Путешественник Книга 1

Глава 1 Отчий дом

Российская империя 2087 год

Слышу шаги, приближающиеся к моей спальне, поворачивание ключа, тихий скрип двери и томное дыхание. Сердце учащенно бьется, словно у испуганного пойманного воробья, то и гляди, выскочит из груди. Это пришла она, пассия отца, ну или моя новая мачеха. Марья Петровна присаживается на край кровати и томно вздыхает. Я лежу с головой под одеялом, но все равно знаю, что та пристально смотрит на меня.

— Лёнечка, не притворяйся, я пришла почитать тебе сказку на ночь, — слышу ее голос, от которого бегут мурашки и встают волоски на руках и ногах. Продолжаю молчать, прикидываясь, что давно сплю. Но она не уходит, наоборот, укладывается ко мне в постель, вот только никакой книги в ее руках нет.

— Не бойся, я расскажу тебе сказку в темноте, раз забыла прихватить книгу, — забирается под одеяло в тонкой ночной рубашке, прижимаясь к спине своей немалой грудью. Я боюсь пошевелиться и ничего не могу поделать, ни прогнать ее, ни сбежать. Ее проворные руки забираются под пижаму, в которой сплю. А губы начинают тянуться ко мне непонятно с какой целью, то ли поцеловать, то ли сожрать. Вскрикиваю от леденящего ужаса…и просыпаюсь.

Сердце продолжает учащенно биться, но совсем не от эротического сна, а от панического ужаса. Когда я ночую в отчем доме, мне всегда снятся кошмары из моего детства. Сегодня вот приснилась Марья Петровна, хотя она была не самым большим кошмаром. Бывали и похуже пассии моего отца, проявлявшие нездоровую заботу о своем пасынке. Отец мой еще тот ловелас, меняющий мачех, как перчатки. Они калейдоскопом пронеслись в моей голове, заставляя поежится от незабываемых воспоминаний. Почему-то все любовницы отца рано или поздно начинали чувствовать ко мне влечение, объясняя это материнским инстинктом. Вот только в гробу видел такую заботу! Проходу и жизни от этого не было. Возможно, отец менял их так часто, как только чувствовал, что интерес очередной мачехи переключался на сына. Кто ж его знает, мы с отцом никогда об этом не разговаривали. Хотя мы вообще редко говорили. Как правило, он лишь раздавал указания, а уж по душам не общались ни разу.

Раз уж проснулся, пора вставать, снова заснуть у меня не получится. Пришлось идти умываться. За окном только брезжил рассвет. Улыбнулся от мысли, что сегодня покину отчий дом до самых зимних каникул. Распахнул окно настежь. Холодный осенний ветер, ворвавшись в комнату, развеял остатки кошмарного сна. Осенние каникулы для меня тянулись, как вечность. Для многих людей отчий дом — это пристанище и защита, а для меня лишь перевалочный пункт, временное жилье и тяжелая неизбежность. Поэтому начал отсчитывать часы до момента, когда уеду в грёбаное училище, куда определил отец без моего желания.

Он бывший военный в отставке, у которого на меня много собственных планов. Войны на планете давно завершились, но он по-прежнему мечтал сделать из меня шпиона, ну или диверсанта на крайний случай. Его военная карьера не удалась, воевать стало не с кем, но планы остались. С таким отцом и врагов не надо. В семье все решения принимал только он, не подумав спросить, а чего я хочу в жизни. Может во мне погибает творческая личность или существуют скрытые таланты? А если я гениальный писатель или музыкант? Да много кем хотел стать, но кто ж позволит? На все мои доводы отец отвечал, что нет лучше военной карьеры. Поэтому определил в закрытое училище для одаренных детей, из которых впоследствии выращивали секретных шпионов. Меня туда приняли только благодаря связям отца. Магического дара у меня отродясь не было. Условием было проучиться в училище год, и если дар не обнаружится, то оставлять меня там дольше не станут. Поэтому вскоре планировал обрести настоящую свободу и найти свою цель в жизни. Осталось лишь позавтракать в семейном кругу и свалить к черту на куличи до зимних каникул.

— Доброе утро, отец. Доброе утро, Светлана Сергеевна, — поприветствовал собравшихся за столом. Учтивость и холодность — неотъемлемая часть моей жизни. Хорошие манеры мне прививали с детства учителя самыми различными способами. Фантазия на наказания у них была отменная. Сейчас за общим столом рядом с отцом находилась очередная претендентка на звание новой мачехи, и мне стоило вести себя подобающим образом.

— Ой, Лёнечка, ты уже готов нас покинуть? — молодая любовница, увидев меня в форме училища, состроила огорченное личико. Но радость в глазах выдавала ее с головой. Пришлось поддержать беседу, хотя совсем не хотелось.

— Путь неблизкий. Надо бы к вечеру прибыть на место, завтра начнутся занятия, — роль будущей мачехи давалась Светлане Сергеевне с большим трудом. Она не поинтересовалась, все ли собрал, ничего не забыл? Не предложила в дорогу сложить перекус, как это делали поначалу мачехи, притворяясь заботливой матерью. Светлана Сергеевна была чуть постарше меня, а вот отцу вполне годилась в дочери. На ней был длинный шелковый халат, который не скрывал точеной фигурки, подчеркивающий внушительную грудь, готовую выпрыгнуть при неосторожном движении. Старался не пялиться, дабы не провоцировать новую пассию. Я не ждал от нее ничего, привык к очередным папашиным увлечениям. Вот только с каждым годом они становились моложе, и это наводило на определенные мысли. Нет, я не думаю, что у отца появились проблемы. Скорее, просто устал от однообразия, часто меняя девушек, не обремененных интеллектом.

Светлана прошлась по мне взглядом далеким от материнского обожания. Темные круги под глазами и припухшие губы, замаскированные яркой помадой, говорили о бурной ночи. А запах духов перебивал запах страсти, с которой недавно она отдавалась, но … к счастью, не моему отцу. Его скучающий вид крепко выспавшегося человека сильно контрастировал с видом необузданной любовницы. Обломанный маникюр намекал о горячем сексе, а пара ворсинок от шкуры белого медведя выдавали с головой место, где творилось прелюбодеяние. Одно радовало, что и эта профурсетка надолго не задержится в этом поместье.

— Любимый, — она обратилась к отцу, — может стоит позвать стилиста перед тем, как Лёнечка нас покинет? — Светлана Сергеевна оценила мой внешний вид с точки зрения мужской привлекательности и отчего-то осталась весьма недовольна.

— Зачем? Русский солдат вообще должен быть выстрижен наголо, а у него и так длинные патлы, — не оценил отец мою прическу. Я давно сам себя стригу под горшок, считая эту стрижку наиболее непривлекательной для женского пола. Линзы карего цвета и большие бесформенные очки делают из меня занудного «ботана». Так я назло стараюсь походить меньше всего на военного, прикидываясь книжным червем. Да и форму подобрал на пару размеров больше, чтобы висела на мне мешковиной. Немного сутулюсь и шаркаю ногами в старомодных ботинках опять же не по размеру.

— Если сменить прическу и заменить очки линзами, а еще одеть во что-то подобающее, то у него не будет отбоя от девушек, — у Светланы разыгралось на счет меня воображение, от чего облизнула верхнюю губу язычком. Еще она подмигнула, а я опустил глаза в тарелку, делая вид смущенного девственника.

Вот только этого мне совсем не хватало, опять все начиналось по новой. Зря, что ли, проходил уроки макияжа, создавая неповторимый отталкивающий образ?

— Вот как откроет свой дар, так у него от баб отбоя не будет, — не согласился с пассией отец, почему-то до сих пор уверенный в моей одаренной исключительности.

— Ну, я пошел, дорога неблизкая, счастливо оставаться, буду звонить, — встал из-за стола, стараясь больше не провоцировать ни у кого неоправданных ожиданий. Звонить я тоже не собирался. У нас общение с отцом происходит в одностороннем порядке, меня никогда он не слышит.

Возле больших ажурных ворот ждал шофер, собирающийся отвезти в училище. Вид у него был не выспавшийся. Под глазами залегли тени, но алкоголем не пахло. Поведя плечами, скривился, словно от боли. Скорее от царапин на спине, оставленных Светланой Сергеевной. Я молча сел на заднее сиденье, дабы больше не думать об интригах этого дома. Мысленно подсчитал оставшиеся дни до окончания учебы и улыбнулся, предвкушая будущую свободу.

За окном мимо проплывали желтые кроны деревьев. Осень выдалась затяжная и теплая, радуя глаз огненными всполохами среди зеленых сосен. Рассматривая природу за окном, размышлял о перипетиях своей нелегкой судьбы, закинувшей меня в секретное военное училище. До сих пор не понимал, зачем этому миру шпионы?

На планете после отгремевших двух войн химической и биологической, выкосивших значительную часть населения, вот уже около двадцати лет сохранялось хрупкое равновесие. Мирное соглашение было достигнуто за счет запрета любых технологических инноваций. Сюда входили практически любые изобретения, которые могли нарушить мирное сосуществование, являясь угрозой доминирования одного из народов. Это и медицина, биоинженерия, любые виды вооружения, средства связи, которые могли получать информацию, путем прослушивания, химические разработки и даже новые средства передвижения вошли в разряд опасных изобретений. Дистанционное управление все чаще стало приводить к диверсиям и терроризму.

Мир для того, чтобы выжить, погрузился в технологический регресс. Выпускались лишь старые модели компьютеров, машин, самолетов, техники, телефонов и даже предметов бытовой необходимости. Все новейшие технологии подвергались жесткому контролю из расчета национальной безопасности. Ученые институты были свёрнуты и закрыты. Новейшие разработки уничтожены или засекречены. Таким способом человечество приняло тяжелое решение, которое позволило сохранить статус кво, обеспечив себе выживание на планете.

Но последствия двух войн не прошли для человечества бесследно. Применяемое химическое оружие породило аномальные зоны, которые прозвали «зонами отчуждения». Истончившаяся грань реальности все чаще стала пропускать порождения из иных измерений. Биологическое оружие привело к развитию мутаций не только у людей, но и у животных, а также породило новые виды растительности. Сейчас флора и фауна в условиях аномалий стремилась к выживанию любыми средствами. Мир претерпел серьезные изменения и искал новые способы борьбы в агрессивной среде, но уже без использования нового вооружения и технологий…

Мы углублялись в первозданную тайгу по асфальтированной дороге. Ранее в Новосибирске находилось военное училище, где готовили профессиональных разведчиков. Позже его перенесли подальше от цивилизации, дабы максимально засекретить объект. Именно туда мы катили с ветерком практически по безлюдной дороге. Федор, сидевший за рулем, был бывшим гонщиком. Я не переживал за высокую скорость, желая побыстрее убраться из отчего дома. Музыка, лившаяся из динамиков, расслабляла, навевая легкую грусть. Федор молчал всю дорогу, хотя был еще тем балагуром. Может мечтал побыстрее вернуться к Светлане, а может, ощущал вину, поддавшись любовному искушению. Я тоже не лез в душу к нему с разговорами.

Когда солнце еще стояло в зените, подъехали к высокому бетонному забору, скрывающему внутренние постройки. Над главными воротами надпись гласила «Новосибирское профессиональное строительное училище», словно здесь могли проходить учебу будущие строители за четыреста километров от города. Маскировка так себе, вызывающая еще большее подозрение. Въезд строго по пропускам, которые проверял комендант, прежде чем впустить внутрь. Прихватив большой рюкзак, махнул на прощанье рукой шоферу Федору, отчего тот надавил по газам, уносясь в обратном направлении.

Осмотрелся по сторонам, оценивая наполненность одноэтажных корпусов прибывшими с каникул учениками. И здесь я не ощущал себя комфортно, так как не стремился влиться в общую массу. Моей целью было продержаться тут до начала лета, а там уже …, а вот что буду делать дальше, пока еще до конца не решил. Перспективы имелись. Первым делом мечтал съехать из отчего дома и обеспечить себя финансами. И только потом пробовать силы в различных сферах и направлениях. Ворота вновь за спиной окрылись, пропуская огромный серебристый внедорожник, из которого выпорхнула Верка. Нет, не Сердючка, но тоже с прескверным характером.

— Ба, князь Оболенский уже пожаловал. Решил пораньше сбежать от отца? — вместо приветствия попыталась меня уколоть. Я обернулся, окидывая взглядом свою однокурсницу. Княжну Лопухина выглядела сегодня небрежно. Макияж оставлял желать лучшего, не соответствовал цвету стильной одежды. Видно повздорила с родителями и поэтому даже не завтракала, раз сейчас в дурном настроении. У меня было чем ей ответить, но выдал совсем не то, что хотелось сказать.

— Зачем мне сбегать от отца? Просто торопился успеть на обед, да и шофер у нас гонщик от бога, — пожал плечами, направляясь в столовую.

— Погоди, я тоже не прочь перекусить, но у меня большой чемодан. Донеси до моей комнаты, — она демонстративно передала ключ, словно обратилась к лакею. Хотелось ее послать, но лишь скрипнул зубами. Задроты, как я, не должны показывать норов. Подхватив чемодан, покатил его в женский корпус. Номер был на брелке, так что комнату нашел быстро. Вкатив чемодан, хотел было уйти, но взгляд зацепился за замок с кодом.

— Что может девушка скрывать в зашифрованном чемодане? — стал вспоминать дату рождения Верки Сердючки. После нескольких манипуляций удалось подобрать код. И это была не ее дата рождения, ну вот ни разу. Если подумали, что любого подростка, проникнувшего в «сокровенное» девушки, заинтересует нижнее белье, то не угадали. Белье там тоже было разных расцветок, разложенное по комплектам, весьма дорогое. Но не это меня интересовало, а большая косметичка, которую принялся изучать на предмет новинок. К моему сожалению, ничего подходящего для нанесения профессионального макияжа здесь не было. Любительская дорогая косметика, лишь подчеркивающая естественную красоту, но не в состоянии изменить внешность. Я же не пожалел денег на профессиональный грим и теперь мог сотворить из себя любой образ. Сложив все как было, наткнулся на что-то твердое, лежащее под подкладкой чемодана. Расстегнув замок, достал личный дневник. Верка, как влюбленная дурочка, изливала свои неразделенные чувства по смазливому старшекурснику. И когда она уже успела влюбиться? Именно его дата рождения и была паролем к чемодану, подтвердив мои подозрения.

— Тебя только за смертью отправлять, неужели не хватило ума посмотреть на брелке номер комнаты? — усомнилась Верка в моих умственных способностях, что было лишь на руку. Пожал плечами, прикинувшись валенком.

Народа в столовой практически не было, из однокурсников лишь мы вдвоем. Лопухина никогда не обедала со мной за одним столом, считая это ниже собственного достоинства, отчего покривилась, присаживаясь рядом.

— Вот скажи, Оболенский, зачем не сменишь училище, ведь здесь тебе ничего не светит? — сейчас она имела в виду, что это учебное заведение предназначено лишь для одаренных. — С отцом не смог договориться?

Дурой Верка не была, попала в точку, зная, что отец, будучи когда-то майором контрразведки госбезопасности, спит и видит меня, стремящегося пойти по его стопам. Род Оболенских в каждом поколении славился своими завоеваниями и подвигами. Лишь отцу не удалось оставить за собой неувядаемую славу из-за прекращения военных действий на планете.

— Раньше не было одаренных людей, а контрразведка существовала всегда. Тогда, чем я хуже других? — попробовал отстоять свою позицию, не став признаваться, что в гробу и белых тапочках видел себя разведчиком.

— Дело твое, просто кажешься ущербным. Тебе бы книги писать или коллекции собирать на гражданке, — она приступила к салату, перестав наконец-то стебаться, капая ядом в мою сторону. В чем-то она права, именно чем-то таким и планировал заняться в ближайшем будущем. Хотел попробовать себя в бизнесе, чтобы было на что создавать свою бесценную коллекцию.

В этот момент в столовую вошел тот самый источник влажных грез моей одногруппницы. Верка мигом покраснела и опустила глазки, рассматривая содержимое салата. Граф Орлов со своими друзьями прошел мимо, даже не посмотрев в сторону княгини. Выглядел он довольно смазливо, да и статью не подкачал. Вот только интеллект на его благородном лице даже ночевать и не думал. Чем-то был похож на меня, когда я без своего антуража. Хотя нет, до меня ему далеко, ведь мужчину делает не смазливая внешность, а наличие гибкого ума и тонкого чувства юмора. Лишь усмехнулся, провожая внимательным взглядом.

— Знаешь, какие девушки ему нравятся? — почему-то захотелось дать совет влюбленной дурочке, не видящей очевидного.

— Какие? — Лопухина даже не осознала, что ее тайна давно раскрыта.

— Глупые, смазливые, откровенно вешающиеся на шею, — это был совсем не типаж высокомерной княжны, не скрывающей ум и свой тяжелый характер. — Такие ему необходимы для антуража альфа-самца, чтобы рядом с ними чувствовать себя вожаком прайда.

Лопухина тяжело вздохнула, понимая, что опуститься до профурсетки она не в состоянии. Да и делить с кем-то парня точно не готова. Потом нахмурилась, осознав, что ее раскусили, и уже хотела снова плеснуть ядом в мою сторону, но тут вошли парни с нашего потока первокурсников. Они остановились, словно увидели второе пришествие Христа, потеряв на время дар речи. Ну, не совсем Бога в моем лице, а что-то из разряда сверхъестественного, не поддающегося логичному объяснению. Сама Лопухина сидела за одним столом с изгоем, которого никто здесь не считал за человека…

Глава 2 Посвящение

Когда вошли три однокурсника, увидев меня рядом с Лопухиной, пожалел, что так рано приехал. К нам приблизились князь Максимилиан Трубецкой со своими дружками, графом Татищевым и графом Ефимовским, и на какое-то время застыли соляными столбами.

— Вера, вы случайно, не больны, может стоит показаться местному целителю? — участливо поинтересовался князь Трубецкой елейным голосом. Отчего девушка покраснела еще больше, отодвинувшись от меня.

— Нет, Максимилиан, я абсолютно здорова, но мне скучно обедать одной, — отдавая пас обратно, вздернула княжна свой носик.

— Так это новый скоморох в твоей свите, сразу не опознал, — Трубецкой демонстративно уселся напротив девушки. — Можешь отпустить слугу, мы скрасим твое одиночество.

Стоило бы заткнуться, но промолчать просто не смог.

— Я немного ошибся в характеристике вожака прайда, он не настолько глуп, как вожак шакалов. Так что выбор не такой и плохой, — забрав свой поднос, пересел в дальний угол за свободный столик. Трубецкой не сразу врубился, о чем я, но переспросив девушку, пошел красными пятнами. С проблемой сообразительности парня я угадал. Вот только сидеть и сносить обиду Максимилиан и не думал, решив проучить зарвавшегося ботана. Еда полетела на пол, а меня немного приподняли за грудки над столом.

— Может выйдем, поговорим насчет глупых шакалов, еще раз нам объяснишь, кого ты имел в виду, — опустив мою тушку на стул, сам пошел к выходу, тем самым подтверждая мои слова, ему зачем-то потребовались повторные разъяснения. Я еле сдержал улыбку, собирая разбросанную еду с пола. Только после того, как убрал за собой, вышел следом за тремя самцами, считающими себя венцами эволюции.

Зайдя за угол, решил для начала поговорить, понимая, что навряд ли получиться мирно договориться. Часто язык мой — враг мой, срывающий планы. Но попытка не пытка.

— Так что ты имел в виду, называя нас тупыми шакалами? — сразу взял быка за рога Трубецкой.

— Да вот поделился с княгиней своими наблюдениями из мира животных. Считаю, что лев намного умнее шакала, но не тогда, когда выходит один против стаи, — развел недоуменно руками, поддерживая образ ботана.

— А ты не такой и дурак, если понимаешь, что сейчас тебя отпинают, как футбольный мяч во время отборочного матча, — заржал Максимилиан собственной шутке. — Нет, вы реально с Лопухиной обсуждали животных? — кивнул ему, еле сдерживая улыбку, поражаясь наивности будущего шпиона.

— Надеюсь, ты не себя сравнил с царем зверей? Хотя так даже прикольнее, вот Лопухина поржет над этим. Оболенский возомнил себя царем, мать твою, — ударил он себя по коленям, продолжая ржать над несмешной шуткой.

— Именно поэтому тебя отец назвал Леонидом, в честь царя спартанцев? Он надеялся, что сын вырастет похожим на отважного льва, а получилось, что получилось, — ухахатывался Трубецкой, не догадываясь, что именно так и было. Меня это до сих пор не особо радует, но предков ведь не выбирают. Поэтому смирился с именем, но не с военной карьерой. Кто в здравом уме в составе трехсот спартанцев будет противостоять пятитысячной армии? Правильно, только идиот, коим я точно не являюсь.

Постарался улыбнуться, дабы поддержать веселье, хотя руки чесались поставить на место самовлюбленного парня. Вот только это сейчас мне не нужно. Когда учебный год подойдет к концу, тогда смогу удивить перекаченных увальней, опровергнув свою же теорию про гордого льва. Трубецкой пару раз замахнулся, останавливая кулак прямо перед моим носом. Но не увидев никакой реакции, решил, что я застыл от страха, ведь даже не моргнул ни разу. После чего парни ушли, а я остался один, злясь на идиотов, на себя и на Лопухину, приехавшую так рано. После чего отправился в комнату, разбирать чистые вещи…

К вечеру корпуса заполнились вернувшимися учениками. Везде раздавались громкие голоса, смех и мат, который связывал предложения. В данном училище обучались дети дворян, составляющих основу учащихся, а также дети состоятельных семей с большими связями. По сути — культурные люди, но в мужском общежитии никто не старался придерживаться норм светского общества. И это будущие диверсанты, которые выдадут себя при первой же возможности, если что-то пойдет не так. Уж не поверю, что, встав на кошку, хоть один сможет сдержаться, сказав: ой, кошка!

Разложив чистые вещи в шкафу, решил переписать расписание. Выйдя из корпуса, столкнулся с Лопухиной, окинувшей меня уничтожающим взглядом. Словно это я потоптался на ее репутации, а не она подсела за мой столик во время обеда. К моему сожалению, она тоже направилась к большому стенду, где и висело расписание уроков на завтра.

— Почему ты меня преследуешь? Влюбился, что ли? — я аж споткнулся, не зная, как реагировать. Молча проследовал к стенду, доставая блокнот. — Даже, если это и так, то обходи меня стороной, не хочу, чтобы кто-то подумал, что нас что-то связывает.

Хотел возмутиться, сославшись на совпадение, но вовремя притормозил. Ведь для меня нет ничего лучше, чем презрение девушки, а образ влюбленного ботана прекрасно отобьет любой интерес. Потупив глаза, старался не смотреть в ее сторону. Молча переписал расписание на неделю.

— И это… Никто мне не нравится, тебе показалось. Не вздумай трепаться, а то все узнают о чувствах ко мне, — вот сейчас я не понял, где была логика? Минуту назад не хотела, чтобы нас вместе связали, но тут же готова сама все раскрыть. Кивнул, соглашаясь, а что еще делать. Верка Сердючка, сказав всё, что думала, демонстративно ушла. Я же решил прогуляться немного.

Вечером в корпусе намечалась большая пьянка перед началом учебных занятий. Меня же не пригласили, да и не пошел бы туда ни за что. Что может меня ждать хорошего среди подпитых парней? Ничего, начнут лишь стебаться, испытывая терпение. Столько трудов было потрачено, чтобы создать этот образ, и я не хотел его разрушать.

Училище находилось в глухой чаще леса. На закрытой территории было много деревьев и кустов, сквозь которые вели асфальтированные тропинки. Птицы выводили свои трели в кронах деревьев. Тишина и покой стали усладой для моих ушей. Погода радовала последними теплыми деньками. Не спешил возвращаться в шумную общагу. Все равно уснуть не дадут, стены тонкие, как картон. Завернув на другую аллею, услышал негромкие голоса, доносившиеся из-за деревьев. Старался смотреть под ноги, чтобы незаметно подобраться поближе. Сквозь кусты, не успевшие сбросить листву, увидел парней с последнего курса. Они были явно чем-то озадачены и негромко спорили между собой.

— Какое именно испытание малолеткам устроим? Какие есть варианты? — задал вопрос тот, который из прайда, так понравившийся Лопухиной.

— Может, поступим также, как нас посвящали? — предложил кто-то из тайных заговорщиков.

— Заставим парней побриться наголо, а девчонок танцевать стриптиз? Банально и стрёмно, если учесть, что там много дворян, — что-то стричься мне совсем не хотелось, станем все, словно из инкубатора, или начнем походить на солдат. Надеялся, что парни придумают что-то получше.

— Может, наоборот, пусть парни танцуют, а девки подрежут себе космы немного? — с фантазией у шпионов оказалась беда. Хотелось самому внести предложения, вот только раскрываться не комильфо.

— Тогда заставим салаг рассказать о себе забавную историю, так и дадим каждому кличку. Ведь диверсант должен иметь позывной. Согласен, этого мало, какие еще есть предложения? — мозговой штурм у старшего курса явно зашел в тупик. Наступила тишина. Слышно было, как скрипят извилины.

— Есть предложение! Пусть каждый расскажет позорную историю про одного из группы, так и дадим клички салагам. Зато научим сразу не доверять никому, а потом заставим выпить на брудершафт какой-нибудь крепленой бурды. Смешаем крепкие напитки, добавим перца и соли. Пусть выпьют те, кто заложит своего однокурсника, — выдал тот, кто здесь был самым коварным. Судя по молчанию, все согласились.

— Так что там со снотворным, удалось подсыпать в алкоголь? — со стороны нашего корпуса подошли еще двое.

— Да, будут дрыхнуть, как миленькие, пока мы их перетащим в подвал. У девчонок тоже все вроде срослось. Добавили в игристое вино, там также все решили отметить. Вот только мы не нашли их задрота, который в очках, он может поломать всю малину, — догадался, что говорят обо мне. — Что будем с ним делать?

— А что, он же тюфяк. Приложим ментальной магией, сам побежит, как миленький. Ну или вырубим по старинке, — со мной никто считаться не стал, и это было немного обидно. Так-то в училище был запрет на применение магии вне учебных полигонов, но ради одного никто не станет рисковать срывом всего плана. Потихонечку стал отходить, услышав все, что мне требовалось. Решил немного предвосхитить события. Вернувшись в корпус, где отмечали мои однокурсники, попросил налить себе выпить. Вдруг переборщат с этой магией, потом ходи идиотом до самой старости.

Снотворное сработало четко, через час все захрапели, не успев дойти до своих комнат. Мои веки тоже слипались, но было интересно, что будет дальше. Еще через час в комнату вошли старшекурсники и потащили нас за руки, за ноги в подвальное помещение. Притворялся спящим, но контролировал ситуацию. Парни кряхтели и матерились, пару раз даже роняли самых тяжелых. Девчонки тащили девчонок, их было в разы меньше парней. После чего похитители зажгли свечи и накинули плащи с капюшонами. Вероятно, для антуража, или чтобы мы не видели лиц. Одна из девчонок обладала целительской магией, быстро приводила в чувства засонь. Мы спросонья таращились во все стороны, не совсем понимая, где сейчас оказались.

— Ну, что перваки, пришло время для посвящения. Все должны пройти испытания по старой традиции. Кто попробует отказаться, тот не сможет дальше учиться, — а вот это предложение мне показалось заманчивым, оно явно могло сократить мое время учебы. Я поднял руку, дабы задать свой вопрос.

— Если я не захочу проходить испытание, то меня завтра отчислят? — а что, мне нужны были гарантии, вот и спросил.

— Какой наивный. Нет, но житья дальше не будет, станешь целью номер один для издевок, — надежда умерла в зародыше, так и не окрепнув.

— Испытание пройдет в три этапа. Для начала вам нужно припомнить стрёмную ситуацию про любого здесь находящегося и поведать ее в нашем узком кругу. Про второй и третий этап узнаете позже. Время пошло, до утра никто отсюда не выйдет, — Орлов посмотрел на часы, потом на ребят, переводивших взгляды друг на друга. Судя по тому, как многие на мне притормаживали, догадался, что сегодня стану примой нон-гранд. Тяжело вздохнул, приготовившись слушать. Первым вызвался Серега Ефимовский.

— В нашей группе есть один недомаг, которого папочка пристроил по блату. Оболенский во всем прогибается под волю отца, видно, он его часто лупит ремнем, — сука, это был удар ниже пояса. Вот только отец меня не порол, перекладывал обязанность на учителя. Откуда Ефимовский мог знать про мои отношения с отцом? Как есть, напридумывал. Хотя, если рассуждать с точки зрения психологии, каждый в другом видит именно то, что есть у него самого. Значит, Сереге несладко живется.

— Оболенский у нас еще девственник, шарахается от баб, словно от прокаженных. А сам дрочит по ночам в сладких грезах, мечтая о той, кто ему даст, — ну, это была наглая ложь, я давно не был девственником с толпой пассий, проникающих в мою комнату. А вот про свечку, которую Петр Татищев не держал надо мной, он все выдумал. Женщин обхожу стороной не оттого, что боюсь, просто жизни хочу спокойной.

— Представьте, Оболенский возомнил сегодня себя целым царем зверей, подкатывал яйца к одной из девушек. Чуть за это не набил ему морду, — вспомнил разговор в столовой Максимилиан, посмотрев в сторону Лопухиной.

— Могу открыть страшную тайну. Оболенский в меня давно влюблен, но боится признаться, — вот и Верка Сердючка выдала свои фантазии за правду. Она вообще не в моем вкусе, таких стерв я на дух не переношу, старясь близко не приближаться. Лишь сегодня стечение обстоятельств столкнуло нас дважды.

Многие прошлись по мне всеми правдами и неправдами, почувствовав во мне козла отпущения. Я молча слушал и наматывал на ус предположения моих однокурсников.

У одного я постоянно списываю, хотя сидим на разных рядах. У другого, денег прошу в долг, так как отец меня обделяет в финансах. Еще с трех девчонок не свожу своих глаз во время уроков и даже провожаю до корпуса. Одной предложил недавно встречаться, но мне отказали. Много нового узнал про себя, внутри закипая от гнева. Не все выбрали жертвой бедного Оболенского, возможно, у них просто не хватило фантазии. Я вел скрытный образ жизни, поэтому какой-либо достоверной информации не было. Когда очередь дошла до меня, я демонстративно отказался от участия в испытании. Наказание для меня было нестрашным, издевок я не боюсь, даже привык за первый триместр.

Старшекурсники смотрели на меня с жалостью, видно было, что не такого результата они ожидали. Потом посовещались между собой, постоянно косясь в мою сторону.

— Мы тут посоветовались и решили, что каждому клички придумает тот, на кого и наговорили. Это будет по справедливости. А Оболенский, который бегает от таких красоток, явно какой-то ненормальный. Пусть будет Психом. Так, с него и начнем. Дадим шанс отомстить за свое унижение, — устроил себе фейспалм, не ожидая такой подставы от старшекурсников. Теперь меня ждут не только издевки, но и объявят войну практически полным курсом. Но в душе мне идея понравилась, отказываться от задачи не стал.

Начал я по порядку с графа Ефимовского, внимательно на него посмотрев. Он отвел глаза в сторону, сжал кулаки, скрипнув зубами. Не раз замечал, что он часто вжимает голову в плечи, когда кто-то рядом махает руками. Значит, про ремень и отца придумал не зря, порет его папашка за шалости. — Пусть будет Шалун, — увидел, как тот содрогнулся.

У Петра Татищева вечный спермотоксикоз. Он раздевает глазами каждую особь женского пола, вот и придумал про ночные влажные грезы. — Пусть будет Драчун, — через «а», он еще и неплохо дерется. Увидел, как офигел парень и покраснел.

Трубецкой что-то говорил про царя зверей и подкатывания яиц к Лопухиной, тут нужно подумать. У него болезненно задрано ЧСВ, сразу видно, что старшие братья отбирали игрушки. — Пусть будет Вожак, — но не стал добавлять какой стаи, думаю, теперь он и сам обо всем догадается. Ведь львы не тявкают на других, в отличие от шакалов.

Лопухина наврала обо мне из-за того, что боялась собственного разоблачения. Ей почти удается не смотреть в сторону графа Орлова. — Пусть будет просто Ворона, — она девочка высокого полета. Может и до Орла долетит. А если не удастся, то у нее всегда есть способ получить желаемое благодаря своей магии.

Тому, кто обвинил меня в списывании, дал кличку — Фантазер. У кого просил якобы денег взаймы — Бухгалтер, любит он считать чужие деньги. Трем девчонкам из моего цветника — Ромашка, Фиалка и Незабудка, последней я даже предложил встречаться. Просто такого не помню, а значит, она обладает провалами в памяти, Незабудка ей подойдет. Сейчас все на меня смотрели обиженно, словно не они первыми начали. Догадался, этого мне не простят, пора подумать о смене двери в мою комнату. Завтра закажу металлическую, чтобы ночью не придушили в страстных объятьях гнева. У меня с детства пунктик по этому поводу, потому что отец игнорировал мои просьбы сменить хотя бы замок.

Когда все клички были розданы, старшекурсники вытащили огромную бутыль с крепкой бурдой и стаканы. Теперь предстояло выпить всем тем, кто заложил своего однокурсника. Одного меня миновала, сея участь, поэтому брудершафт отменялся. Остальным предстояла настоящая пытка. Думаю, старшие кадеты много чего туда намешали, судя по скривленным рожам первокурсников. Только после последнего испытания нам разрешили разойтись по комнатам. Вышел последним, ожидая засады, но впервые ожидания не оправдались. Видно, намешенная бурда совсем не зашла, многие рванули до унитазов. Теперь они точно знают, каково предательство на вкус. Завтра меня ждал новый день, скрытая война и подлые подставы. Но это меня не пугало, так что вырубился, как младенец без снов…

Глава 3 Тренировки

Проснулся бодрым и в хорошем настроении, несмотря на то, что получил кличку Псих. Как и говорил, у старшекурсников не очень с фантазией, она мне хоть и не нравится, но по сути подходит. Все мои действия или поступки не поддавались обычной логике. И еще я был лишен сложных эмоций, оставаясь в целом равнодушным к женскому полу. Это ли не суть Психа? Но вчера прозвенел первый тревожный звоночек, девушки все же обратили на меня внимание. Поэтому решил уделить побольше времени своей внешности, добавил серых тонов, навел темные круги под глазами. Надо бы нанести шрам на лицо, но пока случай еще не представился. Глянув расписание, стал складывать учебники и тетради.

Сама по себе учеба мне нравилась. Учителя были с определенным стажем и свое дело знали. Основными предметами на первом курсе стали: физическая подготовка, знание языков, изучение истории и политики разных государств, ну и развитие магического дара. На последнее делался основной упор, ведь способности сами себя не разовьют. А вот высшую математику, физику, химию давно вычеркнули из списка образования, опять же в угоду нац. безопасности. Дисциплин было много, но они предназначались по большей части для старшекурсников, я же не собирался оставаться здесь на длительный срок. Хотя некоторые предметы мне бы в будущем пригодились. Аналитика, убеждение, ораторское искусство, работа с аппаратурой (шифрование, видеомонтаж, прослушка), изучение аномальных зон. Это лишь то, что было интересно, а вот уроки пения, танцев, изготовление ядов и различных сывороток правды (алхимия), — этого хотелось бы избежать. Еще был курс самоисцеления и оказание первой помощи, он мог в будущем пригодиться, но, возможно, и нет.

Спустился на завтрак раньше многих засонь и беспрепятственно перекусил кашей. Никто из наших еще не проснулся после бессонной ночи. Добрался до аудитории, где первым уроком стояла история правления государства Российского. Скукота еще та, но мы обязаны знать, как она вершилась, и какие ошибки были допущены. Кому, как не аристократам творить новую историю этого мира. Здесь ее преподавали не так, как в школе, а с полным разбором, без искажения и замалчивания фактов. Расположился у окна в пустом классе, смотря на темные тучи, собирающиеся на небе. Вероятно, пойдет дождь. Осень вступает в свои права, готовя природу к зиме. С сегодняшнего дня, после традиционного посвящения мы должны обращаться друг к другу исключительно по прозвищам (позывным). Такие вот правила в школе шпионов и диверсантов, странно почему их вводили не с первого дня. Слышал, раньше было по-другому, клички или позывные придумывали ребята сами еще до поступления. Какой-то «шибко умный» установил странную традицию для первокурсников, и теперь приходилось жить с тем, что придумали уже за тебя.

Не выспавшиеся и злые однокурсники подтягивались на урок. Никто ни с кем не разговаривал, явно не хотел первым переходить на неформальное общение, где не было ни статусов, ни фамилий. Теперь все становились равны, и это многим не нравилось. Да и клички у всех были дебильные, с издевкой, так сказать. Урок прошел скучно, нудно и в гробовой тишине, где из разговаривающих был лишь преподаватель. Семен Захарович с удивлением смотрел на класс и даже не сделал ни одного замечания. По нашим физиономиям и так все понятно, мы ночью прошли посвящение. Лица были помяты, похмелье давало знать о себе, да и настроение оставляло желать лучшего. Потом был урок иностранного языка. Каждый из нас выбирал те языки, которые нравились или казались полезными в будущем. Здесь мы пересекались со старшими курсами, так как существовал лишь один преподаватель по каждому языку, а учеников набиралось не так уж и много. Я выбрал японский, на него меньше всего записалось народу. Тут я мог отдохнуть от насмешек сокурсников.

После большой перемены нас ждала физическая подготовка, где могли наконец-то спустить пар. Началось все с разминки и бега, потом тренер разбил группу на пары. Сегодня отрабатывали приемы самообороны на татами. Мне в соперники достался граф Ефимовский, у которого на меня точно зуб.

— Ну, Псих, покажи на что ты способен, это тебе не за бабами волочиться, — заржал Шалун, принимая боевую стойку. Драться я умел, как и многие здесь дети аристократов. Вот только показывать навыки совсем не планировал, но и отхватить кулака не хотелось. Мы стали кружиться друг против друга, я лишь убирал голову с траектории несущегося удара и ставил блоки, когда партнер пытался пробить по корпусу.

