Путь в Астерин

Глава 1.

Это утро было бы абсолютно прекрасно, начнись оно в тишине. Но в глубине коридоров Главного двора был отчетливо слышен нехарактерный для этого времени суток шум. Я с трудом разлепила глаза и протянула руку к прикроватной тумбочке в поисках любимого механического будильника. Резко выдернутое из приятного сна тело отказывалось фокусировать зрение. А когда наконец-то получилось разглядеть циферблат, стало еще хуже. Что за чертовщина? Суровая стрелка четко показывала на четыре часа утра. Я, конечно, люблю вставать раньше всего дома, но все же не настолько.

Сквозь плотные темно-синие портьеры едва пробивался рассвет. Грохот в коридоре повторился. Неужели кто-то наконец разбил ту ужасающую громадную, древнюю вазу, которую подарил король Демар в честь помолвки Никаса с его дочерью? Я не люблю предвзято судить о людях, но этот подарок стоит сотни слов, среди которых нет ни одного сколь-нибудь приличного.

Не сказать, чтобы мне было совсем уж все равно на то что происходит в доме в этот ранний час, но крошечная толика любопытства источником шума робко толкнула меня, побудив лишь свесить ноги с края кровати. Утренний воздух радовал приятной прохладой, которая наполняла мои покои через распахнутое окно. Вставать не хотелось. И все же протянув руку вниз, я подняла с пола любимую рубашку из черного шелка, который так напоминал мне ночную гладь Белого озера в безветренное время.

Если бы Алана увидела, что я снова бросаю одежду на пол у кровати, она бы высверлила мне разум бесконечными нравоучениями и рассказами о настоящих благородных леди и их безупречных манерах. Эта мысль вызвала у меня невольную улыбку - меня умиляла добродушная ворчливость личной служанки. И пусть она считает, что за моей дурашливостью скрывается лишь юный возраст и нежелание следовать традициям. Тем не менее, ее ворчание было прекрасным источником информации, которую я запоминала и скрупулезно структурировала в своей голове, формируя собственный взгляд на мир вокруг.

Я накинула струящее одеяние на тончайшее ночное платье и поежилась от соприкосновения прохладной ткани с теплой ото сна кожей. В коридоре было пусто и я вернулась в покои плотно закрыв массивную дверь. Желания выходить на поиски источника шума у меня не возникло и я решила провести время наедине с собой потому что уснуть снова уже не смогу.

Рассветные лучи проникали в комнату тоненькими струйками света, будто намекали, что утро уже наступило и пора бы окончательно впустить его в комнату. Пара резких движений - и мою спальню залил нежный, каким он бывает только на рассвете, солнечный свет. Обожаю ранее утро еще и за то, что можно в тишине наблюдать за пробуждением светила, которое уже многие десятки тысяч лет не меняло своего расписания. Это зрелище захватывало одинаково каждый раз, будто я могла увидеть что-то новое в неизменном и неумолимом течении времени.

Сегодня мой любимый вид на Альвару, столицу центрального королевства Леваран, был ровно таким же, как и три дня назад. Солнце освещало те же узкие улочки, двух и трехэтажные домики, аккуратные дворы за ними, а на востоке от внушительного строения Главного двора мерцала отсветами гирлянд моя любимая чайная Идель.

Сколько бы лет не прошло, менялись времена года, погода, взрослела я, но личные покои всегда были и будут моим самым любимым местом на земле. Семейные комнаты находились на последнем этаже королевской резиденции Леварана и поистине считались сердцем дома. Самую большую комнату, в конце длинного коридора, занимала спальня родителей. Левые комнаты принадлежали Никасу и Рейланду, а правые - мне и Силене. Когда мне досталась эта самая угловая спальня с двумя окнами я была самым счастливым ребенком на свете, потому что всегда любила часами любоваться на вид Альвары, забравшись повыше.

Мои покои такие же по размеру, как комнаты братьев и сестры, с такой же просторной купальней и холодными каменными полами. Те же мягкие ковры, тяжелые плотные портьеры и массивная мебель из темного дерева. Цветовую гамму своих покоев я отстояла с боем, категорично запретив маме заменить темно-синие цвета в убранстве на обожаемые ею светлые и пастельные. Но моей любимой особенностью комнаты было наличие двух больших окон с низкими и широкими деревянными подоконниками, на которых я так люблю сидеть вечерами с книгой и чашкой чая, придвинув ближе невысокий столик. Когда нас с сестрой расселяли по разным комнатам, мне было одиннадцать , а ей шесть и Силена отчаянно мечтала сохранить собственный балкончик, который был в тогда еще нашей общей "девичьей" спальне. И я с радостью уступила комнату любимой сестренке, выбрав для себя покои, о которых мечтала с момента, когда увидела их впервые, придя туда с отцом.

Вот и сейчас, я замерла у окна, с замиранием сердца наблюдая за пробуждением столицы, как гаснут последние ночные фонари Альвары и как восхитительно заполняет бархатный солнечный свет мою комнату, теряясь в складках темной ткани.

В королевстве Леваран вовсю буйствует конец весны, заполняя город густой зеленью. Природа готовится к плодородному летнему периоду, а горожане и придворные с каким-то маниакальным усердием украшают свои жилища, заведения и помещения Главного Двора цветами, которых стало особенно много после праздника середины Весны несколько недель назад.

Благодаря совершенно невозможной аллергии на всякую цветущую дребедень, я не никак могу по достоинству оценить удивительной красоты вокруг, умирая от ужасной чесотки и приступов чихания. И даже сейчас, ранним утром я довольно быстро почувствовала раздражающее покалывание в носу и зуд по всему телу. Меня спасет только чистая вода, много чистой воды и Алана, которая, по обыкновению, принесет мою утреннюю порцию гадкого напитка, благодаря которому я смогу не содрать с себя кожу в течении дня.

Я оглядела комнату. Смятые белоснежные простыни, завернувшийся полог кровати и кучка лент в углу комнаты у дамского столика вызывали у меня ощущение глобального беспорядка. Небольшая утренняя уборка в покоях была моим обычным ритуалом, с которым примирилась даже королева Сонма, но никак не могли свыкнуться служанки и, особенно, Алана, которая открыто высказывала мне неодобрение неподобающим высокородной леди поведением.

Потянула за длинную атласную ленту у изголовья кровати и, пусть звук и не долетит до моих покоев, но где-то в глубинах Главного Двора прозвенел тоненький колокольчик, извещающий мою личную служанку о том, что ее принцесса проснулась. Мне не очень нравилась эта особенность - вызывать прислугу в комнату, но попытка искоренить это несколько лет назад нанесла серьезную обиду Алане и привела к моему долгому и несколько выматывающему разговору с отцом, который как мог объяснял мне важность соблюдения установленных порядков. Эта важность так и не дошла до моих сердца и разума, но я решила не вдаваться в реформы, когда народ к ним не готов и сдалась, делая то, чего от меня ждали. Почти всегда.

Я аккуратно разгладила смятое белье на своей огромной кровати. Мне всегда казалось, что на ней запросто могут спать три-четыре человека, но она принадлежала мне одной, из-за чего ночами я часто чувствовала холод и, словно гусеница, заворачивалась в одеяло. Выудив из его накрахмаленных складок маску для сна и шелковые перчатки - одни из моих любимых ночных аксессуаров, я широким взмахом застелила постель. Уже сейчас комната выглядит лучше.

Когда полог был расправлен, а горка атласных лент убрана в специальную шкатулку, я отправилась в купальню, отчаянно сражаясь с раздражающей щекоткой в носу. Я точно знаю, что попрошу, если однажды встречу волшебника, о котором любил говорить наместный служитель Варен, когда нам с Силеной удавалось уговорить его рассказать историю.

Купель быстро заполнилась горячей водой. Я скинула с себя одежду и зябко поежилась - воздух в купальне был прохладным и влажным, а от гладкого каменного пола по всему телу бежали неприятные мурашки. Я передвигалась по комнате на носочках, чтобы уменьшить площадь касания кожи с холодным мрамором, а затем с наслаждением погрузилась в воду.

Я всегда любила проводить время в воде, поэтому и сегодня провела в купели более получаса, пока она не стала остывать. Только тогда я выбралась и с наслаждением завернулась в длинную, до пола, шелковую домашнюю рубашку, наслаждаясь гладкостью ткани. Обернув голову полотенцем, я опустилась в кресло у дамского уголка.

Есть что-то особенное в этих моментах тишины и умиротворения. Когда просыпаешься раньше всех, наслаждаешься спокойствием непроснувшегося еще дома. Приятно делать самой мелкие дела, соблюдать свои личные и мало кому понятные ритуалы, а потом сооружать себе прическу и неспешно выбирать наряд на день, не отвлекаясь на разговоры со служанками и выслушивание их советов.

Снятое с головы банное полотенце позволило волосам рассыпаться по спине и плечам. Я взглянула на свое отражение - все привычно и, в то же время необычно. В Альваре я привыкла видеть вокруг себя светлокожих людей с темно-каштановыми волосами, выразительными чертами лица и крепко сложенными, статными телами. Такими были и родители, и мои братья и сестра. Разве что Силене достались от бабушки более светлые волосы, что тем не менее, значительно ее выделяло на фоне соотечественников.

Но я же всегда чрезмерно выделялась. Не просто светлая, а слишком бледная кожа, невысокий рост, хрупкая фигурка, тонкие длинные пальцы, льдистые голубые глаза и длинные до пояса, немного вьющиеся волосы цвета серебра. Только слегка заостренные кончики ушей выдают во мне жительницу Леварана, если бы не это сходство - меня вполне могли счесть пришелицей из другого мира.

