Пять недель осени

Глава 1

Молодой человек бежал вверх по склону, цепляясь за длинные, но абсолютно голые стебли, пачкая и царапая кожу на ладонях. Нет, он в этот раз не отступит, он сможет довести дело до конца! А пока надо двигаться дальше. Выше и выше, как можно быстрее.

Парк «Гринвуд» находился всего лишь в пятнадцати километрах от тихого спального района, в котором проживал Пирс. К своим тридцати годам молодой человек успел добиться руководящей должности, пусть небольшого отдела в сфере продаж бытовой техники, но всё же он довольно успешно шагал по карьерной лестнице с самых низов. И дошагался. Внося изменения в трудовую книжку, отдел кадров чётко дал понять, что красивая должность является последней ступенью в этой компании и не имеет никакой финансовой подоплёки. Что ж, в этой части своей жизни Пирс достиг вершины и совершенно не знал, что ему делать дальше. Тупик. И самое ужасное, что его устраивала и бешеная нагрузка, и отдалённость офиса от квартиры, и зарплата. То есть менять что-либо не было никакой мотивации. Личные отношения у него были только с престарелым псом Дагом, который уже доживал свою шикарную длинную жизнь, и кроме функций «спать» и «есть» больше ничего не включал. Как-то так вышло, что, будучи довольно коммуникабельным и сообразительным, Пирс легко заводил знакомства и поддерживал общение, но это не приводило ни к чему путному, только к вежливому игнорированию по истечению какого-то времени. О нём никогда не говорили плохо. Но и не восторгались. Он как бы был, но вроде, как и не было. Равнодушие. Нейтральность. Пирс Грей. Даже фамилия носила говорящий характер.

— Чёрт, как тяжело, — простонал Пирс, сгибаясь пополам. Он чувствовал, как мышцы ног вот-вот сведёт судорогой от перенапряжения. Как бы не задохнуться, не дойдя до намеченной цели. Подобные мысли вызвали истерический смешок. Дав себе минуту времени на восстановление дыхания, мужчина снова двинулся вперёд. Осталось совсем немного, скоро он будет на месте.

***

Этот день был с самого утра отвратительным. Мало того, что Пирс опоздал на работу и имел дело со скандальными покупателями, так ещё и весь день его преследовала неудача.

— Ты сегодня прям не в духе, — не то чтобы заинтересованно, но чисто из вежливости подметил Джеймс, коллега Пирса Грея.

— Да это какой-то трындец! — эмоционально всплеснул руками мужчина, цепляясь за неожиданно подставленную жилетку. — Я с самого утра на взводе! Представь себе, угораздило меня сесть рядом с сердитой женщиной в маршрутном автобусе, — Пирс недовольно зыркнул на смеющегося коллегу и продолжил с ещё большим энтузиазмом: — Она выясняла отношения со своим мужчиной всю дорогу! И только я успел посочувствовать мужику и хотел было сделать ей замечание, как она начала выкрикивать угрозы и размахивать руками. Неужели нельзя подобные проблемы урегулировать дома?!

— Ну ты и нытик, Пирс, — продолжал потешаться коллега.

— Это ещё не всё! Из-за того, что она орала на весь автобус и активно жестикулировала, не обращая внимания на то, что творится вокруг, я не смог пройти к выходу и пропустил свою остановку!

— Аха-ха-ха, — Джеймс уже практически валялся на полу, угорая со своего коллеги-неудачника.

— И это ещё не всё…

Когда Пирс Грей покинул офисное здание компании, в которой работал, он был совершенно вымотан и физически, и эмоционально. Как там сейчас модно было говорить? Полное выгорание. Казалось, что уже ничего не могло испортить этот день ещё больше, но короткое сообщение от психолога с просьбой перенести сеанс из-за проблем кишечника её карликового пинчера оказался новой неприятной неожиданностью. В памяти всплыло воспоминание о маленькой агрессивной собачонке, и даже стало как-то совсем грустно, что его променяли на это создание.

Пирс Грей посещал психолога уже на протяжение нескольких месяцев. Началось всё с того, что его многолетние приступы тревожности чуть не привели к трагедии — он практически попал под колёса автомобиля. Тогда его будто кто-то невидимый вытолкнул на дорогу, а он был не в силах заставить тело слушаться и остановиться. Так и стоял на переходе на красный для себя цвет светофора и дёргался то вперёд, то назад, в ужасе наблюдая за приближающимся транспортом. Тогда всё обошлось, но мужчина твёрдо решил бороться с этой своей «особенностью». Сложно было сказать, помогали сеансы с психологом или нет, так как приступы внутренней паники и тревоги никуда не исчезли, но после общения с миссис Брейн становилось как-то легче. Возможно потому, что перед ней не надо было быть крутым парнем и привлекать к себе внимание, чтобы никто не забыл про него. А теперь ему больше некому выговориться.

— Ладно, домой так домой, — выдохнул Пирс, направляясь в сторону автобусной остановки. Оставалось надеяться, что хотя бы обратная дорога не принесёт неприятностей. Размышляя о том, чем бы занять себя вечером, он и не заметил, как оказался в транспорте.

Удивительно, но в этот раз никаких неприятностей в автобусе не случилось. Даже наоборот, долгая дорога домой принесла сплошное удовольствие. Подозрительно свободный салон позволил с удобством расположиться возле окна и рядом с распахнутой форточкой, откуда приятно тянуло влажностью после небольшого дневного дождя. Пирс воткнул в уши наушники и прикрыл глаза, погружаясь в мир музыки.

— «Главное, не уснуть», — приказал он сам себе, вспоминая случай, когда действительно отключился в автобусе и проехался аж до конечной остановки маршрута. Пришлось потом возвращаться оттуда домой уже на такси. Глупый случай.

Пробки, мерное покачивание транспорта, любимая музыка, долгая дорога домой. Разум то ускальзывал куда-то в мир грёз и покоя, то резко возвращался в реальность, когда Пирс дёргался или был задет соседом по пассажирскому сиденью. Таким образом, поездка оказалась той ещё пыткой, но, наконец-то, объявили следующую остановку со знакомым названием. Отлично. От греха подальше мужчина заранее поднялся и остановился возле двери, надеясь, что уставший организм стоя точно не отключится. Не отключился, но и неудачи сегодняшнего дня тоже не закончились. Стоило молодому человеку спуститься с последней ступеньки автобуса на влажный асфальт, как с неба хлынул не просто будничный осенний дождь, а настоящий ливень.

— Чёрт подери, какого хрена?! — воскликнул Пирс, наблюдая за тем, как все вышедшие спокойно открывают зонты и расходятся в разные стороны. Сам же мужчина только ещё раз смачно выругался и в несколько прыжков добрался до козырька остановки, который спасал только частично, так как к ливню прибавился и ветер.

— Ладно, осталось немного, чувак, — начал разговаривать сам с собой несчастный, — ещё немного, и ты доберёшься до своей норки. Сухой, тёплой и одинокой. Там будет безопасно, — приплясывая на месте от неприятного озноба, Пирс начал напевать недавно прослушанную и засевшую в голове песенку, озираясь по сторонам. Неожиданно взгляд зацепился за что-то ярко-красное. Сосредоточив внимание на предмете, мужчина почти с восторгом выкрикнул что-то нечленораздельное и дотянулся до забытого кем-то зонтика. Наверное, кто-то оставил его, поспешив в автобус. Ничего же страшного, если он им воспользуется? Открыв зонт, Пирс перебежками направился к своему дому, неловко преодолевая препятствия в виде уже появившихся больших и маленьких луж. Возле подъезда своего дома он остановился, решив покурить на свежем воздухе. Естественно, подобное решение оказалось очередной его ошибкой — как только он сделал первую затяжку, подул резкий порыв ветра и выбил сигарету из его губ, осыпая лицо мелкими кусачими искорками, а потом вывернул зонт наизнанку, выламывая спицы под нереальным углом.

— Да будь же проклят этот день! — в сердцах выкрикнул Пирс, швыряя сломанный зонт в лужу и направляясь в подъезд. Естественно, лифт не работал, поэтому пришлось подниматься на пятый этаж на своих двоих, а уже по достижению цели оказалось, что виноваты были вовсе не коммунальные службы, а отключенная в результате подтопления кабеля электроэнергия. Молодой человек без особой надежды дрожащими пальцами нажал на боковую кнопку разблокировки экрана смартфона. Двадцать три процента заряда. Что ж, спасибо, что не два. Послышался отдалённый гром, а за ним и тихий скулёж из дальней комнаты.

— Хей, Даг, трусишка, ты даже не вышел меня встречать! — как-то грустно сказал Пирс, пытаясь в темноте оставить обувь в положенном ей месте. Завтра помоет, всё равно ничего не видно. На ощупь пройдя в гостиную, он продолжил общаться с единственной душой в этой квартире кроме него самого: — Тебе не повезло, приятель, на улицу сегодня не пойдёшь. Только не смей гадить мимо пелёнки! Слышал меня, Даг? — из спальни снова послышался скулёж, только теперь какой-то неохотный или даже ленивый.

Семь процентов заряда пришлось потратить на то, чтобы хоть как-то сходить в душ. Пирс включил фонарик и положил телефон экраном вниз на раковину, сам с блаженным удовольствием прыгая под горячие струи воды. Правда и тут ему не сопутствовала удача. Вода оказалась слишком горячей, даже обжигающей, а если повернуть вентиль, то котёл тух и обливал мужчину уже ледяной водой. Так он и промучился в контрастном душе, то шипя от кипятка, то откровенно пища от холода.

Следующие десять процентов ушли на то, чтобы отыскать по запаху следы преступления напуганного грозой пса и устранить их, а затем и поужинать. Пирс как раз прожёвывал последний кусок куриной сардельки, когда в его дверь постучали. Соседка сообщила о том, что электричества не будет минимум до завтра. Прекрасно. Не найдя, чем себя занять, Пирс решил, что ляжет сегодня пораньше. Чем ли не повод хорошенько выспаться? Со сном у него действительно были проблемы. Приступы бессонницы длились иногда не просто днями, а неделями и даже месяцами. Ничего не может быть ужасней, чем невозможность уснуть. Пирс и выматывал себя в тренажёрном зале и на работе, чтобы отключиться, и пробовал медитировать или думать о чём-нибудь приятном и интересном перед сном. О подсчёте овец вообще и говорить не стоит, цифры доходили до четырёхзначных значений! Ничего не помогало. В эти беспокойные ночи мешало уснуть всё: удушливая жара под одеялом или неприятный озноб без него, шумы из-за открытой форточки или грёбаный комар при закрытых окнах, воспоминания дня, о которых хотелось бы забыть или наоборот чёрная пустота за закрытыми веками, разукрашенная какими-то непонятными бликами и геометрическими фигурами. Понятно, что в такие периоды Пирса сопровождали бесконечная усталость и приступы плохого настроения, но всегда эти бессонные ночи заканчивались, наступал благоговейный покой и крепкий отдых его организму. Сейчас молодой человек спал стабильно неплохо, минимум семь часов в день, поэтому лечь пораньше не было проблемой. Вот только ещё пару процентов на быструю прокрутку новостной ленты и соц. сетей потратит и сразу спать.

Новостные ленты пролетели с долей скептицизма. Очередные битвы титанов на политическом боевом ринге его не интересовали, амбиций в этой сфере он не имел и не считал это какой-то личной гражданской потерей. А вот личный аккаунт в Инстаграме заставил сердце пропустить удар.