— Что ты, как баба, бегаешь от меня, дерись уже, как мужик, — подначивал Шалун, начав работать ногами. Я успел сделать кривую подсечку, когда его нога взметнулась выше положенного, и опрокинул соперника на татами. Добивать не стал, лишь разорвал дистанцию. Шалун с перекошенным лицом пошел на меня, словно бык на корриде. Вроде я не в розовых труселях, чего он завелся? Снова увернулся от хука справа, потом подвернул корпус, пропуская мимо удар по печени. Толкнул плечом, якобы запнувшись, и противник снова потерял равновесие. Многие давно уже боролись в нижнем партере, а я продолжал кружить, аки неуклюжая бабочка.

— Ефимовский, что ты как медленная черепаха, Оболенский даже не напрягается. Таким образом его не достанешь, используй подкат снизу, раз работать кулаками не научился, — тренер сейчас подложил мне свинью, заставляя раскрыться. Уклоняться я бы мог долго, а вот бросок в ноги портил мне всю картину. Когда Шалун упал на колено, с целью меня завалить, пришлось применить нестандартную технику, прыжок через козла. Это выглядело забавно, отчего тренер заржал.

— Идиот, не надо сразу выполнять то, что тебе посоветовали, у противника тоже есть уши, — смех тренера окончательно вывел соперника из себя. Поднявшись на ноги, Шалун заработал руками, как мельница, в надежде хоть так меня зацепить, увеличив количество ударов. Только я не стоял на месте, выполнил прием снизу, который не вышел у напарника, опрокинув того снова на маты.

— Да ты издеваешься надо мной, Псих? Дуришь голову? — Шалун стал догадываться, что неуклюжий парень вот уже минут десять запросто избегает ударов. Надо было что-то менять, решил подставиться под кулак. А что еще оставалось, скоро смена партнеров и тогда никому не докажешь, что я по-прежнему хилый ботан. Удар прилетел четко в скулу. Взмахнув руками, как балерина в «лебедином озере», завалился на спину. Шалун решил добить, набросившись, аки цепной пес, сорвавшийся с цепи, но тренер не дал бить лежачего и не двигающегося противника.

— Сколько пальцев, Оболенский? — пришлось открыть один глаз, взглянув на тренера, хлопающего меня по щекам.

— Три, наверное, — немного увеличил количество.

— Всё, твоя тренировка закончена, сам дойдешь до мед. корпуса? — кивнул, потер скулу, проверяя на целостность кости. Шалун смотрел на меня с большим сожалением, ведь я слился, не дав выплеснуть накопившуюся злость.

— Ну, не судьба, что поделаешь, — произнес, когда покинул спортзал, двигаясь в свою комнату. Ничего страшного не произошло, подумаешь один раз прилетело, зато теперь мог красоваться заплывшим глазом и синяком на пол лица, уродуя себя еще больше.

Если бы кто-то узнал о моей истинной внешности, он бы меня не понял. Зачем мне себя уродовать? На самом деле все просто, я не хотел выделяться, мечтая о спокойной жизни. Прежнее существование казалось мне адом. Днем серьезные тренировки с мастерами, оказавшимися хуже самых злобных сержантов. Хотя в армии не был, но старые фильмы любил посмотреть. А ночью приходилось отбиваться от домогательств сладострастных дамочек, преследовавших в доме повсюду. Если бы они не были моими мачехами, то бог с ними, но конкуренция с отцом днем выходила мне боком.

Когда, наконец, получу свободу, мечтаю взять иную фамилию, начать жизнь с чистого лица. Поэтому вот уже несколько лет маскируюсь, дабы никто меня не видел в истинном виде. Закончив учебу, сменю внешность очкарика-ботана на что-то нейтральное, дабы не мешало собственному бизнесу. Я не общителен. Меня можно назвать социофобом, ведь одному жить гораздо проще. Но еще больше не люблю женщин, психолог сказал бы, что у меня детская травма. Нет, я их не боюсь, но все же опасаюсь, поэтому держусь стороной. А еще ненавижу свою внешность, истинную, доставшуюся от матери. Именно из-за нее у меня неприятности в жизни. Мать я не помню, от слова совсем. Она меня бросила в раннем детстве, а вот внешность осталась.

Сполоснувшись после тренировки, посмотрел на себя в зеркало. На меня смотрел ооочень симпатичный парень, прямо плейбой с яркими синими глазами, с четко очерченными скулами и прямым носом. Мне бы в кино сниматься, вот только известности не переношу. Все беды в моей жизни из-за внешности и повышенного внимания. Парням часто хочется поправить мне фейс, когда девушки проявляют нескрываемый интерес. Хоть я и не корейский смазливый айдол, но почему-то так же страдаю, обзаведясь фанатками на пустом месте. Вы пробовали так жить, когда даже не можешь выйти из дома? В мои четырнадцать я это узнал, сменив за год более пяти школ. Пришлось прикупить профессиональный грим и пройти курс визажиста. Только после этого удалось доучиться.

— Почему у других людей все, как у всех? Есть куча недостатков, живут как хотят, делают что нравится? — спросил сам себя, вспоминая, как ненавидел отца, нанимающего для меня самых жестоких учителей. — Лучше бы отдал в какой-нибудь приют и забыл о сыне.

Вот только наследников у отца больше не было, как бы он не старался. Несмотря на сильную неприязнь, тот строил на меня свои планы. Поэтому я не хотел оправдывать его ожиданий, создав из себя унылое чучело. Сегодня еще урок магии, которого избежать не получится. В санчасть я не пошел, решив отсидеться в комнате. Тяжело вздохнув, снова наложил уродующий внешность грим, остался доволен результатом.

Неизвестно какие факторы повлияли на людей, но за последние тридцать лет уровень мутаций в виде развития магических способностей сильно вырос. Нет, фаерболами швыряться никто не стал, людей превращать в лед и камень тоже. Мутации начались на уровне сознания. Бесконтактный бой, чтение мыслей и эмоций, различный гипноз, внушение и даже частичное управление разумом. Еще боевое предвидение, наведение иллюзий и морока. Целительство сделало большой рывок в своем развитии и магия проклятий, куда ж без нее. Это я перечислил лишь те, которые практиковали в моей группе одаренные. Я же не мог похвастаться ничем, кроме как аналитическим мышлением, хорошей памятью и голливудской внешностью. Но ничего из этого выставлять напоказ не хотел.

Тренировки проводились на полигоне, специально оборудованным якобы для магии, а по факту обнесенным простым барьером из орфстекла. Возможно, у кого-то способности и посерьезнее, но только не у нашей группы. Самуэль Гаврилович встретил учеников в черной мантии, хорошо, что без магической шляпы и волшебной палочки. Тут у нас не Хогвартс, но тоже способности впечатляли.

— Сегодня отрабатываем по очереди свои навыки на противнике, — он обвел взглядом группу и почему-то остановил взор на мне, разукрашенном на предыдущей тренировке. — Оболенский, тебе необходимо научиться защищаться от магического воздействия. Сегодня ты будешь для группы тем самым противником.

Они что, сговорились между собой, почему я должен стать грушей для окружающих? Слышал где-то, если человек выставляет себя жертвой, то его каждому хочется ударить, да побольнее. Почему-то образ безобидного «ботана» работает неправильно, как образ жертвы. То тренер помогает моему сопернику советами, то учитель магии выбирает меня в качестве мальчика для битья. Но может он таким образом хочет пробудить во мне магию? Думать об этом даже не хочу и постараюсь ничего в себе магического не открывать.

— Оболенский, выйди в центр и попытайся отразить атаку Гавриловой. Она попробует прочесть твои мысли, а ты постарайся их скрыть, — мысли скрывать не такое уж сложное дело. Надо просто думать о какой-нибудь хрени, желательно сложной и непонятной.

Гаврилова, которую переименовал в Ромашку, встала напротив и уставилась пристальным взглядом, словно хотела прожечь во мне дырку. Девушке я посочувствовал, ведь обмануть менталиста вообще не составит труда. Ему приходится вечно гадать. Человек на самом деле так думает, или хочет, чтобы менталист поверил в то, что он об этом сейчас думает. Я же не стал изгаляться, начал в уме производить расчеты алгоритмов, выстраивая цепочку примера из высшей математики. Говорил же, отец выбирал для меня жестоких учителей. Напарница аж покраснела от напряжения, не в силах понять мои мысли. Я же увлекся, полностью сконцентрировавшись, дабы не сделать ошибки. Прекрасно знал, что девушка в математике не сильна.

— Псих, ты что ли, алгоритмы считаешь? У меня какие-то цифры возникают в уме, — она разочарованно смотрела на меня, словно я не оправдал ее ожиданий.

— Гаврилова, сосредоточься и воспроизведи мысли Оболенского, иногда это может быть очень полезной информацией. Например, сложный шифр, код от сейфа или номер телефона, — учитель и не захотел прекращать эксперимент. Я же продолжил производить расчеты.

— Ничего такого он не думает, это что-то из высшей математики, в которой я не сильна, — расстроилась девушка, провалив поставленную задачу.

— Хорошо, Оболенский, теперь подумай о чем-нибудь ином, более приземленном, — учитель явно сейчас подыгрывал ученице, подставляя меня, и это мне не понравилось. Захотелось напакостить. Представил Гаврилову голой в душе, напевая знакомую мелодию одной старой группы, под которую стриптизерши в клубе до сих пор снимают одежду.

— Учитель, он вообще перестал здраво мыслить. Не думаю, что смогу прочесть его мысли, — первой сдалась пунцовая девушка, узнав то, что ей не понравилось. А же искренне старался соответствовать своему новому прозвищу, творил дичь.

— Хорошо, сейчас попробуем гипноз, выходи Смирнов, заставить Оболенского сделать что-нибудь странное, — передо мной вышел Фантазер, и мне его взгляд не понравился. Раз он сумел нафантазировать по поводу списывания, то хрен знает, что может придумать теперь. Для того, чтобы не попасть под гипноз, нужно держать фокус внимание на себе и своем теле, не отвлекаясь на посторонние раздражители. Так и поступил, проверяя насколько я голоден. Обед пришлось пропустить, и теперь желудок требовал пищи. Почти захлебнулся слюной, мечтая о вкусном ужине. Фантазер не сводил с меня пристального взгляда, а я ушел в себя, пообещав вернуться нескоро.

— Учитель, он вообще не гипнабелен, можно мне кого-то другого, — возмутился моей невозмутимости ученик.

— Нет, конечно, соперников не выбирают в бою. Так что выведи его из равновесия, привлеки внимание и возьми под контроль, — наставлял хитрый Самуэль Гаврилович, совсем мне не подыгрывая. Вот скажите мне, как можно выставлять в поединке простого человека против одаренного соперника?

— Смотрю на тебя, Псих, и вижу побитую рожу, которой не хватает второго фингала для симметричности. Очень жаль, что не успел подрехтовать тебя на тренировке, — сейчас я на миг забыл, что был голоден и посмотрел на соперника. Пару мгновений и ощутил, что сознание обложило, словно ватой. Тут я реально струхнул и разозлился не по-детски, ведь отвести взгляд у меня уже не получалось. Тогда просто продолжил играть в гляделки, давя противника своей волей. Только одна мысль крутилась в сознании, не сдвинуться с места, иначе противник меня победит. Застыл, как соленой столб, зафиксировав себя, боясь шевельнуться.

— И сколько так будете стоять, как два барана на узкой тропинке? Смирнов, приказывай Оболенскому что-нибудь сделать, — мы продолжили пялиться друг на друга, пока я не моргнул, разорвав крепкую связь. Учитель щелкнул пальцами, выводя обоих из оцепенения. Теперь и Фантазер заморгал, смотря обескураженно на меня.

— Способ, конечно, грязный, но эффективный, вниманием завладел, а вот с исполнением налажал, — покачал головой Самуэль Гаврилович. — Нужно было заставить Оболенского хоть присесть для проформы, а так результат засчитать не могу.

Мой соперник сжал кулаки от бессилия, отойдя в сторону к однокурсникам, бросая многообещающие взгляды. А я осознал, что научился сопротивляться гипнозу и, кажется, смог подчинить мага, но это не точно.

— Сегодня Оболенский для вас стал крепким орешком, кто готов выйти следующим против него? — Вперед сразу шагнуло несколько одногруппников, а я лишь нервно сглотнул.

— Какие вы прыткие, интересно, что ж он такого вам сделал? — верно подметил учитель желание мне отомстить. — Хорошо, первой выйдет Лопухина, наложи на него любое проклятие, — я офигел, вот и как мне сейчас поступить? Против этого лома у меня нет в запасе приема. Захотелось как трусу сбежать. Ворона усмехнулась недобро, хрустнув костяшками пальцев. Я лишь закрыл глаза, моля Бога о чуде…

Глава 4 Противостояние

Княжна Лопухина с пренебрежением смотрела за потугами того, кто наградил ее прозвищем Ворона. Это был своего рода сарказм, намекающий на ее душевную тайну. А такого она простить не могла. Сейчас раздумывала о том, каким проклятьем наградить зарвавшегося парня, пока тот пытался противостоять одаренным. Сначала она хотела применить расстройство желудка, но передумала, ведь если он умчится в туалет, то это может не понравиться остальным участникам. Потом захотелось проклясть на тотальное невезение, но и этого показалось ей мало.

Когда Самуэль Гаврилович предложил ученикам вариант выбора, она, не задумываясь, сделала шаг вперед, в ее голове созрел коварный план. Вчера возле стенда с расписанием уроков, она была уверена, что парень ее поджидал намеренно. После того, как окинул равнодушным взглядом, словно она произнесла полнейшую чушь, самолюбие было задето. Да и во время посвящения озвучила, что парень в нее влюблен, хотя нотки сомнения все же закрались в душу. Тем более, ее примеру последовали еще и другие девушки, а конкуренции Лопухина не любила. Это бросало тень на ее репутацию. Выйдя напротив парня, она точно решила, что применит к нему заклинание приворота, но не временного, а на постоянной основе. В этом ведьма была сильна и не сомневалась в успехе, главное, чтобы ее слова про Оболенского никто не посчитал за выдумку…

Когда Лопухина одарила меня злорадной улыбкой, осознал, что от ее чар отделаться будет не так-то и просто. Она была потомственной ведьмой, а в условиях аномалий и мутаций, дар ее лишь прогрессировал. Ничего хорошего от этого поединка не ждал, но все же решил не поддаваться и контролировать не только свои чувства, но и поведение. Если она будет воздействовать на физическую оболочку, то можно сказать, что мне повезло, а если на более тонкие структуры, то все равно постараюсь не подать виду. Еще оставалась надежда на учителя магии, что он чуть позже поможет освободиться от чар. Ворона, расправив руки, как крылья, решила меня обнять??? Я непроизвольно сделал шаг назад, не желая, чтобы ведьма ко мне притрагивалась.

— Псих, ты чего? Не укушу же тебя? — она продолжала приближаться, а мне захотелось склеить ласты от опасной соперницы. Сейчас Лопухина, как нельзя, походила на ведьму. Темные волосы, черные глаза, в которых плескался азарт вперемежку с магией, источали зловещий блеск. Ворона, если и была не самой симпатичной в нашем училище, то точно самой красивой среди девчонок в группе. Точеная фигурка, крепкий бюст, утонченные черты лица и сочные алые губы. Часто слышал, как парни обсуждают и не прочь подкатить, но вот дар ее останавливал лучше любого тормоза. Она была, как черная ворона со скверным характером, и никому не хотелось попасть под ее горячую руку. Усилием воли остановился, закрыв глаза, позволив девушке меня обнять. Но та лишь прикоснулась к руке и тут же одернула, словно от прокаженного. Ненавижу объятья, особенно женские, пунктик у меня на них с детства, поэтому с облегчением выдохнул. Потом начал сканировать свое тело на различные изменения. В туалет не хотелось, живот не болел. Приоткрыв один глаз, посмотрел на свои руки, вроде язвами не покрылся, раздражения на коже тоже не заметил. Значит, все же воздействие было не на физическое тело, продолжал искать изменения в своем восприятии окружающей действительности. Открыл оба глаза, упершись взглядом в победное выражение лица соперницы.

— Ну, что ты сейчас думаешь обо мне? Я тебе нравлюсь? — услышал вопрос Лопухиной, которая не сводила с меня своих чарующих глаз. Потом я залип на двух полушариях, не в силах оторваться, а также ответить. Честно, не знал, что сказать, Вера по-прежнему мне не нравилась, исключительно в силу характера. Но вот говорить об этом при всех отчего-то язык не поворачивался.

— Судя по тому, куда ты уставился, можешь вообще ничего не говорить, по твоему взгляду и так все понятно, — она рассмеялась, а я с большим трудом оторвал взор от упругих возвышенностей, переведя на лицо девушки. Теперь стало очевидно, что меня приворожили. Все мысли только о плотском мелькали в моей голове. Это стало бесить, захотелось причинить физическое насилие, и снова мысли потекли не в нужное русло. Хотя изначально думал всего лишь ударить, но руку поднять на женщину — последнее дело. А вот расстегнуть ремень и пройтись по округлой попке, черт, я, кажется, влип по самое не балуйся. Медленно вздохнул и также медленно выдохнул, отгоняя навязчивые желания. После этого взглянул в глаза подлой стерве и надавил на нее своей волей. Через пару минут тишины она опустила глаза, густо покраснев от чего-то.

— Что вы снова уставились друг на друга, ответь Оболенский, что чувствуешь к барышне? Мне же нужно определить победителя, — учитель вывел меня из своеобразного транса.

— Ничего не чувствую, мне фиолетово, — сейчас стало немного легче контролировать свои мысли и тело, поэтому слегка приврал. Но воздействие по-прежнему мной ощущалось, я лишь усилил контроль.

— Что ж, можем подвести итог, каким-то образом Оболенскому удалось выстоять против магии проклятий. Очень интересный случай, — о чем-то задумался Самуэль Гаврилович. — Ну-с, продолжим, кто хочет попробовать свои силы против неодаренного?

Как и ожидалось, передо мной вышел давешний соперник граф Ефимовский.

— Надеюсь, сейчас ты так быстро не свалишь с поля боя? Теперь мне можно применять все свои силы, — он хищно улыбнулся, а я закатил глаза, понимая, что если в честном бою легко могу избегать его ударов, то вкупе с магией, сделать это будет совсем непросто. Шалун обладал магией бесконтактного боя, то есть мог меня сдвинуть или опрокинуть без физического контакта. Благо тренер по физ. подготовке категорически запрещал пользоваться любым магическим воздействием, обучая обходиться лишь собственным телом.

Мы вышли друг против друга. Я размышлял о том, что же мне делать, слить поединок или попробовать продержаться. Внутри по-прежнему все бушевало от магии приворота и необходимо было прочистить голову. Так что решил держаться до последнего, но активно не демонстрировать собственные навыки самообороны. Пошире расставил ноги, предчувствуя магический удар, чуть склонил корпус вперед. Бесконтактный бой — это как стоять против сильного порывистого ветра, если будешь расслаблен, то сразу собьет с ног. Постарался зацепиться подошвами за землю и не прогадал. На меня обрушился шквал, но я выстоял, подогнув еще и колени. А вот дальше история с нашим «танго» вновь повторилась. Я уклонялся нелепо от нападок напарника, не давая ему пробить. Для второго удара магией Шалуну нужно время, дабы восстановиться. Он снова бросился в ноги, но я успел локтем сверху прижать противника к земле, навалившись всем корпусом. Финт не прокатил, отчего тот снова начал выходить из себя. Последовали магические удары, но уже не такой сокрушающей силы, словно стоишь при сильном шторме на краю обрыва, но понимаешь, если дергаться и подпрыгивать не будешь, то ничего уже не грозит. Через пять минут Шалун выдохся, перешел к обычной уличной драке. Учитель сразу же остановил поединок, объяснив, что дальше без магии драться нет смысла. Это не спортивная тренировка.

— Ну, Оболенский, ты сегодня, в который раз меня удивляешь. Чувствую, что плохо учу своих учеников, раз они не в состоянии справиться с неодаренным, — сильно расстроился Самуэль Гаврилович. — Как ты сейчас, сможешь продолжить?

— Могу, если это будет не бой, нужна передышка, — я тяжело дышал, пришлось напрячься и немного побегать от противника. В целом вроде, все вышло снова нелепо. Подумаешь, стоял, как скала, и отскакивал в сторону от нападок партнера. Всё, как обычно, ничего нового я не продемонстрировал.

— Хорошо, тогда пусть выйдет Елизавета Нарышкина и попробует тебя ввести в заблуждение, посмотрим, как это у нее получится, — снова подставил меня учитель. Неужели он задался целью настроить против меня всю мою группу? Эту девушку я тоже наградил прозвищем, но вроде совсем необидным. Фиалка — это же симпатичный цветок?

Девушка оказалась природной блондинкой, немного худощавой, но по-своему привлекательной. Она смахнула длинную челку, падающую на глаза, и встала напротив. Магию иллюзий надо использовать тогда, когда противник не знает, что ее применяют. И уж точно не стоять демонстративно напротив соперника. Любое внешнее изменение легко можно заметить, если быть просто внимательным. Так что обмануть меня ей вряд ли удастся. Так я думал лишь до тех пор, пока не увидел каплю крови, падающую на землю, рядом с моей ногой. Машинально схватился за нос, не понимая, каким образом мог достать Шалун, что вызвал кровотечение. Девушка рассмеялась, ведь я совсем еще не отошел от боя и легко повелся на иллюзорную кровь.

— Ну вот, наконец-то хоть один ученик смог уделать неодаренного. Молодец, Лизонька, хороший морок навела на парня. А то он расслабился совсем, почувствовал себя героем, — учитель радовался, что я проиграл.

Только сейчас, глядя на свои чистые руки, понял, что кровь была лишь иллюзией, но не только визуальной, но и слуховой, так как точно слышал звук упавшей капли на землю. Я улыбнулся, совершенно не расстраиваясь по этому поводу. Хоть кто-то в группе умеет думать головой, а не одним местом. Фиалка мне тоже улыбнулась и даже подмигнула, прежде чем вернулась в ряды сокурсников. И чтобы это могло значить?

После ко мне не сговариваясь, вышли еще двое обиженных, которых наградил нелестными прозвищами. Это был Петр Татищев и Максимилиан Трубецкой. Ребята явно не отличались терпением, желали мне преподать урок. И что сегодня нашло на учителя? Раньше лишь сидел себе спокойно на лавочке и наблюдал со стороны за однокурсниками. Вот только Самуэль Гаврилович сам не рад был своей затее, сделав из меня подопытного кролика. Теперь он четко видел пробелы в образовании, а посему сдаваться и отменять условие не планировал.

— Оболенский, а как тебе будет выступить сразу против двух магов, слабо? — ну, где это видано, простому смертному тягаться против двух одаренных. Но учителю уж очень хотелось себя оправдать в глазах собственных. Признавать себя никчемным преподавателем он не желал.

— Можно попробовать, но не уверен, что справлюсь, — я даже был не уверен, что осилю хоть одного, не то что двоих. У Трубецкого магия боевого предвидения, он опережает в бою своего противника на пару шагов, зная, как тот поступит. Это очень неудобный субъект. А у Татищева защитная магия, он может отключать на время боль, становясь машиной для убийства. И вот что бедному очкастому «ботану» противопоставить против этих двоих терминаторов? Проигрывать не хотелось, но все же отдавал себе отчет, что шансов у меня нет. Решил побороться, чтобы понять, насколько сложно будет драться, если все же дойдет до выяснения отношений. А это лишь дело времени.

Парни стали меня брать в клещи, обходя с флангов. Я же контролировать двоих одновременно не мог, поэтому стал пятиться назад, дабы оба оставались в поле моего зрения. Дистанция между нами сокращалась, ощутил, как шакалы загоняют в ловушку храброго льва.

— Тьфу, какого хрена я сравнил себя с царем зверей? Это все Трубецкой виноват, — тихо проговорил, чтобы никто не слышал.

— Что ты там бормочешь и пятишься, словно рак, дерись, как мужчина, — Вожак первым сократил дистанцию. Я не знал, какой стиль боя захочет применить соперник. Так-то мы все владели несколькими видами борьбы, но решил уже разбираться в процессе. Я бы сам, если дрался, то не подпускал к себе близко, а значит махал бы ногами. Мое предположение оказалось верным, Трубецкой начал с карате. Он применил Kansetsu Geri, решив сразу меня лишить устойчивости, целясь в колено. Я лишь сместился влево, чтобы он промахнулся и прокатился, потеряв равновесие. В это время краем глаза наблюдал, как Драчун решил поддержать напарника приемом карате Yoko Geri, выцеливая мою вторую ногу. Пришлось разворачивать корпус, делая под шаг вперед. И вот траектория обоих ударов сошлась в одной точке, нога Петра долетела до бочины Максимилиана. Вот такого даже маг боевого предвидения не смог просчитать. Удар Татищева был слишком силен, производил тот его с ускорением, подлетев двумя ногами в воздухе и отключив боль. Так что мы все услышали хруст костей Трубецкого и следом протяжный вой. Так скулят шакалы, которым отдавливают хвост. Учитель мгновенно прекратил поединок, гневно посмотрев на меня.

— Я ничего не сделал, — пожал плечами, отходя в сторону. Он что хотел, чтобы этот удар пришелся по моей ноге? Мне бы сломали кость. А так досталось тому, кто первым напал, все справедливо. Трубецкой вопил, как девка, держась за ребра и матерясь при этом. Самуэль Гаврилович осматривал повреждения, отмечая, что удар вышел не прямой, а по касательной. Может быть трещина, но скорее всего, обойдется без поломанных ребер. Драчун виновато смотрел на напарника и чувствовал себя идиотом. Повезло, что они нападали под косым углом друг к другу. Под прямым ударом последствия однозначно стали бы плачевными. Пусть это будет уроком Вожаку, нужно просчитывать не только действия противника, но и всех участников боя. Почему мне удалось обставить магию Трубецкого? Я до последнего не знал, с какого приема борьбы тот начнет, поэтому действовал чисто машинально и интуитивно за доли секунды. Ему нужно было дать первому ударить напарнику, а уж потом самому подключаться, предвидя, как стану я действовать. Но уже говорил, сегодня вообще мало кто думал головой на тренировке.

— На сегодня урок закончен, а кому захочется проверить себя на Оболенском, то может продолжить завтра, — вот и что я такого сделал, раз учитель готов мной пожертвовать? — А вы двое марш к целителям, пусть подлечат. Признаю свое упущение, нападать вдвоем была плохая идея.

Ученики медленно потянулись к выходу, поняв, что бесплатное представление закончилось. Я тоже хотел удалиться, но Самуэль Гаврилович меня тормознул.

— Оболенский, обожди, у меня еще остались вопросы относительно твоего выступления, — пришлось задержаться, видно, у меня сегодня дебют, а я и не понял. — Сколько ты еще хотел дурить своих однокурсников и лично меня?

С непониманием уставился на учителя магии, совершенно не догадываясь, о чем он сейчас говорит.

— До каких пор будешь скрывать, что ты одаренный? Смог загипнотизировать Смирнова, хотя поначалу сам поддался, но сумел как-то выйти из гипноза. Я же видел его остекленевший взгляд, а ты освободился еще до моего щелчка пальцами. Допустим, любого человека можно обучить гипнозу. Согласен, ты его подловил, хотя мага-гипнотизера не каждый сможет обставить. Как давно ты этим направлением увлекаешься?

— Никогда не пробовал до сегодняшнего дня, — честно, вообще не интересовался и даже не знаю, как это должно работать.

— Очень странно, но это мы еще проверим, обещаю. А как ты умудрился наложить магию приворота на Лопухину, избавившись от ее проклятия? Когда собираешься его снимать, теперь ведь она тебе проходу не даст, — вот сейчас совсем было не смешно. Какое еще проклятие и при чем здесь Лопухина? Хотя после драки все вожделенные мысли наконец-то покинули мою голову, я по-прежнему относился к ней с неприятием.

— Не понимаю, о чем вы, учитель, — развел руками в сторону.

— В смысле не понимаешь? Ты ее одним своим взглядом приворожил, она поплыла после поединка взглядов. От тебя исходила очень сильная магия, против которой даже ведьма не устояла, — мне после этих слов стало не по себе. То, что сейчас говорил учитель, казалось большим абсурдом, ведь я всего лишь пристально на нее посмотрел, да немного поддал энергии соблазнения, ведь зол был за ее выходку. Да и мысли у меня на тот момент плыли не в нужную сторону, но, чтобы приворожить, это уж слишком.

— Не применял я никакой магии, просто разозлился, ведь она решила поиграть моими чувствами. Это не серьезно все, — попробовал отбрехаться, ведь если меня признают одаренным, все планы пойдут коту под хвост. Вот этого себе я точно уж не прощу.

— Посмотрим, понаблюдаем за Лопухиной, может и обойдется, — не стал делать категоричные выводы Самуэль Гаврилович, сам еще не будучи до конца уверенный в своих предположениях.

— Но мне понравилось, как ты двигаешься в бою, словно не у Трубецкого дар по магическому предвидению, а у тебя. Ты профессионал, каких еще поискать, так уворачиваться, разыгрывая из себя неумеху, прям любо дорого смотреть. Долго тренировался? — вот здесь старик меня точно раскусил, хоть я и старался, но опытного бойца трудно провести.

— Нет у меня дара предвидения, точно вам говорю, просто умею просчитывать действия противника, да и реакция хорошая. Тренировался долго, отец мне каждый год менял учителей по боевым искусствам, — не стал скрывать очевидного, здесь нет никакой магии.

— Оно и видно, что тренированный. Ты и дальше можешь дурить своих сокурсников, меня это не касается. Вот только остался последний вопрос, как устоял перед Ефимовским? Первый удар бесконтактной магией был у него выше всяких похвал. Профессионал навряд ли бы устоял, а ты выдюжил. Это потом у него уже сил не осталось, но вначале я не поверил своим глазам, — старик на меня смотрел, как на какое-то чудо света, а я вот тут совсем был ни при чем.

— Не знаю, представил себя непробиваемой скалой во время шторма, поэтому удалось устоять на ногах, — уж очень хотелось закончить странный разговор. Магии во мне нет, меня несколько раз проверяли на разных устройствах. Но после слов учителя начали закрадываться нехилые сомнения. И с этим тоже нужно было что-то делать, выправляя срочно ситуацию…

Глава 5 Проверка на магию

Вернувшись в свою комнату, пытался обдумать, что же случилось со мной на полигоне. Все, что произошло, казалось полным абсурдом или притянуто за уши. Не мог у меня проснуться магический дар, ведь дважды проходил проверку. Сначала отец настоял, когда еще обучался в школе. При поступлении в училище, тоже ничего не обнаружили. Дар он появляется чаще в детском возрасте, и гораздо реже во взрослом. Так что не знаю, на что еще надеется отец, а я выбрал для себя спокойную жизнь. Постарался выбросить ненужные мысли из головы, попробовал почитать, но удавалось с трудом. Сон тоже не шел, время ужина приближалось, решил перекусить, а уж потом завалиться спать на сытый желудок.

Усевшись в одиночестве в углу за любимым столом, ловил на себе косые взгляды своих одногруппников, которые обсуждали меня не стесняясь. Я проявлял нордическое спокойствие, с присущей невозмутимостью поглощал вкусный ужин. Но поесть в тишине мне не дали. Ко мне неожиданно подсела Лопухина в боевой раскраске, нанеся, как мне показалось, чересчур много косметики.

— Ты всегда ужинаешь в одиночестве? Неужели тебе настолько противны люди? — не понял, это она так пытается подкатить или просто волнуется за мое состояние.

— Не только ужинаю, но и завтракаю, и обедаю тоже в одиночестве. Так пища усваивается намного лучше, — аппетит с ее приходом уж точно пропал. Сомнения мои лишь усилились. — И нет, к тебе я ничего не испытываю, ни влечения, ни иных грязных мыслей.

Специально ответил ей грубо, надеясь, что, получив прямолинейный ответ, она покинет мой столик. Гордая Ворона и не думала обижаться, лишь улыбнулась, обнажив ровные зубы.

— Ты мне стал интересен. Ведь смог противостоять приворотной магии, если, конечно, не обманываешь и не дуришь всем голову. Признайся, как это у тебя получилось? Я вот весь вечер думаю о тебе и никак не могу понять, как такое возможно? — она положила руки перед собой и слегка наклонилась в мою сторону, явно демонстрируя свои прелести. Сглотнул, смотря в ее черные очи, чувствуя, как по спине пробежали мурашки. Но не от возбуждения, а от ужаса. Слова учителя до сих пор звучали в моей голове. Ну, никак я не мог приворожить эту ведьму, но все же проверить данный факт не мешало. Решил сделать ход конем.

— А если бы вдруг приворотная магия на меня подействовала, и я пригласил тебя на свидание, ты бы мне отказала? — от этого ответа сейчас зависело многое, поэтому затаил дыхание.

— Оболенский, ты идиот или таким притворяешься? Так магия подействовала на тебя или нет, не трепи мне нервы, — Верка Сердючка не повелась на мою провокацию, но и я сдаваться не собирался.

— Честно признаюсь, если прям здесь меня поцелуешь, — понимал, что Лопухина прилюдно этого ни за что не сделает, если приворота на ней нет. От такой наглости девушка потеряла дар речи и смотрела на меня изумленно. А у меня вспотели ладони, ведь очень боялся, вдруг согласится.

Пока мы сверлили друг друга взглядом, к нам подошла Фиалка.

— А что это вы вместе сидите? Затеяли какую-то игру без слов? — присела к нам, образуя красивое трио, если меня не учитывать. Мы выдохнули и, наконец, опустили глаза, сконцентрировавшись на еде.

— Псих пригласил меня на свидание. Пока в сомнении, что мне ответить. В его состоянии отчасти я виновна, вот думаю, как поступить, — выкрутилась Верка из неловкой ситуации, вновь подставив меня.

— Так сними приворот, после чего попроси его снова высказать свое предложение, — Фиалка выдала разумное решение.

— Вот еще чего, даже и не подумаю. Мне хочется знать, как проявит себя моя магия, — заупрямилась Лопухина, играя совсем не по правилам.

— Применение магии вне уроков для собственной выгоды строго запрещено. Тебе ли не знать устав училища? — встала на мою защиту хрупкая девушка.

— И что с того? Хуже ему от этого не сделается, подумаешь, походит немного влюбленным, еще за яркие чувства, после спасибо скажет, — встала в позу Верка, продолжая стоять на своем. Мне стало неловко находиться меж двух огней, поэтому быстро доев, решил ретироваться в свою комнату. Эксперимент с треском провалился, и это еще больше удручало меня. Лопухина вела себя уж очень необычно, что наводило на мысль, что учитель мог оказаться прав. Всю ночь плохо спал, терзаясь сомнениями. Наутро решил, что зря так изводил себя понапрасну. Все казалось абсолютной глупостью, которая не стоила и выеденного яйца. Всегда так бывает, не зря говорят, что утро ночи мудренее. С хорошим настроением рванул на уроки, времени на завтрак оставалось в обрез.

На уроке иностранного языка полностью расслабился, никто из нашей группы не выбрал для себя японский. Да и мне он не особо нравился, выбрал из-за того, что здесь не было ни одного сокурсника.

Только расслабился, как вошел дежурный и вызвал меня к самому начальнику училища. Возможно, сейчас устроят мне внеочередную проверку, отчего бешено заколотилось сердце…

Двадцати минутами ранее в кабинете произошел странный разговор между учителем магии Самуэлем Гавриловичем и начальником училища бывшим генералом майором Иваном Гелиевичем Коневым. Сейчас воинские звания были упразднены из-за мирного соглашения, армии в ее первоначальном виде не существовало, но Россия и другие страны не могли позволить себе совсем остаться без защиты. Поэтому и существовали военные училища и академии, замаскированные под всевозможные обычные организации. Для того, чтобы все страны придерживались мирного соглашения и не наращивали вооружения, необходимы разведчики и шпионы, дабы контролировать ситуацию на планете.

— Разрешите обратиться, у нас вчера на полигоне произошел странный случай с одним из моих неодаренных учеников, — учитель магии не хотел полагаться на свои лишь наблюдения и умозаключения, поэтому решил получить разрешение на дополнительную проверку.

— Давай без официоза, у нас тут сам знаешь, невоенное училище по бумагам, не надо палиться даже у меня в кабинете. Ты сейчас говорил про Оболенского? Только он у нас без магии бегает, — сразу же вспомнил Иван Гелиевич про исключение из правил.

— Да, о нем. Кажется, в нем как раз проснулся дар. Вчера он уделал шестерых одаренных на тренировке. Это мне показалось довольно странным, — Самуэль Гаврилович волновался, так как это был серьезный прецедент, нарушающий логику вещей. — Вот хотел спросить разрешения на проверку Оболенского, а то не понимаю, как его обучать, как одаренного или простого ученика?

— Мы его взяли по настоянию отца с испытательным сроком на год. Почему-то князь Оболенский уверен, что дар в сыне есть, но пока спит до поры до времени. Поэтому все может быть. Что произошло, расскажи в подробностях, — начальник налил по чашечке кофе себе и учителю, чувствуя, что история окажется занимательной.

— Я тут краем уха слышал, что позавчера прошло посвящение первогодок. От чего-то на курсе сейчас многие точат зуб на Леонида. Вот я и вызвал его в качестве подопытного для отработки магии, дабы ученики спустили пар и немного успокоились. Думал, почувствуют маги свое превосходство и перестанут строить козни в не учебное время. Хотел хилого парнишку немного защитить, но получилось, наоборот, — учитель виновато развел руками.

— Что значит, наоборот, еще больше вызверились, что ли? — уточнил начальник, не понимая, как такое возможно.

