Путник

Глава 1

Проснулся я от того, что сильно болела голова. Причём это была не обычная боль, а будто внутри головы положили раскалённый металл, который растёкся по всей голове. Я вроде много не выпиваю, другими вещами не балуюсь особо, ну могу кальян покурить, ну и что. От чего боль такая? Так, а что было вчера?

Смутно помню, что было вчера: какое-то собрание в офисе, потом куда-то поехали, потом сильный удар — и всё. Ничего не помню.

Ладно. С памятью потом разберёмся, сейчас боль немного поутихла, поэтому нужно открыть глаза и попытаться понять, а что здесь происходит. Глаза я открывал с трудом, веки были залеплены какой-то грязью или пылью, но спустя пару попыток я их всё же открыл. Почему я не могу просто смахнуть пыль руками? Да потому что на них давило что-то твёрдое, тяжёлое, и я опасался их задействовать.

Когда я открыл глаза, сразу же понял, в чём дело. Я был погребён под слоем песка в каком-то разрушенном здании. Свет здесь был тусклым, он пробивался из дверного проёма противоположной стены.

Упал, похоже, а потом песок намело бурей. Уже не опасаясь, я стал подниматься — это тоже получилось не сразу: тело было истощено и, скорее всего, обезвожено. Встал, отряхнулся от песка (весь в нём был) и осмотрелся более внимательно.

Как и догадывался, хозяин прошлого тела находился в здании, точнее в его подвальной части. Здесь было прохладно, видимо, ещё утро, и ничего прогреться ещё не успело. Погреб — первое, что пришло мне в голову. Вывод был сделан на основе того, что по всему помещению были разбросаны какие-то горшки, ящики, причём, хочу заметить, промышленного производства. Ну, не средние века — уже что-то знаю.

У того, что должно было быть дверью, я стоял долго и слушал окружающий мир. Постояв так и ничего не услышав, кроме завывания ветра, решил идти дальше на свой страх и риск. Мало что там меня поджидает: вдруг твари или ещё какие-то существа. Тьфу, тут только ветер да перекати-поле.

Поднявшись по лестнице, я выбрался в основную часть дома. Что могу тут сказать? Дома, по сути, и нет. Стены все уже полуразрушены, все в дырах, а вот крыши не было — только этот подвал и сохранился. Повсюду валялись кирпичи и песок. Выйдя из разрушенного здания, я обомлел. Везде один песок, дюны были до горизонта, а на небе было несколько солнц. Они медленно поднимались к небу, окрашивая всё в оранжевый цвет. Я от такого упал на землю и тупо глядел на эту красоту, а в голове уже роились панические мысли.

Воды нет, еды нет. На мне обмотки и ничего из имущества больше нет. Это что же получается — я умру? Ну нет, так просто всё не закончится. Надо всё осмотреть ещё раз, может, я упустил что-то вдруг. Потом обойти всё вокруг этого здания, вдруг найду ещё что-то.

Обход начал с подвала. Снова спустившись (жара уже наступала), я стал осматриваться. Во-первых, это ящики. Все в песке, с незнакомыми мне маркировками. Рассмотрел один из них более пристально. Надписи были на незнакомом языке, но я их понимал.

Было написано вот что: «Пайки офицерские, 400 штук. Производство Федерация Эрмор» и герб — дерево с цветущей кроной. Открыл ящик. Тут лежали какие-то брикеты. Взял один из них: упаковка плотная и запаянная, на ощупь твёрдая. «Срок годности 50 лет». Ну, может, ничего мне не остаётся, кроме как есть эти пайки.

Открыл упаковку и вгрызся в белый брикет. Вкуса не было, но силы прибавились — я это сразу заметил. Осталась вода. В кувшинах, ясное дело, её не было, а как добыть воду в пустыне, я не знаю. Да я себя-то не помню, но спустя десять минут осмотра я нашёл рюкзак. Да, он тоже в песке был закопан. Ну, первый рояль попаданца, с почином.

Рюкзак песчаного цвета, на нём накидка, увесистый и не рваный, что мне ой как облегчает жизнь. Имущество меня порадовало. Во-первых, тут есть фляжки с водой полные, да и странные они какие-то: если их открутить, то мембрана есть. Дальше — компас, что-то типа секстанта, карта, мотки верёвок, те же брикеты пайков, планшет, бинокль, инструменты в виде отвёрток, молотка, зубила и гвоздей. Это основное имущество, но была ещё другая, не менее полезная мелочёвка.

Выпил воды — немного, пару глотков всего. Нужно сразу приучать себя к экономии.

После того как разобрался с подвалом (а там, кроме ящиков и рюкзака, ничего не было), пошёл смотреть, что было вокруг убежища, как я про себя его назвал. К тому моменту, как я вышел на улицу, солнца во всю светили — их было три. Все одинакового цвета, находились на разном расстоянии друг от друга.

Осматривал я территорию так: отошёл на ближайшую дюну и шёл вокруг убежища. Причём шёл так, чтобы не потерять из виду руины — это нужно, чтобы не потеряться. Через час ходьбы я понял, что это ничего не принесёт, и я вернулся обратно в подвал. Осталось изучить планшет — там должно быть что-то полезное. Да и карту эту нужно осмотреть. Кажется мне, что по ней прошлый хозяин и шёл, вот только куда.

Удобно расположившись на уцелевших ящиках и положив под голову рюкзак, включил планшет. Это было просто: кнопка с боку. Устройство запустилось и затребовало отпечаток пальца. Я приложил большой — не получилось, приложил другие пальцы, и только на левом мизинце доступ был разрешён.

Открылся рабочий стол с приложениями: заметки, какие-то программы, дневник, банковское приложение и приложение, похожее на браузер, судя по поисковой строке. Сетевые приложения не работали, а вот заметки и дневник порадовали больше.

После трёх часов чтения я тупо смотрел в стену и не понимал, что происходит. Начнём по порядку.

Самое главное — я, судя по всему, в другом мире. В Содружестве, если быть точным, но тут информации мало. Из всего, что написано, я знаю, что это очень много государств, объединённых общими законами и языками. Ещё большим открытием стало то, что здесь были настоящие космические корабли на гипердвигателях — это вызвало в моей душе определённый отклик. Я не знаю почему, но это меня привлекло. По Содружеству ещё была информация про какие-то базы знаний, капсулы и нейросети, но про это было написано вскользь.

Важное я узнал из дневника. Прошлого владельца тела звали Хасим. Просто Хасим, без отчества и фамилии. Он жил в одной из деревень, ничего примечательного. Работал на шахте, но потом на неё напали бандиты и большую часть угнали в рабство. Хасим успел сбежать. Всё, в принципе, ничего нового. Единственное, что зацепило, — это планы Хасима: добраться до столицы Сета (а именно так называли планету местные) и поставить себе нейросеть для пилотирования, чтобы стать пилотом. Карта как раз и указывала направление, успел взять у одного из караванщиков.

Снова вышел на улицу и взял компас. На карте были пометки с дорогами и городами и указано примерное направление: север, юг, восток, запад. Мне на север. На обратной стороне листка была инструкция: «Так идти на первое солнце на север, ночью — самая яркая звезда на небе». Просто, однако.

Я почесал голову и стал думать, а что вообще делать? Сначала нужно дойти до города — инструкция тем более есть, хоть и кривая, а дальше поглядим. На улице уже был вечер. Я перекусил брикетом, выпил немного воды и лёг спать. Завтра меня ожидал поход. Решил идти рано утром: да, попаду в жару, но у меня были обмотки и небольшой тент с подобием спального мешка, поэтому на песке спать не буду.

Заснул быстро, а утром упаковал все вещи, докинул десяток брикетов, чтобы забить рюкзак полностью, и направился в путь.

Шёл не быстро и думал. Памяти у меня нет, только желания — то ли мои, то ли доставшиеся от Хасима. Решил, кстати, называть себя Хасимом — нужно хоть какое-то имя.

К обеду жарило уже нестерпимо. Решил остановиться на одной из дюн на привал. Развернул тент, постелил спальник, пообедал и лёг спать. Ночью пойду.

Проснулся на закате: небо заволокло облаками. Они были подсвечены изнутри оранжевым, и это смотрелось красиво. Подождал, пока стемнеет, и пошёл. У меня был фонарик — я подсветил себе компас, нашёл север и самую яркую звезду (тоже на севере) и пошёл дальше.

Идти ночью по пустыне одновременно страшно и красиво. Страшно — потому что неизвестно, какая водится живность и какие угрозы от людей, а красиво — из-за звёздного неба. Оно было ярким, чистым и захватывало дух. Так прошло несколько дней, потом ещё, а дорога не кончалась. Вода уже подходила к концу, и уже начиналось обезвоживание, но, благо, к тому моменту я уже увидел огни города.

Город — как его описать? Представьте себе, что дома взяли и разбросали в хаотичном порядке, и между ними снуют люди и машины разных цветов, а посреди всего этого — неоновые надписи на зданиях и постоянный гул голосов и машин. Так меня встретил город.

В полуживом состоянии я спустился с дюн и шёл тупо глядя перед собой. У этого муравейника не было пригорода — просто в один момент я вышел на окраины.

На одной из улиц я увидел гостиницу. «Гостиница. Дешево». Я зашёл в здание. Народу здесь было много: у кого-то оружие и они в скафандрах, у других — обмотки, как и у меня, третьи же носили комбинезоны с какими-то нашивками.

— Воды и поспать, — обратился я. Меня встретил мужчина с длинной седой бородой и такими же волосами. Лицо его было морщинистым, всё в шрамах.

— Доброго вам дня, путник. На сколько хотите задержаться?

— Смотря сколько. Один день?

Голос у владельца (а это, судя по всему, он и есть) был скрипучим.

— 20 кредитов за день. Вода, еда тоже включена в стоимость, но за сеть платить придётся отдельно.

Я достал планшет и зашёл в банковское приложение. Связь позволяла это сделать. У меня на счету 5000 кредитов (если возьму за неделю, то выйдет 140).

— А сеть?

— 10 кредитов день.

Я подумал и согласился.

— Душ есть?

— Есть, тоже входит в стоимость, он есть в номере. Так, согласны?

— Да. Подскажите только, как перевести деньги? Я ничего не помню, память потерял, — решил играть легенду под амнезию, да и это правда.

— Хммм. Откройте банковское приложение. Нажмите «перевести», введите вот эти данные — и готово. 210 кредитов с вас.

Я проделал всё, что от меня просили.

— Вижу, пришли кредиты. Номер сейчас подготовят. Есть хотите?

— Нет, но вот в душ и попить воды холодной не помешает.

Меня показали душ, дали принадлежности, а потом после купания (как же я давно об этом мечтал) отправился в номер. Там меня уже ждал графин с водой, я напился и лёг спать.

Номер представлял собой небольшую комнату, окна которой закрывались ставнями. Туалет был отдельный, а вот душ был общий. Обычная гостиница. Решил спуститься вниз, подкрепиться и посидеть в сети.

Гостиница представляла собой трёхэтажное здание: первый этаж — это кафе, приёмная и бар, остальные два — номера. На первом этаже людей, мне кажется, стало ещё больше. Я заказал себе поесть, какой-то горячий напиток и попросил пароль от сети. Сел в дальнем углу, чтобы никто не мешал, и стал разбираться, куда меня занесло.

После трёх часов изучения информации я устало откинулся на спинку стула, заказал себе ещё чаю и стал систематизировать всё, что нашёл в сети. А нашёл многое.

Самое главное: я попал в космический мир. Он представлял собой множество государств, объединённых в Содружество. Это самое Содружество регламентировало законодательство, валюту и занималось, в общем-то, тем, что не давало всем государствам перегрызть друг другу глотки. Нет, войны, конечно, были, но и их жёстко контролировали старшие расы. Про них потом расскажу. Сейчас же самое главное, что я искал, — а именно где я всё же нахожусь и как мне отсюда выбраться.

А находился я на планете Сет. Планета, где один песок и редкие шахты с металлами, ничем не примечательная планета, если бы здесь не скрывался всякий сброд по типу пиратов и бандитов разных мастей. Гиблое место, одним словом. Здесь был всего лишь один город — Сет-Сити и деревни, где в большинстве жили местные жители, потомки бывших колонистов. Если бы Сет находился в протекции одного из множества государств, то его бы облагородили более-менее, но это был Фронтир. Что такое Фронтир? Это граница между неизведанным космосом и другими государствами. Почему он вообще существует — тема довольно интересная. Казалось бы, терраформируй себе планеты, да развивайся, но проблема в том, что из глубин космоса лезут всякие разные твари. Разумные рои пауков, киборги, псионические твари и прочие представители космической фауны. По сути, Фронтир — это буфер, да, расширяющийся, но очень медленными темпами.

Про нейросети и базы знаний тоже узнал немало. Во-первых, стоит пояснить, как тут всё с технологиями обстоит. Все технологии идут от первого поколения до 15-го, выше только технологии старших и древних рас. Например, у аграфов до 20-го поколения. Условно говоря, первое поколение — это слабая нейросеть, а пятнадцатое — это личный искусственный интеллект с развитием личности.

Нейросети — это фундамент Содружества. Если просто и без долгих объяснений — это твой личный компьютер со всеми функциями, нужными для жизни и работы. На технологическом уровне это набор нанитов, который вводится в мозг пациента и формирует ту самую нейросеть. Помимо неё ещё есть уйма разных имплантов и ништяков, которыми можно улучшить свой организм.

Базы знаний же — это спрессованный пакет информации. Эмоции, чувства, знания и опыт умудрились засунуть в кристалл, который потом считывался специальным устройством и закачивался на нейросеть. Но не стоит обольщаться, что базы знаний — это мгновенное получение знаний, нет. Чтобы это всё начало работать и приносить пользу, нужна практика, очень много практики. Вот закачал ты себе базу знаний первого ранга выживания (рангов тут, кстати, тоже пятнадцать, есть и выше, но это уже совсем другое) и знаешь, как построить шалаш, но тебе нужно это прочувствовать, что называется, руками. Чтобы тело и мозг создали нужную связь в понятийном аппарате.

Вот об этом всём я и думал. Допил чай и отправился спать, а то голова что-то устала. Завтра буду составлять план, как выбраться с этой планеты — тут задерживаться не стоит.

На следующий день я, как обычно, принял душ, позавтракал пайком, запив это всё чаем, и направился изучать окрестности.

Сет-Сити не был ухоженным и благоустроенным городом в большинстве районов. Мусор, песок везде и хаотичное переплетение проводов создавали свой колорит.

Я прошёлся до местной лавки, решив узнать, чем сейчас торгуют и цену на пайки — может, продам те, что были в подвале.

Лавка находилась на первом этаже. В самом помещении было прохладно — хозяин не поскупился на кондиционер. За прилавком стояла молодая девушка с заплетёнными в косичку чёрными волосами.

— Добрый день. Что вас интересует? — проговорила она, параллельно что-то пересчитывая на листке бумаги.

— Добрый день. Мне бы хотелось узнать, сколько стоят такие пайки, — я выложил на стол два пайка. Девушка отвлеклась и быстро осмотрела упаковку. В её глазах загорелся интерес.

— 50 за один брикет.

Я отдал ей две штуки, заработав 100 кредитов, и решил пройтись по другим лавкам — вдруг цены будут дороже. Так оно и оказалось: в другой лавке, более приличной, уже предлагали 70 за брикет, тоже парочку продал.

План по первому заработку сформировался сам собой. Нужно найти какой-то транспорт или арендовать его и загрузить всё из того подвала. Кувшины тоже можно. Этим я и занимался этот день.

Первым делом узнал в гостинице, где можно транспорт арендовать.

— Да вот у Харри можно взять небольшое багги или квадроцикл, но лучше багги или грузовик небольшой — там и прицеп есть, и место много. Харри у выхода из города находится. Сейчас выйдите и идите направо, а лучше карту города скачайте.

Скачав карту, я направился по маршруту и вышел на небольшой пустырь, забитый разным транспортом. У небольшого здания, похожего на хижину, стоял мужчина с каким-то оружием.

— Вам чего? — буркнул охранник.

— Я хочу арендовать грузовик. Харри сейчас тут?

— Нет его, все дела, но он на мне оставил. С прицепом и на сколько?

— Три дня максимум, но думаю, и за два управлюсь.

Решил с запасом брать, а вдруг чего случится.

— 700 кредитов, если на 3 дня. Идёт? Водить умеете?

— Не умею, но беру. Дорого, но нужно. А топливо?

— Топливо через картриджи, выдам вам их. Переводите деньги вот по этим реквизитам. — Мне показали бумажку, я перевёл деньги и отправился изучать машину. Надо ещё не забыть воды взять в рейд, верёвку, ящики и другую мелочь, но это потом, сейчас с машиной нужно разобраться.

Глава 2

Выехав из города (а это был вечер), я направился к тому месту, где впервые очнулся в этом мире. Машина ехала легко и непринуждённо, пересекая дюны. Я ехал в тишине, лишь только кондиционер гудел; двери и стёкла были закрыты, чтобы песок не залетал. Управлялась она на электричестве, а в качестве топлива выступали химические картриджи. Их хватало на день работы, взял четыре, чтобы запас был.

Выехал я ночью того же дня неспроста: бандиты тут были, и немало. Грабили многих, но я и к этому подготовился – взял себе винтовку и патроны к ней, предварительно отстреляв магазин. Удивительно, но я почему-то хорошо помнил, как держать оружие. Память будто частями открывалась мне, но так и не давала вспомнить самое главное – кто я? Ещё вспомнил, что знаю, как водить транспорт, как выживать и ориентироваться. Много чего вспомнил.

Так вот, закупив всё (а это ещё отняло 600 кредитов), я загрузился и выехал. Путь туда и обратно должен занять два дня, а не пять, как это было у меня.

Пересекаю ещё один бархан, уже ночь глубокая, как вижу – на небе горящие огни. Ничего себе, может, звёзды? Да не похоже, что падают на землю, но далеко и причём быстро. Интересно, конечно, что это такое, но цель миссии другая, и отклоняться от неё не собираюсь.

Когда уже светало, я позавтракал и лёг спать. В обед, открыв глаза и попив холодной воды (в машине был небольшой холодильник), поехал дальше.

Пока ехал, обдумывал, что мне приснилось… Начиналась осень. Листва на деревьях начала желтеть, небо ещё не затянуто тучами, и солнечные лучи ещё греют меня. Прогуливался по парку с каким-то человеком. Человек этот по возрасту уже не молодой, есть небольшая седина на висках, на глазах очки.

– Понимаете… Вы… ваше сознание отправляется в один конец. Мы ещё до сих пор не провели… – Я понимаю.

Весь сон было состояние такой тоски и столько желания исчезнуть, убежать хоть куда-то.

– В любом случае на подготовку уйдёт несколько дней. Тесты, замеры показателей. – Свои дела я уладил, Григорий Харитонович. Поймите, я не отзову своего согласия. – Да, конечно… конечно, – Григорий потер переносицу. – Просто вы так… решительно на всё согласны. Я, признаться, опешил от этого, но раз вы согласны…

Мужчина достаёт из портфеля документы, немного – всего три бумаги:

– Вот, подпишите их, это формальности. Согласие и отказ от претензий.

Быстро подписал, передал документы и снова посмотрел на небо. Тоскливо посмотрел, в груди что-то защемило, хотелось завыть во весь голос… Сон закончился на этом моменте. Небо? Небо почему-то меня к себе зовёт, я был лётчиком в прошлой жизни? Возможно, но сейчас нужно следить за дорогой.

К месту добрался к вечеру. Руины никуда не делись, всё было на своём месте. Я быстро всё закинул в грузовик, хрупкое перевязал. Решил не медлить и сразу отправился обратно. Заправил новый картридж, так как старый был уже на исходе, и поехал.

Этой ночью огней на небе было ещё больше, странно – причём они летели в ту сторону, куда я ехал. По пути ничего особо не происходило ровно до того момента, пока я не подъехал к городу, а город горел буквально.

Столбы дыма были отовсюду, такое ощущение. На въезде были патрульные, они осматривали машины; меня тоже осмотрели.

– Эй, останови машину, иначе будем стрелять!

Я повиновался. Тип, что меня остановил, был, судя по всему, местным ополченцем. Шлем с забралом, потрёпанная песчаная форма, разгрузка и оружие – довольно массивное.

– Да без вопросов. А чего, город весь в дыму, война?

Пока патрульные шарили по грузовику, я вместе с ними ходил (вдруг упрут чего). Их старший мне и рассказывал:

– Пока нет. – Старший закурил какую-то электронную сигарету. – Местный клан пиратов решил заявить права на Сет-Сити. Кажется, Рыси или как их там чёрт зовёт. В общем, ещё вчера ночью они решили обстрелять нас с орбиты и проверить, какая у нас оборона.

Один из солдат вылез из тента и сказал старшему:

– Чисто, сержант.

Старший махнул:

– Проезжай, бродяга.

Сержанта я расспрашивать не стал – у него ещё полно работы, пробка перед входом всё длиннее. Да, не ожидал от местных вояк, что поставят КПП и будут всех досматривать, молодцы. Поехал сразу всё распродавать, и хорошо, что это сделал сегодня. Многие улетали с планеты, и не без причины. Я тоже думал билет купить, но сейчас думаю переждать, пока. Скорее всего, цены на билеты и места на кораблях уже взлетели, поэтому то, что заработал, я и потрачу на билет.

