Пути расходятся

Пути расходятся

Часть 1. Глава 1 Самопожертвование (Вацлав)

-Эй, красавчик, вставай, нам пора, — прошептала Габриэла на ухо спящему Самопожертвованию. Тот ничего не ответил, только ещё больше завернулся в одеяло. Марсианское солнце ещё не было в зените, а жизнь в столице Авроры — Темнополисе и жизнь в Зелёной надежде начала просыпаться. И только Мансер Вацлав, а ныне член гильдии техномантов — Самопожертвование не хотел вставать. Он уже давно привык к жёсткой кровати в своём новом доме и жизни в Зелёной надежде. После победы над Смотрителем Виктором и попытки установить связь с планетой Земля каждый пошёл своей дорогой. Адам и Амелия подались в Офир, и бывший спецназовец и гладиатор Офира стал вторым Перевозчиком после Амелии. Вацлав же давно для себя решил, что станет частью Авроры. После того, как он воссоединился с отцом, его отец — Умеренность Рой посвятил своего вновь обретённого сына в орден техномантов Авроры, где тот полностью отказался от прошлого и взял себе имя Самопожертвование. Он прекрасно помнил тот день, когда его посвятили в орден. В этот момент ему хотелось, чтобы рядом с отцом и Габриэлой находился его новый друг Эндрю, но Эндрю предпочёл вернуться обратно в Офир. С глотком свежей и прохладной воды Вацлав глотнул новой жизни. Вода смыла остатки прошлой жизни, придала чувство уверенности в завтрашнем дне и смыла все обиды и лишения, которые Вацлав терпел на планете Земля. Как и в случае Эндрю, Самопожертвование окружили элитные техноманты со своими посохами, приветствуя появление нового члена ордена. Став членом ордена техномантов Авроры, Самопожертвование решил помочь своему отцу с поиском новых источников воды, поскольку совет техномантов Авроры и Источника Изобилия решил сделать из старого исследовательского центра на Северном Полюсе заповедную зону и не черпать из него воду.

Только после того, как Габриэла стала тормошить своего мирно спящего друга, Самопожертвование проснулся и стал потирать сонные глаза.

— Ну наконец-то ты проснулся, — улыбнулась девушка.

— Я давно проснулся, — сонным голосом пробубнил Самопожертвование.

— Вижу, как проснулся, уже весь город на ногах, и только ты спишь.

— Габи, я вчера пол-Марса исходил в поисках воды, вот меня и разморило, — признался Самопожертвование. Встав с кровати, Вацлав тут же стянул со стула свою униформу и пошёл к кабинке песчаного душа, чтобы умыться. Пока он вставал и умывался, Габриэла уже всё сделала, и ей оставалось только подождать своего друга.

— Я готов, — гордо заявил Самопожертвование, войдя в дом.

— Решил надеть не модифицированную униформу?

— Я и без всяких наворотов могу учуять воду, — заявил Самопожертвование.

— Ну, железную лозу всё же придётся взять.

— А как же без неё?

Выйдя из дома, Мансер Вацлав и Габриэла пошли к железнодорожной станции, чтобы выехать на Линию тени, а оттуда уже начать заниматься лозоходством. Вацлав и Габриэла многое пережили вместе и со временем сблизились, даже стали жить под одной крышей, правда, на разных этажах. Самопожертвование на первом, а Габриэла на втором. Она уже привыкла к тому, что вокруг неё одни мужчины. Когда она жила и училась в ордене Авроры, то сопартийцы выделили ей отдельную комнату. Теперь она делила свой дом с лучшим другом — Самопожертвованием.

— Интересно, как там Мансер Эндрю и Искатель Скотт, — протянул Самопожертвование, как только поезд проехал мимо Источника Изобилия.

— Наверное, как и все сейчас, вздохнули свободно после падения Виктора, особенно Скотт. Один бог знает, как жилось ему в Офире под властью Виктора. Габриэла познакомилась с Искателем Скоттом, когда помогала бежать из Офира своим наставникам, и когда они вместе достигли врат легендарного Ноктиса, то по дороге в город торговцев Скотт поведал ей свою историю. Увы, безжалостное марсианское солнце и власть в Офире не обошли стороной семью Искателя. Сначала развод с женой, потом мутация сына, которого увели из дома прямо в загон, где сгинули многие не избежавшие солнечной радиации жители Марса. Скотт не смог этого пережить. Ещё до того, как стать Искателем и Учёным, он злоупотреблял алкоголем. Теперь Виктора нет, мутанты свободны, и Скотт может жить спокойно.

— Подъезжаем к Линии тени, всем техномантам приготовиться, — сообщил голос по радио. Единственными техномантами в поезде были Самопожертвование и Габриэла, с утра пораньше только лозоходцы трудятся. Друзья ехали налегке, взяв с собой в дорогу только необходимые инструменты и еду. Как только поезд подъехал к Линии тени, оба техноманта встали с сидений и пошли к двери.

— Ну вот, мы на месте, — улыбнулась Габриэла и первой вышла из вагона, Самопожертвование пошёл вслед за своей подругой. Сейчас солнце полностью в зените, поэтому его лучи легко проникают даже на самый затемнённый участок Линии тени. Габриэла была рада тому, что у неё появился помощник. Хоть она смелая и сильная девушка-техномант, всё же в одиночку не так интересно работать, как вместе. Выйдя из поезда, друзья тут же приготовили свои лозы и стали искать воду. Важна каждая капля воды, пусть даже она находится глубоко под землёй. Сейчас Марс вновь развивается, как и было задумано первопроходцами красной планеты. В тех местах, где раньше проходила Габриэла, теперь активно ведётся строительство дорог, а некоторые из Авроры подумывают соорудить зелёные зоны, даже Линия тени стала преображаться, что не может не радовать. Потеряв один рай, люди начали строить другой. Две могущественные корпорации — Источник Изобилия и Аврора после падения Виктора помирились и начали думать, как сделать жизнь на планете лучше.

Как только оба лозоходца вышли из Линии тени, лоза в руках Самопожертвования начала крутиться, сигнализируя о том, что поблизости источник воды.

— Ух ты, не успели выйти, а уже воду нашли! — радостно удивилась Габриэла.

— Да, и похоже, здесь её много, — Самопожертвование стал водить ногой по красному песку, стараясь понять, где находится источник с водой. Лоза дёргалась как сумасшедшая, но на то, что рядом вода, и намёка нет.

— Придётся копать, — Габриэла достала из-за спины лопату и стала рыть землю в том месте, куда указывала лоза.

— Может, это неправильная лоза? Воды я не вижу, — предположил Самопожертвование.

— Лоза никогда не врёт. А ты что ощущаешь?

— Прилива сил, как на Северном полюсе, не чувствую.

— Ну, значит, источник с водой находится глубоко под землёй, — заключила Габриэла и продолжила копать. Ей повезло, земля в этом месте рыхлая и рыть её легко. Выкопав яму в полметра, друзья наконец нашли источник с водой. Первым делом Габриэла опустила в воду радиационный датчик и, поняв, что вода не загрязнена, вздохнула с облегчением.

— Хочешь сделать первый глоточек? — предложила она Самопожертвованию, — техномантам разрешено сделать первый глоток из найденного ими источника.

— Пожалуй, не откажусь.

Достав из походной сумки латунный стакан, который Самопожертвование постоянно носил с собой, он осторожно наклонился над колодцем, но его руки не доходили до воды.

— Не так делаешь, вот как надо, — Габриэла достала пустую бутылку и, прикрутив её к своему посоху, поднесла к источнику. Зачерпнув из источника немного воды, Габриэла передала бутылку с водой Самопожертвованию, тот едва поднёс её к губам, но на полпути остановился.

— Датчик врать не будет, так же как и лоза. Вода не радиоактивная, её пить можно, — сказала Габриэла.

— Я отнесу её отцу, если позволят, — сказал Вацлав.

— Вижу, ты не ошибся с выбором своего имени и предназначения, готов пожертвовать глоток свежей воды отцу, — подметила Габриэла, — конечно, позволят, но вода к этому времени будет уже тёплая.

Габриэла Мансер пометила на карте источник с водой и, отыскав металлический лист, накрыла им колодец и тщательно засыпала его.

— Это ещё не всё, нам нужно обследовать несколько зон за пределами Линии тени, — заявила она.

Глава 2

Ребята не заметили, как вышли за пределы Линии тени и очутились на открытой равнине. Друзьям пришлось обходить колючие заросли лишайников и обитающих здесь разнообразных животных. Габриэла несколько раз сверилась со своей картой, чтобы понять, где они находятся. Незаметно для себя ребята свернули с прямой тропы и оказались на равнине, находящейся между марсианскими скалами.

— Здесь мы ещё не были, — сказала Габриэла.

— Может, удастся найти здесь воду, — предположил Самопожертвование.

— Раз уж пришли сюда, надо не упустить шанс, для нас важен каждый источник с водой. Это неизведанная для нас земля, так что будем держаться вместе, чтобы не потеряться, — заключила Габриэла. Самопожертвование согласился с подругой, и друзья, держась друг друга и держа наготове лозу, стали продвигаться в глубь равнины. Где-то недалеко от ребят паслись дикие страусы, стоя спиной друг к другу, в другой стороне были видны короткие вспышки молний — это Громовая саранча совершала свой странный обряд. Всё это небольшое, но необычное разнообразие марсианской природы произвело неизгладимое впечатление на Самопожертвование, он почти на каждом шагу останавливался и наблюдал за животными.

— Чувствую себя Маленьким принцем, — вздохнул он, осматриваясь по сторонам. Габриэла была знакома со сказкой Антуана де Сент-Экзюпери, эту историю её отец, когда она была маленькая, перечитывал ей неоднократно, поэтому при упоминании Маленького принца она только улыбнулась и добавила:

— Или Маленькой принцессой, тут каждый житель планеты ощущает себя маленьким, не только перед диковинной природой Марса, но и перед величественными скалами, — улыбнулась девушка.

Только ребята сделали несколько шагов вперёд, как вдруг земля под их ногами задрожала, и из-под неё вылезло огромное, покрытое слизью и песком животное с большим рогом на голове. Самопожертвование на автомате достал свой боевой шест и зарядил его электричеством. Габриэла сделала то же самое.

— Это ещё что такое?! — произнёс Самопожертвование.

— Жаба-рогач, я такую видела, когда вместе с Фобосом ездила в Долину мутантов.

Издав ужасающий рёв, жаба-рогач двинулась на ребят. Атаковать её было не так просто, она с молниеносной скоростью наступала на них, а электрические флюиды, выпускаемые техномантами, не наносили ей особого урона. Самопожертвование предложил своей подруге атаковать животное со спины, пока он отвлекает жабу на себя.

— Уверен в этом? — спросила Габриэла.

— Абсолютно.

Пока Самопожертвование отвлекал жабу-рогача, не давая ей обратить внимание на его подругу, Габриэла выждала момент и, сделав перекат, очутилась за спиной животного.

— Прости, приятель, мне не хочется делать тебе больно, но ты стоишь на нашем пути.

Девушка одновременно атаковала жабу заряженным боевым шестом и молниями. Как оказалось, спина — это уязвимое место на теле животного, и как только Габриэла наносила удар электричеством, жаба начинала реветь.

— Габи, вот возьми это, — выкрикнул Самопожертвование и бросил подруге свой гвоздомёт.

— Я поняла тебя, — отозвалась девушка, но гвоздомёт поймать не смогла, — чёрт! Самопожертвование, видя, что его подруга не поймала оружие, а жаба-рогач не сдаётся, сосредоточился и запустил в жабу мощную шаровую молнию, после чего сделал перекат и, подхватив с земли гвоздомёт и зарядив его своим электричеством, выпустил все гвозди в жабу-рогача. Издав оглушительный рёв, жаба полегла. Судя по тому, как она дышала, можно было понять, что она сильно измотана.

— Ух, я думала, что этот бой не закончится, — вытирая пот с лица, сказала Габриэла.

— Я надеюсь, что больше сражаться нам не придётся, мои флюиды закончились, — глядя на датчик флюидов на своём обмундировании, сказал Самопожертвование.

— Я тоже на это надеюсь, битва с такими животными меня всегда изматывает, — призналась Габриэла. Немного переведя дух, ребята продолжили поиски воды. Место сражения с жабой-рогачом девушка пометила на карте.

— Насколько мне известно, жабы и лягушки селятся рядом с водой, значит, здесь должен быть источник воды, — подметил Самопожертвование.

— Моя лоза считает по-другому.

— Может, тут есть что-то, что мешает нам искать воду?

— Но это место абсолютно пустынно, и я не вижу даже намёка на реликвии с планеты Земля, — развела руками Габриэла.

— Это потому, что впереди огромный бархан, загораживающий обзор, — кивнул Самопожертвование подруге.

Бархан оказался настолько огромным, что загораживал не только обзор ребятам, но и горизонт. Судя по всему, раньше на его месте была небольшая скала, так как из-под красного песка виднелись обломки скал.

— Эй, не хочешь забраться и посмотреть, что там? — подмигнула Габриэла другу.

— Не откажусь, — улыбнулся тот. Ступая на обломки скал, которые оказались уступами, ребята забрались на вершину бархана. Отсюда открывался потрясающий вид на то, что находилось впереди: диковинные растения, животные, хаотично гуляющие по равнине, скалистым плато и…

— Смотри, что это там впереди? — сказал Самопожертвование подруге. Габриэла присмотрелась, пытаясь понять, что увидел друг. Среди небольших барханов и скал затерялся полуразрушенный купол.

— Глаз-алмаз, — улыбнулась девушка, — ты нашёл очередную реликвию.

— Ну что, посмотрим, что там? — предложил Самопожертвование.

— А как же, пошли, — подмигнула девушка.

Буквально скатившись с бархана, ребята направились к найденному куполу. За барханом живности оказалось ещё больше, чем на равнине. Тут всё буквально кишмя кишело громовой саранчой и дикими страусами. Саранчу мог победить не только любой техномант, но и любой человек, у которого в руках оружие, а вот дикие страусы легко собирались в стаи и атаковали своих противников, нанося им удары своими мощными ногами и ударяя их своей червеобразной шеей.

— Ну и как мы проберёмся к куполу сквозь эту толпу? — задалась вопросом Габриэла.

— У меня есть план, — Самопожертвование схватил подругу за руку, и они оба побежали к куполу. Огибая саранчу и страусов, они наконец добрались до купола.

— Фух, вот это приключение, — улыбнулась Габриэла.

Глава 3

Когда друзья подбежали к куполу, то обнаружили его полностью разрушенным, даже двери, которую могут открыть только техноманты, не было. От самого купола остался один каркас. Датчики радиации на обмундировании Самопожертвования и Габриэлы начали фонить, сообщая им, что купол и территория вокруг него заражены. К счастью, для техномантов, в отличие от обычных жителей Марса, радиация не страшна, поэтому друзья смело шагнули внутрь того, что осталось от купола, и стали его осматривать. Самопожертвование подошёл к несгораемому ящику и, немного повозившись с замком, открыл его. Внутри лежали колбы с сывороткой и пара цифровых журналов.

— Нашёл что-нибудь? — спросила Габриэла друга.

— Да, я нашёл сыворотку и вот это, — ответил он, показывая ей цифровые журналы.

— Ого, это хорошая находка, — подметила Габриэла, осматривая один из журналов.

— Можешь сказать, что там написано?

— Сейчас, — Габриэла активировала свои флюиды, щёлкнув пальцами и осторожно зарядила ими цифровой журнал. Он оказался дневником английского исследователя, а купол — исследовательским центром. Учёный описывал, как он создавал для людей эту сыворотку, тестируя её на привезённых с планеты Земля животных. Он почти её закончил, когда планету накрыла волна солнечной радиации. На этом запись в дневнике обрывалась. В другом журнале были заметки этого учёного по разработке сыворотки.

— Это дневник и заметки учёного, он разрабатывал сыворотку для жителей красной планеты, пока его не настигла Смута, — сказала Габриэла.

— Постой, а где сам учёный? — задался вопросом Самопожертвование.

— Скорее всего, он покинул этот купол.

— При этом оставив всё, над чем работал?

— Верно подмечено, ни один учёный, посвятивший себя какой-либо цели, не оставит то, что начал. Насколько я помню, все купола построены по принципу бункеров, уходящих глубоко под землю, но здесь я не вижу ничего, что бы указывало на вход в подземную часть, — развела руками Габриэла.

— Тут всё разрушено, может, вход находится в двух шагах от этих развалин? — предположил Самопожертвование.

Габриэла достала из-за спины лопату и начала простукивать землю в поисках подземного бункера. Лопата то и дело натыкалась на железный настил и арматуру. Судя по всему, подземный бункер всё же есть, однако неизвестно, где вход в него. Выйдя за пределы развалин, Габриэла продолжила простукивать землю, пока лопата не увязла в песке.

— Кажется, я что-то нашла, — окликнула она друга.

— Что там?

— Пока точно не знаю, но, похоже, засыпанный подземный ход, — откапывая, откликнулась девушка. Габриэла продолжила копать. Ей повезло, судя по всему, в бункере образовался воздушный карман, и как только девушка откопала часть входа в него, остальной песок осыпался внутрь.

— Вац, иди сюда скорей, — окликнула Габриэла Самопожертвование. Техномант тут же подбежал к своей подруге, и девушка указала ему на вход в подземный бункер.

— Надо посмотреть, что там, может, есть реликвии, оставшиеся от первых поселенцев? — предположил Самопожертвование.

— Я иду первой, так как я профессионал, — заявила Габриэла и, сев на землю, скатилась по подземному входу вниз. Железные пластины так были начищены марсианским песком, что Габриэлу вело то влево, то вправо, и наконец она, не усидев, скатилась вниз.

Придя в себя после такого головокружительного спуска, девушка обнаружила себя во вполне сохранившемся подземном исследовательском комплексе, здесь всё было заставлено книгами и какими-то пробирками. Медицинских коек для лечения техномантов здесь не было, что говорило о том, что это чисто исследовательский купол.

— Габи, ты цела? — окликнул Самопожертвование подругу.

— Да.

— Я могу спускаться?

— Подожди минутку, вдруг здесь… о боже, — воскликнула девушка, встретившись взглядом с мумифицированным трупом человека.

— Габи! — Самопожертвование тут спрыгнул вниз к своей подруге, но в отличие от неё, он смог сохранить равновесие и оказаться на ногах.

— Я же велела тебе оставаться наверху, — сказала Габриэла.

— Ты кричала, я подумал, что ты в беде.

— Кажется, мы нашли нашего учёного, — сказала Габриэла, указывая на тело. То, что это учёный из первых поселенцев Марса, не было сомнений, на трупе был надет комбинезон, его цвет давно выцвел, а вот эмблема UNM сохранилась. Рядом с телом лежали пустая бутылка с остатками воды и то, что осталось от еды. Судя по всему, бедолага попал в песчаную ловушку и оказался погребён под землёй. Также рядом с телом лежала бумажка с текстом: «Передайте моей семье, что я их любил», а на столе стояла рамка для цифровых фотографий, уже разряженная. Самопожертвование взял рамку со стола и зарядил её с помощью своих флюидов. Тут же появилась фотография счастливых матери и дочери.

— Смотри, — сказал Самопожертвование подруге.

— Это печально, — согласилась она.

— Мы должны найти его родных и сообщить, где и как погиб этот бедолага.

— Но как? Они наверняка растворились среди обычных жителей, столько времени прошло, и мы не знаем, из какой они колонии?

— Судя по журналу, из английской, — заявил Самопожертвование.

— Таких полно.

— Может, в архивах Авроры что-то есть?

— За время моего проживания там, я не слышала ничего об архивах, там только реликвии хранятся.

— Может, пора навестить наших друзей из Источника Изобилия и попросить их помочь. Насколько мне известно, Источник — старейшая компания по добыче воды, а значит, у них богатый архив, — посмотрел Самопожертвование на подругу. Габриэла долго думала, что ответить ему. Да, Офир наверняка изменился после победы над смотрителем Виктором, но ей не особо хотелось туда идти, да и дел полно, нужно найти как можно больше источников с водой, чтобы жители Авроры не умерли от жажды. Самопожертвование смотрел на неё с мольбой в глазах. Противостоять тому, кто выбрал, такую добродетель, было нельзя.

— Уговорил, — махнула рукой девушка, — как только закончим с делами, навестим Амелию и Адама, а пока надо выбираться отсюда и продолжить поиски воды.

========== Глава 4 ==========

Достав из рюкзака крюк-кошку, Габриэла подошла к люку и, прицелившись, изо всех сил забросила его., но с первого раза у неё не получилось зацепиться. Девушка не растерялась, она неоднократно оказывалась в подземных помещениях куполов и всегда находила из них выход.

— Мы что, закончим свою жизнь так же, как и этот бедолага? — запаниковал Самопожертвование.

— Ну уж нет, я ещё не весь Марс обходила, и закончить свою жизнь, как этот учёный, не собираюсь, — возразила Габриэла и, посильнее размахнувшись крюком, забросила его на другую сторону люка. На сей раз ей удалось за что-то зацепиться. Проверив, хорошо ли держится крюк, Габриэла первой стала вылезать на поверхность. Ей повезло, крюк зацепился за припаянный к земле каркас.

— Держись, Вац, сейчас я тебя вытащу, — окликнула Габриэла друга. Найдя более прочное место в обломках купола, Габриэла отцепила кошку и, прицепив её к другому месту, спустила конец верёвки Самопожертвованию. Тот, кряхтя, вылез наружу весь в поту.

— Ух, надо было заниматься спортом, мои ауги не предназначены для такого, — вытирая пот с лица, сказал Самопожертвование.

— По тебе видно, — улыбнулась Габриэла, — попроси своего отца, чтобы он записал тебя на тренировку по скалолазанию, ты, как-никак, не рядовой техномант, ты стоишь на одном уровне с великими магистрами.

Пока Габриэла вместе с другом осматривали разрушенный купол, полуденное солнце возвысилось над равниной и жгло так сильно, что ребятам быстро пришлось покинуть найденное ими место и вернуться в Долину Маринер, чтобы не изжариться на нём. Отметив на карте свою находку, ребята продолжили поиски воды, однако больше источников они не нашли.

— Думаю, на сегодня всё, пора вернуться в Аврору и доложить о находках правителю, — предложила Габриэла.

— Согласен с тобой, на сегодня с меня достаточно приключений.

Эта вылазка отняла у ребят часть сил и, найдя безопасное место в долине, они остановились для того, чтобы перекусить и восстановить свои силы. Зелёная надежда сейчас полностью восстановлена, поэтому у жителей Авроры появилось полно свежих овощей и фруктов, также появилась возможность вырастить кукурузу и рожь. Габриэла достала из сумки пару спелых томатов и протянула один из них другу.

— Вот, поешь, это и сил придаст и жажду утолит, — улыбнулась она.

— Спасибо, — ответил улыбкой на улыбку Самопожертвование и взял у подруги из рук помидор. Ягода на самом деле утолила не только голод, но и жажду. Доев помидоры, друзья продолжили идти к Авроре.

— Похоже, мы далеко ушли, — смотря на карту, сказала Габриэла, — как бы мы не шли, дорога словно увеличивается.

— Может, мы не в ту сторону идём? — предположил Самопожертвование.

— Не думаю, я отметила на карте каждый поворот и каждый камень, — выдохнула Габриэла.

— Надо выбираться отсюда, скоро долину заселят гигантские клещи и светящиеся медузы.

— Это точно.

Друзья продолжили идти в сторону Авроры, Габриэла при каждой удобной возможности сверялась с картой.

— Эй, друзья-техноманты! — внезапно раздался за спиной ребят чей-то голос. Друзья оглянулись, они так увлеклись поиском пути в Аврору, что не заметили, как к ним подъехал Песчаник торговцев из Ноктиса. Увидев двух техномантов, странствующих по долине, торговцы спросили, куда те идут.

— Мы в Аврору возвращаемся, у нас важное сообщение для Единства, — ответил Самопожертвование.