— Именно. Семь магов вышло по очереди против хилого паренька, и он их уделал в магическом поединке. Одна только справилась, и то, схитрила девчонка, — снова пожал плечами Самюэль Гаврилович, показывая, что не понимает, как такое произошло. — Гаврилова пыталась прочесть мысли парня, но тот начал думать о примерах из высшей математики, девчонка сдалась. Но это он сжульничал, понимаю. Потом Смирнов отрабатывал навык гипноза, подловил Оболенского, но тот перехватил контроль, и сам его ввел в оцепенение. Лопухина применила приворот, видел, как поплыл парень, но потом разозлился. А вот дальше поплыла уже ведьма, и покраснев, сильно смутилась. Я так и не понял, кто кого победил. Справился против графа Ефимовского. Смог устоять, хотя тот бил бесконтактной магией в полную силу. А с последними двумя олухами совладал умением и смекалкой, просто просчитал действия противников. Вот и не знаю, это было проявлением дара или чистая случайность? Хочу на аппарате его еще раз проверить, — начальник Иван Гелиевич, выслушав учителя магии, призадумался. Четкого проявления дара на самом деле не было, но столько совпадений могут быть весьма неслучайны. В первый раз дар мог не проявиться в полную силу. Да и какую способность проверять? Аппарат, конечно, выявит магические волны, но дар необходимо проверять вручную, заполняя всевозможные тесты и создавая различные ситуации. А для этого нужно время.

— Хорошо, у меня есть чуть больше часа. Давай вызовем его прямо сейчас и, хотя бы посмотрим на магометре, появилась магия в нем или нет. А дальше проверку устроишь сам, если, конечно, аппарат хоть что-то покажет…

Поднимаясь в кабинет начальника, размышлял, как сделать так, чтобы у меня не обнаружили пресловутый дар. Тогда отец от меня вообще не отстанет. Заставит доучиться, а потом… Даже поплохело от всевозможных перспектив. Моя жизнь уже принадлежать мне точно не будет. Постучался, потом вошел внутрь.

— Кадет Оболенский прибыл, — вытянулся по стойке смирно.

— Отставить, у нас тут невоенное заведение, расслабься, — более мирно произнес начальник училища Конев, — понимаешь, для чего мы с Самуэлем Гавриловичем тебя позвали?

— Никак нет, — продолжал от волнения, не в силах расслабиться.

— Еще раз хотим тебя проверить на магометре, но сам понимаешь, для этого надо определить, в каком направлении дар мог открыться. Наслышан о твоих вчерашних успехах. Сам, как думаешь, что тебе дается легче всего? — начальник достал устройство со множеством датчиков, которые крепились на голое тело. Пришлось снять верх формы. Интересно, а как проверяют девчонок? Им тоже предлагают раздеться? Хотя мне не особо интересен сей факт, просто продолжаю нервничать и пытаюсь отвлечься.

— Не могу знать, у меня нет дара, а вчера было сплошное везение, — продолжал говорить, как военный, так как отец меня с детства гонял, как солдата. А начальник Конев был потомственным военным, внуком того самого маршала Ивана Степановича Конева.

— Понятно, что не знаешь, а какие есть предположения? Давай попробуем тебя протестировать по тем направлениям, с которыми столкнулся недавно, а там будем смотреть, — учитель магии закрепил на мне датчики, настраивая аппаратуру.

— Оболенский, попробуй для начала прочесть мои мысли, буду думать медленно и примитивно. Скажи, чего я хочу прямо сейчас, — Самуэль Гаврилович встал и принялся морщить лоб, явно концентрируясь на чем-то. Я чувствовал себя подопытным кроликом, которого пытаются исследовать на предмет полезности. Нет, мысли я не читаю, а то бы вчера уже точно знал, что обо мне думает Лопухина. Эврика! Только сейчас пришла идея, что могу попросить Гаврилову прочесть мысли Верки и потом мне сообщить. Только надо для этого договориться с Ромашкой, замотивировать, так сказать.

— Думаю, вы хотите, чтобы у меня открылся хоть какой-нибудь дар, — увидел, как разочарованно вздохнул преподаватель.

— Оболенский, я думаю не об этом, хотя и об этом тоже, блин, — он удивленно на меня посмотрел, надеясь на чудо.

— Нет у меня дара чтения мыслей, просто это самый логичный вариант. Видите, стрелка даже не дернулась, значит, магии у меня в этом нет, — обломал первую надежду учителя.

— Хорошо, тогда попробуй загипнотизировать меня, как вчера Смирного, я даже не стану сопротивляться, — перешел учитель магии ко второй вероятной возможности. Я честно чуточку попытался, краем глаза следя за стрелкой. Как только она начала слегка подрагивать, сразу же бросил это занятие от греха подальше. Гипнотизировать кого-либо мне не хотелось, это умение, если нужно будет в будущем, то сам как-нибудь освою.

— Опять мимо, жалко, значит вчера просто неосознанно получилось, — грустно вздохнул преподаватель. — Тогда попробуй использовать магию проклятий на мне, прокляни или наложи приворот.

— Я не умею этого, не знаю, с чего и начать? — вообще не читал на эту тему, черная магия меня не привлекала, от слова совсем.

— Для начала просто сильно пожелай что-нибудь относительно меня, от души, так сказать, — я растерялся, неготовый делать прям в кабинете начальника гадости учителю. Я на него не держал зла, а с приворотом вообще не знал, как поступить.

— Не тушуйся, вызови у меня расстройство кишечника, например. Вот с приворотом мы как-то не учли, тут нужна особь другого пола. Не думаю, что влюблять в себя старого учителя ты захочешь, — рассмеялся преподаватель магии. Я честно подумал о том, что учителю сейчас очень хочется в туалет, лишь с целью, чтобы от меня побыстрее отстал. Но то ли моего желания было мало, либо магией проклятий не владел, ничего ровным счетом не произошло. Душа у меня не такая черная и злая, не сработало, стрелка даже не дрогнула. Учитель разочарованно вздохнул.

— Плохо, но следующий дар здесь тестировать не будем, а то разнесем кабинет начальника, на полигоне еще раз проверим, — не собирался сдаваться упорный старичок.

— Хорошо, я обещал князю, что проверю тебя на наличие магии. Часто дар бывает совсем неочевидным, и его очень сложно обнаружить, а еще труднее протестировать. Так что Самуэль Гаврилович, дружочек, погоняй-ка ты его по всем ученикам, можно даже с других групп и потоков. Вдруг еще проявит себя, тогда зачислим на полный учебный курс, — после этих слов я аж вздрогнул и захотел сбежать из училища, хоть в тайгу к бурым медведям, хоть к белым на северный полюс. В этот момент стрелка на магометре не только вздрогнула, но и поднялась на пару делений вверх, показывая наличие магии. Я застыл, как вкопанный, не веря собственным глазам, с ужасом наблюдая невозможное. Права, кроме меня, этого никто не увидел. Начальник с учителем стояли спинами к магометру, и я решил успокоиться, что удалось с большим трудом. Стрелка не спеша опустилась на место. Попросил разрешение покинуть кабинет, начав снимать с себя дрожащими руками кучу датчиков.

Когда закрыл дверь, почувствовал, как покрылся липким потом. То ли от страха стать одаренным и остаться в училище, то ли от самого применения магии, а может, и от обоих факторов вместе. Вот только никак не мог понять, на что именно среагировал мой дар, ведь ничего такого я там не делал. Это еще больше пугало. Ведь мне не удалось отгадать природу своего дара. Нужно срочно успокоиться и все не спеша обдумать. Не стал возвращаться к уроку японского, вышел во двор, проветрить тяжелую голову. Навстречу попался наш тренер, который остановился, увидев меня.

— Оболенский, как ты? Отошел вчера от удара? Синяк знатный остался, — он покачал головой, наблюдая мое сиреневое художество на лице. — Сегодня вашу группу жду в бассейне, посмотрю, как умеете плавать. Скоро начну учить погружаться с аквалангом, так что прихвати плавки, — он ушел, а у меня уже второй раз за утро сердце начало бешено стучать от испуга.

— У меня же грим поплывет и тайна раскроется! Надо что-то придумать, как избежать участия в тренировке, — мысли начали лихорадочно метаться в голове, словно муравьи, когда в муравейник засунули палку…

Глава 6 Смена имиджа

Когда тренер ушел, мне захотел сильно выматериться, что я и сделал. В бассейн мне точно нельзя, прогуливать тоже. Здесь я на испытательном сроке, и отца сразу же поставят в известность. Остается только пойти к целителям и попробовать разыграть спектакль.

— Черт, что за день-то такой. То непонятный дар появляется из ниоткуда, то плавать заставляют. Вот зачем, спрашивается, нам нужно учиться погружаться с аквалангом? Мы дети аристо, крутимся в высоких кругах, посещаем приемы и рауты, поддерживаем зарубежные связи и собираем нужную информацию. Одним словом, шпионим на страну. Имею в виду, что будем все это делать в будущем, не я лично, а все учащиеся здесь, ну вы поняли. Уверен, что ни один из нас ни разу в жизни не будет нырять в море с аквалангом, чтобы пробраться на вражескую территорию. Бред какой-то. Да некоторым из нас легче проскользнуть через главный вход, так даже будет безопаснее, наведя морок или загипнотизировав охранников, чем подбираться через воду, — я сейчас сильно злился на себя, на дар, на обстоятельства. И тоже не смог бы кошку, если бы она подвернулась под ногу, назвать просто кошкой. Никакие аристократические замашки не смогут искоренить в нас русский дух.

Ругая тренера и того, кто составлял учебную программу, двигался в сторону медицинского блока. Сейчас мне предстояло разыграть спектакль с резью в животе, дабы у меня было легальное оправдание пропущенному занятию. Главной медсестры на месте не было, отошла по делам. Ее замещала одна помощница, проходящая целительскую практику в училище. Это была рыженькая девушка с веснушками, довольно забавная с третьего курса, если не ошибаюсь.

— Что случилось с тобой, салага? Ты откуда такой красивый нарисовался? С тренировки небось? — ее фамильярный тон в обращении к молодому князю, имею в виду себя, немного шокировал. Я и так был не в духе, а теперь завелся еще больше.

— Что ты себе позволяешь? Разве так сестры милосердия разговаривают со своими пациентами? — она на меня странно посмотрела и криво усмехнулась.

— Где ты тут сестру для себя нашел, братишка? Я целитель, могу осмотреть и подлатать, а вот распинаться перед каждым, кто получил в рожу, не обязана, — я вот Лопухину — ведьму недолюбливал, но кажется, зря. Есть в нашем училище особы и похуже, хорошо, что мы не в одной группе учимся.

— Так я не из-за синяка пришел, у меня несварение, живот что-то крутит, — вспомнил, что надо было изобразить боль, как только вошел, а не тогда, когда прошло пять минут перебранки.

— Раздевайся, болезный. Пощупаю тебя и посмотрю, чего такого нажрался, что скрутило с самого утра. С каши в столовой живот болеть точно не будет, — знал бы, что здесь такое обращение, да еще и раздеться заставят, ни за что не пришел. Придумал бы другой план. Но уходить уже будет слишком палевно, поэтому снял только вверх, оставшись в брюках.

— Ого, какие кубики и мышцы, просто загляденье. А с виду в одежде, так и не скажешь. Зачем тогда позволяешь себя бить, раз весь такой на спорте? — она, уложив меня на кушетку, начала ощупывать живот под теми самыми кубиками. Я видел, что практикантка вовсе не торопится ставить диагноз и щупает меня, явно получая удовольствие. Вот только не понял, физическое или моральное, глумясь надо мной.

— Может хватит меня трогать, мне холодно, — снова начал закипать от такого детального обследования. — Лучше дай таблетку от живота, я ее приму и пойду полежу в своей комнате.

— Зачем тебе таблетка, у тебя ничего не болит, а желудок может переваривать даже гвозди. А щупаю я тебя просто так, чтобы понять, какого лешего ты сюда притащился? Не со мной, случайно, решил позаигрывать? Тут часто таскаются озабоченные спермотоксикозом, фантазируя о легкодоступной медсестричке, — она наконец-то убрала руки с моего живота и внимательно на меня посмотрела, ожидая ответа.

— Это не твоего ума дело, могла бы и подлечить. А фантазия у меня скудная, ни разу о таком не мечтал, вообще не интересуют развязанные женщины, — стал натягивать рубашку, злясь, что решил сюда заглянуть. — Счастливо оставаться, больше моей ноги здесь не будет.

— Нет, ты так и не ответил, какого хрена сюда пришел? Решил прогулять экзамен или боишься снова подраться на тренировке? — вот баба неугомонная, словно сама ни разу не солила.

— Я никого не боюсь и с экзаменами вполне справляюсь. А причина сугубо личная, но на нет и суда нет, — развернулся к двери и уже почти вышел.

— Ладно, раз личная, может поссорился, с кем не бывает. Можешь снова укладываться на кушетку, на первый раз прикрою, так и быть, — сделала рыжая мне одолжение.Но я уже сильно завелся и, просто хлопнув дверью, вышел на улицу. Мне такой помощи отродясь не надо. Пошел в свою комнату за плавками. Могу сказать тренеру, что плавать не умею. Не думаю, что он меня сразу загонит в бассейн. Или там притворюсь, что стало вдруг плохо. Скажу, что фобия у меня, боязнь воды. Да еще много способов придумал по дороге как выкрутиться. Так и дошел до комнаты, немного успокоившись, выбросив из головы произошедший инцидент.

В бассейне нашел тренера, который выстроил ребят в шеренгу. Все стояли в плавках и купальниках, смотрели, как я в одежде приближаюсь.

— Оболенский, где ты шляешься, марш переодеваться, — раздраженно бросил тот в мою сторону. — Остальным, пробежка вокруг бассейна три круга, разогреваем мышцы.

— Олег Владимирович, я не умею плавать, — начал уверенно врать.

— Не можешь — научим, не хочешь — заставим, — его мой аргумент вообще не смутил.

— Так, у меня это, фобия, боюсь утонуть, — продолжил гнуть свою линию.

— Вот и поправим твое психическое здоровье, утонуть тебе не дадим, марш в раздевалку, — такого твердолобого тренера надо еще поискать. Хотя тут многие бывшие военные, ничего удивительного.

— А почему раньше в расписании не было уроков в бассейне? — если бы в начале учебного процесса стояло плавание, я бы заранее к этому подготовился. Может скорректировал свой образ чуть иначе, не стал превращаться в стеснительного очкастого задохлика.

— Так отопление же врубили, не чувствуешь, что стало тепло. Так-то поздняя осень на дворе, вот и воду заодно подогрели. Не включать же котельную ради одного бассейна? — он проверил ногой температуру воды, потом продолжил. — За четыре месяца вы все у меня научитесь плавать, как чемпионы. И с аквалангом подружитесь, станете прямо одним целым. А вот на следующий год будете рыбкой входить в воду вооон с того высокого трамплина. Вдруг когда-нибудь придется спасаться бегством, прыгая в море со скалы. Но это еще цветочки, на третьем курсе прыжки с вертолета, разведчики и диверсанты должны уметь парить, аки птицы. Но самое сложное вас ждет на последнем курсе, там вами займется профессионал.

— И что же нас ждет в конце? — понял, что бодаться с тренером бесполезно.

— Один из лучших диверсантов страны научит менять внешность по обстоятельствам, быстро выбирая стиль, фасон и типаж. Обучит быть неузнаваемыми, меняя не только внешность, но и само поведение, — я чуть было не рассмеялся. Прямо сейчас смог бы сдать экзамен тренеру за все четыре курса, давно все это умел, особенно с перевоплощением. Вот только что делать сейчас?

Пришел в пустую раздевалку. Переоделся. Посмотрел на себя и тяжело вздохнул. Мой имидж задохлика катился в тартарары. Явно день не задался с самого начала. Вот так рушатся в одночасье все планы. Да еще зря соврал, что не умею плавать, придется тупо учиться, продолжая играть глупый спектакль.

— Оболенский, да ты в отличной физической форме. Снимай очки и бегом три круга вокруг бассейна, — ребята уже закончили пробежку и сейчас пялились на меня с отвисшими челюстями. Я, сняв очки и отдав тренеру, с покерфейсом потрусил вокруг. Дальше барахтался в воде под присмотром Олега Владимировича, когда группа делала свой первый заплыв. К концу урока начал плавать, отчего тренер сильно гордился своими педагогическими способностями. Я ведь научился уверенно держаться на воде за неполный урок. В конце нас снова построили рядом с бассейном. Капли стекали с волос, попадая в глаза, пригладил рукой лохмы назад. Часть грима тоже смылась в воде.

— Сегодня оценил ваши навыки, как весьма посредственные, но мы их подтянем. Скоро вы будете плавать, аки дельфины. Оболенский, выйди из строя ко мне, — зачем-то тренер поставил меня перед курсом. — Берите пример с вашего задохлика, за один урок парень стал уверенно держаться на поверхности. Так и вы скоро можете сравниться с чемпионами, — потом он перевел взгляд на меня и понял, сказал что-то не то, окинув изучающим взглядом фигуру. — Недооценил тебя, Оболенский, ты в отличной форме, как ни крути.

Я стоял перед группой и видел, как у многих отвисли челюсти, а девушки не сводили с меня глаз. Сейчас уже не сутулился, стоял, расправив плечи. Очков тоже не было, вся маскировка пошла коту под хвост. Наблюдая столько недоуменных лиц, стало смешно, широко улыбнулся, играя ямочками на щеках. До этого ни разу не улыбался, всегда был понурым и кислым, как перестоявшийся квас. А теперь пора пришла менять имидж, над которым стоило еще поработать. Девчонки прямо сейчас выпали в осадок, оценив меня совсем с иной стороны. Лопухина зачем-то облизнула губы и стала часто моргать, наверное, чтобы снять морок. Так нас учили, если вдруг почувствуем иллюзию вокруг себя. Но это не помогло. Тренер похлопал меня по спине, явно тоже проверяя на реальность меня настоящего, и отправил всю группу переодеваться.

В гробовой тишине прошли в раздевалку, парни долго молчали, первым не выдержал Трубецкой.

— Ну, ты и гондон, Псих. Мы вчера с пацанами никак не могли понять, как тебе удалось нас победить. Теперь все ясно, ты еще тот урод, — и сейчас он не имел в виду внешность, осознал, что долго всех водил за нос. Я промолчал, соглашаясь с этим в душе. Взяв полотенце, пошел в душ ополоснуться. Мне нужно было подумать о многом. И в первую очередь, что за дар у меня? Так и не понял, от чего стрелка уверенно пошла вверх и очень медленно вернулась обратно. Стал прокручивать разговор с начальником училища. Он дал добро, чтобы Самуэль протестировал наличие дара хоть на всех учениках, предлагая выступить подопытным кроликом. Это меня нехило так испугало. Нет, не выступить в магическом поединке с одаренными, а то, что дар может открыться. Чем больше будет попыток противостоять различной магии, тем выше вероятность выявить дар. И вот тогда стрелка подскочила, как ужаленная, при этом я стоял и ничего не делал. И как понять, к какому разряду относится дар? Он что, завязан на страхе каким-то образом? Или на сильных эмоциях? И что это дает? Вроде вокруг ничего не изменилось, учитель и начальник вообще дар не почувствовали. Загадка, одним словом. Есть еще и второй момент. Меня сильно волновало, как себя дальше вести в группе? Уже никто не станет воспринимать меня простым задротом-неудачником. Но и полностью снимать маску нельзя. Решил, что буду действовать по обстоятельствам, посмотрю, как однокурсники отреагируют.

Так ничего и не решив, пошел одеваться. Следующим уроком стояли естественные науки, где изучали свойства новых растений, мутирующих в зараженной среде. Алхимия, мать ее. Возможно, знать магию трав полезно целителям или ведьмам, но вот зачем это нужно нам, до сих пор не пойму. Любые средства можно купить в магических лавках, самим изготавливать слишком рискованно. Если не соблюсти пропорции или перепутать последовательность, то результат применения может оказаться непредсказуемым. И кто захочет рисковать собой в боевых условиях? Точно не я. Поэтому сидел и слушал учителя краем уха, сканируя ситуацию в классе.

Однокурсники шептались между собой, разве что не тыкая в меня пальцем. Не каждый день золушка превращается в красавицу-принцессу, ну или гадкий утенок в прекрасного лебедя. Хотя сейчас выглядел по-прежнему, но метаморфоза произошла, и с этим ничего не поделать. Мне на парту прилетела записка без подписи, не заметил с какой стороны. Открыв ее, понял, что от девушки, судя по почерку. Вот только никто из них вида не подавал. Там писалось о встрече вечером за час до отбоя возле беседки за первым корпусом. Я тяжело вздохнул, ситуация была мне до боли знакома. Уже не раз пожалел, что сорвался и не остался в медблоке. Радовало лишь то, что девчонок в группе было немного, и это я как-нибудь разрулю. Размышлял о тактике и стратегии поведения. Было два варианта, и оба не айс. Можно притвориться, что я не по девочкам, тогда и парни начнут меня избегать. Никто не станет спаринговаться, рискуя своей мужской репутацией. А могут и вовсе вместе мне навалять. Второй вариант казался чуть лучше, но делал из меня полного козла. Нужно было лишь опозорить девчонок, поиграв чувствами и бросив при всех. Так они станут меня ненавидеть, что будет лишь на руку, но и тут есть нюанс. Могут пойти слухи про ловеласа, что может дать абсолютно противоположный эффект. Так рисковать пока не хотел. Буду решать проблемы по мере их поступления и не городить сущностей раньше времени. На свидание вечером решил подзабить. Вот только среди аристо отказ является оскорблением. Но надо же с чего-то начать, чтоб испортить вконец отношения.

— Оболенский, может вернетесь в реальность и расскажите нам, какие растения помогут сбить зверя со следа? Это когда-нибудь может спасти вам жизнь, — смотря в окно, полностью выпал из учебного процесса и вопрос учителя застал врасплох. Поднялся, вспоминая учебник травологии.

— Если летом вдруг окажусь в тайге, то синестрел игольчатый, обладающий специфическим запахом, может сбить зверя со следа. Но что делать, если там оказаться осенью или зимой? — стало любопытно, как выкрутится учитель.

— В таких случаях рекомендуется носить с собой экстракт этого растения, — как и предполагал, знания о растениях нам совершенно не пригодятся, когда можно купить их в алхимической лавке или простой аптеке. Там тоже много химических составов могут сбить зверя со следа.

— При помощи какого растения сможете остановить кровотечение? — не унимался учитель.

— Нет такого растения, если кровотечение будет угрожать жизни. Лишь перетянуть конечность жгутом. А мелкую ранку можно залепить простым подорожником, — а что, я был не в духе и начал себе создавать иную репутацию редкостного говнюка. Ответ, написанный в учебнике, знал, но точно понимал, что никогда растением не воспользуюсь в критической ситуации.

— Не могу не засчитать ваш ответ, Оболенский, вы правы отчасти. Тогда ответьте еще на один вопрос, какое магическое растение будет способствовать повышенной регенерации, если все же сильно поранитесь и останетесь живы? — продолжил испытывать терпение Константин Валерьянович.

— Соссюрея спорная, широколистная, мутированная, — посмотрел на довольного ответом преподавателя, но решил добавить. — Вот только она произрастает в зараженных зонах отчуждения, куда нам ходить строжайше запрещено. И добыча растения сопряжена с огромным риском, есть шанс не вернуться назад. Так что даже вытяжки из нее стоят баснословных денег и не продаются в свободном доступе.

— Верно, Оболенский, но кто знает, что каждому уготовано в этой жизни, а поэтому знать это, вы просто обязаны. Скоро предстоит научиться готовить некоторые простые алхимические составы, когда начнется летняя практика, тогда и сможете обеспечить себя нужным материалом, — весь класс тяжело вздохнул, не ожидая подставы на летних каникулах. Зато я улыбнулся, ведь меня уже здесь не будет…

Глава 7 Пропажа целительницы

В Новосибирске, нынешней столице, император Российской Федерации Алексей Николаевич Романов собрал совет доверенных лиц, отвечающий за безопасность страны.

— Господа, у нас сегодня серьезный вопрос, связанный с расширением аномальных зон отчуждения. В засекреченном училище произошла пропажа одной ученицы прямо на рабочем месте. Она проходила практику в медицинском блоке и пропала, не выходя из здания. Какие действия мы можем предпринять в связи с растущей угрозой? Нужно решить, стоит ли эвакуировать учеников в новое безопасное место или будем ждать повторного случая? — Алексей Николаевич понимал, что в этом военном училище обучались одаренные дети очень влиятельных родителей, которые закрывать глаза на ситуацию точно не станут. И необходимо принимать экстренные меры, но он хотел выслушать все предложения.

Около тридцати пяти лет назад в связи с экономическим кризисом в мире разгорелась биологическая война, выкосившая множество жизней. Эпидемия распространилась по всей планете, а вакцину создали против нее только через пять лет. Когда определился источник возникновения проблемы и выявлены участвовавшие в заговоре, то разразилась химическая война, унесшая неизмеримо больше жизней, чем первая. В России, которая вступила в противостояние, были уничтожены многие мегаполисы, Москва, Санкт-Петербург, Самара, Екатеринбург, Казань и еще несколько стратегических городов. Там образовались обширные аномальные зоны отчуждения. Города вымерли и сейчас охранялись по периметру, дабы не допустить мародерства и разнесения трупной инфекции. Рядом с Новосибирском, переименованным в столицу, тоже произошел химический взрыв, но город он не задел. Теперь недалеко от училища существовала небольшая зона отчуждения около пяти километров в диаметре. Она находилась в непроходимой тайге и была обнаружена, когда училище уже не первый год функционировало. Прецедентов до сей поры не было, но видно зона начала расти и расширяться. И вот сейчас совет высших чиновников ломал голову, как поступить в связи с нетривиальной ситуацией.

— Пока рано поднимать панику. Надо отправить исследовательскую группу, дабы измерить зону распространения, только потом делать выводы, — было выдвинуто первое предложение.

— У нас нет подходящего места для перебазирования целого училища, ни в городе, ни в ближайших районах. Если только экстренно освобождать какой-нибудь стратегический объект, но быстро его перестроить не получится. Нужно еще соблюсти конспирацию, — проблемы множились, как ком, катящийся с горы, и пока хорошего решения найдено не было.

— Предоставьте мне списки подходящих комплексов, можно даже спортивных, надо рассмотреть все варианты и начать подготовку. И завтра же отправляйте группу экспедиции, данные нужны как можно быстрее, — на этом император закончил совет, понимая, что больше пока ничего сделать не сможет. Девушку, скорее всего, уже не найдут, много людей пропадало бесследно. Зоны отчуждения плохо были исследованы, но работали по принципу бермудского треугольника. Часть заходивших туда, больше не возвращалась. Была гипотеза, что в этих местах истончилась реальность, которая граничила с другими измерениями. Иногда оттуда появлялись различные твари, которых отлавливали и изучали. Это пока было редким явлением, но если баланс в мире не восстановится, то возможны прорывы. И то, что зона отчуждения начала расширяться, стало первым звоночком, дабы предпринять серьезные меры…

Я весь вечер провел в своей комнате, на свидание забил. О чем мне разговаривать с однокурсницей, если отношения мне не нужны? С утра за завтраком ко мне подсела Верка Сердючка, явно обиженная на мой отказ встретиться.

— Ну, ты и гад Оболенский, сам предложил свидание, сам не пришел. Тогда какого лешего просил поцеловать? Не понимаю, приворот, что ли, не сработал? — она сейчас была разочарована, но непонятно от чего больше.

— Нет, не сработал. Да и спросил чисто гипотетически, было интересно понять твои чувства ко мне, — Лопухина быстро вскочила, словно ужаленная. Такого пренебрежительного обращения от меня не ожидала. А я решил больше не прогибаться под однокурсников, став для всех той еще сволочью.

— Да какой же ты Псих? Ты полный идиот, и что о себе возомнил? Считаешь себя неотразимым Казановым? Он был дамским угодником, а ты слабая тень, — развернувшись, Ворона упорхнула из-за моего столика. Подумал, что с кличкой ребята никак не ошиблись. Я Псих, но только неправильный.

После обеда у нас были стрельбища, где мы учились не только стрелять из оружия, но и метать ножи в цель. Иногда диверсантам необходимо действовать тихо, так что приходилось оттачивать навык убийц. Нас встретил старый военный Афанасий Петрович, бывший майор внешней разведки. За выслугой лет все звали его просто Петрович, но за былые заслуги относились к нему с уважением.

Как обычно, на стрельбище мы начали с метания ножей в самодельные чучела, набитые простой соломой. С десяти метров пока, так как главное точность, а не расстояние. Метать ножи нравилось всем, правда, не у всех хорошо получалось. В какой-то момент на стрельбище вошел сам начальник училища, отозвав майора в сторону. По хмурому лицу Конева понял, что случилось нечто неординарное. Петрович кивнул и оставил Трубецкого за старшего, удалился с начальником быстрым шагом.

— Что это Конев лично пришел за Петровичем? — заметила Лопухина, задав риторический вопрос. — Чувствую, случилось недоброе.

— Что это вы все застыли, как изваяния? Продолжаем занятие, — Вожак вошел в роль главного, начав раздавать указания. Мы продолжили тренировку.

— Такими темпами мы не научимся метко метать ножи и за год. У девчонок вообще получается плохо, словно у них две руки и обе левые. Нам надо найти какой-нибудь стимул, а еще лучше живую мишень, — он обвел взглядом ребят. И естественно, остановился на мне, словно на моем лбу прикрепили плакат: Не проходите мимо, получите скидку.

— Псих, слабо стать для меня мишенью? Не ссы, у меня боевое предвиденье, так что обещаю, не пострадаешь, — а вот я не совсем был уверен, вчера оно ему почему-то не помогло.

— Вот давай на тебе и проверим. Если не зассышь, то сможешь увернуться от моих промахов, — предложил самому стать мишенью. Вожак думал недолго, решил рискнуть и встал спиной к деревянному щиту. Слабоумие и отвага, ну или просто первый вариант. Он даже не поинтересовался, насколько метко я умею метать.

— Начни снизу, ты должен попасть в щит, но не задеть моего тела. А я буду предвидеть, куда именно ты попадешь, чуть что, увернусь, — очень опрометчиво, на мой взгляд, Трубецкой решил доказать себе работу своего дара. Мы уже битый час кидали ножи в чучела, но Петрович так и не появился. Всем стало скучно, группа сгрудилась вокруг нас.

Первый нож воткнулся между ног парня на уровне коленей, Максимилиан не дернулся, но побледнел.

— Оболенский, бросай по бокам, а не по центру, — он, вероятно, предвидел следующий мой бросок, который планировал воткнуть чуть повыше. Сейчас его яйца скукожились до размера орехов. Не стал нагнетать напряжение, но вместо того, чтобы кинуть нож справа от парня, воткнул его слева, рядом с бедром, кидал не раздумывая. Вожак громко сглотнул, не успев спрогнозировать этот шаг. А что он хотел, в бою часто решение меняется за секунды. На дар полагаться нельзя, лишь на рефлексы. И это хотел ему донести.

Следующий нож отправил точно туда, куда и планировал, справа от корпуса. А вот за ним, не раздумывая, на пять сантиметров выше, отчего Вожак дернулся, хотя я его не задел.

— Ты что творишь, Оболенский, надо сначала думать, куда хочешь бросить, а не метать просто так, — сейчас Максимилиан понял, что не контролирует ситуацию, но на глазах у ребят дать заднюю не посмел. Я же продолжил играться с сокурсником, втыкая ножи все выше, не думая наперед, куда полетит. Это одновременно злило и пугало Трубецкого. Зажмурив глаза, скрипнул зубами, когда нож воткнулся рядом с его головой. Все десять торчали в фанере на расстоянии несколько сантиметров от тела. Белый, как мел, Вожак покинул зону мишени. Ребята зааплодировали мне, как клоуну на манеже. Пришлось поклониться, окончив свое представление, и широко улыбнуться.

— Теперь поменяемся, я буду бросать, а ты стоять смирно, — вот это было плохим решением, руки у парня мелко дрожали. Но и отказываться все же не стал, понадеявшись на его дар. Занял место мишени, предварительно собрав торчащие ножи. Глаза закрывать не стал, решив реагировать, если нож полетит не туда, куда надо. Своим здоровьем рисковать не хотел.

Трубецкой тоже неплохо метал ножи. Не так, как я, но лучше многих остальных. Поэтому стоял и не дергался, видя, как он сам больше меня переживает. Он не хотел облажаться перед всеми, поэтому перепроверял даром место, куда попадет, чтоб не поранить меня. Это было прекрасно видно, вот только азарта за этим уже не было. Когда броски стали проходить на уровне туловища, за его спиной неожиданно раздался голос.

— Какого черта ты творишь, Трубецкой? — в этот момент рука парня дрогнула, и нож сорвался, летя в мою грудь. Я успел среагировать, смещая тело с его траектории, но увернуться полностью не успел. Нож вошел в руку. Теперь я заскрипел зубами от боли. Повисла гробовая тишина, все уставились на кровь, капающую на землю. Я выдернул нож и зажал рану рукой.

— Я не специально, — попытался оправдаться Трубецкой.

— Урок закончен. Оболенский срочно к врачу, а ты, — он остановил взгляд, не предвещающий ничего хорошего, на Максимилиане, — останешься и объяснишь, чем вы тут сейчас занимались.

Не стал ждать. Быстрым шагом пошел в целительский корпус, надеясь, что там будет нормальный врач, а не та бесцеремонная рыжая. Помню, что дал ей обещание, больше сюда ни ногой, но не прошло и дня, пришлось нарушить.

Мои ожидания оправдались. Взрослая женщина встретила меня в мед. корпусе и начала обрабатывать рану. Сразу отметил, что целительница недавно плакала, возможно, перед самым моим приходом.

— Что-то у вас случилось? Может чем-то смогу помочь? — как истинный джентльмен предложил поддержку. — И куда подевался ваш рыжий ассистент? — не то чтобы мне было интересно ее отсутствие, просто не хотел пересечься.

— А когда ты видел последний раз Клавдию? — она с надеждой на меня посмотрела.

«Что значит последний раз? Она же не могла пропасть или умереть?» — у меня нехорошо засосало под ложечкой.

— Вчера, когда зашел с несварением желудка, она меня осмотрела, — как бы ни хотелось говорить об этой встрече, но не сказать не мог, кажется, дело серьезное.

— Во сколько это было? Я отъезжала по делам до обеда, а когда вернулась, Клавдии уже здесь не было, — сейчас из глаз женщины брызнули слезы, а мне стало немного ссыкотно, ведь получается, я видел ее последним.

— После первой пары японского мне стало плохо, вот и зашел на обследование. Потом сразу же отправился на тренировку, — умолчал о нашем разговоре.

— Она не говорила, что хочет отлучиться? Ее со вчерашнего дня нигде не могут найти. Вероятно, ты последний, кто ее видел… — целительница, вероятно, хотела добавить живой, но не стала этого делать раньше времени. Теперь стало понятно, почему начальник вызвал с урока даже Петровича. Они обсуждали странный прецедент, связанный с пропажей Клавдии.

— Нет, девушка меня осмотрела, но ничего о своих планах не говорила, да и не знакомы мы с ней. А какие есть предположения, куда она могла уйти? — несмотря на свою неприязнь, хотелось, чтобы Клавдия поскорее нашлась.

— За ворота она не выходила, да и на территории замечена не была, словно исчезла бесследно прямо отсюда, — целительница с трудом сдерживала слезы. Я ее понимал. Это могло лишь означать, что зона отчуждения ее забрала. Вот только какого лешего она тут взялась? Хотя для того, чтобы утверждать, нужно провести расследование. Почему-то ощутил себя виноватым, мы не очень хорошо расстались. Для начала решил прочесать учебную территорию, раз за ворота рыжая не выходила. Может, чем-то таким занята, забив на всё, в силу скверного характера. Правда верилось в такое с трудом, целители все же ответственные люди. Вышел из корпуса с ноющей от пореза рукой и скверным предчувствием беды. Начать поиски решил с женского корпуса.

Чтобы не палиться, тактично стучал в дверь и просил обезболивающее, не став скрывать на руке повязку. Кто-то меня посылал к целителям, кто-то давал лекарство, а кто-то приглашал на чай с конфетками. Я отказывался, но проверял, нет ли тут этой рыжей заразы. Знакомый номер Лопухиной обошел стороной, молясь с ней не встретиться ненароком. Вот только сверху меня не услышали.

— Оболенский и кого ты тут ищешь, не меня ли случайно? — как бесплотный дух, девушка возникла за спиной, аж вздрогнул от неожиданности.

— Вот, прошу обезболивающее, ноет рука, — почти не соврал, стараясь ее обойти по стеночке.

— Так что ты сразу ко мне не обратился, у меня оно есть, — Верка, словно клещ, вцепилась в мою здоровую руку и потащила к знакомой двери. Уже подумал применить прием самообороны, дабы выбраться из цепкого захвата, но она на мгновение выпустила руку, чтобы открыть ключом дверь. — Проходи, не стесняйся, — бочком впихнула меня в комнату. Честно не знал, что делать, но бежать было поздно. Не съест же меня, в самом деле? В детстве часто казалось, что блудливые мачехи, проникающие по ночам в мою комнату, хотели меня сожрать. Хищный блеск глаз и язык, облизывающий влажные губы, до сих пор иногда чудятся, отчего просыпаюсь во сне. Потом уже догадался, чего хотели от меня женщины, но пунктик остался.

— Присаживайся на кровать, здесь места не так много. А я пока поищу нужное лекарство, — вроде ничего плохого Ворона не помышляла, но мне все равно было не по себе. Вскоре она дала мне таблеточку и предложила стакан воды. Пришлось выпить уже четвертую таблетку подряд, еще пять лежали в кармане. Сейчас мне, наверное, можно вырвать зуб, и я не почувствую боли.

— Спасибо за помощь, наверное, пойду, — встал, решая ретироваться, но не тут-то было.

— Зачем тебе вот это вот всё? Для чего уродуешь внешность? — одним ловким движением она сняла с меня бесформенные очки. Осознал, что так просто сбежать не удастся.

— Это мое сугубо личное дело, может, так мне нравится больше, — попробовал забрать свою вещь, но Верка спрятала очки за спину.

