорённостей, достигнутых между нами. И, как видите, результат эксперимента оказался положительным. По крайней мере, руководитель остался доволен проделанной работой, так же как и сам объект исследования.

Я молчал, не совсем понимая, что она имеет в виду и что происходит, исследование, эксперименты, о чем она, что вообще тут происходит. В недоумении я посмотрел на крольчиху, которая от моего взгляда сжалась ещё сильнее. Я указал на дверь, и она, поняв намёк, вышла из комнаты, закрыв за собой дверь, оставив нас троих в этой комнате.

Расспрашивая обоих более подробно об этом договоре, узнав кое-что новое и крайне необычное, а именно о особенности своего одноглазого приятеля

***

«Такова причина и таков результат», «очередной раз убеждаюсь, как твое существование бессмысленно и бесполезно», «весь твой путь может быть лишь какая-то шутка», «это уже доказано неоднократно за короткое время», «это неприятно, но вместе с тем ты чувствуешь себя таким... Таким... Пустым», «послушай сам себя, ты принимаешь себя нет, ты хочешь быть счастливым нет, ты хочешь умереть... Ты не знаешь, всё это — такая глупость»

— «Удар». «Замолкни, ты, ты и ты, вы все, замолчите, заткнитесь. Решили подать голос, да?... Вы ничто, вы никто, вас нет, лишь моя больная шизофрения, не более вас нет. Я реален, всё реально, я ощущаю боль, я ощущаю себя, значит, я жив, всё... Реально». — нужно больше времени, чтобы прийти в себя, но хотя бы одна положительная сторона: я в себе уверен, хотя бы немного я себя контролирую, и я понимаю суть происходящего на данный момент.

Киллерр, как и Хороррр, тут не задержались, не сказать, что мне неинтересно, но все же подробности я узнаю, так как есть тот, кто расскажет об этом. Открыв разрыв, затолкав сильно раненого, оставив меня здесь одного в компании безумных ученых непонятной мне науки. Киллерр перед тем, как уйти, решил рассказать о сувенире как подарок о первом приключении, сказал, что когда я вернусь, он меня будет ждать в замке в моей комнате... Я не знал, что у меня есть комната.

Выйдя из комнаты, меня ждала она, на удивление она проявила тактичность, видя мое не самое лучшее состояние. Зайдя обратно в лифт и поднявшись наверх, отправились на этаж выше, предоставив комнату, кровать и шкаф с одеждой, на удивление моей, классической, ненадолго. Перед тем как уйти, я передал ей этот камешек, на что она сильно побледнела, выбежала из комнаты, а пришла с двумя монстрами в защитном костюме и контейнером наперевес, поблагодарив за предоставленный экземпляр, они ушли и, как сказали, оставили меня пока на мое усмотрение.

Что это было, почему такая реакция на эту вещь, мне не ведома, она на что-то влияет, влияла ли она на меня, неизвестно. Лежа, глотая очередные таблетки и восстанавливая раны, чувствую себя хоть толику живым, хотя и ощущаю себя лабораторным грызуном. Впрочем, плевать, главное, чтобы не доставляли дискомфорт.

Какое у меня к ней, да и всему персоналу этого учреждения отношение, сугубо нейтральное, мне, впрочем, все равно на них, у босса явно есть какие-то планы на них и на этого руководителя, так что я здесь ненадолго, по крайней мере я надеюсь на это. Их же лекарства ускорили процесс восстановления, но у них есть сильный побочный эффект — и сильное привыкание лишь одно из эффектов, так что следует использовать их лишь в крайнем случае.

Проходили, наверное, часы, я лежал не мог заснуть, сон мне уже не нужен, а раны уже восстановились до приемленного состояния. Я чувствую себя... Лучше... Живее... Непонятно. Пожалуй, та прогулка с ним на многое открыло мне глаза, многое показало и всё прояснило для меня. Голоса, они пусты, бессмысленны, я хочу, нет, я буду делать то, что он хочет. Хватит уже жалеть себя, пора начать действовать решительно.

Однако... Всегда есть шанс... Выйдя из этой комнаты, спускался обратно вниз, по пути попадали разные монстры, но никак не останавливали и не реагировали на меня, видимо, знают, кто я, тем же лучше, так или иначе мне нужен их главный, руководитель, ученый или кто бы это ни был, дела не ждут. Найдя ее, на что она тоже среагировала, увидев меня, хотевший уже что-то сказать, я ее опереди.

— Где он? — простой вопрос, но он вызвал у нее ступор, это было забавно.

— П... Простите, что, — Килерр ее недолюбливает и испытывает сильную неприязнь, чем она смогла его зацепить, что вывела его на такие эмоции.

— Повторюсь один раз и поставлю все точки на «ты», — напряжение в комнате выросло, она это почувствовала. — Мне абсолютно плевать на всё, что у вас тут происходит, у меня есть миссия, а тот, кто может его дать, отсутствует в вашем учреждении, так что я повторю, где он.

—Я... Сама не знаю, даже не знаю, когда он вернется, являсь третьем лицом он передал мне полномочия и также цель... Видимо, вашей миссии.— проторобанила она состроив максимальный жалкий вид на что вызвала лишь мое раздражение.

— Значит, ты третья? Впрочем, неважно, меня все еще интересует тот инцидент, а также исследование аномальной природы моего приятеля, я так понимаю, у нас куча времени, так что можешь начинать и попутно объяснишь, в чем именно проблема, и чем скорее это решится, тем лучше для вас, чтобы я не нервировал остальных от моего пребывания здесь.

— Как скажете, прошу, пройдёмте. — Как она рассказала, этот инцидент с киллером был чередой саботажа и откровенного восстания некоторых членов ее группы, что решили идти в обход данного договора и насильно захватить аномалию, то есть киллера, без на то ведома руководителя и ее саму. Чем он им так приглянулся, непонятно, может, особенность его души или еще куча факторов. Килерр попал в их ловушку в одной из АУ и чуть не погиб, они использовали запретный образец одного существа, чем они думали на тот момент — непонятно, и как они бы действовали позже — тоже. Но килерр смог разобраться и с образцом, и с недоучеными, а когда узнал, кем они были, что ж ей повезло. Ее спас руководитель, виновных, кто знал об этом и поддерживал данную затею, отдали на растерзание ему, но он не забыл, из-за кого он попал в эту ситуацию, и всегда напоминает об этом, дай ему хоть повод. Как она сама сказала, подобных случаев было куча, он не только колечил ее, но и других, не убивал, развлекался, так сказать

Тот образец смог довести его почти до смерти, после уже были разбирательства со стороны и босса, и этого руководителя, чем он закончился — неизвестно, но рамки и условия данного договора стали строже, а контроль сильнее

— Интересное у вас событие.

— Это было давно, сейчас всё по-другому. — Подойдя к столу, она передала мне копии бумаги по поводу тех исследований аномального объекта, то есть хоррора. Хм, антипустота и его последствия длительного прибывание. Не первый раз об этом слышу, будь то от киллера или босса.

Чем вообще состоит их работа. Как она говорила, исследование аномалий — это, если коротко, таких как я, хоррора и других подобных мне существ, но в основном изучение пространств вне досягаемости, таких как антипустота или бездны, точнее тех, кто смог с ними взаимодействовать, и таких было куча... Ключевое слово было.

Дойдя до некой комнаты, зайдя внутрь, и перед глазами предстало души, что я и не видел, да даже не подозревал о возможном существовании таких сотни разных оттенков цветов, сотни колб, и в каждой такая разная.

Не стал расспрашивать более подробно, это не нужно, лишь одно: зачем она мне это показывает и в чем заключается их проблема. Изначально я все-таки думал, что мне всё объяснит именно этот индивид, признаюсь, кое-какой интерес во мне он вызвал, но, видимо, не судьба, и придется слушать ее.

Она, как и все здесь, крайне боится меня, как и Киллера. Либо у них сложилось в голове, что такие, как я, явно ненормальные, из-за Киллера же, хотя они сами не лучше, но при этом для них мы какой-то кошмар. Это крайне раздражает, что от любого моего резкого движения они напрягаются, что едва ли готовы бежать, это касается и ее.

По поводу моей задачи, она начала издалека приводить какие-то формулы да примеры тех или иных событий, непонятных мне терминов. На этом мое раздражение достигло пика, переходя в ярость.

«Удар» — кулак осел рядом с ней, пробивая стену, на что вскрикнула, сжалась и замолчала.

Глядя на неё и мысли об убийстве не казалось мне плохой идеей, но я сдержал этот порыв. — Признаюсь честно... Вы все меня очень нервируете — ученые нет, все они тут убийцы, и у каждого свой УР, и у нее самый высокий показатель — это меня выводить из себя. — Но знаете, я не как он, я намного хуже. — Это отвратительное чувство. — Что вы здесь делаете, мне всё равно. У меня есть задача, которую мне нужно выполнить, и после этого я уйду и забуду об этом. — Аргумент оказал сильное влияние, она сказала как и то, что я должен сделать

***

Радость окружающих монстров, новое начало для них, счастье, что они впервые увидели солнце, это я наблюдал кучу-кучу раз, и сейчас я наблюдаю это опять.

Снег, холод, голые деревья и слабая метель — это меня окружает. Позади меня стоит мост, а за ним и дальнейший путь. Куда? Вперед, зачем, в конец. Пацифистский тамлайн — конец его пути, барьер разрушен, и ему осталось только сделать шаг, но перед этим он решил пройти по всем местам, навестить новых знакомых, друзей, места. Друзья, мои друзья все они мертвы уже очень давно, чего мне стоило сдерживать себя, чтобы не подойти к ним, поговорите по-настоящему... Однако осознание этого кажется мне настолько нелепым. Они мне никто, они не мои друзья, это не мой брат, они для меня никто, как и я уже не тот.

Такие миры, как этот, что копирует мой дом почти во всем, они закрыты для босса, и чтобы попасть сюда, ему бы пришлось сильно постараться, но в итоге я здесь и жду кое-кого. Разработка некого прототипа этого телепорта работает так же, как и его телефон, но он имеет обширную зону влияния. Это вселенная, и то, что я нахожусь здесь, этому тому подтверждение. Оказавшись где-то в районе столицы, нужно было лишь оставить метку, какой-то энергетический след, чтобы потом вернуться в эту же вселенную, но уже с другой целью

Это дело настолько незначительное, его мог выполнить любой из этого персонала, но в итоге это делаю я, причины, как сказали, в неком шаблоне, а точнее, на похожесть с моей реальностью, и для того, чтобы не сразу заметили вторжение иноземца, этого короткого времени хватило бы, чтобы сделать всё быстро и сразу уйти, но в итоге я забыл об этом, все мои внимание приковал этот человек.

Дело было сделано, и уходить через телепорт было бы верное решение, но, увидев его. Всегда есть это «но», почему я пошел за ним, почему я следил за ним по всему подземелью. Ответ прост, он очевиден. Всё дошло до того, что я стою тут жду его прибытия.

Он вернулся к началу, к месту падения, кое с кем поговорив, он пошёл обратно тем же путем. Выйдя из руин, он пошел вперед... И увидел меня. Что он ощущает, что чувствует по отношению ко мне, кем он меня видит, этот человек... Еще не сделал непоправимое... Еще. Он невинный... Да... У него есть шанс уйти живым... Нет.

Он стоит напротив меня, этот человек, я смотрю на него и делаю шаг, он делает шаг назад... Боится.

— В чем дело, малой, не узнаешь своего приятеля? — Что я чувствую, смотря на него, таково, праведного, доброго, живого душой и телом, куча мыслей в голове. В моих словах нет ни капли тепла, ни капли жизни, я это знаю уже очень давно

— Санс? Что... С тобой? — Его слова такие теплые, добрые, живые. Он не понимает, он не знает, это другой человек, не "он", хоть и так похожи, но это не "он"... Но он будет.

Со мной? Ха-ха, со мной всё в порядке, это с миром что не так, ха-ха-ха, он кажется, сломался, ха-ха

— Санс. — Он пересиливает свой страх передо мной. Он делает шаг в мою сторону и протягивает свою руку. — Что бы с тобой ни случилось, я... Всё исправлю... Дай мне руку. — Это... Достойно восхищения. Я смотрю на его руку и его лицо, присматриваюсь и понимаю, что не вижу его лица, я вижу «лишь» его лицо. Каким бы он ни казался мне, я знаю, он будет таким же

— Я давно тебя не видел... Вечность по моим меркам, ха-ха. — Ведь какая разница, какой он, каким будет, ведь всё это, этот мир не имеет смысла для меня, не имеет значения. У меня есть цель, только он, его душа, этому миру будет лучше без него, ведь всё так, всё именно так.

— Санс, успокойся, всё будет хорошо, дай мне руку, и я всё исправлю, обещаю. — Он не понимает, с чем имеет дело, он не знает, кто я, он называет меня другим именем, это забавно, это весело смотреть на его попытку... Так же, как и он давал мне ложную надежду, так и ему я дам подобное.

— Обещание — я ненавижу давать их, в какой момент я размышлял, какой бы был исход, если бы я с самого начала убил его, не дал ему надежду, что бы было со мной? — Они нужны, чтобы их нарушать. — Ответ не важен, я тот, кто я есть. Я... Тот, кем я стал. Но почему... Что со мной, почему я просто не убью его, почему я дарю ему какую-то надежду на мирный исход, просто сделать дела и быстро уйти, но... Это же веселее смотреть на его потуги.

Санс, прошу, дай мне руку, всё будет хорошо, — маленькими шагами она приближается ко мне всё ближе и ближе.

— Я всегда хотел дать тебе ответочку, — сказав это, она остановилась, увидев, мое выражение лица, и почувствовав от меня опасность, она сделала шаг назад, ибо она боится.

— Что сломается первым? — теперь я делаю шаги в его сторону, попутно отрезая пути отхода, рядом материализовалось три бластера, готовые стрелять. — Твое тело или душа, — бластеры выстрелили, но... Урон не прошёл, моя атака заблокирована.

—С... Санс? — говорит она, смотря на оригинальную версию меня. Я отвлёкся, не заметил его, моя ошибка, снова

— Малой, стой позади и не высовывайся, — сказал он, смотря на меня, я смотрел на него.

—Тебе не стоит этого делать, — говорю я это, и позади меня появлялись бластеры и кости, что были направлены в их сторону. — Я не враг тебе, и лучшее, что ты можешь сделать в данной ситуации, это уйти с дороги и дать мне закончить начатое. — Почему он тут, зачем он... его защищает, почему он его защищает?

— Не думаю, что это такая уж хорошая идея, — говорит он. — Ты, с тобой явно что-то не так, ведь так, приятель? Ты... Кто ты такой?

— Ты смотришь на последствия. — Смотрю я на человека, что сжался сзади. — Его действия, и я повторюсь последний раз: уйди с дороги и дай мне забрать его.

—Что бы ни произошло с тобой, это... Ужасно, правда... Но мы сами разберёмся в этом, да и обещал одной леди, что с ним ничего не случится, так что прости, но этого не будет.

Смотря на него, на себя, я испытываю только ярость, ненависть к нему, к себе, тем, кем я был. Он идиот, он глупец, не понимает, что то, что я делаю, это милость для этого мира, освобождение от него навсегда. Какой же он идиот. Впрочем, он сделал выбор, он умрет, защищая его, как и он. — Как я тебя ненавижу, — бластеры начали стрелять, атака полетела в их сторону, битва началась и сразу закончилась, меня буквально расщепило и выдернуло из этой реальности, из этой АУ обратно в лабораторию... Кто-то точно теперь умрет.

***

Недовольные и злые, виноват лишь он в нашем настроении. Кидай камень, ведь он зло, избить его — это отвага. Темный, страшный, бессердечный. Зачем он нужен, ведь без него останется лишь радость и веселье.

Он улыбнулся, значит, кому-то плохо. Он плачет, значит, хорошо. Он пытается дружить, замышляет зло. Ударь его, избей, избавься, пусть уйдет, ему не место здесь со всеми. Он лишний, он ошибка, он злодей, а ты добро.

И снова сотворил он зло и показал свою истинную сущность. Убьем его, ведь заслужил, и снова к нам вернется наша радость. Стреляй, сжигай, убей его, но ничего, лишь пустота и тьма, что пробудилась.

Он засмеялся, улыбнулся, и страх мы все узрели. Он посмотрел, и ужас нас сковал, ошибка ли было то суждение, но поздно, ведь кошмар мы пробудили.

Глава 6

Самые разные, такие уникальные и многогранные цвета всех оттенков. Белое и чёрное, желто-синее или зелёное с оттенком пурпурного. Оранжевое свечение перемешивается с фиолетовым и красным, а зелёный с розовым вместе с черным и фиолетовый с голубым оттенком, и так множество раз. Они возникают в один момент и исчезают, и на их месте сразу же возникает новый цвет с новым оттенком.

Бескрайняя пространства, что не видно конца, даже начало, и каждое свободное пространство занимает большие, средние, маленькие или огромные острова разных цветов и разных размеров. Каждый из них уникален и отличается от того или иного, будь то в пейзажах или же цвету.

Но не только они вольеруются здесь, если присмотреться, то вокруг них мерцает малые барьеры и летают искры, опять же куча разных цветов и оттенков: барьеры же от больших до маленьких, от маленьких до средних, огромных и гигантских, в зависимости от размера острова зависит и величина тех полупрозрачных барьеров, и сколько цветов и искр парят вокруг них. Это очень трудно уловить или же даже увидеть. Глаз не успевает даже засечь все эти меняющие цвета, также они не успевают уследить за парящими островами, что меняются местами мгновенно и незаметно для наблюдения

Они парят по бесконечным просторам в начале, в конце или же сейчас, ответ на который ни у кого нет ответа. Те же острова, что существовали здесь уже практически вечность, те, у кого высохли цвета, погасли искры и исчезли оттенки, они разваливаются на множество частей, ознаменуя, что их срок вышел, но не само их существование. От кусков этих островов зарождаются новые и приобретают свои цвета, свои оттенки и искры. Они меняются, они соединяются создавая новый остров создаются новый барьер, что их держит, не давая развалиться, держа то, что только что зародилось снаружи и внутри них

Если снаружи цвета и оттенки, что окружает эти острова, то внутри них то, во что оно превратилось, во что зародилось, что она дала и ради чего вообще она существует. Что порождает каждый остров. Каждый остров ознаменует свой целый мир: от маленького и огромного до незначительного, но интересного или необычного, но завораживающего. Что внутри них, что происходит там, это знают немногие, те же, кто знают, с интересом наблюдают за зарождение новых островов, новыми цветами и новыми красками, что они приносят.

Но, однако, вид, цвет, как и всё, что окружает всё это, как и этого пространства, лишь одно из многих обличий, что принимает самую разную форму для понимания. Всё, что здесь находится, всё это принимает свою форму, как оно пожелает, может, от настроения тех, кто находится в этих просторах. Оно может стать более простым для понимания наблюдателя, или оно может даже стать столь незаметной, чтобы ее не увидели те, кто намеревается им навредить. Что вообще представляет всё это, непонятно ни для кого, но это не важно для наблюдателя.

Может, всё это творение неких творцов, может, и да, или нет. Или же, может, это просто некая магия этого места необузданная и такая разносторонняя, как хаос и порядок, свет и тьма, магия вместе с наукой, всё может и не может быть не так важно, не так значимо для этого места, оно просто есть, просто существует и открыта для многих, для тех, кому нужно это как вдохновение или муза, или яркое солнце вместе с темной луной. Те же, кто попадал сюда случайно, они терялись, заблуждались и вовсе пропадали, те, кто искал их намеренно, они не находили их вовсе, а те же, кого призвало это место, они чувствовали себя как дома, что могли зайти или выйти в любой из этих островков или того или иного пространства для их удобства, для вдохновения и своей музы.

Как ее только не называли в этом месте, возможно или нет, это пространство зародилось от чего-то воображения или его создали искусственно, но тогда вопрос кто и как. Много разных домослов, теорий или сказок, которые никогда не обсуждались в этом месте, которые никогда даже не обдумывались ни разу за все время существования здесь. Да и зачем думать о том, как они появились, как приобрели свой цвет, свои оттенки, свои краски, это не важно для наблюдателя, это не имеет смысла не имеет значения... Ведь правда... Может очень... Сильно... Опечалить.

Оно имеет множество форм и видов для понимания, ведь они так загадочны по своей природе и завораживают, что для наблюдения или самого наблюдателя, давая ему что-то новое. Ведь всегда приходят новые идеи, новые события или приключения, новая история, что за этим последует, какие последствия повлечет.

Наблюдатель же лишь один из многих его образов и ролей. Он тот, кто наблюдает за этим, тот, кто был здесь, возможно, из первых, тот, кто называет себя по-разному, но он взял себе образ тот, что остался с ним навсегда, тот, кого называют художником

Для него всё это место является центром его мира и смыслом его существования. Для него каждое новое явление очень интересно, очень значимо каждое новое событие или нового приключения. Ведь художнику важно, а главное — нужно это запечатлеть, будет это хаос или порядок, свет или тьма, трагедия или радость от нового события и приключения и что за этим последует. Всё это не так важно для художника. Важно лишь то, что он хочет это запечатлеть и запомнить

***

Пространство, что вне определённого времени, такое тихое и спокойное, оно может иметь множество видов и форм. Но здесь и сейчас оно имеет другой вид, более приземлённый для удобства, более упорадочное. Оно стало местом, может, домом или тем местом, где всегда можно что-либо увидеть, посмотреть или вдохновиться, впечатлиться и зарисовать, чтобы потом снова повторить этот круг, пока не появится что-то уникальное, что-то необычное. Увидеть ту же историю в рамках или поучаствовать немного в ней же, есть просто куча идей и ещё куча таких разных моментов, что нужно записать, зарисовать, запечатлеть и, возможно, даже поучаствовать и прочувствовать всё это на себе. Но наблюдатель, может, хранитель или же художник, остановился лишь в качестве смотрителя...на данном моменте, что ищет вдохновение или новое необычное явление.

Но вдохновение всегда ищут в бумаге и черниле, так проще, так легче не заплутать, не потеряться от обилие цветов, так легче найти то, что нужно, ставит пометки на листе записывать, чтобы не забыть или чтобы узнать о том или ином событии. Яркое свечение солнечного света заполняет всё пространство, такое же бесконечное, но упорядоченное, более спокойное и не хаотичное. Везде видны белые дыры, что приняли форму листов, внутри же куча разных цветов, названия и описание, что не видны обычному глазу, но понятны тому, кто смог немного упорядочить тот хаос, чтобы было намного легче наблюдать, вдохновиться или просто насладиться своей работой, своей красотой и теми чувствами, что приносит по мере завершения еще одного листа.

В каждом листе та или иная пометка и к чему она относится. Будь то маленькая история или событие в каком-то мире, может, даже сам целый мир расписан в этом белом пространстве в белом листе. Множество листов и множество пометок. Они висят все упорядочены, будто все так и должно быть. Они вызывают радость и гордость от проделанной работой, некое умиротворение или даже некое спокойствие и важности от того, что происходит внутри. Будто некий стимул или же даже своя значимость и осознание в том, что это твоя работа, что это твои труды — такая важность и значимость для себя и очередная гордость.

Много времени прошло с тех пор, много событий и приключений. Когда-то художник, как он себя решил называть, был совсем один, а везде лишь пустота. Никому не нужный, всеми забытый или оставленный. Ко всему безразличному, пустой внутри, как чистый лист, как и то белое полотно, что его окружало. Не видя смысла во всем ни к своему существованию, да даже не имея понятия, что такое это жизнь. Просто пустая оболочка без чувств, без жизни, без смысла.

Сколько он себя помнил, он смотрел на пустоту всё свое существование, на белое полотно, пока однажды он не заметил что-то другое. Это было что-то новое, не то, что он видел, а что-то совершенно другое. Он захотел увидеть это поближе, он приблизился к этому. Оно было такое необычное, не то что он видел все время, а другое такое разное, он не знал тогда других слов. Прикоснувшись к этому, он увидел, почувствовал, ощутил что-то новое. Тогда он стал чем-то другим, впервые за всё свое существование. Что это было, что он ощутил — интерес, заинтересованность, он уже не помнит, но помнит, что он захотел этого еще снова ощутить, снова увидеть и снова почувствовать, снова стать кем-то, а не пустым.

Он искал и находил всё новое, такое разное и такое красивое. Прикасаясь к ним, он возвращал те ощущения, оно заполняло его, делало его чем-то другим, оно делало его живым. Новое, необычное, новое и живое — он становится живым и целым. Пока это был интерес, потом некое чувство радости, что он нашел еще, потом грусть, что не нашел. И так по крупицам он находил цвета, он находил свою краску, свою жизнь и свой смысл. Так зарождались его чувства всё новые и новые. Радость и печаль, страх и гнев, отвращение и то, что он не хотел бы вспоминать, но всё равно не отказался бы, тогда это были черные дни.

Он стал чувствовать, он ощущал всё пространство вокруг, он находил всё больше и больше. Потом он узнал слово и понял малый смысл. Некое зародившееся новое чувство внутри подсказало ему, что это цвета, это краски, это новое явление. Он стал чувствовать, он стал жить, он родился, он осознал себя, он понял, кто он. И он не хотел терять эти чувства снова, ведь без них он не "он". Так со временем прошло много времени, он смог открыть для себя новые места, он увидел много нового интересного. Будь то простой камень, песок или вода, небо и земля, ветер и жара, звезды и солнце — всё это было удивительным и прекрасным. Столько разных цветов и явлений, столько разных мест, так не похожих друг на друга, это было замечательно.

Прошло еще много времени, он встретил уже других, таких же, как и он, ну почти, они были другие, живые, настоящие, не пустые, они были разные, и их было много. Кто-то добрый, кто-то злой, скрытый или смелый, отважный или глупый, кто-то пытался с ним говорить, и он научился также разговаривать, общаться, как они друг с другом. Это было незабываемо, необычно и новое и прекрасное. Он не умел выражать эмоции, но он научился играть и говорить, как они, это ненастоящие, нет, они похожие, и для него все это было настоящим

Он не понимал, почему кто-то грустил или злился, плакал или смеялся, но он учился и стал понимать хоть немного, и это делало его целым, настоящим, живым, куча всего на самом деле. Много-много времени прошло, за это время он встретил так много, он завел и друзей, и врагов, он завел хобби, что стало потом частью его. Он нашел потом обустроил и закрепился в этом месте, и это стало его домом.

Много времени прошло... Даже слишком много, и со временем то, что казалось необычным или интересным, стало простым, а та роль, что он выбрал, стала рутиной, и лишь в редких моментах было что-то...

— Прости, что отвлекаю, Инк, но есть разговор. — Туман в голове, и мысли о прошлом пропали сразу, возвращая в настоящее. Переводя взгляд на прибывшего. — Надеюсь, я не отвлёк тебя... Прости... Ну я ждал, наверное, очень долго...

Улыбнувшись, закрыв блокнот и выпив флакон, секунда и — нет, конечно, нет. Дрим, я всегда рад тебе, а точно вот, — указывая на стол и стулья, что только что появились из взмаха кисти. — Вот присаживайся... Оу, точно, где мои манеры, может, чаю.

Дрим, что означает мечта. Много понятий и формулировок, самые разные, под разным углом приобретают разный смысл. Он был таким или стал, столько смысла в простом имени, что определяет тем, кто он, был и есть.

Считал ли он его другом — да, был ли он интересен для него — тоже да. Путешествуя по множеству миров, он однажды нашел и оказался в ином пространстве. Оно было пустым, но огромным, будто бы здесь что-то должно было быть, но не было, и лишь изманадежное, вырваное и почти уничтоженное некое место парило над ними.

Оно было всем и ничем одновременно. То это был остров или огромная многогранная дверь, как его листы только больше, но иногда он видел дерево на этом месте, мертвое гниющее дерево. Смотря на него, он чувствовал только пустоту внутри. Он не хотел больше его видеть. Изучая это, он нашел вход, но не мог туда попасть. Он не понимал, что это было, оно его не пускало в это место, что было странно, ведь оно было. Но, видимо, закрыто абсолютно для всех и каждого.

Не раз он возвращался сюда, искал те или иные способы попасть внутрь. Всегда пытался пройти, обойти, даже посмотреть, что внутри, хоть одним глазком, но всегда натыкался на препятствие, и так прошло много времени, вскоре это стало традицией, когда вспоминал, он возвращался, и однажды в одном из непримечательных циклов он попал внутрь. В этот мир, а точнее, на ее остатки. Всё было мертво: земля, небо, даже те же цвета, краски и оттенки — всё это было мертво.

Это место... Высасывало всё хорошее, что было внутри него, оставляя лишь не самые приятные чувства, а с этим и воспоминания. Вскоре он увидел и дерево то мёртвое, пустое, и гниющее дерево, а рядом с ним и его Дрима, что смотрел на него и плакал...

— Инк, инк, ты слушаешь? — махая рукой около лица, он вышел из раздумий и с неловкой улыбкой и виноватым видом посмотрел на него.

— Ой, прости, пожалуйста. Ты ведь знаешь, когда меня заносит, я забываю обо всем на свете, — достав блокнот и показав новый рисунок, — посмотри, что я придумал, думаю, ты оценишь — скорее нарисовано под впечатлением, чем что-то детальное.

— Инк, — хотевший уже кое-что сказать, он был сбит энтузиазмом художника, что начал рассказывать ему о своих приключениях.

— Ты представляешь, я наткнулся на интересного персонажа, хотевший уже с ним познакомиться, он сразу же пропал, странный тип и немного жуткий...

— Инк, — но снова был перебит, казалось, что он делает это специально, но Дрим, что знал его очень давно, понимал, что это его обычный характер, что болтает без умолку, когда он чем-то вдохновлён и впечатлён, или же просто прелюдия к чему, но, увы, сейчас не до этого.

— Также навел мосты под подводным миром, там довольно интересная фауна, но правда здешние жители крайне агрессивные, но, судя по всему, кто-то узнал меня и...

—Инк — на этот раз это было произнесено строже и сильнее что художник все же замолчал увидев серьёзное лицо Дрима... Что сразу смягчилось.

— Прости, пожалуйста, но дела и правда срочное, — Возможно, сейчас он не в лучшем состоянии, но это не повод для уныния. Ведь ещё ничего не случилось.... Пока

— Нет-нет, ты прав, я и правда заболтался, говори, я слушаю, в чем проблема друг?— с беспокойством спросил Инк, всё же очень редко можно было увидеть его таким серьёзным и, как он заметил, уставшим и в некоторых местах даже потрёпанным, видимо, у него был тяжёлый день.

— Спасибо, но всё равно извини, всё в последнее время непросто, а теперь вообще кошмар, я уже объяснил ситуацию, другим и ты один из немногих, к кому я могу обратиться с просьбой, у тебя довольно большой кругозор. — Хоть и не единственный, есть и другие, но Инк как хранитель имеет намного больше сил, как и возможностей, если, конечно, сильно его заинтересовать, или же если проблемы не будут мультивселенского масштаба, что крайне нежелательно.

— Твой... Брат? — неуверенно произнес он это, хотя и причины могут быть и иные. Ведь есть куча проблем блага, одна из крупных, по крайней мере временно нейтральная, но всё равно крайне опасная. Что до Найтмера, то Инк не видел в нём сильной угрозы, да, то, что он может совершить, довольно неприятно, но до каких-то прям крупных инцидентов и масштабов он пока, по его памяти, не доходил, и, надеется, не дойдёт, все же встречи с ним крайне... Неприятны для него.

— Возможно да и не только... Инк, я знаю, что для тебя это довольно мелкие инциденты и, возможно, легко игнорированые что ты возможно пропустил бы но сейчас явно что происходит что-то очень серьёзное, и то, на что даже я сам недавно наткнулся, со многими АУ что-то происходит, что-то страшное, что не объяснить... Мне нужна помощь.

В Недоумение, наклонив голову, Инк не мог понять, что он имеет в виду, он всегда так или иначе на страже, и если бы с мирами что-то случилось, он бы это почувствовал, но за всё время не было ничего существенного. — Если честно, Дрим, я не совсем понимаю, о чем ты можешь объяснить?

Дрим кивнул, глотнув чая, и, немного успокоившись, стал рассказывать о нескольких инцидентах, а именно множество убийств тех или иных путешественников, или же пустые миры, но не уничтоженные, или то, что Корр не может попасть в некоторые места, и то, что она не видела тот или иной, инцидент, явно кто-то постарался, чтобы она не узнала, и всё это только верхушка, а дальше лишь больше мрака, и всё это оставалось незамеченным очень долгое время, лишь благодаря случайным совпадением это обнаружили

Хм, — задумался Инк, и правда очень много необычного и даже загадочного, явно кто-то вел очень долгую игру, да настолько скрытно. — Хм, пустые миры, а сами они целы. Эх, разрушитель будет в ярости, когда узнает, но всё равно не думаю, что это что-то страшное. Дрим

На что он покачал головой, не соглашаясь с этим. — Нет, не совсем дело в этом. В ходе некоторого расследования, благо были те, кто мне помогал, я тебя с ними познакомлю в будущем. Так вот, углубляясь всё глубже, я — явно с трудом он это говорит, явно что-то, что его сильно задело, — наткнулся на что-то страшное, по-настоящему страшное. Инк, изначально я думал, что это один такой мир, какой из многих миров, но потом я встретил их... Обитателей и саму их суть.

— Но ведь знаешь, что всякое разное может быть. — обитатели разных миров могут иметь самую разную форму, даже жуткую, увы, такова их природа, но всё же в чем причина его нервозности?

— Нет, не так, это другое, это был не мир, а миры, они... Их скомкали в одну кучу. Инк просто сотни разных миров объединились в один мгновенно, это... Неестественно, инк это сделали намеренно какой-то... Или что-то... Я не знаю.

Это уже и правда сильно насторажило, то, что касается АУ, касается и его, и то, что он это тоже не заметил не почувствовал, очень сильно удивило и насторожило его, взгляд стал серьёзнее, и радость испарилась, оставляя холодную голову. — Если это правда, то, безусловно, заслуживает внимания. Хотелось бы узнать подробности, Дрим, как ты нашел это место?

— Эмоции, инк там, всё перемешано, и уф, лучше бы я этого не видел, но если бы только это. — Рассказав более подробно об этом месте, подмечая на то, что это явно сделали намеренно и искусственно, тот, кто обладает такими силами, явно ненормальный, и его следует найти и быстро, но он лишь одна из проблем, есть и другие, и, возможно, они связаны, пока непонятно

— Эти убийства, инк, да, были прецеденты, но сейчас это перешло за гранью некоторых путешественников, я знал, но их убили, а их миры, их обитатели пропали, возможно, убиты. Корр и я проверили, я думаю, в этом частично замешан Разрушитель. — Эти события мелочи, но если объединить со всем тем, что имеется, то вырывается не самая приятная картина, и не факт, что они связаны, но все-таки нужно будет со всем разобраться постепенно, так на самотёк это оставлять нельзя.

— Я давно не слышал о нем, Дрим, с последней нашей битвы он отступил, и больше я его не видел, думал, он на пару сотен лет будет в антипустоте и не выйдет, ты уверен, что он замешан в этом? — Разрушитель или же Эрорр — ошибка, что не должно существовать, но он есть. Идейный враг для него полная ему противоположность.

Если он любил созидать и творить, то он всё это ненавидел. Все АУ всех персонажей, абсолютная ненависть ко всем, даже к себе. Он разрушитель миров от и до, что не оставляет за собой ничего, он стремится уничтожить абсолютно всё, оставив лишь пустоту, это белое полотно, а значит, он стал его врагом, как и он ему.

Но сколько бы они ни сражались, никто не смог уничтожить друг друга. Множество миров было стерто и спасено. Много ран они наносили себе и другим, но в итоге никто из них не смог одержать победу.

Будь у Инка поддержка в виде Дрима или других, сил всегда не хватало, будь то само мироздание защищает двоих и не даёт победить друг друга. Это вечное противостояние, война на полное уничтожение, где никто не сможет победить. Со временем Инк остыл к нему, да, он был угрозой для него и для миров, но его цель, как считал Инк, будет вечной, то есть бессмысленной. Но что-то в нем его заинтересовало, что-то необычное.

Может, влияние длительного противостояния и времени, или он стал частью его жизни, но так или иначе Инк может смело назвать его не кровным врагом и не союзником, а «другом». Крайне высокомерного и очень нестабильного, когда он называет его другом, что он начинал глючить буквально, и битвы превращались хоть менее смертельные, но все равно весёлые побегушки по мирам. Но все же он стал частью его жизни. Он тот, кто стал ему настоящим другом, ведь он всегда выслушает, хоть и насильно, всегда готов быть рядом, чтобы проломить ему череп или переломать все тело, и всегда ищет его, чтобы... Уничтожить его. Да, он смело может называть его другом хоть крайне необычным.

Да и сам разрушитель тоже устал от попыток убить его и стал более пассивным, не таким активным, как в начале их пути, но всегда при новой встрече его все еще триггерит, когда он называет его другом

— И он работает чисто Дрим, это не его стиль, он не оставляет миры, он их стирает полностью, ничего не оставляя. — Если же он все таки замешан в этом, то это явно не к добру, и быть в беде, ведь все равно титул разрушителя он не просто так получил, так что если он будет настроен серьёзно то битва с другом будет непростой.

— Всё равно нужна каждая зацепка, каждая гипотеза, всё должно быть проверено, и так мы не должны всё оставлять, мы ведь хранители Инк, мы оба, и то, что мы это допустили, то, что мы позволили этому случиться — не надо больше слов, всё же, он был частично прав. Все же он взял себе эту роль, в отличие от Дрима, что со всей серьёзностью относится к этому. Для инка это лишь роль, но крайне важная жизненная, но все-таки роль, но так или иначе он прав, нужно действовать... Ведь это явно новое событие, приключение и история, в этом нужно поучаствовать и отдаться роли по максимум и это нужно... Запечатлить

— Хорошо, я проверю, будь уверен в этом я со всей серьёзностью займусь со всем этим — Нужно будет наведаться во многие места, повстречать старых знакомых, составить план, расписать те или иные вопросы, заняться расследованием, узнать, какие новости и события вообще произошли за это время, и куча-куча всего, что ж... Это будет занимательно, а пока.

— Дрим, по поводу этого места сможешь отвести меня туда, мне крайне интересно узнать, что это из себя представляет, возможно, я что-то и узнаю, — на что он покачал головой, отказываясь, на мой вопросительный взгляд он ответил.

— Это место, где я оказался, очень нестабильно, словно само пространство всё искажается, там всё сломано. Инк. Эти миры вне поля моего поля зрения. В прошлый раз я обнаружил их случайно, но после того как я отступил, оно исчезло, и на данный момент нет возможности его найти.— Здешние обитатели сохранили свои привычки, маршруты и делают то, что делали до слияния, что выглядело крайне жутко, по большей степени они спокойны, не агрессивны, они просто существуют, но если увидят чужака, они впадают в неистество, и тогда там начинался настоящий апокалипсис не в пользу Дрима. На тот момент ему пришло отступить, и после он потерял хоть какую-то связь

— Я постараюсь что-нибудь узнать. По этому поводу Дрим, я займусь, это будет приоритетной задачей, а после мы разберемся.— Так или иначе, эти слияния явно созданы намеренно, кто бы это ни совершил, его нужно обезвредить, он угроза на уровне разрушителя или кошмара, третьего такого существа ни к чему, тем более то, что он сделал с мирами... Отвратительно.