— Мы как раз туда и едем, можем вас подвезти, — предложил один из торговцев.

— Спасибо вам, а то мы слегка заблудились, — скривила лицо Габриэла.

— Тут вполне можно заблудиться, ландшафт постоянно меняется, — подметил один из торговцев. Друзья запрыгнули в Песчаник торговцев и буквально на всех парах помчались в Аврору. Ехали с ветерком, поэтому залезать внутрь корабля они не стали, а сели на сам корпус и, задрав ноги, стали смотреть, как мимо проносятся скалы и животные.

— Красотища, — протянул Самопожертвования.

— Да, Амелия права, глядя на всё это, начинаешь понимать, как мы ничтожны, — улыбнулась Габриэла.

Благодаря сильному ветру, гуляющему по Долине Маринер, друзья легко доехали до научного комплекса Авроры и, отблагодарив торговцев, сели на поезд до Зелёной надежды, где находится штаб-квартира Лозоходца по имени Единство. Задолго до того там располагалась штаб-квартира техномантов и главного Лозоходца по имени Разум, но добродетель подвела его, во время войны он совместно с начальником техномантов проводил жуткие опыты над людьми, и если бы не отец Самопожертования — Рой, то опыты над политзаключёнными продолжились бы, и мирная и тихая Аврора ничем бы не отличалась от Источника Изобилия под властью Виктора. Новый Лозоходец — Единство сохранил все находящиеся в штаб-квартире реликвии, но слегка её модернизировал. Добраться до места, где сейчас заседает новый правитель Авроры, оказалось не так уж и просто, друзьям пришлось обходить немало лабиринтов из железных построек.

— Я впервые здесь. Тут всегда так тесно? — поинтересовался Самопожертвование.

— Я тоже, просто знаю, что здесь штаб-квартира главного Лозоходца находится, — призналась Габриэла. Наконец, добравшись до правительства, Габриэла глубоко вдохнула и постучала в дверь.

— Кто там? — раздался хриплый голос.

— Лозоходцы хотят видеть Единство, — отрапортовала девушка.

— По какому поводу?

— Мы нашли источник свежей воды.

— Входите.

Как только солдат открыл дверь, Габриэла и Самопожертвование прошли внутрь. Всё здание было сшито из железных, проржавевших от времени и песка листов. Окон не было, изнутри здание освещалось электрическими лампами. Судя по всему, за электричеством здесь следили техноманты.

— Стойте здесь, я сообщу Единству о том, что вы хотите его видеть, — сказал стражник и ушёл. Главный Лозоходец не заставил себя долго ждать. Узнав о том, что техноманты нашли источник с водой, он тут же пригласил ребят в свой кабинет.

— Вот, сэр, источник с холодной водой находится в этом секторе, — Габриэла указала местонахождение найденного ей и её другом источника на карте.

— Да, сэр, мы хорошо замаскировали это место, так, чтобы никто другой его не нашёл и вода не испарилась на солнце, — продолжил Самопожертвование.

— Но как вы его нашли? — спросил Единство, — ведь наши люди неоднократно обходили это место и не находили его.

— Похоже, что подземные реки проложили путь до Долины Маринер. Нам пришлось копать землю, — ответил Самопожертвование.

— Если так и дальше будет продолжаться, то скоро у жителей Авроры появится собственный водопровод, — улыбнулся Единство.

— Наконец-то появится здоровая альтернатива песчаному душу, — улыбнулась Габриэла.

— Мы тоже на это надеемся, тем более что твой отец, — обратился Единство к Самопожертвованию, — сегодня днём нашёл ещё один источник.

— Ой, я совсем забыл про отца, я должен отнести ему пробу воды, если она ещё не нагрелась, — встрепенулся Самопожертвование и собирался выбежать из здания правительства, но Единство его затормозил.

— А со мной водой не поделитесь, юноша?

— Тут совсем немного.

— Я всё не возьму, но я должен проверить её.

— Она не заражена, — вмешалась Габриэла.

Глава 5

— Всё в порядке, Габриэла Мансер, просто так надо, — услышал Самопожертвование голос своего отца, и рядом с Единством словно ниоткуда появился Рой. По сравнению с высоким и мускулистым Роем новый правитель Авроры казался щуплым и осунувшимся.

— Папа, я хотел отнести тебе бутылку с прохладной водой, но боюсь, что, побывав в таком жарком месте, вода больше не будет прохладной, — сказал Самопожертвование отцу.

— Хотел похвастаться своим первым открытием в качестве лозоходца, а? — усмехнулся старый техномант.

— Хвастаться нехорошо, но я подумал… — замешался Самопожертвование.

— Ничего, сынок, угостишь ещё свежей водой. Скоро Марс станет неотличим от Земли, у каждого живущего в Авроре человека будет свежая вода, — похлопал Рой сына по плечу и улыбнулся. Рой предложил сыну пойти в Верхние сады Зелёной надежды и отдохнуть, но тот сказал, что у него осталась одна миссия, которую он хочет завершить. Самопожертвование достал из сумки цифровую фоторамку и, немного подзарядив её своим электричеством, протянул отцу.

— Ища в пустыне воду, я и Габриэла набрели на разрушенный купол, он оказался исследовательским. Помимо образцов для создания сыворотки и двух цифровых журналов, мы нашли мумифицированный труп одного из учёных, рядом с ним стояла эта рамка, женщина и девочка на фотографии его жена и дочь и…

— Мы хотим найти их потомков или их самих, чтобы сказать, где захоронен их предок, — закончила Габриэла.

— Да, нам нужно поискать данные в городском архиве, — заявил Самопожертвование.

— Это твоя идея, Вацлав? — строго спросил Рой. Взгляд отца помрачнел настолько, что Самопожертвование буквально застыл на месте, но всё же признался в том, что это его идея. Неожиданно для Вацлава и его девушки, Рой улыбнулся, и… обнял сына.

— Ты правильную добродетель выбрал, сынок, поиски будут долгими. Сам понимаешь, столько времени прошло, и возможно, они не из Авроры или Источника, а из другой вододобывающей корпорации, или из вольного города, но дело того стоит. Я сам собирался идти в архив, когда услышал голос твоей девушки, — улыбнулся Рой.

— Ну ладно, оставлю тебя наедине с твоим отцом, я буду гулять по городу, — улыбнулась Габриэла.

Самопожертвование и Рой вышли из здания правительства и направились в сторону городского архива. Вацлав был несказанно рад тому, что он наконец нашёл своего отца, и теперь они вместе идут на поиски потомков учёного, погребённого в подземном куполе. У него, у Самопожертвования, появился шанс поближе познакомиться с папой и узнать что-то о его прошлом, пусть плохом, но это воспоминание они разделят на двоих. Несмотря на свой возраст, Рой не хромал, в его синей куртке нет ни одного металлического вкрапления, кроме прерывателей флюидов на плечах, даже на голове нет металлического обруча, который Самопожертвование видел у некогда бежавших из Офира техномантов. Единственные аугментации были приживлены к нервным клеткам, чтобы концентрировать электрические импульсы и в нужный момент выпускать из рук молнии.

— Расскажи что-нибудь о себе, — нарушил тишину Самопожертвование.

— Что рассказать?

— Хоть что-нибудь, а то Невинность, а точнее…

— Ты видел Смита? Он ещё помнит меня? — перебил сына Рой.

— Как же не помнить, ведь ты спас ему жизнь, пойдя с генералом Славой. Он хотел встретиться с тобой, но…

Узнав, что Невинность не держит на него зла, Рой вздохнул с облегчением. Для него выбор той или иной позиции всегда был тяжёлым, именно поэтому он порвал с Авророй и ушёл в странствование по Марсу, пока война не закончилась окончательно, и он не вернулся назад в Аврору. Но поступить по-другому и окончательно расстаться со своей добродетелью он не мог. Сопротивление было против техномантов и их засилья в городах Авроры, но Рой сам техномант, а пойти против своих собратьев означало пойти против своей природы, и не только. Техноманты к тому же владели знаниями о технологиях, использовавшихся до Смуты, и просвещали людей. Выгнать их — и Аврора окончательно погрузится в средние века. Рой прекрасно помнил, что сказал ему Упорство, когда тот спросил его, что он думает о сопротивлении: «Борясь с государством — они его разрушают»

— Что тебе рассказать, сынок? Я родом из Темнополиса, твоя мать, как оказалось, родом из Зелёной надежды, хотя я так и не понял, как она оказалась в Источнике, был занят решением государственных проблем, — улыбнулся Рой.

— Какая у неё добродетель была?

— Благодать, она единственная с таким именем в Авроре, и это её характер, она цветок посреди красных песков, она тень для уставшего от солнечного зноя лозоходца, глоток воды.

— Она на самом деле… такая, — вздохнул Самопожертвование, — она красивее всех чешек, вместе взятых.

— И ты на неё похож, что-то среднее между Умеренностью и Благодатью, — подметил Рой.

— А кем ты был до войны?

— Лозоходцем, сам видишь, ибо мой отец был им, и мой дед тоже.

— И теперь я, — чуть смеясь, улыбнулся Самопожертвование.

Городской архив был расположен в другой части Зелёной надежды. Это единственное здание в сельскохозяйственном поселении, которое выделяется среди остальных домов. Не зря это место назвали Зёлёной надеждой, тут деревья и цветы растут не то, что на каждом шагу, но и на крышах зданий. В местах, где меньше всего людей, построены небольшие оранжереи. Проходя мимо одной из них, Самопожертвование взглянул в некое подобие окна и узнал некоторые цветы, растущие рядом с огромным деревом. Эпифиты, только они и кактусы могут прижиться на Марсе и выдержать жару.

— Мы на месте, — сказал Рой сыну. Он постучал в дверь. На вопрос, зачем он пришёл, Рой ответил, что он записан на посещение архива, кроме того, его сын тоже хочет им воспользоваться.

— А, Умеренность и Самопожертвование, вы всегда желанные гости здесь, проходите, — сказал стражник и пропустил техномантов внутрь. В отличие от здания правительства, в котором всегда жарко, в городском архиве Авроры чувствовалась прохлада, и, идя к месту, где хранится вся информация о прошлом, Самопожертвование вновь ощутил скачок флюидов. Скорее всего, прямо под архивом находится источник с водой.

— Во время войны с Источником Изобилия это место, как мне известно, охраняли лучшие бойцы Авроры, поэтому все данные сохранились до сегодняшнего дня, — объяснил Рой.

— Тут рядом вода, я её почувствовал.

— Вода не только здесь, но и под всеми домами Авроры. Как и Источник Изобилия, Аврора построена над одним из подземных источников с водой, но тут её меньше, чем в Изобилии.

Наконец сын и отец пришли в сам архив, тут всё было заставлено книжными полками и металлическими ящиками.

— Ты знаешь, какой национальности был тот учёный? — спросил Рой.

— Кажется, англичанин, я узнал типаж по фотографии его родни.

— Тогда тебе туда, — указал рукой отец, — там вся информация об англичанах, живущих или живших в Авроре.

Самопожертвование направился к картотеке, а его отец пошёл в другую сторону. Бумажных карточек оказалось не так много, и записи на них почти стёрлись. Живя на Марсе и исследуя всевозможные реликвии вместе со своей подругой Габриэлой, Самопожертвование подучил английский язык, и теперь мог не только свободно разговаривать с некоторыми жителями Марса, но и читать на нём. Не найдя ничего на бумажных носителях, он приступил к поискам на цифровых. Он сверял все фотографии и сведения, анализировал их, но так и не нашёл информацию о потомках учёного. Похоже, он был не из Авроры. Самопожертвование так погрузился в поиски, что, когда отошёл от них, обнаружил, что он один в здании. Отца рядом не было, но он знал, что отец его не бросит, так как Рой сам рад, что воссоединился с сыном. Но зачем он шёл в архив? Отца он нашёл на первом этаже архива, тот отчаянно рылся в старых бумагах и цифровых журналах. Когда Рой отвлёкся от своих исследований, Самопожертвование глянул на стол, и его сердце сжалось. Его отец искал все данные о куполах, где мог быть расположен передатчик для связи с планетой Земля. Вацлав так и не сказал отцу о том, что ещё увидел и узнал, находясь на Северном полюсе, о том, что планеты Земля больше нет, как нет и Мэри Коллер — жены Роя и матери Вацлава. Самопожертвование буквально оцепенел. Если бы его добродетель была Честность, ему бы пришлось рассказать правду отцу, но поскольку с этой добродетелью ходят единицы и таких людей мало кто любит из-за их излишней прямоты и честности, то…

Глава 6

— Ну как, нашёл то, что искал? — Самопожертвование вздрогнул, услышав за спиной голос отца. Вацлав, так же как и его отец, с головой ушёл в свои поиски. Голос отца заставил его отвлечься от мыслей и вернуться на грешный Марс.

— Это единственный архив в городе?

— Как видишь, поэтому я и повёл тебя сюда, сынок, иначе бы я сказал, что в городе несколько архивов, и что начать поиски следует отсюда, — ответил Рой сыну.

— Здесь ничего нет про бедолагу. Похоже, он вообще не из Авроры.

— Что собираешься делать?

— Закончу дела в Авроре и отправлюсь в Источник с подругой. Может, в том архиве знают про этого учёного.

— Ну, для начала, — бережно сложив все бумаги, Рой аккуратно разложил их по ящикам, и продолжил — для начала мы хорошенько отдохнём, а то все эти поиски воды отбирают много сил.

— Где предлагаешь отдохнуть? — спросил Самопожертвование у отца.

— В баре у Милосердия, где же ещё, — улыбнулся старый техномант.

Самопожертвование вместе с отцом вышел из архива, и они оба направились к бару Милосердия. По дороге отец и сын не проронили ни слова, оба были озабочены своими поисками. Судя по лицу Роя, он так и не нашёл ни одного купола с пультом связи с Землёй, и Самопожертвование не знал, как помочь своему отцу. Нужно иметь достаточно смелости и выдержки, чтобы рассказать всю правду о том, что сделала Смута с планетой Земля и… если Умеренность до сих пор добродетель Роя, то он нормально воспримет правду и не впадёт в крайность, однако, судя по усталому виду отца, не стоит говорить ему об этом.

— Что ты искал, пап? — тихо спросил Самопожертвование, когда они почти пришли к бару.

— Я пересматривал старые карты, — соврал отец.

— Мне нужно кое-что тебе сказать, — начал было Вацлав, но тут вдруг у Роя и его сына под ногами затряслась земля, а чуть позже к ним подбежал перепуганный молодой солдат армии Авроры и двое его сослуживцев.

— Мне велели найти вас, Умеренность Рой, — обратился он к Рою.

— Да, я слушаю. Это из-за землетрясения? За всю мою жизнь на Марсе такого ещё ни разу не бывало.

Добродетели Роя можно было только позавидовать, хоть он и отказался от имени Умеренность, она всё же осталась его добродетелью, перепуганного солдата он встретил крайне сдержанно, вопросы задавал спокойно, не требовал от него немедленного ответа, и даже попытался утешить его.

— Эта штука вырвалась из-под контроля и скоро ворвётся в город.

— Какая штука? — спросил Рой.

— Червь Бурильщик, мы пытались сдержать его, но он…

— Надо было сразу сказать, — оживился Умеренность, — Вацлав, сынок, оружие при тебе?

— Да, я всегда с ним хожу.

— Тогда побежали, нельзя, чтобы Бурильщик прорвался в Темнополис и всё здесь порушил.

Земля всё продолжала трястись, люди и мутанты стали выбегать из своих домов, похоже, с такой ситуацией они тоже столкнулись впервые. Когда Рой вместе с сыном проходил мимо них, один из местных спросил у пожилого техноманта, что происходит и что делать.

— Вернитесь обратно в дом, там безопасно, мы во всём разберёмся, — заверил Рой. Пробежав пару кварталов, Рой вместе с сыном пришли к парадным воротам города. Там уже стояли солдаты Авроры вперемешку с местными техномантами. Увидев идущих к ним Роя и Самопожертвование, они тут же расступились и пропустили семью техномантов вперёд. Умеренность не стал расспрашивать солдат, как они допустили, что гигантский червь сорвался с цепи и теперь грозит уничтожить город, а лишь кивнул сыну, говоря, что надо достать свой шест и приготовиться к бою с Бурильщиком.

— Вы только не убивайте его, он нам нужен для построения тоннелей, — сказал один из солдат Рою.

— Я постараюсь, но жду от вас объяснений, — хладно ответил Рой.

Умеренности и Самопожертвованию повезло, что червь застрял в скалах и только в безмолвном гневе поднимался на переднюю часть тела и вновь ударялся им о землю, пытаясь вырваться на свободу.

— Дилетанты, — буркнул себе под нос Рой. Самопожертвование впервые видел живого червя Бурильщика. Странствуя с Габриэлой по Марсу, он нашёл только фрагмент его панциря и видел его в своём видении. Бурильщик и правда выглядит угрожающе — гигантский червяк в костяном панцире, с множеством глаз, почти зубастой пастью и огромными рогами. Увидев приближающихся к нему техномантов, зверь в беззвучной злобе снова приподнял переднюю часть тела и попытался напасть на Самопожертвование и его отца. Техноманты вовремя отскочили, чтобы не попасть в пасть к Бурильщику. Червь не давал техномантам подойти к себе, при каждом подходе грозился их проглотить.

— Похоже, он в ярости, что-то вывело его из себя, — подметил Рой.

— Может, эти дилетанты, которые пытались его протолкнуть в узкий тоннель? — развёл руками Самопожертвование.

— Знать бы, — протянул Умеренность.

— У меня идея, я заберусь ему на спину и тем самым попытаюсь его измотать, — предложил Вацлав отцу.

— Нет, сын, это может быть опасно, ты никогда не сражался с таким зверем, так что на спину полезу я, — отрезал отец.

— Окей, пап, я тогда зайду спереди, и попытаюсь удержать его с помощью электричества, — согласился Самопожертвование. Рой разбежался и запрыгнул на спину Бурильщику, Вацлав моментально спрыгнул в тоннель и приготовил гигантскую шаровую молнию. Умеренность Рой всячески пытался удержать на месте Бурильщика, держа его за рога. Червь начал изгибаться то в одну сторону, то в другую, и как ретивый конь сбросил с себя Роя.

— Отец! — выкрикнул Самопожертвование, и, забыв об угрозе, тут же бросился к отцу. Старый техномант лежал на спине и не шевелился.

— Папа, папа!

— Я в порядке, сын, — тихо проговорил Рой, пытаясь сесть. Чтобы Бурильщик окончательно не раздавил отца, Самопожертвование оттащил его в небольшую пещеру в тоннеле, в которую червь уж точно не пролезет. Равномерно распределив свои флюиды, Вацлав залез на небольшой уступ, а с него перебрался на спину Бурильщика. Почувствовав на своей спине слабый электрический ток, червь попытался его сбросить, но Самопожертвование вовремя ухватился за рога Бурильщика, и как бы тот не сопротивлялся, не отпускал его. Как не странно, но связи с животным он не чувствовал, как это было в случае с Левиафаном, и он не мог понять, что так взбесило червя.

— Тише ты, я не знаю, в чём причина твоего гнева, — пытаясь успокоить Бурильщика, сказал Самопожертвование. Он изо всех сил пытался его утихомирить, тянув его за рога то в одну сторону, то в другую, пока не увидел у него на боку гноящуюся рану.

— Так ты ранен?

Бурильщик перестал дёргаться и затих, как будто говоря Вацлаву: «Да, я ранен».

— Я могу тебе помочь, но сначала я помогу одному хорошему человеку, — сказал Самопожертвование червю. Вацлав спрыгнул с затихшего Бурильщика и побежал в пещеру к отцу. Рой более-менее пришёл в себя, хотя из-за падения на спину начал немного прихрамывать.

— Папа, ты как? — вбежав в пещеру, спросил Вацлав.

— Жить буду, а ты? Я видел, как тебе удалось его утихомирить? — ответил вопросом на вопрос Рой.

— Он ранен, у него на боку гнойная рана, похоже, он от боли озверел, — ответил Самопожертвование.

— Бедное животное, ему нужен врач, а не работы. Пойдём, сынок, мне нужно хорошенько поговорить с этими дилетантами, — сказал Рой.

Самопожертвование помог отцу окончательно встать на ноги. Вместе они вернулись обратно в город, где Рой сделал выговор солдатам Авроры, сказав им, что Бурильщик озверел от того, что его раненного взяли на работы, вместо того, чтобы сопроводить к нему ветеринара.

— Единственный ветеринар сгинул в лагере для военнопленных, — сказал один из солдат.

— Это тебе показалось, салага, — усмехнулся Рой. — После падения Смотрителя Виктора лагерь распустили, и Единство вернулся в Аврору, своим ученикам он передал все секреты лечения местных животных.

— Единство? — удивился Самопожертвование, — так зовут правителя Авроры!

— В Авроре полно людей с такой добродетелью, насколько мне известно, ветеринара звали Майкл.

— Не подскажешь, где мне его найти? Я хочу помочь Бурильщику, — спросил Самопожертвование.

— Я с тобой. Это очень опасно — лечить Бурильщиков.

— Тебе самому нужно к врачу, червём я сам займусь, — убедил отца Вацлав.

— Ты прав, сынок, ветеринарная клиника находится в центре Темнополиса, ты её легко найдёшь.

— Понял, — кивнул Самопожертвование, и, сопроводив отца до врача, пошёл к ветеринару.

***

Как оказалось, ветеринара звали так же, как и хозяйку местного бара — Милосердие. Похоже, Милосердие и Единство — самые распространенные в Авроре добродетели, что радует. После Виктора и двух ожесточённых войн единство и доброта нужны всем жителям красной планеты. Милосердие так же выказал своё недовольство солдатам Авроры за то, что заставили Бурильщика работать с раной на теле. Когда Самопожертвование вместе с Милосердием пришли к червю, тот по-прежнему находился там, где его оставили. И только увидев человека, понявшего его проблему и посочувствовавшего ему, Бурильщик зашевелился.

— Я привёл к тебе врача, обещай мне, что ты его не съешь? — обратился Самопожертвование к червю. Бурильщик ничего не ответил.

— Знак согласия, — сказал Милосердие, — у вас легко получилось наладить с ним контакт.

— Не совсем, пришлось его уговаривать, — водя ногой по земле и улыбаясь, признался Самопожертвование.

— А вы не думали выдрессировать какого-нибудь зверя, вы ведь лозоходец?

— Подумываю об этом, — ответил Самопожертвование.

Понаблюдав за ветеринаром и Бурильщиком и убедившись, что червь не съест врача, Вацлав вернулся в клинику, где оставил своего отца. Врач сказал техноманту, что таких крепышей, как его отец, поискать надо, Рой серьёзно не пострадал, только заработал растяжение связок и ушибы, но ему стоит на некоторое время остаться в клинике под наблюдением врачей.

— Боюсь, что в Источник придётся тебе ехать без меня, но не переживай, на мне всё как на собаке заживает, — улыбнулся Рой и похлопал по плечу сына.

— Я останусь с тобой, пока ты не поправишься.

— Сынок, мы же не расстаёмся навсегда, и раз уж ты взял себе добродетель, не оставляй её и не отступай, я это понял, когда решил оставить свою родину, — заверил Рой сына.

Часть 2. Перевозчик Адам. Глава 1

Первые уроки вождения «Скитальца» для начинающего Перевозчика Адама вышли боком. Перед тем как сесть за руль вездехода, Адам наблюдал за тем, как Амелия водит «Скитальца», и ему казалось, что водить эту махину не так уж и сложно. Но как только Амелия предложила сесть ему за руль, то Адам понял, что управлять этой громадиной не так-то просто. То машина не заводилась с первого раза, то буксовать начинала, и под конец он чуть не сломал вездеход, чем вызвал недовольство своей подруги по рулю Амелии.