— Ты еще и линзы носишь? Тогда не пойму, зачем тебе вообще очки без диоптрии? — успела одеть и сейчас вопросительно смотрела сквозь них. — Ты прям ходячая тайна, которую хочется поскорее раскрыть. Зачем такому красавчику притворяться?

— Вдруг я учусь быть незаметным шпионом, — ляпнул первое, что пришло сейчас в голову.

— Оболенский, не ври. Ты спишь и видишь, как отсюда побыстрее слинять. В такую чушь я никогда не поверю, — говорил же, что Лопухина далеко не дура, но раскрывать душу не собирался.

— Ладно, у каждого есть право на тайну, но рано или поздно я все же ее раскрою. Можешь забрать это убожество, — привстала на носочки, позволяя самому снять с нее очки. Как только потянулся к оправе, она чмокнула меня в губы без предупреждения. Я выпал в осадок, пятясь к закрытой двери.

— Не знаю, что ты сделал со мной, но с каждым днем меня привлекаешь все больше. Если бы ты был ведьмаком, подумала, что приворожил. Да и мой дар на тебе не сработал, теперь это точно вижу, — догадался, что это была лишь проверка, выдохнул, выскочив пулей за дверь. Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу. Бегом летел до своего корпуса, передумав продолжать поиски в женской общаге. Если сама ведьма заподозрила меня в наведенном на нее привороте, то может это и есть мой проснувшийся дар?

— Я что ведьмак? С кем же отец согрешил? И почему о матери никогда не рассказывал? — миллион вопросов крутился в моей голове. Тайну своего рождения я должен раскрыть обязательно, как только найду Клавдию и буду уверен, что с ней все в порядке…

Глава 8 Неожиданное предложение

В кабинете начальника собрался весь состав учителей для обсуждения чрезвычайной ситуации. Пока никто не верил в пропажу ученицы, но уже сообщили в столицу о происшествии.

— Может, она сбежала, влюбившись? Бывают же у девушек помрачения рассудка в критические дни? — предположила Марья Захаровна, учитель этики и танцев.

— Маловероятно. Тогда бы пропали двое, и это многое бы объясняло, — заламывала руки Василиса Ильинична, та самая целительница, решившая съездить в город в неурочное время. Она винила себя, что недосмотрела за ученицей. В то, что Клавдия влюбилась, не верила, с ее-то характером.

— А если решила прогуляться по лесу? Могла ли девушка покинуть территорию через запасной выход? — поинтересовался учитель истории Семен Захарович.

— Так ключи только у коменданта. Надо еще раз прочесать территорию, мало ли, вдруг у кого-то гостит в комнате? — не стал озвучивать вслух Иван Гелиевич возможность задержаться в гостях у парня. — Сделаем это по-тихому, рано еще ставить в известность ребят. Каждый из вас возьмет по корпусу, мужчины проверят блоки парней, а женщины — девушек. В кабинете все были напряжены, работа училища накрывалась медным тазом.

— Надо все же завтра прочесать ближайший лес, возьмем оружие и осмотрим округу, — выдвинул предложение бывший военный и нынешний тренер Олег Владимирович.

— Это хорошая идея. Кто готов присоединиться к поисковой миссии на добровольной основе? — начальник не хотел неволить преподавателей, ведь это могло быть опасно для жизни. Вызвались все мужчины. Женщины тоже хотели пойти, вот только кто-то должен остаться, чтобы присмотреть за учениками. На этом собрание подошло к концу, остальные предложения оказались несущественными, где лишь обговаривались детали. Учителя разошлись по корпусам, решив еще раз проверить наличие или отсутствие девушки.

Начальник налил себе коньяка, нужно было немного снять стресс. Иван Гелиевич не представлял, как посмотрит в глаза родителям девушки. Он не верил, что Клавдия загуляла. Ее, скорее всего, поглотила зона отчуждения, добравшаяся наконец до училища. Еще он думал об эвакуации ребят, рисковать жизнями учеников совсем не хотелось. Но без разрешения сверху он не мог ничего предпринять. Навалившаяся ответственность давила на плечи похуже каменной глыбы. Начальник вспомнил своего деда, как тот воевал. Иван Конев, в чью честь назвали его, командовал целым Западным фронтом, не имея в полном составе ни одного подразделения. Сумел выстоять и победить. Последние тридцать лет без войны стали подарком этого времени, но он еще помнил, сколько народу погибло от эпидемии. Поэтому ради сохранения мира продолжал учить молодых ребят, надеясь, что с их помощью удастся избежать новой катастрофы. Но беда нагрянула откуда не ждали, и он оказался бессилен повлиять на судьбу, сидел и ждал распоряжения сверху о расформировании или смене дислокации учебного заведения…

Я весь вечер врывался в каждую комнату с бредовыми просьбами, то учебник попросить, то карандаш, то бумагу. В девяносто случаев меня посылали, особенно старшие, но дверь открывали. Многие тайны сегодня мне приоткрылись, хоть начни шантажом заниматься, можно будет озолотиться.

У одной девушки заметил пачку кошачьего корма, хотя селиться с животными по уставу запрещено. У другой ритуальный нож на столе и немного остатков мела, небрежно прикрытых ковром. Кто-то здесь занимался ритуалистикой, что входило в черную магию и было запрещено. Еще у одной заметил плетку, выглядывающую из-под подушки, откуда ретировался поспешно. Ведь кого она любит стегать, узнавать не хотелось. А уж на нижнее белье вообще не обращал никакого внимания, оно находилось в самых неожиданных местах.

У парней тайн было не меньше. У Орлова на столе оказалось два фужера и распитая бутылка под столом. А под натянутым на голову одеялом кто-то явно прятался от меня. Знакомый запах духов с головой выдавал проказницу с четвертого курса… У другого обнаружил в пакете упаковку запрещенных веществ… На книжной полке лежал талмуд по некромантии… Несколько колод крапленых карт и список должников на столе… Ну и много чего по мелочи.

В корпусах учителей и обслуги тоже было чему подивиться. У престарелой дамочки на всю стену фото корейского молодого айдола… У Петровича пару капканов на крупного зверя, явно занимался промыслом браконьера… Порносайт во вкладках на компьютере… Коллекция холодного оружия без сейфа в учебном заведении… Квитанция о залоговом имуществе, говорившая о тяжелых финансовых неурядицах… Тот, кто умеет смотреть, многое может увидеть. Информацию не собирался использовать в корыстных целях, но лучше находиться во всеоружии. Не знаешь, когда может что пригодиться…

Вот только Клавдии нигде не было, ни в гостях, ни в подсобных помещениях. За этот вечер и часть ночи проверил каждый уголок в училище и пришел к неутешительному выводу. Девушка пропала бесследно сразу после общения со мной. Я тоже мог исчезнуть вместе с ней, если бы вовремя не ушел в корпус за плавками. Теперь вчерашний неудачный день, таким уже не казался.

Вернувшись в свою комнату, осмотрел ее на наличие компромата. Ведь беглый взгляд кого-то из сокурсников мог запросто найти и мое слабое место. Убрал подальше набор грима и всевозможные кисточки. Также у меня был хороший армейский нож, сюрикены, пузырьки с различными алхимическими травами, аптечка на все случаи жизни. Все это я держал в чемодане, закрывающимся на замок с шифром. Шкафам и ящикам не доверял без замка, поэтому никогда ничего не оставлял на виду. К этому еще раньше приучили ночные гостьи, хотя в училище таких эксцессов еще не было. Но береженого Бог бережет, шантаж — дело грязное, никто от него не застрахован. Свои секреты лучше держать под замком. И в этом я еще раз сегодня убедился.

Рано утром всех разбудил громкоговоритель, объявивший день студента, в честь которого все занятия отменялись. Я успел умыться, но услышав сообщение, решил еще немного вздремнуть. Учителя сегодня займутся активными поисками, им будет не до уроков. Нам предстояло провести день в своих корпусах, чем можно воспользоваться и изучить магию своего дара. Для этого нужно зайти в библиотеку или полазить по интернету по запрещенным сайтам. Дар ведьмака меня не устраивал, но дареному коню в зубы не смотрят. Надо было его изучить, чтобы окончательно удостовериться. Спокойный день в тишине был только на руку. Искать Клавдию в училище смысла уже не было, поэтому решил заняться саморазвитием.

Завтрак пропустил, еще оставались непортящиеся продукты из дома. Чай с печеньем мог попить и попозже. Только снова заснул, как меня разбудили, сегодня случился день открытых дверей. Первой в комнату ворвалась Верка Лопухина, когда я в трусах неосмотрительно решил открыть дверь. Никак не думал, что девушка припрется в мужское общежитие. Попытался вытолкнуть ее в коридор, только она просочилась сквозь мои руки.

— Да что там я не видела, Оболенский, что трусы, что плавки, разница не большая, — она уселась на единственный стул и нагло продолжила меня рассматривать.

— Как некрасиво целой княжне врываться в мужскую комнату, — пытался спросонья натянуть форму училища. — Ты сейчас сама себя компрометируешь.

— По сравнению с моей проблемой, это — сущие мелочи, — девушка тяжело вздохнула, не зная с чего начать разговор.

— У тебя тоже что-то случилось? — застегивая рубашку, чувствовал, что сказанное мне не понравится.

— Так ты в курсе, что ученица бесследно пропала? — каким-то шестым чувством Верка догадалась о том, что знаю о ситуации. Просто кивнул.

— Тебе отец позвонил и грозился забрать домой? — ан нет, не интуиция, видно, многим позвонили родители, беспокоящиеся о своих чадах.

— Нет, не звонил, ему до меня фиолетово, — знал, что отец и не подумает меня забирать, даже если здесь случится пожар.

— Если училище прикроют, то меня ждет замужество, — она зачем-то стала меня посвящать в проблемы своей семьи.

— Что ж, поздравляю, неплохой вариант. Отработаешь свое женское предназначение, не станешь рисковать жизнью, многие об этом только мечтают, — пока не видел проблемы в услышанном.

— За взрослого, можно сказать, уже старого ведуна из княжеского рода. Он страшен и уродлив, и у него уже есть две жены, — вот теперь был понятен ужас девушки. Вот только не понял, чего ко мне-то приперлась. Поднял одну бровь, ожидая продолжения.

— Оболенский, мне нужна альтернатива, и Соколов вообще не вариант. Он всего лишь обычный граф, батюшка не позволит ему стать моим мужем, — таак, ситуация становится вообще несмешной. — Сделай мне сегодня предложение, я обязательно соглашусь, ты же князь по рождению.

— А почему ты не спросишь меня, хочу ли кого-то взять в жены? — наглости Верке не занимать, но такого подката не ожидал от благородной.

— Ну, что тебе стоит, мы же не по-настоящему, а лишь на время, пока учимся, — одного она не учла, слово дворянина назад взять не получится. Меня мысль о женитьбе пугает намного больше, чем даже обнаружение дара.

— Я не хочу обзаводиться семьей, и девушки не интересуют, — лучше сейчас отказать, пусть и сильно обидится.

— Я давно к тебе присматриваюсь, ты лучше, чем будущий жених. Во-первых — молодой, во-вторых — князь, в-третьих — единственный наследник, в-четвертых, как оказалось, красавчик. В-пятых, — тут я не выдержал и заржал.

— А чем тебя князь Трубецкой не устраивает? Он будет весьма рад оказать посильную помощь, — что-то Верка не договаривала, был у нее вариант и попроще.

— Так он третий в роду на наследование, батюшка не согласится. Он у меня меркантильный. Да и ты мне нравишься больше, в тебе есть загадка, которую пообещала раскрыть, — аргумент так себе, сильно притянутый за уши.

— Хорошо, будет сразу тебе отгадка. При отсутствии дара меня исключат из училища, и я стану свободен от воли отца. Планирую отказаться от рода и сменить фамилию на Иванова, к примеру. Сам хочу всего добиться в жизни, чтобы не зависеть от планов отца. Вот и весь маскарад из-за этого. Хочу, чтобы меня в будущем никто не запомнил и не узнал, когда начну жизнь с белого листа, — не хотел, но лучше сейчас раскрыть карты, дабы она увидела, что со мной нет никакого будущего.

Лопухина сидела, позабыв прикрыть рот, не в силах принять всё мной только что сказанное. Потом помолчала немного, явно о чем-то думая.

— Я тоже хочу сбежать из семьи, не хочу быть потомственной ведьмой и копаться в чужом грязном белье, — работа ведьмы наводить порчи и напасти, за что им хорошо платят влиятельные люди. — Давай, когда окончим училище, сбежим вместе из семьи, готова стать простой Ивановой. Вот только прикрой меня, чтобы раньше времени не отдали замуж.

«Мать моя женщина». И что теперь делать? Жениться хоть сейчас, хоть в будущем на Лопухиной не готов от слова совсем. Но и так просто бросить в беде однокурсницу тоже не мог. Я сел на кровать и подпер рукой подбородок, приняв позу мыслителя. Очевидного решения не было, если только не переложить ответственность на Трубецкого.

Не успев придумать выход из ситуации, снова в дверь постучали, вышел открыть.

— Привет, Псих, а что это вы снова вместе? — Максимилиан ворвался в комнату, как к себе домой. — Тоже слышали новость? Пришли обсудить?

— Это ты приперся ко мне, обсуждать тут совершенно нечего, — попытался выставить наглого парня, но это, как попробовать остановить нагрянувшее стихийное бедствие. Лучше переждать, пока само схлынет.

— Нам надо найти ученицу, иначе мне хана, — выдал Вожак, обращаясь почему-то ко мне. — Слышал, ты вчера слонялся по комнатам, тоже ее искал, давно с ней знаком?

— Тебе надо, ты и ищи со своими дружками. В училище ее нет, это точно. Знаком лишь отчасти, мельком пересеклись всего один раз, — решил быстро расставить все точки над ё, чтобы Трубецкой наконец-то свалил.

— Как рука, подживает? Сказали, весь вечер просил обезболивающее, — новости в училище распространяются, как пожар, — извини, попасть не хотел. Так как нам ее найти?

— Зачем тебе это? Тебя тоже что-то связывает с целительницей? — Верка начала закипать, явно ревнуя нас к другой девушке.

— Да так, лечила недавно, но уж лучше бы сам перебинтовал свои ребра, — я его понимал, Клавдия была той еще язвой. — Отец хочет забрать домой, а я с трудом пережил неделю каникул.

— Угрожают старшие братья? — уточнил причину паники князя.

— Как ты догадался об этом? Да, обещали в следующий раз просто прибить. Завидую вам, что вы прямые наследники. Мне вообще от отца ничего не светит, да и братья наследство делить не дадут, — он тяжело вздохнул. — Если училище закроют, то мне окончательно наступит хана. Оболенский, хоть что-то придумай, давай сходим в лес, поищем следы.

— Вооот, теперь ты меня понимаешь. Трубецкой для меня, как муж, совсем не вариант, — Верка укоризненно на меня посмотрела, словно я виноват в ее бедах.

— Что значит, как муж? Ты сделал ей предложение? — что-то сегодняшнее утро стало походить на плохой сценарий безумного автора. Я мечтал отдохнуть, но видно не судьба, пришлось объяснять.

— Отказываешь Лопухиной? Вообще, ты в своем уме? Она же потомственная колдунья, да еще и княжна, — сейчас картина мира у Максимилиана перевернулась с ног на голову. Я лишь пожал плечами, не став ничего комментировать.

В этот момент в дверь постучали снова. Я пошел открывать. На пороге стоял Шалун и с большим удивлением смотрел мне за спину.

— А тебя какая нелегкая принесла? Что-то случилось? — сейчас, наверное, меня вообще невозможно ничем удивить. Серега Ефимовский, увидев своего друга вместе с Вороной, не знал, то ли ему войти, то ли просто незаметно свалить.

— Да заходи, мы все тут по делу. Проблемы, мать его, не у тебя одного, — Вожак махнул рукой, приглашая зайти. Шалун протиснулся в комнату, где места оставалось едва, прислонился к стене. Я сидел на кровати, Максимилиан на столе, а Верка на единственном стуле. Если еще кто надумает заглянуть, то просто останется снаружи, свободного места внутри почти не осталось.

— Рассказывай, что у тебя? — вот только Сергей продолжал молчать, а значит, и у него тоже есть, что скрывать.

— У меня семейная тайна, — он переводил взгляд на каждого по очереди, словно решаясь, стоит ли бросаться со скалы в пропасть.

— Здесь у каждого проблемы в семье. Ее вот собираются отдать замуж, если училище закроется. Мне братья обещали переломать ноги, если снова вернусь домой. Так что у тебя? — Максимилиан своей открытостью преломил шкалу недоверия.

— Пропавшая девушка Клавдия приходится мне сестрой по отцу. Эту тайну мы храним много лет. Она из простого сословия, да и отношения у нас так себе. Но отец просил найти девушку, ведь она мне все же сестра, — он словно оправдывался за ошибку молодости родителя.

— Так почему ты пришел к Оболенскому, а не рассказал мне изначально? — Вожак осознал, что старый друг его предал.

— Тебя сегодня все равно домой заберут, я слышал, как ты ругался с отцом. А Псих победил меня дважды, да и ножи метает не глядя. Хотел попросить вместе сходить в лес, одному немного страшновато, — доводы были железными, с чем не поспоришь.

— Вот и я о чем, чтобы найти твою сестру, нам надо как можно скорее отправляться на поиски, — Трубецкой аж вскочил, желая выдвинуться немедля. И только тут до меня дошло, что мне необходимо собраться. А еще осознал, что сейчас нахожусь без грима, взлохмачен, да и карие линзы одеть не успел. Но всем было абсолютно фиолетово до моей внешности, они из-за своих проблем перемены во мне даже и не заметили…

Глава 9 Крестовый поход

Прежде чем отправиться в лес, нужно хорошо экипироваться, так что вскоре ребята покинули мою холостяцкую обитель. Решили через полчаса встретиться в беседке за первым корпусом. Там никто не ходил, да и место почти не просматривалось. Решили элементарно перемахнуть через двухметровый забор, благо колючей проволоки на нем не было. Я чесал репу, понимая, что сегодня спалился окончательно, но решил придерживаться старой традиции. Наложил грим, расчесал по-дурацки волосы, вставил линзы, но вот очки оставил на столе, в лесу будут только мешать. Прихватил нож, сюрикены, зелья и, конечно, аптечку. Все это сложил в небольшой рюкзак, накинул теплую куртку. Когда подошел к беседке, то удивился. Народу, желающего отправиться в Крестовый поход, значительно прибыло. Помимо нас четверых здесь еще тусовались Петр Татищев, Александр Смирнов, Наталья Гаврилова и Елизавета Нарышкина. Все они были одеты по-походному, а значит пришли не просто проводить нас в дорогу.

— Какого черта столько народу? Что у всех проблемы с родителями? — немного расстроился, ребята на бойцов походили с трудом. Девчонки, скорее всего, вообще станут обузой.

— Псих, не кипешуй. Я, когда заглянул к Вожаку, то не смог пропустить приключение, — Драчун с утра слонялся без дела и зашел к другу, чтобы спросить, чем тот планирует сегодня заняться. Смирнов, как оказалось, попался навстречу, применив спонтанно гипноз, узнал о предстоящих планах. За это чуть не огреб, но настоял, что может в лесу пригодиться. Интересно только, каким образом? Собирается гипнотизировать хищного зверя? Тогда я ему не завидую. У девчонок все оказалось аналогично. К Лопухиной заглянула Гаврилова и просто считала мысли, потом поделилась с подругой. Обе решили помочь. Чем могут помочь в лесу менталист с иллюзионистом? Будут сообща вводить в заблуждение хищника? Хотя, если вдруг встретим ненужных людей, смогут хоть отвести взгляд, я на это надеюсь. Здесь все прирожденные шпионы, вмиг вынюхивают планы, впредь это надо учесть.

Осмотрел ребят и оружие. У Вожака с собой был нож и пистолет в кобуре, куда только смотрела охрана? У Драчуна оказалась связка метательных ножей, стащил после тренировки. Шалун прихватил увесистую палку, вместо дубины. Парень рассчитывал лишь на свой бесконтактный дар. По-моему, зря, магия, как показала практика, магия не бесконечна. Ворона прихватила только веревку, холодного оружия у нее не было, но это не точно. Кто знает, что скрывают девчонки в самых потаенных местах? Ромашка с Фиалкой вообще не успели ничем озаботиться, времени на качественные сборы у них не было. Попросил Драчуна дать каждой по метательному ножу, хоть какое-то, но оружие. В целом подготовились мы так себе, даже против косолапого мишки едва ли затащим. Но я не планировал уходить далеко, нам необходимо лишь поискать следы, поэтому решил поводить ребят по кругу, немного увеличивая радиус.

С трудом при помощи веревки затащили наверх девчонок, аккуратно спустив на землю. Наш Крестовый поход во спасение начался. Отойдя подальше в лес, пошли в обход, осматривая каждый кустик и деревце. Следы на земле увидеть и не пытались, пожухлая листва не давала такой возможности. Ветер переносил ее с места на место. Да и следопытов среди нас точно не было. Мы сначала передвигались молча, но после часа блужданий по унылому лесу, всем стало скучно.

— Псих, расскажи о своих способностях и увлечениях, ты словно шкатулка с сюрпризами, — первой пристала ко мне как банный лист Фиалка.

— Так к шкатулке необходимо подобрать нужный ключик, да и сюрпризов потом не останется, — не собирался выкладывать никому о своих умениях и навыках. Да и мысли постоянно глушил детской песенкой, напевая всю дорогу. Ни на минуту не забывал, что с нами идет та, что запросто читает мысли, надеюсь, не постоянно.

— Давайте лучше начнем с вас, девушек, чтобы понять, на что в бою сможем рассчитывать, — это я так перевел стрелки. Полагаться на безоружных девушек, особенно в бою, будет лишь конченый идиот. — Расскажите нам о своей магии.

Первой решила рассказать о себе Фиалка, понимая, что каждую возможность нужно использовать.

— У меня дар иллюзий, но пока слабенький. Могу воссоздать любой неживой объект небольшого размера. Даже смогу придать ему некоторое движение, к примеру, цветок, качающийся на ветру, или лист, падающий с дерева, огонь, разгорающийся в костре. Звуковой эффект пока удается с трудом. Мне нужно долго наблюдать, медитируя, чтобы в точности произвести объект. Живые существа и люди требуют слишком повышенной концентрации и пока получаются размытыми и нереалистичными. Движения, требующие скорости, ходьба или бег пока не выходят. Дар могу применять не более пяти минут, но тогда, когда сама не двигаюсь. Откат около двадцати минут.

— Круто, но небезопасно, — похвалил Вожак Лизу, которая смутилась от похвалы.

— Если наткнемся на крупного зверя, то воссоздай огонь перед ним, а еще лучше взрыв, а потом беги, что есть мочи к училищу. Ждать никого и не думай, мы отвлечем с парнями тварь на себя. Но несколько секунд дадут нам фору, чтобы подготовиться, — произвел инструктаж в чрезвычайной ситуации. Хотя понимал, что навряд ли на нас кто-нибудь нападет, лес сейчас кишит поисковыми отрядами. Да и мы ходили кругами, не сильно отдаляясь от родных пенатов. Следов, как и предполагал, обнаружить не удалось, вот только возвращаться никто не планировал.

— Я считываю все ваши мысли, которые окрашены сильными переживаниями, — следующей начала Ромашка рассказывать о даре менталиста, — так что не удивляйтесь, что в курсе всех ваших тайн и секретов. Хочу попросить, думайте при мне потише, это сильно утомляет. Только Псих давно каким-то образом блокирует свои мысли, подсовывая мне всякую хрень. Поначалу думала, что он идиот, непонятно что забывший в нашем училище, только потом поняла, хитрый гад. Дар работает не все время около пяти минут, потом десять могу побыть в тишине, затем включается снова непроизвольно. Я его, если что, не контролирую. До сих пор удивляюсь, как у меня еще не поехала крыша, — Наталья Гаврилова закатила глаза, показывая, что дар менталиста — это сплошное проклятье. Правда, ей сочувствовать никто не стал, все были в шоке от только что услышанного. Она могла всех держать за яйца, но этого, в силу благородства, не делала. Страшный в будущем человек, которого обязательно заберут во внутренние структуры для ведения допросов, либо пристроят к важному лицу, дабы знать всё о его планах. Незавидная судьба у девушки.

— Псих, вот только жалеть меня не надо, я знала, на что иду. Завидую тебе из-за отсутствия дара, ты можешь в будущем стать свободным, в отличие от всех нас, — каким-то образом Ромашка раскусила мои намерения, а может, и прочла, когда я отвлекся и не заметил девушки.

— Я понял, что ты неплохо считываешь мысли, а вот внушать намерения не пробовала? — это был важный вопрос, который мог пригодиться в будущем.

— Самые примитивные пока. Можно сказать, завязанные на естественные потребности или инстинкты. Большие сложные структуры, идущие вразрез с желаниями субъекта, рассыпаются, как карточные домики, — она тяжело вздохнула.

— Хорошо, когда увидишь зверя или опасного человека, вызови у него базовый страх, внуши ему убраться подальше, — хоть какая-то польза будет от девушки, — потом вали вместе с Фиалкой и Вороной ко всем чертям, чтобы духу вашего не было.

Лопухина обиженно на меня посмотрела, ей не нравилось новое прозвище, но изменить его не могла, ибо заслужила.

— У меня магия проклятий, это обширная зона для применений, но я ее пока мало освоила, — следующей начала говорить Верка, прозванная Вороной, которая могла накаркать все что угодно, но при девушке благородной такое говорить просто нельзя. Услышал, как Ромашка еле сдержала смешок, значит ее дар находится в активной фазе. Перестал выстраивать ассоциации в голове.

— Могу проклясть на различные неприятные болезни, понос, несварение, рвоту, сыпь, угри, геморрой, слепоту, тремор рук и конечностей. В общем, если хорошо представляю недуг и понимаю, что этому может способствовать. Могу наслать икоту, неудачу, желание суицида. Наложить приворот или остуду, только как оказалось, не на всех, — она красноречиво посмотрела в мою сторону, отчего просто пожал плечами.

— Вер, вот все болезни, которые назвала, можно было испытать на себе. Но неужели тебя геморрой беспокоит? — у Фантазера Смирнова серьезно разыгралось воображение.

— Нет, конечно, но я специально изучала симптомы и описанные ощущения. Мне нужно было это для одного дела, говорить не буду для какого, — Лопухина покраснела отвернувшись.

— Я бы тоже на твоем месте будущему женишку подложила такую свинью, — поддержала ее Ромашка, считав мысли. Еще раз подумал, что жениться на Лопухиной было бы крайне нежелательно, вдруг в семейной жизни поссоримся, чего только в супружеских парах не происходит.

— Хватит читать мои мысли! Старый хрыч этого вполне заслуживает, — это Верка специально произнесла для меня, чтобы не передумал, если вдруг соглашусь на брак.

— А смертельное проклятие можешь наложить или только пока временные? — есть такая тенденция, что сила проклятья, даже если его не снимать, постепенно проходит.

— Нет, не могу, для этого необходимо сильно ненавидеть человека, чтобы проклятие захотело его убить. Но и этот процесс слишком медленный. Я читала, организм будет сильно сопротивляться разрушению, — она развела руками, показывая, чтобы особой пользы в лесу от нее не ждали.

— Хорошо, тогда кастуй слепоту, это даст нам шанс всем свалить, — нашел полезное применение ее дару.

— Хочу еще раз извиниться за использование гипноза, он у меня иногда бывает неконтролируемый, — продолжил Фантазер, виновато посмотрев на парней. — Сегодня столкнулся с ребятами, обратив внимание на то, что они слишком тепло одеты. Пристально стал оценивать, непроизвольно включился гипноз. Потом лишь спросил, куда собрались? Парни мне честно ответили, — у нас, что не член команды, все страшные люди. На раз раскалывают всех подряд, так что лучше не играть со Смирновым в гляделки, а то сам не пойму, как все секреты открою.

— Держать человека под гипнозом могу сколько угодно, если уж он подвергнется моему влиянию. Вот только неприятным сюрпризом оказался наш Псих, сумевший сбросить с себя гипнотическое воздействие. Мне даже на миг показалось, что это он меня загипнотизировал, — не ему одному показалось, учитель тоже это заметил. Но как такое вообще могло произойти, до сих пор оставалось загадкой.

— Ты работаешь только с людьми, с животными не пробовал? — спросил на всякий случай, зная, что удавы гипнотизируют своих жертв и заглатывают их живьем без какого-либо сопротивления.

— Пробовал, но получается так себе, они слабо удерживают воздействие. Кошки и собаки могут оцепенеть, но лишь на минуту, не больше. Мозг у них для длительного воздействия не предназначен, быстро переутомляется и перезапускает мозговую деятельность по новой, — это было любопытно, правда в бою от навыка будет мало толку. Для гипноза нужен длительный зрительный контакт, только зверь, несясь во весь опор, не позволит этого сделать.

— Не нужно геройствовать. На человеке можешь применить, если тот не будет в тебя целиться, а захочет поговорить, — мало ли на кого мы можем наткнуться, люди иногда пострашнее диких зверей в лесу.

— Про меня вы все в курсе, я могу отключать боль и бить совершенно не сдерживаясь. Вот только часто сам себя раню, наношу переломы и растяжения. Учусь соизмерять удар, чтобы не порвать связки, — сделал руками несколько импровизированных ударов Драчун. — Знали бы, сколько я лежал в разных больницах, мои кости совсем не предназначены для серьезного боя. Мне бы влить в скелет адамантий, как у Росомахи в известном фильме, тогда мне никто был бы не страшен, — размечтался о несбыточном Петр Татищев.

— Твоя задача — рассчитать силу удара, бей только в уязвимые мягкие места и избегай костей черепа, — дал совет парню на всякий случай, — но лучше нам не вступать в открытый бой. Мы должны успеть поразить цель на расстоянии.

— У меня дар бесконтактного боя, но только первый удар может опрокинуть противника. И то не на каждом срабатывает, — это был снова камень в мой огород, пора уже строить каменную ограду. — Считаю свой дар бесполезным, он лишь может слегка предотвратить поединок, которого все равно избежать не получится.

— Это тоже может помочь. Дай сначала нам применить холодное и огнестрельное оружие на расстоянии, лишь потом, если зверь не сдохнет, отбрось его как можно дальше. Это даст фору убежать девчонкам, — зачем я так детально прорабатывал план боя со зверем, сам не понимал. Возможно, во мне что-то проснулось от командира, в роду Оболенских много было военных.

— Твой дар все равно намного круче моего, — сравнил способности Трубецкой. — Оказывается, магия боевого предвидения не такая убер плюшка, как казалась поначалу. За последние два дня в своем даре сильно разочаровался. Постараюсь больше доверять инстинктам, чем магии, — он сделал верные выводы, которые в будущем могут спасти ему жизнь. В его разочаровании была и доля моей вины, но лучше сразу показать все минусы, а плюсы от дара и так будут.

— Дам совет, не спеши сразу вступать в бой, пусть первый шаг сделает твой противник. Так ты увидишь вероятный план соперника, хорошо, если он не догадается о способности, тогда ты будешь на шаг впереди, — Вожак принял совет, широко улыбнувшись, посмотрев вопросительно на меня. Остальные тоже обернулись в мою сторону.

— Что вы хотите услышать? — догадался, почему все молчат. Ждут, когда я начну делиться способностями. — Дара у меня нет, но это не точно. Иногда он может никак себя не проявлять, пока не сложатся определенные обстоятельства. Чем я владею профессионально? Самооборона, карате, самбо, тейквандо, неплохо дерусь на мечах, метаю ножи и сюрикены, вы вчера это видели, могу даже с закрытыми глазами. Еще неплохо стреляю из пистолета ТТ и Макарова, могу приложить с АШ-12 и ПП-2000. Есть навыки стрельбы и с АСВК, снайперской винтовки.

— И где ты этому обучился, ведь оружие давно в свободном доступе под запретом? — Трубецкой аж слюной не поперхнулся от зависти.

— В закрытом тире, — не стал говорить, что этот тир находится у нас в подвале дома, специально оборудованный отцом для снятия стресса.

Вот теперь у парней отвисли челюсти, а у девчонок расширились глаза, как у кукол. Они посмотрели на меня, словно на супермена.

— Так и думал, что ты нарочно недавно подставился, дабы просто свалить с тренировки, — раскусил мой маневр Шалун, когда позволил ему зарядить в челюсть. Просто кивнул. — А я еще думал, почему не могу тебя завалить, ведь двигался, как совсем новичок. Теперь мне понятно, а то два дня не находил себе места, очень стыдно было тебе проиграть. Хотел уже подловить толпой и навалять в подворотне.

— Тогда бы одними ушибами не отделались, умею бить наверняка, ломая кости, как щепки, — надо сразу сбить спесь с парней, дабы даже не думали подло нападать. Слава богу, что уже не надо им доказывать, что я слабый, но бить меня не стоит. Роль ботана давалась мне очень трудно, зато вырабатывала выдержку и терпение. Сейчас ситуация в корне изменилась, надо решать серьезную проблему, поэтому игры в недоразвитого дегенерата можно отставить. Понимал, что пропавшую девушку уже не найдем, нужно помочь ребятам разобраться с родителями. Но кажется, мы своим трепом в пустом лесу привлекли к себе ненужное внимание. Сквозь деревья послышалось глухое рычание. Мы встали как вкопанные. Вот сейчас нам предстояло отработать все свои магические навыки, дабы сохранить собственные жизни…

Глава 10 Поединок со зверем

За кустами послышалось утробное голодное рычание. Мы все обратились вслух, еще не веря, что нарвались на зверя. Сквозь голые ветки сверкнули глаза. Это был не обычный зверь, а мутированный. Он нас не боялся, перемахнув легко через преграду, остановившийся в двадцати метрах. Измененный волк был черного цвета, в два раза крупнее, с ощетинившейся шерстью на холке. Из пасти капала на землю слюна. Противник был для нас весьма серьезен и опасен, я испугался за ребят. Лишь бы никто не рванул раньше времени, тогда мы не успеем его остановить. Краем глаза следил за обстановкой в отряде, ребята стояли в шоке от увиденного. В этот момент перед зверем возникла иллюзия, вспыхнул яркий огонь и раздался звук взрыва. «Молодец Фиалка, усвоила урок», — вот только зверь, мотнув головой, на шаг отступил, продолжая рычать. Я медленно стал вытаскивать сюрикены. Они намного эффективнее ножей для метания, так как могут разить, рассекая плоть, при любом попадании.

Спустя двадцать секунд, события начали разворачиваться слишком стремительно. Прогремел выстрел, Вожак выстрелил, но задел лишь по касательной отпрыгнувшего в сторону зверя. Пару ножей упали в траву, Драчун промахнулся. Волк снова замотал головой, его ослепила Ворона, и заскулил от страха, когда ментально приложила Ромашка. Вот только он не ушел, пытался сгруппироваться, словно перед прыжком. Я запустил сюрикены, вонзившиеся в шкуру монстра, отчего тот вновь заскулил. Мощным ударом его отбросило в сторону, прогремел второй выстрел, угодив в молоко. Зверя смело сквозь кусты, поэтому Вожак снова промазал. Не налажено у нас групповое взаимодействие, лишь мешаем друг другу добивать противника.

— Всем отступить, а девчонкам бежать что есть мочи, — прокричал, понимая, что только разозлили опасного зверя. Девчонки рванули, а я достал следом ножи. Мутированный волк вернулся, пять сюрикенов застряли в шкуре, не сильно ему навредив. Смирнов пытался загипнотизировать зверя, но дар, кажется, не сработал.

— Беги, — отдал не так просто этот приказ. Нужно было, чтобы волк рванул за Фантазером, открывшись нам сбоку. Саня побежал что есть мочи. Зверь клюнул, помчавшись за ним. В этот момент метнул ножи с двух рук, пробив шкуру, чем лишь замедлил зверя. Вожак выстрелил в третий раз, наконец-то попав в мягкие ткани. Волк заскулил, но продолжил бежать. Рванул наперерез, вслед за ними, доставая армейский нож. Зверь уже настигал убегавшего парня, ведь в скорости человек не может сравниться с животным. Стрелять сейчас было бессмысленно, можно парня задеть. Краем уха услышал, как Максимилиан выругался, опустив пистолет. Я несся за хвостатым, аки лось, продираясь сквозь кусты, перепрыгивая препятствия. Лишь бы успеть. Зверю оставалось всего ничего, чтобы парня догнать, а мне еще меньше. Волк замедлялся, раны давали знать о себе. Его хвост мелькал прямо передо мной. Жутко испугался, что остановить, не успею, но все же догнал. Со всей силы рванул на себя, вцепившись в пушистый хвост. Его пасть клацнула прямо перед моим носом. Волк развернулся, пытаясь меня достать. Ударом ножа снизу пропорол горло, откатываясь в сторону по камням. Зверь захрипел, и мертвым кулем свалился, обагрив кровью рассохшуюся серую землю. Подошел вплотную, перевернув ногой тушу, вытаскивая ножи и сюрикены из шкуры поверженного врага. И лишь потом понял, что здесь что-то не так…

Смирнов продолжал бежать, не в силах оглянуться, пока не обогнал девушек. Только потом остановился, едва не выплевывая легкие, сердце готово было выскочить из груди.

— А где монстр? — Фантазер не обнаружил преследователя, обращаясь скорее к себе, чем к обескураженным девушкам.

— Видно, его ребята убили, давайте посмотрим, — предложила остановившаяся Ворона.

— Или нет, если он напал на парней, — с ужасом произнесла Ромашка, не веря, что опасность уже миновала.

— Что будем делать? Продолжим бежать? — согнувшись пополам от рези в боку, спросила Фиалка. — Я сейчас сдохну.

— Зверь может вернуться, надо убираться из леса, — Ромашка не верила, что такую зверюгу удалось победить.

— Больше нет выстрелов, значит, все обошлось, — прислушиваясь к тишине, тяжело дыша, сделала выводы Ворона.

— Давайте здесь подождем, ребята найдут нас, — опустилась на колени Фиалка, не в силах унять дрожащее тело от страха. Девчонки продолжили озираться по сторонам, еще не веря в удачу.