В гостинице всё только об этом и говорили. Я подошёл к стойке и стал слушать рассказ одного из посетителей.

– Короче, мы в глубокой заднице, ребята. Рыси пригнали сюда свою эскадру лёгких списанных крейсеров. Для пиратского клана это немало, причём для такого клана, как Рыси. Ещё десантные транспортники, а у них головорезы – ещё те ублюдки.

Кто-то спросил:

– А из-за чего весь сыр-бор-то? У нас же по сути ничего и нет, только песок да камни.

Рассказчик ухмыльнулся:

– Песок да камни? Вот как думаешь, кто производит весь нелегальный товар и поставляет их в ближайшие системы? А у нас и есть эти производства. Синдикат Дол Ха держит здесь свои фермы, а лаборатории, склады с товаром и оружием. Это немалый кусок локального рынка, вот Рыси так возбудились, чтобы себе такую производственную базу отжать.

Я скривился. Всё-таки надо валить, тут скоро такие страсти разгорятся, что и пережидать будет трудно. Можно, конечно, укрыться в тех руинах, но, по разговорам местных, у них челноки с ботами есть, где сканеры отличные, и воды с едой вон сколько нужно. Я себе пару-тройку ящичков припрятал – не всё же везти на продажу, пусть запас будет, но воды нужно много. Да, фляжки с мембраной – это отлично, эта мембрана из атмосферы воду может выделять, но воды нужно много, а на заполнение фляги нужно пару дней. Ох и свалилось на мою голову.

В сети копаться не стал, сразу лёг спать. Завтра предстояло решить, что делать дальше. Пока вижу три варианта.

Первый: брать билет и валить отсюда в любое государство Содружества. Там принимаю гражданство, беру контракт с армией, или флотом, или корпорацией и выплачиваю кредит за базы и сеть. Может, беру сам кредит на базы и сеть и открываю своё дело. Рискованно, учитывая, что могут сбить корабль на взлёте или при уходе в гипер.

Второй вариант – уйти в пустыню. Еда у меня, предположим, есть, на три месяца хватит. Воды куплю несколько бочек, всё привезу туда. Денег хватит. С продажи того добра, что я привёз, 10 000 заработал. Куплю небольшой грузовик, воду, снаряжение и уеду пережидать. Но насколько это всё затянется? Месяц, два, три, полгода? Осада может долго идти, если пираты, конечно, не решат нанести быстрый удар, высадив десант и захватив все стратегические объекты разом. Это, наверное, самый вероятный вариант, так как ждать подхода сил синдиката – опрометчиво с их стороны. Проще оборонять уже занятые территории, чем ждать врага.

Как по мне, развязка будет в течение нескольких дней. Если так, то можно попробовать второй вариант.

Есть ещё третий вариант, самый безумный – заработать на этом, вступив в ополчение и подписав контракт. На контракт зазывали везде, предлагали двойные выплаты, трофеи с убитых. Почему при этих мыслях у меня в душе зародилась уверенность, что именно этот вариант я и выберу? Ладно, спать пора.

Сон был тревожным, только на этот раз снилось, что я в кабине истребителя. Су-27. Да, удивительно, но я отчётливо помню о нём всё: как устроен, как на нём летать. Помню даже теорию и чему меня учили в лётном училище. Хм, вот только прошлого своего не помню.

А истребитель тем временем падал вниз, да горел он, если по-простому. Ракета, и как я подставился… Дёрнул за катапульту, тряхнуло так, что у меня в глазах потемнело. Дальше – удар о землю, потом куда-то бегу. Потом резкий удар по ногам. Теперь уже ползу, но всё добираюсь до своих… Дальше, дальше был снова разговор.

Сон резко закончился. Меня разбудил шум на улице, да стрельба была. В окно выглядывать не стал, а сразу вещи в охапку – и бежать. Винтовка и пистолет (прикупил всё же) уже заряжены и готовы к стрельбе. Спустился в бар, а там народ собрался. Все тоже со стволами.

– Эй, мужик. Тут это самое, прилетели… – Короче, если хочешь заработать, бери пушки и иди сюда. По деньгам не обидим. Ну так что? – перебил другой, более опытный в этих делах человек.

Видимо, у людей всё совсем плохо снаружи, раз всем предлагают в обороне поучаствовать.

– Идёт. Что надо делать? – Я перехватил винтовку.

За дверью тем временем были слышны стрельба и взрывы. Часть окон уже была иссечена осколками, в воздухе витал запах горелого.

Командир, который мне всё это и предложил, стал раздавать команды. Сорок человек (в большинстве мужчины) поделил на группы и распределил по этажам: по десять человек на каждый, да ещё десять в резерве.

Утро было, а стрельба нарастала. Кто-то умудрился расслышать гул челноков и другой техники. Серьёзно за город взялись, видать, и правда тут много производств.

Меня и ещё других парней в баре оставили – против Рысей мы вряд ли выстоять сможем, но вот мародёрам дать отпор – сможем. У нас помимо винтовок дробовики есть, у кого-то даже винтовка с оптикой. Гранату каждому выдали и патроны – у всех, у кого были, собрали.

Баррикады на каждом этаже поставили, на входе сдвинули пару столов, остальные по залу раскинули, чтобы нас гранатами не закидали. На других этажах – также: кто в номерах, кто в коридорах.

Так и сидели, пока кое-кто не решил выбить дверь. Быстро они, однако – камеры на входе были. Мародёры. Заложили взрывчатку – и дверь вынесло на баррикады.

Эти ребята умные сразу, видно. Дымом закидали, а вот это плохо. Я недолго думал, да и остальные тоже начали палить в дым, чтобы не дать пройти противнику в здание. Получилось – отступили, вроде; одного из наших ранило, правда, но жить, вроде, будет.

Как только дым рассеялся, вышел парламентёр с их стороны:

– Отдавайте нам всё – и вы будете жить. Повторять не буду, мы всё равно вас убьём, нас больше, так что…

Дипломат в рваной куртке помедлил:

– Сдавайтесь.

Но сдаваться никто не собирался. Мы лишь перезарядили винтовки и угрюмо проводили «миротворца» взглядами.

Через час снова напали, на этот раз работали серьёзно. Сначала, как обычно, дым и гранаты – много гранат. Я даже не стал выглядывать из-за укрытия, палил по-свойски, а пули тем временем уже нескольких зацепили.

Я выглянул из укрытия, когда пальба прекратилась. Стены были ещё целыми, но местами уже были дыры от гранат и пуль, а центральный проход, где была массивная дверь, и вовсе отсутствовал.

Где была дверь, стоял человек в броне со штурмовой винтовкой, за ним кучковалось ещё несколько таких же. Обученные ребята – всё это быстро пробежало в моей голове.

Действовал я быстро: рука в карман, нащупываю гранату, жму на кнопку и молниеносно выбрасываю её в сторону противника. Сам же отбегаю за стойку и на ходу веду огонь.

Взрыв, и я запрыгиваю за стойку – осколками меня не посекло.

– Надо уходить, я знаю, где спрятаться. Кто со мной? – Хозяин заведения, видимо, решил валить – понимает, что не удержать гостиницу.

– Согласен, – откликнулся я.

Все вещи были в рюкзаке у меня, деньги – тоже. Другие тоже откликнулись. Хозяин ещё паренька послал по этажам – народ собрать. Все согласились.

Дальше он ко мне обратился:

– Значит так: сейчас берём все гранаты и запускаем их во вход, дальше бежим на третий этаж – там вход есть. Минировать кто умеет?

Я откликнулся:

– Да, могу заминировать ходы, знаю, как делать.

– Хорошо. – Хозяин достаёт из кармана какие-то устройства. – Вот, крепишь куда нужно, дальше дело за мной.

Все начали закидывать гранаты, а я пошёл минировать всё, что успею. Через пять минут, расклеив взрывчатку, собрались на третьем этаже. Хозяин по имени Хавьер открыл потайной ход – за ним был коридор, ведущий, по его словам, на другую улицу, и мы побежали. Куда идти, он знал, сказал, что у него есть космический корабль. Старый транспортник, правда, как он нас вывезет с планеты – это отдельная тема, но попробовать стоит.

– Это наш шанс свалить отсюда, прикройте меня, и я вас вывезу.

Это меня и замотивировало. Дальше начался ад. Вы знаете, что такое городской бой? Нет, а я вам скажу.

Это когда по вам стреляют откуда угодно, летят гранаты и ты при этом не знаешь, что происходит. Мне почему-то вспомнился фильм «Падение чёрного ястреба», где бойцы тоже бежали по городу, а по ним стреляли из всего, что только можно.

Когда мы пересекли несколько улиц (а был ещё день), то почти попали в засаду. Я успел заметить силуэты в окнах и крикнуть:

– ЗАСАДА! ЛОЖИСЬ!

Первая очередь из пулемёта (какая-то странная модель) срезала несколько человек из нашего отряда сразу. Дальше начался отстрел тех, кто не выбрал правильное укрытие.

Хавьера я оттеснил и стал работать по окнам. Мы укрылись за сгоревшей техникой. Выцеливал я фигуры врага быстро, пока кто-то ушлый не начал по нам работать из миномёта. Снаряды падали со свистом, так что, как только я услышал звук, сразу взял Хавьера и потащил его в ближайшее здание. До космопорта ещё далеко – надо передохнуть и перегруппироваться.

Я, Хавьер и ещё с десяток наших (большую часть мы уже потеряли из-за неразберихи) укрылись в разрушенном здании. Мы заняли оборону и, пока отстреливались, послали бойца проверить выходы из здания. В томительном ожидании прошло десять минут, пока рядом со мной не взорвалась граната. Всё разом потемнело, и я провалился в забытьё…

– Алексей Михайлович, вы же понимаете, что теперь вы летать не сможете. Всё, это не обсуждается. Ваши ноги, конечно, восстановятся, но их подвижность будет оставлять желать лучшего. Нам пришлось фактически сшивать вам мышцы и собирать кости, и это, я считаю, успех в вашем положении.

Вениамин Сергеевич, мой лечащий врач, говорил всё это с пониманием. От его заключения зависело, буду ли я дальше летать. Судя по всему, нет. Конечно, мне придётся пройти лётную комиссию, но в моём положении это лишь формальность.

Я снова скривился на койке и спросил доктора:

– То есть летать даже на обычных самолётах я не смогу?

Вениамин Сергеевич снова скривился от досады. Он переживал за каждого пилота – это редко бывает.

– Нет.

Через три месяца меня выписали из госпиталя. Потом комиссия и увольнение в запас и пенсия как ветерану. В ВВС я отслужил 15 лет – мечта всей моей жизни ещё с детства, когда отец впервые привёл меня на аэродром. Он тоже был лётчиком, только летал на транспортных самолётах.

– Ты, Лёша, посмотри на них. Раньше мы – люди – не могли и мечтать о небе, мы ходили по земле, бороздили океаны, но небо… Оно для нас было недосягаемым.

После этих слов и полёта на Ил-76 я понял, что такое небо. Иррациональное чувство свободы, требующей ответственности и внимания, но свободы от земного.

Дальше Алексей Михайлович Вольный (то есть я) поступает в лётное училище, потом распределение в истребители и служба, а потом война, командировки – и вот сбили.

А после списания со службы я отправился в свой дом под Астраханью – именно там и жили мои родители.

Очнулся я разом. Кто-то меня оттаскивал в другую комнату.

– Живой? – спросил Хавьер.

– Да.

Меня прислонили к стене, и мой наниматель достал из аптечки какой-то инъектор.

– Стимулятор. На сутки хватит.

Делал он всё быстро, вколов стимулятор в шею. По организму разлилась энергия.

– Сейчас бежим до космопорта. Если успеем – то сможем улететь.

– А где остальные?

– Мертвы, все, кроме тебя. Там меха пригнали, он всех и положил.

Меха? Какого ещё меха? Ладно, надо валить, все вопросы потом. Я встал, поправил рюкзак с винтовкой, и мы быстро двинулись к противоположному выходу.

На этот раз мы двигались иначе: обходя открытые пространства и стараясь пробираться через заброшенные здания. Видели и других людей – тоже бежали к космопорту все.

Иногда приходилось по несколько минут пережидать, пока пройдут группы или пролетят дроны. Нас могли в любую секунду вычислить, у нас даже не было нормальных скафандров, чтобы была хоть какая-то защита и нас не отследили.

К вечеру вышли к космопорту, но с другой стороны. Космопорт-то, по сути, это бетонное поле, ангары да одно здание с администрацией и залом ожидания.

– Вот мой корабль. Малый транспортник.

Просто так к кораблю мы бежать не стали, хотя людей тут, в принципе, не было на этом участке. Я предложил Хаву (он так предложил себя называть) отвлекающий манёвр. У него ещё осталась взрывчатка.

Чтобы он меня не кинул, план исполним вместе. А план такой: нам нужно зайти в один из ангаров и заложить взрывчатку на таймер. Таймер – шестьдесят минут, мы за это время и корабль запустим, взлететь успеем.

Снова обошли космопорт, нашли ангар, открытый с двух сторон. Мы медленно шли так, чтобы нас не засекли. Там какие-то цистерны с контейнерами были – вот туда её и положили. Скорее всего, товар.

Там уже были люди, но мы прокрались, когда была пересменка караула, заложили, потом обратно вернулись.

Подняться на корабль трудностей не составило. Трап опускать не стали – внимание привлечёт. Через аварийный вход зашли – там люк был. Его картой доступа Хав открыл, и зашли. Вещей было немного – только рюкзаки да оружие, так что зашли, дверь закрыли. Света не было, нужно на мостике всё запустить и в реакторе стержни проверить – мало ли что.

Корабль был тесный: одна кают-компания, совмещённая с общей каютой на четыре места, а экипаж – именно столько: капитан (он же пилот и навигатор), техник, каргомастер и медик; также имеются трюм, медсекция и технические помещения. Сразу направились на мостик и стали проводить запуск, пока без двигателей.

– Сейчас заведём мою красавицу.

Первым делом зажужжали системы жизнеобеспечения и реактор. Потом на мостике загорелся свет, и было уже удобнее работать. Кресел было два, я занял второе и начал расспрашивать Хавьера, пока мы не взлетели.

– Слушай, а как мы прорвёмся? Там, наверное, целая эскадра плюс истребители.

– Так, пока суматоха, мы и прорвёмся. У меня ещё ловушки остались. Мы когда в космос выйдем, от планеты отойдём, их сбросим, а сами в дрейф ляжем, чтобы нас не засекли раньше времени. А кстати, вот скафандр надень, он тебе нужен будет.

Я не стал спорить с капитаном корабля и надел скафандр. Странное дело, но он сразу подогнался под мой размер. Удивительные технологии.

Через час так бабахнуло, что космопорт осветился. Мы вмиг запустили двигатели и сразу начали подниматься. Рискованно – тут либо пан, либо пропал.

Поднимались быстро. Нам стали сыпаться запросы на связь, сенсоры засекли, что нас пытаются просканировать. Вышли в космос.

Он был красивым – звёзды, вид на планету, но нам сейчас было не до того. Страх, адреналин – всё сузилось до команд Хава и экрана визора, который он мне вывел, чтобы я всё видел. Так-то управление через нейросеть шло, но такая возможность была.

То ли мы были не особо заметны, то ли у них корабли были в другом месте, но за нами начали гнаться только тогда, когда мы достаточно оторвались от планеты. Ловушки сбросили, а сами легли в дрейф.

Объясню, почему это нужно. Мы в дрейфе отойдём на максимальное расстояние, потом – в разгон и уход в гипер. К тому времени о нас забудут, а мы спокойно смоемся. Но вот куда? А это я сейчас и узнаю.

Глава 3

– Хав, мы куда-то хоть летим и что вообще дальше делать будем?

– Дальше… как тебя зовут?

А я так и не представился. Пусть будет Лекс.

– Лекс Вольн.

– Так вот, Лекс. Если бы те люди, которые были с нами из гостиницы, выжили, то я бы их доставил на ближайшую планету или станцию, выплатил бы по 20 000 кредитов каждому – дальше сами. Но так как остался только ты, то ты получишь 1 000 000 кредитов. Это солидная сумма для старта. Откуда деньги – не спрашивай. Это моя благодарность. То, что ты дикий или память потерял, я сразу понял – много не знаешь. Да мне, в общем-то, и плевать, главное – работу выполнил.

– Раз я дикий, то просвети по основам: куда я попал, что здесь вообще происходит?

– Ты, наверное, узнал из сети что-то про Содружество и Фронтир. Но сеть тут так себе работает, да и нет нормальной гиперсвязи – только до других планет и станций достучаться можно. Так вот, Содружество – это государства, которые договорились жить по общим стандартам. Государств много, скажу лишь о самом важном. Есть центральные миры – это те же государства, только там другие расы живут. Аграфы, Сполоты, Мзин, другие расы, и уровень технологий выше. Перечислять их – задолбаешься. Суть в том, что центральные миры – это поставщик всех технологий, и гражданство там получить невозможно. Если есть деньги – всё бери у них.

Фронтир же – это граница всех государств. Все, конечно, расширяются – кто как может, но пока есть проблема с тварями и киборгами. Да, ещё есть Зона расширения, но это совсем другая часть Содружества, там свои нюансы, ха-ха.

– А что за твари и киборги?

– Долгая история, но знай: Фронтир – местечко опасное. Всё, конечно, от региона зависит, но ухо нужно держать востро.

– Ну это понятно. А что вообще по государствам скажешь, куда податься, как денег заработать?

Дрейф тем временем продолжался. Сканер в пассивном режиме не показывал рядом с нами судов, но для верности нужно было сутки, чтобы точно уйти, а там – быстрый разгон и гипер.

– Куда податься? Я планирую лететь через Республику Гарт – близко к центральным мирам. Одно из ведущих государств, только центральные миры после них. Там, кстати, Аграфы заправляют, но так как ты дикий, то можешь удачу в одном из центральных миров попытать. Я, кстати, сам оттуда – Федерация Галланте. Хм… а это идея. Ты дикий, я тебя нашёл, высажу у центра беженцев, а там тебя примут. И они никуда не денутся – проскочишь.

– Ха-ха. Центральные миры же закрытые, туда попасть нереально.

– Реально, реально – дикий же. Только учти: тебе лучше согласиться на отработку. Кабалить там не будут, но можешь опыт получить, а базы с сеткой поинтереснее купить.

– О, как раз про деньги. Чем вообще люди-то живут в Содружестве?

Я посмотрел на Хава через шлем. Он был затемнён.

– Фронтир и приграничье – это наёмники всякие, пилоты ценятся. Техники, инженеры, медики, шахтёры – да много кто, просто. В государствах уже по-разному: там работ побольше, но денег меньше, если опыта мало. Юристы, врачи, госслужба, корпоративный сектор – много, но там опыт нужен, а с низов начинать долго, если желание есть. Ты ещё можешь пойти в колонисты – в Зону расширения всех берут. Думай сам. Я тебя, так уж и быть, докину до Федерации Галланте. Нам лететь всего три месяца, если врата перехода использовать. А так – несколько лет до них бы летели. Содружество-то огромное.

Через три месяца – Федерация Галланте.

Долетели и правда за три месяца. После дрейфа мы ушли в разгон. Пираты к тому времени уже обосновывались на планете. В эфире были слышны переговоры транспортников, призывы сдаться повстанцев – да много чего. Главное, мы удрали. Дальше – три месяца путешествия. Пока летели, я расспрашивал и учился у Хава. Много нового о кораблях узнал: как управляются, какие вообще бывают. Про Содружество тоже много узнал, и у меня уже был план, как действовать дальше.

– Господин Вольн, прошу пройти за мной.

Это меня позвал офицер миграционной службы. Как говорил Хав, сейчас будет допрос. Врать я не собирался, тем более деньги на чипе он мне отдал. На одной из станций я купил коммуникатор и абонемент гиперсвязи на год. Хав не подвёл – я проверил чип, и там действительно был один миллион сто тысяч кредитов.

Меня завели в комнату – небольшую по виду, но уютно обставленную. Картины справа от меня изображали море, свет неяркий, а посередине – стол со стульями и человек в бело-зелёной форме с тёмно-зелёным гербом (какой-то птицы) на предплечье.

– Меня зовут Бен Хортон, офицер миграционной службы. По вашему делу всего несколько вопросов. Я изучил вашу анкету и рекомендации господина Хавьера. Давайте начнём с главного: вы дикий и ничего не помните, верно?

– Да, офицер Бен, я ничего не помню. Как очнулся – так сразу направился искать людей… – потом я рассказал про гостиницу, про налёт пиратов и эвакуацию до космопорта, про сам полёт.

– Ну что же, меня всё устраивает. – Офицер отпил из стакана какой-то напиток. – Так как вы новый гражданин Федерации, то вы можете пройти обучение за счёт государства. Предупрежу сразу: нужно будет отработать не менее пяти лет. По меркам Содружества это немного – в других государствах и по десять лет отрабатывают. А в некоторых, например, в Калдари, отработка занимает до 30 лет, но продолжительность жизни и это компенсирует.

– Это сколько надо жить, чтобы компенсировать?

– От 200 лет до бессмертия. Всё зависит от кошелька. В среднем процедуру омоложения можно пройти до нескольких раз за одно тело, потом – клонировать себя и переместить сознание в клона. Тут свои нюансы. Слышали что-то про капсулёров?

– Мельком. Говорят, это элита.