Почти шестнадцать лет жизни я терпеть не могла свою внешность, не выносила своих отличий и смущалась любого внимания к своей персоне. Многое в моем представлении о себе изменил первый публичный бал, когда меня представили высшему свету как старшую дочь короля Иосифа и королевы Сонмы. Герцоги и лорды тогда без устали источали комплименты, воспевая мою "неземную красоту", что на деле было рядовым соревнованием в мастерстве составления наиболее высокопарных изречений. Но по-настоящему мне помогли немного поверить в себя высокородные леди, которые с удивлением и восхищением разглядывали мои сверкающие в свете огней волосы и робко просили разрешения к ним прикоснуться, будто они были диковинным украшением.

Теперь, спустя семь лет после после того памятного вечера, мне бы хотелось сказать, что я превратилась во вполне уверенную в себе девушку, но это было бы ложью. Я до сих пор, всякий раз отчаянно трясусь появляться на публике, меня все так же тяготит чрезмерное чужое внимание. И пусть мама провела мне миллион часов уроков этикета и, казалось бы, научила основам правильного поведения на таких мероприятия, не замирая каждый раз, как перепуганная лань, когда меня приглашают танцевать, я все равно всегда предпочту блеску приемов, тишину и уединение своих личных покоев или чудесной Искряной рощи, которая простирается от заднего двора королевской резиденции до подножья величественной горы Рего. И я все так же готова сбежать с любого мероприятия через полчаса после его начала.

Воспоминания о балах натолкнули меня на мысль о приближении праздника начала лета и я поежилась. Мне уже пошел двадцать четвертый год и теперь мне во время любого празднества могут представить моего будущего нареченного. В королевстве Леваран договорные браки заключались не часто и в основном - среди высшей знати. Но наши родители, будучи правителями не только наших земель, но и Объединенных королевств и Прибрежных островов, обычно учитывали мнение детей, пусть и были вынуждены чаще других прибегать к заключению подобных союзов.

Я никогда не считала себя готовой к браку, но всегда знала, что мне придется пойти на это просто потому, что я старшая дочь правящей семьи. И, пусть меня никто не погонит через силу на прохождение ритуала, я все равно имею надежду, что мой будущий нареченный сможет стать для меня хотя бы другом. Хуже пытки, чем быть связанной ритуалом с чужим по духу человеком я придумать не могу.

Я вздохнула - время беспощадно. Солнце уже поднялось над городом и заполнило мою комнату ярким желтым светом и совсем уже летним теплом. Ранее утро превратилось в начало дня и Альвара начала наполнятся звуками жизни.

Найдя среди флаконов серебряный гребень - подарок мамы на прошлый день рождения, я расчесала влажные волосы, слегка завила кончики и аккуратно закрепила на затылке несколько прядей, оставив пару спереди для чуть небрежного вида. Затем немного причесала и подкрасила длинные пушистые ресницы, прошлась по лицу пуховкой с жемчужной пудрой и слегка увлажнила губы. На этом мой макияж был закончен. В этом еще одна причина, по которой я так люблю все делать сама. Очень приятно иметь возможность выглядеть так, как хочется именно мне и, к тому же, мне категорически не нравится чувствовать прикосновения чужих рук к лицу, это не позволено даже Алане.

Я достала из небольшой шкатулки три изящных серебряных кольца и неспешно надела их, разглядывая свои тонкие пальцы с белоснежной и чуть прозрачной кожей. Этот процесс для меня сродни своеобразному ритуалу возведения социальных щитов, которыми я потом буду пользоваться весь день. Пара тонких колец, одно из которых было усыпано крошечными сапфирами, была подарена мне родителями на 21 день рождения. А массивный перстень с крылом подарил Никас на прошлый праздник.

- Подари я тебе два крыла, малышка, ты бы упорхнула от нас не задумываясь, - со смехом тогда проговорил мой любимый старший брат, вручая элегантную шкатулку с подарком, - поэтому, только одно, чтобы ты не забывала кто всегда и во всем поддержит тебя.

Он тогда меня по-настоящему потряс своим проникновенным подарком и поздравлением. Это было непривычно, потому что обычно он дарил мне малозначимую ерунду, вроде гигантских свитеров с вышивкой, вульгарных будуарных платьев и бесконечного количества кружек. С тех пор я снимаю любимое кольцо только на ночь в во время банных процедур.

Закончив прихорашиваться и еще раз взглянув на отражение я убедилась, что выгляжу подобающе и развязала пояс рубашки. Черный шелк легко и плавно скользнул с обнаженного тела на пол у дамского уголка, приятно погладив кожу. Я аккуратно переступила груду ткани, предвидя нотации Алы, и неспешно, наслаждаясь утренними лучами на тонкой коже, прошла к гардеробному шкафу. Его наполнение дышало теплым густым мраком, цветами ночного леса, осенних вечеров и глубин Великого океана, словно в противовес моей холодной и искристой внешности. Я всегда предпочитала темные и глубокие оттенки в одежде к великому неудовольствию своей мамы, королевы Сонмы, благодаря усилиям которой, в крошечном кусочке моего гардероба, заполнившего массивный шкаф, обиженно сопел небольшой островок света - парадные платья, которые она покупала мне, так как обожала превращать старшую дочь в льдинку, светлую и полупрозрачную. Когда как моя семнадцатилетняя сестренка Силена была самим воплощением огня и солнца, почти всегда одеваясь в красных или розоватых цветах и с неизменной густой косой, цвет которой был практически древесным, на фоне моего потока серебра, которым я все же научилась гордиться.

- Госпожа Маро, я могу войти? - в дверь постучалась Алана Валериан, моя личная служанка и одна из самых близких подруг в Альваре, которую я кое-как уговорила называть меня не только по титулу. Она пришла помочь мне одеться и принесла мерзкое, но действенное снадобье от аллергии. Но первым делом я заприметила за широким поясом ее юбки несколько толстых конвертов - почта!

Алана или Ала, как она обычно просила себя называть, ахнула и поспешно захлопнула дверь покоев, увидев меня обнаженной. А затем ринулась к шкафу, поставив принесенное ею снадобье на низенькую табуретку для обувания. Молодая женщина с добродушным ворчанием принялась помогать мне одеваться, не переставая сетовать на то, что я снова встала в несусветную рань и почти полностью собралась сама, не дожидаясь ее прихода.

Сегодня я выбрала себя темно-лазурное платье из мягкого струящегося материала с открытыми плечами и длинными рукавами из черного кружева. Мне нравилось, как нежная ткань слегка поблескивает в солнечном свете и то, какой белой кажется кожа рук под темными завитками. Я не позволила Алане добавить к наряду жесткий корсет и наотрез отказалась от туфель, которые она достала из глубин шкафа - терпеть не могу неудобную обувь. Поэтому я отправила служанку делать уборку в покоях, чтобы не слушать ее причитаний по поводу моих манер. Но я уловила осуждающий блеск в ее глазах, когда подняла нижнюю юбку до бедра, чтобы закрепить на ноге небольшую кожаную перевязь с кинжалом, который я стащила у командора в свои 16 лет и получила его от него же в подарок за ловкость.

Закончив шнуровать ботинки, я через силу проглотила противный отвар. До чего же он жуткий! Чтобы унять горечь и не позволить желудку исторгнуть из себя целебную дрянь, я залпом выпила два стакана воды. А затем сгребла с подоконника почту, которую Ала оставила там, помогая мне одеваться и выпорхнула из покоев, чтобы прочесть письма в тишине эркера в гостиной, своего третьего по счету любимого места в мире. 

Семейная гостиная выглядела очень уютно и совершенно по -домашнему. В комнате еще витал запах камина и по всем углам валялись подушки - последствия веселья, которое мы вчера устроили с Силеной, Рейландом и командором Ликаром. Я улыбнулась, вспоминая наши крики и смех отца, которому очень пришлась по душе наша игра. А ведь еще пару лет назад, мне было тяжело считать себя частью семьи.

Тогда я, разгуливая вечером вдоль кабинета отца, совершенно случайно услышала, что не являюсь родной дочерью для тех, кого с детства называла мамой и папой. Новость о том, что прихожусь королю Иосифу не дочерью, а родной племянницей больно по мне ударила. Мне тогда никого не хотелось видеть, я даже думала о переезде в город из Главного двора, раз я не член королевской семьи. Тогда у меня состоялся весьма обстоятельный разговор с мамой, которая долго и терпеливо рассказывала мне о моих кровных родителях.

Мою маму звали Каролин Инит Реганто и она приходилась младшей родной сестрой ныне правящему королю Иосифу, была его близким другой и верной советницей. Судя по тому, что мне рассказали, она была такой же своенравной и независимой как и я, также стремилась всегда поступать по своему разумению и обожала публичные мероприятия. Моего отца Алана Аластора она встретила, когда училась в Высшей академии. Они полюбили друг друга и сочетались ритуалом без процедуры наречения и без дозволения обеих семей. А когда мне было немногим меньше трех лет, они оба отправились на переговоры с дикими племенами Северной пустоши, нарушив запрет короля, откуда уже не вернулись. Экспедиция нашла тело Каролин, а Алана найти так и не смогли.

Еще я узнала, что Алан Аластор имел в роду жителей королевств Крайних и Восточных земель, и, благодаря наследию первых, я и обладала такой холодной внешностью. Это немного объяснило такое заметное различие между мной и братьями, которые, как на подбор, были почти копиями отца - высокими и темноволосыми красавцами, только Рейланд унаследовал синие глаза королевы Сонмы.