Три с половиной месяца назад Пирс зацепился за комментарии некой девушки в одном из обычных тривиальных пабликов. Всё началось со споров, перешло в битву взглядов двух неглупых, но уставших людей. Потом общение превратилось в приятную повседневность, и Пирсу Грею хватило пары недель, чтобы понять, что утро без Эммы было уже не таким ясным и радужным. Они желали друг другу доброго утра и спокойной ночи, в течение дня рассказывали те или иные мелочи из будничной жизни, делились проблемами и искали друг в друге успокоение. Эмма флиртовала, Пирс ей верил. Спустя два месяца после знакомства, он понял, что влюбился и виртуальной реальности ему уже не хватает. Тогда он предложил ей встретиться, она с радостью согласилась. Мужчина несколько дней подряд только и мечтал о том, как всё произойдёт, будет ли она такой же, как на фото и в беседах. Планировал, куда они пойдут и чем займутся, фантазировал и визуализировал за закрытыми веками, когда ложился спать. Пирс ощущал в себе непривычный трепет, приятное волнение и самые неожиданные для него чувства. Но встретиться не получилось ни через неделю, ни через две, ни даже через месяц. Эмма постоянно ссылалась на какие-либо обстоятельства, из-за которых такое долгожданное Пирсом свидание откладывалось раз за разом. Мужчина раздражался, но стоически ждал. А потом, постепенно, девушка стала всё реже появляться в сети, не отвечала на звонки и смс, а когда и отвечала, в её голосе не было и толики былой игривости и теплоты. Пирс Грей не был глупым человеком, поэтому сразу понял, что Эмма остыла по отношению к нему. Но ему ещё некоторое время не давал покоя вопрос, что именно привело к тому, что она охладела, ведь именно она проявляла больше открытого интереса с самого начала. Сбавив обороты, молодой человек попытался сохранить хотя бы дружеский настрой, ведь ему это было не менее важно, чем любовный интерес. Эмма была его целительницей, спасительницей, отдушиной. Но чуда не случилось, контакт был потерян, а она уже третий день не отвечала на последнее сообщение.

Ещё раз просмотрев чаты, Пирс Грей с неприятным уколом внутри увидел статус его последнего сообщения. Прочитано. И оставлено без ответа. Начиная испытывать злость, молодой человек сильнее требуемого ткнул пальцем в экран, прогружая ежедневную историю на её странице.

— Ну, давай быстрее! — прикрикнул он на телефон, который завис с круглым бесящим значком загрузки на пол экрана. Но толку его эмоциональный порыв не принёс, только бедный Даг испугался, взвизгнув и убежав от психованного хозяина в другую комнату. — Да ну ладно, не смей разряжаться, пока я не посмотрю!

Повезло Пирсу или нет, но он действительно смог посмотреть короткое минутное видео со страницы Эммы. То самое, где девушка счастливо смеялась, закинув голову назад, а какой-то парень обнимал её за тонкую талию и пытался поймать её губы, пока она игриво уворачивалась. Телефон жалобно пискнул, мигнул в последний раз и выключился, оставляя хозяина в полной темноте.

Глупо, конечно, Пирс Грей и сам понимал, что это очень глупо, но сейчас, в данную минуту, мелкие неприятности сегодняшнего дня наложились на только что увиденное в телефоне, и разум покинул хозяина, уступая место чувствам. Молодой человек распознал резкий и горький вкус предательства. Сначала что-то невидимое проткнуло грудь, заходя остриём в ключицу и выходя аж в середине левого бока. Затем острая проникающая боль превратилась в ноющую бурю где-то глубоко внутри, там, где невозможно было достать и уничтожить. Обида. Всепоглощающая обида заволокла всё. Абсолютно всё. Пирс почувствовал себя ничтожным и кинутым. Как и всегда по жизни. Жертва вселенной.

Именно с такими мыслями Пирс Грей покинул свой тёмный и тихий дом. Он просто на ощупь насыпал Дагу побольше еды, оделся в то, что смог идентифицировать в полной темноте, схватил ключи от машины, которую использовал только для выездов за город или за покупками в выходные дни, а потом покинул свою родную норку, даже не оборачиваясь. Разряженный смартфон так и остался сиротливо валяться на светлой простыне.

***

— Да что ж такое! — с рыданиями воскликнул Пирс, когда упал в третий раз, не успев полностью выпрямиться после второго. Он практически добрался до места, куда так спешил, но силы покинули его за несколько шагов до намеченной цели. Темнота и влажная после дождя земля добавляли сложности маршруту и неприятности в виде падений. Мужчина так устал, он совсем выбился из сил. — Я больше не могу, — всхлипнул он, проводя грязной рукой по щеке в попытке избавиться от тяжёлых слёз. Он опять был на грани, опять должен был бороться из последних сил. А для какой цели? Для того чтобы забраться на смотровую парка, которая была пусть и непригодна для праздной прогулки, зато открывала потрясающий вид на город. Но почему так тяжело сделать такую тривиальную вещь? Почему всегда так сложно?! Нет, он доберётся до вершины! Он сделает это! Шаг. Ещё шаг. Вверх.

Спустя двадцать минут Пирс Грей истерично захохотал. Он сделал это! Он стоял на самой северной точке парка, смотрел на мрачный сумеречный пейзаж, который уже укрыл мегаполис. И чувствовал физическую боль, которая снова окутала измотанное тело, ощущал неприятную чесотку внутри, в душе. Скоро ему полегчает. Скоро наступит покой. Сейчас его грусть заберёт наступающая ночь. Сейчас его дикий пульс остановится навсегда.

Ему надо сделать только один-единственный шаг.

— Подожди, — послышался чужой голос за спиной. Пирс от неожиданности вздрогнул и сделал совсем не тот судьбоносный шаг, который планировал. Мелкое, сбитое с мысли движение заставило его опасно покачнуться в сторону пропасти, но он так испугался позорно оступиться, а не гордо покончить с собой, что на реакциях всё-таки смог удержаться на ногах и выпрямиться. Обернувшись, он обнаружил в нескольких метрах от себя женский силуэт, который, казалось, был совсем спокойным. Разве не должен неожиданный зритель суицида кричать и умолять не прыгать?

— Кто ты? — настороженно спросил Пирс, отходя от обрыва от греха подальше. Одно дело решить прервать свою никчёмную жизнь, а другое — сделать это на глазах свидетелей.

— Это ничего не изменит, — продолжал говорить этот кто-то. Голос её был молодой и спокойный, достаточно приятный для ушей. Но это и настораживало.

— Откуда ты знаешь? — не сдержался от скептического фырканья Пирс. Люди так любят осуждать других или давать им свои советы, которые никогда бы не применили к себе. — Может, ты спрыгнула с этого обрыва, умерла, побывала на том свете и вернулась неудовлетворенной Преисподней?

— Я была на твоём месте.

— И что? Тебя кто-то так же остановил, как сейчас останавливаешь меня ты? Или сама струсила в последний момент? — Пирс начал злиться. Мало того, что эта нахалка ему помешала, так теперь ещё и выслушивать приходится. У него нет на это времени! — Слушай, неважно. Давай просто сделаем вид, что не видели друг друга. Иди уже, куда шла.

— Я не уйду, — твёрдо сказала она, делая шаг вперёд. — Я не хочу, чтобы ты прыгал.

— Почему? Какое тебе есть дело до меня? — Пирс почувствовал укол интереса. Вдруг захотелось дождаться, чтобы незнакомка подошла ближе и её можно было рассмотреть.

— Не хочу, чтобы ты делал этот шаг. Ты ещё такой молодой.

— Говоришь так, будто сама повидавшая жизнь старуха! — снова фыркнул Пирс.

— Действительно, — послышался сначала тихий, а потом уже и более смелый смех девушки, а неудавшемуся суициднику ничего не оставалось, как подхватить и открыто рассмеяться следом.

Смеялись оба долго, несколько минут подряд, будто Пирс скидывал смешками напряжение момента, а незнакомка поддерживала его в этом, боясь спугнуть.

— То есть, ты теперь не оставишь меня в покое? — после передышки спросил Пирс.

— Быть свидетелем самоубийства как-то слишком жестоко, пожалуйста, не дай моей психике так пострадать.

— Ты можешь уйти, — Пирс уже понимал, что момент упущен и настроиться заново на такой роковой момент он сегодня не сможет, поэтому, если честно, не хотел, чтобы эта девчонка уходила. Но признаваться в этом не спешил.

— Не смогу. Я же буду думать об этом постоянно. Не смогу ни спать, ни есть, зная, что такой молодой человек, как ты, может совершить ошибку, — она подошла ещё ближе и уселась на камень слева от Пирса.

— Ты же понимаешь, что я могу сделать это завтра? — тихо спросил тот.

— Понимаю, поэтому предлагаю сделку, — девушка повернулась всем корпусом к собеседнику, и Пирс почувствовал, как её взгляд через темноту ночи вонзился в него, прямо в его нутро. — Дай мне всего пять недель. Если к концу осени желание прекратить эту жизнь останется, я не буду препятствовать твоему выбору. Всего пять недель, это же ничего по сравнению с длиной жизни. Договорились?

— Как тебя зовут? — спросил Пирс Грей, совершенно ошарашенный словами незнакомки.

— Тара. Так что?

— Пирс Грей, — на автомате представился и мужчина. Потом он взял небольшую паузу, чтобы осмыслить странное предложение от совершенно незнакомого человека, но в голове неожиданно стало абсолютно пусто. Ни гнева, ни боли, ни даже раздражения. Не было и страха. Ничего. Так спокойно. Поняв, что терять нечего, Пирс пожал плечами, будто его кто-то мог увидеть в кромешной темноте, а потом сказал: — Хорошо, Тара, я согласен.

В эту ночь Пирс Грей так и не смог уснуть. Он ворочался в кровати, то и дело прокручивая в голове сегодняшнее знакомство. Он старался не думать, при каких условиях встретил Тару, но та его явно заинтересовала и скрывать это от себя было бессмысленно.

— Тара — мой ангел-хранитель, — хохотнул Пирс, напугав тем самым уже спавшего Дага. — Чёрт, как бы дождаться выходных!

Тара предложила встретиться на том же самом месте в субботу в пять часов после полудня. Хорошее время, ведь ещё будет светло, и Пирс наконец-то сможет разглядеть свою новую знакомую. И, возможно, дать оценку её действиям. Вот только взять бы где-то терпения и дождаться этого момента, любопытство и интерес не давали мужчине покоя.

Доработал Пирс Грей до субботы на чистом упрямстве. Даже взялся прикрыть товарища и поработал половину чужой смены в день Х. Домой вернулся только к двум, поэтому успел лишь пообедать, принять душ и переодеться. Последнему действию он уделил больше времени, чем обычно, а когда заметил это, то лишь пожурил себя за глупость. Как же долго он не заводил вот такие новые знакомства, что уже полчаса прихорашивался перед зеркалом, меняя то штаны, то рубашки? Подумав, что Тара явно младше него, Пирс решил надеть спортивные штаны камуфляжной расцветки, чёрную футболку и тёмно-зелёную ветровку, отмечая, что выглядел сейчас в этой одежде как стильный подросток. Ну и отлично. Помыв кроссовки, он схватил мобильный телефон и направился к машине. Сделав только одну остановку, чтобы купить две порции капучино, Пирс направился к месту встречи, надеясь, что его природный топографический кретинизм не помешает найти то самое место.

Первая неделя началась.

Глава 2

Пирс добрался к месту встречи вовремя, а вот Тары пока видно не было. На какой-то момент мужчина даже допустил мысль о том, что его обвели вокруг пальца. Вдруг эта девчонка просто предотвратила трагедию или не хотела оказаться невольным свидетелем, а теперь и не появится? Если это так, то Пирс тот ещё лох. Каждые последующие минуты взращивали в нём беспокойство и сомнения всё больше и больше, а когда уже мужчина был готов к тому, чтобы развернуться и уйти, послышался тихий спокойный голос из-за спины.

— Привет.

— Ох… Ты здесь, — как бы Пирс не ждал Тару, а всё равно вздрогнул от неожиданности. Он не удержался от оценочного взгляда на девушку при свете дня. Она действительно на вид казалась моложе его самого, скорей всего студенческого возраста. Внешне была привлекательна, но сильно не выделялась: высокий лоб скрывала косая отросшая чёлка, в открытом от тёмных волос ухе красовалась аккуратная серёжка в виде крестика, голубые глаза смотрели тепло, но взгляд казался пристальным. Приятная.