– Да, верно, элита, но цена… Лекс, понимаю ваш интерес, но мне нужно возвращаться к рабочим обязанностям. У нас остался один вопрос: вы согласны пройти обучение?

– Да, я планирую стать пилотом-универсалом.

Я не стал упоминать про деньги – если можно за счёт государства, то почему бы и нет.

– Хорошо. В любом случае вам ещё нужно будет это подтвердить.

Бен передал мне планшет и папку с документами:

– Вот ваши документы. Также планшет – на нём список специальностей, по которым можно получить обучение. Сейчас выходите из кабинета и пройдёте медицинскую комиссию – она покажет, какие специальности вы сможете выбрать. Там у вас снимут все параметры, потом заселение в жилой блок, а завтра уже определитесь с выбором специальности.

Выйдя из кабинета, я направился в медблок. На входе меня встретила женщина в медицинском комбинезоне, и началось обследование: диагностика через капсулу, потом проверка когнитивных способностей и мозга. Сложные вещи.

Через час тридцать минут меня отпустили. Результаты придут на планшет – мне объяснили, куда нажимать и что смотреть. Дальше – заселение. Меня проводил другой служащий в блок временного проживания. Ночевать я буду в комнате, как в гостинице, только технологичнее: душ, стол, кровать, терминал с выходом в сеть, но с ограничениями. На одной из стен, что меня удивило, можно включить вид из окна – что я и сделал.

Пока занимался делами, устал и решил поесть. С едой тоже проблем не было: пайки и пищевые синтезаторы – тоже вещь интересная. Заказал себе еды: простая каша, но гораздо вкуснее пайков. На пайках питаться можно, но надоедают жуть.

Поев и попив, я лёг подремать. Планшетом займусь вечером, а сейчас отдохну.

Вечером решил выйти в общий коридор и нашёл что-то вроде большого зала с окном – как у меня, только большим. Нашёл кресло прямо у окна и сел.

Достал планшет. Приложил палец – и получил доступ к рабочему столу. На нём было несколько иконок: справочник, личный кабинет, сеть, заметки.

Зашёл в личный кабинет, стал изучать результаты. Оказалось, что список специальностей, по которым я могу пройти обучение, доступен весь. Да тут каждый мог быть кем угодно – даже если у тебя чего-то не хватает, те же когнитивные способности можно компенсировать за счёт имплантов или специальных препаратов, улучшающих организм и мозг, но дорого.

Сразу отметаю офисные специальности: бухгалтер, логист, менеджер. Дальше – военные – тоже нет, в прошлой жизни навоевался. Потом научные и инженерные – тоже нет, медицина – туда же. Вот оно: «Пилот-универсал». Помимо неё я мог ещё освоить несколько смежных специальностей: инженер, техник, навигатор. Я собирался управлять в одиночку средним или тяжёлым транспортником, поэтому выбор, думаю, будет очевиден.

Записаться на обучение можно здесь, нажав на нужные специальности. Выбрал пилота-универсала, технику, курс медицины. Для начала хватит, дальше определюсь со специализацией.

– …и в итоге гидростатическая капсула стала одной из фундаментальных технологий Содружества.

Я прислушался к разговору двух людей: один – уже седой мужчина – что-то рассказывал молодой девушке. Я решил направиться к ним, чтобы послушать, о чём они разговаривают. Про капсулёров очень мало известно – в этом было что-то тайное, манящее.

– Добрый вечер. Вы не против, если я составлю вам компанию?

– Конечно. Меня зовут Эрнд Хрес, профессор истории университета королевства Жилан.

Девушка с чёрными как ночь волосами тоже представилась:

– Эмма.

– А меня зовут Лекс Вольн, дикий. Только что прошёл процедуру получения гражданства.

– О, молодой человек, рад с вами познакомиться. Позвольте спросить: вы прибыли вместе с освобождёнными рабами на одном из транспортов?

– Нет, я с Фронтира, но память потерял. Планета Сет называется.

– М-м-м… – профессор почесал седые виски. – Нет, не слышал. Должно быть, отсталая планета.

– Пустыня, деревни да один большой город с космопортом. Свободный порт, а по факту – сборище пиратов и сомнительных личностей. А оказался здесь случайно, но это долгая история.

– Понимаю вас. В Содружестве всегда так – либо раб, либо люди от чего-то бегут. Либо от кого-то… Впрочем, не важно. У каждого свои тайны.

– Профессор, если вас не затруднит, расскажите про Содружество. Я здесь недавно, но много слышал о капсулёрах, гидростатических капсулах, бессмертии…

– О, молодой человек, вы как раз по адресу. Я изучаю Содружество с самой юности. Уже как 170 лет занимаюсь изысканиями. Пишу диссертации по формированию и развитию Содружества как образования. И немало в моей работе посвящено Древним, Джовианам и их технологиям. Чтобы понять, как же всё началось…

А началось всё несколько миллиардов лет назад. Тогда ещё галактику населяло множество рас. Среди них выделялся набор рас, называемых Древними: Предтечи, Изначальные Древние и Сеятели. В истории много пробелов, но достоверно известно, что Предтечи первыми начали создавать расы. По сути, они дали жизнь Изначальным Древним. Предтечи, если опираться на многие исследования, повлияли на создание Вселенной в целом. Учёные до сих пор находят их механизмы, влияющие на пространство и материю. Пока о них известно мало – учёные лишь знают, что они куда-то исчезли, оставив после себя Изначальных Древних.

Изначальные, в свою очередь, стали заниматься созданием жизни, создавая новые виды. Среди них выделялись отдельно Сеятели – группа рас, чьи основные потомки составят костяк Содружества.

Эти самые Сеятели ещё больше наплодили существ в галактике да так продвинулись, что перегнали Изначальных. Но позже произошла катастрофа – какая именно, неизвестно. Скорее всего, генетическая мутация, которая и убила большую часть Сеятелей. Остались только Люди, Аграфы, Мзин, Сполоты, Джовианы и Арбитры.

Тут-то и начинается самое интересное. Джовианы – это, скажем так, радикальная ветвь Сеятелей. Углубившись в генетические и биоинженерные изыскания, они настолько модифицировали себя, что это привело к генетической мутации, которая вызывала апатию и депрессию – если проще, убивала интерес к жизни.

В попытке разрешить этот вопрос, хотя бы экзистенциально, Джовианы решили объединить остатки рас после катастрофы в Содружество государств, предоставив технологии нейросети и ИскИнов. Мотивация на первый взгляд была понятна – сохранить наследие Древних и Сеятелей, но исследователи полагают, и не безосновательно, что это попытка занять просто главенствующую позицию среди рас для их контроля. Какова цель этого контроля – до сих пор не ясна.

Дальше была долгая череда войн, взлётов и падений Содружества. Занимателен тот факт, что больше Джовианы не вмешивались в дела государств и лишь наблюдали за ними и изредка предоставляли технологии и решали вместе со Сполотами самые спорные и острые вопросы.

После тысячелетий войн и распрей Содружество устоялось в своём нынешнем виде. Ядро Содружества – это Джовианы и Большая четвёрка: Федерация Галланте, Республика Минматар, Государство Калдари, Империя Амар. Дальше идёт второй круг государств – те, кто откололся от Большой четвёрки и активно развиваются. Это Империя Аратан, Арвар, Федерация Нивэй, Империя Таори и множество других государств, которых несколько сотен, если уже не тысяч, так как чтобы долететь из одного конца Содружества в другой, требуется довольно большой срок.

– Кхе-кхе. Это я ещё не рассказал о технологическом фундаменте Содружества. – Пока я летел все эти три месяца, я почитал про Содружество, но всё равно картина пока не складывалась. – Самое интересное – это капсулёры. Скажу сразу: знаю о них не то чтобы много. Известно лишь то, что эту технологию нам подарили Джови, для чего они это сделали – остаётся загадкой, я сам пытаюсь это выяснить. А вот про капсулёров информации гораздо больше. Если коротко – это люди, переместившие сознание в другое тело. Капсулёры – каста полузакрытая, они не любят рассказывать о себе. Единственное, что достоверно известно, – это то, что они могут управлять кораблём через капсулу в одиночку. Влияние же на Содружество… скажем так, пилоты-капсулёры появились недавно, около 200 лет назад, но то, что они успели сделать – например, отбить нападение архов и вторжение восставших ИскИнов…

Профессор изрядно устал после рассказа, и мы разошлись по своим комнатам. Меня всё больше привлекала история Содружества и Джовиан. Я уже здесь три месяца, а толком-то не знаю, как здесь жить. Завтра я начну постигать азы жизни в Содружестве. А пока – поесть, принять душ и спать.

Утром следующего дня меня пригласили к другому офицеру, где я подтвердил, что хочу стать пилотом-универсалом. Офицер подтвердил перечень выбранных мною специальностей. Дальше настал выбор нейросети. Вот тут всё же пришлось показать свои доходы. Если бы я не устанавливал нейросеть за свой счёт, то мне бы поставили стандартную сеть 8-го поколения, но я мог докинуть 400 тысяч сверху и поставить сеть уже 10-го поколения – золотой стандарт для пилотов, выше только для богатых и высших чинов. Плюс набор имплантов, которые мне установят. Ещё выбрал курс по оружию, универсальный по выживанию, тактике и бою в различных средах – тоже универсальный. Пока на этом всё. Итого у меня в сумме 300 тысяч остаётся, но ничего – заработаю. Эти триста тысяч пойдут пока в копилку на собственное судно.

Так как у меня программа обучения довольно обширная, меня направили в одну из пилотских академий. Мне предстояло лететь до планеты Лили-Прайм – курортный мир и по совместительству учебная база для пилотов. Чувствовал я себя волнительно – всё же новый мир, новые технологии.

Отбыл тем же днём на одном из транспортников, получив на руки все документы и стандартный набор вещей. На корабле меня также заселили в каюту, на этот раз общую. Соседей было человек пятьдесят, поэтому я прошёл к своей койке, занял место и лёг спать. Полёт должен занять семь дней в гипере, а я пока буду дальше изучать статьи профессора и историю в целом. Скачал себе книги – тут их ещё читают, хотя базы знаний есть. Параллельно ходил в спортзал.

А через семь дней меня встретила Лили-Прайм.

Глава 4

Обучение началось не сразу. Сначала — установка нейросетей и имплантов. У меня, к слову, комплект имплантов пилота-универсала, есть и пара боевых, нейросеть универсальная десятого поколения. Самые дорогие импланты — это «Аналитик» и «Континуум», это несколько потоков сознания. Для пилота и уж тем более жителя Содружества это потолок по доступности, не считая всяких аналитических имплантов и индивидуальных ИскИнов.

Средний житель, не считая Большой четвёрки, довольствуется шестым, редко седьмым поколением. В кредит или получая базы и сеть через работу на корпорации, или по наследству. В центральных мирах, а это не только Большая четвёрка, всё не так. Сети, даже гражданские, были выше по поколению, и импланты были более качественные. Большая четвёрка вообще жила за счёт остального Содружества, поставляя самый дорогой товар: нейросети, корабли, оружие, клонирование и другие технологии.

После того как транспортник прибыл в систему, нас высадили на станции, а дальше на челноке — на планету, всё за счёт Федерации.

Лили-Прайм считалась курортной планетой. Большую часть поверхности занимали океаны, не считая множества островов и континента с одним городом, который являлся столицей.

Приземлились мы вечером, уже был закат, было тепло. Дальше нашу группу проводили в общежитие, а потом в медсекцию для установки нейросети. Меня положили в капсулу, вкололи наркоз, и через три часа я проснулся с чувством, что мир как-то изменился. Всё стало каким-то ярким, насыщенным. Меня это удивило и напугало: вдруг что-то не так пошло, но доктор, который ставил нейросети, заверил меня, что всё в порядке.

— Это побочный эффект, скоро он пройдёт, но восприятие и зрение теперь у вас будет гораздо острее. Привыкайте.

Дальше уже другой специалист выдал мне комплект баз, ещё и бонус дали — базы по истории и общеобразовательные, и объяснил, как их заносить в сеть. Оказалось, у меня на запястье теперь есть считыватель: просто прикладываешь кристалл, где находилась база, к нему, и нейросеть считывала, что это за база знаний. Во всём Содружестве использовали внешние считыватели.

Тот же офицер ещё направил на нейросеть инструкцию, ну и бумажную дал, чтобы было проще освоиться. А дальше я направился в столовую, поел местной еды, морепродукты, и направился спать.

На следующий день началось обучение. В Содружестве обычно учились так: покупались базы, заливались в нейросеть и учились в автономном режиме, но чаще — под разгоном, чтобы быстрее информация усваивалась, потом отрабатывали всю теорию на тренажёрах и сдавали экзамен. Были ещё академии и университеты, там знания были более углублёнными, и к тому же такой формат обучения — базы плюс лекции, не считая практики, — считался лучшим, хотя, по мнению большинства, этот формат уже устарел, но в центральных мирах он практиковался.

Поэтому первый месяц мы учили теорию по базам параллельно с лекциями. Узнали об истории Содружества, она тут была, как я уже знал, обширной, о законах и правилах, и о многом другом. Параллельно с этим изучали, на чём вообще здесь летают и, самое главное, как.

Потом практика на тренажёрах, чтобы получить первый опыт управления транспортом: флаерами, глайдерами, челноками, ботами, гравиплатформами. Дальше — уже в реальности. Так первые полгода и пролетели. Занимателен тот факт, что обучение было само по себе интересным. Преподавали реальные пилоты и учёные, опыт у них был немалый.

Факультатив тоже был. Решил взять ещё за сотню курс по планетарным и космическим исследованиям. Появилась у меня идея на будущее, кем могу в дальнейшем стать. Оказалось, это хоть и опасное, но перспективное направление, причём этим занимаются даже капсулёры и специальные клоны.

Об этом я узнал на одной из лекций по истории Содружества.

— Студенты, одной из важных технологий Содружества, помимо капсулы, является клонирование и перенос сознания. Ещё несколько сотен лет назад началось изучение этого вопроса. Первые серии клонов жили недолго, всего несколько часов. Результат улучшали, и сейчас клон может жить как обычный человек, но вот с переносом сознания возникла проблема. Обычно клон после своего создания обретал личность. Учёные многие годы бились над этим, пока Джовиани не предоставили нам технологию стерилизации личности и переноса сознания, но пришлось заплатить цену — размножение. Те, кто перемещал сознание в клона, могли испытывать сексуальный инстинкт, но не могли размножаться.

Клоны довольно широко применяются как капсулёрами, так и корпорациями и элитами. Военные, конфликты, исследование космоса и планет, работа в опасных средах. Важный момент: сознание из клона в тело человека можно вернуть.

Обучение длилось два года. Первый год, как я уже говорил, — это теория и начальная практика. Второй год — это уже углублённое изучение всех дисциплин, связанных с кораблями и пилотированием. Я к этому времени уже стал техником и мог делать мелкий ремонт, чем иногда подрабатывал, когда было время.

Подработку нашёл фактически случайно. Одна мелкая компания, занимающаяся транспортировкой грузов, встала на ремонт в доках, а техников свободных было мало, поэтому меня и взяли, хоть и опыта не было. Ремонтировал я вместе с бригадой других техников и инженером. Инженер давал нам задачи, а сам занимался более сложными операциями. Мы протягивали энергетические линии, устанавливали системы жизнеобеспечения, а инженер делал основную работу: чинил сам корпус и настраивал системы. Обычно инженеры всё это одни делали, их импланты и сети позволяли, но корабль был большим, а времени мало, вот и наняли техников.

Вообще техники занимались только обслуживанием и мелким ремонтом, чинили приборы на самом корабле.

Параллельно я осваивал пилотирование и навигацию. Если первый год я учился управлять малыми судами, в том числе и палубной авиацией, то второй год — это уже средние и тяжёлые корабли. Практика проходила так: сначала теория и тренажёр, потом отправляешься на один из учебных кораблей и там всё отрабатываешь. Второй год так и прошёл. Летали по местным системам, изучали премудрости разгрузки и погрузки грузов, как правильно садиться на планеты и стыковаться на станциях, хотя обычно корабли оставляли на парковке, если ничего грузить не нужно было, — все на челноках летали до станции.

Времени на знакомства было мало, но я и тут выкрутился. Умудрился сдружиться с одним из курсантов. Парень умудрился поступить сюда аж с Фронтира.

Так учёба и проходила. Я покупал базы по ремонту всяческой техники, купил себе комплект шахтёрских и баз по исследованию планет и космоса, военные тоже были, причём по моему профилю. Это только основное, а так много покупок было, и после них ещё накопления оставались. Думал копить на своё судно и инженерные базы, но это в будущем, сейчас нужно отработать обучение.

Время шло к выпуску, и началось уже распределение, кого куда назначат. Кто-то в армию, другие в корпорации, я тоже свой вариант нашёл — Служба дальней разведки Содружества. Многие меня отговаривали, считая, что это самоубийство, но меня это и заинтриговало. Дело вот в чём.

Космос — это неизведанный океан, его постоянно нужно изучать и мониторить на предмет всяких угроз. Эта служба по сути убивала двух зайцев: и находила новое, и контролировала старое. Ладно, я пошёл обычным пилотом, так я ещё выбрал роль полевого исследователя. Это, с одной стороны, давало много бонусов к деньгам, я мог заработать там на своё судно и всё мне необходимое, а с другой — меня могла убить неведомая тварь.

Началось время экзаменов. Теорию сдал, потом практика. Дальше меня ждали в одном из офисов Службы для подписания контракта. Сел на транспортник и полетел. На этот раз летел в соседнюю систему.

Там меня снова заселили, потом пригласили в офис.

— Господин Вольн, напоминаю вам, что вы можете отказаться, отправиться отрабатывать срок в другой, более спокойной компании. Это работа, тем более ваша, высокорискованная, к тому же вам ещё нужно будет пройти подготовку в течение трёх месяцев, чтобы заниматься полевыми исследованиями.

Менеджер, который меня нанимал, предупреждал меня и даже, как мне показалось, отговаривал, но я согласился, и снова началась подготовка.

Тут уже всё было гораздо серьёзнее. Ксенобиология, изучение оружия, тактика боя, геология, химия, физика, биология — всё, что нужно, чтобы исследовать и защищаться.

Снова экзамены, снова зачёты, и вот я теперь четвертый пилот, стажёр по сути, и полевой исследователь. Меня приписали к судну «Волнорез» сразу же после экзаменов. Потом знакомство с командой. Судно как раз было в этой системе на плановом обслуживании.

По прибытии я познакомился с капитаном Дорфом Заном и остальным экипажем из числа офицеров.

Сам по себе корабль относился к тяжёлым рейдерам дальней разведки, махина, длина которой двадцать километров. Этот класс судов позволял далеко прыгать, много нести и в случае чего дать по зубам противнику. Его экипаж составлял две тысячи человек, и им как раз требовался полевой исследователь и пилот на смену другому. По сути, я буду совмещать две должности, что тут не редкость, тем более базы позволяют. Буду и пилотировать челноки и судно, и исследовать планеты в составе группы.

Отходили через три дня, поэтому я закупился на накопления и аванс — его дали сразу, это три миллиона кредитов. Платили много: несколько миллионов, от семи до десяти за рейд, а длятся они обычно два-три года. Первое — базы. Докупил по истории, экономике и торговле, шахтёрству, инженерные, боевые и по другим наукам, чтобы время не терять. Второе — тестеры, набор инструментов, другие нужные штуки. Ещё купил себе дроидов, разных, чтобы жизнь себе облегчить. Остальное докупать не стал — выдадут. Деньги положил на вклад под процент, у меня миллион оставался. Фильмов, книг, музыки, игр себе накачал. На судне было чем заняться: и тренажёры, в том числе виртуальные, и спортзал, и бассейн свой был с баней и сауной.

Уходили мы на два с половиной года в автономный поиск. Регион космоса нам дали, мы там всё и исследовали. Если что-то можно было добыть или вывезти — вывозили; находили угрозы или что-то неизвестное — передавали по гиперсвязи в центр. Важный момент — это то, что мы в криокапсулах лежать будем, так как далеко летим. Это для экономии ресурсов. До региона исследования шесть месяцев лететь, потом полтора года там, потом возврат. У меня в сумме два рейда выходит, за них себе и на судно соберу.

К концу второго дня я всё закупил и загрузился. Дальше — первая вахта, так как у меня ещё испытательный срок. Пилотов было четыре: капитан, он же первый пилот, первый помощник, второй помощник, третий и я, стажёр. Так как у меня не было опыта пилота, меня в Службу дальней разведки могли не взять, если бы я только пилотом пошёл, а так как я стал ещё и полевым исследователем, то и взяли. Уникальный случай по сути.

Первая вахта у меня будет с капитаном, она продлится три месяца, как у стажёра. Вообще спать не будет руководящий состав и специалисты, без которых корабль работать не будет; из боевого крыла тоже будет вахта — они спать будут по два месяца, потом ротация. Экипаж будут будить посменно в каждой фазе миссии.

Сейчас, пока заселяюсь, расскажу, какие фазы миссии будут. Первая — это перелёт в регион исследования, потом основная фаза исследования и возвратная фаза. Будить всех будут поочерёдно, чтобы атрофии мышц не было. Всего четыре смены по пятьсот человек, не считая основной костяк команды.

На четвёртый день была дана команда на старт. Капитан Дорф дал приказ на разгон, и мы ушли в гипер. Дальше пошла рутина и знакомство с кораблём. Палуб и отсеков было много, моя каюта недалеко от мостика находилась, чтобы в случае чего на нём быть.

