Путник без тени: По стопам смерти

Глава 1 Неисповедимые тропы.

=== Путник без тени ===

книга 2.

По стопам смерти.

Когда он открыл глаза, то не сразу понял, где находится. Вокруг стоял полумрак и что-то сильно давило на грудь.

Подняв голову Лорг увидел, что был укрыт тяжёлой медвежьей шкурой, поверх которой мирно спала чёрная, практически незаметная в темноте кошка.

Внезапно до ведьмака долетели голоса, доносившиеся судя по всему, откуда-то с улицы.

— Он пришёл в себя? — Лорг прислушался и сразу предположил, что речь вероятно идёт, именно о нём.

— Недавно заглядывал к нему — валялся без сознания. Только его чёртова кошка не сводила с меня взгляд и чуть не поцарапала, когда я попытался потрясти его за плечо.

Лорг с благодарностью посмотрел на мирно дремлющую Сапфир. И как бы он не хотел тревожить её сон, но ему всё-таки пришлось выбраться из-под тяжёлых шкур.

— Мне плевать, что там с тобой сделает эта кошка — пусть хоть глаза выцарапает — его светлость хочет, чтобы ведьмак уже был у него. Ты понял?

— Так точно! — раздался короткий ответ, и в то же мгновение в палатку ворвался яркий дневной свет, больно резанув Лоргу по глазам и скрыв вошедшего от его взгляда.

— Эй, маг… — осёкся стражник, увидев, как ведьмак уже застёгивает штаны. — Ты уже поднялся?

— Пришлось, — усмехнулся Лорг. — Вы так орёте над ухом, что с вами хрен поспишь.

Застегнув ремень, ведьмак наклонился, чтобы найти рубашку, но её нигде не было.

Вместо неё лежала лишь короткая кожаная куртка, обитая местами кольчужными вставками и усиленная изнутри слоем кожи щеряка.

Прочность этой кожи могла соперничать с грудным доспехом рыцаря — правда, удар она держала хуже и не могла спасти от переломов, зато неоднократно спасала от острых когтей и зубов, разнообразных монстров.

— В таком случае, маг, собирайся быстрее — с тобой хочет встретиться его светлость!

Требовательно начал торопить ведьмака солдат, хотя, судя по тому, как он растерялся, застав Лорга на ногах, он и понятия не имел, что делать, если бы маг до сих пор не пришёл в себя.

Напоследок, прежде чем удалиться из шатра, солдат бросил осторожный, испуганный взгляд на Сапфир. После чего, словно сбрасывая с себя наваждение, помотал головой и быстро ретировался, оставив ведьмака наедине с кошкой.

— Чем же ты его так напугала? — усмехнулся Лорг, присаживаясь рядом с Сапфир. — Значит, нас хочет видеть его светлость? — тихо спросил ведьмак, машинально поглаживая Сапфир по голове. — Эх, жаль, что он не сказал: «командир». Это бы в корне изменило дело. С дворянами обычно одни проблемы, и, как правило, они не дают поесть из солдатского котелка.

Лорг посмотрел на аккуратно перевязанные плечо и живот.

Судя по тому, как тянуло в этих местах, ему наложили швы — что вселяло в него небольшую надежду. Обычно тем, кого хотят казнить, медицинскую помощь не оказывают. Значит, сначала с ним всё таки хотят поговорить.

Лорг поднялся с кровати и направился к большому сундуку, на котором лежала его куртка, слегка прихрамывая на правую ногу — бедро тоже жутко тянуло и болело.

Похоже, местному лекарю не понравилось, как выглядела его рана и он решил заодно и её вскрыть чтобы заново перешить.

Даже не зная как до конца реагировать на подобную заботу, Лорг накинул куртку и пошёл к выходу.

— А мне такой чудесный сон снился… — усмехнулся ведьмак вышел на солнечный свет.

Глава 1.

Неисповедимые тропы.

В большом каменном зале, куда вошёл Лорг, царили тишина и полумрак.

Сапфир, чувствуя себя как дома, молча повела ведьмака за собой, остановившись лишь у большой деревянной двери, ожидая, когда Лорг, наконец, соблаговолит подойти и открыть её, чтобы они могли пройти дальше.

— Ты долго, юный ведьмак, — раздался низкий безэмоциональный голос, как только они вошли в следующую комнату.

— И я рад встрече, — усмехнулся Лорг, чувствуя некоторую неловкость. — Давно не виделись, мастер Грейдрейк.

— Правда? — неподдельно удивился Лич. — Что ж, раз ты говоришь — наверное, так и есть.

Лорг знал, что время над личами не властно. Для них безразлично, прошёл один день или год — для бессмертных это всё одно мгновение.

Единственное, за чем они следят, — движение небесных тел, необходимое для некоторых ритуалов. Именно поэтому они исчисляют дни. Но делают это не постоянно — как только ритуал окончен, время снова перестаёт играть для них хоть какую-то роль.

— Десять лет прошло с первой и последней нашей встречи, — усмехнулся Лорг. — Знаю, что для тебя это ничего не значит, но признаться, я был немного удивлён, когда Сапфир внезапно сообщила, что ты срочно хочешь меня видеть.

Лорг подошёл ближе, а Сапфир вольготно устроилась на коленях Грейдрейка.

— Кажется, я заметил, — тихо проговорил Лич. — Ты и вправду стал немного выше.

— Ну, разве что самую малость, — усмехнувшись, ведьмак продемонстрировал пальцами сантиметр. — Примерно на метр где-то. — Разведя руки в стороны и пожав плечами, он добавил: — Хотя пару раз меня чуть не "укоротили". Так что думаю, если бы это случилось, ты бы даже разницы не заметил.

— Что ж, наверное, ты прав, — Лич издал звук, похожий на смешок. — Но ты верно говоришь — про случай в Дейре?

— Откуда ты узнал, старик? — удивился Лорг и даже не заметил, как перешёл на фамильярный тон, растеряв всю учтивость и волнение. — Я думал, ты вообще обо мне забыл после того, как мы расстались.

— Как мог я забыть того, кто однажды помог моей подруге? — Грейдрейк погладил костлявой рукой Сапфир. — Тем более она довольно часто рассказывает мне о тебе.

— Это правда, — промурлыкала Сапфир своим бархатистым голосом. — Грейдрек часто интересуется, как идут твои дела. А истории, которые я ему рассказываю о твоих приключениях, вызывают у него восторг. Кстати, скоро я расскажу ещё про один интересный случай.

— Неужели, даже интереснее, чем тот, который приключился с ним тогда? — Зелёный огонь в пустых чёрных глазницах ярко вспыхнул, что говорило о неподдельном интересе лича.

— Во-первых, я не в восторге, что вы наедине обсуждаете мою личную жизнь, — возмутился Лорг, вмешавшись в их разговор. — Во-вторых, может, забудем уже наконец, что было в Дейре?

— Невозможно — это моя любимая история, — сразу возразил Лич.

Лорг закатил глаза и только сейчас заметил, что вместо потолка зал украшала иллюзия ночного неба.

— Но если Сапфир расскажет мне историю ещё лучше предыдущей, тогда я с удовольствием забуду про Дейру.

— Да уж, куда ещё лучше? — Лорг понимал, что спорить с бессмертным и могущественным существом, способным испепелить его в мгновение ока, как минимум бессмысленно, а заодно смертельно опасно для здоровья.

Поэтому делать было нечего — пришлось смириться с тем, что о Дейре ему ещё долго будут напоминать.

— Ты знаешь, что ты очень странный тип? Разве тебе не должно быть всё безразлично, кроме твоих изысканий?

— А ты, как я посмотрю, много знаешь о личах? — Сразу поинтересовался Грейдрейк, со скучающим видом оперевшись на широкий каменный подлокотник своего массивного трона.

Он смотрел на Лорга слегка наклонив голову набок, от чего создавалось впечатление, будто насмехается над ведьмаком.

— Хотя, знаешь… ты, наверное, не слишком далёк от истины. Просто так сложилось, что мой интерес при жизни и после — изучение и поддержание баланса.

— Между людьми и демонами? — предположил ведьмак, не понимая, о чём говорит Грейдрейк

— Просто баланса, — коротко отрезал Лич, давая понять, что объяснять что-либо какому-то ведьмаку он не намерен. — Истории о твоих приключениях можно считать частью моих изысканий. Я не только ради своего удовольствия слежу за тобой — но порой выходит так, что ты оказываешься как раз в эпицентре событий которые происходят в мире.

— А можно хотя бы в таком случае не обсуждать мою интимную жизнь? — Лорг развел руками, пытаясь отстоять хоть какие-то личные границы, хотя и чувствовал всю тщетность этой затеи.

— Ты хочешь, чтобы я пропускал две трети рассказа? — Лич снова издал звук, похожий на смешок. — Не переживай, юный ведьмак. Твоя личная жизнь меня интересует ровно настолько же, насколько и интимная жизнь муравья. Всё что меня волнует, так это твой вклад в поддержание баланса и гармонии обоих миров.

— И снова, как я понимаю, никаких объяснений не последует? — Грейдрейк ответил молчанием. — Ладно. В таком случае скажи, зачем ты вызвал меня? Я надеюсь, не для того, чтобы посмеяться надо мной или развить у меня манию преследования?

— Нет, ведьмак. По таким пустякам я никогда не вмешиваюсь в естественный ход вещей.

Лич поднялся со своего каменного трона, и Лорг осознал, что десять лет назад ему не показалось.

Грейдрейк и вправду был огромным. Даже Несмотря на то, что под просторной чёрной мантией, отороченной красными лентами с золотистыми магическими узорами, скрывался лишь голый скелет, его размеры всё равно впечатляли.

— Скажи Лорг, как твой учитель себя чувствует?

Акт lll

Тропа смерти

Несмотря на то, что на улице было довольно прохладно, в большом шатре, стоявшем посреди лагеря было ужасно душно, от столпившегося внутри народа и явно не хватало воздуха.

Все собравшиеся толпились вокруг большой карты, расположенной посреди дорогого резного дубового стола, украшенного золотыми головами грифонов.

Первое, что привлекло внимание Лорга и заставило его нервничать, — это то, что все находившиеся в шатре были одеты в разные цвета имперского дворянства.

Когда ведьмак вошёл, никто даже не повернул головы в его сторону, продолжая бурно обсуждать что-то между собой, периодически указывая пальцами на карту.

— Так, господа, на сегодня наше совещание окончено! — из толпы раздался властный и звучный голос, после чего все резко замолчали, всем своим видом выражая почтение и внимание к говорящему. — Продолжим завтра, а сейчас я попрошу вас оставить меня наедине с ведьмаком.

Словно по команде все одновременно поклонились и начали покидать шатёр, не осмеливаясь повернуться к хозяину властного голоса спиной — что явно свидетельствовало о его высоком положении при императорском дворе.

Лорг плохо знал имперские обычаи, особенно дворянские, поэтому он не мог правильно оценить в какой ситуации оказался.

Из-за того, что в империи Аракс процветал культ церкви, ведьмаки старались обходить её стороной, ведь там быстрее можно было найти кол в задницу, от местной стражи и церковников, чем работу.

Среди окружения Лорга часто поговаривали, что люди в империи больше верят в силу молитв, чем в ведьмачий клинок.

С другой стороны, ему и самому не редко доводилось, выполнять заказы в имперских городах. Поэтому к таким слухам он относился безразлично, но об осторожности никогда не забывал.

Когда все посторонние покинули шатёр, в нём остались только Лорг, худощавый высокий мужчина в чёрном дорогом костюме без отличительных цветов дворянства, с гладко зачёсанной в тугой хвост полностью серебристой шевелюрой.

Лорг сразу обратил внимание на его взгляд, холодные серые глаза, излучали уверенность и острый ум, что ещё сильнее подчёркивало его стать и зрелые годы.

Вместе с ними в шатре остался ещё молодой невысокий парень, на которого Лорг сначала даже не обратил внимания — о чём тут же пожалел.

— Впервые вижу живого ведьмака, — сказал молодой человек, обращаясь к седовласому. — Что скажешь, Рэн?

Лорг узнал его голос: именно он распустил всю толпу дворян, и именно перед ним они все кланялись, не осмеливаясь показывать спину.

— С позволения, вашего высочества, — не спеша начал Рэн, — я думаю, что ему следовало бы выдать хорошую порцию плетей за то, что он посмел явиться перед вашими светлыми очами в таком виде!

Презрительно окинув ведьмака взглядом с ног до головы, он продолжил:

— Однако должен признать, что он довольно крепкий — раз сумел так быстро оклематься после полученных ран.

Ведьмак встретился с седовласым глазами и некоторое время они словно испытывали друг друга.

— Что ж, мы выяснили, что он достаточно силён, – С надменной улыбкой заявил молодой парень, – теперь остаётся надеяться, что и ума ему хватит, чтобы правильно оценить ситуацию, в которой он оказался!

Пока юный принц говорил, он не сводил взгляд с Лорга, который продолжал молча слушать как его обсуждали прямо в его присутствии.

— Уверен если хоть часть слухов о ведьмаках верна, то он уже понял, где и перед кем сейчас находится! – Седовласый посмотрел на Лорга пренебрежительным взглядом, от чего у ведьмака появилось навязчивое желание, дать ему по морде.

— Однако он даже не соизволил поклониться мне, — усмехнулся молодой парень.

Только теперь Лорг заметил, что на его куртке из синего бархата была красная оторочка, к которой прикреплена золотая брошь в виде головы змеи — которая являлась символом императорской семьи.

— Варвар, ваше высочество, что с него взять? — Безразлично пожав плечами ответил Рэн. — Только прикажите — и я немедленно распоряжусь, чтобы его высекли.

Глаза старика блеснули, а у Лорга тут же заныла спина.

— Не надо, Рэн. Он и так только-только оправился от своих ран, а ты хочешь его ещё и высечь? — Молодой человек улыбнулся и посмотрел на ведьмака. — Как тебя зовут, маг?

— Лорг, ваше высочество.– С лёгким кивком головы ответил ведьмак.

— Как ты смеешь отвечать императору, глядя прямо на него, ты, выродок?! — Тут же озлобленно воскликнул камердинер.

— Успокойся, Рэн! Сходи лучше распорядись, чтобы нам принесли вина и что-нибудь перекусить. Думаю, Лорг не откажется подкрепиться.

— Но ваше высочество, вы действительно хотите… – Тут же замялся седовласый и мгновенно растерял весь свой праведный гнев.

— Ты не слышал, что я тебе только что сказал? — Парень резко взглянул на слугу, и тот побледнел.

— Как прикажете, ваше высочество. — Поклонившись, Рэн тут же вышел из палатки.

В отличие от знати, он не побоялся повернуться спиной к императору, но прежде чем исчезнуть, он успел бросить на ведьмака презрительный, полный ненависти взгляд.

— Прости, Лорг, — сказал Гейран, — ох уж эти слуги. Порой они так пекутся о моей безопасности, что сами готовы задушить меня, лишь бы никто другой этого не сделал.

Его взгляд снова стал весёлым и непринуждённым. Молодой парень уселся в золочёное резное кресло, стоявшее под столом, и предложил ведьмаку сесть напротив.

— Кстати, так как ты не подданный моей империи, можешь обращаться ко мне без всяких титулов.

— И как же тогда мне к вам обращаться? — поинтересовался Лорг, усаживаясь на стул.

— Зови меня Гейран, — на удивление просто ответил парень. И Лоргу даже показалось, что он где-то уже слышал это имя.

— Скажи, ты знаешь, почему ты оказался здесь?

— Если честно, то не совсем, — признался ведьмак, пытаясь вспомнить, откуда мог знать имя парня. — Последнее, что я помню, — как бежал через лес, а потом, видимо, потерял сознание от потери крови.

— Ты прав, — Гейран внимательно слушал Лорга и одновременно рассматривал карту. — Мои люди нашли тебя и кошку недалеко от тракта. Ты лежал без сознания в луже собственной крови. – Он перевёл взгляд на ведьмака, – Повезло, что они тебя заметили.

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Лорг. — Но должен признаться, я удивлён ваше высочество, что ваши люди не дали мне там спокойно сдохнуть, а притащили в лагерь. Из чего смею предположить, что вам что-то от меня нужно?

— А ты проницателен, маг, — после недолгого молчания улыбнулся принц. От этой улыбки Лоргу почему-то стало не по себе. — Скажи, ты ведь сейчас держал свой путь уиз северных королевств?

Лорг задумался, как лучше ответить?

Он не понимал до конца, к чему клонит император, от чего в его голове мелькали разные мысли — невольно даже закралась идея, что его подозревают в побеге от рыцарей или, что ещё хуже, в нарушении карантина.

Хоть последний проступок и карался немедленной казнью, для провинившегося, его ведьмак откинул сразу, так как в таком случае, его бы просто оставили умирать, или скорее всего сразу бы сожгли на месте без промедлений, чтобы не допустить распространения заразы.

— Я еду из Рюика, ваше высочество, если вы об этом, — твёрдо и коротко ответил Лорг, чтобы у Гейрана не осталось места для сомнений. — Я и близко не приближался к городам, где свирепствует чёрный мор.

— Думаешь, я бы пригласил тебя к себе, если бы думал, что ты можешь оказаться заразным? — Император весело усмехнулся. — Слушай, Лорг, я точно знаю, что тебя не было ни в Фаерге, ни в Грозенге. Как и знаю, что никакого чёрного мора там нет.

Слова Гейрана сильно удивили ведьмака.

— Да не удивляйся ты так! — продолжил принц. — Там сейчас находятся рыцари, которые посмели предать меня, перейдя на сторону этого мерзавца Мерзуазье, который собирается начать очередную войну с королём Рюика от моего имени и посадить на трон своего очередного любовника.

Лорг не знал, что и думать. С одной стороны, информация, полученная от Джерга, подтвердилась.

Но с другой — разве он не говорил, что Мерзуазье — самый верный подданный императора и вообще его правая рука?

— Судя по замешательству на твоём лице, ты не совсем понимаешь, о чём я сейчас говорю?

— Если честно, ваше высочество, — Ведьмак сделал паузу и посмотрел принцу в глаза, — я вообще не понимаю, зачем вы мне сейчас об этом говорите.

– Но раз вы сами затеяли этот разговор, позвольте поинтересоваться, разве Мерзуазье не ваш верный подданный?

Гейран молча смерил ведьмака пристальным взглядом.

В этот момент в шатёр вошли две девушки: одна несла на подносе два графина, другая — вяленое мясо и сыр.

Следом за ними попытался войти и Рэн, но император, не отводя взгляда от Лорга, остановил его одним движением руки.

Ведьмак явно услышал, как седовласый что-то пробурчал себе под нос, прежде чем удалиться, но принц который тоже это слышал казалось не обратил на это абсолютно никакого внимания.

Дождавшись, когда девушки разольют вино и уйдут, оставив их вновь наедине, Гейран взял свой кубок и жестом предложил Лоргу присоединиться.

— А ты много знаешь для дикаря, не интересующегося политикой — Как бы невзначай заметил принц, прежде чем сделать глоток вина.

— Не припомню, чтобы я когда-либо говорил, что не интересуюсь политикой, — усмехнулся Лорг, последовав примеру принца и тоже сделал глоток.

Вино оказалось потрясающим — немного терпким, со сладковатыми фруктовыми нотками и лёгкой ягодной кислинкой.

Лорг не мог вспомнить, чтобы когда-нибудь пил что-то подобное.

— Должен признать, имперские виноделы знают толк в отличном вине.

— Ещё бы! Это же вино для императорского стола. – Покрутив бокал с рубиновым напитком в руках, принц задумчиво продолжил

–Его невозможно купить ни за какие деньги, подделать и даже украсть будет проблематично, так как его доставляют под надёжной охраной прямо из монастыря, — Гейран резко отставил бокал в сторону. — Хотя, признаться, я предпочитаю этой кислятине пиво.

Лорг невольно подумал о том, что с удовольствием бы пил бы это великолепное вино каждый день, даже не смотря на заверения того, кто имеет такую возможность.

— Мой отец всегда говорил, что вино и политика хорошо сочетаются и дополняют друг друга, но не всегда приводят к хорошим результатам.

— Ваш отец был мудрым человеком,– Ведьмак с лёгким поклоном головы поднял бокал, но Гейран его не поддержал.

Тогда отпив вина, Лорг не обращая внимания на то, что принц не прикоснулся к блюду с закусками, взял кусочек тонко нарезанного вяленого мяса, вкус которого приятно дополнил напиток.

— Что ж, по крайней мере, ему хватило мудрости не допустить этого ублюдка к власти, — Гейран с силой сжал кулак и ударил по столу. — Чего увы, я никак не мог сделать в связи с юным возрастом.

Император схватил свой кубок и задумчиво покрутил его в руках, наблюдая, как рубиновый напиток играет на свету.

— Ладно, вопрос сейчас не об этом. Скажи мне Лорг, как ты сумел выбраться из Рюика, миновав гарнизоны рыцарей?

Взгляд молодого императора стал серьёзным, и в нём уже не было прежнего мальчишеского задора.

На мгновение Лоргу даже показалось, что перед ним не юнец, а зрелый мужчина.

— Я прошёл старой шахтёрской тропой, ваше высочество, — честно, ответил Лорг.

— Отлично! Значит, ты сможешь показать эту тропу моим людям, — обрадовался Гейран и так резко ударил бокалом по столу, что вино выплеснулось наружу.

— Боюсь, Гейран, я вынужден буду отказать, — впервые Лорг обратился напрямую, сохраняя серьёзный тон. — Поверьте, сунуться туда — всё равно что отправить рыцарей в броне переплывать море. Вы просто погубите своих людей.

— Ты считаешь, что имперская армия настолько слаба, что не справится с какой-то тропой? — Принц явно не привык к тому, чтобы ему перечили, и отказ Лорга привёл его в ярость. – Быть может пытки развяжут твой язык и ты станешь, более сговорчивым?

Однако ведьмак оставался спокоен, он не боялся ни угроз, ни гнева принца, он продолжал наслаждаться прекрасным вином и отличной закуской, пока Гейран сверлил его злобным взглядом.

— Зачем же сразу пытки, ваше высочество? — невозмутимо спросил Лорг. — Если вы настаиваете, я расскажу вам всё и без них.

Принц откинулся на спинку стула и жестом показал, чтобы ведьмак выкладывал всё, что знает

– Только для начала прошу вас — выслушайте меня внимательно. Услышав мой рассказ, вы сами решите, хотите ли вы туда соваться или нет.

На лице Гейрана явно читалось недовольство — ведь какой то проходимец, посмел ему перечить.

Но он молча кивнул, поджав одну ногу под себя, он устроился поудобнее, давая таким образом понять, что внимательно слушает.

Глава 2 По дороге в никуда.

До самого вечера, Лорг пробирался сквозь густые заросли к старой тропе, проклиная себя за то, что не поехал по дороге, а решил на всякий случай свернуть раньше.

Он уже потерял счёт времени и даже примерно не мог предположить какое расстояние он преодолел, так как за каждый метр ему приходилось бороться с густыми зарослями активно орудуя мечом, чтобы следом за ним могла проехать лошадь.

Мошкара так и норовила залезть то в уши, то в нос, а комарье бесконечно кружилось тёмной тучей, с каждым шагом раздражая всё больше своим жужжанием.

Лорг уже начал беспокоиться о том, что он сбился с пути и возможно уже сильно отклонился от своего курса, поэтому старался взглядом подыскать подходящее место для ночлега.

Продвигаться на север, от главного тракта, Ведьмак постоянно сверялся с местными растениями.

К его счастью в этих лесах произрастала грауса энсерия, чья природная особенность роста всегда указывала на восток.

Иногда ему везло и он находил грибы Альчинки, получившие своё название, в честь северной богини Альны, которую всегда изображали с серпом в руках.

По каким то необъяснимым причинам, эти грибы имели особенность расти полукругом, который напоминал людям этот самый серп.

Что якобы и стало причиной такого названия, если верить профессору Карнеусу, магистру алхимии и биологии.

“Их необычная форма и голубоватый цвет, напоминали людям серп богини, к тому же, концы полукруга, всегда направлены на север, что также могло, послужить причиной их названия”

Именно так он описывал в своих трудах, о растительном мире северных земель эти самые грибы.

Лорг не любил его сухие и скучные работы, но сейчас был благодарен ему за его труды, ведь если он сейчас и сумеет отыскать эту проклятую тропу, то только потому, что его учитель заставил его выучить всю книгу от корки до корки.

В поисках очередного ориентира Лоргу показалось, что лес начал редеть и растительность начала меняться, на смену огромным многовековым деревьям пришёл кустарник и небольшие молодые деревья.

Недолго думая Лорг оставил лошадь с Сапфир в лесу, а сам начал пробираться сквозь густые кусты, чтобы проверить свою догадку.

К своему облегчению, ведьмак обнаружил, что и вправду добрался до места, но на смену радости быстро пришла тревога, так как дорога именуемая в народе проклятой шахтёрской тропой, выглядела так, словно только недавно по ней ещё ходили люди и ездили повозки.

Лорг наклонился к дороге и потрогал спрессованный грунт, он оказался хорошо утрамбованный и довольно плотный.

Это сразу показалось ему подозрительным, ведь за столько лет запустения, лес должен был отстоять свои права на эту территорию и даже если не полностью, то хотя бы частично скрыть дорогу от глаз случайно забредших в такую глушь путников.

Насколько ведьмаку хватило взгляда, он оглядел всю дорогу и отметил, что на всём тракте, что он мог разглядеть, не росло ни одной травинки.

– Надеюсь Лошадь не взбесится –Тихо пробормотал ведьмак отряхивая руки и отправился за лошадью обратно в лес.

Только когда Лорг вошёл в лес, он осознал, что была ещё одна деталь, которая не давала ему покоя.

Он снова посмотрел на дорогу, так словно ожидая там что то увидеть, но там по прежнему ничего не было, всё оставалось абсолютно неподвижным, каким то чересчур безмятежным, даже мёртвым.

Все его инстинкты просто вопили об опасности, все чувства обострились до предела, он стоял неподвижно, вслушиваясь в окружение, пытаясь понять, что же здесь не так.

И осознание пришло не сразу, что сколько бы он не пытался прислушиваться, его окружала абсолютная тишина, не было ни пения птиц, ни шелеста листьев, оглядевшись по сторонам, он не нашёл никаких следов зверя и даже комары куда-то пропали, причём, ведьмак не мог вспомнить в какой именно момент это произошло.

Лорг подошёл к лошади и снова прислушался, но всё так же ничего не услышал, в лесу как и у дороги царила мёртвая тишина.

– Значит больше пятидесяти шагов. –Тихо проговорил Лорг погладив спокойно сидящую на крупе кобылы Сапфир.

–А ты как я погляжу спокойна, не переоцениваешь ли ты мои силы?

Но кошка лишь доверительно ткнулась мордочкой в его ладонь.

– Даже не знаю стоит ли нам выходить на эту проклятую дорогу, Лорг обеспокоено посмотрел туда откуда пришёл.–Но судя по всему, проклятие достаёт даже до сюда и боюсь, если мы начнём пробираться глубже в лес, это ничего не изменит, кажется мы уже попали под его влияние.

Но ведьмак всё таки решил проверить свою теорию и вместо того, чтобы идти к дороге, направился в другую сторону, туда откуда они пришли.

Как бы Лорг не пытался, у него никак не получалось уследить за ходом времени.

Вначале ему казалось, что оно замерло и даже солнце было неподвижно.

Но когда они двигаясь только вперёд и неизвестно каким образом вышли снова к проклятой дороге, он неожиданно для себя обнаружил, что вокруг оказалась глубокая ночь.

– Зараза, как знал.- Лорг достал флягу с водой и смочил пересохшее горло.- Что ж, по крайне мере я теперь точно знаю, что это не ведьмин круг.

Потрепал лошадь по холке, ведьмак взяв её под уздцы и повёл за собой, постоянно прислушиваясь и оглядываясь по сторонам.

Лошадь не проявляла абсолютно никаких признаков тревоги, Сапфир тоже продолжала мирно спать.

И только Лорга не покидало чувство тревоги, словно за каждым их шагом наблюдала какая-то неведомая ему сила.

– Да что же тут происходит?- Лорг уже отмёл версию о проклятии, он понимал, что на округу наложено какое-то заклинание, но он ещё никогда ни с чем подобным раньше не сталкивался.

Вокруг по прежнему не было никаких признаков жизни, только тишина стала их спутником на их пути, ведь за всё время, что они двигались по дороге им не встретился ни один зверь.

Спустя примерно час пути, погружённый в свои мысли, Лорг сначала решил, что ему показалось, но потом он резко остановился и начал вглядываться в темноту, стараясь, хоть, что-то разглядеть сквозь деревья.

Он едва сумел уловить стремительное движение, что то или кто-то понимая, что он его заметил, начал стремительно убегать в глубь леса, стараясь скрыться в темноте.

Не раздумывая ведьмак бросил Лошадь и бросился вдогонку, боясь упустить беглеца.

Стараясь не сбавлять темп, он не видел беглеца но понимал, что он где-то рядом, если бы кусты и ветки с корнями, которые так и норовили ему помешать, он бы уже с лёгкостью бы его догнал.

Матерясь и ругаясь на полном ходу, Лорг постоянно уворачивался от казалось бы из ниоткуда появляющихся прямо перед ним стволов деревьев, одновременно удивляясь тому с какой скоростью и прытью от него удирал неизвестный.

Ведьмак уже начал думать, что ему просто показалось и он гонится за обычным зайцем, когда он не заметил корень торчащий из земли, споткнувшись о который кубарем покатился в канаву.

Тяжело дыша Лорг лежал на влажной мягкой земле от которой исходил прелый запах.

– Вот тхорн, упустил всё таки!- Лорг вытер пот перчаткой и сделав пару глубоких вдохов привёл дыхание в порядок.- Чудо, что голову себе ещё не разбил.–Усмехнулся ведьмак оглядываясь по сторонам.

Поднявшись на небольшой бугор с которого он слетел, Лорг начал искать дорогу обратно, даже примерно не представляя с какой стороны пришёл.

Понимая, что правильного направления всё равно нет, ведьмак выбрал дорогу наугад, после чего начал пробираться сквозь кусты, пытаясь припомнить, пробегал ли он в этих местах.

Ведьмак конечно не сомневался в том, что в какую бы сторону он не пошёл, всё равно выйдет к проклятой дороге.

Но он сильно удивился, когда не пройдя и половины пути который пробежал, раздвинув очередные кусты, он увидел свою лошадь.

– Лорг ты живой?- Внезапно раздался голос Граха в голове ведьмака.- Что с тобой происходит, ты где вообще?

– Привет Грах! – Ведьмак подошёл к лошади, которая словно не заметила его отсутствия и начал проверять сумки, под пристальным взглядом Сапфир.- Да я как всегда, гуляю по проклятым местам, наслаждаюсь природой, жду когда очередная тварь решит меня прикончить, всё как обычно, ничего нового.

– Значит говоришь, всё как обычно? – Голос граха прямо излучал беспокойство, что заставило Лорга отвлечься от изучения содержимого сумок.- Ты в курсе, что я уже пол дня пытаюсь выйти с тобой на контакт?

– Пол дня говоришь?-Лорг посмотрел на Сапфир и хоть она продолжала быть спокойной, он заметил, что она практически всё время беспробудно спит.- Слушай Грах, как думаешь, какое существо способно наложить заклинание иллюзии или морока, на огромную территории и заглушить нашу связь?

Но ответа не последовало, Лорг сразу предположил, что по какой-то причине заклинание ненадолго потеряло свою силу, или кто то умышленно ослабил контроль, но зачем? А главное кто?

Ведьмак погрузился в свои мысли размышляя о происходящем, когда его неожиданно отвлёк от размышлений детский плачь.

– Ребёнок, здесь?- Ведьмак понимал, что это скорее всего ловушка, но ничего не мог с собой поделать, немного поколебавшись он пошёл проверить.

Медленно приблизившись к кустам, Лорг осторожно отодвинул их рукой, держа меч на готове.

Мгновение и сквозь кусты в полумраке показалась чья-то голова, ведьмак уже был готов ударить, но в последний момент, его рука остановилась.

– Помогите – Сквозь плачь тихо прошептала девочка и тут же потеряла сознание.

Лорг взял малышку на руки и она показалась ему невесомой.

Под светом луны, он сумел рассмотреть её бледное поцарапанное острыми ветками личико, покрытое грязью и запёкшейся кровью.

Даже без сознания, её лицо оставалось тревожным.

Лорг убрал грязную слипшуюся прядь русых волос со лба и достав флягу с водой, поднеся её к покрывшимся плёнкой пересохшим губам, он начал поить её маленькими глотками, чтобы она не подавилась.

Сначала малышка пила машинально не приходя в сознание осторожными глотками, но прийдя в себя, сразу вцепилась в флягу и начала пить жадно пока не выпила всё содержимое.

После чего виновато посмотрела на ведьмака, своими большими зелёными глазами.

– Ничего страшного, у меня ещё есть- Добродушно улыбнулся Лорг.- Кушать хочешь?- Девочка лишь робко кивнула в ответ.

Но прежде чем достать еду, Лорг убедился, что девочка может стоять и двигаться самостоятельно

– Как тебя зовут?- Подходя к лошади спросил ведьмак.

– Орья- Коротко ответила девочка.

– А меня Лорг, – Девочка кивнула в ответ, – Скажи Орья, ты здесь совсем одна? Ты знаешь, где твои родители?

В ответ девочка грустно опустила глаза и молча кивнула.

Чувствуя, что ребёнок вот-вот заплачет, Лорг не стал задавать ей больше вопросов, вместо этого молча достал из сумки сало и чёрный хлеб.

– Держи поешь, тебе надо восстановить силы.

Девочка робко взяла протянутую еду и сразу же жадно впилась зубами в хлеб, глотая практически не жуя.

– Тихо-тихо, не торопись, еду у тебя никто не отнимет.

Пока девочка жодно грызла сухарь, Ведьмак провёл рукой по голове Орьи, думая про себя сколько же времени она провела в этой ловушке, что проголодалась настолько сильно, что с такой жадностью начала есть обычный чёрствый хлеб.

– Спасибо – Дрожащим голосом сказала девочка и из её глаз потекли слёзы.– Я…я…– Она не смогла больше ничего сказать, Лорг наклонился и обнял её, она упёрлась ему в плечё и разревелась ещё сильнее.

– Всё хорошо, ты больше не одна.– Пытался успокоить её Лорг, обнимая и поглаживая по голове.

Так они и просидели, пока девочка не смогла наконец успокоится.

После этого Лорг настоял, что она должна всё доесть и тоже устроился рядом, чтобы перекусить вместе с ней вяленым мясом и вымоченным в вине чёрствым хлебом.

Несмотря на то, что Лорг всегда предпочитал в дороге есть на ходу, он не спешил идти дальше, пока с едой не было покончено.

– Скажи Орья, как давно ты здесь?- Лорг посмотрел на девочку сидевшую к нему спиной, даже не видя её лица ведьмак понял, что она задумалась.- Больше трёх дней?- Девочка утвердительно кивнула.- А ты знаешь, где сейчас находятся твои родители?

Орья снова ничего не ответила, только отрицательно помотала головой, но Лорг почувствовал, как её начала бить мелкая дрожь, что могло свидетельствовать о том, что она сейчас снова расплачется.

–Прости, я не хотел тебя расстраивать, просто я как и ты потерялся и теперь пытаюсь найти отсюда выход.

Внезапно девочка перестала дрожать, она подняла голову и посмотрела прямо Лоргу в глаза.

– Отсюда нет выхода.- Тихо но отчётливо проговорила девочка.

В тот же момент у Лорга сильно зазвенело в ушах, а в глазах начало темнеть.

– Что такое?- С трудом выговорил ведьмак, чувствуя как его сознание начало путаться.- Что ты…

Не договорив, Лорг почувствовал как теряет сознание, когда его начало клонить в сторону он понимал, что теряет равновесие и падает с лошади, но ничего поделать с этим не мог, руки стали словно ватными, пальцы отказывались слушаться, а в глазах темнело с такой скоростью, что удара о землю он уже не почувствовал.

Когда ведьмак открыл глаза, то первым делом увидел сидящую на груди Сапфир.

Приподнявшись на локтях и оглядевшись по сторонам, он обнаружил лошадь пасущуюся метрах в пяти от него, мирно пощипывающую травку.

– Ну и, что это за хрень была?–Лорг встал и первым делом полез за флягой во внутренний карман.

Голова гудела с такой силой, словно он всю ночь бухал паршивый Дэдрайский самогон, прославившийся на весь континент как самый поганый из всех.

Некоторые даже утверждали, что он настолько хреновый потому, что его настаивали на сухом медвежьем дерьме вымоченном в лошадиной моче.

Что конечно же было неправдой, по крайне мере так хотел думать ведьмак.

– Так, это место точно на меня плохо влияет, – Лорг взял с пояса гримуар и постучал по обложке.–Эй Грах, ты там, ты меня слышишь?- Но ничего не произошло и демон не подавал, никаких признаков жизни, даже когда ведьмак, надрезав палец, капнул каплю крови в пасть демона украшающего обложку.

– Собственно, как я и думал, без изменений.– Раздосадованно заключил ведьмак убирая гримуар, обратно на пояс.

Лорг пытался обдумать и проанализировать всё, что сумел выяснить, но чем больше он думал пытаясь понять с кем ему довелось столкнуться на этот раз, тем сильнее у него начинала болеть голова.

– Так ладно, раз не могу понять, что мне дальше делать остаётся только двигаться вперёд.

Лорг подошёл к лошади и его взгляд упал на сумку, из которой он вчера доставал сало для Орьи.

Немного поколебавшись он всё таки решил в неё заглянуть и убедился, что куска сала и хлеба не хватает.

– Что ж видения и призраки не едят.- Тихо словно с облегчением проговорил ведьмак, закрыв сумку, он отогнал от себя наваждение и запрыгнул на лошадь.

За весь день пути, абсолютно ничего не происходило, не то чтобы Лорг ждал чего-то определённого, но как говорил его учитель, отсутствие каких либо аномалий и есть сама по себе аномалия.

Тем более в зоне, где вокруг нет ни единой живой души, кроме их троицы, Лорга, Сапфир и лошади.

Но всё изменилось с наступлением темноты, как только солнце скрылось за деревьями, в темноте позади Лорга, раздался цокот копыт.

Сначала ведьмак не придал этому никакого значения посчитав, что всё таки какой-то зверь, забрёл на эту проклятую тропу.

Но вскоре, звук стал нарастать и ведьмак задумался о том, что стоит лучше сделать, прибавить ход, или наоборот замедлится и посмотреть, кто идёт по его следу.

Немного поколебавшись, любопытство всё-таки взяло верх и Лорг пустил лошадь шагом, чтобы преследователь мог с лёгкостью его нагнать.

Но сколько бы ведьмак не ждал, что его вот вот догонят, этого так и не происходило, хотя порой казалось, что цокот раздаётся прямо рядом с ним, в такт шагов его лошади.

— Кто ты — друг или враг? — спросил ведьмак в пустоту, обернувшись наполовину и бросая взгляд через плечо.

— Он ещё спрашивает! — раздался знакомый голос совсем рядом, и Лорг резко обернулся.

— Неужели не узнал старого друга?

От удивления Лорг чуть не свалился с лошади. Перед ним стоял Хард — такой же, каким он его видел в последний раз, когда они сидели в трактире «У пьяного быка». Даже загар, полученный им во время работы на юге, никуда не исчез.

— Хард?! Какого чёрта здесь происходит? Ты живой? — Лорг задал вопрос громче, чем хотел, скорее от удивления, чем от радости. Его товарищ поморщился.

Не сдержавшись, ведьмак спрыгнул с коня и протянул руку, чтобы убедиться в реальности происходящего.

Когда он почувствовал плоть и тепло, Хард сразу же соскочили с лошади и крепко обнял друга.

— Не могу поверить, что ты жив, — начал Лорг, до сих пор не веря в происходящее.

— И правильно делаешь, дружище, потому что на самом деле я мёртв, — с усмешкой ответил Хард, как будто просто шутил.

— Ты уверен? — Лорг скептически посмотрел на товарища. — Потому что сейчас ты стоишь передо мной, и даже не в облике бесплотного духа.

— Сам не знаю, как так получилось. В какой-то момент я просто оказался на этой дороге, бродяги во тьме без цели. — Хард похлопал себя по груди и усмехнулся. — Но одно я помню точно — я умер. Та тварь разорвала меня на куски.

— Тогда ты самый материальный дух из всех, кого я встречал, — серьёзно сказал ведьмак.

— А ты всё такой же зануда, как я погляжу. — Хард говорил легко, почти весело, о своей смерти — и это вызвало у Лорга лёгкое чувство дискомфорта. — Сколько лет прошло с тех пор, как я умер?

— Хотел бы ответить, но… — Лорг не успел договорить.

— Не надо, — перебил его Хард. — Наверное, я и вправду погарячился не хочу знать.

Он грустно улыбнулся, глядя, как Лоргу тяжело даётся этот разговор.

— Лучше скажи — ты уже встречал девчонку?

— Ты про Орью? — удивился Лорг.

После всего, что с ним произошло, он пообещал себе больше не удивляться, но не смог сдержать изумления при упоминании Хардом девочки.

— Русые волосы, большие зелёные глаза, на вид лет девять?

— Вот тварь! Значит, ты её уже встретил! — зло выплюнул Хард под ноги. — Мы тоже первой наткнулись на неё — и после этого всё началось.

Хард посмотрел по сторонам словно пытаясь что-то разглядеть в округе.

– смотрю она с тобой не осталась?– Он подмигнул Лоргу и хоть беспокойством из его взгляда никуда не пропало, он постарался улыбнуться, – Кто знает, возможно, это добрый знак.

В этот момент, его поведение вдруг стало меняться — речь ускорилась, движения стали нервными, будто он внезапно осознал, что времени оставалось в обрез.

— Мне тогда не хватило соображалки понять, с кем мы столкнулись, — продолжил Хард, схватив Лорга за плечи. — Но ты должен это сделать. Ты должен понять, кто она такая, пока не поздно. Я уверен, что у тебя получится!

— Кто она? Почему ты так разволновался? — Лорг понимал, внезапная перемена поведения товарища не случайна, поэтому постарался узнать, как можно больше. — Расскажи, что с вами произошло? Кто на вас напал?

— Нет времени! — лицо Харда покрылось потом, в глазах появился страх. — Я чувствую — она уже близко. Найди мой гримуар. В нём ты найдёшь подсказки.

— Где я должен его искать?

Но казалось, Хард его уже не слышал. Он отпустил Лорга и принялся что-то бормотать себе под нос, быстро и невнятно. Лоргу пришлось сильно напрячься, чтобы разобрать хоть что-то.

— Под старым деревом… привал… ночь… девочка… найди гримуар… последняя страница… она придёт… третий день…

В конце-концов бормотание Харда стало насто быстрым и сбивчивым, что практически было невозможно разобрать, что он говорил.

Ведьмак наклонился, чтобы лучше слышать, что говорил его друг, но слова товарища практически сразу заглушил уже знакомый звон в ушах, и Лорг почувствовал, как вновь теряет сознание.

— Она придёт за тобой, как пришла за нами… гримуар…

Это были последние слова, которые долетели из далека до его сознания, прежде чем он провалился в холодную, всепоглощающую тьму.

Ему показалось, что он услышал ещё что-то — нечто жуткое, не принадлежащее этому миру. Резкий, пронзительный, леденящий душу крик, после которого наступила абсолютная тишина.

Лорг не знал, сколько он пробыл без сознания. Когда он открыл глаза, вокруг по-прежнему была ночь.

— Что-то мне это уже начинает надоедать, — прийдя в себя пробурчал Лорг, ощущая тупую боль в висках и тяжесть в голове.

Тяжело поднявшись с земли, Ведьмак огляделся. Рядом стояла лошадь, а на её крупе по прежнему мирно дремала Сапфир.

— Либо я схожу с ума, либо вы намного смелее меня, если можете спать в такой момент, — проворчал он.

Лошадь в ответ всхрапнула, а кошка даже не шевельнулась, когда он её погладил.

— Он говорил про старое дерево… или я что-то напутал? – озираясь по сторонам, спросил Лорг сам у себя.

Решив не задерживаться долго на одном месте, ведьмак сразу двинулся в путь.

Мало того, что он понятия не имел, где искать это проклятое дерево, так ещё и понимал: судя по бессвязному бормотанию Харда, его время было ограничено, только вот кем?

Глава 3 По другою сторону жизни.

В отличие от прошлых ночей, третья отличалась тем, что Лорг начал замечать на протяжении пути в кустах какие-то тени, которые следовали за ним по пятам.

Ведьмак мог поклясться, что чувствовал, как они идут следом за ним, медленно выползая на дорогу.

Но каждый раз, когда он оборачивался, там никого не было.

— Кажется, я и вправду совсем двинулся головой. Вместо того чтобы пытаться выбраться из этого проклятого места, я делаю то, о чём меня попросил покойник.

Но, несмотря на то, что Лорду было не по душе, чем он сейчас занимался, подсознательно он понимал, что другого способа выбраться отсюда, у него просто нет.

Стоило ведьмаку подумать об этом, как из кустов начал доноситься шорох.

— Пррр… погоди, дорогая. Тут что-то есть, — Лорг погладил лошадь по загривку, прислушиваясь к окружению. — Или кто-то, — тихо добавил он, вытаскивая меч из ножен.

Спрыгнув с лошади, ведьмак достал Сапфир из капюшона и посадил её на седло, а сам пошёл на шелест.

Но как только он приблизился к кустам, шорох прекратился, и лес снова погрузился в мёртвую тишину.

Пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в темноте, Лорг тихо выругался себе под нос и пошёл искать, где можно было бы обойти эти непроходимые заросли.

Прогулявшись вдоль ключего кустарника, ему всё таки наконец удалось найти место, где он смог пролезть.

Но как только он оказался на другой стороне, его взору открылась страшная картина. На чёрной, словно выжженной земле повсюду виднелись кости — как людей, так и животных.

— Вот тварь! Это же самое настоящее мёртвое капище! — Ведьмак сплюнул под ноги. — Теперь понятно, куда делись все звери и что стало с людьми.

— Путник? — неожиданно раздался женский голос. — Откуда ты здесь взялся?

Лорг резко обернулся и увидел молодую девушку с густыми русыми волосами.

Она была одета в длинное серое платье без рукавов и каких-либо узоров. Руки были покрыты чёрными татуировками, значение и смысл которых ведьмак не смог определить, зато он практически сразу почувствовал холодную энергию, исходящую от неё.

В руках она держала большой серп и пучок длинных золотистых колосьев.

— Здравствуй. Прости, если напугал, — начал Лорг, пытаясь понять, видит ли он настоящего человека или перед ним очередной призрак.

— Я бы не сказала, что ты меня напугал, но я удивлена, увидеть здесь живого человека.

Эти слова обеспокоили Лорга. Ведь они могли означать что: либо перед ним стоит настоящий человек, либо то, что пытается выдать себя за человека.

— Сюда редко кто-то заходит, — девушка подошла к ведьмаку, и он окончательно убедился, что она не человек.

От неё исходил могильный холод, а её аура, которую он ощущал всем нутром, была чем-то таким, с чем ему ни разу не доводилось встречаться лицом к лицу, но что-то подобное ему доводилось ощущать во время сражений.

— Так, что ты здесь делаешь? — Девушка посмотрела на Лорга, и на секунду ему показалось, что он увидел исходящий голубоватый свет от её небесно-синих глаз.

— Я заблудился в лесу и вышел на этот тракт. — Лорг не пытался врать, понимая, что это бесполезно, но и всю правду говорить не спешил. — Ты живёшь здесь?

— Здесь? Нет.– Незнакомка не смотрела на ведьмака занимаясь своими делами, – Мой дом находится неподалёку, а сюда я прихожу, чтобы скорбить об усопших. — Девушка разложила колосья и начала стряхивать с них в корзину зёрна пшеницы. — Как давно ты на этом тракте?

— Если честно, да я и сам уже не знаю. Вроде как сегодня третья ночь будет. — Лорг и вправду не представлял, сколько времени уже находится здесь, но девушку его ответ, казалось, никак не смутил.

— Такое бывает. Многие, когда оказываются в этих местах, теряют счёт времени, ведь оно перестаёт хоть что-то значить.

— Ты знаешь, как выбраться с этого тракта?

— Возможно. Но пока у тебя это всё равно не выйдет.

Девушка закончила с пшеницей и поднялась, по прежнему не обращая внимания на Лорга который наблюдал за всеми её действиями.

Она взяла корзину и пошла босиком по костям, раскидывая зёрнышки, словно сея.

— Зачем ты это делаешь? — Удивился Лорг.

— Сначала мы сеем, Лорг, а потом пожинаем плоды. — Ведьмак напрягся. Откуда незнакомка узнала, кто он?

Схватившись за меч, он не спешил доставать его из ножен, наблюдая за неспешными, спокойными движениями девушки, которая продолжала сеять, по прежнему не обращая на него никакого внимания.

Но тут ведьмак заметил: там, где прошла девушка, появились кровавые следы. Вот только было видно, что это были не её следы.

И с каждым её шагом их становилось всё больше и больше — мужские, женские, детские. Там были все, и все они шли следом за ней.

— Да кто ты такая? — Тихо спросил ведьмак, не способный оторвать от девушки взгляд, убирая руку с меча, осознав, что толку от него не будет.

— А ты разве сам этого ещё не понял? — Незнакомка впервые повернулась к ведьмаку в пол оборота и кинула на него мимолётный взгляд, от которого Лорг сразу ощутил как у него внутри всё покрылось инеем.

Она продолжала сеять, в то время как всё поле за ней быстро превращалось в кровавое озеро, созданное бесчисленным количеством ног, неотрывно следующих за ней.

— Кажется, я знаю тебя, — неуверенно ответил Лорг. — По крайней мере, думаю, что знаю, кто ты.

— Правильно думаешь. Ведь все знают, кто я. С самого момента рождения все в этом мире знают меня и начинают идти за мной. Для кого-то это долгий путь, для другого — он мимолётен. — Она всё-таки посмотрела на Лорга, и от этого взгляда он почувствовал, как холод пробежал по его спине — от поясницы до загривка. — Пока один ждёт нашей встречи, другой старается её избежать. Её лицо казалось равнодушным. Во взгляде было лишь спокойствие и умиротворение. Она не обращала внимания на то, что творилось на поляне, монотонно продолжая заниматься своим делом. — Сколько раз лично ты уходил из моих объятий? Когда лежал без сил под раскалённым солнцем, практически погребённый под песком, ты помнишь мои прохладные объятия, которые принесли тебе тогда избавление от этой нестерпимой жары, что мучила тебя?

Усмехнувшись, девушка внезапно исчезла. Лорг даже не успел заметить, как это произошло.

— Но разве ты остался тогда со мной? — Женские руки обвили ведьмака каким-то образом — она в одно мгновение оказалась за его спиной, обнимая его. Она прижалась к нему и слушала его сердцебиение, от чего кровь застыла в жилах Лорга, заставив его оцепенеть. — Нет. Ты тогда ушёл от меня с этими проклятыми кочевниками. И сколько раз после этого я приходила за тобой, но мне постоянно приходилось уходить с другими.

В её голосе не было ни капли фальши. Грусть, звучавшая в её словах, была настолько искренней, что Лорг начал испытывать странные, смешанные чувства. С одной стороны его одолевал животный страх, с другой — он чувствовал такое спокойствие и умиротворение, что всей душой чуть ли не желал остаться навсегда в её объятиях.

— И вот ты наконец-то сам пришёл ко мне в объятия, проделав такой сложный путь, — Лорг почувствовал, как она с силой прижалась к нему. — И именно сейчас я вынуждена сама тебя отпустить. — Ведьмак скорее почувствовал, чем услышал, как она усмехнулась. — Никогда бы не думала, что такое однажды случится.

Пока они говорили, в озере крови творилось что-то невероятное. Кости, скрытые под озером, начали подниматься, собираясь в скелеты. Они взялись за руки и начали водить хороводы. Даже кости животных собрались воедино и бегали вокруг, только в противоположную сторону. Наблюдая за этой бешеной пляской, ведьмак мог поклясться, что слышал музыку, хотя вокруг царила тишина, и даже удары костлявыми ногами оставались беззвучными.

— Что происходит? — удивился Лорг, не способный оторвать взгляд от бешеной пляски мёртвых. — Неужели я схожу с ума?

— Лучше не смотри на них. Тебе ещё рано присоединяться к их танцу. — Она отпустила ведьмака и встала рядом с ним, тоже наблюдая за происходящим.

— Скажи, чего ты хочешь от меня? — тихо прошептал Лорг, но она находилась к нему так близко, что услышала его вопрос.

— Я хочу, чтобы ты сделал мне одолжение, и кто знает, может, в следующий раз я отплачу тебе тем же. — Ведьмак с удивлением посмотрел на абсолютно спокойную девушку, бесстрастно наблюдавшую за танцем. — Мне нужна твоя помощь, Лорг, чтобы одолеть тварь, которая тут поселилась. — Впервые Лорг уловил эмоции в её голосе, но не смог разобрать, что это было — ненависть, брезгливость или что-то ещё? — Пока она находится здесь, мёртвые не смогут обрести покоя, и я вынуждена приходить сюда каждый день, чтобы утешить их и помочь забыть все печали и обиды.

— С кем же ты хочешь, чтобы я расправился, если даже ты не способна эту тварь одолеть? — удивился Лорг и уставился на девушку.

— Ты прав, я не могу её одолеть, но не забывай: я не отнимаю чужие жизни, а у тебя, ведьмак, это точно выйдет. Я в тебя верю, ведь я неоднократно видела твою работу. — От таких слов Лорг растерялся, не понимая, как их воспринимать — как похвалу или, наоборот, упрёк. — Сущность, с которой я прошу тебя разобраться, не принадлежит этому миру. Само его существование противоречит всем законам природы.

— Ты хочешь сказать, что это нежить, не подвластная тебе?

— Оно порождено чужой волей — существом, что не мертво и не живо, тем, кто находится в вечном сне, и чьи кошмары воплощаются наяву в коротких мгновениях пробуждения.

— Ты говоришь загадками. Как я должен понять, о ком идёт речь? — Ведьмак с досадой посмотрел на девушку, но она не обратила внимания на иронию в его словах. — Может, ты мне уже прямо скажешь, с кем мне предстоит столкнуться?

— Я не знакома с вашими названиями этих сущностей, а то, как я их называю, тебе всё равно ничего не скажет. — Она посмотрела на Лорга. — Прости, тут тебе придётся самому узнать, кто твой враг. Могу лишь подсказать, что эта тварь создала здесь, неподалёку, тотем, который позволил ей закольцевать энергию, породившую её саму. К сожалению, ведьмаку эта информация ничего не дала. Именно благодаря этому тотему она всё ещё существует здесь, в этом мире, а эти места стали прокляты. Энергия, запечатанная в тотеме, не позволяет мёртвым обрести покой. Я скажу тебе, где он находится, и уверена, что именно там ты и найдёшь тварь.

— Мой друг говорил о каком-то старом дереве. Твой тотем — часом не оно?

— Я не знаю, как он выглядит. — Девушка пожала плечами. — Но думаю, ты сразу узнаешь его, когда окажешься там.

— Если ты никогда его не видела, откуда ты тогда знаешь, где он находится? — Ведьмак посмотрел на неё с недоверием.

— А мне и не нужно видеть, чтобы знать. Я чувствую его, но при попытке приблизиться мне становится плохо. Эта энергия словно вытягивает из меня силы, отравляя всё моё нутро. — Её синие глаза полыхнули ярким огнём. — Я хочу, чтобы ты избавился от этой твари и уничтожил этот проклятый тотем, чтобы я, наконец-то, могла навести здесь порядок, пока баланс окончательно не нарушился!

Лорг понимал, о чём она говорит, и лишь молча кивнул в ответ.

— Мне приходится прилагать много сил, чтобы никого не пускать сюда, на эту дорогу, ведь даже смерть маленькой птички способна нарушить равновесие между жизнью и смертью. — Лорг не особо разбирался во всех тонкостях бытия, хоть его учитель много раз пытался объяснить ему, что к чему. Поэтому он снова молча кивнул, делая вид, что понимает, о чём идёт речь.

— Но прежде чем ты уйдёшь, кое-кто хочет тебя увидеть.