— Прости, если я опоздала, немного заблудилась, — девушка застенчиво улыбнулась, на его щеках появились милые ямочки. — Надеюсь, я не заставила тебя долго ждать.

— Я ждал недолго, но твой кофе остыл, — Пирс протянул ей картонный стаканчик с напитком.

— Вау, кофе? Сто лет его не пила! — Тара тут же сделала несколько глотков, довольно выдыхая. — Вкусно! Это так вкусно, Пирс!

— Если в следующий раз придёшь вовремя, угощу тебя чем-нибудь потрясающим, — не подумав, пообещал Пирс, загипнотизированный чужой широкой улыбкой. В следующий раз? Ещё этот толком не настал, мало ли, что может произойти до следующего мистического раза.

— Договорились! Ни в коем случае не опоздаю ради такого!

— Поживём — увидим, — фыркнув Пирс. — И что дальше? Есть какая-то культурная программа?

— Давай просто прогуляемся немного, — пожала плечами Тара, не замечая, как её новоиспечённый приятель закатил глаза, явно не ожидая простой бесцельной прогулки.

Они бродили по безлюдной дикой парковой зоне, переходящей в лес, около двадцати минут. Пирс откровенно заскучал и даже разочаровался в своей новой знакомой, сосредотачивая всё внимание исключительно на том, чтобы не поскользнуться на ещё не до конца подсохшей после трёхдневных дождей земле.

— Тут есть хорошее местечко, где мы сможем посидеть и подышать свежим воздухом, — наконец-то заговорила Тара.

— А я уже начал думать, что ты маньячка и спасла меня для того, чтобы расправиться наедине в чаще леса, — пошутил Пирс, решив не подкалывать девушку насчёт свежего воздуха. Кажется, его сегодня будет переизбыток.

— Я не та, за кого ты меня принимаешь, — загадочно, без тени улыбки сказала Тара, но подумать над этим Пирс не успел, потому что они вышли на небольшую заросшую полянку, по периметру которой стояли скамейки. Некоторые из них были в разрушенном состоянии. — Когда-то эта часть леса тоже находилась в парковой зоне, но, как только парк присвоило себе частное лицо, некоторые вот такие куски были заброшены.

— Серьёзно? Сколько раз здесь бывал, никогда не натыкался, — Пирс пронаблюдал за тем, как девушка скрывается где-то за ближайшим кустом, а потом достаёт невесть откуда взявшуюся сложенную в несколько раз клеёнку и раскладывает её на более-менее целую скамью. — Часто здесь бываешь?

— Последнее время частенько. А про парк мне рассказала одна пожилая женщина. По её словам, его выкупили лет двадцать назад. Вот, теперь можно и посидеть, — Тара первой уселась на скамейку и похлопала возле себя ладонью, призывая Пирса сделать то же самое. — Давай попробуем узнать друг друга получше. Мм, о чём говорят при знакомстве? Расскажи о своих увлечениях, пожалуй.

— Ну, на работе я… — начал было Пирс, но его перебили.

— Я пока не хочу знать про твою работу, мне интересны твои увлечения. Чем ты любишь заниматься, когда у тебя есть время? Что доставляет тебе реальное удовольствие?

— Работа тоже может доставлять удовольствие, — вдруг разозлился мужчина, за раздражением скрывая смущение. А действительно, что доставляет ему удовольствие? Мысли на этот счёт куда-то испарились.

— Если бы это было так, ты бы не стоял на обрыве, — Тара неожиданно посерьёзнела, её тёмные брови склонились к переносице. Но даже хмурой она выглядела располагающе для откровений. — Можешь не торопиться с ответом, я подожду.

— Я… — Пирс тоже нахмурился, но от активной мозговой деятельности. Такой простой вопрос поставил его в ступор. — Я обычный человек. Немного слушаю, немного смотрю, могу поиграть в игры, но это получается очень редко.

— Здорово, — Тара снова улыбнулась, отчего Пирс немного расслабился и выдавил ответную улыбку. Он уже хотел было задать встречный вопрос, но собеседница сама продолжила: — Мои хобби тоже не отличаются оригинальностью. Хотела бы я сейчас произвести на тебя впечатление, сказав, что увлекаюсь игрой на лютне или кую рыцарские доспехи, но увы и ах, — она коротко посмеялась. — Для отдыха предпочитаю чтение художественной литературы, люблю послушать музыку или прогуляться по парку. Желательно там, где безлюдно, я не очень социально активна. А ещё раньше я писала стихи и короткие рассказы.

— А почему бросила? — Пирс поднял взгляд от своих кроссовок и удивлённо выдохнул. Его всегда восхищали люди искусства, которые творили, неважно, что это было. — О чём писала?

— Я пока не могу тебе сказать, мы слишком мало знакомы, — теперь уже Тара засмущалась. Её щёки с забавными ямочками приобрели розоватый цвет.

— Эй, ты чего засмущалась? Неужто это что-то пошлое? Эротика? Порно?

— Нет! Вовсе нет!

— Да ладно?! А кажешься такой приличной девочкой! — Пирс шутливо заохал и отодвинулся от Тары подальше, насколько это позволяла клеёнка.

— Может быть я пишу про насилие и расчленёнку! Почему сразу порно! — а вот девушка, кажется, поверила в игру Пирса и ещё больше смутилась. — Что бы ты не подумал, я всё равно тебе не расскажу сейчас!

— Хорошо-хорошо, пусть это пока повиснет между нами интригой, — примирительно поднял руки мужчина, пододвигаясь на место. Всё-таки там уже было нагрето и сидеть приятнее. — Какие ещё вопросы есть в твоём тестировании для знакомства?

— Вот же язва, — покачала головой, но улыбнулась Тара. — Фильмы смотрят все. Давай поговорим об этом. Какой жанр любишь? Может, есть любимый актёр или серия фильмов типа всеми любимого Марвела?

— О, я в своё время пересмотрел все фильмы с Аланом Рикманом и Джонни Деппом, — Пирс мельком глянул на то, как девушка делает последние глотки наверняка уже ледяного капучино и аж передёрнулся. — Из-за того, что они снимались в разных жанрах и амплуа, пришлось стать тем, кто смотрит всё, вне зависимости от жанра. Не люблю только военные фильмы, космическую фантастику и супергероев. Что касается Марвела, то сколько бы я его не смотрел, а я честно пытался, мне кажутся фильмы скучными, хоть убей. Что насчёт тебя?

— Сейчас такое изобилие фильмов, что невозможно уследить за всеми новинками, — Тара задумчиво начала вертеть уже пустой картонный стаканчик, водя ногтем по надписи с названием кофейни. — Люблю детективы с непредсказуемыми поворотами, красочные фэнтези с вымышленными персонажами, немного комедии.

— Помнишь, что смотрела из последнего?

— О, это был корейский детектив. Немного затянуто, но в целом идея хороша. Интересно было наблюдать за ходом расследования, если бы сделали меньше серий, то было бы ещё круче. Вообще, детективных историй много, жаль только, что действительно уникальные сложно найти. Почему-то вспомнила Шерлока Холмса. Сейчас таких загадок нет. Любишь загадки?

— Очень, — охотно признался Пирс. Разговор его так увлёк, что он даже повернулся вполоборота к собеседнице, чтобы быть ещё ближе. — В детстве я обожал игры-квесты. Папа покупал мне с зарплаты диск с игрой. Интернета ещё не было, подсмотреть прохождения было негде. Я мог месяц разгадывать одну и ту же загадку. Это было круто! Сейчас такой романтики уже нет.

— А ты романтик? — вдруг резко поменяла тему Тара. Пирс замешкался под пристальным взглядом. У девушки были красивые голубые глаза, которые напоминали чистое море с южных курортов. Редкие блики мерцали в радужках будто накатывающие волны, завораживая и привлекая внимания.

Тара моргнула, и Пирс тут же пришёл в себя, отводя взгляд и пытаясь припомнить вопрос.

— Только с тем самым своим человеком, — сухо ответил он, но собеседницу, кажется, ответ порадовал.

— Повезло твоему человеку! — девушка поднялась на ноги и немного попрыгала, разминая затёкшие мышцы.

Наступила неловкая тишина. Пирс не знал, какой вопрос задать, чтобы продолжить, не понимал, может стоило бы уже уйти, так как провели на этой поляне не меньше часа, но спросить напрямую не решился. Опять же спасла ситуацию Тара.

— А есть ли у тебя какие-нибудь романтические фантазии, которые хотелось бы воплотить в жизнь? Например, отправиться со своим человеком в романтический тур в Париж. Город влюблённых и всё такое.

— В Париж бы точно не хотел, мне рассказывали, что там очень грязно. Да и вообще тяги к Европе нет, — признался Пирс, тоже поднимаясь. Тему романтики продолжать не хотелось. Любовная рана ещё не зажила, а разговоров и планов на совместные путешествия с Эммой было много. — Я люблю путешествовать, но это необязательно должна быть романтическая поездка. С удовольствием бы погулял с близким другом по азиатским улочкам. Или вот так, — мужчина неопределённо развёл руками, указывая на лес, — просто побывал бы на природе. Что насчёт тебя?

— Мне нравятся милашества, будь это ужин при свечах или просто прогулка под руку. Да и в постели не прочь понежничать, прежде чем приступить к основному блюду, — легко ответила Тара, пожимая плечами.

— Я про путешествия! — вспыхнул от чужих откровений Пирс.

— А, ты об этом. Ты не спрашивал у меня про романтику, вот я и подумала, — совсем не смутилась Тара, показывая жестом, куда идти дальше. — Так уж совпало, что я тоже всегда мечтала попутешествовать по Азии. Теперь мы можем мечтать вместе! Куда направимся в первую очередь? Япония? Корея? Китай?

— Нам на Китай понадобится минимум год, — фыркнул Пирс. — А что именно тебя так привлекает в азиатской культуре?

— Еда! Я люблю готовить и люблю есть. Думаю, я получала бы там гастрономические оргазмы каждый день! — Тара повысила голос от нахлынувших эмоций. Видать тема пищи действительно была для неё важна. — Есть любимые продукты или блюда, за которые можешь душу продать?

— Я жуткий мясоед и сладкоежка, так что вариантов куча.

— О, если ты ещё и пряное или острое любишь, то мы можем получать оргазмы вместе!

Под общий хохот молодые люди вышли на уже более облагороженную территорию, где Тара сказала о том, что ей пора идти. Начинало смеркаться, и Пирс понял, что и ему тоже было бы неплохо добраться домой до полной темноты. Прощание вышло неловкое, он просто выдавил «ну ладно, пока» и собирался уйти, но его окликнули.

— Встретимся в следующие выходные? — Тара снова смотрела так пристально, что у Пирса по телу побежали мурашки.

— Я свободен в воскресенье. Как насчёт пяти?

— Хорошо, тогда в воскресенье в пять вечера буду ждать тебя на том же месте, — девушка улыбнулась и первой развернулась, чтобы уйти.

— Смотри не опаздывай! — неожиданно крикнул ей вслед Пирс.

— Ни за что! — Тара развернулась, помахала рукой и уже скорее направилась прочь.

Всю дорогу домой Пирс Грей думал о том, что его новая знакомая оказалась действительно приятным и общительным человеком, с которым можно было разговаривать обо всё на свете. Он снова и снова прокручивал некоторые моменты встречи, бесконтрольно улыбался, выругивался и старался вернуть внимание на дорогу, а потом снова уносился в недавние воспоминания. Добравшись до дома и закончив с некоторыми бытовыми делами, он почувствовал приятную усталость, а его сон в этот вечер был крепким и спокойным.