В мои обязанности пока мало что входило: это проверка всех показателей корабля, курса. Пилотировать пока не давали, только смотреть, но думаю, скоро начнут проверять меня.

Так оно и оказалось. Первый помощник Йен вызвал меня к себе и обрадовал:

— Сегодня твоя вахта, и ты будешь выводить корабль из гипера, потом поведёшь по системе и уйдёшь в разгон.

— Хорошо. По системе, в которой выходить будем, что-то известно?

— Да, это Фронтир, там одна из наших баз. Заберём дополнительный груз и потом уйдём в гипер. Как тебе на корабле, кстати?

— Да всё нравится. Считай, повезло, что к вам попал.

— Ладно, тогда жду на вахте. Капитан тоже потом тебя посмотрит.

Волнение было, но небольшое. Всё же обучался и знания имею.

Я занял пилотский ложемент, подключился через шунт к кораблю и начал выводить рейдер из гипера. Сначала замедлить гипердвигатель, потом создать пространственный выход. Дальше — выход в систему, и я повёл корабль. Вёл аккуратно, так как были астероиды и другие корабли. Тут был форпост, дальше — дикий космос. Заняли место около станции и стали ждать погрузки. Два дня нам дали. После вахты решил выйти на станцию осмотреться и развлечься перед долгим гипером.

Помимо меня на станцию после моей вахты решили сойти ещё несколько десятков человек. Пить было запрещено под страхом списания, все в бордель шли, а я так, за компанию сходить посмотреть, что это такое.

Оказалось, что это само по себе скучное и, как по мне, неинтересное дело. Вместо живых людей, что, в общем-то, хорошо, были андроиды, но сам по себе процесс довольно пресный.

Вернувшись на корабль, отправился спать, завтра снова вахта.

**Через шесть месяцев**

Сознание приходило довольно быстро. Я встал, хотя мышцы были деревянными, оделся и направился приводить себя в порядок. Тридцать минут на это — и прибыть в зал для конференций. В стазис-капсулу меня три месяца назад уложили по расписанию. Сейчас разбудили, и на сеть пришло сообщение, что мы прибыли в регион работы, уже какую-то планету нашли. Вот, видимо, и дёрнули меня из сна, а так-то через неделю вставать только.

В зале был весь отдел полевых исследований. С коллегами я уже был знаком и, поздоровавшись, спросил:

— Что случилось?

— Планета, возможно, новые формы жизни, есть аномальное излучение. Завтра утром высадка и разведка.

В зал зашёл начальник отдела Крос Вар и объявил, что мы нашли планету, пригодную для жизни.

— Наши сканеры показывают, что там есть биологические формы жизни и излучение. Возможно, Древние или одна из рас сеятелей.

Дальше нас разбили по группам. Самых опытных направили на изучение аномалии, а остальных распределили собирать данные о планете. Я был в группе, которая будет изучать геологию планеты, руды, ресурсы и попутно картографировать.

Так как разбудили утром за день до высадки, то мы начали готовиться. Собрали всё оборудование: сканеры, зонды, дронов, лабораторный инвентарь, оружие — не бластер, а мощную штурмовую винтовку с магнитным механизмом. Скафандр специальный для исследования.

На следующий день мы загрузились в челнок, я пилотом был, и полетели в свой квадрат, где будет полевая база. Стандартно исследование таких планет занимает две недели, иногда больше; также системой поменьше несколько дней занимаются другие группы. Двадцать человек на планету, десять на систему, но потом они к нам присоединятся.

Планета, если судить по сканерам, была стандартная для жизни. Несколько континентов, преимущественно умеренных по климату, и один океан между ними с островами.

Долетели и сели штатно. Дальше командир моей группы Оск сказал, что здесь будет основная база.

— Полевые исследования всегда проходят так, — рассказывал Оск. — Сначала база: здесь живём и проводим анализ найденного, а дальше разлетаемся по планете и занимаемся своими делами. Тут, помимо нас, ещё две роты бойцов будут — охрана наша.

За день лагерь построили. Он состоял из жилых модулей, лабораторий, пары посадочных площадок и периметра с турелями, а дальше началась работа.

— Сегодня летим в горы. Будем искать руду и другие ресурсы. Параллельно карту составим. На флаере полетим, заодно сбросим дронов для картографирования, а для зверей — их дальше гравиплатформы заберут с дроидами.

Загрузились, я снова за пилота, и полетели. Под нами пролетали девственные леса, поля и горы. Сели недалеко от гор, взяли снаряжение и пошли.

Решили сделать так: расставим сканеры, а потом найдём пещеру и запустим туда дрон, чтобы посмотреть, что там в пещерах, ну и взять пробы грунта. Первые полдня мы горы обходили и собирали материал. Нашли пару жил со скордитом и теритом, довольно хороших, но на этом — ничего интересного.

Пещеры преподнесли сюрприз. Во-первых, газы фуллеритовой группы — это очень дорогие ресурсы. Нефть, и сжиженный природный газ, и другие руды тоже нашли, но самое главное — это какая-то дверь в горах.

Тут-то все и всполошились. Как только мы об этом сообщили, сюда прилетела не меньше роты солдат. Всё оцепили, а нас послали разведать, что там да как.

Оск удивился:

— Удача, премию дадут, а если дверь вскроем, то считай, что можно и не работать.

Дверь находилась глубоко в пещере. Мы шли осторожно, нас всего четыре человека было. Пещера поначалу была узкой, но потом расширилась до каких-то невиданных масштабов. Дверь была чёрного цвета с какими-то символами. Прикасаться к ней по протоколу, да и по здравому смыслу, нельзя. Мы послали дроида.

Дроид-паук быстро добежал до двери, достал щуп, и нас накрыло ударной волной…

Глава 5

Я оказался во сне, но теперь помнил всё. Кто я и кем был. В каком мире жил. А самое главное — как здесь оказался.

Закончилось всё на том, что я был комиссован по здоровью и летать больше не мог. Вернулся в родные края, там какое-то время перебивался подработками, пока не устроился чинить мототехнику. Купил мотоцикл себе, стал ездить. Это моей отдушиной стало, параллельно ещё на яхте катался, по реке. Занимал время. Семьи так и не создал, любил один быть, но тоска по небу, по полётам, по этому чувству свободы всё нарастала.

Вскоре тяжело заболел. Рак третья стадия, стал лечиться, но не помогало. Тогда-то на меня и вышли учёные из одного засекреченного военного института. Предложение было довольно странным и абсурдным: переместить моё тело в клона, и я снова вернусь на службу, буду летать дальше, всего 10 лет, с учётом того, что мой клон будет с 18-летним сроком жизни. Момент того, как моё сознание хотели переместить, я помню отчётливо.

— Садитесь вот в это кресло, — один из учёных зафиксировал меня, надел какие-то датчики и колпак на голову. Дальше что-то, скорее всего, пошло не так, и я оказался на Сете в другом теле.

— …Эй, вы там живы? Почему молчите? Приём!! — Как же болит голова, я присел и достал фляжку с водой. Что же так в висках колотит?

— Приём, это Вольн. Попытались проверить дверь дистанционно, но ударная волна какой-то энергии нас вырубила. —

Остальные из группы приходили в себя медленно. Оск, Хов, Жан были в отключке, и я решил недолго думая вызвать эвакуацию и уходить, пока не поздно. Ну его в пень эту дверь, пусть дроиды тут всё исследуют.

Как только нас забрали, то сразу повезли в лагерь на сканирование, попутно снимая данные со всех сканеров, что у нас были. Ударную волну зафиксировали на самом корабле даже, но вроде обошлось.

Меня засунули в капсулу первым, просканировали. Заметил, что голова стала какой-то тяжёлой — это, наверное, после открывшейся информации о моём прошлом, ещё и навыки теперь вспомнил, как летать. Ничего не нашли, кроме аномальной активности мозга. Мне дали успокоительное и отправили на отдых, день дали отлежаться, но работа внесла свои коррективы.

— Вольн, тебя вызывает капитан, срочно, — огорошил меня первый помощник. Я как раз проходился по периметру, проверял датчики, а то скучно в модуле было.

— Уже вылетаю.

— Хорошо, он ждёт тебя в своей каюте.

Странно всё это, очень странно. Меня это, честно говоря, пугает. Что ему от меня нужно? Ясное дело, что это из-за случая с дверью, ну да ладно, нужно лететь на встречу.

Забрался в челнок, заодно захватив особо ценные образцы, и полетел на корабль. Полёт занял всего полчаса, так как корабль был на орбите. Пристыковался и пошёл в капитанскую каюту.

Капитан встретил меня в каком-то лёгком скафандре. Первый вопрос меня ошарашил:

— Кто ты? — Дорф смотрел на меня тем взглядом, которым смотрят на того, от которого ждут чего-то плохого.

— Я вас не понимаю, капитан. О чём вы?

— Ты клон?

Клон? Да какой я нафиг клон. Что он несёт?

— Нет, — я ответил ему спокойно, хотя внутри напрягся. Вдруг мне провели ментальное сканирование?

— Понимаешь, в чём дело: когда тебя просканировали, то выяснилось, что твой мозг работает так, будто в него переместили сознание из другого тела. У клонов всегда так, только вот обычно у них есть специальный имплант, чтобы переместить сознание после смерти в другого клона. А у тебя этого нет, понимаешь?

— Не совсем, но я не клон. Я с планеты Сет…

Рассказав капитану всю историю, он задумался, взял у меня какие-то пробы и потом куда-то ушёл. А потом, вернувшись, снова меня огорошил:

— Ты клон, но тебе, скорее всего, стёрли память. Причём, судя по всему, ты был заготовкой для пилотирования капсулы. Как тебя туда занесло только, да впрочем, не важно.

Я вдруг спросил капитана:

— А вы капсулёр?

— Да.

Хммм, это что же получается, я чей-то клон, который каким-то образом сбежал. Самое поганое, что меня могут искать, и о том, что я клон, знает капитан Дорф. Что он от меня хочет?

— Я мог бы забыть этот разговор, но, видишь ли, твой клон — точнее, ты — устойчив к излучению Сеятелей. Сомнений по этому поводу быть не может, излучение подтверждают данные. Суть нашей миссии и состоит в изучении этого феномена. Понимаешь?

— Понимаю, а вы, как я уже догадался, предлагаете мне туда залезть. В одиночку.

— Не совсем, я тоже туда пойду, но мне нужна подстраховка. Помимо тебя и меня туда пойдут ещё пара моих людей. Ты можешь отказаться, но, видя твой интерес к капсулёрам и к тому же твоё положение… Думаю, мы сможем найти решение этого инцидента? Скажу даже больше: я могу поспособствовать твоему становлению пилотом капсулы.

Рискованно, очень рискованно, хотя бы потому, что это развалины древней цивилизации, и там может находиться хрен знает что ещё, но перспективы и моё странное появление… Возможно, мне даже удастся понять, как я здесь оказался.

— Согласен, но трофеи…

— По поводу них не волнуйся. Ты получишь свою долю.

На том и решили. Назначили поход туда через несколько дней. Нужно закончить с основной частью миссии. С этим управились довольно быстро: нашли ещё несколько месторождений, открыли пару новых видов.

Самое интересное началось в последнюю неделю. Капитан вызвал меня и ещё нескольких людей. Оказалось, что нас в сумме выходит 10 человек — немало.

На этот раз я выбрал всё самое лучшее по классу защиты и урону. Капитан дал на это добро. Скафандр 10-го поколения, штурмовой комплекс «Гвалт» с его сменными боеприпасами и режимами огня. Всё по высшему классу. Дальше снова инструктаж уже перед дверью.

— Действуем так: я, Вольн, Крафт, Жан и Хорг идём впереди, остальные идут поодаль и прикрывают тыл. Если не вернёмся через два часа, нас будут считать мёртвыми. Выдвигаемся.

Мы включили ночной режим на визорах и подошли к двери. Дальше началась какая-то магия. Дорф, подойдя к двери, достал какой-то предмет, похожий на флеш-карту. Прислонил её к двери, а дальше дверь начала медленно расходиться в стороны, при этом за ней горел тусклый свет.

Через минуты три, когда дверь уже была открыта, наш погонщик Хорг запустил туда дроида. Дроид, естественно, отключился из-за излучения, поэтому мы пошли в слепую.

— Судя по сканерам, это хранилище одной из древних рас. Нам нужно всё тщательно осмотреть и вынести всё, что можно.

Продвигались мы довольно быстро. До центрального зала мы дошли за двадцать минут. Стоит описать, что свет здесь был отовсюду: с потолка, с пола, со стен. Золотистый свет. Успокаивающий.

Центральный зал — нет, скорее центральный склад или архив — был по форме прямоугольным. Длинное помещение, а везде стеллажи, на них какие-то устройства, контейнеры круглой формы.

— Удачно, — проговорил капитан. Не успели мы осмотреться, как свет стал бледно-красным, а из ниоткуда послышался голос:

— ВНИМАНИЕ, ОБНАРУЖЕНО ВТОРЖЕНИЕ В ХРАНИЛИЩЕ ПТ-43435235З. ВНИМАНИЕ, ПОДТВЕРДИТЕ СВОЙ СТАТУС. ВНИМАНИЕ…

Перед нами поднялись какие-то дроны, не похожие на стандартные модели Содружества. Они подлетели к каждому и своими щупальцами взяли анализ крови.

Свет снова стал золотым, но остальную команду, кроме нас двоих, дроны проводили на выход.

— СТАТУС ПОТОМКОВ ПОДТВЕРЖДЁН. ГЕНЕТИЧЕСКОЕ СХОДСТВО МИНИМАЛЬНО ДОПУСТИМОЕ — 70 ПРОЦЕНТОВ.

— Приветствую вас, — в моей голове раздался мягкий мужской голос. — Я управляющий интеллект этого хранилища, Аррай. Ваш статус потомков даёт вам полный доступ ко всему хранилищу.

Мы с капитаном переглянулись. Технологии Джвоиан ещё древнее, получается, что клоны имеют схожую ДНК, как у Аррай? Нет, тут что-то нечисто.

Капитан, да и я вместе с ним, стали засыпать вопросами ИскИн.

— Как нам тебя называть? — Капитан уселся на пол и задумчиво глядел на стеллажи. — Зовите меня Хорран.

Я, недолго думая, спросил у ИскИна, кто его создал и что здесь вообще происходит.

— Мои создатели — Аррай. Сейчас я не имею связи со своими создателями. Моя функция — охранять и поддерживать хранилище в порядке.

— Когда ты последний раз выходил со своими создателями на связь и какие события происходили в это время? — капитан решил уточнить подробнее.

— Два миллиона триста пять лет назад. В это время шла война с многочисленными врагами Аррай. Эта планета была отдалена от населённых мест.

— И что здесь хранится?

— Исторические записи и культурное наследие. Не всё, конечно, так как массив данных огромен, а лишь основная часть до даты, когда связь с создателями пропала.

Аррай была одной из Сеятелей и занимала главенство среди них. Об их создателях, Камрани, мало что известно. Есть лишь некоторые записи, но они не расшифрованы должным образом. Сеятели, как уже упоминалось, назывались ими потому, что создавали жизнь по всей вселенной. Они помимо этого умели создавать целые звёздные системы с планетами, рудами, газами. Фантастические технологии по меркам Содружества.

ИскИн мог часами рассказывать нам об истории своей ушедшей цивилизации. Капитан попросил его скопировать все данные на носитель, а хранилище запечатать, чтобы никто не узнал о его существовании.

Дальше мы покинули хранилище. Капитан обязал меня подписать документы о неразглашении и напомнил, что после истечения контракта он даст мне возможность стать капсулёром.

Миссия по исследованию продолжалась в том же ритме. Выходы сменялись, мой опыт набирался как в пилотировании, так и в исследованиях. Мы исследовали ещё несколько звёздных систем, нашли несколько червоточин и газовых скоплений.

Так прошли эти полтора года. Наступал момент возврата — теперь моя очередь была спать, на этот раз три месяца.

К этому времени я доизучил все базы по вспомогательным для меня направлениям и стал учить инженерные и углублённые исследовательские. Инженером я становиться не собирался, но для того чтобы быть капсулёром, нужно иметь эти знания: как я буду себе корабль собирать? Как буду калибровать модули? Да и для общего развития…

Я укладывался в капсулу с мыслями, что скоро буду летать на своём судне. Игла вошла в мою шею, глаза стали закрываться, и я заснул.

А проснулся я уже на одном из промежуточных перелётов. Мой срок подошёл. Снова вахты, снова задачи и базы с тренажёрами. Рутина. Помимо вахты как пилота, я ещё и систематизировал данные и готовил отчёты о проделанной исследовательской работе.

За полтора года помимо хранилища мы нашли много поясов астероидов, лун и планетоидов, где много руды. Обитаемых планет всего две было: одна — где хранилище, другая — заснеженная, чем-то тайгу напомнила.

К приходу на форпост отчёты были уже подготовлены и отосланы. А дальше мы полетели в порт приписки и встали на трёхмесячный отпуск. Часть экипажа сразу ушла с контракта, а мне ещё два с половиной года осталось. Тут либо на три года уйдём, либо так же на два с половиной, а пока — отпуск. Три месяца мне как раз хватит. Зарплату дали — 10 миллионов вместе с премией за хранилище. Чем я буду заниматься?

Сначала просто отдохну, тут как раз недалеко планета-курорт, Вереста называется. Вот туда и полечу. Поплаваю, попью алкоголь, может, получится небольшая интрижка, а дальше добивать отработку.

Так оно и оказалось. Прилетев в систему, я снял отель на все дни отпуска и в первый же день пошёл развлекаться.

Сначала на пляж, вода была тёплой, поэтому я часа два плавал безвылазно. Вечер решил потратить на бар. Хороший тут в Содружестве алкоголь делают, тут даже есть мой любимый молочный стаут, а настойки… В общем, пил я несколько дней, да ещё и в компании рыжей красавицы, Веи. Бизнес у неё свой: катает по океану клиентов и сдаёт флаеры в аренду.

Так отпуск и проходил, но я ещё и учился параллельно, чтобы совсем не расслабляться.

За неделю до конца отпуска мне пришло письмо с дальнейшим назначением — всё то же судно, только теперь я буду уже только пилотом, вот и отлично. За время отдыха базы новые докупил, импланты более лучшие, ну и сеть прокачал, чтобы под базы памяти было много. Прокачал себя. Ах да, узнал, как стать капсулёром. Оказывается, это дорогое дело, но по порядку.

Путей два: получить рекомендацию от одного из уважаемых капсулёров и сдать экзамены, либо заплатить несколько десятков миллионов — и то это не гарантирует, что ты переживёшь тренировки и процесс перерождения.

Но это ещё не всё, дальше нужно оплачивать подписку на клонов и возрождение, на импланты, на нейросети, и самое дорогое — корабли и капсулы, и ещё куча всяких расходников.

По сути, я могу заплатить, если ещё на пару контрактов останусь, но хочется побыстрее закончить отработку, плюс если дело с капитаном выгорит и он даст свои рекомендации, то я стану капсулёром бесплатно, только экзамены сдавать нужно. Сдавать там много придётся, базу для них я и покупал.

За три дня до окончания отпуска купил билет до порта приписки, а это система Эрнанд, лететь всего день в гипере. На этот раз контракт на 3 года. Длинный, два года только активная фаза миссии будет, но ничего, справлюсь, тем более после него отработка будет закрыта и я свободным останусь.

На Эрнанде я решил докупить себе скафандр и оружие — своего личного, чтобы при себе иметь. Игольник, штурмовой комплекс «Пролом-У» (что значит универсальный) и припасы к ним. На этом всё. Дальше погрузка, знакомство с новыми коллегами — и в путь.

На этот раз мы летели не через Фронтир, а в совсем другую часть галактики, в так называемую Зону расширения. В отличие от Фронтира, где идёт сдерживание Содружества от всякой нечести, Зона расширения — это создание новых жизненных территорий. Содружество — это устоявшаяся структура, но проблема в том, что она перенаселена и экономическое развитие не идёт в сторону роста. Стагнация и изоляция на своих территориях привели к тому, что замедлился прогресс и нет новых рынков сбыта. Рабочие места тоже в своей массе не увеличиваются, кроме наёмников и Фронтира. А Зона расширения как раз эту проблему должна решить: дать населению место, где можно построить что-то новое.

Задача нашей миссии на этот раз — поиск планет, пригодных для жизни.

Это рутинная задача для службы дальней разведки. Найдём пару-тройку планет, исследуем и вернёмся домой.

На борту меня встретил тот же капитан Дорф и первый помощник. Теперь я третий пилот, в мои обязанности входит следить за всей документацией помимо пилотирования. В этот контракт спать я не буду, так как занимаю основную должность в офицерском составе. Теперь мне предстоит пилотировать корабль и ещё бумажки, хоть и электронно, заполнять.

В первый день мне выделили каюту на офицерской палубе: просторная, хоть и одна комната, но с двухспальной кроватью и рабочим местом с терминалом. Отдельный душ тоже был, ну и фишка, как и во всех каютах, — интерактивное окно. Можно вывести на любую часть комнаты трансляцию с камер или любую другую запись: хочешь — природу, хочешь — дождь. Комфортно, одним словом.

Дальше капитан меня вызвал к себе. На этот раз предчувствия чего-то плохого у меня не было, да и с чего бы — обычный вызов по введению в должность.