В последнее время услугами Перевозчиков люди стали пользоваться всё чаще. Оно понятно, после победы над Смотрителем Виктором жизнь в главном городе Источника Изобилия — Офире начала входить в берега. Стали возвращаться беженцы, прекратилась эксплуатация мутантов, теперь мутанты, работающие на опасных работах, получали хорошие выплаты. Советом горожан было решено избрать на должность нового Смотрителя Мансера Конора. Всё же вододобывающими корпорациями должны управлять либо лозоходцы, либо техноманты, чтобы продолжать и дальше просвещать людей. После того как изгнали из города Отступника Антона и его воров, начали реконструировать трущобы, чтобы люди, живущие вдали от делового района, чувствовали себя комфортно. Но, несмотря на то, что Офир возрождался и с каждым днём становился лучше, Адам всё равно ощущал некий дискомфорт. Чтобы хоть как-то отвлечься от грустных мыслей, он решил загрузить себя работой. Из-за того, что Офир находился практически под открытым солнцем, работы по облагораживанию территории вокруг города велись исключительно вечером и ночью. Как только Адам научился управлять «Скитальцем», его подруга Амелия тут же дала ему наряд отвезти небольшую группу рабочих к воротам города, где строители должны облагородить территорию вокруг города. Адам согласился, и когда все строители погрузились в вездеход, Перевозчик завёл машину и выехал из города. Поскольку все работы проводились в вечернее время, когда на Марсе просыпаются опасные животные, то вместе с рабочими ехали ещё и солдаты, приставленные Элизой Майер.

— Неужели кроме Офира у Источника Изобилия нет других городов? — задался вопросом Адам, осматривая местность вокруг города.

— Старожилы говорят, что когда-то были, — усмехнулся один из рабочих.

-Да, — добавил другой, — я как-то видел старую карту Марса, на ней не только Источник был больше, но и были другие вододобывающие корпорации.

Адам не стал расспрашивать рабочего, что стало с другими корпорациями. Ежу понятно, Смута привела к тому, что устояли и выжили только Аврора и Источник Изобилия, и если что-то осталось от других вододобывающих корпораций, то наверняка это одни вольные города. Как только «Скиталец» остановился на линии стройки, рабочие, взяв свои инструменты, приступили к своим работам. Ближе к ночи трудяги ещё больше замахали своими молотками, ведь в этой местности, по мнению рабочих и солдат, неоднократно видели гигантских клещей. Так и на этот раз, огромный хоботковый клещ выполз прямо из-под земли и, вцепившись своей когтистой лапой в костюм одного из работяг, попытался его утащить под землю, благо Адам вместе с солдатами подоспели вовремя и вытащили бедолагу из ловушки. Когда из-под земли повыскакивали другие животные, стройку решено было прекратить, и всей команде вернуться обратно в Офир.

— Так всегда у вас? — поинтересовался Адам у одного из работяг.

— Всегда, но мы уже к этому привыкли, — улыбнулся рабочий.

Вернувшись в Офир, Адам доложил обо всём Смотрителю Конору, и, сдав «Скитальца» Амелии, пошёл в свою комнату. Он попытался заснуть, но сон так и не приходил. Тут в дверь постучали.

— Входи, Амелия, я всё равно не усну, — откликнулся Адам.

— Откуда ты знаешь, что это я? — игриво спросила Амелия.

— Кроме нас, тут никого нет, — подыграл Адам, хотя по его лицу было видно, что он не очень настроен на заигрывание со своей напарницей.

— Вижу, день не задался? — спросила девушка.

— Устал от однообразной работы, — признался Адам.

— Я не всегда вожу рабочих вокруг Офира, так что ты ещё увидишь другие города и поездишь по Марсу, — утешила его Амелия.

Амелии тоже не спалось, и она предложила другу сходить в «Диковинку», выпить по стакану воды и немного развеяться. Адам согласился. После падения режима Смотрителя Виктора возможность выпить стакан свежей и прохладной воды получили и простые люди, вот только за такой стаканчик нужно отдать пятьдесят флаконов сыворотки. Подрабатывая в городе, Адам смог накопить достаточно сыворотки, чтобы позволить себе стакан свежей воды. В «Диковинке» сегодня было не продохнуть. Похоже, этой ночью не спали не только Адам и Амелия, но и половина города. Все столики, включая и верхний ярус, были заняты.

-Т ы только посмотри на это, раньше бар был пуст, а теперь он, как и весь город, ожил, — весело сказала Амелия.

— Э, может, в другой раз пойдём, — притормозил Перевозчик Адам и хотел уйти, но Амелия тут же остановила его.

— Другого такого места, как «Диковинка», нет.

— Но…

— Ты хочешь пойти в ту забегаловку, которая находится в деловом квартале? Нет, так не пойдёт, я привыкла к ней, так что осядем тут, — перебила Амелия друга, и, подойдя к барной стойке, тут же заказала для себя и Адама два жестяных стакана с водой.

— Для тружеников тыла у нас скидка, — объявил бармен Итан Хоук.

— Сколько? — спросил Адам.

— Десять флаконов с вас обоих, — улыбнулся бармен.

— Сойдёт.

Адам порылся в карманах своего пальто, с которым он практически не расставался, и, достав флаконы с сывороткой, протянул их бармену. Тот сразу же налил Перевозчикам свежей воды.

— Ну что, за нас, — сделала тост Амелия.

— За нас и за будущее Офира, — подмигнул Адам и одним глотком осушил весь стакан с водой.

Глава 2

Амелия оказалась права. Утром Смотритель Конор вызвал к себе в штаб Амелию вместе с Адамом для того, чтобы дать задание обеим Перевозчикам отвезти бидоны с чистой водой в Долину мутантов и в вольный город Хему. Оба Перевозчика в это время находились в ангаре «Скитальца». После похода в бар «Диковинка» Адам спал как убитый, только Амелия, как всегда, встала раньше всех, и пока солнце не набрало силу и не вошло в зенит, стояла возле люка, из которого «Скиталец» отправляется в дальнее странствие по Марсу, и любовалась красотами красной планеты.

— Любуетесь природой? — спросил один из техномантов, посланный Смотрителем Конором. Амелия так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как в ангар пришёл посланник бывшего Мансера Конора.

— Я вас и не заметила, — виновато улыбнулась девушка.

— Вам надо быть бдительней, Амелия. Несмотря на то, что воров и прочих маргиналов изгнали из города, некоторые из них сейчас лелеют надежду сюда вернуться, а ваш ангар как-никак стратегический объект.

— Мне понятны ваши беспокойства, Мансер Джон, но я опытный воин, и любую угрозу могу свести на нет, — ответила Амелия.

— И всё же вам стоит быть предусмотрительней. Кстати, а где ваш напарник?

— Спит.

— Ну, тогда разбудите его, вас обоих вызывает к себе Смотритель Конор, есть дело.

После этих слов, Мансер Джон ещё раз поклонился Амелии и ушёл обратно в свой орден. Амелия тут же постучалась в дверь комнаты, где мирно спал Перевозчик Адам. Тот не ответил, тогда она осторожно открыла дверь и заглянула внутрь комнаты. Сквозь небольшое окно в комнату, где спал Адам, просачивался свет от неоновых ламп, которые освещали бывшие трущобы Офира. Напарник Амелии спал как убитый.

— Просыпайся, красавчик, — начала тормошить его девушка, — у нас есть задание.

— Что, с утра пораньше? — сквозь сон пробубнил Адам.

— Да, с утра пораньше.

— Вот и нормальная работа подоспела, — зевнув, сказал Адам.

***

Вместе с Амелией Адам пошёл к месту, где заседает Смотритель Конор — в самый центр Источника Изобилия, где раньше была штаб-квартира Смотрителя Виктора. Вот только от эпохи Смотрителя Виктора ничего не осталось, Адам сам был свидетелем того, как под одобрительные возгласы горожан сносили металлические статуи, восхваляющие бывшего смотрителя. Новый смотритель не страдает манией величия, он, наоборот, озабочен тем, чтобы люди чувствовали себя в городе комфортно, поэтому на месте постаментов, на которых стояли металлические бюсты Виктора, поставил клумбы с цветами, найденными на Марсе. К слову, Офир был построен на месте первого поселения колонистов, состоящего из нескольких жилых куполов, под которыми протекают подземные источники воды. Увидев идущих в сторону его штаба Перевозчиков, Смотритель Конор, стоявший возле храма ордена техномантов, окликнул их.

— Главный Смотритель вышел к людям! — удивился Адам.

— Я всё же техномант и не могу так просто отказаться от всех регалий, которые мне дали Великие магистры, — улыбнулся Смотритель Конор.

— По какому поводу нас вызвали? — поинтересовалась Амелия.

— У меня для вас ответственное задание — отвезти воду в Долину мутантов и вольный город Хему, а поскольку вы единственные Перевозчики…

— Мы поняли, — кивнула Амелия.

— Хорошо, тогда я прикажу своим ребятам погрузить бидоны с водой в ваш вездеход.

— Простите, сэр, но вода нужна и жителям Офира, а вы так просто отдаёте её другим! — удивился Адам.

— Воды у нас достаточно, сынок, я хочу восстановить доброе название Источника Изобилия, помогая тем, кто остался без воды и живёт в жёстких условия Марса, — вежливо улыбнулся Конор.

— Но почему вода так дорого стоит?

Тут в разговор вмешалась Амелия, сделав сигнал Адаму, что его недовольство тут неуместно, и что Смотритель Конор и так изо всех сил старается быть добрым правителем Источника Изобилия.

Как только Амелия вместе с Адамом согласились развозить воду, Смотритель Конор приказал своим ребятам доставить бидоны с водой в «Скитальца» Амелии, после чего Адам завёл машину и вместе с подругой выехал из ангара. Выехав, он тут же почувствовал то, что не мог почувствовать в Офире даже когда власть Виктора пала, а именно — свободу.

— Сомневаешься в добропорядочности Конора? — спросила его Амелия.

— Не то чтобы сомневаюсь, но чистая вода нужна и жителям города, люди до сих пор живут и думают, что техноманты свяжутся с Землёй и оттуда придёт помощь.

— Вот поэтому и необходимо доставлять воду тем, кому она нужна, раз уж планеты Земля больше нет, а жить дальше надо, — пояснила Амелия.

— Понятно.

Несмотря на то, что Адам более-менее устроился на новом месте, он до сих пор испытывал фантомную боль. Сначала он не смог свыкнуться со своим новым телом, потом, когда он узнал, что планеты Земля больше нет, начал страдать из-за правды, которую он узнал.

— Что, до сих пор не можешь привыкнуть к тому, что планеты Земля больше нет? — заботливо спросила Амелия, видя, что её напарник вновь расстроен.

— А ты?

— Ну как сказал однажды наш дорогой друг Скотт, цитирую: «Наследие такая странная штука, что любой из нас может оказаться потомком первопроходцев Марса», конец цитаты. Так вот все мы, по сути, когда-то были землянами, даже несмотря на утраченную связь с колыбелью человечества, я тоже ощущаю некое беспокойство, но всё равно надо жить будущим, а не прошлым.

Амелия открыла голографическую карту, чтобы узнать, не сбились ли они с курса. Нет, не сбились. Первой на пути следования «Скитальца» была Долина мутантов. Живущие там мутанты, которые отказались возвращаться в Источник Изобилия даже после падения Виктора, были рады видеть в своих краях Перевозчицу Амелию и её напарника. Стража, которая стояла у ворот города, не колеблясь, пропустила ребят внутрь.

— Вижу, тебе тут рады, — улыбнулся Адам.

— Мало кто знает, но втайне от Виктора я смогла переправлять небольшие запасы с водой в Долину к мутантам, — игриво шепнула Амелия.

— Амелия, Адам, как я рад вас видеть! — раздался знакомый голос.

— Фобос, ты до сих пор здесь?! — удивилась Амелия.

— Я их лидер, они мне доверяют.

— Скажи своим людям, что мы привезли вам воду, — обратился Адам к другу мутанту.

— Обязательно. Может, останетесь на ночлег? Мы вам всегда рады, — предложил Фобос.

— Прости, друг, но нам нужно доставить воду в город Хему, знаешь, где он?

— Знаю, что он существует, а координаты, нет, не знаю, для меня он такой же мистический, как и когда-то был Ноктис, пока я на него не набрёл случайно, — признался Фобос. Выгрузив три бидона с водой, Адам вместе с Амелией попрощались с Фобосом и мутантами и отправились на поиски города Хему.

Глава 3

-Ты что-нибудь знаешь про город, в который мы едем? — задумчиво спросил Адам свою напарницу.

— Я мало что знаю про этот город, только слышала небылицы из уст местных торговцев, — призналась Амелия

— Небылицы?

— Ну да, — улыбнулась девушка, — мол, они ни с кем не заговаривают, и то, что они с ног до головы закутаны в чёрную ткань.

— А чем они торгуют? — поинтересовался Адам.

— Они торгуют через посредников, торговцы обменивались с ними разными поделками из камня и железа.

— Похоже, наш новый Смотритель смог установить с ними контакт, — потёр подбородок Адам.

— Ну, значит, смог, раз везём туда, не зная куда, воду. Не мешало бы ещё и точные координаты иметь, а то один Бог знает, где это между Долиной мутантов и Северным полюсом, — хмыкнула Амелия, и, перехватив у Адама руль, добавила: — Иногда следует довериться своей судьбе.

«Скиталец» свернул с избранного пути, когда Перевозчица взяла управление вездеходом на себя. Перевозчики решили не следовать карте и указаниям Смотрителя Конора, а заворачивать в каждый попадающийся на пути следования каньон и ответвления долины Маринер. С каждой выбранной дорогой пейзаж менялся, живописные красные барханы, и равнины, населённые всевозможной живностью, сменились на то, что Адам назвал бы упадком человеческой цивилизации: тем, что осталось от космических кораблей, и обугленными человеческими скелетами, по которым было видно, что все попытки колонистов облагородить равнину и прилегающие к ней каньоны потерпели неудачу. Свобода передвижения на Марсе — лишь иллюзия, вне городов и колоний никто не может выжить.

— Ты уверена, что Хему стоит искать среди упадка человеческой цивилизации? — отвернувшись от окна, спросил Адам.

— Если ты хочешь затеряться на Марсе, то лучшего места не найти. Редко кто захочет ступить на мёртвые земли, — сказала улыбаясь Амелия. Ей пришлось собраться с духом и мыслями, чтобы лавировать между торчащими из-под земли деревянными и металлическими прутами. Судя по встречающимся на пути следования Перевозчиков конструкциям, всё это когда-то было куполами, в которых раньше жили люди. Адам даже углядел на одной железяке знакомую аббревиатуру UNM. Судя по всему, этот разрушенный город когда-то принадлежал Источнику Изобилия и пришёл в упадок, когда во вселенной произошла Смута.

— Мне тоже неприятно на это смотреть, Адам, но другого пути у нас нет. Если я сверну, то мы непременно врежемся во что-нибудь, — пояснила Амелия.

— Например, в стену из молний, — предупредил Адам напарницу. Прямо перед «Скитальцем» возникла огромная стена из электричества, и чтобы не поджариться, Амелии пришлось резко затормозить, чуть не опрокинув бидон с водой.

— Это же невозможно, это место давно заброшено! Откуда здесь стена из электричества? — удивилась Амелия. Чтобы поближе рассмотреть то место, откуда били спрайты, ребята вышли из вездехода и осторожно подошли к электрической стене. Как оказалось, это не природное явление и не игры громовой саранчи. За развалинами, практически по всей долине, стояли железные столбы, из которых прямо в небо били молнии.

— Знакомая конструкция, — подметила Амелия, — я как-то раз помогала Габриэле обустроить защиту её дома, но рядом должна быть солнечная батарея или бесперебойный источник тока.

В первый раз Адам прибег к глазной аугментации, чтобы внимательней присмотреться. Прямо от металлических столбов под землёй отходили провода, которые вели куда-то вдаль.

— Там провода под землёй. Похоже, мы на правильном пути, — сообщил он напарнице.

— В каком смысле?

— Хему, возможно, это их рук дело.

— Жители Хему техноманты, но тогда зачем им вода, достаточно избрать лозоходца, и все дела решены! — пожала плечами Амелия.

Перевозчикам пришлось не только обойти электрическую преграду по периметру, но и очищать пути для «Скитальца», чтобы двигаться дальше. Поскольку эта часть Марса больше всех пострадала от радиации, Амелии и Адаму пришлось воспользоваться счётчиком Гейгера и стальными перчатками, чтобы не облучиться радиацией. Солнце здесь жгло нещадно, и ребята ощутили это на себе. Наконец расчистив путь для вездехода, Амелия вместе с напарником поспешила обратно в машину. Ребятам пришлось следовать вдоль проводов и электрических заграждений, чтобы окончательно не сбиться с пути. Здесь даже животных не было, похоже, жужжание проводов под землёй и молнии, бьющие из-под земли, их отпугивали

— Эй, смотри, что это там впереди? — спросил Адам, указывая на силуэт.

— Это, наверное, и есть Хему. Просто удивительно, что эти люди избрали для проживания гиблые земли.

Чем ближе ребята приближались к цели, тем чётче становились очертания города: он походил на нагромождение металлических конструкций и обломков космических кораблей, но это только снаружи. Когда Амелия и Адам подъехали к воротам города, то увидели знакомые очертания жилых и научных куполов, а ворота были сделаны так, чтобы их могли открыть только техноманты.

— Пойду, поговорю со стражей, а ты посиди пока здесь, — предостерегла Амелия напарника.

— Знаешь их язык?

— Нет, но судя по куполам, там наверняка живут европейцы, — заключила Амелия. Торговцы не врали, даже стража города выглядела зловеще, они на самом деле были закутаны с ног до головы в чёрные ткани, у одного из стражей Амелия смогла разглядеть аугментированный глаз, который поблёскивал красным светом.

— Стой, куда? — металлическим голосом произнёс один из стражей.

«Фух, ну хоть на английском разговаривают», — отмахнулась Амелия. — Наш Смотритель, Мансер Конор, велел отвезти вам воду.

— Мансер Конор, говорите?

— Да, так вам… нужна вода? — запинаясь, спросила Амелия.

— Подождите минуту.

Стражники открыли ворота, и один из них пошёл в город, вероятно, для того, чтобы узнать, пускать ли Перевозчиков в город.

— Вы уж поторопитесь, а то мы изжаримся тут, — предупредила Амелия.

***

Ждать пришлось недолго. Видя, что девушка, привезшая воду в город, изнывает от жары, ей и её напарнику разрешили вкатить бидон с водой за стены города и даже позволили войти в гостевой купол. Как ни странно, но стекло в этом куполе полностью сохранилось, хоть в некоторых местах оно слегка расплавилось. В центре находится небольшой фонтан, правда, из него льёт не вода, а песок, вокруг фонтана разбита клумба с диковинными цветами.

— Необычно для вольного города, — призналась Амелия.

— Да, особенно когда все на тебя пялятся, — осматриваясь, сказал Адам.

-Кажется, один из стражников аугментированный, — шепнула Амелия другу, — без обид, Адам, но я не привыкла видеть открытые аугментации, кроме конечностей Мансера Вацлава, тебя и тех бедолаг, которых хотел взять под крыло Смотритель Виктор.

— Согласен, просто отдадим им бидон с водой и уедем обратно в Офир.

Через несколько минут к ребятам подошёл местный техномант, он был так же закутан в чёрную ткань, как и все жители города, но в отличие от остальных выглядел не так грозно.

— Прошу прощения, что заставил вас ждать. У нас договорённость со Смотрителем Конором насчёт воды, — вежливо сказал он. Тут же из-за его спины выросли два громилы с механическими протезами вместо рук, они обхватили бидон с водой и понесли в неизвестном направлении. Техномант представился как Мансер Яков, он предложил ребятам немного погостить в Хему и повёл их в один из жилых куполов. Идя в гостевой дом, Адам заметил на одной из самодельных башен ранее неизвестную аббревиатуру UNA, а рядом с ней был начертан знакомый ему символ.

«Быть того не может, выходит, Элисон Станекова не врала про Бога-машину? А что означают эти три буквы? United Nations of Augmentations?»

— Адам, с тобой всё в порядке? — видя удивление на лице друга, спросила Амелия.

— Да, просто что-то показалось, — отмахнулся Адам.

— Вот ваше временное пристанище, тут вы можете отдохнуть, и если захотите, то и остаться на ночь. Если что, я вон в том доме, — кивнул Мансер Яков и ушёл.

— У меня дежавю, — вдруг сказал Адам, когда остался с подругой наедине.

— Ты землянин, и, похоже, в отличие от Мансера Вацлава ты ни разу не был на Марсе, — упрекнула Амелия друга.

— Но негласный символ города Хему видел на Земле.

— Как это?

Собравшись с мыслями, Адам рассказал подруге про несчастную девушку из Чешской Республики — Элисон Станекову, которая основала церковь Бога-машины. У этой церкви был точно такой же знак, как и у города Хему.

— Это совпадение, — отмахнулась Амелия.

— А эти три буквы UNA? Это переводится как Объединённые Нации Аугментированных, не говоря уж о том, что их тут полгорода.

— Думаешь, та несчастная уловила сигнал из Хему?

— Вполне возможно, что жители этого города пытались связаться с Землёй?

— Возможно, сигнал с Панхеи, со станции в Антарктиде, усилил сигнал с Марса, и Элисон его услышала.

— Так-так, про Панхею я ещё не слышала. Расскажешь, что именно там произошло? — улыбаясь, спросила Амелия.

— Попробую, но я полностью уверен в том, что сигнал из города Хему долетел до Земли, судя по электрической стене, которую возвели, чтобы огородить город от чужаков.

Глава 4

Амелия и Адам приняли приглашение Мансера Якова остаться на день в Хему, тем более, что они оба немного подустали от долгого и изнурительного путешествия, да и к тому же уже начало темнеть. В этой части красной планеты обитают опасные животные, которые, сидя в песках, поджидают неосторожного путника. Жители Хему благосклонно отнеслись к Перевозчикам из Офира. Ближе к вечеру в дверь купола, где временно проживали Амелия и Адам, позвонил человек, который представился как Трудяга Джон. Одет он был так же, как и все жители Хему, за исключением того, что у него не прикрыта голова. Когда Амелия открыла дверь Трудяге, он поблагодарил её за отклик, поинтересовался, как ребята устроились на новом месте, и преподнес им корзину, полную фруктов и других подарков.

— Небольшой презент от Мансера Якова, как говорится, чем богаты, тем и рады, — вежливо сказал Трудяга Джон.

— Передайте Мансеру Якову огромное спасибо, — так же вежливо ответил Адам, принимая скромный подарок от Трудяги. Оба Перевозчика не были голодны, поэтому решили отвезти подарок Мансеру Конору, чтобы он щедро разделил фрукты и сувениры среди преданных ему людей. Когда окончательно стемнело, жители города Хему разошлись по своим жилым куполам. В городе выключили свет, только главная башня с аббревиатурой UNA и красным символом церкви Бога-машины осталась подсвеченной.

— Мда, мрачноватое зрелище, — протянула Амелия, глядя в небольшое окно, и тут же добавила, — ну вот ещё один мифический город оказался реальным.

— Просто удивительно, что они нас так радушно приняли. Когда я отправился спасать Элисон Станекову, мне пришлось включить маскировку, чтобы подобраться к ней.

— Ну наверное, ты тогда не был Перевозчиком и в воде они не нуждались, — пошутила Амелия.

Раз уж разговор зашёл о Земле и о прошлом Адама, то Адам всё же решил рассказать подруге про Элисон и церковь Бога-машины. Амелия, не перебивая, слушала своего напарника, а когда он закончил, то сказала:

— Выходит, эта бедная девушка поймала сигнал с Марса. Скорее всего, когда жители Хему или Мансер Яков экспериментировали с электричеством, возникла аномалия, которая полетела в сторону Земли, и которую Элисон приняла за голос свыше.

— Похоже на то. Пока мы ждали, когда Мансер Яков придёт за водой, я смог разглядеть некоторые постройки, и скажу, что они довольно старые, — подвёл черту Адам.

— Похоже на то, но если мы будем задавать много вопросов, то будем выглядеть подозрительно, — предостерегла Амелия друга.