Максимилиан видел, как Псих рванул через кусты за скрывшимся волком. Он секунду раздумывал, глядя на пистолет в руке, грязно выругавшись. Потом припустил вслед за парнем, вдруг сможет ему чем-то помочь. За ним рванули остальные, хотя остались без магии и оружия, вооруженные на двоих одной лишь дубинкой. Ножи затерялись где-то в опавшей листве. В какой-то момент Трубецкой на мгновенье увидел спину Оболенского, мелькнувшую сквозь деревья, но потом тот исчез. Парни продолжили бежать, но поняли, что не успевают помочь. Псих был слишком быстрым и ушел далеко. Они с каждой минутой бега все замедлялись, прислушиваясь к звенящей в лесу тишине. Ни звуков боя, ни рычание зверя больше не было слышно. Но парни продолжили бег, озираясь по сторонам.

— Оболенский, ты где? Мы тебя потеряли, — прокричал во все горло Вожак, чувствуя нарастающую панику в груди. По всем подсчетам зверь уже должен был настигнуть Фантазера, ему с его физ. подготовкой было не убежать. Да и зверь мог сто раз издохнуть от попадания в брюхо свинца. Максимилиан был абсолютно уверен, он не промахнулся в последний раз. Вот только никого вокруг не было, парни перешли на быстрый шаг в сильном смятении. Неожиданно им навстречу вышли девушки и невредимый Смирнов, с удивлением взирающий на парней.

— А где страшный монстр? — второй раз задал этот вопрос Александр.

— Мы бежали за волком и Психом, но оба пропали. Значит, монстр тебя не догнал? — то ли с огорчением, то ли сожалением произнес Вожак.

— Как это пропали? Может, они свернули в сторону? — Ворона взмахнула руками, аки крыльями, решив, наверное, взлететь, дабы увидеть окрестности сверху.

— Может и свернули, если раненый зверь решил прекратить преследование, — это было самое разумное предположение.

— Тогда надо вернуться и отыскать парня, он может быть ранен, — Фиалка, только что умиравшая от бега, живо вскочила на ноги.

— Или растерзан хищником, — добавила Ромашка, отчего у всех по спине пробежали мурашки.

— Вы оставайтесь на месте, а мы с парнями прочешем округу. Волчара ранен, но мог уцелеть. У меня еще остались патроны, так что добьем и постараемся найти Оболенского, — Максимилиан хотел добавить живого или мертвого, но вовремя прикусил язык, не став нагнетать еще атмосферы.

— Мы пойдем с вами, так будет безопаснее, если что поможем оказать первую помощь, — девчонки ни в какую не желали покидать ребят. Оставаться в лесу практически безоружными или идти с парнем с пистолетом, выбор был весьма очевиден. Группа ребят продолжила искать человека и зверя, расширяя постепенно зону поиска…

Отряд преподавателей с самого утра начал поиски пропавшей девушки. Аномальная зона начиналась лишь в девяти километрах от училища. Учителя здраво решили, что ограничатся лишь близлежащей территорией, а в саму зону отчуждения пусть отправляются исследователи, отправленные императором. Задача была найти хоть какие-то следы девушки или ее хладный труп, растерзанный хищным зверем. Растянувшись цепочкой и держа оружие наготове, бывшие военные профессионально прочесывали территорию вот уже несколько часов. Ничего подозрительного замечено не было. В какой-то момент раздался выстрел со стороны училища, распространившийся эхом в оголившемся от листьев лесу. Отряд замер, прислушиваясь. Потом раздался еще один, и сомненья пропали, кто-то сейчас стрелял. Не сговариваясь, мужики бросились на звук выстрела. Через пару минут прогремел третий, и все надолго затихло.

— Черт, кто это может быть? Браконьеры? Или отряд спасателей? — задал вопрос тренер Олег Владимирович, бегущий рядом с начальником училища.

— Да хрен его знает, лишь бы не ученики, собравшиеся на поиски, а то родители мне шею свернут, — с ужасом Конев осознал, что такая вероятность не была исключением. Они ускорили бег, тревожась еще сильнее. Минут через десять преподаватели достигли места, откуда раздавались выстрелы, и вновь рассредоточились по местности, перейдя на ускоренный шаг.

— Нашел знакомое оружие, — обнаружил один из мужчин потерянные метательные ножи в листве. Все собрались вокруг него, с ужасом узнавая учебный реквизит.

— Откуда у учеников тогда пистолет? — сомнений не осталось, с кем тут недавно произошло сражение. Сломанные ветки кустов, сквозь которые пролетело тело, капли крови и сами ножи, не достигшие цели.

— С каким же зверем они тут столкнулись? — заметил множество следов на земле опытный охотник Петрович. — Ребята помчались всей толпой в эту сторону, — указал учитель рукой. — Осторожнее, не выстрелите в учеников.

Спустя несколько минут обе группы встретились, обескураженно смотря друг на друга.

— Кто вам разрешил покинуть стены училища? Что произошло, и кто стрелял? — начальник Конев смотрел на группу первокурсников, зачем-то потащившихся в лес. Все ребята молчали, осознавая вину, явно пережив что-то страшное.

— Трубецкой, зачем вы здесь? — более спокойно задал вопрос Петрович, понимая, что ребята находятся в большом шоке. — Что произошло, никто не ранен?

У девушек глаза были на мокром месте, и это пугало собравшихся учителей. От плохого предчувствия у начальника засосало под ложечкой.

— Кто погиб? — набравшись мужества, хриплым голосом задал вопрос учитель магии Самуэль Гаврилович.

— Оболенский, — начав рыдать в голос, произнесла Гаврилова. Она уже не верила, что парень выжил. В ее голове монстр утащил однокурсника и уже сожрал где-то в чаще.

— А где его тело? — могильным голосом поинтересовался начальник. — Вы видели, кто напал на вас?

— Ддаа, огромный черный зверь с красными гглазами, похожий на ввволка, — Смирнов начал заикаться в присутствии всех учителей, предчувствуя серьезное наказание. Волка он уже боялся не так, как отчисления в скором времени.

— Как все произошло, расскажите подробно и кратко, — тренер Олег Владимирович надеялся, что парня еще можно найти и возможно спасти.

Максимилиан не стал вдаваться в подробности мотивации группы отправиться на поиски пропавшей ученицы. Лишь описал момент встречи и показал пистолет, из которого ранил зверя с третьей попытки.

— Видел, как пять сюрикенов Оболенского попали в волчару. Как отшвырнул Ефимовский монстра в кусты, как применили магию девушки. Потом зверь рванул за Смирновым, а Леонид пытался его догнать. Дальше оба пропали, а Смирнов смог убежать и нашел девчонок. Ни волка, ни тела найти не получилось, хоть мы обыскали уже всю округу, — сумбурно, но по существу отрапортовал Трубецкой.

— Тааак, давайте пойдем по следу, держитесь позади меня, — Петрович направился в сторону погони, внимательно осматривая землю. Через триста метров остановился, внимательно изучая следы. Потом обошел все по периметру, качая головой.

— Дело плохо, раненый монстр пропал вместе с Оболенским прямо с этого места, дальше они никуда не ушли. Крови больше в округе нет. Это второй случай за три дня, ситуация обострилась, — сделал неутешительные выводы Петрович, не став больше скрывать сложившуюся ситуацию.

— А куда они делись? — задала вопрос Елизавета, не желая верить в происходящее.

— Да кто его знает? Люди давно пропадают в зонах отчуждения, словно проваливаются в иное измерение. Вот только такая зона в девяти километрах отсюда и не должна была действовать так близко. Надо будет поставить в известность императора о втором случае исчезновения, — начальник больше не надеялся, что девушку получится отыскать, раз неподалеку пропал еще парень практически на глазах у ребят.

— И что будет с училищем, его закроют, а нас отправят домой? — с ужасом смотрела Лопухина на начальника.

— Скорее всего, рисковать жизнями учеников больше не имеет смысла, — озвучил он самый вероятный исход развития ситуации. В полной тишине учителя сопроводили оставшихся ребят назад в училище.

— Можно, мы посидим в комнате Оболенского, вдруг парень ночью появится? — попросила Лопухина ключ у коменданта. Тот уже был в курсе, что парень пропал. На самом деле ребятам не хотелось расходиться, оставаясь наедине со своими мыслями. Да и родители оборвали телефоны, стараясь забрать своих чад по домам. На сообщения все ответили, но сообща решили, что этой ночью они никуда не уедут.

Всемером кое-как расположились в небольшой комнате пропавшего сокурсника, заперев за собой дверь.

— Все, мне хана, дома ждет жесткий террор, — признался Максимилиан в проблеме с братьями. — Может кто-нибудь приютить на время, пока училище вновь не откроют?

— А меня в течение месяца отдадут замуж. Моя жизнь вообще полетит под откос, — призналась Вера в семейной проблеме. — А я так рассчитывала на Оболенского, мог бы выручить девушку в непростой ситуации.

— И как мне теперь посмотреть в глаза отцу, я так и не смог найти Клавдию, — тяжело вздохнул Сергей, не став остальным говорить, что та приходится ему сестрой. — Надеялся, что Псих сможет справиться с любой задачей.

— С чего ты взял? Вероятно, со зверем бы и совладал, но не с зоной отчуждения, — не согласился Петр, — наверное, нам и вправду всем завтра стоит убраться? Я не хочу также бесследно пропасть.

— Я, конечно, благодарен Оболенскому, что не дал зверю меня сожрать. Вот только теперь учеба точно накроется медным тазом. А у меня род небогатый, можно сказать, разорившийся. Вся надежда была у семьи на меня и на мой дар, — Смирнов украдкой смахнув слезу, отвернулся к окну.

— Какого хрена вы сейчас думаете только о себе и своих проблемах? Представьте, каково Леониду и Клавдии, ведь они сейчас в ином мире, без друзей и родственников, без возможности вернуться назад, — Елизавета поразилась до глубины души циничным высказываниям однокурсников.

— Вы все махровые эгоисты, словно у вас случилось, не бог весь что. Морду начистят братья, так дай отпор хотя бы раз, как смог это сделать Псих. Дерись не на жизнь, а насмерть. Бедняжку замуж отдают за взрослого, женатого мужика. Так сделай так, чтобы у него между ног за месяц отсохло, он сам передумает брать ведьму в жены. Отцу еще один посмотреть в глаза не может, боишься отца? А вот сестру даже не жалко, а каково ей, бедняжке? Еще один трус, который решил сбежать от проблем. Так и по жизни станешь бегать от любых трудностей. И напоследок нашелся нищий, опора семьи. Словно ты без училища останешься пустым местом. Псих жизнь за тебя отдал, поэтому должен ему доказать, что достоин такой жертвы, — Фиалка разошлась не на шутку, не понимая, почему ребята жалеют себя.

— Лиза, ты не права, ребята это говорят, потому что злятся на себя и на Леню. Каждый в этой комнате испытывает глубокое чувство вины перед ним. Но, чтобы не выглядеть глупо, пытаются прикрыться проблемами, из-за которых уговорили парня отправиться в лес, — Наталья Гаврилова прочла мысли собравшихся здесь и увидела суть. — Нам всем его будет не хватать, хотя мы его не любили. Оболенский показал себя настоящим лидером и храбрым парнем. Жаль, что мы раньше не смогли его оценить, теперь об этом будем долго жалеть. Давайте выпьем за него, чтобы смог выжить в ином мире, и, возможно, вернуться.

На столе стояла бутылка спиртного, которую она прихватила с собой. Это была заначка из дома на случай, если что-то серьезное произойдет. Сегодня оказался тот самый случай, когда всем необходимо снять стресс от пережитого ужаса. Гаврилова стала наливать крепкий алкоголь в единственный стакан, передавая по кругу, чтобы каждый мог искренне высказаться, не держа груз на сердце. После закончившейся бутылки, ребята обшарили комнату парня, найдя несколько баночек пива. В ход пошли и они. Постепенно настроение поднималось. Встал серьезный вопрос, где еще взять алкоголь. За окном наступила ночь, но никто и не думал расходиться. Нашли чемодан под кроватью с шифром и попробовали подобрать к нему код. Никто не знал дня рождения парня и, как оказалось, вообще ничего не знали о нем. По крохам информации стали собирать картину жизни Оболенского, но пробелов оказалось больше. Он по-прежнему оставался загадкой. Девчонки сбегали в корпус и принесли еще алкоголь. Дамы оказались намного запасливее парней. Вечер памяти только начал набирать обороты. Языки развязались у всех, стеснение и стыд исчезли без следа. Все оказались в одной лодке произошедших событий, медленно идущей ко дну… ________________________________________ Когда загадываешь желание вслух, посмотри, нет ли рядом с тобой джинна. Рекомендую мой новый цикл о джинне - неудачнике. Юмор. https://author.today/work/533674

Глава 11 Возвращение

Поминальный вечер продолжался в тесной комнате, где ребята расположились на каждом свободном кусочке пространства, передавая один стакан на всех с алкоголем.

— А вот чтобы вы сделали, если бы Оболенский вернулся? — неожиданно задала вопрос захмелевшая Лиза. — Я бы сразу же позвала его на свидание.

— Стоп, он занят, Леня должен на мне жениться. Сегодня утром видела его в трусах и чуть не описалась от одного вида. У него очень красивые, как море глаза, а остальное вы могли оценить в бассейне, — заплетающимся языком Вера продолжила вслух мечтать.

— Не думаю, что он захочет жениться, особенно на потомственной ведьме. Я с трудом, но прочла его мысли. Хочу узнать поближе этого парня, найти общие точки соприкосновения. Он очееень крепкий орешек, — закатила глаза менталист, томно вздыхая.

— Я бы снова попробовал загипнотизировать и выведал все его тайны, — ребята с удивлением посмотрели на Саню Смирнова, — когда пойму, что скрывает, то смогу стать ему лучшим другом.

— Мне он понравился, как соперник, — перехватил эстафету Максимилиан Трубецкой, — отточил бы свой дар предвиденья, ведь парень слишком непредсказуем в бою.

— Я бы подтянул навыки самообороны, взял бы реванш. Обязательно при помощи дара смог бы его уложить на обе лопатки, — Сергей Ефимовский спал и видел, как он берет вверх над спарринг — партнером.

— А я бы хотел с ним напиться. Ну и поинтересовался, в чем его секрет, что он пользуется успехом у девчонок. А то выглядит так себе, а вы только о нем и треплетесь весь вечер, — Петр Татищев укоризненно посмотрел на сокурсниц. Он искренне их не понимал, и это его расстраивало.

В этот момент, когда все остальные ученики давно спали, в замке со скрипом провернулся ключ. Ребята замерли, уставившись на медленно открывающуюся дверь. На пороге стоял живой Оболенский. В комнате воцарилось гробовое молчание…

— А что вы тут у меня забыли? — осмотрел разбросанные повсюду пустые бутылки и удивленные лица всех тех, кого оставил в лесу.

— Псих, ты случайно, не призрак? — первым попытался до меня дотянуться Максимилиан.

— Вроде нет, зачем вы пришли в мою комнату? — совсем нельзя оставить вещи без присмотра, все лежало не на своих местах.

— Как ты ввернулся назад? Ведь начальник ссказал, что ты ппропал в зоне отчуждения, — снова от волнения заикаясь, задал вопрос Смирнов.

— Нет, я побежал догонять сбежавшего монстра, потом смог убить, оставив в лесу. А еще нашел Клавдию, она сейчас у себя, — ребята по-прежнему смотрели на меня с недоверием, словно мертвец вернулся с того света. — А вы, случайно, не поминали меня?

Кажется, попал в точку, слишком многие опустили глаза. А я не знал, как всех выпроводить восвояси, сильно устал и хотелось поспать. В какой-то момент до каждого, наконец-то, дошло, что с их однокурсником ничего не случилось. Они подскочили разом, пытаясь меня обнять. Вот такого панибратства я вообще не люблю. Но меня спросить об этом забыли. Я начал отступать в коридор. А ребята, словно пьяные зомби, выползали вслед за мной, тянусь ко мне своими руками. Оказался словно в низкобюджетном триллере «Пьяные зомби». Всё же взяли меня числом, обвешавшись со всех сторон, как гирлянды на елке. Я молча ждал, когда у них эйфория пройдет. Парни хлопали меня по спине, словно мы были закадычными друзьями. Девушки пытались поцеловать, размазывая остатки туши по раскрасневшимся щечкам. Я уворачивался и терпел. Знал бы о такой подставе, остался бы ночевать в лесу, разведя костер. Но вскоре всплеск бурных эмоций сошел на нет, и все стали расходиться в свои комнаты. Последним задержался Серега, поблагодаривший еще раз за сестру и в третий раз переспросил, все ли с ней в порядке и не нужна ли его помощь. Я его заверил, что девушка невредима, отправил с бодуна отсыпаться.

В комнате царил хаос и погром, а еще сильно воняло спиртным. Пришлось убираться за однокурсниками и проветривать комнату, впустив свежего воздуха. Когда немного проветрилось, принял душ и завалился на боковую. Надеюсь, что с возвращением меня и Клавдии училище продолжит работать в штатном режиме, так что все проблемы учеников удалось решить своевременно. Постарался больше ни о чем не думать, день выдался трудным, я быстро заснул…

В кабинете императора Алексея Николаевича шло экстренное собрание по поводу пропажи уже двух учеников. На его стол легли отчеты исследователей, вернувшихся из зоны отчуждения. Здесь не было ничего нового, зона оставалась в прежних размерах, расширения не произошло. Тогда становилось вообще непонятным, куда подевались ребята. Предположения выдвигались одно фантастичнее другого. Поэтому император торопиться с выводами не стал. Работу училища приостанавливать тоже пока не имело смысла. Завтра нужные специалисты выдвинутся на секретную учебную базу и скрыто проведут расследование в училище. Поспрашивают учеников, установят близкие связи с пропавшими и доложат ему о проблеме. Может, в училище завелся маньяк, который убивает ребят, а может, они сами решили сбежать в силу каких-либо проблем с однокурсниками. Всякое может быть, надо все досконально проверить. Экстренное собрание пришлось свернуть до выяснения новых обстоятельств дела…

С утра училище продолжило работать в штатном режиме. Первым уроком стояло развитие магии, на которое чуть было не опоздал. Завтрак проспал, так как вернулся сравнительно поздно, да еще и убираться пришлось. Вернул себе прежний вид очкастого ботана и вприпрыжку добрался до закрытого полигона. Как ни в чем не бывало прошел к собравшимся ребятам, ждавшим учителя. Он тоже не спешил прийти на урок. Вероятно, до ночи обсуждали с начальством новое положение дел в связи с пропажей учеников. Моих ночных гостей по-прежнему не было, видно им нелегко с бодуна. Похмелье — дело нелегкое. Остальные сокурсники были не в курсе нашего Крестового похода, поэтому смотрели на меня по-прежнему с пренебрежением.

— Чем сегодня будешь нас удивлять? Или просто посидишь в сторонке на лавочке? Ты ничего не сможешь сделать против меня, но я бы хотел с тобой выйти на магический спарринг, — это ко мне обратился Бухгалтер, у которого я якобы занял денег. Мишка Абрамович был наполовину евреем и слыл страшным занудой, душнилой, от которого хотелось уснуть. И дар у него был аналогичный, нет, несвязанный с материализацией денег, о котором мечтал. Он был Морфеем, повелителем сна, так он себя пафосно называл. И точил на меня зуб, что дал ему не то прозвище, какое хотел. Хотя деньги он тоже любил считать, особенно не свои. Проворачивал в училище мелкие финансовые сделки и махинации, слыл наглым ростовщиком. Вот и придумал для меня историю, которую никто не смог бы проверить. Я знал одно правило, когда даешь позывной, оно не должно отражать специфику, дабы противник не догадался о возможностях. Поэтому придумал клички ребятам никак не связанные с их даром.

— Да не вопрос, как только учитель появится, можешь вызвать меня на арену, — сейчас мне было до всего фиолетово. Свой дар я понял и принял, и он никак не был связан с проклятиями. Поэтому не боялся больше его раскрыть. Подумаешь, усыпит, посплю еще немного до окончания урока под неусыпным наблюдением учителя. Бравировать больше не собирался, решил снова превратиться в обычного ничем не примечательного ученика.

В этот момент на полигон зашел Самуэль Гаврилович и окинул тяжелым невыспавшимся взглядом собравшихся ребят.

— Почему так мало народа, где остальные прохлаждаются? Хотят получить неуд в конце семестра? — он недовольно посмотрел на учеников, словно в отсутствии других были они виноваты. Потом его взгляд остановился на мне, и вот тут учитель проснулся, начав активно протирать очки, явно не доверяя своему зрению.

— Оболенский? Какого черта явился на урок? — ученики странно на меня посмотрели, не понимая логику своего преподавателя. — Тебя же здесь не должно быть.

— Это еще почему? Меня вроде еще не отчислили, — еле сдерживал смех, стараясь держать покерфейс.

— Ты, чертяка живой, как сумел выбраться? — Самуэль Гаврилович, аки молодой козлик живо подскочил ко мне и начал ощупывать, еще не до конца веря в происходящее.

— Я и не пропадал, просто продолжил погон…ммм…прогулку по лесу, после вернулся в общежитие, — настроение у учителя магии из хмурого в одночасье стало радостным. Словно он встретил любимого дальнего родственника, привезшего из другой страны кучу дорогих подарков. — Вернулся вчера не один, смог отыскать проп…прогулявшую занятия Клавдию.

— Мать моя женщина, да прям рождество какое случилось. Сегодня можете сами потренироваться в магии, без применения друг на друге. А мне необходимо обрад…поставить в курс дела Ивана Гелиевича, он места себе не находит. Оболенский за мной, — учитель быстро засеменил на выход с полигона. Я поплелся за ним, с сожалением глядя на Морфея, обещавшего мне сладкий сон…

Начальник Иван Гелиевич пребывал в дурном расположении духа. Его карьера, его детище — секретное училище для одаренных могло прекратить свое существование, возможно, на неопределенный срок, а возможно, и навсегда. Честно, он уже не надеялся, что после пропажи двух учеников его снова восстановят в должности начальника, скорее отправят на заслуженную пенсию. От этого сильно хотелось напиться, но скоро прибудут органы следствия, с которыми предстоит непростой разговор. Вчера выяснилась из вечернего разговора с главной целительницей одна неприятная вещь. Пропавшую три дня назад девушку Клавдию последним как раз видел Оболенский, который тоже пропал в лесу. Это могло быть простым совпадением, а могло под собой иметь основание. Что за этим могло стоять, начальник не знал. Вечером из столицы позвонили и доложили, что расширения зоны отчуждения зафиксировано не было. И это наводило на определенные мысли, которые Иван Гелиевич гнал из своей головы. В этот момент в кабинет постучали, на пороге возник учитель магии, старый приятель, с хитрой улыбкой на лице. Начальнику видеть сейчас никого не хотелось, особенно радостную физиономию мага.

— У тебя же урок, у этих, первокурсников. Их же оставлять нельзя без присмотра, вчера успели натворить делов, — раздраженно упрекнул начальник Самуэля Гавриловича.

— Так у меня сюрприз, та-дам, входи Оболенский, — старый маг, словно фокусник, материализовал одного из пропавших учеников. Из-за двери реально вышел живой и здоровый Оболенский младший. Конев немного завис, словно компьютер на перезагрузке, мозг не сразу обработал новые данные.

— Так ты не пропал в лесу? Что же произошло, почему мы тебя не нашли? — наконец-то отвис начальник училища, широко улыбаясь. От плохого настроения не осталось следа. — Рассказывай все в подробностях.

Парень спокойно, без эмоций пересказал досконально, с деталями, все вчерашнее приключение. Словно это не он сражался со страшным монстром, не он его убил, не он заплутал в лесу, когда бежал за зверем. И не он отыскал замерзшую девушку, сумевшую выжить в лесу, оставшуюся в живых только чудом. Даже документальный фильм рассказывают гораздо эмоциональнее. Такое нордическое спокойствие несвойственно обычным подросткам. Это как-то выбивалось из привычной картины мира. Точно так же, как возвращение сразу двух учеников, следов которых никто не смог обнаружить.

— Я могу пойти на занятие? — даже после пережитого шока, парень готов был снова вернуться к привычному ритму жизни.

— Может тебе сегодня лучше отдохнуть или сходить к нашей целительнице? — на всякий случай предложил начальник, не понимая поведения Оболенского. Вдруг это кажущееся спокойствие — последствие пережитого шока.

— Со мной все в абсолютном порядке, готов продолжить учебу. Разрешите идти? — начальник кивнул, разрешая удалиться. Когда за ним закрылась дверь, он тяжело откинулся на спинку стула, словно из него вытащили внутренний стержень, и теперь тело обмякло без привычной поддержки. Ну или просто свалился тяжкий груз с плеч.

— Иван, по твоему виду не скажешь, что ты рад разрешившейся трагедии, — учитель магии с упреком посмотрел на руководителя и своего старого друга.

— Рад, еще как рад. Вот только этот Оболенский меня пугает, словно он солдат, прошедший не одно сражение, или сумасшедший психопат, ко всему относящийся равнодушно. Он вообще человек? — это был риторический вопрос, но Самуэль Гаврилович все равно на него ответил.

— На психопата он непохож, но утверждать не буду. Людей сторонится, никого не подпускает в свой внутренний мир, друзей нет, но равнодушным к чужим проблемам я бы его не назвал. Он же пошел в лес, чтобы спасти девушку, рискуя собой, — встал на защиту парня учитель магии, — возможно, он социофоб, но не классический. Точно могу сказать, людей он не боится, просто не любит. Тревоги в нем не чувствую, ему все равно, что про него окружающие подумают. Идеальный, по моему мнению, шпион, не обремененный лишними социальными привязками, из-за которых многие прогорают.

— Значит, присмотрим за ним, возможно, из него и получится неплохой диверсант, попробуй раскрыть в нем дар. Погоняй столько, сколько потребуется, — начальник улыбнулся, беда чудом обошла стороной. Закрыв за другом дверь, теперь уже решил немного себе плеснуть для поднятия тонуса. Предстояло еще разгрести последствия чрезвычайного происшествия.

Первыми прибыл следственный комитет, вошедший в кабинет начальника, как к себе домой, без оповещения и стука. Они сразу же приступили к допросу, не реагируя даже на то, что неприятная ситуация завершилась и пропавшие ученики вернулись в училище. Следователи были похожи на бульдогов, которым дали отмашку фас, и не собирались сворачивать свою деятельность. Пришлось Ивану Гелиевичу долго давать показания, с трудом подавляя агрессию. Когда все формуляры были заполнены, один из комитета достал две папки с личными делами учеников и бросил их на стол перед начальником.

— Вам велено ознакомиться, но под грифом конфиденциально. Никому информацию из этих дел вы не имеете права рассказывать, — начальник знал, что такое конфиденциальность, и глядя на две разные папки, догадался, что в них не будет ничего хорошего. Он кивнул, глядя, как дверь за комитетом захлопнулась. Сейчас эти верные псы империи начнут рыть носом землю, и многое могут обнаружить. Стул под начальником снова начал раскачиваться, любой новый промах мог сильно отразиться на репутации.

Он перевел взгляд на две лежащие папки на столе. Одна была тонкой, на ней стояла фамилия Клавдии, однако знакомая, Ефимовская. У начальника задергался глаз, здесь девушка училась под иной фамилией и не была дворянского происхождения. Но переведя взгляд на пухлую папку Оболенского, он вообще сглотнул, понимая, что секреты этого могущественного рода узнавать совершенно не хочется. Но, как начальник, он нес ответственность за своих учеников и должен был знать, с кем ему предстоит иметь дело. Начал он с нижнего семейного белья девушки, догадавшись, что она внебрачная дочь графа Ефимовского. А ее получается брат учится в одной группе с Оболенским. Клубок связей ребят начинал запутываться, сейчас уже все казалось непростым совпадением. Изучив тонкую папку, отложил ее в сторону. Все было банально, интрига молодости. Пододвинул пухлую папку, открыв, стал читать. И чем дальше он погружался, тем сильнее Коневу все не нравилось. Оболенский с самого детства был темной лошадкой, выросшим без матери под гнетом властного отца и сменявшихся, как перчатки, мачех. Много странных инцидентов происходило с самого детства вокруг Оболенского, словно он притягивал к себе неприятности. Случались и пропажи парня, видно, пытался сбежать от отца, и попытки суицида, и даже лечение в психиатрической больнице. Вот только диагноз парня стоял под вопросом, сам профессор психиатрии сомневался в определении. То ли социофоб, с признаками социопата. То ли социопат, с признаками ПТСР (Посттравматическое стрессовое расстройство). Его клали в лечебницу для душевно больных целых три раза. И каждый раз пациент вел себя иначе, словно менялась его личность и сама болезнь. К ребенку был применен гипноз, при помощи которого заблокировали часть травмирующих воспоминаний и рекомендовали не провоцировать на сильный стресс.

— Мда, а вчерашний бой с монстром входит в разряд сильного душевного потрясения? — сам себе задал начальник вопрос. Но чем дальше он вникал в жизнь парня, тем выше поднимались брови. Повидавший многое Иван Гелиевич не знал, как к этой информации относиться. А еще почувствовал, что взял к себе в ученики бомбу замедленного действия, которая неизвестно, когда может рвануть.

— Может, и не надо в нем открывать пресловутый дар? Ему бы уйти от отца и зажить жизнью простого обывателя, — начальник сочувствовал бедному пареньку и теперь не знал, как тому помочь, ведь уже дал обещание старшему Оболенскому…

____________________________________ Подписываемся на автора, ставим лайки, заглядываем в профиль, где есть еще интересные циклы: https://author.today/u/id22576406

Экзамен на ангела: https://author.today/reader/445637/4135840 Хрономаг на каникулах (4 части): https://author.today/work/331762 Грелка (1-3) части: https://author.today/work/272162

Глава 12 Допрос

После разговора с начальником сразу вернулся на полигон, где уже подтянулись мои ночные гости, выглядевшие изрядно помятыми и не выспавшимися. Они приветствовали меня, как старого друга, которого давно не видели и широко улыбались. Остальные смотрели на это обескураженно, не понимая, что происходит.

— Псих, давай новый спарринг по гипнозу, обещаю, ты только присядешь пару раз и все, — Смирнов не оставил своей затеи вновь загипнотизировать меня.

— Давай, вот только потом на себя не пеняй, ты простыми приседаниями не отделаешься, — повышенное внимание ребят, обступивших меня, выносить было сложно. Лучше пободаться с Фантазером. Мы встали друг напротив друга, уставившись, как удавы. Мое сознание снова обволокло, словно ватой. Привычным способом скидываю чужое воздействие, слышу, как в тумане голос Смирнова.

— Оболенский, а сейчас расскажи свою тайну.

— А больше тебе ничего не надо? — свой голос тоже звучит отдаленно, пытаюсь вернуть контроль над сознанием.

— Тогда хоть присядь пару раз, — настаивает Смирнов, но что-то идет не так. Передо мной вплывает картина, я тянусь к книжной полке, на которой стоят различные книги. Беру одну про гипноз и прячу зачем-то под больничную одежду. Потом с опаской выхожу в коридор. Здесь навстречу попадаются больные, которые ведут себя не совсем адекватно. Обхожу по стеночке их стороной, не хочу ни с кем здесь общаться. Ощущаю себя, как в дурдоме, крадусь мимо сестры в белом халате. Она не обращает на меня никакого внимания. Захочу в свою комнату, выглядевшую как палата, и с ногами забираюсь в кровать. Накрываюсь простыней, достаю книгу, собираясь читать. Почему-то знать все про гипноз для меня очень важно, словно от этого зависит жизнь. В голове всплывает лицо доктора, который каждый вечер беседует со мной, а потом я просыпаюсь лишь утром. Меня кто-то трясет за рукав, мешая течь воспоминаниям, это раздражает.

— Оболенский, с тобой все в порядке? Я, кажется, переусердствовал, ты перестал вообще реагировать на мой голос, — голос Санька стал звучать громче, а видение истаяло, словно туман.

— Нет, я тебя слышал, просто задумался. И теперь знаю, почему загипнотизировать меня не получится, — осознание того, что когда-то меня лечили в дурке при помощи гипноза, сильно выбило из колеи. Как и зачем я там оказался? И что я теперь перестал помнить?

— Ты тоже владеешь техниками гипноза? — удивился Фантазер.

— Весьма вероятно, но не так хорошо, как ты, — мне нужно было все заново осмыслить и побыть наедине, но сделать мне этого не позволили. К нам подходили несколько мужчин в деловых костюмах, явно из каких-то структур.

— Кто из вас Оболенский? Нам нужно ему задать несколько вопросов, — я кивнул, выходя навстречу. Жаль, что Морфей усыпить меня не успел, он уже встал в очередь на магический поединок. Второй раз за утро его ждал облом.

— Давай отойдем, поговорим без свидетелей, — догадался, что сейчас начнется допрос с пристрастиями. Лишь тяжело вздохнул. Мы прошли по аллеям до административного здания, где меня завели в пустую комнату со стоящим канцелярским столом и двумя стульями. Оба представителя власти заняли стулья, а я остался перед ними стоять.

— Ты лучше нам не ври, Оболенский, сделаешь себе только хуже. Зачем ты похитил Клавдию три дня назад? — вот сейчас у меня отвисла челюсть. Что за извращенная фантазия у следаков? Даже не знал, что ответить на этот бред, поэтому не стал оправдываться.

— А как вы решили, что ее я похитил? Она вам такого сказать не могла, — начал играть по их правилам, на вопросы отвечать исключительно вопросами. Ну, не станут же они меня бить и пытать.

— Ты тут малец, с нами шутки шутить вздумал? Отвечай по существу, как и каким образом ты похитил Клавдию, — надавил на меня тот, кто выглядел внушительнее и старше. Но это внешность у него пугающая, а вот опасаться надо второго, который выглядел добрым, располагающим к себе колобком. Вот только его безжизненные глаза говорили об обратном.

— Так вы мне об этом и расскажите, как и когда я это мог сделать, я же не в курсе? — продолжал нарываться, было любопытно, чем все это дело закончится. Максимум, что они могли сделать, попросить отчислить меня из училища, что было лишь на руку. Я никого не убивал, кроме монстра, спас ребят, нашел девушку в лесу. И что они мне могут, интересно предъявить.

— Ты не хочешь сотрудничать со следствием, я так понимаю? — продолжил давить и запугивать мордастый.

— А меня в чем-то обвиняют разве? Моя вина лишь в том, что решили с ребятами в свой выходной погулять по осеннему лесу. Так запрета на это не было, мы же не в тюрьме находимся? — насладился перекошенным от злости лицом неопытного следователя, кто так с невиновным начинает разговор? Чему их только учили, или он часто прогуливал занятия?

— Никто тебя ни в чем не обвиняет. Мы лишь хотим задать несколько уточняющих вопросов. Почему девушка пропала, твоя версия, ведь именно ты последний ее видел, — словно плохой и хороший полицейский меня начали прессовать по классике жанра.

— Откуда мне знать, я пришел за оказанием медицинской помощи, меня осмотрели, ничего не обнаружили, и я пошел на урок. А выдвигать гипотезы — это ваше дело, никак не мое, — отбил нападение, придерживаясь правды. Клавдию чуть позже допросят, поэтому не отходил от истины.

— Тогда объясни, каким образом нашел ее? И что произошло в лесу? — пришлось кратко рассказать, как мы нечаянно напоролись на монстра, как я погнался за зверем и заплутал. Так и нашел девушку, сильно замерзшую.

— А вы всегда выходите погулять с оружием в лес? — опять наехал первый.

— Конечно, мы же в тайге, здесь водятся хищные звери. Вот если бы вышли налегке, то тогда у вас могли возникнуть вопросы, а не отряд ли самоубийц пошел на прогулку, — ухмыльнулся, отбивая очередной на себя наезд.

— Парень, тогда объясни, зачем ты побежал за подстреленным зверем? Раненый хищник гораздо опаснее, — круглый мужчина на меня посмотрел, как на умственно отсталого. Да они в курсе всего, знают, что раньше я лежал в психушке. И сейчас это можно использовать.

— Так зверь бежал за моим сокурсником, просто не хотел, чтобы тот его догнал. Я же не знал, что Смирнов уже спасся, — начал косить под идиота. Пусть думают, что хотят.

— И как же ты победил большого мутированного волка? Каким оружием? — снова перехватил инициативу мордоворот.

— Обычным армейским ножом, просто перерезал ему горло, он уже почти умирал, — развел руками, показывая, что ничего в этом не было сложного.

Мужики одновременно хмыкнули, зная, что мутированного волка легко не убить. Он, получив столько ранений, смог еще долго преследовать свою жертву. Но и насколько был ранен зверь, тоже вряд ли могли знать. Дальше они задавали вопросы про девушку, но я их отправлял к Клавдии, пусть теперь она выкручивается из щекотливой ситуации. Спустя тридцать минут меня отпустили, принявшись с моих слов составлять отчет. А я направился в столовую, ведь завтрак проспал, а после допроса захотелось жрать сильно, видно стресс давал о себе знать…

Шел, не спеша, анализируя прошлое, обнаружив в памяти много белых пятен. Восстанавливая события детства, осознал целые прорехи во времени, когда я не помнил, что со мной было. Зачем меня упекли в дурку? Что натворил, и почему подтерли память? Вопросов к своему отцу накопилось с лихвой, когда увижу, то потребую ответов.

Не успел о нем подумать, как увидел отца, быстро идущего по главной аллее в сторону администрации. Значит, ему сказали, что я пропал, вот он и примчался. Целого наследника потерял, сейчас, наверное, рвет и мечет в душе. Я тихонечко пошел вслед за ним, наблюдая из-за кустов. Когда он в таком состоянии, много кому здесь не поздоровится. Да и попадать под его горячую руку не спешил, пусть для начала спустить пар на посторонних, а уж потом я попытаюсь поговорить. Упускать его из виду, надеясь, что отец позже пойдет меня искать, дабы поинтересоваться здоровьем, не хотел. Он запросто мог узнать, что я жив и здоров, сразу же укатить в поместье. Минут через пятнадцать отец все еще злой вышел из здания, раздумывая о том, что сейчас делать. Как и предполагал, сразу же направился к воротам, а не к моему корпусу. Дольше ждать не стал, выйдя навстречу.