— Инк, еще кое-что нам нужно место, чтобы быть на связи, тебя крайне трудно найти. — Сказал Дрим, и идея общего временного жилья пришла сразу, точнее, кое-кого, кто точно будет рад им обоим. — Блубери!!! — выкрикнул Инк, ведь правда давно стоило бы навестить одного из первых друзей, наладить контакт, так сказать

—Инк, — с беспокойством сказал Дрим, — он не любит, когда ты его так называешь, и вряд ли он будет рад именно тебе. — Причины все-таки для беспокойства были, ведь прошло и правда много времени с их последней встречи, что закончилась не на самой приятной ноте.

Да не волнуйся, мы же с ним были лучшими друзьями, ты, я и он, представь, вся троица будет вместе. — с воодушевлением говорил художник, абсолютно не замечая очень тревожный и беспокойный взгляд, направленный на него

Может, найдем другое место, да ты и... — не успел Дрим продолжить, как Инк подхватил его за руку, взмахнул кистью, мгновенно, и они сразу оказались у входной двери. Постучав несколько раз, дверь открыл «Свап» Санс с доброй улыбкой и звёздными глазами в голубой одежде.

Но увидев, кто стоит перед ним, улыбка пропала, звезды потухли, и лишь сильно злые, уставшие и раздражённые голубые глаза с оттенком немного красным и жёлтым смотрело на них, что сразу потухли, оставляя лишь голубой цвет. — Блубери, давно не виделись, дай я тебя обниму, — сказал Инк, распахнув обе руки и ждавших объятие.

—Кто-то явно напрашивается на неприятности, — потерев голову и уняв раздражение и злость, выдохнув и сказав: — Инк... Вали в пустоту... — хотевший уже захлопнуть дверь, но увидев рядом Дрима, слабо улыбнувшись. — Дрим, прошу, в гости, может, чаю?

— С радостью, свап, но... — смотря на художника, что привел их обоих сюда и сейчас недоумевал, почему его так встретили, и на свапа, что явно не хотевший видеть Инка. Дрим, в общем-то, и не хотел его связывать во все это дело, ведь, как он знает, ему всё еще непросто в жизни на данный момент, но назад уходить уже поздно, да и неудобно, так что, слабо вздохнув, взяв себя в руки, продолжил: — Есть дело и очень непростое, так что придётся работать втроем... Конечно, если ты не против...

***

Набирая очередной номер телефона, в мыслях было лишь одно: причинение той или иной справедливости и праведного суда над виновными. Настали по истине темные времена... Хоть и до этого, и также до этого их было много... Темных времен... Но сейчас настали «очень» темные времена

Проходя все новые повороты улицы и районы, то поднимаясь по ручному лифту, то спускаясь по лестнице, попутно накормив уток на озере и купив в магазине два сендвича в дорогу. Также болтая по телефону, обсуждая те или иные крайне тревожные события, что творится на просторах или за просторами миров, а также серию убийств и среди них были те, кого он знал лично и кто был его другом.

Фиолетовое черное пальто-куртка со знаком черно-белого сердца или же души на спине, легкие берцы и штаны. Его характер необычный, даже немного странный. Но будь те же причудливые действия или же необычное поведение и полное игнорирование злых взглядов вокруг него, пока он болтал по телефону и жуя сэндвич, о многом говорит.

Он не вписывался в данное место, ведь он был не из этого мира, а из совсем другого пространства, и здесь он на данный момент в качестве гостя из иного мира для того, чтобы навестить и, возможно, прийти к сотрудничеству с одним разумным, ведь это дело касается их обоих, и они также в потенциале заполнить длинный и кровавый список

Путешественники, как их любили обзывать некоторые неординарные личности, сами по себе непростые существа и по силам, и по понятию той или иной необычных способностей, что обладает каждый, и тот факт, что их намеренно кто-то истребляет с завидной регулярностью, заставил насторожиться многих. Да не все путешественники были доброжелательны, хватало и своих крайних мерзких личностей, что ради прибавления своих сил они намеренно истребляют обитателей АУ, но, как правило, такие долго не живут, а те, кто смог скрыться и затаиться, что ж, тут в дело вступают личности уже неравнодушные к жизням простых разумных... Но вернёмся к настоящему.

В этом месте он находился тут не впервые, этот мир очень криминальный и опасен сам по себе, ведь никогда не знаешь, какая шальная пуля полетит в затылок, но благо никто не пытался и даже не думал об этом, кто смотрел на него. Причин было много, и одна из них — он был силен, нет, безумно силен, что не раз доказывал слишком зазнавшимся монстром или людям. Никто не знает, кто он и откуда, и никто не хочет связываться с ним, если, конечно, он сам не свяжется с вами.

В общем, Эпик Санс из разрушенной вселенной Эпиктейл, но благо его жители не разделили судьбу своего мира, но это уже другая история, никак не связанная с настоящим. Также проходя все новые улицы, попутно принося добро, но в основном те, кто его видел поблизости, сразу отказывались от грабежа или избиения какого-то доходяги.

— Порой всегда возникает мысль, что я главный герой какого-нибудь кино, сериала, комикса, не удивлюсь, если про меня пишут рассказы и рисуют арты, иначе не могу объяснить, почему, когда происходит какая-то угроза мультивселенского ну или поменьше масштаба, я всегда оказываюсь именно там, где должен быть. — Говоря по телефону, говоря одному своего знакомому, что еще не разделил судьбу убитых, и именно по этой причине Эпик решил начать своё собственное расследование, и итоги пока непонятны, ведь, как оказалось, всё не так просто и намного сложнее.

— Но нет, серьёзно, братан, у меня даже есть трагичная предыстория, на мне ставили опыты, и в конце я спас мир... Что нет... Не вру, братан повер, если бы не я, было бы намного хуже... Алло, братан, связь тут убогая... Да-да, я добрался... Да, я стою около его двери... Давай аккуратнее там, не лезь на рожон, и держитесь вместе сейчас неспокойные времена. —Как бы то ни было, но на душе было непросто. Он и так потерял пару хороших знакомых, а потерять еще других — это будет очень тяжело. Он не любит терять друзей, но понимает, что ничто не вечно, по крайней мере не с его стилем жизни, что всегда идёт в пекло, и лишь когда там форменный ад, он сбавляет обороты, ведь знает, что ничем не поможет со своей гибелью.

Закончив разговор и положив телефон в верхний карман (Сняв очки и фальшивые усы, уровень стелс 1000% и привязав покрепче свое тайное оружие под рукав, при применении гарантированно фатальное унижение противника), — если хочешь сделать что-то хорошо, сделай это сам, — говоря сам себе, попутно стуча и пиная дверь уже где-то в районе пяти минут. Для справедливости ради он нажимал на звоночек, и даже спустя десять минут ответа не было. Он звал и кричал, но эффект тот же, так что пришлось долбить эту бедную, но очень крепкую дверь, сделанную явно из какого-то особого сплава, что от ударов она даже не дёрнулась, чего не скажешь о доме, что стал потряхивать и сыпаться пыль.

— Братааан!!! Открывай, я знаю, что ты, там у тебя не было дел и не было никаких встреч, я проверял ведь сутки, за тобой следил, кстати, те торгаши явно давали тебе поленые пушки, но ты сам в курсе, ведь тебе нужна была причина, и я не осуждаю тебя за это. Ну же, братан!!! — он не эгоист и не ворвётся просто так, не убедившись в том, что тот, к кому он собирается обратиться, не занят своими делами, всегда дотошно к этому приходил, и сутки слежки убедили его, что данный индивид ничего не делает. Попутно колошмя всё сильнее эту бедную дверь, пока она резко не распахнулась и дуло пистолета не было приставлено ко лбу нарушителя

— Братан, не стреляй, — сев на колени, с издевательской мольбой стал смотреть на него. — Мы же столько всего пережили, братан, ты же не такой двуличный, ты не скотина, что выстрелит в безоружного... Дай мне тоже пушку что бы мы были на равных, ну же, мы же братаны, братан. — Говоря всё это с улыбкой и ехидством, пока другой смотрел с раздражением.

— Эпик, — убрав пистолет в сторону, протерев усопшие глаза, взглянул на нарушителя спокойствия, что с ехидством и хитрой улыбкой так же на колени смотрел на него. — Ты б@₽ меня доведёшь.

— Ну же, дело серьёзное. Бра... — дуло пистолета снова упёрлось в лоб. — Замолчи, хватит, ты меня бесишь, — потряхивая головой, избавляясь от, убрав пистолет, когда заметил протянутую руку с сэндвичем, всё же взмахнул рукой, приглашая в гости

Пока Эпик обустраивался в зале, сидя за столом, другой заваривал себе кофе. Подойдя к столу, Эпик протянул сэндвич, что тот принял. Попивал кофе и по обедов, окончательно избавившись от недосыпа: «Прежде чем начнёшь, да, я в курсе об этих убийствах, но мне до этого нет дела, Эпик, поищи какого-нибудь другого всезнайку, у меня, знаешь ли, своих проблем особого характера хватает».

— Братан, пойми, это касается всех и не только, дела обстоят намного сложнее, чем кажется. — Говорит эпик, попивая чай, что он успел себе заварить. — Что-то происходит, и все эти убийства лишь верхушка, я не в курсе, как обстоят дела на самом деле, но у меня есть зацепка, но тут нужно твое экспертное мнение.

— Так вот мое тебе мнение, — доедая сэндвич и попутно заваривая себе еще одну чашку кофе. — Просто какой-то псих, что охотится на одиночек, сильный, признаю, но ты сам знаешь, такие долго не живут, а он очень сильно засветился, так что это вопрос времени, когда за него возьмутся всерьёз. — Хранителей, а насколько из известных ему лишь один — заботиться лишь о сохранности миров. У путешественников же иной порядок, и всё, что с ними происходит, касается лишь их, если, конечно, они не затронут своими действиями АУ или иной аспект, что затронет все миры, они сотрудничают друг с другом, как и хранителями, но это их выбор по большей части.

— И на кой я тебе нужен, думаю, ты со своими силами и сам управишься.

—Не-не, братан, для этого дела я один не справлюсь, я буквально не успею быть в нескольких местах одновременно, это раз, и я даже не знаю, с чего начинать, тут нужен гибкий ум, братан. Ну а ты у нас целый детектив, — говорит Эпик. — Если бы всё ограничилось этим, но нет, всё не так, не только путешественники, но и те, с кем они были знакомы, с кем дружили, и также затрагивает миры, в общем, хочу сказать, что буквально сотни трупов, и самое паршивое то, что никто не знал до недавнего времени, всё это мы узнали недавно, так что ситуация тяжкая

—А что до этого... Серого человечка, ведь вроде же она может быть во всех местах одновременно, ведь так да? Есть и эти хранители, всё еще не думаю, что нам надо в это вмешиваться, это всё и так напрашивается на очень большие неприятности, я ищу выгоду и прибыль, Эпик, геройствовать и рисковать жизнью за спасибо я не намерен.

Встав со стула, Эпик прошёлся по комнате на недоумевающие взгляды хозяина дома. — Всё сложно, братан, — сказал Эпик, попутно осматривая ассортимент оружия, самого разного, от пистолетов до винтовок. — По поводу ее я первым делом пошел к ней, но что-то блокирует ее поле зрения и так же не может попасть в некоторые места, об этом желательно нам тоже разузнать, и да, я понимаю, что за спасибо ты не поможешь, но пойми, мы тоже в потенциальной зоне риска и, возможно, пополним его кровавый список, в один из дней тебе уже постучусь не я, и тогда... Я не хочу терять и тебя, братан ведь, да, я силен, но не всевидящий, и лучше нам самим найти его прежде, чем он найдет нас по одиночке.

О чем-то подумав, взвесив все за и против, с одной стороны, загадочный убийца, кто он, непонятно как, действует тоже, не заметен, или же кто-то его покрывает, хранители тоже этого не замечали, как и всевидящий серый человечек, вся эта ситуация так и напрашивается на что-то глобальное и опасное, и всё нутро кричит, что не надо в это ввязываться. С другой же перспектива сдохнуть в один из дней, и всё, чего ты добился, канет в утиль, и лишь станешь очередной строчкой на надгробном камне, Что ж, взвесив все за и против. — Много болтаешь, Эпик. — Встав со стула, направившись в гардеробную.

— С твоей-то силой, я думаю, ему пора искать могилу, а я добавлю пару пуль

— Но так что согласен...

Выйдя из гардероба, переодевшись в свой костюм, а сверху накинув пальто, надев шляпу, взяв сигару в зубы и зарядив пистолет, и попутно еще пару пушек под рукав и гранаты в придачу, — показывай свою зацепку и расскажи о чем узнал а там мы разберёмся

***

Смотри, ты видишь. Ты видишь это, осмотрись повнимательнее, посмотри вокруг, и ты увидишь. Нет... Ты слеп, ты глух, ты не видишь. Пустые дома, мертвый ветер, тишина и прах везде. В каждом переулке, в каждом доме, в каждой улице оно в воде, она в песке, она в земле и над землёй, он развивается везде, не оставляя ни одного свободного места, лишь прах, лишь пыль. Но ты не видишь это, ты в своем мирке, тогда покажи, что ты видишь.

Ничего... Ты игнорируешь всё вокруг себя, ты существуешь и делаешь то, что делал до этого. Ты проходишься по всем точкам, ведь ты часовой, ты продаёшь еду в ларьке, как продавец ты болтаешь, обсуждаешь, что произошло за этот день... С кучей праха и пыли. Ты улыбаешься и говоришь сам собой, обсуждая новую головоломку, что сделал твой брат. Ты игнорируешь всё и не хочешь признавать, что ты... Тут один.

Твоя цель, твой смысл, твоя задача, что ты себе поставил, просто не пришла. Ты стоишь и смотришь на цветы, на место его падения, и ждёшь, но его нет, ты не понимаешь, а почему я тут, ведь ты не помнишь, что ты сделал. Начинаешь всё сначала, ты улыбаешься и проводишь обычный день, и так день за днем.

Пора бы оставить это, ты сам не понимаешь, где находишься и что происходит, воспоминания туманы, все кажется ненастоящим. Ведь это уже давно пройденный этап... Еще не время. Для твоего больного и хрупкого разума еще не время. Продолжим в скором времени и посмотрим, что из этого выйдет, а пока... Проснись

Глава 7

Мы никогда не задумываемся о последствиях, о том, что будет, когда перейдем черту, и что будем делать после. Нет, не задумываясь, мы идем к достижению цели, когда настроены серьёзно, когда видна цель и не видны препятствия к ней, но в итоге оставляя за собой те самые последствия. Когда достигаем цели, мы оборачиваемся на те преграды, что мы разрушили, и понимаем, что ради этой цели мы уничтожили абсолютно всё, и понимание этого практически разрушает все внутри тебя. Всё то, что ты сделал, чего достиг, когда перешел черту, просто канет в лету. Но, впрочем, в моем случае на ошибках не учатся, и это будет повторять. Всё то же самое, особенно для тех, кому ничего уже терять, им все равно на эти преграды, они идут к цели, потому что знают, что их ничто не держит.

Предложение, от которого невозможно отказаться, новую цель и новый смысл, некую роль в большом плане. Тебе предлагают новые границы и обещания того, что ты важен, что ты можешь быть полезен. Силу, что способна переломить судьбу или судьбу других, и всего лишь нужно... Одеть ошейник. Если же к сути то этот ошейник, поводок или же некая цепь — не так важно на самом деле. Оно есть, просто существует, и, что самое поганое, это надето на добровольной основе. Ведь я видел новую цель, некий новый смысл для продолжения своего существования, и, глубоко не задумываясь, я заключил сделку. После я стал думать, осознал масштаб и ситуацию и последствия того, что будет, когда я добьюсь уже для него этой цели.

Я не имею права как-то возмущаться или злиться на это. Хаа, я сам надел на себя поводок и отдал ему над собою власть... Добровольно, как ни посмотри, я принял правила этой новой для меня игры, масштабы которого мне предстоит узнать. Был ли у меня выбор? Да, на тот момент у меня был некий выбор... Остаться и в итоге окончательно сойти с ума или уйти, заключив сделку, выбор для меня был очевиден, как ни посмотри... Все хотят жить, существовать, даже если самому себе это существование отвратительно, но жить хотят все, я не исключение, лицемер, эгоист, мне все равно. То, что я сделал, уже не вернуть, и я бы сам... этого не позволил.

Впрочем, это всё тавтология, самобичевание, несправедливость, тебе не повезло, на твоем месте мог быть и другой, таково определение твоей роли во вселенной, увы, но так, впрочем, я опять загоняюсь, лишние и ненужные размышления лишь сильнее злят меня, но ничего не могу поделать. Я не бесчувственная тварь, как Киллер, или же не такой психопат, как Хорорр, что относится к жизни крайне посредственно, я чертов эмпат, на меня все это давит, мне невыносимо эти чувства, что сразу тухнут и затем снова загораются как по щелчку пальцев. Мои эмоции, чувства бурлят, требуют выхода, и в миг все затихает, включая холодную голову, и лишь внутренняя злость остается, как затухший, но все еще дымящий окурок, и это меня злит

Абсолютно всё мне ненавистно, мне ненавистны эти миры, эти вселенные и мои двойники, смотреть на тех, кем я был, или же смотреть на моих компаньонов, кем я мог стать, мне это невыносимо и чертовски крайне... Неприятно. Впрочем, в этом есть и обратная сторона: знать то, что могло быть намного хуже, лишь мое слабое такое жалкое утешение. У меня могла бы быть другая жизнь, другой путь, другая цель, я мог бы быть другим, а не тем, кем я решил стать. Мне... Просто... Не повезло. После же, хех, после я поставил себе еще одну свою личную цель, мою задачу... Сделать так, чтобы другим не повезло так же. Это скорее самое лицемерное, отвратительное цель, что я себе поставил.

Эта цель — это действие, одна часть меня понимает, что они не виноваты, они другие, они — копии моих друзей, брата, знакомых, они не заслужили этого, моя некая слабая, еле живое сострадание к разумным. Но другая сторона относится к их жизням цинично и безразлично, они всего лишь копии, для меня они никто. Что ж, я предпочитаю вторую грань, чем слабую первую, но все же я не иду во все тяжкие... Пока нет, впрочем, это внутренние мысли, которые я никогда не скажу вслух. Такие мимолетные и быстрые и легко забываемые, но для меня некая отдушина, всегда нужно держать что-то в голове, когда ты остаёшься один...

Вотчину, самое ненавистное мне явление, моя новая цель, мой новый смысл — нести лишь смерть другим, впрочем пока, это не первостепенное и ещё терпимое, я держу себя в руках до определённых моментов. С того инцидента в лаборатории прошло, по моему много времени, , и много всего на самом деле произошло: от крайне ненавистных мне новых знакомств до тех или иных событий, инцидентов и, как сказал Килерр... Приключений нанесли свой отпечаток, свой след, свой «оттенок» на моей и так поломанной психике, но всё по порядку

***

Та тонкая грань буквально трещала, и хотелось только одного. Уничтожить это место, убить всех окружающих меня разумных, что оборвали, что прервали мою задачу, мою цель, мой смысл, невзирая на все последствия, просто уничтожить абсолютно всех. Но все же некая рациональная часть меня понимала, что то, что я делал до этого, это лишнее, ненужное, что туда меня отправили с другой задачей и всё, что я делал после, не было моей целью, скорее самодурством с моей стороны. Но это не мешало мне буквально разнести всю комнату и покалечить персонал этого учреждения, благо... Для них обошлось без жертв. Остыв стал более адекватным настолько, чтобы со мной можно было поговорить, и, как мне сказали, чем больше бы я там оставался, тем был высок шанс моего обнаружения силами иного порядка, что я, конечно же, знал, о чем меня предупреждали, да, они не виноваты, я это понимал, они исполняют приказы и делают свою работу, а я — нестабильный элемент в их работе, да, это я понимал, но... Всегда есть но.

Пожалуй, указывать на мою некомпетентность и открыто оскорблять меня, называя таких, как я, не более чем инструментами, что мой «хозяин» много себе позволяет, и подобного бреда. Я даже не знал, кто он, кем он является и что именно дают ему это право, эту смелость меня оскорблять и поливать помоями, и итог — костяная пика прямо в голову и смерть и прах мгновенно. Итог крайне странный, им все равно на то, что я убил кого-то, кто-то даже одарил меня одобрительным взглядом, но страх остался, видимо, это все же был кто-то важный, но, впрочем, плевать, он сам виноват.

Но кому не было плевать этой крольчихе, она явно была в некой прострации, когда увидела, как он умер, и страх передо мной лишь возрос, хотя там было и что-то другое, явно какое-то непонятное мне чувство. За всё время нахождения здесь одно я знаю точно: об этих разумных им плевать, им все равно, они не лучше меня, они хуже. Всё, что они тут делают, эти эксперименты, эти души в пробирках, те образцы, что я видел в этих бумагах и их УР, они все делают это на добровольной основе, их никто не заставляет, никто не принуждает, они такие, какие есть, или я чего то не знаю.

Это убийство же напоминание, что мне все равно на их мнение, их статус в этой структуре. Для меня не важно, кого убить, главное, чтобы сохраняли дистанцию и не испытывали судьбу. Он стал примером, и как итог их страх передо мной. Если же он был прозрачным, то теперь он натуральный. Но удивительно то, что они реально безумны в своих действиях. Ведь лишь страх перед моей силой, перед им и подобным мне их сдерживает, чтобы не пустить меня под нож и вынуть то, что находится внутри. Я видел и вижу это по их взглядам в мою сторону, их безумный блеск в глазах, их нездоровый интерес... Они психи... И при этом учёные, вывод очевиден. Я не могу относиться к ним как-то по-другому и не позволю этим читать мне мораль о том, в чем я неправ.

Впрочем, в дальнейшем те, кто пытался что-то мне сказать по этому поводу, что ж они живы, я не серийный убийца, одного хватило, и я не знаю, как босс на это отреагирует, впрочем, не думаю, что так сильно. Так или иначе, все их задания были выполнены, и осталось только ждать, когда меня заберут отсюда обратно.

Пожалуй, с кем я мог поговорить более-менее нормально: эта крольчиха, что уже привыкла к моей компании. Страх остался, да, но она знает, что я не трону ее. Бессмысленным насилием я не страдаю, возможно, она намного хуже других, но для меня она единственный разумный, с кем можно просто поговорить и убить время. По поводу же того инцидента — вырывание из мира, что ж. Если отвлечься от всего этого и моих желаний, как оказалось, они были явно насторажены, когда я не появлялся длительное время, им пришлось вычислять мое местоположение и дергать за рубильник, чтобы вытащить меня. Мылый плюс в этом, но так или иначе кровавое желание было, но от резни окружающих сдержался, лишь некоторые покалеченные, один мертвец, напоминают об этом

Так или иначе, это задание, что было для меня крайне глупым, но важная для этих, было выполнено. Не без энцесов и нервотрёпки с обеих сторон, но всё же. А дальше... Ничего, я провел тут два дня, а для меня ничего не происходило. В основном помимо болтовни и выведения новой информации от нее я отдался себе, заперся в комнате, и весь окружающий для меня мир стал лишь серой массой. Я размышлял и думал, всё же та грань, что я переступил тогда, когда решил сделать это. Я был готов снова был это сделать, я был готов убить его, себя и всех, кто бы стал на моем пути. Я знаю себя, я знаю, что я бы не остановился. Ведь после смерти он наверняка бы сбросил, и что бы тогда произошло со мной, с тем, кто не относится к этому миру. Меня бы стерли, как ошибку, или же ничего не изменилось, неизвестно. В любом случае я понимал, что если бы я там остался, я устроил бы резню, скорее некий инстинкт явно ненормальной природы, абсолютно бессмысленная резня ради этой бессмысленной прозрачной цели, ради его окончательного убийства того, кого я даже не знал. И всё, о чем я сейчас думаю, это сейчас я делаю выводы этого проступка и еще раз убеждаюсь, что это было бессмысленно. На данный момент это была моя ошибка, моя прихоть, что ж, выводы сделаны, главное — не перейти черту... Опять

Проведя в размышлениях в полном одиночестве, так для меня прошло два дня. Тот руководитель за время моего прибывания так и не явился, что неоднократно распрашивал эту крольчиху, что привыкла к моему присутствию. Не сказать, что мы подружились, у нас стали низко нейтральное отношение, где они идут по краю моей нервозности и от моего желания умертвить весь персонал. На мои же вопросы, что касается этого места, точнее того, что вообще оно это представляет, что за АУ, что за мир, она ответила, что это не мир, а лишь его малый огрызок, вскоре я убедился в этом

Ну так или иначе, в скором времени за мной пришел Килерр, по всей видимости, мы с ним теперь практически неразлучны, или же проще, он мне как надзиратель или же надсмотрщик, по-другому я охарактеризовать его не могу. Да, он податливый исполнитель, всегда отвечает на мои вопросы, всегда изображает свое дружелюбие и лояльность ко мне. Это меня и бесит в нем, но, как по мне, это крайне очевидно, что он так или иначе следит за мной, и хватит лишь одной команды от кальмара, как это дружелюбие и податливость испарится, и мне всадут нож в спину, так что я крайне осторожен и всегда отношусь с подозрением к нему. Иди же это мое пароноя, и он не следит за мной, не ищет повод всадить мне нож в спину, а реально хочет подружиться, что ж, если это так, то... Я окончательно спятил или же мир сошёл с ума

—Почему так долго? — спрашиваю я, интересующий меня вопрос. Всё же они меня оставили тут, в этих закромах, ведь этот мир, как выяснилось, лишь какой-то парящий остров, большой, но остров, и за его пределами лишь тьма и какая-то хрень, что в ней обитает, крайне опасная и очень страшная, по моим ощущениям. Хватило лишь взглянуть на его тень, как меня пробило дрожь и ужас, больше за пределы этой лаборатории я не выходил, ну а после «совершенно случайно» двоих монстров, что были приставлены ко мне, нашли искалеченными, потому что, видимо, их нея карма за то, что они, да и другие, даже не сказали, даже не намекнули, что находится там, и хватило мне лишь одного взгляда, чтобы понять после возвращения, что они крайне разочарованы, что я вернулся, желание устроить резню утроилось, и если бы он не прибыл, то на третий день здесь бы никого не осталось... В целом виде.

— Да брось, ты же явно наслаждался моментом и использовал свое положение по полной. — Смотря на пару поколеченных монстров, он оскалился, на что они скрылись. — И опережая твой вопрос, были дела, но спешу тебя обрадовать: у нас перерыв на неопределённое время.

— О чем ты? — в недоумении спросил я, на что он лишь пожал плечами, сказав, что сам всё увижу, но если вкратце, никаких новых поручений и заданий от босса, ведь он временно недоступен, и мы предоставлены сами себе на полную, в допустимых пределах, конечно.

— Как понимаю, здесь у тебя всё да, — на что я киваю, попутно рассказав о паре инцидентов, на что он лишь рассмеялся, сказав, что не более чем мусор, не нужно тратить на них время, когда сказал про эту тварь в пустоте, он еще сильнее заржал, сказав, что у меня просто триггер на события.

Если вкратце, один из образцов совместных экспериментов и прочей фигни, что мутировал. Является стражем этого места и его ликвидатор, если всё пойдёт по одному месту, подконтрольная тварь, но неразумная, не может думать самостоятельно. Можно считать неким дедищем Босса, и то с натяжкой, в общем, та еще хрень, что не так важно.

— А вот мой любимый кролик, — сказал Килерр вошедшей, на что она лишь вздохнула, уняв дрож, и хладнокровно взглянула на него

— Вы всё такой же, но если позволите, — секунды три безмолвного взгляда, на что Килер кивнул. — Хотелось бы передать сообщение вашему хозяину, — передавая какой-то блок данных в руки Киллера. — Его это заинтересует, и надеемся на дальнейшее сотрудничество... И да, мы проведем реформу, — сказала она, смотря на меня. — Прошу прощения за тех, кто доставил вам неудобства, они будут наказаны и, возможно, ликвидированы, все же руководителю важен этот союз, с его возращением так или иначе проведется чистка

— Интересно, — сказал Килерр, заглядывая в папку. — Впрочем, мне плевать на эти ваши закулисные игры, — закрывая папку, посмотрев на меня и открыв разлом. — Я забираю вашего гостя, надеюсь, мы встретимся по другую сторону и тогда, — то, как он сказал это, явно с угрозой, впрочем, может, я и не знаю всей ситуации в целом. Кивнув на прощание, мы вдвоём зашли в разлом, что сразу захлопнулся, оставляя ее одну.

Достав блокнот из внутреннего кармана, что-то записав, она также приступила к выполнению очередного планового осмотра, а также приступив к ликвидации от неугодных и ненужных и буйных элементов.

***

Забрав меня из одного душного места в еще более душный.

Оглядываюсь и вижу разрушенный тронный зал, на мой немой вопрос он лишь пожал плечами, говоря, что не в курсе событий, мгновение — и мы оказываемся в другом месте, видимо, для Киллера это место известно донельзя. Идя по коридору, сворачиваем и идем в общую, судя по всему, комнату, оставив папку и написав записку, смысл и содержание мне неизвестны, пошли дальше

Попутно проходя через эти двери со знакомой мне тишиной. Как выяснил в закромах тех файлов в лаборатории и из разговора разного персонала, существуют множество путей в разные миры, они могут быть чем угодно и имеют разные формы, но чаще всего именно дверь в иные миры. Да и Килерр успел сказать пару слов о них во время нашего путешествия, но эти входы имена здесь, эти двери ведут в разрушенные, безнадёжные, безжизненные АУ, и у босса полная власть над ними.

Я не знаю, как выглядят другие входы, проходы, но эти входы или же двери — они бледные, гнилые, старые, потрёпаные, у каждой из них виднелся какой-то знак, что беспощадно потрепало время и он загнил. Эти существующие АУ, они просто существуют, не более, они есть, но они мертвы изнутри. Трофеи для босса, не более, они не представляют ценности, ведь они ничего ему не дадут, не более чем декорации, но глядя на них, прислушиваясь к ним, я ощущаю себя... Ничем. Видимо, для одного они и годятся, именно посылать туда неугодных, и так мы остановились на одной двери

— Куда она ведёт? — спрашиваю я попутно смотря на оперевшенл на дверной косяк Килерр.

—В АУ Куда еще... Ладно, ладно, знаешь, всё-таки думаю, нам стоит познакомиться поближе, ты, я и наш дырявый приятель, всё же думаю, ты все еще сомнениях в некоторых вопросах и тех или иных действиях, так что, надеюсь, после этих посиделок ты хотя немного расслабишься, хе, не в том плане, что я хочу тебя убить, а в том, что всё же нужно делать хоть что-то нормальное, чтобы окончательно не спятить, ты так не считаешь?

— Не ожидал слышать эти слова от тебя. — Хотелось только одного: закрыть глаза и расслабиться по-настоящему. Все эти дни на нервах, постоянные головные боли и раздражение от тех разумных только, почему именно он это предлагает.

— Хей, мне-то всё равно, знаешь... С вами очень трудно работать, без обид все вы... Хех, ну ты понял, у каждого есть свой демон в голове, пару десятков раз случались инциденты, когда другие ломались, пришлось устранять их на месте, и тогда босс решил брать более качественных слуг, таких как ты, хорорр и парочку других.

— Качественных?! — много чего хотелось сказать и о многом спросить, но всё же: — И много их было до нас?

— Ну, их количество было огромным, куча всякого сброда, я же был первым и до сих пор с ним. — Для чего он это говорит, ради сближения, для доверия, я не понимаю... Не... Пойму.

— Сколько же лет ты вообще существуешь? — с его состоянием, с его душой я не могу представить жизнь, впрочем, я не лучше него, я... Мы просто существуем

— Хм... Я сбился со счета уже очень давно. Время перестало иметь значение, я лишь существую для тебя, наверное, это тоже самое, всё же по возрасту мы, наверное, похожи из за этих инцидентов, но я провел там меньше времени, в отличие от тебя, что провел, наверное, сотни лет в одном и том же цикле. Что не лишила тебя тех или иных чувств, хоть и крайне разращеных. Впрочем, хватит этой болтовни, — открывая дверь, а там лишь черная бездна, — навестим же нашего приятеля, уверен, он будет рад нашему приходу

Как далее говорил Килерр, на данный момент мы предоставлены сами себе на неорганическое время, а значит, мы можем делать всё, что пожелаем, в разумных пределах, но всё же. Разрушенный тронный зал наталкивают на какие-то мысли но он не обратил особого внимания на это и значит мне без надобности.

Найтмер... Босс, пожалуй, самое для меня всё еще непонятное и загадочное существо. Хранители, вот что он тогда сказал мне при заключении этой сделки: «Не стоит рассчитывать на хранителям и другим непонятным существом, от этого зависит твое существование от меня. Они... Тебе... Не помогут». На тот момент я даже не знал, о чем он, но потом я всё понял, и я сам понимал, что мне никто не поможет... Я не позволю

Зайдя в дверь и закрыв ее, мы попали в другой мир, серые тучи и руины вдалеке, мы на пике этой горы. При необходимости и нашего присутствия он просто нас призовет, благо это в его власти, а пока список возможностей и времени почти не ограничен, почти, но это дело времени, а пока.

Интересно, я могу много чего сказать о Килерре в виду довольно продолжительного времяпровождения, но я, как оказалось, буквально ничего не знаю о Хороре и еще двух мне неизвестных личностей, решили потратить это время с пользой, и, как всегда, Килерр рядом. Не в том плане, что он следит за мной, а в том, что у него есть свой персональный телепортор, и лишь он может вытащить меня и перекинуть в ту или иную вселенную, в общем, мы с ним не разлей вода. Кстати, по поводу того экспериментального устройства, оно по размеру, по идее, должно быть более универсальной штукой, но пока на стадии разработки, не более, но если будет прогресс, я лично должен ее получить хотя бы для того, чтобы не застрять в какой-нибудь дыре и не ждать, пока меня не вытащит он.

Мертвый серый и крайне пустой мир, мне хватило лишь взглянуть вдаль, и... Ничего: ни жизни, ни зелени, серые тучи и серое солнце, как и этот мир, всё серое, всё мертво. Мгновение, и мы оказались в руинах столицы монстров, картина такая же, лишь прах везде. Здесь была жизнь, видимо, мир, ничем не отличаясь от моей реальности, а теперь оно мёртво, в чем причина — мне неизвестно, но догадываюсь, но все же какими силами обладает Босс, что способна уничтожить всё живое мгновенно, сделать всё серым и мертвым. Лишь прах, что развевается, и время, что течет не останавливаясь, поглощая и уничтожая всё, что осталось, грустная картина на самом деле

Добравшись до места обитания Хоррора, а именно тот злополучный дом, мой дом, точнее, так же на его остатки. Здесь было всё еще холодно, серый снег, серый дом. Время не пожалело, окружение всё сгнило, и лишь дом хоть как-то остался целым, в общем, заброшенная постройка, заброшенный и никому не нужный мир и, видимо, место для прибывания для нашего приятеля

— Напоминает о доме, да? — открывая дверь и заходя внутрь. — Некое напоминание, рефлексия о потере или еще о чем-то.

— Воспоминания, идиот, ты сам был таким же, не нужно делать отличие от себя и других, ведь по сути мы одно и то же существо, только с разными концами, Килерр. — говорит Хорорр, сидя за диваном. Общий зал рядом с ним горит серый огонь, что не согревает, он только горит. Даже забавно, что в этом серым мире лишь мы обладаем цветами. Пыль, сломанные окна и разрушенная обстановка. Второй этаж вообще завалин бревнами, так что общий зал остался хоть частично целым, если не считать ту же кухню, старый добрый дом в моих воспоминаниях об остановке не отличается... Даже пыльный порванный носок на том же месте и камень на разрушенном столе остался. Рефлексия, да? Нет, совершено другое, некая иллюзия дома или же вид того, какими мы стали изнутри, и прочей философской фигне

— Да ладно, Хорорр, ты, видно, ловишь мандраж от того, что находишься здесь, не так ли? И я, поверь, не осуждаю, тебе даже подержу... Хочешь, я оставлю тебе здесь, не навсегда, но на пару сотен лет точно, а? — говорит Килер, пока я ищу хоть какой-нибудь стул, чтобы присесть

— Если с твоей кампании, конечно же. Всё, что мне нужно, это груша для битья, и за это время я покажу тебе пару извращенных пыток с твоим участием в качестве испытуемого. — сказал Хорорр, и пока они оба соревнуются, кто лучше выскажется, я нашел хоть какой-то более-менее стул, подойдя, поставив рядом с огнем и сев напротив Хорорра, а Килерр устроился на полу. Получился при этом забавный треугольник, правда, можно было бы и усесться на диван, но, думаю, мы втроём вряд ли бы его поделили

— Зачем ты приперся сюда? — задал интересующий его вопрос.

— Не я, мы оба, — указывает он на меня, — я, конечно, знаю, что у тебя слепая зона, но все же мог бы заметить нас обоих. — Хорорр закатил глаз и с иронией посмотрел на нас обоих, что были в его поле зрения. Килерр же, посмотрев в мою сторону, начал диалог: — Все же "друг", думаю, нам стоит познакомиться поближе, благо Босс дал нам кар Бланш, так что, думаю, у нас хватит времени, чтобы поговорить, втроем, пообщаться, и узнать друг-друга поближе...

Я резко поднимаю руку, прерывая его речь.

— Я вдоволь наслушался твоих историй, Килерр, как и твоих, Хорорр, — обращаюсь я к ним обоим. — Вы оба пытались меня убить при нашей первой встрече, и у тебя почти получилось, — говорю я Килерру. — Признаться, это будет честно. Мне хочется уничтожить вас, я испытываю к вам ничем неприкрытую ненависть, что ты — смотрю я Киллера — копия этого человека или же ты — смотрю на Хоррора — напоминание мне всей безысходности ситуации и абсолютно бессмысленности жизни. Но... Ха — хватаюсь за лицо, улыбка непроизвольно вылезла наружу, хотелось смеяться над тем, что я говорю о их недостатках, это смешно — хахах, я ничем, хаха, не лучше вас обоих психопатов, хахаха —мой смех прерывается, улыбка пропала, снова пустота снова ничего... Ненавижу. — Я... Хуже... Вас обоих. — Короткая тишина, пока... Килер не начал делать хлопки.

— Вот видишь, я же говорил, тебе надо расслабиться, приятель, и выговориться... Только дырявому. — указывает он на Хорорра.— мне на твои душевные терзаний как кость в горле.

— Прибью, — сказав Килерру и посмотрев на меня — Как сам и сказал, ты сам не лучше Даст, осторожнее со своими словами и угрозами, поверь, это мы на удивление адекватно это воспринимаем, остальные же уничтожать тебя, почувствовав от тебя угрозу

Смотрю на обоих, забавно то, как легко они это воспринимают, но, впрочем, неудивительно, ха-ха, это невыносимо, просто трудно, нетипично и всё еще нереалистичная обстановка, но всё же это реальность, уже не первый раз понимаю это, нужно с этим свыкнуться и относится ко всей этой ситуации как обычно, то есть максимально просто и не думать слишком много об всего.