Друзья уснули только под утро, проснулись они оба от того, что в окно начало светить солнце, а купол был устроен так, что как только солнечные лучи коснулись его стен, то всё засияло. Первым проснулся Адам, ему пришлось активировать глазные линзы, чтобы хоть что-то рассмотреть. Встав на середину купола, Адам хотел потянуться, но, коснувшись руками потолка, тут же отложил это занятие. За окном вовсю кипела жизнь, жители города Хему, похоже, встали раньше его, и уже вовсю работали. Краем глаза Адам заметил, что часть жителей собралась возле башни, рядом с которой стоял Мансер Яков, позже управляющий городом куда-то повёл горожан. Адама это заинтересовало, и он решил пронаблюдать за Мансером Яковом. Он решил не включать свою маскировку, хоть она у него исправно работала, а укрываться между домов и камней, которые изредка встречались посередине города.

— Можете не прятаться, сэр, — приветливо улыбнулся и рассекретил Мансер Яков Адама, — я вас вижу.

— Я просто… — Адам пытался подобрать слова.

— Вы же не техномант, так ведь?

— Да, но подобное сооружение я уже видел на планете Земля, — начал Адам.

— Возможно. Мы все когда-то жили на этой планете, поэтому всё с неё копируем, — улыбнулся Мансер Яков, чем удивил Адама. Тот думал, что после слов о Земле начнутся подозрения. Ведь жители города Хему — потомки колонистов, так же как и Мансер Яков, и то, что Адам заговорил про Землю, могло вызвать лишние вопросы. Но Яков никак на слова о Земле не отреагировал.

— Я вижу, вы тут давно живёте, судя по постройкам, — продолжил Адам.

— Мы потомки аугов-колонистов, они передали нам технологию аугментаций, и мы ей пользуемся. А что насчёт планеты Земля, то мы связывались с ней и нашими братьями, но, к сожалению, связь оборвалась ещё задолго до Смуты, а что?

Адам понял, что Мансеру Якову можно доверять, и рассказал ему про Элисон Станекову, на что тот только тяжело вздохнул. Он ожидал, что сигнал с Марса должен был дойти до всех аугов с Земли, а дошёл только до несчастной девушки.

— А этот знак на башне? — спросил Адам.

— Это эмблема Объединённых Наций Аугментированных. Вы хотите сказать, что та несчастная…

Адам кивнул. Мансер Яков не знал, что и ответить. Сигнал на Землю жители Хему посылали, но про свой символ они никому не говорили. Он сказал Адаму, что-то место, куда он вёл часть населения — это орден техномантов города Хему, и он вёл новичков в храм, чтобы раздать им по чаше с водой.

— А как же остальные жители? Им тоже нужна вода! — удивился Адам.

— Мы долго живём в пустыне, и в воде не нуждаемся, вода нужна нам только для посвящения новичков в Техноманты, а когда у нас жажда, то мы пьём соки местных кактусов.

— Но они же горькие?

— Адам, нам нужно поговорить, — услышал он голос Амелии за спиной. Девушка взяла за руку Адама и увела его в сторону, предварительно извинившись перед Мансером Яковом.

— Что с тобой на этот раз не так?

— Всё так, — непонимающе развёл руками Адам.

— Я следила за тобой, красавчик, сначала ты шпионил за главой города, а теперь ещё и про воду расспрашиваешь.

— Я хочу помочь жителям города и их главе.

— Ты не в Авроре живёшь, здесь если дал обещание, то выполни его, но вода нужна и Жителям Офира, наши техноманты изо всех сил стараются найти воду, а ты предлагаешь отдать всё, что имеется, всем нуждающимся.

— Но им нужна вода! — возразил Адам.

— Он же сказал, чем они утоляют жажду. Будь у нас огромный запас воды, мы бы раздали её всем нуждающимся. Пойми, Источник Изобилия старается изо всех сил восстановить своё доброе имя, и как только получится, то обещаю, без воды не останется никто.

Глава 5

Попрощавшись с Мансером Яковом и поблагодарив его за кров и щедрые дары, Амелия и Адам сели в «Скитальца» и отправились обратно в Офир. Всю дорогу Перевозчики ехали молча. Адам понимал, что своими попытками что-то изменить в жизненных устоях Марса он испортил не только дружбу с Амелией, но и едва проклюнувшиеся к ней чувства. Зря он понадеялся на то, что сможет ужиться на Марсе в роли второго пилота «Скитальца», но он ничего не мог поделать с собой. Всё же он бывший спецназовец и агент Интерпола, он привык к тому, что он постоянно восстанавливает справедливость, и не может ужиться в мирное время.

— Эй, приятель, расслабься, — дружески похлопала его по спине Амелия.

— Со мной что-то не так, не знаю, в чём дело, — печально выдохнул Адам.

— Ничего, — отмахнулась Амелия, — это акклиматизация, скоро пройдёт. Вот вернёмся обратно в Офир и оба заскочим в «Диковинку».

Адам удивился тому, что подруга легко простила его огрехи. Наверное, она так долго в одиночку водила свой вездеход, практически выполняя роль мужчины, что, когда на горизонте появился мужчина, который готов быть вторым Перевозчиком, то она первый раз в жизни позволила себе расслабиться и быть женщиной. Теперь ребята знали, где находится вольный город Хему, и Амелия, чтобы не потеряться второй раз, если её вновь отправят туда с водой или ещё с чем-нибудь, отметила координаты города в своём цифровом журнале. Путь до Офира пролетел незаметно, и, вкатив «Скитальца» обратно в ангар, Адам и Амелия подхватили подарочную корзину и понесли её Смотрителю Конору.

На сей раз Смотритель Конор находился не возле храма своего ордена, а в своём штабе, который расположен в центре делового района. Возле входа в штаб ребят встретили два тренированных громилы, которые охраняют Смотрителя Конора.

— Наш избранник чего-то боится! — удивился Адам.

— Ну, мало ли, недовольные есть везде, — сказала Амелия. Она подошла к охранникам, и, представившись, попросила аудиенции со Смотрителем Конором.

— Смотритель Конор вам всегда рад, мисс Амелия, — вежливо ответил один из громил и пропустил девушку в штаб Смотрителя. Адам хотел пойти вслед за подругой, но ему преградили путь.

Амелия первый раз была в штабе Смотрителей, предыдущий Смотритель, несмотря на то, что девушка стала «героиней с плаката», пренебрежительно относился к её труду и пускал только во внутренний двор. Внутри здание было обшито сверкающими металлическими пластинами, и повсюду стояли лампы, от света которых можно ослепнуть. Трудно даже представить, сколько реликвий древности понадобилось Смотрителю Виктору, чтобы отстроить себе такой дворец. Амелия как-то раз видела исходный чертёж штаба Смотрителей, тогда это был просто купол, сейчас от него осталось немного. Даже все эти железные деревья сооружены из остатков космических кораблей, которые были найдены местными техномантами.

— Впечатляет, — эхом донёсся голос Смотрителя Конора до Амелии, и вскоре появился сам Смотритель.

— Да, но как-то не по себе от всей этой роскоши, — ответила Амелия.

— Я отдал распоряжение своим бывшим собратьям оценить стоимость всех реликвий в штабе и реконструировать его, мне самому от него не по себе, — улыбнулся Смотритель Конор.

***

Адам не стал дожидаться, пока его подруга всё доложит Смотрителю, и решил пойти в «Диковинку» в гордом одиночестве. От главного штаба Смотрителей до входа в бывшие трущобы рукой подать, достаточно пройти мимо железнодорожной станции и свернуть за угол. Так Адам и пошёл. Единственного бронепоезда на вокзале не было. Судя по всему, техноманты (обычные люди пользуются услугами «Скитальцев» или же переезжают из города в город на Песчаниках торговцев) сейчас трудятся либо на Линии тени, либо ещё где-нибудь. Неподалёку от железной дороги стоит какой-то торговец и призывает купить его товар. Сейчас торгуют не только одеждой и медицинскими препаратами, но и строительными материалами, продажу которых одобрили техноманты. В «Диковинке» сегодня мало народу, судя по всему, основная часть жителей Офира сейчас работает. Вместо Итана Хока напитки и закуску к ним раздаёт бармен Марк. Адам хотел было заказать стакан воды, но, вспомнив, что вода стоит дорого, а ему ещё не выдали сыворотку за труды, заказал стакан сока Алоэ.

— Так выпьете или же закусывать будете? — поинтересовался Марк.

— Я никогда не закусываю сок Алоэ, — буркнул Адам.

— То раньше было, но с Алоэ на Марсе произошёл казус, и теперь он сам вырабатывает алкоголь, — пояснил Марк.

— Ну, тогда буду закусывать, — решил Адам, поняв, что в таком состоянии, да и ещё под влиянием алкоголя, он может сболтнуть лишнего. Бармен моментально налил ему стакан сока Алоэ и поставил на стол тарелку с какими-то красно-зелёными стеблями.

— Это ревень, — пояснил бармен. Адам ничего не ответил, он заплатил за выпивку и закуску и мигом осушил стакан сока Алоэ, и на самом деле, безобидный сок превратился в «горючую смесь».

— Это там вода в бидонах? — обратил Адам взгляд на стоящие позади бармена бидоны.

— Так и есть, если есть деньги, можешь заказать стакан свежей воды.

— Откуда вы её берёте?

— Из запасников и колодцев, найденных техномантами, а что?

— Я просто спросил.

Сок Алоэ не заставил Адама расслабиться, от долгого сидения за рулём «Скитальца» у него начали затекать мышцы, и он подумал о том, что может пойти на арену и попросить для себя бой. Но Марк тут же порушил все его надежды, сказав, что с приходом нового Смотрителя все гладиаторские бои отменили.

— И где же я могу размять свои мышцы? — спросил Адам.

— Можешь пойти в казарму к госпоже Мэйер, там сейчас тренируют новичков. Можешь помочь ей с тренировками.

Другого выбора у Адама не было, хоть какая-то разминка, поэтому, доев стебли ревеня, Адам попрощался с барменом и направился к казармам, которые находятся в том же квартале, что и штаб Смотрителей. Проходя мимо железнодорожной станции, Перевозчик Адам обратил внимание на прибывший поезд. Людей в нём приехало немного, в основном это были техноманты из Офира, но вот последними из поезда вышли два знакомых ему техноманта — девушка, одетая в лёгкую кожаную куртку с лёгкой футболкой и штанами военного типа, и молодой техномант в униформе техноманта Авроры. В Офир приехали Габриэла Мансер и Самопожертвование (Вацлав Коллер или Мансер Вацлав). Появление на горизонте друзей обрадовало Адама, и он направился к поезду, чтобы встретить их.

Глава 6

Увидев идущего к нему друга, Самопожертвование помахал Адаму рукой, а после, когда Перевозчик Адам подошёл к нему, скрепил встречу крепким мужским рукопожатием. Времени с того момента, когда пути Адама Дженсена и Вацлава Коллера разошлись, прошло не так много, а друг Перевозчика Адама изменился до неузнаваемости, только внешность осталась той же, которая была у Вацлава на планете Земля. Адам ожидал, что его друг и по совместительству врач, засыплет его расспросами о том, как Адам устроился в Офире, но Вацлав, а точнее, Самопожертвование только руку пожал ему.

— Какими судьбами вы здесь? — обратился Адам к Самопожертвованию и его подруге.

— Мы тут надолго не задержимся, Адам, — начала Габриэла.

— Да, мы прибыли исключительно по делу, но рады встретить тебя здесь. Не познакомишь нас с городом? — спросил Самопожертвование у друга.

— Не знаю, с чем и знакомить, — развёл руками Перевозчик Адам, — тут мало чего изменилось с момента победы над Виктором.

— Торговцы, которые приезжают из Офира, говорят, что в городе стало легче дышать, трущобы перестраивают, а вместо каменных статуй Виктора теперь построены клумбы с цветами, — сказала Габриэла.

— Это лишь малость того, что изменилось, — заверил Адам, — городу ещё предстоит пережить главные изменения.

Адам хотел предложить своему другу и его девушке пойти в «Диковинку» выпить по стаканчику сока. Самопожертвование и Габриэла согласились, тем более что им предстояли долгие поиски данных об одном учёном в архивах Офира, а они не знали, насколько велик этот архив, тем более что Офир куда крупнее, чем Аврора.

— Не знаю, что тут изменилось, ибо я первый раз здесь, но я чувствую себя некомфортно в этом городе, — оглядываясь по сторонам, заявил Самопожертвование.

— А разве в Авроре не так же? — задался вопросом Адам.

— Нашёл с чем сравнивать, у нас в Авроре деревьев больше, чем здесь, и они живые. Мы, к примеру, живём в «Зелёной надежде», там не только сельскохозяйственные зоны встречаются, но и обычные деревья, которые растут прямо на крышах домов, — похвалился Самопожертвование.

— Ты сказал мы, то есть…

— Да, Адам, ты всё правильно понял, — вмешалась Габриэла, — мы живём вместе, а как обстоят у тебя дела с Амелией?

— Боюсь, что я своими поступками обрушил всё, что можно было, — вздохнул Адам.

— Адам, — понимающе проговорила Габриэла, — я хорошо знаю Амелию, она всё плохое забывает на следующий день.

— Я сомневаюсь в этом.

— Адам, или как там тебя теперь, — перебил Самопожертвование, — ты тут совсем недавно, а уже что-то натворил? Колись, что?

— Я не знаю, что со мной, но меня постоянно тянет на какие-то сторонние подвиги, — начал Адам. Он не стал рассказывать о том, как Мансер Яков поймал его на шпионаже, и умолчал о том факте, что только что вернулся из города Хему, где все жители аугментированы, рассказал только про то, что хочет помочь всем жителям Марса, и хочет, чтобы у всех была свежая вода.

— Как будто я не хочу этого. Каждый день я встаю, беру лозу и отправляюсь сначала на Линию тени, а потом куда позовёт лоза. Адам, всем не поможешь, помоги хотя бы городу, в котором живёшь, — заключил Самопожертвование.

Адам привёл друзей в «Диковинку». Увидев техноманта в униформе Авроры, бармен Марк бесплатно налил ему и его друзьям по стаканчику морковного сока, чем удивил Перевозчика Адама. Выходит, техноманты, откуда бы они ни прибывали, пользуются особой привилегией в городе.

— Так вы тут не надолго? — спросил Адам, поднимая стакан за друзей.

— Я должен был ехать сюда со своим отцом, но ему прописан больничный режим после встречи с Червём бурильщиком.

— Боже, надеюсь, он не сильно пострадал?

— Нет, только ушибы и растяжение. Эти дилетанты, не осмотрев своего питомца, вывели его на работу, вот он и озверел.

— Мда, тяжёлая жизнь на Марсе, — протянул Адам.

— Я уже давно к этому привык.

— А вы по какому поводу здесь?

Самопожертвование рассказал Адаму о том, что однажды, отправившись на поиски воды, он и Габриэла наткнулись на обрушенный купол, в подземной части которого они обнаружили мумифицированное тело учёного, который не мог выбраться из подземелья потому, что вход засыпало, а рядом с телом учёного стояла фотография его жены и детей. Самопожертвование порылся в своём рюкзаке, куда он клал не только артефакты древности, но и складной шест, и достал оттуда фотографию, которую он взял с собой, и протянул Адаму.

— Если тело мумифицировано, то, скорее всего, он погиб давно, — заключил Адам.

— Так и есть, я ищу конкретно не его жену и дочь, а их потомков, хочу, чтобы они знали, где похоронен их предок. В архиве Авроры про них ничего нет, а поскольку купол, в котором мы нашли тело бедолаги, принадлежал Объединённым Нациям Марса, которые создали Источник Изобилия.

— Здание архива находится в Деловом Районе, я отведу вас туда, — согласился Адам.

***

Самопожертвование и Перевозчик Адам разговорились, они рассказывали друг другу о том, как они приживались на Марсе. Но если Самопожертвование легко воспринял свою новую жизнь, рассказывая о работе лозоходца, и о том, какие красоты он увидел на красной планете, то Адаму нечем было похвастаться, и обстоятельства вынудили его поведать давнему другу про поездку в Хему — город аугментированных.

— Тоже мне удивил, — хихикнул Самопожертвование, — тут ауги повсюду, взять тех же техномантов, и тех, кто прилетел с нами на Марс. Кстати, одного из них я встретил в Авроре.

— Там не только техноманты, — заверил Адам.

— Это уже интересно, — почесал подбородок Самопожертвование.

— Похоже, они когда-то входили в Объединенную Нацию Аугментированных, я увидел эту аббревиатуру на одном из домов.

— Я слышал про то, что до Смуты на Марсе было четыре вододобывающие корпорации, но чтобы целый город аугментированных?

Адам оглянулся. Габриэлы рядом не было, похоже, она куда-то вышла на пару минут. Тогда он решил попросить своего друга помочь ему в его нелёгком деле.

— Что, не справляешься с работой Перевозчика? — спросил Самопожертвование.

— Я не поэтому. Жители города Хему живут далеко от источников воды, — начал Адам.

-Ты же со своей подругой отвёз им воду. Хочешь отвезти ещё? — Самопожертвование нагнулся над ухом друга и так, чтобы никто не слышал, прошептал: — Если хочешь помочь не только своему городу, но и всем окружающим, то почему бы тебе не стать техномантом?

-Как?

— Ну, ты же знаешь, как люди становятся техномантами, а ты, имея в теле аугментации, можешь попытаться, и я уверен, что ты станешь хорошим лозоходцем. Поговори с Искателем Скотом, насколько я знаю, у него есть записи по техномагии.

— Ну, пока я буду учиться техномагии, то люди продолжат умирать от жажды и голода на Марсе.

— А ты что предлагаешь? — на полном серьёзе спросил Самопожертвование.

— Сам не знаю, может, удастся уговорить Смотрителя Конора отвезти хотя бы два бидона с водой в Хему.

— Ты простой рабочий, Адам, ты не можешь повлиять на власть, тем более что ты тут недавно, — пояснил Самопожертвование. Адам думал как-то ночью пробраться в водохранилище и умыкнуть два бидона с водой, а затем угнать «Скитальца» Амелии, чтобы отвезти воду в Хему, но так он не только лишится работы и репутации в Источнике Изобилия, но и своей жизни, поскольку путь до Хему опасен, и он не знает свободных от радиации зон. Да и если его поймают за воровством, его просто выгонят из Источника, так что он вынужден был принять предложение друга.

Глава 7

Поговорив с Самопожертвованием, Адам попрощался с другом и, выйдя из «Диковинки», прямиком направился в клинику, где работал Искатель Скотт. Поскольку клиника находилась рядом с ангаром Амелии, Перевозчик Адам надеялся, что по дороге к другу Искателю, он не наткнётся на свою напарницу. Если раньше, чтобы добраться из одной части города в другую, приходилось огибать торговые ряды, то сейчас, когда почти все торговцы съехали, добираться до нужного места стало намного легче. Адам не стал срезать путь до клиники Скотта, а пошёл напрямую. Дойдя до места назначения, он не долго думая позвонил в дверь, надеясь встретить Скотта внутри.

— Да, да, открыто, входите, — прозвучал голос Искателя по динамику. Адам аж вздрогнул, похоже, совсем недавно Скотт получил прибавку к жалованию. Раньше динамика у входа в его клинику не было. Набравшись смелости, Адам вдохнул поглубже и вошёл.

— Адам, не ожидал тебя здесь увидеть. Надеюсь, ты ничего не сломал? — спросил Скотт.

— Нет, я по другому поводу.

— Слушаю тебя.

Похоже, смена власти в Источнике хорошо повлияла на Искателя Скотта. В его голосе появилась нотка уверенности, даже можно сказать, что некоторые морщины на его лице разгладились, и у него на столе больше не стоит бокал с яичным ликёром, которым он запивал своё горе. Адам сказал, что хочет больше помогать не только жителям Офира, но и другим людям, и один друг шепнул ему о том, что для этого нужно сначала стать техномантом, вот он и пришёл в клинику, чтобы узнать, может ли он быть техномантом или нет.

— По сути любой, у кого есть какие-нибудь аугментации в теле, может стать техномантом, вопрос только в том, сможешь ли ты ужиться с другими, — начал Скотт.

— Если для этого понадобится вступить в орден, то я согласен.

— Смелое заявление, Адам, но ты же Перевозчик, как ты сможешь объяснить свою рокировку своей подруге Амелии? Она так надеялась, что у неё появится напарник.

— Я буду помогать и ей в свободное время, — пояснил Адам. Больше Скотт ничего не сказал, он залез в свой медицинский ящик и, достав оттуда индикатор измерения флюидов, подошёл к Адаму.

— Боюсь, тебе придётся раздеться, обычно я вкалываю индикатор в руку, но у тебя…

— Я понял.

Адам снял пальто, многострадальный бронежилет, и, стянув с себя льняную футболку, купленную когда-то в Ноктисе, сел в кресло для осмотров. Скотт, найдя на теле Перевозчика более-менее живое место, осторожно вколол индикатор.

— Что там? — спросил Адам.

— Сиди и не двигайся, у тебя в теле так много аугментаций, что они мешают флюидам образовываться.

— Это как?

— Видишь ли, Адам, электрические флюиды вырабатываются нервными клетками, это простая биология, вживление аугментаций напрямую в спинной мозг и нервные окончания привело к тому, что человек стал техномантом, способным пользоваться своим электричеством как оружием и как… ну ты знаешь.

— А что насчёт меня?

— Хм, — задумался Скотт, наблюдая за индикатором, который явно был против того, чтобы Перевозчик Адам стал Мансером Адамом. Скотт попросил Адама ещё немного потерпеть. Он вынул индикатор и вставил его в другое живое место на теле Адама. Опять ничего.

— Прости, Адам, но не быть тебе техномантом. Не знаю, кто встроил в твоё тело так много аугментаций, но все флюиды уходят на то, чтобы их питать.

Услышав это, Адам не то чтобы печально вздохнул, он в каком-то смысле был зол на того, кто окончательно превратил его в киборга и лишил его права быть кем-то ещё.

— Спасибо, — только и сказал он Скотту и начал одеваться.

— Было бы за что, — вздохнул Скотт.

— Что выслушал меня и хоть что-то попытался сделать.

— Не расстраивайся так, Адам, я знаю, тебе трудно привыкнуть к новой жизни, но со временем привыкнешь, — сказал Искатель вдогонку.

К этому времени Амелия уже вернулась в ангар и ждала прихода своего друга и компаньона Адама, чтобы разделить с ним награду. Смотритель Конор щедро раздал все фрукты и сувениры, привезённые Амелией и Адамом из Хему, а часть отдал Перевозчикам за их преданность своему делу. Также он щедро вознаградил Амелию и Адама сывороткой. Увидев своего друга, выходящего из клиники, Амелия не на шутку перепугалась.

— Ты в порядке? — встревоженно спросила она у него.

— В полном, если не считать того, что я не ауг, а киборг, — признался Адам.

— Опять фантомные боли?

Перевозчик Адам не стал скрывать от подруги, зачем ходил к Скотту, а рассказал всё как на духу. На сей раз Амелия отнеслась к попытке своего друга стать техномантом понимающе, она не стала спрашивать его: «У тебя уже есть работа, а это на кой-тебе?». Как только они оказались в ангаре, она сказала:

— Нет ничего плохого в том, чтобы быть техномантом, и раз уж половина аугментированных может стать техномантами, то почему бы тебе им не стать. Я обижаться не буду, если ты захочешь сменить профессию.

— Увы, мне им не быть. Скотт сказал, что все мои флюиды уходят на работу аугментаций.

— Мне жаль тебя, приятель, — печально вздохнула Амелия. Она сказала напарнику, что Смотритель Конор хорошо заплатил за доставку воды в Долину мутантов и в Хему, и предложила Адаму сходить в «Диковинку» и немного размяться, но тот сказал, что он уже был в баре. Тогда Амелия предложила отправиться в то место, где они раньше устраивали пикник. Ничто так не помогает расслабиться, как созерцание природы.

— Я согласен, давно пора выбраться из панциря и задышать полной грудью, даже если находишься под железной дорогой, — согласился Адам.