***

Когда Пирс Грей подъезжал к заветному парку, он заранее начал нервничать. Первая половина рабочей недели прошла замечательно, а вот последние дни перед выходными оказались адом. Причём ни окружение, ни сам мужчина не понимал истинной причины резких эмоциональных качелей. Но если хорошенько задуматься и проанализировать мысли Пирса, то было понятно, что он соскучился по Таре. Чуть-чуть. Они хорошо провели время недавно, поэтому неудивительно, что мысли то и дело возвращались в тот день. Если бы была возможность держать связь по смс или хотя бы в социальных сетях, то было бы куда проще. Молодой человек твёрдо решил обменяться с Тарой телефонами, оправдавшись перед собой тем, что им ещё предстоит контактировать несколько недель.

Задержавшись только перед любимой кофейней, Пирс Грей сделал необычный для себя заказ, а потом направился прямиком к месту встречи. Сегодня денёк выдался ясным и непривычно для последнего времени тёплым, поэтому добрался до места назначения мужчина хорошенько пропотев. Только сейчас пришла мысль о том, что абсолютно нет никакого смысла в том, чтобы тащиться в гору для встречи.

— Да ладно, опять опаздывает! — вслух выругался Пирс, озираясь вокруг.

— А вот и нет! — послышался весёлый голос из-за деревьев, а спустя секунду появилась и сама хозяйка. Тара выглядела сегодня ещё моложе, казалось, что она и вовсе сбежала с пар, чтобы сходить с друзьями в кино. На ней были узкие чёрные джинсы и синяя ветровка, волосы, как обычно, растрепаны, а на лице играла широкая улыбка.

— Случилось что-то хорошее? — с подозрением спросил Пирс.

— Конечно, я же встретилась с тобой! — охотно призналась Тара, из-за чего мужчина подавился кофе и закашлялся. Вот это откровенность, однако! — А ещё я очень ждала кофе. Что сегодня? — девушка выхватила из рук Пирса второй стаканчик, но пить пока не стала, уставившись с интересом на добытчика.

— Раф с Нутеллой.

— Ого! Ничего себе! — Тара всем своим видом продемонстрировала восхищение и сделала пробный глоток, после которого застонала от наслаждения. — Это же просто божественно, Пирс! Ты волшебник!

— Не я же его готовил, — фыркнул смущённый мужчина. Почему это девушка всегда вгоняет его в краску?!

— Ты его добыл для меня, остальное неважно, — нашлась она. — Прогуляемся или тут посидим?

— Давай здесь, — Пирс решил, что пока его ноги очередную нагрузку принимать не хотят, а на спине всё ещё скользят маленькие капельки пота. Зачем напрягаться, если можно посидеть здесь. Найдя удобный для сидения каменный выступ, мужчина устроился на нём, отмечая, что Тара подошла ближе, но осталась стоять.

— У меня для тебя тоже кое-то есть, — снова улыбнулась девушка, доставая из кармана длинный предмет, который оказался шоколадным батончиком «Сникерс». — Ты говорил, что любишь сладкое, но я не уточила, что именно. Поэтому взяла это.

— Спасибо, Тара, я люблю и его. А ты? — Пирс смущённо принял лакомство.

— Я не буду. От сладкого у меня тут же на лице проступают прыщи, — хохотнула она, а потом наконец-то опустилась рядом. — Ты не против, если сегодня мы продолжим просто разговаривать?

— Как скажешь, — пожал плечами Пирс, — ты же составляешь нашу культурную программу.

— Отлично, — улыбка не сходила с лица Тары, было видно, что она в отличном настроении. И от этого хотелось улыбаться в ответ. — Раз разговор заходил про магию, если бы ты захотел перечитать какую-нибудь книгу, какую бы взял в руки вновь?

— Ого, вот это вопрос, — Пирс откусил кусочек шоколадки, задумчиво прожевал её, запил своим напитком и только потом ответил: — Если бы можно было стереть себе память и прочитать заново некоторые книги, то список был бы большим. А вот если просто перечитать… Кроме серии книг про Гарри Поттера ничего не приходит в голову. Правда, я уже перечитывал их несколько раз. А причём здесь волшебство? — мужчина сразу не подумал о взаимосвязи вопроса и ответа, а когда Тара лукаво улыбнулась, охнул и округлил глаза. — Откуда ты знал, что я так отвечу?

— Гарри Поттер в сердце! Как давно? Навсегда, — торжественно изрекла девушка, схватившись за грудь, а потом тяжело вздохнула, предаваясь каким-то своим воспоминаниям. — Почему-то мне сразу показалось, что ты тоже фанат. А если что-то из нового, какой жанр?

— Пусть это будет книга о любви и страданиях. Но с хорошим концом.

— О, это моя любимая тема! Надо же!

— А что насчёт концовки? Счастливый или не очень? — с интересом спросил Пирс, увлекаясь разговором. Он признался самому себе, что с Тарой было интересно. Если в самом начале ещё думалось о том, что найти общий разговор с ней не получится из-за видимой разницы в возрасте, то сейчас эта девушка казалась начитанной и как будто повидавшей уже мир, то есть с какой-то жизненной мудростью.

— Хм… Тут зависит от контекста и сюжета, поэтому сложно сказать однозначно, — Тара нахмурилась, между бровей тут же появилась глубокая складка. — Правда не отвечу. Бывает такое, что в некоторых историях хэппи-энд неуместен. А почему тебя привлекают всё-таки страдания?

— Мне нравится, когда человек проходит через определённые испытания, чтобы стать лучше, сильнее. Любовь, которая должна пройти огонь, воду и медные трубы, чтобы фениксом возродиться и показать влюблённым, насколько сильны их чувства. Испытания, которые выпадают на долю героев, закаляют их и могут менять ценности и взгляды на жизнь. За этим всего интересно наблюдать.

Наступила комфортная тишина. Пирс украдкой смотрел на Тару, которая прикончила наконец-то свою порцию кофейного напитка, сняла со стаканчика крышку и вытряхнула ещё пару капель на язык.

— Это безумно вкусно, Пирс, — захныкала она.

— Я куплю тебе в следующий раз ещё, а на сегодня хватит кофеина, пусть его там и мало.

— Хорошо-хорошо, спасибо, — снова привлекательные ямочки заиграли на щеках. — Чтобы ещё спросить… Расскажи о том, нравится ли тебе посещать культурно-массовые мероприятия? Театры, концерты, цирк, может фестивали и всякое такое.

— Я люблю всё. Ну серьёзно, я безумно кайфую и от кино, и театра, и цирка, и концертов. Мне нравится эта атмосфера, а если и ещё и в хорошей компании, так я вообще в эти моменты счастлив. Может я и кажусь сухарём, но на самом деле очень впечатлительный, меня легко порадовать, — Пирс забрал из рук девушки пустой многострадальный стаканчик и запихнул его в свой, оставляя пустую тару в руках. Он неожиданно начал открываться и хотелось, чтобы всё внимание собеседницы доставалось только ему. Если он скажет кому-то, что приревновал внимание Тары к бумажному стаканчику, его явно засмеют. — А что насчёт тебя? Наверное, частенько тусуешься с друзьями в кино или на концертах?

— Вовсе нет! Последний раз я была в кино полтора года назад. С удовольствием бы посмотрела какой-нибудь фильм даже просто по телевизору, — Тара неожиданно загрустила, а Пирс потратил несколько секунд на то, чтобы решиться уточнить.

— А в чём проблема?

— В том, что у меня нет телевизора, и в кинотеатр я пойти не могу, пока что. Есть свои нюансы.

— Вот как, — протянул Пирс только для того, чтобы сгладить неловкость, а потом в его кармане неожиданно завибрировал телефон. Мужчина достал смартфон и бегло пробежался глазами по экрану. — Чёрт! Вот же придурок!

— Что-то случилось? — обеспокоенно спросила Тара.

— Да. Мой коллега, видать, умудрился уже напиться и собирается совершить большую ошибку. Он грозился сделать это, но я не знал, что это будет так скоро. Судя по тому, что он написал, он сейчас направляется к нашему директору. Прости, Тара, мне надо идти.

— Конечно, иди, — было видно, что девушка расстроилась, но как-то удерживать Пирса не стала. — Встретимся через неделю в пять?

— Хорошо, только давай не здесь, а? Я уже не так молод, чтобы лазить по горам.

— Да ладно, ты ещё совсем молодой, — хохотнула Тара, — но, чтобы сохранить твоё здоровье, предлагаю встретиться возле южного заброшенного входа. Там почти нет людей, мы не потеряем друг друга.

— Отлично, договорились! Тогда пока? — Пирс протянул руку для рукопожатия. Тара с кивком ответила, её рука показалась мужчине холодной. Замёрзла, бедолага. Внезапно, он вспомнил: — Слушай, может обменяемся телефонами? Так мы сможем контактировать друг с другом в течение недели.

— Неа, так не пойдёт. Я хочу, чтобы ты ждал встречи со мной и успевал соскучиться, — девушка довольно подмигнула и направилась в сторону деревьев, откуда и появилась, а Пирсу только и пришлось, что начинать спуск с горы.

Так закончилась вторая неделя осени.

Глава 3

— Эй, Пирс, ты чего такой подозрительно довольный? Произошло что-то хорошее?

— Просто хорошее настроение, — пожал плечами Пирс, после чего улыбнулся и похлопал Джеймса по спине, прежде чем выйти из кабинета.

А настроение действительно было хорошим. Пирс не решался давать определение или устанавливать причины своему внутреннему удовлетворению, а просто наслаждался тем, что в его голове скорее была комфортная пустота, чем тягостные и удручающие мысли. В этот раз выходных он дождался вполне себе спокойно, загрузка на работе отнимала и время, и мысли, не позволяя отвлекаться на что-то личное. А личное было. Встречи с Тарой действительно казались какими-то фантастическими, они однозначно были в его жизни, но после каждого расставания, спустя несколько часов, мужчина думал о том, а не приснилось ли ему это странное знакомство. Спустя ещё пару дней реально считал, что сошёл с ума, и никакой Тары не существовало и вовсе. А потом, несмотря на всё это, всё равно с особым интересом собирался на очередную встречу, заезжал за горячим напитком и мчал к парку.

На третью встречу Пирс приехал рано, аж за полчаса до назначенного времени. Честно говоря, он и представить себе не мог, чем они смогут сегодня заняться, на улице весь день моросил дождь. Идти вглубь парка и месить грязь явно не было желания, а гулять по аллеям парка…

— Привет! — Тара появилась так неожиданно, что Пирс вздрогнул и ударился локтем об руль. — Выходи, давай прогуляемся, — девушка широко улыбнулась, а Пирс подумал, что даже копаться в грязи с ней согласен. Что же с ним делает эта загадочная девчонка… Мужчина заметил, что Тара была без зонта, по её волосам и ветровке было понятно, что она не хило промокла, а значит шла откуда-то издалека. Вот глупая, простынет же! Только Пирс хотел было уже отчитать её, как с неба хлынул настоящий ливень.

— Быстро залазь в машину! — сквозь шум крикнул мужчина, быстро закрывая окно. Как только Тара оказалась на заднем сиденье, он снова приказал: — Снимай куртку, захвати плед, он за сиденьем, и перелезай сюда, у меня тут горячий латте.

Пока Тара беспрекословно выполняла все поручения, Пирс с удивлением уставился в лобовое окно. Надо же, на сегодня не обещали такого прям уж урагана.

— Эх, с такой погодой мы просидим в машине, — чуть расстроенно сказал Пирс, а потом внимательно посмотрел на появившуюся в поле зрения девушку. — Ноги хоть не промокли?

— Не успели, — кивнула на протянутый стаканчик латте Тара и сделала осторожный глоток. — Божечки, я после встречи с тобой не смогу жить без этих божественных напитков! Ты должен оставить мне координаты кофейни!

— Ни за что! Я останусь тем человеком, который дарил тебе это удовольствие. Будешь вспоминать меня потом.

— Тебе повезло, что у меня ещё есть время выведать информацию, иначе будет катастрофа, — снова застонала от гастрономического удовольствия девушка, да так неприлично, что Пирс почувствовал, как стало жарковато. На сантиметр приоткрыв окно и впуская влажный воздух, он вдруг вспомнил.