До сих пор иногда бывали моменты, когда я думала о том, как бы сложилась жизнь, будь рядом родители. На самом деле, она бы вряд ли сильно отличалась от ее привычного теперь уклада. Скорее всего, мы бы так же жили в Главном Дворе, ели бы все вместе за большим столом, а по вечерам бы проводили время в общей гостиной на втором этаже. Возможно, на этих посиделках было бы еще более шумно чем сейчас, ведь судя по рассказам, у моих родителей в характерах было больше общего с Силеной чем со мной.

Конечно, спустя некоторое время и бесчисленное количество разговоров со всеми членами семьи, я вернула себе ощущение ее части, но порой у меня еще возникают мысли о том, какой могла бы быть моя жизнь, если бы осиротев, я попала в дом родных своего отца. Но все что я знала об Алане Аласторе - это его имя, то, что он когда-то учился в Высшей академии и небольшой кусочек истории о происхождении, который он, впрочем, много лет назад поведал королю сам. Больше об отце мне никто и ничего не рассказывал. Его родственников не знал никто при дворе, и даже опытные шпионы легиона не смогли выследить родословную супруга покойной принцессы, что списали на то, что Алан был круглым сиротой. Поэтому я оставила мысль найти эту ветку своей родословной. 

Порыв ветра распахнул окно эркера и от удара по руке письма посыпались на подол платья. Я раздраженно потерла кисть - место ушиба неприятно саднило, и захлопнула створку. Я решила начать чтение с самого толстого письма.

Развернув бумагу я улыбнулась, обрадовавшись вести от близкого друга и принца Прибрежных островов Атласа Посе. Мы подружились много лет назад, еще будучи подростками, в лесном лагере в Крайних землях, куда я сама вызвалась поехать отчасти из праздного любопытства, но большей части ради сохранения мира в семье. Я отправилась туда вместо Рейланда, который тогда устроил безобразную истерику из-за присутствия в отрядах детей простых людей. А Атласа родители просто сплавили на три месяца на материк, чтобы он научился себя вести и не испортил выходками помолвку своей тете. Мы не сразу подружились и своими склоками доставили много проблем воспитателям, которые никак не могли придумать подходящее наказание для высокородных учеников. На их счастье, с тех пор, как я от всей души отлупила зарвавшегося принца с островов ножнами за неуважительное отношение к простым ребятам их отряда, мы отлично поладили. Иногда мне даже думалось, что Атлас мне больший брат, чем Рейланд, с которым мы порой месяцами можем не сказать друг другу ни единого слова.

В этот раз письмо Атласа было чрезмерно романтичным и воодушевленным, что вполне соответствовало его натуре. Он занял целую страницу хвалебными эпитетами в адрес его нареченной, очаровательной леди Мелины, которая в прошлом месяце перебралась на острова. Он воспевал не только красоту своей невесты, но и другие ее прелести в чрезмерно подробной и, порой, несколько фривольной форме, благодаря чему я поняла, что первый месяц жизни леди Мелины в прекрасном замке Прибой прошел весьма продуктивно, с точки зрения налаживания отношений между будущей парой. Я даже представила нареченную своего друга и от души обрадовалась за него, потому что влюбиться в свою нареченную при договорном браке - явление редкое и весьма ценное.

По традициям Объединённых королевств и Прибрежных островов, нареченные должны прожить под одной крышей год, прежде чем служители Культа сочетают их узами семейного союза и свяжут на веки. Этот ритуал проводится не просто как красивая церемония, ее завершает клятва на крови обоих нареченных, которую нельзя повернуть вспять. И даже в случае гибели своей пары, повторить союз можно только однажды - на другой руке. Поэтому предполагается, что нареченные должны узнать и полюбить друг друга, прежде чем пройдут этот необратимый ритуал.

Меня снова окатила неприятная волна тревожного ожидания. Наречение Атласа только напомнило, что вскоре и мне предстоит познакомиться со своим нареченным. И, скорее всего, я покину свою любимую Альвару с ее улочками и чайными, чтобы перебраться в другой двор. Я понимала, что это немного инфантильное чувство, которое не должно быть свойственно высокородной леди моего возраста, но я попросту боялась покидать родной дом.

Мерзкое чувство отсутствия контроля собственной жизни забралось и поселилось глубоко в груди, разложив повсюду свои мерзкие липкие щупальца. Я опасалась не только покинуть родной дом, но и оказаться один на один с жизнью, к которой не была и просто не хотела быть готова.

Восхваления Атласом своей нареченной закончились на его заверении, что ему совершенно точно повезло. А затем он сообщал, что он и леди Мелина прибудут через несколько недель в столицу Восточных земель на наречение принцессы Сары Того и принца Армиона Гертара. Он писал, что очень надеется встретить там и меня, несмотря на известную ему мою нелюбовь к подобным мероприятиям. Но у него не будет времени заехать в Альвару после помолвки, а познакомить между собой свою будущую жену и лучшую подругу ему бы очень хотелось.

Тут мне подумалось, что мы с Атласом очень давно не виделись и перспектива вытерпеть празднество не так уж и ужасна, в сравнении с невозможностью встретиться с другом спустя год разлуки. Я решила чуть позже поговорить о поездке с братом, так как он точно собирался посетить Иверат.

Следующие два письма, как оказалось, были адресованы Никасу, от некоего Альдемара. Открывать их я конечно не стала, но завязала себе мысленный узелок допытать брата о его таинственном друге по переписке с таким непривычным именем. И попросить Алу не приносить мне больше почту брата.

А вот четвертое письмо оказалось прелюбопытным. В качестве адресата указывалась я, но не как Маро Реганто, а как Маро Аластор, отправитель же подписался скромно - твой друг. Нетерпеливо раскрывая конверт, я даже ненароком надорвала тонкую бумагу, на которой витиеватым почерком было написано коротенькое письмо.

"Ты найдешь своих родных по отцу в Восточных землях, в деревушке Истлейн. Там на окраине стоит дом семейства Аластор, сын которых учился в Высшей академии. Не думай, что это решит все твои проблемы, но если ты хочешь с ними встретиться - рискни. Советую найти друга для этой поездки, потому что семья тебя не поддержит."

И все. Больше никаких подписей, ни координат. Откуда направлено письмо - тоже неясно. Но оно что-то взволновало у меня внутри, поселила раздор туда, где я долго и старательно наводила порядок. Родные отца живут в деревушке. Если я могла бы выбрать жизнь простой сельской девушки, никто не мог бы заставить меня становиться нареченной какого-то принца или лорда. Меня не закроют в золотой клетке на потеху придворным дамам пока я не нарожаю наследников своему супругу. Вот и появился еще один повод попасть в Восточные земли.

Я подумала, что таинственный отправитель и правда мог бы стать мне другом. И этот таинственный друг прав, если я расскажу кому-то о намерениях поискать родных отца, я рискую натолкнуться на непонимание, а может даже и осуждение. Я решила пока припрятать письмо и, убедившись, что рядом никого, подняла подол платья чтобы сунуть крошечную бумажную гармошку в ножны к кинжалу. Спустя пару секунд осторожный стук по наличнику двери заставил меня подпрыгнуть и резко одернуть юбку платья.

- Моя госпожа, если вы не планировали демонстрировать исподнее, стоило закрыть дверь в гостиную. - К эркеру подошел, по-доброму усмехаясь, начальник стражи и близкий друг Никаса Аман Ликар.

Высокий и широкоплечий мужчина в дорожных доспехах стоял, небрежно прислонившись к стене. Он небрежно заправил прядь каштановых волос за ухо и я вспомнила, как несколько лет назад, будучи юной глупышкой, томно вздыхала каждый раз, когда он оказывался рядом. Тогда я искренне верила, что мои поползновения малозаметны и никому не бросаются в глаза. Но теперь я понимаю, насколько смехотворно выглядела в глазах взрослого мужчины.

От брата я позже узнала, что командор Ликар прекрасно видел мою симпатию, но он также хорошо знал, что сам относится ко мне не более чем как к младшей сестре близкого друга и к своей госпоже, которую он обязан защищать. Поэтому он никогда не позволял себе ничего больше дружеских шуток и невинных шпилек.

Я уже давно переросла симпатию к командору охранного легиона, но, тем не менее, мне всегда нравилось на него смотреть. Высокий, широкоплечий и статный, равно как и Никас, Аман не идет ни в какой сравнение с изнеженными и элегантными лордами и принцами большинства других домов. А еще, он был моим другом, которому я, как и вся моя семья, смело бы доверила жизнь любого из нас.

Стражник уже с утра был не только в полном облачении, но и увешан оружием, благодаря чему я вспомнила, что Никас планировал отправить легион для усмирения племен у перевала в Черных горах.

- Уже отправляетесь? - я изо всех сил постаралась принять царственный вид, что в кругу близких всегда получалось из рук вон плохо.

- Через полчаса, легионеры уже собрались во дворе и свои гомоном доводят мисс Грисс до исступления. Поэтому прошу вас, моя госпожа, отдайте мне письма наследного принца, чтобы я мог уже их передать и прекратить страдания нашей доброй экономки.

- Я сама занесу брату письма, командор, он у себя? - Я подняла голову еще выше, от чего усмешка Амана стала шире.

- Да, принц Никас в кабинете на втором этаже. Буду рад вас проводить. - Слегка поклонился мне и подал руку, которую я приняла, чтобы вместе с ним отправиться к брату. 