***

Когда Габриэла вернулась в «Диковинку» к Самопожертвованию, чтобы сообщить ему, что им разрешили посещение городского архива, Адама рядом не было. Самопожертвование дожидался свою подругу, стоя рядом с баром.

— Один? А где твой друг?! — удивилась Габриэла, увидев, что Вацлав стоит в одиночестве.

— Наверное, пошёл к Искателю Скотту, он что-то начал хандрить и жаловался на то, что не может усидеть за рулём «Скитальца».

— И…

— Я предложил ему попробовать стать техномантом, и сказал, что Скотт может ему помочь, — улыбаясь, развёл руками Самопожертвование.

— Думаешь, у него получится? У него столько аугов в теле.

— Надеюсь на это.

Архив Офира оказался намного больше, чем архив «Авроры». Тут было целых два этажа с картотекой, и как только друзья в него вошли, то сразу же начали теряться, не зная, куда им идти.

— Простите, чем могу вам помочь? — вежливо спросил охранник.

— Нам нужны данные по живущим здесь гражданам, — так же вежливо ответил Самопожертвование.

— По каким именно? Тут всё разбито на классы.

— Нужны данные о потомках Искателей, которые жили до Смуты, — ответила Габриэла.

— Таких, к сожалению, немного, на втором этаже, только две полки.

Поблагодарив за помощь, друзья поднялись на второй этаж и пошли к полкам, на которые указал им охранник. Весь архив был завешан старыми агитками, на одном из них был изображён молодой Искатель Виктор, ещё задолго до того, как он превратился в получеловека-полукиборга. На другом плакате была изображена планета Марс, пронизанная насквозь железными трубами, а внизу красными буквами красовалась надпись «Abundance».

— Мощно, — подметил Самопожертвование, потирая затылок.

-В этом плане мне больше нравиться плакаты «Авроры», где от биокуполов отходят корни, — протянула Габриэла. Насмотревшись на плакаты, друзья перешли к поискам данных о потомках учёного. Искателей до начала Смуты здесь не так много, что радует, в основном наука начала развиваться, когда была потеряна связь с планетой Земля. Однако у всех троих учёных, работавших до Смуты не только были, но и есть потомки, и часть из них живёт сейчас в Офире.

— Нам, что, каждого Искателя опрашивать?! — удивился Самопожертвование.

— Надо хотя бы район поисков сократить, — вздохнула Габриэла. Полностью запутавшись в поисках, друзья обратились за помощью к архивариусу, коим оказался престарелый техномант. Когда Самопожертвование показал ему фотографию, то лицо архивариуса расплылось в улыбке.

— Я помню этих женщин, а точнее их потомков, они давно живут в городе, целое поколение Искателей.

— А вы знаете, где они живут? — спросила Габриэла. — Мы нашли место захоронения мужа этой женщины, и хотим сообщить, где он захоронен.

— Вам надо пройти через рынок и завернуть за угол, увидите многоквартирный дом, там они и живут, — ответил архивариус.

Глава 8

Поблагодарив архивариуса за помощь, Самопожертвование и Габриэла вышли из архива и пошли к дому, где живут Искатели. Здание они нашли быстро, так как оно выбивалось из общей картины Делового района: огромный десятиэтажный дом, полностью сделанный из металла и стекла, с красными штандартами на фасаде. Возле входа разбит небольшой палисадник, и в некоторых его местах уже стояли клумбы с цветами. Охраны возле дома не было, всё говорило о том, что на жизнь местных учёных никто не покушается. Изнутри дом освещён всевозможными неоновыми лампами.

— Что это? — спросил Самопожертвование у подруги, указывая на странные пластиковые трубы, отходящие от стены и идущие в разные стороны.

— Пневмопочта, и судя по стёртым кнопкам, она до сих пор работает.

— Здесь есть почта! А что по ней отправляют? И кто работает почтальонами? — поинтересовался Самопожертвование, чем заставил свою подругу улыбнуться.

— Почтальонов на Марсе не было изначально, люди перемещаются по планете с помощью Перевозчиков или же пользуются другим видом транспорта, но если кому-то нужно передать письмо или посылку, то он легко может передать её с помощью техномантов или же с помощью торговцев. Достаточно указать адрес проживающего.

— Откуда у них берутся чернила и карандаши? — вновь спросил Самопожертвование.

— Ну не так много людей пишут друг другу письма, в основном передают посылки с разными вещами, это, во-первых, а во-вторых, даже если чернила здесь засохнут или кончатся, на Марсе можно добыть минерал, который после специальной обработки заменяет обычные чернила. Такую ручку можно годами использовать — улыбнулась Габриэла. Самопожертвование осмотрел трубы, предназначенные для пневмопочты. Возле каждой трубы были выгравированы имена учёных, живущих в доме. Тут даже была гравировка с именем Искателя Скотта. Удивительно, что Скотт покинул рай для учёных и переселился в свою клинику. Найдя номер квартиры и имя потомков учёного, сгинувшего в разрушенном куполе, техноманты направились к лифту. Он представлял собой металлическую клетку, посередине которой протянута цепь. Самопожертвование попытался потянуть за неё, чтобы поднять лифт хотя бы на второй этаж, но его сил оказалось недостаточно.

— И как мы поднимемся на четвёртый этаж? — задалась вопросом Габриэла.

— Простите, что заставил ждать, — раздался чей-то голос. Друзья обернулись. Из подсобного помещения вышел молодой мускулистый человек. Он представился ребятам как Лифтёр Джим, и сказал, что только он и ещё один человек могут пользоваться лифтовым механизмом. Лифтёр Джим не стал расспрашивать ребят о том, зачем они сюда приехали, только спросил цифру этажа, и, довезя Габриэлу и Самопожертвование до места назначения, остался ждать их возле лифта, чтобы спустить вниз.

— Будь у меня личный лифтёр и дом, где живут одни учёные, я тут же бы сменил свой подвал на этот дом. Это просто удивительно, на Марсе люди буквально осуществили то, что не могли осуществить на Земле, — удивился Самопожертвование.

-И никакой сегрегации аугментированных, ауги здесь не только техноманты, как мы, к примеру, но даже и простые рабочие.

— Ага, Адам сказал мне, что видел целый город аугментированных, и, похоже, они потомки тех, кто когда-то строил этот город и обустраивал жизнь на Марсе, — сказал Самопожертвование.

— Не хочешь к ним присоединиться? — лукаво спросила Габриэла друга, явно проверяя, насколько он предан «Авроре».

— Мой дом — «Аврора» там меня ждёт отец.

Найдя нужную квартиру, Вацлав позвонил в видеофон и стал ждать ответа. Через минуту на экране появилось лицо молодого мужчины:

— Слушаю.

— Искатель Николай?

— Да, это я.

— Полагаю, вам знакомы эти люди, — Самопожертвование приставил к видеокамере фотографию женщины и ребёнка.

— Это мои прапрапрабабушка и её дочь. Откуда она у вас?

— Простите, сэр, — вмешалась Габриэла, — впустите и мы вам всё расскажем.

— Ой, простите, — извинился Искатель Николай, — где же моё гостеприимство.

Когда Искатель впустил друзей в свою квартиру, Самопожертвование на пару с подругой сначала представился молодому Искателю, а потом рассказал ему, что, исследуя разрушенный купол, они наткнулись на подземную камеру, а в ней нашли мумифицированный труп учёного, рядом с которым на небольшом столике стояла цифровая рамка с этой фотографией.

— Так вот как погиб мой прапрапрадед, а мои сородичи всё гадали, почему он не вернулся домой.

— Он просто не смог выбраться из камеры, вход был засыпан песком, — печально вздохнула Габриэла.

— Мы отметили место его захоронения на карте, вы в любой момент можете туда отправиться и перезахоронить останки вашего предка. Он трудился ради того, чтобы люди могли жить на Марсе. Мы также обнаружили его записи по различным исследованиям и целый ящик с образцами сыворотки, всё это осталось там же.

***

Искатель Николай был рад тому, что гости из «Авроры» не только сообщили ему координаты места захоронения его предка, но и сохранили его исследования. Поскольку ребята приехали из далёкой «Авроры» и, судя по виду, устали от сидения в поезде, то Искатель Николай предложил им немного погостить в его квартире.

— Благодарю за гостеприимство, сэр, но у нас ещё много дел, нужно возвращаться в «Аврору», — признался Самопожертвование.

— Ну, может, тогда останетесь на чай из молотых кактусов? — предложил Николай. Такого чая ребята никогда не пили, да и вообще чай на Марсе редкость. Габриэла помнила, что как-то в «Авроре» пытались вырастить камелию чайную из привезённых ранее с планеты Земля семян, но засушливая атмосфера красной планеты свела все труды на нет. Чай из кактусов оказался на редкость вкусным и тонизирующим. Тут в дверь позвонили. Искатель Николай, извинившись перед ребятами, пошёл узнать, кто пришел. У двери стояла женщина лет сорока с небольшим и с глубокими морщинами на лице.

— Сестрёнка, не ожидал тебя здесь увидеть! — удивился Николай.

— Судя по запаху чая, у тебя гости.

— Да, это пара техномантов из «Авроры», они передали мне координаты захоронения нашего прапрапрадеда, — сообщил новость Николай.

— То есть? — не поняла женщина.

— Проходи, не стесняйся, они всё тебе расскажут.

— Габриэла Мансер, не ожидала тебя здесь увидеть, — сказала женщина.

— Булгаков? Глава оппозиции? — удивилась Габриэла.

— Оппозиционером я была при Смотрителе Викторе, сейчас я просто Искатель Булгаков, — улыбнулась женщина. Друзья рассказали госпоже Булгаков то же самое, что они поведали Искателю Николаю. Чаепитие продлилось недолго. Поблагодарив Искателей за гостеприимство, ребята попрощались с ними и направились к выходу. Их встретил тот же Лифтёр, который подвёз их до четвёртого этажа. Как только техноманты сели в лифт, Лифтёр Джим моментально спустил лифт на первый этаж и попрощался с друзьями, когда они вышли из здания.

— Ну что, сразу домой или ещё погуляем по городу? — спросила Габриэла у друга.

— Ладно, немного прогуляемся по Офиру, я тут первый раз, — согласился Самопожертвование. Ребята направились на рынок, на котором они встретили знакомого торговца из Авроры. Вспомнив про передачу сообщений и посылок с помощью торговцев, Самопожертвование попросил торговца при приезде в «Аврору» найти его отца и передать, что он и Габриэла удачно доехали до Источника Изобилия, но решили в нём задержаться. Все торговцы из «Авроры» прекрасно знают отца Самопожертвования — Роя, так что объяснять, как выглядит Умеренность Рой, ему не пришлось.

— Смотри, там люди стоят, давай посмотрим, что там продают? — предложила Габриэла другу.

— Хотите купить себе питомца? — спросил торговец.

— Питомцы? Откуда?

— Отсюда, конечно, этот человек ещё с утра стоит, он продаёт щенков марсианских мастиффов.

— Я думала они либо одичали, либо вымерли! — удивилась Габриэла.

Друзья пошли к торговцу животными, пробираясь сквозь стоящую возле небольшого вольера толпу зевак. Это на самом деле оказались щенки мастиффов, как объяснил торговец и по совместительству дрессировщик, ему удалось найти этих щенков в одной из пещер и привезти в город. Собаки легко поддаются дрессировке, несмотря на свой грозный вид. Самопожертвование в первый раз видел таких животных: их морды больше были похожи на голову щуки, даже длинные отростки на мордах этих щенков напоминали усы крупной донной рыбы, шерсти практически не было, грудную клетку, и часть спины покрывал панцирь с роговыми наростами на спине, на ногах острые когти.

— Я вижу, вы ребята, техноманты, — начал торговец, — таким, как вы, нужен хороший компаньон и охранник.

— Да, — протянула Габриэла, — охранник нужен, а то песчаные прыгуны плохие охранники.

— Возьмёте щенка?

— Сколько? — спросил Самопожертвование.

— Пять флаконов с сывороткой.

— Так дёшево, в чём подвох? — удивилась Габриэла.

— Подвоха тут нет, про этих животных все забыли, а те, кто не забыл, помнит только гигантских мастиффов, сторожащих исправительный лагерь. Лагеря больше нет, а память осталась, так что люди не торопятся покупать этих щенков, а на воле они вряд ли выживут, эти выжили только потому, что прятались, — пояснил торговец. Самопожертвование посмотрел на подругу, в надежде, что она позволит ему купить одного из щенков.

— Так уж и быть, возьмём одного, всё же он лучше любого песчаного прыгуна, — улыбнулась девушка и заплатила торговцу нужную сумму.

Глава 9

Амелия и Адам уже начали собираться на вечернюю вылазку, на Линию тени, и уже было закинули всё самое необходимое в вездеход, но тут в дверь постучали, и Амелия, попросив напарника немного притормозить, пошла к двери. У входа в ангар стоял преданный Смотрителю Конору техномант. По его виду девушка поняла, что дело серьёзное, и сразу же пропустила слугу Смотрителя в свой ангар.

— Что стряслось? — спросила она, как только тот преступил порог ангара.

— Боюсь, ваш отдых придётся отложить, — начал техномант, — вам срочно надо везти группу рабочих на Линию тени.

— Кто-то подорвал железную дорогу? — поинтересовалась Амелия.

— Дело куда серьезнее, чем починка железной дороги.

Немного отдышавшись, техномант, посланный Смотрителем Конором, сообщил Перевозчице, что на Линии тени сильным потоком ветра сорвало крышу, которая служила преградой от прямых солнечных лучей и радиации, и если вовремя не вернуть стальные листы и чёрную ткань на место, то все живущие в городе люди будут изолированы.

— Дело на самом деле серьёзное, — согласился Адам.

— Хорошо, скажите рабочим, пусть приходят в ангар, я подготовлю «Скитальца» к выезду, — согласилась Амелия.

— Они уже стоят, правда, их немного, так как часть рабочих занята другими работами.

— Тогда попросите помощи техномантов, работа будет тяжёлая, не исключено, что работать придётся ещё и в утреннее время, — оценила ситуацию Амелия.

— На данный момент только один техномант согласился нам помочь. Он услышал, что нужна помощь с починкой крыши, и решил записаться в отряд рабочих.

Амелия знала, что за техномант согласился помочь рабочим, и не стала возражать, когда среди небольшой группы рабочих увидела Самопожертвование. Он единственный из аугментированных на Марсе, у кого в руку встроена паяльная лампа, которой легко можно припаять новую крышу. Как только рабочие погрузили всё самое необходимое в вездеход, Перевозчик Адам моментально завёл машину, и вместе со своей коллегой и рабочими выехал на Линию тени.

— Мансер Вацлав, ты уверен, что справишься с этим? — обратился Адам к другу.

— Я больше не Мансер Вацлав, теперь меня зовут Самопожертвование, — нахмурил брови Вацлав, — и да, я справлюсь не только с этим.

«Ишь какой, а раньше ты не кичился так храбростью, а тут получил имя добродетели, и сразу же готов на рожон лезть» — подумал Адам. Рабочие были рады тому, что с ними едет хотя бы один техномант, хотя они сами толком не знали, что за работа им предстоит, и сколько времени она займёт. Как только команда, состоящая из рабочих, одного техноманта и пары Перевозчиков приехала к месту обрушения крыши, всё оказалось намного серьёзнее, чем предполагалось. Крыша, которую ценой собственной жизни установили рабочие после Смуты, не выдержала порыва ветра и песчаных бурь, и обрушилась под тяжестью песка и лет. Часть крыши, которая состояла из чёрной ткани, вообще унесло в неизведанном направлении.

Рабочие сразу же разделили между собой участки работ и приступили к починке. Хорошо, что они взяли с собой запасные металлические листы и прочие строительные принадлежности, так как половина крепежей пришла в негодность. Строители вместе с Самопожертвованием быстро добрались до того, что осталось от крыши, и начали вовсю работать гаечными ключами и прочими строительными инструментами. Перевозчики Адам и Амелия наблюдали за всем происходящим с земли и только восхищались отвагой строителей, которые буквально балансировали на грани. Тут не только надо было установить новую крышу, но и укрепить подпорки под ней.

— Брат техномант, не поможешь припаять гайку? — обратился один из рабочих к Самопожертвованию.

— Как же не помочь, — улыбнулся Самопожертвование, и, воспользовавшись паяльной лампой на протезе правой руки, припаял гайку к креплению. Затем кончиком пальца подкрутил пару болтов. С наступлением утра работы не были окончательно закончены, и Самопожертвованию пришлось работать в одиночку, поскольку солнечная радиация обходит техномантов стороной. Перед тем как рабочим пришлось укрыться в «Скитальце» вместе с Перевозчиками, он попросил рабочих поднять к нему строительные инструменты и металлические листы для установки новой крыши.

— Он просто безумец, раз остаётся работать под безжалостным солнцем, — выговорил Адам, увидев, что его друга нет в машине.

— Ты забыл, он техномант, их солнечная радиация не берёт, эти ребята могут работать даже там, где радиация зашкаливает, — улыбнулась Амелия.

— На Земле он не был таким, — шепнул Адам подруге.

— Если судить по твоим рассказам о планете Земля, то гнёт там был посильнее гнёта Виктора, да и твой друг был там не в своей тарелке.

«Ну да, а теперь он не только в своей тарелке, но и в своей стихии, и все им восхищаются, особенно после того, как он сменил своё земное имя на добродетель», — невольно подумал Адам, смотря, как его друг лихо справляется со строительным инструментом.

Когда починка крыши была закончена, Самопожертвование, воспользовавшись электрощитом, легко спрыгнул на землю и вернулся назад в «Скиталец».

— Как хорошо, что ты с нами, брат техномант, — похвалил его один из рабочих.

— Да, без тебя бы нам пришлось работать и сегодня вечером, — сказал второй строитель.

— Приятель, ты как? — улыбаясь, спросила Амелия.

— Я бы сейчас принял песчаный душ, — ответил Самопожертвование.

— Тогда поехали, нам сейчас всем нужен отдых.

***

Как только «Скиталец» прибыл в ангар, все рабочие разошлись кто куда.

— Вот это приключение, не думал я, что первый мой день в Офире так закончится, — выдохнул Самопожертвование, вытирая пот со лба, и тут же спросил у Амелии, где душевая комната. По его лицу было видно, что он измождён утренней жарой, но ему понравилась такая вылазка. Как только Перевозчик Амелия сказала ему, где она принимает песчаный душ, Самопожертвование поблагодарил её и тут же туда махнул. Чего не скажешь про Адама, он был вымотан морально, только он собрался отдохнуть, как тут вновь позвали на работу. Так как он теперь Перевозчик, он не имеет права отказать людям, нуждающимся в перевозке, да и Амелия ещё не прекратила на него дуться из-за последней выходки. Спать Адаму не хотелось, и он решил прогуляться по городу, а заодно посмотреть, что делают сейчас Габриэла и Самопожертвование, который уже успел принять душ.

Своего друга и его подругу Адам нашёл на площади возле вокзала, но идти к ним не стал, а решил понаблюдать за ними. Как ни странно, но техноманты не шли на перрон, ждать, когда утренний поезд отвезёт их в Аврору, а просто разговаривали друг с другом. Также Перевозчик Адам заметил, что Самопожертвование держит что-то, завёрнутое в его синюю куртку.

— Ты как, в порядке? — спросила Габриэла у друга.

— Да, немного поработал строителем, но дело благое, — ответил Самопожертвование, улыбаясь.

— А мы по тебе соскучились.

— Что, правда? — игриво спросил Вацлав, смотря на что-то, завёрнутое в куртку.

Адам внимательно присмотрелся, включив режим наезда в своих аугментированных глазах, и увидел, что его друг держал на руках какого-то питомца, очень похожего на гибрид щуки и собаки. Казалось, за друга можно только радоваться, так как его жизнь вошла в русло: он нашёл себе девушку среди жителей Марса, нашёл своего родного отца, и даже завёл питомца, но Адам не мог порадоваться за друга, он поймал себя на мысли, что начинает завидовать ему чёрной завистью.

«Тебе-то чего горевать, ты изначально был рождён на Марсе, и не в простой семье, а в семье известного всем техноманта, которого знают не только в родной Авроре, но и за её пределами, и тебя не волнует, что приютившая тебя на время планета взорвалась. Интересно, а твой отец знает, что твоя мама и его жена погибла вместе с Землёй?» Перевозчик Адам попытался отогнать от себя тёмные мысли, но чем больше он смотрел на играющего со своим питомцем Самопожертвование, тем больше ему завидовал.

Глава 10

Когда тёмные думы полностью захватили сознание Перевозчика Адама, он решил поискать в городе работу, чтобы отвлечься от ненужных мыслей. Он вспомнил о предложении бармена Марка наведаться в казармы и узнать, не нужна ли помощь Элизе Мейер. Сказав своей напарнице, что он хочет прогуляться в одиночестве по городу, Адам отправился из бывших трущоб, а ныне рабочего Района, — так окрестили этот район его жители, — прямиком в казармы Элизы Майер. Судя по электрическим вспышкам и звону ударяющихся друг о друга металлических предметов, в казармах вовсю шла тренировка, и не только военных, тренировались также техноманты.

— Мы пока новобранцев не принимаем, — остановил Адама охранник на входе.

— Я не новобранец, просто хочу поговорить с капитаном Майер.

— Она сейчас занята, приходите вечером.

Адам уже собирался развернуться и продолжить поиск людей, которым, возможно, нужна помощь, но тут услышал голос капитана Майер.

— У меня есть сейчас свободное время, Пётр, впусти его.

Охранник послушно открыл входные ворота и впустил Адама во двор.

— Давно не виделись, Адам, — приветливо сказала Элиза, — о чём ты хотел со мной поговорить?

— Мне просто нечем заняться сейчас, а бармен Марк сказал, что тебе может понадобиться помощь в обучении новобранцев.

— А, вижу, ты хочешь размяться, — подметила Элиза, — как только закрыли арену для боёв, многие предлагали мне помощь в моём деле, но не все они выдержали такие тренировки.

— Я выдержу.

— Ну, тогда проходи. Что ж, — Капитан Элиза Майер внимательно осмотрела Перевозчика Адама с ног до головы, оценила все его сильные и слабые места, придя к выводу, что своими карбоновыми ручищами и своей силой Адам кому угодно может сломать не только руку, но и шею.

— Что ж, — решила Капитан Майер, — дать в тренировку новичков тебе не могу, а то резко упадёт число желающих вступить в армию, но вот здоровяки буквально засиделись и тоже желают размяться.

Она подвела Адама к стойке с оружием и предложила ему выбрать, а также рассказала про три стиля борьбы: стиль воина, защитника и бандита. Адам хотел сначала выбрать стиль воина, но он не техномант, чтобы владеть шестом, да и шест без электричества — не оружие, а стиль бандита явно был не его. Так что он остановился на том, чем уже научился владеть — на стиле защитника со щитом и гаечным ключом.

— Отличный выбор, твоя подруга хорошо владеет и щитом, и ключом, — заявила Элиза и окликнула одного из громил. Тот моментально подбежал к капитану, и, отдав честь, спросил, зачем капитан его вызвала. Элиза представила солдата Адаму, и, попросив не сильно налегать на него, тоже выдала ему оружие и отправила обоих во двор тренироваться. Адам уже имел дело с такими «танками» и знал, как их легко повалить на землю. Правда, солдат оказался тренированным, а Адам за время пребывания в роли Перевозчика подрастерял навыки бойца, поэтому он только оборонялся, когда здоровяк начал размахивать здоровенным гаечным ключом.

— Нет-нет, так не пойдёт, — захлопала в ладоши Элиза, — Адам, что это за борьба такая, атакуй.

— Простите, капитан, я только разминаюсь.