— Здравствуй, Лекс, вижу, ты уже ознакомился со своими обязанностями, но я бы хотел поговорить о другом, о более важной части нашей миссии.

— Судя по всему, опять древние руины или хранилище?

— Бери выше. Заброшенное убежище Джовиан. Откуда о них известно — сказать не могу, секретно. Самое главное для тебя — это билет в программу подготовки капсулёров.

— Не нравится мне всё это…

— Хах, а кому это понравится? Ты думал, что капсулёр не рискует? Риск — это и есть сама суть капсулёра. Ты волен отказаться…

Отказаться. Звучит заманчиво, но я уже увяз в этой кроличьей норе, и меня манит: что же это такое — быть капсулёром. Я хочу познать вкус бессмертия.

— Хорошо, я согласен, но с одним условием: рекомендации для программы подготовки.

— Само собой.

На том мы и разошлись. До места назначения лететь только полгода, и это мы ещё экономим, прыгая через врата нуль-перехода.

Теперь моя жизнь на борту выглядела так: два дня дневные вахты по 8 часов и два дня ночные. Между ними — тренажёрный зал, изучение баз знаний (уже инженерные начал) и практика в вирт-тренажёрах. Личного времени совсем не было, да оно и к лучшему — так время пролетало быстро.

Так незаметно я втянулся в жизнь корабля, познакомился со многими офицерами и другими членами экипажа, особенно сошёлся с исследователями и капитаном с его помощниками. Интересные люди, много рассказали о Содружестве и жизни в нём. Особенно меня заинтересовали жители Дикого космоса, что за Фронтиром.

Пару раз, пролетая системы, мы получали пакеты новостей со станций, и в это время началось вторжение Архов на Фронтире.

Архи — раса разумных пауков. Уничтожают всё до молекул и при этом не брезгуют трофеями. Первый контакт с ними был несколько тысяч лет назад. С тех пор раз в 5–10 лет они нападают большими флотами, приходится держать на Фронтире очень много сил. В основном Архи засылают рейдовые группы, чтобы собирать для себя трофеи.

Обычное вторжение по меркам Содружества: отбивают за несколько месяцев и потом опять восстанавливаются. Сейчас, как мне рассказывали старожилы, даже особых потерь нет, кроме пары орбитальных крепостей и нескольких флотов.

Но если Архи не сильно досаждали, то вот Нация Санши — это другое дело. История их долгая. Вкратце: один сумасшедший учёный очень много исследовал клонирование и медицину и доисследовался до того, что смог контролировать значительные массы разумных.

Найдя планету где-то на отшибе, он начал создавать свою армию, разумеется, в тайне, чтобы захватить власть в Содружестве. Несколько десятков лет всё шло как по маслу, но потом что-то там случилось, и теперь стабильно эти… кхмм… существа нападают на Содружество. С ними уже бороться гораздо сложнее, и ущерб от их присутствия намного колоссальнее.

Под впечатлением от этого я добрался до места начала миссии.

Глава 6

Червоточина переливалась серебристыми всполохами, плавно переходящими в воронку по центру. Наш челнок завис перед входом в неизвестный космос. Червоточина — это плохо, хотя бы потому, что она может схлопнуться в любой момент, и мы не сможем вернуться обратно к кораблю.

Спасло лишь то, что можно установить устройство, называемое пространственным маяком: оно удержит червоточину от сжатия на сутки. Сутки. Двадцать четыре часа — это всё, что у нас есть на выполнение задачи.

— Капитан, маяк установлен, можем начинать проход. — Хорошо, Лорк. Закройте скафандры и готовьтесь к переходу. Помните: у нас сутки на всё про всё. Если не вернёмся — корабль улетит без нас.

Капитан был невозмутим. Он сидел в пилотском кресле с закрытым визором скафандра и уверенно пилотировал челнок. Лорк, наш учёный и по совместительству отвечающий за возвращение обратно, тоже воспринимал всё происходящее буднично, будто ничего не происходит. Помимо нас троих, с нами ещё летело отделение солдат, чтобы нас прикрывать. Добровольцы. Не знаю, что им пообещали, но угрюмыми они тоже не были.

Меня, в отличие от остальной группы, грызло нехорошее предчувствие. Внутри сознания так и кричал голос: не надо, не лезь, оно того не стоит.

Проход через червоточину — а это, по сути, разрыв пространства — никак не отразился на экипаже. Просто на камере поменялась картинка за долю секунды, и вот мы уже в другой части космоса. Другие звёзды, другие координаты.

— Сканеры показывают неизвестный объект рядом с одной из планет, капитан. — Вижу. Подробности, Лорк? — Станция, кхм... по меркам Содружества довольно большая. Это скорее сверхтяжёлая крепость. — Хорошо. Подлетаем на самое безопасное расстояние, чтобы можно было просканировать её.

Полёт занял двадцать минут — мы были недалеко от крепости. Через несколько минут камеры смогли разглядеть этот объект, и это было красиво.

Сама крепость была огромной даже по сравнению с нашим рейдером. Описать форму этого объекта довольно сложно, но я попробую. В основании — круг с нишами и бороздами, по окружности были установлены что-то вроде пилонов, но относительно них мы были как песчинка среди гор. Эти пилоны треугольной формы были в равном количестве распределены по окружности. На их поверхность падал свет умирающей звезды, оранжевого цвета. Завораживающе выглядело.

— Лекс, — капитан обратился ко мне. — В цитадель мы вряд ли проникнем, но собрать пробы с поверхности и запустить дронов, чтобы они попробовали сделать примерную карту, — сделать можем. Беру парней и попробуй. Я буду наблюдать и корректировать. — Понял.

Я ещё раз проверил свой скаф и, подобрав чемоданчик с дроидами, приготовился к выходу. Потряхивало немного от неизвестности. Нет, не страх, а что-то иное, глубокое, что умом трудно объяснить.

Челнок сел рядом у одного из пилонов, и мы вместе с парнями выгрузились наружу. В невесомости я бывал не часто, кроме учений, но магнитные ботинки не дали мне улететь в неизвестность.

Я открыл чемоданчик и выпустил дроидов. Стая мелких пауков и жуков забегала по поверхности, собирая данные и пробы. Другую часть приберёг для исследования помещений цитадели, если удастся добраться до них.

Параллельно получая данные от роботов, я стал продвигаться к одному из пилонов, где была ниша.

— Проверка связи. — Слышу вас отлично, капитан, — отозвался я. — Помех нет, но...

Один из дроидов подал сигнал тревоги, а потом просто исчез. Но узнать, что стало причиной его гибели, я успел. Энергетическая волна. Снова как в том хранилище? Нет, наверное, это что-то другое.

Так оно и оказалось: рядом с пилоном мои сканеры засекли неизвестное излучение.

— Капитан, излучение неизвестного характера. Нарастает. — Понял вас. Уходите и запустите дроида...

Снова те же чувства, что перед дверью в хранилище, но теперь я уже чувствовал чьё-то присутствие у себя в голове.

— Кто ты? Кто? КТО? Что тебе от нас нужно? Джоре? Аррай? Джовианы?..

Шёпот всё нарастал, потом перешёл в гул, а затем в крик. Мозг не выдерживал давления чужих голосов. Аптечка уже ввела успокоительное, но это не помогало. А потом снова уютная темнота...

На этот раз я стоял посреди какого-то огромного зала. На меня смотрел гуманоид с бледной кожей. Его чёрные глаза ничего не выражали, но голос — тягучий, вязкий — обволакивал моё сознание.

— Разумный. Ты знаешь, кто мы?

Ответить... нет, я не мог ничем ответить. Паника сковала мой разум и не давала даже сосредоточиться.

— Уходи, разумный. Не буди их. Они всё равно не дадут то, за чем вы сюда явились...

Очнулся я сразу. Меня уже кто-то затаскивал в челнок и снимал скафандр, чтобы осмотреть.

— Капитан... кхм, я даже не знаю, с чего начать. — Тебе удалось хоть что-то запомнить? Хоть немного? — капитан смотрел на меня нервным взглядом и лихорадочно сверялся со своим планшетом. — Не знаю, кто тут спит, но процитирую дословно: «Уходи, разумный. Не буди их. Они всё равно не дадут то, за чем вы сюда явились». Сказал мне сие послание человек с бледной кожей и чёрными, как космос, глазами.

Глаза капитана расширились. Он разом побледнел и быстро отдал команду:

— Уходим!

Челнок взмыл вверх и понёсся к выходу так быстро, что я даже не успел прийти в себя, как мы уже подлетали к кораблю.

Голова раскалывалась на части. Меня быстро забрали медики и положили в диагностическую капсулу. Сказали про сенсорную перегрузку, дали какие-то лекарства и отпустили в мою каюту. Думать ни о чём не хотелось — только чтобы быстрее прошла боль. Я заснул.

На следующий день состоялся важный разговор с капитаном, где пролился свет на всё происходящее вокруг меня.

— Капитан Дорф, при всём моём уважении, я бы хотел узнать, что происходит и что вчера было? Я, конечно, понимаю риск и всё такое, но это, мне кажется, выходит за рамки допустимого риска.

Капитан сидел в своём кресле и попивал горячий напиток, похожий на кофе. Его глаза были уставшими, а лицо осунувшимся. Не спал, что ли?

Капитан помедлил, отпил из чашки и начал свой рассказ.

— Как ты знаешь, у наших щедрых джовианских благодетелей есть один недуг. Настолько он нехороший, что вот уже несколько сотен лет их популяция стремительно сокращается. Вдаваться в то, за болезнь, не буду, но кратко обрисую картину. Джовианы, как полагают учёные, — одна из рас-сеятелей, скорее всего потомки Джоре по генетической линии. Это важно, так как вскоре Джовы, судя по историческим источникам, откололись от Джоре и стали экспериментировать над собой и своими генами. Я не знаю, что они там учудили, но теперь их гены, по сути, поломаны, и от первоначальных джовианских генов осталась лишь малая часть. А это заболевание — смесь разных симптомов, приводящих к деменции.

— И они упорно ищут теперь лекарство, спонсируя исследования космоса, — добавил я. — Вот именно. Поняв, что они заигрались в богов и потеряли практически большую часть населения, они схватились за голову и стали искать лекарство. Тут стоит немного пояснить, что Джовы не однородны в политической массе: есть Джовы, которые откололись и ушли в своё виртуальное измерение. Вот как раз нас и послали разведать одно из таких хранилищ...

— Мда-а-а, — протянул я. — А меня эти спящие как раз и послали. Они что, не хотят помогать своим братьям по несчастью? — Это и есть главный вопрос всей этой истории. Как появилась болезнь и почему спящие так упорно открещиваются от своих родственничков?

Понятнее не стало. А может, ну его всё, плюнуть и забыть как страшный сон?

— Но знаешь, что мне не даёт покоя? Почему они заговорили с тобой, а не с кем-то другим? — Не имею ни малейшего понятия, почему именно я. — По большей части я говорил правду, но была одна догадка, которая меня беспокоила. Скорее всего, это моё переселение сюда их и сподвигло на контакт. Ладно, координаты этого места я втайне снять всё же успел — вдруг пригодится. Долечу, может, когда стану капсулёром. — Может, из-за того что я чей-то клон? — потираю виски — голова ещё болит. — Возможно. А может, ты просто был рядом. Без понятия. У меня много дел по этому возвращайтесь, Лекс Вольн, к своим обязанностям. И ещё: я помню о наших договорённостях насчёт рекомендаций. После завершения контракта вы их получите на свою почту.

После этого разговора началась обычная рутина. Новая система, сканирование, отчёты, потом гипер — и так два года. Опыта набрался хоть отбавляй, и знаете что? Я хочу продолжить исследовать, но уже как капсулёр. Зацепило меня полевым исследователем быть.

Уже узнавал, как можно с корабля управлять удалённо андроидом. Имплант нужен и андроид с набором улучшений.

Возвращение на базу произошло буднично. Прибыли, сдали судно, контракт закрыли — и свободен. Теперь узнал, как попасть в программу подготовки капсулёров.

Рекомендации я собрал, теперь оставалось сдать экзамены. Вот тут самое интересное. В капсулёры даже на этапе отбора была сегрегация по специальностям. Во-первых, однозначно брали пилотов, но это только первая специальность. Дальше нужно было иметь техническое либо научное образование по базам не ниже десятого уровня, как и для пилота. Важно, чтобы научные базы тоже были прикладные, а не гуманитарные. Приветствовался опыт исследователя — что я и практиковал. В принципе, максимум для граждан Содружества по уровню баз. Это ещё не всё: нужно иметь стаж по обеим специальностям десять лет минимум, а лучше пятнадцать. И как вишенка на торте — экзамены. Экзамены настолько суровые, что даже их сдать могут не все. Видимо, сообразительность проверяют.

По поводу тела тоже экзаменуют, но тут, скорее всего, нужна просто сила воли, чтобы выдержку иметь.

Выйдя из офиса службы, я довольный направился в свой номер в отеле. Контракт закрыт. Тридцать миллионов мне хватит, чтобы купить своё судно и все нужные базы к нему. Возьму себе, скорее всего, тяжёлый транспортник и буду возить грузы по всему Содружеству — тут и опыт, и новые планеты.

Можно купить свой малый рейдер, около двадцати миллионов только корпус, и стать исследователем, но это рискованно. Так бы взял, но капсулёром становиться буду лучше — пока поберечь себя. Есть ещё вариант с шахтёрством — тоже опасный, но тут больше пираты да профсоюзы Фронтира, если не с корпами работаешь.

Думаю вот пока. За месяц решу, что делать буду, а сейчас — отдыхать и наслаждаться. Здесь переночую, а завтра возьму билет на одну из курортных планет — приглянулась она мне, Мария называется. Там и пляжи, и джунгли, и пустыни с горами. Может, домик куплю себе — жильё и технику под сдачу, чтобы доход был пассивный. Не знаю, посмотрим, но сейчас думать не хочется особо.

Да, вымотали меня эти пять лет, честно говоря. Последние три года так вообще было тяжко. Устал как собака, поэтому отдаю себе команду отдыхать.

Так прошла первая неделя моего отпуска. Я купил билет на Марию, заселился в домик рядом с океаном и стал наслаждаться. Первые пару дней полежал на пляже, по вечерам — в бар. Такие коктейли делали... а пиво так вообще убойное. Куплю себе, может, базу по производству алкоголя и оборудование к нему. Следующие недели прошли более активно.

Здесь был свой яхт-клуб, катались по океану на яхтах — вот я и присоединился. Довольно интересно было под парусом ходить, особенно красивые моменты были на закатах и рассветах — очень мне это в душу запало.

Не забывал и про полёты: купил себе флаер одноместный с каплевидной кабиной и летал себе. Я и на лыжах покатался, с досками для сёрфинга, и в джунглях выживал, изучив базы по выживанию на практике. Ещё у меня новая страсть появилась — да байки: от двухколёсных до гравитационных и летающих. Ух, как я веселился, гоняя над джунглями, а над океаном так вообще через волны летал. Много чего нового открыл: чего стоят костюмы, которые позволяли летать — правда, невысоко, но крутая вещь.

В итоге отпуск на полгода растянулся. Домик и недвижимость с техникой под сдачу всё же купил. Дом я в прибрежной зоне с участком взял. Вышел — а там и искупаться можно. Участок облагораживал, гараж и посадочную площадку построил. Дом в четыре этажа, где один — подвальный, бассейн с баней, сауной и хамамом, и ещё много всего, что нужно мне для жизни. Дом всё-таки нужен, даже если душа вольная. Знаешь, куда вернуться можешь, отдохнуть.

Бизнес на аренде решил делать. Взял пять домов под сдачу, купил несколько яхт и флаеров экскурсионных. Это как истребители на Земле, только лучше: кабина у них каплевидная, вся в стекле, два места — под пилота и пассажира. Отдал это всё одному агентству за комиссию, мне только проверять поступления и оплачивать что нужно.

Теперь по основной деятельности. Решил себе малый рейдер брать — пойду в исследователи. Буду карты космоса составлять, открывать новые планеты и искать новые месторождения. Параллельно базы буду учить для учёных, ну и повышать другие до продвинутого уровня.

Корабль решил взять уже использованный другими, чтобы сэкономить. На всё про всё я готов потратить двадцать семь миллионов, учитывая мои траты на Марии. Пятнадцать — двадцать миллионов — корабль, остальное — оборудование и комплектация.

Корабль я нашёл списанный у военных, серии «Вертер», по классу он как раз малый рейдер был. Мне он и нужен был. Десять палуб, в длину два километра. Связался с военными.

— Слушаю, — ответил седой офицер в звании полковника интендантской службы флота. — Хочу у вас купить рейдер, «Вертер». В наличии? — Да, не купили ещё. Восемнадцать миллионов. Есть все реакторы, гипердвигатель и базовые системы. Дроидов и иск-инов нет. — Получится сделать комплектацию, которая меня интересует? — Если на складах есть, то почему бы и нет.

Летать один буду, поэтому нужны искины и дроиды, чтобы обеспечить себе комфортную жизнь на борту. Челноки — пару, флаер, медкапсулы, тренажёры и капсулы обучения. Топливный завод, оборудование для исследований и лабораторные приборы, станцию гиперсвязи. Список весь оглашать не буду — может, даже кредит брать придётся на всё это. Составив списки и отправив их полковнику, сразу же получил ответ:

— Всё есть, кроме иск-инов, капсул, лабораторного оборудования и станции гиперсвязи.

Просмотрел, что прислали, и согласился. Остальное купил уже у частных компаний. Дальше согласовал список работ по судну — оно находилось через десять систем отсюда, так что пока лечу, пусть всё устанавливают.

Базы тоже купил: это учёный комплект универсала, потом по другим дисциплинам — где более подробно про каждую. Шахтёр, пилотирование, военные базы, базы по корабельным специальностям, чтобы управлять всем этим в одиночку, техник и инженер — причём по кораблям и станциям помимо универсала, по обслуживанию оружия и скафов взял, ну и повар с алкогольным производством. Фармацевтику и медицину тоже взял. Список тоже немалый, помимо вышеперечисленного. Всё продвинутого уровня. Кредит таки пришлось брать, но думаю, окупится всё это за год-два, так что не сомневался.

Через неделю после того как всё заказал, улетел в систему, где верфь. Там началась приёмка корабля и установка искинов. Их шесть у меня — чтобы все службы покрывать, и один главный. Все с функцией развития личности, чтобы одному с ума не сойти. Вооружение тоже было: ракетное, ПКО, главный калибр — это две пушки магнитного разгона и рой дронов. Дроны — это вообще спасение для меня: можно на дистанции работать, даже не подходя на дистанцию выстрела.

Много денег отдал. Говорю же, кредит взял на десять миллионов, но отобью. Карты, особенно где месторождения есть, дорого стоят, а если новая планета, да ещё и виды неизвестные для науки — то я себе и тяжёлый рейдер позволить смогу. Главное — выжить на обратном пути.

За неделю корабль принял и дал ему имя «Путник». А что? Я сам такой, по душе — поэтому так и назвал. Отлёт назначил на следующую неделю, пока освоюсь с управлением, докуплю чего не хватает, а дальше — в путь. Либо на Фронтир, либо в зону расширения. Скорее всего, второе — там менее опасно, да и Санша с Архами и другими тварями не летают. Но настороже всё равно быть нужно: мало ли, пираты те же самые захотят меня ограбить.

В последний день недели — я его воскресеньем для себя называл — начал разгон на уход в гипер. Всё готово. Как я ни оттягивал, но нужно переломить страх и лететь в неизвестность, даже если там опасно.

Глава 7

Через 15 лет.

Проплывая несколько раз бассейн, я прислонился к окну — у меня бассейн был вплотную к окну на корабле. Сейчас мои дроны собирали данные по системе, а я отдыхал от спуска на планету. Обитаемых планет с ресурсами и живностью я уже двадцать таких нашёл. Это мой последний рейд, дальше уже капсулёром становиться буду.

Расскажу, что за эти пятнадцать лет со мной было. После того как корабль оснастил, я ушёл в гипер и отправился в зону расширения, там тренировался и навыки отрабатывал. За первый год нашёл несколько астероидных поясов с редкими рудами, часть координат себе оставил и пару планет безжизненных, но с ресурсами тоже. Газовые туманности редко попадались, но были. Половину кредита закрыл, корабль улучшил и купил себе маленького шахтёра, чтобы руду добывать и газ. Объёмы у меня небольшие, но и так деньги немалые за куб.

За два года кредиты закрыл, а на третий уже решил вглубь лезть, купил ещё углублённые базы по истории, древним и артефактам древних. Решил собирать их и изучать на досуге с последующей продажей. Так время и пролетело — немало планет нашёл с остатками цивилизаций древних. Артефактов набрал, и деньги тоже за них немалые выручил. Ох и намучился я, когда их вытаскивал.

Артефакты многие собирали, но что они делают, никто толком не знает. Вот я на них несколько десятков миллионов заработал. Корабль, кстати, я модернизировал до тяжёлого дальнего рейдера, корпус расширил, палуб стало больше, со складами и трюмами. Под каюты у меня только одна палуба, остальные — только для имущества и ресурсов с дронами.

За всё время, что я работал, понял, что человек по натуре ленивый. Ну не нравится мне всё вручную большую часть времени делать. Да и сканирование, и поиск аномалий с червоточинами. Дроны моим спасением стали: сканирование, добыча ресурсов, да защита с обороной. У меня даже базы под них изучены, помимо погонщика.