Никас явно с самого утра торчал в кабинете, что выдавал его помятый и измученный вид. Можно было подумать, что он сегодня вовсе не ложился спать. Командор Ликар лишь коротко поклонился, отсалютовал ему и поспешил во двор, где болтовня солдат его личного легиона начинала походить на встревоженный улей.

- Привет, Ник. - Я пересекла кабинет и положила руку на плечо брата. Я не стала скрывать, что его разбитый вид меня встревожил. - Что с тобой произошло?

- Сестренок? - поднял голову не расправляя плеч и я увидела синяки под под глазами и общее угнетенное состояние. - Ты чего тут так рано?

- Доставка почты! - я постаралась, чтобы эта фраза звучала максимально жизнерадостно, словно от мальчишки-гончего, от ширины улыбки и звонкости голоса которого зависит сколько он получит на чай.

Никас взял адресованные ему письма, лишь едва взглянул на конверты и закинул их в ящик стола. А затем обессилено уронил голову на руки. Я не люблю видеть старшего брата в таком состоянии, поэтому всерьез встревожилась.

- Ники? - я провела рукой по его голове, зарываясь пальцами в жесткие и без того растрепанные волосы. Обычно это его успокаивало. Но, очевидно, сегодня этого было недостаточно, потому что ответом был тяжелый вздох, а затем Никас заговорил.

- Она меня доконает, малышка. - голос звучал глухо и почти болезненно. - видят боги и Матерь, что я старался. Я готов был терпеть ее щебет ни о чем, сплетни ни о ком, я правда старался полюбить ее, Маро. Но, черт, у меня ничего не получается. Она ничего не вызывает во мне кроме раздражение и брезгливости. Даже голос ее, как лезвием по стеклу, что бы я не делал. Ничего, понимаешь?

Я единственная знала, что заветное желание старшего брата - полюбить, искренне полюбить свою нареченную, как когда-то полюбили друг друга наши родители. Но принцесса София Ромилина Демар... она максимально не подходит Никасу. Нет, внешне они очень красивая пара - яркая рыжеволосая красавица с соблазнительными изгибами и высокий статный наследный принц Леварана. Но их характеры абсолютно не совпадали и даже, в чем-то были полярными. Развлечения принцессы казались ему бестолковыми, а амбиции - излишними. София же, не будучи склонной к лицедейству, что я считаю безусловным ее достоинством, довольно открыто демонстрировала свой нрав.

Знакомство с принцессой Южного королевства не задалось сразу. И, хоть на семейном совете Никас одобрил ее кандидатуру в свои нареченные, я-то видела, что нему по какой-то причине тревожно, но на мои вопросы тогда от отвечать отказался.

Встреча нареченной брата прошла прохладно и немного неловко, из-за высокомерия гостьи и чрезмерной сдержанности Ника, к которой та явно не было готова. Видимо ожидала встречи с фанфарами и пышного бала, а не торжественного ужина в семейной столовой. А уж когда, выяснив степень моего родства с королевской семьей, София назвала меня бастардом, он совсем махнул на нее рукой, хотя иногда все же пытался наладить отношения с будущей супругой, осознавая всю выгоду союза с могущественной династией Демар. Меня же, ко всеобщему удивлению, совсем не трогали нападки принцессы, я в целом относилась к ней равнодушно, потому что с первого взгляда поняла, что подругами мы с ней не станем.

- Я вчера глупость сотворил, сестренок. - тем временем продолжал рассказывать Никас, подняв наконец-то голову. В его карих глазах читались печаль, раздражение и неимоверная усталость. - я этой дуре предложил выпить. Наслушался рассказов легионеров о том, как они влюблялись в своих жен после первой ночи и, представляешь, как полный идиот решил тоже попробовать. И я бы понял, назови она меня животным и отхлестай по лицу туфлей. Я бы даже, наверное, зауважал ее после этого. Но, черт, она пьет как конюх, малышка. А когда нахлесталась, ее вообще стало не заткнуть. Она мне полночи рассказывала о своих шмотках в Демаре и с кем из легионеров могла бы разделить ложе. А потом, ты представляешь, потом она притащила меня сюда, попыталась раздеться, а когда я хотел ее чуть успокоить - начала швыряться в меня книгами, - тут я поняла, что за грохот нарушил мой сон сегодня утром и решила, что при случае подкину ей под дверь будильник, заведенный на ранее утром, ведь она ненавидела ранние подъемы. - Мы с Аманом все утро наводили порядок, после ее безумства. А она просто взяла и уснула, представляешь. Прямо тут, в моем кресле. Командор отнес ее в покои, пока никто не заметил. Надеюсь, что не заметил.

Никас тяжело выдохнул. Да, ну и ночка у него выдалась. Мне было искренне жаль брата, ведь именно со мной он поделился своей сокровенной мечтой. И я знаю, что поначалу София ему вроде даже понравилась и Ник искренне пытался влюбиться. Но они были как два магнита схожего заряда, которые сколько бы шагов ни делали, оказывались в противоположной стороне друг от друга. Мне было жаль их обоих и принцессу тоже, несмотря на ее пренебрежительное отношение ко мне. 

Мы еще долго разговаривали, обсуждали все что угодно и пытались найти выход из щекотливого положения, в котором оказался Никас. Разрыв помолвки с принцессой одного из самых крупных домов Объединенных королевств не мог сулить ничего хорошего для дома Грант Реганто. Король Демар обладал существенным влиянием в Большом совете и имел возможность испортить отношение старейшин к Никасу, который через несколько лет должен был занять отцовский трон. Но и сочетаться семейным союзом с нелюбимой он тоже не мог. Я позволила ему выговориться, не стесняясь в выражениях и как могла старалась поддержать любимого брата, хотя тоже не видела безболезненного выхода из этой ситуации.

А когда уставший от бессонной ночи Никас уснул, положив голову мне на колени и, наконец, расслабившись под мои мерные поглаживания, я послала Алу на кухню за кофе и бутербродами, решив сегодня пропустить семейный завтрак.

В кабинете Никаса было светло и уютно. Я заранее выбрала с книжной полки любимый томик и устроилась на диване, легко поглаживая волосы брата. Семейный завтрак подождет, как и весь мир. Сегодня я решила провести утро с братом. 

Глава 2.

Весна стремительно подходит к концу и неумолимо приближается день праздника начала лета. Кажется, что цветов вокруг стало еще больше, поэтому каждое утро мне все меньше хотелось покидать покои. Снадобье, которое мне приносила Алана казалось все менее мерзким, но невозможность без него покинуть дом просто убивала.

Уже неделю слуги суетятся, приводя коридоры и комнаты Главного Двора в состояние безупречной чистоты. А судя по упорству, с которым королева Сонма пытается превратить меня в самую сверкающую, изящную и заметную персону на будущем празднике, размахивая перед моим носом тканями всех возможных бледных оттенков, да еще и густо усыпанных блестками, я предвидела скорое знакомство с будущим супругом.

По чьей-то извращенной задумке, я должна пребывать в радостном возбуждении от ожидания встречи со своим будущим нареченным, но я же, напротив, с каждым днем чувствовала, как иссякают запасы кислорода в тесной клетке, которая все плотнее схлопывалась вокруг меня. Иногда мне казалось, что никому вокруг нет дела до моих никчемных переживаний. Мама и Силена радостно щебетали что-то про бал, София сидела с напыщенным и отсутствующим видом, который она приняла на следующий день после того инцидента с Никасом и так и не заговорила с ним, предпочитая общество Рейланда. Только иногда я ловила на себе встревоженные взгляды отца, который быстро отводил взгляд. Они все будто не замечали, как я исчезаю где-то в этой бесконечной праздничной суете.

Сегодня было как-то особенно тошно. Есть не хотелось, поэтому я с отсутствующим видом жевала кусок твердого сыра, запивая его крепким кофе. Обычно я не пью кофе, предпочитая ему мятный чай, но сейчас мне всеми силами хотелось получить хоть толику энергии, которую вовсю источали мама и сестра. Мне показалось, что даже Никас рад предстоящему торжеству, как возможности весело провести время в обществе, которое его совсем не тяготило, немного выпить и потанцевать.

Я же не знала, что заставляет меня напрягаться больше - сам праздник и необходимость быть на людях или то, что на этом празднике мне, возможно, предстоит встреча с будущим нареченным.

А когда после завтрака Никас, Рейланд и папа дружно ушли на встречу Малого совета я совсем скисла. Гулять не хотелось из-за цветущего безумия вдоль всех садовых дорожек, в роще сегодня проходил ритуал окончания весны, а слушать очередные разговоры о подготовке к балу у меня не было сил. Поэтому я поспешила отговориться головной болью и ретировалась в свои покои.

Здесь я могла дать волю своей тревоге изорвав на мелкие фрагменты несколько старых писем и всласть настрадаться, представляя свое будущее. Будущее, которого я не видела.

Я не знала, кто станет моим нареченным, но меня сильно беспокоило, что со мной об этом пока никто не говорил. Конечно я помню прошлогодние протесты мамы против обсуждения кандидатуры нареченной Никаса, но тогда аргументы отца взяли вверх. Неужели, сейчас победили древние устои, которых придерживалась мама? От этой мысли у меня похолодели руки, а по спине пробежался неприятный разряд.

В семье, в которой выросла королева Сонма, было принято заключать выгодные союзы по договоренности и без согласия будущей пары. Ее сестре тогда невероятно повезло, ведь когда правитель Северного королевства Норд Дайнем обратился к ее отцу, лорду Венто с предложением союза, леди Мирана уже любила его. Судьба нынешней королевы Сонмы же не сразу повернулась к ней доброй стороной - сначала их отношения с молодым королем Иосифом оставляли желать лучшего. Но спустя несколько лет в их союз пришла любовь и теперь они были вполне счастливой парой.