—Баа хватит!— спылил Килерр — мне нужно зрелище нужна история, ты Даст мало что рассказал о себе в подробностях... Впрочем, я, — переводя взгляд на хоррора, — мы не заставляем правда-правда, просто, думаю, нам стоит сыграть в простую игру, вопрос — ответ, как вам идейка?

— Ты что, ребёнок? — говорит Хорорр. — Настолько тупое решение, ха, ты бы еще на аркесте сыграл или же предложил шарады с кроссвордами решать... Ты почему молчишь, Даст? Скажи ему что-нибудь, или же давай грохнем его, он один, нас двое, у него нет и шанса, а боссу скажем, что произошел несчастный случай.

— Боюсь, Хорорр, с этим ты опоздал, — говорю я, вспоминая высказывания босса. — Он предвидел это, так что такие оправдания вряд ли сработают... Но отвечая на твой вопрос, я думаю, не такая это уж плохая идея, знаешь, мне самому интересно задать тебе несколько вопросов.

Абсурд и такая детская непосредственность навевает воспоминаниями о... Мертвецах.

— Ха-ха-ха, обстановка поменялась, да, Хорорр, не в твою пользу.

— И не в твою, — говорю я, — если вы оба решите устроить битву, я просто добью победителя, заберу твое устройство и свалю обратно в замок, принеся горькую правду о том, что они убили друг друга, — говорю я с серьёзным лицом, пока Хорорр сдерживал смех

— Намек понят, — сказал Хорорр, попутно кивая Килерр. — Однако знай, эта же ситуация может быть и не в твою пользу, я не знаю, насколько ты силен, но, знаешь ли, для меня не будет никакой разницы, я просто буду идти вперед, игнорируя все твои удары, так что хе-хе-хе, кто-то явно останется без головы, — резко хлопнув, Килерр привлек себе внимание.

— Ну же, не нужно пересекать чёрту, окей, — говорит Килерр, — мы здесь все же не враги, а друзья... Товарищи... Ладно знакомые, все в одной команде, все же я думаю, нам все-таки стоит узнать друг друга получше, так что, — обведя комнату взглядом, взяв стол и пнув костер, поставил рядом.

— Мы... Спокойно сядем за столом и будем играть в игру... Или же мы можем как вариант перебить друг друга в этой бессмысленной битве, но, надеюсь, таких конченых, в отличие от некоторых, среди нас нет, и мы сможем все-таки дойти к взаимному согласию.

Абсурд — то, что именно он это говорит, именно тот, кто по идее должен делать противоположное. Пожалуй, он произнёс это таким тоном, что не требовалось возражений. Всё-таки да, с его силой он способен в некоторой степени нас улажить. Не знаю по поводу Хоррора, но, судя по тому, как он притих, видимо, имеет какой-то козырь, да и, вспоминая ту битву, понимаю, вряд ли я смогу его одолеть. Даже в пике своих сил я не знаю, что он выкинет, так что да лучше не рисковать и пойти на уступки, которые я и хотел

Сев за стол, Хорорр также на диван, а Киллер напротив меня, стали болтать, задавать вопросы и ответы, но начну с начала. Первый вопрос от Киллера, конечно же, мне... Какой мой самый счастливый день... На этом вопросе оба моих глаза сжались, и мне хотелось зарядить кулаком в его нагло ухмыляющую морду, даже Хорорр был в нетерпении и с интересом наблюдал, что будет.

Но немного подумав, успокоившись, все-таки ответил, попутно беря на заметку больше не соглашаться на это, моя психология не выдержит от подобного бреда. Ведь как это выглядело: трое без преувеличения психов в одной комнате, а один спрашивает у другого с болезненным прошлым, какой у него счастливый день, видимо, я все-таки многое не знаю о их характерах, или же нужно воспринимать все как шутку и относится к этому легко, впрочем...

—Самый счастливый момент моей жизни? Хм... Когда мы с братом увидели солнце, когда монстры жили на поверхности?... Когда мы все жили... Да, первые годы среди людей были тяжками, но, однако, у обоих народов был прогресс в плане развития общества. Что наш король Азгор, что людское правительство, да и монстры, и люди также пытались жить вместе, найти компромисс, завести дружбу, даже, возможно, любовь, по поводу этого я не в курсе, только слышал»

«Возможно, пройдя еще несколько лет, мы бы окончательно закрепили союз, это был бы исторический момент... Но не судьба. «Человеку» это надоело, и он всё вернул к началу, так что это можно считать самым ненавистным моим воспоминанием. **Килерр** Я не знаю подробностей твоей истории, но она, как и у тебя, Хорорр, она должна быть похожа, возможные отличия — да, но не так сильно»

Его путь, когда он разрушил барьер, когда они впервые увидели солнце, годы жизни на поверхности, новые знакомства, счастливое будущее. Обещания брату, что завтра этот день будет лучше предыдущего... Я... Ненавижу... давать обещания.

— Да брось, хех, у каждого должна быть частичка «счастья», я могу рассказать в подробностях, что меня может «очасливить».

— Дай угадаю, пытки, доминирование над слабыми и черный юмор с тупыми шутками.

— Пф, мало ты меня знаешь, Хорорр, я тебя просвещу очень детально, и вместо одной дырки у тебя будет два.

— Постарайся это сделать, когда останешься без рук — смотря на довольное лицо Киллера Хорорр добавил — и без головы она у тебя лишнее.

Подобные перепады разговоров на удивление разбавляли довольно напряженную атмосферу, и так мало-помалу общаться стало легче. Посидев так еще некоторое время, в итоге напряжение спало, оставляя лёгкую, даже некую дружескую атмосферу... Насколько, конечно, это возможно.

— Так этот... Инцидент, Хорорр, расскажешь, я просмотрел те файлы и бумаги, и знаешь, я не могу воспринимать все их термины, что они туда внесли, серьезно, охотно узнать у того, кто всё это пережил, ну так что подробности их твоей биографии.— сказав это напряжение в комнате выросло, особенно от Хоррора что стал угрожающе смотреть на меня.

Ха-ха, сейчас будет интересно, ну давай, Хорорр, расскажи. Если не хочешь, то тогда я поделюсь версией событий со своей точки зрения, — сказал Килерр, он не в восторге, судя по дергающемуся глазу Хоррора.

По привычке стал теребить пальцами, попутно трогая и сразу же одергивая руку от дыры в черепе. Убийственный взгляд ушел на спад, как и все напряжение вернув на лицо спокойную улыбку.— Инцидент... Я не буду вдаваться в подробности, скажу одно, мой мир умер, точнее, ядро, что было уничтожено, оно просто взорвалось, а после этого... Что ж, стало уже невыносимо даже существовать, ибо то место просто-напросто убивало нас очень медленно, без всякой возможности хоть как-то выжить. Потом и второй взрыв, и... Я открываю глаз, а вокруг лишь белое пространство, яркое и жутко невыносимое. Не закрыть глаза, не уснуть, везде этот яркий свет, что сводил с ума, этот... Вечный голод, что стал просто невыносимым, нормально не вдохнуть и выдохнуть, там ничего не было, ничего не слышно, даже свой голос. Я бродил там, наверное, вечность, полностью одичав, а еще разные голоса, и это уже сводило меня с ума окончательно. Ха-ха-ха, а потом — посмотрел он на Киллера — ну, а дальше я здесь.

— Ха — начал смеяться Килерр, вставая из-за стола и отходя назад. — Зря, Хорорр, очень зря. — Хорорр недоумевает, а Килерр смеётся скорее наигранно, чем по-настоящему, но не в том суть.

Я смотрю на Хоррора, он не понимает, в чем причина, еще ничего не понял, но Килерр всё понял, делает умный выбор,не вмешивается впрочем, не он сейчас мне интересен.

Я могу испытывать ненависть, неприязнь, раздражение по отношению к нему, но одна его особенность его отличает, из-за чего я его не хочу уничтожить, подавляя свой порыв вязаться с ним, новый бой не на жизнь, а на смерть, он не врет. За всё время нашего взаимоотношения, времяпровождение, за все эти дни, что я был с ним, он ни разу мне не солгал, не потому что мы приятели, друзья или "братья по крови", а потому что ему нет смысла врать, да и зачем ему это, ведь он прекрасно знает, как и я, что в этом нет смысла, и за это я могу его терпеть и в каком-то смысле принять для себя

Хорорр же, несмотря на общую историю в начале, но наши пути разошлись в конце по разным сторонам. Да, то, что с ним произошло, это трагедия, и понимание, что я и он и прочие миры могут пойти по тому же пути, что и его, крайне огорчает, но это лишь вероятность, которую мы уже не разделим на которую мне плевать.Так или иначе, для него эти годы не прошли бесследно: предательство друзей, травма, что осталось с ним, а после его буквально выкинуло из своего мира, и это состояние осталось с ним навсегда. А после куча опытов, экспериментов, чтобы вывести его из этого состояния, ведь он стал буквально бессмертным, все нанесённые раны пропадают, но его голод, психические проблемы и вечная боль, что с ним сохранилось после вызволения, не красят картины, в тех бумагах было еще куча данных о нем, в чем я не разобрался.

Но для меня всё это не важно, меня бесит его рассказ об его мире, что от правды там лишь взрыв, но больше ничего. Не мне судить его, я и Килерр хуже мы это признаём, но он... Всегда есть «но».

Что-то вдруг почувствовав, но поздно, мгновение, и от моего удара он отлетает, проламывая стену наружу, секунда, и снова удар, со всей силой он проламывает несколько деревьев, врезается в одно из них, встав, отряхнулся и посмотрел на меня, что стоит напротив.

— Догадайся... Сколько секунд мне нужно, чтобы порубить тебя на мелкие части Даст? — я стою напротив него, щелчок, и несколько бластеров стреляют в него, дым и снег, и из них на меня полетели кроваво-красные кости и топор, уворачиваюсь, хватаю топор и со всей силой с разворота бью его, что зашёл со спины, он отлетает, прижимаю его к земле, кости насквозь, еще один залп.

— Ргх — он взревел ударил по земле и она задрожала я потерял равновесие мгновение и он перед домой со своим тесаком возвожу стену не помогло меня отбросло к скале.

— Тридцать секунд Даст тридцать, но не волнуйся я тебя не убью это противопоказано хех ты просто не захочешь жить, А?

— Много болтаешь — на удивление он крайне открыт, многие способности ему недоступны, но он заменяет их бешеной скоростью и огромной силой, возможно, еще пару козырей у него и есть, но я не настолько терпелив. Поднимаю его воздух, он пытается выбраться из захвата, усиливаю хватку, на что он лишь улыбается во все ширь, а глаз направлен на меня, он чертовски тяжёлый, бластеры стреляют, по нему нет эффекта, вбиваю его в землю, удерживая, и началось: копьями-трезубцами прошивают его, куча бластеров, огненные шары стреляют в его сторону, но ничего, рука уже дрожит, удерживать его всё труднее. Перемещаю его к себе, отпускаю захват, и удар — он отлетает, я сразу оказываюсь рядом с ним и снова бью, проходя сквозь деревья, разрушая всё вокруг. Еще один удар вдавливает его в очередную скалу, хватаю за горло и бью по лицу, но следующий мой удар — он хватает мой кулак также с безумной улыбкой, и один удар по мне, я отлетаю, и между нами расстояние.

— И это всё даст? Ха-ха, это даже не смешно, — а его руке уже материализовавшийся топор, он медленно подходил ко мне встав напротив меня оперевший на свое оружие. Я встал, также отряхнувшись от снега и пыли и смотря на него.

— И зачем надо было это делать? Даст, ты идиот, а? Или это ваша какая-то извращенная игра с Килером, ответишь на вопрос?

Хех, — хотелось смеяться, ведь и правда особой причины не было, просто он мне соврал, я знаю его историю от и до. Что от Киллера или же в этих архивах о разных АУ особенно о нем. — твое выражение лица. Хорорр, знаешь, я и он не лучше, мы оба это понимаем, но ты, ха-ха-ха, знаешь, это было забавно наблюдать за твоими потугами, рассказывая мне красивую сказку. Ха-ха, бедный ты бедный, ха-ха. — снова пусто и уже с серьёзным лицом смотрю на него.

— Ты хороший лжец, это правда просто невероятный, но знаешь то, что ты сотворил со своей реальностью, даже я поабладирую, хех, скажи, что ты испытывал, когда резал их, своего брата или этих людей за пределами барьера, ведь ты... Ты! Устроил просто массовый геноцид всего своего мира, я тебе аплодирую, ты сделал то, чего никто из нас, наверное, не может похвастаться.

Его улыбка лишь стала сильнее и максимально широкой, от него сквозило давление кровавое намеренное, и я стал видеть его показатель, что он скрывал от меня. Его УР самый высокий из всех, я даже не знал о таком.

Ха-ха-ха, — он стал безудержно смеяться, смотря на меня. — Браво, кто-то, видимо, сделал домашку, да, ха, ну и что тебе это даст, тебе, а? У тебя нет и шанса против меня, зря ты это начал. Даст, а ведь могли бы стать приятелями, но все еще сможем, — трогая острый край своего оружия, указывая на меня, — закончив этот конфуз, да, я немного «соврал», но это еще ничего не значит, верно же?

— Нет-нет, мне знаешь, очень трудно принять твою ложь, мне все равно, что ты сделал и что сделаешь, я не лучше, но знаешь, один раз соврал, потом второй, и в итоге никаких доверительных отношений в будущем. Я еще могу терпеть Килерра с его, характером, но терпеть лжеца, того, кто мне врет в лицо, я терпеть не намерен, и тебе придётся преподать урок

— Маленькая ложь. Даст. Сам же сказал, тебе всё равно, но так или иначе ты серьёзно думаешь, что у тебя есть шансы против меня, разница в силе колоссальная.

— Ты прав, разница колоссальная — неважно, насколько он быстр и силен, он сильно ограничен в своих способностях, у меня же полное преимущество — не в твою пользу — полусотни бластеров стреляют, образуя гигантский взрыв, но он вышел целым, и уже взмах оружием с его стороны откидывает меня вдаль, и сразу на меня летят его атаки, возвожу стену и уворачиваюсь и атакую, видно, битва только началась.

Глава 8

Шум и грохот разнёсся по округе, лишь слабая метель и тишина, что прерывается с новым грохотом. Гигантские ворота, что ведут в руины, вмятины, что одна, что другая, появляется с каждым шумом, с каждым нечеловеческим ударом. Удар — и очередная вмятина, снова удар, новые сильнее, быстрее, с последнего удара они слетают с петель, и оттуда выходит человек или же тот, кто натянул его шкуру. Шагая по заснеженной дороге, попутно хромая и даже истекая кровью, руки в крови от ударов и не только, куча ожогов и сгоревшей плоти по всему телу. Каждый шаг оставлял кровавый след, новый шаг и треск кости, уже сломанной ноги, попутно открываются новые раны, оставляя кровавый заснеженный след, но он шел только вперед, игнорируя всё боль, все повреждения

Твоя сила воли, безрассудство и терпение боли — это глупо. Твое самобичевание ни к чему не приведёт. «Мы» могли бы сбросить, могли бы начать сначала, чтобы результат был бы лучше, но ты решил продолжить, и теперь испытываешь это ненужное... Ощущение боли... Впрочем, «я» интересуюсь, каково тебе сейчас, что ты думаешь об этой ситуации в целом, что ты чувствуешь.

— ... Больно... Он заплатит за это. — Это было единственное, что они сказали вслух. Ненависть, что испытываешь, чувство контроля, что потерян, то, что тебя поставили на место. Вседозволенность и абсолютного контроля над этим миром, всё пропало. "Мы" больше не контролируем ситуацию," ты" больше не самый решительный в этом месте, игра изменилась не в твою пользу... Не в нашу. Впрочем," мне" интересно узнать, что будет... Продолжай идти вперед, ведь назад дороги нет, будь решительнее его и в своих действиях, и тогда он пожалеет о том, что совершил.

"Мы" продолжим сотни или тысячи раз, не важно, их боль, страдания, агония — всё это ради нашей "радости", не более чем. Цветок давно принял правило новой реальности, что до скелета... Санс... Он будет страдать, "мы" позаботимся об этом.

Перейдя мост и дойдя до поста часового, никаких встреч, никого, боль же всё наростало, это жизнь уходит. Слишком много крови... Нет, «мы» отказываемся умирать, игра только началась. "Я" чувствую их, я вижу их страх, он спешил, он был ранен, потерян, он пропустил пару целей, фатальная ошибка, мы видим их, мы знаем, где они прячутся, осталось шестеро. Все ранения пропали, мы «решительны» и готовы к новому раунду, к новой битве.

***

Взрывы, яркие вспышки на серой поверхности. Обилия цветов в сером мире: фиолетовые лучи перемешаются с красными вихрями и последующими взрывами. Для стороннего наблюдателя, что стоит вдалеке и смотрит на это, забавное явление, но не для тех, кто находится в центре и делает эти самые действия, и с каждым разом всё чаще и сильнее, да настолько, что трясётся земля

Очередной удар с двуручным оружием в мою сторону, куча бластеров в его, я контратакую и уворачиваюсь, а он всё прет вперед, игнорируя все мои атаки. Там, где мы сражаемся, не осталось ничего, от снега и здешних лесов лишь пылающий пожар, но нам все равно, мы деремся, перемещаемся к месту на место, уничтожая всё вокруг, чтобы снова начать сначала. Битва практически ни за что, без цели, без причины.

Хотя и причина настолько жалка, как ложь как оправдания для битвы, но для меня это чертов триггер. Я ненавижу, когда мне врут. Мелочь, но нет, не для меня. Циклы за циклом, сброс за сбросом, перезапуски и ресеты. Сколько раз я их пережил. Начало и конец, чтобы снова начать и вернуться к концу снова и снова, год за годом, одно и тоже постоянно. Его обещание, что это будет в последний раз... Ложь. Его прощения, его слёзы в то, что он раскаивается, в то, что жалеет об этом, и в то, что всё вернётся в норму... Ложь. Он постоянно врал всем, постоянно врал мне. Я верил, я надеялся, что всё это будет правдой, даже если всё, что он говорил, было ложью, я заставлял себя верить в то, что это правда снова и снова. Итог печален... Я больше не верил в счастливый конец, не верил в его ложь. Он это понял, перестал притворяться, показал свое истинное лицо. Он смеялся, улыбался, когда убивал их, он больше не скрывал свое лицо за маской скорби, сожаления, раскаяния он перестал скрывать и показал свою правду. Я ее принял, принял все правила этой безумной игры. Я тоже перестал притворяться и показал ему свою правду, ту, что он хотел, то, чего он добивался в конце же... Его это и погубило

Очередная серия атак из костей, копий и бластеров, и от него чертовы вихри энергии от очередного взмаха его оружием, пока он приближался ко мне, они что с Килером — однодневки. Я телепортируюсь, он уже рядом, атакую, он игнорирует весь получаемый урон, нанося мне ответочку, каждый его удар отбрасывал меня, я постоянно терял его из виду, а когда находил его, хватило мгновение, чтобы в следующий момент он снова наносил мне очередной удар. Он постоянно меня теснит, не дают уйти на достаточное расстояние, чтобы просто его закидать всем, что есть, его скорость колоссальная, но не настолько, чтобы я не поспевал за ним, в этом мы почти на равне, пока что.

Этого времени и из всей этой битвы я понял, что он из себя представляет. Практически неуязвим, все мои атаки бесполезны против него. Он не чувствует боли? Не знаю, не понимаю, не могу прочесть его выражение, оно меня вывараживает из себя, я злюсь, делаю ошибки и попадаю под раздачу от него, он быстрый, да, но не настолько, но всё равно я пропускаю его. Он силён тоже, да, но его атаки не фатальны для меня, эта битва может очень сильно затянуться, как мне его победить, как подавить это существо, эту аномалию.

— Знаешь, а ты не так силён, как я думал, — начал он. — Серьёзно, я явно переоценил тебя, да, возможно, ты и что-то и умеешь, но против меня это не работает.— Очередная атака уже тесаком и кровавых костей, его атаки я блокирую или же уворачиваюсь.

— Я видел много убийц, психов, Киллер не в счет, он моя постоянная головная боль, но ты совсем не вызываешь во мне и толику страха, я разочарован. — Возвожу стену, он ее пробивает, отталкиваю, он уже сзади, стреляю, он просто идет вперед, и снова удар по мне. Я не встаю я просто смотрю на него он любитель поболтать да? Видимо на ошибках не учатся.

Хватаю его телекинезом, нет эффекта, миг и уже он хватает меня впечатывает к скале нанося удары, я не могу не сдвинуться не телепортироваться он меня зажал удерживает и наносить удары, кости трескаются, его удары становится все сильнее, пытаюсь материализовать бластер как его следующий удар пришёлся по глазу.

Больно... Чертовски больно. Меня это выбило из колеи, я не могу пошевелиться, не могу реагировать. Этот удар сделал сильную трещину, повредив глаз. Не смертельно, не фатальная и не критичная атака для меня, было и хуже, но он что-то повредил, даже я не знал что.

— Оу, видимо, я переборщил, ха-ха, но ничего, не волнуйся, я только начал, хм, интересно, если я вырву его, ты...

—... Как же ты меня достал. — Один удар, и он отлетел от меня, на его теле осталась трещина, что сразу же пропало, он явно не ожидал от меня такой силы. Я смотрел на него, мой единственный глаз, он окрасился фиолетовым полностью. Пока другой лишь слабо светил этим оттенком.

Капли крови капали с повреждённого глаза, на удивление, он смог пробить меня, но не это меня волнует. Я осматриваюсь и ничего не вижу, темнота кругом и лишь тени разных цветов. Я вижу Хоррора, его силуэт, какие-то колебания вокруг его тела, постоянное движение и замирание, немного красный с серым цветом, и чёрным по середине вот что я вижу, и я знаю, что это Хорорр

Я смотрю на свои руки и вижу лишь фиолетовый цвет и темные тени в подвешенном состоянии вокруг, в небе вдалеке они везде, и кажется... Они смотрят на меня. Я что-то слышу от них, какой-то шепот...Удар по себе приводит хоть какому-то контролю, я слышу голос Хоррора он мне что-то говорит, попутно приближаясь ко мне, но я на удивление сосредоточен и смог сконцентрироваться на нем. Снова сближение со мной и удары, но на этот раз стало по-другому. Уворот и мой удар в ответ, он снова отлетает, явно в шоке от этого.

— Ха-ха, — смешок вырвался сам собой, попутно переходя в смех. — Кажется, ты что-то сломал внутри. — Не он, скорее я сам вернулся к своему изначальному состоянию, я даже забыл об этом, я, кажется, вернул себе кое-что. — Ха-ха. А ты забавный, видел много убийц, психов, ха-ха-ха, да таких, как я, ха-ха-ха ты еще не встречал. — Что со мной, почему мне стало так легко, свободно? Что-то надломилось, нет, что-то возродилось. Я ощущаю, чувствую, как будто увидел снова, как будто я вернулся в прошлое, когда я наслаждался этими моментами... "От его пыток и убийств, это же так прекрасно, я вижу свое нутро, как и его, я хочу его вырвать, хочу посмотреть, как он будет кричать от боли, как молить о пощаде, хочу. Хочу!"

Но что-то меня еще держит, я хочу его вырвать с корнем, эти кандалы, они меня удерживают, я хочу вырваться, я требую свободу. Я смотрю на него, во мне бурлит энергия, она требует освобождения от оков. —... Не испытаешь страх нет, ты будешь страдать. — "Он это заслуживает, я покажу ему, что я чувствую, покажу, как я видел и вижу свой мир, а пока мне нужно разбить эти кандалы, что он наложил, я хочу чувствовать себя живым, счастливым, я хочу снова испытать эти чувства, снова да снова, постоянно ведь цель перед глазами — получить свою толику радости"

— Что-то в тебе поменялось, хех, что ж, — в его руке матерился тесак, что уже нагревался энергией. — Видимо, придётся тебя превратить в переломную версию. Тебе сейчас не поздоровится, я сам покажу тебе боль.

Его аура изменилась, став полностью красным, как и искажение его силуэта стало взбудораженным, видимо, мы закончили с прелюдиями. Оно горит сильно кровавым цветом, а безумная улыбка не сходит с моего и его лица. Новое сближение, но теперь я не пытаюсь держать дистанцию, а иду вперед на него, удары с магией вместе с разрушением всего — всё перемешалось

Сотни атак и ударов мы всё разрушали вокруг очень быстро, стремительно. То в одном или другом месте мы перешли оба на новый уровень силы. Он, как и я, ловит кайф от битвы, никакой защиты с моей стороны и никакой сдержанности с его, впрочем, я мало чем отличаюсь. Я ловлю просто незабываемый восторг, никакой сдержанности, мои чувства, эмоции бурлят, я просто ловлю «радость» от этого. Чем больше это продолжается, тем сильнее, тем быстрее я становлюсь, но он также не отстают от меня пока что.

Мы деремся в рукопашную, всё уничтожая вокруг, леса, дома — всё пылает, мы избиваем друг друга, я сжигаю его, я всаживаю в него кучу копий, я ломаю ему кости, бью по черепу, по глазу, по трещине, отталкиваю, чтобы снова сблизиться, атакуя с бластарами и огнем, но ему все равно, все раны заживают, он смеются, нанеся мне очередную атаку, на что я принимаю и бью в ответ. Он врезается в гору, с десятков бластеров снова стреляют, гора обрушивается, и валуны хоронят его под ней.

Чтобы разлететься от его удара, и со всей скорости снова направляясь в мою сторону, нанеся очередной удар по мне. Мы подходим к краю обрыва, что ведет глубоко вниз, я ударяю по нему, он падает, но хватает меня, мы летим вниз, я бью по нему всей силой, и он на стремительной скорости падает вниз, я же стою на бластере, но ненадолго, вихрь энергии от его тесака разрезает его на двое, я падаю, прямо на него влетаю с ноги, повалив его на землю, протыкая его оружием всё быстрее и сильнее, он отшвыривает меня, нанеся урон опять.

Чем больше это продолжалось, тем сильнее оковы ослабевают, я становлю сильнее, он же не поспевает уже за мной, но его неуязвимость как же раздражает, весь мой урон по нему он аннигилирует, чертов читер.

Хватаю его телекинезом, ненадолго, он до невозможности тяжёлый, он выбрался, и снова удар в мою сторону, возвожу стену, он проламывает ее, и сразу вокруг него стреляют бластеры, пока я удерживаю его телекинезом с тройной силой, результата нет, снова атака в мою сторону снова уворачиваюсь, и снова удары по мне что топором, что тесаком, удар за ударом, промахи и попадание, и ответные удары, пока он снова не попал по мне, нанеся резаную рану своим тесаком. Такую же рану, как они наносил мне... Он труп.

Злость и ярость берет через край, как он меня достал, «чертов одноглазый ублюдок». Что-то сломалось наполовину, а вместе с ним и появился новый уровень силы. Со всей силой отшвыриваю его, вдавливаю его в землю, возвожу клетку, придавливаю его со всей силой настолько, что вокруг него образовался кратер, он смеётся, я смеюсь и стреляю по нему всем, что есть, бластеры, кости, копьи, трезубец, всё подряд, череда взрывов и новой волны пламени вокруг, подобное никто не должен пережить, хотя бы целым его это тоже должно касаться, должно, но результата нет, снова искажение силуэта, и весь урон пошел на спад. Я стал терпеливо ждать, пока он встанет, ведь дальнейший битвы я не вижу смысла продолжать не с таким, как он, кого даже нельзя убить, но...

— Нельзя убить того, кто уже мёртв. Даст, думаю, это выражение подходит нам обоим, хах, но это было весело, но это ни к чему не привело. — Говоря всё это, и все раны, что я нанес, все его повреждения, от раздробленных костей до сгоревшего тела — они просто пропали... Миг и всё. Мгновение, и ран снова нет, а я весь в ранах, некритичные, но все же такими темпами он просто меня истощит, не быстро, но истощит крайне неприятный для меня противник. Сколько бы атак я ни направлял, сколько бы я его ни ломал, какой бы урон я ни наносил, он восстанавливается, он быстрый, но не настолько, чтобы я за ним не поспевал, он силён, очень силён. Каждый его удар болезненный для меня, но тот же Килерр в этом плане его превосходит, даже меня, ведь каждая его атака была для меня почти смертельной, так же и в скорости я за ним едва ли поспевал, но Хорорр, его просто запредельное неуязвимое состояние — это проблема. Значит, нужен иной подход, тот, который я использовал, когда то уже очень давно, на тот, что изменилось до неузнаваемости, стало иным.

Хорорр... Пожалуй, то, откуда его вытащили, антипустота — это пространство, что находится вне рамок, вне времени, сплошная неопределённость, непонятная неизвестность, что вообще она из себя представляет, и много ещё чего, чем можно охарактеризовать ее. Он был там достаточно долго, чтобы изменить его суть, заморозить его время, оставив его в этом состоянии, а вместе с ним и все его проблемы: от голода, что он не может утолить, от вечной боли, что не может пройти. Пожалуй, вторая половина его рассказа соответствует правде, и то не полностью, впрочем, пока мне нет до этого дела. Как победить неуязвимого на все игнорируемые атаки существа, что не испытывает ни боли, так таковой, ни усталости физической, вечно встающего и идущего вперед снова и снова? Ответ до банального прост, для меня он очевиден. Ведь подобный ему я уже противостоял и победил с ценой всего

— Они кричали, знаешь почему? — хочется высказаться, сказать ему всё, рассказать об этом, просто хочу, кажется, мне это нужно.

— Что? — видимо, я сбил его с толку, не ожидая от меня слов. Впрочем, мне плевать на него, я хочу сказать, я хочу рассказать.

— Я не давал ему шанса ни на что, он в какой-то момент осознал кое-что, я увидел его раскаяние, настоящее, наверное. — Он будет кричать, как и он, я уже знаю это, он хотя бы заслуживает это знать, к нему мое уважение, так или иначе мы будем работать вместе, я не хочу скрывать от него это, я хочу, чтобы он запомнил этот момент, как и то, что вранье или недосказанность в мою сторону чревато последствиями.

— Что, очередное откровение? Да. — Он что-то говорит, продолжая вставлять слова, но я не слушаю, я просто говорю. Мне просто надо выговориться, хоть и таким способом.

— Он говорил слова... Прости. Одно слово перед тем, как я его убивал. Он падал на эти... Цветы, я стоял над ним, и он говорил: «Прости». — Оно самое яркое и детальное мое воспоминание. Я помню ее, хоть и ловил себя на мысли, что, возможно, это был сон, но это был итог, конец пути, я его помнил, но не хотел вспоминать. Он... Мог всё исправить в конце, я мог простить его, поверить в последний раз мог... Но не захотел

— Ха-ха-ха, — я смеялся как сумасшедший, как безумец тем, кем я являюсь. — Я убивал его, я резал, сжигал, ломал, расплющивал, не оставляя от него ничего. — говорю я со смехом. — Он падал и падал, и говорил одно и тоже «прости», ха-ха-ха. Это было весело — каждый раз, когда падал он умирал, он не сопротивлялся, его искра, его решимость и душа, они просто погасали, как и он. Он падал и умирал снова и снова. Смех прекратился, радости конец, как и игре. — Он больше не падал. — Я ждал его около цветов,он не падал, он больше не появлялся, так настал итог, где я остался один.

— Мне это было нужно, моя тебе благодарность за то, что выслушал, хоть и невольно. — Остаться одному, без шанса уйти или сбросить — мне это было недоступно, без шанса умереть, ведь я обладал его силой. Пожалуй, я стал видеть мир таким, какой он есть, или же я видел все его глазами, так или иначе, момент был достигнут.

— Хе-хе, может, тогда закончим этот конфуз? Даст нам нет смысла продолжать. — Он прав, это не имело смысла с самого начала, ведь это мы с Килером были скорее как гости, что наведались к нему, он виноват, не в чем практически можно было решить всё мирно... Именно поэтому мы психи

— Боль, — мы не ищем рациональных решений проблемы, мы всё усложняем, делаем то, о чем нормальные даже не задумываются, например, убить всех, чтобы они не страдали, это решение психа, мы не отличаемся ничем, мы будем всё усложнять

— Что? — в недоумении спрашивает он.

Но было бы это единственным объяснением, мои оковы, кажется, я что-то сделал с ними, они еще есть сдерживают бурю эмоций, с которыми я не справлюсь на данный момент, но не это, мне нужно будет закончить начатое, мне нужно преподать ему урок, чтобы в будущем к этому не привело, чтобы он даже не задумывался даже о реванше, мне нужно его подавить, уничтожить его волю, его решимость, чтобы она угасла, чтобы он даже не смел сопротивляться мне

— Ты очень... Хороший лжец, хорорр, но тебе уже нужно было понять, что я вижу намного больше. Ты с другого таймлайна, и ты не знаешь меня, но я знаю тебя, вот тебе моя правда. Ты убийца, ты безумец, но ты не псих не в этом плане как я и он. Ты мыслишь, ты имеешь некое сострадание. Я испытываю ненависть к Килерру, ведь он почти как я, но к тебе я испытываю некую симпатию, ведь даже несмотря ни на что ты смог сохранить то немногое, что делало тебя... Нас прежними до всего это, ты скрываешь, ты врешь,но я всё вижу.

Его выражение лица говорит о многом, он не стал ждать он просто атакует, но уже не так уверенно. Уворачиваюсь от его атаки, он опять напал вплотную, взмах оружием и хватаю его руку, он не может пошевелиться, с шоком смотря на меня, один удар с моей стороны, и он отлетает назад

— Что ты несёшь? — он хватает меня за шкирку но я снова бью в ответ со всей силы он отлетает у него переломы трещины и вмятина от удара что сразу же пропало он уже не приближается ко мне смотря очень настороженно он уже не уверен в исходе битвы.

— Даст, что тебе от меня надо, чего ты хочешь: убить меня, избить или наказать... И за что, а? ЗА ПРОСТУЮ ЛОЖЬ!!! — он бьет по земле, делая землетрясение, кровавые вихри, кости летят в мою сторону, я молчу, уворачиваюсь, прыгаю на него и, вдавливая к земле, пробиваю его грудную клетку, он кашляет... Кровью значит. Он задыхается и испытывает муки, значит, и испытывает боль, это просто невероятно. Я пинаю его, он отлетает на пару метров, и снова на нем нет ран, но его выражение он почувствовал или же чувствовал раньше, я пробил его ложь буквально, он всё чувствовал.

—Ты очень хороший лжец Хорорр но играм конец, теперь я веду. —хотевший уже вмахнуть оружием, чтобы продолжить бой, миг, и моя атака заблокировала его движение, мгновение, и бластер материализовался только другой, с фиолетовым свечением, с красным оттенком.

Ргхааах!!! — я слышу его рев, но и его крик, дым рассеялся, и я вижу полностью то, что он скрывал, агонию на его лице, страх, что он теперь испытывает, когда смотрит на меня, дрожь его тела и бегающий взгляд, он стал намного сосредоточеннее, он не пытается меня больше атаковать, он хочет защищаться от моих уже болезненных для него атак.

— Ха-ха, твое выражение лица, думаю, у нас случилась рокировка, — я делаю неспешный шаг, я вижу его выражение лица не безумного маньяка, а того, кто испытывает страх, того, кто боится того, кто только что понял. — В чем дело? Мы же до этого так весело играли.

— Хватит, Даст... Закончим это, я сдаюсь. — говорит он, пока я вижу, как он дрожит.

— Где же твоё бахвальство? Твоя уверенность? В чем дело, неужели ты зашел в тупик? — делаю очередной шаг.

— Не нужно до этого доводить, мы еще можем прийти к компромиссу, только скажи, что тебе от меня надо.

— Боль, твоя боль, Хорорр, я хочу видеть, как ты корчишься от боли, от агонии, к уважению к тебе, я не буду испытывать радость от твоих мук, не более. Ты не умрёшь от этого, это вряд ли, хех, да даже если так, я бы этого все равно не сделал, ведь убивать друг друга нам противопоказано...

... а я-то думал, что... уже много поведал, ха-ха-ха. Ты... Чертов псих — скорее себе, чем мне хоть какой-то ответ. Взмах тесаком, кровавый вихрь и куча разных атак в мою сторону, на всё уворачиваюсь, приближаясь к нему, пока он отходит от меня, держа дистанцию, как же глупо.

— Как думаешь... за сколько секунд я заставлю тебя страдать? — фиолетовое свечение, аура страха для него, теперь он не приближается ко мне вплотную, а я иду вперед, что ж, теперь мы окончательно поменялись ролями. Я вижу его страх, он видит мою улыбку и смех, пора преподавать ему урок.

***

—...Это не значит, что мне не дано понять те чувства, которые для меня уже ничего не значит. Я также испытываю некое сострадание, наверное. Честно, я в себе ещё не разобрался полностью, для меня новые реалии, эти миры, вы все как будто бы сон такой длинный реалистичный.

— Помнишь ведь момент, когда всё казалось повтором, как будто бы ты это уже пережил, этот цветок имел... Хорошее чувство юмора, хоть он и был бездушным. А мы другие, не такие. — Он сломан, нет, он просто хочет казаться таким, скорее на грани, но я не собираюсь доводить это дело до конца. Он сидит на коленях, смотря на землю, и постоянно вздрагивает, когда я говорю что-то. Наверное, я перестарался, может, перешел черту, черт его знает, но он отличный слушатель, в этом он хорош.

Я смотрю на него, он, подняв голову, смотрит на меня. Неуязвимых, бессмертных не бывает, к каждому можно найти подход. В чем была его ошибка изначально, его вера в свои силы, возможно, он меня недооценил фатально. Он знал, кто я, знал, через что мне пришлось пройти, я всё ему рассказал без утайки, без какой-либо злого смысла. Он заслуживает знать всё обо мне, я хочу, чтобы он всё знал.

Я помню, когда мы впервые встретились. Он смеялся над этим, называя меня безумцем, тогда я не обратил на это внимание, на его пренебрежение ко мне и какой-то скрытой неприязни, что он скрывал всё это время. Тогда мне было не до этого, сейчас же я вижу всё отчётливо. Но он не испытывает ко мне тех чувств, теперь нет, он понял одну простую вещь: есть разумные намного хуже, он это знал и узнал на собственной шкуре.

Я не испытываю к нему ненависти как таковой, неприязни, мне все равно на него. Он соврал мне, да, заслужил ли он это... Ответ неоднозначный. Я не в праве решать, рассуждать или же судить его за это, как и он, как мы все. Впрочем, это была демонстрация силы, каждый показал, чего он стоит, по крайней мере он. Не смотря на полную неуязвимость для него это стало роком. Каждая моя атака становилось лишь сильнее, они задевало его суть его душу или то что от нее осталось. Финалом стало последняя демонстрация. Я не знаю как это работала как я это сделал, все вышло случайно но эффект поразителен. Я как то влил свою ауру, в него. Что он тогда увидел что почувствовал я догадываюсь, он словил паническую атаку, он больше не мог сопротивляться, он сломался.

Что произошло и что я сделал мне на данный момент не ясен это было похоже на мою ситуацию, когда я впервые увидел Босса когда он уже заставил меня пережить подобное. Моя особенность или же его непонятно впрочем я с этим разберусь. Так или иначе я добился того чего хотел, урок усвоен, я получил то чего хотел его боль, результат для меня положительный.