Помимо этого, поставил себе индивидуальную нейросеть и импланты первоклассные. По меркам Содружества я был на уровне аристократов, но меня это особо не интересовало — я просто мир изучал и двигался дальше.

Вылез из бассейна, протёрся полотенцем. Сегодня у меня нагрузки немного, сканирование уже закончил, осталось документы с отчётами подготовить и улетать сдавать их в службу дальней разведки. Да, я с ними контракт заключил на вольных началах: я им данные, пробы и информацию, а они мне деньги и рейтинг безопасности поднимали.

Поднявшись на мостик и разговаривая со своими искинами, сел в пилотский ложемент. Начал разгон, буду на Фронтир возвращаться.

В гипере пробыл три месяца, и, выйдя из него, сразу заиграл сигнал тревоги. В системе, где я вышел, а это был один из оборонительных форпостов, шёл бой. Против кого шла баталия, я понял сразу. Вторжение Санши. А это плохо, очень плохо. Санша покоя никому не даёт, она высасывает все соки, забирает всё, что есть у людей.

Боялся ли я? Конечно да. Терять своё честно заработанное от каких-то зомбированных тварей — нет! Поэтому я решил вступить в бой и поддержать оборону.

Меня уже как раз запрашивали по связи. Приняв запрос, я удивился.

— Рейдер «Путник», капитан Вольн.

— Капитан Вольн, говорит командер Дорф. Думал, ты сгинул в космосе, но сейчас не время. Как видишь, у нас тут проблема. Какие у тебя орудия, что можешь сделать?

А Дорф тоже на месте не сидел. Командером вон стал. Рад за него, хороший он человек.

— Высылаю спецификацию. Если кратко, главный калибр — три туннельных орудия, ракеты, ПКО и дроны, очень много дронов.

— Вижу, — Дорф одобрительно кивнул, — тогда получай цели и работай по ним. Истребители выслать не смогу, поэтому дуй на всех двигателях к нам на соединение, мы держим оборону у крепости. Пока летишь, работай по целям, и дронов прибереги, а то тут хотя и нет корабля-матки, но есть дредноуты и линкоров с пару десятков.

— Принял.

Получив пакет с данными, я начал работу. Сначала разогнался в сторону нужной крепости, параллельно задал искинам задачи. Системы зафиксировали приоритетные цели, но команду на огонь пока не отдавал. Сначала нужно хотя бы наполовину сблизиться с основными силами.

Заняло всё это два часа, а бой разгорался, и прибывали всё новые корабли. Да-а-а, вот об этом я не мечтал даже. Нет, стычки и с пиратами, и с архами, и с Саншей, и даже с дикими машинами и дронами — да много с кем, но вот прям большие сражения меня не застали. Чувство азарта меня накрыло с лихвой, и я ждал момента, когда уже можно было начинать.

Этот момент настал раньше запланированного: один из фрегатов направился явно ко мне. Мои туннельные орудия главного калибра выстрелили и размотали в пыль этот фрегат. К слову, корабли Санши представляли собой довольно печальное зрелище с точки зрения эстетики, утыканные какими-то антеннами, похожими на иглы, как у ежей, причём линейка кораблей у них была своя, не похожая ни на один из кораблей Содружества.

Дальше ещё потянулись уже и эсминцы, и истребители, но к тому времени я уже вышел на соединение с основными силами и работал по целям вместе с ними.

— Ситуация очень плачевная, господа капитаны. — А это было действительно так: корабли всё прибывали и прибывали. — Систему мы не удержим, остаётся только вывести гражданских и имущество, что можем загрузить в транспортники. Главное, мы дали время основным силам подготовить рубежи обороны уже в других системах. Нам нужно сутки, чтобы провести эвакуацию.

Я хоть и эгоистичным стал за всё то время одиночества в космосе, но почему-то по наитию решил высказать своё предложение.

— Командер Дорф, я могу принять часть людей и имущества к себе на борт. Кают у меня хоть и нет, но СЖО потянет полторы тысячи. Спать придётся на полу, но уйти сможем.

Дорф кивнул:

— Вот это как раз кстати. Подлетай к планете, это вот здесь, — он указал на карту системы. — Планета — пустыня, и это... Сет. Я снова вернулся туда, откуда начал? Совпадение, наверное, потом об этом подумаю.

— Посадить ты свой корабль сможешь, но это долго, поэтому зависнешь над городом и будешь принимать беженцев. Как только всех примешь, уходишь с Фронтира на максимальном прыжке.

Атмосфера была напряжённой, бои на поверхности планеты пока не шли, но транспортники с десантом прибывали, а это очень злой десант. Я тоже был напряжён, хоть и сам в это ввязался. На этот раз вторжение, судя по всему, серьёзное, раз было принято решение сдавать систему. Ладно, чего резину тянуть.

До Сета добрался довольно быстро, час полёта. Завис над столицей в атмосфере — рискованно, но экономит время, — и начал принимать беженцев. Ох, какая же это морока: объясни, распредели, назначь старших, то сё... но справился. Среди беженцев нашёлся толковый управленец, он мне задачу и облегчил, а то что-то не очень в управлении пока. «Путник» довольно быстро забился до отказа, две тысячи взял — это мой максимум, только большие корабли могут больше везти.

А бои всё шли. Флот Дорфа уже потерял половину и готовился к гиперпрыжку. Я тоже не стал дожидаться, пока меня не разорвут на куски, и дал максимум на двигатели, но судьба решила сыграть со мной иначе.

Саншиты, поняв, что добыча уходит, решили переключиться на меня. По мне запустили ракеты и снаряды, щиты у меня покрывали весь корабль. Выпускаю противоракеты на перехват, а снаряды съест щит — не страшно.

Корабли Дорфа уже начали по одному уходить в гипер, а я ещё только половину разгона успел сделать. Нет, так дело не пойдёт.

У кораблей Санши есть одна слабость: противодроновая защита у них отсутствует, вот на этом я и сыграю. Выпускаю дроны и даю им приоритетные цели, особенно РЭБ. Часть дронов оставил по маршруту до точки входа, чтобы они нанесли удар в нужный момент.

Минута до старта гипера, и в систему вваливается корабль-матка. Вот это очень плохо. Если прибыла матка, это значит, что система, скорее всего, уже потеряна, а матка... она будет устанавливать базу Санши. Выбивать их будет уже гораздо сложнее из системы Сета.

Матка выпустила в мою сторону истребители, а до прыжка пятьдесят секунд. Чёрт, чёрт, чёрт! Одновременно по мне начали работать вообще все корабли в ближайшем радиусе. Щит просел на семьдесят процентов. Двадцать секунд. Первые повреждения: половина эмиттеров щита уничтожена. Десять секунд. Повреждены пусковые и одно из орудий главного калибра.

Успел, корабль вошёл в гиперпространство. Откинувшись в ложементе, я заказал себе стакан воды. Ущерб ещё предстояло оценить, искины уже докладывают о проблемах с вооружением и маневровыми двигателями. Главное, не задели реакторный отсек и отсек с системой жизнеобеспечения. Повезло, нам очень сильно повезло.

Сразу после захода в гипер старший по беженцам, которого я назначил, вызвал меня по нейросети.

— Капитан, — моего помощника звали Бран, — у нас проблема с ранеными, не тяжёлые, но помощь оказать нужно. У нас есть несколько врачей, нужен доступ в медсекцию.

А вот об этом я не подумал. Не мог догадаться, что могут быть раненые, да и медсекция не подготовлена для принятия людей.

— Марс, — это мой главный искин, — подготовь медсекцию и дай доступ врачам.

— Понял, капитан, уже делаю.

Вот и хорошо, а пока нужно отдохнуть — бой меня измотал. Отоспаться, пока в гипере, потом провести проверку корабля на повреждения.

Дальше две недели мы летели в гипере. Особо интересного, кроме разговоров с беженцами, ничего не происходило. Оценил состояние «Путника» после боя. Проблемы гораздо серьёзнее, чем я думал: почти все маневровые были в очень плачевном состоянии, дроиды их уже чинят. Их хорошо бы поменять, так как я потерял половину скорости в космосе. Но не страшно.

Вышли мы в системе Республики Хакдан, тут тоже все на нервах.

— Кто капитан судна? Назовите себя? У вас нет идентификаторов, — диспетчер был нервный и уставший, в системе было много беженцев — больше десяти тысяч кораблей.

— Капитан Вольн, рейдер «Путник». Идентификаторы отправил. Нужна стоянка и ремонт. Также у меня беженцы с Сета.

— Стоянку дам у станции Руб-4, инженеров свободных сейчас нет, поэтому справляйтесь своими силами. За беженцами, если они этого хотят, вышлют транспорт.

— Вас понял. Я бы мог сам всё сделать, но хочется отдохнуть, что же, придётся чинить всё самому.

Стоянка в космосе — это просто определённый участок пространства у станции. Встав в этих координатах, начал проводить ремонтные работы, заказал новые маневровые, эмиттеры щита, часть обшивки — её тоже повредили. Параллельно с этим прибывали челноки и забирали пассажиров.

За неделю управился, всё восстановил и был готов уже отбывать к себе домой на Марию, но решил побыть на планете, отдохнуть и ознакомиться с новостями.

Посадив челнок на заснеженную площадку (а здесь, на планете Руб в одноимённой системе, была вечная мерзлота), вызвал такси и направился в местный бар.

В баре народу было, как обычно, много, я сел у стойки, заказал себе коктейль и стал разговаривать с посетителями и барменом.

— Сейчас по всему Фронтиру Санша нападает, Архи и другие твари пока затихли. В этот раз вторжение серьёзное, уже сорок систем потеряли.

— А чего это они так? Вроде не было такого.

— Не знаю, — ответил бармен. — Может, то у них что-то там в их головах киборгизированных замкнуло? — тут вклинился один из посетителей, старик в белом комбинезоне.

— Кхм, господа. Не хочу вмешиваться в ваш разговор, но есть теория, что это всё не случайно. — мы все стали внимательно слушать. — Как вы знаете, Нация Санши — это эксперимент одного... кхм, учёного. Так вот, основные единицы Санши управляются через сигналы и программирование. Их командиры отдают нижестоящим юнитам команды. Их иерархия на этом и построена. Это я вот к чему. Есть мнение, что Саншой управляют Джовиани. Зачем они это делают и для чего, никто не знает, но вот когда начинается вторжение, как например сейчас, сигнал до флотов вторжения приходит с территории Джовиан. Они это никак не комментируют, лишь ссылаются на аномальную активность в их секторе. Отговорка, конечно, на двойку, но к ним никто не лезет — владетели мира сего понимают, что за счёт Джовиан мы и живём, по сути. Именно они поставщики всех основных технологий. Мне кажется, они это делают либо из экономического интереса, либо проверяют какую-то теорию.

Я сделал глоток, коктейль сладковатый был, как раз по мне, и задумался. Давно ещё в той жизни читал фантастику на схожую тему, только там древние специально врагов создавали для тренировок разумных. Может быть, и здесь так же.

Пока на Фронтире шла война с Саншей, корпорации тоже на месте не сидели и под шумок решили поделить в очередной раз территории. Содружество на это никак не реагировало, лишь наблюдало, чтобы никто не перешёл черту. В Содружестве постоянно кто-то с кем-то воевал: спорные территории, личные амбиции, работорговцы... Всё как на Земле, только в десяток раз больше.

Один из военных, сидевших рядом со мной, проговорил:

— Вторжение по данным разведки настолько сильное, что мобилизация идёт не только в приграничных государствах, но и в самих центральных мирах. Говорят, что усилили производство боевых клонов.

Плохо дело, меня тоже могут призвать вместе с моим кораблём. Нет, я не то чтобы отлынивал, и сам был не прочь повоевать, но у меня другие планы. Стать капсулёром. Я уже подал заявление на вступительные испытания — через три месяца будут, мне нужно будет прибыть на столицу Федерации Галанте, там и начнут меня превращать в бессмертного.

Я шёл на это осознанно, много думал об этом. Быть бессмертным меня не пугало — столько возможностей, я смогу столько всего сделать, узнать, попробовать. Да, после смерти, судя по всему, есть перерождение, если не учитывать моё появление в другом теле, но всё же хочется пожить подольше, не хочу умирать. Я же даже ещё не летал на истребителях и другой малой авиации, хочу вспомнить, каково это — быть в воздушном бою. Нет, я не отступлю от этого плана. Долго к нему шёл, много усилий и сил перед последним рывком.

Бар я покинул на следующее утро, выпил по своим меркам нормально, даже опьянел. Нейросеть уже гасила это по моей команде. Вернулся на корабль и стал готовить маршрут к столице Федерации, с заходом к своему дому, проверить дела и оставить корабль на парковке, а сам возьму билет на лайнере.

Базы учил теперь только вспомогательные. Пилотирование и инженерные поднял на хороший уровень, хотя там ещё есть базы, более продвинутые. Боевые — это вообще можно учить всю жизнь, так же как и базы СБ, они у меня тоже были, купил по бешеным деньгам. Сейчас у меня юриспруденция, экономика с торговлей, управление, администрирование и аналитические базы. Отдельно базы по трейдингу, бирже и инвестициям.

Думаю, за три месяца это всё добью, и можно начинать свой основной план.

На Марии дела шли хорошо. Домов за эти пятнадцать лет купил пятьдесят штук, расширил своё предприятие по туризму. Теперь у меня компания, которая с парком в сто флаеров и яхт разного размера. Помимо этого я ещё вложился в постройку искусственных островов и станций в космосе. Стал богатым, как и хотел в прошлой жизни. Причём это я ещё лениво всё делал, пассивно, можно сказать, всё на управляющих. Сам же к космосу и неизведанному тянулся, а бизнесы и вложения — это для подстраховки и интереса ради. Не моё это — руководить, ну не сидится мне на месте, душа нового требует.

Закончив все дела, я купил билет на лайнер до столицы Галланте-Прайм. Сам лайнер вмещал в себя пятьдесят тысяч человек, обошлось мне это достаточно дорого, учитывая, что я брал себе каюту и пакет услуг по высшему разряду. Два месяца лететь, прибуду за день до начала испытаний.

Каюта была как на моём «Путнике», его, к слову, я на парковке оставил. Большая спальня, ванна с джакузи и баром. В спальне большая кровать и окно с видом на космос. Других мелочей тоже было навалом, например, тот же безлимитный бар и другие услуги.

Эти два месяца я веселился и настраивался на главную цель этой жизни. Мне предстояло умереть, теперь уже осознанно. Немногие были готовы пойти на этот шаг. Чисто психологически это тяжело — шагнуть в пропасть, в бездну, хотя ты и знаешь, что это лишь миг. Это перелом человеческих инстинктов, встать выше животного, быть над зверем, а не им самим.

Галланте-Прайм встретила меня мегаполисом с размером во всю планету — экуменополис. Тысячи кораблей и станций в одной системе, жизнь кипела круглосуточно. Корабли и челноки сновали туда-сюда, переговоры постоянно велись на всех частотах, а посреди всего этого — космический лифт, постоянно принимающий грузы и пассажиров.

Лайнер я покинул на челноке и добрался до лифта, мог и на челноке сесть, но хотелось полюбоваться видами и красотами. На самом терминале я взял билет на спуск, пока ждал очереди, забронировал отель на неделю недалеко от центра вербовки в программу подготовки капсулёров.

Спуск занял тридцать минут с учётом перегрузок. Сначала я увидел солнце, которое вместе с планетой образовывало причудливую игру света и тени. Сама планета была покрыта городом, но производств здесь не было, только административные здания и офисы всех структур и корпораций. Башни небоскрёбов и многоуровневые комплексы были выше облаков.

Спустившись на саму планету, я увидел многоуровневые улицы, неоновые надписи и рекламу, толпы людей в разной одежде — и всё это было одновременно органично и неестественно. Неон был повсюду, разного цвета и размера.

Ещё было прохладно и начинался дождь, всё же зелёные зоны на планете были. Холод я не очень любил, мерзляк по натуре, поэтому заранее заказал себе комбез с подогревом.

Заселился в отель и провёл ночь. Отель был средний по качеству, но мне и не нужно было много удобств — я в нём не задержусь. Следующий день стал поворотным в моей судьбе, потому что я направился в центр вербовки.

Глава 8

Центр вербовки представлял собой монолитное здание с уходящими ввысь уровнями. Не было ярких кричащих надписей, не было зазывал, даже не было рекламы, но все знали, что здесь находится. На территорию могли пройти только по пропуску, который у меня имелся. На входе стояли охранники. Один из них, в боевом скафандре, проверил пропуск и, с чем-то сверившись, махнул: «Проходите». Странное дело, но у всех тут была какая-то необычная броня, не похожая на стандартные образцы Содружества. Оружие тоже отличалось от привычного: вместо стандартных громоздких винтовок — изящные и изогнутые, точно ложащиеся в руку орудия.

Да, всё страннее и страннее. Пройдя на территорию, я сразу встретил ожидающего меня куратора. Им оказалась женщина, бледная и с какими-то татуировками на голове. Тоже взял себе на заметку.

— Лекс Вольно? — Да. — Я Дара Хаанн, ваш куратор. Пройдёмте для прохождения осмотра, интервью и тестирования.

Она была одета в комбинезон, поверх которого был плащ с каким-то символом. Этим символом оказался белый круг с тремя разрезами. Шли мы не спешно, что дало мне возможность осмотреться на территории и внутри комплекса.

Внутри комплекса описывать особо нечего. Коридоры, комнаты — всё одинаково серо и утилитарно. Меня провели в медицинскую секцию и начали осматривать, но особое внимание уделяли моему мозгу.

— Нейросеть на время отборочного этапа нужно будет частично отключить. Дело в том, что нам нужны показатели именно вашего живого мозга, без вспомогательных устройств, — сказал медик. Это меня не смутило, даже наоборот — появился азарт и желание доказать, что я и без нейросети стою многого.

После осмотра началось интервью с Дарой. Скорее не интервью, а беседа. Мы разговаривали обо всём: о жизни, о смерти, о Содружестве и религии, о причинах стать капсулёром.

— Лекс, вы же понимаете, на какой риск вы идёте, — Дара смотрела на меня в упор своими чёрными глазами. Взгляд был цепкий, холодный, оценивающий. Обычно, когда на меня так смотрели, у меня появлялось чувство, что ничего хорошего этот человек не предвещает.

Ответ последовал не сразу. Я взвешивал каждое слово, каждую интонацию, каждый смысл.

— Человеческая жизнь — это постоянное укрощение инстинктов и пороков. Мы боремся с собой, чтобы себя контролировать, но зверь внутри нас не дремлет и постоянно хочет вырваться, чтобы уничтожить рациональное. Да, у нас есть нейросети, у нас есть искусственные интеллекты, импланты, медицина высокого уровня, но мы так и не добились контроля над своими инстинктами. Почему именно стать капсулёром? Это не просто стать богатым или бессмертным, нет. Это перейти через свой инстинкт, свою биологическую прошивку. Встать над животным, не быть им, а контролировать его.

Судя по выражению её лица, мой монолог не произвёл впечатления. Я попытался принять удобное положение в кресле. Мы сидели в комнате, где не было окон, — только стол, два кресла и лампа над столом.

Дара кивнула и задала другой вопрос:

— Но ведь есть и другие пути встать над животным.

— Наверное, — отвечаю я сухо, — но перешагнуть через смерть — это и есть высшее бытие разума. Разве это не так?

— Так. Разум, если разбираться в эволюции, — дитя адаптации и трудных обстоятельств. Не имея когтей, острых зубов, высокой скорости или силы, мы не могли конкурировать с другими видами, но именно разум, голос внутри нас, дал нам преимущества, одно из которых — защитные программы.

Разговор принимал форму если не спора, то чего-то близкого к этому. Дара продолжила:

— Но готовы ли вы пойти на это? Перешагнуть свой разум, свои инстинкты? Вы говорите, что готовы, но вы даже представить не можете, как это — мыслить с другим восприятием мира.

Я кивнул, но всё же настоял на том, чтобы продолжить идти дальше. Куратор согласилась, и дальше меня заселили в комнату, выдали простую одежду и назначили экзамены.

Комната была маленькой: кровать и стол со стулом. Небольшой отсек под вещи и санузел. Первый экзамен — завтра утром. Был вечер, спать хотелось, но я решил занять себя чтением. Мне на нейросеть скинули расписание экзаменов и историю капсулёров.

Экзаменов было много, учитывая мои базы знаний и специальности. Первым будет общий экзамен, который проверит мои знания, выученные за всё это время. Второй — пилотирование, третий — боевой экзамен, четвёртый и пятый — научный и инженерный. На каждый экзамен давался день. Меня предупредили, что они будут сложными и требовательными к знаниям.

Я улёгся на кровати, заранее взяв себе напиток, похожий на чай, из синтезатора (он тут тоже был), и стал читать про историю капсул. Я её читал уже как-то давно, но будет не лишним вспомнить её для себя.

Началось всё несколько сотен лет назад, когда первые технологии джовианской гидрастатической капсулы были переданы одной из корпораций Калдари. Первые эксперименты не увенчались успехом: пилоты гибли, единицы выживали. Важный момент — смерть была перманентной, а технологии переноса сознания ещё только разрабатывались.