Уже не раз и не два я говорила маме, что их с сестрой истории - это счастливый случай, улыбка фортуны и ничего больше. Но она с маниакальным упорством доказывала мне, что время сделает свое дело и я полюблю своего нареченного кем бы он не был. И то, что меня ужасала перспектива договорного брака с малознакомым мужчиной ее не волновало именно по причине ее святой уверенности в том, что все получится ровно также, как у них было с папой.

Нареченная принцесса Маро Элеон Аластор Реганто. Брр, это даже звучит дико. Напыщенно и больше в духе принцессы Софии Демар, чем в моем. Я же всегда мечтала, что встречу мужчину, с которым я захочу создать семейный союз и который сам искренне этого захочет. Не только по договоренности наших родителей и не ради какой-либо выгоды. Мне мечталось, что мой избранник будет желать стать именно моим мужем, а не явится в Главный двор с намерением заключить выгодный брак.

Но все мои чаяния всерьез воспринимал только Никас. Который еще вчера заверил меня, что если что-то пойдет не так, он сделает все, чтобы вернуть меня в Главный двор. Я очень хотела вызнать, кого же мне прочат в нареченные, но этого не сказали даже ему. Хотя и отрицательного ответа не дали, а значит мои предчувствия не обманули - завтра меня на самом деле ждало наречение. 

Весь день я провела в покоях, бессмысленно измеряя их шагами. К вечеру мне начало казаться, что на пушистом ковре образовывается тропинка, утоптанная моими шелковыми ночными туфлями и я с ногами забралась на поддонник.

Альвара на закате была прекрасна почти так же, как и на рассвете. Я наблюдала за тем, как служащие и фермеры возвращаются домой, как загораются первые огни на улицах. Видела как мисс Идель зажигает гирлянды на веранде чайной и разносит между столиками с веселыми посетителями подносы со звенящими чашками ароматного чая. Мне стало грустно. Весь город и все королевство Леваран готовится праздновать начало лета, а я чувствую, что этот праздник может стать для меня последним в любимом городе.

Кроме столицы Леварана, раньше я бывала только в Нордхейме - главном городе Северного королевства. Но я всегда жаждала новых впечатлений и до сих пор в тайне надеюсь, что мой будущий нареченный окажется таким же любителем поездок и прогулок что и я. Но сейчас мне оставалось только молить Матерь и Землю, чтобы они сделали мне такой щедрый подарок, потому что кто станет моим нареченным со мной так и не обсудили.

Вечерний ветер приносил свежесть с гор и хрустящий запах наступающей ночи. Я зябко поежилась - прохладный воздух проникал под тонкую ткань из-за чего кожа покрылась мурашками. Я не люблю холод. Холодные месяцы в Альваре всегда становились для меня мучительными, благодаря необходимости носить огромное количество слоев одежды и, не в последнюю очередь, почти еженедельным праздникам, на которые Главный двор был особенно щедр зимой.

Я понимала идею этой затеи - поднимать дух подданным и развлекаться теми способами, которые оставались доступными в условиях заваленных снегом дорог и сбивающих с ног метелей. Но принять и полюбить ее я не смогла и, если честно, не особо старалась.

Погруженная в свои мысли я провела у окна более часа, обнимая руками чашку уже давно остывшего чая. К вечеру в голове, уставшей от мыслей, царила блаженная пустота, которую я бы хотела назвать покорностью судьбе, но нет. Скорее это была зловещая тишина, наполненная взрывоопасным газом и грозившая вылиться в огненный шторм, при неосторожном касании.

Тихо скрипнула дверь и послышались шаги. Я узнала отца, его попытки ходить тихо, но не стала оборачиваться. Годы военной выучки не придали его походке грациозности. Тем более, высокому и весьма крупном мужчине, каждый шаг которого отдавался глухим гулом в полу.

Остановился - задумался или заговорит? Но было тихо. Я услышала долгий вздох и снова шаги. Похоже он передумал говорить, раз направляется к двери.

- Папа! - Я укоризненно посмотрела на застывшего в полушаге короля Леварана. Он казался удивительно мягким и чувствительным со своими детьми и женой, когда как легионы и советники знали его как твердого и сурового правителя. - Чего ты крадешься в темноте?

Я сконцентрировала тепло в ладонях и одним взмахом выпустила под потолок сотни крошечных светящихся шариков. "Светлячки" были моим любимым секретом, в который я посвятила только свою семью.

В нашем мире магия почти изжила себя. Редкие таланты еще встречались, но почти всегда их забирали в служители Культа, поэтому я не хотели никому рассказывать об этой своей особенности. Кроме его адептов, магические таланты хранили в себе некоторые из королевских семей, которые по такой же как и у меня причине не торопились их обнародовать.

Еще существовали места сил, вроде таинственной Северной пустоши и глубин Черногорья, где до сих пор обитали таинственные Витерии - древние таинственные существа, призванные хранить и поддерживать оставшиеся еще магические потоки. Но чаще всего маги и Витерии встречались в сказках и балладах, а редкие дарования почти никогда не демонстрировали своих сил.

Отец поморщился - он не очень любил, когда я создавала магический свет. Он отмахнулся от светлячков у своего лица и, в два шара оказался в кресле возле моего окна.

- Прости, дочка. Я просто хотел поговорить. Ты кажешься такой задумчивой в последнее время. Поделишься с папой?

- А что тут говорить? - я горестно вздохнула. Кажется слишком, потому что отец нахмурился. - Я не думаю, что моя скорая помолвка для тебя секрет. И я... па, я не думаю, что готова насовсем покинуть Альвару. И уж тем более, я не думаю, что готова стать чьей-то нареченной. Я вижу, каково здесь у нас принцессе Софии. Она покинула родной дом, родных, была вынуждена уехать на другой конец материка, в незнакомый мир, у нее тут совсем нет друзей. Мне иногда кажется, что ей даже не с кем поговорить, хотя говорить со мной она точно не станет. -Я легко улыбнулась, чтобы сгладить унылое настроение разговора.

- Ты совсем как Каролин. Те же глаза, улыбаешься один в один как она. - отец выдохнул. - Добрая ты душа. Маро, я не думаю, что принцессе у нас так уж плохо. Ты еще мало где была, потому не знаешь, что не во всех королевских домах жизнь подобна нашей. Там, откуда она родом, порядки совершенно другие и здесь, уж поверь, ей куда спокойнее и вольготнее, чем в родном замке короля Лиора.

- Дочь, ты выглядишь такой хрупкой и маленькой, что у меня сердце сжимается, когда я думаю, как ты покинешь Главный двор. Но еще я знаю, что с твоей внутренней силой не сравнится даже Никас, при всей его гороподобной внешности. И я уверен, где бы ты не оказалось, ты сможешь за себя постоять. Дело не в этом. Ты - мой ребенок, моя старшая принцесса, родная кровь. И я хочу, чтобы ты, как и все мои дети, обрела счастье.

Взгляд отца был наполнен такой нежностью, тревогой и искренней заботой, что я поверила - он не лгал. Каким бы не было решение по поводу моего наречения, он отменит все, если я скажу категоричное нет.

- Я не планировал сюрприз, честно. Я вообще не считаю договорной брак хорошей идеей. - король тяжело вздохнул и опустил голову. В такие моменты я вспоминала, что он не только мой папа, но и правитель Объединенного королевства, со всеми его противоречиями и склоками, который несет на себе бремя огромной власти и неоднозначных решений, которые приходится принимать вопреки собственной воле. - Я хотел обсудить это с тобой сразу, как получил письмо. Но мама, понимаешь, она - хм, в своем репертуаре. Короче, она настояла на том, чтобы не говорить тебе как можно дольше, чтобы ты не устроила демарш.

В принципе, это было вполне ожидаемо. Я и не сомневаюсь, что это было именно маминой идеей. С порядками семьи, в которой она воспитывалась и ее стремлением следовать привычным традициям. Отец вздохнул и продолжил говорить. Это разговор был для него явно не из легких.

- Я просто прошу тебя попробовать. Только попробовать. Прошу тебя, дочка. - во взгляде короля читалась мольба, - просто попробуй с ним пообщаться. Улыбайся, если хочешь, танцуй. Попытайся узнать его, поверь мне. Я с юности знаю его отца и он не плохой человек. У принца Дарена тоже довольно хорошая репутация среди членов Малого и Большого совета.

- Дарен Того? Принц Восточных земель?! - мои глаза округлились - подумать только! Я никогда не думала, что стану нареченной наследного принца. Максимум расчет был на кого-то из младших сыновей. Но я постаралась собраться и придать своему лицу задумчивый вид.

- А если он мне так и не понравится? Если он меня обидит или будет относиться высокомерно из-за моего происхождения? Мне можно будет решать самой, если в жизни принц Того окажется невыносим? - идея стать нареченной принца с репутацией благородного красавца была весьма соблазнительной, но также я хотела продумать все возможные варианты, чтобы не оказаться в золотой клетке.

- Клянусь, дочка. Одно твое слово - и я попрошу Арона об обоюдной отмене помолвки. И тебе никто не посмеет сказать ни единого слова против, никто тебя не осудит. А если он посмеет хоть как-то тебя обидеть, я разорву помолвку сам. Более того, я уверен, что в таком случае меня поддержит и Арон.