— И кто же это? — усмехнулся Лорг, ожидая, что сейчас из ниоткуда перед ним появится Хард. Но к его удивлению, когда она кивнула в сторону кровавого озера, оттуда вышла не его друг, а незнакомая ему девушка.

В отличие от Харда, который предстал перед ним как живой, она была бесплотной, полупрозрачной, слегка светящейся голубоватым светом. Лорг вопросительно посмотрел на стоявшую рядом с ним девушку, не перепутала ли она что-нибудь, но она, как ни в чём не бывало, продолжала наблюдать за приближающимся призраком.

— Здравствуй, ведьмак. — Подойдя, поздоровалась девушка. Ведьмак сразу отметил, что её голос звучал как приглушённое эхо, словно она говорила откуда-то издалека. — Меня зовут Самра Краена, я дочь Драгораса. — Лорг не знал ни её отца, ни её саму, и почему призрак решил встретиться именно с ним, оставалось загадкой. Он уже начал думать, что сейчас она попросит его найти её отца и рассказать ему, что его дочь мертва. Но к его удивлению, девушка и не думала просить его ни о чём подобном.

— Я вижу, ты озадачен, почему я вдруг захотела с тобой встретиться? — Девушка робко улыбнулась, и несмотря на её довольно юное лицо, в уголках рта появились небольшие морщинки, что свидетельствовало о том, что при жизни она любила много улыбаться.

— Прости, если я забыл тебя, но мне кажется, что мы с тобой никогда раньше не встречались. — Честно признался Лорг. — И имя твоего отца мне тоже ничего не говорит. Прости.

— Не извиняйся. Ведь мы и вправду с тобой никогда не виделись. — Самра поспешила заверить ведьмака, что он её ни капли не обидел, но видно сама слегка засмущалась своего поведения и резко замолчала, не решаясь ничего больше сказать.

— Хорошо, Самра. Я рад, что не оскорбил тебя и никак не обидел, но я хотел бы всё-таки услышать, зачем ты захотела со мной встретиться. — Ведьмак старался говорить как можно мягче, заметив, что девушке этот разговор даётся нелегко.

— Я просто хотела тебя поблагодарить, что похоронил мои останки. Мне было очень приятно, что ты не оставил меня тогда в том склепе.

Ведьмак даже не сразу понял, о каком склепе шла речь. Ему понадобилось время, чтобы осознать, что она говорит о катакомбах под старым заброшенным кладбищем, где он сражался с Хасаном.

— Так это тебе не повезло наткнуться на соль пустынь? — Ведьмак посмотрел на девушку с сожалением.

— Если честно, то я не знаю, что это было. Помню только, как нашла ту книгу и положила её на алтарь. Дальше всё было как в тумане. Я не помню, что делала, только голос, который шептал мне и не затихал в голове, пока темнота не поглотила меня полностью. А когда я пришла в себя, то обнаружила, что тот жуткий склеп исчез, и я каким-то образом оказалась наверху. — Самра засмущалась и опустила глаза. — До меня не сразу дошло, что со мной случилось, но когда я увидела тебя и как ты клал мою одежду в вырытую могилу, я внезапно всё осознала… и тогда появилась она. — Самра посмотрела на девушку, стоящую рядом с ведьмаком.

— Значит, это всё-таки было твоё платье. — Ведьмак тяжело вздохнул. Впервые он встретился лицом к лицу с тем, кого у него не было никаких шансов спасти. Но легче от этого не становилось. — Скажи, как ты вообще туда попала?

— Мы с отцом и моими братьями нуждались в деньгах. Мой отец — гордый человек. Всю жизнь он был свободным наёмником и часто ходил в море. Тогда мы жили хорошо, но в последний свой выход он потерял ногу и был вынужден бросить жизнь моряка, из-за чего мы начали жить впроголодь.

Лорг сразу понял, кем был её отец — он был не моряком, а ушкуйником. Понял он это потому, что пиратам не платили ни пенсии, ни выплаты за ранение или потерю конечностей.

Если бы он ходил на торговом корабле, то ему бы полагалась выплата от торговой гильдии и пенсия до конца его жизни.

Так как в морское дело никто особо не горит идти по многим причинам: начиная от паршивого питания и заканчивая каторжным трудом в условиях строжайшей дисциплины, в добавок ко всему — был большой риск для жизни и здоровья. Из-за чего жизнь моряка не кажется такой притягательной.

Когда началась острая нехватка рабочих рук, торговой гильдии пришлось выкручиваться, чтобы заманивать народ на эту службу.

Поначалу, конечно, пытались исправить положение с помощью рабов и узников, но от них было слишком мало толку. Вдобавок частые мятежи, поднимаемые на кораблях, вели лишь к многочисленным казням или, что ещё хуже, потере корабля и появлению новых пиратов.

Поэтому было решено давать наёмникам пожизненную пенсию, если они отходили в море более десяти лет, и выплаты за потерю конечности в случае нападения пиратов или ушкуйников, если они, конечно, хоть кто то из команды умудрялись это пережить.

Всё это гильдия предлагала в добавок к хорошему жалованью, сравнимому разве что с гвардейским, и как-то ей удалось привлечь мужиков к этой опасной работе.

Ещё в качестве дополнительного стимула, если морякам удавалось захватить добычу в виде пиратского корабля во время плавания, то каждый моряк получал свою долю в зависимости от своего статуса и ранга. Но в принципе даже самую минимальную долю можно было купить себе небольшую деревеньку и бросить опасное ремесло.

Таким образом гильдия хотела подстегнуть матросов и капитанов не бежать от пиратов, а сталкиваться с ними в бою, чтобы вернуть себе потерянные корабли, а в перспективе — ещё и раздобыть новые.

Но к сожалению для гильдии, таким энтузиазмом горели только наивные сопляки, наслушавшиеся баек в кабаках да тавернах, за которые между прочим гильдия неплохо доплачивала старым морякам и вербовщикам. Кто был с опытом — знали, что лучше избежать лишний раз боя, так как пиратам терять уже нечего.

В любом случае они везде будут покойниками, и нападение на суда — единственный для них способ выжить, захватывая не столько товары и золото, сколько провизию на корабле.

А с ушкуйниками вообще никто не хотел связываться, ведь эти ребята были полностью отмороженными. И в отличие от моряков и тех же пиратов, они были хорошо вооружёнными воинами, развлекающимися разбоем в мирные времена.

Ушкуйники убивали всех подряд и грузили на свои небольшие корабли ровно столько, сколько могли унести. Остальное, вместе с командой, либо сжигали, либо просто топили. Каждый моряк, кто плавал хотя бы раз, знал, что встреча с ними — гарантированная смерть, поэтому старались всеми силами избежать этой встречи.

Или, в случае появления их на горизонте и неспособности уйти от преследования, капитан распоряжался выпустить «мула» — так матросы называли лодку, полностью забитую товаром, золотом или серебром, в качестве откупа. Иногда это срабатывало, иногда — нет, но это был единственный шанс хоть как-то откупиться от бандитов. Ведь если ушкуйники увидели добычу, они будут преследовать её, пока не настигнут.

А как правило, свою цель они находили всегда, даже могли совершить налёт на порт или крепость, объединившись в ударный кулак, состоящий из пяти или десяти отрядов.

— А когда ещё и младший брат заболел, мне не оставалось ничего, кроме как молиться богам, — рассказ девушки отвлёк Лорга от размышлений об отце. — И как мне тогда казалось, они услышали мою мольбу. Когда я спала, ко мне во сне пришла девушка, она была одета в белоснежные одеяния. — Лорг сразу догадался, что боги тут были ни при чём — это явно была работа оракула. — Эта девушка направила меня в тот склеп. Она указала мне дорогу и сказала, что именно там я смогу найти решение всех своих проблем. — Лорг не сомневался, что оракул, направившая девушку на смерть, и та, что напала на него, — одно и то же лицо. — Она сказала, что если я найду эту книгу, то она исполнит все мои желания.

Картинка начала потихоньку складываться. Видимо, оракул не хотела прибегать к помощи ведьмаков, чтобы избежать ненужного внимания, поэтому попыталась найти кого-нибудь, способного слышать гримуары, предполагая, что он сможет сопротивляться его чарам.

Вот только оракул не учла, что обычный человек, даже имеющий расположенность к магии, не будет способен совладать с силой гримуара, в котором содержится частичка души могущественного демона. Не зная даже, кому он принадлежит, Лорг сразу почувствовал силу, исходящую от книги, как только взял её в руки.

Но почему книга призвала Хасана? Вот этот вопрос тяготил ведьмака. Обычно гримуары подчиняли себе волю человека и, наоборот, уводили его в тонкий мир. Как правило, ими становились дети, потому что овладеть их разумом гораздо проще. К тому же, ребёнок обладает большим запасом жизненных сил, необходимых для работы с гримуаром.

Обычно гримуары, обладающие собственной волей, сами определяют, на что способны их жертвы. Если им хватит сил совершить переход, тогда, независимо от возраста, гримуар заставляет человека перейти в тонкий мир. Если жертве не хватает сил для перехода, тогда гримуар из вредности может наслать на него смертельное проклятие или призвать какую-нибудь сущность из другого мира.

Как-то раз Лорг задал учителю вопрос: почему гримуары так поступают? Учитель рассмеялся и сказал, что у них просто очень скверный характер и ещё хуже чувство юмора.

Отчасти он даже не обманул. Не сразу конечно, но со временем Лорг узнал, что, хоть в гримуарах и запечатана огромная сила, она не бесконечна.

Если в другом мире, где они создаются, магия буквально пропитывает всё, то в мире яви гримуар сам не сможет восполнить свою силу.

Для этого он либо накладывает проклятие на того, кто поддался его воле, и начинает питаться его жизненной энергией, чтобы восстановить свои силы. Либо сам призывает какую-нибудь сущность из другого мира, название которой записано в нём, чтобы установить с ней связь и через неё поддерживать себя.

На второй вариант были способны только могущественные гримуары, написанные одним из десяти домов.

Теперь нужно было как-то выяснить — сам ли гримуар вызвал Хасана, или это было специально подстроено. Оракул явно знала об угрозе, но зачем ей надо было предупреждать его, а потом пытаться убить?

Размышляя про себя, ведьмак даже не заметил, как девушка закончила говорить. Его переполняли вопросы, на которые у него не было ответов, но он знал, у кого их можно найти.

— Тебе пора идти, ведьмак! — Голос девушки выдернул Лорга из собственных мыслей. Он огляделся и увидел, что призрак Самры исчез. — Хоть я и позволила вам эту встречу, живым лучше не разговаривать с мёртвыми, и тебе бы было неплохо это усвоить. — Девушка впервые усмехнулась. — Эта тварь чувствует тебя. Она знает, что ты идёшь за ней.

— Да я уже понял, что это не ты отправляла ко мне Харда и ту девчонку. — Лорг скрестил руки, ожидая дальнейших инструкций. — Ну так как, ты скажешь, куда мне предстоит идти?

— Иди той же дорогой, что и шёл, но лошадь и существо оставь лучше здесь. Если они приблизятся к тотему, тогда я не смогу их дальше защищать.

— Так это из-за тебя они такие спокойные? — Усмехнулся Лорг и понимающе кивнул.

— Лошадь — да, а вот существо, восседающее на ней, вне моей власти. Поэтому я просто мешаю ему попасть в наш мир.

— Теперь понятно, почему Сапфир так много спит. Кажется, после такого она точно будет не в настроении. — Лорг усмехнулся. — Хорошо, я оставлю их здесь. Как я должен буду понять, что я на месте?

— Не переживай, ты поймёшь, как только окажешься на месте. А теперь ступай, у меня здесь ещё много дел. — Лорг развернулся и уже собрался идти, когда она окликнула его: — И ещё, ведьмак… не верь тем, кто смог избежать смерти. Ведь они перестают понимать жизнь.

Лорг молча кивнул и отправился дальше. Отыскав дыру в густом кустарнике, он выбрался обратно на дорогу. Обернувшись, он увидел, что дыра сразу исчезла.

— Значит, это всё-таки было приглашение. — Грустно улыбнулся ведьмак, понимая, что, даже если он попробует кому-нибудь рассказать, что лично встречался с самой Мареной, ему никто не поверит. — Наверное, лучше об этом никому не рассказывать.

Он подошёл к лошади и потрепал её по гриве, потом аккуратно погладил Сапфир и разбудил её. Лениво открыв заспанные глаза, кошка посмотрела на ведьмака.

— Слушай, дальше я пойду один. И если я не вернусь до завтра, тогда не надо меня искать — просто уходите отсюда. — Лорг погладил и почесал Сапфир за ушком. — Надеюсь, ты меня услышала.

Достав из сумок всё, что, по его мнению, могло пригодиться, Лорг закинул небольшой мешок за спину и пошёл дальше по дороге, оставив лошадь и Сапфир под защитой самой богини смерти.

Глава 4 Между жизнью и смертью.

Идти пришлось довольно долго, прежде чем Лорг увидел свет, исходящий из чащи леса. Когда он приблизился, до него начали доносится голоса людей.

Ведьмак был уже научен, что верить в подобные видения нельзя, но всё выглядело настолько реалистично и мирно, что он мог бы поклясться, что перед ним сидят самые настоящие живые люди.

Скрываясь за кустами Лорг решил понаблюдать за людьми.

С первого взгляда всё выглядело нормально, большая часть людей сидела вокруг нескольких костров в то время как небольшая группа женщин, была занята приготовлением пищи и подготовкой к ужину, расставляя тарелки на покрывала которые судя по всему заменяли собой столы.

Со стороны леса стояли гружённые обозы, а лошади мирно паслись привязанные к деревьям, около повозок.

Рядом с ними отдельно от всей группы, расположились трое крепких мужчин, передавая по кругу бурдюк.

Ничто казалось не могло в данной картине вызвать подозрения, но только Ведьмак заметил одну странную деталь, которую можно было понять только внимательно наблюдая за происходящим.

На первый взгляд со стороны казалось, что в лагере во всю кипит жизнь, но на самом деле все повторяли одни и те же действия, так словно были зациклены делать одно и то же.

— Ловушка, — сразу понял ведьмак. — Значит, я уже близко. Жаль только, непонятно — куда идти дальше.

— Осторожно, они пока не видят и не слышат тебя, но если узнают, что ты здесь, то тут же накинутся, — раздался знакомый детский голос рядом с ведьмаком.

Подавив дикое желание закричать, Лорг посмотрел туда, откуда доносился голос, и увидел рядом с собой Орью.

— Как ты здесь оказалась? — удивился ведьмак, хотя вида не подал.

— Я всегда была здесь, — тихо и грустно ответила девочка.

— Эти люди, которых ты сейчас видишь… когда-то были моей семьёй, — продолжила она, не отводя взгляда от лагеря и не обращая внимания на Лорга.

— Кто они? — спросил ведьмак, но тут же поправился: — Вернее, кем они были?

— Людьми. Просто рабочими, которые ехали на рудники, — коротко и равнодушно ответила Орья. — А сейчас они лишь тени самих себя, проклятые вечно повторять одно и то же.

— Ты знаешь, что с ними произошло?

— Да! — Орья кивнула и встала. — Пойдём, я тебе покажу.

Она пошла вглубь леса, быстро скрываясь в темноте, и Лоргу ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.

— Всё произошло довольно быстро, никто даже не успел понять, что случилось, — начала рассказывать девочка, как только ведьмак её нагнал. — Мы как раз въехали в эту часть леса, когда решили остановиться на ночлег.

Ведьмаку показалось, что голос Орьи немного изменился, но он не придал этому значения, будучи вынужденным постоянно уворачиваться от веток, которые норовили ударить его по лицу.

— Взрослые начали разбивать лагерь, а мы с братом побежали в лес за дровами, — не оборачиваясь на ведьмака продолжала свой рассказ Орья.

Сначала Лорг хотел поравняться с девочкой, но внезапно понял, что с ней что-то не так, и вместо этого предпочёл наоборот отстать на полшага.

— Пока мы были в лесу, в лагерь пришёл таинственный мужчина. Он попросил разрешения отдохнуть у огня, следуя правилу — не отказывать путникам, взрослые пустили его и предложили еды.

Орья была скрыта тенью, поэтому ведьмак плохо её видел. Ему мешали листья и кустарники, которые периодически скрывали девочку из виду, хотя она была совсем рядом.

Когда она снова появилась из-за очередного куста, ведьмак сразу заметил, что она стала выше, а её голос стал глубже, более взрослым.

— Когда мы вернулись с братом обратно в лагерь, всё было кончено, —сказала Орья, скрывшись за следующим густым кустарником.

Лорг продолжал слышать её голос, пытаясь пробраться сквозь кусты следом за ней.

— Весь лагерь был мёртв, а мужчина в чёрном балахоне стоял над их телами. Я помню только как он посмотрел на меня, а дальше все воспоминания как в тумане.

Лорг кое-как выбрался из кустов и оказался на поляне. Посреди которой, освещённое светом луны, стояло большое мёртвое дерево, о котором, судя по всему и говорил Хард.

— Я помню как он поманил меня, и я не могла сопротивляться ему. Ноги не слушались, страх парализовал всё тело, но я не могла противиться его воле. Он звал — и я шла покорно.

Лорг внимательно осмотрел поляну. Он чувствовал силу, исходящую от дерева, но сама поляна выглядела обычной. Ведьмак усмехнулся и посмотрел на девочку, вернее — на женщину, которая теперь стояла рядом с ним.

— Интересно, Харду ты рассказала такую же историю, прежде чем убила его? — Лорг выхватил меч и направил на девушку.

— Понятия не имею, кто такой этот твой Хард, — насмешливо ответила Орья, или то, что притворялось ею. — Но да, они все слышат одну и ту же историю, прежде чем умереть.

Тело девушки начало деформироваться. Сначала удлинились руки, за ними с хрустом — ноги, из-за чего существо стало выше ведьмака на целую голову.

— Да красоткой тебя не назовёшь, если честно выглядишь ты просто отвратительно, — усмехнулся Лорг, глядя, как существо медленно выходит на свет.

Большие впалые глаза горели красным огнём, лицо оплавилось, словно восковая свеча. Бледная кожа дрябло висела, обтягивая вытянутый череп. Нос впал, нижняя челюсть вытянулась и стала более массивной. Тварь мерзко усмехнулась, обнажив рот, полный острых зубов.

Лорг сплюнул и достал из сумки маленький флакон с чёрной жидкостью. Выпив его залпом, он перехватил меч поудобнее и решительно направился к твари.

Существо не растерялось от действий ведьмака — напротив, словно насмехаясь над ним, оно продемонстрировало, что трансформация ещё не закончена.

Подняв руку, тварь начала одновременно подманивать ведьмака и демонстрировать, как её пальцы стали удлиняться, а ногти превращались в острые чёрные когти.

Тварь даже не успела ничего сообразить прежде чем ведьмак одним молниеносным движением меча отрубил ей руку, которой она насмешливо подзывала его подойти поближе.

С недоумением глядя на культяпку, из которой хлестала чёрная зловонная жижа, тварь перевела взгляд на лежащую перед ней отрубленную кисть и лишь весело рассмеялась.

— Это тебе не поможет, — заявила она сквозь мерзкий высокий смех и тут же показала, что на месте только что отрубленной руки выросла новая. — Вот видишь, твои усилия напрасны. А когда ты выдохнешься, я выпотрошу тебя целиком и набью твои внутренности камнями и палками.

— Хорошо, значит, съесть меня ты не собираешься, — спокойно констатировал Лорг. — Скажи, тех, кто на поляне, ты тоже набила палками и камнями? Или просто убила?

— Они были нужны мне. Я должна была принести их в жертву, чтобы получить достаточно сил и удержать здесь энергию господина, — голос твари стал более шепелявым. — Но я вернула их с помощью его благословения. Ведь господин милостиво избавляет всех от оков смерти.

Её шея вытянулась и стала более массивной, вены начали выпирать и потемнели, что ещё больше подчеркнуло бледность монстра.

— Но для тебя у меня кгх…

Лорг не стал слушать, что она для него припасла. Вместо этого он просто отрубил ей голову, а затем рубанул по диагонали, разрубив туловище на две части.

— Ну, так-то лучше, — тяжело вздохнул ведьмак, убирая меч. — Ладно, посмотрим, что там с этим тотемом.

Ведьмак уже понял, где он находился, поэтому сразу направился к дереву.

— Ты думаешь, что всё будет так легко? — снова раздался насмешливый голос.

— Хотелось бы, — не оборачиваясь, ответил ведьмак. — Но я знаю, что ты всего лишь правдоподобная иллюзия, и нет смысла тратить на тебя силы.

— Как ты понял? — Голос твари резко изменился, стал обычным, таким, каким она говорила, когда они шли сюда.

— Очень просто. Ни одно живое существо не способно регенерировать с такой скоростью, с какой ты отрастила себе новую руку, — спокойно объяснил Лорг, исследуя странные письмена на земле вокруг дерева. — Интересно, это какое-то защитное заклинание?

— Идиот, ты не уйдёшь отсюда живым! — крикнул кто-то. — Взять его!

Из леса начали выходить мертвецы, закованные в броню рыцарей ордена белого солнца.

Поначалу они двигались медленно и неуклюже, но с каждым шагом их движения становились проворнее и быстрее. Видимо, круг, защищающий дерево, как-то влиял на них, придавая силы.

— Здравствуй, Лорг. Вот мы и встретились снова! — раздался знакомый голос, и словно из воздуха, из круга, вышел Хард. — Никогда бы не подумал, что именно так всё закончится. В его голосе слышалась ирония и грусть. — Прости, но я не могу позволить тебе уйти отсюда живым.

— Хотел бы я сказать тебе то же самое, но мы оба знаем, что ты уже покойник, — Лорг с наглой ухмылкой посмотрел на товарища, и они рассмеялись.

— Знаешь, а ведь я всегда терпеть тебя не мог, — сказал Хард, доставая меч и переходя в боевую стойку. — Любимчик Вазарана. Вечно делаешь, что хочешь, и где хочешь. Другие смотрят на тебя с восхищением, но я знаю, какой ты на самом деле.

Лорг спокойно слушал своего товарища, не выказывая никаких эмоций.

— Стойте, шавки! Он мой! — воскликнул Хард и рыцари послушно остановились, окружив ведьмаков. — Но знаешь, за что я тебя больше всего ненавижу? — Хард посмотрел на Лорга из-под лба и, не дожидаясь ответа, пошёл в атаку. — Скажи честно, ты хоть раз задумывался о чувствах Бранхи?

Лорг отбил быстрый выпад Харда, но тот умудрился толкнуть его плечом и сразу же провёл удар снизу, который Лорг уже не смог заблокировать. Пришлось отступать, отдавая преимущество противнику.

— Конечно же, тебе было плевать на неё, как и на всех остальных. Ведь есть только ты и великая ведьмачья миссия! — Хард продолжал наступать, не давая Лоргу разорвать дистанцию, постепенно загоняя его к рыцарям, которые держали мечи наготове. — Ну же, отвечай мне!

Удар сверху был нанесён с такой силой, что даже несмотря на то, что Лорг принял его лишь вскользь, ему всё равно пришлось отпрыгнуть, чтобы сместить траекторию и избежать полного попадания.Это оказалось ошибкой:

В тот же момент он чуть не получил удар в спину от одного из рыцарей, стоявших за ним. Чтобы этого не произошло, Лоргу пришлось резко развернуться, потеряв Харда из виду, за что он тут же поплатился.

Остриё меча пробило кожаную куртку и вошло немного выше лопатки. Сомнений не было— Хард целился в сердце и Лоргу чудом удалось этого избежать.

— Что-то смотрю, ты совсем растерял сноровку, дружище! — насмешливо начал издеваться Хард. — Неужели стареешь?

— Да заткнись ты уже! — огрызнулся Лорг, пытаясь нащупать рану. — Только и знаешь, что языком трепать!

— Конечно, ведь мой язык, как и мой меч, всегда бьют точно в цель, — Хард не спешил подходить к Лоргу. Вместо этого он снова начал двигаться по кругу. — Мне, конечно, не хотелось бы, чтобы Бранха проливала свои слёзы по такому ублюдку, как ты! — Он сплюнул и остановился. — Но скажу по секрету — я всегда мечтал, чтобы ты не вернулся из очередного своего путешествия. Тогда бы я смог утешить её, сделал бы всё, что в моих силах, чтобы она забыла тебя как можно скорее.

Лорг посмотрел на свои окровавленные пальцы и попробовал подвигать плечом. Убедившись, что рука работает, он поднял меч и приготовился к следующему раунду.

— Что ж, ты никак не сдохнешь? — тихо выругался Хард.

На этот раз по кругу пошёл Лорг, задавая свой темп — более медленный и плавный. В отличие от Харда, который двигался большими шагами, стремясь сократить дистанцию как можно быстрее, ведьмак сокращал её незаметно, настолько плавно, что Хард постоянно вынужден был замедляться и корректировать свою скорость.

Как и ожидал Лорг, Хард не мог правильно оценить дистанцию в таких условиях. К тому же он в очередной раз отвлёкся, пытаясь подстроиться под противника, чем Лорг сразу воспользовался.

Всего одним прыжком ведьмак оказался на нужной дистанции для удара. Изобразив атаку сверху, он в последний момент перевёл клинок в сторону, и Хард не успел среагировать.

— Один-один, — усмехнулся Лорг, глядя, как Хард зажимает окровавленный бок.

— Ты же понимаешь, что для меня это просто царапина? — усмехнулся в ответ Хард. — Или ты действительно думал, что мертвеца можно зарезать?

Все рыцари разразились весёлым хохотом.

— Ты пойми, дружище, тебе не победить. Чем раньше ты это осознаешь, тем безболезненнее всё пройдёт.

— Возможно, ты и прав, — сказал Лорг, выпрямившись и запустив руку во внутренний карман, доставая оттуда флягу. — Кстати, по поводу Бранхи… не думай, что я не замечал её чувств или не видел, как ты на неё смотришь. Поверь, у тебя не было ни единого шанса быть с ней. И скажу по секрету — она часто говорила, что ты напоминаешь ей осла, который бегает за ней как за морковкой.

Если Лорг хотел разозлить Харда, то у него это получилось отлично. Что-то прошипев в ответ, Хард бросился на него, забыв обо всём, даже о своей ране.

Но ведьмак не собирался принимать атаку в лобовую. Вместо этого он сделал замах и метнул открытую флягу прямо в лицо бывшего товарища.

Хард хоть легко увернулся, но всё же на долю секунды отвлёкся, чем тут же воспользовался Лорг используя каждое мгновение, чтобы нанести следующий удар, рубанув его наотмашь.

— Аргх! — вскрикнул Хард, тяжело опускаясь на одно колено. Из его груди начали вываливаться окровавленные камни и ветки. — Лорг, останови это! Останови её, прежде чем…

— Ааааргх! — издав дикий вопль, Хард начал усыхать, пока не превратился в высохший скелет, так и не закончив мысль.

— Зря я решила, что он действительно сможет тебя остановить! — раздался голос Орьи. Лорг обернулся и увидел, как рядом с деревом сидит девочка, наблюдая за происходящим. — Просто сдайся, ведьмак. Твой друг прав — у тебя здесь нет ни единого шанса. Оглянись вокруг.

Из леса медленно начали выходить новые мертвецы. Было видно, что между ними мало общего — значит, они оказались здесь в разное время и при разных обстоятельствах.

Кто-то был вооружён, у других были только палки и камни. Большинство были одеты в простую рабочую одежду — рубахи да шерстяные штаны.

Но некоторые имели короткие дротики и длинные ножи, при чём одеты были чуть лучше рабочих — на них виднелись металлические нашивки на кожаных куртках, полосы дублёной кожи на суставах, большие металлические кольца, накладывающиеся друг на друга. Всё это любили как наёмники таки и бандиты. А теперь, после смерти, их и вовсе стало невозможно отличить друг от друга.

Но даже несмотря на то, что тела сохранили все навыки, полученные при жизни, но для Лорга они большой проблемы не представляли — разве что количеством.

Совсем другое дело — обстояло с рыцарями в тяжёлом доспехе.

— Да, наверное, ты права, — иронично усмехнулся Лорг, бросил меч на землю и опустился на колени.

— Правильно, ведьмак, нет смысла сопротивляться! — Лорг смотрел на Орью, когда она и дерево за ней начали расплываться, рассеиваясь, словно туман. — Прими милость нашего господина! Познай наслаждение через боль и смерть! Возрадуйся, очищённый его огнём! — Голос стал звучать так, словно доносился издалека.

То, что до этого говорило через Харда и девочку, наконец решило показаться само. — Не бойся, я позабочусь о тебе. Сначала убью, а потом верну к жизни.

Туман окончательно рассеялся и перед ведьмаком предстала совершенно иная картина.

К стволу дерева были прибиты иссохшие и измождённые тела людей.

На их лицах застыла агония. В пустых глазах, покрытых белесоватой плёнкой, отражался настоящий ужас.

Но самое страшное, что все они были ещё живы. Лорг видел, как билось сердце человека, висящего перед ним, и как кровь из ран стекала по стволу, питая корни дерева.

Ему даже показалось, что он где-то видел этого мужчину, хотя мог и ошибаться — сейчас, глядя на эти измученные лица, было трудно узнать в них когда-то живых людей.

Ведьмак посмотрел вниз и среди корней заметил небольшой алтарь, сложенный из камней. На нём лежали раскрытые гримуары — один из них, судя по всему, принадлежал Харду.

— Подойди, ведьмак, и прими свою участь! — Корни раздвинулись, и из-под них выползло существо, отдалённо напоминающее мумифицированного человека.

Тело было покрыто сморщенной кожей тёмно-коричневого цвета, сильно напоминающей кору дерева. Судя по всему, это позволяло твари прекрасно прятаться в лесу, сливаясь с деревьями.

— Чего же ты ждёшь?

— Да как сказать? — Лорг пожал плечами и схватил валявшийся рядом меч. — Ждал, когда ты, мразь, наконец покажешься!

Ведьмак бросился на тварь, там где она вышла из-за барьера, который скрывал и одновременно не позволял приблизиться к дереву.

— Взять его! — взревела тварь, но было уже слишком поздно. Закованные в тяжёлые доспехи мертвецы, даже при жизни, никогда бы не догнали ведьмака.

Лорг успел подобрать на ходу флягу, которую кинул в Харда, после чего быстро пересёк поле их битвы и без колебаний всадил свой меч по рукоять в грудь твари.

— Ах ты ничтожество! — Рука твари схватила Лорга, и её острые чёрные, обломанные когти, прорвав куртку, вошли в плоть. Лорг застонал от боли, но меч не выпустил. — Думаешь, что сможешь меня убить?

— По моему мнению, у меня это неплохо получается? — скрепя зубами, вымученно улыбнулся Лорг. — Но если у тебя есть предложения, как сделать это эффективнее, я с удовольствием выслушаю.

— Заткнись! — Тварь с силой схватила плечо ведьмака, и послышался хруст костей. По телу побежала тёплая струя крови. — За твою дерзость я не убью тебя сразу. Сначала ты будешь мучиться! Агх… — Лорг провернул меч в груди твари. — Ублюдок!

Тварь легко подняла ведьмака одной рукой в воздух и со всей силой отшвырнула его прочь, не заметив как в этот момент он выронил пустую флягу из рук.

— Избейте и разорвите его на куски!

В тот же момент, как только Лорг упал на землю, его окружили рыцари и начали избивать железными сапогами.

Хоть ведьмак и старался прикрывать голову руками, удары всё равно были болезненными.

Пару раз ему досталось по лицу и затылку. Но, видимо, решив, что с него достаточно, рыцари разошлись и подняли его, схватив с двух сторон за руки. И Лорг увидел, как от дерева к нему потянулись корни.

— Вот видишь, а ведь всё могло пройти безболезненно, — сказала тварь, глядя на рыцаря, державшего ведьмака. — Левая нога!

В тот же миг рыцарь ударил Лорга под колено, и как только нога слегка согнулась, в неё воткнулся его собственный меч. Наблюдая, как ведьмак скорчился от боли, тварь раскрыла пасть, усеянную острыми зубами, и весело рассмеялась, отбрасывая свои длинные чёрные волосы в сторону.

— Какие же вы всё-таки людишки хрупкие. Любая незначительная мелочь может убить вас в любой момент.

— Ты права. Именно это и называется жизнь, — Лорг посмотрел в чёрные глаза твари и сплюнул кровь. — Но тебе этого не понять. Ты не знаешь, на что способен человек, чтобы выжить! — продолжая улыбаться он щёлкнул пальцами. — Знаешь, как у нас говорят: «Когда-нибудь в жизни всё случается в первый раз!»

В то же мгновение, как ведьмак щёлкнул пальцами, тварь почувствовала жгучую боль в том месте, куда он всадил меч.

— Что это?! — Чудовище попыталось сбить огонь руками, но пламя мгновенно перекинулось на них. — Это магия? Как такое возможно? — Тварь забилась в панике, пытаясь потушить огонь, но вместо этого всё, до чего она касалась, тут же вспыхивало. — Как ты сумел здесь колдовать?! — Она дико вопила и металась вокруг корней в ужасе. — Нет, нет, нет! Мой тотем! Что ты наделал?!

Пока она метались из стороны в сторону, так и не догадавшись, что кроме неё никто огня не видит, Лорг легко избавился от держащих его рыцарей так как они сразу потеряли всю свою прыть когда тварь потеряла над ними контроль.

— А чтоб тебя зараза... Аргх сука! — Схватившись за рукоять меча, Лорг вытащил его лезвие из ноги и злобно посмотрел на тварь, которая продолжала метаться из стороны в сторону.

— Значит, ты боишься огня, — сказал ведьмак, подходя к своей сумке из достал ещё одну флягу. Открутив крышку, он насыпал немного в неё сахара и добавил чёрное масло кхума — получив таким образом крайне горючую смесь которую не могла потушить даже вода.

— Ну посмотрим, понравится ли тебе это! — Лорг усмехнулся и медленно направился к твари, взяв с собой огниво.

Он не знал, как долго будет действовать зелье из морока, и подействует ли оно вообще на эту тварь.

Но на его счастье, эффект не заставил себя ждать — тварь атаковали её самые страшные кошмары.

О том, что мороки умеют внушать парализующий ужас своим жертвам, ведьмаки знали давно.

Даже ошибочно считалось, что они владеют какой-то формой ментальной магии, которая позволяет вселять страх в сердца своих врагов.

Но к своему удивлению, когда было произведено первое вскрытие этой твари, ведьмаки обнаружили, что в её языке есть тонкая трубка, связанная с небольшими мешочками, которые были прикреплены к лёгким.

Когда ведьмак Зурвик решил подробнее изучить строение языка, он случайно обнаружил ещё два отростка, прикреплённых к языку.

Вскрыв их, он нашёл внутри железы. Одна содержала жидкость, которая при контакте с воздухом быстро затвердевала, становясь твёрдой и ломкой.

Из этого Зурвик сделал вывод, что эта жидкость заполняет трубку в языке и превращается в нечто вроде дротика, которым тварь способна плеваться.

Вскрыв второй мешочек с железой он обнаружил в нём, чёрную густую жижу, из чего предположил, что в другой железе содержится яд, с помощью которого мороки охотятся.

Решив испытать яд на крысах, Зурвик добавил его в воду и дал животным, но сколько бы он не ждал — результатов не было.

Крысы просто забились по углам и замолкли, но ни одна из них не умерла.

Предположив, что дело может быть в воде, Зурвик решил убрать её, после чего сразу отметил странное поведение крыс.

Все крысы которые избегали контакта с сородичами и сидели поодиночке, вдруг начали бешено спариваться, не обращая внимания на пол партнёра.

Эту особенность Зурвик также внёс в свои записи.

На следующем этапе Зурвик добавил больше яда, но уже на кусочек мяса, которое скормил крысам.

И снова всё повторилось: ни одна из подопытных крыс не умерла, они сначала тихо посидели по углам, а затем снова принялись спариваться.

День за днём Зурвик пытался разгадать загадку странного яда, скармливая его крысам, но каждый раз получал один и тот же результат.

Тогда он решил проверить, что будет если капельку застывшей жидкости добавить к яду.

Смешав их в воде, он заметил, что застывшая часть мгновенно вернулась в жидкое состояние при контакте с водой. Добавив яд, он скормил смесь крысам.И почти сразу началось нечто невероятное.

Вместо того чтобы привычно забиться по углам, крысы начали носиться по клетке с диким визгом, сталкиваясь и врезаясь в решётки с такой силой, что Зурвик начал опасаться, что они сейчас разнесут всю клетку.

Но прежде чем это случилось, две крысы упали замертво, а две другие продолжили носиться, не обращая внимания на своих мёртвых сородичей, топча их тела в грязь.

Зурвик тут же принялся записывать результаты, только вот в тот день дописать их ему не удалось.

Яд, которым он покрыл мясо, остался на его пальцах, а горе-учёный имел привычку облизывать пальцы перед тем, как взять пергамент.

В результате, когда на шум прибежали двое учеников, стажирующихся у Зурвика, они застали его размахивающим мечом и рубящим на куски мебель.

Но как только учитель обратил на них внимание, он набросился на них с криком полным страха и отчаянья, словно перед ним стояли не дети, а жуткие твари пришедшие за ним с другой стороны.

Когда он пришёл в себя, то обнаружил, что рядом с ним лежали изуродованные и изрубленные на куски тела его учеников.

Он знал, что за это его ждёт смерть, поэтому принял решение бежать, пока никто ничего не узнал.

Но прежде чем он подался в ренегаты, Зурвик оставил подробное описание действия токсина — расписав всё, что сам испытал, и какие пропорции были применены.

После этого он поспешно выехал, не взяв с собой никаких вещей.

Лорг предполагал, что Зурвик оставил свои записи, чтобы хоть как-то оправдаться перед орденом за свой поступок. И если это могло оправдать убийство учеников, то на его побег уже никто не смог бы закрыть глаза.

В результате труды Зурвика были благополучно изучены и взяты на вооружение, а сам он был объявлен ренегатом и помечен для охоты.

Пропитав тряпку содержимым фляги, ведьмак начал высекать искру, думая о том, что Зурвику точно бы понравилось, что Лорг сумел выяснить на деле то, что тому жаже и не снилось проверить, тем-более на нежити!

И зная Зурвика, он бы дорого заплатил, лишь бы посмотреть на это зрелище и записать результаты.

— Уверен, ты не знакома с легендами Шамуитов!

Лорг посмотрел на тварь, которая не обращала на него никакого внимания. Пропитав тряпку он поджёг её и хромая, медленно подошёл на расстояние броска.

— Тёмными ночами, наподобие сегодняшней, сидя у костра, они рассказывают молодым воинам истории о богах. Одна из легенд повествует о зарождении мира и гласит: когда боги сотворили мир из тела эрмира, они спустились на него чтобы почтить и восславить своего отца, ударив о камень, боги высекли первую искру, из которой родился их брат — бог огня.

Лорг посмотрел на полыхающий коктейль в своей руке.

— И когда боги окружили его, чтобы поприветствовать нового собрата, бог неба вручил ему в знак приветствия железный трезубец, из которого и возникла первая искра.

Замахнувшись, ведьмак бросил горящую флягу в корни дерева. После чего усевшись на землю, он продолжил рассказ, наблюдая, как пламя начинает поглощать ствол старого мёртвого дерева.

— Знаешь… Шамуиты считают, что именно бог огня вдохнул жизнь в их мир. Именно он оживил глаз мёртвого бога, когда они вознеслись к нему вместе с остальными богами. Его они почитают вторым после самого Мёртвого бога. Для них он олицетворяет жизнь, а для тебя, тварь, его огонь будет означать смерть!

Отблески рыжего пламени играли на измученном лице Лорга. Ведьмак продолжал наблюдать за огнём, рассказывая историю скорее самому себе, чем полыхающей твари, которая металась из стороны в сторону в смертельной агонии.

Он не слышал диких воплей твари, не замечал приближающегося топота тяжёлых сапог за спиной — он был слишком измотан этим сражением.

Всё, что он сейчас чувствовал, так это то как всё его тело наливалось тяжёлым свинцом.

Рана на бедре, полученная на кладбище, снова открылась, несмотря на то, что он зашил её перед поездкой и даже намазал заживляющей мазью, ускоряющей восстановление, но полностью рана так и не затянулась.

Кровь из раны, полученной от Харда, стекала по спине тёплой струйкой.

Плечо, проткнутое когтями твари, начало раздражающе пульсировать и ныть, а пробитая насквозь нога просто лежала в луже крови.

У ведьмака больше не было ни сил, ни желания замечать что-либо вокруг.

Он просто смотрел на огонь, тихо рассказывая самому себе историю, чувствуя при этом, как пламя поглощающее плоть чудовища, начинало обжигать его лицо всё сильнее.

Хотя, возможно, это у него начался жар?

В общем, ему было уже всё равно. Он сделал своё дело, а сейчас он просто чувствовал дикую усталость и как будто проваливался в бездонную тёмную пропасть, слыша лишь далёкие отголоски голосов окружавших его мертвецов.

Да, он уничтожил тотем, но сила, заключённая в нём, никуда не исчезла. Она не могла просто рассеяться в воздухе, а смерть твари не принесла того результата, которого он ожидал.

Напротив — стало только хуже. Сила, высвободившаяся из-под контроля, начала буйствовать, и теперь мертвецы были свободны.

И судя по всему, они уже окружили его, чтобы разорвать на куски.

Но Лоргу было глубоко плевать, у него не осталось ни сил, ни желания чтобы что-то делать.

Поэтому ему оставалось только смириться со своей участью.

— Ты сделал то, о чём мы договаривались. Теперь я могу сделать то, зачем пришла сюда. — Мрак начал немного рассеиваться, и Лорг увидел перед собой знакомое лицо. — Но мне понадобится время, чтобы восстановить здесь равновесие и навести порядок.

— Да делай, что хочешь, только отвали, — с трудом усмехнулся ведьмак. — Не грузи меня сейчас всей этой своей тягомотиной. Если ты не заметила, я тут немного смертельно устал.

— Не переживай, я выполню своё обещание и вознагражу тебя за работу. А пока отдыхай, ведьмак. Ты это заслужил.

Её лицо исчезло, и Лорг окончательно провалился во тьму.

Глава 5 Кто спорит с будущим императором?

Конечно же ведьмак о многом умолчал в своём рассказе и не стал упоминать о встрече с богиней смерти и о том, что он расправился с чудовищем, ограничившись лишь короткой историей о том, какие странности поджидали его на пути и как он столкнулся сначала с нежитью, а потом и с монстром, который ей управлял.

Из его истории выходило, что он попытался сразиться с тварью, но она оказалась слишком сильна, из-за чего ему полуживому, пришлось отступить.

— Как мне удалось выбраться оттуда живым, я и сам не представляю, — сказал Лорг, — но сейчас я направляюсь в Орден, чтобы обо всём рассказать своим братьям.

Молодой император молча выслушал рассказ ведьмака. За всё время он ни разу его не перебил, а его лицо не выражало никаких эмоций, демонстрируя лишь сосредоточенность на рассказе собеседника.

— Кто знает, возможно, если мы придём сюда небольшим отрядом, у нас получится одолеть эту тварь, — продолжал Лорг. — Но до тех пор, ваше величество, я бы не рисковал соваться на этот проклятый тракт — только людей напрасно погубите и сами за грош помрёте.

Ведьмак промочил горло вином и стал ждать реакции принца на свой рассказ.

Несмотря на возраст, будущий император оказался намного рассудительнее, чем предполагал Лорг: он не спешил с ответом, а сначала какое-то время обдумывал весь рассказ ведьмака.

— Значит, ты считаешь, что мои войска не в состоянии одолеть какую-то шайку бродячих мертвецов? — В его словах не было угрозы или злобы, только холодный расчёт.

— При всём моём уважении, ваше высочество, но я уверен в своих словах, — слегка пожав плечами ответил Лорг. — Ваши люди могут быть хорошими воинами, закалёнными в боях, но сомневаюсь, что хоть у одного из них есть опыт сражения с нечистью.

Он сделал паузу и посмотрел императору прямо в глаза.

— Как вы собираетесь сражаться с противником, которого невозможно убить? — Ведьмак сделал паузу, но ответа не последовало. — Возможно, какое-то время вы ещё сможете продержаться, но каждый ваш убитый соратник тут же станет вашим врагом. Рано или поздно люди устанут, а мертвецы — нет. Что вы тогда будете делать?

Император недовольно посмотрел на ведьмака, и Лорг понял, что победил.

— В конце концов вас всех перережут, а потом эта тварь сделает из вас своих марионеток и даже если кому-то удастся выбраться оттуда живым, то о дальнейшем сражении, уже и речи быть не может!

В глазах императора появилось понимание, и Лорг сбавил свой напор.

— Если вы атакуете в лобовую, то у вас будет больше шансов на победу, чем если вы рискнёте пойти в обход. Поверьте мне, там, кроме мучительной смерти, вы ничего не найдёте.

Они ещё какое-то время молча смотрели друг на друга, и каждый думал о своём.

Лорг пытался угадать, сколько ударов плетей ему прилетит за столь непростительное общение с императором, а о чём думал император — для него оставалось загадкой.

"Лишь бы только не о смертной казни: она сейчас была бы не кстати"

— Хорошо, ведьмак, я услышал тебя и подумаю насчёт твоих слов, — наконец нарушил молчание будущий император. — Насколько я понимаю, всё равно будет бессмысленно просить тебя показать дорогу.

— Вы всё правильно понимаете, ваше высочество. Даже под пытками я не соглашусь вам показать этот тракт и тем более проводить вас по нему. – С лёгким улыбкой ответил ведьмак, слегка кивнув головой.

Хотя тема пыток и казни, всё ещё беспокоила его, он сразу решил расставить все точки по своим местам и надеяться, что его пронесёт.

— Мой отец всегда говорил, что у каждого есть либо своя цена, либо свой палач, — усмехнулся принц. — Но я чувствую, что ты желаешь как лучше, поэтому не стану настаивать. Если то, что ты рассказал, хотя бы наполовину правда, то от этой затеи нет никакого толку.

Лорг почувствовал впервые облегчение с момента начала этого разговора: его слова всё-таки сумели достучаться до здравого смысла молодого наследника.

— Ты прав: наша армия и так малочисленна, и потеря каждого бойца будет невосполнимой. К тому же я не хочу подвергать лишней опасности жизни тех, кто и так согласился поддержать меня в этом рисковом походе.

Император не успел договорить, когда его бесцеремонно прервал ворвавшийся в шатёр Рэн.

— Ваше высочество, неужели вы готовы отказаться от своего великолепного плана из-за слов этого бродяги? — Он кинул презрительный взгляд на ведьмака и не обратил внимания на разъярённый взгляд принца. — Я уверен, что этот проходимец просто напросто выдумывает всякие небылицы, чтобы набить себе цену.

Лорг никак не реагировал на слова Рэна, наблюдая за реакцией будущего императора.

— Или ещё хуже: Номерзуазье сумел разгадать ваш план и специально подослал его, чтобы он заставил вас передумать и завёл нас всех в ловушку!

Камергер разошёлся не на шутку. И у ведьмака даже появилось желание как следует врезать ему, но приходилось сдерживаться, иначе смертной казни точно было не избежать.

— Рэн, ты понимаешь, сколь тяжелы твои обвинения? — Император ехидно улыбнулся и посмотрел на Лорга. — Ты хочешь сказать, что мой гость работает на моего врага и при этом не можешь предоставить никаких доказательств?

Император говорил спокойно, даже слышалась лёгкая ирония с насмешкой, когда он смотрел на побледневшее лицо Рэна.

— И что же это выходит: один говорит, что нас ждёт верная смерть на заброшенном тракте,— с этими словами он посмотрел на ведьмака, но быстро перевёл взгляд обратно на своего слугу, — а ты, как мой советник, утверждаешь, что он засланный и желает завести нас в ловушку. Я правильно тебя понимаю?

— Ваше высочество… — Видимо, Рэн наконец осознал всю серьёзность своего поступка.

— Так ответь мне, советник!— Ведьмак снова услышал властные металлические нотки в голосе юного принца, — Мало того, что ты ослушался моего приказа, ты ещё и осмелился подслушивать наш разговор! — Император ударил кулаком по столу, а Рэн в ту же секунду повалился на колени. — И теперь ты заявился без приглашения сюда, чтобы обвинить ведьмака во лжи?

— Видит великое бог, ваше высочество, я…

— Бог, говоришь? — Император усмехнулся. — Отлично, пусть он и решит, кто из вас прав!

— Что вы имеете в виду? — Испуганно посмотрел камергер.

— Устроим дуэль — ты против ведьмака. Кто выживёт, тот и будет прав. — Император улыбнулся и закинул ногу на стул. — Как ты там говорил: Бог поддерживает правое дело?

Лорг явно прочитал злорадство в глазах молодого парня. Не зная, какие отношения на самом деле были у него с Рэном, но даже он понял, что император ожидал, что старик оступится.

— Ну, раз никто не возражает, — император пристально посмотрел на ведьмака, на что тот лишь меланхолично пожал плечами, — значит, прямо сейчас и проведём этот поединок.

Парень хлопнул в ладоши.

— Стража! Кто там есть? А ну — тащите сюда свои задницы!

В тот же момент в шатёр вошло двое рыцарей и, поклонившись его высочеству, неподвижно замерли, ожидая дальнейших распоряжений.

— Сейчас возьмёте этих двоих и отведёте к их шатрам, пусть готовятся к бою. — Император ещё раз посмотрел на Лорга, но быстро перевёл свой взгляд на Рэна. — До конца дуэли с Рэна Хронсверка снимаются все его обязанности и переходят к Дидэ Орманэ, так что передайте ему, чтобы он поспешил с подготовкой арены и приступил немедленно к исполнению своих новых обязанностей.

Рыцари лишь молча кивнули, хотя Лорг мог поклясться, что заметил, как они мимолётно кинули злорадный взгляд на Рэна.

— Ну и чтобы с нашими дорогими соперниками ничего не приключилось, приказываю освободить их шатры от всей мебели, кроме кроватей, чтобы ничто не могло угрожать их жизни и здоровью.

Пока император говорил, Лорг, сохраняя безразличный, скучающий вид, наблюдал за всеми присутствующими, особенно за Рэном, который так и остался стоять на коленях, бессильно опустив руки и побледнев так, что своей белизной мог соперничать с парным молоком.

Как только император закончил говорить, рыцари тут же приступили к выполнению приказа: один взял под руки камергера, второй подошёл к Лоргу, но ведьмак тут же дал понять, что его вести не надо он сам вполне способен дойти до своего шатра.

Рыцарь к его удивлению не стал настаивать.

— Ведьмак! — Лорг обернулся и увидел улыбающегося императора. — Не разочаруй меня!

Лорг лишь молча кивнул в ответ и вышел из шатра.

Пока они шли через лагерь, ведьмак отметил про себя, насколько быстро и точно здесь умели исполнять приказы: пока Рэн безвольно наблюдал за тем, как солдаты выносят все вещи из его шатра, остальная часть лагеря уже вовсю суетилась, подготавливая импровизированную арену.

Между ними бегал крепкий мужчина и материл всю нерадивую жизнь каждого солдата, которому не посчастливилось попасть под его руку.

Лорг предположил, что этот мужчина и был тем самым Дидэ, которого император назначил исполняющим обязанности камергера.

И судя по тому, как старик бойко взялся за свои обязанности, трудно было представить, что они свалились на него спонтанно.

— Заходи, ведьмак, — сказал солдат, отвлекая Лорга от его наблюдений и давая понять, что они пришли.

— А разве мой шатёр осматривать не будут?

— Какой в этом смысл? — усмехнулся стражник и сплюнул под ноги. — Вряд ли у тебя там найдётся что-то интересное. — С этими словами он подмигнул Лоргу.

Ведьмак хотел задать ещё несколько вопросов по поводу происходящего, но солдат лишь отмахивался от них, отвечая, что ему известно только то, что приказал император, а остальное его не касается и со всеми вопросами отправлял к Дидэ, правда уже после турнира.

Понимая, что из этой беседы толку не выйдет, ведьмак зашёл в свою палатку и просто лёг на кровать, ожидая, когда уже наконец-то можно будет закончить со всеми этими подковёрными играми и отправиться дальше.

Но к его удовольствию, ждать пришлось недолго. Даже показалось, что он только и успел задремать, когда возле его палатки начался какой-то переполох.

— Ведьмак Лорг? — внезапно в его шатёр влетел высокий крепкий мужчина.

— Он самый, — коротко ответил Лорг, даже не повернув головы в сторону вошедшего.

— Дидэ Орманэ, — представился мужчина, и ведьмак сразу узнал голос того самого человека, который бегал и подгонял солдат. — Я временный распорядитель данного поединка, назначенный его высочеством императором.

Лорг всё же удостоил его взгляда и тут же должен был признать, что вблизи Дидэ был и вправду впечатляющих размеров: небольшое пузико, обрамлённое чёрным бархатом, было не способно скрыть его огромной физической силы, к тому же его осанка, стойка и широкие плечи, выдавали в нём отличного бойца, закалённого в боях.

— Я пришёл осведомиться у вас по поводу брони и оружия.

— Мне нужен только меч, — усмехнулся ведьмак и, поднявшись, понял, что Дидэ на полголовы выше его.

— Уверены? — удивлённо поднял густые брови здоровяк, но его рыжие усы поползли вверх от широкой улыбки. — Не слишком ли это легкомысленно с вашей стороны?

— Не думаю, что ваш Рэн будет настолько хорош, чтобы она могла мне понадобиться! — Лорг нагло усмехнулся и посмотрел в зелёные добродушные глаза распорядителя.

— Ха! Дело конечно ваше мастер, да и признаться — настрой мне ваш по нраву! — Здоровяк утёр усы. — Только не ждите, что это будет лёгкий бой. Рэн — всё-таки первый меч королевства и не проиграл ещё ни одного поединка.

— Ну, что сказать… Всё когда-то бывает первый раз, — Спокойно констатировал Лорг.

— В таком случае желаю вам удачи, мастер, и скажу по секрету: Рэн решил биться в полном облачении, без щита, но с двуручным мечом.

С этими словами Дидэ покинул шатёр оставив ведьмака наедине с самим собой.

И только сейчас, Лорг заметил, что Сапфир куда-то исчезла. Когда он вернулся после аудиенции у его высочества, она ещё дремала на его кровати, но пока он отдыхал она видимо, куда-то ушла.

Когда ведьмак подумал пойти прогуляться и посмотреть, как идут дела с подготовкой, полы шатра резко распахнулись, и двое стражников пригласили его пройти к арене.

— Ну, кажется, началось, — выдохнул Лорг размяв и помассировав шею, после чего вышел из шатра.

На улице уже оказалось темно, и всюду горели факелы, освещая дорожки между шатрами и палатками.

Найти дорогу было не сложно. К тому же хоть рыцари и не вызывались его сопровождать, ведьмак просто следовал за ними, так как весь лагерь уже находился у импровизированной арены.

Большой круг, отделявший лагерь от небольшого квадрата по центру, размерами шагов двадцать на двадцать, образовывали обычные солдаты.

Все они стояли, и каждый пытался найти себе хоть небольшую щель между товарищами, чтобы хоть одним глазком увидеть то что будет происходить на арене.

Во втором кругу, на скамейках, сидели дворяне, распивая вино из глиняных бутылок. Прислушавшись Лорг услышал, что все они бурно обсуждали новости и ставки на предстоящий бой.

Проходя мимо особо общительного молодого дворянина, который, судя по всему, принимал ставки на фаворитов, Лорг сумел заметить краем глаза, что на его имя поставлена довольно неплохая сумма — в два раза превышающая ту, что лежала на имени Рэна.

Как только Лорг вышел на арену, проход тут же исчез — солдаты быстро заполнили всё свободное пространство, отрезав даже мысли о побеге.

Но ведьмака сейчас это не особо беспокоило, бежать он всё равно не собирался, поэтому всё его внимание было приковано к первому кругу.

Лорг пробежал по всему ряду глазами и отметил, что если не считать Дидэ и императора, то тут было всего пять человек. Каждый сидел со своей стороны, и перед каждым стояли рыцари в тяжёлых доспехах с выставленными щитами, чтобы обезопасить высокородных господ.

Ведьмак посмотрел вокруг на всех собравшихся, его соперника пока не было видно и всё внимание собравшихся было направлено на него одного, из-за чего он всё никак не мог отделаться от мысли: «Что он вообще здесь делает?»

Пока ведьмак материл про себя своё везение, он чуть не пропустил момент, когда к нему подбежал один из солдат и протянул меч.

