Путь жнеца

Глава 1

Утро. Будильник включается — резкий, назойливый звук отдаётся в висках, словно напоминание о том, что новый день уже начался, независимо от того, готов ты к нему или нет. Лениво потянувшись, я заставляю себя подняться с кровати. Тело ещё тяжёлое от сна, но мысли уже начинают просыпаться, медленно распутываясь, как спутанные нити.

Ради интереса решаю взглянуть в зеркало. Передо мной отражение, которое кажется одновременно знакомым и чужим. Потрёпанные русые волосы спадают на лицо, словно пытаясь скрыть его от мира. Серые глаза пусты — они словно потеряли способность выражать эмоции, превратившись в два холодных озера, затянутых туманом. Родинки на лице и шее заметны каждому, кто посмотрит чуть дольше, чем нужно.

За последние несколько недель я сильно похудела. Скулы стали резче, ключицы выступают, а под кожей на боках проступают очертания рёбер. Одежда висит свободно, будто принадлежит кому-то другому. Но это не вызывает у меня дискомфорта. Наоборот, я чувствую себя легче — не только физически, но и внутренне. Как будто лишний вес был не только в теле, но и в мыслях, которые теперь растворяются в бесконечной гонке дней.

Я внимательно рассматриваю своё отражение, но не испытываю ни жалости, ни тревоги. Это просто факт — такой же, как цвет моих глаз или форма родинок. Моё тело адаптируется к тому, что я требую от него: бессонные ночи, долгие смены, постоянное напряжение. Оно справляется, пусть и ценой внешних изменений.

Отвернувшись от зеркала, я больше не думаю об этом. В конце концов, сейчас важно не то, как я выгляжу, а то, как я держусь.

Первым делом — душ. Горячие струи воды ласкают кожу, будто стирая остатки ночи. В этот момент мир становится проще: только ты, вода и тишина. Никаких обязанностей, никаких мыслей о предстоящем дне. Постепенно тело начинает просыпаться, наполняясь энергией. Выходя из ванной, я чувствую, как холодный воздух комнаты контрастирует с теплом кожи. Одеваюсь, беру сумку, вставляю наушники — и музыка оживает, становясь моим личным саундтреком дня.

За окном — осенняя погода, не мрачная, но пронизанная особой меланхолией. Лёгкий ветерок играет с опавшими листьями, а тёплый свет утреннего солнца мягко ложится на землю, окрашивая всё вокруг в золотистые тона. По дороге до остановки я наблюдаю за привычной суетой: люди спешат куда-то, уткнувшись в телефоны, не замечая ни яркого неба, ни танцующих листьев, ни даже друг друга. Их лица кажутся сосредоточенными, почти напряжёнными, будто они боятся опоздать на что-то важное.

Я никогда не понимала этой гонки. Зачем так торопиться? Чем быстрее бежишь, тем меньше видишь. Тем меньше живёшь. Но, если честно, я сама не сильно отличаюсь от них. Сейчас — период зачётов, и каждый день превращается в бесконечную гонку между заданиями, работой и усталостью. Кажется, что времени просто не хватает. Спокойствие стало роскошью, которую я себе редко позволяю. И всё же, пока музыка звучит в ушах, а солнце согревает лицо, я ловлю моменты гармонии. Осень — это время, когда даже обыденность кажется красивой. И я стараюсь запомнить эти мгновения, чтобы потом, в суете, вспоминать их и улыбаться.

Звук уведомления нарушает тишину. Я достаю телефон — сообщение от подруги:

— «Кофе? В кафе в десять?»

Удивительно, как она даже в этой бесконечной суете остаётся собой — спокойной, собранной и всегда готовой выделить время для маленьких радостей жизни. На мгновение я замираю, чувствуя, как губы сами собой растягиваются в улыбке. Отвечаю короткое «да», прячу телефон обратно в карман и вхожу в только что остановившийся автобус.

Как всегда — толпа. Люди теснятся друг к другу, словно пытаясь занять как можно меньше места, но при этом занимая всё. Воздух внутри пропитан запахами кофе, влажной одежды и спешки. Этот коктейль запахов вызывает лёгкую тошноту, а теснота заставляет нервничать. Я ненавижу эту утреннюю давку, это ощущение, будто ты не человек, а часть механизма, который двигается вперёд, не задумываясь о том, куда именно.

Но мне повезло — до моей остановки всего пятнадцать минут. Недолго. Я цепляюсь взглядом за окно, наблюдая, как город медленно просыпается. Солнце уже выше, его лучи пробиваются сквозь серые облака, освещая улицы мягким светом. Мысли начинают успокаиваться.

После выхода из автобуса всё станет иначе. Там будет тишина. Пространство. И, может быть, даже немного покоя. А пока я держусь за эту мысль, как за спасательный круг, позволяя ей уносить меня прочь от шума и толпы.

После короткой поездки я выхожу из транспорта. Меня встречает она — с короткими кудрявыми волосами и яркими карими глазами, словно ожившая осенняя улыбка. Несмотря на ветреную погоду, она одета почти летом — тонкий свитер, открытые плечи, легкий шарф, развевающийся на ветру. Даже смотреть на неё кажется холодно — но она, будто не замечая, смеётся.

— Ну наконец-то! — восклицает она, слегка раздражённо, но в её голосе всё равно слышится тёплый упрёк. — Ты опять задержалась! Пошли, а то не успеем кофе купить.

— Да-да, пошли, — отвечаю я, аккуратно сворачивая наушники и убирая их в кейс.

Мы заходим в кафе, где уже ощущается знакомый уют: лёгкий шум кофемашины, мягкий свет над прилавком, запах свежесваренного кофе. Я беру чай, она — какао. Мы не спешим, но всё же знаем, что время поджимает. Студенческая жизнь диктует свои правила.

По дороге в университет мы молча пьём горячие напитки, наслаждаясь последними минутами перед тем, как нас снова поглотит рутина. В начале недели особенно многолюдно: все хотят сдать всё как можно раньше, чтобы «потом отдохнуть». Но, как обычно, это лишь иллюзия. Первый провал — и всё рушится. Кто-то теряет уверенность, кто-то просто сдаётся, усталость берёт своё. К концу сессии большинство сдают «как есть» — без подготовки, без надежды. Преподаватели давно привыкли к этому циклу и уже не ждут ничего лучшего. Им всё равно.

Я из тех, кто старается сдать всё в первые дни. Не потому что я идеальна или умнее других. Просто я не могу позволить себе пересдачу. Подработка забирает каждый свободный час, оставляя мне лишь короткие моменты покоя: утренние звуки душа, музыку в наушниках, эти пятнадцать минут в автобусе. Именно в такие моменты я могу просто дышать, чувствовать себя живой среди бесконечного потока обязанностей и ожиданий.

Но даже сейчас, глядя на свою подругу, которая продолжает говорить о планах на день, я понимаю, что эти маленькие радости — горячий чай, разговоры с близкими людьми, короткие прогулки — делают меня сильнее. Они помогают выдерживать этот марафон, который называется жизнью.

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Занятия пролетают почти незаметно. Половина зачётов позади. Пока рано радоваться — но часть тяжести, давившей на плечи, всё же спала. Я чувствую лёгкость, хоть и понимаю, что это лишь временная передышка.

Забежав в нужный автобус, я направляюсь в центральный квартал города. Бар, где я работаю, находится как раз там. Вбегаю внутрь — и сразу направляюсь в служебную комнату. Там меня уже ждёт он: мужчина лет тридцати пяти, директор заведения. Увидев меня, он улыбается — той самой улыбкой, которая кажется добродушной, но при этом не скрывает ожиданий.

— Ты рано, — говорит он тёплым, чуть насмешливым голосом. — До твоей смены ещё час. Опять будешь работать сверх нормы?

Я ставлю сумку на пол, не отводя взгляда. Его слова звучат скорее как риторический вопрос, чем как осуждение.

— А тебе какая разница? Выручка же растёт. Не выпендривайся.

Он кивает, будто ожидал именно такого ответа, и поворачивается к выходу.

— Ладно. Переоденься. Я подожду.

Быстро скинув уличную одежду, я надеваю форму: чёрный фартук, белую рубашку, рукава до локтя. Каждый элемент одежды становится частью ритуала, который отделяет одну жизнь от другой. Выхожу из комнаты и занимаю своё место за барной стойкой.

Работа бармена — не самая сложная, но она требует сосредоточенности. Приготовление напитков оказывается почти медитативным процессом. Каждое движение точное, ритмичное: лёд, лимон, джин, тоник. Звон бокалов, запах цитрусов, лёгкое дрожание ложки — всё это успокаивает. Здесь, за стойкой, мир замедляется. Даже если вокруг шум, музыка и громкие разговоры, ты находишь свой ритм.

Иногда замечаешь моменты, которые делают эту работу особенной. Например, когда человек, явно уставший после долгого дня, делает первый глоток своего напитка — и его лицо вдруг расслабляется. Ты понимаешь, что ты не просто разливаешь алкоголь. Ты разливаешь минуты покоя.

Громкая музыка, яркие огни, танцы под потолком — всё это создаёт красивую картину. Но настоящая магия кроется в тишине между смехом, в том, как кто-то вдруг смотрит тебе в глаза и говорит простое «спасибо».

Эти моменты — единственное, за что я не жалею своих смен. Они напоминают мне, что даже среди хаоса можно найти что-то важное. Что-то настоящее.

Смена проходит довольно спокойно, хотя количество людей, желающих отдохнуть от рабочей суеты, превышает мои ожидания. Но это не проблема — чем больше посетителей, тем выше выручка. Час за часом они приходят и уходят, заказывая напитки один за другим. Иногда я едва успеваю готовить новые коктейли, но это даже к лучшему. Алкоголь с полок исчезает так же быстро, как и закуски со столов.

К полуночи заведение закрывается, оставляя после себя настоящий погром. Разбитые стаканы, остатки тарелок с закусками, лужи пролитых напитков на полу — всё это свидетельствует о бурно проведённом вечере. Уборка занимает около двух часов. Руки немного побаливают от постоянного перемешивания и поднятия тяжести, но я уже привыкла к этому. Быстро переодевшись, беру сумку и покидаю заведение.