- Пап, я попытаюсь. - я сделала ударение на последнем слове. Облегчение в комнате стало практически осязаемым. - Честно, обещаю. Но мне нужна будет от тебя одна услуга.

Я улыбнулась - раз уж мне действительно светит наречение, стоит рискнуть и попробовать отстоять свое право не выглядеть как зефир. Хотя бы на этом балу.

- Все что угодно, принцесса. - отец улыбнулся, понимая, что самая трудная часть разговора позади. - Что пожелает моя любимая старшая дочь?

- Дайте мне право одеться на бал самой, в то платье, которое выберу я на собственный вкус. Это же пока не официальная помолвка и мне нет необходимости снова выглядеть как привидение в сахаре. Ну пожалуйста, папа! - для пущей убедительности я сделала щенячий взгляд и сложила ладони в молитвенном жесте.

- Хм, я думаю, что мы сможем это устроить. - отец лукаво подмигнул, хотя прекрасно понимала, какой непростой разговор с мамой его ждет, - Только не распространяйся о способах получения желаемого, иначе наша ватага регулярно меня шантажировать.

Отец ушел выполнять свое обещание, оставив меня наедине с гаснущими светлячками. На душе было... я прислушалась к себе и поняла, что было не так и плохо. Леди, которые бывали в Иверате - столице Восточных земель, часто рассказывали о красоте, благородстве и приветливом нраве наследного принца. Что же, кажется мне действительно стоит попробовать найти с ним счастье.

Я рассчитывала, как минимум, подружиться с ним. Возможно тогда он составит мне компанию в поездке к деревне Истлейн и поможет поискать родных отца Аластора.

В эту ночь я спала куда спокойнее, чем в последнюю неделю, ведь у меня, наконец-то, появилось представление о будущем. 

На следующее утро в мои покои влетела донельзя удивленная Силена. Неизвестно какие силы призвал вчера отец, но мама согласилась позволить мне самой выбрать себе наряд на праздник начала лета, что и попросила передать мне через сестру. На нее же это право не распространялась и Силена с раннего утра отправилась к портнихе, после визита к которой у моей младшей сестры до сих дрожали руки, лицо покрылось гневными пятнами, а рот не уставал в выражениях бескрайнего возмущения. Мама решила, что пришла пора сшить ей настоящий корсет.

- Это же просто невыразимая мука! - в который раз повторяла она, с ногами расположившись на моей постели. - Внутри него настоящие металлические спицы! Я не уверена, что доживу до конца бала, в такой-то экипировке. Не могу поверить, что мама каждый раз заставляла тебя проходить через это. Неудивительно, что ты попросила амнистию.

- Ну, не каждый раз, но да. - я поежилась, вспомнив жесткие железные прутья до хруста стягивающие ребра, - но есть одна небольшая хитрость. Подложи книгу или альбом под нижнее платье перед следующей примеркой, тогда корсет будет на размер-полтора больше. Это довольно незаметно, но ты, по крайней мере, сможешь дышать и даже танцевать. - Этот способ не раз спасал мне жизнь, когда мама в очередной раз пыталась сделать из меня фарфоровую фигурку.

Силена захлопала в ладоши. Какая же она, в сущности, еще девочка! Такая же непосредственная и искренняя в своих чувствах, какими бывают только малые дети. Но и ей через пять-шесть лет предстоит ритуал создания пары. Мне было крайне трудно представить свою милую сестренку женой и хозяйкой собственного замка. Хотя я и себя саму совсем не вижу степенной супругой.

Мы с Силеной провели все утро вдвоем, пропустив семейный завтрак. Ели горячие булочки с шоколадом, запивали их остывшим чаем и много смеялись. Как я и думала, моя перспектива стать женой наследного принца Восточных земель привела ее в неописуемый восторг и показалась ужасно романтичной.

Моя младшая сестра сильно отличалась от меня не только внешне, но и по характеру. Если я предпочитаю тишину и уединение, но только внешне кажусь хрупкой и ранимой, умея добавить в голос стали, которая заставит молча подчиняться мне даже развязных легионеров, то Силена всегда была поистине нежной принцессой, которая отчаянной хочет стать сильнее. И я готова заранее уничтожить всякого, кто посмеет обидеть ее.

Когда Силена покинула мои покои, торопясь на занятия по фехтованию, которые ей, на удивление, очень нравились, я выдохнула. Сегодня предстоит совершенно спокойный день. Все так заняты последними приготовлениями к балу, что даже поесть всей семьей будет некогда. А мне предстояло лишь выбрать себе платье для вечера и хорошенько выспаться, чтобы завтра блистать во всем возможном великолепии.

С первым пунктом скромного списка дел я определилась уже давно. Даже не думая, что однажды моим нареченным станет принц Восточных земель, в прошлом году я заказала себе платье из редкого иссиня-черного шелка с вышивкой, так любимой восточными леди. В нем все прекрасно - от выреза на спине и расклёшенных рукавов, до роскошной юбки в пол с небольшим шлейфом. Так что проблему с нарядом смело можно считать решенной.

А, поскольку перспектива провести весь этот прекрасный день в покоях не показалась мне особо привлекательной, было решено предпринять небольшую вылазку в Искряную рощу. Я поспешно привела себя в порядок, собрав волосы в небрежную косу набок и накинула объемный темно-серый дорожный плащ с глубоким капюшоном - привлекать излишнее внимание совсем ни к чему. Проверила перевязь с кинжалом под юбкой и убедилась, что таинственное письмо все еще в ножнах, а затем неспешно направилась к выходу на задний двор.

Спускаясь по лестнице, я поскользнулась и едва не упала, но меня спас Рейланд, подхватив меня буквально в последний момент. Брат ничего не сказал и вообще выглядел странно притихшим. Было очень непривычно видеть его без обычной маски язвительной снисходительности. Я подумала, что стоит его догнать и расспросить, но он практически взлетел по лестнице и широкими шагами направлялся в сторону своих покоев.

Спустя несколько минут я все еще стояла на лестнице, пытаясь унять дрожь в руках, потому что довольно сильно испугалась начавшегося уже падения. Как вдруг из спальни моего среднего брата раздался грохот, а затем дикий, почти звериный, крик. Это заставило меня забыть о скользких ступенях и поспешить вернуться на семейный этаж.

- Рей? - я робко постучала в дверь. - Рей, ты в порядке?

Ответом была жуткая, гулкая тишина. Я толкнула дверь - заперто. Стало как-то не по себе. Рейланд и раньше был склонен к подобным эмоциональным взрывам, но в этот раз мое чутье подсказывало, что случилось что-то из ряда вон выходящее.

- Рей! - я начала колотить кулаками по двери. - Открой пожалуйста, иначе я позову мисс Грисс. - И она откроет дверь своим ключом. Но говорить этого я не стала.

- Мар, оставь меня в покое. Со мной все хорошо. - но голос его звучал напряженно, чувствовалось что Рейланд изо всех сил сдерживает себя от очередного взрыва. - Уходи, пожалуйста.

Последняя просьба прозвучала так непривычно вежливо и как-то жалобно, что мне стоило просто отступить и дать ему побыть одному. Но непонятная тревога не дала мне выполнить просьбу. Пусть с Реем у нас складывались и весьма неоднозначные отношения, но я переживала и заботилась о нем не меньше, чем о Никасе и Силене. Мы могли разругаться в пух и прах, иногда не разговаривали по нескольку дней, но во многом также понимали друг друга без слов. И сейчас я четко чувствовала, что оставлять его одного не стоит.

- Рей... - я снова постучала. - открой пожалуйста дверь.

И я услышала тяжелые шаги. Слишком тяжелые для обычной походки Рейланда. Неужели все так плохо? Но когда дверь открылась, все оказалось куда хуже.

- Ты что..?! Что ты натворил, Рейланд?!

Я оторопела. Весь пол покоев был усыпан осколками и бумагами, в углу комнаты лежало перевернутое кресло, а рабочий стол был разломан пополам, судя по всему, стулом, лежавшим сейчас на нем. Вместо ответа брат просто пожал плечами и обессилено упал на кровать. Не найдя подходящих слов, я подошла к нему, стараясь не наступать на осколки.

- Теперь тебе придется как-то объяснять родителям и мисс Грисс этот погром.

- Плевать. Ты пришла поговорить об уборке? Или порадоваться, что отец по прежнему благоволит твоему Ники, не позволяя мне сделать даже самую малость?

Я вспыхнула - это прозвучало как обвинение. К тому же, я терпеть не могу это "твой Ники". Но видя состояние Рея, я подавила в себе рвущийся наружу язвительный ответ и села рядом.

- Я не собираюсь ничему радоваться. Ты прекрасно это знаешь, Рейланд. И Никас такой же "мой", как и ты. - и тут я вспомнила, что отец по непонятной мне причине ни в какую не позволяет своему среднему сыну участвовать в заседаниях. Это больная мозоль моего среднего брата. - Он опять отказался допускать тебя в Малый совет?

- Угу. - Рей кивнул и опустил плечи. - Даже Она говорит, что я ни на что не гожусь.

- Она? - это что-то новенькое. Я не помню, чтобы у него в последний год была девушка. А это "она" он произносит с таким трепетом, что его чувства становятся слишком очевидны. - Кто она?

- Это уже не твое дело, Мар. - ответ прозвучал довольно грубо. Рейланд будто ощетинился и занял оборонительную позицию.

- Ну знаешь. - я даже задохнулась от возмущения. - я тут вообще-то хотела тебе помочь, а ты грубишь мне на ровном месте.