— А где мой клинок? — недоверчиво осмотрев предложенный хлам, спросил Лорг, глядя на серьёзное выражение лица молодого парня.

— Командир распорядился выдать тебе один из наших мечей, — лишь коротко кинул в ответ солдат и воткнул меч перед ведьмаком. — Не нравится можешь хоть руками драться. Мне плевать, — после чего сплюнул под ноги и развернувшись молча зашагал на своё место.

Лорг кинул короткий взгляд на меч, не спеша его подбирать, вместо этого он начал разминать плечи и шею, когда его внимание привлекло оживлённое движение на другой стороне арены.

Когда толпа рыцарей расступилась, Лорг увидел Рэна, одетого в полный комплект турнирного доспеха.

На отполированной до блеска серебряной пластине красовался герб, на котором были изображены охотничий пёс и лис на шахматном поле.

Ведьмак не был геральдистом и прочитать, что означал герб дома камергера, он не мог, зато мог прочитать выгравированный под гербом девиз, который гласил: «Последний ход за нами».

Когда Рэн оказался на арене, Дидэ о чём-то быстро обмолвился с императором и, кивнув, вышел к краю арены.

— Думаю, ни для кого не секрет, по какой причине мы сегодня собрались здесь!

Громко и проникновенно начал он, умудрившись тут же перекричать стоявший гвалт и завладеть вниманием всей толпы

— Достопочтенный Рэн Жеонтре попросил благословения у императора на бой с ведьмаком!

Лорг конечно помнил события иначе, но предпочёл этот факт оставить при себе.

— Наш мудрый господин Гейран первый, удовлетворил просьбу Рэна, так как уважает его слово и даровал ему право биться за правду против того, кого он объявил врагом и обманщиком!

Толпа окончательно стихла — все слушали исключительно Дидэ. Казалось, его громогласный басовитый голос ввёл всех в транс.

— Ведьмак Лорг никак не прокомментировал обвинения Рэна, но дал своё молчаливое согласие на проведение поединка.

Лорг усмехнулся, когда новый камергер его высочества сказал про молчаливое согласие. И подумал про себя, что вернее было бы сказать, что его согласия в принципе никто не спрашивал, но об этом он тоже решил промолчать.

— Император благословляет желание соперников доказать свою правду на Божьем суде. Поединок будет считаться оконченным, как только умрёт один из соперников, либо если умрут оба!

Вот такая приписка Лоргу не понравилась. Он посмотрел на Рэна и увидел, что старик явно оживился.

— Да начнётся битва! Да омоется песок неправедной кровью! Выпьем за тех, кто сражается! Сегодня правда будет на стороне одного из них!

— Вирэ! Вирэ! Вирэ! — пронеслось эхо по всем рядам. Даже высокородные дворяне и император подняли в общем порыве свои бокалы.

— Да смешается сегодня вино и кровь! Да будет славным это сражение за правду! — продолжил Дидэ, но публика уже не унималась. — Господа, берите ваше оружие и начинайте сражаться! Да прибудет с вами Бог!

Лорг ещё раз брезгливо посмотрел на меч, но делать было нечего — Рэн уже начал своё стремительное сближение.

— Я докажу его высочеству, что ты — всего лишь жалкий еретик! — Лорг спокойно увернулся от стремительного выпада Рэна, сделанного от бедра.

— Да как ты смел увернуться, маг паршивый?! Мой праведный клинок всё равно тебя настигнет! Прими же свою участь! — Разъярённый промахом, камергер поднял меч и ударил по косой, стремясь разрубить ведьмака от плеча до бедра, но Лорг снова легко увернулся — и меч со свистом пронзил воздух.

Вынужденный всё время уворачиваться, Лорг никак не мог привыкнуть к новой посадке меча в руке и к его весу.

Меч оказался на полтора килограмма тяжелее и хуже сбалансирован, чем его меч и это уже не говоря состояние самого клинка, которое явно оставляло желать лучшего.

Казалось, что лезвие не просто никогда не точили, но и ежедневно рубили им дрова, чтобы он наверняка был тупее самого бревна.

Лорг продолжал уворачиваться от выпадов Рэна, вынуждая старика в тяжёлой броне гоняться за ним, по всей арене.

Сейчас камергер был для него недосягаем так как его меч был на целую ладонь длиннее той железки которой был вынужден драться ведьмак, а тяжёлая идеально подогнанная под хозяина броня, не оставляла и мизерного зазора для нанесения удара.

Ведьмак понимал, что у него не было никаких шансов справиться с закованным в броню соперником, той кочергой, которую ему любезно предоставили в качестве дуэльного оружия, поэтому он без остановки продолжал отскакивать и уворачиваться, иногда парируя удары рена и стараясь его закрутить.

— Да стой ты на месте, выродок! Прими уже свою участь! — удары Рэна стали заметно медленнее и более тяжёлыми. — Я покажу его светлейшеству, что Бог всегда на стороне правых!

Но Лорг решил проигнорировать требования соперника и продолжил уклоняться, подметив про себя, что удары стали намного тяжелее, но при этом реже, да и старик начал передвигаться намного тяжелее, уже не так резво сокращая между ними дистанцию.

Когда тяжело дыша, камергер в очередной раз занёс меч над Лоргом, ведьмак не спешил отходить. Наоборот, он видел, как силы быстро покидают Рэна — Он буквально видел, как сама жизнь, вот-вот покинет тело старика.

Лишь в последнюю секунду ведьмак отскочил назад, и кончик острого, как бритва, меча прошёл прямо перед его носом.

Камергер вложил в этот удар свои последние силы и не сумев удержать меч, позволил ему вонзиться в землю, после чего тяжело облокотился на него.

— Ведьмак… чтоб тебя с твоей чёрной душой! — Рэн тяжело дышал. — Видно сегодня мой Бог не смог одолеть твою тьму! — Камергер снял свой шлем и посмотрел на ведьмака. — Я проиграл… и не могу больше сражаться! — В его глазах горели ужас и надежда. Вся надменность и высокомерие исчезли без следа. — Ты можешь оставить меня в живых… Уверен, император позволит это…

Он не договорил. Ведьмак не мог позволить столь высокопоставленному дворянину запятнать свою честь. От этой мысли Лорг чуть не рассмеялся в голос, еле сдержав смех, решив, что его могут неправильно понять, поэтому схватив меч двумя руками он с силой кинул его прямо в Рэна.

Рыцарь повалился на спину, а багровая кровь практически сразу окропила песок, быстро собираясь в небольшую кровавую лужицу под ним.

Мёртвая тишина, окружила ведьмака который стоял над распростёртыми телом камергера, из головы которого торчал меч.

— Ну что же… Мда, скажу вам, братцы, сколько славных битв я повидал, а во скольких принял участие... Да такого я ещё никогда в своей жизни не видал! — Лишь после того как император начал хлопать, аплодисменты начали течением разноситься по рядам. — Мгхм… Ну, у нас точно есть победитель, и так, с позволения его величества, я объявляю ведьмака Лорга победителем! Видно Бог сегодня на его стороне и именно Он направил… — Дидэ немного замялся, подбирая слова, чтобы описать произошедшее. — Его руки во время броска меча прямо в Рэну…

Он немного замедлился, произнося последние слова, при этом косо поглядывая на императора, но тот лишь жестом показал, чтобы тот заканчивал.

— В общем… между глаз.

Публика взорвалась хохотом. Кто-то был уже изрядно выпивший, кто-то бурно обсуждал с товарищами, на что потратит свой выигрыш, и Лорг явно слышал в разговорах солдат имя одной и той же проститутки из борделя. Мысленно усмехнувшись, он пожелал ей удачи.

— Тишина! — Внезапно бас Дидэ заглушил всё веселье, творящееся в толпе солдат. — Его светлейшество будет говорить с победителем!

В тот же миг в лагере воцарилась тишина — было слышно, как где-то недалеко филин поймал свою добычу.

— Поздравляю, ведьмак. Ты показал прекрасный бой. Что ни говори — а меньшего мы и не ждали, — начал император, оглядывая всех собравшихся и хитро улыбаясь. — Мы, конечно, наслышаны о ваших тренировках, что вы ещё с детства начинаете изучать боевые искусства и владение всеми видами оружия, но признаться — увидев это вживую, я и вправду был поражён.

От чего-то слова императора не внушали Лоргу радости или гордости. Напротив, он чувствовал, что сейчас происходит что-то неладное.

— Знаешь… Мне кажется, что это был не честный бой, а значит — он лишён всякой справедливости и правды. — Вот сейчас ведьмак осознал, что попал в ловушку — и клетка уже захлопнулась.

— В знак признательности твоих боевых навыков я сохраняю за тобой победу, но за то, что ты убил Рэна Жеонтре, нашего первого васала и горячо любимого камергера, я приговариваю тебя к заточению. Взять его!

В тот же момент рыцари с щитами, охранявшие высокие дворянские дома, направились к Лоргу.

Осознавая, что у него нет ни единого шанса против четверых рыцарей, закованных с ног до головы в броню, ведьмак просто опустился на колени. Злобно глядя на императора, который надменно усмехался, не сводя с него взгляда Лорг завёл руки за голову, ожидая, когда его окружат.

Глава 6 Невольная история

Пока стража вела Лорга до импровизированной камеры, он сумел выяснить, что «сохранённая» императором победа, даёт ему право не умереть — по крайней мере сегодня.

А ещё он узнал, что это не освобождает его от пыток и скудной жратвы, от которой можно скопытиться и без всякого постороннего вмешательства.

Ведьмак внимательно слушал своих словоохотливых конвоиров, и на его счастье ему не понадобилось ни слова говорить, чтобы они сами с радостью посвятили его во все прелести ближайшего, но не очень перспективного будущего.

— Ладно, выродок, мы на месте, — сказал стражник, открывая тяжёлую деревянную решётку. — Можешь располагаться. Кровати, конечно, нет, да и сидеть придётся прямо на полу, но думаю, ты и так обживёшься.

Стражники весело рассмеялись и сильным пинком затолкали Лорга в клетку, после чего тут же захлопнули дверь.

— Знаешь, ведьмак, зря ты всё-таки Рэна убил. Он хоть и был порядочной мразью, но умирать ему было рановато, — добавил один из стражей. Он цокнул языком и отрицательно покачал головой, злобно глядя на ведьмака. — Смотрю, ты не шибко разговорчив, но это не страшно — скоро тобой наш палач займётся. Уж кто-кто, а он точно сможет тебе язык развязать.

— Слышал, он как-то на допросе своему клиенту язык отрезал, как выяснилось — поспешил немного, — вступил второй стражник. — Ему тогда сам Мерзуазье пообещал, что если его подопечный не выдаст нужной информации, то он его самого сначала раскалёнными камнями нафарширует, а потом тисками язык вырвёт и заставит сожрать.

Один из стражников спустил штаны и начал справлять нужду прямо в угол клетки, заставив таким образом отойти Ларга подальше.

— Так, что ты думаешь? Наш палач не растерялся и уже на следующий день немой пел лучше любого соловья — всех подельников сдал, а заодно и того, кому добро ворованное сбагривали.

Закончив свои дела, стражник сплюнул и заправил своё хозяйство обратно в штаны.

— В общем, работы тогда нашему палачу прибавилось, но он никогда на это не жалуется. Он любит свою дело, и скоро ты в этом убедишься на собственной шкуре.

Стукнув кулаком по клетке, весело смеясь рыцари ушли, напоследок подбадривая Лорга обещаниями, что скучать ему теперь точно не придётся.

— Лучше не обращай внимание на их болтовню — они любят жути нагнать, — раздался голос из темноты.

Ведьмак сразу заметил, что в клетке он не один, но пока стража не ушла, предпочитал не отвлекаться на знакомство с новым «вынужденным соседом».

— Хотя должен заметить — про еду они сказали чистую правду.

Из темноты показался загорелый, полуголый мужчина. Лорг сразу обратил внимание на его наколки: судя по ним, тот был наёмником, не брезговавшим в свободное время заняться разбоем и грабежом.

— Твои татуировки?

— Ага, был когда-то. В отряде Чёрного Медведя. Слышал про таких?

Лорг сделал вид, что задумался, но в итоге просто отрицательно помотал головой.

— Ну значит, ты точно не имперец, — ни капли не расстроившись, ответил парень. — Гурик Рыжий! — Он протянул руку.

— Лорг, ведьмак! — Они пожали руки, — судя по твоему имени, ты тоже не имперец. Но почему — Рыжий?

Хоть волосы Гурика и выгорели на солнце, но рыжими они точно не стали — скорее, больше походили на цвет соломы.

— Так меня прозвали в отряде, после одного случая, — усмехнулся Гурик. — Но времени у нас ещё много, так что думаю, я успею тебе как-нибудь рассказать об этом.

— С удовольствием послушал бы, но, если честно, я не планирую тут надолго оставаться, — ведьмак сел у толстого, обработанного бруса, из которого была сделана решётка, и прикинул его толщину. — Слушай, Гурик, а как давно ты здесь находишься?

— Дай-ка подумать… У нас сегодня какое число?

— Понятия не имею. Я сам только сегодня в себя пришёл, а до этого ещё хрен знает сколько в лесу болтался.

— О, это мне знакомо, брат. Я сам бывало так нажирался, что неделя из жизни просто улетала, а когда приходил в себя — ни денег, ни понимания, что происходит и где я, но самое главное никакого сожаления.

Гурик тяжело вздохнул.

— Эх, прекрасные времена были…– Он провёл рукой по волосам и потёр шею, – а теперь, у меня остались только дни, полных сожалений.

Рыжий замолчал и начал с любопытством наблюдать за действиями ведьмака.

— Позволь полюбопытствовать — что ты там делаешь?

— Готовлюсь свалить отсюда. Правда, это займёт какое-то время, — Лорг продолжал водить пальцем по брусу, не отвлекаясь.

— Слушай, брат, я, конечно, понимаю, что это не моё дело, но если ты думаешь, что от твоих действий он перетрётся или загорится, то ты хотя бы выбрал бы не тот прут, на который охранник мочился.

— Зараза!

— Вот и я о чём говорю, — развёл руками наёмник, сразу предугадав реакцию своего нового соседа.

— Да я не об этом, — Лорг поднялся и обтёр руку о штанину. — Эти прутья сделаны из трухня!

— И что ты хочешь этим сказать? Ты поэтому тёр этот брус?

Бывший наёмник покосился на ведьмака, словно у того не все дома.

— Трухонь сам по себе чрезвычайно прочен, а обработанный на подобие этого — в принципе не уступает металлу, — Лорг пнул брус, но тот даже не шелохнулся. — Насколько я знаю, только самые искусные плотники способны справиться с ним — сначала правильно подготовить дерево, а потом обработать.

Лорг вспомнил, как однажды работал в небольшом поселении плотников, которые славились своими изделиями из трухня. Тогда-то он и познакомился со всеми сложностями процесса подготовки и обработки этого дерева.

Мастер, у которого он гостил, рассказывал, что дерево, которое он обрабатывал, ещё много лет назад его прадед закинул в реку «Друбну», которая протекала рядом с их поселением «Бронтруй», где оно и мариновалось больше ста пятидесяти лет.

Лорг нередко с теплом вспоминал время, которое ему довелось провести в том замечательном месте.

Поселение находилось на юге и относилось к княжеству Троунтон. Лоргу нравилось там не только потому, что это было спокойное княжество, предпочитающее не ввязываться ни в какие военные конфликты и вести нейтральную политику, но и потому, что туда так и не смогли добраться церковники.

К тому же ведьмаку нравились местные пейзажи, которые словно сошли со страниц сказочных книг.

С одной стороны — холмистые золотистые поля пшеницы, а с другой зелёные от целебных трав луга и бесконечные пасечные плантации раскинувшиеся до самого горизонта.

Из целебных трав, в княжестве производили разнообразные лекарства и мази, основой которых непременно был пчелиный воск, пропитанный магической пыльцой собранной пчёлами на бескрайних полях, он усиливал эффект самих трав и оказывал по настоящему магический эффект.

Княжество не только хорошо зарабатывало на производстве и продаже лечебных мазей, а заодно и приобрело дипломатическую неприкосновенность, так как торговало сразу со всеми королевствами и империей.

Никто из местных жителей конечно же не знал, что в своё время, дед нынешнего правителя, обменял своего младшего сына у ведьмаков, на семена этих самых растений и рецепты изготовления целебных эликсиров.

Кроме конечно же самого нынешнего правителя, который по прежнему чтил старые договорённости и ведьмаки могли спокойно находится на территории его княжества.

Ведьмак перевёл взгляд с бескрайних полей на густой трухнявый лес, раскинувшийся за широкой рекой.

Подумав о том, в каком же очаровательном и спокойном месте расположился ремесленный посёлок и как разительно менялся пейзаж, всего в одном дне пути отсюда.

Стоило только перейти границу с империей, как редкие деревни пожираймые бесконечными поборами, выглядели настолько печально, что скорее напоминали кладбищенский погост, чем жилое селение.

Из мрачных мыслей, ведьмака вырвал знакомый голос.

— Вы мастер, сегодня опять пойдёте это чудище караулить?

Старый Пэрнпил налил себе в деревянную кружку отвар из диких ягод и целебных трав, которые ему любезно принёс из леса Лорг и устроился в своём старом кресле качалке, которое когда-то сделал своими руками. Годы словно были ее властны, над этим произведением искусства.

Резная работа была выполнена с таким трепетом и любовью, что изображёнными на них сюжетами, можно было любоваться вечно.

Ручки выполненные в виде девушек танцующих хоровод, вокруг великого древа жизни поистине завораживал. Все юные девы были выполнены в мельчайших деталях, каждая обладала своими неповторимыми чертами и была полностью индивидуальна.

Лорг боялся даже представить, сколько же времени ушло у мастера на изготовление этого шедевра, который заставлял воображение оживлять сюжет и девушки словно живые начинали плясать хоровод, в такт мерным покачиваниям кресла.

Лишь оптический обман, игра света и тени, но ведьмак готов был поклясться, что без магии тут точно не обошлось.

Больше всего Лорга удивляло, что Пэрнпил держал такое сокровище на веранде, не переживая о том, что его могут украсть.

Устроившись рядом с ведьмаком, который сидел на ступеньках, старый мастер отпил свой отвар и посмотрел на ведьмака в ожидании ответа.

— Да, буду ходить до тех пор, пока не поймаю его.– Задумчиво ответил Лорг.

Ведьмак уже Неделю охотился на существо, которое завелось в этих местах.

Хотя изначально он приехал сюда совсем по другому делу но когда местные рассказали о том, что творится у них в последнее время, решил воспользоваться возможностью и задержаться в этом сказочном местечке подольше.

— Не понимаю я вас, мастер Лорг, — Пэрнпил громко отхлебнул из своей кружки. — Вызвались нам помочь, причём без видимых на то причин,– он по старчески поворчал и что то сплюнул, – денег с нас не попросили, наоборот — ещё о нас заботитесь. Зачем вам это надо?

— Вы не правы, Пэрнпил. На самом деле то существо, за которым я охочусь, напрямую связано с делом, из-за которого я приехал в ваше княжество, — Лорг сломал пополам прутик, которым выводил разнообразные символы на земле и посмотрел на плотника. — Так что выходит, что это я вам ещё должен — за то, что вы, не взяв с меня ни медяка, предоставили мне койку и еду.

— Не говорите глупостей, мастер, — ворчливо заявил старый плотник и снова что-то пожвав во рту, выплюнул. — С тех пор как я пью ваши отвары, я стал чувствовать себя лет на двадцать моложе, а главное — у меня перестали ныть спина и колени. Только за это я вам обязан.

— Интересно, какие же из моих отваров оказали на вас столь волшебное действие, Пэрнпил? — в голосе Лорга слышался шутливый тон с ноткой укоризны. — Те, которые вы целый день пьёте, или те, которые мы с вами каждый вечер распиваем, пока не упадём?

— Могу предположить, мастер, — не растерялся старый плотник, — что оба эликсира дают такой поистине волшебный эффект.

Лорг отвлёкся от разговора и поднялся со ступеней заметив движение в посёлке.

— Ладно, смотрю, лесорубы уже начали собираться. А значит, и мне пора.

— Удачной охоты, мастер Лорг. Уверен, в этот раз вы точно эту тварь поймаете, — старый плотник поднял бокал с отваром, провожая ведьмака в путь и ведьмак дружелюбно улыбнувшись помахал ему рукой на прощание.

Добравшись до делянки вместе с рабочими, ведьмак первым делом оглядел расставленные им ловушки и не обнаружил никаких следов твари, на которую охотился.

— Что, мастер, и сегодня ничего? — поинтересовался бригадир, который время от времени составлял Лоргу компанию.

— И в этот раз — ничего, — подтвердил ведьмак. — Но думаю, удача нам скоро улыбнётся.

— Думаете? — усмехнулся бригадир и тут же крякнул в кулак, делая вид, что утирает свои пышные рыжие усы. — С тех пор как вы приехали, тварь ни разу не напала. Сдаётся мне, она просто сбежала, когда учуяла, что вы, мастер Лорг, начали нас охранять.

— Если честно, то мне и вправду хотелось бы, чтобы именно так оно и было, — усмехнулся ведьмак и потрепал по голове сынишку бригадира, принёсшего им кувшин холодной воды. — Но сдаётся мне — дело тут совершенно в другом.

Лорг посмотрел на безоблачное голубое небо.

— Думаю, тварь сейчас находится в спячке.

— В спячке? — удивился бригадир. — Как медведь, что ли?

— Не совсем, — ведьмак кинул взгляд на глубокие следы когтей, оставленные на дереве. — Помните, когда я приехал, был как раз третий день полнолуния? — Бригадир утвердительно кивнул. — И с тех пор тварь больше ни разу не напала.

— Именно, мастер, поэтому я и говорю: она учуяла вас и поспешила сбежать, — весело повторил свои слова бригадир, довольный своей догадкой, но Лорг его оптимизма не разделял.

— Боюсь, здесь моей заслуги нет, — отрицательно покачал головой ведьмак. — И я уверен, что со дня на день нападения снова начнутся.

— И что же нам в таком случае делать? — Лорг говорил настолько уверенно, что у бригадира моментально пропал весь заряд оптимизма.

— Держитесь вместе и не расходитесь слишком далеко от лагеря. Пока тварь голодна, она не рискнёт нападать в открытую и будет стараться выискивать одиночек.– Как можно увереннее посоветовал ведьмак, хотя в глубине души сомневался, что это поможет.

За всё время нахождения здесь Лорг так и не сумел точно определить, с кем имеет дело, но подозревал, что это мог быть либо чурец, либо рыга. По крайней мере, он надеялся, что это одна из этих тварей.

Они были совершенно непохожи друг на друга и охотились совершенно по-разному.

Чурец был меньше рыги и предпочитал прятаться в кустарниках, окапываться в корнях деревьев и нередко использовал подручные средства, чтобы заманить свою жертву в ловушку. Иногда он даже был способен сам устанавливать примитивные ловушки — например, вырыть волчью яму и утыкать её острыми палками.

Рыга же, наоборот, обладая довольно внушительными размерами и большой массой тела, предпочитала атаковать своих жертв в лоб, не прибегая ни к каким ухищрениям, при этом она никогда не оставляла следов своей охоты, даже свою добычу предпочитала уносить подальше, прежде чем съесть.

— Скажите, мастер, вы уже сумели понять, какая тварь нам жизни не даёт? — спросил с надеждой в голосе бригадир, но Лорг лишь отрицательно помотал в ответ головой.

Целый день ведьмак патрулировал округу, изредка присоединяясь к работягам, чтобы поболтать.

Пока солнце не начало медленно прятаться за деревьями и бригада стала собираться обратно в деревню, оставив только пару человек, чтобы они закончили обработку стволов.

Обычно Лорг возвращался вместе со всеми, но сегодня решил остаться с рабочими так как не очень спешил возвращаться к старому плотнику, который наверняка уже ждал его, чтобы узнать об успехах .

Когда совсем стемнело, парни закончили свою работу и развели огонь, чтобы погреться у костра, так как в лесу по ночам было прохладно.

— Скажите, мастер, а что это за твари такие, про которых вы бригадиру рассказывали? — передавая бурдюк с местным вином, спросил один из рабочих.

— Ты имеешь в виду чурца и рыгу? — переспросил ведьмак, принимая вино.

— Именно их! — закивал молодой парень, которому было лет двадцать.

— Расскажите, мастер Лорг, что они из себя представляют, — поддержал товарища второй работник, который был постарше.

— С чего бы начать?.. — Лорг сделал вид, что задумался. — Чурец — существо небольшое, размером с крупную, но довольно тощую собаку. Обычно обитает в горах, но легко может и устроится в полях,– взяв палочку, ведьмак попробовал изобразить существо на земле, – тварь умная и хитрая умело прячет свои следы. Ходит исключительно звериными тропами, чтобы невозможно было выследить его по следам. А порой может нарочно оставить ложный след, чтобы запутать преследователя и завести его глубоко в лес или горы, откуда тот уже не сможет самостоятельно выбраться.

Глядя на лица рабочих, ведьмак вспомнил, как ему удавалось уговорить учителя рассказать о различных существах, особенно о тех, о которых не очень хотелось читать скучные фолианты.

— Ещё чурец любит заманивать свои жертвы в болото, где будет наблюдать за несчастным из кустов или с ветки дерева, пока жертва не утонет. После чего достанет её и прикопает, чтобы мясо подгнило в земле.

От представления подобной картины лица парней сморщились от отвращения.

— А я разве не сказал, что чурец является падальщиком? — Лорг вздохнул, и рабочие отрицательно помотали головами.

Не сводя взгляд с ведьмака молодой парень передал бурдюк с вином.

— Мастер, скажите, а как выглядит это существо?– Парень посмотрел на рисунок Лорга, но художник из него оказался мягко говоря, так себе.

— Ну… Вид у них точно не из приятных. Один раз увидишь — и уж поверь, больше никогда не захочется встречаться с ними снова, — усмехнулся ведьмак и отпил вина. — Сами по себе они похожи на лысую помесь крысы и собаки. Морда такая же вытянутая, усеянная острыми зубами, которыми легко разгрызают кости. К тому же, из-за того что питаются падалью, их слюна полная трупного яда, постоянно стекает по подбородку, одного укуса хватит, чтобы отправить человека к его праотцам.

Лорг передал вино дальше и достал из сумки небольшой кусок вяленой оленины.

— А что ещё можете про него рассказать? – Принимая бурдюк, спросил парень который был постарше.

— Ну скажем, обычно чурец ходит на четырёх лапах, но легко может передвигаться и на двух. В такие моменты со спины его можно принять за сгорбленного тощего человека. Известны даже случаи, когда чурец находили одежду и прикидывался путником на дороге, чтобы атаковать одиноких странников.

Лорг невольно усмехнулся, вспомнив, как услышал от Харда шутку о том, что нынешний церковный капилан — на самом деле переодетый чурец, случайно нашедший рясу.

— Но ни в коем случае нельзя обманываться его небольшими размерами. У него мощные передние лапы с хорошо развитыми конечностями, которыми он может не только раскапывать жёсткую почву, но и разорвать человека на части.

— Ну и жуть вы описываете, мастер, — отпив вина, сказал рабочий, постарше. — И как же вы с таким чудищем справиться собираетесь?

— У ведьмаков есть свои способы, — Лорг положил ладонь на эфес меча, и рабочие с улыбкой кивнули.

— А что вторая тварь? — спросил младший.

— С рыгой будет сложнее, — серьёзно ответил Лорг. — У этой твари довольно прочная шкура, одним мечом с ней сложно справиться.

— Вы примените свою магию? — почти мечтательно спросил молодой рабочий.

— Рыга довольно крупная и сильная, но при этом достаточно медлительная, — Лорг посмотрел на звёздное безоблачное небо. — Чтобы атаковать в полную силу, ей нужно пространство, а мы находимся в лесу, что играет нам на руку.

— Но вы же сами сказали, мастер, что её шкуру довольно трудно пробить!

— Именно так. У неё плотная шкура, но есть уязвимое место — на брюхе. Главное — заставить тварь выпрямиться, что проще сделать в тесном пространстве.

— А на что похожа эта самая рыга?

— Тяжело подобрать описание, чтобы вы поняли, — задумчиво ответил ведьмак. — Наверное, больше всего голова её похожа на ящерицу без чешуи. Голова покрыта толстыми костяными пластинами, торчащими прямо из-под шкуры. А ещё у неё отсутствует нос, а глаза так глубоко спрятаны под этими наростами, что издалека кажется, будто у рыги обнажённый череп. Но это только сверху, если тварь откроет пасть, то можно увидеть, что у неё есть подвижные жевала, которыми она помогает себе заглатывать пищу.

Лорг глотнул вина и дал время ребятам осознать всю прелесть нарисованной картины, после чего продолжил:

— Телом рыга похожа на большого медведя, покрытого длинной жёсткой шерстью. Причём шерсть растёт по всему телу, кроме головы и небольшого участка на брюхе, именно он и является слабым местом твари.

— А она большая, эта рыга?

— Зависит от возраста и пола. Самцы, как правило, крупные, даже будучи молодыми, и могут достигать два ваших роста. А взрослая особь — и вовсе может выглядеть как два коня.

Парни переглянулись и машинально посмотрели куда-то вверх, явно представляя размер описанного чудовища, отчего их лица исказила гримаса страха и неуверенности.

— К тому же рыга обладает довольно подвижными позвонками и, стоя на четвереньках, может ещё больше вытягиваться в длину, используя всё своё тело для атаки.

— Простите мастер за такой вопрос, но как вы поняли, что это одна из этих тварей? — Опомнившись первым, спросил парень постарше.

— В том-то и дело, что я всё ещё не уверен, что это кто-то из них, — честно признался Лорг. — Просто взял два самых противоречивых варианта, схожих между собой некоторыми повадками.

— И что же это за схожести такие? — Спросил молодой парень, нервно теребя бурдюк в руках.

— Они оба охотятся до полнолуния. Только чурец прикапывает добычу и ждёт, пока она начнёт разлагаться, а рыга набивает брюхо и переваривает до новолуния, после чего снова выходит на охоту.

— Из ваших слов, мастер Лорг, следует, что вы не уверены, что это точно кто-то из этих тварей?

— Никогда нельзя быть абсолютно уверенным, с кем придётся столкнуться, — задумчиво ответил Лорг, понимая, что немного разошёлся в откровениях перед обычными рабочими. — Это касается не только чудовищ, но и людей тоже.

Он усмехнулся и подмигнув добавил:

— Знание врага только половина победы, остальное зависит от того, что мы можем ему противопоставить.

— В любом случае мы верим, что вы с лёгкостью сумеете одолеть любое чудовище, — переборов неуверенность, улыбнулся в ответ молодой парень.

Они посидели ещё какое-то время, слушая истории Лорга, но ещё до того как бурдюк успел описать два полных круга, пришли рабочие, чтобы расчистить и подготовить площадку до того, как группа ремесленников и увезёт заготовленные со вчерашнего дня стволы в деревню а то, что они не заберут, позже должно будет отправиться в город.

Появление рабочих означало только одно, восход солнца был уже совсем близко, и ведьмаку тут больше нечего было делать.

Возвращаясь обратно в деревню, ведьмак размышлял о собственных словах.

С одной стороны он был рад, что ничего не произошло, но с другой, тварь так и не показалась. Хотя по всем расчётам ведьмака, голод уже должен был толкнуть её на необдуманные поступки. К тому же их ночная группа сегодня, как раз хорошо подходила для нападения.

Выходило, что если его предположения были верны, тогда до полнолуния он мог не волноваться, так как твари которых он предположил, начинали активизироваться, только перед полнолунием.

Но не успел ведьмак уйти далеко от площадки, как раздался громкий крик боли и ужаса.

— Неужели бригадир оказался прав и тварь не нападала из-за меня? — усмехнулся Лорг, казалось бы задавая риторический вопрос, но он тут же получил на него ответ.

— Нет, ты здесь ни при чём. Я не чувствовал присутствия твари, пока мы были там! — голос раздавался из книги, висящей на поясе ведьмака.

— А сейчас, ты его чувствуешь? — Лорг бежал так быстро, как только мог. Крики подсказывали, куда именно надо держать путь.

— Да, сейчас я его чувствую. И уже могу сказать, что ты ошибся.– Голос Граха звучал задумчивым, что не понравилось Лоргу, так как обычно Грах вёл себя равнодушно.

— В каком смысле? — Но Грах внезапно замолчал, а Лорг так быстро оказался на поляне где лежало разорванное на клочки тело, что даже не сразу сообразил, что тварь вновь умудрилась от него уйти и снова не оставив ни следа, если не считать разбросанные по округе останки человека.

— Какого хрена здесь произошло? — Лорг с удивлением оглядел всю поляну.

— Хурс! Хурс! — внезапно из противоположных кустов выпрыгнул рабочий, с которым ещё недавно они сидели вместе у костра.

— Мастер, что это? — Он посмотрел с застывшим ужасом в глазах на ведьмака, стоящего посреди окровавленной поляны, не сразу но мужчина понял, что произошло. — Хурс, нет!— Страх мгновенно слетел с его лица, уступив место пустоте и не терпимой боли. — Нет, мастер, как же так? — Слёзы и крик вырвались из его груди. — Хурс верил вам, верил, что вы сможете его защитить! Хурс, нет…

Позже ведьмак узнал, что Хурс и Розик были братьями, и Хурс впервые пошёл с братом в ночную смену, когда его убила тварь и Лорг не смог этому помешать.

Новость моментально разлетелась по деревне. Хотя никто не винил Лорга в случившемся, люди были чрезвычайно напуганы и уже начали потихоньку перешептываться, что это им кара за то, что они отвергли предложение церкви возвести у них храм.

— Я всё равно уверен, что это не ваша вина, мастер Лорг, — внезапно высказал свою мысль Пэрнпил, который был увлечённо занят вырезанием новой курительной трубки. — Вы не могли знать, что тварь нападёт. Тем более в этот раз она действовала иначе!

— Именно это и не даёт мне покоя, — мрачно ответил ведьмак. — По какой причине тварь изменила своим повадкам?

— А вы уверены, что за вами не следили всё это время? Может, тварь просто выжидала, пока вы разделитесь? — предположил старый плотник, хотя вопрос Лорга явно адресовался не ему.

— Это исключено. Я проверил всю территорию вокруг рабочего лагеря — нигде не было никаких следов твари… — Лорг задумался.

Когда он не обнаружил на самой поляне никаких следов, кроме парня, он сразу отправился проверять ловушки вокруг лагеря — и тоже ничего не нашёл. Ведьмак попытался ещё раз понять смысл слов Граха.

— Кажется, я понял, что упустил из виду.

Игнорируя все вопросы Пэрнпила Лорг быстро вскочил и побежал в лес.

Ему нужно было срочно проверить одну свою догадку, прежде чем тварь попытается нанести удар снова.

Он не пошёл в лагерь и даже не стал осматривать ловушки. Вместо этого ведьмак хотел ещё раз взглянуть на останки. Поэтому сразу направился на поляну, где обнаружил разорванное тело парня.

Но сколько бы Лорг ни бродил по лесу, он никак не мог найти ту самую поляну. Она словно по волшебству растворилась среди деревьев, будто всего за одну ночь лес поглотил её, не оставив ни следа.

Зато Лорг несколько раз выходил на похожие поляны. Единственным отличием которых было отсутствие тела которое ведьмак распорядился пока не трогать.

— Да чтоб тебя, зараза! — Лорг раздражённо сплюнул. — Да сколько в этом долбанном лесу этих полян-то? — Вытирая пот со лба, ведьмак посмотрел на солнце, висящее в зените. Затем, уперев руки в бока, начал оглядываться по сторонам. — Либо у меня проблемы с головой, либо нужной поляны здесь просто напросто нет.

Ещё раз внимательно изучив всё, что попадало в его поле зрения, Лорг признался самому себе, что точно не помнит, как выглядели предыдущие две поляны, на которые ему посчастливилось набрести.

— Вот тхорн… Всё-таки придётся идти за бригадиром. Без него я точно никогда не найду это проклятое место!

Но только Лорг начал выбираться обратно к дороге, как услышал впереди шелест в кустах.

Притормозив и немного обождав, он увидел, как бригадир лесорубов и двое рабочих, преодолев густой кустарник направились к нему.

— Хорошо, что вы оказались здесь, мастер Лорг! — не растерявшись, тут же улыбнулся бригадир, но улыбка получилась фальшивой. — Мы как раз пришли с парнями прикрыть тело от солнца, как вы и велели.

— Только сейчас? — Ведьмак скрестил руки на груди и недовольно оглядел компанию. — Похоже, хищников, которых может приманить запах разлагающегося мяса, вы боитесь куда меньше, чем чудовище?

— Нет, что вы, мастер… — испуганно начал бригадир, неуверенно переглядываясь с работягами, которые предпочитали делать вид, что их этот разговор вообще не касается. — Понимаете, просто тяжело было решиться пойти…

Лорг понимал, как им было тяжело видеть смерть своего товарища, особенно самого молодого из них. Но он также понимал, что давать волю чувствам сейчас было нельзя — иначе страх завладеет разумом, что могло вызвать панику, а это означало гарантированную смерть для всех.

— Меньше говори, бригадир, и быстрее делай. Чем дольше труп будет лежать под солнцем, тем быстрее мясо начнёт вонять, — Практически сразу ведьмак заметил облегчение в глазах рабочих — видимо, для них было проще что-то делать, чем подбирать слова, почему они не смогли сделать этого раньше. — Тем более нам ещё надо найти, где эта проклятая поляна находится.

— В смысле, мастер Лорг? — Бригадир удивлённо уставился на ведьмака. — Вы же сейчас находитесь на ней.

Лорг удивлённо оглянулся на поляну позади себя и медленно вышел на её центр. Внимательно вглядываясь в каждую деталь, он не обнаружил ни капли крови, ни единого следа, ни примятой травы — кроме тех мест, где проходил он сам.

Ничто не намекало на то, что этой ночью здесь жестоко был разорван человек. Это была самая обычная, ничем не примечательная поляна посреди леса, каких полно в любом другом лесу.

Лорг понял, что его догадка оказалась верной. С этой поляной явно что-то было не так. Теперь оставалось только выяснить — что именно.

Кое-как заверив бригадира, что всё в порядке, Лорг попросил его оставить покрывала там, где они стоят, и поспешил отослать их обратно — чтобы в одиночестве спокойно изучить местность.

К счастью для ведьмака, долго уговаривать никого не пришлось. Бросив покрывала на месте, троица поспешила скрыться в кустарнике, оставив Лорга один на один с самим собой.

Потратив кучу времени на тщательного изучения поляны, Лорг наконец-то сумел найти в корнях деревьев свидетельство того, что бригадир его не обманул и он и вправду находится на том самом месте, где этой ночью был убит молодой парень, обнаружив человеческие кости прикопанные землёй.

— Теперь понятно что имел в виду Грах когда сказал, что я ошибся, — усмехнувшись Лорг выпрямился отряхивая руки. — Не мог сразу сказать, что это эхрея?

— Нет! — раздался недовольный рык Граха. — Ты снова ошибся, я бы легко почувствовал её если бы она была здесь!

— Не эхрея говоришь? — Лорг знал, что Грах не может ответить ему только в том случае если и сам не знает ответ, а демоны очень не любили признавать, что чего-то не знают. — Выходит и ты не знаешь кто это?

— Не знаю, – Раздражённо но честно признался демон, – но когда тварь только появилась, я сумел уловить лишь на мгновение её присутствие, а потом она вновь исчезла, — Грах недовольно что то ещё пробурчал чего Лорг не смог разобрать но потом добавил. — Лорг я не знаю с кем тебе придётся столкнуться, но скажу сразу возможно эта тварь намного опаснее всех с кем тебе приходилось сражаться до этого.

Грах никогда не был склонен выражать хоть какие-то чувства, а тут ещё и обеспокоенность проявил, наверное только в этот момент Лорг по настоящему осознал, всю серьёзность происходящего.

Проверив все корни деревьев ведьмак насчитал пять различных останков принадлежавших разным людям.

Сначала он решил, что они выложены специальным образом чтобы образовать какой-то символ или печать, но сколько он не пытался сложить их местонахождение, у него так ничего и не вышло.

К тому же, он так и не сумел найти никаких следов твари, от чего начал подозревать, что возможно тварь является бесплотной. Хотя этой версии противоречили следы когтей на дереве.

Вернувшись в дом мастера Пэрнпила Лорг попытался сложить всё, что ему удалось выяснить в единую картину, одновременно подготавливаясь к предстоящей ночи.

Он сумел найти всех пропавших работников, но на их костях не было абсолютно никаких следов от когтей или клыков, а это значило что тварь их не задрала, с другой стороны кости выглядели так словно пролежали там ни один месяц, так как на них совершенно не осталось плоти, что было ещё более странным, не было никаких следов опарышей и трупоедов, но при этом все кости были абсолютно чистыми, словно что-то отделило их плоть от костей.

Это напоминало работу древесного духа, вот только эхреи не охотятся на людей, а только охраняют свою территорию, убивая и пуская на удобрение для своих деревьев всех, кто осмелится нарушить границы их владений.

Но если верить показаниям рабочих, то выходило, что никто и никогда в жизни, не бывал на этой поляне.

К тому же Лорг знал, что все включая молодого Хурса были похищены из лагеря лесорубов. Из-за чего, чем больше Лорг пытался склеить всю картину воедино, тем больше ставил сам себя в тупик.

Он охотился за существом которое не знакомо ни ведьмакам ни демонам, а значит у него не может быть никакого плана.

Он принял решение действовать, даже понимая, что сегодня у него будет лишь один шанс одолеть тварь и если он не сумеет разобраться с ней, то скорее всего погибнет, точно так же как и все рабочие до него.

Глава 7 Что скрывает лес?

В лесу всегда темнеет рано, облака скрыли небо, и Лорг не мог понять — наступила уже ночь или ещё только был вечер.

Но он остался доволен, что успел, несмотря на сильно ограниченное время, подготовиться к встрече с тварью.

Ведьмак сидел, привалившись к одному из деревьев, под которым нашёл останки человека, держа меч на коленях. Он слышал, как волки вышли на охоту, слышал, как в кустах прятались мыши от совиных взоров, как локанки прыгали с ветки на ветку, пытаясь поймать птиц, устроившихся на ночлег.

Прислушиваясь к звукам леса, Лорг ждал, когда начнёт действовать эликсир. И постепенно непроглядная тьма начала светлеть, все знакомые очертания поляны начали потихоньку проглядывать сквозь ночной мрак, словно луна повисла над поляной, освещая её.

Конечно, эликсир не позволял видеть в абсолютной темноте, но он усиливал любой источник света и позволял хорошо ориентироваться в слабо освещённых пространствах.

Как только ведьмак привык к зрению, он заметил странное шевеление в кустах. Поднявшись, он медленно и тихо начал приближаться к источнику непонятного шороха, держа меч наготове.

Аккуратно приблизившись, он медленно поднёс руку к ветке и резким движением отвёл её в сторону, одновременно занося меч для удара. Но прежде чем он успел ударить, ведьмак увидел, что в кустах оказалась обычная локанка, которая держала в зубах пойманную мышь.

— Брысь! — Локанка присела на лапах и сверкнула в темноте жёлтыми глазами, презрительно посмотрев на того, кто посмел бесцеремонно прервать её пиршество. — Беги, давай отсюда, пока сама чьим-то ужином не стала.

В конце концов ведьмак спугнул маленького наглого хищника, который неспешно растворился в ночном мраке унося с собой свою добычу.

Лорг усмехнулся в след пушистому зверьку, чувствуя себя немного глупо. Но в ту же секунду он почувствовал, как холод пробежал по его спине.

Медленно обернувшись, ведьмак увидел того, за кем охотился.

Тварь абсолютно беззвучно, парила над поляной, глядя в его сторону. Грах оказался прав: Лорг никогда в своей жизни ещё не сталкивался ни с чем подобным.

Внешне тварь была похожа на истлевший, давным-давно скелет — тощее, шестирукое существо, сжимавшее в каждой руке что-то отдалённо напоминавшее серпы, плавно парило в полуметре над поляной и не спешило атаковать ведьмака, пристально наблюдая за ним.

Лорг, в свою очередь, тоже не спешил нападать, внимательно изучая тварь. Он не мог сказать, какого оно пола, так как у существа отсутствовал хоть какой-то намёк на половые органы. По деформированному черепу и серо-зелёной коже с чёрно-жёлтыми глазами ведьмак улавливал что-то отдалённо похожее на эхрею: такие же тонкие черты лица, тощее тело, длинные зелёные волосы и большие, длинные, прямые рога.

Если бы Лорг видел тварь лишь мельком, он бы точно решил, что это древесный лесной дух. Но стоило присмотреться, как становилось понятно, что существо было лишь отдалённо похоже на эхрею, вернее, на духа, который не растворился по окончании своей жизни в лесу, а обрёл плоть и попутно успел отрастить себе ещё пару конечностей.

— Что же ты за тварь такая? — Плотно сжимая меч обеими руками, Лорг попытался обратиться к твари, но ответа не последовало.

Существо даже не шелохнулось, продолжая молча парить на одном месте.

— Молчишь, значит? — Лорг решил, что существо не знает языка этого мира, и решил попробовать обратиться на языке демонов: — Кхеген врех граовиртум?

Лорг повторил свой вопрос, но реакция осталась прежней.

Казалось тварь просто безразлично наблюдала за ведьмаком, словно насмехаясь над ним, продолжая неподвижно парить точно по центру поляны.

— Чего же ты ждёшь? — Тихо спросил ведьмак, словно пытаясь прочитать мысли твари.

Словно чего-то выжидая они оставались на своих местах, пристально наблюдая друг за другом. Если бы в этот момент, какой-нибудь случайно забредший рабочий увидел их со стороны, он бы мог решить, что ведьмак играет с тварью в гляделки.

Лорг пытался понять, как ему следует поступить дальше, ведь существо находилось рядом с ловушкой, которую он успел поставить до темноты.

Правда была одна проблема: ловушка находилась на земле, и для её активации на неё нужно было наступить. А тварь парила в воздухе и, судя по всему, спускаться не собиралась.

Пока ведьмак обдумывал свои дальнейшие действия, он внезапно заметил, как с другой стороны поляны из леса начал кто-то выходить. Лорг отошёл в сторону и спрятался за кустами, наблюдая за происходящим.

Он увидел, как на поляну вышел высокий человек, но к сожалению ему было не видно кто конкретно это был, так как фигура и лицо были скрыты длинным плащом с капюшоном, но из-за очертаний незнакомца, сомнений, что это был именно человек у ведьмака не возникло.

Незнакомец бесстрашно двигался по поляне прямо к монстру и прошёл всего в одном шаге от ловушки.

Хоть тварь и продолжала смотреть в сторону ведьмака, незнакомец не обратил на это абсолютно никакого внимания.

— Ты уже здесь? — Видимо, человек не ожидал, что его могут подслушивать, поэтому говорил достаточно громко, чтобы ведьмак мог без проблем слышать каждое его слово. — Как всегда никакого ответа. — Человек скрестил руки. — Ладно, я сюда не поболтать пришёл.– Он что то достал из за пазухи и показал твари, Лорг попытался разглядеть, что это было но не успел, – А теперь ступай, кархорм!

С этими словами человек в капюшоне махнул рукой, словно прогоняя тварь с поляны.

Такого поворота событий ведьмак явно не ожидал. Но последнее слово неизвестного явно было произнесено на языке демонов и означало «охота».

Но обдумать как следует откуда незнакомец мог знать язык демонов у Лорга не получилось, так как тварь безмолвно и беззвучно поплыла в его сторону, заставив ведьмака напрячься.

— Зараза! — Лорг уже думал, что тварь сейчас нападёт на него, но существо неожиданно на полпути сменило направление. — Чего?

Ведьмак посмотрел в спину удаляющейся твари, а когда перевёл взгляд обратно на поляну, обнаружил, что неизвестный мужчина уже исчез.

Немного поколебавшись, за кем гнаться, ведьмак решил, что надо остановить сначала существо которое направляется в лагерь лесорубов, а потом уже заняться незнакомцем, хоть решение было принято быстро, но тварь всё равно уже успела от него оторваться поэтому ему пришлось поспешить, продираясь сквозь лес.

— Да чтоб тебя! —Ругался Лорг, продираясь сквозь густые заросли и думая о том, что всё-таки следовало гнаться за неизвестным мужчиной, но он не хотел допустить новых жертв, поэтому стараясь как можно быстрее догнать тварь был вынужден срезать путь через самую чащу, — Зараза понимать бы ещё, что я правильно двигаюсь.

Притормозив, он посмотрел в сторону в которой по его предположению должна была находится тропа, которой пользовались лесорубы, но немного поколебавшись ведьмак решил не терять времени и вместо этого продолжил пробираться через лес, матерясь на себя за своё решение и сильно надеясь, что он не заблудится.

Казалось, что ничего не происходит — лес продолжал жить своей жизнью, как ни в чём не бывало. То тут, то там бродили ночные хищники, птицы угнездившиеся на ночь и встревоженные незваным гостем выдавали свою трель, а туман стелился над землёй воздушным ковром, скрывая под собой коварные ловушки леса — скользкие камни, поросшие мхом, корни деревьев, готовые поставить подножку любому невнимательному путнику, только и ждали подходящего момента, чтобы Лорг оступился.

Стараясь хоть немного разбирать дорогу и пробираясь сквозь густые кустарники, ведьмак наконец-то увидел свет костров, пробивающийся сквозь деревья. Значит, ему всё-таки удалось не заблудиться и добраться до лагеря.

Но прежде чем он успел добежать, ему навстречу попался бригадир.

Замерев на месте, ведьмак не сразу понял, что что-то не так. Но когда бригадир приблизился, Лорг увидел, что тварь нависла прямо над ним.

— Жирь, стой! — Твёрдо сказал ведьмак, когда бригадир приблизился к нему, но тот словно его не слышал. Лорг заглянул в его глаза и ему показалось, что Жирь находится во сне. — Да стой ты, я тебе говорю!

Лорг схватил бригадира за руку, и тот встрепенулся, словно и вправду очнувшись ото сна, после чего не замечая ведьмака который стоял прямо перед ним, он медленно посмотрел наверх и, увидел тварь, нависшую над ним и сразу закричал от ужаса.

— Да не кричи ты! — Зажав рукой рот бригадира, ведьмак попытался его успокоить. — Если сюда кто-нибудь прибежит, я не знаю, как эта тварь себя может повести!

— Мастер Лорг, да что же это такое? — Испуганно спросил Жирь, не сводя взгляда с чудовища, которое продолжало беззвучно парить над ними.

— Если честно, то я и сам не знаю, — признался Лорг и почувствовал, как мелкая дрожь начала бить бригадира. — Я понимаю, что тебе страшно, Жирь, но ты должен мне довериться!

— Мастер, если вы и сами не знаете, что это за тварь, то как вы собираетесь нас от неё спасти? — Вопрос был хороший, жаль, у Лорга сейчас не было на него ответа.

— Я узнал, что тварь нападает не сама — её кто-то специально натравливает на вас, — Лорг не мог придумать, как справиться с тварью, зато знал, как справиться с человеком, который управлял ею.

— Как это — натравливает? — Удивился бригадир и даже на секунду забыл о существе, которое терпеливо продолжало парить над ним. — Да кому же мы чего плохого сделали, чтобы он наслал на нас эту тварь,— Слова бригадира были насквозь пропитаны отчаяньем, – За что нам это?

— Пока не знаю, но обязательно выясню, — Лорг старался говорить как можно увереннее, и кажется это подействовало, по крайне мере бригадир сумел собраться и твёрдо посмотрел в глаза ведьмаку.

— Мастер, если вы знаете, кто этот человек, прошу — приведите его к нам, мы сами с ним разберёмся, отомстим за наших ребят! — Страх часто обращается в гнев, особенно когда тот, кто боится, понимает, что его враг — обычный человек.

— Если получится, — коротко ответил ведьмак, предпочитая ничего не обещать. — Слушай… Я, кажется, понял, как охотится эта тварь. Она как-то воздействует на твой разум, вводя в транс и заставляя идти на поляну. Что ты помнишь последнее, до того как оказался здесь?

— На поляну? — удивился Жирь.

— Не отвлекайся. Что последнее ты помнишь?

— Сейчас… — Жирь сосредоточился, чтобы вспомнить, и Лоргу показалось, что тварь как то странно дёрнулась. — Точно! Вспомнил! Я шёл в сарай за инструментом, когда меня позвал…

Он замолчал и озадаченно уставился на Лорга, растерянным взглядом.

— Кто тебя позвал, ну же бригадир, соберись, от этого зависят наши жизни.

— Меня позвал Хурс, — удивлённо ответил Жирь, словно только сейчас осознал, что такого не могло быть. — Точно, это был он. Я помню, как подходил к сараю, а он окликнул меня и позвал к себе, хотел, чтобы я ему помог. Я пошёл следом за ним, и вдруг оказался здесь. — Тварь резко дёрнулась и словно беззвучно взвыла: видимо, то, что бригадир начал вспоминать всё, что произошло, сказалось и на ней. — Почему я не удивился, когда увидел его?

— Тварь воздействовала на тебя и твои чувства, видимо она как-то смогла их притупить, — Лорг раньше уже встречался с чем-то подобным, и у него появился план, как прогнать это существо, или хотя бы заставить её отпустить бригадира. — Слушай… Я, кажется, знаю, как можно избавиться от этой мрази.

— То есть вы хотите сказать, что она так просто не отстанет?

— Боюсь, что нет, но один способ всё-таки есть, — Лорг усмехнулся, и эта усмешка не понравилась бригадиру. — Объяснять не буду, но сразу предупреждаю — сейчас будет страшно.

— Что вы хотите этим сказать мастер?

Лорг заглянул в глаза бригадиру и начал читать заклинание. Ведьмак чувствовал, как сердцебиение Жиря усилилось, а на лбу вздулась вена и выступил крупный пот. Ведьмак не мог воздействовать ментально на человека, зато мог внушить ему такой страх, что тварь, которая по-прежнему была связана с ним, тоже должна будет его испытать.

Зрачки бригадира сузились, лицо побледнело, немой крик застыл на его устах, дыхание стало частым и прерывистым, а всё тело била крупная дрожь. Наконец, не выдержав, он издал сиплый крик пересохшим ртом и, не выдержав испытанного ужаса, просто потерял сознание.

Но план ведьмака удался — как он и ожидал. Тварь, получив порцию ужаса, который мог испытать лишь человек, разорвала с ним ментальный контакт и поспешила сбежать.

Опустив бригадира на землю, Лорг сел рядом, понимая, что нет смысла гнаться за бесплотным существом, которое он всё равно не сможет догнать.

Вместо этого он взял в руки гримуар и проткнув указательный палец, капнул каплю крови на замок выполненный в виде оскалившейся морды демона, после чего позвал Граха и рассказал ему всё, что удалось узнать.

Демон внимательно выслушал ведьмака, подтвердив в конце, что тоже никогда не слышал о подобных тварях, после чего попросил отвести его на ту самую поляну, чтобы он сам мог её осмотреть.

— Ну, что? Есть идеи, что тут творится? — спросил Лорг, когда Грах осмотрел все деревья.

— Не уверен, но что-то мне подсказывает, что кто-то хочет открыть здесь портал, — задумчиво проговорил демон.

— Разве такое возможно? — удивился ведьмак.

— Возможно. И поверь — если у него это получится, то это будет очень большой портал, — Грах посмотрел по сторонам. — Но это не всё. То существо, с которым ты столкнулся, физически находилось в другом мире, а то, что ты видел — было лишь его перенесённым отражением. Поэтому ты ничего и не слышал.

Грах подошёл к одному из деревьев и провёл когтем по стволу.

— Смотри! — Лорг приблизился к дереву и увидел, что из него течёт кровь.

— Впервые вижу кровоточащее дерево.

— Это не кровь, — Грах опроверг предположение ведьмака. — Кто-то неоднократно уже открывал здесь портал и, пусть недолго, но держал его открытым.

Присев, демон зачерпнул стеклянной пробиркой сначала сок дерева, а потом в другую насыпал землю от корней.

— Я, конечно, проверю, но это дерево явно изменилось из-за энергии нашего мира.

— Ты хочешь сказать, что в любой момент тут может открыться портал, и оттуда повалят твари? — Лорг нервно усмехнулся.