— Добрый день, отец, рад тебя видеть, — честно, рад был лишь тому, что мог задать волнующие вопросы, не дожидаясь зимних каникул.

— Какого хрена ты поперся погулять в лес? Снова куда-то пропал? И почему так быстро вернулся? — отец сейчас проговорился, значит, и ранее я пропадал неоднократно.

— Отец, нам нужно поговорить, у меня возникли вопросы, — увидел, как родной человек скривился, словно нечаянно съел залетевшего в рот жука. — Сколько раз я уже пропадал? По сколько дней меня не могли найти? И зачем положили в дурку, где подтерли частично память? — на одном дыхании вывалил часть вопросов, боясь, что не успею их все задать.

— Значит, начал вспоминать, это плохо, — вот сейчас он подтвердил мои догадки. — Раньше ты пропадал по два, три дня, возвращаясь сильно не в себе. По несколько дней молчал, не выходя из своей комнаты, иногда пытался покончить с собой. Я не мог лишиться наследника, поэтому тебя пытались лечить. В итоге подтерли немного память, чтобы ты забыл то, что пережил в своих путешествиях.

— Именно поэтому ты отправил меня сюда, чтобы я снова открыл свой дар? — не совсем понимал отца. Если столько было приложено усилий, чтобы подавить воспоминания, то зачем снова все начинать?

— Потеря памяти — это временное решение, тебе необходимо научиться контролировать свой дар. Раньше ты был слишком мал и был сильно травмирован. Я сделал тебя сильнее многих твоих одногодок. Если не справишься со своим проклятьем, то придется удалить память обо всем уже безвозвратно.

— Скажи, кто была моей матерью? И почему она меня бросила? — у меня ком подступил к горлу, мне страшно было услышать всю правду.

— Вот этого тебе знать точно не нужно. Ты ее не найдешь, не пытайся. Хорошо, что вернулся. Изучи дар, но о нем никому не рассказывай. Восстанови память, потом снова сможешь задать мне вопросы. Прощай, — отец развернулся, направляясь к машине, а я остался стоять, глядя вслед. Меня сейчас раздирали противоречивые чувства, мне нужны ответы, но больше спросить было не у кого.

— Значит, моя мама жива? И я смогу восстановить свою память? — действительно ощутил, что сейчас смогу принять страшные тайны, отец не соврал, я стал намного сильнее. — Кто я такой? Что за монстр в человечьем обличье?

Давно понял, что отличаюсь от обычных людей. Я был иным и всегда носил маску, не оттого, что боялся людей, скорее, боялся себя. Во мне жил настоящий хищник. Это часть моей души, которую всячески подавлял. Я не типичный психопат, а хладнокровный убийца, умеющий себя контролировать. Мне чужды эмоции и сильные переживания, но в отличие от других, себя я таким не принимал. Скажу больше, я ненавидел себя, но вот причина стерта из памяти. Я постараюсь приложить все усилия, чтобы ее как можно быстрее восстановить.

В столовой за моим столом меня уже поджидала Лопухина, взявшая моду теперь со мной завтракать, обедать и ужинать. Тенденция мне не нравилась, но прогонять не стал.

— Оболенский, как все прошло? Тебя уже допросили? — просто кивнул, ставя поднос на стол. — Хорошо. Так что ты надумал по поводу нашей помолвки?

Аппетит разом пропал, умеет она портить настроение окружающим.

— Это еще зачем? Ситуация, вроде улажена, училище не закроют. А за четыре года ты найдешь себе достойного претендента на руку и сердце, — сразу отрезал все поползновения в мою сторону, я не умею любить и портить жизнь никому не хочу.

— Ты сильный, умный, красивый, богатый и князь, о чем еще можно мечтать девушке? Зачем мне искать кого-то еще? Тебе все равно рано или поздно придется жениться, — привела она неоспоримые доводы. Она так и мертвого уговорит, но только не меня.

— Ты мне не нравишься от слова совсем, — пусть обижается, лишь бы от меня отстала.

— А что тебе нравится в девушках? Я изменюсь, — аристократы, избалованные с детства, не могут принимать отказы. Вот и Лопухина решила не сдаваться так просто.

— Мне вообще не нравятся девушки, а ты особенно из-за своего характера, — не стал говорить, что ведьмы все склочные и мстительные, с ними иметь дело, себе дороже.

— Ты прав, иногда я вела себя, как последняя стерва, помыкала тобой. Но этого больше не повториться, — разговор проходил, как у слепого с глухим. Ворона, если что-то вбила в голову, то весь мозг склюет, но своего добьется.

— Давай закроем эту тему. Я на тебе никогда не женюсь, — решил больше не разговаривать, просто закинул в себя еду, совершенно не почувствовав вкуса, дабы побыстрее убраться. Скоро еще один урок, на который не хотелось опаздывать…

За полчаса до этого разговора князь Лопухин лично приехал в училище, дабы подписать все бумаги, связанные с отчислением дочери. Он не собирался оставлять здесь свой ценный архив, когда начали пропадать люди. Он вообще был против обучения дочери, но и выдавать замуж девушку без какого-либо образования было неудобно, словно род экономил на этом. А вот Вера встала в позу, выставив отцу условие, что она сама выберет учебное заведение, если не может выбрать себе жениха. Именно поэтому ее выбор пал на училище для шпионов с магическим уклоном. Развитие дара и хорошая подготовка смогли бы в будущем облегчить ей жизнь. Когда отец заявился прямо на урок и сообщил, что забирает ее домой, то в голове созрел новый план.

— Пап, я не поеду домой, ведь никто не пропал, ребята просто заблудились в лесу, — Вера пыталась вразумить батюшку.

— Я был у вашего начальника и знаю, что на вас напал мутированный зверь. Так рисковать я не могу, собирайся, твоя учеба закончилась, — обсуждать больше ничего с дочерью не хотел.

— Пап, а из каких соображений ты собираешься меня отдать в род князя Меньшикова, только оттого, что он князь и у него обширные владения? — Вера хотела понять, что послужило выбором для ее помолвки.

— Да, у них много земли и большой капитал, мануфактуры и заводы по всей России. Объединив два рода, мы станем серьезной силой в стране, с которой придется многим считаться, — меркантильный отец уже управлял и чуть ли не владел всеми землями и возможностями князя Меньшикова.

— Пап, у меня тут в группе учится один перспективный паренек, тоже сын князя, единственный наследник, — начала издалека дочь забрасывать удочку. — Мы с ним хорошо подружились и можем в будущем создать неплохую пару.

— Что за паренек? Даже не вздумай влюбиться в того, кто не сделает наш род сильнее и богаче. Только продуманные и взвешенные решения могут привести к успеху и процветанию, — князь скривился, только представив, что его дочка сейчас начнет устраивать женскую истерику.

— Он из семьи Оболенских, там тоже много земель и всего прочего. Зато у него нет еще двух любимых жен, которым также обязан род Меньшиковых, — она нашла контраргумент, после которого отец на минуту задумался.

— Он одаренный? В чем его дар? — по статусу и влиянию Оболенские практически не уступали Меньшикову, если только совсем немного, то дар играл исключительную силу, которая в будущем могла привести к успеху.

— Конечно, он же здесь учится, — не моргнув и глазом, соврала Верка. — У него редкий и сильный дар, сказать не могу, знаешь, что мы должны хранить секреты, ведь учимся на диверсантов. — Но он сможет подмять многих при помощи своего дара. А еще он далеко не дурак, и мы сильно нравимся друг другу.

А вот с последним аргументом отец был совсем не согласен, кто в здравом уме будет ориентироваться на чувства при выборе партии для своего потомства и усиления. Но вспомнил, что по факту они еще дети и такую ошибку можно списать на молодость и гормоны. Отец замолчал, включив в голове калькулятор, обдумывая все только что сказанное.

— Пап, можно я останусь здесь, ведь никто не пропал, защиту усилили, да и за стены обещаю больше не выходить. Зато разовью свой дар и покрепче привяжу к себе этого Оболенского. Так у нашей семьи появится альтернатива, если вдруг Меньшиковы через три года сольются, — только при помощи коммерческих предложений, сулящих выгоду, Вера могла убедить отца не делать поспешных решений.

— Но я уже забрал бумаги, тебя отчислили, обратно не возьмут, — князь Лопухин посмотрел на дочь, которая впервые не закатывала ему истерику, а выдвинула вполне приемлемое деловое предложение. Вера перехватила свои документы из рук отца и решила снова их сдать в канцелярию, князьям не отказывают…

После того, как проблема с отцом была улажена, девушка решила дождаться на обеде своего нового суженного. Вот только то, что он об этом не догадывался, мало ее заботило. И сейчас, получив прямой отказ, оскорбивший ее девичью честь, Лопухина смотрела на удаляющуюся спину Оболенского.

— Ничего, ничего, три года у меня еще есть. Сделаю из тебя магическое пособие и буду отрабатывать приворотный дар. Так что рано или поздно обязательно в меня влюбишься, — после этого юная ведьма направилась в сторону библиотеки за новыми ритуалами и знаниями…

.

Глава 13 Встреча с Клавдией

День в училище прошел слишком сумбурно. Мало того, что прибыли службы имперского дознания, устроившие повсеместный допрос не только учителям, ученикам, но и даже обслуживающему персоналу. К обеду заявились высокородные родители за своими чадами и попытались устроить разнос руководству. Прежде чем выслушать начальника училища, они вываливали свои претензии, а некоторые забрали даже документы. Информация о пропаже учеников облетела всю округу. Поэтому на Ивана Гелиевича пришелся основной массированный удар критики и порицания. К этому начальник училища был готов, его вина в пропаже учеников присутствовала, но этого больше допустить он не мог. Вечером объявил о собрании учителей, с которыми решил обсудить безопасность ребят и меры предотвращения повторных ситуаций.

— Нам с трудом удалось пережить ЧП в училище, и мы потеряли двух учеников, чьи документы забрали родители. А могло быть и больше, если бы всё не разрешилось удачным образом. Жду от вас идей и предложений по усилению безопасности учащихся. Ребята чудом уцелели, выйдя всего лишь за стены нашего училища. Так и кого мы с вами готовим, тепличные растения или тех, кто сможет преодолеть любые трудности, победив противника? — начальник Конев понимал, что ребят, отправившихся самостоятельно на поиски, спасло только чудо. Это огнестрельное оружие, втайне пронесенное Трубецким, и Оболенский, который скоординировал группу и дал ей уйти, а сам смог добить серьезного монстра. Да и беглянку, которая каким-то образом оказалась в лесу, умудрился найти и вернуть к родным пенатам. Клавдия молчала, не желая говорить, какого лешего она потащилась в чащу. Но с удовольствием рассказала, как обрадовалась встрече с Оболенским, чуть не расплакалась при встрече.

— Так кто же знал, что первокурсники, еще совсем не обученные, потащатся в лес? Да еще и наткнутся на зверя-мутанта. Нам же он не попался, хотя вышли первыми и ушли намного дальше, — один из учителей не считал, что нужно что-то менять в системе, особенно у новичков. Но Конев так не думал, он бы не смог себе простить смерть учеников.

— Если нам будет нужно, чтобы желторотики за полгода стали настоящими хищниками, то мы это сделаем. Так что по-прежнему жду ваших предложений, — теперь стало понятно, начальник собрал всех не просто так, и напряглись думать.

— У ребят необходимо развить дар намного быстрее, для этого создать тренировки с мотивацией. Есть у меня одна мыслишка, как это можно сделать, — Самуэль Гаврилович совсем недавно переоценил свою магическую подготовку и остался ею сильно не доволен. — Хочу устроить магические состязания, но не один на один, а командные. Дабы у ребят появилась мотивация не подвести свою команду, с последующим разбором полетов и придумыванием новых стратегий. Одна голова хорошо, а вот три или пять будут намного эффективнее.

— Хорошее решение. У кого еще какие предложения? — начальник обрадовался и надеялся, что и остальные учителя его поддержат.

— Так скоро полугодовой турнир среди второго, третьего и четвертого курса. Давайте добавим еще и первогодок, пусть и у них появится стимул развиться быстрее. Они, конечно, победить не смогут старших ребят, но зато станут стремиться, хотя бы не проиграть всухую, — тренер Олег Владимирович был ответственным за проведение этого турнира и готов был впервые изменить условия участия, дабы усилить ребят за короткие сроки.

— Давайте, так и поступим, вот только правила турнира и сами задания необходимо изменить. Станем опираться не только на физические параметры и магические результаты, сделаем турнир опять же командной игрой. Тогда шанс может появиться и у первогодок, — начальник чувствовал, что давно пора менять уклад школы шпионов, где выращивались самодостаточные личности, работающие в одиночку. Возможно, пришло время менять сознание, ведь у слаженной команды результаты могут оказаться более эффективными. Где один будет долго готовиться и подбираться, собирая информацию, то группа сможет создать диверсию за более короткий срок и прикрыть напарников при отходе…

Вернувшись после разговора с отцом в свою комнату, призадумался, многое для меня открылось с иной стороны. Вопросов стало еще больше. Какого хрена я пытался покончить с собой? Стало отчасти понятно, зачем меня упекли в психушку, чтобы не натворил глупостей. А вот почему заблокировали память, стоило еще выяснить. И в этом мог помочь Смирнов, если смогу с ним договориться о молчании. А для этого мне нужны какие-нибудь промахи парня, чтобы использовать, как рычаг давления. Верить просто так на слово, таких глупцов среди нас, благородных, не было. И этим вечером планировал прошерстить интернет в отношении семьи Смирнова, нищего дворянского рода, у которого могут быть свои тайны.

Еще размышлял над словами отца, что он не просто так пытался сделать из меня сильного бойца. До этого предполагал, что отец просто хотел реализовать во мне свою мечту военного, а вот сейчас уже не уверен в этом. Он всегда был убежден, что я обладаю даром. Может, и обладаю, хотя я ничего не помнил о нем. У Оболенского старшего тоже был магический дар, это усиленный удар и повышенная скорость. Именно поэтому считали, что у него слишком тяжелая рука. Когда говорил, что отец меня не бил, это было правдой. Его удар мог сделать меня калекой или вообще отправить на тот свет. Но вот тренерам он позволял меня физически наказывать за любой промах и лень, за это был до сих пор зол на него.

— Какого черта он мне нанял мастера, обучавшего драться сразу двумя мечами или длинными клинками? — на простой дуэли так не дерутся, а в остальном огнестрельное оружие до сих пор рулит. Продолжил вслух сам себе задавать вопросы.

— Понимаю, стрельба практически из любого огнестрельного оружия для солдата — это шанс для выживания. На бегу по пересеченной местности под перекрестным огнем, когда приходилось любую кочку использовать, как укрытие, и лететь к цели перебежками — хорошая практика в полевых условиях. Но на кой-хрен мне все то же самое проделывать с луком за спиной или арбалетом в руках, вообще непонятно?

— Понимаю, несколько видов самообороны, где научили знатно махать руками и ногами, полезная вещь. Уложить противника через себя, удерживая болевыми или удушающими захватами, тоже могло в будущем пригодится. Вот только зачем сделали из меня еще и охотника, умеющего выслеживать дичь в лесу, на болоте или в чистом поле? Зачем обучать маскироваться под окружающую местность и лежать неподвижно часами? — вообще не укладывалось в картину подготовки бойца. При этом оставляли лишь нож, дабы смог подпустить к себе животное очень близко, рассчитывая на один лишь удар без возможности промаха. Меня на это время лишали еды, и моим трофеем должна была стать убитая дичь.

Когда от меня ломанулся волк-мутант, во мне проснулся инстинкт охотника. Должен был его догнать и добить, дабы получить трофей. Есть его не собирался, вдруг мясо отравлено химикатами, но догнать был обязан. Я считал себя хладнокровным убийцей, с легкостью расправлявшимся с любым зверем, и в этот раз рука у меня тоже не дрогнула. Но вот по поводу убийства людей, был не уверен. Память была подтерта основательно и неспроста. Так что этот вопрос оставался открытым. Необходимо все же узнать, для чего меня готовил отец, и постараться избежать его планов. Плясать под чужую дудку не готов от слова совсем. Поэтому погрузился в просторы интернета, чтобы найти рычаг управления Смирновым…

Сергей Ефимовский решил наведаться после обеда в целительский корпус к сестре. Сегодня ее тоже допрашивали. Не то, чтобы он переживал за ее психическое состояние. Клавдия кому угодно сама мозг вынесет, потом пересоберет, скажет, что так и было, но проведать все же не мешало.

— Привет, сестра, и какого черта ты три дня назад учудила? За каким лешим поперлась одна в тайгу, жить надоело? — Серега всегда в таком тоне общался с ней, по-другому она его просто морально давила.

— И тебе добрый день, братишка. Когда это тебя волновало мое самочувствие, не строй из себя заботливого родственника, — Клавдия никогда не оправдывалась, даже если ей сильно доставалось.

— Так это я с отрядом рванул на твои поиски. И знаешь, рисковал своей жизнью, дрался с серьезным монстром, — не мог не похвалиться Ефимовский, так как был горд этим безрассудным поступком.

— Никогда не сомневалась в твоем слабоумии, а вот отвага это что-то новое, — съязвила сестра, не оценив его подвига.

— Если бы мы не пошли, то Оболенский тебя не нашел, сама бы, наверное, ни за что не выбралась. Можно и спасибо за это сказать, — Сереге стало обидно, он искренне переживал за сестру.

— Ну, спасибо, наверное. От тебя точно не ожидала ничего подобного, поэтому до сих пор не могу поверить, — Клавдия потрепала младшего брата по вихрам, выражая теплые чувства. — А этот, ваш Оболенский, что-нибудь говорил обо мне?

— А что, должен был? Ты имеешь в виду расспрашивал о тебе, как о девушке? Неужели моя сестра в парня влюбилась? — Ефимовский не верил своим глазам, стерва Клавдия отвернулась и покраснела.

— Что ты там себе придумал?! Если будет спарринг, то вдарь ему посильнее, чтобы в лазарет снова зашел, — девушке было стыдно просить о таком брата, но Оболенский учился на первом курсе, и другой возможности его увидеть просто не было.

— Ага, вот только он скорее уделает меня. В прошлый раз повезло, Псих нарочно подставился, — Серега понял, что сестра чувствует себя вполне нормально, если не считать легкой влюбленности. Это несерьезное заболевание, как насморк, само скоро пройдет. Говорить о причине, по которой пропала, точно не будет. А вот к Оболенскому у Сергея появились вопросы. Каким образом, выглядя, как чухонский задрот в очках, он находит короткий путь к сердцам девушек? Однокурсницы, конечно, могли купиться на статус князя Оболенского. Но вот сеструха, рассматривающая мужчин исключительно как насекомых, никогда не смотревшая на статусы, что-то же нашла в этом парне? Вот именно об этом секрете и хотелось поговорить Ефимовскому с однокурсником.

Когда брат ушел, Клавдия приложила ладошки к горящим щекам. Ей не удалось скрыть смущение, когда брат уличил ее в симпатии к этому странному парню. Оболенский и в первый раз вызвал у нее интерес, ведь явно пришел в лазарет по ложному поводу, но не воспользовался возможностью, обидевшись на нее. Да, она не любила прогульщиков, но он таким не был. И причина была, скорее всего, веской. Жаль, что она ему нагрубила.

Именно он вернулся за ней в иной мир, куда Клавдия попала прямо из санчасти. Сначала не поверила собственным глазам, обнаружив себя посреди серой пустоши. Кругом были лишь камни и растрескавшаяся земля, высушенная холодным, пронизывающим ветром. Слава богу, она успела накинуть теплую куртку, когда хотела остановить обиженного Оболенского. Теперь была рада своей предусмотрительности.

Клавдия осмотрелась. Вдали виднелась гряда крупных камней, но вот леса и в помине не было. Это был иной мир, сильно отличающийся от привычного. Солнце скрылось за серыми тучами. Пожухлая трава, словно перекати-поле, проносилась, подхватываемая ветром.

— Словно на чужой планете, — поежилась Клавдия, запахиваясь плотнее. — Хотя дышать также легко, интересно, где я оказалась? А главное, каким образом?

Вопрос, конечно же, был риторическим. В ближайшем окружении не было ни одного разумного существа, и это сильно пугало девушку. Она двинулась по этой безжизненной пустыне куда глаза глядят, так как не представляла нужного направления. Через час Клавдия наткнулась на одно странное существо, чем-то похожее на тритона, размером с кошку, правда, с тремя хвостами. Оно пробегало между камней по своим делам, но увидев медленно бредущую девушку, остановилось. У небольшой тварюшки оказались мелкие острые зубы, говоря о ее плотоядной натуре.

— Ну, да, зелени здесь не наблюдаю, чем же еще питаться в этой пустыне? — отдернула вовремя руку Клавдия, когда та чуть не цапнула за палец.

Через два часа вокруг девушки мельтешили уже пять трехвосток, так она их окрестила. Одним местом чувствовала, что зверьки преследуют ее не с целью подружиться и завести приятное знакомство. Клавдия решила набить карманы куртки камнями, другого оружия у нее не было. Когда солнце стало клониться к земле, твари подступили ближе, практически снуя под ногами. Одна сволочь попробовала укусить за ногу, но девушка подпрыгнула в воздух. Потом бросила в трехвостку камнем, на удивление попав. Тварь мерзко заверещала и отбежала подальше. Клавдия принялась швыряться булыжниками, разгоняя непрошеных конвоиров, преследующих свою жертву. Теперь сомнений не оставалось, добыча здесь только одна, и ей придется сразиться за свою жизнь. Девушка стала искать укрытие или возвышенность, дабы выбрать удобную позицию для обороны. Из курса тактики и стратегии она помнила, что те, кто действует от обороны, зачастую проигрывают. Вот только ей нападать было нечем. Поэтому выбрала самый большой валун и взобралась на него. Отсюда ей стало удобно бросаться камнями и невозможно уснуть, так как края оказались ребристыми и неровными.

— То, что нужно, дабы вести круглосуточную оборону, — она прекрасно умела метать ножи, теперь их заменяли булыжники. Меткость попадания была на высоте, уже двум особям она перебила позвоночники. Трехвостки не стали разбрасываться добычей, подкрепились своими собратьями. С каждым часом Клавдии становилось все сложнее держать оборону. Трехвостки, словно акулы, прибегали на запах крови. Она сражалась, отгоняя тварей на расстояние, и в это время подбирала свое оружие, те самые камни. Потом быстро возвращалась на валун, ожидая, когда снова приблизятся мерзкие твари. Так девушка продержалась три дня и три ночи, уже просто сидя на камне, бросая в тварей булыжниками. Глаза сильно слипались, но она боялась уснуть. Ведь, как только отрубится, ее разорвут на куски, ну или попробуют понадкусывать. Судя по раздвоенным языкам, как у змей и ящериц, укусы этих трехвосток могли быть вполне ядовитыми.

— Мне тут не выжить, если не произойдет какое-нибудь чудо. Но в жизни моей чудес еще не было, — Клавдия, дабы не уснуть, говорила последние сутки сама с собой. Еще она пела и декларировала стихи по памяти с той же целью перед неблагодарными агрессивными зрителями. В какой-то момент ей показалось, что она уснула, и ей приснился сон о спасении. Навстречу к ней шел, если не сам Христос, но точно спаситель. Он пинками отправлял голодных существ в полет, словно голкипер мячи, пасуя своей команде.

— А что так можно было? — девушка видела, что человек не боится мелких хищников. Когда тот приблизился, в незнакомце узнала последнего своего пациента, князя Оболенского младшего. — Интересно, он вернулся за мной? — Клавдия спросила себя, думала, что заснула или уже умерла. И сейчас ей снится чудесный сон, похожий на сказку.

— Оболенский, как я рада тебя видеть, жаль, что это во сне, — девушка сидела на краю большого камня, свесив ноги вниз и разложив вокруг себя булыжники, словно снаряды.

— Я не твой сон. Раз уж тоже попал сюда, решил тебя поискать. Нам нужно отсюда выбраться побыстрее. Там все училище из-за твоей пропажи стоит на ушах, — сейчас парень разговаривал не как во сне, а вполне разумно, требуя вернуться в реальность.

— И как Оболенский нам это сделать? Ты знаешь отсюда дорогу? И, кстати, где мы сейчас оказались? — здравое мышление стало возвращаться, и язва снова проснулась в Клавдии.

— Мы, полагаю, в ином измерении, но точно не могу сказать, это Земля или иная планета. Фауна здесь не похожа на нашу, — парень пнул еще одну подскочившую трехвостку, отправляя в дальний, жаль, что некосмический полет.

— А как же нам тогда выбраться? Ты знаешь способ? — Клавдия до этого не слышала, чтобы пропавшие люди, возвращались назад, хотя исчезали с периодической регулярностью. Это были всевозможные исследователи и авантюристы, ищущие старые технологии в зонах отчуждения, которые еще не успели эвакуировать и разобрать. После химических взрывов разорвавшихся бомб, большая часть населения погибла, но не вся. Многих эвакуировали с химическими ожогами и заражением. Еще больше после этого умерло в ближайшие пять лет, но были и те, кто сумел выжить. Они даже смогли оставить потомство, у которого в силу этих самых химических реакций получилось одаренное наследие. Правда, жертвы той войны не стоили горстки одаренных по всему миру. Еще спустя десять лет вблизи аномальных зон стали встречаться дети, у которых родители не были подвержены химической атаке. Слух об этом распространился, и некоторые стали специально селиться поблизости. Рядом с Новосибирском как раз находилась именно такая червоточина, которую не сразу удалось обнаружить. Именно сюда переместили столицу России, и именно здесь стали появляться дети с необычными способностями.

— Нет, способа я не знаю, нам предстоит его вместе найти, — парень взобрался на большой валун к девушке и уселся рядом, свесив вниз ноги…

Глава 14 Возвращение назад

Попав вместе с убитым мной монстром в иной мир, немного растерялся. Но испуга не испытал, словно уже был здесь, но этого не помню.

— А это забавно, надо здесь побродить, может память сама ко мне вернется? — принял решение обследовать окружающую местность. Да и Клавдия, если еще жива, тоже должна именно тут находиться. Определил направление нашего училища, хотя здесь его не было, но направился в нужную сторону. По дороге через час начали попадаться треххвостые ящерицы, которых просто отпинывал в сторону. Тратить на них сюрикены или ножи, а потом собирать инструмент по округе, считал большой расточительностью собственной энергии. Неизвестно сколько еще предстоит бродить по серой растрескавшейся пустоши, пытаясь найти возможность вернуться. Если уже бывал здесь, то способ точно есть, и мне необходимо лишь его вспомнить.

Как и предполагал, Клавдия обнаружилась в нужном направлении, но уже в неадекватном состоянии. Меня посчитала приятным сном и не сильно удивилась неожиданной встрече. Когда уселся рядом на камень, девушка наконец-то стала воспринимать меня адекватно. Для чего-то потрогала за руку и, прислонившись к моему плечу, окончательно вырубилась. Она все эти дни не спала, отбиваясь от падальщиков, коими приходились треххвостые ящерицы. Ей повезло, что мелкие до нее так и не добрались. У них в слюне сонный яд, усыпляющий и частично парализующий жертву. Повезло, что успел, девушка держалась из последних сил. Осталось только понять механизм попадания сюда и найти возможность отсюда слинять. Они, по сути, должны быть схожи. Это и есть мой скрытый дар, прорывать ткань мироздания, чтобы путешествовать по многомерным Вселенным. Круто звучит, но по факту херня. Ведь гулять по чужим мирам мне отнюдь не хочется. Меня Земля устраивает как нельзя лучше. И дома пока хватает проблем с отцом, зачем мне решать еще и чужие? Дар, которым управлять не умею, вообще является серьезной подставой. Так что надо хотя бы взять его под контроль.

— Что мы имеем на момент перемещения в эту серую пустошь? — начал сам себе вслух задавать вопросы, ведь сейчас необходимо докопаться до сути. А спящую девчонку можно есть заживо, она навряд ли проснется. — В первый раз это случилось, когда был в мед. блоке, где сразу, после моего ухода, пропала Клавдия, — постарался вспомнить, что делал или чувствовал в тот момент.

— Да ни хрена я не делал, оделся и хотел покинуть санчасть как можно быстрее. Воот! Хотел покинуть зону, где мне было неприятно находиться! — кажется, нащупал главное условие покидание этого мира, оказавшегося для меня недружелюбным.

— А вот со вторым разом свалить никуда не хотел! Наоборот, желал поймать хвостатую скотину и побыстрее найти Клавдию! — опять же найти, это оказаться в ином месте, где была на тот момент девушка. Кажется, я нащупал основной рычаг перемещения сквозь пространство.

Закрыв глаза, постарался представить свою комнату в училище и всей душой пожелал переместиться. Но воз остался и ныне там, то есть я, сидевшей по-прежнему на камне с прислоненной к моему плечу Клавдией.

— Что-то я не учитываю в этом раскладе, одного пожелания мало, нужна мотивация там оказаться! — теперь представил вкусный обед, ждущий меня в столовой и теплую комнату с хрустящим чистым бельем, ожидающей своего единоличного хозяина. И этого оказалось недостаточно для перемещения. У меня уже заурчал живот, и слюни начали капать от собственных гастрономических фантазий, но я продолжал по-прежнему сидеть на камне.

— Что еще со мной происходило до этого? Кажется, упускаю из внимания очень серьезную деталь, — снова вернулся к пресловутому первому дню и продолжил сравнительный анализ двух совершенно разных ситуаций перемещения.

Вспомнил, как испугался того, что придется идти в бассейн и там оказаться в одних плавках. Не желал терять свою репутацию слабого парня и привлекать к себе повышенное внимание девушек. Потом разозлился на Клавдию, бесцеремонно меня щупающую. Она знала, что намеренно ввожу ее в заблуждение. Последней точкой послужил отказ, тогда я взорвался и переместил только девушку, захлопнув с силой перед ней дверь. Таким образом, потоком воздуха отрезал себя от созданной зоны перемещения, чудом избежав провала в иное измерение.

— Точно, для реализации задуманного нужна еще и энергия, которую дают сильные эмоции, страх, гнев, злость, — широко улыбнулся, потому что это можно вновь в себе воссоздать. Пока Клавдия спала, стал анализировать второй случай. С утра меня разбудила Верка, не дав выспаться и предложив взять ее замуж. Это меня напугало и сильно взбесило, но оказалось недостаточным, дабы появилось желание куда-то сбежать. Потом кружение по лесу подбешивало изрядно, и бесконечная болтовня ребят начали мотивировать на побег из промозглого леса. Далее борьба с мутированным зверем добавила адреналина, захотелось его догнать и прибить. А потом найти девушку и свалить в теплый корпус, чтобы поспать.

— Ан нет, упускаю деталь. Я сильно испугался, когда волк рванул за Смирновым, готовый его порвать на куски, — вот теперь картины более, менее сошлись к общему знаменателю. Я должен испугаться и сильно разозлиться, а еще желать свалить из этого места в иное. Вроде все просто, но как это осуществить на деле?

Закрыв глаза, стал в себе раскачивать эмоции, хотя у меня, как у психа отсутствовали яркие чувства. Но базовые присутствовали, такие как страх, злость, гнев. Вот с более тонкими была беда. Не чувствовал ни любви, ни симпатии, ни благодарности, ни дружбы, ни грусти, ни тоски, ни радости. Психологи смогут найти много разных чувств и эмоций, которых во мне не было, или просто я не умел их испытывать. Но три базовые попробовал воссоздать, прокручивая события прошлого в памяти. Результат — ноль целых, ноль десятых. А домой хотелось все сильнее, Клавдия сладко спала, а у меня затекло плечо и рука. Твари, больше не чувствуя слабую и испуганную жертву, разбежались по своим делам. Через два часа понял, что без помощи напарницы по несчастью одному не справиться с задачей. Кто-то должен меня снова взбесить, напугать и вывести из себя. Попытался растолкать спящую девушку. Пришлось сильно постараться, ведь она не реагировала на мои потуги. В итоге похлопал ее по щекам. Только тогда она открыла глаза и попыталась сфокусировать на мне рассеянный взгляд.

— Что тебе надо от меня, Оболенский? Возьми с полки лекарство или пирожок, дай немного поспать, — она точно не определилась, за чем я пожаловал в ее сладкий сон, но попыталась технично от меня отделаться.

— Могу свалить один в туман, а ты останешься с падальщиками наедине, — пригрозил своим уходом, это быстро привело Клавдию в чувства.

— Только посмей меня бросить, я тебе этого никогда не прощу, — а вот этот аргумент при расставании парня и девушки в фильмах вообще ломал мою логику. Расстаются люди не для того, чтобы потом возвращаться, наоборот, чтобы забыть и больше никогда не видеть друг друга. Или я чего-то не понимаю в отношениях?

— Ты нашел способ, как нам выбраться из этого мира? Ведь не просто так посмел меня разбудить? — она гневно на меня посмотрела, а я тяжело вздохнул. Уважения ко мне, как сыну князя у этой простолюдинки не было от слова совсем.

— Да, догадался, как это можно сделать. Но нужна энергия, связанная с эмоциями. Меня нужно напугать, разозлить и выбесить так, чтобы я очень сильно хотел отсюда убраться. Самому это сделать не получается, с чувствами просто беда.

— Ооо, Оболенский, я просто мастер доводить людей до состояния, когда им хочется меня убить. Думаю, что вечером мы уже будем дома в тепле и комфорте, — весело рассмеялась девушка. — Так и чего же ты, смелый парень, больше всего боишься на свете?

Я серьезно задумался, ведь страх точно присутствовал в обоих случаях. Тварей и диких зверей я не боюсь. Но могу испугаться за жизнь другого.

— На тебя должен напасть серьезный хищник, тогда, возможно, я испугаюсь, но это не точно, — посмотрел на девушку, у которой отвисла челюсть.

— Оболенский, давай еще думай, этот вариант совсем не вариант для меня, вдруг мной поужинают? — Клавдия даже схватила меня за грудки, явно желая встряхнуть для лучшего соображения. А меня тряхнуло изнутри, когда она приблизилась слишком близко, словно током ударило и слегка напугало.

— Есть еще один способ, но только не ржи, у меня пунктик по поводу женщин, — другого варианта испугаться я больше не видел.

— Что это значит? Ты серьезно боишься женских приставаний? — Клавдия ехидно улыбнулась, чем еще больше напугала меня.

— Да, не переношу, когда пытаются трогать и лезут, куда не следует. В прошлый раз сама была виновата, когда меня щупала, — насупился, не желая вновь испытывать грязные приставания.

— Я очень хочу домой в тепло и горячую ванну. Так что я тебя, Оболенский, не только зацелую, но, если потребуется, еще и трахну, — Клавдия настроилась слишком решительно. Я попытался сбежать, но она крепко продолжала меня держать за грудки. Попробовал применить прием самообороны и вырваться резким движением рук из захвата, но мы оба свалились с камня, при этом рук девушка так и не расцепила. Кубарем покатились по растрескавшейся земле. Клавдия вцепилась в меня, как клещ, словно от этого зависела ее жизнь. По факту так оно и было, но меня сильно бесил и нервировал тот факт, что не могу отцепиться от девушки. Она еще и ногами обхватила меня, сцепив их в замок. Блин, я оказался в жестком капкане и начал изрядно паниковать. Клавдия сражалась не на жизнь, а на смерть. Дотянувшись до моих губ, впилась страстным поцелуем, закрыв при этом глаза. Ее шустрый язык заполнил всю ротовую полость и начал хозяйничать словно у себя дома. У меня глаза полезли на лоб, так меня еще ни разу не экспроприировали. Да, целовали, но не так, чтобы полностью овладеть. Ее ледяные руки проникли каким-то невообразимым образом мне под рубашку, минуя свитер и куртку. Начали не только щупать, а словно пытались сделать массаж. Меня чуть не стошнило от такой фамильярности. Когда охладила мою грудь до температуры своих рук, рванула одним ловким движением ремень на брюках, собираясь спуститься пониже. Представив ледяные руки на теплолюбивом месте чуть ниже пупка, пришел окончательно в ужас.

— Фух, получилось, — наконец-то вытащила Клавдия свой язык и убрала шаловливые ручки. Я тоже увидел, что мы оказались недалеко от училища, сквозь деревья увидев бетонную стену. — А ты и вправду боишься женщин, нам повезло, что тебя удалось испугать не на шутку. Оставайся надолго девственником, иначе выбраться в следующий раз не получится.

— Какой еще следующий раз, мне и на Земле неплохо живется, — постарался не думать о будущем, когда есть дела в настоящем. — Давай перелезем через забор и разбежимся по корпусам.

— Тебе придется подтолкнуть, сама я не дотянусь до края, — бодрой походкой, виляя бедрами, словно продолжая соблазнять, Клавдия направилась к последней преграде между ней и ее желанием залезть в горячую ванну. Пришлось помочь девушке забраться. Просто за руки затянул наверх и помог спуститься таким же способом. Она предлагала подтолкнуть под пятую точку, но я не стал еще раз искушать судьбу, вдруг снова перемещусь, куда не планирую.

А после меня ждало в комнате серьезное испытание в виде пьяных зомбированных однокурсников, выползающих за мной, желающих то ли съесть, то ли покусать на радостях. Никогда не понимал счастья других, когда кто-то возвращался, пусть и с того света. Но после французского поцелуя с доставанием гланд, простые чмоки девчонок меня практически не нервировали. Только когда все расползлись по своим комнатам, вздохнул с облегчением, оставшись наконец-то один.