- Я никого не просил мне помогать! - Рей вскочил с кровати и теперь возвышался надо мной, видимо пытаясь выглядеть внушительнее, но его лицо скорее выражало уныние, чем злость. - Я вообще не хотел никого видеть. Но нет, ты включила режим заботливой сестренки, вломилась ко мне и начала расспрашивать, все рассматривать. А я просто хотел побыть один, понимаешь? Один! Если тебе мало слов, посмотри вокруг. Похоже, что я ждал гостей?

- Я всего лишь... - я растерялась. Раньше он на меня не кричал.

- Ты, ты. Ты все время думаешь о себе, ни на кого больше не обращаешь внимания. "Ах, я такая несчастная, мне придется стать нареченной принца и до конца дней своих носить роскошные наряды и посещать балы, спасите-помогите", - брат некрасиво сморщился, изображая меня противным гнусавым голосом, что кстати получилось совсем не похоже.

- Ну знаешь! - мое лицо вспыхнуло. - Извини, если моя способность испытывать собственные чувства тебя оскорбила, но проблемы бывают не только у тебя. И я вовсе не обязана доказывать тебе значимость своих.

Я резко встала и направилась к двери уже не обращая внимание на щепки и осколки под ногами. Чувство обиды заставило щеки пылать, а руки снова задрожали и я сжала кулаки. Ужасно неприятно, когда стараешься хоть как-то поддержать брата в непростой для него момент, а вместо этого натыкаешься на стену и получаешь град неоправданных претензий в свой адрес.

- Мар. - Рейланд окликнул меня, когда я уже подошла к двери и взялась за большую витиеватую ручку, но голос словно не принадлежал ему, до того чуждо звучала эта виноватая интонация. Ничего не напоминало о том, что пару минут назад он кричал на меня и обвинял в эгоизме. - Прости, сестрен. Я... я не знаю, что на меня нашло, ты не виновата. Просто я еще не остыл, мне нужно было время, поэтому я не хотел открывать дверь.

Обернувшись, я увидела его серые глаза, до краев наполненные виной и чувством раскаяния, а еще непонятная тоска и растерянность, но они явно были адресованы таинственной "Она". Брат все также возвышался надо мной, потому что даже стоя во весь рост я едва дотягивалась макушкой до его подбородка. Рей тряхнул головой, словно пытался вытрясти из нее все мысли и снова сел на кровать.

Я подошла к нему и немного взъерошила рукой его жесткие короткие волосы, из-за чего он приобрел еще более потрепанный вид. Через пару минут он снова заговорил.

- Дело не в тебе. - Рей так тяжело вздохнул, что у меня сжалось сердце. - И не в отце. Ну, не только в нем. Ты уже поняла, что есть одна леди, чье внимание я жажду заполучить. И я пошел к ней сегодня после того, как отец... ну, ты понимаешь. Я не знаю, на что рассчитывал, наверное на то же, что сейчас делаешь ты. Но она меня не поняла. Я выбрал не удачное время для признаний и не подумал, что она уже обручена. Мало того, что я просто не ожидал от нее такой холодности, так она еще и задела меня за самое больное - мою неспособность даже попасть в совет.

Рейланд замолчал и опустил голову ниже. Я все также стояла рядом и совершенно не находила слов. Кроме искреннего сочувствия к брату, во мне закипал гнев. Потому что так же как и он совершенно не видела причины, по которым отец не позволял своему младшему сыну проявить себя. И, если в случае с его загадочной возлюбленной я помочь не смогу, то стоит хотя бы попытаться поговорить об этом с папой.

- Ладно, ты отдохни. - я еще раз провела рукой по волосам Рея и направилась к выходу.

- Угу. Спасибо, Мар. Удивительно, что именно ты меня понимаешь.

Когда я закрывала дверь в покои, он все еще смотрел прямо перед собой с видом полного опустошения. 

Решив не откладывать разговор с отцом, я направилась в библиотечный коридор второго этажа, где располагались рабочие кабинеты не только его и Никаса, но и некоторых ближайших советников. Но только повернув туда из холла, я услышала свое имя и увидела, что дверь королевского кабинета приоткрыта. Он был не один и в данным момент темой разговора явно была я.

- Отец! Почему ты прежде не поговорил со мной?! Прежде чем принимать решение и, тем более обсуждать его с Маро. - Никас выругался. У меня невольно округлились глаза, потому что подобные выражения были свойственны скорее его младшему брату. Затем он продолжил, немного понизив голос. - Папа, вы с мамой в этот раз сделали жуткую глупость. Чем она заслужила это? Ты выбрал один из худших возможных вариантов. Просто ответь, почему именно он?

- Ники, не повышай на меня голос! - отец ударил кулаком по столу. - Я не только твой родитель, я еще и король, помни об этом. И забочусь о Маро я не меньше твоего. Я ей уже все рассказал, чтобы не ставить ее в неудобное положение на балу, хотя мама и была против. И она обещала, ты слышишь меня, серьезно обещала подумать. - я заметила, что его голос звучал устало.

- Но Дарен... Не думаю, что он хорошо ей подходит. Я знаю его, мы несколько раз пересекались. И тебе сложно будет найти более трусливого парня, чем принц Того. Маро хотела путешествовать, а этот закроет ее в своем замке с прекрасными садами и галереями, и не позволит выйти за ворота без дюжины охранников. Отец, у него репутация труса и сторонника теорий заговоров. Я уверен, что в любом случае...

- Сын, мне не нравится твоя реакция на новости о помолвке сестры. - он перебил Никаса. Сейчас папа звучал как истинный Верховный король, который вершит судьбу всего Объединенного королевства. - Я не припомню, чтобы ты так заботился о Силене. Даже принцесса Демар выражала мне сомнение по поводу вашей близости с Маро. Тогда я не стал даже думать об этом, поскольку леди София склонна к сомнительным выводам, но теперь и мне кажется все это странным. Я уже довольно давно занимаюсь поиском для нее подходящего нареченного. Как ты и говорил ранее, кандидатуру Атласа она отсекла со смехом, сообщив мне, что брак с ним - это все одно, что стать женой тебя или Рейланда. А вот твой грубый и, я посмею назвать его вызывающим, ответ королю Норему в прошлом году меня озадачил. Тогда мы все списали это на разницу в возрасте, неоднозначную репутацию семьи Филиона и, как следствие, твою естественную заботу о благополучии сестры. Но теперь и Принц Того не достоин? А кто, позволь спросить? Кто?! - отец давно не повышал голос. И обычно такая потеря контроля обозначала, что он тоже не до конца уверен в своем решении и тревожится.

- Отец, я про... - Никас был явно растерян. О чем, черт возьми, идет речь?

- Ты знаешь, какие слухи ходят среди знати?! Ты слышал? Я чуть со стыда не сгорел, когда лорд Лассар пересказывал мне те сплетни. Они говорят о вас как о паре, Ники! Наши лорды и леди действительно считают, что ты вскоре разорвешь помолвку с принцессой Демар и обручишься с Маро. Они вспомнили мне давнюю историю о том, что несколько веков назад в доме Гранд Реганто было принято сочетаться ритуалом с родными и двоюродными сестрами. Скажи мне сын, что Лассар ошибся, прошу.

- Матерь их сохрани. - я услышала, что брат совершенно шокирован. Даже голос его звучал глухо и потерянно. - Ты не хуже меня понимаешь, папа, что это не более чем досужие выдумки. Как же нужно было напиться, чтобы не просто придумать подобный бред, но и притащить его на хвосте верховному королю?

Я была согласна с Никасом. Подумать страшно, как эти высокородные сплетники сумеют вывернуть обычную крепкую дружбу брата и сестры. Меня передернуло - мерзость. Теперь стоит постараться, чтобы мои улыбки подданным на празднике начала лета не походили на звериный оскал. Потому что сейчас они задели не только меня, я понимала, что все эти сплетни - лишь способ очернить репутацию Ника и уменьшить его авторитет в совете.

- Вот поэтому, сын, мы должны представить Маро ее будущего нареченного на этом балу. Пусть потанцует с ним, пообщается с кем-то кроме семьи, съездит в Иверат на знакомство. А если он ей не понравится - мы придумаем, как разорвать помолвку без возникновения ненужных слухов. Но я думаю, что даже если она поживет в Восточных землях в качестве нареченной принца Того хотя бы пару месяцев - эта мерзкая сплетня потеряет основу и, будем надеяться, я смогу вычислить и наказать тех, кто занимается распространением подобных слухов. Поверь, мне также мерзко говорить это, как тебе - слушать. Теперь можешь идти. И закрой за собой дверь, мне еще нужно работать.

Поняв, что разговор окончен, я поспешила обратно в холл, решив перенести свой разговор о Рейланде. Отцу сейчас и так не просто, кроме того он раздражен, а значит вряд ли я смогу донести до него намерения и обиды Рея так, чтобы он меня услышал.

Но то, что я услышала, меня глубоко шокировало. И, как только я оказалась в холле, за пределами сумрака библиотечного коридора, ноги сами понесли меня к ближайшему диванчику, на который я опустилась уже без сил.

Мы с Никасом близко дружили с самого детства. Сначала, юный принц, который всегда мечтал о сестренке, с удовольствием катал крошечную меня в коляске по дворцовому саду, читал книжки и показывал кукольные спектакли. Потом, даже будучи подростком, он много времени проводил со своей подрастающей сестренкой, несмотря на насмешки Рейланда и друзей. Силену он тоже очень любил, но я, будучи старше нее на 5 лет, смогла стать для наследного принца не просто сестрой, но и лучшим другом и соратницей, человеком, которому он мог бы доверить свою жизнь. Мы оба знали, что можем полагаться друг на друга абсолютно во всем и поделиться самыми сокровенными переживаниями.