На улице меня останавливает директор. Он стоит у входа, закуривая очередную сигарету, и смотрит на меня так, будто я уже где-то провинилась. Его взгляд вызывает лёгкое раздражение.

— Не смотри на меня так, будто я что-то сделала не так, — произношу я, опережая его слова. — Людей много, выручка тоже.

Он усмехается, выпуская дым в холодный ночной воздух.

— Да ладно тебе. Неужели не хочешь поговорить со старым другом?

— Нет. Не хочу, — отрезаю я и направляюсь в сторону спальных районов.

— Будь осторожнее, — бросает он мне вслед, докуривая сигарету. Затем, не говоря больше ни слова, он поворачивается и скрывается в здании.

Я продолжаю свой путь, чувствуя, как город медленно погружается в ночную тишину. С каждым шагом усталость наваливается всё сильнее, но мысли продолжают крутиться. Эти разговоры «по душам» всегда казались мне пустой тратой времени. Они лишь добавляют напряжения, хотя я и без того знаю, что работаю на пределе.

Но сейчас, пока я иду по пустынным улицам, становится немного легче. Даже шум в голове начинает стихать. Остаётся только ритм шагов, холодный воздух и тихие звуки ночи.

Надев наушники, я погружаюсь в свои мысли и продолжаю путь домой. На улице почти никого нет, и это неудивительно: мало кто решается выходить на улицу в глубокую ночь. Свернув с главной дороги, я уменьшаю громкость в наушниках и слегка ускоряю шаг. Внутри постепенно нарастает тревога — ощущение, что за мной кто-то наблюдает, не даёт покоя. Через несколько минут краем глаза замечаю тёмный силуэт.

«Чёрт возьми, моему везению нет предела. Ну конечно, именно за мной этот тип решил пойти».

Выключив музыку и убрав наушники, я сосредотачиваюсь на звуках вокруг. Тишина давит, как будто ночь сама по себе — живое существо, наблюдающее за каждым моим шагом. Свернув с главной дороги, я оказываюсь в ещё более тёмном переулке. Фонари здесь редки, а те, что работают, едва мерцают, словно издеваясь над моей беспомощностью. Включаю фонарик на телефоне, его слабый свет лишь подчёркивает густые тени, скрывающие углы переулка. Оборачиваюсь несколько раз, сердце колотится всё быстрее. Ускоряю шаг.

Паника теперь проникает в каждую клеточку тела, как ядовитый туман. Но всё равно слишком поздно. Следующий шаг — и внезапная острая боль пронзает спину. Обернувшись, я едва успеваю осознать, что происходит: мужские руки, холодные, как ледяной ветер, сжимаются на моём горле. Его лицо скрыто тенью, но глаза, полные безразличия и жестокости, сверкают в темноте, словно острия ножей.

Мои попытки вырваться бессмысленны. Он сжимает горло ещё сильнее, лишая меня воздуха. Каждый вдох становится невозможным, как будто грудь сдавливает стальной обруч. А потом начинаются удары — резкие, беспощадные. Острый металл впивается в мою плоть снова и снова. Я чувствую, как кровь течёт по коже, горячая и липкая, смешиваясь с холодом ночи. Мир расплывается, боль пронзает каждую клеточку тела, и всё же я пытаюсь бороться.

Он отшвыривает меня к стене одного из домов. Голова с глухим стуком ударяется о холодный камень, и звон в ушах заглушает даже собственные хрипы. Я замечаю свет в окне на верхнем этаже и из последних сил кричу. Мой голос рвётся наружу, хриплый и отчаянный, эхом разносясь по пустому переулку. Это его явно удивляет — он замирает на мгновение, но этого хватает, чтобы я понял: это конец.

Подойдя вплотную, он наносит ещё несколько ударов — в грудь, в живот, снова и снова, словно проверяя, насколько глубоко может проникнуть его жестокость. Каждый удар отзывается оглушающей болью, которая распространяется по всему телу, как ядовитые щупальца. Забрав мою сумку и личные вещи, он исчезает в тени, не оглядываясь.

Истекая кровью, я лежу на холодной земле. Тело отказывается двигаться, каждый вздох — это агония. Небо над головой кажется бесконечно далёким, холодным и равнодушным. Красные пятна на одежде медленно растекаются, смешиваясь с грязью. Мои мысли путаются, воспоминания вспыхивают перед глазами, как разбитые осколки зеркала: лица близких, их голоса, моменты счастья, которые теперь кажутся недосягаемыми.

Где-то вдалеке раздаются звуки сирен. Кто-то из жителей дома заметил меня и вызвал помощь. Но уже слишком поздно. Холод сковывает тело, словно ледяная река затягивает меня в свои глубины. Боль становится невыносимой, она пульсирует, разрывая изнутри каждую клеточку. Я цепляюсь за жизнь, но она ускользает, как песок сквозь пальцы.

Глаза закрываются, и мир погружается во тьму. Последняя мысль — о том, что даже ночь, казавшаяся таким врагом, теперь кажется мягкой и спокойной по сравнению с тем, что только что произошло.

Глава 2

Темно. Совершенно ничего нет. Ни звука, ни движения, ни даже намёка на свет. Я умерла. В двадцать лет. Погибла от ножа какого-то воришки, который, возможно, просто хотел забрать мою сумку. Ужасно иронично. Моя жизнь оборвалась из-за случайности, из-за чужого равнодушия или жадности. Удача действительно не знала границ… только вот её предел оказался слишком жестоким.

Страх начинает сковывать разум. Осознание того, что вечность придётся провести в этой бесконечной темноте, угнетает сильнее, чем можно было бы представить. Это не просто мрак — это пустота, которая не имеет ни начала, ни конца. Она будто поглощает всё: мысли, воспоминания, надежды. Холода я не чувствую, но и тепла тоже. Никаких ощущений. Никаких эмоций. Только эта бездонная тишина, которая давит на меня, словно невидимый груз.

Я пытаюсь понять, где я, но вокруг нет ничего, что могло бы дать хотя бы малейший намёк. Ни звёзд, ни воздуха, ни даже времени. Как будто само пространство исчезло вместе со мной. Мысли путаются, но даже они кажутся далёкими и приглушёнными, как эхо, которое затерялось где-то в бесконечности.

Что ж, видимо, это и есть моя судьба. Плыть по этой темноте тысячи, миллионы лет. Возможно, даже вечность. Без начала и конца. Без цели или смысла. Просто существовать там, где ничего не существует.

Но самое страшное — это не пустота. Самое страшное то, что я уже начинаю забывать, каково это — быть живой. Забывать тепло солнца на коже, звук своего голоса, запах свежесваренного кофе. Даже лицо подруги, её улыбку, становится трудно вспомнить. Всё, что остаётся, — это тьма. И она поглощает меня полностью.

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Яркий свет проникает сквозь веки, заставляя меня медленно открыть глаза. Голова гудит, мысли путаются, словно пытаются вырваться из тумана, но реальность всё ещё кажется недосягаемой. Где я? Что происходит?

Приподнявшись на локтях, я оглядываюсь вокруг. Передо мной открывается огромный зал круглой формы — место, больше похожее на сон, чем на что-то реальное. Высокие окна украшены сложными узорами и затейливыми орнаментами, которые переливаются в свете, будто живые. Лёгкая полупрозрачная ткань, словно дымка, ниспадает с белоснежных колонн, создавая ощущение воздушности и невесомости. В воздухе витает сладковатый аромат цветов, которых здесь множество: они расставлены повсюду, словно специально для того, чтобы подчеркнуть красоту этого места.

«Что за черт? Где я? Почему я ещё жива? И почему здесь нет никого?» — вопросы роятся в голове, но ответов нет. Только тишина, настолько густая, что её можно потрогать руками.

Опустив взгляд, я замечаю своё отражение в гладком мраморном полу. Но это не я. Во всяком случае, не та, кем я была раньше. Мои волосы стали светлее, почти серебристыми, и теперь спадают ниже плеч мягкими волнами. Глаза изменились — они кажутся глубже, ярче, словно в них зажглось что-то новое. Веснушки остались, но кожа стала идеально гладкой, без единого изъяна или родимого пятна.

Приглядевшись внимательнее, я замечаю, что мои уши стали немного заострёнными. «Неужели я стала эльфом?» — мысль звучит абсурдно, но реальность вокруг подтверждает этот странный факт. На мне лишь лёгкое белое платье, простое, но удивительно красивое, будто сотканное из света. Обуви нет, но странно — мне совсем не холодно. Обычно я быстро замерзаю, но здесь, в этом месте, тело ощущает только тепло и спокойствие.

На правой руке я замечаю полупрозрачный знак в форме полумесяца. Он едва заметен, но его присутствие вызывает лёгкое покалывание, словно он живой. Значение этой метки пока остаётся загадкой, но сейчас меня больше волнует другое.

Попытка подняться полностью удаётся лишь наполовину. Тело слабое, будто я долгое время не двигалась, и каждое движение даётся с трудом. Но всё же я делаю шаг вперёд, чувствуя, как ноги дрожат, но держат меня.

Здесь что-то не так. Это место… слишком идеально, слишком нереально. Но одно я знаю точно: я жива. Или, может быть, это уже не имеет значения.

Пока я осматриваюсь, в зале появляется девушка. Она выше меня, её фигура изящна, движения грациозны. На ней закрытое платье песочного цвета, дополненное странным покрывалом на голове, которое спадает мягкими складками до плеч. Волосы аккуратно уложены в безупречный пучок — всё в её облике выглядит так, будто она только что сошла с картины или со сцены какого-то древнего ритуала. Её походка лёгкая, почти бесшумная, словно она парит над полом.

Она останавливается в нескольких шагах от меня и улыбается. Но её улыбка вызывает не доверие, а настороженность. Молчание между нами кажется тяжёлым, словно оно давит на плечи, предвещая что-то недоброе.

«Не нравится мне эта улыбка. И это молчание тоже ни к чему хорошему не приведёт», — думаю я, следя за каждым её движением.

— Ты проснулась, избранная, — произносит она мелодичным голосом, который звучит слишком сладко, чтобы быть искренним. — Как себя чувствуешь?