— Я сегодня видел яркие сны. Я постоянно попадал в ситуацию, когда находился в безопасности и смотрел на то, как другие страдают. Был пожар, ураган за окном и ещё что-то. Так ярко было, как фильм-катастрофа. К чему бы это?

— Не знаю, — пожала плечами Тара, — но знаю точно, что во сне могут рождаться гениальные идеи. Ты когда-нибудь записывал свои сны? Или, может, вел дневник сновидений? Я очень редко запоминаю то, что видела во снах, а если помню, то это какой-нибудь кошмар, где мне страшно и есть угроза жизни. Собственно, подобные сны меня будят, я просыпаюсь, а потому их помню.

— Нет, у меня есть очень дурацкая привычка: видеть что-то крутое и яркое, а потом забывать об этом уже спустя несколько минут, — мужчина грустно вздохнул. — Уверен, что по моим снам можно было бы писать бестселлеры и снимать блокбастеры.

— Если хочешь, можешь рассказывать о своих сновидениях мне. Мы придумаем, в какие идеи их можно трансформировать. Но для этого тебе надо научиться их записывать сразу по пробуждению, — Тара прервалась на то, чтобы прикончить свою порцию латте. Устроив пустую тару на дверце, она посильнее закуталась в плед, скинула кеды и подтянула к себе одну ногу. — А с детства что-то помнишь?

— Я был очень ограничен в детстве, гулял только в период летнего отпуска, когда мы семьёй уезжали к родственникам. И вообще, я очень мало помню с детских лет, будто воспоминания заблокированы. Так давно кажется, будто вечность прошла, — Пирс не смог подобрать слова, чтобы прокомментировать как-то предложение Тары насчёт снов, поэтому решил попросту проигнорировать. Такой заинтересованности к мелочам и участию к его жизни он никогда не встречал, и это очень смущало. Зато о детстве он мог говорить откровенно и открыто, эта пора осталась в памяти равнодушным пятном.

— А мы с семьёй, к сожалению, никогда никуда не выезжали. Только в деревню к бабушкам меня сплавляли на лето, но там было очень скучно. С деревенскими я не играла, так как была очень стеснительным ребёнком. Так что ничего не оставалось, кроме как развлекать себя самой. Слабо помню, чем занималась.

— Ты не кажешься такой уж стеснительной, — удивился Пирс.

— Это сейчас. Я уже взрослая, — Тара открыто улыбнулась, обнажая ряд ровных белых зубов. Пирс почувствовал какой-то укол в груди и поспешил перевести взгляд с девушки на заливающее настоящим ливнем лобовое стекло.

— Взрослая, — наконец фыркнул он. — Кажется, что ты вышла из школы только что.

— Неправда! Наверняка я по возрасту недалеко от тебя ушла, — Тара совсем по-ребячески показала язык, а потом улыбка в мгновение ока исчезла с её лица. — Вообще, я рада, что взрослая. Я очень сильно люблю путешествовать, пусть сейчас и нет возможности куда-то выбраться. Тем не менее я до сих пор продолжаю мечтать о поездках.

— Мне тоже хочется куда-нибудь поехать, пусть даже недалеко, хоть в соседний город на один день. Новые впечатления можно получить где угодно. Куда бы тебе хотелось прямо сейчас? — Пирс на мгновение подумал, что готов сделать всё, чтобы девушка снова улыбнулась, но тут же постыдился своих мыслей и встряхнул головой. Она сказала, что не может сейчас путешествовать, к чему всё это?

— Хм, — Тара задумчиво прикусила нижнюю губу, чем заставила собеседника снова отвернуться к окну и сделать глубокий вдох. Что за…? — Мне бы хотелось пойти с тобой в оранжерею с тропическими растениями. Не спрашивай, почему, я не смогу ответить. Вот такое сиюминутное желание. А теперь я хочу тебя спросить снова, — она уставилась своим внимательным взглядом прямо в глаза Пирсу.

— Спрашивай, но, если ты будешь так пристально на меня смотреть, боюсь, я не смогу тебе ответить.

— А ты закрой глаза, — с хитринкой во взгляде ответила Тара.

— Вряд ли это поможет. Я же знаю, что ты на меня смотришь.

— Пожалуйста.

И Пирс закрыл. Поначалу ему было неудобно и неловко, но, буквально спустя минуту, тело начало расслабляться, звуки тяжелых капель о металл автомобиля и шум ливня гипнотизировали и вводили в какой-то необычный транс. Когда послышался тихий голос Тары, мужчина вздрогнул, совершенно забыв о присутствии постороннего человека, но как только та подала голос, всё нутро Пирса тут же напряглось и завибрировало. Да что с ним такое, почему он так реагирует на неё? Он, конечно, сейчас находился в пустом парке с практически незнакомым человеком в запертой от природной стихии машине, но то, что чувствовал Пирс, не являлось страхом и беспокойством на этот счёт. Наоборот, он испытывал к этой девушке, которая с таким энтузиазмом интересовалась его жизнью, необычайный трепет и нежность.

— Пирс?

— А? — мужчина встрепенулся, но чужая ладонь остановила его и не дала сесть ровно, а просьба не открывать глаза прозвучала как приказ.

— Прости, что напугала, но ты, кажется, задремал, — хохотнула девушка, а Пирсу уже по традиции очень захотелось увидеть её улыбку. А потом возле уха почувствовалось чужое дыхание, которое пробило током всё тело, задевая каждую нервную клетку. — Вернись ко мне.

— З-за… — пришлось откашляться, чтобы вернуть голосу силу, — задавай уже свой вопрос.

— Хорошо, — Пирс мог бы поклясться, что сейчас Тара довольно обнажила свои ямочки на щеках. — Я бы хотела, чтобы ты сейчас представил своё идеальное место. Идеальный момент. То, от чего у тебя на душе станет тепло. Что это будет? Сможешь описать?

— Я мерно покачиваюсь в автобусе, удобно расположившись в кресле, — после некоторой паузы тихо сказал Пирс. На какой-то момент его и правда стало покачивать, и он улыбнулся. — За окном возвышаются горы, прерывающиеся только на поля или леса. В ушах у меня любимая музыка, на плече ощущается тяжесть чужой головы. А пальцы… пальцы переплетены с чужими, — мужчина почувствовал, что его руки касаются, поэтому резко открыл глаза. Но Тара сидела в той же позе, смотрела на него и легко улыбалась. В её глазах застыла тоска, возможно, она предалась каким-то своим воспоминаниям. — А сама сможешь ответить на эти же вопросы?

— А я… — Тара задумчиво выпятила губы. Вообще, у девушки была живая мимика, наблюдать за которой было сплошным удовольствием. Сейчас она была похожа на совсем юную девчушку, хоть и говорила серьёзные вещи. — Во-первых, это должно быть место, в котором рядом со мной будет любимый человек. В этом наши взгляды похожи. И я не скажу, что это может быть абсолютно любое место, поскольку мне бы не хотелось оказаться с ним, скажем, в толпе или в разрушенном здании. Но это может быть стог свежего сена, на который мы бы постелили толстое покрывало и валялись, балдея от запаха лета. Или же кухня, на которой мы бы пекли ароматный пирог. На улице шёл бы снег, а внутри было бы тепло от батарей и духовки.

— Да ты сама романтик до мозга костей! — воскликнул Пирс, а потом заметил, что Тара всё больше жмётся и закутывается в плед. — Ты замёрзла?

— Нет, мне хорошо, — покачала головой девушка, чуть меняя позу и на какое-то время замолкая. Пирс решил проявить инициативу и самому задать вопрос, но пока думал и решался, снова послышался теперь уже волнующий голос.

— Ты веришь в магию, экзорцизм, паранормальные явления? Сталкивался ли с чем-то подобным?

—Я верю и не верю одновременно. Подсознательно ищу объяснение всему, но если так подумать, то странные вещи случались. А ты? С чего такой вопрос?

— Я верю.

— Что-то такое было интересное в твоей жизни? — не удержался от любопытства Пирс. На самом деле, если он и припомнит какие-то такие загадочные моменты, то все они происходили в детстве, когда подростковая психика могла воспринимать и вполне реальные вещи по-особенному. Но если бы Тара сейчас сказала, что видела призрака по пути на их встречу, он готов был поверить.

— Было. Расскажу тебе как-нибудь.

— Эй, так нечестно. Заинтриговала и в кусты.

— Прости, я не для этого спрашивала вообще-то. Хочу показать тебе немного магии в следующий раз.

— Пф, это как? — Пирс немного потерялся, снова стало неловко. Его весь вечер штормило эмоционально, он одновременно и не знал куда себя деть и хотел бы, чтобы время остановилось.

— Объясню, если ответишь на ещё один вопрос, — хитро улыбнулась Тара.

— Задавай, хитрюга!

— Какой ты предпочитаешь вид отдыха? Так, чтобы душой и телом после сложной рабочей недели.

— О, тут снова банально, как никогда. Мой человек и природа — это всё, что мне нужно, чтобы насытиться энергией. Как минимум — взять подстилку и уйти в лес вечерком. Устроить пикник, немного алкоголя и закусок. Разговоры, воздух, звуки природы, потом звёзды, объятия и поцелуи, — Пирс был в шоке от своей же откровенности, но последнее время с ним творилось что-то невероятное. О чём он хочет хорошенько подумать уже этим вечером, когда останется один на один с самим собой. Если то, что он чувствует — реальность, то Тара просто невероятна! Вот только бы она не смотрела сейчас с этой своей волшебной улыбкой, которая заставляла мужчину хотеть… Ай! Стоп! Надо занять рот девушки чем-нибудь, чтобы отвлечься. Например, ответом на вопрос: — А ты как отдыхаешь обычно?

— А я согласна с тобой. Любые активности с любимым хороши, восполняют энергию и хорошее настроение. И чтобы не было посторонних. Только мы вдвоём и никого кроме. На природе очень хорошо. Или дома.

— Мы с тобой похожи, — неожиданно рассмеялся Пирс.

— Да. Есть такое.

А потом разговор снова набрал обороты, но теперь они просто общались о каких-то тривиальных вещах. В какой-то момент Пирс попросил рассказать Тару про своё детство и паранормальные явления, а пока та делилась своими историями, неожиданно для себя крепко уснул, удобно устроивши голову на плече девушки. Ему снился яркий сон, в котором он был не один. С ним была его новая загадочная знакомая. Там они были… Разряд грома заставил вздрогнуть и прийти в себя. Дождь прекратился, но сухая гроза всё ещё угрожала спокойствию. Растерянно заозиравшись, он обнаружил, что в машине остался абсолютно один. Плед был осторожно сложен и оставлен на заднем сиденье, мокрая одежда исчезла, не оставляя даже влажного следа. Пирс успел испугаться, что третья встреча была последней, ведь они не договорились на следующую, но потом обнаружил ярко-розовый стикер, приклеенный прямо на лобовое стекло. Дотянувшись и оторвав листочек, мужчина с улыбкой прочитал:

«Встретимся ровно через неделю в пять. Будем творить магию.»

***

К четвертой встрече Пирс готовился особенно тщательно и впервые полностью сознательно. Он больше не скрывал от себя то, что у него возникли чувства к Таре. И, судя по тому, что под закрытыми веками последнее время всплывали картины из счастливых моментов с уже конкретной рукой в его пальцах и с головой конкретного человека у него на плече, то вряд ли эти чувства можно охарактеризовать простой благодарностью или дружеской привязанностью. Какая дружба, если они виделись три раза? Но невозможно было отрицать, что все эти три раза сердце пускалось вскачь, а всё нутро тянулось к загадочной девчонке по имени Тара.