Первое поколение пилотов из-за сенсорной перегрузки прожило недолго. Человеческий мозг не мог обрабатывать такой поток данных и чувств. Нейросети пока ещё не адаптировали под этот тип кораблей. Дальше произошёл прорыв в переносе сознания и появились первые побочные эффекты. Один из них — отсутствие репродуктивной функции у клонов. Другой, не менее важной проблемой, стало частичное отторжение нейросетей и псионики. Да, в мирах Содружества была псионика, информации про неё мало. Единственное, что нужно знать: псион — очень опасен и очень нужен государству.

Псионический дар, судя по всему, был связан с первоначальным телом носителя. Даже перенос сознания не помогал. Наверное, оно и к лучшему — мало ли что могли эти псионики учудить.

С нейросетями вопрос решить получилось, а вот как воспринимать пилоту мир в капсуле, было непонятно. Джовианские технологии сканеров и сенсоров адаптировать не удалось. Маленькие дроны, которые вылетают из корабля и окружают его, тоже не прижились — их было легко уничтожить РЭБом.

И опять вопрос помогли решить нейросети и комплекс имплантов. Они были встроены прямо в мозг и тело клона, что дало пользователям капсул возможность летать без последствий сенсорной перегрузки.

После того как технологии капсулы, нейросетей, клонирования и переноса сознания были интегрированы и адаптированы, началась подготовка пилотов и новый экономический и научный бум.

Для капсулёров разрабатывались корабли, нейросети, импланты, оружие. Клонирование тоже не стояло на месте: любой, кто был пилотом, мог иметь несколько клонов — для космоса, для войны, просто для развлечения. Но возникли юридические проблемы. Некоторые ушлые ребята смекнули, что это хорошее поле для всяких разных нехороших дел, и клоны стали одним из инструментов преступного мира.

Так появились законы, которые строго регламентировали применение клонов и их использование. Описывать тут можно много, но даже на элиту были свои рычаги влияния.

За размышлениями о природе бессмертных и их истории я заснул. Завтра ждал первый экзамен.

Экзамен я сдавал в капсуле виртуальной реальности. Первые задания были простыми: сколько будет 2+2, как пишется то или иное слово, какой смысл у этого предложения. Потом — сложные задания: найдите закономерности, дайте оценку и анализ такому-то событию, произведите расчёт с такими-то параметрами. Заняло всё это один день. Под конец я уже доказывал теорию гиперпространства и давал оценку Содружеству как образованию. По другим базам тоже были вопросы, по техническим — но тут не сильно высокий уровень. Погонщика тоже пришлось повспоминать.

Вымотался. На следующий день сдавал пилотирование. Тут уже было проще: я отлетал на всём, что есть в Содружестве, — от глайдеров до дредноутов и титанов. Упражнения были на все случаи жизни: от мёртвой петли и посадки в шторм до экстремального маневрирования. И это ещё только практическая часть — теория и задачи тоже были. Хорошо, что я учил эти базы, особенно по точным наукам.

Боевой экзамен совмещал пехотный бой и бой на технике. Мне удалось сдать его смешанно: пилотирование — на отлично, пехотный бой — тоже хорошо, но вот командование хромало — тут опыт нужен. Сдал и этот экзамен.

Четвёртый (по наукам) и пятый (инженерный) оказались более простыми, чем казались. Опыт тут решал многое. Теория и практика, как и во всех остальных, были сданы на отлично.

Физические тесты тоже были: пробежать, проплыть, упражнения разные.

Неделя так и прошла, пока не огласили результаты. Нас, оказывается, кандидатов было несколько десятков тысяч, из них отбор прошло всего несколько тысяч.

Дальше нас всех собрали и предупредили, что повезут уже на другую планету, в закрытую систему, где нас и будут готовить. Сказали, что это недалеко от столицы. Да, кстати, нейросети снова включили, чтобы работать с оборудованием и имплантами.

На транспортнике мы с другими курсантами обсуждали, что нас ждёт дальше. Информации среди всего этого нашлось немало. Так я выяснил, что нам предстоят психологические и умственные тренировки, а ещё нас будут готовить к сенсорной депривации. Но это только на втором году, а их всего будет три. Первый — теория и практика в симуляторах, второй — подготовка к капсуле, третий — практика и финальный ритуал, как его здесь называли. Раньше готовили за пять лет, но нейросети и импланты с базами знаний упростили жизнь.

Кстати, у меня сеть индивидуальная, так что менять её не будут, лишь установят специальные импланты, которые помогут адаптировать сигналы из капсулы.

Познакомился с группой таких же исследователей, как и я. Быстро сошлись. Мы уже подлетали к системе, как один из моих новых знакомых, Крос, завёл разговор о том, что мы делать дальше будем, когда пилотами станем.

Крос был среди нас всех крупным мужчиной за сорок, был военным пилотом, но хотел большего.

— Я буду собирать себе линкор и подамся на фронтир — гонять тварей и с Арварцами воевать. Терпеть их не могу, аж до зубовного скрежета.

Арварская империя — это рабовладельческое государство, толком ничего не умеют, кроме как похищать и продавать рабов. Среди государств Содружества — самое ненавистное образование. Побить Арварцев считается само собой разумеющимся. Я их тоже не перевариваю. В последнее время ходят слухи, что Арварскую империю за их деятельность хотят исключить из Содружества.

Лана же, наоборот, хотела стать производственником-шахтёром. Её не интересовали войны и разборки корпораций.

— Это всё скучно. Вот прибыль на этом делать — не скучно, — и она была отчасти права. Многие капсулёры занимались производством. Капсула могла поддерживать не только управление самим кораблём, но и другие сложные системы, например переработку руды. Есть такие специализированные корабли, которые перерабатывают и добывают одновременно.

Боун и Дин, как и я, хотели быть исследователями.

Так мы и проговорили, пока не прилетели к планете. Нас погрузили на челноки, и дальше мы уже спускались на безжизненную планету. Только горы и бури.

База была подземной. Она встретила нас тишиной (только гул систем) и холодными стенами. Нас опять расселили — у каждого была отдельная комната. В первый же день к нам вышел один из инструкторов и начал объяснять, куда мы попали и что нас ждёт дальше.

Инструктор Йенсен был аграфом с длинными ушами и волосами серебряного цвета.

— Приветствую вас. Вы решили вступить на путь становления бессмертным, элитой Содружества. Скажу сразу: не все выдержите испытания. Кто-то не выдержит нагрузок, кто-то психологически сдастся. Имейте в виду: вы можете умереть во время подготовки.

Дальше нам сообщили расписание. Оно было жёстким. Утром — физические тренировки, причём на поверхности планеты тоже. Потом — теоретические занятия. На них мы изучим всё то, чего нет в базах, более подробно познакомимся с вооружением и кораблями, изучим капсулу и всё связанное с клонированием.

Дальше начались занятия. Первая неделя шла тяжело — голова шла кругом от формул, расчётов, классификаций. Тренировки тоже усложнялись с каждым днём. Как нам сказали, это позволит подготовить разум к более лучшему взаимодействию с капсулой.

Мне это, честно говоря, не особо нравилось, но пришлось привыкнуть. Я, конечно, люблю физкультуру, но когда ты бежишь в скафандре пятидесятый круг подряд с грузом, когда ты отжимаешься, а воздуха не хватает… нет, такое не для меня. Иной раз я хотел плюнуть и сдаться, но выучка из пилотского училища мне этого не позволяла. Я всегда вспоминал момент с первым полётом, когда всё валилось из рук, но потом же всё получилось. Так почему здесь я не смогу?

Так первый год и пролетел в тренировках и теории. Дальше мне предстоял экзамен — шестичасовой, на нём из меня выжмут все соки. Как это будет выглядеть? Раньше это был устный экзамен, теперь — симулятор, где тебе дают задачи и одновременно ведут опрос.

Так оно и оказалось. Экзамен начался не с простых вопросов. Мне дали задачу: простую — вылететь с одной станции и пристыковаться к другой. Летел на простом фрегате как пилот капсулы. В симуляции это ощущалось по-другому: ты вроде бы управляешь кораблём, но ты его чувствуешь как своё собственное тело. Интересное ощущение.

Реактор — твоё сердце, двигатели — ноги и руки, системы жизнеобеспечения — это твоё самочувствие, оружие — это то, что в твоих руках.

Ну, это лишь урезанная версия. Когда я буду уже в реальности, то буду чувствовать всё гораздо острее и точнее.

Вылет и половина маршрута прошли спокойно, если не считать каверзных вопросов инструктора и задач. Дальше условия изменились неожиданно: я оказался в астероидном поле.

— Теперь маневрирование, — это выбило меня из колеи. Да, маневрировать на высокой скорости в астероидном поле очень сложно. А нужно при этом учитывать габариты корабля и сканировать пространство.

Пролетев поле, сканеры засекли пирата — у меня он был отмечен красным. Поступила вводная: не вступать в бой, пройти незаметно. У меня как раз был модуль, дающий такую возможность — он искажал поле вокруг корабля, вследствие чего тот становился невидимым.

Так и сделал, но двигался при этом медленно. Условия снова изменились: на этот раз мне нужно было уничтожить превосходящие силы противника — два фрегата и эсминец. Из вооружения — дроны и ракеты.

Первыми сделали ход противники. Фрегаты запустили модули подавления отслеживания целей и РЭБ. По ним я запустил ракеты, так как дроны тут не справятся — только ракеты. Одновременно с этим фрегаты ещё и пытались с помощью модулей, генерирующих особые лучи, выкачать энергию корабля. Это была очень сложная ситуация. К тому же эсминец сам выпустил по мне дронов и работал из туннельного орудия.

С фрегатами дроны разобрались быстро. Щиты, конечно, просели на 70%, энергии было мало — только батарейками и заправлялся, но вытянул. Дальше решил отойти на максимальную дистанцию запуска ракет и переключил все дроны на эсминец. Он попытался пойти на сближение, но я решил с перепугу перегреть ракетные модули — и не зря. У него в козыре был козырь: сенсор подавления захвата целей.

Если бы он проработал ещё немного, мне пришлось бы сближаться, а он бы меня уж разобрал своими орудиями вблизи.

Дальше я долетел до станции спокойно. Вопросы всё так же сыпались, но уже более простые и не требующие умственных усилий.

Экзамен из нашей группы сдали все, но из общего потока 50 процентов были отсеяны. Сразу после экзамена нас повели на операцию по установке имплантов.

Эти импланты должны дать нам возможность подключиться к капсуле. Комплекс имплантов состоит из нескольких частей: шунты в позвоночнике, чтобы подключаться напрямую к капсуле, и мозговой имплант, который будет преобразовывать данные от сенсоров и сканеров. Нейросеть при этом не затронули, только намекнули, что перед ритуалом следует выучить все базы и потом скопировать их в кристалл памяти как аварийный запас. Они как-нибудь потом расскажут.

Операции не были болезненными — только дискомфорт несколько дней, и всё. При этом восприятие и зрение не изменились, только в сети появились несколько новых имплантов.

Дальше начался самый сложный этап подготовки — привыкание к системам капсулы и лишение всех привычных чувств.

Глава 9

Кабели вошли в нейрошунты на спине не сразу. Чувство странное и одновременно знакомое, ещё этот зуд… зудели мои нервы. Захотелось рефлекторно почесать места соединений, но рук я уже не чувствовал. Капсула, точнее её имитация, заполнилась жидкостью. Нет, я не задохнусь: это жидкость, насыщенная кислородом. Могу ей дышать хоть годами, да капсулы на это хватает, но запас картриджей и несколько модулей для её поддержания и создания.

Нейросеть отключали перед погружением в камеру сенсорной депривации. Инструкторы хотели добиться полного отсутствия у нас каких-либо стимулов, чтобы мы были готовы принять корабль на психологическом уровне. Ни сети, ни других голосов, полная тишина.

Света почти не было, лишь неяркая лампа, чтобы глаза не отвыкли. В этом полутемном гробу я сначала провел несколько часов. После первого раза я испытал чувства с новой яркостью. Тепло, холод, реакция на свет и эмоции ощущались ярче. Это не выбивалось из нормы, а лишь тренировало наши нейронные связи и психику различать чувства.

После первого погружения меня и других курсантов заставили описать своё состояние до малейших деталей. Как мы себя чувствовали до, как чувствуем себя после.

А занятия тем временем продолжались, на этот раз нас учили взаимодействию, стратегии и тактике. В базах, которые я учил, были лишь знания о взаимодействии кораблей с экипажем и под управлением ИскИнов. У нас всё иначе. Мы могли чувствовать малейшие колебания гравитации, улавливать сенсорами те детали, которые обычные датчики находили с трудом, наша маневренность и скорость превышали в разы обычные корабли. Для примера, одна эскадра капсулёров могла противостоять целому флоту при определённых условиях. А один пилот мог выйти против нескольких кораблей.

Погружения в бак, как мы его называли, с каждым разом становилось всё дольше. Первый месяц по 8 часов, потом сутки, неделя, две, финалом же было продержаться месяц. На словах кажется, что это просто висишь в жиже, дышишь, спишь, когда глаза закрываются. Да, спать было можно, даже нужно, потому что мозг уставал от таких нагрузок.

Настал мой черёд погружаться. Процедура была обычной: залезаешь в бак, подсоединяешь всё к нейрошунтам, потом пространство, где находится тело, заполняет жижа желтоватого цвета. Заполнялась она быстро, всего две минуты, и ты в полной изоляции. Месяц, месяц мне нужно продержаться, и это пугало. Я привык к одиночеству в космосе, бывал на планетах, где жизнь отсутствовала и были лишь камни. Мог не видеть людей месяцами, быть в полном одиночестве и не беспокоиться по этому поводу, так как были ИскИны и другие важные дела, но здесь… Здесь была лишь тишина и гул систем. Гул не давал мне полностью погрузиться в бездну отчаянья. Звук был не громким, но ритмичным, чуть приглушённым, но не скрежет. Представьте себе насосы, которые работают, но тихо.

Первые две недели прошли рутинно. Я вспоминал всё, что успел выучить за время жизни в содружестве, все базы, все понятия, определения классификации, типы, факты.... Давал себе задачи с различными вводными. Пересказывал себе литературу и историю содружества, выуживая всё новые закономерности и факты. Размышлял о внешнем мире и изменениях, что произошли за время подготовки.

Саншу в итоге выбили с фронтира, но потери были колоссальными. Потери составили несколько десятков звёздных систем. Архи активность не проявляли, но вот Арварская Империя решила заняться приобретением новых территорий. Фронтир был землёй, которая никому, по сути, кроме пиратов и мелких государств, не принадлежала. Арварцы, рассудив, что это хорошая ресурсная база, направили туда все свои ударные флотилии, разгорелась нешуточная свара. Встали на защиту фронтира от Арварцев все. Пираты, вольные пилоты, капсулёры, наёмники. Даже корпорации инвестировали в это мероприятие, снабжая всех причастных. Но на этом дело не закончилось, Арварцы решили пригласить к банкету ещё пару государств поменьше, и война разгорелась с новой силой. Капсулёры участвовали с обеих сторон, но с каждым разом у Арварцов становилось их меньше, понимали, что с ними каши не сваришь.

Ещё началась активная пропаганда корпораций по отсоединению от содружества. Корпы и так были независимыми, но своих систем не имели. Да, у них было сильное влияние на фронтире, но чтобы свои образования, нет. Сейчас корпораты стали массово зазывать граждан содружества в новые земли, так они переименовали сектор, где шло расширение. Люди охотно на это велись, и несколько корпораций уже официально объявили о независимости. Назревал ещё один долгоиграющий конфликт.

Начиналась третья неделя моего заточения. Ум я занимал каждый день чем-то, но постепенно я начинал слышать голоса….. из прошлого. Голоса моих родных и близких, боевых товарищей. Все они говорили шёпотом, вспоминали меня. Каждый говорил о своём. Родные звали к себе. Вспоминали моё детство, как с отцом ходили на аэродром, как он показывал мне приборную панель самолёта, как ходили на рыбалку и охоту. Мама тоже была, её голос, рассказывающий мне сказки, я до сих пор не забыл.

Но голоса не отступали, а набирали оборот, а ещё зрение стало показывать мне те события, будто я снова их переживаю.

Вот я стою у самолёта на аэродроме.

— Это Лёша, шасси, вот крылья. Сейчас забирайся внутрь. Вот хорошо, ремни здесь пристегни. Это, — отец показал мне на круг с вертикальными делениями, — авиагоризонт…...

Дальше воспоминания сменились экзаменами в лётное училище.

Вот я бегу по полосе препятствий. Впереди идущий упал, я поднимаю его, и мы уже вместе проползаем дальше. Потом экзамены уже в классе. Я сидел, склонившись над бланком, и судорожно вспоминал законы физики, аэродинамика, кажется. Дальше смутно помню мандатную комиссию, распределение на истребительный поток, первые занятия….

Затем первый полёт на СУ-27.

— Готов, — говорю я своему ведущему. Он даёт отмашку, и я медленно тяну на себя ручку управления. Машина в лучах закатного солнца отрывается от земли. Впереди чистое голубое небо. Я делаю набор высоты и разворот вправо, потом выполняю несколько фигур сложного пилотажа.

Потом всё резко изменилось: бой…. Тот самый ракетный бой, после которого я и оказался здесь. Я тогда был ведущим в паре, мы со своим звеном были подняты по тревоге. Бой, как сейчас помню, мы сцепились с таким же звеном по численности, как и наше — четыре человека. Мы успели скрыться за облаками, это нам дало преимущество по времени, чтобы обдумать, что делать дальше, как я услышал в шлемофоне:

— Командир, меня засекли. Выпускаю ловушки.

— Понял тебя, Орёл-Два, иду на перехват. Ты покрути его, но как только ловушки всё, уходи. Понял.

— Да, командир, уже работаю.

Набрал высоту и вижу, что на моего ведомого уже двое наседают. Даю полный газ и иду на перехват, выпуская ракеты. Отогнал их, но теперь уже по мне пуски. Ловушки выпустил все, но ракету получил от третьего, он прятался за облаками.

Вынырнул из воспоминаний сразу. Снова капсула, тот же гул. Просидел так, приходя в себя. Чуть с ума не сошёл, почти заплакал от нахлынувших воспоминаний. Сдержался.

А в голове мысль, не столько паническая, а сколько философская: может, ну это всё? Нет уж, нет, я не сдамся. Стискиваю зубы.

Через несколько часов экзамен закончился. Понял я это сразу, когда капсула открылась. Я не стал быстро выбираться.

Неспешно отсоединил все кабели, потом выбрался наружу и вытерся поданным полотенцем. Этот месяц меня изменил. Внутри что-то стало другим, мир стал более ярким, но не чуждым.

Запахи, цвета, человеческая речь были теперь более полными и насыщенными.

— Поздравляю вас, курсант Вольн, экзамен успешно сдан, — проговорил инструктор.

Дальше меня ждал третий этап, теперь уже практический. На отдых дали месяц, чтобы отойти от экзамена и перевести силы.

Третий год мы будем летать уже как капсулёры. Нам дадут курьерское судно, фрегат по классификации, и мы будем учиться им управлять. Да, кстати, месяц можно будет провести вне базы подготовки, мы в него вернёмся только для заключительного этапа.

Я собрал вещи, решил посетить Галанте-Прайм, походить по столице, поразвлекаться.

В столицу решили полететь многие, а часть курсантов — в другие системы, на базе никто оставаться не хотел. Так, собрав вещи и погрузившись на транспортник, отбыли в столицу федерации.

На планету я решил спуститься всё на том же лифте, полюбовался на этот раз рассветом. План был прост: заселиться в отель, посетить бар, а дальше как пойдёт. Такого же плана придерживались несколько моих однокурсников. Решили вместе этот месяц провести. Я, Дин, Кросс, Боун и Лана вышли из лифта и направились к отелю.

— Здесь всегда дождь льёт? — Кросс дожди не любил. Сам он говорил, родом с аграрной планеты, но там климат менее дождливый был.

— Смотри не простудись, — Лана хмыкнула.

Заселение также прошло буднично. Получили номера и сразу в бар. Отмечать экзамен.

— Ну и как вам всё это? Не боитесь, что придётся умереть? — Кросс решил начать первым разговор.

— Да нет, мы же всё равно возродимся, — отвечаю я, отпивая пиво. — Нас ждёт море возможностей, нужно только не поддаться в самый последний момент слабости.

Остальные кивнули. Кросс подхватил беседу:

— Я всё размышлял, как буду своё судно собирать и чем воевать буду.

— Всё думаешь, как будешь махать дубиной? — Лана усмехнулась и отпила джин.

— Дубинам много платят, и… это весело. Никогда не понимал копаться в этих графиках и цифрах. Скука смертная.

— Пока дубины часто умирают, те, кто сидит и, как ты говоришь, «ковыряет циферки», спокойно зарабатывают кредиты. Но ладно, что я так сразу, вы же нам всё обеспечивайте, так что давайте воюйте. — Лана снова насмешливо всех окинула взглядом и продолжила. — А вот исследователи как раз наши братья. Да?

Мы с Боуном и Дином дружно кивнули и отсалютовали бокалами.

Кросс, окинув нас всех уже чуть пьяным взглядом:

— Мы с Ланой уже определились, что будем делать. Я махать «дубиной», она производством заниматься. А вы что, исследовать собрались?

Дин был не особо разговорчивым в нашей компании, но тут он решил рассказать подробно, что он хотел делать после обучения:

— Содружество потребляет очень много ресурсов, поэтому для поиска полезных ископаемых приоритетное направление.