— Кто ты? — отвечаю я вопросом на вопрос, не сводя с неё глаз.

— Откуда такая враждебность? Ты только здесь появилась… — её слова пропитаны лёгким сожалением, но в них чувствуется фальшь. — Здесь ты в безопасности.

Я прищуриваюсь, не веря ни единому её слову.

— Вместо этой любезности лучше расскажи, кто ты и зачем я здесь.

Она делает шаг вперёд, но я невольно отступаю назад, сохраняя дистанцию.

— Я служительница этого храма, — говорит она, её голос звучит чуть холоднее, но всё ещё мягко. — А ты… ты та, кто предназначена судьбой небес.

После этих слов её глаза загораются странным блеском, от которого становится ещё более неуютно.

— Чего? Сомневаюсь, что я та, о ком ты говоришь, — бросаю я, стараясь скрыть нарастающую тревогу.

Прежде чем она успевает ответить, к нам подходит другая женщина. Её появление заставляет воздух вокруг наполниться ощутимой мощью и величием. Она облачена в роскошный наряд, украшенный драгоценными камнями и живыми цветами. Её светлые волосы уложены в сложную причёску, а тонкая тиара, украшенная изумрудами, завершает образ. Острые ушки украшают серьги из золота. Глаза женщины поражают своей чистотой — они цвета самого дорогого изумруда, но в их глубине таится что-то неуловимое, словно она видит тебя насквозь.

Её взгляд тёплый, но почему-то он вызывает чувство тревоги. Я инстинктивно делаю шаг назад, когда она подходит ближе. Чем ближе она оказывается, тем больше внутри нарастает желание отступить ещё дальше.

— Все верно, юная леди, — произносит она, её голос звучит уверенно и властно, но в то же время мягко, словно она обращается к ребёнку. — Ты та, кто принесёт в наш мир покой.

Я чувствую, как её слова заставляют сердце забиться чаще. Что-то в её тоне и взгляде заставляет меня сомневаться в том, что этот «покой» будет добровольным или приятным.

— Не стоит бояться. Тебе уготован путь воителя, — произносит женщина с тиарой, её голос звучит так уверенно, будто она знает что-то, чего не знаю я.

— Воителя? Серьёзно? — я не могу сдержать смешок, хоть внутри всё сжимается от нарастающей тревоги. — Думаете, я вам поверю? Я должна быть мертва. А вместо этого появилась… неизвестно где, в теле, которое меня едва слушается. И вы мне говорите, что я какая-то избранная. Такой бред даже пьяный в стельку не придумает.

Она молча смотрит на меня, её изумрудные глаза кажутся одновременно мягкими и пронзительными. В них нет ни малейшего намёка на сомнение.

— И всё же тебе придётся пройти со мной, — говорит она уже строже, поворачиваясь к высокой арке, расположенной в дальнем конце зала. Её осанка идеальна, каждый шаг полон достоинства, словно она здесь не просто хозяйка, а воплощение самой судьбы.

— Может, хотя бы скажете, кто вы? — спрашиваю я, стараясь сохранять спокойствие, но мой голос выдаёт растущее напряжение.

— Вадания, — отзывается она, и это имя звучит как заклинание, величественно и гулко. Оно кажется слишком большим для обычного существа — оно больше подходит богине или правительнице древнего королевства.

Подойдя к арке, она останавливается, и в тот момент, когда её рука касается каменного обрамления, арка оживает. Яркий свет заполняет пространство, такой интенсивный, что я невольно щурюсь. Она берёт меня за руку своей прохладной ладонью и ведёт вперёд, прямо в этот поток света.

Секунды кажутся вечностью, но вскоре свет рассеивается, и мы оказываемся в другом месте. Это огромный зал, ещё более величественный, чем предыдущий. Высокие стены поддерживают колонны, украшенные живыми цветами всех возможных оттенков. На стенах висят гобелены и картины, изображающие людей в роскошных платьях и костюмах, чьи лица кажутся знакомыми, хотя я точно их никогда раньше не видела. Каждый элемент интерьера дышит историей и силой, будто каждая деталь имеет своё значение.

Пройдя несколько метров, Вадания останавливается. К нам подходят двое: парень и девушка в скромной форме, которая, однако, безупречно выглажена и дополняется аккуратными деталями. Они явно из прислуги, но в их движениях чувствуется уверенность и уважение.

— Они отведут тебя в твою комнату, — говорит Вадания, её голос снова становится мягче, но всё равно сохраняет нотки властности. — Как освоишься, можешь прогуляться по замку.

— С чего такая доброта? — я не могу сдержаться. — Я тут чужая, и ты мне никто.

Мои слова вызывают недоумение у прислуги. Они переглядываются, явно удивлённые тем, что я обращаюсь к Вадании на «ты». Но сама она лишь слегка улыбается, будто ожидала такого ответа.

— Ты — избранная, — произносит она, и в её словах звучит не только утверждение, но и что-то вроде гордости. — И я рада, что ты появилась именно в моих землях. Чем смогу, я тебе помогу. А теперь можешь идти.

Её взгляд становится мягче, но всё равно в нём есть что-то загадочное, словно она знает обо мне что-то такое, о чём я даже не догадываюсь. Повернувшись, она уходит, оставляя меня наедине с прислугой.

Прислуга молча ведёт меня по коридорам замка, и каждый шаг открывает всё новые грани этого места. Коридоры кажутся бесконечными, их высокие своды теряются где-то в полумраке, хотя стены освещены мягким светом, проникающим через огромные витражные окна. Стекло окон украшено сложными узорами: звёзды, луны, цветы, сплетённые в причудливые рисунки, которые оживают под лучами солнца, рассыпаясь разноцветными бликами на полу и стенах.

Ковровая дорожка под ногами мягкая, почти неслышная, её тёмно-бордовый цвет контрастирует с холодным камнем стен. Вдоль коридоров расположены картины, гобелены и статуи — все они словно рассказывают истории. На некоторых изображена Вадания в окружении придворных или стоящей на балконе замка. Её фигура всегда выделяется: она словно светится на фоне других персонажей, даже если это всего лишь холст или ткань. Гобелены изображают сцены битв, праздников и дипломатических встреч. Каждый элемент здесь наполнен смыслом, будто сам замок — это живой организм, хранящий память поколений.

«Странная она всё-таки», — думаю я, задерживая взгляд на ещё одной картине, где Вадания стоит рядом с мужчиной в роскошной броне. Его лицо суровое, но в глазах читается преданность. Она же, как всегда, величественна, её улыбка кажется одновременно тёплой и отстранённой. Принять чужака с такой готовностью, без вопросов или подозрений… Это кажется нереальным. Девушка, шагающая рядом со мной, снова бросает на меня быстрый взгляд. Их любопытство понятно: для них я явно инородное существо, пусть внешне и стала похожа на эльфа. Но моё поведение, мой взгляд на мир — они другие. Мысли о том, что я теперь в совершенно ином мире, вызывают лёгкую дрожь внутри.

В детстве я обожала читать истории про сказочные миры. Драконы, принцессы, заговоры, дворцовые перевороты — всё это казалось таким захватывающим. Я представляла себя героиней этих историй, спасающей мир или раскрывающей тайны. Но теперь, когда я оказалась в мире, который так похож на те книги, всё выглядит совсем иначе. Это больше не игра фантазии. Это реальность, полная неизвестности и опасностей. И мне предстоит жить в ней.

Зайдя в спальное крыло замка, замечаю, что коридоры здесь немного уже, но всё равно внушительны. Здесь меньше витражей, зато больше деревянных панелей и резных узоров. Повернув направо, мы заходим во вторую комнату. Переступив порог, я осматриваюсь. Небольшое, но просторное помещение встречает меня уютной атмосферой. Большая кровать с резным изголовьем, шкаф из тёмного дерева, пара тумбочек с изящными светильниками, а в углу — дверь в собственную ванную комнату. Всё выполнено в светлых пастельных тонах: бежевые стены, кремовые занавески, акценты в виде золотистых узоров. Мило, но всё равно ощущение чужеродности не покидает.

Опускаюсь на край кровати, чувствуя, как мягкий матрас прогибается под весом тела. Мысли начинают крутиться быстрее. «Кстати, а эльфы долго живут? Надо будет найти библиотеку. Здесь, в замке, она должна быть. А судя по всему, Вадания — королева. Раз она сказала, что я появилась на её землях, значит, у неё их немало. Возможно, целое королевство или даже несколько».

Я вспоминаю свои первые часы здесь: странные ощущения в теле, изменения внешности, этот зал с цветами и колоннами. Всё это слишком нереально, чтобы быть случайностью. Если я действительно «избранная», то кто-то, скорее всего, уже давно планировал моё появление. Но кто? И почему именно я? Что такого особенного в обычной девушке, которая в своём мире работала барменом и пыталась сдать зачёты?

Эта мысль вызывает смесь тревоги и любопытства. Если я действительно часть какой-то великой схемы, то мне нужно понимать, куда я попала и что от меня хотят. А для этого нужны знания. Библиотека станет первым шагом к тому, чтобы разобраться в этом мире. Но что, если там тоже будут только вопросы, а ответов не найдётся? Что, если я никогда не пойму, зачем здесь оказалась?

Глаза скользят по комнате, останавливаясь на окне. За ним виднеется небольшой сад, окруженный высокими стенами. Листья деревьев шелестят на ветру, а солнце мягко освещает цветы. Этот вид успокаивает, но недостаточно, чтобы заглушить внутренний хаос.

«Что дальше?» — думаю я, закрывая глаза. Ответа нет. Только тишина замка, которая кажется слишком громкой.

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Пару дней я брожу по замку, изучая каждый поворот, каждую комнату. Замок огромен, его коридоры словно лабиринт, но, к счастью, мне удаётся найти то, что искала: библиотеку. Боже, какая же она огромная! Количество полок кажется бесконечным, а книги — бесценным сокровищем, спрятанным в этом пространстве. Стеллажи тянутся почти до потолка, их массивные конструкции возвышаются над головой, словно древние деревья, хранящие знания веков.