— Тара, — вслух произнёс Пирс, откидывая голову на подголовник автомобильного кресла. Если эта встреча пройдёт так, как задумал мужчина, то вскоре начнётся совершенно новый этап в его жизни. Мысленно пожелав себе удачи, Пирс ещё раз проверил вещи, которые потребуются ему позже, а потом завёл двигатель и направился по уже давно знакомому маршруту.

Приехал Пирс Грей задолго до назначенной встречи, поэтому припарковался возле заброшенного южного входа и решил пройтись вглубь парка, даты раздобыть им кофе. Потратив пятнадцать минут из тридцати пяти свободных на то, чтобы добраться до центральных аллей и отыскать кофейню, мужчина заказал два миндальных латте и поспешил обратно, удивляясь тому, что последние дни царила прекрасная погода, совсем несвойственная для обычно промозглой и дождливой глубокой осени. Воздух и земля прогрелись солнцем настолько, что сложно было поверить, что совсем недавно всё утопало от ливней. Ну и отлично, они смогут прогуляться с Тарой после того, как осуществят весь задуманный план.

Когда Пирс вернулся к машине, его уже поджидала улыбчивая девушка. Игнорируя бешено забившееся сердце, мужчина подошёл поближе, улыбнулся в ответ и протянул Таре стаканчик ароматного кофейного напитка.

— Привет.

— Добрый вечер, мой кофейный волшебник! — Тара с возгласом восхищения втянула ноздрями запах латте, уже привычно застонала и сделала первый глоток. — Божественно.

— Да ты какой-то кофейный маньяк, — дабы скрыть смущение хохотнул Пирс.

— Неа, кофейные маньяки пьют горький и крепкий кофе.

— Тогда ты кофейная извращенка, — упрямо продолжил Пирс.

— Согласна.

Оба рассмеялись, после чего чокнулись стаканчиками за четвертую встречу и затянули бытовую беседу, рассказывая друг другу, как прошла их неделя. После того как с напитками было покончено, Тара первая встрепенулась, подняла невесть откуда взявшийся рюкзак и загадочно улыбнулась.

— Пошли со мной.

— Куда? — растерянно спросил Пирс. У него были определённые планы на этот вечер, поэтому неожиданное предложение сбило с толку.

— Потом увидишь, — Тара потопталась на месте, потом обхватила длинными пальцами кисть мужчины и потянула за собой, но тот дёрнулся обратно.

— Стой.

— Что случилось?

— Я… я кое-что придумал. Хотел устроить тебе сюрприз, — Пирс открыл заднюю дверцу машины и указал пальцем на подготовленные пледы, ноутбук и пакет с закусками. — Как насчёт того, чтобы посмотреть со мной фильм? Ты говорила, что не можешь сейчас позволить себе кинотеатр, поэтому я решил… Ну вот, в общем.

— Ты серьёзно? — Тара воскликнула так громко, что Пирсу ничего не оставалось, как автоматически поднять взгляд от своих ног и уставиться на лицо девушки, которое выражало такой открытый восторг, что мурашки сразу же побежали по всему телу. — Да ладно?! — она расхохоталась и бросила на землю свой рюкзак, стараясь отдышаться от весёлого приступа. Наконец, она выпрямилась и выдохнула: — Прости, просто я тоже приготовила тебе сюрприз, вот и удивилась. Давай сначала посмотрим фильм, а потом ты пройдёшься со мной.

— Куда? — тупо спросил Пирс.

— Эй, не скажу, так будет неинтересно! Что там с фильмом?

— А, да. Сейчас, подожди минутку.

Пирс засуетился вокруг своего авто. Сначала открыл заднюю дверь и вытащил из машины ноутбук, пледы и пакет со снекам, пихнул всё это в руки Таре, а сам же быстро разложил передние кресла так, чтобы можно было принять комфортную полулежащую позу, и пригласил девушку внутрь.

— Пледами занавесь окна, — сказал Пирс, забирая одну ткань и показывая со своей стороны, как это сделать.

— Я думала, что это для укрытия. Ты меня согреешь, если что? — неприятно удивилась Тара, надув свои притягивающие взгляд губы.

— Не замёрзнешь, в машине душно, — неправильно отреагировал на флирт Пирс, наконец заканчивая с размещением. Установив компактный ноутбук на торпеде, он объявил Таре о том, что смотреть они будут ужастик, а потом, довольный реакцией девушки, вытащил из пакета снеки и две банки газировки. — Не бойся, от бабайки я тебя точно защищу.

Это было самое необычное событие, которое когда-нибудь могло произойти в жизни Пирса Грея. Он полулежал в собственном автомобиле, занавешенном тёмными мягкими пледами, с улыбкой пялился в экран еле-еле влезшего между панелью и лобовым стеклом ноутбука, где миловидная девушка с вселившимся в неё демоном творила настоящий треш, пугая до смерти не только других персонажей киноленты, но и жмущуюся к Пирсу Тару. На самом деле мужчину не сильно интересовало кино, бывали минуты, когда он смотрел в экран невидящим взглядом, мысленно сосредотачиваясь на том, чтобы не спугнуть момент. И продолжить чувствовать. Одна его рука то и дело ныряла в пакетик чипсов, а вторая уже некоторое время оплетала плечи напуганной девушки. Пирс то резко сжимал Тару, когда та пугалась очередного резкого кадра в кино, то успокаивающе поглаживал пальцами после того, когда страшный момент отступал. И это каждое мгновение заставляло все внутренности дрожать от чего-то такого нового, трепетного и глобального. Пирс подумал, что не доживёт до конца фильма, а так и умрёт от переизбытка сдерживаемых эмоций. Но, когда они наконец-то выбрались из импровизированного кинотеатра, Тара обвила руками шею мужчины, поцеловал в уголок губ, затем взяла его за руку и с улыбкой сказала:

— Моя очередь. Продолжим наше свидание.

Четвертая неделя осени продолжалась.

Глава 4

Пирса больше не интересовал вопрос, куда именно они с Тарой идут, всё равно эти мгновения казались настоящим сном. Как неожиданное знакомство могло перерасти во что-то такое фантастическое? Все эти мысли и вопросы лучше оставить бессонную ночь размышлений, а пока что мужчина покорно шёл на полшага позади девушки, которая крепко сжимала чужие пальцы в своих и загадочно улыбалась.

После достаточно долгой прогулки, которая заняла не менее тридцати минут, они вышли на большую поляну, где Тара наконец-то отпустила спутника, скинула с плеч рюкзак, достала толстую подстилку, больше похожую на огромный спальник, и застелила её сверху пледами. Также из сумки был вытащен пакет с фруктами, бутылка вина и маленькая портативная колонка.

— Пикник? — спросил смущённый Пирс. Он резко почувствовал себя какой-то дамой, которую пригласили на романтический ужин на природе.

— Мой человек и природа — это всё, что мне нужно, чтобы насытиться энергией, — процитировала Тара, а мужчина даже сразу и не понял, что цитировали его недавние слова. — Как минимум — взять подстилку и уйти в лес вечерком. Устроить мини пикник, немного алкоголя и закусок. Разговоры, воздух, звуки природы, потом звёзды… — девушка замолчала, по спине Пирса побежали мурашки, а внутри что-то томно заныло. Он прекрасно помнил, что было дальше по тексту и так интригующе скрыто за хитрой улыбкой. Объятия и поцелуи. На мужчину обрушилось понимание того, какой Тара была внимательной, раз запомнила сказанные слова. И какой заботливой, раз смогла всё это организовать.

— Тара, я…

— Это ещё не всё, — перебила девушка, отходя на несколько шагов назад. — Скоро начнёт темнеть, а я бы хотела показать тебе ещё кое-что. Тут недалеко, идём.

Пирс последовал за девушкой, мысленно переживая за оставленные на поляне вещи. Но переход действительно не занял много времени, а ещё на подходе мужчина открыл от удивления рот, закидывая голову назад и рассматривая макушки могучих деревьев. Через пару минут они настигли цель.

— Нихрена себе, — вырвалось у Пирса, пока он кружился вокруг своей оси, рассматривая просто богатырские деревья.

— Эта роща секвойи. Самое высокое дерево было зафиксировано в 2006 году, его высота достигла ста пятнадцати с половиной метров, представь себе! Я бываю тут иногда, это место помогает мне почувствовать себя крошечной, а мои проблемы мелочными. Вот уж воистину одно из мест настоящего могущества. Просто попробуй прочувствовать, — Тара мягко прикоснулась к чужому плечу, а потом направилась вперёд по тропинке, предоставляя Пирсу побыть наедине с этими великанами. Мужчина запрокинул голову, разглядывая макушки деревьев. Удивительное совсем рядом, а он и не знал. Сколько ещё подобных мест и вещей, которые удивляют и завораживают? Какую кроху он уже успел посмотреть и сколько невероятного упустил? Правда же, что у него есть огромное количество времени, чтобы наверстать? Пирс опустил голову, оставляя ответы не сформулированными, но зафиксированными в голове, и отыскал взглядом свою спутницу. Тара бродила в нескольких метрах, примеряясь к широкому стволу одного из деревьев. Она то ли пыталась обнять его, то ли измеряла руками диаметр, но выглядело это довольно-таки забавно, поэтому Пирс рассмеялся и подошёл ближе.

— Меня обнять гораздо проще, — не задумывая сказал он.

— Обязательно проверю это чуть позже. И, надеюсь, не один раз, — широко улыбнулась Тара. — Возвращаемся? — получив кивок, девушка взяла Пирса за руку и повела обратно на полянку, где их ждал импровизированный ужин и довольно интригующее времяпрепровождение.

Неловкость отступила с первым бокалом вина. Как только алкоголь смазал все мысли и трепетные переживания, сразу стало легче дышать. После второго же отвечать на вопросы любого формата и тематики стало гораздо легче.

— Если бы у тебя была возможность снять кино, в каком жанре был бы фильм? — спросила Тара, когда они решили сделать перерыв в гастрономии и улеглись на спину, наслаждаясь моментом.

— Вау, твои вопросы всегда такие оригинальные, — Пирс коротко хохотнул, а потом задумался. — Я бы снял драму в жанре «фэнтези». Две воюющие фракции, допустим маги и воины, не могут ужиться в вымышленном мире и постоянно конфликтуют. Естественно, главные герои будут врагами, но им придётся пройти длинный и тяжёлый путь от ненависти к большой любви. Обещаю много препятствий и драмы.

— И почему ты не режиссёр, а? — с неподдельным восторгом в глазах воскликнула девушка. — Собрал всё самое крутое же! Это был бы блокбастер, Пирс! Если не заявишь о себе в кинематографе, то настаиваю, чтобы это случилось в мире писательства! Крутые идеи должны находить своих зрителей или читателей!

— Ой, да ладно тебе, скажешь тоже, — мужчина бездумно переводил взгляд с одной кроны дерева на другую, не имея возможности сфокусироваться на чём-то определённом. Конечно, слова Тары его смутили, но сейчас было слишком хорошо, чтобы заморачиваться на этот счёт. Он будет просто наслаждаться этим сказочным вечером. — А что бы сняла ты?

— Что бы сняла я… — теперь пришла очередь её задумываться, будто она даже не подозревала, что этот вопрос может быть переадресован. — Когда я в детстве хотела стать режиссёром, думала, что буду снимать артхаус и только его. Фильмы о жизни, такой какая она есть. Наверное, в то время я чувствовала себя великим философом, — она коротко посмеялась. — Сейчас меня не тянет на подобный жанр. Поэтому, будучи режиссёром, я бы сняла твой фильм!

— Так нечестно! — возмутился Пирс, легонько толкая хохочущую девчонку. Его щёки пылали и болели от глупой улыбки, но он всё равно пытался казаться взрослым. — Прояви фантазию!

— Ладно-ладно, — Тара примирительно подняла руки, как бы сдаваясь, а потом опустила их и нашла чужую ладонь, переплетая пальцы. — Я бы сняла триллер о похищении человека с любимыми актёрами. Допустим, одни из них играл бы маньяка, а второй был бы жертвой. Маньяк держал бы жертву в подвале, но они как-то смогли бы привязаться друг к другу. В общем, без психических отклонений в этой идее не обойдётся.