Но, как оказалось, не для него, я пытался привести его в чувства, он не реагировал, лишь вздрагивал и дрожал, глядя на меня, или же снова в никуда. Киллера нигде не наблюдаю, да даже не знаю, в какой части подземелья мы находимся, и итог я буквально ему все рассказывал. Оказывается, у него талант слушать, отличный собеседник, кажется, я понимаю, почему Килерр привел меня к нему, скорее, мои оправдания и издевательства над его состоянием, но мне все равно, если он не справится с этим... То я не знаю, что с ним будет, хоть и догадываюсь... Он этого не заслуживает, не такой исход.

Так или иначе, битва окончена. Он стоит на коленях, не сопротивляется, ведь это бессмысленно, он проиграл и лишь ждет окончательного вердикта. Та боль, что он испытал, она внутренняя, не физическая, а нечто другое, то, что я когда-то испытывал сам, то, что в итоге стало моим проклятием или другой формы применения.

Ему повезло, я смог взять себя в руки, это состояние мне не по душе, я не хочу быть безумцем и психом, буквально не хочу упасть в эту яму снова, где для меня чужие страдания лишь приносят радость и где я испытываю лишь счастье от боли разумных, их страдания, агония — всё это, я не хочу снова быть таким... Но мне с каждым разом всё труднее держать себя в руках. Так или иначе, некое разочарование в себе имеется, а именно в том, что я не разрушил свои кандалы, не отдался этому чувству полностью, хватило бы лишь толчка, что я сам себя же и остановил. Пожалуй, если бы не остановился, то моему одноглазому собеседнику было бы намного хуже, впрочем, он и так не в лучшем состоянии, но было бы мрак и отчаяние, не более. Если внешне он цел, то внутри он поврежден, забавная ирония

— Ну давай же приятель, вымолви хоть слово где же твой образ или же маска что ты держал а? Неужели это тебя сломало... Не верю. Знаешь почему?— нет реакции снова, терпение на его бездействие истекает. Хватаю его голову и заставляю его смотреть на меня, его глаз сжался до одной точки, время будто бы остановилось.

— Это то немногое, что ты испытываешь, лишь малая толика того, что я сам пережил. Ты же сделал в своем мире не лучше, но я тебе не судья в этом, но факт один — это некая форма милосердия для них. Ведь лучше так, чем медленное гниение, ты сделал выбор, и ты стал палачом милосердия для них, чтобы они не страдали, но дальше больше, тебя вытащили из этого ада подземелья на поверхность, и ты стал палачом роком для людей, тогда ты вряд ли испытал то, что сейчас. Но не в том суть, даже сделав все это, ты испытываешь вину за все, но знай, ты в этом не один... Но и ты имеешь то, что не имею я... — никакой реакции, но я чувствую присутствие.

— Ты с ним поосторожнее, сломаешь же, — оборачиваюсь и вижу Киллера, что доедает шоколад. — Видишь, я же был прав, тебе все же нужна была разрядка.

— Давно ты тут?

— Ну... Во время твоего диалога я уже был тут, да ты оратор, впечатляет... Хм, только не надо мне изливать свою душу, окей, я не выдержу кринжа.

— Знаешь... Во время битвы с тобой я использовал что-то подобное, но у тебя не было такой реакции, в отличие от него. — Смотрю я на Хоррора, что еще в своем пространстве.

— У каждого свои особенности, у меня иной путь, если на него это сработало отлично, на меня не сработает вовсе. — сказал он это с выражением, пересекая любой подобный вопрос в его сторону

— Развлекаетесь, — Я и Килерр встали как вкопанные, пока Хорорр смотрел впереди нас. Босс, что возник буквально перед нами из неоткуда, он просто появился в один миг, было очень непривычно. Вздохнув, взяв эмоции под контроль, продолжая разговор.

— Проводим времяпровождение со всей троицей, — сказал Килерр, что относится к этому куда спокойнее и привычнее, чем я. Босс же буквально светился довольством и позитивом, или же мне это кажется, никак не пойму. Переводя свой взгляд на Хорорра, он лишь сильнее улыбнулся, на что тот сжался еще сильнее, со страхом едва ли ужасом смотря на него.

— Впечатляет, — смотря на хоррора, точнее, на его состояние, обходя его сзади и хватая его плечи. — Видно, ты всё же чего и стоишь, Даст. Как думаешь, стоит ли избавиться от него? — Не успел я и слова сказать, как послышался хруст костей, всё тело хоррора трещало по швам, отваливаясь по кусочкам, с трещин же начинало течь субстанция, куски его тела буквально отваливались и снова возвращались в норму. Некоторые части в районе черепа превращались в труху, как и все тело в целом. После же возвращались в исходное состояние, и это всё происходило за мгновение, те колебание и искажение вокруг хоррора стало явным, что уже не поспевало за восстановлением. Если он приложить чуть больше силы, его тело буквально взорвётся, и тогда вряд ли он сможет это выдержать, такая долгая и мучительная смерть и страдание перед этим

Он смотрел на меня, его глаз сжался до одной точке, испытывая первобытный ужас и невыносимую боль, которую даже я представить не в силах. Босс же смотрел на меня в ожидании ответа и с явным садизмом, причиняя ему всё больше повреждений, но не переходя тонкую грань. — Как показывает статистика, такие, как они, могут предать меня, не так ли, Килерр? — На что он кивает, смотря с ироничной улыбкой на меня и на Хоррора. — Однако он не давал повода и даже не думал об этом, дело в другом, он оказался слабее тебя, право сильнейшего решать судьбу проигравшего, так скажи, если бы он бы предал меня, ты бы убил предателя.

***

— Пожалуй, одно остаётся неизменным: недоразумение, недосказанности, недоверие и много раз не. Этим страдают абсолютно все... Хм, ну конечно, блин, позвать меня на место встречи, но не сказать, где именно и когда, да... Да даже пометку на карте не оставил, вот гов%₽&. Вот скажи, я, наверное, с ума сошла, что разговариваю с тобой, да. — Маленький камень с приклеенными глазами, что смотрят прямо в душу со своими точками. Держа в руке, и всё высказывая этому неодушевлённому предмету, что был приобретён за бесценок у кого-то чудака, но не так важно.

Путешествуя по просторам АУ, невольно задумываешься о бессмысленных тех или иных действиях. Ведь всё, что ты сделаешь, не имеет ровным счётом ничего, как пример, ты, возможно, спасёшь один мир, предотвратишь какую-то катастрофу в другом, но при этом то же самое происходило абсолютно в других местах, а самое поганое, те типа подвиги и игра, как она начала это называть, «В Спасителей» были абсолютно бессмысленны, ведь всегда может случиться так, что сама вселенная так или иначе вернется по тому же пути. Ведь, как выяснилось, очень трудно изменить таймлайн, временную линию саму АУ от предназначения его пути, можно отсрочить, но лишь временно, и она так или иначе вернётся в исходное состояние. Конечно, как она слышала, были и исключения, но они приобрели свой особый статус, так что не увидеть, да даже узнать их название не представляется возможным

Пожалуй, за бесчисленные годы она окончательно охладела к этим вселенным и к тем или иным разумным. Было много печалей, горя, поражений и страданий, но были и положительные моменты во всем этом безумии, так что жизнь или же существование вполне приемлемо. Она сама не пуп добра и позитива, как некоторые личности, но и не откровенный злодей, хотя есть умники, кто может с этим поспорить. И им плевать то, что она из совершенно разных категорий АУ, вселенных и таймлайна в целом. Нет, ей навешали ярлыки вселенского зла в свое время, хоть и не без причин, но она исправилась, но, по крайней мере, старается, вот даже с камнем ведет душевные диалоги, хоть и могла поубивать куча народа и сеет хаос среди определённых личностей что не разделяют с ней эту точку зрения.

Но благо она не перешла опасную черту в своё время, откуда нет пути назад. — Воспоминания об этом моменте пронизывают твою душу, ты видишь силуэт существа, что протягивает тебе руку, а за его спиной бесчисленные тени, что тают, плавятся, и снова появляются и исчезают и орут в агонии, ты видела и чувствовала это, ты знала, кто они, кем они были, но даже ты не пожелала им бы такой судьбы, навечно в темноте, пустоте и вечные муки за грехи прошлого и настоящего, даже если тот изменился, всё осознал, хотел быть лучше, кем он был, но этому существу было все равно. Снова и снова лучше умереть, чем существовать в этом состоянии.

—... Хм, Камень, ты что, реально живой, что ли?

...

— Ха-ха, да Кукуха тютю далеко и надолго, — смотря внимательно за этим уже подозрительным камнем, убирая медленно и аккуратно его во "внутренний карман" и забывая о нем до лучших времён. Выкинуть куда-то в сторону рука не поднимается, ведь хоть и был приобретён за бесценок, но она дала слова, что позаботится о нем и будет кормить лучшим... Кормом для камней... И зачем она его вообще приобрела... — Чёрт, да где он, меня от этого места, мурашки по коже.

Она чувствует себя мишенью... У нее буквально нарисована мишень... Стоп, что? — Магический след на ее теле и пуля, что летела ей в голову, что была срезана на двое появившимся ножом, но после взрыв, что отбросило ее и не давая ей прийти в себя, еще с десяток пуль с разных траекторий, пробивая ей руки, плечи, ноги и бедро, и очередные взрывы в районе ее тела, что разорвало ее на части.

Остатки тела растворились, приобретая вид черной жидкости, соединяясь и восстанавливая человеческую форму. — Кто бы ты ни был, я ТРИ ШКУРЫ С ТЕБЯ С ПУЩУ!!! — очередные пули, но на этот раз быстрые разрезы и увороты от взрывов. Мишень еще нарисована, а пули летят вслед за ней, куда бы она ни отошла, ясно одно: стрелок засел очень далеко. Кинжал преобразовался в щит, немного манипуляции с магией — и готово. — Лети к своему хозяину, су... — врезавшая в щит пуля сделала поворот и полетела обратно к месту выстрела, она последовала за ней, попутно уже отражая новые пули.

Пуля полетела к склону горы и там же взорвалась, но ей было уже не важно, она видела стрелка, а значит, и ей пришло время дать ответочку. Удары ножом и десятки вихрей черной серой энергии и гигантские взрывы. Стрелок скрылся, мишень пропала, но уже она знала, где он, и, в отличие от него, она не играет в снайпера.

— Попался выродок, — в ответ ей были выстрелы, на что она предпочла уворачиваться. Те пули уже были опасны чисто для нее, видно, он подготовился. Сближение с ним и удары, на что он так же ловко уворачивался и стрелял в ответ, попутно доставая и ударяя ножом, если она слишком близко приближалось и его магия костей не оставляет равнодушным к битве, но и она тоже не промах, ставя незаметные метки по всему периметру, чтобы утащить его уже поближе к ней, и тогда уже дело времени

На что долго ждать не пришлось, от очередного ее удара он также увернулся и телепортировался, провалившись в одну из меток, но что она не ожидала, так это три взрывчатки на ее теле, что взорвались и разнесли ее на куски. Восстановившись, на нее уже было нацелено дуло пистолета с особой пулей, но и на него тоже направлен нож, если и снова умирать, то она разнесёт все тут, но заберёт его собой, но за мгновение до выстрела.

— БРАТАН!!! Она с нами, не стреляй, чёрт тебя побери, подруга, он с нами — не взрывай всё тут, чёрт тебя побери! — перед ними возник Эпик, весь запыхавшись и еле дышащий. — Я... Уф... Спешил... Как... Уф... Мог. Вроде успел... Фух, всё же целы, да.

Уже второй пистолет был направлен на эпика, как и второй нож, на что он показывал на обоих пальцами. — Так нечестно, у меня даже пушки нет, и у нас не мексиканская дуэль, у вас нет шансов, так что давайте спокойно отпустим оружие и я всё объясню.

— Эпик ты меня точно решил свести в могилу да?

— У меня встречный вопрос, ты совсем без мозгов, Эпик пригласил меня в это место, не сказав ни слова, да... Ни о чем, кроме как ты нужна... Решил меня грохнуть, да вот даже киллера нанял... Шляпы не в моде. — говоря всё это, пистолет с ножом были также наставлены друг против друга

— Спокойно, спокойно, всё это недоразумение, я хотел вас свести, но всё вышло не так, как я думал, ты начал стрелять, а тебя я не успел найти и предупредить, и так пошло-поехало. Еще я не знал, где ты, и тут вообще ну неудачно вышло, но главное то, что вы познакомились.

— Я прекрасно знаю, кто она, и даже я не ожидал, что ты ведёшь дружбу с такими, как она.

— Хей! — Резкий злой взгляд отсудил её пыл. — Мне плевать на то, кем ты себя считаешь, но я знаю точно: убийца без пощады, а в свое время потрошитель.

— Братан, она изменилась уже очень давно, я знаю. — Две пушки уже были нацелены на нее, но «Эпик» встал между ними.

— Такие, как они, не меняются, Эпик. Я даже удивлен, что она еще жива, ты сам говорил, что кто-то регулярно нас истребляет, вот и главный подозреваемый... Виновник.

Это я нашел ее, братан, вытащил и убедил помочь, как и тебя, да, между вами недоверие, но прошу, дай ей шанс, правда.

— Хей, вы что, совсем ох%₽&% придурки разговариваете, так что меня тут нет. Эпик, я тебя грохну за такую подставу, как и тебя шляпа.

— Прости, прости, подруга, всё это правда, череда случайностей и недоразумений, вы вообще не должны были драться на смерть, здесь моя вина, правда... Братан, я говорю правду, она изменилась, дай ей шанс, с меня слова чести.

... Ты... Черт с вами обоими, — отпуская пушки, что сразу же исчезли с рук. — Я за тобой слежу. — Положив оба руки в пальто, ознаменовав капитуляцию, она смогла наконец вздохнуть спокойно, но, по крайней мере, ее не убьют сегодня... Опять. Эпик же светился от счастья, пожимая руку ему и теребя голову ей, говоря, что они обязательно подружатся, на что она очень сильно сомневалась

Как и говорилось, недоверие к ее персоне вполне заслуженно. В свое время это было чёрная полоса в ее жизни. Не видя смысла спасать обречённые миры, она устраивала геноциды, чтобы они не возвращались в повторяющихся циклах. Но это не оценили силы иного порядка, от хранителя до некоторых путешественников. И если с хранителем у нее и не было и шанса, то с путешественникам повезло не так сильно. На все ее доводы и аргументы в бессмысленности существования циклов ради страданий были восприняты как безумие и жаждой силы, что было недалеко от правды

Да, способы были радикальные, но она думала, что делает благое дело для этих миров, для всей мультивселенной, она была очень наивной тогда и глупой, не видя сути и своих ошибок. Но ей помогли, ее спасли от бездны, что ее почти поглотила. Чувства вины и страдание, что она испытывала за то, что совершила тем, кем она была, чем стала, в то, чего она не хотела, это было ужасно. Но годы самобичевания — это был не выход, и она хотела исправить свои ошибки, помогать, бороться со злом или спасать заблудших, но о ней, увы, не забыли, многие ее помнят и хотят закрыть свои счёты с ней. Будь то месть за убийство друга или же какой-то выживший из геноцидного пути ее похождение, или же попусто безумцы, что хотят ее силу, таких она убивала сразу

Пожалуй, те немногие личности и правда не заслужили ее ножа, она жалеет об этом, и тем необычно что она смогла подружиться с этим эпик сансом, хоть он и хотел ее тоже кокнуть, но быстро передумал, видя, какой она стала. Он один из немногих, с кем она реально подружилась и может нормально поговорить, пообщаться, есть еще и другие, но найти их в свободное время очень трудно.

— Так что это за мир зачем мы тут — Спросила она и видя свет огней какого-то города вдалеке не понимая почему именно здесь.

— До недавнего времени в это место нельзя было попасть — Сказал эпик — это моя зацепка.

— В каком смысле нельзя?

— Это... Мертвый мир. Все разумные просто исчезли в один миг, люди-монстры, это был пацифистский таймлайн, видимо, кто-то постарался извне, но это полбеды. Именно это одно из мест, что был закрыт от ее взора до недавнего времени, сюда нельзя было попасть и даже обнаружить.

— Напомни еще раз, зачем мы здесь, — сказал Санс, смотря на город вдалеке, что стал ей казаться уже зловещим и жутким.

— Расследование, братан, и вы оба в этом поможете ведь вы оба в этом сильны что-то блокирует взор Корра, как и сама нужная ей дверь в это место отсутствует, нужно найти причину, а дальше будем действовать по ситуации

Загадки, тайны и зловещие знамения, что ж будет, что рассказать камню, когда вернусь.

Глава 9

Цвета жизни — яркое солнце, что освещает всё вокруг, трава, что поднимается из земли и зеленеет, реки и озера, что текут, давая плоды жизни, куча разных животных, что пробуждается от спячки, готовые к новому сезону. Начало прекрасного времени года, по сути, цветок жизни, что расцветает, что готов к новым переменам. Прекрасный день, пение птиц и цветение цветов. Дни рассвета, недели сезонов, месяцев перемен и года — продолжение жизни, как и сегодня, это мог бы быть прекрасным днём.

Но всё это испарилось, всё затихло в миг. Тишина и шум не этого места, не из этого мира. В окраине леса открылся разрыв, не из этого мира открылся проход с запахом смерти, с ветром разносило, и лишь тишина на всё это смотрела. Один за другим выходили фигуры, пока не вышли все трое. У каждого руки по локоть в крови, и запахом смерти ощущения от них. Ужасом для всех — страх смерти для многих.

Они не из этого места, не из этого мира, целью одной пришли — убивать, оставить лишь страх и ужас, страдание, смотрят на город, что не знает, что будет, не будет спасения и милосердия, не будет сострадания, лишь останется страдание.

Люди и монстры живут в мире. Уже как год, как был уничтожен барьер. Дружба двух рас без войн и конфликтов. Счастливое время было для них, никто ведь не знает, что это конец, последний день, последний сезон.

Капли дождя, что перерос в ливень, тучи над облаками, что перекрыли всё небо. Ливень усиливался, превращаясь в потоп, тучи сверкали, молнии били, дул ветер сильнее, становясь ураганом... Три фигуры стояли на вершине горы, взирая на город без сожаления. Один взмах руки, один выстрел — начало конца, первые реки крови и праха всё землю накрыли.

Угасло солнце, лишь тьма осталась, завяла природа, пропала вся жизнь, дням рассвета конец, пропали сезоны, конец времен года, закончилась сказка. Не будет больше прекрасных моментов, никто не услышит пение птиц, никто не увидит цветение цветов. Сегодня мог бы быть прекрасный день...

***

Куча шума, взрывов и крики паники с каждого нового разрушения, очередного землетрясения, новое обрушение зданий на все еще живых монстров и людей. Всё, что тут происходит, это натуральный ад, огонь пылает везде, вместе с очередными взрывами повсюду, разумные бегут, пытаясь спастись и выбраться из этого ада. Кто-то прикрывает собой шальную атаку, чтобы в итоге погибнуть вместе. Кто-то пытается атаковать, закидывая нас своими атаками, мечами наперевес, нас атакуют монстры, кто еще может сражаться, также люди используют свое оружие, как и некоторые магию, пытаясь либо так же атаковать, либо исцелить союзников, спасти от смерти, кто-то пытается вывести всех, кто не может дать отпор, спасти, выводя из этого ада, увы, попытки тщетны. Храбростью нас не остановить, коли они слабы, справедливости не будет, она не существует для нас, как и для них. Надежда умирает последней... Она умерла в начале, когда мы пришли сюда, ибо нет для них надежды на спасение, как и на справедливость

Очередной залп, десятки бластеров стреляют, магические снаряды летят куда угодно, как и задевая кого угодно. Фиолетовое свечение перед очередным взрывом, крики от невозможной боли, кто не умер сразу, но кто будет в агонии перед тем, как он сам покончит собой. Мы пришли, сеет хаос, не полное истребление, страдание в душе, агония в жизни, тьму вместо света и мрак в сердцах. Не будет больше места света для них, останется лишь тьма, что чернее самой тёмной ночи.

Я иду по земле, покрытой прахом погибших, переступая через тела людей. Вокруг меня всё объято фиолетовым пламенем: останки, что догорают, руины, что разваливаются. Прах, который я принёс с собой, теперь покрывает меня ещё сильнее, как и кровь невинных. Каждый шаг становится всё тяжелее и даётся мне с трудом, с каждой отнятой жизни. Крики умирающих эхом отдаются в моей душе, а их взгляды, полные ужаса и страха, навсегда останутся в моём сознании. Я буду помнить об этом постоянно, снова и снова переживая те мгновения... В забвении

Подобное происходило уже не впервой, это рано или поздно должно было случиться, сеет хаос то в одном, то в другом мире, это может быть как и поверхность, и подземелье, есть крупные отличия или что-то на подобии этого мира, куча миров, сотни вариаций и бесконечный поток. Копии... Нет, не копии, каждый обладает своей историей, своей личностью, у каждого мира есть свой маленький герой разной породы, но при всем этом отличия минимальны. Сотни таймлайнов, а за ними тысячи веток разных путей в каждой AY, но мы атакуем именно те миры, которые не может не противостоять или же даже заметить извне, даже если заметят, то такие, как этот мир, попадут во власть босса, и уже ничего нельзя будет сделать

Но не в этом суть, можно оправдывать себя по-разному, но то, что я, что мы делаем, уже не оправдать, убийства в глобальных масштабах, столько жизней было отнято, столько страданий было принесено, но для нас это ничего не значит, нам все равно, мне все равно, сколько боли мы им причиним, сколько ещё миров будут гореть, их жизни ничего не стоят

Возможно, это связано с моим эмоциональным состоянием, но нет. В прошлом я мог бы даже не задумываться об этом, но время расставило всё по своим местам. Я убийца, психопат и безумец, и это уже не изменить. Хотя я испытываю некоторое сожаление о том, как всё обернулось, и о том, что я стал частью этого, но оно пропало в мгновение, и лишь раздражение пришло на место сожаления. В чем причина? Всё просто: их история, их финал, их жизни под солнцем, ненависть — вот что я испытываю. Лицемерное заявление, но всё так. Я видел другие пути, я буквально наблюдал за некоторыми таймлайнами с другим финалом, не с таким, как мой... Будто бы я смотрел на зеркало, но искажение — это я. Я ошибка, неужели всё, что я делал, было моей ошибкой, раз был другой путь, то почему именно со мной так сложилось. Неужели это была моя судьба — превратиться в это... Неоднократно убеждаюсь, что всё было зря, что всё это не более чем злая шутка

Такова наша работа, таков наш удел всех нас. — Ты был здесь раньше меня, Хорорр, скажи, каково тебе было, когда ты делал подобное впервые? — Стоя на краю обрыва, а вдалеке пылающие города и леса, воздух пропитан гарью и частичный шум вдалеке, но всё это не важно для нас на данный момент. — Знаешь такое понятие, как полная власть над жизнями других, что теперь ты решаешь, кому жить, но также ты понимаешь, что ты этого бы не сделал, будь другой путь, нам он недоступен, так всё же, что ты чувствовал, когда делал подобное впервые?

— Ты задаёшь «такие» вопросы. — Закатив глаз, с недовольством смотря вдаль, нервно теребя череп, всё кричит о том, что он атакует меня, если я сделаю резкое движение в его сторону.

— Не беспокойся, это мой личный интерес, можешь не отвечать — время всё расставит по своим местам. Прошло много времени с этого мелкого инцидента. В любом случае на фоне нынешней перспективы такие проблемы, как выяснение отношений, личности характера, изучение и формирование типа крепких связей, кажутся нелепыми и ненужными, по крайней мере в нынешних положениях дел, где, как я понимаю, те немногие поручения и миссии были лишь пшиком, в дальнейшем же задания от босса будут более сложные и смертельны опасны. Но в долгосрочной перспективе, если, конечно, доживу до этих "чудесных" днях, лучше не портить отношение. Стать друзьями нам в любом случае не выйдет, это невозможно, у нас просто-напросто не всё в порядке с головой, у каждого свои скелеты в шкафу, у каждого есть тайны, которые они не скажут при нормальных обстоятельствах, всё придётся выяснять самому. Но это не значит, что мы не сможем работать в одной команде, благо всё не настолько плохо между нами тремя у нас нет открытой враждебности, и мы можем вести, пожалуй, душевные разговоры в своей манере. Партнёрами... Вот кем мы являемся.

— Жалость, — видимо, он хотел сказать что-то другое, но непроизвольно сказал именно это. — Может быть, но со временем подобных миров была куча, и всегда одно и тоже. Я видел лица тех, кого я убивал в других мирах, время шло, как и взгляд на жизнь в целом, и итог таков, что для меня их жизни теперь ничего не стоит, всё бессмысленно, поверь. — Смотря на меня единственным глазом, что стал пульсировать внутри, он продолжил: — Эти миры AY, вселенные и их обитатели, ты поймёшь, что они не стоят ни твоей жалости, ни сострадания, ведь это у них всё сложилось хорошо. Это не они попали в петлю вечной боли. Моей боли, как и твоей временной линии, это не они страдали, так что да, я испытываю лишь ненависть к ним всем, злость за то, что я, ты, даже он. — Указывает он на Киллера, что всё это время слушал наш разговор. Также смотря вдаль. — Попали в эту ситуацию, что мы по сути стали рабами хоть и на добровольной основе. — В миг и вся злость пропала, а лицо стало нечитаемым. — Ты это хотел услышать, доволен? — Мне бы хотелось услышать кое-что другое от него, но я понимаю, что это лишь мои хотелки и ничьи больше.

— Хех, да, забавно, но тебе стало лучше со временем, — сказал Килерр. — Я ведь помню твое начало, по сути, сломленное жалкое существо, и посмотри, кем ты стал, такое же жалкое, но уже «жуткое» существо.

— Я посмотрю на тебя, когда тебя будут расщеплять по кусочкам и выпускать всяких тварей на убой... — резко замолк Хорорр, видимо поняв, кому именно он ответил, со злостью он схватился за своё лицо, и причина не заставила себя ждать.

— Ну, продолжай, что дальше, давай добавлю, — сказал уже Килерр с издёвкой и откровенным весельем. — А также выворачивать наизнанку, расчлененкой и пытками с последующими восстановлением, чтобы повторить процесс, и всё это ради того, чтобы добиться хотя бы крика, но когда физический метод становится бесполезным, то идет уже психологический, и результат выше всяких похвал. Я познал оба аспекта, и все прелести физического воздействия я со временем применил на тебе, но, увы, в психологическом плане этого добился ты. — Сказал он мне, на что я промолчал

— Тц, не вижу в этом повода для гордости, — сказал хоррор с таким же нечитаемым выражением лица, как, впрочем, и я. — Мы и так провели тут много времени.

— Что ж, если ты думаешь, что всё это — обведя рукой руины, что горят огнем, добивая выживших, гора, что развалилась, похоронив там всех под ней — что мы делаем, достойно твоей гордости, хех, что ж, поздравляю, ты окончательно спятил, — сказал Килерр

— И всё же, — решил вставить слово я, — что ты чувствовал? — говорю я Килерру, хоть он и по большей части всегда на нездоровом позитиве, но даже он проявляет некие чувства недовольства, перемешанные эмоции, столь редкие и едва заметные, но это делает его хотя бы чуточку живым. — Ведь я испытываю лишь отвращение, неприязнь, ненависть по отношению к ним и капельку жалости. Хах, да, кажется, я окончательно убедился в себе, психопат, убийца, безумец, ха-ха, кем я стал? — Достало, эти чертовы кандалы снова пусто внутри, даже эти сильные негативные эмоции просто захлопнулись под замком. Пожалуй, нужно было догадается, что с этим всё не так просто, во что он хочет меня превратить, когда эти кандалы сломаются и всё выйдет наружу, во что я превращаюсь. Нужно решить эту неприятность, сделать всё на своих условиях, иначе исход будет неизвестным, в лучшем случае конец, в худшем...

— Вот ты и сам ответил на свой вопрос, — сказал Килерр, видимо, думая о своём, делая круги и что-то вводя на свой аппарат, пока Хорорр теребил свой череп, смотря на последствия наших действий. Я же просто курил и был в себе, нужно еще о многом подумать и определиться со своей ролью во всем этом окончательно, все же этот «марафон» по мирам дает о себе знать, все банально устали, иначе не были бы такими разговорчивыми

— Мы закончили здесь? — спрашиваю я, смотря на их выражение лица, что Килерр, что Хоррора — что такое же нечитаемое и крайне фальшивое. Определение личности и характера собеседника, его поведения, реакции на окружение — это одна из особенностей, чем такие, как я, могут гордиться. Читать по мимике, по его выражению. Реакции на те или иные вопросы, его действия или же раздражители, благодаря этому очень легко понять, что из себя представляет, какое он существо и заслуживает ли доверия. В общем, благодаря этому таланту можно читать их как открытую книгу. Но когда сам собеседник в курсе об этой особенности и всех его уловок, этот талант поворачивается спиной, и скорее он навредит, чем поможет. Я не один раз с этим сталкивался неоднократно и уже не стал доверять этому способу, но времена изменились, изменился мир вокруг меня.

Когда тебя окружает, по сути, такие же копии, у них те же природные данные, есть отличие, но мы все одно существо из разных вероятности событий миров и временных линий. Мы знаем, как читать по выражению, и надеваем маски, чтобы собеседник не узнал о нас больше положенного. У каждого своя маска, у каждого свои секреты, которые они хотят оставить при себе, иронично, что я, по сути, насильно снял маску с Хоррора и приоткрыл свою. Главное, что я понял, это держать лицо отрешённое и безразличное. Вот моя маска, но, однако, в сильных эмоциональных ситуациях она снимается, и меня уже становится легко читать, знать то, о чем я думаю. Но это мало чем помогает тому, кто снял с меня эту маску: он увидит не отрешённого, безразличного, спокойного и уравновешенного, а полную противоположность, и тогда не будет мирного решения, не будет милосердия, итог для него будет один, но это не касается тех, с кем я окружён. Мы все прекрасно знаем, кто мы есть, по сути, мы это уже проходили, и мы отдалились новой роли в своих мирах, и если же есть какой-никакой шанс начать всё сначала... Этого не будет.

***

Шум реки и капли дождя заливали это место, место с нескончаемыми водопадами и яркими цветами украшали его. Цветы сами собой не обычные, эхо-цветы, всё, что они услышат, они будут повторять, пока не услышат новый звук, и так по кругу. А теперь можно лишь представить капли дождя, шум водопадов и звуки с эхом цветов, кокафония звуков: возможно, но если прислушаться, во всем этом можно услышать музыку этого места, такое спокойное и умиротворённое. Можно провести часами здесь, слушая местных оркестров и их группу, и забыться. Просто забыть обо всём, обо всех проблемах, о всех горестях и утратах, отдаться мечтам и надеждам... Но даже это место не смогло принести мне утешение.

Такой же мир, только полумёртвый, нет жизни, но осталось лишь их эхо, что навсегда сохранилось в цветах. Интересно, каково это — в один миг просто исчезнуть по воле богоподобного существа, каково это стать по сути ничем, ведь ничего по сути не осталось, ни упоминания, ни следов, ничего, и лишь пустые и гниющие города, архитектура, и эти... Эхо цветы лишь говорят о том, что тут жили и существовали. Впрочем, меня это не касается, я здесь не более чем гость к одному пропавшему необычному разумному.

Это место меня просто завораживает и даже успокаивает в какой-то мере. Пожалуй, в тех немногих вселенных, что я был, именно это место присутствовало в разных его проявлениях, эхо цветы имеет ключевое значение. Во время полного одиночества я проводил здесь всё время, постоянно общался с ними, они мне, конечно, не отвечали, скорее это была извращенная игра, я задаю ему вопрос, он мне задает такой же вопрос, я отвечаю, он мне отвечает, и я продолжаю разговор, это было ненормально, впрочем, меня оно успокаивало в сильных панических атаках, от совершения очередного самоубийства или просто от полного безумия.

Что самое неприятное было тогда, я всегда думал, что я не одинок, что они меня сопровождают, что также хотят его смерти, что всё, что я сделал, я сделал правильно, они меня поддержали, я с ними общался... Папайрус, он всегда был со мной, даже после смерти и очередного пробуждения он всегда был со мной. Это было нелогично и глупо, когда я вижу живого брата, что не понимает, с кем я говорю, почему я смеюсь, то призрак лишь говорил: «Сделай всё быстро»... Эти события туманны и почти забыты, а вспоминая об этом, хех. Впрочем, время было беспощадным, и на очередной день в компании этих цветов... Они мне ответили, я не задал вопроса, я не подал голоса, я даже не приблизился к ним, а они называли меня по имени, куча разных голосов, мне отвечали на заданные им вопросы, я получил ответы «мне они не понравились», итог — мой последний очаг душевного спокойствия и равновесия был сожжён полностью, больше я туда не возвращался никогда, а после полная тишина, и лишь эхо раздавалось со всех сторон, что я слышал и призраков, что обвиняют меня...

Звонок телефона прерывает мыслительный процесс, беру трубку и задаю один единственный вопрос: «Где ты?» — помехи и едва слышимый голос. «Пожалуй, корд (помехи) сбой, я за пре (помехи) жно время, ты пока (помехи) в сноуди (помехи)». С трудом слышу голос Киллера, но думаю, суть ясна.

Хоть это и полумертвый пустой мир, но один обитатель тут остался, точнее, его сюда закинула какая-то аномалия, когда он был на задании. По какой-то причине босс не может его вытащить из этого мира, причина неизвестна, но координаты были известны. Нас двоих направили сюда, но произошёл небольшой казус, нас как-то разделило, и в итоге я в подземелье, а он за пределами барьера, как он сюда попадёт — это его проблема, но, надеюсь, это не затянется. Что до обитателя, судя по всему, он в Сноуидине, и, видимо, мой путь лежит туда, телепортацию я не применю, я не знаю эти места, и если тут есть отличие, я могу попасть в трудную ситуацию, придется переться пешком

— Я потеряла сознание, они меня не заметили.

— Ищи дальше, пожалуйста, найди ее.

— Мы их не видели до этого, они из столицы, что они ищут?

— Монстры пропадают, а из лаборатории, говорят, слышали крики.

— Если ты знаешь, то почему продолжаешь?

— Больно, пожалуйста, помогите

Множество фраз, исходящих от этих цветов, сливаются в какофонию звуков. Если прислушаться, то можно уловить мелодию, журчание реки, капли дождя и шум водопада лишь дополняют оркестр. Однако, если вслушаться в слова цветов, можно понять, что они слышали в последний раз. Что же здесь произошло?

***

Это место необычное, скорее, оно напоминает мой мир, такая же тишина, что сопровождало меня всю дорогу. Пещеры, проходы, слышны звуки дождя, журчание реки и тех же водопадов, но они вторичны и не так важны, тут скорее другое. Я слышу то, что не должен слышать из тёмных уголков, непонятный шепот нескольких голосов, что сразу затухают, стоит мне прислушаться, какие-то тени, что сразу пропадают с глаз, как наваждение. Мои ли это галлюцинации или же этого место, я не знаю, я в себе не уверен.

Но всё это лишь малая часть. Меня не покидает ощущение, что кто-то за мной следит, но когда я сосредотачиваюсь на этом, то оно пропадает, и так неоднократно, это настораживает и напрягает, тот ли за кем мы пришли, если да, почему он прячется следить, если нет...

Чем дальше я шел, тем холоднее становилось, в конце концов я вышел на тропу, что была окружена озером. Пройдя еще немного, и я вышел бы в Снежниград, но таинственный наблюдатель все же показался, и это все-таки наш пропавший «друг». Пожалуй, я его знаю, как сказал Хорорр, тот еще психопат, да настолько, что его держали отдельно, честно думал, что он преувеличивает, но, смотря на него, думаю, что он упустил все же кучу деталей.

Что в одежде, что во внешности он не отличается, но его улыбка, его взгляд — он явно ненормален, хоррору до него, видимо, далеко. Мелкие трещины в черепе, немного помятая одежда и постоянное дёргание, и с безумной улыбкой, с заложенными назад руками он смотрит на меня, его скрытности можно похвалить, но то, что он показался сейчас и явно чего-то хочет, меня всё же напрягает.

— Ты... Видимо, тот, за кем мы пришли, верно?

— Тц... Тц. Кто... Ты... Такой?

— Даст, так меня называют, впрочем, неважно, нам нужно дождаться кое-кого, и тогда мы уйдем отсюда, босс хочет тебя видеть.

— Тц... Кто... Ты... Такой?

—... Ладно, приятель, видно, мы не с того начали, как насчёт того, чтобы ты сам представился? — стараюсь изобразить некое дружелюбие, мне не нужен еще один конфликт из-за такой ерунды, он явно не в себе.

—... Ты... Похож... — он сделал шаг, резкий дёрганый шаг в мою сторону, его улыбка стала еще шире, а из глаз потекла... «Кровь». — Ты... Похож.

Настроения переменились, все инстинкты кричать об опасности, убийственное намерение так и исходит от него в мою сторону. — Прекращай свои игры, мы на одной стороне.

— Его улыбка, его оскал стал до невозможности широкой, не только из глаз, также изо рта начала течь жидкость, я чувствую от него какую-то запредельную мощь, он сильнее и опаснее, я такого еще не ощущал от подобных нас.

— Игра?... Ты хочешь поиграть... Мы любим играть... Мы сыграем... Мы поиграем.

— Мы? — он отпустил руки, и для меня мир остановился. Я вижу голову брата, что смотрит своим зрачком на меня, я слышу его бормотание, что переходит в крик... Отчаяния. Мгновение, и он передо мной. Резко возвожу руку, хватаю его телекинезом, отбрасывая его, но он уже сзади меня. Его удар выбивает меня из наваждения, и резко приходит сильная боль, еще один удар сшибает из меня дух, следующий я блокирую своей рукой и наношу ответку, но... Рука, что заблокировала его, треснула, а мой кулак лишь слегка его оттолкнул, но при этом и она не осталась без повреждений... Опасен.

— Ты... Ему... Не нравишься, ты... Похож. — В конце его интонации и сама речь стали другой. — Мы сыграем в игру, которую ты предложил, я оторву тебя по кусочкам, а потом соберу, чтобы снова начать играть. — Возвожу костяную клетку и кидаю на него атаку из бластеров и костей, а сам ухожу в сторону Снежниграда, попутно обрушивая потолок, чтобы тропа ушла на дно озера. Здесь мало места, и мне ни в коем случае нельзя с ним сближаться, это уже другой уровень, в ближнем у меня нет и шанса, нужно держать дистанцию и дождаться прибытия киллера

Чувство опасности, уворачиваюсь от его бластерного огня и костеных атак, что возникли из-под земли, кидаю ответочку и бегу ещё сильнее, но он настиг меня в конце, очередной его удар я пропустил, меня откинуло дальше в лес, пространство стало больше, а значит, и маневренности. Он уже тут в одной руке держит голову, в другой — заточенную кость, что кидает в меня вместе с десятками таких же атак, уворачиваюсь, но он идет в рукопашную, попутно атакуя также из бластеров и костей. Уворачиваюсь и телекинезом откидываю его, сам же атакую на дальней дистанции, закидывая его всем моим арсеналом

Если тот же хоррор шел напролом, игнорируя все атаки, то он очень ловко от всего уворачивался, попутно закидывая меня также разными атаками и снова приближаясь ко мне. Хватаю его телекинезом, но пришлось снова увернуться от очередных бластеров, но теперь и он снова меня удивил, резко притянув уже к себе. Его удар подбрасывает меня в воздух, материализовавшиеся бластеры стреляют, телепортируюсь, и он передо мной, и снова удар, что впечатывает и уносит вдаль

Он не отстает, и снова рядом очередной его удар, я ловлю телекинезом, с трудом удерживаю и впечатываю в землю, делаю клетку и атакую без перерыва, закидывая его, но в меня прилетает голова брата, что откидывает меня, прерывая серию атак, и снова он меня хватает, на этот раз прижимает к земле, нанося удары что своей головой, что его. Очередной его удар оставляет у меня сильные трещины, с трудом хватаю его кулак и материализую атаку из бластеров и огня в нашу сторону, взрывом нас откидывает друг от друга, но не без последствий для меня.