Здесь есть даже удобные диваны и уютные уголки для чтения, освещённые мягким светом настольных ламп. В воздухе витает лёгкий запах старой бумаги и свежих чернил. Место выглядит мило и приглашающе, но задача, которую я перед собой поставила, кажется невыполнимой. Найти нужную книгу среди этого моря томов — всё равно что искать иголку в стоге сена. Поиски займут не одну неделю, если не больше. Но что поделать? Раз уж судьба привела меня сюда, нужно узнать как можно больше об этом мире. Правда, с моей памятью это будет непросто.

Несмотря на сложности, я начинаю поиски. Долгие часы проходят безрезультатно. Я перебираю книги, читаю аннотации, листаю страницы, но ничего полезного пока не нахожу. Ближе к вечеру, чувствуя усталость, я опускаюсь на один из мягких диванов. Прислушиваюсь к тишине, нарушаемой лишь далёкими звуками шагов. Вдруг до меня доносится стук каблуков. Поднимаю взгляд и замечаю Ваданию, которая медленно поднимается по лестнице на второй этаж библиотеки.

Сегодня она выглядит иначе: на ней простое платье с нежной вышивкой, волосы аккуратно убраны в косу, а на голове нет её обычной тиары. Однако её уши украшены маленькими серьгами, похожими на гвоздики. Она всегда находит способ подчеркнуть свою элегантность, будто даже в повседневности стремится быть безупречной.

Заметив меня, она подходит и садится рядом, складывая руки на коленях.

— Смотрю, тебе тоже не спится… — произносит она мягким голосом, в котором слышится лёгкая улыбка. — Что-то ищешь?

— Есть ли здесь книга с легендами? — спрашиваю я, не скрывая своего интереса. — Где-то же должно быть что-то про меня. Ну, про избранного. Да и про мир надо узнать. Я ведь здесь чужая.

Она задумчиво склоняет голову, её глаза цвета изумруда блестят в свете лампы.

— Про глав государств я могу рассказать тебе сама, — говорит она после паузы. — Но вот легенды… Думаю, есть одна такая книга.

Подняв руку, Вадания замерзает на мгновение, и её глаза внезапно начинают светиться мягким изумрудным светом. Я застываю, не в силах отвести взгляд. Воздух вокруг неё словно завибрирует, и вскоре к её ладони стремительно прилетает толстая книга, будто невидимая сила приносит её прямо из стеллажей. Моё удивление не знает границ. Такое я видела только в видеоиграх или фэнтезийных фильмах, но наблюдать магию вживую — это совершенно другой опыт. Это одновременно завораживающе и немного пугающе, как если бы реальность вдруг слегка сдвинулась со своих осей.

Отдав мне книгу, она удаляется к дальним стеллажам, оставив меня наедине с находкой. Её шаги затихают где-то среди бесконечных рядов книг, и я снова погружаюсь в тишину библиотеки.

Открыв книгу, я сразу чувствую знакомый запах старой бумаги. Этот аромат вызвает волну воспоминаний: ночные марафоны за чтением любимых романов, когда мир за окном засыпал, а я всё не могла оторваться от страниц. Было время, когда книги были моим убежищем, местом, куда можно сбежать от реальности. Особенно до того, как я поступила в университет и начала задумываться о том, как платить за учёбу, работу и жизнь. Но сейчас эти мысли казались далёкими, почти чужими.

Однако воспоминания быстро отступают, когда моя рука сама собой начинает перелистывать страницы книги. Лист за листом, пока я не останавливаюсь на одной из глав, которая, как мне кажется, содержит именно то, что я ищу. Страница украшена затейливыми узорами по краям, а текст написан красивым, чуть выцветшим шрифтом. Каждая строка словно дышит древностью, будто знания, заключённые в этих словах, ждали своего часа долгие века.

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Возможно, здесь скрывались ответы на вопросы, которые так долго крутились в голове. О мире, в котором я оказалась. Обо мне самой. О том, почему судьба выбрала именно меня.

"Когда мир треснет по швам, словно старый пергамент, и все живые существа окажутся на грани войны, явятся двое. Они станут последней надеждой для разрушенных земель, принеся с собой мир и гармонию, которые казались утраченными навсегда. Воин Солнца и Жнец Луны.

Их пути пересекутся в момент, когда тьма уже поглотит почти всё: города будут лежать в руинах, реки иссякнут, а сердца людей наполнят отчаяние и страх. В этот час, когда даже самые стойкие души готовы будут сдаться, они придут. Один — Воин Солнца, воплощение света и пламени. Его клинок будет сиять так ярко, что даже самая густая тьма не сможет его скрыть. Он — символ несокрушимой силы и мужества, защитник тех, кто ещё сохранил веру.

Второй — Жнец Луны, хранитель ночи и теней. Его коса острее самого холодного ветра, а взгляд пронзает душу, заставляя видеть правду такой, какая она есть. Он — проводник между жизнью и смертью, вечный баланс, который напоминает всем о неизбежности конца. Но вместе с тем он несёт мудрость: только через тьму можно найти свет, только через смерть — новую жизнь.

Их союз станет парадоксом, символом противоположностей, которые обретают силу лишь в единстве. Воин Солнца будет сражаться за то, чтобы сохранить огонь надежды, в то время как Жнец Луны будет учить принимать неизбежное и находить покой в хаосе. Их встреча не будет случайной: древнее предсказание гласит, что их судьбы сплетены с момента создания мира.

Легенды говорят, что Воин Солнца родится под первым лучом рассвета, когда звезда вспыхнет особенно ярко, освещая путь даже в самых тёмных уголках вселенной. А Жнец Луны появится в ночь полного затмения, когда луна скроется за тенью, оставив лишь тишину и холод. Оба будут нести свои знамения: один — печать солнца на ладони, другой — знак полумесяца на запястье. Эти символы будут свидетельством их предназначения.

Их путь не будет лёгким. На их дороге встанут не только враги, но и те, кто назовёт себя "союзниками", но будет искать лишь личной выгоды. Им придётся сделать выборы, которые разобьют чьи-то сердца, разрушат старые узы и создадут новые. Каждый шаг будет испытанием, каждое решение — весомым, как судьба мира.

И всё же, когда последний удар будет нанесён, а последняя тень рассеется, они останутся. Не как герои, не как боги, а как напоминание: даже в самые тёмные времена свет и тьма могут найти друг друга, чтобы восстановить равновесие."

Глава 3

Снова этот переулок. Снова эта роковая ночь. Почему в городе больше никого нет? Только я… один на один с темнотой и воспоминаниями, которые тянут меня назад, словно невидимая рука судьбы, не дающая мне уйти. Я пытаюсь сопротивляться, но всё бесполезно — моё тело движется само, игнорируя все отчаянные попытки разума остановиться.

Каждый шаг отзывается холодом в груди. Воздух здесь кажется гуще, тяжелее, будто сама ночь давит на плечи, заставляя дышать через силу. Не хочу идти туда. Не хочу снова оказаться в этом месте, где боль и страх слились в одно целое. Но ноги не слушаются, они ведут меня вперёд, как марионетку на невидимых нитях.

И вот он — удар. Резкий, острый, пронзающий всё тело до самых костей. Боль вспыхивает внутри, знакомая до жути, до дрожи. Такая же, как тогда. Меня сковывает ледяной ужас, когда перед глазами встаёт та самая тень. Размытая, безликая, она навсегда останется для меня загадкой. Я даже не знаю, кто это был. Кто стоял там, в темноте, с холодным безразличием причиняя мне боль? Никогда не узнаю.

Хочу домой. Хочу вернуться к подруге, которая всегда знала, как меня успокоить. К родным, чьи голоса звучат теперь так далеко. К тому, кто, возможно, так и не узнает о моих чувствах… О тех чувствах, которые я так долго скрывала, боясь признаться даже самой себе.

Нет, не хочу. Я просто обязан проснуться. Это же кошмар, правда? Проснись! ПРОСНИСЬ! Хватит с меня этого бесконечного мрака, этих воспоминаний, которые режут сильнее любого ножа. Они не отпускают, не дают забыть, не дают жить.

Я закрываю глаза, пытаясь прогнать образы, но они лишь становятся ярче, реальнее. Голова кружится, дыхание сбивается, а сердце колотится так громко, что кажется, будто его стук заполняет собой весь мир.

Почему я не могу проснуться? Почему этот кошмар снова и снова возвращает меня к тому моменту, который я так отчаянно пыталась забыть?

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Проснувшись среди ночи, я несколько секунд барахтаюсь в остатках сна, словно в тёмной трясине, из которой невозможно выбраться. Сознание медленно всплывает, но кажется, будто невидимые руки всё ещё держат меня под водой, не давая полностью очнуться. Тело сотрясает мелкая дрожь, холодный пот стекает по спине ледяными струйками, а страх — тот самый первобытный, животный страх — сковывает меня целиком. Он проникает в каждую клеточку, как ядовитый туман, лишая возможности дышать, двигаться, думать.

Горло сжато так сильно, что я едва могу сделать вдох. Голос застревает где-то внутри, словно его раздавили невидимыми тисками. Я пытаюсь успокоиться, говорю себе, что это просто сон, просто ночной кошмар... Но сердце колотится так громко, что звук отдается в ушах, заглушая даже тишину комнаты.

Медленно осматриваюсь, пытаясь прийти в себя. Каждое движение даётся с трудом, будто тело больше мне не принадлежит. Постепенно дыхание становится чуть ровнее, хотя внутри всё ещё бушует буря.

«Спокойно… Я в своей комнате, если это место вообще можно так назвать. На улице глубокая ночь. Я одна».

Эти мысли должны были успокоить, но вместо этого они звучат фальшиво, как сломанные часы, которые давно перестали отсчитывать время. Подойдя к окну, я устремляю взгляд на небо. Полнолуние. Луна висит высоко, огромная и холодная, словно безразличный наблюдатель. Её свет заливает землю, делая тени длиннее и глубже, почти осязаемыми. Это красиво… но в этой красоте есть что-то жуткое, что-то неестественное.