Оказавшись в училище, договорились с Клавдией, что ни при каких обстоятельствах не станем говорить про странный мир, где оказалась благодаря мне. С моей стороны я не стану открывать правду о том, как она пыталась соблазнить и трахнуть князя Оболенского, залезая нагло ко мне в брюки. Обоим было выгодно молчать о странном приключении, дабы не портить в будущем себе жизнь…

Утром начальник училища вновь собрал всех учащихся перед главным зданием на небольшой площади, где объявил о новых командных условиях участия в предновогоднем турнире. Выделил, что в этом году даже первокурсники смогут попробовать победить. Для этого стоит подать заявку и заявить состав из десяти человек. Команды решили сделать довольно большими, где без слаженного взаимодействия и взаимовыручки невозможно будет одержать победу. А также при большом количестве участников можно умело выстроить магическую атаку и защиту, нивелируя слабые места и усиливая сильные стороны напарников. Догадался, что учителям не хочется растягивать турнир на неделю, когда все должны выступить друг за другом. Легче провести турнирную таблицу из максимально возможных двенадцати команд. В первый и второй день шесть сражений на выбывание. А на третий и четвертый день борьбу между шестью командами до полного победителя. Экономия времени и ресурсов в виде нервных окончаний у комиссии, принимающей участие в оценке учеников с четырех потоков. Я бы тоже так поступил и зрелищно, и продуктивно.

Не успели учащиеся разойтись, как ко мне за завтраком подошли семеро крестоносцев или зомби-собутыльников, окружив мой угловой столик. Надо место, что ли, поменять, а то здесь кто-то медом намазал, а я и не заметил.

— Оболенский, мы тут немного посовещались и хотим тебя взять в свою команду, — выдал Трубецкой, явно довольный тем, что сделал мне большое одолжение.

— Я не хочу принимать участие в каком бы то ни было турнире, — сразу спустил с небес на землю мечтателей хреновых. — Я так понял, это дело сугубо добровольное.

— Наверное, не слышал, чтобы говорили о принудительном участии, — почесал затылок Максимилиан, совершенно не подумав, что можно вообще ничего не делать. — Неужели не хочешь одержать победу над старшекурсниками?

— Или позорное поражение, мы слишком слабые, чтобы претендовать хоть на что-то, — после того, как сказал, осознал, что я какого-то черта себя причислил к этой команде.

— Вооот, мы без тебя не затащим. Ты умеешь распределить функции в команде лучшим образом, да и вообще какой-то псих, ничего не боящийся, — сделал неуклюжий комплимент Серега. — Нам всем нужно стать сильнее.

— Мне нет, не вижу смысла в собственной прокачке из-за отсутствия дара. В остальном у меня навыки, вполне удовлетворяющие мои скромные потребности для жизни, — снова отбрил своих однокурсников. Ребята стояли вокруг, исчерпав все аргументы, не ожидая от меня, что брошу команду на камни. Почему-то они решили, раз без споров помог в поиске Клавдии, то и сейчас сразу же соглашусь. Я тогда отправился на поиски не из-за чувства сострадания или альтруизма, просто чувствовал свою сопричастность в ее исчезновении, и мне было интересно убедиться в своем предположении. Ребята разочарованно покинули столовую, забыв даже позавтракать.

Оставшись в коем веке один за своим притягивающим повышенное внимание столом, задумался о турнире и истинных причинах отказа. По сути, я бы мог принять участие в любой другой команде, где не было девушек. Иначе снова может повториться спонтанное перемещение, а вот выбраться из иного мира одному у меня не получится. Также пока не было способа заставить молчать гипнотизера Смирного о возможной раскрывшейся тайне. Компрометирующей информации нарыть на его семью не удалось. Раньше этот баронский род был весьма богат, занимаясь ресторанным бизнесом в самых крупных городах России. Но после двух войн они разорились, города стали зонами отчуждения, бизнес прогорел. В Новосибирске снова встать на ноги и развернуться не хватало капитала и нужных связей. Сам Александр не стесняясь, признавался, что беден, как церковная мышь. Так что рычага на него, к сожалению, не было. Но это не означало, что в ближайшем будущем не появится.

— Пока не научусь контролировать свой дар, никаких непредсказуемых действий. Поэтому нужно для начала создать компрометирующую ситуацию со Смирновым, восстановить полностью память и найти иной способ свободного перемещения, — расставил нужные приоритеты в своей голове, решив придерживаться принятого решения. Но у судьбы, как всегда, на меня существовали свои планы…

___________________________________________________ Автору нужно вдохновение, лучшей наградой будут лайки и подписка на автора: https://author.today/u/id22576406

Глава 15 Тактика и стратегия

Ребята вышли из столовой несолоно хлебавши. Такого пренебрежения к оказанному одолжению они никак не могли переварить спокойно.

— Что этот Оболенский о себе возомнил? Подумаешь, добил раненного мной зверя, он, скорее всего, сам подох, — возмутился Максимилиан Трубецкой, идя на выход из корпуса. — Такой подставы от стрёмного ботана я не ожидал.

— Он реально псих ненормальный, раз отказывается участвовать в турнире. Когда еще шанс выпадет проявить себя перед старшекурсниками? — поддержал друга Серега Ефимовский.

— И почему он такой упертый? Жаль, что трусом его назвать больше не получится, но то, что с приветом, отрицать не стану, — вставил свои пять копеек Петр Татищев.

— У него есть тайна, зуб даю! — поддержал членов новой команды Санек Смирнов. — Жаль, что загипнотизировать не получается, иначе все секреты давно бы раскрыл.

— Я в курсе его тайны, в ней нет ничего особенного. Ему реально не хочется напрягаться и становиться сильнее, поэтому и отказал в участии, — навела тень на плетень Верка Лопухина. Все внимательно на нее посмотрели, остановившись на полпути. — Он не желает в будущем оставаться аристократом, хочет жить, как простой простолюдин, — девушка понимала парня, но не принимала его решения. Поэтому скривилась, представив жизнь в будущем потомственного князя.

— Почему решил отказаться от титула? Чем он его не устраивает? — всплеснула руками Елизавета Нарышкина. — Разве от наследства отказываются?

— Иногда такое случается, когда жизнь под гнетом отца становится адом, — многозначительно произнесла Гаврилова, которой иногда удавалось заглянуть под маску Оболенского, считав его мысли.

— У всех предки не сахар, но от денег и власти не отказываются! Это надо быть полным идиотом, ну или Психом, — подвел итог Вожак новой группы. — Тогда давайте покажем, что и без его участия мы можем всех запросто раскатать.

— Ну, не всех… Не старшекурсников это точно, но вот своих однокурсников должны победить. Может и второй курс заставим с нами считаться, — мечтательно произнесла Ворона, двигаясь на полигон для магии…

Самуэль Гаврилович уже распланировал дальнейшее магическое обучение в связи с новыми обстоятельствами и с нетерпением ждал, когда первокурсники подтянутся к началу урока.

— В связи с предстоящим турниром, который случится весьма скоро, вам необходимо разбиться на три команды в равном составе. За месяц много вы, конечно, не добьетесь. Но действовать слажено исходя из ваших способностей, должны научиться, — раздал указания Самуэль Гаврилович, надеясь, что ребята сами разделятся между собой. Ученики загалдели, выбирая лидеров, которые сплотят вокруг себя новых участников. Отметил, что группа аристократов в составе семи человек осталась стоять обособленно. Именно они уже сплотились друг с другом в лесу и сейчас планировали объединиться в команду. Вот только Оболенский, как белая ворона, сидел в стороне на лавочке, словно и не планировал принимать во всем этом участие.

— Оболенский, ты не слышал задания? Тебе необходимо примкнуть хоть к одной команде, — на всякий случай учитель продублировал требование.

— Участие в турнире проходит на добровольном начале. Я, пожалуй, воздержусь, — а вот такого поворота от парня Самуэль Гаврилович никак не ожидал. Семерка однокурсников тоже посмотрела в его сторону явно с обидой и сожалением.

— Он и им отказал, — догадался учитель, перед которым стояла дополнительная задача раскрыть дар в Оболенском.

— Можешь в турнире не участвовать, твое дело. Но тренироваться со всеми обязан. Будешь запасным игроком у всех трех команд, вдруг с их участником накануне турнира что-то случится? — нашел гениальное решение учитель, как проверить дар парня на максимальном количестве одаренных. Увидел, как Оболенский тяжело вздохнул, направившись в сторону самой слабой команды лузеров, собранной по остаточному явлению.

Еще внимание учителя привлек один паренек, метавшийся между двумя командами, которые не горели желанием его присоединять. Это был Михаил Абрамович, обладающим неплохим даром усыпления, но слишком занудный по характеру. Он периодически бросал взгляды на Оболенского, с которым явно что-то не поделил. Для того, чтобы облегчить парню выбор, Самуэль Гаврилович решил озвучить очередность участия и условие магической тренировки.

— Сейчас сразятся команда Трубецкого и команда, в которой Оболенский. Условие победы будет простым. Необходимо заставить применить дар всех участников команды соперников. У кого останется хоть один участник, кроме Оболенского, с не слитой магией, та команда и одержит победу. Так что даю вам десять минут обсудить тактику и стратегию боя, — учитель магии с трудом подавил улыбку, понимая, какую свинью подложил высокородным, их состав команды был неполным. И отметил, что ушлый Абрамович вмиг определился с выбором, рванув к команде Трубецкого. Краем уха учитель услышал разговор.

— Вы должны взять меня в свою команду, ведь Оболенский наградил нелестными кличками не только вас, но и меня. Я обязан ему отомстить, у меня два раза уже сорвался с ним поединок, — принялся активно убеждать ребят Абрамович. Но никто не изъявил особого желания присоединять душнилу к группе. — Оболенского необходимо одним из первых вывести из строя. Кто из вас это может сделать быстро и эффективно? — он победоносно обвел взглядом всех участников. — Я могу его усыпить. Таким образом отомщу за свое прозвище, а вы сможете легко победить.

Это был весомый аргумент, против которого никто спорить не стал. Ребята согласились принять восьмым нового занудного парня в команду. Самуэль Гаврилович потирал руки, противостояние обещало выйти довольно любопытном, и недоумевал, почему раньше не додумался таким образом проводить уроки.

Через несколько минут десять противников встали напротив восьми участников, которые не стали больше никого к себе брать в группу, кроме Бухгалтера. Все с вызовом смотрели друг на друга, выражая готовность бороться до последнего участника…

Я стоял позади новой группы сравнительно слабых, на первый взгляд, одаренных. Но и задание было отнюдь не силовое, лишь магическое, а это сильно уравнивало шансы на победу. Словно гроссмейстер, рассчитал всю партию, как в шахматах. Осталось дело за исполнением. И еще решил ходить белыми, то есть первыми делать ход, выбирая себе нужного противника. Магическая дуэль — это очень скучно, я вам скажу. Пять минут потуг и всё, аут, сушите весла. Кулаками и то зрелищнее машут. Тем более начали атаковать все одновременно, кроме меня неодаренного, который стоял позади и дирижировал оркестром. Ну, еще и превозмогал немного против атаки обиженного одаренного.

В новой команде был парень, которого можно назвать Ужасом, летящим на крыльях ночи. По факту он был жутко несимпатичным с очень тяжелым взглядом, пробирающим до печенок. И прозвище получил банальное, Страх. Он закусился с Фантазером, упершись в него взглядом. Смирнов пытался загипнотизировать противника, но внутренний ужас мешал ему сразу взять под контроль соперника. Здесь произошел равный обмен магическими способностями один-один, оба слили ману, но в итоге Страх попал под контроль гипнотизера.

Второй участник, по прозвищу Спринтер, взял на себя Татищева. Его не просто так прозвали, он был довольно быстрым и на короткие промежутки времени умел ускоряться. Фигаро тут, Фигаро там, я бы именно так его и назвал, но не я мстил ему за подставу. Драчун пытался попасть по нему разными приемами, но все усиленные удары угодили в молоко. Спринтер затащил, слив ману с обоих, сумев не подставиться. Толстяк-сумоист взял на себя Ефимовского. Только он мог устоять перед бесконтактным ударом. Он уверенно попер тараном, и Сереге ничего не оставалась, как пытаться отбросить гору сала назад. Сейчас сработал физический закон притяжения, тяжелый вес противника выстоял против бесконтактной магии.

Еще один паренек, обладающий акробатическим даром, Циркач, выделывая различные трюки, стал сближаться с Трубецким. Максимилиану ничего не оставалось, как попытаться просчитать исход поединка. Худощавый парнишка сильно махал своими конечностями, словно пропеллер, изворачиваясь еще и в прыжках. По факту это была имитация нападения, чем целенаправленный бой, но Вожаку пришлось слить ману на боевое предвидение. В итоге Максимилиан психанул и одним ударом вырубил верткого малого, но было поздно. У парней размен прошел равноценно, не дав преимуществ друг другу.

Ворона решила навести порчу сразу на четырех девушек, дабы взять разменом один к четырем, но просчиталась. Против нее в команде нашелся Свистун, которого окрестили Соловьем-разбойником, так себе маскировочка вам скажу. Он умел выводить такие рулады свистом, что у многих начали сворачиваться уши в трубочку, что опять же было на пользу новой команде. Лопухина не могла сосредоточиться. Магия порчи или проклятия должна сформироваться, напитаться, а потом выстрелить в своего носителя. Свист не позволял сконцентрироваться, Ворона закипала, магия распадалась. Потом, не выдержав, приложила лишь Соловья, сорвав ему голос, то есть свист. Размен вновь стал равноценным.

В команде одна девушка умела виртуозно копировать голос и почерк. Но сейчас впервые пробовала подделать еще и ментальный мой голос. Важно было вывести из строя Гаврилову, у которой магия включалась пока произвольно. Девушка-ксерокс, которую прозвали почему-то Принтером, стояла передо мной, прикрывая от ментальной магии Ромашки. Она была слабым звеном в моем плане, потому что мой внутренний голос копировала впервые. Существовал шанс слить магию Принтера раньше включения дара менталиста. Но и тут нам повезло. Наталья пошла пунцовыми пятнами, начав считывать мысли, как она думала Оболенского, а по факту девушки с богатой фантазией. Та чуть ли не пела моим голосом серенады, выявляя все неочевидные женские преимущества Гавриловой. Видя смущенный взгляд поплывшего менталиста, показал большой палец напарнице по команде.

Но ситуация складывалась патовая. Зная, Фиалку, как мага-иллюзиониста, понимал, что она не станет проявлять свой дар. Во-первых, он фактически бесполезен, ребята в группе привыкли к ее безобидным фокусам. Во-вторых, она была самой сообразительной, понимая, что хоть кто-то должен остаться с полным магическим даром. В-третьих, Вожак должен был оставить кого-то про запас на самый крайний случай, дабы подстраховать остальных. Лучшим вариантом стала бы Гаврилова, но у нее дар включался самопроизвольно, поэтому оставалась лишь Елизавета. И вот ее необходимо было вывести из себя, спровоцировав на ответную месть.

В команде аутсайдеров оставались две девушки, одна из которых училась изменять структуру воды, поэтому всегда с собой носила хоть какой-нибудь напиток в бутылочке. Пока у нее выходило плохо, она из любой жидкости могла сделать лишь чистую воду. Ее боялись приглашать на попойки, ведь из вина и пива все могли в любой момент получить воду даже в закрытых бутылках. Но девушка, прозванная Истоком, пыталась экспериментировать, и все это знали. Ее желанием было создать кислоту или яд, о чем она всем и рассказывала, но ей не хватало уроков по химии. Предложил инсценировать элементарную ссору, где Незабудка попробует поскандалить с Истоком, а та плеснет воду в Фиалку. Дар Незабудки вообще небоевой, она умела приручать и управлять домашними питомцами, именно в ее комнате обнаружил кошачий корм. Возможно, и она могла стать шпионом, если сможет научить зверушек приносить документы из охраняемых кабинетов. Есть еще вариант, что в будущем сможет взять под контроль зверей и побольше, но сейчас ее дар был бесполезен. Поэтому предстояло разыграть спектакль на публику, обвиняя девушку Исток в бесполезности.

В итоге на Фиалку плеснули воду, но судя по тому, как принюхалась к попавшей жидкости на одежду, впервые Истоку получилось создать нечто иное. Елизавета перестала себя контролировать, выпустив на обидчиц рой иллюзорных жужжащих пчел, облепивших со всех сторон девушек. Незабудка от неожиданности начала отмахиваться от насекомых, попыталась взять под контроль, словно питомцев, бездарно слив магию. Она была нашим запасным вариантом, потому что не планировала проявлять дар. Фиалка и тут оказалась на высоте, спровоцировав укротительницу зверушек раскрыться.

Я продолжал держаться из последних сил, зевая и делая вид, что мне скучно наблюдать за этим магическим поединком. На меня давил Морфей, то есть Бухгалтер, наконец-то добравшийся до магического поединка со мной. И он был силен. Мое сознание висело на грани, готовое в любой момент отрубиться. Я незаметно, засунув руку в карман, впивался ногтями в ладонь до крови, причиняя себе боль. Благо со сном бороться давно научился. Мне часами приходилось выслеживать зверя на охоте, держа сознание под контролем. А также часто боролся со сном, ожидая в гости очередную мачеху. Здесь, конечно же, помогал страх. Мне порой удавалось придумать много веских причин сбить, чтобы сбить настрой страстных женщин, вызывая у себя прямо в комнате тот или иной недуг. Мог проблеваться прямо на кровать, мог описаться, пока был еще маленький, биться в припадке и даже покрываться потом, как при сильной простуде. Поначалу это всегда прокатывало, но потом меня раскалывали, приходилось терпеть или выдумывать новые способы противодействия.

Сейчас я с честью справился со сном, а команда с противниками. Самуэль Гаврилович окончил поединок, когда все из команды Трубецкого остались на время без магии. Прошло не больше пяти минут, а бой не особо красочный подошел к концу. Моя новая временная команда победила. За нами осталось преимущество в виде одного игрока, даже не вступившего в противостояние. Это был парень с даром телекинеза, который просто постоял в сторонке. Звучит грозно, но по факту он научился лишь левитировать птичьим пером, не в силах удержать в воздухе что-то тяжелее легкого перышка. Победила элементарная математика. Восемь магов не затащили десятерых, по факту разменяв способности один к одному. Вот только девушки подвели в конце, Истоку не нужно было экспериментировать с водой, а Незабудке пытаться контролировать иллюзорных пчел. Тогда бы мы выиграли всухую. Фиалка единственная разменяла свою способность одну на двоих, просмто умница. На простую воду она бы не среагировала, а это значит, что и Исток сделала большой прорыв в своем развитии. Действительно, командная игра сильно мотивирует участников на победу и развитие скрытых талантов.

Учитель подвел итоги и пошагово разобрал для всех остальных магический поединок, похвалив одних и попеняв других, выделив хорошую стратегию. Сейчас готовилась ко второму раунду команда победителей против команды середнячков. Группа проигравших аристократов осталась наблюдать за новым сражением, где Оболенский, как передающееся знамя, перешел во вторую команду. Бой также не был красочным, но парню пришлось применять свои физические навыки для провокации одного из противников.

В итоге победила вторая команда, где находился Оболенский, умело распределив обязанности, выстроив надежную стратегию, умело использовав новые ресурсы участников.

— Нам в команду нужен этот долбанный стратег! Без него мы не затащим и своих, не то что старшекурсников, — Трубецкой осознал простую истину, что он, как Вожак, совсем не тот лидер, который приведет команду к победе.

— Без Оболенского и его советов мы бы точно полегли еще в лесу при встрече с волком, — добавила Фиалка, осознавая, что недавно прошли по краю.

— И как нам его уговорить, если не можем ничего предложить стоящего, так как не знаем его интересов? — Ворона находилась в растерянности, ведь даже она, как выгодный вариант с браком, была неинтересна парню.

— У нас есть Ромашка, пусть приклеится на время к Оболенскому и считывает все его потаенные желания. Может даже прописаться в мужском корпусе и ночевать у него под дверью, — выдал Шалун идею фикс. Сегодняшний проигрыш самой слабой команде сильно ударил по его самолюбию.

— Вот сам и ночуй, а я через металлическую дверь и стены мыслей не читаю, для этого необходимо быть рядом с объектом, — обиженно надулась Елизавета. Но другого выхода, как узнать парня поближе, она тоже не видела. — Попробую с ним подружиться для начала.

— Вооот, нам всем нужно стать за неделю с Оболенским закадычными друзьями и окружить его нежностью и заботой, — широко улыбнулся Трубецкой, явно придумав, с чего начать свой коварный план…

Глава 16 "Ночная птица"

В пятницу за ужином ко мне подсел Максимилиан, на лице которого светилась улыбка.

— Привет, Оболенский, чем вечером планируешь заняться? — он бесцеремонно уселся с подносом еды за мой столик, не спросив разрешения. А я уже задумался, не пересесть ли мне к окну, а то вообще не получается поесть спокойно.

— Собирался почитать, интересно изучить несколько направлений, — уклончиво ответил, не вдаваясь в конкретику.

— Что ты, как затворник все один, да один, словно у тебя здесь нет друзей. А они есть, я точно знаю, например, я, — он явно что-то хотел от меня, но не хлеба. — Давай после ужина сыграем во что-нибудь, хоть в шахматы, хоть в шашки или ты больше по азартным играм?

Я продолжил ужинать, пока не принимая его предложение, желая услышать всю подоплеку.

— Ну, не на деньги же предлагаю зарубиться, просто на желание. Делать-то все равно нечего, а так подкачаем умственные способности, мне точно не помешает, — вот это стало намного интереснее, ведь проигранное желание от князя — это проигранное желание от князя, который обязан будет его исполнить. Такими подарками аристократы не разбрасываются.

— Почему бы и нет? Тогда сыграем шахматную партию в общем зале, проигравший должен желание, — протянул руку, дабы поддержать предложение.

Через час я дошел до корпуса, где находилась большая комната отдыха, снабженная телевизором во всю стену, проектором, музыкальным центром и мощными колонками. А еще мягкими диванами, уютными столиками и различными интеллектуальными играми, расположенными на стеллаже вдоль стены. Осенними вечерами в комнате ученику одному было довольно скучно, так что в развлекательном центре всегда собиралось много народу. Трубецкой уже занял дальний столик у стены, разложив шахматную доску.

— Какими будешь играть, белыми или черными, по доброте душевной позволю тебе сделать выбор, — мне было все равно какими играть. Обожаю шахматы, часто играл сам с собой или с помощью компьютера, оттачивая логику мышления. Проиграть не боялся, так что выбрал черные, предоставив первое право хода Максимилиану.

Как и предполагал, Трубецкой не был гроссмейстером, ну вот ни разу. Допустил в первые десять минут пару ошибок, сильно ограничив возможность маневра и предоставив мне больше шансов выиграть эту партию. Я не спешил, ведь победа уже практически лежала у меня в кармане. Наслаждался тем, что просчитывал на пять — семь ходов вперед, видя преимущества и недостатки того или иного хода. Оттачивал в очередной раз стратегическое мышление.

По мере продолжения игры сюда стали заглядывать все те же лица из команды лесных авантюристов. Ребята с радостными выражениями на лицах, словно встретили старых приятелей, спешили в нашу сторону. С выражением заядлых шахматистов продолжали наблюдать за разворачивающимся на доске сражением. Не думаю, что хоть кто-то из ребят силен в этой игре, но вот определить сильную и слабую сторону были в состоянии. Чувствуя, что Максимилиан проигрывает, начали давать ему бессмысленные советы. Даже Фиалка попробовала применить свой дар иллюзий, добавив пару белых пешек на доске, чем только ввела в еще больший ступор начавшего закипать парня. Не зря говорят, благими намерениями выстлана дорога в ад, вот и парни сейчас оказывали своему однокурснику медвежью услугу. Практически все были в сборе, явно зная о планах Вожака, решив его поддержать. Не хватало только Вороны и Смирнова, где-то запропастившихся. Я уверенно вел партию к шаху и мату, когда в комнату для отдыха вошел новоявленный член команды Михаил Абрамович, собственной персоной. Он подошел к нашему столу, оставшись стоять за спинами ребят, ехидненько улыбался. Михаил сегодня не смог выполнить обещание, данное ребятам. У него не получилось усыпить меня во время урока. Сейчас же решил взять реванш. Я, немного подумав, не стал этому препятствовать. Мои глаза стали слипаться, и через минуту уже храпел, разметав все фигуры с доски…

— Какого хрена ты сейчас натворил? У нас шла борьба за желание, на кой-черт усыпил Оболенского? — Трубецкой набросился на Абрамовича, помощь которого никто не оценил.

— Как это зачем? Ты уже давно проиграл эту партию, только слепой мог этого не заметить. Вот я и решил, что толку от завершения уже не будет, и спас командира от позорного проигрыша, — Бухгалтер, как истинный еврей не увидел перспективы в окончании партии и умело слил ее, избежав ненужных потерь. Максимилиан до самого конца не хотел признаваться самому себе, что снова продул Оболенскому, поэтому продолжил ворчать про честь и совесть. Но делал это без огонька, больше для проформы, чем реально огорчаясь.

— Гаврилова, что тебе удалось узнать из сознания нашего спящего принца? — раз план А не удался, то может, план Б сработал.

— Этого чертова гения разве можно прочесть? Он давно понял, что победа за ним, наслаждался расчетами разных ходов, других желаний у него не было, — развела руками Ромашка. — А еще он прекрасно раскусил твой план Максимилиан, знал, о каком желании попросишь.

— О чем он в этот момент подумал? Хочет присоединиться или нет? — девушка тяжело вздохнула, покачав головой.

— Нет, не имеет ни малейшего желания. И усыпить себя дал нарочно, даже обрадовался, когда Абрамович зашел.

— И что это может значить? — почесал затылок Максимилиан. — Знал, что выиграет желание, но разрешил себя усыпить, где логика?

— Так он же Псих! У сумасшедших ее просто нет, или она такая же извращенная, — разочарованно высказался Ефимовский, понимая, что очередной план пошел коту под хвост.

— Не скажи, у Оболенского всегда четкий план, которого он придерживается. И если мы не видим смысла поступков, это не значит, что его нет. И скоро о нем узнаем, возможно, сильно удивившись, — возразила Фиалка, верящая в гениальность парня, прячущегося под невзрачной личностью…

Немного про себя поржал, когда ребята стали обсуждать свой стратегический план прямо при спящем парне. Шпионами им не быть, во всяком случае недолго. Если человек заснул, то это не говорит, что проснуться не сможет через пять минут, особенно если вокруг него продолжают галдеть, не снижая голоса.

Почему решил слить желание Трубецкого, все просто. Он бы ни за что не отступился и продолжил мне проигрывать одно желание за другим, в надежде, что выиграет у меня хоть одну партию. А вот мне его в должниках держать совсем не хотелось, но и проигрывать, дабы войти членом команды и принять участие в турнире, не улыбалось. Ситуация складывалась патовая. Поэтому обрадовался хитрожопому Абрамовичу, который прикинул выгоду для себя и поступил вполне прогнозируемо, удовлетворив свою мстю. Продолжая прикидываться спящим, позволил себя донести до комнаты. Лишь потом, когда потрясли, достал ключ и завалился демонстративно на кровать. Ребята пожелали спокойного сна и отправились по своим делам. И да, у меня был собственный план, Фиалка в который раз оказалась права…

Сегодня была суббота, уроков мало, а завтра выходной в училище. Некоторые ребята, у кого семьи в Новосибирске, после обеда планируют смыться в город. Им повезло с любящими родителями, ждущими своих отпрысков хоть на день домой. Я же до самых зимних каникул не собирался возвращаться, дабы в семье не провоцировать новых проблем.

Остались только лекции, никаких физических и магических нагрузок. Отсидев всего две пары, двинулись в столовую. Удивительно, но к моему угловому столу парни придвинули еще два, удлинив, дабы поместиться всем вместе.

— Эээ, ты меня извини, Оболенский, некрасиво получилось вчера. Не предполагал, что этот муд.Бухгалтер так меня подставит, — признал свою вину Максимилиан, — с меня причитается.

Я молчал, поглощая суп, ожидая продолжения разговора. Иногда нужно немного затянуть паузу в переговорах, как часто это делал отец, чтоб можно было выбирать из нескольких предложений.

— Хочу проставиться вечером вкусной едой, бухлом и парой эротических фильмов, можем посидеть в тесном мужском кругу, — вот поступило первое предложение, которое меня не особо устраивало. Я хмыкнул, показывая, что раздумываю.

— Я тоже тебе должен за спасение сестры. Кстати, она о тебе спрашивала и попросила начистить рожу, дабы ты появился у нее в лазарете, — Ефимовский, как всегда, был слишком прямолинеен и сдал Клавдию с потрохами. — Может, сгоняем в город в ночной клуб, там и оттянемся по-взрослому.

— Хорошая идея! Здесь нормально развлечься не получится, — поддержал Татищев ребят. — Надо лишь машину попросить прислать за нами, могу озадачить нашего водителя, раз у вас терки с предками.

Как и предполагал, поступило уже два предложения за пять минут, и второе меня вполне устраивало.

— Лучше пусть будет такси. Скинемся, если что, не нужно знать предкам, где зависают их отпрыски, — скорректировал предложение, не соглашаясь прямым текстом, а выдвигая свои условия.

— Жаль, что отдохнуть с вами у меня не получится. Я совсем на мели, — Смирнов тяжело вздохнул, отводя взгляд в сторону. Мой план начал наворачиваться бордовой шляпой. Но предложить денег парню, значило его зарубить на корню.

— Ты чего, бро? Думаешь, мы тебя здесь киснуть оставим? Там такие телочки в клубе, закачаешься, — Ефимовский начал уговаривать парня.

— Не ссы, мы же при бабках, а уж заплатить за выпивку друга, можем себе позволить, — поддержал Татищев, переживая, что интересный вечер может сорваться.

Смирнов и сам хотел развеяться, так что долго уговаривать его не пришлось. Не выходя из-за стола, заказали машину. Правда, быстро она не приедет, так что пара часов на сборы у нас еще оставалось. Когда вышли из-за стола, дабы переодеться в штатское, Максимилиан чуть меня придержал.

— Мне надо как-то загладить вину, хочешь, я сниму тебе любую телочку на ночь в отеле? Только это, хорош с маскировкой, мы тебя нормальным уже видели. Девчонок наших не будет, а другие тебя не знают, — по сути, он дело говорил. Вот только снимать мне никого не нужно, самому бы отбиться от желающих. Ну и решил последовать совету Вожака, дабы показать, кто настоящий альфа-самец, и почему мне приходится маскироваться. Лишь бы это не помешало моим планам.

Быстро помылся, зачесал волосы назад, открывая высокий лоб. Всё, больше мне ничего делать было не нужно, даже как-то непривычно стало. Мне гораздо больше необходимо времени, дабы выглядеть ботаном, чем красавчиком. Еще погладил брендовую футболку, которую на всякий случай закинул в рюкзак, натянул джинсы и обулся в кроссовки. Этот прикид задуман, если вдруг потребуется срочно сменить имидж, дабы меня никто не узнал. Выглядеть, как все, тоже своего рода маскировка. Взяв мобильник и наличность, спустился к парковке, стараясь проскочить незаметно. Ребята уже были здесь, посматривая на дорогие часы и смотря на уходящую вдаль дорогу. На нас сейчас были теплые куртки, а вот шапки не носили принципиально, хотя на почве по ночам случались заморозки. От всех пахло дорогим парфюмом, на лицах предвкушающие улыбки. Издалека заметно, что золотая молодежь собралась потусить.

— Оболенский, это ты, что ли? — ко мне подошел Смирнов, еще не видевший меня без грима. — Охренеть, какой ты красавчик. Правильно делаешь, что притворяешься, а то у всего женского корпуса случилось бы помутнение рассудка, — вот тут с ним был согласен, иногда Санек зрил в корень.

Парни тоже присвистнули, оценив меня в новом амплуа. Теперь не сутулился, не шаркал ногами, двигался пружинистой походкой, расправив плечи. Трубецкой тоже постарался выпятить грудь, чтобы казаться шире. Я ему не уступал ни в росте, ни в плечах, вызвав чувство конкуренции. Вскоре прибыла машина премиум-класса, где мы с комфортом разместились все впятером. Шестого, Бухгалтера, никто даже не подумал пригласить. Иначе вечер будет испорчен любителем раздавать ненужные советы. К десяти часам вечера подъехали к модному эпатажному клубу со странным названием «Ночная птица». Что хозяин этим хотел сказать, можно только догадываться. Но место и вправду было обустроено по высшему разряду.

— Знаешь, чей это клуб? — ко мне обратился, перекрикивая музыку, Максимилиан, — графа Орлова младшего, который учится с нами на четвертом курсе. Теперь стало понятно название. Хорошо, что ночным орлом не назвал. Хотя орлы по ночам вроде как не охотятся, в отличие от хозяина заведения. Я позавидовал тому, что некоторые уже имели свой бизнес, а вот мой отец даже слышать не желал ни про бизнес, ни про свое дело. Перестав рефлексировать по поводу несбыточного желания, натянул на себя широкую улыбку.

Хозяин клуба уже был здесь, разместившись в лаундж-зоне с двумя длинноногими красотками, воркующими по бокам. А хорошо пристроился, совместив бизнес с удовольствием. Орлов был тем еще бабником, меняющим девушек, как мой отец. Этим сразу же вызвав к себе неприязнь.

Трубецкой повел нас на второй ярус, заняв весьма уютное место, с которого просматривался танцпол. Официантка в очень коротенькой юбочке принесла меню. Выбрали изысканные блюда и алкогольные напитки. Парни чувствовали себя на вершине блаженства, а я не понимал все эти сомнительные удовольствия. Затуманивать разум считал нецелесообразным. Сбросить напряжение можно множеством способов, которым научили мастера-тираны. Для конспирации и задуманного плана старался выглядеть, как все, счастливым и беззаботным. От напитков не стал отказываться, но спиртное контролировал, не мешая друг с другом. Много шутил, благо с юмором у меня все в порядке. Парни продолжали удивляться переменам во мне.

— Умеешь же быть, как все! С тобой даже общаться стало приятно, — похлопал по спине Максимилиан, одобряя такую перемену.

— Ты парень свой в доску, когда не маскируешься, — еще один комплимент отвесил Серега, не догадываясь, что именно сейчас я тоже маскируюсь под окружающую обстановку. Я настоящий, совсем не таков, больше похож на опасного зверя. Хищника, умеющего прекрасно маскироваться. Но им об этом знать совсем необязательно.

Когда градус выпитого спиртного конвертировался в градус веселья, двинули на танцпол. Я не был танцором, но пару месяцев дома заставлял себя танцевать, понимая, что и это мне может однажды пригодиться. Если честно, все мы двигались угловато. Выбрав пример для подражания в виде неплохо танцующего парня, стал копировать движения, подстраиваясь под музыку. Не прошло и полчаса, как мои телодвижения стали более естественными. Умение танцевать сравнил с еще одним видом борьбы, при помощи которого можно получить выгоду. Парни такой хренью не занимались, просто отрывались на полную, слово стадо гамадрилов выпустили на свободу. Благо их поведение не сильно отличалось от остальных, мы гармонично вписывались в окружающую среду.

Вскоре меня начали напрягать девушки в большом количестве, бравшие аккуратно меня в кольцо. Они танцевали, приближаясь все ближе, стараясь двигаться сексуально и эротично. Напомнили мне акул, почувствовавших свежую кровь. Парни старались поразить девушек умением танцевать, но по факту, топтались, как слоны, наступая окружающим на ноги. Продолжая двигаться в такт, начал даже получать от этого удовольствие, которому не суждено было долго продлиться.

Первой со мной заговорила шатенка с большими сись…глазами, стараясь опередить менее расторопных конкуренток.

— Откуда у нас в клубе нарисовался такой красавчик? Проездом или недавно переехал? — начала она свой подкат, довольно банальный.

— Я здесь впервые, — не стал строить из себя ханжу, с девушками так не принято.

— А как тебя зовут, красавчик? Только не говори, что ты аристократ, а то мое сердце не выдержит, — девушка облизнула языком свои губки, сокращая между нами дистанцию.

— Хорошо, не буду, — не стал представляться, дабы не провоцировать ее еще больше.

— Что ты не будешь? Не скажешь свое имя или не скажешь из какого рода? — ее хитрый маневр не сработал, а любопытство заставляло и дальше расспрашивать.

— Зовут Леонидом, для общения этого вполне достаточно, — обломал все надежды размечтавшейся шатенки.

— Анжелика, иди совращай другого юнца, этот тебе не по зубам, — сзади ее оттеснили две более опасные хищницы. Как раз их видел рядом с Орловом, которого две стервы решили покинуть, увидев рыбку поинтереснее. Сам хозяин заведения наблюдал за действиями своих пассий, спустившихся якобы, потанцевать, а по факту решивших познакомиться.

— Графиня Анастасия Головина, — брюнетка сделала книксен в современной манере, выглядело забавно.

— Графиня Екатерина Зубова, — девушка с каштановыми волосами игриво повторила тот же прием. Они мне не оставили и шанса, теперь не представиться просто не мог. Но и выдавать себя не видел смысла.

— Смирнов младший к вашим услугам, — специально опустил титул, чем немного разочаровал раскатавших губу девушек. Они явно сейчас были в замешательстве, так как дворянский род Смирновых в Новосибирске был совсем не знаменит, и они ничего о нем не слышали. Общаться с простолюдином было выше их достоинства. Но и бросать такого красавчика на растерзание остальным хищницам, девушкам тоже не хотелось. Графини продолжили натянуто улыбаться.

Догадался, что в данном клубе царила иерархия, как в животном мире. Пока две касатки думали, полакомиться ли им новой добычей, остальные просто выжидали, бросая на меня голодные взгляды. Тут Трубецкой, заметив ко мне повышенное внимание, решил присоединиться. А я уже догадался о первой фразе Максимилиана, которая сейчас выдаст меня с головой…

Глава 17 Дуэль

Напряженная ситуация возникла сейчас на танцполе. В мою сторону двигался Максимилиан со своим неуместным вопросом.

— Оболенский, ты куда запропастился, негодник? Познакомь меня со спутницами, — он, словно ледокол, приближался, а я оценивал обстановку. Неподалеку отплясывал Смирнов с двумя девицами, не обращая ни на кого внимания.