— Нет. Портал ещё не готов — он не способен полностью переместить кого-либо в этот мир. Уверен, именно поэтому они вынуждены отправлять сюда не саму тварь, а только её бесплотную копию.

Конечно, по драконоподобной морде Граха было тяжело определить, когда он улыбается, но Лорг как-то научился это делать.

— Почти так же, как мы проходим в ваш мир через гримуары? — предположил ведьмак, но Грах отрицательно покачал головой.

— Нет. Тут другой принцип. Вы можете переходить, потому что связаны с нашим миром — ваши тени заменяют вам плоть, когда вы находитесь в тонком измерении! — Демон оглядел все деревья и остановил задумчивый взгляд, на самом центре поляны. — Этот портал работает иначе — без того, на ком он завязан, ничего не выйдет.

— Ты имеешь в виду того человека? — Грах утвердительно кивнул. — Проклятие… Так и знал, что нужно было бежать за ним!

— Тогда тварь сегодня убила бы ещё одного, и дело приняло бы скверный оборот, — безразлично ответил Грах.

— Что ты хочешь этим сказать?

— А ты ещё не понял? — Грах насмешливо посмотрел на ведьмака, но Лорг всем своим видом дал ему понять, что ему сейчас не до загадок. — Этот портал почти готов. Сам посмотри вокруг.

— Но я не вижу тут ни круга, ни рун… — Ведьмак прервался на полуслове, осознав, что имеет в виду Грах. — Неужели вся эта поляна является жертвенным кругом?

— Именно так, — С довольным видом подтвердил Грах – Тот, кто решил тут открыть портал таких размеров, не гнушается применять кровавые ритуалы, а самое главное — он не боится, что его найдут. Даже демоны не любят связываться с силой смерти и, без лишней нужды, стараются не прибегать к подобным ритуалам — ведь последствия после их проведения всегда плачевно заканчиваются для всех.

Словно задумавшись о чём то демон ненадолго замолчал, после чего серьёзно посмотрел на Лорга и добавил:

— Если ты хочешь уничтожить эту тварь, то это можно будет сделать только на той стороне. Я могу активировать этот портал, чтобы мы прошли.

— Но если я сейчас перейду через этот круг, то не смогу вернуться через него обратно, ведь так? — Теперь Лорг понял, как человеку удалось так быстро исчезнуть. Скорее всего, он воспользовался силой портала, когда отправил тварь на охоту, но появился он точно не из него.

— Да. Пока ритуал не будет завершён, портал ведёт только в одну сторону. Чтобы вернуться обратно, потом тебе придётся пройти через разлом.

Идея воспользоваться порталом Лоргу сразу не понравилась, так как он их терпеть не мог. Ведь никогда не знаешь наперёд, что может поджидать тебя на другой стороне и куда тебя занесёт, тем более портал, открытый с помощью кровавого ритуала.

Сколько раз он видел ведьмаков, которые, преследуя работорговцев рисковали воспользоваться их порталами, через которые они похищали детей, после чего, их часто находили мёртвыми или не находили вовсе, так как на той стороне их уже поджидали засады или ловушки.

— Лучше поступим по-другому, — сказал Лорг. Грах с любопытством посмотрел на него. — Ты пройдёшь через портал — тебе всё равно надо вернуться в свой мир, а я останусь здесь и проверю окрестности.

— Что, боишься заглянуть в неизвестность? — усмехнулся демон, оскалив свои огромные клыки.

— Не больше, чем любой человек, — Лорг меланхолично пожал плечами, не обращая внимания на издёвки демона. — Но дело не в этом. Человек, который командовал тварью, пришёл явно не из этого круга, значит, где-то рядом должен быть ещё один портал. Я хочу его найти и устроить ему засаду.

— Ну что ж, это, конечно, удивительно, слышать подобное особенно от тебя, но твоя идея не лишена смысла, — издевательски продолжал ухмыляться демон с самодовольным видом. — Хорошо, я пройду через портал и постараюсь что-нибудь найти. — Грах задумчиво посмотрел на поляну. — Тем более, я хочу изучить эту тварь и добавить к себе в коллекцию её голову.

— Хорошо, тогда буду ждать новостей.

Лорг отпустил Граха, и демон сразу направился в центр поляны, где надрезал когтем указательный палец и вытянув свою громадную лапу вперёд, произнёс заклинание перехода. Как только капля его крови упала на землю, он в тот же момент исчез — просто растворившись в воздухе, как утренний туман.

Оставшись наедине с собой, Лорг почувствовал, как силы покидают его. Он вспомнил, что забыл принять эликсир перед призывом Граха, и всё время, пока демон находился здесь, ведьмак терял свои жизненные силы, поддерживая Граха в своём мире.

Он знал, что это было смертельно опасно, но так спешил, пока бригадир не пришёл в себя, что у него совсем вылетело из головы первое правило Вазарана.

— Вот блин, надо же было так облажаться? — Лорг присел под дерево и вытер рукой кровь из носа. — Что бы на это сказал учитель? — «Тебе что, придурок, жить надоело?» — словно в ответ на его вопрос, прозвучал голос учителя в голове, заставив ведьмака усмехнуться, разглядывая собственную кровь на пальцах.

Ведьмак чувствовал, как его сознание начало плыть, а тело стало ватным — что было неудивительно: Грах долго находился в этом мире за его счёт. Если бы он пробыл хоть немного подольше, Лорг наверняка был бы уже не жилец.

Когда сознание его практически покинуло, он вдруг услышал знакомый голос бригадира.

— Мастер Лорг, что с вами? Вы ранены? — Ведьмак хотел сказать, что всё хорошо, но не смог — тёмная пелена застелила его взор и он провалился в беспамятство.

Глава 8 Неожиданные новости.

Ведьмак пришёл в себя уже в кровати. Он лежал в комнате, которую ему предоставил Пернпил, а у его ног мирно спала Сапфир.

Аккуратно убрав ноги, чтобы не потревожить кошку, Лорг встал с постели и начал искать свою одежду. В этот момент дверь в комнату открылась, и вошла молодая, симпатичная девушка с подносом в руках, застав ведьмака в чём мать родила.

— Доброе утро, мастер Лорг, — улыбнулась незнакомка, ни капли не смущаясь вида, в котором предстал перед ней ведьмак.

— Здравствуйте, — сдержанно ответил Лорг, даже не пытаясь скрыть своей наготы.

— Как вы себя чувствуете? — Девушка поставила поднос с завтраком на небольшой столик и с очаровательной улыбкой посмотрела на Лорга.

— Вы знаете… Всё хорошо, вот только как-то немного прохладно сегодня, — ведьмак скрестил руки на груди.

— Так неудивительно, мастер. Скоро же Грейль будет, а там и первые снега. Правда у нас редко бывает холодно, да и снег… Если честно, я видела только один раз — и то, когда была маленькой.

Грейль — праздник последнего урожая, который отмечают повсеместно, даже на юге континента, где урожай бывает круглый год.

Лорг нередко бывал в сёлах, где этот праздник особо почитают, так как на нём приносят дары в знак благодарности за обильный урожай богине плодородия Аюлэе.

В дар богине принято отдавать часть урожая, причём каждая семья приносит от себя самые лучшие овощи или фрукты которые она смогла вырастить и обязательно забивают трёх жертвенных быков, мясом которых потом пирует вся деревня и угощает каждого путника, проезжающего мимо в этот день.

Аюлэя настолько почитаема, что даже самые захудалые деревни стремятся исполнить традиции и обряды, чтобы ни в коем случае не обидеть богиню и не навлечь на себя её гнев.

— Мне кажется, тут дело немного в другом, — Лорг усмехнулся и посмотрел на своё тело.

— Ааа, вы об этом, мастер, — девушка весело расхохоталась. — Простите, я ваши вещи в стирку забрала — они были все в грязи и пропахли конским потом. От такого замечания ведьмак немного смутился — он стирал вещи две недели назад, или уже прошло три?

— Когда Жирь с ребятами привёз вас в деревню и рассказал, как вы его спасли от чудища, я не могла вас не отблагодарить за его спасение, но не знала, как это сделать, вот и взяла на себя смелость позаботиться о вас.

— В каком смысле — позаботиться? — Лорг вопросительно посмотрел на девушку.

— Ну как… Раздела, омыла, в постели согрела. А то вас от покойника было невозможно отличить — разве что вы стонали во сне. А так если кто встретил бы вас на дороге — видят боги — прикопал бы без сомнений, — девушка хитро усмехнулась, и её взгляд переместился ниже пояса ведьмака, от чего Лоргу захотелось хоть чем-то прикрыться. — Хотя должна признаться — в постели вы точно не были похожи на мертвеца. По крайней мере, одна ваша часть точно!

— После такого даже стесняюсь спросить… А вы кем Жирю приходитесь? — Сейчас Лорг был готов отдать всё, что у него есть, за любую набедренную повязку, даже снятую с блохастой собаки.

— Неужели думаете, что я его замужняя? — Девушка хитро усмехнулась, а вот ведьмаку было не до смеха. — Да не переживайте вы, мастер Лорг. Я женщина приличная, незамужняя, а Жирь — мой брат. — Девушка поставила поднос на тумбочку и уселась на кровать. — Я вообще до вас ни разу с мужчиной не была. Думала так и останусь в девках — не целованной.

Откинувшись на руки, она выставила вперёд свои женские прелести, чем ещё больше подтвердила сомнения ведьмака в её словах. Так как девушка, мягко говоря, была недурна собой.

Натуральные рыжие волосы с каштановым отливом, зелёные глаза с фисташковыми вкраплениями, длинные густые ресницы, острый носик, пухлые губы, чуть островатый правильный овал лица — и всё это подчёркивалось пышным бюстом, который девушка умело выставляла напоказ.

Лорг был уверен, что такая красавица могла легко увлечь любого мужчину без каких-либо проблем, а сейчас она просто с ним заигрывала — о чём говорил подол её сарафана, который якобы ненароком лег так, что обнажил бедро выше колена, демонстрируя длинные стройные ноги, и поведение девушки которая не спешила его поправлять.

— Ну так что, мастер ведьмак? — Она посмотрела на Лорга взглядом, явно полным желания. — Вы великий убийца чудовищ, защитник людей… Сумеете защитить бедную девушку от одиночества?

Лорг решительно подошёл к ней и, уперевшись на руки, наклонился вперёд, прямо к её лицу. Девушка в предвкушении откинула голову назад закрыв глаза, и сжала кулаки. Лорг откинул прядь волос и приблизился к её уху, почти касаясь его своими губами. Он нежно прошептал:

— Где мои штаны?

Он тут же хотел встать, но рыжая бестия оказалась не из робкого десятка. Не позволив Лоргу отстраниться, она крепко схватила его за яйца.

— Сука! — лишь выплюнул ведьмак, плотно сжав зубы с такой силой, что они заскрипели.

— Слушай сюда, — её голос изменился, — пока я не поем, ты можешь даже и не вспоминать о своих портках, – Она мило улыбнулась глядя ему прямо в глаза, – У тебя есть два пути дорогой: либо ты расслабишься и будешь получать удовольствие, либо я сделаю это грубо, и поверь — приятного для тебя будет мало. Ну так что?

Её рука ещё немного сжалась, и ведьмак утвердительно кивнул.

— Вот и славно, поверь — милый, ты получишь несказанное удовольствие.

— Ты суккуб? — Лорг скорее утверждал, чем спрашивал, злобно глядя на создание в теле человека.

— А ты догадливый, — хищно облизав губы ответила она. — И поверь, я очень сильно проголодалась, пока добиралась до тебя. Так что принимай скорее свой отвар, и давай перейдём к делу, пока я не потеряла контроль над телом!

Лорг подошёл к большому деревянному комоду и достал из ящика кожаную сумку с множеством кармашков, из которой извлёк один пузырёк. Выпив его, он обернулся и увидел, что демоница уже избавилась от своего сарафана и лежала абсолютно голая на его кровати.

— Как тебя зовут? — спросил ведьмак, ожидая, пока эликсир начнёт действовать.

— Тебе и вправду сейчас хочется поговорить?

— Мне надо время, чтобы эликсир начал действовать. Как раз ты успеешь сказать, как тебя зовут.

— Можешь звать меня Зиархрая, если тебе так нужно имя, — голос девушки был раздражённым. Судя по всему, она действительно была уже на грани. — Ну что, долго ещё ждать?

— Значит, будешь Зиарой, — Лорг усмехнулся, и суккуб увидела в его глазах странный огонёк.

Лорг лёг рядом с ней и как только она попыталась забраться на него сверху, он схватил её за руку и сделал перекат, увлекая за собой. Оказавшись над ней, он зафиксировал её руки своими, не давая ей шевельнуться.

— А ты, значит, любишь сам быть сверху? — Суккуб усмехнулась и, словно хищник перед трапезой, прикусив губу.

— Если честно, то не особо, но ты же не думаешь, что я отдам демону контроль над ситуацией?

Прежде чем Зиара успела что-то ответить, Лорг впился в неё страстным поцелуем. Их языки сплелись, словно змеи, извивающиеся в брачном танце. Ведьмак был напорист, но девушка принимала его целиком, даже не пытаясь отстраниться или сбавить темп.

Не способная пошевелиться под тяжестью его тела, Зиара целиком и полностью отдавалась ему. Её тело горело от возбуждения. Ведьмак чувствовал его жар. Отстранившись лишь на секунду, чтобы перевести дыхание, он коленом раздвинул её ноги и, взглянув в её зелёные глаза, увидел лишь одобрительное желание. Но он не спешил входить в неё, специально уперев колено прямо между бёдрами и наблюдая, как она сгорает от желания быстрее получить его жизненную энергию.

Он кормил её по капле, давая сладостный нектар жизни размеренно, чтобы возбудить её аппетит. Когда он решил наконец освободить одну руку, она тут же обняла его за шею и притянула к себе. Их губы снова встретились, но на этот раз мягче — соприкоснулись на мгновение, а затем она отстранилась, словно дразня ведьмака, призывая его действовать более напористо.

Но Лорг не собирался играть по её правилам — ведь это было опасно для него. Лаская её тело, его губы исследовали каждый сантиметр её кожи, улавливая тонкий аромат спелых яблок, исходивший от неё. Ведьмак старался не потерять голову, сохраняя контроль. Его рука плавно скользнула по её животу, спускаясь всё ниже, и вот он уже ощущал кончиками пальцев жар и влагу, между её взмокших бёдер. Она попыталась свести бёдра, обхватить ими его руку, но его нога по прежнему не давала ей этого сделать.

Она издала первый стон, и тогда Лорг отпустил её вторую руку. Его губы ласкали её грудь, целуя и слегка покусывая. От удовольствия она стянула простыни и, не в силах больше сдерживаться, обхватила голову ведьмака притянув к себе. Она поддалась ему, отдалась целиком, желая только одного, чтобы он не останавливался.

Её пухлые, алые губы ласкали его шею, его руки, нежно массировали её грудь. Лорг постоянно твердил себе про контроль, но сам не замечал, как делал это всё реже и реже, пока голос в его голове совсем не умолк, заставив его отдаться процессу целиком.

Он сам не заметил, как её ноги обхватили его бёдра, как она притянула его к себе. Потные и разгорячённые, они обнимали друг друга, словно пытаясь стать одним целым. Они то ускорялись, то, наоборот, замедлялись, словно боясь поспешить, отдаваясь страсти и желанию, подчинившись полностью единственному инстинкту и забыв обо всем на свете.

Лорг не понял, как оказался внизу, лёжа на спине. Он любовался ею, изучал кончиками пальцев все изгибы её тела, не думая ни о чём, кроме неё. Он чувствовал жар её бёдер, крепко обхватывающих его. Она нависла над ним — так близко и одновременно так далеко. Её слегка приоткрытые губы манили его, но её руки не давали ему подняться.

Он чувствовал, как её волосы щекочут лицо, как её дыхание скользит по его коже, а её ногти впиваются в его грудь.

Их дыхание становилось всё быстрее и чаще, их сердца бились в бешеном унисоне. Она прильнула к нему всем своим телом, и ведьмак обхватил её талию руками, не позволяя ей снизить темп.

Они оба были уже на грани, и вот когда она была готова издать стон блаженства и наслаждения, Лорг крепко обнял её за шею и притянул к себе, не давая отстраниться. В порыве экстаза их губы снова встретились и её крик утонул в долгом страстном поцелуе.

Обессиленные они повалились на кровати, он чувствовал, как её тело с силой прижалось к нему, как их дыхание стало единым, а сердца бешено бились в унисон. Раскрасневшиеся, потные и разгорячённые, они лежали в объятиях друг друга.

Она чувствовала, как его тепло разливается внутри неё, наполняя её и медленно растекаясь по телу. Довольная, она посмотрела Лоргу прямо в глаза, её взгляд светились от счастья, давая понять, что она насытилась. Ведьмак же чувствовал, что он полностью опустошён.

Понимая, что без эликсира она бы просто напросто выпила всю его жизненную энергию до конца. Он пытался злиться на себя за то, что потерял контроль над собой и над процессом, но сколько бы ни старался — у него ничего не получалось. Вместо этого он с улыбкой смотрел на довольно улыбающуюся Зиару, лежащую на его груди, и нежно гладил её по густым рыжим волосам.

— Так ты расскажешь мне, зачем пришла? — Ведьмак лежал на кровати, наблюдая, как Зиара одевается.

— Грах отправил меня к тебе, когда не смог связаться с тобой, — она поправила волосы и обернулась к Лоргу. — Он догадался, что произошло. — Она насмешливо усмехнулась, а ведьмак лишь отвёл глаза.

— Теперь ещё и демоны будут указывать на мои ошибки…– Тяжело вздохнув он помассировал лицо ладонями – И за что мне это?– Хоть он и пытался изобразить серьёзный тон, но улыбка предательски не хотела сходить с его лица, выдавая его истинные мысли, — Может, и ты теперь расскажешь мне о моих ошибках в постели? — Он с улыбкой посмотрел на девушку, стоящую всего в метре от него.

— В этом плане к тебе нареканий нет. Тут ты и вправду хорош, — несмотря на то, что она продолжала улыбаться, в отличие от него, её взгляд и голос излучали серьёзность. — Но ты всё равно должен быть осторожен. Твоя безрассудность может довести до беды.

— Да знаю я. Не надо только изображать моего учителя, — ведьмак закатил глаза, пытаясь показать всем видом, что нотации ему ни к чему — он и так всё знает.

— Нет, Лорг, дело не только в том, что ты не выпил зелье. Это касается и твари, на которую вы охотитесь.

— Грах что-то узнал? — Лорг тут же стал серьёзным.

— Нет, — она скрестила руки на груди и отрицательно покачала головой. — Но когда он меня призвал в ту пещеру, чтобы передать сообщение для тебя, я ощутила какую-то ужасающую ауру. Она была насквозь пропитана смертью и жаждой крови. Мне, как суккубу, было не по себе просто находиться там. Я была готова практически на всё, лишь бы поскорее убраться оттуда.

Лорг понимал, почему Зиаре было тяжело и неприятно в пещере. Суккубы — энергетически восприимчивые существа, они очень тонко чувствуют энергию мира и всегда стремятся поселиться там, где есть большое скопление жизненной силы. Ведь они питаются не только от живых существ, но и от самой природной энергии. Для них секс — это как сытный ужин с хорошим десертом и отличной выпивкой: ментально они подпитываются удовольствием, получаемым во время процесса. А здесь всё обстояло наоборот — поле и, судя по всему, пещера после проведения кровавого ритуала были напитаны энергией смерти и страданий. Для суккуба это была враждебная среда, способная даже её убить.

— В каком смысле Грах ничего не узнал? — От такой новости ведьмак вскочил с кровати и начал искать свой гримуар. — Где он сейчас?

— Успокойся, Лорг. Не надо пытаться с ним связаться — его вызвал к себе князь. — Услышав, что повелитель демонов вызвал к себе Граха, Лорг отвлёкся от поисков и посмотрел на Зиару. — Именно поэтому он отправил меня к тебе, когда не смог связаться с тобой. И не надо на меня так смотреть! — Суккуб скрестила руки на груди и отвернулась, чувствуя себя неуютно от его взгляда.

— Расскажи, что Грах просил передать? — Лорг попытался смягчить тон, но у него это плохо получилось. — Если он не смог ничего найти, зачем тогда понадобилось присылать тебя?

— Чтобы предупредить… — Она не договорила, и ведьмак начал чувствовать, как её недомолвки начали понемногу его раздражать. — Он сказал, что кто бы ни стоял за этим ритуалом, он точно знает, что ты идёшь за ним, и в следующий раз он будет готов.

— Как он это понял? — Зиара не спешила отвечать и всё также не решалась посмотреть на него. — Ты уверена, что он не ошибается? — Наконец-то Лоргу удалось вернуть самообладание. — Ты же сама сказала, что он ничего не нашёл, или ты от меня пытаешься что-то скрыть?

— Нет, вернее — почти ничего. — Она виновато посмотрела на ведьмака, и было понятно, что она пытается о чём то умолчать. — Грах не хотел, чтобы я тебе говорила. Он просил, чтобы ты отказался от этого дела и уехал как можно быстрее и дальше. — Ведьмак не давал ей отвести взгляд. — Если я тебе расскажу, он разозлится.

— Сомневаюсь, что если я помру, он сильно расстроится, — усмехнулся Лорг. — И тем более он должен был предвидеть, что я откажусь уезжать. Так что можешь не бояться его гнева — я сам с ним потом разберусь.

Зиара всё ещё сомневалась, стоит ли говорить или нет. В конце концов, Грах был главой третьего дома и стоял выше неё в иерархии демонов. В случае чего он мог легко убить её за ослушание, и Лорг ничем не смог бы этому помешать.

— Я всё равно никуда не уеду, как бы ни обстояли дела. Можешь так и передать ему — я отказался от его совета. — Лорг решил разрушить её сомнения, просто не оставив выбора. — Это моё право, и ты тут ни при чём — он, конечно, будет в ярости, но наказывать тебя за моё решение не станет.

— Хорошо… Наверное, ты прав. — Было видно, что решение далось ей нелегко, но она предпочла сделать вид, что ей всё равно. — Там, в пещере, было видно, что совсем недавно проводили ритуалы. Мы нашли лишь следы жизни и стёртые письмена. Было видно, что там стояли алтари, но все они исчезли — кто-то постарался и очень быстро замёл следы. Даже круги силы уничтожили на всякий случай, чтобы не оставить ни одной зацепки.

Лорг внимательно слушал, из её слов выходило, что всё, что могло дать зацепку или подсказку, кто стоит за происходящим, было уничтожено. Даже круг силы мог стать уликой в зависимости от того, какую энергию в нём концентрировали и, главное дать понимание зачем.

— Грах сначала сомневался, но когда я пришла, то смогла точно определить, что жертвоприношения происходили с обеих сторон. — Лорг понял, что до сих пор держит Зиару за локоть, и убрал руку. — Причём и здесь, и в нашем мире жертвами были исключительно люди. Грах догадывался об этом, но не спешил с выводами, пока я не подтвердила его догадку.

Лорг задумался. Ведь в деревне никто не пропадал, а все тела жертв он нашёл на поляне. Значит, людей похищали где-то ещё или покупали на рынке у работорговцев. Это уже была какая-никакая зацепка, правда слабая — пока в школе сумеют проверить эту информацию, пройдёт слишком много времени. Тем более было непонятно, на каком именно рынке были приобретены эти люди, а значит, поиски могут занять не один месяц.

— Грах был прав. То, что там приносились человеческие жертвы — слабая зацепка. Проверить её уйдёт слишком много времени, — задумчиво проговорил ведьмак. — Это всё, что вы смогли узнать?

— Нет, как я уже сказала, тот человек, что был на поляне, он знает, что ты за ним охотишься. Мы это поняли, когда нашли жертвенный камень, на котором было твоё имя. — Лорг довольно спокойно отреагировал на новость, что Зиара даже решила, что он просто не понял значения её слов. — Ты что, ведьмак, не понимаешь, что я только что сказала?

— Конечно, понимаю, — усмехнулся Лорг, глядя на растерянное лицо девушки. — Моё имя было на каком-то камне. — Меланхолично пожав плечами, ведьмак с трудом сдержал смех, глядя на сердитое лицо девушки. — Да шучу я, не злись. — Лорг примирительно улыбнулся. — Я понимаю, что теперь стал следующей жертвой этой твари. И при таких обстоятельствах Грах советует мне бежать?

— Он думает, что тварь привязана к кругу, а значит не сможет тебя преследовать… — начала сукуб, но не договорила — ведьмак её перебил.

— Хорошо, а если это не так? — тут же спросил он, оборвав её на полуслове. — Что будет, когда ритуал будет закончен, и тварь прорвётся в этот мир вместе с другими монстрами? Что тогда? — Девушка не ответила, и Лорг продолжил. — Если моё имя на жертвенном камне, значит я буду её целью до тех пор, пока она меня не убьёт, и ничто уже не способно изменить это. Ты и сама знаешь. А значит, от того, что я сбегу, не будет никакого толку.

— Но в вашем ордене… — снова начала она, но не успела договорить.

— Наш орден — ещё и школа, где много детей, не готовых встретиться с настоящими чудовищами! — жёстко ответил Лорг. — К тому же не все ведьмаки занимаются охотой. Среди моих братьев много тех, кто посвятил себя науке и изучению миров. Они, конечно, могут постоять за себя, но в основном видели чудовищ только дохлыми на своём разделочном столе. Ты думаешь, что среди нас все такие же, как я?

— Не знаю. Я вообще мало, что знаю о вас и людях. Все ведьмаки, которых мне доводилось видеть, не слишком распространялись о своём ремесле.

— И скорее всего предпочитали орудовать мечом, а не трепать языками, — усмехнулся Лорг. — Да и в вашем мире ты могла видеть только подобных мне.

— Нет… Ты не похож на них, — Зиара подошла к ведьмаку и положила ладонь на его грудь. — Ты другой. Я не чувствую в тебе злости и ненависти, как в них. — Она сделала паузу и заглянула ему в глаза. — Лишь печаль и одиночество.

Внезапно Сапфир запрыгнула на комод прервав их разговор.

Лорг уже и забыл, что она находилась вместе с ними в комнате, и даже не заметил, в какой момент она исчезла. Но когда суккуб обратила на неё внимание, на её лице отразился ужас.

— Мне надо срочно возвращаться. Ты можешь отправить меня на ту сторону? — Зиара не сводила взгляда с Сапфир, которая, прищурившись, наблюдала за ними.

— Да, но для этого мне нужен мой гримуар. — Не понимая резкой смены настроения девушки, Лорг тоже посмотрел на кошку, которая, как ни в чём не бывало, начала вылизываться.

— Конечно, пойдём, я покажу. Он сейчас лежит вместе с твоими вещами в бане. — Зиара поспешила к выходу, и ведьмак заметил, что Сапфир провожает её, наблюдая одним глазом.

— Подожди, ты хочешь, чтобы я пошёл в таком виде? — Лорг всё ещё стоял в чём мать родила, но девушка так спешила покинуть его комнату, что даже не обратила на это внимания. — Да подожди ты! — крикнул он вдогонку и, схватив с кровати простыню, побежал за Зиарой, пытаясь обернуть длинную простынь вокруг пояса на ходу.

Когда они пришли в баню, суккуб успокоилась. Ведьмак не стал расспрашивать её о такой резкой смене поведения — он и так знал, что демоны по какой-то причине боятся Сапфир, называя её осколком тьмы. Такие реакции на её появление он уже неоднократно видел. Только Грах со временем сумел привыкнуть к её присутствию, хотя вначале тоже старался держаться от неё подальше.

— Что мне сказать Граху, когда он меня спросит про тебя? — спросила Зиара, протягивая Лоргу его вещи.

— Скажи, что я отказался уезжать. Я не могу допустить, чтобы погибли невинные. — Во взгляде девушки отчётливо читалось, что она предпочла бы другой ответ, но ведьмак не собирался менять своё решение. — Либо я остановлю эту тварь, либо она убьёт меня здесь. Но я не хочу, чтобы она явилась за мной в школу. Кто знает, на что она способна?

— Мне даже жаль, что не удалось тебя убедить. В какой-то степени я согласна с Грахом, — Зиара усмехнулась. — Но и тебя я могу понять. В конце концов, ты прав: никто из нас не знает, на что способна эта тварь и тот, кто за ней стоит. — Она скрестила руки на груди, пристально наблюдая, как Лорг надевает штаны. — Знаешь… Мне тебя будет не хватать.

— Неужели суккубы способны влюбляться? — усмехнулся ведьмак. — Я думал, что для вас все мужчины — лишь еда.

— Так и есть, — она подошла к нему и страстно поцеловала в губы. — Но кто сказал, что мы не любим вкусно покушать? А ты оказался как раз очень вкусным. С удовольствием высосала бы тебя до последней капли.

— Признаться, такая участь звучит куда привлекательнее, чем быть разорванным на куски неизвестной жуткой тварью, — усмехнулся он проведя ладонью по её щеке.

— Тогда постарайся не умереть, — хитро улыбнулась Зиара, глядя ему в глаза. — Тем более, что тебе ещё предстоит позаботиться об этой бедной девочке, когда я уйду.

— В каком смысле? — Лорг с недоумением посмотрел на неё.

— Так вышло, что когда я попала в этот мир, рядом не оказалось ни одного подходящего сосуда. Только эта девочка подошла, и она как раз оказалась рядом с гримуаром. Я вселилась в её тело и стёрла воспоминания у её родни, после чего пошла к тебе и изменила её внешность в соответствии с твоими предпочтениями, которые увидела в твоих снах.

— Ты хочешь сказать, что она не станет прежней? — Лорг никогда раньше не встречался с суккубами в человеческих телах и не знал, на что они способны и как влияют на человека.

— Боюсь, это невозможно. Я могу изменить возраст и внешность в зависимости от предпочтений объекта, с которым мне предстоит взаимодействовать, но не могу вернуть обратно то, что уже изменено.

Отчего-то ведьмак почувствовал свою вину за случившееся, в то время как суккуб говорила спокойно и равнодушно. Для неё эта девочка и её семья не представляли абсолютно никакой ценности — просто очередной сосуд, необходимый для своих целей.

— Не переживай. У неё есть способности, тем более, что после контакта со мной в ней останется частичка моей силы. А значит, она тебе точно пригодится. Может, из неё даже получится хорошая ведьмочка или ведьма — но это уже тебе решать.

— Сколько ей было лет? — тихо спросил Лорг, разглядывая девушку, которая почему-то показалась ему незнакомой.

— Кажется, пятнадцать, — Зиара вопросительно приподняла бровь. — А что? Слишком старая для тебя? — Для демона пятнадцать лет были всё ещё младенческим возрастом. О человеческих годах демоны не имели никакого представления, ведь из людей они встречали только ведьмаков и похищенных детей, которые тоже отличались от обычных людей.

— А сейчас из-за тебя ей стало где-то двадцать? — Зиара сделала вид, что задумалась, но в результате лишь пожала плечами.

Ведьмак понимал, что годы, которые она потеряла, теперь уже не вернуть. Пятнадцать лет для людей не считалось детским возрастом — девушек часто выдавали замуж даже моложе. Но Лоргу не нравилось думать, что всё это произошло из-за того, что он забыл выпить эликсир. К тому же, хоть и под воздействием чар суккуба, с её детством было покончено раз и навсегда. Значит, замуж её вряд ли уже возьмут. А если в ней навсегда останется сила суккуба, то представить её дальнейшее будущее будет несложно: без друзей, родных и близких, без денег и дома — дорога одна: в бордель, торговать своим телом, чтобы хоть как-то выжить в этом мире.

— Ну ладно, ведьмак. Потом со всем разберёшься. Давай, отправляй меня скорее домой, — легко и непринуждённо улыбнулась она, словно ничего не произошло. Лорг понимал, что нет смысла злиться на волка за то, что он любит есть овец, но настроение у него стало паршивым, и это читалось в его глазах. — Надеюсь, ты будешь хоть иногда вспоминать обо мне. — Сказала она на прощание, когда ведьмак раскрыл гримуар.

— Поверь, я тебя точно никогда не забуду! — пообещал Лорг и начал читать заклинание.

Глава 9 Последняя встреча.

Лорг старался не думать о случившемся и сконцентрироваться на работе. Когда девушка пришла в себя, он приказал ей сидеть в его комнате и никуда не выходить до его возвращения.

На всякий случай он наложил печать на все окна и двери, чтобы она никуда не сбежала и никто не мог к ней попасть.

Но как бы он не старался, поначалу ему все равно тяжело давалось сконцентрироваться на том, что ему предстояло сделать, но вечерняя прогулка по лесу вокруг поляны понемногу помогла отвлечься от мрачных мыслей и полностью сконцентрироваться на деле.

У него не было какого-то определённого плана, он ещё не придумал до конца, как одолеть тварь, но когда он отправил Зиару обратно в её мир, у него появилась одна идея, которую он решил проверить.

Однако для её реализации ему нужен был тот самый незнакомец, поэтому ведьмак для начала расставил ловушки вокруг поляны не особо рассчитывая на их эффективность, скорее делал это чтобы убить время, после чего принялся ожидать в кустах, рядом с тем местом откуда он появился в прошлый раз.

Когда окончательно стемнело, Лорг выпил эликсир усиливающий все чувства, чтобы лучше видеть в темноте, и закусил его свежей солониной.

По началу он не сомневался, что тварь скоро объявится на поляне, поэтому терпеливо ожидал, зная, что незнакомец тоже придёт, чтобы натравить её на следующую жертву, роль которой должен был исполнить ведьмак.

Но время шло и ничего не происходило из-за чего у Лорга начали закрадываться сомнения в собственной правоте.

Мысль, что из-за того, что они с Грахом обнаружили себя, начала зудеть в голове всё чаще, заставляя его усомниться, что тварь сегодня вообще появится. Но когда внезапно его внутренние инстинкты словно взбесились, завопив об опасности он был готов к этому.

Одним прыжком Лорг выпрыгнул из кустов — и в то же мгновение что-то срезало их пополам.

— Так и знал, что ты здесь, — усмехнулся незнакомец. Несмотря на эликсир, темнота и капюшон по-прежнему скрывали его лицо, но ведьмак отчётливо слышал насмешку в его голосе. — Жаль, что Юграша промахнулась — это бы сильно упростило задачу. Да и, признаться, я бы предпочёл увидеть тебя, захлёбывающегося в луже собственной крови!

— Могу сказать то же самое, — усмехнулся ведьмак, вытаскивая меч из ножен. — Может, попросишь свою подружку подождать, и мы с тобой посмотрим, кто кому выпустит кишки?

— Прости, я бы с радостью задержался и убил тебя собственными руками, но боюсь, не могу позволить себе такого удовольствия, — незнакомец развёл руками. — Видишь ли, из-за того, что вы с твоим проклятым демоном вмешались в наши дела, у меня теперь слишком много работы. Мне надо подготовить новую лабораторию, чтобы закончить ритуал. Но ты не переживай — Юграша сегодня здесь во плоти, и она позаботится, чтобы ты больше не совал свой нос куда не следует.

— Кто вы и зачем вам понадобилось открывать здесь портал? — внешне Лорг сохранял спокойствие, но внутри был сжат как пружина.

— С чего я должен отвечать на твои вопросы? — Незнакомец продолжал насмехаться над ведьмаком

— А разве тебе не всё равно, если меня сейчас убьют? — Безразлично пожав плечами Лорг усмехнулся,– Или ты сомневаешься, что твоя подруга справится?

— Тогда у меня встречный вопрос, а тебе самому не всё ли равно? Ведь тебя всё-таки сейчас убьют, — рассмеялся незнакомец. — Ты же не думаешь, что я настолько наивен, чтобы выложить тебе всё?

— Ну, я хотя бы попытался, — Развёл руками Лорг.

— Хорошо. За твои старания я дам тебе намёк. Хоть ты и не знаешь, кто я, зато я очень хорошо знаю, кто ты, — с этими словами незнакомец развернулся и пошёл в сторону поляны, оставив ведьмака один на один с тварью.

— Похоже, время поговорить закончилось, — тварь медленно подняла свои серпы и направилась прямо на ведьмака.

Лорг стоял на месте, наблюдая, как Юграша быстро приближается к нему. В какой-то момент, не доходя до ведьмака метров пять, тварь сделала огромный прыжок. Но в этот раз ведьмак не шевельнулся, спокойно наблюдая за тем, как тварь стремительно приближается к нему. Только перед самым её приземлением он отскочил в сторону, позволив ей оказаться в заранее подготовленной ловушке.

Провалившись в волчью яму, которую ведьмак специально вырыл, когда готовился к охоте, тварь успела зацепиться и не ушла в неё полностью. Но ведьмаку было достаточно и этого. Он одним прыжком подскочил к ней и отрубил ей руку.

Юграша жутко взвыла и попыталась достать обидчика второй рукой, которой держалась за край ямы, но тут же свалилась на дно.

Пока тварь выбиралась из ловушки, Лорг успел отойти на достаточное расстояние, чтобы оказаться вне зоны её атаки. Благодаря чему, когда взбешённая Юграша неожиданно для ведьмака метнула в него один из своих серпов он чудом успел увернуться. Но бросок оказался настолько метким, что чуть не оторвал ему руку, сильно порезав плечо.

— Что, тварь — один-один? — зло оскалился Лорг, зажимая рану и глядя, как тварь ликует. Судя по всему, запах его крови взбудоражил её. — Зараза! — Ведьмак сплюнул и приготовился к атаке. Юграша не заставила себя долго ждать и тут же рванула на Лорга, опьянённая запахом его крови.

Но, снова не добежав до ведьмака всего пары шагов, как оказалась в другой ловушке. Капкан мгновенно сработал и острые металлические шипы с хищным лязгом намертво вонзились в её плоть.

— Попалась, мразь! — Лорг ушёл в пируэт, уходя из-под атаки твари, которая тут же попыталась достать его своими серпами, и с силой рубанул по колену, отрубив ей свободную ногу.

Тварь взвыла от боли и повалилась на землю но когда ведьмак попытался её добить, у неё оказался припасённый козырь: раскрыв пошире пасть, она издала такой нестерпимо громкий визг, что у ведьмака потемнело в глазах.

Выронив меч, он попытался закрыть уши руками, но это не помогло тогда Лорг упал на колени и зажмурив глаза, попытался заорать, но не услышал собственного голоса, несмотря на то, что кричал изо всех сил. Ещё немного — и этот крик прикончил бы его, когда тварь внезапно заткнулась.

В ушах стоял противный звон, из-за которого он слышал всё так, будто находился под водой, а из носа текла тонкая юшка крови. Голова жутко кружилась, и он чувствовал, что его вот-вот вырвет, но кое-как сдерживая позыв, он вытер слёзы.

Чувствуя, как всё тело бьёт крупная дрожь, Лорг начал быстро подниматься на нетвёрдых, ватных ногах, оглядываясь мутным взглядом по сторонам.

Тварь исчезла. Осталась только её вторая нога, застрявшая в капкане.

Когда ведьмак попробовал сделать шаг в сторону, где была тварь, его куртка порвалась, и он с удивлением увидел, как из его плеча торчит конец серпа, по которому стекала его собственная кровь.

Он не почувствовал ничего, кроме удивления. Попытавшись коснуться острия лезвия, он остановился, так и не донеся руку до него. Вместо этого он посмотрел наверх и увидел, как тварь крепко обхватила ствол дерева своими руками, одной из них продолжая держать серп, которым проткнула его плечо. И прежде чем ведьмак успел хоть что-то сделать, она резким движением подняла его в воздух и со всей силой швырнула в сторону поляны.

Хоть Лорг и успел сгруппироваться перед приземлением, оно оказалось намного жёстче, чем он рассчитывал.

С трудом поднявшись на ноги, он смотрел, как тварь, передвигаясь на своих руках, быстро ползла к нему на подобие паука с оторванными лапами.

— Понятно. Значит, ты убиваешь только на поляне, — Лорг усмехнулся сжимая крепко меч в руке и не обращая внимания на рану, он сделал шаг на встречу твари и одним резким ударом рубанул с разворота, целясь в голову.

В то же мгновение наваждение спало, и ведьмак увидел, как тварь, висевшая над его головой, изобразив на своей жуткой костлявой морде, гримасу нестерпимой боли, беззвучно взвыла от ментальной атаки ведьмака.

Он настолько резко прервал её контакт, что это причинило ей дикую боль, но, как и в прошлый раз к его сожалению не смертельную.

Лорг резко перевёл взгляд на высокую худощавую фигуру завёрнутую в чёрный балахон, к тому самому незнакомцу скрывающему своё лицо, за глубоким чёрным капюшоном.

Тварь уже не представляла интереса для Лорга, сейчас всё его внимание было приковано к этой таинственной фигуре в чёрном плаще, окрашенном алой кровью из глубокой кровоточащей раны в животе, нанесённой ведьмачьим клинком, но всё равно продолжавшего неподвижно стоять на ногах, как ни в чём не бывало.

— Интересно, как же ты смог догадаться? — незнакомец скинул капюшон и усмехнулся, обнажив два больших клыка.

— Грах намекнул, когда прислал ко мне суккуба, — усмехнулся Лорг и сплюнул на землю остатки кишки, в которую он заранее налил зелье, чтобы вывести себя из-под контроля твари. — Он намекнул, что внушение, которое оказывает тварь, очень похоже на внушение суккубов.

— Умно, ведьмак, — незнакомец нахмурился, но улыбаться не перестал. — Значит, ты раскусил меня.

— Это было достаточно просто. Ваш портал был не готов до конца, а значит, эту тварь ты сюда не мог переместить. Для этого тебе бы пришлось искать другой способ, но тогда ты бы потерял много времени. — Лорг чувствовал опасность от существа, похожего на человека. Его бледная кожа и острые уши свидетельствовали о том, что он явно пришёл с другой стороны. — К тому же я понял, что вы просто хотели меня спугнуть, чтобы я собрался и уехал из деревни. Иначе бы вы не стали оставлять жертвенный камень, зная, что Грах мог его с лёгкостью сломать и развеять чары.

— И надо же было угораздить нарваться на такого проницательного ведьмака, — незнакомец с досадой помотал головой. — Хотя сам виноват: ведь Зурвик меня предупреждал насчёт тебя. Это правда, что мы не хотели тебя убивать и планировали лишь отпугнуть, чтобы не привлекать к себе внимание вашей школы. Но раз ты обо всём догадался, похоже, у меня нет выбора — и мне придётся прикончить тебя.

Незнакомец не достал оружие, как ожидал ведьмак. Вместо этого он обнажил свои когти и собирался уже атаковать, когда вдруг понял, что не может шевелиться.

— Что происходит? — всё его тело словно парализовало. — Почему я не могу пошевелиться?

— Ах да, чуть не забыл.– Лорг повернулся в сторону кустов и громко позвал Граха, который согласно их плану ожидал нужного момента для появления и был готов в любой момент вмешаться в схватку если, что–то пошло не по плану.

– Познакомься с моим товарищем Грахом, или вернее сказать, с Грахквааргом — поглотителем всего сущего, повелителем теней и по совместительству главой третьего дома демонов. — Под объявление Лорга из кустов позади незнакомца вышел огромный дракона подобный демон.

— Почему он здесь? — судя по всему, появление Граха произвело впечатление на незнакомца. — Он же должен быть сейчас у повелителя демонов! — От злости бледнолицый чуть ли не кричал.

— Вы, вампиры, недооцениваете нас! — лишь прорычал демон. — Думаете, что вы намного лучше и хитрее всех вокруг. — Встав прямо перед вампиром он посмотрел на него так, словно перед ним стоял муравей. — Мой господин сам вышел со мной на связь и сказал, что мой визит к нему может подождать, сначала ему надо разобраться с главой пятого дома — Брокриусом. По просьбе которого он меня и вызвал.

От упоминания главы пятого дома у вампира расширились глаза — он явно знал, о ком идёт речь.

— Сразу как только я оказался в пещере, то почувствовал странную ауру. Я понял, что вы следите за мной. А когда Зиарана подтвердила мои подозрения, я отправил её к Лоргу, понимая, что вы скорее всего следите за ним, я сразу догадался, что у вас есть свой человек в деревне. — Вампир ничего не говорил, но это и не требовалось — его выражение лица говорило само за себя. — Вы слишком далеко зашли, и вы за это ответите!

Грах положил свою большую когтистую лапу на голову вампира и одним движением вырвал её вместе с позвоночником. Но даже несмотря на то, что тело безвольно рухнуло на землю, голова всёх равно продолжила жить.

— Ты что творишь, выродок? — взбесился вампир, бессильно раскачиваясь на волосах. — Когда об этом узнает Безымянный — тебе конец!

— Перед тем как ты сдохнешь, открою тебе один секрет, — Грах поднёс голову к своему лицу и заглянул вампиру в глаза с мерзкой ухмылкой. — Ваш Безымянный вас же и сдал! — Демон посмотрел на ведьмака. — Лорг, будь любезен, раздобудь нам огонька. Окажем этой твари тёплый приём.

Грах поставил ногу на тело вампира и, наклонившись, с лёгкостью расчленил его всего одной рукой. После чего скидал всё в кучу и предоставил её Лоргу, который произнёс формулу имени бога огня и пламя начало быстро поглощать останки вампира.

Демон посмотрел как огонь начал быстро пожирать останки плоти и кинул в разгорающееся пламя голову бледного, которую перед этим лишил возможности говорить вырвав нижнюю челюсть.

Лорг тоже смотрел как огонь поглощает останки вампира и не отвёл взгляд, даже когда налитые кровью и полные ненависти глаза вампира, уставились на него, молча проклиная их с Грахом.

— Хорошо, что ты всё правильно понял. Возможно, ты не такой тупой, как мне всегда казалось, — усмехнулся демон, глядя на ведьмака.

— Опять на грубость нарываешься? — ведьмак усмехнулся и посмотрел на демона с вызовом.

— Нет, но твой трюк с закладкой призыва мне и вправду понравился. Я не знал, как связаться с тобой, чтобы ты открыл для меня портал. А когда увидел твою кошку с этой штукой в зубах — я был впечатлён. — Лорг посмотрел на небо, после чего начал озираться по сторонам, а потом принюхался.

— Ты чего делаешь? — не понял Грах.

— Да так, ничего такого. Просто похвала от тебя — вот и думаю, теперь что сейчас будет: снег пойдёт или в лесу что-то крупное сдохло, — усмехнулся ведьмак.

— Нет, ты всё-таки и вправду дурак, — Грах сложил руки на груди. — Сам же только что и прикончил эту тварь в лесу, а теперь ещё чего-то ищет.

Такого комментария Лорг никак не ожидал. С недоумением посмотрев на демона, он от души рассмеялся.

— А теперь серьёзно, Лорг, — начал демон. — Мы давно наблюдаем за вампирами, и в последнее время у них что-то происходит. Они начали вести себя подозрительно тихо, и при этом мы зафиксировали повышенную активность в их кланах.

— Подожди, разве вампиры не одним племенем жили? — ведьмак сильно удивился, так как в их ордене никто никогда не слышал о вампирских кланах.

— В этом-то и проблема. В конце-концов, они достаточно быстро начали пополнять свои ряды. К тому же в последнее время ваши ренегаты всё активнее прибиваются к ним, — Грах издал что-то наподобие приглушённого рыка. — Наш повелитель запретил нам вмешиваться. У них с Безымянным свои договорённости. Но мы точно знаем, что есть демоны, наподобие Брокриуса, которые как-то с ними связаны.

— Почему нам никто ничего не сказал? — Лорг посмотрел на демона, но тот лишь пожал плечами.

— Значит, то, что случилось сегодня…

— Да. Они наконец-то сделали свой первый шаг, и мы не знаем, зачем им был нужен этот портал. — Грах кинул взгляд на поле. — Но точно знаем, что они настроены решительно. К тому же у меня и других демонов есть сомнения по поводу безоговорочной преданности Безымянного нашему господину. Он явно знает, что происходит, и всячески это покрывает. — Грах резко перевёл взгляд на ведьмака. — Именно поэтому, Лорг, вам предстоит научиться противостоять им. Одно я могу сказать наверняка, всё, что нам удалось обнаружить свидетельствует о том, что их цель — этот мир.

— Получается, вы давно знаете об этом, но решили рассказать только сейчас? — Лорг пренебрежительно хмыкнул, так как уже давно замечал, много недоговорок с его стороны.

— Я рассказал тебе об этом с согласия нашего повелителя. Пока он не давал на это разрешения, я был вынужден молчать. — Грах говорил равнодушно, так, словно это была обыденная повседневная беседа. — Сейчас ситуация начала меняться. Вампиры разделились на кланы и начали активно пополнять свои ряды. К тому же появились дома, которые начали их поддерживать. — Грах замолчал и посмотрел на поле, которое ещё недавно было смертельным капканом для всех, кто на нём окажется. — Думаю, наш повелитель уже направил кого-нибудь к вашим учителям, чтобы рассказать о положении дел.

— Слушай, а ловко вы это придумали.– Ведьмак посмотрел на демона насмешливым взглядом,–сначала вы отсиживались и просто наблюдали, в надежде, что вампиры решат захватить наш мир и просто уйдут из вашего, тем самым решив вашу проблему, ведь вы их не то, что не любите, признайся на самом деле вы их испугались? — Демон молчал, и Лорг знал, что дальше задавать вопросы было бесполезно, но остановиться уже не мог. — А теперь вы вдруг осознали, что если вампиры захватят наш мир, то это даст им ещё больше ресурсов, и они могут попытаться совершить у вас переворот?

По морде Граха было невозможно угадать, прав был Лорг или нет. В любом случае, он спросил всё, что хотел узнать, и всё равно остался без ответов.

— Ладно, оставим эту тему. Лучше скажи, как быть с этой тварью? — Лорг показал на беззвучно парящую юграшу. — Она, как бы, всё ещё здесь.

— Не переживай об этом. Она сама скоро умрёт. Без своего отражения она долго не протянет, а в этом мире, без кукловода, она не опасна. Разве что может напугать своим видом особо впечатлительных. — Грах усмехнулся. — Кстати, Лорг, не думаю, что они собирались тебя убить.

— Почему это? — удивился ведьмак.

— Помнишь, он сказал, что не хотят привлекать внимание ведьмаков? — Лорг кивнул. — Ну и думай сам: если бы они тебя убили, они понимали, что в таком случае орден об этом точно узнает — от меня или кого нибудь из проезжающих купцов. Это точно привело бы к тому, что вы бы вмешались в это дело. — Грах посмотрел на ведьмака. — Скорее всего, они хотели отправить тебя на ту сторону и заставить возвращаться обратно через разлом или ближайший портал. А это заняло бы не меньше месяца пути — что позволило бы им закончить тут все свои дела. Подумай об этом.

— Предлагаешь найти их пособника и хорошенько его допросить? — усмехнулся Лорг.

— Поступай как знаешь. Но этот парень, — Грах показал в сторону догорающих останков вампира, — нам уже точно ничего не расскажет. Так что если тебе нужна ещё информация, то придётся искать её в деревне

Глава 10 Правда и ложь.

Закончив свой рассказ, Лорг замолчал и посмотрел сквозь решётку на ночное звёздное небо.

Сейчас все его мысли в точности повторяли путь пройденный им в те короткие беззаботные дни, счастливые моменты которые ему довелось провести в деревни лесорубов, заставляющие его улыбнуться, плавно перешли в воспоминания о первой встрече с вампиром и словам Граха о том, что в обоих мирах грядут большие перемены.

Хоть от этих воспоминаний улыбка и сошла с его лица, но не омрачила его настроения, ничто в его рассказе не выдавало его истинных мыслей и переживаний. Ведьмак давно уже научился относиться к подобным историям со спокойным равнодушием, ведь для него это была просто его работа, которой он занимался всю свою жизнь.

Но как только он закончил рассказ о своих приключениях которые ему довелось пережить, его память предательски продолжила свой путь по воспоминаниям прошлого, пока не заставила его столкнуться со всеми последствиями принятых им в те времена решений и напомнила ему о Браке.

Когда ведьмак замолчал, его сосед по камере сразу заметил изменение в его настроении и не стал донимать его расспросами, понимая, что сейчас его лучше было не беспокоить, ведь кому как не наёмнику может быть известно, что значит встретиться со своими призраками прошлого.

Правда человек о котором думал сейчас Лорг, не являлся призраком, она была жива и даже скорее всего нашла для себя новую лучшую жизнь чем её могла ожидать, по крайне мере ведьмак очень хотел на это надеяться.

Но чувство вины всё равно упорно не желало его отпускать за то, что с ней произошло.

Когда Лорг уезжал из деревни, он забрал Бранху с собой, никому ничего не рассказав, так как не мог бросить её одну на произвол судьбы.

Ведь без семьи которая больше не помнила о её существовании и с силой суккуба, оставленной ей на память, от демона который позаимствовала её тело, чтобы передать ему сообщение, девушка была обречена.

Её дальнейшую судьбу, можно было легко представить, стать шлюхой при ближайшем борделе, либо оголодать настолько, что она когда-нибудь не сдержалась бы и на кого-нибудь напала, после чего её просто сочли бы опасной для общества и убили.

К тому-же о семейной замужней жизни, она тоже могла забыть, не только из-за того, что была намного старше возраста в котором было принято выдавать девушек замуж, но и потому, что уже не являлась девственицей, за что Лорг тоже упорно продолжал винить себя.

И хоть сама Бранха никогда ни в чём не винила его и не жаловалась на свою жизнь в роли ведьмачки, он сам часто задавался вопросом, правильно ли он тогда поступил?

Или может стоило вместо того, чтобы спорить с Вазараном поступить как он предлагал, отправить её в хороший бордель, где девчонка со своими талантами суккуба, могла бы сколотить за свою жизнь приличное состояние и самое главное продолжила бы жить как человек.

— Знаете, мастер Лорг, а ведь вы совсем не изменились с тех пор, когда я вас в последний раз видел, — наёмник отвлёк Лорга от его размышлений и весело усмехнулся. — Не удивляйтесь, ведь много времени прошло с тех пор, когда вы были в нашей деревне. Да, я и сам, признаться, вас бы не вспомнил, если бы вы не рассказали эту историю.

Ведьмак напрягся и с подозрением посмотрел на парня.

— Конечно, я должен был бы злиться на вас за то, что вы сделали с моей семьёй! — лицо наёмника потемнело, и он откуда-то вытащил нож. Откуда именно — Лорг заметить не успел. — После того как вы сдали моего отца, нас с матерью выгнали из деревни, и нам пришлось отправиться в город, чтобы хоть как-то заработать на пропитание.

— Ты сын Жиря? — Ведьмак пригляделся получше к лицу наёмника, но, сколько бы он ни вглядывался, узнать в нём того парнишку, который когда-то приносил им воду так и не смог. Что собственно было и не удивительно, слишком много времени прошло с тех пор.

— Ты же понимаешь, что тогда произошло? Что я был вынужден сдать твоего отца, потому что он погубил много людей?

— А ещё старик хотел отдать нашу деревню церковникам, — насмешливым голосом ответил наёмник. — Именно поэтому я должен вас поблагодарить — за спасение нашей деревни. — Он встал, держа нож обратным хватом, чтобы его было тяжелее заметить со стороны. — Поверьте мастер я не держу на вас зла, наоборот я вам благодарен. Ведь я видел, что творят церковники и имперские собаки, с деревнями и их жителями, как они выкачивают из них жизнь, — Почему-то ведьмак предвидел, что сейчас будет «но».

— Но у меня к вам есть один вопрос.

— Спрашивай. Я не стану молчать, если смогу ответить на него, — Лорг спокойно смотрел на наёмника, пытаясь вспомнить его имя, хоть и понимал, что всё равно не вспомнит, но по крайне мере это помогало ему отвлечься и скрыть своё раздражение.

— Я признателен вам за вашу честность.— Наёмник сделал лёгкий поклон, на манер принятого у дворян этикета, — Вы рассказали историю в точности, как я её запомнил тогда. Кстати, в ту самую ночь когда отец вернулся после нападения на него, я не спал и сумел подслушать разговор родителей. — С хитрой улыбкой в глазах он посмотрел на Лорга. — Отец хвастался, как ловко сумел обмануть вас, прикинувшись очередной жертвой. Помню, как он удивился, когда вы пришли к нему с окровавленным мечом и начали задавать ему вопросы. — Наёмник весело рассмеялся. — Если честно, некоторые из ваших приёмов я в тот день перенял. В моём ремесле, знаете ли, важно уметь задавать правильные вопросы, чтобы получать правильные ответы.