Я чувствую, как внутри поднимается волна противоречивых эмоций: восхищение, тревога, одиночество. Всё смешивается в один тягучий ком, который давит на грудь. И в этот момент — внезапно, без предупреждения — в груди разрывается острая боль. Она настолько сильная, что вышибает из меня крик. Звук вырывается хриплым, полным ужаса и отчаяния. Это не просто боль — это что-то большее, будто кто-то вонзил раскалённый клинок прямо в мою душу.

Голова начинает кружиться, мир вокруг теряет очертания, пол уходит из-под ног, и я падаю на пол. Удар о холодный деревянный настил почти не ощущается — всё тело онемело, как будто я больше не принадлежу сама себе. В глазах всё плывёт, будто я тону в чёрной воде. Мысли путаются, паника накрывает с головой, и я не могу понять, что происходит. Только боль и страх, острые, как лезвие, пронзают меня насквозь.

Через несколько минут в комнату вбегает девушка в форме горничной. Подбежав ко мне, она помогает подняться, но силы словно покинули моё тело, и даже простая попытка встать становится невыполнимой задачей. С её помощью я всё же усаживаюсь на край кровати. Вскоре появляется ещё одна девушка, неся поднос с графином воды и парой стаканов. Выпив немного воды, я чувствую, как дыхание немного выравнивается, но боль всё ещё не отпускает.

Позже в комнату заходит Вадания. Я удивлена её виду: распущенные волосы и сорочка винного цвета придают ей необычный, почти домашний облик. Девушки быстро покидают комнату, оставляя нас наедине.

Подойдя ко мне, она всего за несколько секунд успокаивает мою боль. Облегчённый вздох срывается с губ.

— Спасибо, — произношу я, не скрывая нотки страха в голосе. — Но что это было? Почему это отразилось только на мне?

— Не только на тебе, — отвечает она спокойно, хотя в её тоне слышится лёгкая досада. — На Воине Солнца тоже.

— Воин Солнца? — переспрашиваю я, пытаясь осмыслить её слова. — Кто он? И почему это происходит сейчас?

— Он — твоя противоположность, — объясняет она, присаживаясь рядом. — Ты — Жнец Луны. Ваша связь древняя и неразрывная. Если легенда верна, то мир на грани краха, и только вы двое можете восстановить баланс.

— Баланс? — недоумеваю я. — Какой баланс? О чём вы вообще говорите?

— Мир существует в равновесии между светом и тьмой, жизнью и смертью, — терпеливо поясняет она. — Когда это равновесие нарушается, начинается хаос. Сейчас тьма и свет разъединены, и ваша задача — воссоединить их.

— Но почему именно мы? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри растёт тревога.

— Потому что вы избранные, — говорит она, глядя мне в глаза. — Ты — проводник тьмы, Жнец Луны. Ты можешь управлять душами, открывать врата в загробный мир. Воин Солнца — воплощение света, защитник жизни. Без вас мир просто разрушится.

— Значит, мне нужно найти его? — уточняю я, пытаясь собрать мысли в кучу.

— Да, но это только начало, — кивает она. — Чтобы раскрыть свои истинные силы, вам понадобятся ваши символы: коса Жнеца и меч Воина. Без них вы останетесь слабыми и беззащитными перед надвигающейся угрозой.

— Где их найти? — спрашиваю я, чувствуя, как ситуация становится всё запутаннее.

— Коса находится на территории природных духов, в самом сердце королевства Эларвин, — продолжает она. — Это место, где тьма и природа переплетаются. Когда ты возьмёшь косу, твоё тело начнёт меняться. Ты станешь тем, кому подвластно управление душами и магия тьмы.

— А меч? — спрашиваю я, стараясь не отставать от потока информации.

— Меч Воина находится в северных руинах, — объясняет она. — Это гиблое место, где жизнь давно угасла. Раньше там был храм, но теперь это проклятое пространство. Без защиты и поддержки Жнеца Воин может погибнуть, если попробует отправиться туда один.

— То есть… я должна помочь ему? — уточняю я, пытаясь связать все факты воедино.

— Именно так, — кивает она. — Ваша судьба переплетена. Без тебя он не сможет добраться до меча, а без него ты не сможешь выполнить свою миссию.

— Почему именно я? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри растёт тревога. — Это всё так внезапно… Я не готова.

— Никто не готов, — мягко произносит она. — Но судьба выбрала тебя. Ты — Жнец Луны. Только ты можешь восстановить баланс.

— Легче от этого не становится, — вздыхаю я.

— Как ни крути, тебе стоит отправиться в Эларвин, — продолжает она. — Это королевство природных духов, их территория находится на востоке. Моргана — моя давняя подруга, так что проблем быть не должно. К тому же, ты передашь ей письмо от меня. Со сборами в путь я помогу, но дальше тебе придётся разбираться с трудностями самой. Что могла, я сделала.

— Но Вы так и не рассказали мне про политическую ситуацию в мире, — напоминаю я, пытаясь хоть немного подготовиться к предстоящему путешествию.

— Извини, совсем забыла, — говорит она, потирая переносицу. — На северо-востоке находится Широдан, королевство людей. Главенствует там Каймия. Персона не самая приятная, советую быть с ней осторожной. Она известна своей жестокостью и стремлением к власти.

— А кто такие зверолюди? — спрашиваю я, пытаясь представить их образ.

— Королевство зверолюдей называется Нитерис, — объясняет она. — Они живут на северо-западе. Зверолюди — это не только оборотни, но и те, кто имеет звериные черты или способности. Правит там Орин. Он надёжный торговый партнёр, хотя лично мы мало общаемся.

— А что насчёт других королевств? — продолжаю допытываться я.

— Есть также промышленное королевство гномов Зитерион, — добавляет она. — Глава там Бренор. Они производят механизмы, которые упрощают жизнь. Магию не особо любят, но и не отвергают её полностью. Если тебе понадобится помощь, лучше обратиться к ним, чем к кому-либо ещё.

— Что ж, — устало отвечаю я, периодически зевая. — Всё равно самой придётся встречаться с ними.

— Нужно отдохнуть, — заключает Вадания. — Позже решим, что делать дальше.

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Утро выдалось тяжёлым. Голова раскалывается, а каждое движение отзывается ноющей болью в теле. Встав с кровати, я направляюсь в ванную. Холодная вода немного освежает лицо, но не может прогнать ощущение усталости, сдавливающее виски. После этого я облачаюсь в облегающие штаны с высокой талией и просторную рубашку. Собираю волосы в хвост, надеваю сапоги на небольшом каблуке и, покрутившись перед зеркалом, выхожу из комнаты.

Путь до зала занимает больше времени, чем обычно. Каждый шаг даётся тяжело, словно ноги двигаются против воли. Я знаю: это может быть последний раз, когда я вижу эти коридоры, и мысль эта вызывает странное чувство — смесь тревоги и безразличия.

В зале я нахожу Ваданию. Она стоит рядом с прислугой, что-то обсуждая вполголоса. Заметив меня, она слегка улыбается — тёплой, но чуть напряжённой улыбкой, которая говорит: «Подожди немного». Я замераю в стороне, наблюдая за ними. Через пару минут прислуга удаляется, и королева переводит взгляд на меня. Её глаза пронзительные, будто она видит больше, чем говорит. От её взгляда становиться неуютно, как будто она может прочитать все мои мысли.

— Что-то не так? — спрашиваю я, стараясь скрыть беспокойство.

— Отпускать тебя вот так… Это неправильно, — произносит она неуверенно, опуская глаза.

— Почему ты так переживаешь? — с лёгким презрением в голосе говорю я. — Причём у тебя переживаний больше, чем у меня. Не находишь это странным? Может, пояснишь недалёкой мне, что вообще происходит?

— У меня плохое предчувствие, — отвечает она, и в её голосе послышались нотки паники.

— С чего бы? Погибну и ладно. Мне не впервой, — бросаю я холодно, хотя внутри всё сжимается.

— Не говори так, — резко оборвывает она, и её тон стал жёстче.

К нам подходит парень с сумкой и протягивает её мне. Перекинув через плечо, я проверяю содержимое: несколько книг с заклинаниями, тяжёлый мешок с монетами, запас еды примерно на три дня, необычные маленькие часы на цепочке и сложенная карта. Набор не самый большой, но должен хватить.

— Лошадь подана, Ваше Величество, — сообщает парень и удаляется.

— Ну вот и всё. Пора прощаться, — произносит Вадания, протягивая мне конверт. — Отдай его Моргане лично в руки.

— Ладно… Но можно задать вопрос? — спрашиваю я, чувствуя, как внутри зарождается странное напряжение.

— Да, конечно, — кивает она.

— Ты даже не знаешь моего имени. Почему не спросила, как меня зовут?

Она замерает на мгновение, а затем отвечает с лёгкой грустью:

— Ты избранная. Имя не имеет значения.

— О как… — процедила я, чувствуя, как раздражение нарастает. — Раз так, то я лучше пойду.

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Покинув замок, я пускаю лошадь галопом. Улица за улицей остаются позади, пока сам город не растворяется вдали, превратившись в едва различимую полоску на горизонте. Теперь, когда стены замка скрываются из виду, я наконец смогу спокойно выдохнуть. Правда, это чувство свободы продлится недолго — только до тех пор, пока я не доберусь до королевства Эларвин. Но пока что я могу позволить себе немного расслабиться.

Дорога предстоит долгая, и у меня будет время всё обдумать. Нужно хотя бы попытаться разучить пару заклинаний из тех книг, что лежат в сумке. Без этого я совершенно бесполезна. Если легенды говорят правду, то мне понадобится каждая крупица силы, чтобы справиться с тем, что ждёт впереди.

Лошадь резво ускоряется, её копыта легко стучат по мягкой земле. Воздух становится свежее, наполняя лёгкие прохладой, а перед глазами раскидываются бескрайние зелёные луга. Солнце играет на траве, заливая всё вокруг мягким золотистым светом. Господи, какая же это красота… На мгновение я забываю обо всех тревогах и просто позволила себе насладиться моментом.