— И это называется разминка? — Элиза подняла с земли свободные щит и гаечный ключ и показала Адаму, как разминаются настоящие бойцы, повалив солдата на землю. Решив, что такой здоровенный солдат не подходит Перевозчику Адаму, она осмотрела двор, и найдя подходящего солдата, предложила ему побороться с Адамом. На сей раз Адаму повезло, как только он сцепился с солдатом, тут же началось бряканье гаечных ключей. Перевозчик Адам не только прекрасно отбивал атаки противника, но и атаковал так, что тот не успевал защититься. Но Адаму одного солдата оказалось мало, он чуть не избил товарища по спаррингу, и остановился только тогда, когда услышал крики капитана Майер и увидел, что солдат валяется на земле.

— Разминка окончена, отдохни и вступай в спарринг с Бобом, — приказала Элиза. Под Бобом она имела в виду того громилу, который стоял возле казармы и ждал, когда Адам пригласит его с ним сразиться.

— Как скажете, капитан, — согласился Адам.

***

— Эй, это же Адам, — услышал он знакомый голос. Перевозчик оглянулся и увидел, что к нему идёт Эндрю — техномант из команды Габриэлы. Эндрю выглядел так же, как и при первой встрече. Всё тот же задорный и весёлый взгляд, такая же стрижка под панка, изменения были только в одежде и в его механическом протезе правой руки, в которой он увидел работу своего знакомого техноманта из Авроры.

— Ты тоже решил размяться, Эндрю? — улыбнулся Адам.

— Нет, но я решил примкнуть к армии с тех пор, как капитан Элиза позволила техномантам вернуться обратно. Ладно, я пойду, мне нужно восстановить кое-какие навыки.

— Ты видел Мансера, то есть Самопожертвование? — затормозил Адам Эндрю.

— Он разве в городе?

— Да, он, похоже, решил задержаться, — ответил Адам.

— Это хорошая новость, друг. Интересно, он согласится на дружеский… да вот же он, — улыбнулся Эндрю, увидев, что к воротам казармы смело идёт Самопожертвование со своей подружкой Габриэлой.

— Ну, не буду вам мешать, — решил Адам и вернулся к тренировкам.

И снова здоровяк Боб, с которым свела его капитан Майер, оказался сильнее Адама, и Перевозчику казалось, что тот вот-вот пробьёт дыру в его щите своим гаечным ключом. Адам решил не напирать на противника, а ловко уходить от ударов, и ждать, пока тот выдохнется, и только тогда нанести удар. Это не понравилось Элизе Майер, она оценила позицию Перевозчика Адам, но пригрозила ему тем, что такой стиль его точно убьёт при встрече с армией противника.

— Но война давно закончилась, и вряд ли Аврора на нас нападёт или ещё кто, — развёл усталыми руками Адам.

— Помимо армии городов есть ещё и отступники, и мародеры, скрывающиеся в марсианских пустынях.

***

Элиза Майер решила устроить Перевозчику Адаму бой с одним из техномантов, для того, чтобы тот, наконец, взял себя в руки и перестал думать, что он в безопасности. Она осмотрела казармы. Все новички среди техномантов были заняты борьбой друг с другом. Тогда её взгляд пал на Самопожертвование, тот просто стоял в углу со своей подругой Габриэлой и смотрел на бой Эндрю.

— Мансер, можете подойти? — окликнула она его.

— Иду, — отозвался тот.

— Минуточку, мне что, с ним драться? — опешил Адам, видя, что к бою привлекли его друга.

— Ты в армии, здесь я решаю, с кем тебе драться, и я видела, как дерётся этот техномант, он покажет тебе, в чём ты не прав, — нахмурила брови Элиза, поняв, что из Адама хорошего солдата не получится. Единственное, кого не хотелось Перевозчику Адаму видеть на своём пути сейчас, так это Вацлава Коллера, а точнее, Самопожертвование. Раньше Адам был превосходным солдатом, но он давно разочаровался в войнах и прочих делах, где надо убивать. До прибытия на Марс он занимался тем, что шпионил на Интерпол, без пролития капли крови ловил преступников и решал некоторые проблемы в Праге. Единственный, с кем он схватился, был Виктор Марченко на Земле и ещё один Виктор на Марсе. На красной планете своя философия и свои правила, противника можно только валить на землю, но не убивать, и тут кулаками так просто не помашешь.

«Ну, раз так, то пора преподать Мансеру Вацлаву урок, и сказать, что он не прав» — промелькнуло в голове у Адама.

Часть 3. Враждебные настроения. Глава 1

— Адам! Ты, что, решил записаться в армию? — удивился Самопожертвование, как только подошёл к сидящему на скамейке Перевозчику Адаму и увидел стоящую рядом с ним капитана армии Офира — Элизу Майер.

— Вы знакомы? Но я не видела здесь вас, Мансер, — удивилась Элиза.

— Я не Мансер больше, теперь меня зовут Самопожертвование, и мне повезло, что корабль, на котором я летел на эту планету, упал на Линии Тени Авроры, — пояснил Самопожертвование.

-Мне бы так повезло, когда Виктор объявил всех техномантов вне закона. Половину армии пришлось расформировать, теперь я рада, что они вернулись обратно, но я не об этом. Кем бы тебе ни приходился Перевозчик Адам, он пришёл сюда, чтобы размяться, вот только он сомневается в опасности, которая может подстерегать его на красной планете.

— Это на тебя не похоже, Адам, ты чуть ли не всегда пользовался своей маскировкой, — подметил Самопожертвование.

— А ты откуда знаешь, ты же никогда не вылезал из своего подвала, — буркнул Адам.

— А кто просил в первую очередь починить аугментации маскировки, если остальные не удастся восстановить?

— Хочешь помериться со мной силой? — ехидно спросил Адам, достав свой наноблэйд и угрожая им другу. Самопожертвование отреагировал моментально, достав из-за спины свой шест, который он превратил в телескопическое копьё, убрав обоюдоострые лезвия и заменив остриём копья. Адам выглядел не лучшим образом, судя по его виду, он готов рвать и метать, хотя это явно не то, чем должен заниматься Перевозчик. Это поняла и Элиза Майер, она решила не рисковать здоровьем Самопожертвования, а велела Адаму немного остыть, если он хочет продолжить тренировку.

— Я давно остыл, капитан, — съязвил Перевозчик Адам.

— Если так, то убери своё оружие. Если хочешь продолжить спарринг, то вот… — Элиза подняла с земли уроненный Адамом гаечный ключ и протянула его Перевозчику.

— Он же техномант! — возразил Адам.

— Техномант, говоришь? — Элиза подозвала к себе двух солдат, которые дрались в дружеском спарринге, один из них оказался техномантом, но судя по разным железкам на его униформе, он давно не новичок в группе. Как только солдаты подошли к капитану, она попросила их продемонстрировать Адаму, как простой солдат может противостоять техноманту. Эту тактику Элиза Майер разработала ещё во время войны Источника Изобилия с Авророй. Солдаты послушались капитана и начали своё сражение прямо перед глазами Перевозчика Адама. Он внимательно наблюдал за солдатами и запоминал каждое их движение. Элиза Майер оказалась права, против техномантов можно сражаться даже гаечным ключом.

— Прекратить, — браво скомандовала Капитан Майер, солдаты тут же прекратили бой и встали по стройке смирно.

— Вольно, можете расходиться, — приказала Элиза, после чего перевела взгляд на Адама.

***

Усвоив урок, Перевозчик Адам взял в руки щит и гаечный ключ и вступил в спарринг с Самопожертвованием. Вацлав тут же встал в боевую стойку, разложив своё копьё. Ему не хотелось ударять током своего друга, да и сил хватало на то, чтобы отбить любую атаку, в отличие от Перевозчика Адама. Если бы кто-нибудь на Земле заставил Адама ради потехи напасть на своего друга, который не только починил старые аугментации в его теле, но и активировал новые, Адам тут же бросил бы оружие и отказался от подобной затеи, но Марс изменил его мировоззрение, и теперь в Вацлаве, а точнее в Самопожертвовании, он видел соперника, который из подпольного доктора аугментаций превратился в элитного техноманта Авроры и человека, приходящего всем на помощь, в отличие от него, Адама, у которого связаны руки.

-А ты изменился, Коллер, или как там тебя, Самопожертвование, — сказал Адам, замахнувшись гаечным ключом на своего друга. Самопожертвование легко отбил эту атаку, поставив блок. Гаечный ключ Перевозчика Адама, ударившись о металлический посох техноманта, издал гул и вызвал неприятную дрожь в теле перевозчика.

— Все мы когда-то меняемся, Адам, вот только ты не хочешь меняться.

— С чего ты взял, может, я такой же, каким и был, — недовольно буркнул Адам, напирая на друга, который легко отбивает его атаки, ставит блок и атакует остриём копья.

— Да ты себя… — хотел сказать Самопожертвование, но вспомнив, что на Марсе нет зеркал, поправил себя и ответил: — посмотри на себя, я понимаю, что работа Перевозчика не такая интересная, как работа лозоходца, но ты весь кипишь от внутренней ярости, и это мешает тебе.

— Зато ты весь сияешь, вижу, ты…

Самопожертвование быстро смекнул о том, что Адам вот-вот раскроет их общую тайну, тогда паники среди живущих на Марсе людей не избежать. Гнев сводит Адама с ума, и он не контролирует себя и ситуацию вокруг. Самопожертвованию пришлось зарядить флюидами свой посох и ткнуть им в грудь Адама.

— Может, ты перестанешь строить из себя героя, сколько обещаний ты так и не выполнил?

Адам с новой силой пошёл на друга. Ему удалось выбить из рук Вацлава оружие и схватить его со спины. Казалось, он вот-вот сломает все кости в теле Самопожертвования, но тот ударил Перевозчика сильным электрическим зарядом.

— Всё, что я обещал, я уже сделал, тебе надо угомониться, а то потеряешь единственную на данный момент работу.

Самопожертвование хотел дать руку Адаму и помочь ему встать с земли, но тот только отмахнулся, и, встав на ноги и подняв с земли гаечный ключ, попытался бросить его в противника, но тот легко уклонился от удара. Видя, что ситуация приобрела угрожающий характер, и Адам рассвирепел настолько, что не может нормально драться, Элиза Майер решила прекратить драку Перевозчика с техномантом из Авроры.

— Адам, остынь, ты весь вне себя от ярости, — вмешалась Элиза и встала между Самопожертвованием и Адамом.

— Со мной всё в порядке, капитан, — заверил Адам.

— А я вижу, что нет, на сегодня драк достаточно.

Стоило Элизе отойти в сторону, как Адам буквально обезоружил Самопожертвование, выкрутив ему руки и приставив к виску свой наноблэйд.

— Если ударишь, с жизнью попрощаешься, — съязвил он, удерживая техноманта.

— Адам, отпусти его сейчас же.

Тут его окружили не только Элиза с техномантами, но и Габриэла, которая пришла на помощь другу.

— Вот как значит, готов снести мне голову, а ещё друг называется, — прокряхтел Самопожертвование.

— Мы больше не друзья, наши пути разошлись, как только ты отрёкся от своей родины и…

— Моя родина Марс, и я не забыл, я продолжаю искать пульт управления для связи с Землёй.

— Мы же…

— Не смей, ты только всё портишь, Адам.

Адам был в двух шагах от того, чтобы раскрыть тайну, которую он и остальные члены команды Габриэлы поклялись хранить. Чтобы не дать ему это сделать, Самопожертвованию пришлось выпустить в бывшего друга целый разряд флюидов, после чего он повалился на землю вместе с Адамом, разрядив всё своё электричество.

Глава 2

Самопожертвование пришёл в себя в клинике Искателя Скотта. Рядом с ним стояли его подруга Габриэла, Искатель Скотт и Мансер Эндрю. Габриэла держала в руках щенка марсианского мастиффа, который не переставал лаять до тех пор, пока его хозяин не очнулся.

— Ох, по мне словно катком проехали. Что произошло? — схватившись за голову, спросил Самопожертвование.

-Кое-кто вышел из-под контроля и попытался тебя убить, если бы ты не разрядил в него все свои флюиды, — ответила Габриэла.

— Единственное, что я помню, так это злого Адама. Это он хотел меня убить?

— Боюсь, что да, — протянул Искатель Скотт, и, достав шприц со странной жидкостью, вколол её в правую руку Самопожертвования.

— Что это?

— Флюидная сыворотка, поскольку ты разрядил все свои флюиды, она быстро их восстановит. Правда, ты некоторое время будешь странно себя чувствовать, — ответил Искатель.

— Я уже себя странно чувствую, точнее отвратительно, я не ожидал от Адама такой подлянки. Что на него нашло?

— По ходу дела, он мутировал, — заявил Эндрю.

— Как, у него на теле практически не осталось ничего живого, что могло подвергнуться мутации! — удивился Самопожертвование.

— Мутировал морально, он начал превращаться в Смотрителя Виктора. Я знал Виктора задолго до того, как он стал главным Смотрителем, тогда он не был таким гадом, каким стал, — пояснил Скотт, осматривая Самопожертвование.

— В любом случае, я не собираюсь задерживаться в городе. Отец наверняка волнуется за меня, и раз уж на то пошло, я не буду утешать Адама. Если он захочет, сам попросит прощения, — буркнул Самопожертвование себе под нос.

— Если ему дадут с тобой поговорить. Пока тебя несли до клиники, я краем уха слышала, что Капитан Майер отправила одного из своих солдат к ангару Амелии, — сказала Габриэла другу.

Самопожертвование смог покинуть клинику только на второй день, когда его электрические флюиды полностью восстановились, и он смог самостоятельно встать с больничной койки. Весь день возле него дежурили его подруга Габриэла и Искатель Скотт, а ещё его домашний питомец, которому он так и не дал имени. Где сейчас Адам, он не знал и не собирался узнавать, он счёл поступок Адама предательством, а предателей не прощают. Главное сейчас вернуться в Аврору и вновь приступить к работе лозоходца. К сожалению, поезд с техномантами уже выехал и придёт только вечером или на следующий день. Самопожертвование не рискнул идти в ангар «Скитальца», чтобы ненароком не натолкнуться на бывшего друга. Единственное место в Источнике Изобилия, куда не мог заявиться Адам — храм ордена техномантов. Туда Самопожертвование вместе с Габриэлой и направился.

— Приветствую вас, техноманты из Авроры, чем могу помочь? — вежливо спросил Верховный магистр Мелвин, увидев, что в храм вошли Габриэла и Самопожертвование.

— Мне просто нужна тишина, чтобы пережить предательство со стороны бывшего друга, — вздохнул Самопожертвование. Магистр Мелвин подошёл к чану с водой и, зачерпнув оттуда латунным стаканом воду, поднёс её Самопожертвованию. Он узнал в техномантах из Авроры Мансера Вацлава и Габриэлу Мансер, которых он встретил во время изгнаний техномантов из Источника Изобилия.

— Вот, выпейте, Мансер, и не дайте гневу проникнуть в ваше сердце.

— Вы меня знаете?! — удивился Самопожертвование.

— Вас и вашу спутницу, мы встретились в Ноктисе, тогда вас звали Мансер Вацлав и вы искали Землю и своего отца.

— Великий магистр Мелвин?

— Для вас просто Мелвин, вы по силе и знанием выше всех магистров, — улыбнулся Мелвин.

— Благодарю, Мелвин, этот храм — единственное место, где я могу подумать о прошлом и будущем. Отца я нашёл, а вот Землю так и не нашли, в куполе на Северном полюсе не было пульта связи с планетой Земля, — немного слукавил Самопожертвование.

— Видать, на то воля высших сил, мы пока не достойны возвращения в рай, — так же лукаво ответил Мелвин, который сам догадался о том, что Смута, скорее всего, стёрла с лица галактики Млечного пути планету Земля, и теперь те, кто узнал про это, хранят тайну, так же, как тайну появления техномантов.

***

Амелия находилась у себя в ангаре, когда к ней явился солдат, посланный Капитаном Майер.

— Вас вызывает Капитан, — приводя дыхание в порядок, сообщил солдат.

— Капитан Майер? По какому поводу? — спросила Амелия.

— Дело касается вашего напарника, и это серьёзно.

Амелия ничего не сказала, и, закрыв ангар, пошла в казармы Элизы Майер. По пути она думала о том, что именно натворил её подопечный, и как его поступок ударит по её репутации, ведь агитационными плакатами, на которых она изображена, увешен весь город, а тут помощник, который может свести на нет все её заслуги.

«Если дело серьёзное, я ему устрою. Загружу его работой так, чтобы никакие другие мысли не лезли в его голову. Главное, чтобы Смотрителю Конору не донесли», — думала Амелия, идя к казармам. Увидев идущую к казармам Амелию, Капитан Элиза Майер приказала охране впустить Перевозчицу.

— Давайте сразу к делу, Капитан, что натворил мой напарник? — прямо с порога начала Амелия.

— Мне не хотелось бы вас огорчать, Амелия, но ваш напарник чуть не убил техноманта из Авроры, — начала Элиза.

— Как?

Элиза рассказала Перевозчице, что Адам пришёл в казармы для того, чтобы размяться, сначала всё было хорошо, он тренировался не с новичками, а с опытными бойцами, но немного начал сдавать позиции и аргументировал это тем, что на Марсе больше не осталось опасности.

— Не осталось, говорите? Это резкое заявление, — усмехнулась Амелия.

— Ну, вот я и решила разубедить его, дав ему в спарринг-партнёры техноманта, перед этим я показала, как обычный солдат может сразиться с техномантом. Поначалу всё было хорошо, но потом он, Адам, вдруг сбесился и чуть не снёс голову бедолаге своим нанолезвием, благо тот разрядил в него всё своё электричество.

— И как он? Я не про Адама, и так понятно, что он получил по заслугам, я про техноманта.

— Самопожертвование унесли в клинику Искателя Скотта.

— Что! Он чуть не убил Вацлава! — буквально вскипела Амелия, — мне стоит серьёзно поговорить с Адамом, а кстати, где он?

— В штабе, я приставила к нему двух охранников, чтобы не сбежал.

Поговорив с Элизой, Амелия тут же пошла в штаб. Адам на самом деле был там, он стоял у стены, опустив голову, рядом с ним стояли двое громил в униформе. Судя по виду Перевозчика Адама, он сам был не рад своему поступку, но больше всего этому не была рада Амелия.

— Разойтись, — гневно приказала она солдатам. Те, не став перечить Перевозчице, тут же расступились. Адам тоже собирался уйти, но Амелия тут же напёрла на него, буквально вжав его в стену и прислонив к его горлу гаечный ключ. Хорошо, что не дубинку с шипами, с которой иногда видел Адам свою подругу.

— Я… я сам не знаю, что на меня нашло, — попытался оправдаться Адам.

— Пытаешься соврать, я прекрасно распознаю любую ложь. Ты не только чуть не убил своего друга, но и чуть не развязал новую войну с Авророй.

— Я всё объясню.

— Уж постарайся, пожалуйста, — сквозь зубы процедила Амелия. Адам понял, что лгать Амелии у него не получится, поэтому он объяснил свой поступок тем, что завидует Самопожертвованию, так как всё, за что не брался его бывший друг, у него получается, а он, Адам, постоянно натыкается на преграды.

-Так вот почему ты проверил себя на то, можешь ли ты быть техномантом или нет.

Адам кивнул.

-Даже если бы ты смог стать техномантом, тебя, скорее всего, направили бы в армию.

— Почему?

— Потому что не умеешь держать себя в руках, и любой твой флюидный взрыв мог убить кого угодно, — хладно ответила Амелия.

— Я хочу быть полезен городу, но не знаю как, — начал было Адам.

— Ты и так полезен, в качестве Перевозчика, но твой поступок заставил меня задуматься, нужен ли мне такой напарник или нет? — развела руками Амелия.

— Я обещаю, что это было в первый и последний раз.

— Первым делом извинись перед Самопожертвованием, когда он придёт в себя.

— Ещё чего, пока я тут с тобой разговариваю, он, небось, готовит помощь вольным городам и колониям, — съязвил Адам. Амелия ничего не ответила, она увидела его тёмную и неприятную сторону, поэтому прежде чем уйти, сказала, что подумает, стоит ли вообще иметь такого напарника как Адам, и что пока ему нечем заняться, пусть посидит в казармах под присмотром Элизы Майер.

Глава 3

Перед уходом Амелия сказала Капитану Майер, чтобы та присмотрела за Адамом, пока она будет размышлять над тем, оставить ли Адама в качестве напарника по «Скитальцу» или нет. Элиза сказала Амелии, что она не только присмотрит за Перевозчиком Адамом, но и проведёт ряд воспитательных работ с ним.

— Будьте с ним построже, капитан, а то так и до бунта дойти может, — сказала Амелия и ушла. Поскольку после свержения Смотрителя Виктора все воспитательные лагеря не только закрыли, но и ликвидировали, воспитание патриотизма в несостоявшихся бунтовщиках взяла на себя армия. Сюда поступают не только будущие защитники Источника Изобилия и молодые техноманты, но и те, кто недоволен положением дел в городе, включая и Адама. Как только Амелия ушла, Элиза тут же вошла в казарму, где двое солдат сторожили Перевозчика Адама.

— Мне велели заняться твоим воспитанием, — сказала она, как только подошла к нему.

— Со мной всё в порядке, капитан, просто настроение немного шалит, — слегка улыбнулся Адам.

— Судя по твоему виду, с тобой не всё в порядке, ты чуть не убил человека из Авроры, — помотала головой Элиза.

Элиза Майер решила серьёзно подойти к перевоспитанию Адама. Весь день она то и дело гоняла его по казарме, как это было при первой их встрече. Вот только тогда она вместе с Оружейником Питом посылала его в шахты для борьбы с громовой саранчой, а теперь просто давала те или иные поручения, а когда поручений не было, заставляла его отжиматься и бегать по двору. Адаму это не нравилось. С его аугментациями так просто не побегаешь и не поотжимаешься.

— Я усвоил урок, Капитан, можно мне покинуть казармы? — обратился Адам к Элизе.

— Ты здесь до тех, пор, пока твоя подруга не решит, что с тобой делать, — пояснила Элиза. Адам сам не знал, что будет делать с ним Амелия, одно понятно, что на романтические отношения с ней можно больше не рассчитывать, да и на дружеские тоже.

— Боюсь, она больше не моя девушка, — вздохнул Адам.

— Ты сам всё испортил.

— Я лишь хочу помочь жителям вольных городов.

— А причём тут техномант из Авроры? Ты чуть не снёс бедолаге голову, — развела руками Элиза. Адам никак не мог объяснить внезапно нахлынувшую на него агрессию по отношению к Самопожертвованию. Тогда на Земле он буквально поражался жизнерадостностью Вацлава и его желанием продолжать своё дело несмотря ни на что. Но тогда они оба были в одной лодке, а попав на Марс, его друг стал совершенно другим человеком, в нём больше не узнать того Вацлава, который был раньше. Внешность осталась та же, хоть теперь вместо старого потрепанного халата с нашивками и заклёпками он носит униформу техноманта Авроры, а вот его характер полностью изменился. Может, Амелия права, и ему стоит извиниться перед Самопожертвованием и даже попросить его о помощи.

— Эй, ты о чём задумался? — вмешалась в мысли Адама Элиза.

— Вы правы Капитан, Самопожертвование тут ни при чём, и мне стоит перед ним извиниться, — признался Адам.

— То-то же. Ладно, я поговорю с Амелией, и скорее всего, она тебя простит, если ты извинишься первым, а пока иди отдыхай.

Начало темнеть, и Адам пошёл на своё временное место проживания. Его определили не к новичкам-солдатам, а к уже устоявшимся воякам. Казарма оказалась шумной, солдаты постоянно переговаривались друг с другом, о чём-то спорили, хохотали, ещё за стенкой находилась казарма техномантов, те тоже не спали, было слышно, как они соревнуются на шестах. Адам и забыл, каково быть солдатом и жить в казармах. Он попытался расслабиться, но у него не получилось. Тогда Перевозчик решил прогуляться по двору и подышать свежим воздухом. Он тихонько вышел из казармы и пошёл во двор. Город ложился спать, правда, кое-где всё ещё горел свет. Адам решил не дожидаться утра, а пойти к Амелии и извиниться перед ней, ну и перед Самопожертвованием тоже, если он ещё в городе. Оглядевшись по сторонам, и поняв, что рядом никого нет, он перепрыгнул через забор. Адам направился к ангару Амелии. Ему повезло, в квартале Процветание все спали, а значит, можно было не волноваться, что его заметят. Подходя к ангару Амелии, он невольно бросил взгляд в сторону клиники Искателя Скотта и немного опешил, увидев стоящих рядом с дверью солдат. Нетрудно было догадаться, что к Самопожертвованию приставили охрану и теперь к нему не попасть. Адам не стал рисковать жизнью и здоровьем, чтобы попытаться поговорить с бывшим другом, а сразу направился к ангару.