Это уже другой уровень, он быстрее и сильнее меня абсолютно во всем, каждый его удар оставляет у меня вмятины, я с трудом реагирую на его атаки, он стреляет из своих бластеров без премена, попутно сближаясь, притягивая меня к себе и нанося болезненные удары. Я не успеваю уворачиваться, я не могу держать дистанцию, он меня уже доводит до края, а я его даже не поцарапал. От всех моих атак он уворачивается, а те, что попадают, не оставляют на нем даже царапины, и, судя по всему, он даже не сражается на максимум.

Ловкий, тогда не дам ему место для маневра, сильный, буду бить сильнее, атакует без промежутков, тогда я сам закидаю его атаками без перерыва, улыбка нарастает, боль уходит на второй план, глаза загораются, а моя жажда нарастает, я вырву его естество и уничтожу его изнутри.

Моя мощь нарастает, я вижу всё по-другому, всё чётко, я могу улавливать его колебание, его следующую атаку, что дают мне преимущество. С десятков бластеров с его стороны и полусотни с моей, его отбросило взрывом, я же телепортируюсь и вонзаю в его тело копья с костями, зажав его, попутно продолжая стрелять. Дым рассеялся, и он атакует бластерным огнём, он сближается и наносит удары, я бью в ответ, и... Он хватает мою руку и кидает меня, как куклу, в воздух, материализую бластеры и стреляю по нему, но он с разбега прыгает на меня, хватая, и... Намертво сцепился зубами в мою шею

Со всей скоростью падая вниз, я пытаюсь отцепить его от себя, наношу ножевые, бью прямо по черепу, бесполезно, он вцепился мертвой хваткой, и в итоге, долетев до земли... Он оторвал от меня кусок, и со всех сторон брызнула моя кровь, чертова животное. Боль вперемешку с яростью и гневом затмивает разум, вокруг нас образует пылающий ад, со всей силой бью по нему, он отлетает, и стреляю по нему из десятков разных атак, прогремела серия взрывов там, где он находился.

Он вышел из огня, дыма и пыли с такой же безумной улыбкой и кровоточащих отверстий, встав напротив меня, но его улыбка поникла взгляд стал беспокойный, увидев, что я держу в руке. — Видимо, он ценен для тебя, — с максимальной издевкой и улыбкой говорю я ему, держа в руке череп «Папайруса» его брата.

Одно мне понятно: он дорожит «этим», всегда был при нем, никогда не отпускал во время битвы, даже использовал пару раз. Мне повезло, что он выпустил его из рук, видимо, он сам это не понял, а теперь мой черёд

— Теперь ты не такой смелый, — издеваюсь, да, кровь еще хлещет из оторванной части шеи, не критично, но максимально неприятно, но неважно, я хочу над ним поиздеваться, хочу увидеть, как он отреагирует.

— Отдай, — говорит он, улыбка уже пропала, и он смотрит только на него. — Отдай мне его.

— Ты же хотел поиграть. Так в чем дело? — держа его череп в обе руки, с издёвкой и весельем я говорю ему. Он причинил мне боль, он заставил меня чувствовать себя слабым, он играл со мной, я не жертва.

— Отдай.

— Отдам, — моя улыбка стала шире, «треск», — когда разберу его по кусочкам. — В этот момент время для нас двоих остановилось, всё случилось за мгновение, пожалуй, в этой ситуации я недооценил его сам фатально. Слишком расслабился, отдался высокомерию, забыв, что он даже не дрался на полную. А теперь я его справацировал этим.

В миг, и он передо мной, я не успел заметить ничего, и следующий миг — я уже лежу, выронив череп. Он нависает надо мной, его глаза горят ярко-красными цветами, по всему его телу течет эта кровь, эта жидкость, он улыбается, но холоднее, злее, безумнее.

Он заносит ногу и бьет меня со всей силы, образуя вокруг кратер. Всё тело мигом треснуло, но это было начало. Удар за ударом мое тело медленно рассыпается, пытаюсь вырваться, атаковать, поднимаю руку и... Он оторвал ее с корнем и выкинул в сторону, другую прикрепил намертво костяной пикой. Дальше он начал вырывать мои кости от груди до бедра по кусочкам и, видимо, решил завершить сей акт, схватив за мою глазницу, и рот послышался треск, что нарастал всё сильнее. Моя смерть — умереть так бездарно, жалко, снова.

— «Приятель». — Он остановился и перевел свой взгляд в сторону, краем сознания слышу голос Килерра. — Тебе же это нужно, да? — держит он голову. — Так лови, — кидает в сторону, а за ним летит нож, он сразу же сорвался с места, прикрывая собой этот череп. Рядом с ним открылся разрыв, он не успел среагировать, и резкий пинок от Килерра поглощает его, и сразу же пропадает — Уф, пронесло, пусть босс с ним разбирается. — Сказал он это, подходя ко мне. — Выглядишь паршиво, хе-хе, могу подать руку помощи, — тянет он мою оторванную руку, тыча мне ее в лицо

Т... Ты... Дол «кха», «кха» — не пошевелиться, да даже нормально не ответить, адреналин спал, и вся боль нарастает, а с учетом моего нынешнего состояния она нарастает в стократ. Сознания на краю, хочется просто вырубиться, но и этого мне не позволяет он. — Не спать. — Слабые пинки с его стороны. — Чем же ты его так разозлил?

— А хах, м.ы. Игр..л... «Кха-Кха», ха-ха-ха, «Кха» — не могу соображать, безумная боль, но хочется смеяться, через боль хочется улыбаться, ха-ха-ха. Это забавно. Ха-ха

Оставшись вдвоём в этом мире, хоть он оказался на поверхности и довольно далеко от места назначения, что в принципе не проблема для Килерра, благо есть свое персональное устройство делать очередные разломы, главное — знать место, куда ты хочешь попасть, а иначе может закинуть в абсолютно любое окружение, от довольно безопасного или же критичного опасного места, рисковать в этом смысла нет, если же, конечно, не хочешь новых ощущений, что в принципе не мешало пару сотен раз использовать такой способ перемещения, и итог всегда разный, в принципе можно получить как очередное «веселье» или же проверить грань своего болевого порога, что тоже не так плохо.

— Что-то ты притих, погоди, — вырывая кол, освобождая руку, слышны хрипы и очередной бред умирающего. Пожалуй, та битва не сказалась на нем без последствий, редко, если, конечно, вообще можно увидеть подобных ему в уязвимом состоянии, будь на его месте другой «индивид», крайне неприятная личность, он бы воспользовался данным состоянием, не убил бы, конечно, но подавил бы, и тогда очередной безбашенный психопат без своего креатива, мышления и ума, лишь тупо грубая сила и выполнение беспрекословных приказов, что грустно. Сам он не такой не в том плане, что даже не имеет подобных сил, нет, у него свои методы, а в том, что некая доминация над потенциальным союзником внутри одной структуры — это просто... Глупо

Они в одной команде, служат одному хозяину, ломание воли, разума и личности по сути союзника ради удовлетворения своего извращенного желания типа доказательство той же силы или превосходства над остальными — это такая глупость. А если подобные личности хотят при этом еще получить благосклонность босса и показать свою силу, свою власть, свою доминирующую превосходство над слабаками, то это прямой путь в могилу.

Килерр был там с самого начала, он был первый, он же и остался из первой партии. Они предавали, они ломались и бежали. Кто-то считал себя сильнее, кто-то хотел занять место босса, у кого сносило крышу от силы, что они считали себя богом. Итог для всех был один, и это далеко не смерть.

— Я, конечно, не разбираюсь, что творится с тобой на данный момент, но позволь поинтересоваться, в порядке ли ты. — Скорее шутка, чтобы разрядить обстановку, но он хотя бы слышит еле заметный смех, значит, шутка удалась. — Хех, пожалуй, это затянулось, не вырубайся, иначе смерть во сне гарантирую. — Снова хрипы, что перерастает в болезненный смех. — Ничего, мы тебя подлатаем и руку пришьём, а я помогу, ты ведь не против, конечно, не против. — Соберя его оторванные кости и руку в другой, держа его за ногу, оставляя кровавый след, потащил в сторону разрыва, пропадая из этого мира.

Глава 10

— Подвожу итоги, — сказал Килерр. — Нет ни признаков любой жизни, ни намека, да даже банальных следов вмешательства «ничего». — Закончив свой краткий отчет, тронный зал погрузился в тишину, и лишь треск и очередной хруст регулярно нарушали её, что игнорировалось. Изначально подобные аномальные явления, как пустые миры, не были восприняты всерьёз, да даже так такого внимания на это не было, а воспринимались как рядовой случай

Сам этот феномен, такие как пустые миры без какой-либо жизни, абсолютно бесполезны в своём существовании, они гниют изнутри, чтобы развалиться, медленное вымирание всего, а значит, и для него они бесполезны. Причин для подобного много, но по своей сути это естественный процесс, необратимый по своей природе, одна из причин — такие как абсолютная серость жизни как таковой, нет конфликтов, нет вражды, дружбы — ничего, они просто есть, чтобы просто пропасть. Но в этом случае есть отличие, тот мир не был серым, и именно сама разумная жизнь пропали все разом, от целой расы до последнего животного, а уже после пошло гниение, природное ли это явление или искусственное, и подобных миров в последнее время стало куча, впрочем, плевать, у него есть куча других дел, чем тратить время и обращать внимание на эту аномалию, благо есть те, кто займется этим, и сам он так или иначе узнает всё.

Подозрения в этой аномалии были на разрушители, но сразу отпал не его способ, не метод, да и он сам был в ярости и за долгое время вышел из своей дыры, чтобы разобраться в этом. Что ж, удачи ему с этим и всем идиотам, что займутся тем же. Но если бы всё было так просто, из-за этого был растормошен гигантский муравейник, то, что должно было быть незамеченным, заметили. Пришлось всё корректировать и адаптироваться под ситуацию, проводить чистки, заметать следы и оставлять ложные

Также были подозрения и на учёного: он мог опять выйти за границы дозволенного, но тоже нет, рамки договора стали строже, он отбирает лишь те миры, которые ему предоставляют, как и «материал». Его проект по существу столь же занимателен и столь отвратителен по своей искажённой природе, но это сыграет на руку, и когда он закончит, можно пустить в расход. Пока придётся подождать, особо не высвечиваются и держат слуг «Треск» в узде

— Ничего. — Сказал вслух Найтмер, рассуждая про себя данную ситуацию. — Передай своим и сообщи другим об отмене всех заданий, если же начали, то пусть завершают и возвращаются, и не светятся до получения новых указаний

— Снова посыльный... Эх, будут пожелания и советы? — Тишину прервала серия очередных громких трещин и хрустов, намекая о глупости данного вопроса. — Понятно? — Сказал Найтмер

— Абсолютно. — ответил Килерр. Взмах рукой, и он сразу удалился, оставшись в тронном зале вдвоём. Тишина нарушилась очередным хрустом и новыми трескующими звуками и слабыми криками. — А теперь ты.— Куча щупалец извивалась, разжимаясь и сжимая с безумной силой, ломая все кости, все тело снова и снова, не давая ему ни времени, ни передышки на восстановление. Подобные ему... Радикальные безумцы в природе своей неконтролируемые, сами по себе с ними не договорится, не нормально использовать, такие идут в расход в самоубийственных заданиях, но этот индивид при всем этом умудряется выживать там, где другие давно лишились жизней, что немного выделяет его на фоне других, не более.

Откидывая в сторону и взяв в руки оторванный череп, на что получил костяную атаку с его стороны, что прошло насквозь, реакция не заставила себя долго ждать. Несколько щупалец пробили насквозь его тело, его голову, разорвав три конечности, поднимая и отпуская, и снова сжимая и окончательно ломая всё тело, превращая в труху, всё ещё в живом состоянии. — Видимо, я дал тебе слишком много свободы, придётся укоротить цепь. — Даже при всем своём состоянии он смотрит на череп и тянет оставшуюся руку к ней. Но Найтмер не обращает на это внимание, его интересует другое: как он попал в тот мир и что его переместило. Смотря на «инструмент», вливая свою энергию, глаза черепа засветились ярко-серыми белыми зрачками и слабым бликом берёзового. — Покажи мне, что ты видел

***

— Угощайся — время жизни ключевое значение для всего, она определяет начало и конец, что бы ни происходило, какие бы события, катастрофы, конец света и прочее, факт в одном: всегда будет время. Оно неустанно движется вперед, ей плевать на все преграды, для нее их не существует, она всесильна, для кого беспощадно, для других милосердно.

— Спасибо, блу... Свап... Санс — увы, для других само это понятие может стать пыткой, когда кто-то может управлять этой маленькой частичкой, когда есть те, кто смог управлять самой концепцией времени как самой жизни. Они ограничены в своих мирах, и за пределами они менее опасны, ведь там самой понятия времени не существует, само по себе в непривычном понимании

Но это не делает их слабыми или беспомощными, нет, они крайне сильны, и если подобных существ не остановить заранее от их геноцидов, то они могут стать проблемой — решаемой, но проблемой. Они злы, ведь не имеют власти над жизнью, они хотят вернуть это чувство контроля, и ради этого они готовы уничтожать всё вокруг, им плевать на миры и что происходит вокруг них, они одержимы лишь одной идеей безграничного контроля над жизнью и смертью над временем, таких как их мало, но они есть. Но они слабы в нынешнем состоянии и ничтожны в своем существовании, они скорее уничтожат себя, чем признают, что они не правы, своей извращенной логикой без смысла, без причины

Но есть исключения, не стоит судить или обвинять тех, кто похож на них, они могут быть лучше, каждый в своем мире может стать героем для всех и жить в мире со всеми. Но есть те, кто хотел свободы выбраться из своего дома из своего мира, или чтобы они просто пропали, ведь для них их сила проклятье, и если они умрут, всё снова станет как первый раз, так они думали, но это ошибочное суждение, хоть и наполовину.

Глядя на их миры и как они жили, их трудно винить за произошедшее, скорее они психически сломаны, и, обладая подобной силой, они могут навредить окружающим и себе в первую очередь. Таким и многим подобным помогает найти покой Корр, крайне занимательная личность и неоднозначный персонаж. По сути, она самый моральный в хорошем смысле, ищет добро в тех, у кого осталось лишь тьма, помогает найти покой в душе, если, конечно, он сам этого хочет и откроется.

Заблудшие, сбитые, сломленные, невинные или убийцы, те, кто погряз во тьме, но тянется к свету. Она готова помочь всем безвозмездно, без злого умысла, без скрытых смыслов, если, конечно, он сам этого хочет, если он сам протянет руку, если сам сделает первый шаг. — Это... Вкусно... Так ты улучшил рецепт, он стал... Съедобным. — «Тако», что по сравнению с прошлыми разами, когда он только начинал делать их неумело, всё перемешано, сгоревшее, то теперь это на достойном уровне. — Ты... Стал лучше... Изменил стиль... Ну как у тебя дела, что нового, как жизнь на поверхности, хотя ты и остался жить в своем доме... один, — начал он, как казалось, с простого разговора, но в ответ лишь молчание и давящая тишина. — ... Как друзья, как твой брат... Ну ты же подружился с человеком, да? Это же была твоя мечта вроде... Но ладно, не молчи, мне знаешь, нуу, очень неловко, когда ты... Так на меня смотришь. — Злой взгляд от свапа, несмотря на его первый взгляд безобидный вид, его взгляд какой-то давящий, с искоркой огня и внутреннего безумия

—... Скажи мне, зачем ты пришёл? — задал вопрос инку спокойно, с безразличием смотря на него, не улыбки, а яркие цвета голубых глаз лишь сильнее потемнели.

— Ну знаешь, это довольно занятно, нужно было временно найти убежище, и тут бац я вспоминаю тебя, тем более мы долго не виделись, и... — начал тараторить инк, не замечая, как лицо свапа становилось злее, а взгляд более ледяным и темным. — ... Как оказалось, это проблема совсем необычная, ну, меня это заинтересовало, впрочем, ты и так знаешь, Дрим же тебе рассказал.

— Так... Раз это важно... То почему не ушёл с ним, почему остался? Я ведь сказал, что можете оставаться, но... Почему ты вообще решил завести со мной разговор? У тебя, наверное, куча важных дел, чем тратить их на меня. — Сказал свап с неохотой и нежеланием хоть как-то продвигать эту тему.

— Ну знаешь, нужно хотя бы немного выделать свободного времени... Да и мир не схлопнется, если я его потрачу на тебя. — Молчание было ответом, и довольно напряжённая атмосфера. — Да ладно, свап, я... Я пытаюсь ну подержать разговор, найти подход, — молчание было ответом. — Ну да ладно, что с тобой, я... Я не узнаю тебя, где тот веселый, жизнерадостный монстр я... Я думал, ты будешь рад меня видеть, мы же все-таки друзья и давно не виделись... И твое молчание не прибавляет мне радуги

— Друзья, значит? — прошептал Санс, что было слышно в тихой комнате. — И с каких пор ты считаешь меня другом?

— Ты... Да о чем ты говоришь, свап! — резко встал из-за стола, смотря с удивлением на него. — Мы же много чего пережили вместе, ты многое мне показал и рассказал, я тоже в ответе не остался, ведь я показал тебе все чудеса, миры, вселенные, ты, наверное, был просто в восторге от всего этого, мы с тобой где только не были, что только не пережили, а сколько еще всего было, и я... Думал, что мы с тобой довольно близки, ты ведь один из первых моих друзей...

— Закончил, — сказал свап с таким же отрешенным лицом, смотря на него, но взгляд стал более холодным, более безразличнее и безумнее. — А теперь взгляни на меня повнимательнее и увидишь, думаю, тебе это будет интересно. — Время остановилось, но лишь на мгновение, и Инк сразу заметил то, что не должно было быть, но оно есть, это было мимолетное чувство, но он увидел то, что тот скрывал и не показывал этого. Весь его вид приобрел иную форму, его суть, его душа, все его естество на мгновение и сразу же вернулась в первоначальную форму.

— Интересно, — невольно вырвалось из его уст, что сразу же прикрыл рот. — То есть я хотел... Мне жаль, что так получилось, я не знал, даже не задумывался над этим.

— В этом весь ты, Инк. — Сказал свап. — А теперь позволь мне рассказать тебе историю, думаю, можешь записать в свой блокнот как очередное событие.

— Свап, не нужно, я... — но был резко перебит, увидев его взгляд, точнее, светящийся глаз с цветом желтого и голубого, и краями красного

— Мне очень некомфортно с тобой находиться, Инк. — Было сказано с угрозой, закрыв глаза, вздохнув, глаз потух, оставляя голубой блеклый цвет. — Ты, видимо, не помнишь, но я напомню, ты уже приходил ко мне... Не таким... Ты меня очень сильно задел своими словами и действиями, своим отношением ко всей моей ситуации... Хотя я знаю, что с тобой было тогда, и для тебя, наверное, удобно всё забыть, но я... Не забыл.

— Свап я — но был сразу перебить.

— Начнем, конечно, с хорошего, — сказал он с дружелюбной улыбкой, смотря прямо на него. — Ты прав, я был в восторге от этого, ты показал мне поистине чудеса, за всю свою жизнь я, наверное, не мог и мечтать об этом... Я слышал о поверхности, слушал рассказы стариков о былом, читал истории, моя цель была так проста в то время — стать стражем в гвардии королевы, подружиться с человеком, чтобы мой брат перестал хандрить, хех, наивно, но ты показал мне всё это, и я благодарен тебе за это, правда. — Улыбка медленно пропадала, становясь тусклее и грустнее

— Наивный, глупый, мечтатель, вот, наверное, кем я был, мьех... Ты показал мне лишь одну сторону, эти счастливые моменты жизни на поверхности, где все счастливы, где все живут в мире... Это было хорошо... Даже слишком хорошо. — Улыбка пропала, и лишь пустые глаза смотрели на него. — Пожалуй, мне не стоило этого знать ничего, может, так было бы лучше...

— То, что происходило тогда с тобой, это... Трагедия, да, но, видимо, такова была твоя судьба. — Сказал Инк, и атмосфера, что витало вокруг них, от напряжённой достигла пика, став враждебной.

— Судьба, — сказал свап обманчивым спокойным тоном. — Судьба, — повторил он, смотря куда-то вдаль, о чем-то задумавшись, и мгновение... залп костей полетели в Инка вместе с бластерным выстрелом, выталкивая его наружу. В проломе показался свап, его оба глаза пылали, в руке же он держал фиолетовый костяной меч. Окружающие монстры сразу обратили на это внимание, выходя из домов и смотря на их двоих. Инк сразу оценил ситуацию, взмахнув кистью, и их обоих переместило в безлюдное место.

— Я не то имел в виду, успокойся. — И сразу с его стороны образовались фиолетовые разрезы от самых разных атак, от градов костей и бластерных выстрелов. Ставя защиту и сразу отходя в сторону от атак, Инк сразу оказался за его спиной, в миг взмахнув кистью, и краски заковали его ноги и руки, обезвредив его. — Спокойно, блу, ты не в себе, дождемся Дрима, он всё исправит.

— НЕ НАЗЫВАЙ МЕНЯ ТАК!!! — С рёвом он телепортировался, и несколько гигантских десятков материализовавших бластеров по очереди стали целиться и стрелять в Инка. Избавившись от оков и взяв в руки меч, он стал беспрерывно с бешеной скоростью наносить удары, разрезы, вихри вместе с продолжающими выстрелами и градами костей самых разных форм и размеров, продолжая говорить: — Моя судьба была встретить тебя! Моя судьба была убить всех! И моя судьба была нести эту ношу, а скажи мне, СКАЖИ!!!!! — Череда без прерванных яростных атак, что начало спадать, попутно всё утихая и утихая, пока не прекратилось. Уставший свап с яростью смотрел на спокойного Инка, ни одна из его атак даже не задела его, тогда как сам Инк мог с самого начала закончить этот бой, но не сделал этого, скорее давая ему остыть

— Свап, спокойно смотри, я безоружен, — поднял он пустые руки, демонстрируя уязвимый вид. — Я не хочу причинять тебе боль... Мы... Я не с того начал, извини, пожалуйста, дай мне шанс... Я хочу разобраться в ситуации, я готов выслушать тебя... Тебе это гложить верно?... Если ты правда этого хочешь, я уйду и не вернусь больше никогда. — Стоя напротив друг друга, Расеев оружие, как и сама ярость, утихло вмиг, и лишь сильно подавленный вид и уставший горящий взгляд смотрел на него.

— Это «отдышка», был обычный день, «отдышка». — Начал свап, огонь в глазах потух, образуя голубой, но блеклый свет. — Мой плановый обход, проверка... головоломок, писания отчётов для альфис, всё... Было как обычно... Пока я... Не услышал крики и последующие взрывы. — Говорил он убитым голосом. Инк его не прерывал, не подходил, а внимательно слушал. — Когда я добрался до этого места, то увидел брата, но что-то было не так, Папайрус, он вёл себя странно, постоянно извинялся, как будто бы прощался, я... Не знал, что происходит... Что с ним было... Он обнял меня... И проткнул... Я оттолкнул его... Я сбежал в город, а там куча праха, разрушенные дома, и он, мой брат, что гонялся за мной.

— Это ради вас говорил он... Я вас спасу... Я спасу тебя от него, сказал он мне... Я не помню, что я тогда сделал, и вот я перед ним стою на коленях, и его... Тело, что висело, проткнуто от моей атаки... Он сказал, что всё хорошо, что я сделал всё правильно, что... Всё будет хорошо... Он умер на моих руках... И тогда... Я увидел то, что видел он... Ад.

— Я видел, как мы все живем на поверхности, чтобы снова оказаться под землёй, видел человека и его действия, то, во что он превратился, то, во что он превратил моего брата, я видел то, что видел Папайрус. Все эти... сотни воспоминаний такие разные... Его чувства, эмоции, желание — всё разом навалилось на меня... И тогда я стал... — схватившись за лицо, делая круги и безвольно крича, успокоившись, смотря на Инка, он продолжил

— У меня была... Одна попытка... Я знал, если человек убьёт меня... Добьётся победы, то мы застрянем в этой петле навечно... Я закончил то, что не смог сделать Папайрус, я убил... Всех. Взамен я получил... Эту силу. — Сдерживаться уже не было сил, давая волю чувствам, слёзы текли, но он продолжал говорить. — Я... Помню всё... Я победил, я... Заставил его сдаться... Заставил его сбросить всё, ха-ха, знаешь... Даже после всего что он сделал... Через какой ад он заставил пройти нас, его меня, я... Все равно простил его... Я простил его это... Наверное, глупо, так глупо, но... Я все равно дал ему шанс, ха-ха-ха. — Упав на колени, он начал плакать, последние чувство сдержанности испарились, давая полную волю чувствам

— Никто... Не помнит ни Папайрус, ни человек, никто, лишь я живу с этим, лишь я всё помню... А потом пришел ты, мне нужно было хоть какое-то утешение, хотя бы какая-то поддержка, и ты как мой друг... Смотря на меня без чувств, без эмоций сказал мне, что тебе все равно... Что я... Стал анономалией, и тебе это стало интересно... Только это...

— Молчание было ответом, Инк смотрел с виноватым видом, он не помнил то событие, не помнил, что навещал его, но это было, он это знал, просто не хотел знать об этом, не хотел вспоминать. — Как... Как ты справился с этим? — спросил он, хоть и знал ответ

— Дрим мне помог, потом меня навестила Корр, они помогли мне справиться, я... Сохранил не только воспоминания, но и всю эту... Силу, не знаю как, аномалия видимо. — Усмешкой сказал Свап.

— А человек, что с ним?

— Он не помнит, но... У него остался этот инстинкт самосохранения... Он меня боится... Хотя сам не знает причины... Он прошел все подземелье, разрушил барьер... После я долго следил за ним, если бы он снова сбросил, если даже попытается, то... Мьех Папайрус тогда сказал, что я, наверное, втюрился в него. Ха-ха... Уже год, как они живут на поверхности, они счастливы, все... Правда, беспокоятся за меня... Заметили, как я изменился... Я не... Могу смотреть на них, ведь я знаю... Что я сделал, это меня терзает... Иногда я... Ловил себя на мысли, что... Но это бы причинило им боль... Я не хочу, чтобы они страдали из-за меня... Папайрус, он наверняка будет винить себя за это... Я не хочу чтобы он снова страдал.

— Прости, — сказал Инк.

— Мне не нужны твои извинения, ведь ха-ха, кто я такой всё же для тебя, новая история для твоего блокнота, аномалия для этого мира, интересное событие, всё что угодно... Только я тебе не друг, и не зови меня Блу, тот уже мертв, остался лишь я... Я возвращаюсь обратно, мне... Еще нужно объяснить, что это было... Можешь вернуться или уходить, мне все равно, только... Не разговаривай со мной. — Исчезнув, Инк остался один, смотря куда-то вдаль, взмахнув кистью, он тоже исчез из этого мира, пора заняться делами и решать проблемы, он вернётся обратно... Когда-нибудь.

***

— Псих я? Ты серьёзно называешь меня психом? Да, с чего ты это взял, какова причина подобного суждения, думаешь, я буду воспринимать тебя всерьёз, думаешь, что я прислушаюсь к тебе, идиоту, крысой не более, следи, что говоришь, иначе проломлю твою хрупкую башку, слышишь!

— Ты знаешь, если говорит, что ты не псих, а сзади тебя горят дома, и твое оружие покрыто кровью и прахом... То ты однозначный пси-хо-пат, — Сидя за будкой со спокойной улыбкой смотря на, наверное, самого отбитого персонажа, и он с ним в одной команде. Ему дали неадекватного напарника, как маленькую бомбу замедленного действия, но он его не боится, и это ошибка мироздания, что косплеит гопника из подворотни, это знает, и это его бесить, но сделать ничего не может, хоть и хочет, благо правило действительное — не убивать друг друга, а не то последствия, что не заставит себя ждать.

— Убери свою улыбку ублюдок иначе вырву нах%₽# с корнем твои зубы — Но этому придатку нужен повод абсолютно любой даже самый ничтожный но впрочем это теперь не его головная боль — Надо же кто же к нам пожаловал, давно не виделись Килерр как твоя жизнь, как приятели, Хорорру не нужна кампания, новое зубодробительное оружие например.

Это недоразумение в миг обернулось и увидело, как он стоит прямо перед ним почти в лоб к нему и улыбается, на что тот вздрогнул, хех, притворщик фигов, а со мной был смелее.

— Заигрался? — сказал Килерр, и он сделал пару шагов назад, сохраняя уже нервную улыбку. Он стоял там больше, чем может показаться, и это всех всегда нервирует. Килерр, пожалуй, оправдывает свое прозвище в том плане, что все, кто попал под его нож, не выживали. Конечно, были неудачи, но те были особенные личности, что до других им не повезло, и дело не в том, что он сильнее, нет, просто жертва до самого конца не поймет, что именно его убило, в этом он хорош и тем же самый опасный из всех, кого он знал. Его не увидят, пока он сам этого не позволит, жертва ничего не почувствует: ни приближения, ни намерения, ничего, пока смертоносный удар не будет завершён, а дальше ему уже ничего не нужно будет чувствовать.

— Хе-хе, есть возражения? — сказал он и, продолжая говорить, как оправдание его действий, цель была проста — поубивать пару монстров и людей, итог: он убил всех, сорвался, не адекват херов — видимо, я все еще не отошел, сила бурлит из внутри, никто... НИКТО!!! Не смог мне тут дать отпор, у них не было шанса, они пытались, но даже не поняли, что их всех убило

— Ха-ха-ха, кажется, я ха поубивал кучу своих знакомых, ха-ха. Кажется, я видел Папайруса здесь на мгновение, он, кажется, узнал меня, и какое же было у него выражение лица, неверие? Не помню. Он умер, как и другие, буквально его ращипило под бласторным огнем, как и моего двойника, как и копии здешних мразей. Но что самое забавное, я даже не понял, что я их убил, пока не пришел в себя, и что я чувствую. Верно, да. Да, ВЕСЕЛЬЕ!! Ведь так, да? Согласись, это же нечто особенное, хотя, зная тебя, это не ново, ха-ха

— Хех, мне знакомо это чувство, — говорит Килерр, — для меня оно мимолётно, так что я не знаю кого тебе, но догадываюсь, к чему это может привести.

Я... Контролирую... Себя, Килерр. Я не поехавший маньяк... Ха-ха-ха, нет-нет, стой, другое, я... Не... Буду... Настолько поехавшим, чтобы накидываться на всё подряд, тем более на... Союзников. Ведь так, Килерр, мы же союзники... Партнеры. — Ох, как забегал взгляд, да он сейчас сбежит подальше отсюда, лишь бы не видеть его, а что я, я смотрю на шоу

— Или же ты пришёл меня убить? — спросил он и не без опасения, всё же в отличие от них Киллер вне этого правила

— Нет, — сказал он в своей манере и это его успокоило хотя бы не дёргается, но все же.

— Так... Что тебя интересует — Спрашиваю я — Не думаю что из за этого мелкого инцидента ты бы пришел, да и босс вряд ли бы интересовался этим, или же все же что то случилось?

— Босс отзывает всех, слишком много шума, очень много внимания к нашему времяпровождению, можете вернуться обратно либо в замок, не привлекая внимание пока что

— Оу, выходные, ха-ха-ха, наконец-то смогу отдохнуть от тебя, — смотря на это недоразумение, что зовется так же, как и он. — Думаю, я вернусь обратно в замок, я слышал, что в нашу команду попал новый участник, это правда? — Кивнул он. — Мне не терпится с ним познакомиться, надеюсь, это не еще один отбитый на все голову шизофреник с манией величия.

— У него свои проблемы, — говорит Килерр, — большую часть молчалив, хотя и любит поболтать о смысле жизни бытия, но не советую его злить намеренно, как и врать, он это почувствует, Хорорру не поздоровилось.

— Хоррору!!! Этому неуязвимому выб%₽# хаха, нет-нет, точно нам надо сразиться, нам надо обсудить этот важный философский вечный вопрос хаха о смысле бытия, его смысле и как коротка жизнь, когда ты испытываешь это на себе... Да ДА!!! Я уверен, мы найдём много общего, мы точно сможем построить отношение, дружбу, бл%₽# во веки веков, я уже знаю, у нас куча общего наверняка, мы любим один цвет, хаха запах крови и праха, падение и взлет, общий хруст их ней крик, точно ТОЧНО!!! Су%# Я уверен!!! Нет, я точно УВЕРЕН!!!, он точно такой же, как и я, хахах, нам надо встретиться, я возвращаюсь, крыса, ты отвратителен для меня, черт подери, я меняю партнера, он точно поддержит мои начинания и не будет, слышишь!!! Не будет критиковать мои начинания, мои идеи, мою власть, ты вырадок он займёт достойное второе место после меня!!!

— Твоё право, — сказал Килерр исчезающему в разрыве неодеквату, пожалуй, последнее терапия от босса не сказались на нем положительно, хех, а вначале он был более адекватнее, впрочем, интересно, чем закончится этот конфликт, бедный Даст едва ли он восстановился, как очередной безумец пришел дарить дружбу и жвачку.

— Я тоже возвращаюсь, мне очень интересно увидеть это событие, да и хоррора навещу.

— Твое право, а меня еще ждёт работа

***

Сосредоточиться, сконцентрироваться, взмах и удар. Держать руку рядом, не шевелить, и лишь сантиметр отделяет ее от тесака. Сей процесс повторяется снова, взмах и удар: не попал, промах, час за часом только одно действие, что полностью его поглотило. Как таковой причины или же скрытого смысла в этом нет, скорее некая форма выдержки, сколько он сможет это делать, когда сосредоточенность уступит рассеянности, а концентрация на банальную усталость, и так час за часом без перерыва одно и тоже действия

Подобные изнурительные и бессмысленные действия с его стороны были не впервой, но они помогают забыться, убить время, так сказать, чтобы все чувства были направлены только на эти действия, при этом заглушая чувства боли и вечного голода. Старые шрамы болят сильнее, а новые даже не дают о себе знать, он застрял в своем измученном состоянии, неуязвим снаружи и хрупок внутри, вот как бы он сам это описал. Видно, только из-за этой особенности он и приглянулся боссу, и тогда его поставили перед фактом, слуга или подопытный, выбор очевиден, но от роли лабораторной крысы его это не спасло.

Пожалуй, их ничем неприкрытый садизм над ним, не более, эти монстры, эти твари, всё, что можно, они использовали на нем в рамках этого чертового договора. Изначально чувства боли и голода подавлялись с помощью лекарств, но сильная зависимость от них и притупление чувств, дальнейшее их применение было уже нежелательно. Он еще не до конца от этого отошел, и здешняя манипуляция с его душой лишь немного облегчила всю боль их ней... Руководитель, ученый, откровенный садист-социопат, чертов безумный рациональный ублюдок и еще куча ласковых можно было бы сказать про него, но он знает свою работу, этим он ему благодарен, но всё, что он делает, перевешивает его благодарность, а то, чем он занимается, вызывает лишь отвращение, ненависть и страх оказаться на месте тех, с кем он экспериментирует

Антипустота, как он попал туда, он сам и не помнит, он провел там мало времени, недостаточно, чтобы окончательно свихнуться, но последствия остались, увы. Было ли это тогда, там его галлюцинации, он тоже не помнит. Вроде кто-то хотел его вытащить, кто-то хотел его спасти, он не понимал, что это, не соображал тогда и ненароком атаковал в ответ на протянутую руку, что хотела его взять, оно вроде кричало что-то, и в миг всё пропало, он падал и падал, и проснулся с смутными ощущениями, но хотя бы смог немного прийти в себя на тот момент, чувство безумной боли и сильного голода охватило его с новой силой, он не знал на тот момент, что это останется с ним навсегда. Не было больше той смутной фигуры, когда он был в бреду, он остался один и только шел вперёд, постепенно теряя важные воспоминания. Он с трудом помнит детали своего прошлого, лишь общие моменты крайне негативные, особенно к той тухлой рыбе, эти моменты он помнит отчётливо и годы после, что было до, он едва ли вспомнит, таковы стали последствия, если бы он задержался там надолго... Не хочется даже думать об этом.

— В итоге он встретил Килерра, что он там делал, как он туда попал, ему не было известно, но он вроде удивился, когда нашел его и предложил выход. Если бы он знал, что тогда будет, если бы хотя бы задал вопрос, хотя бы немного подумал, что будет в итоге, он бы сразу напал на него, забрал бы это устройство и ушел куда угодно, если бы он просто не взял его руку. Всё, что происходило после, это рабство на добровольной основе, эти убийства, уничтожение целых миров были ему не по душе, но со временем он даже стал получать какое-то извращенное удовольствие, смотря на их страдания, оправдывая себя, что ему намного хуже, они не заслуживают счастья, ведь я его не получил. Если бы... Он тогда протянул той фигуре руку, был бы исход другим... Рука резко дёрнулась, задевая кисть. Убирая тесак, разрез сразу же пропал... Как и пропал выход, назад дороги нет, он тут навечно до самой смерти

***

— ???Выходи, не прячься, покажись, не плачь.

— Я... «Хмык» не плачу.

— Хм,:( ?-не лей слёзы, они не достойны даже твоих чувств, такова наша реальность, друг.

— Это же... Неправильно... Они же невинные существа.

— !-:Но они бы стали виновными, такое уже было, забыл, ты пощадил одного жалкого человека, :('*а что в итоге, он всех убил, но на ошибках не учатся, ты снова пощадил этих явных будущих убийц, итог:(?&*... Они всех убили.

— Они... "Хнык"... Были детьми, это неправильно, всё не должно было быть так... Как ты можешь говорить так спокойно об этом, неужели ты настолько очерствел?

— :(;Это реальность %₽#&@, прими это, ты рано повзрослел, я даже завидую тебе и тем успехам, что ты добьёшься будущем

— Что?... Я не хочу этого делать, отправь меня домой... Обратно к семье, пожалуйста, прошу тебя... Я больше не хочу этих игр... Этих путешествий, пожалуйста.

— ... ???:(У тебя нет семьи, %₽#&:)+ Я избавился от них.

— Что?

— У тебя нет*+! :) дома... Мира... Я уничтожил все.

— О чем ты говоришь, что ты...

— :(!! Они тебя сдерживали, не отпускали:(!!!Не хотели отправлять со мной, и тогда :) )/: во время наших приключений, пока ты игрался, я убрал этот мусор :)'"*+!семью, а чтобы наверняка я... Избавился от твоего мира.

...

:):'" Это было ради тебя, ради наших незабываемых приключений, :(-!они хотели забрать тебя от меня и тогда я понял,!*:) они злодеи а я герой из сказки что спасает принцессу от лап злого дракона, отрубая ему голову и сжигая тело, ты рад, да, конечно, ты рад. Ты же так радовался свободе со мной, эти пейзажи, эти новые места, ты сиял ярче всех вокруг, словно солнце, ярче звезд, даже лучше, ярче самой луной ночи.