Мир вокруг кажется одновременно знакомым и загадочным. Здесь, за пределами города, природа словно берет верх над цивилизацией. Высокие деревья, покрытые мхом, стоят будто древние стражи, их ветви переплетаются высоко над головой, образуя причудливый узор из света и тени. Вдалеке виднеются холмы, укрытые пышными зарослями дикого шиповника, а где-то вдалеке слышиться журчание ручья, пробивающего себе путь среди камней. Иногда в воздухе мелькают странные существа — маленькие светящиеся точки, похожие на светлячков, но с лёгким голубоватым оттенком.

Но даже здесь, среди этой идиллии, мысли продолжали крутиться. Что ждёт меня в Эларвине? Кто такая Моргана и почему Вадания так переживала, отпуская меня? И что, если я не справлюсь? Вопросы множаться, но ответов пока не было. Остается только двигаться вперёд — шаг за шагом, миля за милей.

Глава 4

Ближе к вечеру лошадь устало плетётся по дороге, приближаясь к горному поясу. С каждым шагом тяжесть дня словно давит всё сильнее, проникая в самое сердце, заставляя душу трепетать от неясного предчувствия. Небо над головой темнеет, окрашиваясь в глубокие оттенки багряного и пурпурного, будто само небо истекает кровью. Горы впереди выглядят зловеще: их острые пики, как зубы древнего чудовища, вонзаются в небо, а тени между склонами кажутся бездонными провалами, готовыми поглотить любого, кто осмелится приблизиться.

Наконец, решив остановиться, я спешиваюсь. Разжигаю небольшой костёр — его слабый свет едва пробивается сквозь сгущающуюся тьму, но даже это кажется роскошью в этом безмолвном царстве. Достаю немного еды: сладкая булочка и чистая вода. Это просто, почти примитивно, но именно то, что нужно мне сейчас. Когда голод утолён, мой взгляд задумчиво устремляется на пламя. Оно мерцает, словно живое, и кажется, будто в его танце таится что-то древнее, что-то, чего я не могу понять, но что вызывает странное чувство тревоги.

«Как же меня угораздило попасть в этот неизвестный мне мир?» — думаю я, глядя на огонь. Его язык, пожирающий сухие ветки, напоминает мне о собственном положении: я так же беспомощна, как эти щепки, сгорающие в пламени судьбы.

«Даже умереть нормально не могу. Похоже, после смерти покоя мне тоже не видать». Мысли тяжёлые, как камни, падают одна за другой в бездну моего сознания. Я чувствую себя пешкой в игре, правила которой даже не понимаю.

Оторвавшись от размышлений, решаю заглянуть в книги, которые мне дали в дорогу. Перелистывая страницы, замечаю, что могу прочесть заклинания, хотя язык мне совершенно незнаком. Странно… Каждое слово будто отзывается в душе, как эхо из далёкого прошлого. Некоторые слова кажутся сложными, но их значение становится понятным, стоит лишь чуть-чуть подумать. Заучив пару заклинаний, решаю попробовать применить их на практике, чтобы хоть как-то почувствовать себя менее уязвимой.

Сосредоточившись, вытягиваю руку вперёд и прикрываю глаза. Всё вокруг словно замирает. Я чувствую, как тепло начинает струиться по венам, медленно заполняя каждую клеточку тела. Оно мягкое, почти успокаивающее, но в то же время настолько мощное, что кажется, будто сам воздух вокруг меня вибрирует. Кончики пальцев начинают покалывать, а затем загораются тусклым, призрачным светом. Открыв глаза, вижу, как кисть моей руки окутывает пламя, странное и необычное. Оно не жаркое, а скорее прохладное, но его цвет пугает — глубокий, почти чёрный, с едва заметными фиолетовыми всполохами. Это завораживает, но в то же время вызывает тревогу. Что, если эта сила, которую я только начала осваивать, потребует от меня слишком высокой цены?

Махнув рукой, отправляю сгусток огня в сторону поля. Он летит, оставляя за собой тонкий след, похожий на дым, и исчезает, не успев коснуться земли. Лошадь вздрагивает, её уши настороженно поворачиваются, но вскоре она успокаивается и начинает медленно продвигаться в сторону пещер. Однако её беспокойство передаётся и мне: что-то здесь не так. Этот мир полон тайн, и каждая из них может оказаться смертельной.

Внезапно крик разносится эхом от гор. Он резкий, пронзительный, словно кто-то или что-то испытывает невыносимую боль. Звук такой, будто он рвёт пространство на части, пробираясь в самое сердце души. Тело сковывает страх, и я невольно вздрагиваю. Крик повторяется, теперь уже громче, настойчивее, будто призывая меня. Он отражается от скал, многократно усиливаясь, и кажется, будто горы сами стонут от ужаса. Эхо этого крика застревает в голове, словно шепчет что-то древнее, что-то запретное.

Оглядываюсь, но вокруг никого нет — только я и моя лошадь. Вдали слышны звуки животных, которые, казалось бы, должны быть обычным фоном, но сейчас они кажутся предупреждением. Каждый шорох, каждый шелест листвы наполнен тревогой. Но этот крик… он заставляет меня съёживаться. Боже, никогда ещё мне не было так страшно. Холодный пот стекает по спине, а сердце колотится так громко, что кажется, будто его стук можно услышать за милю.

Следующий вопль заставляет кровь застыть в жилах. Он такой полный отчаяния и боли, что на мгновение мне кажется, будто сама тьма сгущается вокруг. Она обволакивает меня, как холодное одеяло, и я чувствую, как её тяжесть давит на плечи. Лошадь тем временем отходит всё дальше от меня. Неудивительно — животные всегда чувствуют опасность острее людей. Почему-то у меня возникает странное чувство, что нужно двигаться к источнику звука, даже если этого совсем не хочется. Может быть, это инстинкт. Или, возможно, это ловушка. Но выбора нет: что бы ни ждало меня впереди, оно уже выбрало меня.

Собравшись с мыслями, проверяю сумку и догоняю лошадь. Сажусь на неё, но она отказывается слушаться. После нескольких попыток всё же удаётся заставить её идти в сторону пещер. С каждым шагом становится всё не по себе. Я почти уверена, что наткнусь на какого-то монстра. И самое обидное, что я пока не умею толком владеть заклинаниями. Если придётся сражаться, шансов у меня практически нет. Но что-то внутри шепчет, что это не просто страх. Это предчувствие. И оно говорит, что худшее ещё впереди. ✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Приблизившись к входу в пещеру, я замечаю, как все звуки вокруг внезапно исчезают, оставляя за собой колоссальную, давящую тишину. Эта тишина — не просто отсутствие шума. Она живая, густая, словно поглощает всё: воздух, мысли, надежду. От этого становится только хуже. Это затишье перед бурей, и я почти уверена, что её мне не пережить. Лошадь фыркает, её уши трепещут от страха, но я упрямо дёргаю поводья, заставляя её двигаться вперёд. Каждый шаг даётся с трудом, словно сама земля под ногами пытается удержать меня здесь.

Зайдя внутрь, холод пробегает по моему телу, хотя в пещере нет ни намёка на источник ветра или второй выход. Ни сквозняка, ни движения воздуха — ничего. Только тишина и липкое ощущение тревоги, которое всё больше сжимает грудь. Стены пещеры кажутся слишком гладкими, слишком идеальными, будто их создали специально, чтобы запутать, заманить, уничтожить. Пройдя немного дальше, я замечаю, что пол покрыт странными отметинами — глубокие борозды, словно кто-то волочил что-то тяжёлое. И вот, через несколько минут, мой взгляд цепляется за что-то тёмное на полу. Приглядевшись, понимаю: это лужи крови. Рядом видны следы, будто от огромных цепей. Они врезались в камень так глубоко, что кажется, будто земля сама кричит от боли.

Спешившись с лошади, я осторожно подхожу ближе и заглядываю за угол. Передо мной оказываются два трупа. Тела изуродованы до неузнаваемости — следы когтей и клыков покрывают их, словно кто-то специально старался причинить максимальную боль. Кожа содрана, кости торчат, а лица… их лица застыли в масках ужаса, словно они знали, что их ждёт. Присев рядом с одним из тел, я морщусь от резкого неприятного запаха, который бьёт в нос, и быстро прикрываю лицо рукавом. В темноте невозможно рассмотреть детали — тени скрывают всё, что могло бы дать хоть какую-то подсказку. Но одно ясно: это место — ловушка. И я уже в ней.

«Так дело не пойдёт, — думаю я, вставая и отходя на пару шагов. — Нужно создать огонь. Иначе я просто застряну здесь. Темнота слишком плотная, она словно живая, и это точно не на мою пользу».

Я достаю одну из книг заклинаний, которые взяла с собой, и начинаю перелистывать страницы. Память подсказывает, что где-то там было что-то про создание огня. Найдя нужное заклинание, я сосредотачиваюсь, вытягиваю руку вперёд и произношу слова, которые кажутся странными даже для меня самой. Тепло медленно наполняет тело, струясь по венам и стремясь к кончикам пальцев. Лёгкое движение кистью — и рядом со мной появляется небольшой огненный шар. Его свет не слишком яркий, но достаточно, чтобы рассеять окружающую тьму. К моему удивлению, он не улетает в разные стороны, а послушно парит рядом, словно живой спутник. Собрав мысли воедино, продолжаю осматривать тела. Раны глубокие, практически до костей.

«Судя по ранам, их разорвало какое-то животное. Причём огромных размеров. На ум ничего не приходит… Это ведь магический мир, и вариантов может быть бесконечно много. Понимаю, что поступаю неправильно, но мне нужно забрать их вещи. Они будут нужнее мне, чем им», — думаю я, стараясь подавить чувство вины.

Тишину внезапно нарушает резкое ржание лошади. Я мгновенно хватаю предметы из сумок, не разбирая, что именно беру, и бегу к ней. Но не успеваю сделать и нескольких шагов, как слышу, как она начинает убегать в сторону выхода. В следующее мгновение раздаётся жуткий рык, и что-то огромное кидается за ней. Через минуту лошадь затихает — её крики обрываются, и эхо разносит последний вздох по пещере.