Наёмник незаметным движением развернул нож — и его остриё уставилось прямо на ведьмака. Лорг кинул безразличный взгляд на плохо заточенное лезвие и медленно перевёл его на наёмника, который перестал улыбаться и был сосредоточенно серьёзен.

— Моя сестра, мастер… Скажите, что с ней?

Вопрос удивил ведьмака. И только сейчас он сообразил, что суккуб стёрла память только родителям Бранхи, но не её брату и вот, по иронии судьбы, спустя годы, оказавшись не в самой лучшей для себя ситуации, он возможно узнает ответ на свой вопрос, который мучал его уже многие годы.

Правильно ли он поступил в тот день, что увёз девушку никому не сказав об этом и слова?

Ведьмак не сводил взгляд с наёмника, размышляя о том, как лучше ответить, вооруженному ножом человеку, при условии, что они оба заперты в клетке три на три. Как он отреагирует, когда узнает правду?

Лорг не упомянал в своём рассказе Бранху, только описал встречу с суккубом и то не вдаваясь в детали. Но наёмник всё равно решил спросить про свою сестру, неужели он о чём то догадался?

— Она жива и здорова, — ответил Лорг, после непродолжительного молчания. Он не стал проверять осведомлённость своего соседа насчёт судьбы его сестры и просто решил признаться, что и вправду знает о его сестре.

— Значит, вы знаете, что с ней случилось? — наёмник с недоверием посмотрел на Лорга.

Он не спешил убирать нож и даже сделал шаг к ведьмаку, сократив тем самым расстояние между ними, что заставило Лорга немного напрячься и усомниться в правильности принятого решения.

— Расскажите, что случилось в тот день, когда она пропала. — Наёмник говорил медленно, словно его тоже тяготили сомнения.

— Хорошо. Ты вправе знать правду, — Конечно Лорг не собирался рассказывать ему, что произошло на самом деле, поэтому говорил аккуратно и неспеша, готовясь в случае если наёмник заподозрит его во лжи и попытается накинуться на него, связать его ужом.

При этом ему даже было жалко наёмника, ведь он не мог рассказать ему всего того, что с ней произошло на самом деле, как и открыть то, что перед ним сейчас сидел тот, кто в действительности обесчестил и буквально похитил его сестру.

— В тот день она пришла ко мне в комнату, сделала вид, что принесла мне еды. Почувствовав неладное, я открыл глаза и увидел её.

Костяшки наёмника побелели, но Лорг не обратил на это внимания. Он продолжал говорить, медленно, не сводя с него взгляд.

— Она стояла, занеся надо мной нож. Всего секундой позже — и я бы уже никогда не проснулся. — Наёмник никак не отреагировал на его слова, но его глаза были абсолютно пустыми. Такой взгляд Лорг видел неоднократно — прежде чем кто-то умирал. — Я обезвредил её, повалил на пол и связал простынёй. Я видел, что с ней было что-то не так — она была словно в трансе. И я понял, что её телом овладел демон, который пришёл, чтобы избавиться от меня. — Лорг сделал паузу и отвёл взгляд. — Я ничем не мог ей помочь тогда. Поэтому мне пришлось забрать её с собой в школу. Обычно люди либо умирают после одержимости, либо лишаются рассудка, если, конечно, не расположены к магии. — Ведьмак снова посмотрел в глаза наёмника и добавил с улыбкой. — Твоей сестре повезло. Она оказалась очень способной.

— Значит, она теперь ведьмачка? — в голосе наёмника что-то изменилось, но Лорг не смог уловить, что именно это было.

— Мы дали ей наши знания. Я лично обучал её. Но ведьмачкой ей было уже не стать. В результате она стала ведьмой — и сама решила остаться в школе.

Наёмник резко выронил нож и рассмеялся. Ведьмак молча наблюдал за ним, не выказывая никаких эмоций, хотя был удивлён.

— Ну, слава богам! А то я уже решил, что совсем рехнулся… Понимаете выдумал сам для себя сестру. — Он со всей силы ударил по решётке кулаком. — Проклятый старик, это всё из-за него! — Он говорил тихо, и в его словах слышалась злость и боль одновременно. Последовал ещё один удар. — Когда я спрашивал маму про сестру, она говорила, что я выдумываю, что у меня никогда не было никакой сестры. — Опять удар. — Но по ночам я слышал, как она звала её, как называла её имя — Бранха! — Удар оставил на решётке кровавый след. — Я бессильно наблюдал, как она плакала во сне, выкрикивая раз за разом её имя — Бранха! — Ещё удар. — А когда на утро я рассказывал ей об этом, она лишь улыбалась и говорила, что ничего подобного не помнит! — В нём говорили боль утраты и детская обида, которая с годами обратилась в гнев — на всех, кто был виноват, на тех, кто лишил его семьи, на тех, кто забыл её и не верил ему, когда он рассказывал о своей сестре. И сейчас боль и обида наконец-то смогли выплеснуться наружу. — О боги, как же хорошо! — Он снова рассмеялся, глядя на свои разбитые в кровь кулаки.

Лорг не помнил своих родителей. Он слишком рано оказался в ведьмачьей школе, чтобы запомнить их лица. Он даже никогда не интересовался, как он туда попал и кем были его родители.

Он давно сумел подавить в себе все чувства и смог обмануть сам себя, что ему это не интересно знать. Но ведьмак всё равно понимал чувства наёмника. Ведь он помнил, как сам просыпался посреди ночи со слезами на глазах, когда казалось, что ему приснилась мать.

Самое странное, что Лорг никогда не знал её лица, хотя во сне оно было таким родным, добрым и заботливым. Ему казалось, что он чувствовал тепло прикосновений её мягких рук, чувствовал её объятия и даже слышал голос.

Эти сны преследовали его долгие годы, заставляя просыпаться его в тот самый момент, когда он слышал, как она называет его имя.

Проснувшись, он пытался вспомнить её черты лица, пытался уловить то неосязаемое видение, которое рассеивалось так же стремительно, как и утренний туман, не способное запечатлеться в памяти ребёнка. И так было до тех пор, пока на смену этим снам не пришли кошмары, которые до сих пор мучают его редкими днями — когда ему хоть что-то снится.

— А знаете, мастер Лорг, я ведь в наёмники подался, чтобы отыскать свою сестру. Всюду спрашивал про неё, где довелось побывать. Кто же мог подумать, что боги откликнутся на мою мольбу и сведут меня с вами? — Он усмехнулся. — А то, признаться, я уже начал отчаиваться и даже собирался обратиться за помощью к одной ведьме из Дейры. Да жаль — не успел, до того как туда церковники со своими рыцарями припёрлись. Не помню, как её звали… кажется Хейдраль? — Он задумался, пытаясь вспомнить имя, и не заметил, как ведьмак подскочил с места, услышав о Дейре. — Хенраль? Нет, кажется, не так. Блин, слишком часто я в последнее время по башке получал — совсем памяти не осталось.

— Ты говоришь про Хейналь? — Лорг схватил наёмника за плечи и посмотрел прямо в глаза. — Что сейчас творится в Дейре?

— А вы что, мастер, не в курсе? Церковь объявила охоту на ведьм, и там теперь такой бардак творится, что в глубинах Тариада холоднее, чем там от костров, на которых сжигают ведьм и колдунов. — Лорг чувствовал, как внутри него закипают смешанные чувства: с одной стороны — страх за девушку, с другой — гнев. — Я слышал, что в расход пускают всех подряд без разбора: целителей, травников, гадалок и даже ни в чём не повинных людей, кому не посчастливилось, ну или как это часто бывает по доносу.

Лорг не мог поверить, что церковники пошли на подобное, тем более, что Дейра до недавнего времени был свободным городом, но всегда оставался лояльным по отношению к империи и только недавно снова добровольно присоединился к ней.

— Сам лично слышал от торговцев, которых мы сопровождали, что люди совсем с ума посходили. Страх толкает их писать доносы на своих соседей, боятся, что если они их не обвинят в колдовстве, то те обвинят их. — Что-то подобное ведьмак уже наблюдал, когда искал гримуары: люди спешили обвинить друг друга, даже не имея никаких на то причин. — Одну из работниц торговца хозяйка гостиницы обвинила, что она ведьма, и заявила, что сама видела, как она ночью на метле летала. Вы когда-нибудь слышали подобный бред? — Лорг отрицательно помотал головой. — Вот и я о том же. Но церковникам и рыцарям было плевать, как бы абсурдно это не звучало. Они явились посреди ночи и выволокли девчонку за волосы на улицу. Торговец уже кинулся следом за ними, но они сказали, что если он будет мешать, то отправится вместе с ней — и он тут же отступил. А на следующий день истерзанное до полусмерти тело девочки сожгли на главной площади. Торговец наблюдал всю сцену своими глазами и говорит, что когда огонь охватил её тело, она даже не закричала.

Лорг знал, насколько люди порой бывают жестокими, тем более когда ими руководит страх. Особенно если это страх чего-то такого, чего человек не способен понять. Тогда, как это часто бывает, ему проще обвинить себе подобного во всех бедах и отыграться на нём.

Ведьмак давно понял для себя: если чудовища убивали ради пропитания и выживания, то люди могут убивать просто из страха… или забавы.

— Мне надо отправиться в Дейру! — Лорг сказал это так неожиданно, что у наёмника от удивления аж челюсть отвисла.

— Мне почему-то кажется, что вы плохо поняли, что там сейчас происходит, — наёмник попытался улыбнуться, но получилось плохо. — Там сейчас охота идёт на всех, кто хоть как-то связан с магией или демонами. А вы, мастер, связаны и с тем, и с другим. Да вы в город не успеете войти как вас схватят!

— Не схватят. В Дейру можно попасть разными путями, не обязательно идти через ворота. — Лорг осмотрелся по сторонам. — Мне надо узнать, что случилось с Хейналь. Но для начала надо как-то выбраться отсюда.

— Ну что же, дело ваше. С первым я вам не смогу помочь, но вот со вторым… — Наёмник подошёл к дальнему углу клетки и с силой дёрнул за бревно. — Я как раз ожидал удачного момента, чтобы сбежать отсюда. Но мы можем это сделать вместе.

— Быстро прячь! К нам идут!

Наёмник еле успел вернуть бревно на место, когда из темноты показались две фигуры стражников.

— Говорил же, что он не спит, — мерзко усмехнулся один из них.

— Жаль, так бы тихо прирезали во сне, а потом свалили бы на его соседа.

— А мы можем двоих прирезать и сказать, что они за хлеб вцепились друг другу в глотку и поубивали. — Ведьмак с наёмником молча наблюдали, как стражники вслух размышляли, как бы лучше их прирезать.

— Эй, выродок, есть пожелания, как тебя лучше к праотцам отправить? — Лорг проигнорировал вопрос стражника.

— Молчишь, сука? — Стражник сделал шаг вперёд к самой решётке и сплюнул на пол клетки. — Что, думал — прикончишь Рэна и это сойдёт тебе с рук?

— Император сам настоял, чтобы бой был до смертельного исхода, — возразил Лорг, но стражники лишь весело рассмеялись.

— Вот именно — твоего смертельного исхода! Ты, что ли, собака смердящая, думал — убьёшь высокородного и тебе это с рук сойдёт? — На этот раз подключился второй стражник, и, судя по всему, он был абсолютно трезв. — Рано или поздно этот щенок-император всё равно тебя казнит, а мы сейчас просто немного ускорим этот процесс. — Он посмотрел на одурманенного стражника. — Давай, Гузь, действуй. Только обыграй всё так, словно они сами друг другу глотки перерезали. Не хочется, чтобы этот сучонок мелкий потом вопросы задавал!

— Не волнуйся, сейчас сделаем всё как надо, — стражник начал открывать решётку, но не успел войти внутрь, как из кустов показался Дидэ с солдатами.

— Стоять, пёсьи дети! — громким басом выкрикнул новый камергер. — Арестовать этих предателей!

— Господин Дидэ, за что? — тут же заискивающе спросил стражник, который стоял чуть в стороне, когда к нему подошли рыцари и начали вязать ему руки. — Какое ещё предательство?

— Здесь господ нет, сучонок, — Дидэ подошёл вплотную к стражнику и заглянул в глаза. — Мы знаем. Всё знаем. Что вы, ублюдки, готовились ударить нам в спину. Что вы вместе с Рэном работали на капелана и готовились предать его величество императора. — Дидэ говорил с явной брезгливостью в голосе и смотрел на стражника как на дерьмо. — Мы нашли переписки Рэна этот старый идиот уже был настолько без памяти, что хранил списки с именами всех заговорщиков. Угадай, чьи имена я там увидел? — Стражник даже не моргнул, услышав обвинения. Злобно сопя, он выдержал взгляд камергера. — Вы будете казнены на рассвете. Вас повесят на позорном дереве вместе с остальными, и запретят закапывать в землю, пока птицы не обладают ваши косточки до бела.

Стражник плюнул в лицо Дидэ и тут же получил тяжёлый удар железной перчаткой в висок. Как только он упал на землю, рыцари хотели ему ещё добавить древками алебард, но камергер жестом остановил их. Вместо этого он сам придавил неподвижное тело стражника к земле коленом и начал вбивать его голову в землю.

— Что, ублюдок, решил показать себя бесстрашным? Думаешь, что ничего не боишься на этом свете? — Удары были тяжёлыми. Лорг был уверен, что стражник их не переживёт. А Дидэ, судя по всему, было на это плевать — он продолжал выбивать ему зубы, не обращая внимания на кровавую пену и хрипящее бульканье, которое доносилось от бессознательного тела.

— Унесите эту мразь! — крикнул Дидэ, поднимаясь и вытирая руки тряпкой.

— Господин Дидэ, я не виноват, я не знал! — У Гузя, судя по всему, сдали нервы, когда он увидел картину расправы над своим товарищем. — Это всё он, он уговорил меня на это! — Стражник с завязанными за спиной руками рухнул на колени. — Я бы никогда не осмелился…

— Уведите эту падаль отсюда, пока мне дурно не стало! — лишь брезгливо сказал камергер, и рыцари тут же схватив Гузя под руки потащили прочь, не обращая внимания на его мольбы о пощаде.

— Ну, здравствуйте, мастер ведьмак.

— Здравствуй, Дидэ, — Лонг с улыбкой кивнул камергеру,— должен признать, ты мастер неожиданных появлений, — до ведьмака донёсся тяжёлый удар и доносившиеся крики стражника тут же умолкли, а раскрасневшийся великан посмотрел в их сторону и удовлетворённо кивнул.

— Работа у меня такая, — усмехнулся Дидэ и снял с пояса походный бурдюк с вином. — Хотите?

Он протянул бурдюк после того, как сам отпил, но ведьмак всё равно отрицательно помотал головой.

— Очень хотим, ваша светлость! — тут же подскочил наёмник и выхватил вино из огромной лапы камергера.

— А чего это вы всё в этой клетке стоите, мастер? Вы свободны — можете смело выходить.

Лорг с недоверием посмотрел на Дидэ, но тот лишь дружелюбно улыбнулся.

— Быстро же ваш император меняет свои решения. Сначала посадил, теперь отпускает, — усмехнулся Лорг, выходя из клетки.

— А он и не менял, — хитро улыбаясь, пожал плечами камергер. — Но разве кто-то в лагере удивится, после того зрелища, которое вы устроили на арене, что ведьмак сбежал?

— Значит, я всё-таки был приманкой? — Лорг поднял бровь и укоризненно посмотрел на великана, скрестив руки на груди.

— Простите за это, мастер. Мы бы с его величеством хотели обойтись без таких радикальных мер, — великан тяжело вздохнул и даже умудрился изобразить сожаление. — К тому же, признаться, никто не ожидал, что вы таким необычным образом убьёте этого предателя Рэна. Но выходит так, что и судить вас не за что — так как он умер не от вашей руки, а, судя по всему, от божьего проведения. — С этими словами Дидэ сложил два пальца, сначала дотронулся до лба, затем до солнечного сплетения и осенил себя кругом.

Лорг уже видел раньше такой жест: церковные рыцари и монахи делали его каждый раз, когда заканчивали читать молитву. Как ему объяснил один клирик, этот жест означает, что его разум и душа принадлежат богу и что он ступает по дороге, освещённой его светом.

Для ведьмака такая трактовка была более чем туманной, но он старался держаться подальше от всего, что было хоть как-то связано с церковью, и не стал расспрашивать клирика, чтобы не навлечь на себя его подозрения.

— А, что было бы, если бы Рэн всё-таки умер от моей руки? — Лорг с усмешкой посмотрел на Дидэ, предполагая, что уже знает ответ.

— В таком случае ничего бы не изменилось, — пожал плечами великан. — Император не собирался вас казнить, и всё это представление было для заговорщиков. Вы убили их главаря, и, конечно, они захотели вам отомстить.

— Значит, ты блефовал, когда говорил тому стражнику, что вы уже всех поймали?

— Отчего же? Кое-кого нам и вправду удалось схватить, но, конечно, не всех, — Дидэ хитро усмехнулся. — Многие очень хорошо прячутся, а Рэн всё-таки был достаточно умён, чтобы не оставлять следов. Всё, что нам удалось найти в его бумагах, — так это пару писем да счета на оплату странных поставок в армию. Но этого было мало. Я проверил, кто именно занимался поставками, и мне удалось найти ещё пару его соратников. Но они практически ничего не знали — так, поставляли провизию время от времени и передавали его письма, когда отправлялись в ближайшие города.

— Понятно. Поэтому вы решили поставить на то, что они попытаются меня убить, и даже не подумали о том, что у них это могло получиться?

— Эх, плохо вы думаете о нас, мастер. Конечно, мне и самому не по нраву, как мы с вами обошлись, но и вы поймите — лучшей возможности избавиться от заговорщиков нам бы ни за что не представилось. — Дидэ изобразил виноватый вид, но Лорг видел, как горели его глаза. Он был рад, что у него всё получилось, а значит, отчасти его совесть была чиста. — Мы специально посадили вас с этим наёмником и даже нож ему дали, чтобы в случае чего вы не оказались с голыми руками.

Выходило, что варианта, что наёмника могли просто напросто перекупить, они даже не учитывали. От этой мысли Лорг иронично усмехнулся.

— К тому же мастер, это он должен был организовать вам побег и вывести вас из лагеря. В таком случае император обещал ему, что не станет преследовать его и простит ему все его прегрешения.

Судя по тому, что у наёмника уже было перепилено одно из брёвен клетки, он как раз собирался отработать свой договор с будущим императором, но судя по тому, что ждать он не собирался пока их используют как приманку, наёмник не особо доверял слову будущего императора. Да и плевать он, скорее всего, хотел на прощение какого-то там пацана.

— Ну а теперь мы просто допросим этого ублюдка Гузя и узнаем всё, что ему известно, а на утро повесим и объявим для всех, что они виноваты в вашем побеге — за что собственно и понесли наказание. — «А план и вправду оказался не так уж плох, даже несмотря на откровенные дыры в нём. Но в таком случае в лагере не поднимется шумихи. Может, предатели и заподозрят неладное, но если начнут что-то предпринимать — то только привлекут к себе внимание.» — Ах да, чуть не забыл. — Дидэ развернулся к себе за спину и свистнул. — Тут все ваши вещи, мастер Лорг. Мы поначалу долго не могли отыскать вашу кошку, а потом обнаружили её сидящей на лошади.

Из кустов вышел солдат, ведя лошадь под узды. На ней висели дорожные тюки и его оружие.

— Я тут взял на себя смелость и кое-что собрал вам с собой в дорогу, — новый камергер застенчиво почесал затылок.

— Спасибо, господин Дидэ, — Лорг кивнул в знак признательности, но камергер лишь отмахнулся, давая понять, что для него это пустяки.

— Бросьте, мастер Лорг. Как я уже сказал, здесь нет господ. Я же ведь не из благородных, а из обычных мужиков. Просто, видимо, мне повезло чуть больше остальных. — Такого ведьмак точно не ожидал услышать: императорский камергер из простого люда. Кому расскажет — точно не поверят.

— Я думаю, мы опустим с вами официальные церемонии, и мне не придётся сейчас зачитывать волю его величества? — Лорг в ответ улыбнулся и кивнул, соглашаясь, что никому здесь весь этот церемониальный этикет ни в рог не упёрся.

— И ты смотри, Дук, если его высочество узнает, что я не исполнил церемониала, я тебя… — Он погрозил солдату кулаком, но тот тут же заверил его, что будет нем как могила. Лорг заметил в глазах Дука уважение, когда Дидэ обратился к нему.

— Итак, мастер Лорг, вы официально свободны. Все ваши вещи находятся в тюках. Думаю, я больше не смею вас задерживать.

— Эй, а как же я? — тут же напомнил о себе наёмник, молча сидящий всё это время, оперевшись спиной о клетку.

— Да, Грид, ты тоже можешь идти. Император сказал, чтобы я сам решал, что с тобой делать. Так что можешь валить на все четыре стороны! — Больше судьба наёмника его явно не волновала, и он вернулся к Лоргу. — Ну, господин ведьмак, если боги будут благосклонны, думаю, ещё свидимся.

— Постой, Дидэ, у меня есть одна просьба. — Камергер всем видом показал, что слушает. — Расскажи мне всё, что знаешь о Дейре.

Глава 11 Постоялый двор.

Город огня.

Когда начало светать, Лорг и Грид были уже далеко от императорского лагеря. Они сделали привал на небольшой поляне под старым деревом которое служила для всех путников указателем, что скоро будет развилка.

Пока наёмник набивал желудок едой и вином, которые ему щедро выделил Дидэ, Лорг в это время проверял содержимое своих тюков.

К своему удивлению, он нашёл в одной из сумок не два гримуара, как ожидал, а четыре.

Прицепив обратно на цепь свой гримуар, ведьмак решил изучить новые и первым его внимание привлёк старинный гримуар. Он взял книгу, из которой когда-то вырвалась могущественная тварь, которой удалось наложить проклятие на всю дорогу шахтёров и долгие годы заманивать к себе жертвы, пока он её не уничтожил.

Ему было интересно узнать, какому дому демонов она принадлежала, но как только он открыл её страницы, гримуар тут же начал тлеть и рассыпаться в прах.

— А зараза! — выругался ведьмак, отряхивая руки.

— Что-то случилось? — Грид оторвался от еды и посмотрел на ведьмака.

— Ничего такого, просто гримуар умер, — не отвлекаясь, ответил ведьмак.

— В смысле умер? — не понял наёмник. — Это же книга, как она может умереть?

— Гримуары — это не книги, — задумчиво ответил ведьмак, глядя на гримуар Харда. — Они обладают сознанием и даже душой. — Он аккуратно взял гримуар своего павшего товарища, боясь, что его может постигнуть та же участь, что и предыдущий. — Если из гримуара вычерпать всю его силу, то он умирает, а хозяин, с которым он связан, навсегда теряет часть своей души.

— Ничего не понятно, но очень интересно, — усмехнулся наёмник и сделал большой глоток вина, закусив его колбасой.

— Не забивай себе голову, это долго объяснять, а у меня сейчас нет времени.

— Вы всё-таки не отказались от своей затеи ехать в Дейру? — Грид посмотрел на Лорга так, словно он собрался пойти бороться с медведем в одних трусах, предварительно обмазавшись мёдом. — Вы, верно, смерти ищете, мастер Лорг.

— Говоришь прямо как одна моя знакомая, — задумчиво пробормотал ведьмак, закидывая тюки на лошадь. — Тут наши пути расходятся, Грид. Если хочешь навестить сестру, могу сказать, как её найти.

— О нет, мастер, спасибо, конечно, но для меня было важно доказать себе, что она существовала. К тому же прошло слишком много времени, а жизнь наёмника меня научила, что порой лучше прошлое оставить в прошлом и жить сегодняшним днём, — Грид беззаботно улыбнулся и пожал плечами.

— Мудрые слова для рубаки, — усмехнулся Лорг и подошёл к наёмнику. — Я расскажу ей, что встречался с тобой. Скажешь, где тебя найти, если она вдруг захочет тебя навестить?

— Ну, если она захочет, — Грид задумался. — Я собирался отправиться в Крейднер. Говорят, ни имперцы, ни проклятые церковники туда так и не смогли добраться, а их король заключил союз с восточными королевствами от угрозы нападения империи, так что для наёмника лучше места не сыскать.

— Хорошо, я передам ей, что ты будешь там. Кстати, советую остановиться в корчме «Медвежья берлога» недалеко от Терентье, если поедешь через вольные земли, она как раз будет по пути, скажешь корчмарю, что от меня, и он предоставит тебе комнату по дешёвке.

— Спасибо, мастер Лорг, я так и сделаю, — они пожали руки. — Глупо вам, наверное, такое говорить, но вы уж берегите себя!

— Ты тоже, наёмник! — улыбнулся ведьмак. — Ещё неизвестно, кто из нас сражается с настоящими чудовищами!

Ведьмак запрыгнул в седло и пустил лошадь в галоп, не оборачиваясь назад. А Грид привалился к дереву и стал дожидаться первого торгового обоза, чтобы наняться в охрану и отправиться вместе с ним до ближайшего города.

Только когда стемнело, Лорг наконец-то добрался до небольшого постоялого двора расположенного посреди леса на небольшой лесной просёлочной дороге.

Он не находился на пути в Дейру, поэтому ведьмаку пришлось сделать небольшой крюк прежде чем отправиться в “город костров”, как его окрестил Дидэ, когда рассказывал ему о событиях, которые поразили ещё недавно спокойный город.

Как и подозревал ведьмак, охота на ведьм началась неспроста именно с этого города, если обычный наёмник сумел узнать о том, что в городе есть ведьма, то священники об этом по-любому знали уже давно, но почему решили действовать именно сейчас?

Он понимал, что если священники не найдут там то, что ищут тогда эпидемия под названием «охота на ведьм» обещает поразить и другие города, как только церковь, по их мнению, очистит Дейру от нечисти.

В тяжёлых раздумьях он въехал сквозь незакрытые ворота и спешился у конюшни в ожидании конюха, чтобы передать ему лошадь.

На постоялом дворе было тихо и спокойно, было слышно лишь как пара лошадей стояла в стойле и активно отмахивалась от гнуса, периодически выказывая своё недовольство фырканьем, когда проклятая мошкара норовила забиться в ноздри.

Ведьмак узнал одну из них — значит, нужный ему человек находился сейчас здесь.

Передав поводья выбежавшему с сеновала мальчишке, Лорг кинул ему пару маленьких медных монет и сказал, чтобы парень позаботился о лошади, после чего направился в хату.

Отворив деревянную скрипучую дверь, обитую железом, Лоргу сразу ударил в нос крепкий аромат полевых трав, которыми был обильно уложен весь чердак, чтобы сохранять свежим копчёное и вяленое мясо, аромат которых сразу следовал за травами.

Когда его обоняние привыкло, Лорг вошёл и встал на пороге.

Внутри царил полумрак, разгоняемый лишь светом от большого камина, над которого висел большой котелок с чем-то булькающим внутри. В который раз уже наблюдая эту картину, Лорг невольно не мог сдержать улыбки.

Ведь увидеть в подобной халупе настоящий дровяной камин, с настоящим дымоходом и пригодный для приготовления пищи, было по настоящему невероятным зрелищем. Ведь зачастую даже не все графья могли позволить себе подобную роскошь.

Правда оплатить работу имперским мастерам одно дело, в вот обслуживать его и чистить, совсем другое дело.

Когда Лорг вошёл в помещение с улицы, до него сразу донёсся горьковатый запах гари который вплетался в аромат жаркова, булькающего в котле.

Народа на этом постоялом дворе практически никогда не было и это объяснялось двумя причинами: во-первых, все деревни и сёла, к которым вела дорога, на которой стоял постоялый двор, после войны, между империей и вольными королевствами были стёрты со всех известных карт, а все упоминания о них были поглощены лесом.

Во-вторых, чтобы добраться до него, требовалось съехать с большака и сделать достаточно большой крюк, что отнимало немало времени, а для гружённых повозок и вовсе полдня пути.

Поэтому теперь об этом тракте, расположенного по дороге в никуда, помнили только лесорубы, местные бандиты и конечно же ведьмаки.

Именно ведьмаки и пришли на выручку хозяину постоялого двора, когда его дела начали хиреть, а дороги зарастать бурьяном. Тогда они облюбовали это тихое и спокойное место вдали от посторонних глаз.

Соседство с бандитами ведьмаков ни капли не смущало, а бандиты, будучи людьми своей своеобразной чести, считали, что если путника завело в такую глушь от большака, значит, на то были свои причины, поэтому они предпочитали держаться в стороне и не лезть в чужие дела.

Пройдя в глубь зала, Лорг увидел за дальним столиком в углу того, кого искал, и начал, быстро обходя пустые столы и лавки, пробираться к нему.

— Здравствуй, Салдир, — подходя к столу, поздоровался Лорг со своим товарищем по ремеслу.

— Приветствую, Лорг, — Салдир поднялся из-за стола, отложив свою курительную трубку, и ведьмаки обнялись. — Давно тебя не видел. Как продвигается охота?

— Если расскажу, ты мне не поверишь. С последней нашей встречи слишком многое случилось, — усмехнулся Лорг, присаживаясь за стол.

— Приходится думать, — с улыбкой кивнул Салдир. — До меня доходили кое-какие слухи из школы, но признаться, мне верилось с трудом.

— Если бы мне рассказали о подобном, я бы тоже не поверил, — рассмеялся Лорг и через мгновение стал серьёзен. — Но спешу тебя заверить, как единственный выживший свидетель всего этого мирового свинства, всё обстояло гораздо хуже, чем тебе известно. — Серьёзное выражение ненадолго далось Лоргу и в результате он сдался.

— Ты, как всегда, в своём репертуаре, — поаплодировал Салдир. — Ну давай выпьем за встречу, и ты мне расскажешь, как на самом деле всё обстояло. Ты же знаешь, что я люблю послушать за выпивкой хорошую историю!

— Вообще-то я спешу, — попытался отказаться Лорг, хоть и знал, что это было бесполезно: пока Салдир не будет удовлетворён, он его так просто не отпустит.

— Догадываюсь, — невозмутимо усмехнулся в ответ Салдир. — Догадываюсь, даже куда. — Его взгляд стал хитрым, словно у кота, который поймал мышь. — Ты спешишь в Дейру!

— Браво, друг мой! — На этот раз пришла очередь Лорга хлопать своему товарищу и бывшему наставнику. — Твои таланты провидца и вправду стали намного лучше. В прошлый раз, когда ты пытался угадать, зачем я к тебе приехал, ты решил, что мне срочно понадобились полтонны отборного навоза, прямо из-под кобыл Рьятьянских конюшен, с бирюзовых лугов Тьёньхьёльня, тьфу, пока выговоришь — язык сломаешь!

Ведьмаки ещё какое-то время сверлили друг друга сердитым взглядом и весело расхохотались.

— Ну, во-первых, не Рьатьянских, а Рьяетьеанских конюшен с полей цвета шартрез, что расположены в Тьёяньахньёльне, но ты почти справился, — с серьёзным видом покачал головой Солдир. — Тем более, что навоз и вправду был отличный, а учитывая ещё и цену, за которую я тебе его предложил, где бы ты ещё такой достал?

— Во-первых, ты с меня за него попросил всего-то каких-то пятьсот соцветий хиона, за которые можно себе отгрохать неплохое такое поместье, комнат на десять, а во-вторых, что, по-твоему, я должен был делать с этим навозом — набить им тюки своей лошади и вонять на всю округу? — Лорг посмотрел на Солдира, но тот лишь пожал плечами. — Ну кто бы сомневался, — усмехнулся ведьмак.

— Ну, в конце-концов, я же не виноват, что у последних бандюганов, что сюда заезжали, не оказалось ничего более ценного, — усмехнувшись, развёл руками Солдир. — Представляешь, эти кретины перепутали мешки с овсом и спёрли у купца мешки с навозом. Представляю, как этот бедолага расстроился, когда увидел, что всё его драгоценное дерьмо спёрли прямо у него из-под носа, и теперь нечем грядки удобрять на любимой лужайке своей драгоценной тёщи! — Ведьмак оскалился, а Лорг лишь усмехнулся и помотал головой.

— Я думал, мы не воюем с бандитами, — продолжая улыбаться, укоризненно покачал головой Лорг.

— А кто говорит о войне? — откинулся назад старый ведьмак. — Ребятам было скучно, вот я и предложил им партейку-другую перекинуться в картишки.

— Так и знал, старого пса новым трюкам не обучишь, — Лорг примирительно кивнул головой. — Помнится мне, ты рассказывал, что тебе его тогда в благодарность какой-то фермер подарил, за исцеление зрения его престарелой матери.

— Да? — Солдир задумчиво уставился в потолок и машинально поднёс ко рту потухшую трубку. — Видно, память меня подводит, потому как, я явственно помню, что говорил про его красавицу-невесту, которая бросила его, как только прозрела. — Почесав затылок, Солдир с недоумением уставился в трубку и только сейчас осознал, что она потухла.

— Позволь! — Лорг быстро произнёс про себя формулу и щёлкнул пальцами, в тот же момент табак в трубке начал медленно тлеть. — В общем не важно, кого ты там лечил в своих фантазиях. Я сюда приехал по делам, поэтому, согласен только на одну историю, после которой ты дашь мне то, за чем я приехал, и не станешь меня больше задерживать.

— Конечно, дружище, какие вопросы? — Солдир повернулся в сторону стойки и сделал какой-то непонятный жест, при этом Лорг не заметил, чтобы там хоть кто-то был. — Тем более, грех уехать и не попробовать местную ржаную, прямо из погребка. Поверь, с огурчиками, салом и с квашеной капусткой — это будет лучшее, что ты когда-либо пробовал в своей жизни!

— Всего одна история, — твёрдо повторил Лорг, на что Солдир с самым честным видом кивнул.

Спустя три графина водки и пять рассказанных Лоргом историй…

Ведьмаки сидели изрядно пьяные за столом, и Солдир продолжал внимательно слушать рассказ своего бывшего ученика, вставляя периодически короткие замечания, такие как: «Да ну, брешешь, собака», «Нихрена себе» и всё в таком духе, выражающие его глубочайшее впечатление от рассказов Лорга.

— Ну так вот, ик, я бросаю его голову в огонь и значит такой говорю: «Мы специально травим себя, чтобы вас, упырей, истребить!» — Ведьмаки весело заржали.

— Да ну, брешешь, собака! — стуча по столу и задыхаясь от смеха, прокомментировал, как обычно, Солдир. — Ну нихрена себе ты выдал. — Собственно, новых комментариев не последовало. — Ничего себе, это надо же было такое ляпнуть: «Мы травим себя, чтобы истребить вас!» — Новый порыв смеха согнул старого ведьмака в спазмах и не позволил больше проронить ни слова.

— Скажи ещё не так! — возмутился Лорг. — Вот водка — это яд?

— Ну, яд, — согласился с Лоргом Солдир, пытаясь отдышаться и вытирая слёзы.

— Для ведьмака — хорошо?

— Конечно! — икнув, утвердительно подтвердил Солдир.

— А что хорошо для ведьмака, для вампира — смерть! — с серьёзным видом закончил Лорг!

И снова громогласное ржание ведьмаков огласило всю округу.

Вдоволь посмеявшись и выпив ещё пять кувшинов ржаной водки, Лорг наконец-то дошёл до момента, когда он оказался в плену у будущего императора, который желал, чтобы он убил его камергера на глазах у самых влиятельных домов империи.

На что сразу же получил одобрительный ржач Солдира и глубокие смысловые комментарии от Солдира, всё из той же серии: «Да ну, брешешь, собака!» и «Ну нихрена себе ты выдал!»

— Точно, брат, — внезапно Лорг вспомнил, что это не дружеская встреча, а изначально он приехал по срочному делу. — Слушай, мне тут ехать срочно надо. Ты не мог бы мне дать десяток зелий корня живника, две смолянки, пару литров спирта и ещё пару горстей цветов охеи и мазь из хиарамника? Моя почти закончилась.

— Хорошо, брат, ты же знаешь — для тебя всё, что угодно. Тем более я уже собирался на следующей неделе ехать в школу, чтобы пополнить запасы, так что охеи дам пять-шесть горстей — тебе надолго хватит. А ко мне в этом году уже больше никто не заедет. Слышал, магистр приказал всем охотникам возвращаться в школу.

— Когда? Почему? — удивился Лорг, так как впервые об этом слышал. — Что-то случилось?

— Не знаю, брат, — Солдир пожал плечами и взял непонятно откуда полный горшок с водкой. — Приказ был только для охотников, а я, насколько ты помнишь, был исключён из их рядов после того, как меня направили в эту дыру, поэтому особо не вдавался в детали.

— Может, он не стал мне ничего говорить, потому, что я сам ему написал, что собираюсь вернуться в школу? — Лорг задумался и не заметил, как глиняная кружка, наполненная наполовину водкой, оказалась у него в руке. — Вот тхорн, старик явно будет зол, когда я опоздаю.

— Не думаю, Лорг — добродушно усмехнулся Солдир. — Эта мумия готова уничтожить человека за малейшее нарушение правил, но ты всегда был для него вне всех правил. Тебе он явно готов простить больше, чем всем остальным.

— Ну да, именно поэтому меня наказывали больше и чаще других, — усмехнулся Ведьмак, на что встретил разочарованный взгляд Салдира.

— Скажи ещё, что он это делал из большой любви.

— Вот именно, а ты упёртый осёл, всё обижаешься на старика. Его вот-вот не станет, а ты всё по большакам шарахаешься, вместо того чтобы учиться у него!

— Как держать меч и читать книги, я и сам знаю, так что думаю, с учёбой я как-нибудь справлюсь. Тем более что старик сам неоднократно говорил, что практика — лучший учитель.

— Да я не о том, — махнул рукой Солдир. — Я имею в виду — управление школой. Тебе бы поучиться у него, пока есть время.

— Так кажется, кто-то явно перебрал, — Лорг скептически посмотрел на своего собрата. — К тому же о школе и без меня есть кому позаботиться.

— Конечно, есть, — подтвердил Салдир. — В этом плане я совершенно спокоен — учителя прекрасно о ней позаботятся. Но только даже им нужен лидер, тот, кто сумеет принимать решения не только касательно самой школы, но и двух миров — людей и демонов. А я не знаю никого, кто бы знал оба этих мира и их проблемы так хорошо, как ты.

— Вот только не надо делать из меня какого-то особенного. Я — обычный ведьмак, выполняющий свою работу, — усмехнулся Лорг.

— А кто делает, дурень? — Солдир усмехнулся, не глядя на Лорга. Он налил себе ещё водки и выпил залпом. — Как раз из-за того, что ты такой упёртый, ты и стал лучшим кандидатом из всех, кого я знаю. Ведь сколько ты уже в школу не возвращался?

— Уже, наверное, почти год, как я в дороге, — пожав плечами, ответил Лорг, не придавая этому какого-то значения.

— Что и требовалось доказать. Ты единственный, кто настолько полоумный, что готов целый год свою задницу в седле протирать, — Солдир усмехнулся, хотя по нему было тяжело понять ведь внешне он выглядел немногим старше Лорга, но когда-то именно он был его наставником на охоте.

Тогда они тоже провели целый год вместе. За это время старый ведьмак обучал ученика всему, что знал сам. К тому же за этот год Солдир познакомил Лорга с нужными людьми и объяснил, как действует связь между школой и ведьмаками на охоте.

В тот год, Лорг стал первым и единственным учеником Солдира. И за то время, что они провели вместе, они сильно сблизились, после чего Солдир стал относиться к Лоргу, уже никак к ученику, а как к младшему брату.

— Из всех учеников, что мне навязывали, ты — единственный, кто не ныл через неделю, что у него зад болит и как ему надоело спать под открытым небом.— Лорг усмехнулся, ведь ещё перед тем как Вазаран устроил его помощником к Солдиру, он предупреждал его, что с ним будет нелегко.

По иронии судьбы, Солдир всегда избегал постоялых дворов, утверждая, что там абсолютно за всё дерут три цены, просто пользуясь положением путников, которым некуда деваться, поэтому всех своих учеников заставлял вставать лагерем, где бы они не находились.

— Ты, наверное, второй ведьмак после меня, кто объездил весь континент и даже умудрился переплюнуть в тонком мире, так как мне в жизни в голову бы не взбрело тащиться в пустыню к этим проклятым шамуитам.— Солдир грустно улыбнулся и Лорг знал причину смены настроения своего наставника.

— Так что, брат, тут, ты даже меня переплюнул. — Они чокнулись и одним глотком опустошили кружки. — Помнишь, как мы с тобой на гробля охотились? — Лорг утвердительно кивнул. — Это была моя последняя охота, перед тем как я угодил в этот проклятый тропольник. Тогда я был ещё живым, а теперь всё, что от меня осталось, — это лишь жалкая тень, загнанная в эту жопу мира, влачить своё убогое существование.

Лорг хорошо помнил ту охоту, как и то, что случилось вскоре после неё.

Его обучение у Солдира подошло к концу, и теперь ему предстояло выйти на большак самостоятельно.

Они как следует отпраздновали это дело, и Солдир признался Лоргу в том, что у него есть работа. Молодой ведьмак попытался убедить учителя, чтобы он взял его с собой, но тот лишь ответил, что Лоргу предстоит своя работа, а это — только его заказ.

Ведьмаки никогда не работают вместе, чтобы избежать ненужных потерь, поэтому на это задание Солдир собирался один.

Хоть Лорг и стал полноценным ведьмаком, в тот день, спорить с наставником ещё не осмелился. Именно поэтому утром их пути разошлись, а через неделю Лорг получил известие, что Солдир находится при смерти.

Он выяснил, что во время заказа один из демонов работорговец, умудрился устроить засаду прямо в тропольнике.

Ведьмак понял, что это смертельный приговор, для его учителя, так как Тропольник представлял из себя разновидность гриба, который при любом контакте выпускает облако опасных спор.

Попадая в лёгкие, эти грибы начинают прорастать, парализуя сначала нервную систему своей жертвы и используя её тело как питательную основу.

И самое страшное было то, что лечения от этого не было. Попавшие в организм споры было невозможно вывести или уничтожить — они медленно, но верно начинали захватывать организм, превращая тело человека в свою грибницу, убивая его мучительно и долго, пока от тела ничего не оставалось.

Именно тогда Лорг и принял решение отправиться к шамуитам. Это было самое настоящее самоубийство, но если кто и мог знать средство, как избавиться от спор тропольника, то это были кочевники. Таинственное племя обитающее в мире демонов, бесконечно путешествующее по пустыне вслед за своим мёртвым богом.

Демоны называли их хранителями знаний, давно утерянных для всех, кроме этих странных кочевников.

В тот день, когда Лоргу удалось встретиться с кочевниками, он был уже на грани смерти. Истощённый знойным солнцем, обезвоженный, без сил, он медленно полз вперёд, не способный подняться даже на четвереньки.

Шамуиты нашли его лежащим без сознания, они уже было решили, что он умер. Но внезапно ведьмак медленно поднял свою дрожащую руку и попытался вытянуть её — у него ничего не получилось, однако для шамуитов это был знак: он ещё живой, а значит, по закону пустыни, они не могли его просто бросить и уйти. Ведь это означало бы наслать на самих себя страшный гнев их мёртвого бога.

Шамуиты верили, что все встречи в пустыне предначертаны богом: если бы он не захотел, им бы никогда не суждено было увидеться за одним барханом.

Когда Лорг пришёл в себя, ему первым делом протянули миску с холодной водой, и ведьмак без каких-либо раздумий принялся пить.

Как только его горло достаточно смочилось, чтобы он снова мог говорить, Лорг первым делом попросил встречи с предводителем. В ответ он услышал, что у кочевников нет никакого предводителя, а все вопросы в племени решают старейшины — шамуиты.

Тогда Лорг попросил назвать ему их имена, чтобы он мог с ними поговорить.

Но незнакомец, сидящий напротив него, снова отрицательно помотал головой и сказал, что у них в племени нет имён. Их имена — это их ремесло. Только во время первой охоты они дают прозвища своим братьям, отмечая, кто, как и в чём отличился. Но когда охотник становится шамуитом, он теряет своё прозвище вместе со своим ремеслом.

Поэтому извинившись, незнакомец сказал, что не может выполнить просьбу ведьмака и сообщить имена старейшен.

Услышав это, ведьмак спросил, какое прозвище у незнакомца. Улыбнувшись, тот ответил, что у него нет прозвища — так как он шамуит, один из старейшин каравана. Также он добавил, что ведьмаку не обязательно собирать их всех вместе, чтобы о чём-то просить — достаточно будет и его одного.

Лорг тут же выложил причину, по которой он оказался в пустыне.

Шамуит внимательно выслушал его и спросил, сколько дней прошло с тех пор, как споры тропольника попали в лёгкие учителя.

Лорг ответил, что прошло несколько недель, и шамуит покачал головой. Он сказал, что у них есть лекарство от этого гриба, но излечение возможно только в течение первых трёх дней, пока споры не укоренились в организме.

Ведьмак уже решил, что всё безнадёжно и его наставник обречён умереть в муках. Когда шамуит добавил, что это он говорит только о полном исцелении.

Снадобье, которое он пообещал изготовить для Лорга, не сможет уничтожить гриб, но сумеет его усыпить. Однако после этого, для наставника Лорга, это будет означать только одно — запрет до конца его дней приближаться к тонкому миру и ко всему, что несёт в себе достаточно сильную магическую энергетику. А значит, и от гримуара ему тоже придётся отказаться — что для ведьмака фактически означает смерть. Ведь он больше не сможет заниматься своей работой и ему придётся отказаться от своей прошлой жизни.

Шамуит понимал, что для наставника Лорга это будет тяжёлый удар, с которым не каждый сможет справиться.

Ведьмак понимал, какой выбор ему предстояло сделать. С одной стороны, он хотел спасти жизнь своего наставника, несмотря ни на что. С другой — он знал, что Солдир один из самых старых и опытных охотников, не представлял для себя жизни без большака, не мог долго сидеть на одном месте и всегда говорил, что оседлая жизнь — не для него. Учителя в школе это тоже понимали.

Хоть много лет и уговаривали его завязать с охотой и начать преподавать, ведь его знания и опыт были бесценны. Но Солдир всегда отказывался, неизменно отвечая, что он практик, а не теоретик, и что невозможно привить человеку, сидящему за столом, инстинкт выживания.

Тогда учителя настояли на том, чтобы он хотя бы начал стажировать учеников, как они считали, это должно было хоть отчасти оградить Солдира от слишком рискованных заданий.

Нехотя, на такой компромисс Солдир всё-таки согласился, понимая, что его всё равно не оставят в покое, а так он хотя бы сможет заниматься своим любимым делом.

Зная всё это, Лоргу тяжело дался выбор. У него не было возможности ни с кем посоветоваться, тем более спросить Солдира, чего бы ему хотелось. Поэтому Лорг сделал то, что тогда казалось ему единственным верным решением.

После этого каждый раз, когда он навещал своего бывшего наставника, он находил его в тяжёлом подавленном состоянии.

Но Солдир при каждой их встречи всегда повторял на прощание, что он благодарен Лоргу за то, что он сделал за него выбор, он всегда говорил, что сам никогда не отважился бы повторить нечто подобное, чем хотел подбодрить своего товарища.

Однако он всегда вспоминал их последнюю охоту, после чего впадал в тяжёлую меланхолию на пару дней, о чём Лорг к сожалению тоже знал.

— Ладно, Лорг, не буду тебя задерживать. Нечего тебе причитания старика слушать. — От весёлой атмосферы не осталось и следа. Каждый из ведьмаков сидел, погружённый в свои мысли.

— Совсем забыл тебе рассказать, — внезапно Солдир весело усмехнулся. — Со следующего месяца я беру троих учеников.

— Ничего себе новости! Я думал, что преподавать — это не твоё? — усмехнулся ведьмак, радуясь за своего наставника.

— А чего мне уже терять? Если окажусь херовым учителем — так я всех предупреждал, — усмехнулся Солдир. — А так я хоть отчасти смогу вернуться к своему любимому делу.

— Снова выйдешь на большак? — понимающе улыбнулся Лорг.

— Именно, брат, буду учить молодняк, как выживать в этом мире! — ведьмаки чокнулись и выпили.

— Но кое-что меня насторожило в словах Ранхра.

— Ничего себе, к тебе сам Ранхр приехал? Я думал, что он школу вообще не покидает, если на то нет особой надобности.

— Не поверишь, но я помню ещё такие времена, когда его в школу было не загнать, — усмехнулся Солдир. — В общем, он расследовал исчезновения молодых ведьмаков, которые только недавно вышли на большаки. — Старый ведьмак задумчиво замолчал, словно пытаясь решить, стоит ли ему продолжать говорить или нет.

— Они исчезли где-то здесь? — Спросил Лорг и Солдир утвердительно кивнул. — И что об этом думает школа?

— Школа предполагает, что они стали жертвами охоты на ведьм? — Солдир снова утвердительно кивнул, а Лорг другого ответа и не ожидал. — Поэтому Ранхр приехал к тебе, чтобы расспросить — не заезжали ли они к тебе? — Старый ведьмак подтвердил все предположения. — Понятно, а ты что сам думаешь?

— Я думаю, что странные дела в последнее время творятся. Будь то церковники или какое-то чудище — я уже ничему не удивлюсь, — Солдир налил ещё по кружке и отставил опустевший графин. — Я ему прямо так и сказал, как и то, что никого не видел.

— А сколько всего учеников пропало?

Лорг и Солдир не чокаясь выпили, как это было принято у ведьмаков, ведь если кто-то считался пропавшим без вести, значит, его скорее всего уже не было в живых.

— Кажется, трое, — Солдир взял свою трубку и засыпал в неё табак. — Примерно две недели назад один ехал в Бронхворд — у него там был заказ. Другой ехал в Тронхейм, его задачей была только разведка. А третий направлялся как раз в Дейру, чтобы собрать сведения о происходящем в городе. Все трое выехали в один день и никто не добрался до места назначения.

Теперь стало понятно, почему Ранхр приехал к Солдиру: все трое должны были проезжать по этому большаку, и была большая вероятность, что хоть кто-то свернёт к нему.

Но, судя по всему, они пропали раньше, чем доехали досюда, так как если бы они проехали дальше, то просто упёрлись бы в имперскую армию, оцепившую большак, а значит, он бы, скорее всего, об этом узнал пока находился в лагере.

— Ты же после Дейры собираешься в школу? — Лорг кивнул. — Раз уж всё равно будешь в городе, попробуй разузнать там что-нибудь. Только будь осторожен, Лорг. Как я уже сказал, времена нынче неспокойные: люди развязывают войны, церковники орут на всех площадях о каком-то звере, что проник в наш мир и скоро будет конец света, с другой стороны — проклятые демоны играют свою игру с этими долбаными вампирами, — Солдир тяжело вздохнул, разогнав сизый дымок от трубки над всем столом. — Я к чему это всё: сегодня мир меняется с такой скоростью, что уже и не поймёшь, где ведьмак может спокойно работать, а какие места лучше объезжать десятыми дорогами. Знаю, глупо звучит при нашем ремесле, но ты уж будь парень поосторожнее. Сегодня не поймёшь, кто друг, а кто враг.

— Постараюсь что-нибудь разузнать, если удастся, — пообещал ведьмак, поднимаясь из-за стола. — И кстати, Солдир, я рад, что ты теперь будешь обучать молодняк. На самом деле, чтобы ты там ни думал про себя, но ты и вправду хороший учитель.

— Ладно, иди уже, пока я не расчувствовался, — усмехнувшись, махнул трубкой старый ведьмак. — Для тебя уже всё приготовлено и ждёт в конюшне. — Солдир поднялся, и ведьмаки, обменявшись рукопожатием, обнялись на прощание.

Выйдя во двор, Лорг сделал пару глубоких глотков свежего воздуха, выпуская белёсый пар.

Он ещё раз огляделся, но нигде не увидел ни одной живой души. Только лошади тихо посапывали в своих стойлах, нарушая тишину, царившую в округе.

Прохладный ночной ветер, наполненный влагой, неприятно скользнул по шее, и Лорг накинул капюшон.

Он посмотрел на ночное небо и по расположению луны прикинул, что как раз к рассвету будет на месте, после чего быстрой походкой направился к лошади.

Но как только Лорг дошёл до стойла, где его ждала Сапфир, сидя на отёсанном брусе, ведьмак заметил, что она куда-то пристально смотрит.

Обернувшись, он ничего не увидел, но ощущение, словно за ним наблюдают, не отпускало Лорга с момента, как он заехал на постоялый двор.

— Ладно, Сапфир, мы тут закончили, пора выдвигаться, — сказал Лорг, не сводя взгляда со двора. Кошка лениво потянулась и спрыгнула с бруса. — Не знаю, что тут происходит, но, кажется, с нашего последнего визита тут что-то изменилось. — Ведьмак посмотрел на кошку и ему показалось, что Сапфир словно кивнула ему в ответ.

Отвязав лошадь Лорг запрыгнул в седло и направил лошадь к воротам, продолжая чувствовать на себе, как его провожает чей-то невидимый пристальный взгляд.

Глава 12 Сквозь тьму.

Акт lV.

Из темноты к свету.

Как Лорг и рассчитывал, Дейры он достиг только к рассвету.

Ведьмак старался избегать попутчиков, стремящихся как можно скорее занять место на въезд в город, не стал доезжать до городских стен и вместо этого свернул, как только показались границы леса.

Направив лошадь так, чтобы было видно городскую стену, проезжая вдоль неё, ведьмак внимательно высматривал в редком лесу, лишь ему известный ориентир.

Когда его взгляд привлекло странно лежащее бревно, Лорг сразу остановил лошадь и, спрыгнув с неё, как обычно просто оставив поводья висеть на ближайшем кусте, даже не пытаясь привязать Лошадь, так как все лошади ведьмаков были специально обученные.

Лошадь знала, что если удила лежат на кусте, то это означает, что она должна ждать ровно три дня, прежде чем отправиться к ближайшим торговцам, которые знают, что нужно делать в такой ситуации.

По договорённости между торговой гильдией и ведьмаками, любой гильдейский торговец нашедший такую лошадь, должен был известить об этом ведьмачью школу, так же в этом письме, он должен указать где и когда ведьмаки смогут забрать лошадь и вещи своего собрата.

Если торговец нарушал договор заключённый между гильдиями, он лишался статуса торговца. Что автоматически лишало виновного дипломатической неприкосновенности, которую гарантировали торговцам все северные и южные королевства.

Даже в империи неприкосновенность торговой гильдии, распространялась на старших гильдейских купцов, отвечающих за снабжение государственных потребностей и обеспечивающих импорт товаров за пределы страны, но так же могла быть отменена, если торговец совершал преступление против интересов гильдии или империи.

После того как виновник терял дипломатический иммунитет он передавался на суд ведьмаков, которые хоть и не были скованы никакими договоренностями, сами резать торговцев не спешили, занимая ожидающую позицию.

Дальше либо виновного самого предоставят на суд, где любого нечистого на руку торгаша, желавшего поживиться добром ведьмака и скрывшего его смерть, ожидал смертельный приговор. Либо если гильдия решала не содействовать в выдачи виновника, тогда ведьмаки сами брались за дело и к виновным отправлялся отряд карателей, которые всегда заметали за собой следы огнём.

В ходе таких рейдов ведьмаков, гильдия несла большие убытки, так как обычно каждый торговец был связан с торговой гильдией не только обязательными членскими взносами, но ещё и торговыми договорёностями и денежными займами, которые после его смерти просто нечем было покрыть, так как ведьмаки сжигали абсолютно всё.

После нескольких подобных карательных операций, гильдия быстро поняла, что лучше не медлить с выдачей преступника и поэтому быстро организовывала поимку и доставку виновника на суд прямо из дома в домашнем платье, попутно лишая его всех статусов.

Конечно помимо виновника, торговая гильдия ещё и сама обязалась вернуть всё имущество павшего ведьмака, надеясь таким образом задобрить орден и чтобы они особо не спешили направлять к ним отряды карателей.

Конечно попытки мошенничества тоже были, но скорее возымели обратный эффект. Торговцы быстро смекнули, что возвращать лошадей гораздо выгоднее, так как ведьмаки щедро платили, за каждую найденную лошадь, да и к тому же были все шансы обзавестись полезными связями.

Вот только проблема была в том, что хоть ведьмачье ремесло опасное дело, да только такая лошадь не стоит на каждом перекрёстке, ожидая когда её найдут. Поэтому хитрые торговцы находили похожих лошадей и пытались выдать их за одну из ведьмачьих.