...

:(?/ Ты не рад? Хм, нуууу, знаешь :)!!+ Я хотел сохранить это до твоего дня рождения, но думаю +**:):) Это наверняка поднимет твое настроение, пошли я покажу сюрприз... Почему ты молчишь:(??... От радости слов нет:)!)) Ха-ха, да я понимаю. Когда я был в твоем возрасте, мне никто не дарил подарков, увы, и тогда я дал слова, /!':) когда у меня будет самый лучший друг такой же... Ну почти как я, буду дарить самое лучшее, самое прекрасное и красивое... Оуу?+ ты плачешь:)/! Слёзы радости, я горд собой. Пошли повеселимся вместе, только ты и я, мой лучший друг.

Глава 11

Бесполезно, бессмысленно всё вышло из-под нашего контроля. Мы начали терять самообладание. Игра перестала приносить удовольствие, а скелет не собирается останавливаться. Он становится всё сильнее, безжалостнее и безумнее. С каждым разом становится всё труднее держать ситуацию под контролем.

Ты повторяешь этот цикл снова и снова, а зачем? Почему? Ответ до банального прост: прими его... Ничтожество:). Ты боишься, тебя движет лишь страх, с каждым разом всё сильнее, ты убивал его... ничего, убивал его десятки, сотни раз, и ничего не получил, а знаешь почему? Тебя движет вперед не ненависть, не жажда мести за... Ха-ха, всё причиненную боль, лишь страх. Ты побеждаешь... Ну и что в итоге? Правильно ты ничего не получаешь и начинаешь всё сначала, но ты прокололся, попал в свою же ловушку. Скелет умеет ждать, выжидать, он становился чуточку сильнее после каждой новой смерти всё яростнее, безжалостнее ко всем своим друзьям, безумнее, ха-ха... А ты же... Ты становился всё слабее... Трусливее... Ничтожным...

Ты много раз побеждал и возвращался, повторяя этот... Цикл, ты проигрывал всё чаще, но каждый раз мы возвращаемся и побеждаем, но уже не так, как раньше. Ты стал слабее, ты терял то, что было моим, ты всё... Потерял, осталось лишь малая, ничтожная капля, что заставляет тебя двигаться вперёд, а мне уже с трудом удаётся всё сбросить без последствий для меня, мне не хватает моей силы, моей «решимости»

Но знаешь... Мне это наскучило, я лишь наблюдала с самого начала... Ты сам к этому пришел, я лишь помогала в цели... Ты меня не слушал... Ты меня игнорировал... Теперь я только смотрю, как ты с большим трудом одерживашь очередную ничтожную маленькую победу, а он лишь смеется. Скелет, кажется, забавляется, но это для тебя не имеет значения — ты снова победил. Молодец... Однако ты не можешь выйти из этой ситуации. Тебе не хватит той жалкой крупицы «решимости» довести дело до конца. Да даже выбраться отсюда кажется уже невозможным, потому что скелет позаботился о том, чтобы не осталось путей отхода как пример ни одной души, даже человеческой. В результате... Ты... Идиот делаешь очередной сброс, и всё начинается сначала. Я устала от этого бесконечного повторения. Ведь... Ты уже проиграл, когда упал на цветы... Лишь страх и капелька моей силы тебя питает... Ничтожество.

И... В какой-то момент ты сдался. Ты хочешь вернуть всё к началу, но понимаешь, что это невозможно. Всё уже потеряно, все пути к отступлению отрезаны. Ты застрял в этом бесконечном цикле вместе с ним. Ты пытаешься найти компромисс, но это не приносит результатов. Все твои попытки тщетны. Ты устал и больше не хочешь, чтобы это повторялось.

Ты хочешь выбраться, ты хочешь уйти, ты не хочешь больше здесь находиться, ты хочешь всё вернуть к началу, чтобы всё было как раньше, как в прошлом, но не можешь, скелет снова и снова тебя убивает. А ты лишь сбрасываешь и перезапускаешь, чтобы снова упасть на цветы, чтобы снова умирать, ты устал, ты потерян, ты ослаб, ты не можешь снова повторять эту игру, ты хочешь всё закончить. Ты хочешь сдаться.

Ты молишь о пощаде, но скелет не слушает, ты пытаешься сбежать, но он всегда настигает, ты просишь прощения, ты встаёшь на колени, ты кричишь, молишь остановиться, что ты хочешь вернуть всё назад, что больше такого не будет, что ты всё осознал, ты плачешь, ты ревёшь, ты умоляешь, чтобы он принял твою пощаду, но он не слушает, и ты снова умираешь.

Ты снова падаешь на цветы, разбитый, раненый, истощённый. Ты встаёшь и идёшь дальше без надежды, без прощения, лишь на смерть, и оно тебя настигает очень быстро. Ты идёшь по пустым руинам, ты доходишь до разрушенного дома «нашей» матери, там тебя уже ждут, и ты снова умираешь. Ты снова падаешь, ты рыдаешь, это... Раскаинее за всё, что ты сделал?... За все наши похождения, игры, веселье?... Не смеши меня, ты можешь обмануть всех, даже себя, но не меня:). Ты встаёшь и идешь в тишине, цветка нет, монстров нет, лишь пыль, лишь прах, ты идёшь, и вдруг... Телефон?... Откуда у тебя... Телефон? У тебя не должно быть телефона... Но он есть. Он у тебя в кармане, ты берёшь трубку и %#**₽#%'"*#&

... Забавно... Ты падаешь на цветы и открываешь глаза, и первое, что ты увидел, это скелета, он смотрит на тебя весь покрытый прахом пыли и в капюшоне, ты не видишь его лица, лишь две красные точки, что смотрят на тебя бездушно, без сожаления, без жалости, безразлично, холодно, безумно. Ты его уже не узнаешь, ты не можешь его узнать. Скелет ничего не говорит, лишь хватает тебя за горло, сдавливая его и ломая, ты успеваешь сказать лишь одно слово: «Прости...» Ха-ха-ха, но он не слушает, и ты снова умираешь.

Ты падаешь на цветы, скелет стоит над тобой, кости пронзают тебя насквозь, ты умираешь. Ты падаешь, и тебя насиживают на копья, ты истекаешь кровью, ты умер, ты падаешь на кости, они пробивают всё тело, ты истекаешь кровью медленно, ты видишь лишь скелета, что стоит в тени и смотрит, как ты умираешь. Тебе больно, безумно больно, каждый раз всё сильнее. Ты плачешь и говоришь лишь одно слово «прости»... Жалкая попытка... Ты умираешь. Снова падаешь на цветы, открываешь глаза, скелет наклоняется над тобой, держа за шкирку, и заносит... мой нож, и ударяет снова и снова, и снова ты шепчешь лишь одно слово: «Прости»... Очередное доказательство твоей ничтожности, и знаешь что?...:) Он не останавливается, лишь бьёт всё сильнее и сильнее, в итоге ты умираешь, ты падаешь на цветы, он тебя сжигает, ты падаешь — он отрывает тебе конечности, ты падаешь — он разбивает тебя в труху обо всех поверхностях, ты падаешь и плачешь, ты умоляешь о пощаде, это его злит сильнее обычного, он заносит ногу и пробивает твою голову насквозь, ты умираешь и снова падаешь

Это длится вечность, ты падаешь и говоришь лишь одно слово «прости» и умираешь, и так снова и снова и снова. Ты падаешь и умираешь — тебе уже все равно на всё, ты хочешь умереть окончательно, ты уже не существуешь, ты полностью сломался, в тебе ничего не осталось.

Ты снова падаешь и снова умираешь от своего же палача, что создал собственными руками. Прошло вечность, по твоим ощущениям, время уже давно перестало иметь значение в этом мире, тебе ли не знать. Ты уже ничего не чувствуешь, остался лишь пустой сосуд, у тебя больше нет ни цели, ни желания, ни чувств, ты погас и сдался, уже очень давно, ты говоришь: «Прости», в последний раз, скелет на секунду остановился, но... Лишь секунду... Ты умираешь. Ты...?...?...?... Больше не падаешь... А «ты» остался совсем один... Ты... Меня... Видишь.

***

Резкое пробуждение в темноте, чувствую себя отвратительно, всё тело ломит, голова раскалывается, всё плывёт перед глазами, резко встаю — ошибка. Всё идет кругом, невыносимо тошно еще эти... Повязки вокруг головы и тела, осматриваюсь, понимаю, где я, и даю себе волю расслабиться, успокоиться, это помогло... Немного. Голова забинтована, трещины и переломанные кости сраслись, вырванные на месте, как и... Смотрю на место, где мне оторвали руку, двигаю, разжимаю и сжимаю пальцы, она на месте, хотя и ощущается фантомная боль, впрочем, бывало и хуже, но... Такие раны означали смерть, теперь же «Ргх». Мой глаз... Сжется, беру под контроль вдохи и выдохи, эмоции бурлят и ослабевают, но не так, как раньше, это уже сделал я сам... Удивительно, глаз потух, возвращая алый оттенок на обоих

Вспоминаю последнее событие — это битва... Нет, это полное избиение без шансов на победу, это была... Чёртова игра больного психопата... Существо не более чем животное... Разница в силах была колоссальная, без шансов он полностью безумен, его... слабость этот череп... Этот Бля*₽%& череп — его слабость, но и его триггер, проклятье, ненавижу. Анализируя всю эту битву, понимаю: в моем да, даже будь я на пике... Нет... На данный момент у меня едва ли бы ли шансы на победу, тут выжить мне повезло не более, но есть куда стремится, есть что подчеркнуть, я его ранил, я его разозлил, значит, всегда есть шансы победить даже на первый взгляд невозможного противника, мне это не впервой, но тут у меня лишь одна попытка и конец не больше и не меньше, хотя зная, что это место способно и мертвого вернуть к жизни, то и мертвеца и подавно.

Непонятная мне энергия этого замка, она быстрее восстанавливает повреждения, как и не дают умереть, я был в ужасном состоянии, но, смотря на себя, ощущая, что не было этих повреждений, но внутренние ощущения остались, как и фантомные боли. Также в этом месте, что я не сразу заметил, невозможно даже думать в каком-либо позитивном ключе, такие редкие моменты возникали, но сразу же пропадали, превращаясь в ненавистную форму, пожалуй, это объясняется, почему тут никто не хочет находиться, ведь это место буквально душить, не дают расслабиться ни на минуту, возможно, в первые дни я это не ощущал, но теперь она стала очень ощутимой. Особенность этого места, как и его хозяина, как-никак

Встаю с кровати, убирая последние повязки, смотрю на комод, шкаф вместе с классическими нарядами, но измененные штаны вместо шорт, кеды вместо тапок и куртка несколько цветов и видов, как и футболки со свитером, хм, креативно. Прах так же ссыпается с меня. Вся эта комната покрыта прахом, помойка на первый взгляд, но это моя жизнь. Эта комната, сам этот замок меня душит, но я не ухожу, провожу все время в этой комнате, конечно, можно уйти в меланхолию, как Хорорр, что нашел себе дом в мертвом мире, но я не хочу оставаться один, тем более в мертвом мире, тем более в этом доме или еще в каком, я это уже проходил, мне это ненавистно. Я буду душить сам себя, я буду задыхаться, я буду кричать, мне все равно, это место позволяет это испытывать, но я не буду снова «один». Взгляд цепляет респиратор, подарок от киллера, хм, напоминание о первом совместном задании, и как новому жильцу, за всё время я еще ни разу его не надел, причина или же отторжение как таковой нет, просто не было весомого повода, не более того

Одеваюсь в классическом стиле, попутно уходя в свои мысли. Пожалуй, это событие сказалось не только внешне, но и внутренне. Я очень редко засыпаю, сон мне не нужен, в априори своей некая особенность, не будь этой битвы, этих повреждений и последующих восстановлений, я бы еще бодроствовал, а так это один из редких моментов, когда я засыпал по-настоящему, но даже во сне мне нет покоя, и дело даже не в особенности этого места, оно уже было. Здесь же это всё усилило, в неприятную мне сторону. Я вижу всё, что «он» делал, я как невольный наблюдатель, что смотрит сверху на него, и не только иногда я оказывался в его шкуре, и всё, что он испытывал, чувствовал, я также ощутил на себе. Потом пробуждение от этого сна, этого мимолётного видения прошлого, но эти ощущения реальны, его радость, его страх, гнев от неудачи, отчаяние от безысходности — всё это я ощущаю, но это не мои чувства, я лишь догадываюсь, почему так, но мне непонятно, как они стали моими... Я ненавижу эти сны... Даже там нет мне покоя.

Одевшись, отряхиваю от себя, пыль натягиваю, капюшон подхожу к двери и застываю... Что... Со мной? Почему так тихо... Почему я слышу?... Открываю дверь и вижу «его», что парит передо мной, красный шарф, его голова, его взгляд и... Улыбку... — Ха-ха-ха... Опять, — говорю я убитым тоном, не было никаких предпосылок, не было срывов, я... Контролировал себя... Что есть сил... Но я снова вижу его, ха-ха, улыбка сама тянется, это мёртвая... Безнадёжная улыбка. — Дав... Давно не виделись, Папайрус... — А он парит и парит, и смотрит на меня, и улыбается... Но... Что-то с ним не так... Не пойму... Не понимаю. Звуки пропадают полностью, а кровавая пелена застилает перед глазами.

***

— Хор, — уворачиваясь от летящего тесака, —... Рор, давно не виделись, как жизнь, как твое здоровье, настроение, самочувствие наконец. — Некоторые вещи измеряется в доверии, например, тот же хорорр вид не самый приятный, это натуральный маньяк из ужастиков, скажет кто-то, а он скажет, что это самый спокойный, рассудительный монстр из всей этой партии натуральных шизофреников, безумцев, но и бесчувственных существ, так что да, хорорр на их фоне, по его мнению святой, хоть и имеет недостаток в виде некого психоза, когда входит в кровавый аршлак, но большую часть повседневного времени он более-менее спокойный, достаточно, чтобы просто поговорить, по-нормальному.

— Ты явно знаешь, когда тебе не рады, зачем пришел?

— Я так рад, что ты спросил. — Найдя свободное место, попутно опустошив холодильник, увы, только кетчуп и шоколад с угрожающей запиской. Не нужно быть гением, чтобы понять, чья она, и, видимо, всем все равно, что это холодильник хорорра, грязный старый, но еще работающий холодильник. — Навестить, поговорить о былом, о прошлом, все же помочь друг другу, в общем, как всегда, услуга за услугу, если согласен, конечно. Сейчас знаешь, у нас пока неограниченное время, можно заняться и своими проблемами, и, пожалуй, для меня это шанс закрыть старые счета. Ну что скажешь, согласен?

— Я уже давно помог тебе с одной, как ты там сказал, «маленькой» проблемой, и зная, во что это может превратиться, ты знаешь мой ответ.

— Это же невероятные события, новые знакомства, приключения, в конце же концов, где же твоя страсть, хорорр, авантюра, добавим же еще немного огня в нашу пылающую рутину, когда жизнь висит на волоске, а мы будем у самого края в бездну, а тебе вообще не нужно об этом беспокоиться, в долгу не останусь, любой твой каприз за мои кровные, но так что, согласен?

— ... Нет, завались, — сказал он, вытаскивая тесак. А ведь мог бы продолжить атаковать, рубить, кромсать, но он очень рассудительно сказал лишь одно слово, а сколько смысла в нем, сколько терминов можно было бы придумать к нему, написать целый учебник с названием «Завались» под авторством красноглазого злодея, что хочет быть антигероем, а на самом деле в душе он герой, ха-ха, эх, мечты, мечты.

— Пол грязный, кровати нет, так что я посижу, спасибо. — Но если без шуток, у него с ним сложились довольно доверительные отношения, хоррор помог ему, и он в долгу не остался, завалив его кучей холодного оружия всех мастей: дробительные, острые, двуручные и не только.

— Значит, всё же нет, да? Эх, как жаль, но это был ожидаемый ответ, правда, я не обижаюсь, хех. Знаешь, не скажу, что рад возвращению сюда, но я всегда открыт для новых знакомств, поэтому я буду, возможно, вторым или третьим, кто поприсутствует нашего нового участника. — Он успел собрать крохи информации о нем, и это... Очень тяжёлый случай... Но всё познаётся в сравнении, если увидеть его вживую, а не на бумаге, Килерр вроде отзывался о нем положительно... Вроде как сам же он даже не в курсе, что творится у него в голове

— Третий? — Сказал хоррор с каким-то... Беспокойством, что ли. — А кто первые два?

— Ну, один из них мой... Напарник, знаешь, ему сорвало крышу, хехе, буквально он, наверное, разнесет все комнаты, чтобы найти его, чтобы убедить в том, что... Под его началом ему будет очень хорошо, наверное, я не в курсе. — Но и одна из причин, почему он вообще вернулся в этот жуткий замок, ведь это будет, наверное, очень занимательное событие, как один навалит другому, а под шумок можно воспользоваться этим, вырубив победившего, и забрать его ценность, он ставит на новенького, но даже если не победит, а сильно ранит, это все равно скажется положительно, ведь всегда можно добить истощённого победителя.

Хорорр молчал, о чем-то думая, и... Серия взрывов где-то совсем рядом, тряска всей этой комнаты и разрушение... Ведь стена буквально взорвалась, проделав дыру, что сразу начала восстанавливается... какой-то черной субстанцией. — Ха-ха, видимо, началось, пошли посмотрим?

—... Это хорошо не кончится.

***

Пробивая очередную стену, от пропущенного удара едва ли успел встать, как снова он буквально отлетел, пробивая еще три стены, но и этого этому существу показалось мало, так что плюс бластерный луч вдобавок, на что он отпрыгнул. Смотря на место пролома, он видит его, пылающие глаза красного оттенка, звериная сверхъестественная улыбка во все ширь, и из нее веет красным дымом. «Посмотри три стены, ха-ха, что еще придумаешь», — говорит он, покрепче держа биту, и сразу же ее применяет, оно атакует, он контраатакует, в миг руки существа вытянулись, превращаясь в когти, что пронзили его тело, пустив кровь. Собиравшись запрыгнуть на него, это существо наткнулось на удар, улетев в сторону, но очередной бластерный луч, что появился сзади него, задевая его руку, что буквально сжигала до пепла, причиняя сильную боль. — Черт! — рука буквально горела фиолетовым огнем, всё пожирая, благо он успел ее потушить, а раны перевязав тканью своей оторванной одежды, а что бы было, если бы этот выстрел прошелся по всему телу, каждая подобная атака от него для него очень болезненная, почти смертельная, ведь оно бьёт не внешнюю крепкую оболочку, а проходится как нож в масло, внутри всё разрывая к чертям, каким бы сейчас он ни выглядел, внутри у него всё перемешено, он с трудом сдерживается, чтобы не выплюнуть «кровь»

Пожалуй, не стоило этого делать, нужно было валить на%₽# когда он увидел его. Этот парень... Даст был явно не в себе, а он только подлил масло в огонь, черт, да откуда ему было знать, что этот уеб%₽ слился с ним, этот чёртов призрак еба%₽&# сгусток, ха-ха, хотя и забавно, даже он понимает, что прервал процесс. Из-за этого слияния прервалось, он что, б%₽ теперь герой-спасатель? У него изначально были другие планы... Были до того, как «это» стало выбивать из него всю дурь, буквально поглощая всю его негативную энергию, что придавало ему силы, так что удалось ненадолго прийти в себя, но этот излишок б%₽ сделало «это» только сильнее и злее, и сейчас он смертельно огребает от этого монстра, ища выход из ситуации

Как его называют, неуравновешенный психом? Нет-нет, он очень даже уравновешенный, настолько уравновешенный, что даже сам в это не верит. Но увы, это ненадолго, он контролирует себя время от времени, но негативная энергия постоянно восполняется, из-за этого он ходит по краю, и нужно всегда, всегда выпускать пар, откровенно идти напролом, получать урон, чтобы мысли всегда были при нем, чтобы он мог думать, не превратится в безумца. Увы... Он не бля%₽# герой, а гребаный злодей, он убивал и убивал много во время психоза, с этим ничего нельзя было поделать, да и выбора не было в принципе. Этот Найтмер... Этот босс буквально и фигурально заковал его в цепи и держит ошейник на привязи, у него просто нет еб%₽#& выбора. Он не хотел стать злодеем, но кто его спрашивает.

Когда в его мире монстры одни за другим стали умирать, когда его брат был серьёзно ранен, когда его подруга была при смерти, этот Килерр, этот чёртов убийца, что вырезал всех, и никто его не смог остановить: ни «хваленые» гвардейцы, ни королевская стража, ни король, никто. Он дал ему бой и проиграл с треском без шансов, наверное, на тот момент на пороге смерти он думал, что его грохнет мелкий клонированный ублюдок, ха-ха, это было бы забавно

Но случилось нечто, он предложил выбор: он никого больше не убьет и уйдет, но он должен уйти вместе с ним. Второй вариант был понятен: простая смерть и смерть его близких, на остальных ему было плевать, он сделал это ради их жизней, и он выбрал первое. Дальше сделка с боссом, что стало фатальной, и вечное служение, по сути, рабство. Он едва ли уже помнит, что было, воспоминания о его мире стали очень туманны, он знает, что у него есть брат, есть подруга, но даже не знает, что с ними, живы ли они вообще, он не знает ничего. Но вот что стало с ним за всё это время, он уже себя не узнает, да и не помнит кем был в прошлом, а сейчас он по сути убийца и откровенный садист, что наслаждается страданиями, все это возведено в абсолют, и он ничего не может с этим сделать, это стало его сутью, и, видимо, назад дороги нет, лишь это бессмысленное существование, пока кто-нибудь не окажется сильнее и не убьёт его наконец... Но он явно не хочет быть сожраной этой гребаной тварью!!! Думал он, бегая по пустым коридорам, уклоняясь от бластерных лучей и копий, что возникали под ногами, и его рык лишь прибавлял энтузиазма бежать быстрее, пока не дошел до так ему нужных дверей.

Вот они стоят напротив друг друга, эта тварь явно наслаждается моментом. — Слушай... Ты, бля, явно тот еще шизик, что дал ей себя поглотить, и вот что я тебе скажу, оно тебя сожрёт Б%₽!!! Ты же скотина ненормальная, тварь бестелесная, тупая и трусливая, ни на что негодная без сосуда!!!

— «Ргх». — Разозлился отлично, видимо, соображает процентов на десять, не больше, раз попалось на простую уловку. Замахиваюсь, и он с резким рывком с когтями наперевес оказывается рядом со мной и промахивается. За ошибку существо получило пробитие по черепу и отлетел в сторону двери. Но не успела пройти и секунды, как вижу на себе фиолетовое свечение — Твою...!!! — что подняло и резко притянуло к этой же двери, сразу же закрываясь, отрезая выход

Через некоторое время к ней же подошли двое, что были в стороне и не отсвечивались. — Всё же третий, хм, не хочешь помочь?

Хорорр некоторое время смотрел на дверь и — На%₽# я сваливаю. — Развернулся, сделал пару шагов и остановился, что-то промычав, схватившись за голову, со злостью резко развернулся и пошел в сторону двери.

— Передумал? Решил помочь всё же.

— Оказываю «ему» ответную услугу, после этого мы наконец-то рассчитаемся. — Сказал Хорорр, заходя в дверь, оставляя его одного. Немного подумав, он тоже всё же зашёл, и не потому, что он не хочет встречать босса в одиночку и всё ему рассказывать, что здесь произошло, а потому что... Там же его напарник, вдруг он будет на краю смерти, и милосердным будет его добить, чтобы не мучился, ведь они же партнеры как-никак.

***

Когда всю жизнь живёшь в криминальных кругах, когда каждый тот или иной «авторитет» следит за каждым твоим шагом, самым незначительным действием, за каждым твоим словом, что ты можешь сказать по неосторожности. Те или иные тайны и секреты всегда раскрываются, всё может начаться с маленькой детали, и за нее могут зацепиться, прознать, узнать твои слабые места, твоих близких и использовать их, а всё из-за чего? Потому что ты напился в баре, сбалтнул лишнего при всех, и это аукнулось очень болезненно в свое время. Тогда он понял одну простую вещь: держи рот на замке, сохраняй улыбку и делай вид, что ты знаешь больше, чем твой собеседник. — Знаешь, я многое видела, многое знаю и повидала всяких мразей, ничтожеств, психов, безумцев, убийц, маньяков... — На данный момент он ничего не знает, да даже не до конца понимает, с кем именно имеет дело.

— Ты это про себя... Или решили перечислить абсолютно все эти злапалучные термины? — В свое время он слышал о ней лишь слухи от других, каждый краше другого, убийца, потрошитель, пожиратель миров, тот, кто это придумал, явно тот еще рассказчик. Но слухи не рождаются на пустом месте, и он в скором времени в этом убедился. Это был Простой день простой клиент, простое задание на сопровождение человека из какой-то альтернативной вселенной, славный малый, у которого была так нужная ему деталь, взамен он попросил лишь об этой ничтожной услуге, но и просто поговорить, пообщаться. Он был забитый, боязливый, очередная жертва трагедии или же просто один из подобных, ему было все равно, он был приятным человеком для него, как и собеседником.

— Не перебивай, шляпа. Я подхожу к сути, тем более не тебе мне говорить об этом, сам же не лучше, ты же натуральный мафиозник. Ты носишь шляпы и костюм с галстуком, Карл, у тебя карманы забиты ножами, пистолетами, гранатами, взрывчатками и чертовым ПУЛЕМЁТОМ!!! И черти чем ещё. Серьёзно скажи, как ты это сделал, у тебя чуть что каждый карман, так это маленький внутренний мирок, расскажи секретик, пожалуйста. — Он довел его до места назначения, за это короткое время они стали что-то типа друзьями, ну человек очень много о себе рассказал ему о всей своей жизни до и после во всех подробностях, он был очень красноречивым, хоть и по виду на первый взгляд не скажешь. Что до места назначения... Оно было уничтожено... Все убиты, все разрушено... Он увидел виновника, он запомнил ее покрытой кровью и прахом, ее безумную улыбку и бездушный взгляд, он запомнил ее образ, ее внешность — всё, перед тем как она скрылась и исчезла из теперь уже мертвого мира.

— Секрет фирмы.

— Дай адресок хотя бы, а? — И тем ему труднее сопоставить тот образ, что он запомнил, с этой... Гиперактивностью, она очень-очень много говорит, ее взгляд, ее выражение лица, это мимика такая богатая на разные эмоции, либо она очень хорошо играет, и он это не заметил, либо... Она очень сильно хороша играет. Он не признает ее типа раскаяние, что она изменилась... Нет, такие, как она, не меняются, она уже запачкала всю свою суть в крови, и он не говорит о тех, кто устраивал геноциды, убийства в рамках своего мира, а о тех, кто намеренно делал это уже в других, таким обратно дороги нет, он это знает на собственном опыте подобных личностей. И когда она проявит свою истинную суть, а она проявит, он с ней надолго, то... Он ее уничтожит, не во имя какой-то справедливости или мести, а чтобы подобное не повторилось с ее участием.

— Нет.

— Зануда... Так точно, это я к чему, вот скажи, мы обладаем магией, мы можем материализовывать оружие, ваши бластеры, ножи, вихри энергии, телекенезы, огненная магия, водяная, земляная, бытовая, природную, музыкальную, техно...

— Теперь ты решила перечислить всю магию мультивселенной, когда закончишь, позвони, я буду на другом конце вселенной, ну и туда-сюда сходить успею, найти девушку, жениться, развестись, подсесть на антидепрессанты, сходить к психотерапевту, построить дом, посадить дерево, может, жизнь налажу наконец, а ты продолжай, продолжай.

— ... Зануда есть зануда, так вот я это к чему...

— Мы это уже проходили, давай уже к сути.

—... Почему ты используешь огнестрел и носишь шляпу?

—... Серьёзно, вообще нет идей?

— Именно.

...

— Ну зато убили время, мне просто ооочень скучно, я хочу общения, мне нужно внимание, я так давно не общалась... С разумным... Монстром. — И подобные многочасовые бессмысленные разговоры ему приходилось слушать, попутно вставляя пару фраз, чтобы в итоге дойти до бессмысленного итога.

А с чего всё началось? С изучения мёртвого мира, впрочем, Эпик был прав, что взял его, он видит то, что не видно другим, на первый взгляд из ничем не примечательной детали можно выстроить целую цепочку событий, шаг за шагом, и вот уже полная картина того, что произошло. Что до нее, она очень чувствительна к колебаниям разного магического фона, если коротко, по ее словам, знаток, мастер, профи, гранд магической науки, в общем, самомнение в ней с избытком, для него же она просто полезный ходячий детектор, что облегчило и сэкономило кучу времени, ведь она всегда с точностью находила, где и в каком месте было необычное колебание

Пустой город, что имитирует жизнь, шум завода, гудение машин, включённый свет в пустых домах, но никого абсолютно, все жильцы — все люди и монстры разных мастей, всё пропало, исчезло в миг, это уже было неестественно и жутко. С одной стороны, когда знаешь, что кто-то вломился извне, уничтожая всё вокруг, оставляя разрушение и смерть, но и жизнь, с другой... Это простое исчезновение без слов в тишине без причины.

Но по крайней мере причина была найдена, то, что не видел этот серый человечек, искажение пространства, рваная и очень грубая и наспех зашитая. Энергия междумерье между вселенной и пустотой, что просачивалось в это место. Идеально поставлена именно в то место, где может открыться та или иная дверь, и некое устройство, похожее на передатчик, что фиксирует любую аномалию, прочитывая и появляясь там, где должна быть дверь, и, видимо, этот передатчик закрывает обзор. Тот, кто сделал это устройство, видимо, тот еще гений, просчитать столько переменных, но не учёл простую часть срока годности.

Впрочем, устройство лишь блокирует обзор именно этого мира, а значит, для каждого нового оно индивидуально, на большее оно не способно, но этого времени хватает, чтобы сделать это черное дело. Он не знает, что происходит в глобале, и это лишь одна из многочисленных ниточек, что ведут к разгадке всей этой паутине... Теперь осталось найти виновных, убийцу и причину этого события и каким образом они это провернули.

Эпик забрал устройства, оставив нас двоих тут, а сам ушел к другому профи учёному, что разбирается в этих штуках, да и сам он приметил, видимо, пару деталей, но без своего оборудования он не рискнёт ее разбирать. Нас же оставил тут двоих, типа следить за обстановкой или же узнать друг друга получше, а чтобы никто не сбежал, он временно позаимствовал устройства... Когда вернется, то скажу ему пару ласковых.

И так вот на протяжении многих часов ведутся те или иные бессмысленные диалоги, но он узнал, что она не любит темноту, она хочет себе крылья, как у птицы, чтобы летать над облаками, встретить призрака, чтобы с пародировать какой-то фильм, поучаствовать в играх на выживание при свете дня и, конечно, чтобы всё было безопасно и куча-куча всего. Что самое удивительное, она искусно игнорирует свои личные темы, откуда она, как жила до всего этого, что заставило ее стать такой и прочее-прочее, он не затрагивает это, но она сама не сказала, да даже не обмолвилась о своем прошлом, такая вот деталь.

— У каждого свой стиль, тебе ли не знать, а оружие эффективнее. Ты явно не ожидал атаки, и будь на твоем месте другой, он даже бы не понял, что произошло. — Незаметность и скрытность — залог почти любой победы, ведь неважно, какой силой можно обладать, какой чуйкой на ту или иную магию, выстрел будет произведён, и ты уже ничего не сможешь сделать. Смерть и всё, но не с такими, как она, и подобных ей существ тут уже нужен особый подход, да и опасно уже продолжать заранее проигрышную битву, если тебя заметили, если, конечно не подготовиться заранее

— Полностью согласна, конечно, но опять же в мире есть магия, магические оружия и...

— Ты знаешь, что по такой логике я могу сказать, почему ты используешь ножи вместо меча и щит вместо доспехов

— Справедлива — Сказала она и наконец замолчало но не потому что устало а потому-то появилось дверь и оттуда вышел Эпик.

— ... Еще не поубивали друг друга, я горд! — вытирая выдуманную слезу, он продолжил: — Ну, в общем, у нас будет дополнение в команде, и он хочет с вами встретиться, и это не корр, она уже в команде, так что прошу В тамлайн омега.

— Я... Не думаю что это хорошая идея Эпик... Я возвращаюсь ты знаешь где меня найти и если этот твой сокомандник хочет встречи то... Лучше приведи его ко мне.— А это уже максимально страно хотевший отрыть уже рот но был сразу перебить.

— Ладно, как хочешь, — сказал Эпик. — Не попади в опасную ситуацию снова, и пойми, тебе всегда рады будут помочь, если ты откроешься. — Сказал он, заталкивая меня и закрывая дверь.

—... Ты явно знаешь намного большее, как и она скрывает больше, чем хочешь показать, не скажешь, какую игру вы играете? — с недовольством говорю я, пока забираю свое устройство.

— Всё сложно, братан, поверь, я расскажу, но не сейчас.

— И почему?

—... Потому-что... Ты сразу ее убьёшь... Даже не думай об этом... Просто держи в уме, что она заслужила шанс, поверь.

В тишине смотря на бескрайний город, от мелких до крупных домов, зелёных лесов, снежных и огненных пейзажей, где-то идет дождь, где-то метель и еще куча разных природных явлений, самих домов и городов, х-а-а и вывеска с надписью «Добро пожаловать в Омега-Таймлайн».

Глава 12

— Однако он не давал повода и даже не думал об этом, дело в другом, он оказался слабее, право сильнейшего решать судьбу проигравшего, так скажи, если бы «он» предал меня, «ты» бы убил предателя. — Предатель своего мира, а в чем он виноват? То, что человек решил уйти? То, что ядро может быть обесточенным? То, что не дал себя убить?... То, что он отомстил за своё убийство. За дальнейшую голодовку смерти и последующего безумия? Всё это впоследствии стало в подземелье таким естественным событием, так кто виноват, неужто только я? Я виноват в том, что монстры и мои друзья умирали на моих глазах, когда мать теряет ребёнка прямо на руках, она кричит, обвиняет всех, родители хоронят детей, теряют свою любовь, вторую половинку и страдания, что они испытывают, не в силах что-либо сделать

Те, кто не смог смириться с новой реальностью, ведь в какой-то жалкий миг появился лучик света... Что сразу потух, и тогда они сломались, наложили на себя руки, не в силах так больше существовать, а я смотрю с проломленной башкой на всё это и сохраняя мёртвую улыбку, стараюсь держаться, чтобы просто не проломить себе череп, чтобы просто не сойти с ума, ради брата, ради тех немногих, кто меня поддерживает, кого я стараюсь поддержать, убивая очередное «мясо», отдавая им всё и не беря ни кусочка в надежде на следующий день просто сдохнуть в процессе во сне или от чьей-то руки

Я предатель своей сути? В глубинах закромах я знал одно: то, что происходило после уничтожения ядра, то, что я вижу и делаю, это моя вина, но называть меня предателем... Это был не мой выбор, я этого не заслуживаю, никто этого не заслуживает, я старался, я пытался, итог — я стал причиной второй катастрофы за уничтожение ядра и последней надежды, что была создана из моей сути без моего согласия, но кого это волнует, ведь я предатель, что не умер, что отомстил, что просто жил, гнил и существовал.

В итоге: я сломался окончательно, когда мой брат умирал на моих руках, он уже не мог так существовать, он умолял меня отпустить, умолял закончить его страдания, ведь он угасал, он сломался, он страдал и умирал, он просто... не мог просто жить... Ты оставил меня одного с ними, вы оставили меня одного с ней, я остался один в подземелье, я оказался снаружи за пределами барьера, я увидел солнце и вспомнил, как все было, я увидел людей и возненавидел все на свете, я увидел закат и конец, стоя весь в крови, итог... Я больше никого не видел, я остался один и вспомнил, что меня называют «предателем». Кто это сказал в первый раз, от кого я это услышал... Я уже не помню

Но прошлое неважно, но и оно напоминает о себе там, где этого не ожидаешь. Теперь меня видят как будущего предателя этой «команды». Это смешно, это забавно, это весело, ха-ха. Эти слова, этот выговор он слышал краем своего сознания, чтобы в следующий момент окунуться в новый круговорот боли, что так ему не хватало долгое время, что он жаждал ее почувствовать и надеялся, что босс наконец-то избавится от него. Пуст, уж умру, пусть я освобожусь, ведь какие причины существовать в этом состоянии, зачем убивать, выполняя очередную миссию, задачу, делать очередную трагедию, ведь зачем он вообще нужен ему, зачем... Зачем я вообще существую... Такие идиотские мысли, что исчезли в миг, когда боль прошла, осознание вернулось, а вместе с ним и все остальное, и тогда не зачем, а почему именно со мной, а не с ними, почему именно я, а не они, почему они существуют, они живут, они радуются жизни, а я догниваю всё сильнее, почему они, а не я...

Ответа нет, его не существует и что теперь? Да точно... Вся эта битва с Дастом стала для него фатальной, каждая его атака сжигала нутро, то, что до этого задевало лишь внешнюю оболочку, теперь сжигало саму суть, саму душу. Если изначально был шанс просто его истощить и так завершить этот бой, то после в нём что-то изменилось, что-то щёлкнуло, высвобождая именно то, что «он» хранил внутри, свою истинную природу, свою настоящую личность, не ту, что он держал, не ту, что показывал, а ту, что наслаждается страданиями других, не ради победы, не ради лёгкой игры, нет, он растягивал удовольствие, заставляя испытывать всё новую боль, и уже тогда, когда он просто не мог встать, не мог сопротивляться, он остановился. Внутри всё горело, и оно не проходило, он хотел кричать, но не мог, и лишь безвольно наблюдал за его попытками привести его в чувства. Но он и так был в себе, он всё слышал, но не мог даже подать голос, не мог пошевелиться, не мог даже моргнуть, ибо это боль всё нарастало и не собиралось уходить

Потом пришел босс, и какой-то инстинкт заставил его все же пошевелиться. Этот ужас, этот страх перед ним заставил его двинуться. А дальше пришло мимолётное облегчение, чтобы получить новые страдания. Найтмер затушил то пламя внутри, чтобы в следующий момент превратить всё в пылающий ад. Наверное, в этот момент он думал, что на этом и закончится его путь, его жизнь, но Даст не дал этому случиться, и в следующий момент всё пропало, вся эта боль, вся эта невыносимая пытка, как и этому чертовому дню и всем событиям, что произошло, а ведь он только хотел побыть в одиночестве, просто остаться одному, но надо было прийти им двоим, прервать его идиллию, его покой

Так или иначе, в итоге после всех заключений он же и остался должен, как ни посмотри со стороны, хоть и инициатором был Даст, что начал всю эту битву, но всё же и он прекратил его пытки, да и право сильнейшего никто не отменял, в чем он убедился на собственной шкуре, да и отношения нормализовались со временем, так что были и плюсы, хоть и ничтожные, что не превышали минусов, но кто бы его спрашивал

Само это понятие долга, услуги, по сути, оно ничего не стоит, ничем не подкреплено, это устная форма, не более, но многие ее стараются придерживаться, ведь, пожалуй, это единственное, что вообще имеет значение и смысл от полного деградирования и анархии. Чтобы банально хотя бы сохранить некие доверительные отношения, чтобы не жить в паранои, что тебя ударят в спину или банально не бросят в каком-либо мире катаклизме, ведь по сути какие тут могут быть доверительные отношения среди убийц, психов и откровенных безумцов, бездушных, призраков и совсем отбитых, и финал всей этой пирамиды — целый концепт всех отрицательных эмоций, что, по сути, и породило их, хоть и невольно. Благо на данный момент не всё так плохо, и даже с самыми отбитыми можно, если повезёт, договориться и взять с них слово, и понятие долга и услуги это даёт хотя бы хоть какой-то гарант некой иллюзии но все же безопасности в этом месте, что тебя банально не попытаются убить или подчинить, пока ты в ослабленном состоянии, были прецеденты от одного крайне сильного социопата, что Килерр на его фоне был просто примером высокой морали. Благо он его долго не видел и надеется не увидеть, хотя кто опять же его спрашивает

Так или иначе, в этой обстановке и окружении желательно сохранить хоть малую толику понятия этой чести, хотя бы среди своих, по большей части таких же, что в этой же ситуации, что и он, что и они. Чтобы... Предотвратить худшее, что сейчас происходит с Дастом. Эта форма услуги является устной и для него не обязательной, но... Были свидетели, Килерр и сам босс. Если же с боссом всё понятно, его это банально не интересует, то Килерр запомнит, да и он сам привык к его кампании, так что менять на другого кого похуже ему тоже не по душе

На данный момент он наблюдает за очередным жертвой подобного события, что привело его сюда. Прозвище «Скундрел» (его так называют тут, наверное, игра слов на английском, но на русском так я хз, если честно), точнее, его избиение и тотальное уничтожение. Он пытается атаковать, бластерные взрывы и лавина костей разных форм и последующих разрушений от обоих — всё по классике, но и череда ударов, что обрушивает гигантские здания на эту тварь, чем на данный момент является Даст. Но ему всё ни почем, он уже не сдерживается здесь, это не замок Босса, и тварь это знает, а значит, оно применяет всю доступную ей мощь. Небо окрашивает в фиолетовые цвета бесчисленные копья, бластерные лучи и последующие взрывы от огненных шаров.