Выглянув из-за угла, я замечаю огромного монстра, похожего на помесь дракона и ящерицы. Его чешуйчатое тело блестит в свете моего огонька, а зубы кажутся острыми, как клинки. Существо разрывает моего единственного транспорт на части с ужасающей быстротой. Оно не просто убивает — оно наслаждается этим. Каждый удар его когтей, каждый рывок челюстей пропитан жестокостью. Страх сковывает тело, ком застревает в горле, а руки начинают трястись. Сердце колотится так громко, что кажется, будто его стук разносится по всей пещере.

Выход ещё далеко, и теперь я остаюсь одна наедине с этим монстром, который разорвёт меня на части, даже не дав времени моргнуть. Закончив с трапезой, существо медленно возвращается обратно в свой угол, двигаясь неторопливо, но уверенно. Я едва успеваю спрятаться за ближайший выступ и зажимаю огонёк в ладонях, чтобы погасить его. Теперь вокруг снова царит темнота, но я чувствую, как страх и паника сдавливают грудь.

Существо продолжает двигаться, словно учуяло что-то ещё. От ужаса я задерживаю дыхание, чтобы унять сердцебиение и не выдать своего присутствия. Каждый вдох кажется слишком громким, каждый звук — предательским. Я понимаю, что должна что-то придумать, но голова пуста, а тело отказывается двигаться.

Когда путь наконец-то становится свободным, я осторожно выпускаю огонёк из ладоней. Его слабый свет снова освещает пространство вокруг, но теперь я стараюсь держать его как можно ближе, чтобы не привлекать лишнего внимания. Тихо, почти бесшумно, продолжаю двигаться в сторону выхода. Каждый шаг даётся с трудом — я буквально взвешиваю каждое движение, размышляя о последствиях. Один неверный звук, одно лишнее движение — и монстр может заметить меня.

Внезапный вздох существа заставляет меня резко замереть на месте. Звук такой громкий, что кажется, будто сам воздух задрожал. Сердце на мгновение замирает, а затем начинает колотиться ещё быстрее. Я затаиваю дыхание, боясь даже моргнуть, и жду. Секунды тянутся бесконечно, но, к счастью, монстр больше не подаёт признаков активности.

Собрав всю свою решимость, продолжаю путь. Шаг за шагом, я преодолеваю расстояние до выхода. Вскоре половина пути уже позади, и страх, хоть и медленно, но начинает отступать. Мысли постепенно проясняются, а движения становятся чуть увереннее. Однако я понимаю, что рано расслабляться — до выхода ещё далеко, а опасность может поджидать за каждым углом.

«Только бы выбраться отсюда живой», — думаю я, стараясь не поддаваться панике.

Поправив сумку, я невольно издаю тихий звук. Оглянувшись, думаю, что ничего страшного не произойдёт — но шаги в мою сторону говорят об обратном. Существо выходит из своей норы и начинает осматриваться, словно чует что-то. Я быстро прячусь за ближайшим валуном, молясь всем известным богам, чтобы оно меня не заметило. К шагам добавляется звук цепей — тех самых, следы которых я видела ранее.

Паника полностью овладевает моим телом. Чем ближе оно подходит, тем сильнее колотится сердце в груди. Иногда мне кажется, что оно настолько громкое, что монстр обязательно услышит его. На секунду всё затихает, и, осторожно выглянув из-за валуна, я понимаю, что существо стоит буквально в паре шагов от меня.

«Твою мать... Моему везению нет предела», — пронеслось в голове, пока я пытаюсь сдержать дрожь.

Неожиданно существо раскрывает пасть, задевая когтями мою правую руку. Я вскрикиваю от боли и, не раздумывая, рывком начинаю бежать к выходу, прижимая раненую руку к себе. Кровь капает на землю, оставляя за собой явный след, который только больше привлекает внимание монстра.

Существо ринулось за мной, и через мгновение его огромная лапа сбивает меня с ног. Острый коготь впивается в мою ногу, вызывая новую волну жуткой боли. Вскрикнув, я пытаюсь вырваться из его хватки, но силы слишком неравны. Каждая попытка освободиться заканчивается лишь тем, что когти впиваются глубже.

«Выбора нет, — думаю я, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. — Я не хочу второй раз умирать, да ещё и от лап какой-то ящерицы-переростка!»

Решение приходит мгновенно. Я должна использовать магию. Даже если она плохо мне даётся, даже если я не уверена в своих силах — это единственный шанс выбраться живой.

Направив здоровую руку на монстра, я быстро выпускаю мощный поток энергии прямо ему в морду. Существо явно опешило от неожиданности, и мне удаётся вырваться из его цепких лап. Прихрамывая, я продолжаю бежать, хотя каждое движение отзывается острой болью в ноге. Монстр не отстаёт — его рычание эхом разносится по пещере, а острые клыки практически касаются моей спины.

Рискнув, я резко разворачиваюсь и, схватив огонёк, направляю в него всю энергию, что ещё осталась во мне. Вложив в этот удар всё до последней капли, я швыряю огненный сгусток прямо в монстра. Громкий взрыв озаряет пещеру, и меня сбивает с ног ударной волной, выбрасывая наружу. Стены и потолок обрушаются, погребая существо под тоннами камней и земли.

Приподнявшись, я замечаю, что монстр всё ещё пытается выбраться из-под завалов, но не может покинуть горы. Оковы на его шее начинают светиться странными символами, похожими на древние руны. Каждый всплеск свечения причиняет ему невыносимую боль — он рычит и ревёт, тряся головой, словно пытаясь сбросить их.

Раны от взрыва не слишком глубокие, но я смогла повредить его морду и передние лапы. Звон цепей раздаётся на всю пещеру, эхом отражаясь от стен. Кажется, эти оковы — не просто украшение. Они словно привязывают его к этому месту, не давая уйти.

«Интересно, кто или что могло создать такие оковы?» — думаю я, стараясь отдышаться и перевести дух. Но времени на размышления нет — нужно как можно быстрее убираться отсюда.

Порывы ярости монстра постепенно стихают спустя несколько часов, и его рёв растворяется в темноте гор. Наконец-то наступает тишина, нарушаемая лишь лёгким шорохом камней, оседающих после разрушений. Приведя дыхание в норму, я медленно сажусь и начинаю рыться в сумке, отчаянно надеясь найти что-то полезное.

Достав пару баночек с травами, я аккуратно наношу их содержимое на раны на руке и ноге. Каждое прикосновение отзывается острой болью, которая пронзает всё тело, но я продолжаю, зная, что это необходимо. Спустя несколько минут боль начинает понемногу отступать. Найдя пару чистых повязок, я перевязываю раны как можно крепче, чтобы остановить кровотечение.

Поднявшись с трудом, я пытаюсь сделать шаг, но правая рука почти не слушается. Даже пальцы едва шевелятся, словно она больше мне не принадлежит. Но, по крайней мере, кровь остановлена, а я всё ещё жива. Пусть и с трудом, но жива.

На улице глубокая ночь, и луна, словно заботливый проводник, освещает мне путь мягким серебристым светом. Впереди долгий путь до ближней деревни, где я смогу передохнуть и перевести дух после всего, что произошло. Я понимаю, что состояние моё оставляет желать лучшего, и есть риск, что станет только хуже. Но выбора нет — придётся идти дальше, даже если каждое движение будет даваться с огромным трудом.

«Надеюсь, я дойду», — думаю я, стараясь подавить тревожные мысли.

Собрав последние силы, я делаю первый шаг вперёд, стараясь не обращать внимания на боль и усталость. Луна продолжает светить, словно напоминая, что я не одна в этой темноте.

Глава 5

К утру моё состояние становится намного хуже. Голова кружится, мышцы сводит судорогой, а каждое движение отдаётся острой болью. Тело словно отказывается слушаться, будто я несу на себе невидимую тяжесть, которая медленно, но верно тянет меня вниз. Каждый шаг даётся с огромным трудом, словно земля под ногами превратилась в болото, затягивающее меня всё глубже.

И всё же, сквозь пелену усталости и боли, начинает виднеться город. Его очертания едва различимы в утреннем тумане, но даже это призрачное видение заставляет сердце биться чаще. Я почти чувствую запах дыма из каминов, слышу далёкие голоса людей — или, может быть, это лишь игра моего разума, истощённого долгим путешествием. На душе становится немного легче от одной только мысли, что я добралась. Хоть и к утру, хоть и ползком, но я здесь.

Шаг… ещё шаг… Мир вокруг начинает расплываться, как будто кто-то размазывает краски на картине. Зрение то и дело подводит, перед глазами мелькают чёрные пятна. Ноги больше не держат, и я падаю на землю, чувствуя, как холодная сырость проникает сквозь одежду. Сил подняться уже нет. Всё, что я могу сделать, — это поднять голову и посмотреть вперёд. Город так близко… Но кажется, что он всё ещё недосягаем.

Последнее, что я успеваю заметить перед тем, как тьма накрывает меня, — это чьи-то торопливые шаги.

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Я открываю глаза в незнакомой комнате. Попытка встать откладывается на потом — я не хочу терять сознание второй раз. Осматриваюсь. Небольшая комната, простая обстановка: деревянная мебель, окно с тяжёлыми занавесками, которые едва пропускают свет. У окна стоит мужчина. На вид ему около пятидесяти. Внешность его ничем не примечательна: обычные серые волосы, аккуратно подстриженная борода. Доспехи и меч на поясе выдают в нём воина. Он стоит спиной ко мне, глядя на улицу.

Попытка приподняться отзывается резкой болью, которая пронзает всё тело, и на секунду перед глазами темнеет. Мужчина, заметив мои движения, оборачивается и подходит, помогая сесть. Его прикосновения осторожны, но я всё равно невольно отстраняюсь, окидывая его недоверчивым взглядом.

«Я, конечно, рада, что помогают. Но больше меня беспокоит, кто этот мужик», — думаю я, стараясь сохранять спокойствие.

Мужчина замечает моё недоверие, отходит на пару шагов и садится, напротив. Его взгляд говорит о многом: он ждёт ответов. Хотя, честно говоря, вопросы есть и у меня.

— Если вы ждёте ответа, то вам лучше начать задавать вопросы, — произношу я, стараясь, чтобы мой голос звучал уверенно, хотя он выходит чуть ниже обычного.

— Для начала: как ты прошла через горный пояс? — интерес в его голосе явно перевешивает осторожность.