Но ведьмаки с первого взгляда понимали когда дело обстояло нечисто и за одну команду раскрывали обман.

В таком случае если ведьмаки были в хорошем расположении духа и у них было настроение развлечься, они могли просто поднять торговца на смех, отвесив ему хорошего пинка прямо из седла на прощание. Что на самом деле происходило довольно редко, так как чаще всего, неудавшемуся шутнику, сразу прилетало по зубам. Причем избивали его до тех пор, пока у торговца не оставалось ни единого зуба, ну или могли язык вырезать, чтобы больше не пытался никого обмануть. В этом вопросе каждый креативил как мог.

Причём ни один ведьмак, не подвергался никакому осуждению со стороны гильдии, за подобные проделки, так как они сочли, что такая профилактика может оказаться весьма эффективной и в какой-то момент, у них даже появился девиз: “Репутация превыше всего”.

Но даже несмотря на то, что инциденты с торговцами быстро себя исчерпали, шумиха поднявшаяся вокруг ведьмачьих лошадей, привлекла к себе слишком много внимания и благодаря болтливым слугам и наёмникам, ушла в народ, в виде сказки про лошадь несущую несметные богатства.

После чего, число без вести пропавших ведьмаков, сильно возросло.

Все стали охотиться за волшебной лошадью и всё чаще в придорожных трактирах, мужики стали болтать о том, что хоть раз да встречали неподалёку эту самую лошадь.

Тогда впервые обострились отношения между людьми и ведьмаками, так как вред от этих баек был по настоящему стрешен.

Очень быстро среди путников, встречать таких лошадей, одиноко бредущих по тракту к ближайшему городу, перестало быть дурным знаком, а стало большой удачей.

Суеверный страх порождённый в народе почти две сотни лет назад, эпидемией чёрного мора, быстро уступил место сказке, о волшебной кобыле, которая больше не несла смертельного проклятия, от одного прикосновения к коню мертвеца, а наоборот сулила всяческие блага, тому кому посчастливится её поймать и укротить.

—“Конечно те времена с чёрным мором, явно пошли ведьмакам на пользу”,— Лорг остановился и обернулся на стену Дейры, которую он уже не видел из-за леса, но точно знал, что она сейчас находилась за его спиной,”— ” Кстати, не только ведьмакам эпидемия чёрного мора пошла на пользу, церковь ведь тоже именно тогда сильно распространила своё влияние на север.“

В последствии попытки церкви вмешиваться в жизнь и обычаи северян, привели к восстанию северных королевств и кровопролитной войне со всеми вытекающими последствиями, на долгие годы, сделав и без того небезопасное путешествие по большакам, ещё опаснее.

Опасности подстерегающие любого путника во время его странствий, лишь укрепили суеверные страхи в сердцах людей и породили целую кучу новых поверий и знамений сулящинх путнику беду, если он не будет соблюдать предельную осторожность.

Но как оказалось, осторожность и страх быстро уходили на второй план, как только дело начинало пахнуть деньгам.

Правда сколько бы авантюристов не пыталось, разбогатеть с помощью волшебной лошади, на деле этого практически ни у кого не получилось.

Лоргу доводилось находить убитых и покалеченных лошадей со сломанными ногами, которых деревенские мужики забивали от злости, когда не получали желаемого.

И конечно же находились те кто смекал, что торговцы могут купить лошадь, правда и тут было одно большое но, ведь торговцы помнили свой собственный опыт по попытке подмены ведьмачьих лошадей, а команд для проверки как ведьмаки они не знали, поэтому особо не торопились выкладывать денежки за каждую представленную им кобылу, да и вообще чаще предпочитали собаками гнать подозрительных гостей, чтобы не повадно было отвлекать их от дел.

Конечно всё таки ведьмаки раскрыли торговцам способы как определить настоящая лошадь или нет, чтобы хоть как то повлиять на сложившуюся ситуацию, но к тому моменту желающих попытать удачу у торговцев практически не осталось.

Так что чаще всего лошадь пропадала без следа вместе со своим хозяином, из-за чего проблема с ренегатами, стала как никогда остро, ведь теперь было невозможно выяснить, на самом деле ведьмак умер, или просто сбежал имитировав свою пропажу.

В своих мыслях Лорг посмотрел на одно из брёвен поросшее мхом, которое когда-то было основанием зимнего охотничьего домика, который давно уже развалился, оставив в напоминание о себе только неровные брёвна, вросшие в землю и образующие немного покосившийся квадрат.

— Ещё немного и это место будет невозможно найти, — задумчиво проговорил ведьмак и решил, что в следующий раз, когда ему доведётся тут побывать, он обязательно сделает новую пометку, чтобы это место было проще заметить.

— Так, посмотрим: десять шагов от правого угла.

Лорг отсчитал десять шагов и упёрся в ствол дерева, припоминая, что раньше спокойно проходил мимо него.

— Так, стоп, а сколько теперь шагов делать? — Лорг пытался припомнить, что когда он в последний раз тут был, он точно делал три шага, но сейчас отсчитав ровно три шага, он ничего не нашёл, тогда ведьмак решил сделать ещё один шаг.

И на четвёртом шаге Лорг услышал хруст дерева под ногами и, не успев никак на него отреагировать, провалился в глубокую яму.

— Ааа… зараза! — выругался Лорг, отплёвываясь от грязи и пыли, пытаясь хоть что-то разглядеть по сторонам. — Кажется перебор, — усмехнулся он, глядя наверх. — Ну, по крайней мере, проход нашёлся.

Поднявшись с мокрой земли, ведьмак принялся отряхиваться, прикидывая, что с этой стороны ему теперь точно не выбраться.

Правда сейчас его это особо не беспокоило, так как он всё равно собирался в город, а выйти можно будет и через главные ворота, где все необходимые для выхода документы с печатями, по-любому найдутся у одного из местных торговцев.

— Вот тхорн, надо было аккуратнее идти, — Лорг потёр ушибленный затылок. — Ладно, делать нечего, пойду посмотрю, что стало с этим туннелем за последние годы. Надеюсь, больше сюрпризов не будет.

— Лорг, ты где сейчас? — От неожиданно раздавшегося голоса Граха Лорг чуть не подпрыгнул.

— В тоннеле под Дейрой, а что? — Ведьмак насторожился: ведь демон никогда просто так сам не проявлял заинтересованности его делами и местонахождением — только когда чувствовал, что рядом была какая-то энергия из его мира.

— Лучше убирайся оттуда как можно скорее. Я ощущаю мощную ауру, не могу сказать, чью именно, но это не обычная тварь, проникшая к вам в мир. — Голос Граха был явно взволнованным, по крайней мере Лоргу так показалось, но несмотря на все его предостережения, он всё равно уже не мог ничего изменить.

— Слушай, даже не знаю, как и сказать, но я тут немного застрял, — Лорг машинально сделал виноватое выражение лица, словно демон мог его видеть. — Так что, похоже, у меня нет другого варианта, кроме как идти дальше.

— Понятно, ты как всегда. Тогда срочно призывай меня — я вытащу тебя оттуда!

— Боюсь, Грах, это тоже не вариант, — демон недовольно зарычал, но ведьмак не обратил на это внимание. — Мне нужно как можно быстрее попасть в этот город, и раз я уже тут, то пойду этой дорогой.

— Идиот, место где ты сейчас находишься пропитано кровью и такой аурой смерти, что даже я ощущаю!

— Как будто до этого мы с тобой только в цветочных полях гуляли, — скептически усмехнулся Лорг и вспомнил проклятый тракт. — По моему, Грах, ты преувеличиваешь масштаб проблемы.

— Нет, это ты сейчас явно недооцениваешь ситуацию, в которой оказался, — Грах тяжело вздохнул. — Слушай, не знаю, как тебя вечно заносит в подобные места, но там, где ты сейчас находишься, и вправду какая-то очень плохая энергетика. Я чувствую, что она влияет даже на гримуар, поэтому не уверен, что в случае чего ты сумеешь им воспользоваться для призыва. Учитывай это — возможно, ты окажешься один на один с тем, что там обитает.

— Спасибо, мамочка, но не переживай, мне уже не впервой оказываться в подобных ситуациях, — Лорг начал своё продвижение по туннелю. — Плохо только, что тут ни хрена не видно, а источников света недостаточно, чтобы зелье хоть как-то помогло.

— Воспользоваться факелом не судьба? — издевательски спросил демон, и ведьмак чуть вслух не матюгнулся, что он сам об этом не подумал. — Говорю же: идиот.

— Ладно, не отвлекай. Мне надо что-нибудь подходящее найти, чтобы сделать факел. Как выберусь из этих катакомб, свяжусь с тобой.

Грах лишь хмыкнул на прощание, а Лорг задумался вернуться на место своего приземления, чтобы попытаться выбрать какую-нибудь палку из провалившихся под ним досок.

Но практически сразу же передумал, решив, что вряд ли найдёт среди этой трухи хоть что-то подходящее, поэтому он принялся внимательно изучать пол под ногами — вдруг что-то подходящее подвернётся по пути.

Так он ещё брел какое-то время, ориентируясь в пространстве только благодаря стенам, пока его нога случайно не пнула что-то как раз подходящего размера. Продолжая держаться одной рукой за стену, Лорг обшаривал пол в поисках того, что улетело куда-то вперёд, и, когда он наконец-то нащупал то, что искал, сразу догадался, что это была кость и судя по размеру человеческая.

— Вряд ли наличие чьих-то останков в этом месте — хороший знак, — задумчиво проговорил Лорг, машинально оглянувшись по сторонам.

Оторвав кусок материи от подола своего плаща он обмотал им кость.

— Не знаю конечно, кому ты принадлежала, но спасибо тебе, ты станешь моим лучиком света в этом царстве мрака.

С этими словами ведьмак достал фляжку из внутреннего кармана.

— Надеюсь, ты на меня не обидишься за это, дружище, — Лорг поднял фляжку держа кость на уровне глаз. — Ну, мир твоему праху!

Выпив большой глоток, он смочил самогоном тряпку, после чего прочитал короткое имя бога огня, и импровизированный факел тут же загорелась, ослепив ведьмака своим тусклым пламенем.

Оглядевшись по сторонам, Лорг увидел, что дальше дорога была сплошь усеяна человеческими костями, словно он вместо того, чтобы спуститься в потайной ход, служивший когда-то Дейрийской королевской семье, оказался под городским кладбище.

— Припоминается мне, в прошлый раз здесь было как-то немного иначе, — задумчиво пробормотал ведьмак. — Интересно, останки выглядят так, словно лежат тут пару месяцев. — Лорг внимательно осмотрел кости и заметил, что на некоторых были видны свежие отметины полученные явно от оружия, а не от когтей или клыков. — Их явно убили люди. Вопрос только — откуда они здесь взялись?

Лорг обвёл взглядом разбросанные по всюду останки, пытаясь посчитать тела.

— Судя по всему, тут случилась резня, но даже если так, то куда пропали их вещи? — Лорг поводил рукой по земле. — Забрали те, кто выжил?

Ещё немного поразмыслив, Лорг всё-таки пошёл дальше — всё равно смотреть тут было больше не на что.

Но, пройдя ещё немного, ведьмак наткнулся ещё на одну непонятную находку: к стенам были прибиты люди, вернее то, что от них осталось.

Крестообразные торсы без нижних частей тела с вывалившимися и засохшими внутренностями под ними, были прибиты к стенам, а их ноги отрезанные по пояс, словно в шутку были прибиты напротив.

Вся картина выглядела так, словно тот, кто это сделал, хотел, чтобы умирающий смотрел на свои конечности, прибитые к стене большими железными гвоздями.

— Вот дерьмо, это уже что-то новенькое. — Такого садизма ведьмак ещё ни разу не видел. В его голове был только один вопрос: какой больной, извращённый мозг мог придумать нечто подобное?

Воздух стал более спёртым, поэтому Лорг зажал одной рукой нос и рот, но это не спасало от стоящего вокруг трупного смрада, запёкшейся крови и разлагающихся тел.

Ведьмак внимательно осмотрел тела — они оказались более свежими, по крайней мере на них ещё не до конца разложились мышечные ткани, но личинки трупоедов и опарышей уже успели вылупиться, съев весь подкожный жир.

Тщательный осмотр не выявил каких-то особых причин смерти: если не брать в расчёт, что тела были разорваны пополам, а не разрезаны, других следов от увечий ведьмак не нашёл, все тела были чистыми, если не считать старых шрамов, успевших уже давно зарубцеваться.

— Их словно быками разорвали, — задумчиво сказал Лорг и вдруг подумал о церковниках: может, это они нашли этот тоннель и проводили здесь свои пытки? — В таком случае страшно представить, что было бы с ведьмаком, попади он к ним в руки.

Чем дальше продвигался Лорг, тем тяжелее ему становилось дышать — вонь становилась всё невыносимее, но при этом Лорг никак не мог понять, где находится её очаг, пока не вышел в небольшое помещение, где куча тел лежала прямо посреди комнаты.

— Да на хер! — Ведьмака чуть не вывернуло наизнанку. — Нет, это уже точно перебор. — Лорг оторвал ещё кусок материи и облил его маслянисто-травяной жидкостью, после чего обвязал им лицо, но даже это не сильно помогло. — Вот сука, какой же больной ублюдок это сотворил?

Сдерживая тошнотворный порыв и удушливый кашель, Лорг всё-таки подошёл к куче тел и принялся её осматривать слезящимися глазами.

— Зараза, кто-то сделал на всех телах много одинаковых неглубоких надрезов... А это ещё что такое?

Ведьмак оглядел ноги одного из трупов и заметил, что у него перерезаны ахилловы сухожилия — так обычно поступали с пойманными рабами при попытке бегства. После чего человек забывал не то, что о желании убегать от своего хозяина, но даже ходил после этого с трудом, испытывая постоянные боли.

Но, судя по тому, что ахиллы перерезали явно незадолго до смерти, вряд ли этот человек был рабом, тем более, что клейма на нём нигде не было видно.

Решив убедиться в этом, ведьмак начал рассматривать остальные тела и обнаружил, что у всех были точно так же перерезаны сухожилия.

Задумавшись, Лорг не заметил ведра под ногами и споткнулся об него, чуть не потеряв равновесие. В тот же момент из ведра вылетел целый рой жирных мух.

Когда ведьмак сумел их наконец-то разогнать факелом, он заметил, что в ведре осталась какая-то жидкость. Отодвинув аккуратно ведро ногой подальше от трупов, он наклонился и понюхал содержимое.

— Бгвээ... тьфу, сука, моча! — В этот раз ведьмак согнулся пополам и почувствовал сильные спазмы в желудке, пытавшегося вывернуться наизнанку. Слёзы залили глаза, а пот крупными каплями стекал со лба. — Зараза, так вот что тут произошло: сначала тела изрезали, а потом полили мочой, и, судя по сильному аммиачному запаху, явно не человеческой.

Краем глаза Лорг заметил в куче трупов какое-то движение. Резко развернувшись, он понял, что сейчас произойдёт, поэтому, не теряя времени, поспешил сбежать из комнаты.

Как только он её покинул, куча трупов раздулась до критической массы, и раздался очень странный звук — словно стая волков с больным горлом одновременно жалобно взвыли на луну.

Но на самом деле это вышли трупные газы из тел, лежащих внизу.

В тот же момент огромная чёрная, жужжащая туча поглотила плотной завесой весь зал.

Рой мух, облепивших стены и потолок, одновременно взмыл в воздух и начал хаотично метаться по комнате, скрыв её полностью от глаз ведьмака.

— Зараза, да сколько же их там? — Отгоняя от лица мух, ведьмак попытался хоть что-то разглядеть сквозь этот живой заслон.

Только когда рой начал понемногу редеть он увидел, что на стенах было что-то написано, но из-за мух было невозможно разобрать, что именно.

— Ладно, надеюсь, это не что-то особо важное.

Ведьмак развернулся и посмотрел в чёрную утробу тоннеля, уходящего далеко вперёд, понимая, что путь назад ему уже в любом случае отрезан, поэтому ничего не оставалось, кроме как двигаться дальше.

Но к удивлению Лорга, туннель больше не приносил никаких неожиданных сюрпризов, кроме чрезмерно жирных и здоровых крыс. Вот для кого в этом городе сейчас царил самый настоящий пир и раздолье.

Одна из крыс умудрилась свалиться откуда-то сверху, прямо на плечо ведьмака — от чего он брезгливо поморщился и скинув её умудрился со всей силы пнуть мерзкую тварь, отправив её в длительный полёт.

— Кто там? — Из темноты раздался скрипучий голос, от которого Лорг застыл на месте. — Здесь есть кто-нибудь?

Голос раздавался из мрака, и факел Лорга был не способен выхватить на таком расстоянии его обладателя. Но странно было не то, что Лорг его не видел, а то, что говоривший не видел света от факела и оставался неподвижен.— Проклятые крысы!

Голос замолчал, а ведьмак всё ещё стоял в раздумьях, не решаясь, как лучше поступить. В конце концов, он убрал выхваченный на рефлексах меч, решив, что раз говорящий не заметил свет его факела, значит, он либо не зрячий, либо плохо видит.

Пройдя немного дальше, ведьмак к своему удивлению никого не обнаружил, но зато услышал, как всё тот же скрипучий голос, тихо причитал что-то, но разобрать нечленораздельное бормотание было невозможно.

И только когда свет факела резко вырвал из темноты хозяина голоса, Лорг понял, почему он не видел его света раньше.

В странных деревянных клетках, которые сковывали только тело, оставляя голову и ноги заточённого наружу, сидели всё ещё живые люди.

У всех были выколоты глаза, и они не могли видеть друг друга как и слышать, так как у всех, кроме одного, находившегося рядом с Лоргом, были полностью съедены губы, уши и носы, что придавало им поистине жуткий вид, скорее напоминающий мертвецов, чем живых людей, но то, что они ещё двигались говорило о том, что они были всё ещё живы и даже находились в сознании.

Плоть кусками висела на лоскутах кожи оголяя окровавленные кости, это явно была работа крыс. Лорг огляделся по сторонам, его факел вырывал из темноты всё больше скелетов оскалившихся в своих жутких усмешках.

Тогда он посмотрел на их ноги — и увидел, что у всех остались лишь голые кости.

— Кто здесь, крысы? — Говорящий явно был не в себе, видимо, потерял рассудок от пережитых страданий и страха, заточения в вечной тьме.

Он даже не догадывался, что рядом с ним были точно такие же несчастные, кому не повезло попасть в руки больного извращенца, сотворившего с ними эти ужасы.

— Крысы, проклятые мерзкие мохнатые ублюдки, жрёте и жрёте, да когда вы уже подохните, мрази?

Внезапно слепой повернулся и уставился прямо на Лорга — видимо, одна из крыс попыталась добраться и до его лица, так как у него отсутствовало одно веко, и на Лорга уставилась пустая чёрная глазница.

— Кто ты, крыса?

— Я человек, — ответил ведьмак и чуть не пожалел о своём решении: словно по команде все закованные повернулись к нему лицом, демонстрируя во всей красе свои изуродованные лица. — Как вы здесь оказались?

— Где здесь, крыса? — В голосе говорящего было слышно, что он не в себе.

— В этом тоннеле. Кто вас сюда притащил? — Лорг сомневался, что ему удастся получить хоть что-то вразумительное от этого безумца, но попытаться стоило — он хотел узнать, что тут произошло. — Скажи, это были церковники?

— Крысы... Это были большие, вонючие, мохнатые крысы. Они любят темноту — темнота их дом. Он показал нам, что такое тьма: в ней не нужны глаза, чтобы видеть, в ней не нужны уши, чтобы слышать. Всё, что имеет значение — лишь тьма. Он показал нам это, он благословил нас, но одновременно и проклял. Поганые крысы не дают нам покоя — ползают везде и всюду, снуют постоянно туда-сюда, пожирают нашу плоть, а вместе с ней — и душу. Но это его благодать: ведь он сам есть тьма, а крысы — его дети. Через них он дарит нам своё благословение, через них он проклинает нас, чтобы мы познали искупление. Проклятые крысы очистят нашу грязную плоть, подарят нам искупление, и тогда мы станем свободны и растворимся во тьме, и тоже превратимся как его дети, чтобы пожрать всех, кто ослеплён светом, и погрузить мир во тьму.

Внезапно слепой расхохотался, захлёбываясь безумным смехом, и так же внезапно замолчал.

— Проклятые крысы грызут мою плоть... Да когда же вы сдохните, серые мрази!

Большая серая крыса вновь упала откуда-то сверху прямо на говорящего и тут же вцепилась своими острыми зубами прямо ему в губу. Человек взвыл от боли и с такой силой мотанул головой, что крыса не удержалась и улетела в темноту, держа в зубах оторванный кусок его плоти.

— Я могу закончить твои мучения, — предложил ведьмак, понимая, что безумец ему уже ничего не расскажет.

— Крысы... Они повсюду... Они везде... — Лишь присвистывая из-за порванной губы, произнёс слепой.

Лорг достал меч и одним ударом отрубил голову слепому безумцу, после чего проделал то же самое с теми, кто подавал ещё хоть какие-то признаки жизни.

Подумав немного, ведьмак всё-таки решил оставить тела вместо того, чтобы сжигать их, и пошёл дальше.

Не представляя, какие ещё сюрпризы ему может подкинуть тоннель, ведьмак внезапно вышел в большой круглый зал.

Он помнил это место — от него уже было рукой подать до выхода, но на его пути встретилась новая преграда.

По центру комнаты была изображена огромная пикта — символ для сбора энергии, а все стены были исписаны странными символами и рунами. Часть из них Лорг знал, но большую часть видел впервые.

Он подошёл и внимательно пригляделся к рисунку ладони, на которой был изображён глаз. Оглядевшись, ведьмак увидел ещё три похожих символа, но все они немного отличались друг от друга:

напротив — такая же ладонь, только пробитая насквозь кинжалом, с которого стекали три капли крови;

Справа от него — ладонь была перевёрнута пальцами вниз, и на ней была изображена змея;

А слева — на тыльной стороне руки был изображён рот.

Единственное, что объединяло все эти изображения, — это то, что они были нарисованы кровью.

Обойдя весь зал по кругу, ведьмак изучил кровавые надписи, сопровождающие рисунки.

Лорг знал текст, что был написан здесь, правда, тут он был исковеркан и отличался от пророчества из «Книги тысячи истин»:

Когда я раскрою священную книгу и разверзнутся вместе с ней врата,

тогда придёт он, чтобы погладить и очистить оба мира от недостойных служить ему.

В своём милосердии он позволит каждому присоединиться к нему,

и какой выбор сделаешь ты, в тот момент, когда его рука начертает первые строки?

Боги прольют священный свет,

демоны же прольют первую кровь.

Сольются тьма и белое пламя,

пересохнут реки и разверзнется земля.

Именно в тот момент все осознают, что

пришло время страданий и отчаянья.

Первая строка будет гласить:

Те, кто блуждали во тьме, будут видеть.

Вторая строка будет вести тех, кто не хотел или не мог идти,

тогда, когда он коснётся их своей рукой, они побегут.

Третья строка уничтожает всех, кто воспротивится сказанному.

Четвёртой строки не прочтёт уже никто, ведь она будет гласить его слово.

— Не похоже, чтобы это писали церковники, — задумчиво проговорил ведьмак, понимая, что пророчество написано на языке демонов. — Тут явно происходит что-то скверное. — Лорг дотронулся рукой до гримуара. — Эй, Грах, ты меня слышишь?

Но демон не ответил.

— Я так и думал. Кто-то блокирует связь.

Ведьмак подошёл к пикте и, присев, попытался дотронуться до неё — и его тут же ударило электричеством.

— Твою ж, зараза! — выругался Лорг, тряся рукой, чтобы снять онемение. — Заряжена и продолжает наполняться энергией.

Внезапно ведьмак услышал скрежет из тоннеля, который вёл в город. Через него он должен был попасть в старый заброшенный дом, но кто-то явно оттуда приближался к нему, волоча за собой что-то металлическое, и, судя по всему, тяжёлое.

Внимательно наблюдая за тоннелем, Лорг достал меч и приготовился встретить то, что медленно направлялось к нему.

Скрежет стал громче, и ведьмак отступил в тоннель, из которого пришёл, чтобы спрятался за стеной.

Он принялся наблюдать. Сначала он думал, что не сможет разглядеть того, кто появится в зале, но внезапно пикта начала светиться бело-голубоватым пламенем.

Вошедшее существо, похожее на человека, направилось прямо к ней и без каких-либо проблем преодолело магический барьер.

Разглядев тварь, ведьмак сразу понял, что это бывший человек. Бывшим он был потому, что на нём не было кожи — по крайней мере на голове и торсе точно, а ноги скрывала свободная одежда, похожая на обрезанную рясу, обвязанную вокруг торса толстой верёвкой.

В руках тварь тащила что-то похожее на длинную кочергу, которую сначала подняла над головой, а потом вставила в пол по центру пикты.

Тварь тут же начали бить разряды молнии, от чего она взвыла нечеловеческим голосом, но кочергу не отпустила.

— Никогда ещё такого не видел, — прошептал Лорг, удивляясь от представшего перед ним зрелища.

Прошло ещё немного времени, прежде чем существо вытащило свою кочергу, и пикта начала медленно гаснуть. Тварь издала грозный рык, и если до этого момента она передвигалась медленно, волоча своё грозное оружие, то сейчас она явно стала быстрее и уже спокойно удерживала тяжёлую кочергу одной рукой.

Также без проблем преодолев барьер, существо уже собиралось направиться обратно в тоннель, из которого пришло, но Лорг понял, что не может этого допустить, ведь сражаться с ним в узком тоннеле будет намного сложнее.

— Зараза! — Ведьмак вышел из своего укрытия, проклиная всё на свете, и быстро, но тихо направился прямо к существу, в надежде застать его врасплох.

Тварь даже не шелохнулась, когда Лорг, подкравшись сзади, нанёс прямой удар, пробив грудную клетку насквозь.

Ведьмак целился в сердце и точно знал, что попал, но тварь, к его удивлению, осталась невредимой.

Выдернув меч, он растерянно наблюдал за тем, как тварь, которая превосходила его на голову в росте и была на сажень шире, не спеша обернулась и уставилась на него слепыми глазами.

Быстро собравшись с мыслями, Лорг нанёс ещё один удар — на этот раз прямо в горло существа, так как на достаточный замах, чтобы отрубить ему голову, времени не оставалось. Но тварь и на этот раз не обратила никакого внимания на смертельную для любого живого существа рану. Вместо этого она схватила лезвие меча с такой силой, что Лорг видел, как сталь вонзилась в его плоть. А когда ведьмак попытался вырвать меч из крепкой хватки существа, у него ничего не получилось.

Тварь не спешила избавляться от клинка в горле. Вместо этого она открыла свою широкую пасть, и оттуда медленно потекла чёрная густая жидкость, устремившаяся по лезвию прямо к рукам Лорга. Ведьмак выпустил меч из рук, чтобы жижа не попала на него, хоть он и не знал, что это такое, но интуитивно почувствовал опасность, исходящую от этой чёрной субстанции.

Тварь тут же замахнулась своей здоровенной кочергой, желая насадить на её заточённый конец ведьмака, словно кусок мяса на вертел, но Лорг успел раньше атаковать и сразу воткнул факел прямо в лицо твари.

Голова существа тут же вспыхнула. Тварь, не издав ни звука, встала на колени, и ведьмак с ноги сбил его на спину. После чего существо перестало шевелиться.

Решив, что всё кончено, ведьмак подошёл и, убедившись, что чёрная жидкость не успела добраться до рукояти, выдернул меч.

Но оказалась, что тварь всё ещё была жива. Схватив Лорга за ногу, существо издало дикий, пронзительный крик, одновременно дёрнув ведьмака с такой силой, что Лорг потерял баланс и рухнул на землю.

Ещё в полёте Лорг откинул меч в сторону, а как только упал — тут же достал нож.

В голове без конца повторялись слова учителя: «Если тебя повалили — считай, ты покойник!» Отказываясь сдаваться, ведьмак ловко подтянулся к сжимающей его икру руке и начал лихорадочно бить по запястью твари, чтобы отрезать кисть и освободить ногу, игнорируя настырный голос Ранхра в голове: «Лис, попавший в капкан, отгрызает себе лапу!»

— Да заткнись ты уже! — Лорг не был уверен, кому он это закричал — твари или голосу учителя в своей голове. Но в конечном итоге ему удалось отрезать кисть существу которое продолжало издавать истошный вопль.

Освободившись от мёртвой хватки твари, ведьмак вскочил на неё сверху и, замахнувшись ножом, перерезал ей глотку. После чего раздался хрипящий, булькающий звук, и тварь наконец-то замолкла.

Вскочив с существа, ведьмак тут же залез во внутренний карман и достал фляжку со спиртом. Быстро откупорив затычку зубами, он облил всё тело твари содержимым, опустошив полностью фляжку, он поджёг тварь факелом, не желая больше рисковать.

Глядя, как огонь быстро и жадно начал поглощать тело существа, заполняя помещение едким запахом горелой плоти, ведьмак устало откинулся на стену и принялся ножом раскрывать пальцы отрубленной кисти, буквально вцепившиеся в него мёртвой хваткой.

— Вот дерьмо, да что тут вообще происходит? — спросил он, глядя на тело существа без кожи. — Как вообще эта штука может быть живой?

Наконец-то освободившись, он взял кисть твари и кинул её к остальному телу в огонь, потирая ногу и чувствуя, как пульсирующая боль начинает усиливаться, растекаясь по всей ноге.

— Вот тхорн, ещё бы немного — и этот ублюдок сломал бы мне кость!

Лорг снова полез во внутренний карман, чтобы достать другую фляжку, думая о том, что тут могло произойти за последние два года, с тех пор как он проверял это место.

Среди охотников существовало правило, что каждый из них, оказавшись поблизости, должен был проверить пути, по которым передвигаются ведьмаки.

Это делается не только для того, чтобы там не завелась никакая нечисть, но и чтобы сообщить братьям о любых изменениях, которые произошли за время их отсутствия.

Правда несмотря на то, что Лорг был в Дейре не так давно ещё до весны, этот ход он не стал проверять, так как этим периодически занимался Солдир, пополняя припасы в доме. А сам Лорг спускался сюда последний раз года два назад, но тогда он не обнаружил здесь никого, кроме крыс.

Ведьмак отпил из фляги и почувствовал, как тепло начало разливаться по его телу, а пульсирующая боль в ноге начала понемногу успокаиваться.

Ожидая пока боль окончательно пройдёт и он сможет двигаться дальше, Лорг воткнул факел рядом с собой и посмотрев на огонь, начал вспоминать, как Солдир впервые показал ему этот проход.

Глава 13 Воспоминания часть 1.

Была поздняя осень, когда они были в одном дне перехода, чтобы добраться до Дейры, но стоило солнцу едва коснулось вершин деревьев, как Солдир объявил, что они заночуют как всегда под открытым небом, даже несмотря на то, что утренний иней начал всё чаще настигать их в пути.

Лорга удивило решение наставника, так как ещё недавно он сам рассказывал о трактире который находится неподалеку, при этом не забывая добавлять, что им следует обязательно туда заехать, чтобы отведать их местного жаркого из дичи, по фирменному Дейрийскому рецепту тушённому в вине, по заявлениям Солдира такое блюдо было способного согреть путнику не только тело но и душу.

Солдир так много разговаривал об этом постоялом дворе, что Лорг был уверен, что они сегодня же отправятся туда и хотя бы на этот раз переночуют под крышей, а не под открытым небом на промерзлой земле.

— Что-то не так парень? — Солдир сразу заметил озадаченное лицо Лорга, — Выглядишь так, словно чем-то недоволен.

— Ни в коем случае, вы же знаете наставник, что я просто обожаю спать на голой земле, чтобы с утра у меня болели все суставы и я не чувствовал своих конечностей.

— Тогда, что же в таком случае тебя не устраивает настолько, что твоя морда вытянулась как у твоей лошади?

— Я просто не понимаю вас наставник,— Спокойно ответил Лорг на издёвку учителя,– вы сами целый день рассказывали мне о постоялом дворе, до которого мы можем добраться с наступлением темноты. И вы всё равно решили остановиться здесь?

Лорг обвёл рукой полянку посреди леса, усыпанную мокрой прелой листвой и словно подтверждая его недоумение прямо за спиной ученика фыркнула лошадь, выпустив белое облачко пара.

— Я понимаю, мы спали на улице когда ещё были тёплые летние ночи, но я заметил, что даже когда температура воздуха начала активно снижаться, вы всё равно сознательно избегаете трактиров и постоялых дворов,—Лорг скрестил руки на груди и серьёзно посмотрел на учителя, это был его первый вопрос, за всё время их путешествия. — Позвольте поинтересоваться, почему?

Солдир смерил ученика взглядом и усмехнулся в ответ, давая понять, что ученик сделал верные наблюдения.

— Ты хоть представляешь себе, что такое постель на постоялом дворе?

Лорг отрицательно покачал головой, так как это был его первый опыт длительного пребывания вне школы.

— Считай переночевать на соломенном тюке всё равно, что провести ночь в отходжем месте, — Солдир презрительно сплюнул под ноги, — Вот так один раз заночуешь, а потом в лучшем случае месяц будешь чесаться и поверь, зудеть будет так, что ни о какой охоте можно даже и не мечтать, дорога обратно до школы, уже покажется самой жуткой карой какую только могли выдумать боги.

По взгляду Лорга, Солдир понял, что до ученика дошли его слова, поэтому он решил слегка смягчить свой тон.

— Поверь в школе тоже придётся не сладко. Разместят в карантинном отделении где для начала обреют как барана, а потом ещё и вонючую мазь будут втирать в тебя до тех пор пока не решат, что ты полностью здоров.

Солдир раздражённо сплюнул, а Лорг догадался, что старый охотник не понаслышке знает о чём говорит.

— Ну я думаю ты понял, что лучше онемевшие руки с утра, чем зуд в заднице. Онемение пройдёт быстро, а вот зудеть, будет долго.— Лорг кивнул давая понять, что все понял, — в таком случае, давай тогда костёр разведём, надо чтобы земля успела просохнуть и нагреться.

После ночи, полной сырости и холода, они приехали продрогшие насквозь в таверну о которой без конца рассказывал Солдир.

Как и обещал наставник похлёбка и вправду смогла быстро вернуть жизнь в обмороженное тело ученика. К тому моменту когда они добрались до своей цели, где им предстояло проверить первую зимнюю лёжку ведьмаков, Лорг уже был полон сил и внимательно наблюдал за действиями Солдира, который без остановки описывал и объяснял все свои действия.

— Смотри, парень: спускаться надо медленно и аккуратно, потому, что за я время нашего отсутствия в тоннель могли пробраться звери, и если ты поспешишь спрыгнуть, ты можешь случайно обнаружить неприятный сюрприз.

Солдир проверил надёжность верёвки и посмотрел на ученика, ожидая от него какого-нибудь уточняющего вопроса по поводу неприятного сюрприза. Но вопроса так и не последовало.

— В лучшем случае наткнёшься на дерьмо, в худшем можешь налететь на кость или ещё какой мусор оставленный зверем и самый скверный вариант, наткнешься на того, кто облюбовал наш проход.

Внимательно слушая наставника, Лорг кивнул, давая понять, что понимает, о чём идёт речь.

— Даже небольшой зверёк, может доставить кучу неприятностей, а если умудриться ранить, то считай, что ты уже одной ногой в могиле.

Солдир посмотрел на Лорга, ожидая, что ученик попробует это хоть как-то прокомментировать или задаст какой-нибудь глупый вопрос, как это постоянно делал его предшественник. Но молодой ведьмак снова молча кивнул, давая понять, что запомнил предупреждение наставника.

— Если травма будет не серьёзная, тогда она замедлит тебя в бою или будет всё время отвлекать, не давая сконцентрироваться на окружении, а это с большой вероятностью приведёт тебя к смерти.

Осознав, что вопросов и комментариев от Лорга не последует, Солдиру ничего не оставалось, кроме как продолжить свой урок.

— Ну, а если рана окажется достаточно серьёзной, то она сама тебя прикончит, причём смерть будет не из приятных.

— Только не говорите, что это может быть хуже, чем быть съеденным Брюхером?

Лорг поинтересовался об этом настолько обыденно, что у Солдира даже появилось ощущение, что перед ним сейчас сидел не ученик, а обычный опытный охотник, которому уже довелось повидать самых разнообразных тварей.

Участь попасть Брюхеру на обед ужасала многих ведьмаков, даже тех, кто никогда не занимался охотой.

Эта тварь по настоящему умела вселять ужас и отвращение, ведь самым страшным было то, что она проглатывала свою жертву целиком, но не переваривала её из-за отсутствия ферментов и желудочного сока, а целиком высирала свой обед попутно подсадив в бедолагу паразитов.

Именно эти самые паразиты и заменяют Брюхеру желудочную кислоту. Проникая в мышечные ткани и внутренности, они начинают процесс переваривания жертвы, перерабатывая мясо и кости целиком, оставляя от тела жертвы, лишь бурую жижу, которую потом Брюхер просто слизывает, порой проглатывая жижу вместе с крупными камнями.

Весь процесс занимает несколько дней, и всё это время паразиты выделяют вещество, которое не позволяет жертве умереть или потерять сознание, заставляя её видеть и чувствовать, как тело поглощают огромные черви, проделывая дыры сквозь кости и мясо.

При этом Брюхер не ждёт, пока его добыча полностью переварится, и спокойно уходит дальше на охоту, ведь от его жертвы, после того как она окажется у него в желудке, полном паразитов, начинает исходить специфический запах, который Брюхер способен учуять за много миль.

Одно упоминание о жуткой твари, заставило Солдира представить её так, словно она находилась прямо перед ним или могла внезапно выскочить из ближайших кустов. От этой мысли старого ведьмака даже передёрнуло и он на всякий случай огляделся по сторонам, даже несмотря на то, что в этом мире Брюхера точно быть не могло.

— Откуда ты знаешь про эту тварь? — Наставник протянул верёвку Лоргу и кивком головы показал, что он спускается первым.

— Как-то услышал от охотников, что на них Брюхер напал, когда они возвращались из земель демонов, мне стало интересно, что это за тварь такая, поэтому я сначала нашёл книгу, где о ней было подробно расписано, а потом и учителя расспросил.— Взяв протянутую наставником верёвку, Лорг принялся спускаться в темный проход.

Когда Лорг упомянул о книге, Солдир был уверен, что точно знает какую именно книгу ему довелось прочитать в библиотеке ведьмаков и какое описание твари там было приведено, что они напоминают огромных жуков переростков.

Солдир даже услышал голос товарища, который имел привычку диктовать вслух всё, что записывал, даже не читая книгу, он знал её содержимое почти наизусть

Их панцирь внешне похож на острый каменный валун чёрного цвета, напоминающий обсидиан, но по прочности он скорее похож на алмаз.

Морда твари так же покрыта прочной оболочкой которую практически невозможно пробить, единственным слабым местом Брюхера можно считать его пасть, когда он открывает её достаточно широко, чтобы можно было изнутри нанести удар, пробив черепную коробку и уничтожить мозг твари.

Важно помнить, что любые другие внутренние повреждения, считаются не эффективными, так как не оказывает никакого ощутимого воздействия на тварь.

Гнездиться Брюхеры предпочитают во влажных тёмных пещерах, где легко мимикрируют под окружение и впадают в спячку в ожидании своей будущей жертвы и могут находится в таком состоянии до трёх месяцев без воды и еды.

Из спячки брюхеры выходят так же быстро как и впадают в неё, практически мгновенно. Обладая высокой чувствительностью к любым колебаниям воздуха, даже спящим, брюхер способен почувствовать свою жертву ещё до того, как она появится в его поле зрения, а благодаря отлично развитому слуху, для твари не составляет труда, быстро отыскать её.

Благодаря уникальному строению черепа, у Брюхера имеется слуховой тоннель, способный на большом расстоянии улавливать даже малейшие шорохи, причём брюхер может чётко определить, где именно находится источник шума, что позволяет ему прекрасно ориентироваться на местности и охотится даже в полной темноте.

Предположительно, если тварь оказывается достаточно близко от своей жертвы, брюхер может легко услышать за пару метров сердцебиение своей перепуганной жертвы. В пользу этого предположения, указывает то, что если у брюхера возникают проблемы с поиском своей жертвы, тварь резко меняет своё поведение и начинает издавать громкие звуки, раскидывая вокруг себя камни, с целью запугивания жертвы.

Несмотря на свои громоздкие габариты, тварь очень проворная и быстрая, проявляет повышенную агрессию, но обладает достаточным интеллектом, чтобы избегать лобовых атак.

Практически все засвидетельствованные нападения Брюхера, были совершены со спины, с целью преградить путь к отступлению своей жертве.

Исходя из наблюдений можно предположить, что даже несмотря на скорость и проворство которые способны проявлять брюхеры, они предпочитают избегать длительной охоты.

Также из наблюдений за тварью, было выявлено ещё несколько особенностей поведения.

Было установлено, что в сезон дождей, брюхер начинает вести себя особенно агрессивно, безразбора атакуя всё подряд, что попадётся ему на пути.

Связано это с тем, что в сезон дождей у брюхеров начинается кладка яиц, так как им необходимо достаточное количество влаги, чтобы тонкая плёнка покрывающая яйца не пересыхала.

На время кладки, брюхеры сбиваются в пары, чтобы защищать потомство. Так как гендерные различия между особями отсутствуют, роли и обязанности распределяются путём соревнования, в ходе которого они откладывают яйца и та тварь которая отложила больше всех яиц, остается их караулить, а проигравший, должен ежедневно ходить на охоту, чтобы добыть достаточно еды для потомства, охранника и только в последнюю очередь, для себя.

Практически всегда, охотники умирают ещё до вылупления потомства, так как в процессе опорожнения, брюхер теряет много паразитов, необходимых ему для пищеварительного процесса. А так как он кормит потомство и охранника, он не может восстановить их количество в своём желудке, поглотив яйца паразитов вместе с переваренной пищей.

Тут за дело берётся охранник, который не подпускает к еде обезумевшего от голода брюхера, не способного переварить себе пищу из-за полного отсутствия паразитов в своём желудке.

Сытый охранник либо убивает истощённого охотника, либо просто выгоняет, обрекая его на жуткую смерть от истощения.

После того как яйца вылупятся и маленькие брюхеры, отведают своих первых паразитов, которых они перенимают от охотников и начнут источать свой собственный аромат, учуяв который, охранник сразу же теряет ко всему происходящему интерес и уползает по своим делам.

Для всех ведьмаков рекомендуется держаться подальше и ни в коем случае не ходить на тварь в одиночку.

Но если всё-таки кому-то не повезло столкнуться с этой тварью, то эффективно бороться с ней можно только изнутри, поэтому рекомендуется использовать спирт с маслом или жертвенного козла.

Важно также помнить, что, несмотря на свою прожорливость, процесс поглощения пищи и опорожнение, занимает достаточно продолжительное время, которого хватит, чтобы сбежать от брюхера. Так что если тварь кого-то схватила — не стоит спешить спасать его: в таком случае шансы на выживание обоих будут равны нулю.

В молчании они прошли весь тоннель и наконец-то добрались до лестницы ведущей в подвал дома.

— Скажите, наставник, а что такое жертвенный козёл? — Поинтересовался Лорг как только они закрыли люк подвала.

От этого вопроса у Солдира появилась подозрение, что Лорг прочитал его мысли, ведь пока они шли, он как раз вспоминал, как они с Гроском раздобыли информацию о том как эффективно бороться с брюхером, а потом неделю в бане отмывались от жуткой вони.

— Ведьмаки называют жертвенным козлом приманку, которую изначально готовят к тому, что она будет съедена — Солдир сделал паузу и провёл рукой по косяку над дверью откуда вместе с паутиной достал ключ, — бальзамируют в травах, пичкают ядом, или чем-нибудь повеселее, например, чёрным порошком и селитрой, чтобы вызвать взрыв внутри какой-нибудь твари, которую никак не взять с наружи, например брюхеру, у которого настолько прочная шкура, что её ничем не взять, — Солдир улыбнулся и с уважением посмотрел на ученика. — Значит, читал труды Гроска?

Лорг молча кивнул.

— Тяжёлую литературу ты выбрал. Неужели Вазаран настоял?

— Нет, я сам решил изучить его труды, — немного отрешенно, ответил Лорг.

Ответ ученика заставил, Солдира задуматься о тех временах, когда он сам, лично, называл безумные эксперименты Гроска, бессмысленными жертвами охотников.

Теперь спустя годы, он сожалел, что многие ведьмаки решают пренебречь изучением его дневников, так как они не входят в обязательное изучение.

Солдир конечно неоднократно говорил Вазарану, чтобы он наконец-то включил в программу обучения дневники Гроска, но старик постоянно отказывался, ссылаясь на то, что если Солдир этого очень хочет, то может сам сесть и переписать от руки, всю библиотеку Гроска, а у него на это людей нет.

— А ты и вправду можешь удивить, — наконец-то отогнав навязчивые воспоминания, Солдир отодвинул один из стульев на кухне и усевшись жестом пригласил Лорга занять второй стул. — Не знал ещё ни одного ученика до тебя, кто осмелился бы по собственной инициативе взять записи Гроска. — Солдир печально покачал головой и достал из за пазухи кожаную фляжку. — Хороший был ведьмак. Многие из нас до сих пор ему обязаны, за его труды: ведь это он нашёл способ бороться с большинством тварей.

Лорг занял указанный стул и учитель откупорив флягу, сначала сам отпил, а затем протянул Лоргу, чтобы он тоже помянул павшего брата.

— Правда, и наших он немало угробил в этом процессе, — грустно усмехнулся Солдир. — Бывало, он месяцами не мог найти ни одного охотника желавшего отправиться с ним на ту или иную работёнку. — Лорг сделал большой глоток и сразу же зашёлся кашлем, — Знаю забористая штука, держи — Он кинул Лоргу яблоко и ученик вскоре перестал кашлять, — Знаешь, что самое смешное? Не могу никого судить, за то, что никто не хотел с ним работать.

Солдир посмотрел куда-то в потолок и немного подумав о чём то своём, поднял флягу над собой и сделал глоток и крякнув в кулак спрятал обратно в карман.

— Знаешь я и сам чудом жив остался, когда он меня уговорил отправиться с ним, на пустяковую вылазку. — Глаза Лорга загорелись, и Солдир сразу это заметил. — Что, хочешь услышать об этом?

Лорг утвердительно кивнул и Солдир наконец-то понял, чего всё это время ждал его ученик, не пересказов учебников, а реального опыта из жизни охотника.

— Ладно, здесь мы свою работу выполнили, так что давай возвращаться, надо ещё успеть до темноты разбить Лагерь, а там глядишь и у костра история интересней будет.

Глава 14 Воспоминания о Гроске.

Выбравшись на поверхность, они дошли до лошадей и взяли свои тюки с припасами. Когда всё было готово и на костре стоял котелок с водой, Солдир устроился на бревне которое осталось от бывшего охотничьего домика и начал свой рассказ.

— Я тогда только в школу вернулся после долгой охоты и ещё понятия не имел, о событиях которые происходили за время моего отсутствия.

Слушая наставника, молодой ведьмак закинул в котелок вяленое мясо, чтобы оно немного проварилось перед тем, как к нему добавить овощи, которые они купили три дня назад в деревне на границе империи и северных королевств.

— Я как раз направлялся в хранилище, чтобы сдать несколько гримуаров и написать отчёт для наших библиотекарей.— Солдир убил комара на шее и с удивлением посмотрел на него, гадая откуда же он мог взяться в это время года? — Конечно же, в тот момент я ещё не подозревал о том, что у судьбы на мой счет, были совсем другие планы.

Воспоминания часть 2.

Гроск.

Поднимаясь по узкой винтовой лестнице, освещённой не коптящими масляными лампадками, ведьмак с наслаждением вдыхал исходящий от них успокаивающий, травянистый аромат, знакомый всем ведьмокам с детства.

Солдир улыбался, мурлыкая себе под нос мелодию, которую он услышал где-то по пути, ведь как только он увидел родные стены школы, его настроение стремительно начало улучшаться, а всю усталость от долгого пути, словно рукой сняло.

Взбудораженный возвращением домой и слегка одурманенный успокаивающим эффектом испорений хапшинского масла которые источали светильники, охотник предвкушал предстоящий спор с настоятелем.

Изначально в планы Солдира не входило заезжать в школу, особенно после их неудачного разговора с Вазараном. Но ему пришлось резко пересмотреть свои планы, когда он наткнулся в деревне расположенной недалеко от школы на гримуар.

Солдир оценил гримуар и понял, что он никогда не принадлежал ни одному ведьмаку, а значит его можно было просто зарегистрировать в гильдии и сразу отправиться в мир демонов, пообщаться с хозяином, чтобы как следует расспросить его, каким это вдруг волшебным образом, гримуар очутился в забытой богами деревеньке, среди людей.

Конечно Солдир мог сдать книгу молчаливым братьям, чтобы они сами во всём разобрались. Ведь отдать им гримуар, означало только одно, начало быстрой карательной операции, во время которой никто из ведьмаков не будет утруждать себя беседами вырезая всех кто попадётся им на глаза.

И если бы в любой другой раз Солдир именно так и поступил бы, так как находил такие операции довольно эффективными, ведь после них как правило активность демонов в мире людей сразу заметно снижалась.

Но на этот раз, Солдир хотел сам лично пообщаться с хозяином гримуара, ведь кто знает, возможно у него найдётся, что-нибудь интересное, что он сможет предложить ведьмаку взамен своей жизни.

От размышлений Солдира отвлёк громкий крик раздавшийся из-за двери.

— Да чтоб вас! Что, неужели совсем никого нет? — Сразу за криком последовал громкий удар по чему-то деревянному, возможно по столу — В смысле, я сам виноват?

Приблизившись поближе, Солдир сразу узнал голос Гроска, который явно был чем-то недоволен, раз позволил себе такое поведение в библиотеке.

— Гроск, псина ты бешеная, чего разорался так? — Усмехнулся Солдир, открыв тяжёлую деревянную дверь. — Я тебя за несколько вёрст от школы услышал, даже решил заехать проверить, что тут происходит.

— Солдир? — От неожиданности Гроск подпрыгнул и развернулся в прыжке, удивлённо уставившись на старого знакомого охотника. — Отлично, ты-то мне как раз и нужен!

Гроск моментально одним прыжком сократил дистанцию и оказался рядом с Солдиром.

— Слушай, брат, я тут задумал одно исследование, но есть небольшая проблема,— Он замялся и недоверчиво посмотрел по сторонам, — видишь ли, желающих отправиться со мной нет.— Он тяжело вздохнул и посмотрел на Солдира молящим взглядом, — Может, ты по старой дружбе составишь мне компанию?— В голосе Гроска слышалось нетерпение и отчаяние.

— Дайка угадаю: очередная тварь, которую ты хочешь убить, но пока не придумал как? — усмехнулся Солдир, прекрасно осведомлённый о роде деятельности Гроска.

— Так в том-то и дело, что я уже придумал — осталось только проверить на деле, — заискивающе улыбнулся Гроск.

— И скольких ты уже отправил на больничную койку? — Охотник с усмешкой посмотрел на своего товарища.

— Да всего троих, и то там ничего серьёзного, в основном ушибы и царапины, — отведя взгляд и пожав плечами заявил Гроск.

— Ушибы и царапины?

Практически сразу раздался возмущённый крик и деревянная кружка с грохотом ударила по столу с такой силой, что её содержимое чуть не выплеснулось из большого бокала.

Солдир с Гроском посмотрели на возмущёную ведьмачку, которая до этого молча наблюдала за их диалогом, пока откровенная ложь учёного не заставила её вмешаться.

— Да из-за тебя мудака, Хорндрик чуть ноги не лишился, а у Райвика пол лица буквально нет!— Возмущённая ведьмачка опёрлась руками на столешницу и Солдиру даже показалось, что она собирается перепрыгнуть через него как бык через ограду и разорвать Гроска на куски. — Одному Вингру повезло, он единственный кто отделался здоровой гематомой, да и то у него до сих пор в глазах двоится!

Ведьмачку звали Юрвой и Солдиру уже доводилось неоднократно с ней встречаться, так как она была помощницей старшего хранителя и именно она занималась регистрацией гримуаров и принимала заявки на экспедиции и рейды.

Даже не поприветствовав охотника и полностью игнорируя его присутствие в комнате, Юрва продолжала недовольно смотреть на Гроска, взглядом судебного обвинителя, по которому Солдир легко мог угадать, какой приговор она уготовила для горе учёного за пренебрежительное отношение к жизни своих собратьев.

— Ты бы, хоть правду говорил, во что пытаешься Солдира втянуть!

— А, кстати, может ты и вправду уже наконец-то расскажешь, что именно задумал? — Усмехнувшись, Солдир с хитрым любопытным взглядом посмотрел на Гроска, которого судя по всему не смутили обвинения Юрвы.

— Так я бы уже давно всё рассказал, — Он кинул пренебрежительный взгляд на ведьмачку,— Да вот только некоторые встревают в разговор и не дают профессионалам обсудить свои дела,— В ответ на слова Гроска, Юрва показала не двузначный жест, намекающий на то, куда учёный мог засунуть своё недовольство, — Но, ты главное не обращай внимания на её трёп, Юрва просто преувеличивает.— Гроск дружески приобнял Солдира и сбавив немного тон и начал полушёпотом обрабатывать охотника. — Подумаешь, парочка зелёных юнцов пострадала, никто же не умер, а это на секундочку при том, что они даже в подмётки не годятся такому опытному ведьмаку, как ты!

— Не крути, Гроск! — Солдир скрестил руки и раздражённо посмотрел на учёного, — Давай так, ты сейчас вытащиш свой язык из моей задници и наконец-то расскажешь, что задумал! — Зажмурив левый глаз охотник снял с себя руку и отстраниться от товарища, встав между ним и Юрвой, — Учти, если ты и дальше продолжишь мне зубы заговаривать, я тебя даже слушать не стану и просто займусь своими делами.

Конечно Солдир кривил душой, так как был уже заинтригован и хотел поскорее узнать, на кого же в этот раз собирался охотится Гроск.

Память о последней совместной охоте вместе с Гроском на Брюхера была ещё свежа, поэтому охотник предпочитал соблюдать осторожность, так как знал, что продемонстрировать заинтересованность выйдет себе же дороже. Ведь если Гроск заметит хоть каплю проявленного интереса, то уже не отстанет до тех пор, пока не добьётся своего.

Словно прочитав мысли своего товарища, Гроск раздосадованно посмотрел на него и с лёгкой полуулыбкой как ни в чём не бывало продолжил:

— Да ничего я тебе не заговариваю,— Наигранно обиженным тоном тут же ответил он, — просто пытаюсь объяснить, как на самом деле всё обстояло. А то ещё наслушаешься сейчас трёпа этой неуравновешенной бабы, — он кивнул в сторону Юрвы, которая явно была готова запустить в него своим бокалом, — и откажешься мне помогать.

— Так если твоим следующим словом будет не монстр, на которого ты собрался охотиться, тогда я пошёл отсюда.

Гроск замялся и Солдир, чтобы придать ему больше решимости, развернулся в сторону двери и даже успел сделать шаг в её направлении, когда услышал за спиной голос Гроска, который не очень радостным тоном произнёс: «Тхерь».

— Повтори, что ты сейчас сказал? — Солдир подумал, что ему показалось, по крайне мере он хотел так думать.

— Я собираюсь охотится на Тхерь, —уже громче повторил Гроск и Солдир понял, что ему всё таки не показалось.

— Да чтоб тебе чёрт в ботинок насрал, Гроск, ты что рехнулся?— Солдир посмотрел на товарища как на безумца, — Тащиться на эту мразь? Скажи честно, ты что из ума выжил?

Солдир посмотрел на Юрву, которая всем видом демонстрировала, что целиком и полностью поддерживает его.

— Только не говори мне, что ты ходил на Тхерь с кучкой зелёных ведьмаков,— Гроск ничего не ответил, — Отлично, теперь ты решил наконец-то помолчать, — Солдир раздосадованно развёл руками, — И именно в тот момент, когда от тебя больше всего нужны ответы. Вот скажи мне, как ты догадался попереться на тварь, от которой даже демоны стараются держаться подальше, с кучкой сопляков?