Внутри оказалось темно и тихо, и Адаму пришлось включить режим ночного видения, чтобы не заблудиться в темноте. Найдя комнату Амелии, он осторожно постучал в дверь. Ответа не последовало, тогда Адам осторожно открыл дверь и заглянул в комнату.

— Пс, Амелия, — позвал Адам. Ответа не последовало. Похоже, Амелии не было дома. Адам развернулся и собрался покинуть ангар, но тут за спиной услышал знакомый голос:

— А что ты тут делаешь, тебя выпустили?

— Я… я пришёл извиниться перед тобой и Самопожертвованием, — виновато сказал Адам, увидев за спиной Амелию.

— Это, конечно же, хорошо, что ты решил извиниться. Похоже, армейское воспитание пошло тебе на пользу, но моё доверие к тебе окончательно подорвано.

— Это значит, что я не могу вернуться к работе Перевозчика?

— На работу перевозчиком берут только проверенных людей, я не могу рисковать теми, кого перевожу, — пояснила Амелия.

— И что мне делать?

— Пока капитан Майер не скажет, что ты перевоспитался, на работу можешь не возвращаться.

— Ну, я хотя бы могу извиниться перед Самопожертвованием? — вопросительно посмотрел Адам на бывшую подругу.

— Предателей не прощают, Адам, — мотнула головой Амелия.

Глава 4

Утром Адама разбудила сирена, которая прозвучала во всех казармах. Армия на Марсе практически ничем не отличалась от армии на планете Земля, единственное отличие здесь — это техноманты, которые служат наравне с обычными солдатами. После окончания службы в армии техноманты поочерёдно записываются в орден, и никто их здесь не осуждает за то, что они отличаются от обычных людей тем, что их тела насквозь пронизаны разными имплантами. Только двое из них могут метать молнии, не являясь при этом аугами.

Капитан Майер не стала загружать Адама беготнёй по двору и переносом разных вещей из одной точки в другую, а сразу дала ему и ещё двум солдатам наряд в шахтах. Как сообщил Оружейник Пит, в шахты опять забираются всякие животные, которые мешают рабочим, поэтому решено было отправить трёх самых сильных солдат в шахты, для зачистки от громовой саранчи и кротов, которые так и норовят проникнуть в город.

— Что-то зачастили к нам кроты, — сказал один из солдат.

— Это не первый случай? — задался вопросом Адам.

— Нет, мы уже десятый раз сталкиваемся с этими животными, — вздохнул второй солдат.

— И что, никто ничего придумать не может?

— А что тут придумывать, когти этих кротов любой металл могут пробить.

— Даже титан?

Солдаты переглянулись между собой, один из них даже усмехнулся, и Адам понял, что про титан тут либо не слышали, либо слышали, но где ему взяться на Марсе-то.

— У Смотрителя Конора нет других людей для зачистки шахт от животных? — полюбопытствовал Адам.

— Сюда отправляют либо новичков, либо провинившихся, так что сам решай, зачем ты здесь, — буркнул один из солдат.

— Он пытался убить техноманта Авроры, Сэм, так что понятно, почему он тут, — сказал второй солдат.

— Того, кто может поразить противника даже с закрытыми глазами?

— Да, чем чуть не развязал новую войну.

— Чёрт, это всё равно что с голыми руками залезть в трансформаторную будку, — усмехнулся Сэм, — благо моё исправительное заключение заканчивается сразу после этой вылазки.

Как только солдаты оказались в подсобном помещении, которое вело в шахты, они тут же столкнулись с громовой саранчой. Каким-то образом саранча пробралась в помещение и теперь здесь хозяйничала. Солдаты вместе с Адамом тут же достали свои гаечные ключи со щитами и сразу вступили в битву. Саранча сдаваться не хотела, и Адаму вместе со штрафником и новичком пришлось не раз уклониться от мощного заряда электричества, выпускаемого этими животными. На третьей минуте боя Адаму надоело сражаться с животным миром Марса гаечным ключом, он тут же отбросил его, и, активировав свои нанолезвия, продолжил бой.

— Эй, салага, ты поосторожнее там со своим оружием, не дай бог кому-нибудь из нас голову снесёшь, — бросил Сэм Адаму.

— Мне неудобно идти на противника с этим, — буркнул себе под нос Адам, бросив взгляд на лежащий на земле гаечный ключ.

— Удобно, неудобно, но и животные тоже должны жить, если ты, конечно, их ради сыворотки не убиваешь, — сказал второй солдат и протянул Адаму свой гвоздомёт. Разобравшись с саранчой, солдаты продолжили обход шахт на наличие животных. Чем дальше они уходили в шахты, тем отчётливее сгущалась в воздухе влага, а это обозначало только одно — где-то рядом находился источник с водой.

— Будьте начеку, ребята, — предупредил Сэм, — скоро повылазят кроты, они чуют воду и подкапывают прямо к резервуару.

Сэм оказался прав, не успели солдаты сделать пару шагов, как кроты тут же выбрались из- под земли. Адам как на автомате выпустил целую обойму в идущего на него и на солдат крота. Этих тварей никакие гвозди не брали, они только свирепели, и как только у отряда закончились гвозди в гвозомётах, солдаты вновь взялись махать своими щитами и гаечными ключами. Адам, проглотив неприятный ком и смирившись с тем, что ему придётся сражаться с животными на Марсе гаечным ключом, тоже вступил в бой. Благо кроты оказались не такими сильными, и победить их удалось с десятого удара.

Закончив расчистку шахт, Адам вместе с солдатами возвращался обратно в казармы. В отличие от него, солдатам понравилась такая вылазка, они хвастались не только «за сколько времени им удалось уложить противника на лопатки», но и усталостью в мышцах. Новичок в команде говорил, что он доволен своей первой вылазкой, Сэм говорил, что будет скучать по такой разминке.

«Нашёл, о чем скучать», — подумал Адам. Он уже был в двух шагах от выхода, когда услышал посторонние голоса в шахтах.

— Вы это слышите? — спросил он солдат. Те прислушались, и тоже услышали чью-то речь.

— Да, никак воры нашли лазейку в город. Надо бы пойти на разведку и узнать, кто это, — предложил Сэм.

«Хоть что-то интересное» — подумал Адам и решил понаблюдать за незнакомцами.

— Если что-то серьёзное, то в бой не вступай, лучше проследи и доложи об этом капитану, — сказал Сэм Адаму.

— Хорошо.

Отойдя от своей команды, Адам включил маскировку и направился туда, откуда исходили посторонние голоса. Прислушиваясь к ним, Адам не заметил, как прошёл половину шахты и оказался возле лестницы, ведущей на нижний уровень. Внизу стояли три человека, по их одежде Адам понял, что это рейдеры, они куда опасней воров Отступника Антона. Затаившись за стеной, Адам прислушался к ним. Они говорили о том, что неплохо бы сделать подкоп к резервуару с водой и выкрасть оттуда несколько бидонов. Адама это разозлило, воды и так не хватает на всех, а тут ещё и рейдеры. Сжав кулаки, он продолжил наблюдать за рейдерами и не заметил, как к нему подкрался один из солдат.

— Что там? — шепнул салага.

— Рейдеры. Они хотят украсть воду у жителей Офира, — прошептал в ответ Адам.

— Надо сказать капитану Майер, чтобы она усилила охрану резервуаров с водой.

— А что с этими делать?

— Оставь, пойдём, мы сюда не за этим пришли.

— Ладно, вы идите, а я ещё понаблюдаю.

Адам не помнил, что именно произошло, и как он оказался на нижнем уровне, да и ещё в крови убитых им рейдеров. Единственное, что он помнил, и что привело его в чувство, был крик одного из солдат в его команде. Увидев руки Адама, запятнанные кровью, тот буквально попятился, после чего бросился бежать прочь с криками «убийца».

***

Разумеется, после этого Адама ждал очередной выговор от Элизы и отстранение от каких-либо работ на неопределённое время.

— И как это понимать? — потребовала объяснения Капитан Майер.

— Они хотели прорыть тоннель и украсть бидоны с водой.

— Ты мог хотя бы доложить мне, прежде чем вступать в бой, теперь фиг докажешь, что они хотели навредить городу, — всплеснула руками Элиза.

— Я сам не знаю, как это произошло, точнее, не помню, — признался Адам. Отговорки теперь уже бывшего Перевозчика Адама на Элизу не подействовали, она уже видела его в гневе, а поэтому не только отстранила его от работ, но и приставила охран.

Адам не знал, простит ли его не только Самопожертвование, но и самое главное — Амелия. Он попытался успокоиться и попытаться осмыслить всё, что с ним происходило на Марсе. Да, здесь строгие правила, убивать нельзя даже животных, но идти на грозных кротов или ещё кого с гаечным ключом с точки зрения новичка здесь выглядит смехотворно. Единственное мощное оружие — гвоздомёт, но его хватает не надолго, правда с аугами здесь обращаются хорошо, но явно не с Адамом. За малейшую провинность на него начинают косо смотреть. Дженсен попытался расслабиться, но, закрыв глаза, он увидел перед собой Смотрителя Виктора.

— Я тоже пытался делать всё правильно, — раздался голос Виктора в голове, — но понял, что без силы тут не справиться.

— Я не тиран, как ты, — попытался возразить Адам.

— Эй, ты, тише, не хватало мне неприятностей из-за тебя, — грубо бросил охранник.

— Простите, что-то нервы ни к чёрту, — признался Адам.

Глава 5

Бывший Смотритель Виктор не хотел уходить из головы Адама. Дженсен понимал, что потихоньку начинает сходить с ума, и появление перед ним поверженного врага - один из звоночков его, Адама, безумия. Чтобы как-то выкинуть из своей головы Смотрителя Виктора, Адам встал со стула и начал ходить взад-вперёд по комнате, в которую его заключили.

- От меня так просто не избавишься, - вновь заговорил Виктор в голове Адама.

- Чего ты от меня хочешь? Я и так зажат в этом городе, - не переставая ходить, спросил Адам.

- Того же, чего и ты, Адам. Точнее хотел того же, что и ты. Я хотел помогать людям, хотел, чтобы вольные города присоединились к Источнику Изобилия, чтобы воды хватило на всех.

- И как, получилось? - спросил Адам, зная, что если бы у Виктора получилось, он не скатился бы до уровня тирана и не стал начальником тайной полиции, чтобы с помощью своих ищеек манипулировать жителями Офира.

- Поначалу у меня получалось и воды хватало на всех жителей Офира, но началась Смута, и воды на всех стало не хватать, а тут ещё и техноманты со своими секретами, люди стали прислушиваться к ним, а не к правительству.

- В этом ты прав, - усмехнулся Адам, вспомнив своего бывшего друга, который в отличие от него помогает другим, и притом так успешно помогает.

- Тот юноша, я вижу, главный лозоходец Авроры? - задался вопросом Виктор.

- Ты мёртв и не можешь видеть, - огрызнулся Адам.

- Ошибаешься, я вижу твоими глазами.

Лицо Виктора расплылось в демонической улыбке, от которой Адама чуть не вытошнило. Теперь понятно, почему Виктор не улыбался тогда.

- На что ты намекаешь? Ты хочешь, чтобы я похитил Самопожертвование и бежал с ним из города?

Виктор ничего больше не ответил, он просто растворился в воздухе, оставив Дженсена один на один со своими мыслями и страхами. Похищать Самопожертвование он не собирался, одного флюидного заряда хватило, чтобы понять, что техноманта так просто не схватить, но что, если с ним поговорить и попытаться его убедить перейти на сторону Источника Изобилия, чтобы старейшая вододобывающая компания вновь заняла лидирующую позицию на Марсе?

Время шло, но ни Элиза Майер, ни Амелия не приходили к Адаму. Он попытался поговорить с охранником, который сторожил камеру предварительного заключения, на что получил ответ:

- Если Капитан захочет, она сама придёт к тебе поговорить, ничего передавать ей я не должен.

Адам начал ловить себя на мысли, что Смотритель Виктор прав, и что если хочешь, чтобы на тебя обратили внимание, примени силу. Дождавшись, когда охранник и гуляющие возле камеры солдаты уйдут, Адам одной ногой вышиб дверь камеры, куда его посадили, и выбежал во двор.

- Эй, ты, стоять! - услышал он у себя за спиной голос одного из солдат. Видя, что заключённый вот-вот перепрыгнет через забор и скроется в городе, находившиеся во дворе солдаты и техноманты подняли тревогу, на которую пришла Капитан Элиза Майер. Вот только она пришла тогда, когда Адам уже перепрыгнул через забор и бросился бежать в квартал Процветание.

- Только этого мне не хватало, поймайте его сейчас же, - приказала своим солдатам Капитан Майер.

- Слушаемся, Капитан, - отчеканили солдаты и тут же выбежали из казармы. Элиза же решила доложить обо всём Смотрителю Конору. Если бы Адам был просто одним из её солдат, который дезертировал, она не стала бы поднимать шумиху, но как оказалось, бывший Перевозчик Адам не обычный дезертир. Незадолго до побега он сначала напал на техноманта Авроры, а потом убил рейдеров в шахте, вместо того, чтобы их допросить.

***

Самопожертвование вместе с Габриэлой собирались покинуть город и вернуться обратно в Аврору на ближайшем поезде. Их пребывание в Офире заметно затянулось, вдобавок Вацлаву нужно было прийти в себя после предательства друга, а места лучше Темнополиса в Авроре не придумаешь, как говорится, "дома и стены помогают". Напоследок Искатель Скотт осмотрел Самопожертвование, и убедившись, что с ним всё в порядке, собирался его выписать, но тут в дверь постучали.

- Уже иду, - откликнулся Скотт и пошёл к двери. За ней стоял один из охранников, он сказал Искателю, чтобы он и его пациенты оставались внутри и не выходили.

- В чём дело? Что произошло? - немного заикаясь, спросил Скотт.

- Сэр, в городе объявлено военное положение.

- Из-за чего? На нас, что, напали?

- Я не знаю сэр, простите, - извинился охранник, прижимая к себе гвоздомёт.

- Боюсь, у меня для вас плохие новости, - сказал Скотт Габриэле и Самопожертвованию, - в городе военное положение.

- Что стряслось, на нас напали?! - воскликнула Габриэла.

- Аврора не могла напасть на Источник Изобилия, война давно закончена, - встревоженно сказал Самопожертвование.

- Скорее всего сбежал опасный заключённый, на моей памяти город не раз перекрывали из-за таких случаев, - заверил Искатель.

- Интересно, а Амелия об этом знает? Надо доложить ей, если она в городе, - задалась вопросом Габриэла.

- Ангар "Скитальца" находится рядом с клиникой, я могу туда пробраться и предупредить Амелию, если она там, - сказал Самопожертвование.

- Молодой человек, это может быть опасно, преступник наверняка ищет транспорт для побега, - заверил Скотт.

Позже Амелия сама навестила Габриэлу Мансер и Самопожертвование в клинике Искателя Скотта. Она сказала, что знает о военном положении, и знает, кто этот преступник, и от этого ей явно не станет лучше. Самопожертвование понял, о ком идёт речь, но не мог поверить, что Адам так низко пал.

- Я тоже не могу в это поверить. Похоже, Ниша была права, когда говорила, что этот город выкачивает жизни из его горожан. Тут даже при новом Смотрителе ничего не изменится.

- И что нам делать? - спросила Габриэла, прижимая к груди своего питомца.

- Все ходы и выходы из города перекрыты, вряд ли Адаму удастся проникнуть сюда, так что пока предлагаю пожить у меня в ангаре, - улыбнулась Амелия.

***

Сразу после побега Адаму пришлось включить аугментацию маскировки, чтобы не попадаться на глаза местным жителям и охраняющим город техномантам. Сирена тревоги не замолкала до самого вечера, но даже после того, как её отключили, техноманты не спешили расходиться по сторонам. На памяти Адама такой переполох был только тогда, когда он и Амелия бежали из города, тогда Смотритель Виктор весь город поставил на уши, чтобы вернуть своего любимого гладиатора. Маскировки надолго не хватило, и как только батарея полностью разрядилась, Адаму пришлось перемещаться между зданиями, чтобы его никто не заметил.

- Во что ты меня втянул, Виктор? - задался вопросом Адам, прячась на одной из строек. Ответа не последовало, и он догадался, что никакого Виктора рядом с ним нет, просто он начинает сходить с ума. Он предал не только лучшего друга и человека, который согласился починить все его аугментации на Земле, но и свою подругу и напарницу Амелию.

- Хм, ты сходишь с ума, Адам, чего тебе не хватает? - сказал он себе. Поняв, что назад пути нет, Адам решил податься в бега, после чего примкнуть к жителям города Хему. Может, живущие на Марсе ауги его примут. Адам решил пробраться в ангар Амелии и угнать её "Скитальца". Единственным не охраняемым сейчас путём из одного квартала в другой были шахты, и Адам, перебираясь от одного дома к другому, направился туда, в надежде, что в шахтах не окажется животных. Меньше всего ему хотелось махать кулаками, он и так наломал дров.

На сей раз Адаму повезло, путь в шахты оказался не только свободен от солдат, но и от кротов, единственный вход туда охранял всего лишь один солдат, и он явно не техномант. Оглушив его, Адам проник в шахту и направился к кварталу Процветание.

Глава 6

Адам уже расслабился, поняв, что в шахтах и на выходе из них ему ничего не угрожает, но тут же осёкся — прямо перед выходом стояли двое хорошо вооружённых громил, и судя по их броне и вооружению, с ними шутки плохи.

«Вот чёрт», — выругался про себя Адам, поняв, что путь ему закрыт. Спрятавшись за каменистой стеной, Дженсен стал наблюдать за солдатами, выжидая подходящего для побега из шахты момента. Солдаты стояли по стойке смирно и не собирались отлучаться с поста. Осмотрев местность за собой и найдя небольшой камень, Адам поднял его с земли и бросил в стену.

— Ты слышал? — хриплым голосом спросил один солдат.

— Да, иду, посмотрю, что там, — отозвался второй и пошёл посмотреть. Поняв, что у него появился шанс, Адам прицелился и выстрелил единственным оставшимся у него в пушке Тесла зарядом. Вторая попытка побега не удалась, солдат вовремя отклонился в сторону, избежав удара током.

— Эй, ты, стоять! — прохрипел солдат.

— Что-то не так? — спросил второй, вернувшись с разведки.

— Здесь беглец.

Солдаты тут же взвели свои гвоздомёты, и если бы Адам вовремя не убежал, они бы схватили его. Адам не помнил, как он пробежал полкилометра шахты и очутился в погрузочной зоне. Здесь на стальных стеллажах лежали какие-то ящики с эмблемой Источника Изобилия. В этой зоне Адам ни разу не был и не знал, куда ведут все выходы из неё. Вдобавок ему в очередной раз пришлось прятаться от стражи, так как эта зона тщательно охранялась. Прячась от охраны и поблуждав по лабиринту шахты, он, наконец, добрался до ещё одного выхода. На сей раз ему повезло, вход сторожил всего один охранник и при том не самый сильный. Адам осторожно подошёл к охраннику, затем оглушил его и присвоил себе гвоздомёт на всякий случай.

В этой части квартала Процветания всё ещё оставались трущобы, хотя часть их уже начали расселять, что сыграло на руку Адаму. В них можно было затаиться, перевести дух и подумать, что делать дальше. Дженсен решил передохнуть перед тем как пробраться в ангар и угнать «Скиталец» Амелии. Он надеялся на то, что угон пройдёт гладко, и что никого из своих бывших друзей убивать или оглушать не придётся, так же он надеялся, что Самопожертвование задержался в городе, и ему удастся взять его в заложники.

— Адам, сынок, я не узнаю тебя, — услышал он знакомый голос. Дженсен поднял голову и увидел перед собой своих родителей. Отец и мать стояли прямо перед ним и осуждающе смотрели на него.

— Адам, одумайся, — проговорила Марджори Дженсен — его мама.

«Ну вот, я начинаю сходить с ума, сначала Виктор, а потом мои родители, которые погибли вместе с планетой Земля».

— Вы не можете со мной разговаривать, вы мертвы.

— Мы тебя так не воспитывали, — начал отец.

«Ну да, не воспитывали, отец бывший алкоголик, мать редко когда слезает с антидепрессантов», — подумал Адам, отгоняя от себя призраки родителей. Как только ему это удалось, тут же перед ним возник призрак бывшего Смотрителя Виктора.

— Что ты медлишь, Адам, ты на полшага к цели, хватай мальчишку и беги.

— Слушаюсь, — вставая с корточек, сказал Адам.

Подобраться к ангару оказалось не так уж и просто. Он, как и площадь вокруг него, хорошо охранялся, причем не простыми солдатами, а техномантами, и некоторые из технически модифицированных охранников были давно не новички. Адам решил идти напролом. Проверив, сколько в гвоздомёте гвоздей, Адам начал пробираться сквозь строительные леса и уже отстроенные здания. Наткнувшись на одного из охранников, Адам тут же пустил ему пару гвоздей в голову. Ему повезло, охранник не был техномантом, он оказался обычным солдатом. Оттащив солдата подальше, Адам снял с него броню и шлем, и, переодевшись в неприметную форму солдата Источника Изобилия, Дженсен выдохнул с облегчением и направился к ангару.

***

В ангаре Амелии все спали, когда Адам, наврав охраняющим его солдатам, сказал, что идёт проведать, всё ли хорошо с Перевозчицей Амелией, пробрался внутрь. Амелия устроила Габриэлу в комнате Адама, полагая, что он не рискнёт появиться у неё в Ангаре, а Самопожертвование расположился прямо в «Скитальце». Внезапно щенок, купленный Габриэлой и Самопожертвованием, начал лаять.

— Тише, остальных разбудишь, — пригрозила пальцем Габриэла, но щенок продолжал лаять и скрести дверь. Поняв, что, возможно, в ангар пробрался чужой, а возможно, дезертир Адам Дженсен, Габриэла сразу же вскочила на ноги, и, приказав щенку оставаться в комнате, зарядила электричеством свой шест и вышла из комнаты. Электричество на шесте прекрасно освещало комнату. Осмотрев весь ангар и не найдя никого подозрительного (Адам спрятался за «Скитальцем»), Габриэла вернулась обратно в комнату.

— Там никого нет, давай спать, — сказала она собаке, гладя её по панцирному наросту на спине. Габриэла вновь пыталась заснуть, но щенок опять залаял и начал скрестись. Девушка попыталась взять его в руки и уложить на кровать, но собака вырвалась и залаяла ещё громче.

— Да что с тобой такое?

Когда Габриэла во второй раз вышла из комнаты, в глаза ей тут же ударил свет от включённых габаритных огней «Скитальца». Сначала она подумала, что Амелия набралась храбрости и решила прокатиться по ночному Марсу, но комната Амелии была закрыта, а её оружие стояло возле входа.

— О великие силы, там же Самопожертвование. Кто-то угнал «Скиталец» с моим другом, — воскликнула Габриэла и начала стучать в дверь к подруге. Амелии не спалось, она всё время ворочалась в кровати, поэтому, услышав отчаянные крики и стуки в дверь, она с сонным видом подошла к двери, и, открыв, спросила:

— Что ты так кричишь, Габи, что стряслось?

— Беда, подруга, похоже, Адам перехитрил охрану и угнал твой «Скиталец» вместе с Самопожертвованием.

— Что? — Сон Амелии пропал окончательно, она тут же вышла из комнаты и оглядела ангар. Вездехода и Самопожертвования уже и след простыл.