— Лёнь, Оболенский, друг, — обратился к Смирнову, — Максимилиан мечтает познакомиться с твоими подружками, — подмигнул Александру, чтобы тот прикрылся моим именем. Сам же решил по-быстрому свалить в мужскую комнату. Смирнов догадался не сразу, но спустя секунд десять въехал и взвалил мою роль на себя. Услышав фамилию князя Оболенского, касатки приняли охотничью стойку, обратив все внимание на бедного барона. Я поржал, сочувствуя парню, сам же решил освежиться. Одного не учел, как только от меня отступились крупные хищницы, то стал доступен для мелкой плотвы. Максимилиан понял, что он чего-то не понял, рванул вслед за мной. Только добраться до моей бренной тушки стало непросто, ко мне рванули сразу несколько девушек, обступив с разных сторон. В последний момент смогли проскочить мимо.

— Псих, что за дела? Почему Фантазер зажигает от твоего имени? — до Вожака дошло, что мы сейчас на вражеской территории и необходимо придерживаться позывных, чтобы не подставить друзей и не попасть впросак.

— Пусть оторвется в лучах славы парнишка, почувствует всю сладость и горечь высокого титула, — демонстративно вздохнул, состроив обреченное выражение. Максимилиан заржал. Роль князя — это тяжкое бремя, он меня понимал, как никто другой.

— Тогда и я не стану представляться своим именем, буду сегодня Абрамовичем, благо его с нами нет, — Вожак поддержал мою игру.

Не успели выйти из мужской комнаты, как к нам направились со всех сторон девушки. Новоиспеченный Абрамович подхватил под ручки двух симпатичных девчонок и пригласил подняться за наш столик. Я последовал его примеру, выбрал барышень попроще и пострашнее, и тоже повел наверх. Остальные парни с новыми подругами сидели и попивали коктейли, решив немного передохнуть от танцев. Последним подтянулся Смирнов-Оболенский с двумя графинями в обнимку. Девушки ловили каждое его слово и смеялись шуткам, даже несмешным.

Вечер набирал обороты, девушки хмелели, парни рассчитывали на продолжение банкета в более приватной обстановке. Но планам иногда бывает не суждено сбыться. Случился большой облом в лице Орлова младшего. Хозяин здешнего клуба посчитал себя оскобленным и решил подойти к нашему столику.

— Я граф Никита Орлов, прошу и вас представиться господа, — начал он как положено, с официоза. Мы же продолжили ломать комедию с чужими именами, так и представились.

— Барон Смирнов к вашим услугам, — начал первым, заметив, как две касатки переглянулись друг с другом, осознав, что барон далеко не простолюдин и не стоило им так просто от меня отказываться. Далее представился граф Ефимовский, граф Татищев. Бароном Михаилом Абрамовичем назвался князь Трубецкой, вызвав взрыв хохота у друзей. Последним, князем Оболенским, представился Александр, не став выходить из придуманной роли.

— Вы, князь, нарушили мое гостеприимство, соблазнили моих подруг. Такого простить я вам не могу, поэтому вызываю князя Оболенского завтра на дуэль. Могу бросить перчатку вам в лицо, но думаю, вы не откажетесь от вызова, — Орлов был пьян и непомерно зол, но постарался соблюсти честь. — В восемь утра за центральными воротами города, возле заброшенной церкви. За вами, князь, выбор оружия.

Это место давно использовали для разборок аристократов. Мы прекрасно знали, куда стоит явиться. Фантазер переводил обескураженный взгляд с Орлова на меня, потом снова по кругу. Две касатки демонстративно переживали, играя на публику, как нечаянно подставили парня. Хотя по глазам было видно, что девушки рады тому, что за их честь будет драться граф с самим князем.

— Князь Оболенский сейчас немного растерян и пьян, но он принимает ваш вызов. Оружием станет по старинному обычаю меч и кинжал, не забудьте прихватить секунданта, — не стал тянуть, ответил за побелевшего парня. Орлов кивнув, но попросил друзей обидчика все же покинуть его заведение.

Мы гордо встали из-за стола, не заплатив, направились к выходу. Раз нас выгоняют без весомой причины, то в своем праве не оплачивать счет. Вот только с девушками случился облом, они не захотели ссориться с хозяином клуба, обломав парням все надежды. Оказавшись на улице, решили немного проветриться, дойдя пешком до ближайшего отеля. Ко мне подошел Смирнов, сильно взволнованный и слегка заикающийся.

— А ггде мне взять меч и ккинжал, в моем роду ничего пподобного нет, — парень сейчас был трезв, аки стеклышко. — Не ммог бы ты мне одолжить нна время оружие?

— Оно тебе завтра и не понадобится. Ведь граф Орлов вызвал князя Оболенского, а ты им никак не являешься, — постарался успокоить парня, но получилось лишь хуже.

— Я не могу так поступить, это дело чести и принципа, — все заикание тут же у Смирного прошло, когда он на меня разозлился. — Умру завтра во имя любви.

Вот тут меня пробило на хохот от настолько глупого утверждения.

— Эти графини не умеют любить, а только ищут везде свою выгоду. Не стоит из-за них проливать свою кровь, тем более я все это начал, мне и расхлебывать, — к моему аргументу Александр не прислушался, продолжая настаивать на долге аристократа, чем вывел меня из себя.

— Я буду драться за тебя и себя, ведь мое имя и честь стоят на кону. Тем более шансов остаться в живых у меня значительно больше, — привел последний аргумент упрямому парню.

— Я ничем не смогу тебе отплатить за такую услугу, мой род беден, а я бесполезен, — наконец-то переговоры перешли в фазу торговли.

— Почему ты считаешь себя бесполезным? Мне нужна будет одна услуга. Но она должна сохраниться в тайне, за что потребую с тебя слово дворянина, — на лице Смирнова после этих слов вновь стал появляться румянец.

— Я буду могилой, прямо сейчас могу поклясться или дать слово, а что за услуга? — прямо сейчас мне от нетрезвого парня ничего было не нужно. А вот завтра после дуэли обязательно попрошу дать слово.

— То, что у тебя получается довольно неплохо, — не стал говорить вслух, парни шли чуть впереди и могли непроизвольно услышать.

— Дать списать? Обольщать девушек? Сыграть в домино? — он начал перечислять, а я уже не мог остановиться от смеха.

— Какое еще домино?

— Игра такая, дед научил, у меня реально неплохо выходит, — все-таки Смирнов протрезвел, но только внешне. Сейчас алкоголь снова его накрыл новой волной, мозг тупил не по-детски.

— Загипнотизируешь, нужно восстановить память, — шепотом произнес.

— Я знал, догадывался, у тебя все же есть какая-то тайна! — пришлось зажимать парню рукой рот, столько счастья в его глазах увидел впервые.

— Вот ее тебе и надо сохранить до могилы, — Фантазер широко улыбался и часто кивал. У меня возникло подозрение, что не я попросил об услуге, а сам ее оказал. Смирнов сиял, словно лампочка.

Мой план сработал. Смирнов скоро мне будет должен, даже не пришлось прибегать к шантажу. А был и такой вариант у меня просчитан. Когда отказал ребятам от участия в турнире, задел за живое. Потом натянул команду Трубецкого при помощи аутсайдеров, далее выиграл со второй командой, показав исключительного стратега. После этого посыпались предложения. Выбрал поездку в город, что должна мне была помочь. Специально воспользовался природной харизмой, привлекая к себе девушек в клубе. Как уже говорил, всегда всё заканчивалось мордобоем или вызовом на дуэль. Так и в этот раз сценарий не изменился, на какое-то время Смирнов меня заменил, прикинувшись князем Оболенским. Осталось лишь победить на дуэли и, можно сказать, дело в шляпе.

В целях экономии сняли один большой номер с двумя двуспальными кроватями, решив переночевать в тесноте, но не в обиде. У парней настроение было ниже плинтуса. С девочками получился полный облом, а завтра намечалась дуэль, в которой все отчасти винили себя за поездку. Переживали недолго, все быстро уснули.

Утро выдалось холодным и мрачным, да и похмелье не добавляло приятных ощущений. У парней не попадал зуб на зуб, пока ждали такси для поездки за город.

— Оболенский, а где ты взял меч? Вчера его у тебя не было, — Смирнов смотрел на меня, как на фокусника. Я лишь многозначительно пожал плечами. Когда все заснули, пришлось смотаться домой. Пробирался, как взломщик, в собственный особняк. Благо пароли и явки, то есть шифры и коды я знал. Смог проникнуть туда без труда. Даже помнил наизусть восьмизначный код в кабинете отца, где и хранилось наше семейное оружие. Отец раз в три месяца менял пароль на двери, но с осенних каникул прошло не так много времени. Взял обоюдоострый фамильный меч, кинжал и так всегда был со мной, после этого вышел из дома. Дуэль пройдет рано утром, поэтому должен успеть вернуть обратно оружие, пока отец еще будет спать. Приходилось рассчитывать на удачу, которая меня и не жаловала.

Пока спускался по лестнице в холл, навстречу попалась Светлана Сергеевна, молодая пассия моего отца, которую он еще почему-то не выгнал.

— Кто ты такой? Вор, забравшийся в дом к господину? Я сейчас закричу, — она в темноте меня не узнала, ведь в таком антураже ни разу не видела.

— Светлана Сергеевна, только не орите, что вас здесь насилуют, никто не поверит. Вы и сами неплохо всем слугам даете, — решил надавить шантажом, иначе она реально может разбудить весь дом.

— Кто ты такой, наглый и симпатичный? — она перешла от угрозы к привычному своему оружию, соблазнению. — Не может такого быть, Лёнечка Оболенский вернулся домой? Так тебе намного лучше. Хорошо, что прислушался к моему совету.

— А вот отцу о моем визите знать не стоит, иначе придется его посвятить в некоторые подробности вашей ночной жизни, — непрозрачно намекнул, чтобы держала язык за зубами.

— А может, задержишься на полчасика и тоже узнаешь обо мне много нового? — продолжила меня соблазнять, желая вернуть себе козырь. Нашла дурачка. Тогда мне ее нечем будет держать за жабры. Буркнув всего доброго, рванул на выход, где меня за углом поджидало такси…

Мы приехали первыми, остановившись возле полуразрушенной церкви, на пустыре. Таксист с ужасом посмотрел в нашу сторону, догадываясь, для чего мы тут спозаранку. Рванул по газам. Вот теперь пожалели об отсутствии шапок, на прически было всем уже наплевать. Кутаясь в поднятые воротники, переминались с ноги на ногу, посматривая на дорогу. Хозяин клуба немного опаздывал, заставляя нас мерзнуть и нервничать. Разговаривать никому не хотелось, а вот прибить задерживающегося гада, весьма. Спустя полчаса на дороге показалась машина, из который вышел Орлов вместе с парнем.

— Извиняюсь за задержку, пришлось заскочить домой за фамильным оружием и секундантом, — он криво усмехнулся, сбрасывая дорогое кашемировое пальто прямо на стылую землю. — Давай Оболенский, я быстро тебя нашинкую и поеду домой отсыпаться.

Я тоже снял куртку, отдав ее в руки Смирнова, вышел навстречу. Его я назначил своим секундантом.

— Князь Оболенский к вашим услугам, — увидел, как вытягивается лицо у Орлова.

— То ли я вчера был слишком пьян, то ли глаза меня подводят, но ты не тот, кого вызвал на дуэль, — он перевел взгляд на Смирнова, заметив своего оппонента, кивнул в его сторону.

— Весьма сожалею, но князь Оболенский — это я. Мы вчера немного всех разыграли, если не веришь, посмотри на герб, — специально взял фамильное оружие, дабы не выглядеть как идиот. — Для чего это сделали? Для веселья, и оно удалось. Тебя подруги вчера кинули дважды. Сначала повелись на меня, но я назвался простолюдином. Потом представил своим именем друга, касатки сразу же клюнули на него. Можешь выводы сделать сам, кто тебя оскорбил больше.

У Орлова задергался глаз. Он и так давно осознал истину, когда протрезвел. Но вот такого к себе отношения, когда макают лицом в грязь, сносить был не намерен. Было видно, что парень еле сдерживает себя в руках, пока секунданты озвучивали правила дуэли. Было решено драться до первой крови, но не стали уточнять, до мелкого пореза или отсечения головы с плеч.

Занял боевую стойку, взяв меч правой рукой и держа кинжал в левой. Я владел в бою одинаково хорошо обеими руками, а вот Орлову кинжал явно мешал. По сигналу мы стали сближаться. Планировал не затягивать бой. Сделав пару финтов, нанес удар, который Орлов заблокировал. Прощупал подготовку парня. Он не повелся на обманные финты, значит, навыки фехтования на хорошем у него уровне. Далее противник стал прощупывать меня, решив применить удар по ногам, довольно редкий, но весьма эффективный. Среагировал мгновенно, отведя меч в сторону и надавив массой. Орлов с трудом удержал меч, чуть не выронив, смачно ругнулся, но отступил. Теперь мы понимали кто и что из себя в бою представляет. Дальше тянуть с дуэлью на промозглом ветру смысла не было. Снова начал атаку, отвлекая внимание соперника, решив сделать самый что ни на есть подлый прием. Когда соперник атакует, его кисть всегда является самым уязвимым местом, открываясь противнику. Для этого и нужен во второй руке кинжал, дабы одним ловким движением ранить соперника в правую руку. Я так и поступил, слегка порезав Орлова, лишив его возможности и дальше продолжить бой. На застылую землю упали первые капли крови, секунданты остановили поединок, присудив мне победу. Это было слишком легко. Аристократы — всегда такие аристократы, надеющиеся на благородство другого. Но ведь неспроста мой выбор пал на двойное оружие меч и кинжал. Не думал же он, что это для антуража. Теперь Орлов стал более злым и сверлил меня ненавидящим взглядом. Умею я заводить смертельных врагов, этого у меня не отнять.

Поединок был завершен. Решил побыстрее убраться, развернулся к парням. В глазах Трубецкого, который в бою предвидел будущее, применившего сейчас дар, заметил испуг, а потом ужас. На рефлексах чуть развернул корпус. Понял, что если уйду с траектории, то кинжал угодит в Трубецкого. Страх плескался в его глазах, но среагировать он не успел. Кинжал, летящий мне в спину, угодил в подставленное плечо. Что-то нас связывает кармическое с князем. Вот уже второй раз из-за него я страдаю от раны, и все по глупости нас обоих. Орлов нарушил правила дуэли, но был доволен, удовлетворив свою ярость. Смирнов-секундант попробовал наехать, но аристократу было начхать на честь и достоинство. Я левой рукой дотянулся и выдернул нож. Бросив на землю, зажал глубокую рану.

— Оболенский, ты зачем подставился под удар? — парень в своем видении увидел две сменяющиеся картинки, как мне в спину прилетает кинжал и сразу же вторую, где я уворачиваюсь, и кинжал летит ему в грудь. Сначала я заметил испуг, затем ужас, застывший в глазах. Поэтому лишь слегка довернул корпус, прикрывая собой от смертельного ранения парня. Если бы так не поступил, то род Трубецких объявил войну Орловым, а так затронуло только меня, но никак не мой род. Я не планировал рассказывать о своей ране, решив отомстить Орлову чуть позже. Парни вызвали такси. С трудом натянув куртку, уселся назад. Они залезли следом, желая убраться с места дуэли.

— Что со всем этим будешь делать? — Смирнов с ужасом понимал, какая участь могла его ждать и теперь чувствовал себя виноватым.

— Как что? Заскочу домой, оставлю оружие и поедем все вместе в училище, — как ни в чем не бывало произнес, стараясь не кривиться от боли. Чувствовал, как кровь стекает по спине тонкой струйкой. Надеялся, что сквозь куртку она не просочится на сиденье.

Слуги в особняке Оболенских уже проснулись. Пришлось парковать машину около задней части забора и незаметно проскальзывать внутрь по тайному ходу, о котором знал только я и отец. Набрав код на двери в кабинете отца, первым делом хотел вернуть меч, лишь потом в своей комнате перевязать рану.

— Доброе утро, сын. Не ждал, что заглянешь в гости, не предупредив, — отец явно ждал моего возвращения. Скорее всего, пассия сдала с потрохами, дабы прикрыть свои блудливые шашни. Я не знал, что ответить, застыв изваянием возле двери…

_________________________________________ Подписываемся на автора, ставим лайки, заглядываем в профиль, где есть еще интересные циклы: https://author.today/u/id22576406 Экзамен на ангела: https://author.today/reader/445637/4135840 Хрономаг на каникулах (4 части): https://author.today/work/331762 Грелка (1-3) части: https://author.today/work/272162

Глава 18 Иной мир

Отец был бодр и свеж ранним утром, словно давно проснулся и ждал возвращения блудного сына. Он окинул меня проницательным взглядом, отметив перевоплощение, усмехнулся.

— Тебя вызвали на дуэль? Кто такой храбрый нашелся? — отец прекрасно знал, что я буду решать проблемы иным способом, а не таким глупым и устаревшим.

— Граф Орлов младший вчера в ночном клубе, когда увел у него двух куриц из-под носа, — отец рассмеялся, оценив мою шутку. Я ненавидел женщин и не ходил до этого по клубам.

— А ты явно взрослеешь, и для чего тебе понадобился такой сложный план? — не поверил, что я потащился туда ради развлечения, да еще и без грима, весь на стиле.

— Хотел получить должника, удалось, но с непредвиденными последствиями, — капли крови стали стекать на ковер. Постарался прикрыть ногой, но отец заметил маневр.

— Он тебя ранил? Снимай куртку, — впервые подошел сам, дабы осмотреть кровоточащее плечо профессиональным взглядом военного. — Это был подлый бросок в спину? Ты его победил? — сразу догадался, как все и случилось. Просто кивнул. Протянул меч, возвращая назад. Отец ничего не сказал, лишь отправил в комнату, пообещав прислать семейного целителя.

— Ты накажешь его сам или мне подключиться? — когда открыл дверь, отец все же поинтересовался, что снова сделал впервые.

— Конечно, сам. Размажу Орлова тонким слоем по асфальту, — закрывая за собой дверь, услышал, как отец произнес, что и не сомневался во мне. Впервые было приятно.

Самостоятельно разделся. Плечо жутко ныло и кровоточило. Успел обработать перекисью водорода, когда вошел наш целитель.

— Ну-с, и что вы, молодой человек, занимаетесь самоисцелением, когда есть опытные профессионалы? — пожурил меня доктор, обрабатывая рану специальной заживляющей и обеззараживающей мазью. Потом свел края, соединив временными скрепами. Далее что-то там долго магичил руками. Ощутил, как тупая, ноющая боль в плече потихоньку отступает. Это радовало. Через десять минут, переодевшись в чистое, пошел на выход через парадную дверь. Перед домом паковали вещи в машину двое, наш старый водитель и новая профурсетка Светлана Сергеевна, застуканная на любовной интрижке. Значит, не она меня сдала. Отец проследил за ее перемещениями, неожиданно обнаружив ночью меня в своем кабинете. Помахал съезжающим рукой на прощанье и двинулся в сторону оставленного такси с друзьями.

Вернувшись в училище, проспал до самого ужина, где меня уже поджидала вся частная компания в полном составе. Даже бухгалтер сидел с краю сдвинутых вместе столов. Все смотрели на меня с невысказанным упреком, как на жертву несправедливых обстоятельств. Это было обидно, и только двое, Трубецкой и Смирнов, с благодарностью. Полагаю, что все уже были в курсе неудавшегося вечера в клубе, с которого нас подло выставили вон, а потом еще и ранили на дуэли.

— Не переживай, у меня сильно изменилось отношение к Орлову, бьющему исподтишка в спину, — попыталась меня приободрить Лопухина, словно это меняло суть дела.

— Тебе нужно придумать, как отомстить за подлый поступок бесчестному графу, — поддержала подругу Фиалка. — Можешь на нас положиться, если что, мы заманим парня в ловушку.

— Ну или давайте устроим ему темную, немного намнем ребра все вместе, — как всегда, Ефимовский сделал выбор в сторону самого простого решения.

— Нет, так мы только скомпрометируем себя, повторим его же поступок. Его надо победить хитростью, подложить порося в самый ответственный момент, — выдал еще один совет коварный Абрамович.

— А может, попробуем достать его на турнире? Правда, не уверен, что доберемся до финала и сможем выстоять против четвертого курса. Я очень хочу отомстить ему лично, — Трубецкой также горел желанием возмездия, ведь чудом избежал смертельного ранения.

— Леонид, тебе нужно нам придумать стратегию для турнира, только там мы сможем добраться до Орлова. Возможно, я смогу его загипнотизировать и унизить при всех, — Смирнов хоть и не был бойцом, но был готов идти до конца.

— Не надумал еще участвовать с нами в команде? Не помешал бы серьезный стратег, — все с надеждой на меня посмотрели, но ответа у меня по-прежнему не было. Пока не раскрою тайну своего прошлого, не хотел никого подвергать излишней опасности.

— Я подумаю над вашим предложением, а пока тренируйтесь играть слаженно. Завтра на уроке выступлю за вашу команду, помогу распределить грамотно магические способности, — кивнул Смирнову, показывая, что жду в своей комнате, первым вышел из-за стола. Вечером предстояло нырнуть в чертоги разума и открыть ящик Пандоры, выпустив страшные воспоминания, повредившие детскую психику.

Минут через десять постучал в дверь Санек, довольный, как мартовский кот, готовый проникнуть в мою тайну. Я уже подозревал, что может открыться правда о прошлых перемещениях и чужом мире. Этой информацией никто не обладал, я первый сумевший вернуться. Именно эту тайну отец пытался скрыть при помощи блокировки памяти. Но почему решил, что пора вспомнить все, пока оставалось загадкой.

— Ложись на кровать и закрой глаза, просто слушай мой голос. Я попробую погрузить тебя в транс для более мягкого вхождения в гипноз, — Смирнов дал слово дворянина о сохранении тайны, что скоро станет ему известна. Пообещал хранить ее до смерти одного из нас. Честно, на хороший результат не рассчитывал с первого раза, помню, чтобы запечатать воспоминания, меня неоднократно погружали в гипноз. Не заметил, как под медленный и занудный голос практически заснул, перестав контролировать процесс.

— Как себя чувствуешь? Сейчас ты в безопасности, мысли текут плавно, возвращая не спеша в детство, — голос Александра убаюкивал. Такой способ мне нравился, появилось знакомое ощущение обложенного ватой сознания. В этот раз не стал пытаться снять чужое воздействие, позволил погрузиться в чертоги памяти.

Перед глазами всплыло воспоминание, когда был подростком и учился в одной из школ. На дворе стояла поздняя осень, поэтому после уроков спустился в гардероб за верхней одеждой. Вот только здесь на меня устроили самую настоящую засаду девчонки, обступив с разных сторон и загнав в угол. Драться с ними считал ниже своего достоинства, поэтому отступал по возможности.

— Оболенский, мы тебя не отпустим, пока не признаешься, кто из нас тебе нравится больше, — честно не знал, что на это ответить. Девчонки мне еще ни разу не нравились. Вообще с чувствами было все сложно, поэтому продолжал молчать.

— Если прямо сейчас не выберешь себе девушку, мы начнем тебя целовать, чтобы смог лучше определиться, — угроза оказалась реальной. Минут через пять они приступили к активным действиям, а меня накрыло паническим страхом.

— Выбираю тебя, — ткнул пальцем, не глядя, в первую попавшуюся девчонку, отчего та счастливо рассмеялась в лицо остальным соперницам. А я рванул мимо, пока те зависли на время. Понимал, что девчонки начнут преследовать, поэтому рванул по лестнице наверх, проникнув на крышу. Именно здесь я частенько спасался от повышенного внимания, преследования девчонок и разборок парней, которые мечтали набить мне смазливую рожу. Тогда я еще не пользовался гримом, оттого и страдал.

Часто сидел на краю, свесив ноги. Высоты не боялся, но риск сорваться почему-то меня успокаивал. Наблюдая сверху, ждал, когда все озабоченные поклонницы разбредутся по домам, только потом спускался. За мной на крышу пробралась девчонка, вся в слезах, оттого, что выбрал другую. Меня не заметив, рванула сразу к краю крыши, решив покончить с собой. Я остался сидеть безучастно, наблюдая за разворачивающейся трагедией, не в силах ей помешать. Еще не отошел от шока и сейчас злился на них, на себя, не видя выхода из ситуации. Поэтому, когда девчонка спрыгнула вниз, проводил ее охреневшим взглядом. Никак не мог поверить в такую глупость, смотря, как хрупкое тело сломанной куклой лежит на асфальте. Кровавое пятно медленно расползалось вокруг головы. Только сейчас сильно испугался, ведь стал невольной причиной самоубийства влюбившейся дурочки. Мне жутко захотелось сбежать как можно дальше с этого места, чтобы не видеть всего…

В этот момент мир мигнул, резко изменившись. Я кубарем покатился вниз, чудом зацепившись руками за карниз. Повиснув над землей, подтянулся, закидывая тело на покатую крышу. После посмотрел вниз, обнаружив, что до земли не более двух этажей. Хотя школа до этого была пятиэтажной, а значит, это была совсем иная крыша. Огляделся по сторонам. Город тоже был иным, непохожим на прежний, не было ни небоскребов, ни высотных домов. Подполз к краю, посмотрев вниз. По неширокой улице сновал народ, одетый в старомодную, потрепанную, видавшую множество стирок одежду. Две женщины в длинных юбках и темных кофтах тащили по большой корзине с продуктами. За ними бежала девчушка лет пяти, шести, на которой одежда висела мешком, словно, досталась от старшей сестры. Она запиналась за длинный подол, но старалась не отставать от матери.

По улице катила странной конструкции повозка, немного похожая на дилижанс, на козлах которой сидел неказистый мужичок, управляющий рычагами. Ехала она самостоятельно, без чьей-либо помощи. Внутри восседал человек, одетый в шелковые одежды, и понукал возницу за то, что тот медленно едет. Дорога была вымощена брусчаткой, колеса издавали неприятный звук, амортизаторов видно, здесь еще не придумали. Зато и двигателя я не увидел в повозке, а она как-то ехала сама по себе. Чудеса. Прижимаясь к стене дома, уборщик-старик при помощи острой палки собирал мусор, складывая в большой мешок, поставив его на прямоугольную тележку. Тащил ее при помощи лямки, перекинутой через торс, на манер бурлаков. Не у всех есть возможность запросто передвигаться, кто-то справляется по старинке.

В этом мире довольно заметно ощущалось разделение классов между бедными и богатыми. Еще приметил на руках бедняков характерные татуировки на запястьях, у господ таких украшений не было. Память пыталась подкинуть что-то знакомое, но так и не справилась с задачей. Продолжал вспоминать последнее забытое путешествие, чувствуя, что память начала выдавать события в обратном порядке. Сейчас был подростком тринадцати-четырнадцати лет.

Необходимо было слиться с местным населением, так как одежда, в которой находился, сильно отличалась от здешней. Поэтому, как только стемнело, спрыгнул на мостовую и пошел вдоль по улице в сторону, куда часто направлялись мужчины. Как и предположил, наткнулся на питейное заведение, из которого раздавались пьяные голоса. Подождал в подворотне щуплого мужичка, похожего со мной по комплекции. Тихо подкрался и быстро вырубил ребром ладони по шее. Переоделся, спрятав свою школьную форму в этом же переулке между камнями. В чужой, пропахшей потом и выпивкой одежде вышел из переулка, направившись дальше. Не прошел и трех перекрестков, разглядывая вывески над магазинами на ином языке, как меня остановили военные. По выправке и эполетам несложно было об этом догадаться. Они обратились ко мне с вопросом, на который ответить не смог. Язык чем-то напоминал русский, возможно, звучанием, но все равно смысл сказанного не доходил.

Поняв, что я не местный, повязали и потащили в тюрьму. Рано или поздно я бы здесь оказался, ведь совершенно не понимал языка. В моем мире никого не волокли в тюрьму, на каком бы языке человек ни разговаривал. Здесь любая вольность пресекалась на месте. Через час вызвали, то есть притащили на допрос к главному засранцу. Мужик смотрел таким взглядом, словно я ему должен большую сумму денег, а отдавать не собираюсь. Очень грозно смотрел, стараясь внушить страх и ужас. Я лишь пожимал плечами на все вопросы и разводил руками. Он грязно выругался и полез куда-то в запертый простым ключом шкаф. Там порывшись, нашел какую-то висюльку, одев мне на шею и снова задал вопрос. В голове возник неприятный белый шум, но его вопрос стал каким-то образом для меня понятен. Мужик спрашивал откуда я родом и с какой целью оказался в северной провинции?

— Ехал с караваном, отстал от попутчиков, перепутал трактир, — надеюсь, у них есть караваны. А то, что я из другого мира вообще говорить не стоит. Злобный мужик уставился на меня как баран на новые ворота, видно, не понял ни слова. Потом снова полез в запертый шкаф, достал и себе похожую висюльку, нацепил на шею. Попросил повторить. Негордый, повторил только что сказанное. Мужик уточнил, откуда я родом, из каких земель прибыл. Вот тут я задумался. Раз нахожусь в северной провинции, наверное, существуют и три других по сторонам света. Главное — сейчас угадать с направлением. Вдруг у них с ними война, тогда могу оказаться шпионом. Выбрал южное направление и явно попал впросак. Мужик улыбнулся очень недоброй улыбкой, но сказанного уже не воротишь. Комендант тюрьмы выскочил за дверь, явно пошел за кем-то. Обратно вернулся со здоровенным амбалом, несущим кожаный саквояж. У меня по спине пробежал холодок. Внешность нового вошедшего мне сильно не понравилась. В саквояже лежали инструменты для пыток, которые он извлекал и раскладывал на небольшом столе. У меня глаза полезли на лоб, не думал, что в ином мире пытают в застенках.

— Какую информацию необходимо выпытать у шпиона? Он же не раб, может оказаться благородным магом, путешествующим по миру, — у меня сразу возникло много вопросов. Что значит не раб? А если маг, то его пытать нельзя? Могут ли маги свободно перемещаться по чужим землям?

— Вот после пыток и узнаем, к какому роду он принадлежит и с какой целью прибыл в северную провинцию, — дал комендант отмашку для причинения мне физического вреда.

— Я не шпион и мне до ваших секретов нет дела. Зовут меня Леонид Оболенский и да, я из благородных магов. Если отец узнает, что вы со мной сделаете, то лично прибудет с охраной, чтобы выяснить, кто решил меня заточить и пытать, — всегда знал, что лучшая защита — это нападение. Комендант немного опешил, когда я заговорил с пренебрежением, как настоящий аристократ, смотря на него, как на грязь из-под ногтей.

— Давайте сначала проверим его на магию. Если есть, то пока обождем с пытками, — выдал умную идею палач, не желающий нести ответственность за увечья благородного.

— Хорошо, для начала проверим, врет ли нам пленник или в его словах есть толика правды, — комендант тюрьмы никому на слово давно не верил, лишь пыткам, являющимися средством для выяснения истины. Он снова полез в шкаф, достал теперь хреновину побольше. Это был камень на специальной подставке, исписанной закорючками. — Клади сюда руку, — указал на углубления, куда легко помещалась ладонь. Отметил, что у нас в училище магометр снабжен кучей датчиков, шкалой, а здесь камень и рунопись.

Положил руку в углубления, но ровным счетом ничего не произошло. А интересно, на что я надеялся? Получается, что и не маг вовсе, а уж губу раскатал. На довольном лице коменданта появилась злорадная улыбка. Я испугался страшных предметов непонятного назначения с запекшейся кровью. О гигиене здесь верно не слышали, заразят еще чем-нибудь. В итоге резко захотелось свалить отсюда подобру, поздорову, еще и разозлился на этого довольного гада. Видно, тот был настоящим садистом, и пытки приносили ему удовольствие.

Неожиданно камень засветился голубоватым свечением, словно внутри врубили светодиодную лампочку. Улыбка у зловредного мужика медленно сползала с лица. На меня уставился, как на неведомую зверушку.

— Хм, пытать тебя мы пока не будем, а вот использовать можем. Будешь заряжать накопители своей магией. Так и набедокурить не сможешь без маны, и польза от содержания в тюрьме будет. Возможно, за тобой и явятся, тогда бумаги с них и потребуем, — вынес свой вердикт комендант, велев собрать инструменты палачу.

Меня отправили в какое-то подсобное помещение, где находилось с пяток магов под охраной. При этом сняли кулон с шеи, дабы не разговаривал с другими, ежели языка не знаю. А мне бы пригодился этот артефакт, чтобы пообщаться с магами, расспросив о мире и укладе.

Передо мной положили три камня, схожие с тем большим, определителем магии. Только выглядели они поменьше, размером с яйцо перепелки. Маги сидели на полу, скрестив ноги, как йоги в момент медитации. В одной руке зажимали камень, который светился. Догадался, что они направляли в него ману, заряжая таким образом. Провинившиеся маги служили зарядными устройствами. Тоже уселся в позу лотоса, зажав самый маленький камень в руке. Никакого эффекта голубого свечения не возникло, как бы я ни старался.

— Я какой-то неправильный маг или чего-то не понимаю, — сделал неутешительные выводы. Мне нужно это переговорное устройство, лучше два, чтобы расспросить магов подробно. Через два часа безрезультатных потуг, захотел в туалет. Выглянув за дверь, увидел, что никто нас не охраняет, решил прогуляться.

— Неужели маги добровольно отбывают наказание? — удивился такой халатности. Идя по коридору, принюхивался к характерному запаху, который должен исходить от клозета. Пока это были простые комнаты, в некоторые даже удалось заглянуть. Увидев знакомую пыточную, решил задать вопрос коменданту, но там никого не было. Недолго думая, подергал запертый шкаф, ища глазами, чем можно его открыть. Догадался пошарить рукой наверху, и о чудо, ключ не скрывали. Он спокойно лежал на шкафу, и любой желающий мог воспользоваться его содержимым. Они даже не предполагали, что содержимое может понадобиться самому заключенному. Достал парочку висюлек-артефактов, дабы понимать местную речь, после чего отправился дальше на поиски сортира. В итоге еще поплутав, нашел по запаху это весьма нужное помещение. Потом подумал немного, постояв в коридоре. Стоит ли мне возвращаться, дабы узнать информацию или попытаться свалить через форточку в туалете?

На первом этаже тюрьмы было мало охраны. Здесь находились в основном административные помещения. Узников содержали в камерах подвала, наверное. Решил для начала пообщаться с магами. Сбежать можно хоть завтра во время зарядки накопителей.

Вернувшись в комнату, предложил надеть висюльку одному из магов, показавшемуся чуть симпатичнее. Он нацепил артефакт, внимательно посмотрев в мою сторону. Объяснил, что я маг-новичок, еще не умеющий пользоваться даром.

— А что у тебя за магия? Нужно делать то, для чего она предназначена, тогда мана потечет в накопители, — маг объяснил мне доходчиво способ заполнения накопителей. Кто бы мне еще рассказал, какой именно обладаю магией? Действительно не понимал, почему камень тогда загорелся. Как ни анализировал произошедшее, так и не смог ни до чего додуматься.

— Я не местный, поэтому переживаю, каким образом могут наказать мага, не управляющего своим даром? — важно было понимать, где находятся границы дозволенного у коменданта. Своя судьба интересовала в первую очередь.

— Сочувствую тебе, парень, но все зависит от провинности. Что ты успел натворить? — только сейчас осознал, что ничего. Коменданту мне нечего предъявить, кроме неподтвержденного шпионажа. Покачал головой, не понимая, за что меня задержали. Не успел помянуть лихо, то есть коменданта, как он нагрянул со стражей.

— Вот теперь я могу арестовать вора за кражу артефактов, — до меня дошло, что сам дал в руки ему повод. Окинув взглядом пустые накопители, вообще обрадовался, что я не смог проявить магию.

— Завтра тебя казним на рассвете, как простолюдина и вора. Бросьте его в камеру к смертникам, — отдал он распоряжение охранникам, беспрекословно выполнившим приказ.

В камере находились насильники и убийцы. Личности мрачные, без чувства сострадания, с нарушенной психикой. На меня посмотрели, как на подарок, который преподнесли напоследок, в качестве последнего желания. Осознал, что до утра не доживу. Меня сначала изнасилуют, а потом придушат голыми руками. Намерения страшных мужиков я понял и без перевода. Они сейчас ругались по поводу очередности между собой. Когда, наконец-то, пришли к консенсусу, все взгляды скрестились на мне. Я сглотнул, понимая, что свою жизнь буду продавать задорого. Драться в полсилы сейчас не имело смысла, жалеть здесь некого, поэтому приготовился убивать… ________________________________________ Честно сказать, не знаю, как вы отнесетесь к проблеме начинающих авторов, у кого ещё не так много благодарных читателей. Вопрос для нас стоит ребром, продолжать радовать вас своим творчеством или идти работать на дядю, радовать уже его (((

Это связано с засилием пиратских сайтов, размножающихся, как тараканы. Лично у меня ежедневно уходит 6 часов на написание главы (иногда больше) +1 час отправления писем пиратам, чтобы закрыли книгу +6 часов на другую работу, которая меня кормит (написание книг приносит доход лишь на черствую корку хлеба).

А можете помочь выжить авторам, для этого надо лишь:

— для щедрых — покупать наши книги, тем более два раза в месяц все книги продаются с большой скидкой.

— для тех, кто очень много читает и не очень много зарабатывает — покупайте каждую 5, 10, 15 книгу цикла. Это будет честно и даст нам возможность писать дальше.

— для тех, кто любит в жизни все на халяву — читайте хотя бы каждую книгу до закрытия на платку на сайте Author. today. Это даст часы чтения для автора, и сам сайт будет больше показывать автора, привлекая к нему внимание новых читателей.

— для тех, кто испытывает временные трудности. Наш сайт даёт возможность генерировать 5 промокодов в месяц на каждую платную книгу. Напишите мне в личку, и автор подарит вам бесплатное прочтение, он не жадный.

Здесь можно увидеть скидки на все произведения автора и подписаться на него, так вы будете держать руку на пульсе скидок! https://author.today/u/id22576406