— А финал?

— Определённо хеппи-энд.

— Ну вот, а ты говорила, — Пирс довольно улыбнулся и поднялся. — Давай выпьем за наши истории, м?

— Ты такой зануда, — шутливо протянула Тара. — Наверняка в университете был старостой?

— Неа, несмотря на хорошие оценки у меня частенько был неуд по поведению.

— Ого! И что же такого делал? Дёргал девчонок за косички? — завязалась новая маленькая перебранка. Молодые люди, отпустив себя, по-детски устроили разборки с рукоприкладством, громкими возгласами и смехом, а когда устали, то вернулись к импровизированному столу, до темноты распивая алкоголь и закусывая фруктами.

— Захотелось задать более личный вопрос, — вдруг сказала Тара. Они снова улеглись на подстилке плечом к плечу и наблюдали за тёмным небом, на котором уже начали зажигаться первые звёзды. — Я ходила вокруг да около, но теперь хочу задать в лоб. Какая у тебя мечта?

Пирс молчал, а девушка снова переплела их пальцы и мягко погладила тыльную сторону ладони мужчины, как бы прося быть смелее.

— Если честно, я мало мечтаю, — наконец-то заговорил Пирс. — Я мечтаю о семье, хотя раньше всегда ставил в приоритет работу. Прошло несколько лет, а у меня так и нет близких людей. А карьера осталась на том же месте, ничего не поменялось. Не хотелось бы, чтобы в старости единственным близким человеком был директор, — он замолчал, но Тара не спешила отвечать, будто ждала продолжения откровений, и не ошиблась. — А ещё мне жаль самого себя, потому что даже в самые сложные времена я могу заботиться о себе только сам. Сам при лихорадке искал по городу жаропонижающее, сам ходил за продуктами, когда ходить нельзя было в принципе и так далее. Я помогаю многим, но нет никого, кто поможет мне. Поэтому я мечтаю о семье.

— Да, близкий человек рядом — это самое лучшее, что может произойти в жизни. Семья даёт заботу, поддержку, любовь, а работа может только потрепать нервы и не дать тебе умереть голодной смертью, — подала наконец голос Тара. — Пусть твоя мечта обязательно исполнится, я очень этого хочу. А что насчёт детей? Мечтаешь о них?

— Нет, я не уверен. Пока что не чувствую себя тем, кто сможет давать нужное ребёнку. Для начала хотелось бы потренироваться на любимом человеке, — Пирс засмеялся. Удивительно, какое-то время он вообще не думал о крепких отношениях, а теперь не мог думать ни о чём другом.

— Любимая станет подопытной?

— Просто хочется расходовать свою энергию и хорошие качества на одного человека. Я из тех людей, кому достаточно одного человека для счастья.

Пирс почувствовал движение рядом, а потом его губ коснулось что-то тёплое и терпкое. Со вкусом вина и винограда. Но он плохо распробовал, поэтому хотел бы повторить.

— Ещё раз, — прошептал он, закрывая глаза.

— Я хотела поблагодарить тебя за откровенность, — послышался тихий смешок где-то над левым ухом.

— Так поблагодари, как положено.

Поцелуй оказался фантастическим. Потому что он был желанным. Именно поэтому губы Тары казались такими мягкими и сладким, но напористыми. Именно поэтому руки Пирса обвились вокруг плеч девушки, дабы не дать ей возможности отстраниться. Только поэтому нежное прикосновение в мгновение превратилось в яркий горячий пожар, от которого все внутренности вспыхнули страстью. Хотелось поддаться ему, сгореть заживо, забыть обо всём. Первым застонал сам Пирс, собственный звук отозвался выстрелом прямо в голову. Тара завалилась на бок и тяжело дышала, сам же мужчина даже не смел открывать глаз. Он прекрасно чувствовал, какая реакция и души, и тела была на поцелуй, но жалеть о содеянном даже не думал.

— Эй, Пирс, смотри, — послышался тихий голос совсем рядом, спустя долгие минуты тишины. Пирс открыл глаза и проследил за уже еле видимой в темноте ночи рукой. Тара указывала на небо, которое было усыпано звёздами, а потом снова перевела взгляд на парня. — Красиво, скажи?

— Да, — ответил Пирс, не открывая взгляда от немного светящегося профиля. Тара сейчас действительно была так красива… Как это он сразу не заметил, насколько она привлекательна?

— Продолжим серию вопросов, — не заметив пристального внимания, бодро сказала девушка. — Если бы ты открыл свою звезду, как бы ты её назвал? Чьим именем?

— Всё просто — именем своего человека, конечно. Либо выбрал две и дал наши имена, как пары.

— Видел! — воскликнул неожиданно Тара, заставляя сердце Пирса болезненно ёкнуть. — Звезда упала! Любишь загадывать желания?

— Нет. Сколько бы я желаний не загадывал, причём были периоды, когда я яро верил в подобное, но умышленно загаданные вещи с пылающим сердцем никогда не сбывались, даже наоборот. Из-за этого я стал чёрствым и нудным скептиком. Мечты имею, но считаю, что они существуют не для того, чтобы сбываться, а для того, чтобы во что-то верить и жить дальше.

— Мои мечты сбывались и довольно часто, — ответила Тара. — Возможно из-за того, что я порой загадываю обыденные вещи. Часто, когда я загадываю желание, я будто уверена на сто процентов, что оно сбудется и потому не удивляюсь по итогу, когда получаю желаемое.

— Какая же это тогда мечта? — фыркнул Пирс.

— Моя! И не переспоришь, — девушка быстро чмокнул в уже приоткрывшиеся для ответа губы, срывая тихий выдох. — Отлично. Следующий вопрос…

— Может, хватит разговоров?

— Нет, мне интересно, — Тара снова чмокнула мужчину, даже в темноте замечая устремлённый на неё дикий взгляд. — Ладно, если ответишь, я тебя поцелую.

— Спрашивай.

— Это не совсем вопрос. Опиши свое идеальное первое свидание, а потом, допустим, одиннадцатое.

— Ой, ну первое будет весьма тривиальным, — легко начал отвечать Пирс Грей, неосознанно прижимая собеседницу к себе ближе, — надо встретиться, пообщаться и заинтересовать, поэтому на первом месте будет общение. Кафе и прогулка в парке, я думаю. Ничего такого. Я должен немножко узнать человека и понять, чем его удивить. А вот на одиннадцатом свидании самое время приоткрыть свой шкаф со скелетами и приправить встречу перцем. Это будет что-то страстное и непохожее на меня, самое время покрасоваться с другой стороны. Ну а если просто идеальное, то я тебе не расскажу подробности. Но начало было бы в автобусе. Мы бы покидали шумный город, держась за руки, с трепетом и адреналином в сердце.

— Мы?

— Я и мой тот самый человек.

Оба засмеялись, а вскоре звонкие голоса утонули друг в друге в очередном поцелуе. Ощущая очередную волну жара внутри, только теперь совсем другого, не пожирающего душу и тело, а наоборот, ласкающего каждую нервную клетку, Пирс яро захотел узнать ответ и от Тары. Узнать и претворить в жизнь каждое слово этого человека.

— Моё свидание… — задумчиво протянула девушка, когда Пирс всё же хрипло задал вопрос. — С первым согласна, тут особо не разгуляешься. И многое зависит от того, насколько мы уже будем близки с этим человеком, сколько знаем друг друга. Если бы мы только познакомились, то было бы достаточно прогулки в парке для первого раза, а если мы предварительно общались и узнавали друг друга, то тут явно нужно было бы что-то более занимательное. Скорей всего, это было бы что-то развлекательное. Короткая поездка на природу опять же, поход в кино или театр, может что-то более современное, чтобы отвечало интересам обоих. А если говорить об одиннадцатом… Это был бы романтический ужин в ресторане на крыше высокого здания, где мы бы вкусно поели и насладились видами, а потом отправились бы домой, напились бы и валялись в кровати, болтая и целуясь до умопомрачения.

— Мм, занятно, — задумался Пирс, но особо подумать ему не дали, снова завладевая вниманием и даря миллионы маленьких оргазмов его клеткам.

***

***

Всю неделю до пятой, символически последней встречи с Тарой Пирс места себе не находил. Он достал абсолютно всех, кого мог. Джеймс даже чуть не пустил кулаки вход в очередном конфликте, но когда узнал, что его коллега просто-напросто влюбился, то тут же пригласил тем же вечером выпить в бар и потребовал подробного рассказа. Естественно, Пирсу пришлось явно приукрашивать и менять свою историю, но и толк от товарищеской посиделки явно был — получилось наконец-то прикинуть краткий план действий, и не только. За неделю мужчина успел обновить свой гардероб, разбавляя скучные вещи цветными и модными красками, посетил парикмахерскую, меняя свою прическу на более молодёжную, и даже подобрал для себя парфюм. Тара была заводной, весёлой и милой, хотелось ей соответствовать. И гармонировать. Пирс тихо рассмеялся над собой. Как же его взбудоражила едва знакомая девчонка. Зажгла жизнь внутри неудавшегося суицидника. Сейчас мысли о смерти казались какими-то глупыми, уродливыми и далёкими, будто это не сам Пирс стоял на краю обрыва месяц назад, а просто где-то подсмотрел в фильме, и теперь кадры мелькали в воспоминаниях.

Наконец, мужчина стоял на том самом месте, которое стало уже символичным и родным, и ожидал Тару. Встреча с ангелом, как про себя последние дни начал называть девушку Пирс, сопровождалась широкой улыбкой и нежным поцелуем. Всего лишь касание, движение губ на губах, а внутри всё перевернулось, сделало сальто, а потом встало с ног на голову.

— Привет, — хохотнула Тара, когда ей позволили выбраться из объятий. — Отлично выглядишь.

— Ты тоже. Поехали, — ответил Пирс, открывая перед девушкой дверь авто, но та не пошевелилась, удивлённо хлопая глазами. — Я хочу отвезти тебя кое-куда.

— Пирс, я…

— Это недалеко. В безлюдном месте. Пожалуйста.

Тара села в машину и пристегнулась, но казалась какой-то напряжённой и расстроенной. Не так себе представлял свой сюрприз Пирс, но пути назад уже не было, он сможет удивить её. Обязательно это сделает. Дорога заняла действительно каких-то пятнадцать минут. Пирс просто объехал часть парка по трассе и заехал с другой стороны, поднимаясь по бездорожью выше по склону. Накануне он уже проверил это место и надеялся, что их сегодняшнее свидание не испортят дожди. В противном случае придётся вызывать службу спасения, так как его машина не приспособлена к таким маршрутам и справится только с сухой дорогой. Благо, до конца пути они добрались благополучно. Пик холма был практически ровным, погода стояла безветренная. Пирс довольно улыбнулся, чмокнул молчащую всю дорогу Тару в щёку, отстегнул её ремень и улыбнулся.

— Мы приехали. Приглашаю тебя в ресторан на крыше высокого здания, — пока девушка в шоке озиралась, сам Пирс быстро вышел из машины, достал из багажника два походных стула и столик и со второй «примерки» места, установил основную мебель импровизированного ресторана. — Надеюсь, ты любишь азиатскую кухню, потому что пицца бы горячей не доехала точно, — мужчина извлёк из багажника пакет с заказанной из знаменитой доставки едой, бутылку вина и одноразовую посуду.

— Я же не сплю? — глупо спросила Тара, хлопая ресницами и кидая взгляд то на стол, то на Пирса.

— Нет, всё по-настоящему. Я приглашаю тебя на идеальное свидание, — мужчина оставил пакеты на столе и подошёл к девушке, обнимая её за талию и с улыбкой смотря чуть сверху вниз. — Дорогой ресторан на высоком этаже, помнишь?

— Помню.

— А после обнимашки в кровати до рассвета.