Пожалуй, это особенность и разная форма магии выделяет Даста. Перенять способности тех, кого он убил, и копировать и улучшать данную силу, видимо, он сам же не до конца осознаёт, чем владеет и что может, если он полностью ее овладеет, без сдерживающих факторов, хотя он и сам достаточно силён в этом, он убился, но с последней встречи он стал сильнее недостаточно, чтобы победить того безумца, но тот факт, что он остался жив и так долго продержался, о многом говорит, хотя он и не знает, каким он был до вступления в команду, но тот, кто смог победить человека, а смотря на Киллера и зная, что может он... Ну, на его фоне он сам будет смотреться как какая-то шутка, что может сделать пару фокусов

Так или иначе сейчас эти атаки бездумны, хаотичные, нерегулированные, потому что не его, но используют, не зная последствий, видимо, обитание в новом теле для него некомфортно, что к лучшему, значит, будет легче. Итог: «Даст быстрее устают, резервы его почти пусты, но не в этом его мощь на данный момент, а в физическом превосходстве. Скундрел успешно отбивается и даже смог пару раз нанести ему урон, но безуспешно. Этот тип имеет особенность — питаться негативной энергией от окружения или от самого противника, в общем, оно питается на ходу, становясь всё сильнее, пока «Скундрел» всё слабеет, буквально держится на последнем издыхании, и, скорее всего, итогом будет для него, возможно, смерть или что похуже, но факт в том, что его разорвут на куски, это будет необратимо, если будет. Конечно, можно бы и вмешаться и помочь, но он не собирается играть в героя и тем более спасителя, да и вряд ли в аналогичной ситуации этот бы сам помог

Он питает ненависть к большинству существ в этом замке, и этот также не исключение. Хорорр достаточно много знает обо всех обитателях, их истории, их жизнь и то, что они делали и делают. Изначально он питал к нему интерес и некую жалость к его ситуации, ведь по факту ему банально не оставили выбора, но жалость ушла, и осталось лишь брезгливость и ненависть к тому, что он буквально убивает всех, даже там, где этого не требуется и не предполагалось. Сам же он, конечно, не лучше и может со спокойными чувствами убивать других, жизни для него бессмысленны, это да, но убивать всех и находить намеренно каждого разумного, не оставляя никого в живых, это уже вызывало ассоциации с кое-кем. Но нет, он просто стал на голову отбитым, не более, и это его приобретённая черта — буквально выводить из себя. Играть в охотника, в непобедимое существо, хех, абсолютное заблуждение, и он ловит извращенную радость, наблюдая за его избиением

Испытывает ненависть, но опять же не ко всем, и этот тип, что появился рядом с ним, одно из исключений. — Не думал, что ты пойдёшь следом. — Хотя, зная его, это неудивительно, он не упустит своего, да и давно положил глаз на какую-то ценность, что «Скундрел» носит собой, ему это особо не интересно, но всё же он, как по своей сути слабейший из всех, как будет выкручиваться в случае, если кто-то по-настоящему решит его убить, для него всегда не проблема, он всегда находит компромисс, пожалуй, из-за этого он сам попал в неприятную историю, но выгода превысила желание его покалечить, но больше на его авантюры он не соглашался.

— Ха-ха, ну не мог же я все-таки пропустить это событие, что так и будем тут находиться, пока его не убьют, знай, я только за. — Что до остального, связанного с ним, ему нет до этого дела, у каждого свои секреты, значит, у него все же есть свои способы решения даже опасных ситуаций для его жизни, да и обычные сюда бы не попали. Каждый берет себе кличку, он же зовет себя «вором», но никто его так не называет вслух, по крайней мере

— Сам-то не хочешь ему помочь? Всё же вы с ним были некоторое время, неужто не смогли найти компромисс?

— Пф, да пусть катится, ты бы сам хотел иметь напарника, что каждый день полоскает тебе мозги всяким бредом, что не слушает, да и напрочь игнорирует все идеи, да клянется убить, так что если он сдохнет, то я останусь в плюсе.

— Необоснованная ненависть? Не пытайся строить жертву, видимо, есть причина, почему он тебя так ненавидит, ведь так.

Одна неудачная попытка, не более, но он, как прокажённый, всё запомнил. Эх, скажем так, отношения между нами с самого начала не наладились, хоть я и шел навстречу, зря только потратил время, так что его, скажем так хотя бы временная нейтрализация будет для меня очень приятным бонусом за все потраченные нервы.

— Увы, я тебя огорчу, мне он нужен не обязательно целым но в сознании, по крайней мере, я верну долг и возьму уже с него услугу.

— Хех, думаешь, он не пошлёт тебя на три буквы?

— Вот и поэтому я и жду, пусть будет на грани, и в случае чего можно и добить, хотя я не думаю, что он настолько туп, чтобы не понять ситуацию. — Если всё получится удачно, конечно же, он всегда сможет уйти, если ситуация выйдет из-под контроля, но вряд ли босс позволит себе такие нелепые потери, всё же набирать новых участников теперь стало крайне затруднительно. Даст был последний, после него вряд ли последует другие, ведь ситуация, как он выяснил, приняла опасный оборот, что в принципе и следовало ожидать от их действий и активных зачисток, про них знают, их теперь ищут, а значит, началось, и терять двух потенциальных сильных монстров из-за одного тупого существа, что решил сменить тело, это крайне паршиво и глупо.

— Кааак, скажите, Хорорр, и пока мы вели этот ди... — Смотря по сторонам, он остался один. Вмиг он заметил его силуэт, и в следующий момент и след простыл, и лишь очередная волна взрывов и новых разрушений сопровождала его. — Началось? Ну посмотрим же на шоу, «господа», на кого делаем ставки? — Перетасовав колоду «карт», подбросив их, вытянув одну и кидая монету в сторону упавшей карты, посмотрев на карту и сторону монеты, результат, увы, неудовлетворительный, всё же придётся попробовать в следующий раз, как жаль, а ведь начало было очень хорошим, но, может, и к лучшему, ведь всегда следующий результат будет лучше предыдущего.

***

Чем больше убиваешь, тем выше сила и тем сильнее запятнана сама душа. Убийство не должно приносить радость, лишь боль в душе, не наслаждение от полученной силы — лишь отвращение, но если ты не чувствуешь это, если тебе плевать на загубленные жизни, если тебя только интересует сила получения таким способом, если ты чувствуешь только радость и ничего больше, то ты перешел черту, и обратной дороги уже не будет, ты запятнан, на тебе отныне клеймо убийцы без оправданий и без милости. Чем больше убиваешь, тем сильнее становишься, и тем сильнее ты теряешь контроль и забываешь, кем был изначально

Это касается всех без исключения, неважно, кем ты был: хорошим или плохим. Это касается всех, кроме, конечно, тех, кто был таким изначально, и жизни для них ничего не стоит. Этот призрак — концепт негатива, что был создан Найтмером в каком-то мирке, малый сгусток, что смог приобрести образ, личность и лицо, тот, кто питается и прибавляет негативную энергию в том, в ком оно находилось. Банально очередному Сансу не повезло, и опять же катализатором стал человек, а дальше оно питалось, становилось сильнее, пока не осознало себя, и тогда в этой АУ начался ад. Высвобождая всё, что оно накопило, оно поселило ненависть в каждом, одно маленькое зерно, что проросло, и каждый стал убивать друг друга не только в подземелье, но и на поверхности человек стал вторичным даже не проблемой, в итоге мир был уничтожен. Само существо было самоуверенным, что избавилось от тела, смог открыть проходы в другие миры, но оно обломалось, когда его создатель обратил на него внимание

— Может, возьмешь другую добычу, а? — Но на данный момент это не имеет значение. Тварь уже почти добила его, но оклик отвлек ее на мгновение, что хватило ему, чтобы он смог переместиться на безопасное расстояние, материализовав бластер. Хорорр же воздвиг вокруг клетку из костей, что лишь задержало его на секунду, луч не достиг цели, и Даст уже перед ним наносит удар по телу, за что сразу же получило ответный удар что отлетело на некоторое расстояние.

— «Кха-кха», проклятье еще ты. «Кха» ты б%₽ тут на%₽# не нужен, у меня «кха» всё под контролем, «кха». — Харкая кровью, с трудом держась на ногах, по всему телу куча ран, от малых до крупных разрезов, внешне не так плохо, но то, с какой интимностью он выплёвывает очередную кровь, говорит о том, что внутри у него «каша», да и его раны хоть и зажили, но внутренний след остался, он ощущает боль, значит, тварь опасна, это особенность он все же перенял у Даста

— Если не хочешь сдохнуть, тебе придётся работать со мной, ты и так ногой в могиле, хех буквально, и мне ничего не мешает просто бросить тебя здесь, так что закрой свой рот и слушай меня. — Оно уже в поле зрения. Как, он заметил оно уже почти не использует магию, его тело изменилось до неузнаваемости: сам он стал выше, руки вытянулись, приобретя когти алого цвета, место челюсти — пасть, и красный кровавый дым идёт из всех щелей, алый красный цвет в глазницах и точки фиолетовых.

— «Кха», чееерт... Каков план, умник, мы его вместе не одолеем, я испробовал на нем всё, его ничего не берет, я уже на грани, — выплювывая очередной сгусток крови. — Еще пару атак, и я всё. — Одно он знает точно: если всё получится, этому призраку не поздоровится от босса, нарушения правила, попытки убийства сразу двоих, а теперь троих, он серьёзно не понимает, почему оно это делает, ведь он все-таки разумен, или же он опять чего-то не знает

— Есть у меня один способ, слушай внимательно. — Мгновенно он оказывается передо мной, полоснул когтями по всему телу в ответ на мой удар. Он отлетел к зданию, закидываю его в вихрями энергии, разрушая его, он выпрыгнул, и кидаю на него тесак, тот пробил плечо. «Скундрел» из последних сил зажал его к земле, сразу после вокруг него из-под земли возникли костяные пики, что вонзились в него при приземлении, так и зажав его. — Держи его, черт, не отпускай, иначе обоим не поздоровится!!! — Тварь взревела, не может выбраться, но может атаковать, видимо вспомнив, что владеет магией, и началось

Беспрерывная волна атак в разные стороны, взрывы и разрушение, уклонение от атак тех же бластеров и последующих взрывов, плюс руины этого города и обрушивающиеся здания усложняли перемещения. Очередная серия взрывов уже отбросила Скундрела, рассеивая гравитацию, и теперь лишь проткнутые пики мешают ему выбраться, но не успел он освободиться, как я уже стою перед ним, со всей силы замахиваюсь оружием и пробиваю череп, он взревел, зажав его, держа за горло и не отпуская, и наношу удары по его ребрам, он брыкается, наносит мне ранение, боль нарастает, он телепортируется с места на место, я не отпускаю и со всей силы впечатаю его в землю, не отпуская наношу очередной удар, «треск» пробил, он взревел еще сильнее и смог проткнуть меня насквозь, разрезав на двое, что не дало эффекта, тело восстановилось, но боль как же больно, черт возьми!

С огромной яростью наношу рубящий удар снова, не давая ему от меня уйти, отбиться или телепортироваться, нанося удары снова и снова. Мы протыкаем, рубим друг друга, оба почти неуязвимые, но оба ощущаем боль, здесь уже вопрос выдержки, и, к сожалению для него, я в этом хорош, в отличие от призрака, что не смог не слиться с телом, не адаптироваться к телу и магии, используя лишь силу и вторичные способности, что бесполезны против него.

— РГААААХ! — Нанеся очередной удар, он взревел, откидывая меня от себя, смог временно отсечь руку, что заставил меня его отпустить. Отлетая в сторону, не успел я прийти в себя, он уже оказался передо мной. Ситуация поменялась, он стал сильнее и злее. Я снова лечу, он снова наносит удар своими когтями, теперь они не отстают, а я даже не могу нанести ответку, он стал быстрее меня, сильнее и во всем превосходящий меня, но... Его атаки бьют лишь внешнюю оболочку, не задевая ничего внутри, а значит, он на грани, значит, он больше ничего не может.

Выждав момент я снова наношу рубящий удар снова и снова, он чувствует боль он получает ранение он слабеет я же остаюсь прежним боль уже терпима не жгучая а обыкновенная. В миг и его прижало к земле я сразу отпрыгиваю и пару лучей сразу проходятся по нему.— "Кха" не забыл обо мне.— Не теряя времени возвожу новые Пики что пронзают его гравитация не даёт ему уйти и сразу новые лучи, и сразу очередные костяные пики он в ловушке.

— Вижу, тебе стало лучше.

— Ха-ха-ха, «Кха» не все могут похвастаться неуязвимостью, не будь у тебя этой особенности, я уже давно бы прикончил тебя.

— Ну, итог был другим, ты ничего не смог мне сделать, держи его крепче, он на пределе. — Сказал я сразу, оказавшись рядом с ним, он утратил уже все силы, как и магию, лишь на каком-то упорстве продолжает сопротивляться. — Пора просыпаться, Даст. — Материализую двуручную секиру, что стал нагреваться, наполняя его моей энергией. Когда ты лишён по сути большей части своих сил, нужно искать альтернативы, и способности Киллера его вдохновили, они не такие же смертоносные, но разрушения в крайней степени высоки, и ему достаточно, чтобы компенсировать и давать возможность хоть что-то противопоставить таким монстрам. Со всей силы, со всей мощи наносится удар, прогремел взрыв... И я вижу себя проткнутым и насаживаемым на кость, боль нарастает, выплевываю сгусток крови, это неожиданно

Я вижу Даста, что стал возвращаться в свою форму, его глаза пылали фиолетовым цветом, его тело трещит, перестраивается обратно, и, видимо, он не в себе. Едва я успел выбраться, как новая волна боли пронзило меня в миг, фиолетовые и... Красные костяные пики пронзили все мое тело, снова эти ощущения, снова я ничего не могу сделать, боль нарастает, пытаюсь выбраться, сбежать, и в следующий миг он стоит передо мной, держась за лицо, его глаз пылает, и новая атака летит в мою сторону, а я... Зажат, ничего не могу сделать — я в ловушке.

***

Попытка сбежать равносильно попытке смерти, оборвать, обхитрить или же обмануть. Карается крайне жестоко. Если вкратце, она не теряла надежды хоть как-то сбежать и освободиться, но в итоге она поплатилась.

— Они возникают снова и снова без конца, без края, без причины, какой смысл их создания, их существования, зачем? Зачем они пытаются существовать или просто быть. Какой смысл, какой толк от этого, ну почему это так, какова причина? Ведь конец у них, конец у всех... «Всех» будет один, в темноте, без смысла, без жизни.

— ... Окей. — Мало что теперь ее волнует, равнодушие во всей красе, ей все равно на сгоревшие останки трупов, ей все равно на эти жизни, она не может сопереживать или жалеть об этом, что произошло, то, что она делала своими руками, попутно помогая тому, кто очень воодушевлённо говорит, а она слушает и не прерывает, не потому что она боится или не хочет его отвлекать, нет, ей просто все равно

— Мы делаем это уже не первый раз, мы убиваем, мы прерываем их существование, мы становимся их палачами, а заслужили они это... Да кому какая разница, что они заслуживают, ведь по факту что они имеют? Право на существование? Жизнь, что им по сути не принадлежит, ведь они бессмысленны, и они, их суть из жизни, принадлежат другим, но не им. Они не понимают, не хотят видеть простую истину, ведь мы все, по сути, лишь игрушки в руках высших сил, и судьба нам не властна, я это понял уже очень давно

— ... Окей. — Сборище убийц и психов разных сортов, и она входит в этот круг, увы, ошибки прошлого не исправить, и будущее ее не определено, такова судьба, такова суть её жизни.

— Я ведь был в далёком прошлом, я видел исход, я видел причину, я видел будущее, что не наступило, ведь я остановил время, я остановил цикл еще до его начала. Они мне благодарны, хоть я и не услышу их, и не увижу. Я видел уничтожение миров и их спасение, я видел эти закулисье, я видел источник, я увидел суть, и я понял, понял истину, простую и понятную истину... Ахх, мирам не нужно ни спасение, ни уничтожение, ни подчинение, нет, им нужно лишь время, и они сами развалятся под гнетом своих собственных проблем.

— ... Хаа, окей. — Пожалуй, он любит поболтать, он довольно общительный, хоть и со своими тараканами в голове, но он не страдает недостатком, насилием или бессмысленным садизмом, так что для нее это плюс, хоть и малый, она ищет плюсы из безнадёги, ищет смысл для бытия, она плывёт по течению, и то, что ей говорят, она выполняет, она человек, чью волю раскромсали, она инструмент, что ей прибили, хоть он и обращается с ней как с равной, но если он скажет спрыгнуть со скалы на кровавые пики, она прыгнет без вопросов, ведь такова её жизнь, только подчиняться.

— Ну да ладно, и вправду кому какая разница... Я просто говорю, я просто обсуждаю... Видимо, у тебя ко мне дело... Извини, я был... В прострации, могла бы хоть потрясти, чтобы я обратил на тебя внимание, так что ты хотела?

—... Оке... Кхм, мда, точно сообщение от босса, мы можем закончить здесь и уходить в тень до дальнейших указаний, все задания, что были до этого, стали недействительными, твой... «Знакомый» передаёт тебе привет

— Килерр... Понятно... Так или иначе, я тут закончил, осталась лишь малая часть, и можем уходить отсюда.

— Так... К чему была твоя экспозиция?

— Я просто тянул время, — его лицо в миг изменилось на улыбку, что перешёл в оскал, он поднял обе руки, и воздух потеплел в миг, и вдалеке разразился пылающее огнива, что обхватило абсолютно всё. — Если и есть смысл, то он в том что мы все рано или поздно станем пылью, так что я лишь ускоряю процесс, лишь пепел, лишь огонь.

***

Весь этот мир, всё окружение, само пространство трещало по швам, открывая сотни разрывов, что за ними, известно лишь тому, кто открывает их один за другим. Сами эти разрывы в огромном количестве в одном мире сами по себе оказывают очень негативное и даже опасное явление, ставя под угрозу уничтожение целого мира, но тому, кто это делает, плевать, и ему все равно на последствия это лишь одна жалкая ошибка, у него есть цель, и, увы и нет, обитателям не повезло, и повезло, ведь он так или иначе оказывает услугу этому прогнившему сгустку этого кода прогнившей ошибки. Еще сотни разрывов возникли в миг, их уже стало тысячи, и он что стоит посередине всех этих дыр

Подняв обе руки, на его пальцах начали вращаться бесчисленные синие нити. По его воле тысячи нитей поднялись в воздух и стремительно полетели в каждый открытый разрыв, не оставляя ни одного свободного пространства и места, сам же мир стремительно опустошался, не оставляя за собой ничего, лишь пустоту. Что-то промелькнуло на мгновение, и его тело покрылось помехами на миг, отпустив нити и резко взмахнув рукой, закрывая все разрывы, оставляя одну, что сразу возникла перед ним, зайдя в него, оно схлопнулось, как и мир стирал последние оставшиеся места вместе с последним участком, оставляя лишь пустоту, что сразу растворилась в потоке, не оставляя больше ничего.

В следующий момент он стоит уже в другом месте, в пустоте, серо-белое пространство на первый взгляд, но он видит намного больше, то, что скрыто от глаз обычных. Это когда-то был целым миром, теперь он лишь стал жалким огрызком, что заставляет себя существовать, что просто остались на просторах вселенной, что гниют до скончания времён. — Хех, нуу, это явно не моя работа, — речь была чёткой и понятной, но сам голос был искажён и повторялся несколько раз

Его зовут разрушителем, что глупо, ведь он не оставляет разруху, он всё удаляет под чистую, но иногда бывают отсечки, бывают аномалии, ошибки, что смогли уйти и сбежать, кому помогли, а кого спасли. Его называют ошибкой, это лицемерие, ведь они сами не более чем ошибки в своей сущности, и он же видит в них эти дефекты эти ошибки, этих аномалий, что не должны существовать, этих альтернативных вселенных в существовании своём не более чем бессмысленно, не более чем мусор на просторах всей мультивселенной. Он не разрушает, он убирает мусор, он не ошибка, а удаляет ошибки, эти вирусы, эти аномалии — он... Просто парень, что любит делать свою работу, но так или иначе просто Санс, всё же можно Эрорр из-за буквально всплывающих надписей вокруг его тела, помех и все же глюков, что придаёт ему некий стиль, хоть и вреда от этого иногда больше, чем пользы.

Ведь кто, если не он, будет делать эту по всем фронтам неблагодарную работу, ему никто не скажет спасибо, ведь никому его никто не поддержит и даже не поймут то, что знает и понимает только он и никто другой. Сейчас же, стоя в этой пустоте, он понимает: появилась пародия на него, но что-то другое, впрочем, это его мало заботит, есть кое-что намного важнее, чем это явление.

— Это было другое, но связанное с тобой. Эрорр — серое существо, пустые черные глаза, оно появилось рядом с ним и говорит так, будто бы с самого начала было там.

— Хех, не думал, что «вы» следите за мной. Как узнали, где я буду? — Он не проявляет особую инициативу, не пытается даже атаковать, это бессмысленно, лишь жалкая копия этого назойливого существа, что зовет себя Корр везде и нигде одновременно, что затрудняет его уничтожение и полную аннигиляцию. Так что из бесчисленных бесполезных попыток он решил просто игнорировать «это» по максимуму, ну насколько его хватало

— «Мы» ждали тут, мы знали, что ты появишься. Эрорр, теперь мы можем наконец поговорить. — Он это почувствовал, его способности стали временно недоступными, не все, но основная их часть, но главное — телепортация, она недействительна, он потерял точку опоры, он не видит ничего, «оно» только что заперло его в этом месте, хоть он и может в любой момент сломать эти ограничения, но сама их попытка удержать его тут глупа и наивна.

— Поговорить?... Ха-ха, а почему бы и нет, видимо, у нас появилось куча времени, хотя я не помню, чтобы мы были в дружеских отношениях, чтобы просто даже сказать слова друг другу. — Говоря это в спокойном тоне, но постепенно его голос становился всё искажённее и злее, пока едва ли не перешло на крик вместе с новыми образовавшимися надписями ошибка и помехами по всему телу. — Ты явно чего-то хочешь от меня, и мне это уже не нравится, так что советую меня не злить по-настоящему. «Аномалия». — Тело стабилизировалось, и он снова вернулся в спокойное состояние.

— Ты не самый опасный здесь, но самый проблемный. — Проигнорировав угрозу, посмотрев с недовольным видом на него, она продолжила: — Ваши битвы, ваша война с художником. — На мгновение глюки покрыли всё тело Эрорра, напоминая об этом... Этом придурке в любой форме, его выводит из себя, и всякое чувство контроля уходит в бездну, оставляя лишь дикую ярость, но лишь мгновение. — Имеют последствия, которые ни он, ни ты не хотели разбираться. Разрушение альтернативных вселенных, убийства и стирание их жителей и последующего уничтожения, осколки бесчисленных миров, что бороздят пустоту, бесчисленные жизни, что стали обреченными и забытыми из-за ваших действий и последующих событий, что в итоге приняло ужасную форму и критическую ситуацию, всё это ваша вина, и всё, что сейчас происходит, именно вы положили начало, и в особенности ты, Эрорр.

Незримое давление обрушилось на него, что он спокойно принял, хоть и ощущение неприятное и даже опасное, видно, она по-настоящему сейчас зла. — Твои действия дали почву для кошмара, он этим воспользовался и стал намного сильнее и опаснее, те миры, что вы оставили умирать, те осколки от твоих разрушений, что остались после вас, он воспользовался всем, и вместо того, чтобы хоть как-то отреагировать, ты вступил с ним в союз. — Сказав всё это, всё вернулось в норму, а ее обиженный вид так и говорил: «Зачем ты это сделал?»

— «Я думал, «вы» хотели поговорить, но что я слышу недовольство, обиду, обречённость, хм, я не услышал ничего нового, и мое терпение на исходе». — Эта наглость, это пренебрежение в его сторону его сильно разозлило, но он продолжает находиться тут и слушать, как она отчитывает его, это очень сильно злит.

— Ты мог бы и уйти, но остался, значит, тебе это интересно. Всё же мы хотим равного разговора, ни условий, ни требований, ничего из этого, лишь просьба, на что я надеюсь, ты выслушаешь и мое предложение, что ты примешь, хоть и не надеюсь на положительный ответ. — Сказала она, смотря на него с таким же недовольством. — Перестань уничтожать вселенные, не нужно ухудшать текущую ситуацию, последствия будут ужасными для всех, никто от этого не выиграет.

Это его очень сильно разозлило, терпение лопнуло. — Тут ты ошибаешься. — Синие нити обхватили всё тело, начиная медленно сжиматься, растворяя эту копию в них, никакой особой реакции, лишь их поникший вид и разочарование. — Меня не волнует ничего из перечисленного, мне плевать на последствия, итог будет в любом случае благоприятным для меня после. Ты думаешь, я не знаю, ты думаешь, я настолько глуп, вы... Ты не видишь, и ты боишься потерять свое, и не зря, ведь исход этого конфликта сотрёт эту вещь, эту помойку, что ты завешь домом и всех его обитателей. Что Инк, что его желтый друг, и ты и тебе подобные, что вы называете, завёте равновесием, в котором мы сами себя заточили, ведь его нарушение приведёт к взаимному самоуничтожению, а теперь. — Их тело медленно растворялось, полная аннигиляция, но она молчит, не проявляя никаких действий, лишь с грустью смотря на него, что его сильнее злило. — Я могу действовать свободнее и воспользуюсь всей ситуацией, чтобы избавиться наконец от тебя, от Инка, от всех, кто мне мешает. Не волнуйся, когда этот союз исчерпает себя, это не продлится долго, он тоже в списке на уничтожение, впрочем, для тебя это не имеет значения.

— Ты потерян, — наконец сказала она, смотря на него и проливая слёзы, но улыбаясь. — Ты запутался в собственных суждениях, не понимаешь источник проблемы и не видишь опасность даже для себя, лишь грусть, зависть, обида, страх, гнев, ненависть, ты полностью отдался им и дал себя поглотить без остатка, ты находишься на краю и сам же запутался в собственных нитях, но даже при всех твоих действиях и том, что ты сделал, мы... Я готова протянуть тебе руку помощи, я искренне хочу тебе помочь выбраться из той бездны, что тебя поглотила, в ту, что ты зашёл по собственной воле. — Их тело почти полностью растворилось, она рвёт нити и протягивает ему руку. — Лишь протяни свою, дай мне помочь тебе, позволь помочь себе

— «Малая», — ее рука была в миг отсечена, и новые нити обхватили и зажали их сильнее. — Это не мне нужна помощь, а вам. — Резко дернув руку, ее тело полностью было уничтожено, не оставляя ни следа их пребывания здесь. В следующий миг здесь не осталось больше ничего и никого.

Глава 13

Жаль... «Тааак жаль»... Все мертвы... Никого больше нет, я искренне... Пха-ха-ха, конечно нет, скажи честно, тебе же нравилась эта игра. Ты посмотрел в глаза каждому, ты сомневался, ты плакал, ты убивался по каждой забранной жизни, но со временем ты менялся, и это начинало нравится тебе всё больше и больше, и в конце концов для тебя это стало лишь игрой, а они статистикой, цифрой. Сколько ты убил, успел убить, кого пропустил и так далее, далее, далее. Они потеряли свою личность, индивидуальность и лицо. Ведь в твоих глазах, для тебя они стали не более чем подпиткой для твоих сил, только цифрой, статистикой

Посмотри вокруг, что ты видишь... «Безнадегу, пустоту, пыль, прах, серость, кровь», но нет, нет, это нечто большое, новое, невероятное, кое-что другое, совершенно иное. Больше нет сбросов, больше нет этих правил, ты доволен, ты рад, ты счастлив? Ты должен гордиться, ведь ты перешёл на новую ступень своего бытия. Прежний ты, да все вы, не видели, не понимали, не хотели понять, но ты... Скелет... «Санс»... Убийца, что смог победить убийцу другого масштаба, это жалкое ничтожество, что возомнило себя богом, это подобие того, что когда-то было «человеком». А цена всего, чего ты добился собственными силами, лишь жизни этих существ, этих монстров, что до людей они получили свою уже давно:). Это цена она такая, ничтожная, их жизни. Но ты... Ты, покрытый теми, кого убил навеки, навечно, навсегда!!! Ведь эта такая ничтожная цена ради совершенного нового уровня, нового события и начала твоего пути, ты стал иным, так пойми наконец!!!

Отчаяние, ошибка, самобичевание ради них, говоря, что всё это было ошибкой, что всё не должно было кончиться так, это сон, это же кошмар... Не глупи, это просто тупо наивно, глупо, ведь ты сам всё прекрасно знаешь. И осознаёшь, что ты сделал, кем ты стал, и я искренне не понимаю, зачем тебе нужно страдать, чувства вины, этих потерь, уничтоженных братских уз — это глупое сострадание, из-за кого, из-за них? Они лишь стали трамплином для тебя, они выполнили своё предназначение... Сдохнуть здесь навсегда... Ну, можно сказать, по-красивее, ты... Избавил их от страданий. Ха-ха, так же лучше звучит, не так ли?

Посмотри на себя наконец, я перед тобой, я предлагаю тебе равное партнёрство, и мы наконец проведём черту и подведём итоги, здесь ничего не осталось, и больше не будет ничего. Но мы можем продолжить, мы можем начать абсолютно новую игру, я вижу, я знаю, и ты догадываешься, о чем я говорю. Новые миры только ждут... Чтобы их избавили от страданий, будь по-твоему, я лишь желаю тебе хорошего, я помогу тебе наконец уйти отсюда, лишь дай мне шанс, дай мне шанс проявиться, лишь поговори со мной наконец, не игнорируй меня, хватит этой игры, хватит этого самобичевания, ты убиваешь себя, меня, «нас», прекращай это... Хм... Твое выражение лица... Оно мне не нравится..

У. Л. Ы. Б. А. Й. С. Я.

Ты... Умер... Ты проснулся... Ты смотришь на место, где цветут цветы... Это... Такая... Глупость... Я своего добьюсь...

... — Ты своё уже потеряла...

— Но ты мне ответил. П.о.п.а.л.с.я =)

***

Я поднимался всё выше и выше, тропа была ровной, я шёл к двери, я шел туда, где слышал голоса, такие знакомые, значимые, живые. Мне оставалось лишь сделать шаг и открыть дверь, чтобы увидеть их обладателей вживую, лишь протянуть руку и открыть её но я этого не сделал. Шаг назад окружение потемнело снова шаг, и голоса стихли, дверь сгнила и развалилась прямо на глазах, а за ней лишь пустота и шепот, что зовёт меня, называя по имени, а дальше лишь чувства падения в бездну с нарастающей болью и чувства пробуждения.

Голоса вокруг, и ощущения, как меня ворочает по земле, чувствую, как всё размазано, перевёрнуто внутри, всё трещит и вываливается из тела по кусочкам, я чувствую жар, пламя, что бушует внутри, что медленно горит, неконтролируемо, хаотично и мучительно медленно. Что со мной происходит, не могу понять, это боль, этот огонь, я умираю или мне всё снова кажется, очередная иллюзия, очередной бред, но я чувствую окружения, достаточно сконцентрироваться хоть немного и понимаю, что всё настоящее, или снова очень хорошая иллюзия, наводящий этот сон, что хочет казаться таким настоящим. Не понимаю, я жив... Мертв... Вспоминаю... Ничего пусто. Снова слышу голоса, открываю глаза, и я вижу мертвецов, я снова смотрю на силуэты, на фантомы мертвецов, что душат меня и пытаются убить, а я ничего не могу сделать.

Не сопротивляюсь, не двигаюсь, не говорю, а только смотрю, что со мной происходит, один, второй, третий, десятый, и каждый начинает меня душить, бить, разрывать, эти призраки, фантомы залезают в мое тело, я чувствую движение внутри, это пламя, что начинает еще сильнее резонировать, и... — ...Иначе быть не может, тащи его сюда живо! — Слышу голос настоящий, и на вождение пропала как и иллюзия, как и тени. Зрение проясняется, я вижу, я вспомнил. Да точно, кажется, я очень долго спал, сознание прояснилось окончательно, как и вернулись воспоминания, я вернулся в реальность

— Где твоя благодарность, а? Всё же я спас тебя, так что завали свою пасть, какого черта мы вообще возимся с ним, добьем и дело с концом, он все равно не жилец, не успеем. — Теперь вижу и понимаю, осознаю абсолютно всё с холодной сосредоточенностью. Меня тащат по земле, ворочать как мусор, из меня буквально сыпется прах и части тела, что рассеиваются, и я таю, я чувствую, как тает мое тело внутри и снаружи, выходя по капле... Я умираю, кажется, да, но этот процесс с моим пробуждением замедлился, хотя боль все еще мучительна, я медленно рассеиваюсь, и я горю, внутри я таю, но я жив

— Тронешь его, и я позабочусь, чтобы ты не «отлип», на остальное мне плевать. Так что прекращай нытьё и... О, с возвращением в мир живых, Даст, ты не представляешь, насколько тут было «весело». Давай прекращай умирать, я не для того тут «потел», чтобы ты в итоге сдох, кстати, можешь поблагодарить его за твое «текущее» состояние. — Хорорр, ха-ха, да точно... Я ведь не там, а тут я, кажется, слишком много спал, поэтому надо просыпаться, надо сконцентрироваться, не нужно умирать ни сейчас, ни при таких обстоятельствах, столь идиотских, не так, не в подобном формате даже в качестве плохой шутки.

— ... Хорорр... Выглядишь, как всегда.

— Хаа знаешь, в следующий раз лучше я постою в стороне, если бы я знал, что ты в ответ на мою помощь меня «насадишь», то я лучше уж понаблюдаю в далеке, но в знак нашей типа дружбы я выслушаю твою просьбу перед смертью

— Я... Еще... Жив — внутри буквально всё горит, всё плавится, с невыносимой болью даются каждое слово. — Где эта «кха»? — Я убью эту паскуду, что приняла этот облик. Я отомщу за то, что он застивил меня быть там снова... Он будет страдать... За то, что я снова вас вспомнил, за то, что я снова оказался в «тишине». Но пока... Мое состояние, я беру себя в руки, успокаиваюсь, эмоции... Они не подавляются. Я так привык к этому, что забыл, каково это — чувствовать всё по-настоящему без ограничений, но и это вышло мне боком, я не могу контролировать себя, я умираю из-за собственных сил, это буквально очередное лишение жизни, только понял для себя это слишком поздно, а теперь я стараюсь все это подавить, не дать убить себя самого, хех, это так глупо

Взгляд цепляет того, кто тащит меня за шкирку — Тебя... Это же... Ты... Да? — Я узнал его, даже при всем моем состоянии я узнал его. Он мне малость помог окончательно не свихнуться с этой тварью, но дальше сделал хуже, атаковав меня, при этом я потерял контроль, и всё пошло в бездну. Наверное, в тот момент и я, и он были солидарны, чтобы убить его. Из-за этого для меня ситуация стала хуже.

— «Кха», проклятье, вы что, только что прикалывались? Какого черта я огрел тебя по башке, ты же умирал, почему прекратилось... Как это вообще возможно, еще так быстро очнулся. Ха-ха, да ты полон сюрпризов, я смотрю. Мне точно нужен реванш, хей, тебя же называют Даст, да, мы должны это повторить, я думаю, мы можем о многом поговорить, не так ли, хей ХЕЙ!! Не игнорируй меня, слышишь?

Мне нужна концентрация, я не могу отвлекаться сейчас. Подобная смерть для меня, это был давнейший пройденный этап, но я никогда так долго не держался. Это боль, она невыносима, когда ощущаешь, как ты буквально плавишься и ничего нельзя сделать, очень неприятный, крайне паршивый опыт, и снова я через это прохожу как в первый раз. Наверное, со стороны это смотрится жутко

Я стараюсь дышать ровно, я беру чувства под контроль. Сосредотачиваюсь лишь на одном, выжить, ничего более. Мои глаза без контрольная пылают фиолетовым огнем, заставляю их потухнуть, возвращая красный цвет, принудительно гашу внутренний огонь, весь резерв моей силы буквально насильно выдавливая, и сжигаю всё в одно мгновение, чтобы просто дышать, чтобы этот же огонь меня не расплавил медленно... Лучше пусть будет невыносимая боль, чем медленное плавление. Я не кричу, но дёргаюсь, и я в сознании, но заставляю себя не засыпать и дышать ровно. Процесс замедляется, но не прекратился, но этого должно хватить, чтобы не сдохнуть окончательно, по крайней мере так.

— Отстань от него. И помоги дотащить, хотя бы перестал обращаться в прах и тает на ходу и прям полон сюрпризов... Не трогай тело, хватай одежду и тяни еще немного. Хей, открывай эту дверь, мы возвращаемся обратно... Ты!

— Что опять?

— Ничего хорошего... Скажи мне, ты видел его, куда он делся?

Ты серьёзно меня спрашиваешь об этом? Откуда мне знать, куда он пропал, если только «Кха». Черт! Гребаная крыса, это всё он, всё он подстроил, убью, ТВАРЬ!!!

— Держи себя в руках, идиот. Пусть с этим разбирается босс. На остальное плевать. Хватит с меня на сегодня событий.