— В смысле «как»? — удивляюсь я. Его вопрос звучит так, будто я совершила что-то невозможное. — Вы так говорите, будто это какое-то запретное место.

— Ничего не знаешь, значит, — вздыхает он, глядя мне прямо в глаза. — Горный пояс отделяет наши земли от владений эльфов. Этот путь охраняет пещерный дракон Мифериус. Это существо приковано к горам, и мало кто смог вернуться из тех пещер живым. То, что ты осталась в живых, — это чудо даже для такого эльфа, как ты.

— Кто заточил его там? — спрашиваю я, чувствуя, как в голове начинают складываться тревожные мысли.

— Сама королева эльфов. Вадания. Ты не знаешь историю своего же народа?

— Если бы знала, могла бы и не спрашивать, — отвечаю я, чувствуя, как внутри закипает злость. — Меня сама королева отправила через этот путь. Даже карту дала.

— Я в курсе про эту карту, — кивает он. — Пришлось осмотреть твои вещи, пока ты была без сознания. Та карта очень старая. Ей уже лет двести никто не пользуется.

— Вот же сука… Провела меня как малолетку, — шепчу я, сжимая кулаки.

— Раз она отправила тебя на верную смерть, значит, не особо хотела, чтобы ты продолжала свой путь, — заключает мужчина, внимательно наблюдая за мной. — Кстати, куда ты направляешься?

— В Эларвин. Хочу встретиться с Морганой. Есть к ней разговор.

— Смело, — хмыкает он. — Духи не особо любят чужаков, но, думаю, они не станут убивать тебя без причины.

— Значит, надо двигаться дальше, — решаю я, пытаясь подняться с кровати. Тело отзывается болью, но я игнорирую её и делаю несколько шагов к сумке.

Мужчина останавливает меня и усаживает обратно. После нескольких минут уговоров я соглашаюсь остаться, пока раны немного не заживут. Всё равно в таком состоянии я могу лишь сделать пару шагов и снова упасть.

Вечером, перед сном, я решаю прокрутить в голове всё, что произошло за последнее время. Королева эльфов решила избавиться от меня. Но зачем ей это? Неужели из-за того, что я Жнец? Возможно, ей просто не выгодно моё появление. Ведь Рыцарь Солнца решил послать к чёрту все пророчества.

Кстати, о нём… Странно, что только Вадания так трепетно относится к этим предсказаниям. Нужно будет узнать у Морганы, если, конечно, она вообще захочет со мной говорить.

Пока что я могу лишь отдыхать. Что ж, так и сделаю.

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Снова эта пещера. Тот же липкий, парализующий страх, который проникает в каждую клеточку тела. Каждый шаг отдаётся болью не только в ранах, но и в самой душе. Страх смерти настолько ощутим, что кажется, будто он материализуется в воздухе, затрудняя дыхание. Я словно балансирую на грани между жизнью и неминуемым концом, и каждый мой шаг — это попытка удержаться на этой грани. Но чем дальше я продвигаюсь, тем больше понимаю: выбраться живой из этого места почти невозможно.

Дракон замечает меня. Его глаза, горящие жутким светом, находят меня в полумраке пещеры. Всё начинается снова. Этот кошмар, эта погоня, которая уже однажды чуть не стоила мне жизни. Он движется быстро, слишком быстро для создания таких размеров. Земля под его лапами трясётся, а звук цепей, врезающихся в камень, разносится эхом по пещере, словно предупреждая о неизбежности.

Я бегу. Каждое движение отзывается резкой болью в правой руке, которая почти не слушается. Кровь стекает по пальцам, оставляя за собой алый след, будто я намеренно помечаю свой путь для него. Бег становится всё медленнее. Силы покидают меня, как песок, просачивающийся сквозь пальцы. Ноги подкашиваются, и я падаю на холодный каменный пол. Удар выбивает из лёгких весь воздух, но даже эта боль кажется ничтожной по сравнению с тем, что ждёт впереди.

Обернувшись, я успеваю лишь увидеть, как его огромная пасть с острыми, как клинки, клыками приближается ко мне. Время будто замедляется. Я вижу каждую деталь: чешуйки на его морде, капли слюны, свисающие с клыков, жуткий блеск в его глазах. Мысли путаются, и единственное, что я могу осознать, — это то, что я проиграла.

Его зубы смыкаются вокруг меня, и мир погружается во тьму.

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Проснувшись среди ночи, я резко поднимаюсь с кровати. Слёзы бегут по щекам, не подчиняясь контролю. Страх, словно холодная волна, поглощает моё тело, заставляя движения становиться рваными и хаотичными. Я пытаюсь вдохнуть, но воздух будто застревает в лёгких. Сердце колотится так сильно, что кажется, будто оно вот-вот вырвется из груди. В ушах звенит, перед глазами плывут тёмные пятна, мир вокруг расплывается, как будто я нахожусь под водой.

Пару глубоких вдохов — и паника начинает медленно отступать. Я опускаюсь на пол, чувствуя, как холод каменных плит проникает сквозь одежду. Тело дрожит, но уже не так сильно. Оглядываю комнату: тусклый свет луны, пробивающийся сквозь занавески, освещает знакомую обстановку. Ничего не изменилось — всё та же мебель, окно, стены. Но внутри меня всё ещё бушует эхо того кошмара.

— Твою мать… Это просто кошмар. Просто чёртов кошмар… — шепчу я, стискивая зубы. — Никогда не думала, что словлю такую панику…

Я пытаюсь взять себя в руки, но воспоминания о пещере, о драконе, о его пасти, готовой поглотить меня, всё ещё слишком свежи. Каждая деталь сна была настолько реальной, что я до сих пор чувствую запах крови, слышу звон цепей и ощущаю холод каменного пола под собой.

Приведя сознание в порядок, я решаю лечь обратно в кровать, несмотря на пульсирующую головную боль. Тело понемногу расслабляется, сердцебиение замедляется, а дыхание становится ровнее. Глаза закрываются сами собой, словно тяжёлые шторы, погружая меня обратно во тьму.

Но даже на грани сна я знаю: этот кошмар не отпустит меня так просто.

✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧⋄⋆⋅☆⋅⋆⋄✧

Проходит несколько дней, и раны понемногу затягиваются. Рукой я всё ещё не могу двигать как прежде, но стараюсь её не напрягать, чтобы не усугубить положение. Хромота почти прошла, что меня невероятно радует — это значит, что я готова продолжать путь.

Поняв, что могу двигаться дальше, я начинаю собирать сумку, параллельно узнавая полезную информацию у своего нового знакомого. Он оказался не только добросердечным человеком, но и весьма предусмотрительным: помог мне с провизией и лекарствами для ран. Его забота вызывает во мне странное чувство благодарности, хотя я знаю, что в этом мире нельзя слишком сильно привязываться к кому-либо. Здесь каждый сам за себя, а доверие может стать слабостью, которую легко использовать против тебя.

К вечеру я прощаюсь с ним и несколькими стражниками, которые случайно оказались рядом в момент моего отъезда. Город остаётся позади, и я решаю больше не брать коня. Не хочу повторять тот кошмар, который преследовал меня в пещерах. Хотя темнота уже начала покрывать мир своим тёмным покрывалом, я чувствую себя спокойнее, шагая в одиночестве.

Дорога ведёт меня через лес, где деревья кажутся высеченными из теней. Их ветви переплетаются над головой, создавая причудливый узор, сквозь который едва пробивается свет луны. Воздух здесь прохладный, с лёгким запахом сырой земли и хвои. Шаг за шагом я продвигаюсь вперёд, внимательно осматривая окрестности. Каждый шорох заставляет меня настораживаться, но пока ничего опасного не происходит. Лишь ветер шелестит листвой, а где-то вдалеке раздаётся крик ночной птицы.

Ночь всегда была моим любимым временем суток. Я любила раньше сидеть по ночам и смотреть фильмы, укутавшись в плед. Даже готовка для меня была чем-то вроде ритуала, когда все вокруг спят, а ты наслаждаешься тишиной и спокойствием. Я всегда была ночным жителем… пока не попала сюда. Теперь эта мысль вызывает грусть. Прошлая жизнь осталась позади навсегда. Мои друзья, семья, все, с кем я была знакома, остались там, в том мире. Интересно, сколько времени прошло в «моём» мире? Если здесь я уже около двух недель, то, возможно, там прошло столько же или даже больше. Этого я никогда не узнаю. Возможно, это и к лучшему. Цепляться за прошлое мне сейчас не выгодно. Тем более, мысли теперь заняты совсем другим: как выжить в этом магическом мире, о котором я ничего не знаю.

И всё же, иногда я задумываюсь: а что, если бы я могла вернуться? Проснуться в своей кровати, услышать голоса родных, почувствовать запах свежесваренного кофе… Но эти мысли лишь усиливают боль. Я понимаю, что возвращения нет. Этот мир стал моей реальностью, и я должна научиться жить в нём, какой бы жестокой или непредсказуемой она ни была.

Надеюсь, Моргана окажется не такой, как Вадания. А если духи и эльфы действительно так плохо ладят, то у меня есть большой риск столкнуться с магическими существами, которые не будут рады моему появлению.

Через пару часов мой слух улавливает звук воды. Сначала он едва различим, словно шёпот ветра, но чем ближе я подхожу, тем отчётливее становится этот звук. Подбежав к источнику звука, я обнаруживаю реку. Она широкая, с быстрым течением, которое блестит под лунным светом, будто живое серебро. Осмотревшись, понимаю, что пересечь её будет непросто. Берега крутые, а вода холодная, судя по тому, как парит воздух над её поверхностью.

Рука начинает неприятно ныть, словно предупреждая меня о возможных трудностях. Я решаю сделать привал. Разведя костёр с помощью магии, я открываю книгу заклинаний в поисках защитного ритуала. Страх быть атакованной во сне берёт верх над разумом. Найдя нужное заклинание, я произношу его вслух, и вокруг меня образуется небольшой купол из светящейся энергии. На душе становится немного спокойнее. Дым от костра беспрепятственно улетает в небо, несмотря на защитный барьер.

Засмотревшись на пламя, я невольно засыпаю.