Гроск молча слушал, не спеша ни оправдывался, не объясняться, что и как произошло, он просто молча наблюдал за Солдиром, словно давая ему время остыть и выговориться.

— Скажи честно, ты блотины обожрался прежде чем такое придумать?

Продолжая распекать Гроска, Солдир с серьёзным видом наблюдал за его реакцией, стараясь не замечать виноватую полуулыбку на его лице

— Понято, пока меня не было, вы тут судя по всему кружок организовали по суицидальным интересам, иначе я объяснить не могу, каким образом Вазаран спустил тебе подобное безумие.

— Да ничего я не организовывал и Вазаран тут абсолютно ни при чём, — Наконец не выдержал Гроск, — мы случайно наткнулась на тварь, когда парни сопровождали меня во время сбора трав.

Гроск говорил спокойно, медленно переводя взгляд с Солдира на Юрву, чем давал понять, что до данного момента, она тоже была не в курсе подробностей происшествия, о чём также свидетельствовало замешательство на её лице.

— То есть она не прикончила вас в первый раз и ты решил вернуться к ней чтобы исправить эту оплошность?— С неприкрытой иронией в голосе спросил Солдир.

— Нет конечно, за кого ты меня принимаешь? — Солдир посмотрел на Гроска таким взглядом, что он понял его и без слов.

— Ладно можешь не начинать, но пойми, когда тварь нас атаковала, у нас произошла непредвиденная ситуация, — Солдир заметил, что Гроск запнулся сразу после слова атаковала...— И ты не поверишь, эта непредвиденность, почти сработала, а заодно подсказала мне, как можно с этой тварью бороться.

— Постой, я правильно тебя понял?— Солдир с сомнением посмотрел на своего товарища, — На самом деле, ты до конца не уверен в своём плане и тебе только кажется, что он может сработать?

Не переставая улыбаться, Гроск покивал из стороны в сторону головой, что могло означать, что примерно так оно и есть.

— И поэтому сейчас вместо того, чтобы благодарить богов, что тварь не откусила тебе жопу, которую ты почему-то гордо именуешь головой. Ты решил вернуться и проверить показалось тебе тогда или нет?

— Ты не понимаешь Солдир, я видел эту тварь ближе чем кто либо, к тому же наш отряд стал первым, кто пережил нападение тхери.

Глаза Гроска светились огнём, а в его словах не было ни капли сомнения, Солдир понял, что он для себя уже всё решил и отступать точно не собирается.

— Наблюдая за ней, я понял как она охотится...

— Мы все знаем, как охотится эта тварь, — Солдир уже понял, что не сможет переубедить помешанного, но всё равно не мог остановиться,— Быстро и беспощадно, не оставляя никого в свидетелях, чтобы рассказать, как она пожирает своих жертв.

— Ты что, до сих пор ещё не понял, что я и есть тот самый свидетель, который видел всё своими глазами? — Гроск положил руку на плечо охотника и с самоуверенной усмешкой посмотрел ему в глаза, — Я видел тварь так же близко, как сейчас вижу тебя.

Солдир задумался, ведь как не крути, а Гроск был прав, до него ещё никто не мог похвастаться тем, что увидел тхерь и остался жив.

— Как тебе это удалось? — Наконец после мучительных раздумий, спросил Солдир уже спокойным и холодным тоном, что полностью выдало его интерес к происходящему.

— На самом деле, это вышло случайно, — разведя руками с улыбкой заявил Гроск и Солдир уже решил, что его товарищ над ним издевается, но учёный не оставил ему возможности возмутиться, тут же продолжив объяснения — Один из моих сопровождающих, перепутал пробирку с кровью и добавил вместо неё архерию.

Солдир удивлённо посмотрел на товарища, но он ему жестом показал чтобы его не перебивали, оставив охотника гадать на кой хер им понадобилось ставить жертвенного козла на экспедиции по сбору цветов?

— Когда тварь неожиданно напала, я как раз находился в поле, а парни сидели по периметру охраняя меня.

То, что молодые ведьмаки не заметили присутствия твари не удивило Солдира, ведь порой даже опытным следопытам бывает непросто обнаружить присутствие тхери за что они как правило расплачиваются жизнью.

— Но мне повезло,— Не обращая внимания на задумчивый вид Солдира продолжал Гроск, — тхерь сразу кинулась на приманку и пока, она разрывала жертвенного козла, я успел затаиться.

Самодовольная улыбка Гроска в сочетании с его безумным взглядом, придавали ему скорее вид сумасшедшего, чем учёного исследователя.

— В этот момент, я благодарил богов за то, что мне выпал такой шанс и я его не упустил. Я наблюдал, запоминал каждое её движение, каждый издаваемый звук.

Гроск взял Солдира под руку и отвёл к столу, на который выложил из внутреннего кармана дневник, переплетённый плотной обработанной овечьей кожей. Солдир с сомнением посмотрел на товарища, но тот лишь движением головы показал, чтобы охотник сам на всё взглянул своими глазами.

Открыв книгу, Солдир с удивлением обнаружил, что все рисунки были выполнены настолько натурально, с такой дотошной детализацией, что казалось тварь вот-вот оживёт и выпрыгнет со страниц дневника, чтобы отправиться на охоту.

Но сильнее всего охотника впечатлило даже не качество картинок, это и так было понятно, что даже одно изображение твари, описание которой, до этого некому было просто напросто рассказать, было бесценно. А тут листая страницу за страницей, Солдир насчитал порядка тридцати зарисовок выполненных во всех мельчайших подробностях со всех ракурсов.

— Я наблюдал и запоминал каждое мгновение, что видел её, — не сводя взгляд с Солдира который был одновременно ошеломлён и восхищен молча переворачивая страницу за страницей, тихо комментировал Гроск, нашептывая ему практически на ухо.

— Я старался запечатлеть в памяти каждое её движение, пластику, ритм, как играли мускулы и даже её дыхание.— Помимо картин в дневнике также были записаны размышления Гроска, в которых он рассуждал о физиологии твари: строении её скелета, мышц и о её возможных повадках.

Прочитав последнюю запись, Солдир удивлённо посмотрел на Гроска, который словно только и ожидал именно этого немого вопроса.

— Когда тварь меня учуяла и почти уже добралась до меня, она внезапно замерла, всего в одном шаге, словно находясь прямо передо мной, внезапно потеряла меня из виду. — Солдир оторвался от дневника и посмотрел на Гроска, если он говорил сейчас правду, то в тот день он уже практически был мёртв, — Только замешательство твари, позволило мне сбежать и спрятаться, но даже тогда я продолжал наблюдать.

Солдир продолжал молчать, но Гроску судя по всему и не нужны были его комментарии, хищно улыбаясь он продолжал.

— Я видел, как поведение твари, начало меняться, сначала она начала мотать головой, словно перепивший алкаш, пытающийся прийти в себя, а потом пошатываясь начала топтаться на одном месте, издавая при этом низкий рык.

Солдир кинул взгляд на дневник и увидел, что этот момент Гроск сумел запечатлеть. Только сейчас охотник понял, что тхерь подозрительно напоминает ему со стороны огромную кошку, с огромными массивными лапами способными перебить коня пополам благодаря острым прочным когтям с жёсткой непробиваемой шкурой и острыми клыками.

Перевернув страницу, охотник понял, что на кошку тварь похожа лишь со стороны, так как если посмотреть на морду, она скорее была похожа на какую-то огромную ящерицу, с большим выпуклым лбом, усеяном острыми шипами и подписью Гроска рядом ”Предположительно используется для атаки во время охоты, чтобы сбивать своих жертв.”

Когда тварь открывает пасть, видно как её нижняя челюсть раскрывается в разные стороны, выставляя клыки так, что вместе с укусом, они словно проталкивают жертву внутрь, что позволяет ей заглотить тушу целиком.

Следующая картинка и становилось понятно, почему никто не находил жертв Тхери. Ведь полностью раскрытая пасть прекрасно демонстрировала какая неприятная участь ожидает того, кто попадёт к ней на ужин.

Вся пасть была усеяна крючковатыми клыками, которые также помогали твари проталкивать пищу, отрывая от неё по кусочку, которые тут же отправлялись следом за жертвой, рядом очередная подпись гроска, “Скорее напоминает устройство кишечника змеи”. Присмотревшись к рисунку внимательнее, Солдир понял, что формой черепа и мордой тварь и вправду напоминает огромную змею с кошачьим телом.

— В какой-то момент, тхерь рванула к расположенному неподалёку болоту и с прыжка занырнула спрятавшись в трясине,— Окажись, что подобная тварь могла часами находится под водой никого бы не удивило, но то, что она бросила свою жертву и убежала было по настоящему удивительно.

— Признаться, я даже решил в тот момент, что тварь пришла в себя и сбежала, чтобы ретироваться и попробовать атаковать снова, но как оказалось, прав я был только на половину, потому как, когда она резко выскочила из болота чтобы атаковать Равика, то промахнулась и вместо того, чтобы оторвать ему голову, лишь слегка поцарапала щёку.

Солдир усмехнулся, представив себе, как бы Равик отреагировал на подобное заявление, если бы его услышал.

— Мы все знаем, что Тхерь никогда не промахивается, но знаешь что? — Солдир лишь с заинтересованной улыбкой развёл руками, — сразу после промаха, тварь попыталась ещё раз атаковать и у неё снова ничего не получилось.

Когда Солдир уже не мог спрятать своего скептицизма, представив себе это зрелище, где одна из самых опасных тварей пытается их атаковать как беспомощный котёнок. И казалось сомнения Солдира только подстегнули Гроска, пока резко не пропал весь его задор и на его место не пришла серьёзная озабоченность.

— Возможно нам бы и удалось в тот день избежать серьёзных последствий, если бы тварь в какой-то момент не заметила Хорндрика, который за каким-то хером вылез, чтобы помочь Равику когда увидел, что тварь его задела.

Солдира насторожило, что этот разговор уже явно начал затягиваться, а сюжетные повороты в рассказе Гроска, начали принимать неожиданные обороты, ведь в его словах слышалось, что он уже неоднократно анализировал произошедшее.

— Тварь переключилась на парня и это при том, что если бы этот идиот сидел где сидел, с ним бы ничего не случилось.

Гроск врезал, кулаком по столу и резко перешёл с трагического шёпота, на громкий крик.

— А теперь из-за этого идиота, эта стерва не даёт мне покоя своими упрёками, представляешь она на отрез отказывается рассматривать мою заявку на группу охотников для изучения.— Гроск так резко переключился на Юрву, что она заслушавшись его рассказом, от неожиданности даже подпрыгнула.

— Ты кого тут стервой мудила недобитый назвал, если тебе тхерь башку твою тупую не оторвала, то я сейчас исправлю эту оплошность! — Резко осознав произошедшее, мгновенно пришла в бешенство Юрва.

Но Гроск не обращая абсолютно никакого внимания на угрозы девушки, продолжал свой диалог с Солдиром, напрочь игнорируя весь шум.

— Да ты сам подумай Солдир, эти придурки полезли спасать друг друга, напрочь позабыв о наших правилах.

Ловко поймав кружку запущенную в него Юрвой, Гроск спокойно поставил её на стол и не обращая внимания на произошедшее продолжил.

— Ты же знаешь наши правила, если ведьмак попался, он сражается с тварью до конца, давая время другим отступить.

Правила ведьмаков, составленные ещё самыми первыми учителями, которым довелось первыми побывать в мире демонов и полностью ощутить на своей собственной шкуре всю его первобытную жестокость.

Каждое правило ведьмака, было написано кровью его брата и если ты хочешь выжить на той стороне, ты должен следовать им беспрекословно, иначе не выживет никто.

По началу о многих тварях тонкого мира, узнавали из рассказа единственного выжившего из группы.

Ведь не только известные твари поджидали на пути туда и обратно, всегда был риск наткнуться на кого-то или что-то новое, что ещё не было ещё изучено.

Только благодаря подобным жестоким методам, ведьмакам удалось достаточно быстро обнаружить и классифицировать множество тварей, обитающих около разрыва, а в последствии и более отдалённых кругах.

В своих экспедициях, ведьмаки умудрились даже наладить торговлю с демонами и другими обитателями этого мира, которые как оказалось не имели никакого отношения ни к одному из семи великих домов, которые по их же собственным заверениям, правили этим миром.

Солдир с молчаливым уважением посмотрел на Гроска, ведь как бы безумно сейчас не звучали его слова, как бы он не пытался обвинять в нарушении правил молодых парней, он знал, что перед ним сейчас стоял самый главный нарушитель всех правил ведьмаков, который сам неоднократно спасал своих товарищей.

Единственный, кто решил бросить вызов всем устоям и правилам, чтобы изучить тех тварей, о которых до наших дней дошла только одна запись.

"В этом округе, вас ждёт гарантированная смерть."

Лишь благодаря Гроску таких мест на карте начало становиться всё меньше, а со временем начали находиться и другие желающие последовать его примеру.

Правда в их случае чаще сохранялась прежняя тенденция, один выживший из группы, рассказывающий с чем им пришлось столкнуться и что он видел.

После таких случаев, туда всегда отправляют Гроска с группой опытных охотников, у которых была лишь две цели, найти тварь которая убила группу и найти способ как с ней бороться.

Даже демоны, которые казалось потеряли всякий интерес, к подобным экспедициям которыми активно пользовались во времена больших открытий ведьмаков, для расширения своего влияния и захвата новых земель, начали снова потихоньку приобретать интерес к подобным авантюрным исследованиям ведьмаков.

Когда Солдир узнал, что демоны вновь начали оказывать содействие и помощь ведьмакам в зачистке опасных территорий, он сразу предположил, что эта помощь не бескорыстна.

И конечно же он не ошибся, великие дома действовали исключительно в собственных интересах, так как подобные территории хоть и не были пригодны к жизни, но зато они оказались богаты на драгоценные ресурсы и имели спорные границы, что позволяло без проблем присвоить их себе.

Поэтому пока ведьмаки активно преследуют свои цели, демоны активно преследуют свои.

Правда великие дома по прежнему оставались в стороне, ведь все торговые пути были уже проложены, а все договора заключены.

Они не возражали, чтобы дома последователи помогали ведьмакам, но продолжали проявлять своё недовольство, так как были вынуждены контролировать ситуацию, чтобы кто нибудь из домов, не начал новую войну, особенно после недавнего инцидента, в котором дома еле сумели договориться между собой и наконец-то перестали грызть глотки друг другу.

Именно из-за этого конфликта, великие дома были вынуждены бросить ведьмаков, чтобы они сами разбирались со своими экспедициями, в которых к тому же погибало немало демонов, а это сильно било по состоянию дома, ведь каждый воин должен быть на своём месте, на случай, если сосед решит напасть, желая возвысить положение своего дома.

– Но знаешь как говорят?— Гроск снова сверкнул своей самоуверенной улыбкой, — Не бывает худо без добра, благодаря тому, что тварь атаковала парней, я узнал, что у него в когтях содержится яд, который мне удалось нейтрализовать с помощью смеси белоцвета, дуриглава и маригона. — Довольно усмехнулся Гроск. — Так что, как видишь, наша охота не прошла впустую. Я уверен: вместе у нас с тобой получится одолеть эту мразь.

— Я так не думаю, — проанализировав рассказ Гроска, подвёл итог Солдир. — Слишком много в твоём рассказе неопределённостей. Во-первых, ты точно уверен, что такой эффект у твари случился из-за кровобута, а не по другим причинам?

— Ты хотел сказать архерию? — Переспросил Гроск и охотник утвердительно кивнул в ответ.— Ну да, других причин я не вижу. — Гроск попробовал заверить Солдира, что он полностью в этом уверен, но у него все равно остались сомнения в правоте учёного.

— А тебя не смутило, что ты остановил отравление с помощью смеси трав, которые мы используем от трупного яда? — Вопрос Солдира явно обескуражил Гроска, тем самым доказав, что он до этого момента даже не думал об этом. — Как никак, тхерь всё-таки не падальщик, и ты первый, кто должен был об этом знать!

Поначалу Солдир ошибочно решил, что Гроск вот-вот откажется от своей затеи, но, видимо, он слишком плохо его знал.

В результате после недолгих раздумий, Гроск посмотрел на охотника горящим взглядом, от чего у Солдира засосало под ложечкой, предвкушая неприятности.

— Ты прав: в моей истории и вправду слишком много белых пятен, — Солдир аж выдохнул с облегчением, но, как оказалось, было рано расслабляться. — Поэтому нам теперь обязательно надо проверить мою теорию.

От досады Солдир тяжело вздохнул. Он понял, что зря сразу не послал Гроска, и теперь он точно от него не отстанет — по крайней мере, пока ему не подвернётся кто-нибудь ещё из охотников.

— Слушай, на самом деле у меня ещё куча работы, так что давай как-нибудь в другой раз? — Солдир попытался окуратно отвертеться от сомнительной перспективы, когда сама вселенная внезапно решила сыграть против него.

— Рад слышать, что ты наконец-то начал думать головой, а не тем, что постоянно отбиваешь в седле по большакам!

Весело насмехаясь над охотником интерпретировав шутку, которую ещё недавно Солдир сам использовал против Гроска, обвиняя его в безрассудности, в комнату вошёл Вазаран.

Он спокойно, с лёгкой насмешкой, посмотрел на Солдира, который, в свою очередь, наоборот, напрягся от их неожиданной встречи, так как надеялся в глубине души её избежать.

— Твои дела могут подождать Солдир, — Эта фраза была произнесена тоном не терпящем возражения и явно не сулящим ничего хорошего, — Прости но я буду вынужден попросить тебя отправиться с Гроском.— Всё тем же тоном произнёс он.

Оглядев лица присутствующих в комнате Вазаран понял, что его слова пришлись по вкусу только одному Гроску. Так как Солдир с Юрвой не оценив его просьбы смотрели на него с недоумением.

— Изучив все данные, которые мне любезно предоставил Гроск, я пришёл к выводу, что нам и вправду не помешает их проверить.

Он говорил как судья рассмотревший очередное дело и выносящий свой вердикт, при этом не сводя пристального взгляда с ведьмака.

— Как и ты, Солдир, я тоже нашёл в них слишком много белых пятен, и поэтому лично пришёл, чтобы попросить Гроска перепроверить всё.— Казалось Солдир сейчас взорвётся от возмущения, но это скорее забавляло Вазарана, чем беспокоили. — Скажу даже больше, изначально я хотел отправить с ним Зурвика, но к своему приятному удивлению застал тебя здесь, когда Гроск уже посвятил тебя в свои планы.

Вазаран кинул на Солдира хитрый взгляд, от чего у охотника сформировалось впечатление, словно это он специально всё так подстроил. Хотя Солдир понимал, что это невозможно, но он давно подозревал, что старик явно что-то скрывает и не так прост, как может показаться на первый взгляд.

На всякий случай он даже припомнил, что в своём письме не указывал точно, когда собирается вернуться в школу.

Так что предположение о запланированной мести Вазарана, отмелось само собой и судя по всему, старик и вправду обрадовался такому стечению обстоятельств, ведь теперь ему не придётся отправлять одного из своих лучших учителей, охотиться на одну из самых смертоносных тварей демонического мира.

— Простите но это ничего это не меняет, я не намерен принимать участие в этой смертоносной авантюре! — Тут же возразил Солдир, несмотря ни на что, не желающего подыгрывать магистру в его планах. — Пускай на эту охоту, как и планировалось, едет Зурвик, а я лучше вернусь к своим делам.

— Что ж, раз ты так категорично настроен, — казалось, протест Солдира ни капли не смутил Вазарана. Он лишь сложил руки на груди и, продолжая хитро улыбаться, перевёл взгляд на ведьмачку, хранившую всё это время молчание.

— Я, конечно, хотел просить Юрву позаниматься с учениками Зурвика, пока его не будет, но раз тварь такая опасная, а в докладе Гроска, как ты сам заметил, полно неточностей, то я отправлю её вместе с ними, а ты тогда можешь пока подменить Зурвика на его занятиях. Кто знает, может тебе всё-таки придётся по душе преподавать молодняку основы нашего ремесла?

И на этот раз Вазаран не смог опустить эту тему, как всегда пытаясь уговорить Солдира бросить своё ремесло и перейти на преподавательскую должность. Именно по этой причине, между ними и испортились отношения.

Солдир, конечно, понимал, что, несмотря на постоянное пополнение учеников в школе, смертность среди ведьмаков, особенно охотников, была высока: из двадцати выпустившихся учеников в первый год гибло больше половины.

Кто-то погибал от лап чудовищ, кто-то в обычных стычках с людьми, а кто-то попадал в засады, устроенные демонами-работорговцами.

Даже опытные ведьмаки, которые провели не один десяток лет на большаках, становились жертвами несчастных случаев, и с годами смертность не уменьшалась, а наоборот росла — так как не хватало опытных преподавателей и времени, чтобы как следует обучить будущих ведьмаков.

К тому же до Солдира доходили новости, что в последнее время сильно возросло число ренегатов, что превратилось в самую настоящую проблему.

Учителя были встревожены, ведь ученики пропадали сразу после выпуска из школы, сокращая тем самым и без того небольшое число ведьмаков.

Кто-то из таких ренегатов, выпускаясь из школы, не желая нести тяжёлую и опасную долю ведьмачьей судьбы, пошатавшись несколько месяцев по большакам, пытались вернуться к простой человеческой жизни. И у них даже ненадолго получалось сбежать от влияния школы, до тех пор пока их не выслеживают карательные отряды.

Благодаря своим связям, школа всегда быстро находит подобных умников и ещё быстрее с ними расправляется.

Конечно хуже дела обстояли с ренегентами, сбежавшими в тонкий мир, переходя в мир демонов: они словно растворяются в воздухе, не оставляя за собой никаких следов.

Именно их за последнее время становилось всё больше. Даже несмотря на то, что демоны пообещали содействие в решении проблем, так как эта проблема касалась их напрямую: ведь этих самых ренегатов вербовали вампиры, обращая их в себе подобных и увеличивая таким образом свою численность, что сильно беспокоило владык демонического мира.

Вот и выходило, что опытных ведьмаков, способных обучать молодое поколение, становилось всё меньше, из-за чего такие старики, как Солдир, сильно ценились школой, и Вазаран стремился всеми силами убедить их оставить опасное ремесло, чтобы передавать свой опыт новому поколению.

— Ты же знаешь, старик, что из меня плохой учитель! — меланхолично отмахнулся Солдир от предложения Вазарана, не желая снова начинать их вечный спор.

— Зато из тебя прекрасный ведьмак, — усмехнулся магистр и погладил свою небольшую аккуратно подстриженную бороду. — Глядишь, просто нахождение с тобой несколько недель к ряду сумеет их чему-нибудь да научить.

— Конечно сумею, например, как бухать и сквернословить через каждое слово, — съехидничал Солдир, пытаясь разозлить Вазарана, но тот, как всегда, был спокоен и невозмутим, чем дико раздражал ведьмака.

— Сомневаюсь, что этим ты кого-нибудь из них сможешь удивить: у нас тут всё-таки не дети из высшего общества, — весело рассмеялся магистр. — Послушай, я не настаиваю, чтобы ты менял Зурвика. В конце-концов, ты можешь принять предложение Гроска, и Юрва отправится тогда вместе с вами.

— Магистр! — возмутившись, Юрва вскочила со скамейки и хотела что-то сказать, но как только Вазаран посмотрел на неё своими зелёными глазами, она тут же осеклась. — Как скажете, магистр Вазаран, — лишь смиренно добавила она и молча села на место.

— Ну, так то лучше, — с улыбкой добавил магистр и снова вернул взгляд на Солдира. — Ну, так что скажешь? Что выбираешь?

Глава 15 Охота на Тхерь.

Ночь в мире демонов не похожа на ту, что знают люди, ведь в отличие от мира яви, ночь в тонком мире никогда не бывает тёмной. Кроваво красная луна, озаряет алым светом безграничный небосвод усеянный бесконечными, большими, яркими звёздами и созвездиями.

Благодаря свету луны, земли тонкого мира никогда не знали тьмы, лишь тени удлинялись с наступлением ночи, словно даруя своё покровительство, укрывая своим непроглядным мраком, всех ночным хищников, вышедших на охоту.

Для ведьмака ночь в мире демонов, никогда не бывает тихой и безмятежной, ведь чем длиннее становятся тени вокруг него, тем ближе он ощущает на себе хищный взгляд, нацелившейся на него твари.

Солдир давно заметил, что ночь в тонком мире, длится дольше чем день. У него даже сложилось впечатление, что на середине пути, луна словно замирала как раз в тот момент когда самые длинные тени окутывали этот мир и только после продолжительной паузы, начинала клонится к горизонту.

С другой стороны, охотник всегда чувствовал себя неуютно по ночам в тонком мире. Это не было связано с тем, что вокруг постоянно рыскали хищные твари, или с тем, что если прислушаться, то можно было услышать, как где-то недалеко раздавались звуки рвущейся плоти и чавканья хищников.

К этому он давно привык и в собственном мире, ведь словно следуя неписаным правилам мирозданья, в любом из миров, ночь всегда остаётся царством хищников, в котором они правят безраздельно.

Солдир знал, что настоящей причиной его тревоги были звёзды, ведь они были другими, совершенно чужими, непривычными и при этом очень похожими на те, которые он видел всю жизнь с самого детства.

«Я смотрю в ночное небо и не вижу ни одной знакомой звезды», — сколько раз он ловил себя на этой мысли, когда ему доводилось путешествовать по землям демонов и эта мысль подсознательно беспокоила его, вызывая в душе неосознанную тревогу.

Звёздная карта — это один из главных ориентиров для ведьмака. «Порой нам приходится бродить не только по большакам, но и забираться в такие жопы мира, в которые не ведёт ни одна из существующих карт, поэтому парень, только звёзды способны указать нам верный путь…», — именно так постоянно говорил учитель Солдира, заставляя его запоминать звёздное небо везде где бы они не оказались.

— Гроск, далеко нам ещё идти? — спросил Солдир, чтобы отвлечься от своих мрачных мыслей.

— До Хорейских топей, думаю, доберёмся до восхода, а там считай пришли. — Гроск обернулся на Солдира, — Доводилось когда-нибудь там бывать? — охотник лишь отрицательно помотал головой. — Местечко скверное, скажу тебе. Мы в прошлый раз, когда сделали привал там, так на нас сразу рейкеры напали, еле отбились.

Солдир неприязненно поморщился, так как ему неоднократно приходилось отбивался от этих мелких хищных тварей.

По сравнению с другими обитателями тонкого мира, рейкеры не считались опасными, но встреча с ними всё равно не сулила ничего хорошего, потому как свою физическую недостаточность они отлично компенсировали количеством, атакуя большими стаями, по тридцать—сорок тварей и действуя как один слаженный организм.

— А ты, Юрва, когда-нибудь встречала рейкеров?

— Этих мелких прожорливых гоблинов? — Юрва посмотрела на Гроска так, словно он издевается. — Конечно, причём не однократно. Только не говори, что вы их убили на тех топях.

— А что нам ещё оставалось делать? — не оборачиваясь усмехнулся Гроск.

— Ну, например, сжечь их или растворить в кислоте, — начала перечислять варианты Юрва, но Гроск лишь рассмеялся.

— Я что-то смешное сказала?

— Не обращай внимания, просто то, что ты сейчас предлагаешь, как раз придумал Гроск, когда пытался решить проблему быстрого возрождения рейкеров, — Объяснял Солдир, глядя на ведьмачку насмешливым взглядом.

— Вот только, как оказалось, эти мелкие твари скорее грибы, чем полноценные животные, поэтому эти методы способны только замедлить их регентрацию, но не остановить. — Охотник перевёл взгляд на Гроска. — В школе конечно вкурсе, что метод не очень рабочий, но менять информацию в учебниках не спешат. Всё равно это помогает снизить их популяцию, так как часть спор всё-таки гибнет, и у них не получается размножаться. Но всё равно, если хочешь уничтожить их, надо избавиться от грибницы.

— Хочешь сказать, что учебники врут? — Юрва с сомнением посмотрела на Солдира, а он лишь неоднозначно кивнул. — Хорошо, если есть другой способ бороться с этими тварями, как вы говорите “рабочий”, почему тогда его просто не добавить в учебники? Для этого ведь не обязательно переписывать материалы полностью.

— Нельзя! — Внезапно резко вмешался в разговор Гроск, который казалось не проявлял до этого никакого интереса к их разговору, но не смог удержаться как только услышал предложение Юрвы.

— Поиски грибницы и её уничтожение — очень опасный процесс. Её споры ядовиты настолько, что хватит лишь одного вздоха, чтобы они полностью поразили нервную систему любого, кто осмелится к ней приблизиться.

Во время объяснений, Гроск не смотрел на Юрву, поэтому в отличие от Солдира не видел как она смотрела на него, не веря своим глазам, что перед ней был всё тот же самый Гроск, на которого она ещё недавно злилась за то, что он не ценит жизни своих товарищей.

— Когда споры попадают в лёгкие, они начинают разноситься вместе с кровью по всему организму и в конечном итоге быстро проникают в мозг, полностью парализуя свою жертву, а потом используют её тело как питательную основу для своего потомства. — Он резко посмотрел на Юрву, застав её врасплох. — Ты представляешь, что будет с молодыми неопытными ведьмаками, которые только выпустились из школы если они попробуют её уничтожить?

— Зная, что бороться с рейкерами бессмысленно, они начнут искать грибницы, — растерянно протороторила Юрва, а Гроск лишь молча кивнул в ответ. — Но как ты сам об этом узнал?

— Гроск проигнорировал вопрос и отвернувшись ускорил шаг.

— Именно тем же методом, за который ты на него ругалась ещё утром, — вместо него ответил Солдир. — Знаю, порой его методы кажутся слишком жестокими, но поверь, он, наверное, единственный ведьмак в нашей школе, кто знает имена абсолютно всех ведьмаков, выпустившихся из неё.

Солдир почти по-отцовски посмотрел на Юрву. Он был намного старше её и, скорее всего, даже никогда бы не узнал её имя, если бы она предпочла жизнь охотника вместо того, чтобы стать библиотекарем.

— Я правильно понял, что ты училась вместе с теми ребятами, которые охотились с Гроском? — Юрва кивнула в ответ.

— Как думаешь, почему они решились на эту охоту вместе с ним, несмотря на его дурную репутацию в школе?

— Не знаю, — честно ответила Юрва, даже не пытаясь предполагать причины которые могли их вынудить пойти на этот опрометчивый шаг. — Может, потому что дураки, которые захотели славы?

— Не исключено, — весело усмехнулся Солдир. — Но я думаю, что тут всё-таки дело в другом. Они просто понимали, как важны его исследования для всех нас, ведь они помогли спасти жизни сотни ведьмаков. Сама подумай, ведь никто кроме него никогда не рисковал вернуться ещё раз к твари, от которой еле сумел унести ноги. — Солдир многозначительно посмотрел на ведьмачку, но она, похоже, не понимала, что он имеет в виду. — Ты слышала о правиле трёх?

— Ты о том, что на обнаруженных неизвестных тварей охотники обязаны позвать с собой как минимум ещё двоих?

— Именно о нём, — весело кивнул Солдир. — А знаешь, кто именно настоял на этом правиле?

— Юрва отрицательно помотала головой.

— Именно Гроск. Он умудрился убедить учителей и даже Вазарана, что ведьмаков должно быть именно трое, когда речь идёт о неизвестных существах, ведь так есть шанс, что хоть кто-то из них выживет и сумеет другим рассказать о них.

— Я слышала, что раньше ведьмаки охотились всегда поодиночке, и сейчас многие предпочитают делать так же, — она посмотрела на Солдира серьёзным взглядом. — Даже ты, например.

— Это так, но в отличие от Гроска я и не имею дел с неизвестными тварями. А он, как бы это прискорбно ни звучало, сам же и стал жертвой своего правила. Поверь, если бы у него была возможность, он бы уже давно отправился один за этой тварью. — Солдир посмотрел на Гроска, который, казалось, не обращал на них никакого внимания. — Каждый из нас понимает, насколько важна его работа, и любой охотник считает делом чести помочь ему в его исследованиях.

— Что-то я не припомню, чтобы ты обрадовался, когда он предложил тебе эту работёнку, — Юрва прищурила глаза и с недоверием посмотрела на Солдира.

Солдир не стал оправдываться на замечание Юрвы понимая, что ей было страшно, а страх всегда порождает недоверие.

Да и потом, как можно доверять таким проходимцам, как они с Гроском? Один славится на всю школу своей дурной репутацией губителя охотников, а другой вечный одиночка, который привык жить в седле своей кобылы, путешествуя вслед за ветром, к тому же о котором ничего не известно, даже дурных слухов.

— Твоя правда, я не обрадовался, когда мне предоставилась возможность поработать с ним, — Солдир посмотрел на Гроска, который, казалось, построил между ними стену из своей походной сумки и дорожного плаща. — Просто когда ты проводишь всю свою жизнь в дороге, ты привыкаешь постоянно выживать, и это становится инстинктом, который очень сложно побороть. — Он посмотрел на Юрву. — А работа с Гроском — это всегда находиться рядом со смертью. Но можешь не сомневаться: когда придёт время умереть, я сделаю это без колебаний.

Решимость с которой говорил Солдир обескуражила Юрву, так как в его словах не было слышно ни капли сомнения или лжи, он знал на что идёт и при этом не испытывал иллюзий надежды.

Ведьмачка замолчала и задумалась о том, как она вообще оказалась в этой ситуации с этой парочкой?

Уже минула третья зима с тех пор как она стала библиотекарем. Но прежде чем она заняла свой пост, ей предоставили год на то, чтобы она попутешествовала вместе с наставником по большакам и узнала мир, ведь это тоже входило в обязательную часть обучения.

Как ей тогда казалось её наставник был опытным охотником. Однако просто одного взгляда на Солдира ей хватило, чтобы понять, что опыта у её наставника было едва больше, чем у неё самой.

Кроме своего наставника, она никогда не видела никого из охотников за работой, только когда они приходили к ней с новыми гримуарами и отчётами о своих путешествиях.

И если раньше она считала Гроска самовлюблённым идиотом, зацикленным только на себе и своей работе, то сейчас перед ней был совершенно другой человек. Она даже не понимала, как важна его работа для ведьмаков и как по-настоящему охотники к ней относятся.

Возможно, все её заблуждения были связаны с тем, что она сама отказалась быть охотницей после того, как увидела мир: голод, нищета, смерть, болезни, кучи разлагающихся трупов валяющихся прямо на улице и всегда это всё сопровождалось одним и тем же жутким смрадом помеси гнили, дерьма и крови.

Юрва навсегда запомнила тот день, когда решила отказаться от охоты. Где-то через полгода после того, как она выехала с наставником на большак, они приехали в одну небольшую деревеньку.

В школе узнали, что там недавно произошёл необычный инцидент и предположили, что там может находиться гримуар, поэтому их с наставником отправили проверить эту версию, а заодно выяснить, что же там произошло на самом деле.

Деревенька располагалась на самой окраине вольного княжества Хрэйн расположенного на юго-востоке. Из-за того, что оно граничило с империей им пришлось сделать большой крюк и дорога заняла у них три дня, которые им пришлось провести скитаясь по лесам и пробираясь через болота.

Но даже когда они выехали на большак, они не встретили по пути ни одного человека, что уже было подозрительным.

Юрва тогда ещё не разбиралась ни в политике ни в торговле, поэтому наставнику пришлось ей объяснять, что именно его насторожило.

Как выяснилось Хрейнское княжество славилось своей выделкой шкур, а все отдалённые деревни, как правило состояли в основном из охотников и мездрильщиков мастеров обрабатывающих шкуры, для дальнейшей транспортировки их в Хрейн, где уже скорняки и кожевники занимались её окончательной выделкой и пошивом, для дальнейшей торговли.

После этого объяснения её наставник указал на тракт и сказал, что по нему никто не проезжал уже больше трёх дней, хотя торговые караваны должны были ходить безостановочно.

Дальше они ехали в полном молчании, прислушиваясь к каждому шороху, пока не подъехали к деревне, где всё сразу встало на свои места.

Когда они проехали в открытые настиж ворота их взору сразу предстала страшная картина: повсюду валялись мёртвые посиневшие и раздутые от газов тела, а запёкшаяся почерневшая кровь, настолько пропитала землю, что она аж начала хрустеть под ногами.

Одного взгляда на эту картину было достаточно чтобы понять, здесь была самая настоящая бойня, то что убило всех жителей деревни сделало это внезапно и быстро, не встретив никакого сопротивления.

Тогда наставник с невозмутимым видом спешился со своего коня и равнодушно оглядев тела, направился к самой большой избе, двери которой были выбиты наружу и весели на одной петле.

Он не обратил никакого внимания на Юрву, которая следовала за ним стараясь аккуратно обходить тела, чтобы никого не задеть.

Когда она вошла в хату следом за учителем, то увидела, как он изучал высушенное тело маленького мальчика, который, задрав голову вверх, устремил взор своих пустых глазниц в бесконечность. Его маленькие руки почернели от ожогов, а рот застыл в безмолвном крике ужаса.

Когда Юрва увидела его, она почувствовала, что в ней что-то надломилось. Нет, трупы детей она уже видела множество раз: начиная со школы, где не все дети выдерживали суровые тренировки ведьмаков и ещё более суровые наказания, и заканчивая своими путешествиями по большакам вместе с наставником, где увидеть тело ребёнка, лежащее в кустах у обочины дороги, было самым обычным делом.

Но в этот раз всё было не так, её холодное самообладание мгновенно улетучилось, стоило ей увидеть его лицо.

Если раньше в лицах которые она видела как правило было выражение вечного забвения, которое пришло вместе со смертью, то сейчас всё было не так, глядя на искарёженное от боли и ужаса лицо, она буквально слышала как ребёнок кричал, словно продолжая страдать даже после смерти.

Учитель недовольно посмотрел на растерянную Юрву, по которой было видно, что у неё вот-вот случится истерика, и твёрдо приказал, чтобы она вышла на улицу.

Юрва не помнила, как она оказалась за частоколом, как прошла мимо тел, не чувствовала стоящего смрада, не замечала мух, она просто сидела обхватив голову руками и пытаясь закрыть уши, глядя пустым взглядом в небо.

Даже когда учитель вышел и сказал, что им тут делать больше нечего, и они могут отправляться она не сразу обратила на него внимания, только когда он встал прямо перед ней, она посмотрела на него пустым отсутствующим взглядом и увидела как, он вытирал свой нож.

Юрва поняла, что произошло, а внутренний голос безэмоционально повторил её мысль, — “он не смог высвободить гримуар из мёртвой хватки ребёнка и поэтому решил просто отрезать ему пальцы, чтобы забрать книгу”. — В тот день осознание его поступка отчего-то вызвало в ней обиду и злость, даже несмотря на то, что она понимала, что ребёнок уже был мёртв, но легче от этого ей не становилось.

Даже сейчас она иногда видела в кошмарах лицо того мальчика, правда с годами это стало повторялось всё реже, а вот равнодушный взгляд учителя она почему-то так и не смогла забыть.

Всю дорогу от деревни до школы, которая заняла две недели, они проехали молча, никуда не сворачивая и не заезжая.

Только когда они уже подъезжали к родным стенам школы, Юрва осмелилась спросить, кто же мог учинить подобную бойню? И ответ учителя, по-настоящему напугал её, ведь все в школе знали, что вампирами становились бывшие ведьмаки.

Считалось, что ведьмак становится вампиром из-за мутаций, вызванных длительным нахождением под солнцем тонкого мира, так как большинство случаев обращения зафиксировано у ренегатов и подтверждено тем, что все когда-то изгнанные ведьмаки обратились вампирами и даже сумели организовать свой клан на территориях принадлежащих первому дому.

Безымянный, ведьмак лишённый своего имени после изгнания за предательство своих собратьев.

Юрва часто вспоминала его историю когда думала о иронии и куда может завести человеческая гордыня.

Самым ироничным было то, что когда-то основатель ордена ведьмаков и основатель школы, был осуждён собственными учениками и собратьями за предательство и изгнан в тонкий мир без права на возвращение.

Тот кто когда-то первым вступил на земли демонов, прошёл через все испытания и ужасы никому ещё тогда неизвестного мира, кто сумел вернуться обратно живым, принеся с собой в мир людей первый гримуар.

Под молчаливое согласие князя демонов, был изгнан навсегда в мир который он сумел когда-то покорить.

Теперь лишённый своего имени, из героя он превратился в страшилку для будущих ведьмаков, первый завоеватель мира демонов сам превратился для всех в демона, вернее в его худшую версию.

Голодный до людской крови вампир, скитающийся в ночи и похищающий маленьких детей, чтобы напиться их крови и превратить в себе подобных: вечно голодных жутких тварей, которые будут обречены на вечную жизнь полную страдания.

Детская страшилка, легенда выдуманная взрослыми, чтобы превратить бывшего героя в чудовище, для того чтобы пугать им маленьких детей. По крайне мере именно так всегда думала Юрва, до того дня.

Как только они прибыли в школу, ведьмачка в тот же день попросила перевести её в библиотекари, отказавшись навсегда от идеи быть охотницей.

Погрузившись в свои воспоминания, Юрва не заметила как отстала на пару шагов и глядя себе под ноги чуть не влетела прямо в Солдира, который обернулся сказать ей, что они на месте.

Как и говорил Гроск, с наступлением рассвета они добрались до топей, где сразу же сделали небольшой привал, чтобы подготовиться к предстоящему бою.

Отойдя немного в сторону, Гроск сразу преступил к работе над жертвенным козлом.

Солдир знал, что учёный никогда не раскрывал своих рецептов, прежде чем сам убедится в их эффективности, поэтому чтобы не отвлекать его он тихо устроился в стороне и принялся готовится к предстоящей встречи с тварью, периодически бросая взгляд на товарища.

Юрва достала сумку с вяленым мясом и передала её Солдиру который взяв себе пару кусков мяса уже хотел вернуть её обратно девушке, но она тут же молча отрицательно замотала головой и кивнула в сторону Гроска.

Понимая нежелание Юрвы лишний раз лезть к учёному, Солдир отложил свой меч и направился к увлеченному подготовкой товарищу.

Когда Солдир уже хотел окликнуть Гроска, он резко осёкся заметив как его товарищ добавил листья чёрного рога в смесь. Сильнодействующий наркотик способный отправить на сутки в красочный сон любого кто осмелится его попробовать.

Из-за сильной зависимости и паранойи которую вызывал чёрный рог, ведьмакам было запрещено его использовать и даже прикасаться к нему, так как контакт с кожей тоже был опасен из за незаметной пыльцы содержащейся на листьях.

— По-моему, ты не упоминал лист чёрного рога во время нашего разговора в школе,— несмотря на невозмутимость Солдира, Гроск явно услышал осуждающие нотки в его тоне, — Хочешь сказать, что он изначально входил в твой рецепт? — поинтересовался охотник.

— Ты и сам знаешь, почему я не мог о нём сказать. Так к чему эти вопросы? — не отрываясь от процесса хмыкнул Гроск.

— На самом деле это он подействовал на тварь? — догадался Солдир.

— Не уверен, но думаю, что да. Блин, тот парень не случайно его добавил. Он спрятал его в козлиной туше, когда мы остановились на привал. Он сам мне в этом признался, когда мы еле унесли оттуда ноги.

— И ты даже не заметил этого? — удивился Солдир.

— Если ты забыл, то я пришёл сюда собирать травы и не торчал всё время в лагере чтобы иметь возможность следить за этими идиотами, — оторвавшись от набивки шкуры, Гроск тяжело вздохнул и наконец-то обернулся на Солдира который всем видом показывал, что не верит. — Ну что ты прицепился? — Охотник скрестил руки, продолжая сверлить товарища взглядом.

— Я увидел следы тхери и отстав от парней увлёкся их изучением, а когда вернулся они уже установили козла по моей инструкции,— Он сплюнул,— По крайне мере я так думал, да и времени не хватало, чтобы проверить.

— Значит ты был в курсе, что где-то рядом была эта тварь и даже не подумал о том, чтобы убраться отсюда как можно быстрее?— Солдир раздосадованно усмехнулся, — Хотя кого я спрашиваю?

Он уже развернулся, чтобы вернуться к своим делам, но решил задержаться на мгновение и не оборачиваясь бросил через плечо, — Тот парень сильно рисковал. Если бы в школе узнали, что он хотел пронести это растение в наш мир, его бы тут же казнили.

— Все ведьмаки воспитываются в строгости, и все умирают, как только решают нарушить правила, которые им с детства прививали, — Гроск посмотрел на Солдира. — Так какая разница?

— Разница лишь в том, что ты спас его дважды. А стоило ли оно того?

Ученный хотел что-то ответить, но Солдир не стал его слушать и просто ушёл, ведь на этот вопрос Гроск должен был дать ответ не ему, а самому себе.

Ещё до того как солнце вошло в зенит всё было готово и они выдвинулись к месту, где на группу Гроска в прошлый раз напала тварь.

Когда они вышли на болото, Солдир оценил всё пройденное ими расстояние и понял, что если бы не крюк который они были вынуждены сделать, чтобы не пробираться сквозь лес, они бы добрались до этого места ещё до восхода.

Прикинув, что при желании тварь легко бы могла добраться до крепости Грайвхраур, охраняющую переход в этом мире, и перебить там всех ведьмаков, Солдир посмотрел на Гроска, но промолчал.

Не теряя времени охотник сразу отправился изучать местность вокруг поляны, пока Гроск с Юрвой устанавливали на ней приманку.

Но как только он зашёл в ближайшие кусты практически сразу нашёл следы и кучу свежего дерьма.

Солдир проигнорировал огромную кучу дерьма, которая была для него бесполезной, так как он не был следопытом и мог с лёгким сердцем избавить себя от необходимости копаться в нём, ведь ему было достаточно и исходящей от него вони чтобы понять, что куча была оставлена здесь совсем недавно.

Конечно опытный следопыт, с легкостью бы смог собрать информацию с этой кучи, что за тварь, сытая или голодная, даже в каком она состоянии.

Но Солдир не владел подобными навыками и знаниями и точно никогда бы не смог определить кому какое дерьмо принадлежит, а вот следы оказались ему знакомы. Они были точь в точь похожи на те, что ему уже доводилось видеть на картинках в большом сборнике Ворнэ.

Насколько он мог вспомнить, там ещё под рисунком было описание, которое звучало как:

«Если увидел эти следы, убирайся от этого места как можно дальше и быстрее, ибо чудище там обитает, что невозможно ни увидать ни услыхать.

Сама же тварь, аки любой дикий зверь, обладает тонким слухом и обонянием, в мгновение ока она способна растерзать плоть или проглотить целиком.

Коли повезёт тебе и ты раньше наткнёшься на следы чем тварюга данная учуять тебя успеет, тогда выживешь.

Но коли будешь невнимателен и о расторопности позабудешь тогда чудище учует тебя и только боги будут способны помочь избежать его клыков, так как нет от него силы, что способна убить его, или заставить остановиться.

Так что ведьмак, храни мысль в памяти всегда, если понял, что тварь нашла тебя, то беги как можно быстрее и дальше, в глушь иди, болотину ищи или в лес, но не смей возвращаться к товарищам ибо это будет смерть для всех».

Солдир был уверен, что именно эти строки из учебника Ворнэ заставили Гроска взяться за эту самоубийственную охоту. Ведь он сумел переписать весь его учебник, в котором Ворнэ говорил о невозможности сражения со многими тварями и предлагал применять довольно нетривиальные методы к обычным тварям, которых можно было просто зарубить или сжечь.

А Гроск начиная с самого выпуска школы нашёл способы борьбы почти со всеми, кого когда-то только описал Ворнэ, и даже предложил улучшенные способы охоты на тварей, которых автор просто предлагал нещадно рубить мечом, от чего все предложенные методы борьбы с тварями в его учебниках звучали следующим образом:

«Аки тварь окаянная, духу не испустит

— руби её мечом своим, метясь в жизненно важные органы, но лучше голову руби, а потом в сердце сталь воткни, чтобы тварь во веки успокоилась». Но один параграф Гроску так и не удалось переписать. А учитывая, что Солдир и раньше замечал маниакальную зацикленность товарища на своих изысканиях, поэтому боялся как бы Гроск не натворил глупостей в этой охоте.

Вернувшись обратно к товарищам, Солдир обнаружил, что всё уже было готово. Жертвенный козёл стоял на своём месте в ожидании нападения твари, а Гроск и Юрва заняли неподалёку свои позиции.

Оглядев округу, охотнику вдруг пришла в голову одна идея. Так как Гроск не оставил никаких распоряжений, предполагалось, что он будет действовать на своё усмотрение. Поэтому Солдир решил залезть на дерево, ветви которого нависали прямо над козлом.

Гроск безмолвно наблюдал за этой картиной, и Солдиру показалось, что его взгляд кричал, вопрошая: «Что ты, мать твою, творишь?» На что ведьмак лишь молча улыбнулся и занял самостоятельно выбранную позицию, прислонившись спиной к дереву.

Солнце уже поднялось над горизонтом, и первые лучи неприятно резанули по глазам. Солдир понял свою ошибку: в отличие от Гроска и Юрвы, которые сидели спиной к восходу, солнечный свет начал его слепить.

Натянув капюшон поглубже, охотник материл себя в глубине души. Ведь он знал, что в этом мире солнце вставало иначе, оно не следовало как в мире людей за луной, именно это привело его к досадной ошибке, которая свойственна скорее юнцам, чем опытным ведьмакам.

Но времени что-то исправлять уже не было.

Солдир заметил движение в кустах, и уже через мгновение из них показалась тварь.

Судя по всему, тхерь возвращалась с охоты. Плавным движением она раздвинула кусты своими мощными передними лапами и вышла на поляну.

Всё как на рисунках Гроска, мощное кошачье тело размером с большого быка и змееподобная морда, способная заглотить свою жертв целиком.

Замерев в тени дерева, Солдир буквально изучал каждое движение твари, пытаясь представить, на что она способна.

Длинные когти не позволили бы тхери зарыться в твёрдый грунт, как это могли делать некоторые хищные обитатели тонкого мира. Зато они были способны легко разорвать бочину коню переломов все кости и выпустить из него кишки.

Ещё Солдир обратил внимание на то как именно тхерь двигалась и понял почему лапы твари оставляли характерный след. Каждый раз поднимая лапу тхерь подгибала её словно перечёркивая свой след, выглядело это так словно она умышленно оставляла для всех личную подпись сообщающую любому кому не посчастливится забрести на её территорию кто здесь хозяин.

Было тяжело представить, что тварь подобных размеров была способна двигаться с такой скоростью, что за ней было практически невозможно уследить.

Мощная мускулистая спина и массивные лапы, способные поднять без усилий лошадь, по всем признакам должны были бы сковывать её движения, но она вопреки всему двигалась легко и грациозно словно огромная кошка.

Наблюдая за тварью Солдир задумался. Чем больше он вглядывался в её движения, тем больше его что-то в них беспокоило, но, что именно он никак не мог понять, ведь он впервые столкнулся с ней живьём.

Только когда тхерь лениво подошла к козлу и брезгливо понюхав его, резко задрала морду вверх, словно зная, что там кто-то есть. Солдир и Гроск увидели одновременно, что зоб на её шее был ало-красного цвета, а значит, тварь была сыта.

Ей не было никакого дела до козла, но тварь оказалась куда умнее чем они могли ожидать, она сразу поняла, что на её территории находятся чужаки, а ведьмаки осознали, что они все оказались в смертельной опасности.

— Зараза! — только и успел выговорить Солдир, крепко сжимая меч в руках, неотрывно наблюдая за тварью. Но к его удивлению, она резко отвернулась от него и, словно приготовившись к прыжку, уставилась в сторону, где сидела Юрва.

Солдир тоже посмотрел в её сторону и понял, что случилось. Юрва держала в руках свой гримуар и, видимо, хотела призвать демона — что было фатальной ошибкой. Тхерь тут же уловила магическую энергию, исходящую от неё, и уже собралась её атаковать.

Тварь припала к земле и поигрывая мускулами начала медленно ползти в сторону девушки пытаясь определить где конкретно находится её жертва, чтобы совершить свой смертоносный прыжок.

Заметив, что Гроск тоже пополз к Юрве, стараясь не попасть в поле зрения твари, Солдир сжимая меч в руке, балансируя на ветке, подобрался на самый край.

— Стоять, падаль! — Заорал Солдир чтобы отвлечь тварь, когда Гроск уже практически оказался в её поле зрения.

Тварь издала низкий рык и обернувшись на крик охотника, оскалив клыки собралась атаковать, но Солдир сразу кинул ей в морду небольшой пузырёк со взрывной смесью, от которой хоть тварь и увернулась, но неожиданно раздавшийся рядом взрыв, заставил её испуганно отвернуться на мгновение потеряв ведьмака из виду.

Солдир тут же воспользовлся ситуацией и попытался атаковать, но тхерь оказалась куда проворней и успела сделать прыжок увернувшись от удара меча и прежде чем все четыре лапы коснулись земли, она умудрилась извернуться и сразу же атаковала охотника в ответ.

Даже несмотря на то, что тварь была сыта она двигалась с невероятной проворностью. Солдир едва успел отскочить в сторону и бросить ей в морду ещё одну взрывную смесь но на этот раз к его счастью он попал прямо в морду твари.

Раздался громкий взрыв и яркая вспышка света ослепила тварь, заставив её промахнуться мимо лежащего на земле охотника и врезаться на полном ходу в дерево.

Поднимаясь с земли Солдир только увидел как Гроск стремительно пролетел мимо него направляясь к твари с мечом в руках.

Начиная осознавать, на что способна тварь, Солдир не успел остановить товарища и поэтому ему оставалось только наблюдать как Гроск быстро приблизившись к твари, мгновенно отлетел назад.

Солдир не раздумывая побежал к Гроску осознавая, что сейчас они оба рискуют сдохнуть. Но, даже несмотря на это, он всё равно спешил на помощь забыв о всех правилах и запретах, наблюдая как тварь неспеша направляется к неподвижно лежащему на земле товарищу.

— Эй, мразь, сюда! — закричал охотник в надежде отвлечь внимание тхери от Гроска.

Его замысел сработал, тварь отвлеклась от Громка и обратила на него внимание.

— Тихо, спокойно, только не говори, что ты обиделся на меня, — Пятясь спиной Солдир пытался придумать, что делать дальше так как никакого плана у него изначально не было.

Тхерь тоже не спешила атаковать, опустив морду вниз и грозно рыча, она медленно переставляла лапы, её шаги стали более тяжёлыми и от предыдущей грациозности и лёгкости в них не осталось и следа.

Быстро анализируя ситуацию Солдир предположил, что это были последствия взрыва, хотя так же это могло означать и то, что тварь больше не намерена с ними играть. не придумав ничего лучше, он резко остановился и выставив меч вперёд пошёл на сближение.

Когда они оказались на расстоянии одного прыжка друг от друга, позади твари из ниоткуда появилась Юрва с зажигательной смесью в руке.

Солдир кинулся на тварь, чтобы всё её внимание было сконцентрировано только на нём.

От такой нестерпимой наглости тхерь взревела и поднялась на задние лапы, словно медведь расправив свою широкую спину, она уже хотела принять ведьмака в свои смертельные объятия, когда о её голову разбилась стеклянная бутылка, и тварь почти моментально поглотил огонь.

Тхерь взревела ещё громче, закружившись на месте. Она пыталась лапами сбить с себя пламя, но у неё ничего не получалось. Осознав, что все её попытки не приносят никакого результата, тварь встала на четыре лапы и быстро устремилась в сторону болота.

Солдир успел наотмашь рубануть мечом, и попал по передней лапе, заставив тварь оступиться и вспахать мордой небольшую, но достаточно глубокую борозду в земле.

Тхерь тут же вскочила на лапы, продолжая выть от боли, она всё таки в два прыжка добралась до воды и исчезла под плотным ковром ряски.

Охотник понимал, что это ещё не победа, он подбежал к застывшей на месте Юрве и мощным рывком за плечо выдернул девушку из оцепенения и приказал оттащить тело Гроска подальше, а сам принялся взглядом выискивать хоть какой-то намёк на местоположение твари.

Когда тварь выбралась обратно на берег с неё стекала мутная вода в перемешку с кровью. Вся её спина почернела и покрылась лопающимися кровоточащими волдырями.

Обезумевшими от боли глазами, тхерь посмотрела на Солдира судя по всему обвиняя его во всём происходящем.