Боун хмыкнул, его бледное лицо было аристократически правильным, выточенным мастерами генной инженерии:

— Грызть камни, хе-хе-хе. Я займусь, пожалуй, угрозами, буду искать пауков. Говорят, если с ними договориться, можно достать камни Архов, повышает интеллект. Элиты всех государств за это такие цены ломят… уммм. Но это бонусом, а так я планирую искать новые расы, ну и составлять маршруты и гнёзда пауков. Займусь патрулированием.

Многие пилоты этим промышляли. Искали новые угрозы, составляли карты и передавали их флотским. Деньги это приносило солидные, если не считать смертность в половине случаев.

Я тоже вставил свои пять копеек:

— Да всем понемногу. Меня не столько прибыль привлекает, а столько сам процесс. Сейчас вот хочу после перерождения заняться древними.

Все удивлённо выпучили глаза, и Лана, как главная заводила, ехидно проговорила:

— Удивил. Вас таких искателей — пол-Содружества, впрочем, — она поправила локон своих рыжих волос, — может, и найдёшь что интересное. Только смотри в пасть к Архам не угоди.

— Не дождёшься, — усмехнулся я.

Сидели мы до вечера, потом каждый разошёлся по своим делам. Я решил пройтись по городу, посмотреть на столицу.

Выйдя из бара, я снова попал под дождь, зонта не было, но, предусмотрев погодные условия, надел на себя скаф гражданской модели, там встроенный шлем есть.

Двинулся по улице, они тут многоуровневые, и глядел по сторонам. Неоновые надписи, реклама на каждом углу и толпы разумных разных видов, и посреди всего этого дождь. Ходил я так полтора часа, и всё это время меня не покидало чувство, что за мной кто-то следит. Не стал оборачиваться, а решил зайти в какой-то магазинчик. Назывался он «Редкие книги Элла».

Интерьер магазина отличался от привычных в содружестве. Полки из дерева, приглушённый свет, и человек за прилавком в костюме. На нём был пиджак, а под ним виднелась белая сорочка.

Человек медленно, не спеша окинул меня взглядом, пока я осматривал этот островок архаики, и произнес:

— Здравствуйте, меня зовут Дарим. Вы, должно быть, ищете что-то редкое.

Я неожиданно смутился. Голос владельца, а мне кажется, это он и есть, был каким-то гипнотическим и проницательным. Зайдя в магазин, хотел просто скрыться от взгляда чужого разумного, но, услышав этот голос, проникся им.

— Хммм. Да, я зашёл скорее из-за любопытства.

— Любопытство — вещь странная. Иногда может повести по таким путям, которые откроют что-то большее. Скажите, а что вам больше всего интересно? Поверьте, я смогу для вас подобрать что-то особенное.

Уходить мне не хотелось, Дарим умел располагать к себе людей.

— Да. Я интересуюсь историей, от предтеч и до наших дней.

— О, это интереснейшая тема. У меня как раз есть для вас собрание сочинений на эту тему. Многие мнения этого человека будут не популярны, но уверяю вас, вам это понравится. Его труды охватывают самые ранние периоды, от, как говорится, сотворения мира и формирования содружества до наших дней. Там даже есть про всеми нами известных капсулёров. Автора зовут Вит, фамилию он почему-то указывать не стал, но это и не важно.

Дарим удалился в другую комнату и через несколько минут принёс несколько стопок. Двадцать книг я насчитал. Тома были увесистыми, толстыми, и запах, запах старых книг из моей прошлой жизни.

Я взял эти книги не из какого-то расчёта. Нет, наитие в тот момент меня направляло.

Книги мне упаковали в кофры, чтобы не промокли и сохранились. Оплатив покупки, вызвал флаер и полетел к отелю. Странные ощущения меня не покидали. Пока общался с владельцем магазина, краем глаза поглядывал по сторонам и кое-кого увидел — человека, но он был в скафандре военного. Он стоял недалеко и, как мне показалось, пристально смотрел за мной. Может, это паранойя? Возможно, но… есть это самое «но» внутри сознания, что-то колыхалось. Никто, кроме Дорфа, не знал, что я в теле клона. Кроме Дорфа. Так стоп. Может, кто-то вытянул информацию из Дорфа, или в момент разговора нас подслушивали, или, может, сам Дорф меня кому-то слил. В общем, тело надо менять, но два раза, чтобы запутать следы.

План пока получался такой. Я заканчиваю обучение и прохожу ритуал перехода. Дальше отправляюсь на фронтир и там участвую в любом столкновении с Архами, пиратами или Саншой. Дальше я нарочно умираю и программирую себя на возрождение в самой отдалённой системе содружества, может, даже в зоне расширения. Имущество своё мне надо как-то конвертировать в кредиты, чтобы не пропадало, потому что моего нового клона свяжут со мной, если я продолжу управлять компанией. Хотя стоп, если я всё продам, то тоже заподозрят, нет, тогда надо либо со всем сливаться, либо придумывать выход, чтобы сохранить активы. Да, ну и положение дел, конечно.

В отеле я сразу пошёл в номер, хотелось спать. Принял душ и налил себе какой-то алкогольный напиток. Навалились всё же тяжёлые думы. Сохранить активы ещё можно, передав их кому-то, но тут тоже смогут меня вычислить, да хотя бы поймают на том, как мне передают кредиты за проданное. Нет, всё же от них нужно избавляться, но потихоньку и сделать это более органично.

В дверь неожиданно постучали. Посмотрев по камере, я к своему удивлению увидел Лану. Женщина она была красивой и привлекательной, но чувств в отношении её я не испытывал, но почему бы не провести приятно время.

Я открыл дверь:

— Привет, — она смущённо проговорила и вошла в номер.

Глава 10

Отпуск закончился, и, честно говоря, я ждал его конца с нетерпением, потому что хотелось подключиться к капсуле и начать практиковаться. Последний, третий год нам и даст эту возможность. Всё, что мы изучили, всё то, что мы пережили, должно было нас подготовить к подключению к капсуле, а впоследствии к переходу.

Получив координаты станции через нейросеть, я уже привык к ней, сросся, можно сказать, заказал билеты. Полечу на транспортнике. Нас мог сам учебный центр довезти, но тут ждать ещё несколько дней, а так есть прямо сейчас место.

Немного постояв и полюбовавшись на город с балкона, направился к выходу. Дождь тут лил часто, привык уже, и даже как-то мне это Питер напоминает. Спускаясь на лифте, думал, что делать дальше. Базы, всё, что хотел, я пока изучил, сейчас нужно сделать упор на практике. Это займёт год, думаю, успею ещё что-то выучить, но голову лучше сейчас не забивать.

Космопорт меня встретил снующей туда-сюда толпой разумных. Аграфы, Мзины… тут собрались все представители рас содружества. Я устроился на одном из диванов в зале ожидания. Ждать мне ещё час, а пока займусь размышлениями о дальнейшем будущем.

Как уже ранее думал, бизнес и свои накопления буду сливать, но так, чтобы это было выгодно мне и не вызвало подозрений. Первое, что я сделал, — это выложил всё своё имущество на продажу, потом связался с юристом и нанял одного, чтобы он всё вёл, торги тоже можно было на них спихнуть. Так и сделал.

— Важно, чтобы кредиты были на анонимных чипах.

— Сделаем, — сказал уже немолодой мужчина в белом костюме. — Как чипы передать? Тут либо ячейка в банке, что, судя по всему, для вас нежелательно, либо курьер, или самое экстремальное — тайник...

Про доверенных лиц я сразу сказал, что не рассматриваю, поэтому решил сделать всё через покупку левого помещения на одной из планет фронтира. Там как раз эта компания собиралась покупать помещение для своих нужд, вот рядом с ними одно помещение и было куплено “для меня”. Там будет небольшой тайник, со всеми чипами. На всё моё имущество, даже на корабль, выходило несколько сотен миллионов, почти миллиард, если быть точным. Но и продавать всё буду постепенно, чтобы скрыться, а потом и тело сменю.

Так, пока я переговоры проводил, время к посадке пришло. Поднявшись и напевая песню из моей прошлой жизни, Каста — Горячее Время, вроде называется, направился к выходу на площадку.

Время и правда предстояло горячее. Много событий и решений нужно будет принять за короткий срок.

До транспортника добрались на челноке за полчаса. Снова многоместная каюта на 50 человек, нижняя полка… что-то мне это напоминает, только окна нет.

Добрался я за несколько дней до нужной станции, а дальше началось самое интересное. Сначала пришлось добраться до одного из челноков, что отвёз на другую станцию, там мы предъявили пропуска, нас расселили и на завтра назначили инструктаж.

В аудитории, помимо нашей группы, были и другие курсанты, где-то пару сотен. Все в пилотских комбезах с планшетами и напитками. Ждали мы недолго, и в аудиторию вошёл наш куратор.

— Приветствую вас, будущие бессмертные. Ну что же, вы дожили до последнего этапа обучения, вас можно только поздравить, но рано радоваться, вам предстоит…

А предстояло нам сначала просто подключиться к кораблю и почувствовать его всеми своими имплантами и, что называется, сознанием.

— Многим нужно будет время, чтобы просто привыкнуть к потокам данных и восприятию корабля. Многим будет удобнее создать себе виртуальное пространство или как-то иначе устроить управление системами корабля. Давайте теперь познакомимся с вашим первым кораблём.

Аудитория, до этого молчаливая, загомонила и стала расспрашивать куратора.

— А какие будут систем… А оружие дадут испытать… — Детский сад, только вот меня тоже разбирало нешуточное любопытство.

А потом свет резко потемнел, и появилась голограмма. Хм, да, корабль был мне уже с первого взгляда знаком.

— Стилет. Быстрый, маневренный, имеет модуль невидимости. Раньше бы вам выдали Харон или Магната, может, простой Велатор, но начальство посчитало, что вы как раз во время практики можете принести пользу. Будете возить мелкие грузы и сканировать, да тут бы подошёл Херон или похожий корабль, про Астеру я вообще молчу, это классика, но и для начала этого хватит.

Стилет по виду был похож чем-то на мелкое насекомое с крыльями и антеннами впереди. Крылья были как бы над корпусом, а само тело судна представляло небольшой кирпич с оборудованием и капсулой внутри.

Лекция через полчаса закончилась. Нам провели инструктаж, назначили расписание полётов и отправили получать базы для капсулеров.

Базы капсулеров отличались от привычных. Дело в том, что обычные базы знаний были, как бы это сказать, урезанные, чтобы не перегружать мозг. Вот, например, база пилотирования давала лишь то, как управлять кораблём через нейросеть, капсулерские базы дают понимание, как читать потоки данных напрямую и интерпретировать их. Нейросеть делает всю работу за мозг, но капсулер работает именно мозгом, лишь частично опираясь на импланты и нейросеть с искинами.

— Ну вот твоя капсула, залезай, — инструктор кивнул мне. Я был в специальном комбинезоне с отверстиями для шлангов. Было непривычно холодно и как-то тревожно. — Ну что стоим, вперёд, в бессмертие, — хахотнул инструктор и легонько подтолкнул меня к капсуле.

Капсула была похожа на вытянутое яйцо, только внутри был ложемент и трубки для подключения. Подойдя, я дотронулся: холодная и ровная поверхность, без единой царапины, без сколов. Забираться сразу не стал, сначала осмотрел всё внутри.

Внутренности были скромными: ложемент в задней части, трубки и шланги для питательных веществ и жидкости, которая заполнит всю капсулу. Улёгшись поудобнее, я стал фиксировать себя ремнями, шланги и трубки сами будут подключаться, когда активирую капсулу. Потом закрыл капсулу через нейросеть, но можно было и вручную сделать, и подал команду на активацию.

Сначала всё заполнилось гидростатической жидкостью, дышать было привычно, поэтому я не волновался. Единственное — холод, но он скоро пройдёт, сейчас системы ещё не все в рабочем состоянии.

Дальше начался процесс соединения: в моём позвоночнике были специальные порты, в которые подключались все основные кабели. Боли не было, лишь чувство, что тело стало другим. После того как моё тело стало с капсулой единым целым, в мою голову хлынул поток данных, и параллельно с этим начался запуск основных систем и протоколов работы. Заработал обогрев, стало гораздо теплее.

— Хорошо. Теперь проверим все системы, и можно будет тебя подключать к кораблю. — Проверка систем была не как на обычном корабле. Вместо проверки экранов и пультов, а где-то и приборов, капсулер проверял свои ощущения, чувства. Конечно, данные, которые поступали в мозг, давали информацию, но вот, например, реактор — по сути, это сердце корабля, и я ощущаю его как работу собственного сердца, но с некоторыми отличиями. Если сердце работает без сбоев, ровно и чётко, то всё в порядке.

Дальше сенсоры — моё зрение. Зрение тоже тут непривычное, во-первых, я увидел весь док как 360 градусов. Это как камера в компьютерной игре: я мог всё поворачивать, приближать, уменьшать, мог включить режим от первого лица и смотреть только вперёд. Сенсоры имели различные спектры и режимы. Тепловизор для поиска следов кораблей, сканер пространства, где можно было работать с различными излучениями. Я мог также помечать пространство и объекты метками, которые у меня отображались в специальном окошке. Было видно также и состояние корабля по узлам и системам. Это только базовые функции капсулы, когда я подключусь к кораблю, то возможностей будет больше.

— Сенсоры, реактор, базовые системы в порядке. Теперь проверим лётные характеристики и заодно подключим тебя к Меркурию.

Да, я назвал свой корабль Меркурий — в римской мифологии это не только бог торговли, но и посредник, чем как раз я и буду заниматься.

Управление кораблём — это уже более сложный процесс. Для пилота капсулы это, по сути, управление своим телом. Вот сейчас я неподвижен, но, представив в мозгу, что хочу переместиться вон к тому порту для капсулы моего корабля, и задав скорость или шаг, если это ходьба, сдвинулся.

Медленно зайдя в нужный отсек и пристыковавшись, ко мне подключился ещё один кабель, более толстый и основной для работы с кораблём.

— Отлично. Теперь проверь всё ещё раз и вылетай из дока. Дальше по полётному заданию: проверка всех систем, полёт вокруг дока, долети до другой станции, получи данные и отправляйся в прыжок в другую систему.

На мою нейросеть пришли данные по задачам в виде списка и инструкций, я это всё изучил и стал настраивать интерфейс.

Первое, что я сделал, когда всё настраивал, — виртуальный мостик. Кресло, а вокруг экраны с данными и камерами. Приборы были не нужны, поэтому оставил только органы управления для антуража. Вывел на один экран состояние корабля — туда все потоки данных сводились, на другой — сканеры и всё с этим связанное, а на третий, где камера была, — обзорную панель, туда все объекты заносились. Сделал я это всё, чтобы упорядочить управление Меркурием, да и это привычно, когда у тебя есть мостик, хоть и в необычном виде.

Теперь волнующая часть — сам полёт. Я подал энергию на гравитационные двигатели и поднял машину вверх. Вес и малейшие колебания с отклонениями я ощущал так ярко, что смог добиться плавности, что на обычном челноке или крейсере я бы не сделал. Построил траекторию до выхода из дока, отметил себе, как в навигаторе, полоской и медленно полетел.

Выйдя в космос, поток данных снова дал о себе знать. Станции, суда разных размеров, планеты… Всё это было объёмным, сканеры ощупывали корабли своим излучением, давая полностью их местоположение и координаты. Прибавил скорости и облетел док вокруг.

Восторг — это было меньшее, что я могу сказать. Чувство полёта и скольжение по пространству, вес корабля, ощущающийся как собственный. Скорость, которая даёт то самое чувство, когда ты разгоняешься, и это откликается в груди и в сердце. Пролетев круг, я направился к станции за первым заданием. Разогнался до приемлемой скорости, чтобы не лететь долго, и стал коротать время в сети, а это всего минут 40 займёт.

Новости были типичными: война где-то на фронтире, экономический и производственный кризис… как обычно. Саншу победили, и тут снова новая напасть, ничего нового.

На станции я залетел в док, чтобы пополнить запасы топлива, не лишним будет, и получил пакет данных, которые нужно доставить, и небольшой груз.

Параллельно я выполнял программу испытаний, сканировал пространство в разных режимах и спектрах. Выводил на максимальную мощность реактор и двигатели. Отключал одни системы и проверял другие. Связь, проверка обмена данными и отдельно проверка модуля невидимости и дронов.

Дроны я испытал на одном из астероидов в промежуточной системе. Выпустил несколько штук, и на экране отобразились их жизненные показатели. Отдал команду, и они разнесли своими орудиями астероид в щепки. Дроноводство этим мне и нравится, что ты отдаёшь команды, а сам находишься вдали от поля боя и наблюдаешь за происходящим.

Модуль невидимости я проверил, подойдя к одной из станций. Не заметили. За счёт определённого поля и корпуса корабль был невидим для сканеров, визуально тоже его было разглядеть практически невозможно, но энергии на это дело нужно прорву, и скорость замедляется в разы.

Долетев до конечной точки маршрута и сдав данные с грузом, получил новые вводные, и так по кругу. Странности я начал замечать через несколько недель полётов по космосу.

Я уже привык к рутине перелётов и к самому кораблю. Стыковки и отстыковки стали даваться проще, а маневрирование среди кораблей ещё требовало тренировок. Одним словом, привык.

Первое, что я заметил, так это одни и те же корабли, летевшие со мной или находившиеся в системах, где я должен был пролетать по маршруту. Хоть и с разными идентификаторами, они их меняли часто, но я их замечал как-то интуитивно, по стилю полёта и отклику со сканеров.

Но на этом странности не закончились. Постепенно ко мне стали прикреплять дроидов-диверсантов и пытались меня взломать во время передачи данных или мой корабль, чтобы подключиться к управляющему ИскИну.

Сейчас я летел уже к другой станции и снова почувствовал, что кто-то летит по моему маршруту. На этой конечной станции я покину капсулу, уже четыре месяца не выходил из неё. Да, не рекомендуют слишком долго в ней быть, два-три месяца, но лучше чаще выходить из капсулы. Мозг тоже должен отдыхать от потока данных и работы с кораблём. Говорят, что если так долго летать, можно сжечь себе мозг, а этого не хотелось бы.

На станцию добирался в тревожных мыслях. Ну что им от меня надо? Кто они вообще такие? Пираты, корпораты, какие-то сектанты? Да чёрт его знает. Знаю точно, что это связано с моим вселением в это тело. Странностей я с этим не видел, тело обычное, воспоминания тоже, но всё же есть что-то такое, что не даёт мне покоя. Может, это самое тело предназначалось для кого-то другого? Может, я занял чью-то оболочку, не ведая об этом? Это, конечно, теория, но оболочку надо менять, однозначно надо. В любом случае на станции нужно максимально не светиться, может, даже из дока выходить не буду, туда всё закажу.

Так всё и вышло: из дока я не выходил, только из капсулы вышел. Прошёлся по доку, он пустой был. Всё, что нужно, заказал: расходники и прочее. Потом в себя приходил, долгое подключение к капсуле просто так не проходило. Нарушение координации, когнитивных способностей, функционирования организма.

Чтобы привести себя в порядок, делал зарядку и прочие упражнения, потом спал. Принимал регенерационные препараты, капсула, конечно, лучше, она восстановит всё гораздо качественнее и быстрее, но безопасность важнее. Неизвестно, что хотят от меня эти кхммм… соглядатаи.

Дальше решил продолжать полёт, получив полётное задание, что забрать и куда везти, вылетел из дока.

Кораблей на этой станции было немного, и моих визави я заметил сразу. Как только я вышел на разгон, мне поступил канал связи… односторонний.

Принять почему-то я его не мог, нет, даже не так — он сам активировался. Чёрт, да меня взломали.

— Узурпатор. Отдай нам то, что принадлежит. Отдай… — в работу вступила система информационной защиты. — Тело… ты лишь… —

Нет, это точно какие-то сектанты, сектантики, как говорил один деятель в моём мире, правда, этот деятель закончил так себе, но определение точное. До ухода в гипер было ещё несколько минут. Я не стал отключать канал связи и продолжал слушать этого чудака.

— Отдай нам то, что ты взял, ты узурпатор… иначе ты будешь изъят принудительно…

А вот это уже напрягло. Они знают, что я занял это тело. Они знают, что у меня есть то, что у них я забрал. Чёрт, чёрт, чёрт!

До разгона оставалось несколько десятков секунд. Судорожно размышляя, вывел корабль на курс. Так, от тела надо избавляться, имущество и деньги… от них тоже. Да, я провернул схему, но, судя по всему, и это уже отследят. Решено: нужно ускорять ритуал перехода, мне уже приходило письмо о том, что я досрочно могу это сделать. Всё это последнее задание, а дальше становление капсулером в уже полноценном статусе.

В гипере я расслабился немного. Что есть в итоге? Какие-то личности, которые хотят забрать моё тело ради каких-то непонятных целей. Зачем, почему — я не знаю, но знаю, что от тела, как и от следов, связывающих с ним, надо избавляться, и причём как можно быстрее. Избавиться я смогу, но вот самое поганое, что придётся начать с нуля, нет, даже не так — с минуса, потому что тот капитал, который лежит на фронтире, я хотел использовать для старта, будет меня связывать с этим телом. Но и это решаемо, есть способы, как можно выкрутиться, тем более дадут подъёмные, тут-то я смогу выкрутиться.

Закончив задание, я дал согласие на последний этап подготовки. Мне предстояло умереть по-настоящему.