***

Всегда в сознании, всегда нет мне покоя даже во сне, время беспощадно, оно неуловимо незаметно и всегда на виду. В общем, на данный момент это времяпровождение я запомнил надолго, ведь оно было для меня пыткой, я рассыпался, я таял и восстанавливался, и так по кругу. По моим ощущениям, в тот момент для меня прошла вечность, но прошел где-то день, ирония судьбы, не иначе, ведь нет мне покоя даже на смертном одре, ибо время всегда беспощадно ко мне

Сколько крови я выплевывал, сколько раз я ненароком от срыва и бреда отрывал собственные части тела, это место, этот замок, эта энергия, если бы не это, я был бы уже мёртв, но цена за восстановление очень болезненная. Впрочем, наверное, благодаря Хоррору и его помощи после не дала мне самоистязать себя, хотя его способы были скорее похожи на очень извращенную пытку, но не мне ныть об этом

Мое состояние стало более благоприятнее, чем было в начале, не на грани, но где-то недалеко от неё в хорошем смысле. Со временем же я смогу восстановиться окончательно. Сейчас же я слышу гул голосов «сокомандников», как знакомых, так и новых для меня разумных, что я игнорирую, смотря в никуда с пустым взглядом, лежа на диване, докуривая очередную сигарету. Запах дыма и слабой гари разносится вокруг меня, дышать становится труднее не только из-за «внутренних» повреждений, но из-за дыма, пыли и праха, что сыпется с меня, покрывая всю поверхность, а я лежу, достаю еще одну и снова затягиваюсь, буквально усложняя себе жизнь, но эти штуки помогают собрать всю эту кашу и мысли в порядок. Становится легче думать и ощущать себя немного расслабленным, пропуская всю боль через этот своеобразный фильтр, давая себе восстановиться. Что все равно крайне болезненно, впрочем, благодаря этому мысли стали о чем угодно, но не о боли и прочее.

Это... Моя не до жизнь непредсказуема, когда кажется, что всё понятно и всё идёт так, как ты хочешь, когда понимаешь расклад, привыкаешь к этой повседневной рутине, то жизнь, судьба или случай преподносит новые сюрпризы, новые стычки и новые конфликты буквально из пустого места. Но... Этим же она должна быть занимательной, разве нет? Должна быть хоть какая-то непредсказуемость. Этим же она порой и паршива, судьба, злой рок — неважно, а важно то, что в моем случае я никогда не уверен, что следующий день будет хоть чем-то менее паршивым, чем они есть. Если они, конечно, наступят и я не окажусь снова в подобной ситуации, самое же худшая... временная петля, но это в прошлом... Да... В этом забытом прошлом

Хотя, если признаться, всё, что со мной происходило до и после, я отношусь довольно пофигистически. Ведь если рассуждать логически, я буквально мертвец, я уже давным-давно мертв, а мертвеца, как правило, трудно чем-то удивить. Я же даже с некой доли ожидания жду, что мне преподнесут в новом событии, может, смерть для мертвеца, ха-ха, забавно, хм, всё может быть, скорее это некое утешение для самого себя, ведь лишняя истерия по поводу этого кажутся довольно смешными.

Но если к сути, то проще запомнить эти моменты и отплатить обидчикам, сделать их жизни невыносимой... И это тоже кажется смешным и нелепым, вспоминая, кем именно они являются. В любом случае, хотя и остался неприятный след и эти неприятные ощущения, что я глушу в этих сигаретах. Что тогда, что сейчас и всегда были причины, даже теперь эта привычка усугубилась с недавних пор. Так или иначе, эта тенденция удручает, разве нет? Два раза я был на грани, два раза я не контролировал ситуацию, два раза чуть не сдох по сути от своих же.

Понимания, как хрупка эта жизнь, осознание, что тут я на грани буквально, но и этого показалось мало. Я знаю себя, я знаю, чем я являюсь, и подобное я испытывал кучу раз самых разных спектров боли как физически, так и психически. Но с вступлением в команду встреча с боссом и еще это, как он сказал? Закладка... Да, она помогла сохранить рассудок, не сойти с ума, не убить себя ненароком, дала время для некой адаптации и принятия новой реальности. Но это была всегда временная мера, вдобавок очень хрупкая. Ее шатало, и всё, что внутри меня, проходило и копилось по капле, сдерживая волну, это стало моей слабостью, а теперь она слетела, и мне это обошлось очень болезненно.

Я не мог проявлять полную мощь, я не мог контролировать те чувства и эмоции для, скажем так, разрядки, всегда был некий лимит практически на всё, и лишь в сильных эмоциональных моментах я мог вернуть хоть частичный контроль, но всегда оставался излишек. Я не знаю как, не знаю, каков был бы итог этих манипуляций с моей психикой, какова была конечная цель босса, если бы всё это осталось на очень долгое время, ведь даже этого малого промежутка хватило, чтобы я едва ли не умер, но это уже и неважно. Но все же то, что копилось по капле каждый день, каждый чертов всплеск эмоций, чувств, всегда постоянно образуя платину из этих излишек из этих эмоций, что сразу пропадали, и итог, когда ее не стало, платину прорвало. Ей некуда было уйти, испариться, я не мог ее контролировать, и она меня убивала, плавило на ходу, к счастью, ситуация стабилизировалась

Теперь эта грань стерта, я снова вижу то, кого никто не видит, я слышу их разговоры, ощущаю их присутствие, чувствую кучу взглядов на себе, я их игнорирую, не смотрю на них, не подаю даже вида, что со мной что-то не так, ибо я понимаю, они не более чем моя шизофрения из-за поломанной психики... По крайней мере, я хочу так думать.

При этом я стал ловить себя на мысли, что мне нужна «тишина», мне нужен «покой», мне нужна «радость». Эти мысли были такие обыденные, настоящие. Теперь нет подавления, а значит... Я снова возвращаюсь в свою исходную форму. В этом есть плюс, но и огромный минус... Так или иначе время всё расставит, впрочем, как всегда.

Если есть Боль значит я жив, забавно... Я умею, знаю, как терпеть ее в любых проявлениях оно стало для меня такой обыденностью, что я наверное встречаю ее снова и снова и иду вперёд, несмотря на повреждения, на раны, на все плачевность своего состояния. неважно насколько сильны повреждения одно я знаю точно даже если я умру я буду знать что я жил.

Но сейчас не в ней кроется проблема, она внутренняя, личная, ведь психически я сломан, я убит, я разбит, уничтожен, и я это понимаю. Ведь я буквально раздробил свою личность, и за годы жизни в «тишине» я собрал себя заново по кусочкам, не без последствий для себя и шизофрении. Эти голоса, фантомы, тени, что я вижу постоянно, лишь верхушка, и теперь я стараюсь сохранить хотя бы ту малую частичку, что держится буквально на краю, ведь больше нет этого подавления, закладки или что вообще это было, но я привык и сейчас осознаю, что мне очень тяжело держать себя в руках, чтобы не сойти с ума опять, но уже окончательно, чтобы не стать наподобие этого психа с черепом

Он невольно напоминал мне обо мне самом, таким же безумным и без понимания того, где он и что происходит вокруг, он уничтожен, то, что я видел, не более чем мертвец, что притворяется живым, ведь от него практически ничего не осталось, лишь оболочка. Я был таким, я собрал себя, и на это ушла вечность, и я понимаю, как хрупк на самом деле, я не хочу терять то немногое, ту малую частичку того, что когда-то делала меня мной, пусть она будет искажённой и гнилой или совсем иной, но я сохраню ее, ведь теперь это я, а без этих ограничений, без этих подавлений, что меня крайне злило, я чувствую себя именно тем, кем и являюсь сейчас... Психом, что ради победы уничтожил себя и всех, кто ему дорог по собственной воле, а вместе с ним эти слабые чувства вины стали сильнее, как тогда есть фантомы, есть голоса и галлюцинации, что стали теперь моей постоянной головной болью. Игнорировать их всё время не выйдет, я сорвусь, сломаюсь снова, мне нужно решение, нужно закончить начатое, нужно... кое-что забрать, мне нужен якорь, мне нужен смысл...

Мысли прервались, ибо голоса стали громче. С трудом приняв сидячее положение, я смотрю на виновника. Скундрел, как его называл Хорорр, на голову выше меня подобных. Памятная и в некоторых местах оторванная одежда с рисунком разбитого сердца. Он был ранен, он был зол и дико взбешён, постоянно что-то бормотал себе под нос, кашляя и хромая, и с очень кровожадным взглядом смотря на Хоррора. — Заканчивай свою истерику, — сказал он, тыкая в него пальцем. — Я тебе напомню: держи себя в руках, и если надо, я с удовольствием выбью из тебя весь твой запал, не усугубляй проблему

В следующий миг его будто бы коротнуло, и в ответ он начал биться головой об стену, с каждым разом всё сильнее, его тихое бормотание становится всё громче, как и удары всё сильнее, что оставляет вмятины на стенах. —... Да... Тихо, спокойно... Как же всё равно хочется просто убиться, хочется смеяться и плакать, грустить и веселиться, хочется улыбаться и наслаждаться моментом, хочу битвы, хочу услышать хруст, увидеть страх, отчаяние, безысходность — всё это одновременно, постоянно без остановки я, хочу-хочу-хочу... — Резко с ударом кулака он пробил стену, он начал истерично смеяться, хватаясь за лицо. — ЧЕРТ!!! Это сводит меня с ума! Проклятие, ненавижу, убью, разорву, уничтожу... ТЫ!!! Резко прекратил, он уставился на меня. — Не смотри на меня так, думаешь, я не знаю, о чем ты думаешь, а? Я вижу, я чувствую твой взгляд, я знаю, о чем ты думаешь что я псих, что ненормально, нет, нет, всё не так, я более чем адекватнее, чем ты, и ты, и все в этом месте, так что... ПРЕКРАЩАЙ ПЯЛИТЬСЯ НА МЕНЯ!!!

В ответ на его действия я выпускаю струю дыма, также провокационно смотря на него. Это его только сильнее взбесило. — А я гадал, что с тобой не так, но теперь мне понятно. Лучше послушай его и убавь свою кровожадность, иначе последствий не оберёшься, — говорю уже я. — Поверь, «приятель» это того не стоит, так что захлопнись

— Да ты точно, ха-ха, жаль, что мы не с того начали. Даст, знаешь, мы могли бы стать лучшими приятелями, да-да, но это чертова череда событий, это недоразумение, ха-ха. Да, мы не с того начали, но... Но знаешь, что мы можем начать всё сначала и... И ха-ха. А нет, серьёзно, что ты мне сказал? Ты мне указываешь, угрожаешь... Мне... Только я не пойму... Не пойму, с каких пор ты раскомандовался, думаешь, что ты главнее? Хм, спешу расстроить тебя, «приятель». Мне плевать на твое мнение, и какое право ты имеешь мне указывать? Я тебе не шавка. Но нет-нет, мы опять не с того начинаем, да... Знаешь, что я убью и тебя, и тебя, а потом и его, да, ха-ха, это идеальный план, ха-ха-ха!!!

Он явно еще не восстановился полностью, он ранен, но при всем этом от него разит силой. Кровавое намерение, энергия бьёт через край, но его шатает, он нестабилен и, видимо, не соображает, псих, возможно, и да, но проблема кроется глубже, впрочем, мне все равно, но он угроза, он потенциально опасен для меня, а значит.

— Он окончательно свихнулся, — говорит Хорорр, материализовав тесак и приготовившись к битве. — День прошёл, только день, и ты уже несёшь этот бред. Знаешь, что делают с подобными тебе? Скажу кратко: они долго не живут, убери оружие живо, не смей навлекать новые проблемы, иначе будут последствия для всех

— Ох, неужели, но я-то еще жив. — Его глаза постоянно меняли цвета с красных на фиолетовые, и так по кругу от него буквально сочилась энергия, переходя в оружие. В его руке бита обвешена колючей проволокой, капли крови и праха в ней в комплекте. Взгляд бегал то на меня, то на Хорорра. — Ты ни черта не знаешь, это место сводит меня с ума, думаешь, я хотел так жить? Ха-ха-ха, да, да, конечно, ведь предел моих мечтаний было... Убивать, убивать и убивать!!! Ведь так, да, и стоило один раз отступиться, сохранить одну жизнь, как эта ТВАРЬ!!! Меня сдала этому... СУКА!!! И сейчас он где-то здесь, мне по%&₽ на последствия нужно было это сделать еще раньше, но сегодня я добуду его голову, сегодня эта крыса сдохнет!

И в этой напряжённой ситуации послышались хлопки и голос сверху: «Продолжай давай, а я подстрахую, «обещаю».» — сказал другой, что смотрит на всех нас на этаже выше в оранжевой одежде, оперившийся на краю и с откровенным весельем смотря на всех.

— Пожаловал, да... Теперь ты точно труп. — Каким бы он ни хотел казаться, но факт в одном: он все еще ранен и крайне ослаблен и истощен, я это вижу, и, видимо, и он.

— С твоим-то состоянием, — с ухмылкой и явной провокацией сказал он. — Посмотри на себя, мудачье, ты едва стоишь на ногах. Конечно, я не принижаю твои... способности, но не думаешь, что тебе достаточно, а? А то как знать, вдруг реально упадёшь и больше не встанешь. — Его глаз окрасился в желтый цвет в необычной внутренней форме, улыбка стала угрожающе, но лишь на некоторое время, возвращая тот же безобидный вид, что был до этого.

— Прежде чем ты снова откроешь рот, позволь пооткровенничать, — сказал он, перебивая его, но это его лишь сильнее взбесило, направив залп костей в его сторону, на что он испарился, но не сбежал, появившись неподалёку. — Да, в какой-то степени я виноват, но возьми на заметку, я лишь извлекаю и использую ту вероятность, что и так произойдёт, извлекая выгоду и делая наиболее благоприятный исход.

— Ргх!!! Закрой пасть!!! — Взревел он, направляя очередной залп, попутно разрушая окружение, полностью сосредоточенное на нем и меня, да и, видимо, Хорорру уже очерствели его действия, он уже хотел угомонить его, но я его опередил, ибо меня уже достал этот фарс. Кидаю в него окурок, привлекая его внимание, и в следующий миг я оказываюсь перед ним, он в миг замахнулся, но я отбиваю атаку, хватая его за горло, прижимая к стене, и протыкаю его руку насквозь, он роняет оружие

— Сука. — Но это не помешало ему материализовать бластер, но выстрел не произошел. Это произошло так естественно, так обыденно, но при этом забыто, да... Я и забыл. Я перехватил контроль над ним, он развеялся, при этом я забрал его энергию, преобразовав в свою

Зачем я это делаю? Ответ прост: он доигрался, он взорвался, перешел определённую черту, он открыто угрожает, его пренебрежение, его самоуверенность в своих силах, абсолютно всё в нем меня выводило из себя, и его открытая угроза в мою сторону... В чем была его уверенность, что он сможет что-то мне сделать, к чему вообще это было, видимо, ответ до банального прост: он просто очередной псих, который не видит и даже едва ли осознаёт последствия своих действий

— А теперь, — он снова что-то пытается сделать, вырваться, выбраться из хватки, безнадёжная затея. — Мой ход. — Один удар по его черепу сбивает с его спесь, очередные удары дают трещину, и с каждым новым ударом всё сильнее, пока я сжимаю его горло. Он пытается перехватить инициативу, применить свою магию, телепортироваться или отбиться, всё бесполезно, я всё блокирую, ибо я сильнее, даже при всем своём плачевном состоянии я сильнее его. Очередной удар, и он уже не сопротивляется, а просто смеётся, он смеётся

— Ха-ха, ну же, давай, или испугался!!? — Наношу очередной удар, ломаю ему ребра. — «Кха», и это всё, ха-ха, жалкий. — Сжимаю горло, бью по черепу, хруст костей от очередного удара. — «Кха-ха-ха», «кха», «ничтожный», «слабо», «кха» ха-ха-ха!!! — Каждый раз всё сильнее и сильнее, а он смеётся, он смеётся мне в лицо, он не боится, нет, он издевается надо мной, его это веселит, но меня это злит лишь сильнее, очередной удар — и стена трещит по швам, и очередные повреждения в его теле силен, даже в ослабленном состоянии может держаться так долго, но плевать. — Ха-ха-ха-ха, "кха кха" хочешь, чтобы я боялся, чтобы испугался, кха. Я читаю тебя, ничтожество, ты ничтожен, впрочем, я не лучше, ха-ха, но ты еще более жалок, чем я. Я думал, что ты чем-то отличаешься, но ты такой же, как я, хочешь упиваться, хочешь слышать мой крик, о, как же приятен этот звук, да, ха-ха-ха "кха кха"! Ну давай же, покажи, ДАВАЙ!!!

— Попытка, — говорю я. — У тебя было много попыток, знаешь, не думай, что я не знал или забыл, нет, я всё помню. Я помню, как ты ворвался ко мне, помню, как нанес удар, я видел твою ярость, что ничего не получалось, а потом твой страх от нанесенного удара. Ты пытаешься меня пугать, наивный, нет-нет, ты сам меня боишься, я это вижу прекрасно... Ты другой, хоть и похож, и ты, видимо, ни черта не знаешь обо мне, но я узнал о тебе много, даже слишком. — Я читаю его как открытую книгу, он настолько банален до тошноты, настолько простой и в какой степени наивный, в чем же причина его данного состояния, почему он эмоционально нестабилен, наверняка есть причина, но... Как же мне все равно, для меня он никто, не более чем раздражитель.

— Ха-ха-ха, это «кха» ничего... Не меняет... Ты такой же пес, как и я, ха-ха-ха

—... Ничтожество. — В этот момент он замолчал, растерял всю свою браваду, ибо увидел, в этот момент время для нас обоих остановилось, лишь я и он. Мои глаза приобрели фиолетовые цвета. Моя рука, что сжимала его горло, начала нагреваться, пока не образовалось пламя. Он начинает брыгаться, наношу один удар прямо в его глазницу, хватая и ее, послышался треск костей и запах гари. — Ты идиот, ты жалок и ничтожен в своей сути, ведь ты не можешь быть даже собой, ты сломан, ты уничтожен, и ты по своей наивности, по своей глупости думал, что мы похожи... Ничтожество. — В миг всё рассеиваю и отпускаю его, он без сил падает на землю, он что-то бормочет хватаясь за свое лицо пытается встать но не может. Я отхожу от него и к нему подходит Хорорр.

— Я... Не сумасшедший.

— Ты прав. — Ударом с ноги, он вырубает его, переводя взгляд то на меня, то на второго. Я же смотрю на второго раздражителя, попутно ища очередную сигарету, пусто, и он это заметил, кинув мне очередную пачку на что я молча принимаю и закуриваю.

Этот день и так вымотал меня, и с учётом всех моих еще не заживших повреждений еще и истощил вдвойне. Я едва ли слышу, что он говорит, перед глазами всё мутит, а прочие голоса, что стали сильнее, усугубляет ситуацию, и в какой момент я оказываюсь перед ним, он замолчал, его выражение стало нервным, пока я выпускаю струю дыма — Ты меня раздражаешь... Наверное, некое чувство, когда отчётливо понимаю, что я стал частью твоего замысла, то чувство, когда тебя использовали, и я даже этого не понял... Мне бы довести дело до конца, но... Я банально устал... Я проигнорирую это событие и забуду обо всем, что сегодня случилось непосредственно из-за тебя, но запомни, не смей меня втягивать в свои игры или подобную авантюру. Ведь в отличие от него я не говорлив и слова на ветер не брошу, и поверь, последствия тебе не понравятся, усек, «приятель». — Сказав это, я сел обратно на диван, переваривая очередное событие, и опять же отчётливо понимаю: я на грани и готов сорваться в любой момент, и тут появился, наверное, тот, кто мне нужен на данный момент

— Я не мешаю? — Этот голос и его манера Килерр, что вышел из темноты, смотря то на одного, то на другого, играясь с ножом. — Кажется, вы забавляетесь, нет? — Был ли он тут с самого начала или появился только сейчас, мне неизвестно, но, судя по реакции Хоррора и того второго, они догадывались. — Серьёзно, почему, когда происходит что-то интересное, я всегда оказываюсь не там, где нужно было? — Краем глаза смотрю на Киллера, что присоединился к веселью под самый конец. — У меня есть подозрение, что «вы» игнорируете «меня»... Я разочарован... Хорорр, падай голос, ты жив?

— Заткнись.

— Первый признак — отрицание своей смерти.

Глава 14

Беспросветная темнота этого места, этих пещер. Старые разрушенные колоны, разбитые стены и верховные своды каменных пик — всё это окружает лишь темнота, и только цветы, эти желтые цветы, эти лютики освещаются солнечными лучами с поверхности как насмешка или вызов. Скорее всего, тут можно найти некий символизм, но и ненароком в голову приходит мысль о том, что даже в беспросветной тьме и разрухе есть место свету и красоте

Из всего, что осталось целым в этом месте, в этом мире именно этот участок остался практически нетронутым. Стоит взглянуть вокруг, и можно увидеть множество цветов среди заросших растений и сорняков. Как по ним пробегают разные жучки и насекомые. Если приглядеться, то тут, по сути, цветёт жизнь. Но только тут ведь стоит выйти за пределы этого места, увидеть, что находится за пределами этой комнаты, то там одни разрушения, только пыль, прах и всякая гниль, только тишина и запах смерти. Но не здесь, только не в этом месте

Даже спустя столько времени тут ничего не изменилось, даже лучше это место цветёт от обилия мелкой жизни. Но не это привлекает мое внимание, а именно эти цветы. Сколько бы раз я ни открывал свои глаза в этом месте, сколько бы раз я не возвращался в исходную точку, даже после длительного ухода и возвращения сюда они не изменились, оставаясь таким же, какими я их помню, когда я снова открывал глаза

Возможно, тут всё же есть какой-то смысл в данный момент, но для меня это глупость и откровенный критинизм всего моего мышления. Я не верю в этот символизм, для меня это лишь раздражитель, не более. Возможно, будь на моем месте кто-то другой, он бы смог, наверное, увидеть какой-то скрытый и непонятный мне момент, эту мысль и смысл во всем, он бы указал на последовательность действий и этих чередующихся событий и совпадений, ведь это место... Эти руины — подобие этой красоты по типу света во тьму, там, где всё умерло, всё же что-то цветёт, оно выжило, цветы не завяли, они как... Нет они новые, живые, целые. Даже ощущения, что за ними ухаживали. Появились, какая жизнь здесь и негде больше, это место как аномалия, и я не понимаю, почему оно цветёт, ведь не может же быть это простым совпадением, не так ли?, или же я себя накручиваю, думаю о какой-то ерунде и ища этот скрытый смысл во всем этом

Это же чудо, это знак, что даже когда вокруг лишь тьма, есть место маленькому лучику света, что позволил расцвести этой жизни. Почему я думаю об этом, когда я смотрю на эти цветы. Когда я вспоминаю, что я здесь сделал, это раздражает меня, да... Для меня этот символизм не имеет значения, как и это место, эти цветы, эти руины, эти разрушения «неважно» не имеет значения, как и смысла в этом нет, это факт и точка, и дальше я даже не буду пытаться понять, что это значит.

Одно неизменно — это то, что меня окружает, всё мне знакомо в очень неприятную и в отвратительную мне форму. Ведь именно тут я просыпался, именно тут всё закончилось и началось для меня. Это мой мир, моя тюрьма, в которую я попал, мой кошмар, мое проклятие из раза в раз просыпаться в этом месте без памяти, без воспоминаний, и лишь после продолжительного времени я всё вспоминал, и осознание этого сводило меня с ума каждый раз, знать, что всё, что я делал после того, как остался один, после того как я завершил эту игру, и вспоминая, что я здесь уже был, что это уже не первые... Сотни... «Тысяч» раз

Если я выдерживал поток этих воспоминаний и не убивал себя сразу, то я жил в аду, и смерть казалась выходом. Мне было все равно, что я всё повторяю, что я снова делаю круг этой петли, ведь я хотел покоя, я хотел тишины и всё забыть хотя бы на мгновение, и итог снова — это повторение из раза в раз одно и тоже. Сейчас же, вспоминая всё это по новой, то, что подавлялось, то, что я забыл на очень длительное время, и подобные многие моменты. Сейчас же без этих ограничений я понимаю, сколько я забыл, сколько я существовал. Я думал, что меня ограничивают, но нет, скорее, это были мои костыли. Найтмер был прав во всем с самого начала, без этого я бы окончательно сошёл с ума, я не смог бы нормально ужиться, не смог бы просто принять для себя новую реальность, а теперь же я всё вспоминаю, и каждый раз всё хуже, даже сейчас я с трудом держу себя в руках, чтобы бы не сорваться, ведь голоса и эти силуэты и тени никуда не делись, и их вижу только я, даже там, где их не должно быть, я их вижу и слышу.

— Мы осмотрели, обыскали и были везде, где только можно, я так понимаю, тут тоже ничего нет, не так ли? — Взял слово Киллер, что отправился со мной в мой мир. Пожалуй, с тех мелких инцидентов прошло много дней, за это время все мои раны восстановились, как и резервы, я снова пришел в форму. Что до Киллера, увы, была моя возможность, я бы отправился один, но этот мир, этих дверей банально нет, при всем моём желании я не смог бы попасть сюда самостоятельно. Там не имеется нужная мне дверь, по которой можно было бы войти, ведь это мёртвый мир, а значит, бесполезен для Босса, не более чем просто мусор. Киллер же прибавил пару условий за эту прогулку. Однако не скажу, что в кампании с ним так плохо, он мне помог, хоть и невольно затыкая тот шепот, держа меня в равновесия, да и не остался в стороне, помогая мне искать... Мою вещь. Папайрус... Сколько раз... Я видел его, он всегда был со мной, даже сейчас я иногда вижу отголосок его тени

Воспоминания прошлого так быстро возникают, как и быстро пропадают, но этого мига хватило, чтобы понять одну простую мысль. Сколько раз это происходило? Число перестало иметь значение, как и первоначальная цель этого начинания. Когда их жизни перестали иметь значение, и для меня это превратилось в рутину: бесконечные убийства и бессмысленная резня. И ради чего? Чтобы он всё сбросил, и я начал сначала? Чтобы я снова убивал своего брата, своих друзей? Всё, что я делаю, лишь забавляло его, что это длилось целую вечность. Лицо моих друзей уже было стерто из памяти, брат стал лишь каким-то символом, не более, ведь какая была разница, мертв он или жив, он всегда был со мной везде. Монстры превратились лишь в «цифру»... А человек, хех, главной целью и смыслом всей моей жизни снова и снова его убивать, а теперь же отличие мало, хоть и свободы стало больше.

— Его нет, — сказал я, — тут ничего нет. — С каким трудом я говорю это, с каким усилием принимаю этот факт

В ответ же он посмотрел на меня немым вопросом: «Так какой смысл тут находиться, если ничего нет?» — Все же решил вставить слова, пока я смотрел на цветы: «И зачем тебе нужно было возвращаться обратно, что повеяло ностальгией?»

— Нет, я говорю, что его здесь нет, он должен был быть тут, но его нет, он пропал. — сказал я, хватаясь за воротник. В последние дни это невольно вошло в привычку, иногда и в худшую сторону: ощущение, будто бы меня душат, дышать становится всё труднее, хочется ослабить хватку, а в итоге понимаю, что ничего нет, но это не прибавляет спокойствия, лишь ощущение удушья становится сильнее, чувство, как что-то сжимает горло всё сильнее, приходится применять крайние меры, и боль, как всегда, кстати, но наносит себе раны, нет, я не обладаю подобными чертами, и это лишь временное решение, и то не всегда действительное.

— Зная твою проблему я уверен что ты его...

— НЕТ!!! — прерываю его, попутно начиная делать круги, злость и ярость берут вверх, и его слова лишь прибавили мне психоза, видно, чаша моего терпения за всё время была переполнена, что даже этого хватило, чтобы я вышел из себя. — Я во многом не уверен!!! Да, ты прав, он сгорал, рвался, его рвали, я прятал его от «его» глаз. «Он» знал, куда бить и что меня выводить из равновесия, а после уже я сам начал его повреждать, но я никогда не доводил дела до конца, нет, НЕТ!!! Я всегда его восстанавливал, всегда прятал... От себя же я... оставил его тут... Но его тут нет. — А голоса и шепот становятся сильнее, как и темнота вокруг меня сгущается, возвращая те чувства, которые я так долго подавлял: ярость вперемешку со страхом, гнев и отвращение к самому себе, и эти мысли, эти чувства, когда я один... хватаюсь за края капюшона, хочется кричать и всё разнести, всё уничтожить, его нет, его забрали, он пропал, я его уничтожил, я его потерял. — РГХ, ЧЕРТ, ВОЗЬМИ, ОН ДОЛЖЕН БЫТЬ ТУТ, ГДЕ ОН, КУДА ОН ПРОПАЛ!!! — Резко останавливаюсь и оборачиваюсь на Киллера, что стоит передо мной практически в лоб в лоб. — Держи дистанцию! — Говорю я, уперев в него оружие, атмосфера вокруг нас стала в миг враждебной, удушающей

— Давай сделаем вид, что этого не было, идёт? — Сказал он с угрозой, что сразу пропала в следующих его словах. — Зная тебя, твою проблему, я уверен, что ты его потерял, сжёг, уничтожил. — И вмиг всё снова стало спокойно, пропали это враждебное намерение, как и ярость и гнев, держа в себя в руках. Его пустые глаза, из которых струилась черная субстанция, его бездушная улыбка и спокойный голос. Он не выражает абсолютно ничего, ноль эмоций, пустой, но при этом есть какие-то выражения наигранности, и сходство с ним становится сильнее. — Но знаешь, сейчас это не важно, да, для тебя это имеет значение, но мне все равно на итоги. У меня другие планы на этот счёт, и я давно хотел спросить, услышать эту историю, «помнишь»? И это идеальный момент ведь здесь только я и ты

Я молча делаю малые шаги назад стоя друг против друга на приличной дистанции — Что тебе нужно, хочешь красивую сказку, ты и так знаешь все обо мне какая тебе разница?

В ответ он качает головой: «Нет, ты не понял, я хочу узнать причину, почему ты решил выбрать этот вариант развития событий. При поражении ты начинал искать другие пути, но когда ты начал свой путь геноцида, когда из раза в раз ты терпел поражение, ты не остановился, всё продолжая и продолжая идти по этому маршруту как прокажённый, не ища других альтернатив. Ты ломался, искажался, но намеренно не останавливался, всё продолжая и продолжая, намеренно уничтожал себя. У тебя были варианты, как и шансы, но посмотри на себя, к чему это привело. Ты жалок, ищешь какой-то смысл, какую-то вещь, этот шарф — это жалко, но всё же для тебя это важно, и я приму это как факт».

— Шансы. Варианты? — Было сказано с угрозой и яростью, кулаки автоматически сжались, но быстро беру себя в руки, смотря на Киллера с враждебностью, а он с интересом. — Вариант... Ты... Хотя знаешь, да, варианты были, как и шансы остановиться, попробовать другой вариант, другое событие, но это бы ни к чему не привело, всё это было уже пройденным этапом. — Глаза автоматически загораются, хватаюсь за лицо, упираюсь на стену. — Ты же давно хотел услышать эту историю, не так ли? Нужны подробности и факты, нужна причина, почему именно этот путь, чем он обоснован, да?

— У тебя были варианты...

— НЕТ!!! — кулаком бью по стене. Глаза горят фиолетовым огнем, а меня пронзил новый поток воспоминаний. — Их не было, итог этих вариантов всегда был один. Ничего не сработало, он всегда побеждал. — Куча вариантов объединить всех, сплотить, задержать, поймать, вырвать его душу, и финал — человеческие души, что... Не дали ровным счетом ничего, ведь он мог в любой момент сбросить, начать заново, всё зная наперёд, даже если что-то выходило из-под его контроля, он всегда смог бы сбросить, и тогда все приготовления, все ловушки, объединение — всё не имело смысла, и тогда простая мысль стать сильнее его настолько, что этот сброс не имел бы значения, никакого шанса, никакого сожаления, никаких лишних действий, лишь цель, одна единственная цель

— Да, наверное, на тот момент я спятил, на тот момент во мне что-то сломалось, я больше не видел другого пути, это было единственным верным для меня, для них всех их решением. Та цель, что я себе поставил, убивать его без конца, чтобы он сдался, чтобы он ушёл и не возвращался, чтобы он оставил всех нас. Но чем дольше это продолжалось, тем сильнее он адаптировался. Я не сразу пришёл к этому, я старался не убивать всех подряд, только... сильных монстров, Азгор, Андай, королевскую гвардию не из ненависти, а из необходимости, они бы все равно умерли от его рук, это было... Просто они не ожидали этого, даже она, эта старая леди, не ожидала этого. — Всё, что я сделал, я думал, этого хватит, я думал, что всё это будет один раз, но всё было тщетно, он победил, даже всей этой силы, что я приобрёл от их убийств, не хватило, чтобы его остановить, и он снова продолжил, снова начал всё сначала, зная, что его ждёт это было только начало.

— Этого было мало, я проиграл, и в конце я умер, так и не добившись ничего, лишь дал ему новые события, новые игры. Я шёл всё дальше и дальше, я ненавидел себя за это, и Папайрус стал переломным моментом, и тогда уже всё перестало иметь смысл: смерть или победа, чтобы снова всё повторить. Ха-ха, да, на тот момент я уже окончательно спятил, и эта простая истина «убей или будь убитым» стала абсолютным законом. — Я сам не заметил, как изменился, как всё перестало иметь значение, я стал подобие его во всем, даже лучше, чем он сам.

— Ту цель, что я изначально поставил, она исказилась, мне уже было все равно на исход, все равно, что произойдёт, только одно имело значение — это его смерть, больше ничего... Знаешь, у него было куча шансов все прекратить. Шанс все вернуть до того, как ситуация станет необратимой, он не воспользовался ни одним из них. И когда все уже было поздно, когда настал исход, финал здесь, в этом месте, шансов все вернуть уже не было... Я не позволил, я всё прекрасно знал, это было ложью, он просто не хотел умирать, ничего более, он ни о чем не сожалел, он просто ребенок, который понял, что игра закончилась

— Уверен? — Сказал он, также спокойно смотря на меня. — Впрочем, ты сам в это веришь, так что я удовлетворён. Отрадно знать, что ты себе не изменил в конце, но что же было после, что... — каждый должен знать меру и определённую черту, как и он.

В миг эти цветы, сорняки, растения всё в этой комнате обхватило фиолетовым огнем, теперь же я стою напротив него. — Не тебе выносить мне вердикт, Килерр. — Говорю я холодным бесчувственным голосом, пока нас окружает пылающее кольцо. — Я удовлетворил твоё любопытство, я не соврал, я всё рассказал, и что было дальше никто не узнает, тем более ты. Я вижу тебя, я знаю, кто ты, и ты намного хуже меня, ты стал тем, кого я ненавижу. Ты убивал их ради веселья, ради забавы. — Поднимаю руку, и фиолетовое свечение охватывает его душу, круглую, резонирующую, красную, белую. — Ты такой же, как и он, не тебе говорить мне о шансах и вариантах, сам ты не лучше меня и намного хуже. — Развеиваю магию, как и огонь, оставляя тут только сожженную местность, больше не будет никакой жизни, ничего.

— У тебя были варианты — Сказал Килерр также смотря на меня без эмоций и с лёгкой улыбкой — У меня же не было ничего.

— Что?

— Мое начинание не отличалось от твоего, также бесконечные геноциды и сбросы, но всё же была маленькая деталь. — Держа руки в карманах, он с лёгкой походкой прошёлся по сожжённым местам, выдёргивая оставшиеся почти сгоревший лютик. Смотря ввысь и переводя взгляд на цветок он продолжил.

— Она предлагала сделку, после каждого смертельного удара я отказывался, и так раз за разом, постоянно. У них была некая цель, какая-то мания, может, им было скучно, и они хотели разнообразия, и для этого они выбрали меня. О чем они думали на тот момент, понять выше моих сил. — Глаза струились черной субстанцией, не прекращаясь, а душа резонировала сильнее обычного

— Я бы ни за что бы не согласился, и, возможно, я пришёл бы к тому же, что и ты, или к другим исходом, увы, я этого никогда не узнаю. В очередной раз и очередной смертельный удар, очередное предложение присоединиться к этой извращенской игре в богов, и очередной отказ... Должен был быть. — Полусгоревший цветок в миг начал превращаться в пепел в его руке, а струя из глаз потекла сильнее, даже появился серый зрачок, как и улыбка стала намного шире. Смотря на меня, я спокойно его применяю, он стоит на месте, но ощущение присутствия тут такое, будто бы нас не двое, и это не мои галлюцинации, эти ощущения «лишнего» разумного в этой комнате.

— Вместо отказа я сказал «да». Но это был не я... Я не должен был сказать это, я не должен был соглашаться, но я согласился. Что это было, что со мной произошло, как это произошло, почему я принял предложение. Я очень долго задавался этим вопросом, но так и не нашёл ответа. — Один за другим за спиной у него появлялись ножи из красной энергии, пока не образовался круг, что объединились в один и влетели прямо в его душу

— И вот при следующем цикле я не понимаю, что со мной происходит, я убиваю их вместе с ними, но... Я не должен их убивать, мне это отвратительно, это неестественно, неправильно. Почему я это делаю, почему я продолжаю вместе с ней убивать? Я не понимал, что происходит со мной, почему я это делаю почему продолжаю, но чем больше я это делал, тем естественно мне это казалось, будто бы так и должно быть, что всё, что я делаю — это нормально, ха-ха, нет, это было что-то другое. — Сделав шаг, он резко вынул из души уже материальный нож, касаясь его кроев кончиком пальца, и «лишнее» присутствие стало сильнее, он даже не скрывал, смотря в сторону, куда смотрел и я.

— Смерть Папайруса довела меня до пика, возвращая меня в реальность, ведь это чувство, эти ощущения неправильности стали лишь сильнее, всё мое естество кричало, что всё это неправильно, всё ошибка. Я хотел убить себя, но «она» успокаивала меня, говоря, что это лишь игра, что всегда можно начать сначала, и никто не вспомнит. И знаешь что? Я поверил, что всё будет хорошо, что всё это закончится, рано или поздно игры кончатся, и тогда всё вернётся в норму. Я не знаю, почему я так легко это принял, так легко согласился на продолжение. Так или иначе, мы продолжали наше веселье. И чем больше это продолжалось, тем сильнее я терял ту последнюю часть, что делало меня когда-то мной. Я терял себя после каждого нового убийства и нового сброса. Я преображался, и тем сильнее всё притуплялось. Место отвращения пришёл интерес, место страха и непонимания — веселье, чувство неправильности ушло без следа и так далее, далее, далее. Я стал воспринимать всё как игру, ведь какая разница, они всё забудут. В конце же в этом месте последняя частичка меня умерла... И появился я

Ощущение «лишнего» разумного пропало, а Килерр вернулся в норму. Душа перестало резонировать, возвращая в спокойное состояние, как и субстанция перестало течь из глаз. Смотря на него, а он на меня, в ответ просто пожал плечами, а я захотел закурить. Я просто вдруг захотел умереть по-настоящему. — В конце концов, у нас был один медот, но цели разнились, но финал один и тот же с разными исходами, мы убили себя, и мы оба открыли здесь глаза и появились на свет