Ведьмак понимал, что этот взгляд не сулил ему ничего хорошего, но прежде чем он успел хоть что-то предпринять, тварь быстро кинулась на него, схватив одним резким движением в свои объятия с такой силой, что у охотника затрещали кости, а воздух со свистом вышел из лёгких.

Тугой обруч с силой сдавил голову Солдира, в ушах зашумело, а перед глазами побежали кровавые мушки и очень быстро начало темнеть в глазах. Казалось голова вот-вот разорвется на куски, когда тварь громко взревела и внезапно выпустила Солдира из своих смертельных объятий.

Стоя на карачках, Солдиру понадобилось ещё какое-то время, прежде чем глаза перестали слезиться, а тёмная пелена начала потихоньку рассеиваться, превратившись сначала в мутное светлое пятно, которое медленно начало проясняться.

Рёбра жутко болели, и не с первого раза, но он всё-таки сумел полноценно вздохнуть, набрав в лёгкие воздух. После чего кое-как разогнувшись, он увидел, что к нему бежит Юрва, а Гроск в это время, всадив свой меч в обгоревшую спину тхери, пытался с ней совладать.

Дыхание нормализовалось и Солдир попытался подняться, но в тоже мгновение, боль искрами ударила прямо в мозг вырвавшись вместе со слезами и искрами из глаз.

Тогда он поднял руку в сторону Гроска и попытался что-то закричать, но из его рта раздался только тихий хрип, а следом из его рта вместе с кашлем вырвалась кровь.

Он посмотрел на свою окровавленную перчатку и, прежде чем в голове раздался противный писк, а в глазах начало двоиться, он понял, что дело было плохо.

Юрва подбежала к Солдиру когда он вновь предпринял попытку подняться на ноги и помогла ему встать.

Охотник машинально упёрся на девушку и не сводил взгляд с Гроска которому каким-то чудом удавалось сдерживать тварь и избегать её грозных атак, вновь и вновь нанося ей удары своим мечом.

Солдир даже в какойто момент поверил, что у него есть шанс завалить тварь, пока не увидел как из локтя тхери вырвался острый костяной шип.

Он даже крикнуть не успел когда его сознание отчётливо запечатлело, как тварь пробила насквозь бок Гроска и как он рухнул на колени не выпуская меч из рук.

Юрва тоже это видела, она замерла на месте с трудом удерживая раненого Солдира порывавшегося ринуться в бой.

Она кричала, но ведьмак её не слышал: писк который стоял в его ушах, заглушал все звуки вокруг.

Он даже не понял, в какой момент Гроск медленно пролетел мимо него, словно соломенная кукла. Его остекленевшие глаза удивлённо посмотрели на Солдира когда пролетал мимо него, словно задавая немой вопрос: «Как?» и только через мгновение Солдир осознал всё, что только что произошло и обессиленно упал на колени.

Когда он попытался встать, силы окончательно оставили его, и тьма снова окутала взор.

Когда он снова пришёл в себя, серое небо медленно проплывало перед его взором. Он понял, что его кто-то тащит, держа за ворот, который неприятно впивался в шею, мешая сглотнуть слюну.

Решив, что, наверное, это Гроск, в его сознании мгновенно пронеслись последние запечатлённые им картины. Вспомнив остекленевшие глаза своего товарища, он бессознательно дёрнулся, пытаясь освободиться из крепкой хватки, державшей его.

— О, живой! — услышал он незнакомый голос, и тут же мёртвая хватка отпустила его воротник. — Встать сможешь?

Солдир посмотрел на незнакомца.

Его бледная кожа и деформированные уши явно свидетельствовали о том, что перед ним находился не человек, но и на демона он похож не был. «Вампир», — пронеслась мысль в голове Солдира.

Тяжело поднявшись с земли, ведьмак огляделся по сторонам. Они находились в каком-то лесу, и он не узнавал этого места.

— Что с моими товарищами? — первым делом вместо благодарности спросил Солдир. Он машинально дотронулся до меча и успокоился, убедившись, что он находится в ножнах.

— Они недалеко, — спокойно ответил незнакомец. — И сразу скажу: да, они живы. Правда, девушка находится в тяжёлом состоянии, а второй оказался куда более живучим, чем я ожидал. Когда я его нашёл, он потерял много крови, а его кишки были размотаны на всю поляну. — Вампир усмехнулся, обнажив острые клыки. — Я думал, он покойник, а он уже во всю изучает тушу монстра, даже не обращая внимания ни на свою рану, ни на умирающую рядом подругу.

— Солдир кивнул. Это и вправду было похоже на Гроска: сначала работа, а все беспокойства потом.

— Ты выглядел намного лучше своих товарищей, по крайней мере подавал хоть какие-то признаки жизни, поэтому я решил забрать тебя последним.

— А первым ты кого забрал? — Солдир хищно сузил глаза и усмехнулся. Он не доверял вампиру, даже несмотря на то, что он его до сих пор не убил, хотя с лёгкостью мог бы это сделать даже тогда, когда ведьмак был в лучшем состоянии.

— Конечно же, своего питомца, которого мне пришлось наказать за то, что он ослушался приказа! — «Неужели питомцем он называл тхерь?» От этой мысли Солдиру стало не по себе. — А теперь пойдём. В этом лесу опасно долго задерживаться на одном месте. Остальные вопросы задашь уже по дороге.

Они пошли дальше, и Солдир заметил, что в округе не было ни единой тропы. Осмотрев деревья, он тоже не заметил никаких меток. Сначала ему показалось, что вампир просто уводит его подальше, чтобы убить, но он быстро отмахнулся от этой мысли: если бы он хотел это сделать, то сделал бы уже давно.

— Как тебя зовут? — спросил Солдир вспомнив о правилах приличия.

— Можешь называть меня Ворх.

— Спасибо тебе, Ворх, что спас меня с товарищами! — Положив руку на сердце Солдир поклонился, но вампир даже не обернулся.

— Можешь не благодарить. Я сделал это не просто так. Ведь кто-то теперь должен будет компенсировать мне смерть моего питомца, и ты вернёшь мне этот долг! — Ведьмак замер на месте и хотел уже возразить, заявив, что он ему ничего не должен, так как не просил их спасать, но тут же понял, что это будет не лучший момент, чтобы спорить с вампиром.

— Как ты хочешь, чтобы я вернул тебе этот долг? — вместо бессмысленного спора, в котором он был явно не в лучшем положении, Солдир решил расспросить Ворха о его планах на его счёт.

— Узнаешь в своё время! — лишь коротко ответил вампир, давая понять, что разговора на эту тему не состоится.

— Ладно, тогда может расскажешь почему ты решил стать ренегатом? — Солдир не отчаялся и решил, что если у него не получается ничего узнать о долге, тогда он хотя бы попробует разузнать побольше о том, кому теперь должен.

— А ты почему решил стать ведьмаком? — резко ответил вопросом на вопрос Ворх, чем изрядно озадачил Солдира.

— Ты же знаешь, что мы не выбираем этой судьбы, — жёстко ответил ведьмак, но Ворх лишь кинул на него какой-то странный взгляд.

— Вот и я не выбирал для себя такой судьбы, но вышло как вышло. — По Солдиру было видно, что такой ответ его не удовлетворил, поэтому Ворх тяжело вздохнул и принялся рассказывать. — Я был одним из тех детей кого притащили в этот мир силком, чтобы проверить гожусь я в ведьмаки или нет.

Солдир понял, что Ворх говорил о Дрэгрэ Херн Инколосе — основателе ведьмачьей школы и единственном выжившем из самой первой экспедиции в тонкий мир.

Именно он добрался до демонического города Аргронара и был удостоен чести встретиться с самим Повелителем всего тонкого мира, с которым они заключили первый ведьмачий договор. После чего Дрэгрэ вернулся в мир людей и обустроил школу ведьмаков из бывшего некогда процветающего княжества.

Напоминанием о величии которого осталась только старая крепость Каархэнгрон. Именно в её подвалах открылся портал в тонкий мир, вызвав своим появлением катаклизм, который стёр с лица земли все прилегающие поселения и деревни вместе с их обитателями.

Именно в этой самой крепости Дрэгрэ решил основать школу для ведьмаков чтобы охранять портал.

— Ты говоришь о временах, когда главой школы ещё был Дрэгрэ, — уточнил Солдир.

— Значит после его изгнания вам ещё рассказывают о нём? — Ворх усмехнулся. — Жаль только правды не говорят.

— Что ты имеешь в виду?

— Не моё дело учить тебя, ведьмак. Захочешь узнать правду — сам её однажды отыщешь. — Вампир на мгновение замолчал и начал прислушиваться, оглядываясь по сторонам. — Надо быстрее возвращаться.

Ворх прибавил шаг, и Солдиру, ещё не восстановившемуся после боя, стало тяжело за ним поспевать.

— Ты знаешь, как раньше определяли, пригоден ребёнок быть ведьмаком или нет? — внезапно спросил вампир и Солдир даже не успел ответить как Ворх сделал это за него. — Хотя откуда тебе знать? Школа умеет хранить свои секреты, особенно те, которые связаны

с её созданием.

— Ты можешь просто объяснить, или так и продолжишь говорить загадками и предполагать за меня, что мне известно, а что нет?

— Раньше, ещё до того как научились выявлять способных слышать гримуары, детей приводили в этот мир и оставляли без еды, давали только флягу и нож. Если по истечении трёх дней ребёнок выживал, он становился ведьмаком. Ну а если не выживал… — сам понимаешь. — Ворх, улыбаясь, посмотрел на Солдира.

— Так что хочешь этим сказать? — Не понял Солдир к чему Ворх решил ему об этом рассказать.— Будешь рассказывать, что ты один из тех детей которые не выжили?

— Ага, зарезали меня аж три раза! — весело рассмеялся Ворх. — Нет, когда меня нашёл мой наставник, я был ещё жив, но полностью обессилен. Осмотрев меня, он решил, что я не прошёл испытания, и просто оставил меня подыхать здесь — на съедение монстрам.

— Но ты всё-таки выжил! — заметил Солдир.

— Не совсем, — Ворх загадочно усмехнулся. — Я лежал на той поляне, не в силах пошевелиться, и молился, чтобы все эти проклятые ведьмаки сдохли. Я мечтал лишь об одном: чтобы тот выродок, что бросил меня умирать, сдох ещё более мучительной смертью, чем я. — Ворх говорил равнодушным голосом, но его глаза пылали огнём. — Я не мог и мечтать о том, чтобы прикончить его своими руками, поэтому молил об этом любого, кто способен услышать и исполнить мою просьбу, обещая взамен всё, что они только пожелают. Тогда мне было всё равно: я уже умирал и боялся лишь одного — уйти неотомщённым.

— И что тогда случилось?—Хоть история Ворха и звучала правдоподобно, но Солдир всё равно ему не верил.

— В тот день я умер и услышал голос, который пообещал мне помочь отомстить. Как только он закончил говорить, я снова очнулся на поляне, чувствуя себя полным сил. Меня перестал одолевать голод, моё тело больше не болело. Единственное, что я ощущал тогда, — это жажду!

— Так значит, ты был первым? — Солдир удивлённо посмотрел на Ворха, не веря, что перед ним стоял самый первый из вампиров.

— Да, я был первым, кто переродился в этом мире. Голос, который я слышал, исполнил моё желание. Он дал мне силу, чтобы я мог осуществить свою месть. И представь моё удивление, когда я узнал, что среди ведьмаков произошёл переворот и все, кто был виноват в моей смерти, бежали в этот мир?

— Значит, ты сумел осуществить свою месть? — предположил ведьмак.

— К моему моему величайшему позору, нет. — Голос Ворха стал глубже. Он с такой силой сжал свой кулак, что его когти порезали ладонь, и по его руке потекла кровь. Он с ненавистью посмотрел на окровавленную ладонь.

— Словно зверем, которым движет лишь жажда крови, мной двигало желание отомстить. Опьянённый своей обретённой силой, я позабыл об осторожности и решил напасть на лагерь ведьмаков, за что и поплатился.

Ведьмак увидел как рана на руке вампира быстро затянулась, когда Ворх слизал кровь языком.

— Я был глупцом и за это поплатился. Но хуже всего, что к ним попала моя кровь, и поэтому они тоже начали обращаться в подобных мне.

— Так вот значит, как они стали вампирами, — Солдир задумался. Ведь никто на самом деле ещё ни разу не встречался ни с одним вампиром.

В школе знали, что все вампиры — это бежавшие ведьмаки, но никто не знал, как они ими стали, и всегда считали, что всему виной воздействие солнца.

— А тот голос, что даровал тебе эту силу, ты слышал его когда-нибудь ещё?

— Порой, когда я забываюсь сном, он является ко мне и показывает разные картины: какие-то из прошлого. Тогда мои сны спокойны и безмятежны. А порой он показывает мне будущее. Тогда меня мучают кошмары. Я видел, как откроется золотая книга, видел, как кровь утопит мир, чтобы он смог переродиться. Видел, как огонь замерзает в вечном льде. Такими ночами я слышу его отчётливо. Он говорит со мной, рассказывает, что я должен сделать.

— Ты знаешь, кто он и чего хочет от тебя? — Рассказ Ворха не на шутку заставил Солдира обеспокоиться. Неужели в этом мире существовала такая сила, что способна на подобное?

— Нет, я его никогда не видел, и сам голос никогда не представлялся мне. Но это и не важно. — Вампир жёстко посмотрел на Солдира и усмехнулся. — Ведь он хочет от меня лишь одного, чтобы я закончил начатое дело.

Какое именно дело имеет в виду Ворх, для Солдира так и осталось загадкой.

Вампир замолчал и остановившись перед кустарником отвёл его густые ветви в сторону, открыв скрытую за ними пещеру и жестом продемонстрировав, что они пришли.

— Твои друзья внутри. Иди один, а мне тут надо закончить ещё кое-какие дела.

Солдир сомневался, стоит ли доверять вампиру. В конце концов, это всё ещё могла быть западня. Не решаясь зайти внутрь, он обернулся, чтобы задать Ворху ещё один вопрос, но лишь обнаружил, что тот уже исчез.

«Когда придёт время, я найду тебя, и ты вернёшь мне долг».

Оглядевшись по сторонам, Солдир не сумел ничего разглядеть. Вампир словно растворился в воздухе, будто его никогда и не было.

Немного поколебавшись, он всё-таки решился зайти внутрь и вскоре обнаружил Гроска и Юрву живыми, хоть и не совсем целыми.

Как и сказал Ворх, Гроск занимался изучением тхери, даже не обратив внимания на вошедшего Солдира, а Юрва лежала в бреду на соломенной подстилке рядом с разведённым костром, над которым висел котелок с какой-то едой.

— Не трогай её пока. Я дал ей кровоостанавливающий отвар. Если ей повезёт, она протянет до утра, — даже не оборачиваясь на Солдира, внезапно сказал Гроск, вынимая печень твари.

— Ты знаешь, как вы тут оказались? — тут же спросил Солдир, разглядывая рану Юрвы. Судя по всему когда он потерял сознание ей сильно досталось.

— Когда я пришёл в себя, то увидел лишь высокую фигуру, закутанную в тёмный плащ, выходящую из пещеры. Больше я ничего не знаю. Может, ты объяснишь?

— Хотел бы, но боюсь, я и сам не до конца понимаю. — Солдир решил: раз его товарищи не знают про вампира, то лучше всё так и оставить.

В конце-концов, долг за их спасение теперь висел на нём, а значит, отныне это была только его проблема, о которой он никому никогда не расскажет.

Гроск кинул на Солдира подозрительный взгляд, видимо, догадался, что он что-то скрывает, но решил промолчать и лишь сказал, что к утру закончит с разделкой твари, и если Юрве полегчает, они смогут вернуться назад.

На вопрос Солдира, как они собираются это сделать, Гроск лишь пожал плечами и сказал, что догадывается в какой части леса они находятся, так как уже охотился в этих лесах.

Ненадолго задумавшись гроск оглянулся вокруг и добавил, что никогда бы не догадался, что тут может кто-то обитать, кроме монстров.

А Солдир лишь подумал, что в этот день, Гроск ошибся уже дважды.

Глава 16 Дейра.

Лорг открыл глаза и увидел, что всё ещё находится в тоннеле. Он не помнил, как умудрился уснуть, его последним смутным воспоминанием было то, как они с Солдиром проверяли этот тоннель, а потом…

Ведьмак попытался вспомнить, что же ему снилось, но все воспоминания были словно в тумане, а всплывающие в сознании размытые очертания только усилили чувство, что его сон почему-то был очень важным.

Тогда Лорг попытался сконцентрироваться на своих ощущениях, которые испытывал во время сна, и понял, что не только он его беспокоил — было что-то ещё, какое-то более глубокое чувство, вызывающее у него тревогу или даже страх.

Из темноты подул лёгкий ветерок, который, проходя по длинным коридорам тоннеля, издавал странный звук. Сначала Лорг подумал, что он чем-то похож на шепот. Именно эта мысль напомнила ему момент, когда он пришёл в себя.

Ведьмак вспомнил, что когда его сознание ещё не успело проснуться окончательно, он постоянно слышал чей-то шепот, от которого в результате и проснулся, сумев преодолеть сонное оцепенение.

Лорг был уверен, что это точно были не проделки его воображения, ведь когда он открыл глаза, ещё не способный пошевелиться, он услышал голос, который приказывал ему: «Приведи её!»

Задумавшись, Лорг машинально взял в руки меч и, оперевшись на него — так как тело затекло от неудобного положения, поднялся с земли, даже не вспомнив про боль в ноге.

— Это как-то не похоже на проделки ветра. Неужели ещё одна ловушка? — Ведьмак слышал о шепчущих ветрах, сводящих с ума и способных наслать на человека жуткие видения. Но встретить подобное явление можно было только в мире демонов. — Что-то в воздухе?

Принюхавшись, Лорг пытался вспомнить хоть один подходящий случай, но ему ещё никогда не доводилось слышать, чтобы подобный ветер чего-то требовал от тех, кому не посчастливилось с ним столкнуться, а тут какой-то загадочный голос хотел, чтобы он кого-то привёл.

— Возможно, галлюциноген, но тогда почему он перестал действовать?

Понимая, что он точно сам не сумеет отыскать ответ на этот вопрос, Лорг решил, что как только выберется из города, то сразу заедет к Солдиру и расскажет ему обо всём, с чем ему довелось столкнуться в тоннеле, а заодно расспросит бывшего наставника, когда он в последний раз его проверял.

Но как только Лорг вспомнил о своём наставнике, перед его глазами пронеслась картина из сна, в которой он видел Солдира рядом с высокой фигурой, закутанной в чёрный плащ.

Фрагмент, вырванный из сна, в котором он сам стоял, словно бесплотная тень, чуть позади наставника, наблюдая за их диалогом с незнакомцем в плаще.

Но, несмотря на то что он сумел вспомнить этот фрагмент из сна, о чём они разговаривали, он вспомнить не мог, хоть и чувствовал, что в этом диалоге обсуждалось что-то важное, возможно даже способное пролить свет на происходящее с ним сейчас.

Убрав меч в ножны, Лорг вспомнил о своей ране и, уперев ногу в стену, потрогал лодыжку, ожидая ощутить боль, но к своему удивлению обнаружил, что никаких болевых ощущений от прикосновения не последовало.

Тогда он задрал штанину и внимательно осмотрел место, где его схватила тварь, и на первый взгляд нога оказалась в полном порядке.

До конца не веря в это счастье, он сначала осторожно топнул ногой, а затем чуть посильнее, после чего с улыбкой отметил, что болевых ощущений даже после сильного удара не последовало.

Поправив штанину и отряхнувшись, ведьмак поднял всё ещё горящий факел, что могло означать только одно — что в отключке он явно был недолго.

Немного подумав, Лорг решил всё-таки проверить — на всякий случай — не приснились ли ему та тварь без кожи и вообще всё произошедшее с ним в тоннеле.

Когда факел выхватил из мрака тело твари, ведьмак не знал, что и чувствовать: стоило ли ему обрадоваться, что ему это не приснилось, или наоборот огорчиться.

В смешанных чувствах он подошёл к лежащему неподвижно существу и практически сразу ощутил жуткую вонь, от которой Лоргу пришлось прикрыть рукой лицо.

Тварь начала неестественно быстро разлагаться; местами были видны трупные пятна, а от тела исходила жуткая вонь гнили в перемешку с метаном и сероводородом.

Убрав на всякий случай подальше огонь, Лорг неожиданно заметил, как его пламя охватило какое-то движение во тьме. Отойдя от тела к стене, ведьмак замер, безотрывно глядя на играющий свет факела на каменной кладке, и в какой-то момент на светлом пятне быстро промелькнуло несколько небольших теней.

Обернувшись, ведьмак посмотрел в глубину тоннеля, откуда пришёл, и медленно выставил вперёд факел, пытаясь разглядеть то, что притаилось во тьме.

Но света его факела оказалось недостаточно. Зато Лорг увидел свой кинжал, лежащий рядом с телом. Не сводя взгляда с темноты, он медленно приблизился к луже крови и поднял кинжал, по привычке сразу обтерев его о плащ.

Вопреки его ожиданиям, даже когда он поднял оружие, из темноты так никто и не показался и не спешил нападать, но он точно знал, что там что-то затаилось, поэтому ему пришлось сделать ещё один шаг. Но ничего не изменилось: слабое пламя его факела, бликующее на поверхности чёрного пятна крови, было не способно рассеять плотный мрак.

Тогда он сделал ещё один осторожный шаг — и снова ничего, только странные скребущие звуки послышались из темноты, поджидающей его впереди.

Только когда он сделал третий шаг, тусклый свет факела наконец-то выхватил из мрака бесчисленное количество маленьких глаз, горящих красным огнём и устремлённых в его сторону.

— Вот тхорн, сколько же вас здесь?

Крысы заполонили абсолютно всё: они буквально были повсюду — пол, стены и даже потолок были усеяны настолько плотным ковром из шерстяных тел, что напоминали поверхность чёрной бурлящей реки.

Недовольные тем, что ведьмак вторгся на их территорию и лишил их маскировки, твари задрали свои окровавленные морды и злобно зашипели, попутно издавая мерзкий писк.

Ведьмак сделал шаг назад и к своему облегчению обнаружил, что крысы не спешили приближаться, предпочитая оставаться в тени и избегая света факела.

Но как только он посмотрел наверх, то понял, что расслабляться не стоит: крысы медленно ползли по потолку, стараясь огибать свет факела, то и дело расталкивая и залезая друг на друга.

Пока Лорг наблюдал за ними, медленно водя факелом в разные стороны, одна из крыс попала в пятно света и сразу поспешила скрыться обратно в тень, распихивая своих сородичей во все стороны и чуть не скинула одну из них прямо на него.

Но Лорг успел увернуться, и как только жирная пушистая туша с громким шлепком коснулась земли, он тут же отвесил ей сильного пинка, отправив в полёт обратно к своим сородичам.

Крыса с громким визгом растворилась во тьме, а Лорг вернулся к осмотру существа, пытаясь разглядеть хоть что-то в тусклом свете факела.

Вместе с кожей все мягкие ткани были удалены: щёки, губы, нос, уши. Лорг задумчиво посмотрел на тряпку, которой была опоясана тварь, но брезгливо поморщившись, решил, что в любом случае не хочет знать ответа на вопрос, была ли тварь оскоплённой или нет.

Помимо ран, нанесённых им, на теле не было больше никаких увечий, но все мышечные волокна были покрыты множеством мелких рубцов. Ведьмак предположил, что они могли образоваться в ходе неестественного роста мышц.

Едва заметная деформация скелета тоже говорила в пользу этого предположения и могла также свидетельствовать о неестественном происхождении твари.

Лорг заметил лёгкие кровоподтёки, на которые не обратил изначально внимания. Он аккуратно поднёс факел и, присмотревшись, понял, что это были следы от крысиных зубов.

Теперь было понятно, почему твари были так недовольны: из-за его появления они были вынуждены бросить свою трапезу и ждать, пока незваный гость наконец-то уйдёт — если сам не желает стать их ужином.

От этой мысли у Лорга пробежала дрожь по спине, когда он представил, что могло произойти, если бы он не успел прийти в себя.

Отогнав неприятные мысли, ведьмак вернулся к осмотру тела, при этом гадая про себя о его природе: было ли это существо когда-то человеком или нет?

Он сомневался, что хоть одно живое существо смогло бы пережить свежевание, но по рубцам на мышечных волокнах можно было судить, что тварь явно была ещё жива, когда с неё снимали кожу, а само строение мышц было подозрительно схоже с человеческим.

Самым безумным предположением ведьмак посчитал мысль о том, что, возможно, человек вырос из кожи, наподобие того как это делают ящерицы и змеи, вот только в отличие от них — не имея новой.

— Твою ж… — Лорг снял перчатку и устало, с силой помассировал пальцами глаза. — О чём я только думаю? — Чрезмерно разыгравшееся воображение начало вырисовывать картину, как тварь скидывает с себя кожу. — Надо уже наконец выбираться отсюда, пока…

Лорг не закончил предложение, лишь тяжело вздохнул и поднялся.

Он понимал, что без вскрытия и детального изучения организма твари больше информации получить не получится. Но вызвать Граха не получалось, как бы он ни старался, а о том, чтобы тащить тело на себе, не могло быть и речи.

Поэтому он решил сжечь тело, чтобы оно не приманило ещё больше крыс, и отправиться дальше.

Как только он достал флягу с душистым хвойным маслом, которое на северах использовали для погребальных церемоний, крысы, словно понимая, что сейчас собрался сделать ведьмак, тут же начали суетиться, издавая недовольный писк.

Лорг не обращал на них внимания, поливая тело маслом, и старался распределять его равномерно, то и дело уворачиваясь от грызунов, которые пытались прыгать на него сверху.

Когда всё было готово, он поджёг маслянистую флягу и, отступив на шаг назад, кинул её на тело и резко отвернулся, чтобы не ослепнуть.

Мгновенно вспыхнувшее пламя осветило тоннель, и Лорг увидел то, что всё это время находилось рядом с ним, скрытое тьмой.

Вдоль стены неподвижно стоял ещё десяток других точно таких же существ, как то, которое он только что сжёг.

Неподвижные, они смотрели своими слепыми глазами в пустоту, встречая её вечный мрак своим жутким оскалом.

На мгновение ведьмаку даже показалось, что они вот-вот оживут, но наваждение сразу отступило, как только он заметил, что твари никак не реагировали на крыс, ползающих по ним.

— Зараза! — злобно выругался Лорг, сжав эфес меча, чувствуя, как в нём закипает злость. — Да откуда, блять, вы тут все взялись?

Подойдя к ближайшей твари, он выхватил меч из ножен и, уже занеся его над головой твари, остановился.

Прежде чем нанести удар, он попробовал помахать рукой прямо перед её глазами и даже пощёлкал пальцами, но никакой реакции не последовало: слепые глаза продолжили неподвижно смотреть в пустоту.

— Вот тхорн… — ведьмак сплюнул под ноги, — зараза, не хочется вас трогать, но и просто оставить вас здесь — тоже так себе идея.

Лорг сомневался, правильно ли он поступает, но лезвие меча со свистом опустилось, отделив первую голову от тела.

Ни одна тварь не шелохнулась, не попыталась оказать сопротивление или хоть как-то подать признаки жизни, когда острый ведьмачий клинок беспощадно резал одного за другим.

Лорг действовал быстро и точно, словно имперский палач, выполняющий приговор, — только вместо ликующей толпы раздавался довольный писк крыс, радующихся предстоящему пиру.

Когда последняя голова слетела с плеч, а тело безвольно повалилось на землю, увлечённый до этого процессом ведьмак осознал, что стало как-то слишком темно.

Он посмотрел на тело, которое должно было ещё долго гореть, но сразу понял, почему вдруг стало так темно. Крысы медленно приближались к нему, и их стало настолько много, что они просто-напросто закрывали собой почти весь тоннель, создавая живую, мерзкую стену.

Ведьмак понимал, что крыс привлёк запах крови, так как он не сжёг обезглавленные тела, и теперь надо было скорее убираться отсюда, пока одурманенные жаждой крови грызуны не добрались до него самого.

Но прежде чем уйти, ведьмак решил попробовать назвать полную формулу имени бога огня, но всё, что у него вышло, — это чуть сильнее запалить свой собственный факел, который на мгновение вспыхнул яркой вспышкой и тут же потух.

— Зараза, только этого ещё не хватало, — Лорг со злости запулил костью, которая служила ему импровизированным древком, в сторону крыс, и, судя по звуку и недовольному писку, попал.

Оставшись в полной темноте, ведьмак побрёл дальше, и ещё долго его преследовал мерзкий писк крыс, от чего ему даже казалось, что они продолжают следовать за ним по пятам, словно ожидая, что он скоро тоже станет их трапезой.

— Да какого хера тут вообще творится? — Лорг принялся анализировать всё, что с ним произошло, сомневаясь в реальности творящегося вокруг. — Расчленённые тела, трупы, облитые мочой, твари без кожи, а теперь ещё и все крысы континента решили здесь устроить себе пир, сука! Да как вообще такое возможно?

Размышляя над ответом, которого он очевидно знать не мог, Лорг внезапно обнаружил, что упёрся в каменную стену, а значит, он наконец-то добрался до места.

Он проверил, на месте ли ступеньки, а затем аккуратно пошатал лестницу, проверяя её на устойчивость, а когда убедился, что всё в порядке, ведьмак быстро взобрался по ней и испытал неописуемое облегчение, выбравшись на поверхность.

Когда Лорг вылез из подвального люка, старый дом поприветствовал его скрипом половиц, а вековая пыль, покрывавшая абсолютно всё толстым слоем, которую некому было убирать, сразу же подсказала ему, чтобы он не спешил расслабляться.

— Похоже, сюрпризы ещё не закончились, — Лорг вытащил нож из-за пазухи и пошёл по следам, оставленным на пыльном полу, к двери, ведущей в жилые помещения.

Тяжёлая дверь, обитая кожей и соломой, с тяжёлым железным засовом, замещавшим ручку, открылась без скрипа.

Выйдя в коридор, Лорг сразу учуял знакомую вонь и, проследив взглядом, куда уходил след, тяжело вздохнул, убирая нож и понимая, что его ждёт в дальней комнате, где располагалась кладовая.

Чем ближе он подходил, тем сильнее становился сладковатый аромат разлагающегося мяса.

Толкнув от себя дверь, Лорг с удивлением обнаружил, что она была закрыта на засов. Понимая, что другого выбора нет, ему пришлось выбить дверь.

Трупный запах тут же с силой ударил в нос, но Лорг уже настолько к нему привык, что практически не обращал на него внимания.

В углу комнаты лежало тело, одетое в дорожный ведьмачий плащ.

— Зараза, и откуда ты тут только взялся? — Лорг медленно подошёл к телу и начал осматривать, игнорируя мух.

Откинув подол плаща, Лорг точно убедился, что мертвец был ведьмаком, о чём свидетельствовал гримуар на его поясе. Он аккуратно отцепил книгу и, открыв его, обнаружил, что он принадлежал одному из вассалов шестого дома, так как на гербе отсутствовали инициалы.

Пролистав страницы, Лорг не нашёл ничего интересного: гримуар был практически чист, кроме имени демона — в нём не оказалось никаких существ или новых заклинаний, что могло свидетельствовать только о том, что лежащий перед ним ведьмак был ещё совсем молодым и неопытным, возможно, это даже был один из той троицы, о которой рассказывал Солдир.

Обыскав карманы парня, ведьмак нашёл неотправленные письма. Внимательно изучив их, он узнал, что парень направлялся в Дэйру по приказу школы, но в них ни слова не упоминалось о том, что его сопровождали другие ведьмаки.

Кроме последнего письма, в котором говорилось о каком-то проводнике, который показал ему путь к тоннелю.

Лоргу показалось это странным, ведь на сегодняшний день, кроме ведьмаков, не осталось никого, кто бы мог помнить о существовании потайного прохода.

Солдир как-то рассказывал, что раньше им пользовался какой-то местный дейрийский культ для проведения своих тайных ритуалов в лесу, а когда Дейра смогла обрести независимость, их культ стал официальной религией, и они могли больше не прятаться, чтобы проводить свои ритуалы. За это они в благодарность подарили этот проход королю, чтобы он и его семья могли бежать из города в случае осады.

Но ни приверженцам культа, ни королевской чете он помочь не сумел: нынешний король Дейры убил своего брата и вырезал всю его семью, после чего город навсегда потерял вольный статус, и имперские рыцари под предводительством церкви казнили всех культистов, которые вслед за своим королём унесли тайну о проходе с собой в могилу.

Убрав письма вместе с гримуаром, Лорг взял нож и вспорол одежду, чтобы осмотреть тело.

— Посмотрим, что у нас тут, — Ведьмак без каких-либо усилий поднял мягкую почерневшую руку парня, и от его прикосновения остались желтоватые следы. — Трупное окоченение прошло, и ткани уже начали превращаться в жидкость. — Он посмотрел на торс. — Живот впал, и грудная клетка начала слишком сильно выпирать, а кожа рядом с раной потрескалась и лопнула. — Лорг оторвал припёкшуюся рубаху, которая оторвалась вместе с кожей. — Ага, опарыши уже успели поработать и объели края раны, деформировав… Ага, а вот и мухи. — Он прогнал свисшее на рану насекомое. — Но судя по диаметру раны, его убили чем-то крупным, пробив грудную клетку насквозь.

Всё свидетельствовало о том, что парень пришёл тем же путём, что и он, и, судя по всему, ему не посчастливилось столкнуться с тварью без кожи.

Лорг посмотрел на почерневшее, осунувшееся лицо парня, которое даже после смерти источало ужас и страдание, от чего невольно задумался: давно уже не видел ни одного мертвеца с безмятежным видом после смерти.

— «Если смерть приносит покой, тогда почему я всё чаще вижу мертвецов с перекошенными от ужаса лицами?»

Ведьмак посмотрел на своего собрата, словно ожидал, что он сможет дать ответ на его вопрос, но этого, естественно, не произошло.

— Не повезло тебе, приятель, — с сочувствием тихо произнёс Лорг, поднимаясь с чувством, что чем больше он всматривается в лицо покойника, тем сильнее начинает тонуть в мрачных мыслях. — Пройти через самый настоящий оживший кошмар, чтобы в конце встретить свою смерть — это и вправду жестокая насмешка судьбы.

Ведьмак взял парня за ноги и перетащил его тело на середину комнаты, после чего достал из сумки банку со специальными чернилами и начертил вокруг него круг.

Взяв в руки гримуар, Лорг проверил, что в нём чувствовалась сила, после чего мысленно обратился к Граху, но ответа не последовало.

— Да чтоб тебя, Грах! — тихо выдохнул ведьмак с досадой, глядя на книгу в надежде, что демон ответит, но сколько бы он ни пытался связаться с ним, у него так ничего и не вышло. — Что ж за день-то сегодня такой?

Лорг чувствовал, как сила текла по гримуару, а значит, на этот раз причина молчания демона была связана с чем-то другим.

Вернув гримуар на пояс, Лорг понял, что придётся действовать иначе. Он извлёк из внутреннего кармана пузырёк из тёмного стекла и, осушив его до дна, принялся читать заклинание призыва.

После начала ритуала две пары красных глаз засветились в тёмном углу комнаты, а когда он закончил заклинание, на его призыв из тени материализовались два небольших, но жутких на вид существа, при одном взгляде на которых Лорг брезгливо поморщился.

Маленькие поросячьи глазки едва виднелись из-под складок розовой кожи, свисающей на их безобразных мордах, с любопытством уставились на ведьмака, ожидая узнать причину их призыва.

«Мда, граблингов красавцами не назовёшь».

Лорг поманил их жестом подойти, и они сразу же приблизились, уставившись на него пристальным взглядом снизу вверх, синхронно раскрыв свои огромные пасти, усеянные толстыми крепкими зубами. Их мощные челюсти были способны перемалывать даже кости в порошок, ничего не оставляя от своих жертв.

Падальщики тонкого мира сумели идеально приспособиться к выживанию: невысокий рост граблингов позволял им жить в узких пещерах, которые были недоступны для большинства хищников, а мощные челюсти были приспособлены питаться тем немногим, что остаётся после чужой охоты.

— Лгр прзвал Гхра и Дроха, зачм?

— Был еда, а Лгр отрыват защем?

Лорг скептически посмотрел на Дроха и Гхра. Несмотря на то что граблинги считались разумным видом, зачатков их разума могло хватить только разве что на простейшие задания.

— Видите тело в кругу? — Две головы без шеи разом обернулись и тут же активно закивали головой. — Сожрите его целиком.

Радостно завизжав, они высунули здоровые толстые языки, пуская слюни, и наперегонки рванули к мертвецу. Уже через мгновение раздался звук разрываемой одежды и хруст костей, сопровождаемый громким чавканьем.

— До чего же мерзкие твари, — Лорг брезгливо сплюнул, глядя на то, как твари быстро разрывали на части тело его собрата, и мысленно извинился перед ним, что не мог его достойно похоронить.

Когда от тела ничего не осталось, твари принялись вылизывать пол, где лежал труп, пытаясь слизать с досок запёкшуюся кровь.

— Хватит! — Но граблинги и не думали останавливаться: они мерзко верещали и отталкивали друг друга от доски, на которой осталось самое большое пятно крови. — Я сказал: хватит! — Лорг достал меч и пронзил им Гхра насквозь.

Вторая тварь замерла с недоумением, глядя на своего собрата, который резко перестал шевелиться и больше не пытался конкурировать с ним за еду.

Дрох медленно дотронулся до тела своего сородича и, убедившись, что тот не шевелится и точно не будет оказывать сопротивление, тут же накинулся на его труп.

— Да что, сука, с вами не так? — Лорг достал из кармана флягу со спиртом и, сделав несколько крупных глотков, чтобы унять рвотный позыв, облил тварей спиртом и быстро прочитал заклинание возврата, кинув в догонку короткую формулу имени бога огня.

И ещё до того, как граблинг полностью исчез, ведьмак услышал, как тварь начала вопить от боли, когда её окутало невидимое огненное пламя.

— Вот сука… — Лорг тяжело выдохнул и открыл окошко, чтобы проветрить помещение, после чего решил, что ему тоже не помешает проветриться.

Спрятав гримуар парня с письмами в тайник, ведьмак без промедлений отправился на выход, ощущая как стены дома начали на него давить, а от запаха разлажения вперемешку с вонью полённой плоти его начало мутить и ему срочно захотелось на свежий воздух.

Захлопнув за собой дверь, Лорг сделал пару глубоких вдохов, ощущая все прелести городского амбре, стоявшего на небольшой улочке.

Запах воска и священного масла, доносящиеся из храма, расположенного на церковной площади, переплетался с запахом дерьма и человеческого пота, но даже несмотря на то, что вонь стояла плотная — такая, что в ней практически невозможно было угадать кислород, — после тоннеля ведьмак этого даже не заметил.

Щурясь от ярких солнечных лучей, Лорг огляделся по сторонам: всюду суетились рабочие, бегая взад и вперёд. Кто-то грузил телеги с вином и с церковным маслом, кто-то бегал с большими кульками свечей. И не успел ведьмак шагу ступить, как его грубо окликнул один из рабочих, чтобы он убрался с дороги, а когда он с товарищем пролетел мимо ведьмака, на прощание через плечо посоветовал Лоргу смотреть, куда он прёт, и практически тут же чуть не врезался в другого рабочего, который вылетел из лавки бондаря.

Лорг скрестил руки на груди и с довольной улыбкой уже собрался понаблюдать за разразившейся сценой, в которой оппоненты, не стесняясь, поливали друг друга бранными словами и быстро перешли на язык кулаков.

Но веселью быстро настал конец, как только в толпе кто-то громко завопил: «Стража!» Скандалисты практически тут же утихомирились, принявшись собирать растерянные товары с земли.

Лорг решил, что стражников позвал кто-то из толпы, чтобы утихомирить драчунов, но когда пристальный взгляд одного из них устремился в его сторону, уверенность постепенно начала улетучиваться и совсем пропала, когда отряд из одного рыцаря и двух стражников прошёл мимо тех, кто устроил драку, и направился к нему.

Ведьмак тут же направился в другую сторону в надежде затеряться в толпе, но стоило ему обернуться и сделать пару шагов, как он обнаружил, что толпа народа сильно поредела, а к нему с другой стороны направляется другой отряд стражников.

И прежде чем он успел что-то сообразить, он почувствовал, как тяжёлая латная перчатка легла ему на плечо.

— Боюсь, тебе придётся пойти с нами! — приказным тоном заявил рыцарь.

— А если я откажусь? — Лорг положил руку на нож и уже хотел обернуться, чтобы взглянуть в глаза говорящему, но прежде чем он успел это сделать, почувствовал, как другая тяжёлая перчатка прилетела ему в затылок, и он тяжело рухнул на колени.

В глазах всё поплыло и начало двоиться, поэтому, когда рыцарь сел рядом с ведьмаком, он не смог отчётливо разглядеть его.

— Если ты ещё не понял, выродок, то поясню: ты идёшь с нами, и это не предложение, а констатация факта. — Пока рыцарь говорил, чёткость зрения вернулась к Лоргу, и он сумел отчётливо разглядеть во всех деталях летящий в лицо кулак.

«Вот сука» — мысль взорвалась в его голове фонтаном разноцветных искр и затонула в пучинах бездны его сознания, проводившегося в беспросветную тьму.

Конец.

Глава 17 Послесловие история Дейры.

История Дейры.

Трон и братья.

Часть l

Солдир открыл подвал и спустился в тоннель, он собирался исследовать его как следует и обдумать как в дальнейшем следовало лучше поступить со своей находкой.

В школе разумеется про этот проход ещё пока никто не знал. Солдир лично обнаружил его, когда купил у торговца книги, которые принадлежали монахам Цереша, поклонявшимся языческому богу земли Церу и его дочери, богине плодородия Ерешее, в честь которых и получили своё название.

Изучая книги в которых была записана вся история монахов Цереша, Солдир многое узнал об этом исчезнувшем за один день культе и даже то, о чём монахи никогда никому не рассказывали.

Он узнал, что монахи верили в то, что Дейра стоит на святой земле, как жили до имперской власти и как во времена империи скрывались в лесах, где проводили свои обряды, в защитные силы которых верил почти весь город. Как жили после раскола и независимости города от имперской власти и как смогли наконец-то проводить свои ритуалы открыто и даже получили поддержку короны для строительства своего храма.

В знак признательности за строительство храма монахи передали свой тайный проход королевской чете, так как у них больше не было в нём нужды. Теперь Цереши могли открыто проводить свои собрания и ритуалы, не покидая при этом стен города и не прячась в лесах. А королевская семья обрела потайной путь, о котором никто кроме культистов не знал и могла беспрепятственно покинуть город в случае его осады.

Но по иронии судьбы, от внутреннего переворота королевскую семью он спасти не смог.

Заговор который готовился ещё задолго до того как Дейра получила независимость от империи и как результат скоропостижная смерть короля от руки родного брата избежать, которой не смогли помочь ни высокие стены, ни потайные проходы, ни даже боги.

Герон Светлоустый, младший сын и второй претендент на Дейрийский престол, родной брат короля Ронгра Яростного, был ярым почитателем церкви Белого Солнца и даже состоял в рыцарском корпусе. Правда это скорее была формальность, так как статус рыцаря он получил только из-за своего благородного происхождения и хорошей суммы, которую его отец внёс в качестве пожертвования на нужды церкви.

Герона всегда раздражало поведение брата, особенно после того как их отец передал ему бразды правления. Он считал, что его брат Ронгр был недостоин короны и что он был не способен управлять королевством, так как по его мнению плохо разбирался в военном искусстве и политике.

Уверенный в своей правоте, Герон всегда старался держаться подальше от брата и всей своей родни, предпочитая им имперское высшее общество, где он неустанно продолжал доказывать всему высшему сословию, что на месте его брата должен был быть он, и что, по всей видимости, их ныне покойный батюшка, которого, кстати, в народе называли мудрым, совсем из ума выжил, когда назначил Ронгра своим законным приемником.

Конечно, по-настоящему никто не обращал внимания на его трёп: ведь все прекрасно понимали, чего хотел добиться Герон, а хотел он одного, получить аудиенцию у императора чтобы убедить его передать власть над Дейрой ему, а его брата, как он сам часто выражался: "было бы неплохо отправить куда-нибудь с дипломатической миссией и желательно как можно дальше".

Но, учитывая неспокойные времена, постоянные конфликты внутри самой империи и натянутые, словно тетива, отношения с восточными королевствами, которые грозились вот-вот вылиться в войну, провинциальному аристократу со своими претензиями на престол, о личной встрече с императором оставалось только мечтать.

Так проходили годы, стычки между вольными королевствами и имперскими гвардиями, всё чаще начали перетекать в сражения, а восточное королевство всё сильнее укрепляло свои союзы с северными королевствами усиливая таким образом там своё влияние, что естественно не нравилось ни императорскому двору, ни церкви белого солнца и в конечном итоге привело к войне.

Когда новости о начале военной компании дошли до Герона, он вовсе потерял всякую надежду на аудиенцию у императора и поначалу даже решил покинуть имперский двор, при котором числился послом, чтобы отправиться в родной город и просить брата предоставить ему командование войсками, чтобы иметь возможность отличиться в бою, а там по возможности заручившись поддержкой солдат и заодно благословением имперских главнокомандующих, свергнуть своего брата с трона.

Конечно Герон не сам додумался до подобных мыслей, по воле случая он тогда водил дружбу с одним послушником из церкви по имени Явар.

Священник был человек образованный и начитанный, хорошо разбирался в политике, стратегии, умел составлять карты и знал несколько языков. В своих амбициях они с Героном были очень похожи, поэтому быстро нашли общий язык. Но если Герон был сыном короля, то Явар был отпрыском графа из небольшой провинции, расположенной от столицы империи далеко на юге.

Изначально он, как и товарищ, когда-то приехал в столицу чтобы поступить на службу в рыцарский орден. Только вот в отличие от сына короля, у его отца не нашлось требуемой суммы, чтобы внести пожертвование в церковь, поэтому Явару пришлось попрощаться с мечтой стать рыцарем.

Но на его счастье талантливого юношу заметил капеллан во время отбора претендентов на шпоры и железные перчатки, где собственно и отсеивали всех желающих поступить на службу в рыцарский орден. Капеллан быстро взял мальчишку в оборот и убедил пойти в послушники, откуда он и начал свой путь в качестве церковного монаха, а позже на одной из служб познакомился с Героном, который частенько любил заглядывать к настоятелю для личных бесед.

Именно Явар напомнил Герону, что он является посвящённым рыцарем и имеет право пойти в поход вместе с имперским орденом, если, конечно, у него будет подходящее снаряжение и необходимая сумма, чтобы оплачивать своё содержание в походе и разумеется на церковный взнос.

У Герона, конечно же, таких денег не было, поэтому Явар предложил ему написать письмо своему брату и попросить его предоставить ему необходимую сумму. На что естественно тот получил отказ, так как в связи с войной на королевство и так легли неподъёмные налоги и прочие расходы, так как император требовал, чтобы все вассальные княжества предоставили армию не меньше трёхсот мужей, из которых минимум пятьдесят должны были быть лучниками, сто — конниками, а остальные — пехотой, что само по себе было непосильно даже для такого королевства, как Дейра, так как с неё никто не снимал обязанностей охранять проход в долину ведущую к имперской столице.

И это всё не говоря уже о других требованиях на нужды армии, особенно для города, казна которого и так была опустошена постоянными столичными поборами и церковными налогами, которые, естественно так же, возросли перед началом войны.

Разозлившись на брата, Герон по какой-то причине решил, что Ронгр таким образом ему мстит и просто не хочет давать денег.

Конечно в этот момент он даже и не подумал о том, что его брат ежемесячно высылал ему довольно хорошее содержание и постоянно перекрывал его долги, которые он активно зарабатывал, просаживая все деньги в карты и закатывая шикарные приёмы в своей арендованной резиденции, счета за содержания которой так же оплачивала казна Дейры.

Узнав, что от брата помощи ждать не стоит, Герон отправился за советом к своему, как он считал, единственному другу и верному советнику Явару с этой проблемой.

И на этот раз его друг не оставил его в беде. Как истинный священник, он выслушал всё, что было на душе его друга, после чего заметил, что если брат отказался выдать Герону необходимую сумму, то он может обратиться за ссудой к гильдии торговцев. А заодно, чтобы приободрить друга, он подметил, что если Герон сумеет совершить военный подвиг как рыцарь, то аудиенция у императора ему будет гарантирована, а значит, он вполне сможет претендовать на престол Дейры как верный наместник императора и законный наследник.

Герон во всех красках описывал главе торговой гильдии все перспективы, которые она получит на территории его королевства. Разумеется ни капли не сомневаясь в том, что оно обязательно станет его. Он даже пообещал безналоговую торговлю и предоставление земель в беспроцентную аренду на двадцать лет, всего лишь за небольшую ссуду в две тысячи золотых монет, которые он непременно обещал вернуть сразу же, как только вернётся с войны и станет королём.

После нескольких часов подобных увещеваний и кучи обещаний, торговая гильдия в конце концов согласилась предоставить Герону всё необходимое, но только не деньгами, а взяла на себя все необходимые расходы и даже пообещала сделать от его имени взнос в церковь.

Также старый мастер Онорэ заверил Герона, чтобы он не беспокоился о сопутствующих расходах: так как гильдия всё покроет по первому требованию, даже если сумма превысит оговорённую.

Но Герона такой ответ не очень сильно обрадовал: ведь сумма, которую он запросил, была немного завышена от реально необходимой, ведь на эти деньги он хотел рассчитаться с долгами о которых не знал его брат, так как он их брал для своих тёмных дел, у людей, имена которых он предпочитал держать в тайне, и не мог назвать Онорэ, чтобы тот включил их в сопутствующие расходы.

Но совсем Герон расстроился, когда, собираясь уходить, Онорэ попросил его немного задержаться, чтобы уладить последнюю формальность, и попросил его подписать составленный договор, по которому он обязался вернуть долг деньгами в размере востребованной суммы, а именно двух тысяч золотых монет, и предоставить гильдии все блага, которые он пообещал во время их разговора.

Когда мрачный Герон обуреваемый своими мыслями наконец покинул кабинет мастера торговой гильдии, в него вошёл молодой ученик Онорэ, который как раз и занимался составлением договора, сидя в специальной небольшой комнатке, в которой прекрасно было слышно, всё о чём говорили в кабинете.

— Скажите, мастер, вы разве не знаете, кто этот человек? — удивился ученик, принимая подписанный договор от Онорэ, чтобы спрятать его к другим важным документам в тайник.

— Конечно же, я знаю, кто это, или ты думаешь, что у меня нет ушей и глаз? — усмехнулся старый торговец. — Он наш новый клиент.

— Нет, учитель, я не это имел в виду. Просто про этого человека ходят очень дурные слухи.

— Думаешь, что из-за каких-то слухов я буду отказываться от прибыли? — Мастер строго посмотрел на своего воспитанника, и молодой ученик потупил взгляд, уставившись в пол. — Ты ещё слишком молод, Джерг, но со временем ты научишься распознавать выгодные предложения. — Джерг поднял взгляд и посмотрел на улыбающегося учителя. — Я слышал все слухи, которые ходят о нашем новом клиенте, но это не повод отказывать ему в нашей дружбе. В конце концов, он родной брат нынешнего короля, а значит, что все его мечты о престоле однажды могут стать правдой. — С этими словами Онорэ свернул в трубочку подписанный договор и запечатал его сургучной печатью с гербом гильдии. — А если даже этого не случится, то мы всегда пойдём навстречу нашим любимым клиентам. В конце концов, дружба дружбой, но деньги любят счёт.

— А если он погибнет на этой войне, что тогда, мастер?

— Такого риска я тоже не исключаю, но без риска не бывает прибыльных контрактов. — Почти с отцовской улыбкой Онорэ передал договор Джергу. — В таком случае мы лишь выставим настоящий счёт его брату, который, к моему сожалению, будет намного скромнее, но мы хотя бы вернём то, что по-настоящему вложим в это маленькое предприятие.

— Какую сумму мне распорядиться подготовить? — с лёгким поклоном головы уточнил Джерг.

— Думаю, пятисот монет будет вполне достаточно, — усмехнулся Онорэ.

— Так мало? — удивился Джерг.

— Да, предоставим ему доспехи и оружие, которое готовили для старого графа. Там, где он сейчас находится, они ему уже всё равно не понадобятся, а его молодой жене предоставим небольшую компенсацию за невыполненный заказ. Насколько я помню, она сейчас находится в трудном финансовом положении: ведь старый граф оставил ей имение с кучей долгов, так что думаю, деньги ей нужны куда больше, чем эти железяки. — Джерг с хитрой улыбкой кивнул. — Отправь из приготовленной суммы три сотни монет вдове и не забудь подготовить хорошую корзинку с продуктами. Думаю, она давно уже нормально не ела, и возьми бутылку вина. — Онорэ на секунду задумался и быстро пробежался оценивающим взглядом по Джергу и отрицательно помотал головой. — Нет, возьми лучше две бутылки хорошего вина из моего погреба. Отправишься к ней лично и извинишься за невозможность выполнить заказ, передашь ей корзину и заверишь в наших сожалениях по поводу её утраты. — Онорэ хитро усмехнулся. — Обязательно дай ей понять, что если мы хоть как-то сможем ей помочь, пусть непременно обращается к нам. Мы всегда помогаем нашим дорогим друзьям. Ты меня понял?

— Конечно, мастер! — всё так же с лёгким поклоном ответил Джерг, но в его глазах читалось беспокойство.

— Сдаётся мне, что этой вдове будет нелегко справиться со свалившимся на неё имением. — Мастер уже хотел перейти к изучению лежащих на столе бумаг, но заметил неуверенность своего ученика. — Тебя что-то беспокоит?

— Да, мастер, — честно признался Джерг. — Если я отдам вдове триста золотых, то нам не хватит денег, чтобы внести церковный взнос за господина Герона. Не лучше ли в таком случае выплатить лишь двести монет?

— Чтобы я, честный торговец, обманывал своего потенциального клиента? Ты за кого меня держишь — за рыночного торгаша? — Онорэ театрально возмутился. — Эти доспехи стоят целое состояние, так что я вполне могу компенсировать ей половину от их стоимости, тем более что они уже были оплачены графом, в отличие от его других долгов. — Но Джерг был всё так же непреклонен: он молча продолжал смотреть на наставника. — О церковном взносе, мой мальчик, не беспокойся. Я что-то не припомню, чтобы наш друг, отец Боврэ расплатился с нами за ту ссуду, которую задолжал. Думаю, он согласится, что наш новый клиент — достойный человек для предстоящего похода.

— Я понял вас, мастер. — Джерг снова поклонился. — Простите меня за мои сомнения. Я исполню всё в точности с вашими указаниями, запрошу всю необходимую сумму и сегодня же вечером отправлюсь в графство Дрэнье, чтобы исполнить ваше поручение.

— Тогда ступай, только не забудь спрятать документ. Задастся мне — он нам скоро пригодится.

— Будет исполнено.

В этот момент в дверь громко постучали, и не дожидаясь ответа, бесцеремонно вошли внутрь.

— Неужели мои старые глаза меня не обманывают? — Онорэ поднялся из кресла и направился к старому другу. — Не могу поверить, мастер Солдир, что это и вправду вы!

— Онорэ, старый мошенник! Хоть раз в жизни, скажи честно, что не веришь в то, что до сих пор не увидел меня сидящим задницей на одном из ваших милых колов, которыми в империи церковники так любят украшать площади. — Ведьмак и глава гильдии торговцев рассмеялись и поприветствовали друг друга как старые друзья.

— Джерг, распорядись, чтобы нам принесли вина и закуски, а заодно скажи, чтобы ко мне сегодня никого не пускали. — Джерг в ответ молча кивнул и вышел за дверь.

С этого момента, казалось, сами боги благоволили Герону. Он получил всё, что ему было необходимо для похода, и даже благословение церковного капитула, подписанное самим настоятелем Боврэ. К тому же, как одному из представителей благородных домов, он был назначен не рядовым рыцарем, а командиром отряда. В подчинение ему доверили отряд, состоящий из сотни бойцов, с которыми он получил приказ выдвигаться через три дня к левому побережью Стьюры, где он должен был объединиться с войсками Дейры и встать лагерем, дожидаясь подхода сил королевств севера, с которыми они должны были вместе форсировать реку и перейти на правый берег реки, что означало вторгнуться на земли восточных королевств.