— Уверена, я сказала не так, но твой вариант тоже неплох, — Тара наконец-то видимо расслабилась и тихо засмеялась, оплетая руками шею Пирса. Его глаза заблестели.

— Если ты не против, то мы сможем потом поехать ко мне, — окончание предложения утонуло в тягучем и смазывающим все мысли поцелуе. Каждый раз, когда Тара касалась Пирса, тот забывал обо всём мире и хотел только, чтобы этот сон не прекращался. А потом прикосновение заканчивалось, он открывал глаза и в миг понимал, что это его реальность. Чувствительная и трепетная. Счастливая реальность.

— Я живу ближе, — выдохнула в чужие губы Тара, — но сначала вкусная еда и алкоголь.

Каждый хоть раз в жизни мечтал о том, чтобы какая-нибудь сцена из кино оказалась реальностью. Пирс Грей, сухарь из отдела продаж бытовой техники, мечтал о романтическом ужине с любимым человеком где-нибудь на природе. И его мечта сбывалась прямо у него на глазах. А самое главное он был главным персонажем этого праздника. Они сидели на огромном каменном выступе до позднего вечера. Еды и закусок давно уже не осталось, вино бурлило в крови, туманя разум, губы горели от поцелуев, а в глазах мерцало ночное небо. Когда свежий воздух стал морозным, Тара предложила пойти к ней.

Выбираясь из тёмного леса и крепко держа за руку свою (а именно так он решил называть Тару) девушку, Пирс чувствовал иррациональную смесь приятного волнения и тревоги. Возникало ощущение, что с каждым шагом вперёд что-то неумолимо менялось, приближалось глобальное. Он не смотрел куда его ведут, не понимал сколько времени заняла дорога, а когда оказался внутри старой хижины, похожей на домик лесника, он даже не решился анализировать скромность помещения. Он просто покорно поднялся на второй этаж за Тарой, лёг рядом с ней на скрипучую кровать и погрузился в незатейливый разговор, прерываясь только на смех и смесь из нежных, игривых и страстных поцелуев.

— У меня получилось исполнить твоё идеальное свидание? — спросил Пирс, спустя несколько часов. Сколько длится это безумие? Кажется, что долю секунды.

— Да, спасибо тебе, — с какой-то грустной улыбкой ответила Тара, ласково водя кончиком пальцев по лицу мужчины.

— Отблагодаришь ответным свиданием, — хохотнул Пирс, ловя холодные пальцы и мягко целуя фаланги. — Теперь мы можем встречаться не только по выходным? Это последняя, пятая лечебная встреча. Давай закончим её там, где начали? Оставим этот кусочек возле пропасти и начнём всё сначала.

— Я сама хотела предложить что-то подобное.

Снова ночная прогулка, в этот раз на удивление Пирса совсем короткая, и вот они уже снова стояли на краю того самого обрыва, где несколько недель назад измученный и уставший мужчина решил покончить со своей мучительной для него жизнью.

— Пирс…

— Позволь мне сказать первым, пожалуйста, — прервал Тару Пирс Грей, глубоко вдыхая и поворачиваясь к собеседнице. С выдохом он взял обе руки девушки в свои и выдавил из себя волнительную улыбку. — Я так много хочу тебе сказать, и не знаю, как подобрать правильно слова. Дурацкий алкоголь мне не помогает, — выпустив нервный смешок, он всё-таки собрался. — Пять недель назад я стоял на этом самом месте и был уверен, что у меня только один выход стать свободным и счастливым — это смерть. Но тогда появилась ты и перевернула мою жизнь с ног на голову. В первую очередь я хотел тебе сказать за это спасибо. Признаю, я не верил в то, что у тебя получится изменить меня и мой мир, но ты, чёрт подери, сделала это! — мужчина неосознанно перешёл на повышенный тон, давая возможность эмоциям выплеснуться наружу. — Ты показала мне, что такое забота и поддержка. Интересовалась не моей работой, а мной лично. Всегда выслушивала меня и прислушивалась, делала сюрпризы, да я ждал наших встреч, как Манну небесную! Я никогда в жизни ещё не хотел так сильно жить, Тара. Спасибо тебе за это.

— Пирс… — снова попыталась вставить слово Тара, на глазах которой появилась влага.

— Подожди, это ещё не всё, — Пирс тоже позорно шмыгнул носом и отрывисто хохотнул. Почему в глазах напротив столько горечи и сожаления, если он собирался признаться этому человеку в любви? Набрав в лёгкие воздух, он выждал пару секунд, а затем наконец решился: — Я люблю тебя, Тара. Я хочу, чтобы мы были вместе, а наши встречи больше не носили порядковые номера. Люблю тебя и хочу жить. Давай будем вместе?

— Я не могу, — печать в глазах девушки только усилилась под давлением чужих признаний. Пальцы, всё ещё находящиеся в плену других, дрогнули и высвободились из захвата.

— Почему?

— Потому что меня не существует.

— Что? — Пирс почувствовал, как земля ушла из-под ног, и покачнулся. Это что, злая шутка? Зачем она так? — Что за бред? Если я тебе не нравлюсь, так и скажи, — что-то чёрное, липкое и противное начало распространяться по телу, завладевая мужчиной. Неужели опять. — Зачем?

— Пожалуйста, послушай теперь ты меня! — увидев что-то в глазах Пирса, Тара дёрнулась вперёд, но дотрагиваться до него не стала. — Ты был в отчаянье. Ты стоял на краю. Физически ты был готов сделать шаг, но твоя душа кричала о помощи.

— И что? Явилась ты? Не похожа на призрачного рыцаря в доспехах, — нервно фыркнул Пирс, делая два шага назад. Если это грёбаный сон, то теперь он уже хочет проснуться.

— Я — плод твоего воображения. Ты кричал о помощи и сам же создал меня, чтобы помочь.

— Бред, — не желая больше выслушивать подобную хрень, мужчина повернулся и собирался уйти, но его руку схватили и дёрнули обратно. — Пусти меня!

— Пожалуйста, поверь! Я искренне тебя люблю и мне не всё равно, что с тобой будет, — Тара подняла руку Пирса и слегка коснулась губами тыльной стороны ладони. — Поэтому я не могла ходить с тобой на нормальные свидания или встречаться в людной части парка, потому что посторонние бы просто посчитали тебя ненормальным. Меня видишь только ты.

— Плевать, — Пирс грубо высвободил свою руку из захвата, затем схватил Тару за плечи и приблизил своё лицо к ней. — Хорошо, допустим, ты права. Но мне плевать. Я могу видеть тебя, разговаривать с тобой, обнимать и целовать тебя. Допустим, я поверю во всю эту мистику, фантастику или что-то ещё, но я всё равно хочу быть с тобой.

— Я не могу, — отчаянно застонала Тара, отчего в груди поднялась настоящая буря. Пирс почувствовал, что вот-вот заорёт во всю глотку. Или заревёт как девчонка.

— Почему? Потому что у нас было отведено только пять недель?

— Потому что мой грех искуплён, — Тара наклонилась и коснулась уголка чужих губ. Сдерживающая её хватка тут же расслабилась. Девушка тяжело вздохнула и тихо произнесла: — Я не совсем выдуманный персонаж. Я вполне реальная личность, пусть и материализованная твоей депрессией. Тот дом, где мы сегодня были… Это мой дом. Дом моих родителей. Они лесники. Мы жили бедно, и я была в отчаянье, потому что не могла им помочь. Полтора года назад я спрыгнула с этого самого места.

— Этого не может быть, — новый удар по нервной системе Пирса не заставил себя ждать. Ноги отказали держать такой груз, и мужчина опустился на ближайший камень.

— Может. Поэтому я знала, как тебе помочь. Я просто делала то, в чём нуждалась когда-то сама, — Тара опустилась рядом, вставая перед Пирсом на колени. — Я осмелилась оборвать свою жизнь, чтобы прекратить мучения, но, чтобы обрести покой, мне надо было искупить свой грех. Ты звал так громко и так отчаянно, Пирс!

— Уходи, — только и смог выдавить из себя мужчина, понимая, что сейчас просто заплачет в голос. Так хотелось выплеснуть всё наружу, что его разрывало изнутри. — Уходи немедленно!

— Пожалуйста, сохрани эти тёплые чувства, которые я смогла в тебе разбудить. Ты обязательно встретишь ту, которой сможешь подарить и принять любовь. Спасибо тебе за всё, Пирс Грей, — Тара ещё раз улыбнулась, оголяя такие полюбившиеся Пирсу ямочки. А потом поднялась и повернулась, чтобы уйти.

— Стой, — окликнул её Пирс, понимая, что просто обязан сказать это вслух. — Это были самые лучшие пять недель в моей жизни. Спасибо тебе за то, что я хочу жить.

Пятая неделя осени подошла к концу.

***

***

— Спасибо, Джеймс, ты настоящий друг!

— Спасибо в карман не положишь, с тебя китайские вкусняшки.

— Договорились! Увидимся через неделю! — Пирс скинул вызов и довольно выдохнул, снова укладывая голову на чужие колени.

— Мистер и миссис Клауд под надёжной защитой? — спросила молодая девушка явно азиатского происхождения, чьи ноги были оккупированы Пирсом.

— Джеймс обещал обналичить перевод и передать им, но в следующем месяце я бы хотел сам навестить их, — ответил мужчина, кайфуя от чужих ласковых прикосновений к волосам. — Ты обещала мне, Кайя!

— Помню-помню, в следующим месяце мы едем к тебе домой.

Пирс довольно улыбнулся и закрыл глаза. Его жизнь набрала ярких красок, и сейчас он наслаждался каждой её минутой. Спустя неделю после судьбоносной встречи и расставания с Тарой, мужчина вернулся в лесную хижину, где познакомился с родителями девушки, и узнал её историю более подробно. С тех пор миссис и мистер Клауд стали неотъемлемой частью жизни Пирса. Он помогал им деньгами, а они окутывали его в ответ теплотой и заботой, став для мужчины практически семьёй. Но год назад Пирс поехал в Вашингтон на крупнейшую конференцию, где познакомился с харизматичной китаянкой по имени Ван Кайя. Примечательно, что та не была экспертом в бытовой технике и оказалась в павильоне с Пирсом совершенно случайно. Просто её рейс в Китай перенесли, и она не нашла чем ещё себя развлечь, кроме как оказаться на выставке техники, надеясь, что это будут не холодильники, а роботы. Разговор завязался случайно, но факт оставался фактом — Кайя сдала билеты и решила задержаться в Америке, а спустя какое-то время уже принимала у себя в гостях Пирса Грея. А ещё через несколько месяцев счастливый американец сделал предложение руки и сердца, а заодно и дал согласие на постоянное проживание в Китае, окончательно оборвав все нити прошлой жизни. Кроме, пожалуй, мистера и миссис Клауда, да товарища Джеймса.

— А как же наша любимица? — Пирс поднял на жену грустный взгляд.

— Ты хочешь взять её с собой? — с сомнением спросила Кайя.

— Очень. Пожалуйста! — Пирс заскулил, как собака, вызывая у девушки улыбку. А дело было в том, что Кайя работала в очень серьёзной организации, которая спасала жизни людей. Эта организация была реабилитационным центром, где лечили психические расстройства необычным методом — общением с животными. Кайя работал в отделе собак и была лучшим кинологом центра. Она обучала животных общению с людьми и готовила их помогать тем, кто уже отчаялся. Сначала Пирс не ходил к ней на работу, боясь увидеть в ком-то себя прежнего, но однажды нашёл возле парка истощённого, но приветливого щенка, который тронул сердце с первого взгляда. Этот щенок в будущем стал полноправным членом их семьи и тоже научился спасать чужие жизни.

— Хорошо-хорошо, — тяжело выдохнула Кайя, а потом повернулась, выискивая кого-то за диваном, и улыбнулась. — Слышала, Тара, ты полетишь с нами в Америку.

Чёрная собачка с яркими блестящими глазами радостно гавкнула.