— Великие силы, как это произошло?

— Он либо убил всех охранников, либо их обхитрил, — предположила Габриэла.

Амелия тут же вызвала к себе с допросом охраняющих вход в ангар техномантов. Те сказали, что один из солдат попросил пропустить его внутрь и проверить всё ли в порядке с Амелией. Поле чего он тут же схватился за голову, поняв, что пустил на почти правительственный объект сбежавшего преступника.

— Живо беги к Смотрителю Конору, пока не поздно. Скорее всего, Адам еще не покинул пределы Источника Изобилия, и есть шанс его поймать, — настояла Амелия.

Глава 7

Самопожертвование проснулся только тогда, когда Адам, будучи уже в марсианской пустыне, резко притормозил, поняв, что он оторвался от едущих за ним Песчаников, на которых его преследовали многочисленные солдаты Источника изобилия. Как только ветер затих, погоня прекратилась, и Адам, свернув с долины Маринер, очутился в пустыне. Очнувшись, Самопожертвование спросонья начал осматриваться по сторонам. Тут ему в глаза ударили солнечные лучи, просочившиеся сквозь лобовое окно «Скитальца», и он сразу понял, что он не в ангаре Амелии, а где-то за пределами Источника изобилия. Кроме него и Адама в вездеходе больше никого не было, что странно, вряд ли Адаму дали покататься просто так.

— Адам, ты что, угнал «Скиталец»? Твоя подруга будет этому не рада, — начал Самопожертвование.

— А ты догадливый, Коллер, или как там тебя, Самопожертвование. Амелия больше не моя подруга.

— Боже, что случилось?

— А ты как думаешь? — Адам повернулся к бывшему другу. То ли от удара электричеством, то ли ещё от чего, но все его аугментации начали искриться, а лицо перекосилось.

— Дженсен, ты себя в зеркало или в другую отражающую поверхность видел? Ты весь искришься! — опешил Самопожертвование.

— Я теперь сам по себе, и ты мне нужен, — ехидно улыбнулся Адам. Самопожертвование видел точно такое же лицо у бывшего Смотрителя Виктора, когда он вместе с напарниками его прикончил. Теперь так же выглядел и Адам. Нетрудно догадаться, что натворил Дженсен и почему он угнал «Скитальца» вместе со спящим в нём техномантом.

— Я не собираюсь делать ничего против своей воли, — твёрдо заявил Самопожертвование.

— А я думал, ты готов жертвовать собой ради благой цели, — развёл руками Адам, — я всего лишь хочу помочь жителям города Хему. Им нужна вода не меньше, чем твоей Авроре и Источнику Изобилия, а для этого мне нужен техномант.

— Те аугментированные, о которых ты говорил раньше?

— Да.

— Что, нельзя было как-то поговорить с правителем твоего города? Может быть, он тебя бы выслушал, — начал Самопожертвование.

— Я в этом деле новый человек, вряд ли бы он прислушался ко мне, а вот ты другое дело.

Адам вновь повернулся к Вацлаву, у него явно был нервный тик, его лицо не только перекосило, но и веки слегка подёргивались.

— Адам, тебе к врачу нужно, а то вот-вот взорвёшься. Не забывай, что у тебя есть аугментация «Тайфун».

— Ты и есть врач, вот и вылечишь, — заверил Адам, продолжая дёргаться.

— Где ты найдёшь нужные запчасти, мы же в пустыне, да и я давно завязал с этим делом, на двух стульях не усидишь.

Самопожертвование на всякий случай отошёл подальше от Адама, боясь, что как только его бывший друг к нему прикоснётся, то его аугментации попросту закоротит.

— Я бы тебе помог, и попросил помощь у Единства — правителя Авроры, но сейчас я тебе ничем помочь не могу. Я не собираюсь жертвовать собой ради бывшего друга-дезертира.

— Тебе всё равно некуда бежать, Вацлав, мы посреди пустыни, — заключил Адам.

— Я техномант, и я смогу выжить даже в пустыне.

— Это вряд ли у тебя получится, — усмехнулся Адам и вновь завёл машину.

Самопожертвование одновременно жалел и ненавидел своего бывшего друга, жалел за то, что тот так и не устроился на новом месте, послевоенный синдром, да и ещё он бывший агент Интерпола, а тут на Марсе почти мирная жизнь, и трудно к ней привыкнуть после того, что видел на Земле, а ненавидел за то, что тот в свою авантюру втянул и его, если их поймают, то наверняка обоих и засудят. Самопожертвование невольно подумал о своём отце, который наверняка всю Аврору поднял на ноги, узнав, что его сын не вернулся из Офира. Несмотря на мир между двумя оставшимися на Марсе вододобывающими компаниями, напряжение между Авророй и Источником по-прежнему сохранялось.

«Нельзя допустить, чтобы из-за меня началась война, нужно бежать в Аврору и доложить обо всём не только отцу, но и Единству», — принял решение Самопожертвование. Адама по-прежнему коротило от неисправных аугментаций, но, несмотря на это, он продолжал вести машину. Ещё чуть-чуть, и он поджарит не только себя, но и взятого в плен Самопожертвование.

— Прости меня, Адам, я не хотел причинять боль, но ты меня вынудил, — сказал Самопожертвование. Встав с сидения, он сосредоточил все свои электрические флюиды в правой руке, а затем со всей силой ударил по полу «Скитальца». Техноманту своё собственное и прочее электричество не причинило вреда, а вот вездеход вместе с Адамом начал наворачивать зигзаги по пустыне. Выждав удобного момента, Самопожертвование открыл дверь машины и выпрыгнул, прежде чем Адам врезался в бархан.

Глава 8

Самопожертвование пришёл в себя от того, что кто-то тёрся о его колючую щёку. Когда он открыл глаза, то увидел, что рядом с ним стоит дикий страус и смотрит на него своим единственным глазом, издавая слабые, едва слышные звуки, похожие на стон китов. Самопожертвование вмиг очнулся и чуть ли не подскочил на месте, пытаясь как можно дальше отодвинуться от дикой птицы. Страус не собирался нападать на техноманта, видя, что тот не представляет для него никакой опасности.

— Ох, это был рискованный, но стоящий поступок, — заныл Самопожертвование, хватаясь за разболевшуюся голову. Он попытался встать на ноги, но тут же сел обратно на землю. Ноги тряслись и выпрямляться не хотели. Видать, это происходит со всеми техномантами, которые делают полную разрядку два раза в день. Когда Самопожертвование полностью пришёл в себя, то обнаружил, что он оставил в «Скитальце» вместе с Адамом своё оружие. Самодельный шест только в руках знающего человека представляет собой оружие. Для отступника Адама это обычная железяка, которой даже зверя не ранишь, но техномант посереди враждебной для людей пустыни, да и ещё без оружия — лёгкая добыча.

— И что мне теперь делать? — всё ещё держась за больную голову, спросил Самопожертвование у страуса. Птица как будто понимала его и указала своей длинной шеей на спину.

— Хочешь, чтобы я сел тебе на спину?

Страус зашевелил многочисленными отростками вокруг единственного глаза, как бы говоря — «да».

— Но у тебя колючая спина, как я на тебя залезу?

Тут гигантская марсианская птица обвила своей шеей талию Самопожертвования и моментально усадила его на спину между острых шипов, после чего пошла в известном лишь ей направлении.

Самопожертвование держался, как мог, но он был благодарен птице за то, что она его куда-то да несёт. О предательстве Адама он старался не думать, а вот об отце и Габриэле…

«Надеюсь, ты меня в Аврору несёшь», — подумал Самопожертвование и задремал.

Солнце начало припекать, и страусу пришлось останавливаться в местах, где ещё сохранялась тень. Хоть Самопожертвование и дремал, сквозь дремоту он мог видеть очертания мест, где останавливалась спасшая его птица.

— Я знаю, что тебе тяжело меня нести, оставь меня здесь, дальше я сам, — сквозь сон проговорил техномант. Птица, похоже, не была довольна таким положением дел, она сначала прошипела на Самопожертвование, а потом осторожно погладил его своей головой. Подождав, пока стемнеет, страус двинулся дальше, и вскоре он пересёк пустыню и вышел к одному из населённых пунктов Марса.

***

Когда Самопожертвование пришёл в себя ещё раз, то обнаружил, что он лежит на специальной койке в клинике. В комнате, кроме него, никого не было. Он попытался прислушаться к голосам за пределами палаты. Но сил не было даже на это, а тело сделалось ватным. Вскоре в палату вошли двое людей. Одного из них Самопожертвование узнал, им оказался старый техномант, который рассказал ему о его великом отце. Это означало только одно — тот страус принёс его в Чешскую колонию, но кто его научил? Самопожертвование предпринял второй шанс привстать на кровати, но доктор, стоящий рядом с пожилым техномантом, тут же запротестовал.

— Нет, нет, лежите, молодой человек, вы растратили не только все свои флюиды, но и силы.

«Что ж», — решил Самопожертвование, — «поскольку я в безопасности пока, могу позволить себе отдохнуть». Он закрыл глаза и попытался уснуть, но что-то не давало ему это сделать, что-то сковывало его тело, как только он закрывал глаза.

— Что со мной? — едва слышно спросил Самопожертвование у стоящих рядом техноманта и врача. Спросил, естественно, по-чешски.

— Ничего, сейчас вколем вам в руку расслабляющие средство, как только сможете пошевелиться, вколю флюидную сыворотку, — сказал врач и пошёл к своему столу.

— Вы ведь Вацлав, да? — обратился техномант к Самопожертвованию.

— Был когда-то, теперь меня зовут Самопожертвование.

— К Авроре присоединились, это похвально, но что вы…

— Долгая история и неприятная.

— Вам повезло, что вас нашли, наши техноманты обучили некоторых страусов отыскивать попавших в беду путников и приносить их в город, — улыбнулся техномант.

— Значит, это домашний страус, — заключил Самопожертвование.

— Верно, молодой человек.

— Но у него шипы на спине?

— Они у всех страусов, кроме ездовых.

Доктор долго не мог подобрать нужное лекарство для Самопожертвования. Как правило, страусы-санитары приносят обычных заплутавших путников, а тут одна из этих птиц принесла едва живого техноманта. Как показали медицинские данные, этот техномант израсходовал все свои флюиды два раза, вдобавок он аугментированный, а такие люди восстанавливаются медленнее, чем обычные люди. Наконец подобрав нужную дозу для Самопожертвования, врач тут же вернулся к пациенту и сделал ему расслабляющий укол, после чего тот смог заснуть.

— Он поправится? — спросил техномант у врача.

— Он полностью выжат, но на ноги встанет, хоть и не сразу.

— Техномант Авроры вдали от дома. Наверное, что-то страшное случилось, и наш правитель захочет узнать, что.

— Только не сейчас, ему нужно набраться сил, остальное потом, — заверил врач.

Самопожертвование спал как убитый, сыворотка, которую вколол ему врач, подействовала сразу. Ему снилось, что он дома, притом не на Марсе в Авроре, а на Земле в Праге, притом он очнулся в своей подпольной лаборатории. Кругом стояла звенящая тишина, только мониторы, установленные у него в подвале, издавали едва слышное пощёлкивание.

— Вот так сон, стоило мне заснуть на минуту, и… — усмехнулся Вацлав сам себе. Он осмотрел своё тело. Всё было на месте, включая его потёртые джинсы, клетчатую рубашку и лабораторный халат. В голове крутились неизвестные ему имена: Рой, Габриэла, Амелия, и другие, при упоминании первых двух имён на него вдруг нашла тоска, он не мог вспомнить, откуда он знает этих людей, но когда он вспомнил про Адама, всё тело заныло, словно по нему проехали катком, а ещё появилось неприятное ощущение, словно его предали.

Глава 9

Ты пытаешься заселить сломанный рассудок.

Не всё, что ты увидишь или услышишь, заслуживает доверия.

Когда Вацлав вышел из подвала, то оказался в просторном помещении здания клиники «Протез». Врачи и пациенты клиники ходили туда-сюда, не обращая внимания на стоящего возле двери ошарашенного доктора Коллера.

«Как я сюда попал?» — задался вопросом Вацлав.

— Уже отдохнули, доктор Коллер? — приветливо спросила медсестра.

— Д-да, — запинаясь, ответил Вацлав, пытаясь прийти в себя, и понять, как он здесь очутился. По клинике туда-сюда ходили не только врачи, но и ауги, пришедшие на приём к врачам. Некоторые из них, судя по всему, были здесь в первый раз, это Вацлав понял по их виду и по каталогу новых аугментаций у них в руках.

— А, вот вы где, — улыбнулся один из медбратьев, заметив стоящего у стены доктора Коллера.

— Меня ждут пациенты? — спросил Вацлав, протирая глаза.

— Да, и раз уж вы отдохнули, то… — медбрат вежливо пропустил доктора Коллера вперёд.

Как не странно, но Вацлав знал, куда ему идти, хотя ощущение, что он попал в другую реальность, его не покидало. Врачи и пациенты здесь вели себя так, как будто они хорошо знакомы с ним, но что касается его самого, то он до сих пор не пришёл в себя, он не знал, сон ли это или нет. Проходя мимо открытой двери в ординаторскую, Вацлав немного напряг глаза, чтобы заглянуть в висящий на двери календарь. Если верить ему, то сейчас шестое мая 2026 года, до переломного момента в истории человечества осталось полгода, и тут Вацлав вспомнил, что до инцидента Панхеи он работал в клинике «Протез». Похоже, его слегка сломленный рассудок, пытаясь осознать все, что произошло с его обладателем, создал буферную зону в памяти, чтобы полностью восстановиться. Поняв это, Вацлав расслабился.

Работа в клинике закончилась под вечер, и Вацлав принял единственное и правильное решение — наведаться в гости к матери, ведь из-за работы и своего увлечения аугментациями он стал всё реже и реже её навещать. Мэри Коллер, так же как и её сын, жила в районе Прекажка.

«Я не знаю, зачем ты меня сюда перенёс, но спасибо тебе», — сказал Вацлав своему рассудку. До инцидента Панхеи Прекажка была самым живым и уютным районом старой Праги. Несмотря на то, что уже начало темнеть, люди не уходили с улиц, они сидели возле своих ещё не разрушенных домов со стаканчиком пенного и наслаждались тёплым майским вечером. Обычные люди сидели на скамейках вместе с аугментированными и что-то весело обсуждали друг с другом. Так как Прекажка небольшой район, Вацлава здесь все знали, и, увидев врача-ауга, идущего к дому своей матери, один из пражан махнул ему рукой, и поздоровался.

— Добрый вечер, пан Коллер, не ожидал увидеть вас здесь.

— Я решил навестить свою маму, она дома?

— Мэри? А где же ей ещё быть, — улыбнулся горожанин.

— Ну, мало ли, в последнее время я её редко навещаю, может, она переехала?

— Прекажка уютный район, отсюда мало кто съезжает.

Долго общаться с местным жителем Вацлав не стал, и вежливо попрощавшись с ним, направился к дому, где живёт его мама. Найдя номер маминой квартиры, Вацлав нажал на кнопку. Тут же засветилась лампочка сканера на голографоне. Да, Прекажка с момента вступления в новую эпоху немного претерпела изменения, теперь у всех жителей Чехии стоят не видеофоны, а голографоны, транслирующие голографическое изображение позвонившего прямо в квартиру.

— Привет, мам, это я, — мягко сказал Вацлав, — можно войти?

— Сынок, вот это сюрприз, конечно, входи, — отозвалась Мэри, и, нажав нужную кнопку на голографоне, впустила сына в дом и квартиру. Ещё чуть-чуть, и вся эта идиллия вместе с технологическим прогрессом, а затем и планетой полетит в тартарары, а пока, пока есть момент, им надо насладиться. В доме, где жила Мэри Коллер, ничего не изменилось, Вацлав помнил, что это самый красивый дом во всей Прекажке, и его подсознание сохранило эту красоту: здесь повсюду на стенах сохранилась средневековая мозаика, хотя Вацлав помнил, что кое-где местные подростки её подпортили, но это его подсознание, и оно сохранило всё самое доброе и светлое, что было в его памяти.

Мэри Коллер ждала своего сына прямо у двери, по ней было видно, что она рада неожиданному визиту своего сына. Она на самом деле красивей всех чешек, вместе взятых. Вацлав помнил, что дома его мать не прятала вшитые в её голову и руки аугментации, а ходила в старой цветастой юбке и свободной футболке, вот и сейчас она его встретила в той же одежде.

— Мама! — воскликнул Вацлав и бросился к матери в объятия.

— Соскучился?

— Угу.

— Я как раз собиралась готовить ужин, ты вовремя заглянул.

— Тебе помочь? — улыбаясь, спросил Вацлав.

— Вашек! — сдвинула брови Мэри, думая, что сыну что-то нужно от неё.

— Со мной всё в порядке, я просто соскучился по тебе.

— Но ты наверняка устал в своей клинике? — начала Мэри.

— Нет, я позволил себе отдохнуть.

— Это радует, учитывая, что ты у меня аугментирован, твоему телу нужен отдых, ты не забываешь принять…?

— Нейропозин? Нет, не забываю, моя система контроля здоровья не позволяет забыть, — похвалился Вацлав.

— И всё же отдохни, пока я готовлю ужин, — заверила Мэри.

Пока его мама хлопотала на кухне, Вацлав попытался расслабиться перед телевизором. То чувство, что он в другой реальности, вновь вернулось к нему, он вспомнил знакомые имена: Габриэла, Рой, Адам, от последнего вновь по телу прошли мурашки и появилось отвращение. По телевизору выступала Зофи Ружечка — первый президент-женщина Чешской республики, ещё немного и её гибель станет точкой… нет, Вацлав не хотел об этом думать, тут что-то другое, что сделало момент переломным, не гибель Зофи Ружечки.

— Пани Ружечка делает слишком много обещаний, — заметила Мэри, заглядывая в телевизор.

— Это точно, — согласился Вацлав, — и подумал: «Она не сможет выполнить всё, что обещала».

Глава 10

Когда ужин был готов, Мэри позвала сына к столу. Хоть Вацлав уже большой, он не отказался от тёплого семейного ужина. Сейчас ему хотелось, чтобы его подсознание не возвращало его обратно на Марс. Пусть это сон сломленной души, но это прекрасный сон.

- Всё хорошо? - спросила Мэри у сына, видя, что Вацлав немного загрустил.

- Да, мам, я просто задумался.

- Опять о своих аугментациях?

- Угу.

- Сынок, они никуда не денутся, но жизнь идёт, и тебе не мешало бы найти девушку и задуматься о своём будущем, - вдруг сказала Мэри сыну. После этих слов подсознание Вацлава начало рисовать облик Габриэлы Мансер с Марса, такой знакомый облик. Ему вдруг захотелось сказать матери, что у него есть девушка, но он начал бояться, что если он расскажет о ней, пелена сна исчезнет, и он вновь окажется на Марсе.

- Думаешь, я ей понравлюсь таким? - спросил Вацлав, кивая на свои руки.

- Да, это не те протезы, которые тебе ставили, но ведь сейчас XXI век, и людей с такими, как у тебя, аугментациями полно в городе, кому-нибудь ты и понравишься, - улыбнулась Мэри и добавила, - у меня тоже полно аугментаций, и это не помешало мне встретить твоего отца.

"Да", - вдруг подумал Вацлав, - " тебе повезло встретить Роя, который последствии станет моим отцом". Вацлав решил притвориться, что не знает, как выглядит его отец, и спросил об этом у мамы, поинтерсовался, не осталось ли у неё фотографий.

- Увы, сфотографироваться вместе мы не успели, не до этого было, но... - Мэри встала из-за стола и пошла в свою комнату, после чего принесла оттуда лист бумаги с наброском. - Я прекрасно помню, как он выглядел тогда, поэтому смогла сделать этот набросок, - сказала Мэри сыну и протянула ему лист бумаги. Здесь Рой выглядел почти так же, как и на Марсе, всё тот же взгляд и те же разного цвета глаза, щетина на лице и хмурый вид, только нет седины и длинных волос. Вацлаву вдруг захотелось сказать, что он видел отца и даже согласился помочь ему в его нелёгком деле, но он лишь промолчал, вновь боясь проснуться.

***

- Он точно в порядке? - спросил старый техномант у врача.

- Судя по ЭКГ и активности его головного мозга, с ним всё хорошо, просто он спит, - успокоил врач техноманта.

- Первый раз я вижу, чтобы кто-то из моих собратьев так долго восстанавливался.

Врач ещё раз проверил все показания приборов, и, убедившись, что успокоительное хорошо подействовало на Самопожертвование, вколол ему флюидную сыворотку, после чего вновь начал наблюдать за показанием приборов. Диаграмма головного мозга показывала, что Самопожертвование спит и, похоже, видит хороший сон. После того, как ему вкололи флюидную сыворотку, его закрытые глаза начали немного подёргиваться.

- Похоже, твой собрат приходит в себя, - сказал врач техноманту.

- И возращение из сна будет для него не самым приятным, он не хочет просыпаться.

***

Как не хотелось Вацлаву возвращаться в реальность после столь приятного сна, но всё же пришлось. Внезапно для самого себя он осознал, что он всё же спит, и его подсознание начало выталкивать его из сна. Сначала картина мира вокруг него стала немного расплывчатой, потом голос матери начал отдаляться всё дальше и дальше, потом всё окончательно помутнело и наконец:

- Мама, вернись, мне тебя не хватает! - выкрикнул Самопожертвование. Когда он пришёл в себя, то увидел рядом врача в белом халате и пожилого техноманта.

- Не знаю, где вы были, Мансер, но с возвращением вас, - улыбнулся доктор и отложил шприц со второй дозой флюидной сыворотки. Самопожертвование хотел привстать на кровати, но его тело не слушалось.

- Где я? - еле слышно спросил Самопожертвование.

- Вас нашёл один из поисковых страусов и принёс вас сюда - в Чешскую колонию. Не знаю, что с вами случилось, но вы были без сознания, - улыбнулся пожилой техномант.

- Я вас знаю, вы сказали, что мой отец бывал здесь.

- И я вас знаю, Мансер, а точнее...

- Теперь меня зовут Самопожертвование, и да, я нашёл своего отца и присоединился к нему. Мне нужно попасть в Аврору.

- Пока ваш организм окончательно не восстановится, мы не можем вас отпустить, - заверил врач.

- Вы помните, что произошло? - спросил техномант у Самопожертвования.

- Да, к сожалению, меня предал мой давний друг, он угнал вездеход у Источника Изобилия, пока я спал в нём и...

- Что и?

- Его лицо полностью исказилось, он стал опасен не только для себя, но и для окружающих, его срочно нужно разыскать, пока он не натворил бед, - признался Самопожертвование. Также он рассказал врачу и пожилому техноманту о планах своего бывшего друга - Адама, и о том, что тот является ещё и аугментированным, что делает его ещё более опасным в глазах окружающих, а также о его стремлении раздать всем жителям Марса свежую воду, что может нарушить устоявшийся порядок на Марсе и привести к новой войне.

Врач и техномант переглянулись между собой. Понимая, что миропорядок на Марсе может быть разрушен противоправными действиями человека, не знающего, что вода на красной планете может просто исчезнуть, если её раздать всем, кто желает, пожилой техномант решил обо всём рассказать правителю своей колонии, и когда Самопожертвование закончил свой доклад, то тот резко встал со стула и выбежал из больничной палаты. Даже доктор немного занервничал.

- Простите, я не хотел приносить вам плохую весть, но это, наверное, одна из причин, почему я здесь, - извинился Самопожертвование.

- Надеюсь, единомышленников у Отступника Адама нет, а то придётся воевать с другими городами, - вздохнул доктор.

- Вряд ли жители города Хему к нему прислушаются. Если у него и будут сподвижники, то ими, скорее всего, станут бежавшие из Офира воры и мародеры, живущие на открытых просторах Марса. В любом случае мне нужно ехать в Аврору, отец наверняка переживает за меня, - проговорил Самопожертвование.