И даже эти омерзительные предположения придворных не могли заставить меня относиться к брату как-то иначе. И пусть сейчас глаза мне застилали злые слезы, потому что для блага Никаса мне придется покинуть Альвару независимо от того, хочу я этого или нет. 

- Подслушивала, малышка?

- Я, а, ой... - я залилась краской, потому что мне совсем не хотелось показывать брату свое состояние. Ведь тогда он сразу догадается, что я все слышала. - Извини, мне пора.

Я вскочила, чтобы поскорее уйти и обдумать все это в одиночестве. Но передо мной выросла стена. Никас всегда был самым высоким в семье, он на целую ладонь выше отца и на половину головы - Рейланда, но гораздо крепче и шире в плечах, чем он. Стоя вот так рядом, моя макушка едва доставала ему до груди.

- Что ты тут...

- Забыл? - Никас усмехнулся, но глаза оставались серьезными. - Как раз напротив. Я вышел от отца с намерением переговорить с тобой, а ты тут как тут. Ну что, идем? Ты же в рощу сбежать хотела?

Мне оставалось только кивнуть - он слишком хорошо меня знал. Я поняла, он почувствовал, что нельзя оставлять меня без присмотра, да ему и самому сейчас не стоит оставаться со своими мыслями один на один.

Никас взял мою руку в свою огромную ладонь так, что у меня не оставалось ни малейшего шанса вывернуться и сбежать, и потянул к выходу на задний двор. Из шкафа у черной лестницы он ловко выудил старый дорожный плащ и накинул его на плечи. Правда все равно оставался принцем, даже в этом нелепом одеянии, когда как я в своем плаще была похода скорее на странствующее привидение.

Глава 3.

По обыкновению, Искряная роща у подножия Рего была пуста. Ни единой души среди деревьев, никого. Казалось, что даже ветер робеет перед величием древних искр, бережно и неспешно разнося мерцающие на свету парашютики их семян.

Мы пришли к противоположному от Главного двора краю рощи, где у начала подъема на Рего лежал большой камень, похожий на примитивную скамью. У меня всегда перехватывало дыхание от красоты и удивительной тишины этого места, сколь часто я бы тут не бывала. Множество древних искр образовывали настоящую чащу, которая, словно поглощала все звуки вокруг. В этом месте было что-то потустороннее, но странно успокаивающее. Некоторое время мы просто молча сидели и любовались водной гладью огромного Белого озера, которое огибало рощу и наполняло ее светом от бликов на воде.

- Итак, кхм, ты решила попробовать с Дареном? - неловко начал разговор Никас.

Я выдохнула - он не будет пытаться меня отговорить, потому что лучше чем кто-либо понимает, что выбора в этот раз у меня нет. На кону репутация всей семьи и лично его, которая в данный момент была куда важнее, ведь ему предстоит сменить отца на должности Верховного короля и передать ему должность Королевского наместника Альвары, которую он занимал сейчас.

- Послушай, пока я ни в чем не уверена. Но мне же нужно стать чьей-то женой, верно? Вчера я подумала, что можно хотя бы попытаться. - я не смогла сдержать вздох и украдкой вытерла глаза, на которые опять набегали непрошенные слезы.

Отчего я плачу? От бессилия, невозможности не то чтобы помочь братьям, но я даже помочь сама себе не в состоянии. Очень хочется верить, что мое наречение принесет пользу семье и брату.

- Малышка, ну что ты? - Никас растерялся, как всегда когда видел женские слезы. - Дарен не такой плохой, правда, он довольно милый и леди обычно нравится его смазливое личико. Но он до безобразия трусливая тварь, похож скорее на запуганного старика. Поверь, мне незачем тебе врать. Я не знаю конечно, может вы полюбите друг друга и с тобой он будет вести себя иначе или его достоинства смогут перевесить этот недостаток, но я хочу, чтобы ты имела ввиду его "особенность" и держала ухо востро, когда окажешься в Восточных землях. Это должна быть его вторая помолвка, потому что леди Мерим Тей буквально сбежала от него три года назад. Я не знаю всего, но Аман рассказывал мне, что принц вроде как запирал ее в замке, боялся покинуть Иверат без охраны и просто бредил разбойниками и пиратами.

У меня вырвался нелепый смешок. Ну да, о таком я не смела и мечтать! Меня совсем не смущает его расторгнутая помолвка, я понимаю, что в таком возрасте у принца Того точно должны были складываться какие-никакие отношения с женском полом. Я даже была готова к некоторому списку добрачных похождений своего будущего нареченного.

Но стать женой мнительного человека, который везде видит заговор и только и трясется за свою жизнь - нет. Я всегда хотела путешествовать, побывать во всех уголках материка и изучить острова. А тут нареченный, который боится выйти со двора без стражи. Просто блеск! Но я поспешила успокоить брата, насколько смогу.

- Мне остается надеяться, что тот случай чему-то его да научил. Хотелось бы, чтобы принц умел учитывать свои ошибки, ведь закрыть в замке меня точно не выйдет, ты это понимаешь. Надеюсь, что я выдержу там эту протокольную пару месяцев и отцу не придется извиняться перед королем Ароном за причиненные сыну увечья.

Никас заметно расслабился, поняв что я не собираюсь молча покориться судьбе. Он лениво зевнул и улегся на камне, по привычке положив голову мне на колени. Я уже точно знала, что буду ужасно скучать по нашим с ним душевным разговорам, шуму, который в мою жизнь приносит Силена и подколкам Рейланда. Я совершенно уверена, что буду невозможно скучать по Альваре и родителям. Хотя я самую малость радовалась перспективе переезда, во-первых, потому что люблю путешествовать, а во-вторых, потому что надеялась уговорить принца Того свозить меня в Истлейн и поискать дом семьи Аластор.

- Ну посмотрим. - Ник играл с прядью моих волос, которые спадали прямо ему на лицо. - Ты же слышала мой разговор с отцом. Нужно хоть как-то заткнуть этих старых идиотов в совете. Право слово, первое, что я сделаю по принятию Верховного трона - это прорежу Малый совет. Бестолковые старые сплетники! Зато понятно, почему я уже год не могу от них добиться рассмотрения предложения о создании отдельного легиона для патруля переезда Черногорья. Они вместо работы обмениваются слухами и сочиняют небылицы.

У брата заходили желваки, а лицо помрачнело - эта история задела его куда сильнее, чем он хотел бы мне показать. Я хорошо знаю Никаса и помню, что он такой же взрывной как Рейланд. А еще я вижу, чего ему стоит его стальная выдержка и как он выпускает пар на арене поздним вечером, сбивая кулаки в кровь. Я запустила пальцы в его волосы и легонько погладила - не знаю почему, но мне всегда нравилось прикасаться к волосам близких, играть с ними. Я часто заплетаю волосы Силене и маме, а братья просто привыкли что я в любой момент могу их взлохматить. У Ника волосы немного длиннее, чем у Рея, и чуть помягче. На фоне его темно-каштановых и немного вьющихся прядей мои пальцы выглядят еще бледнее и тоньше, чем обычно.

Я аккуратно поглаживала его по голове, как бы успокаивая и Никас закрыл глаза. Я прекрасно знаю, что он не хотел бы моего отъезда, ведь тогда он лишится одного из своих доверенных людей в Альваре.

- Ники, - я постаралась, чтобы мой голос звучал мягче и успокаивающе, - мы выкрутимся. Все будет хорошо. Я обещаю писать тебе три раза в неделю и приезжать как только появится возможность.

На самом деле, я не представляла какого это, быть в постоянной разлуке с семьей, с Никасом и Силеной, видеть родителей изредка и на больших праздниках. Я едва подавила тяжелый вздох - не хотела усугублять переживания брата заботой о моем состоянии.

- Но если этот хорек хоть слово скажет против тебя - я скручу его в бараний рог, и даже наши отцы мне не помешают. Поняла, малышка? Рассказывай мне все, особенно если он посмеет как-то тебя задеть. Обещай! - он говорил с присущей ему горячностью и даже приподнялся, будто собирался сесть.

- Обещаю, мой король. - Я улыбнулась и потянула его за волосы, чтобы вернуть в удобное для поглаживаний положение. - Вообще, я думаю, что если мы с тобой смогли бы найти таких супругов, которые приняли и поняли бы нашу с тобой дружбу и не задавали неуместных вопросов всем вокруг, как твоя принцесса София, было бы чудесно.

- Согласен, малышка, просто идеально. Ну вот как объяснить людям, для которых любое прикосновение - признак интимных сношений, что существует духовная близость и крепкая дружба?

Мы вздохнули в унисон. Вся эта история могла нас разлучить, развести в разные концы Объединенного королевства, но я точно знаю, что мы всегда останемся братом и сестрой, всегда сможем друг на друга положиться и доверить любые тайны.

- Знаешь, я хотел рассказать тебе еще одну историю, пока ты здесь. - лицо Никаса резко стало очень грустным, на него словно набежали тени - Десять лет назад я почти обручился с девушкой по имени Элеон. Я мечтал вас познакомить - вы бы точно стали подругами. Она была самым прекрасным созданием из всех, что я знал. Самая теплая, самая нежная и понимающая. И понимала меня Эль почти так же, как ты. Мы познакомились на коронации Филиона Норема, куда она приехала со старшим братом. Нам обоим было по девятнадцать лет и мы очень быстро поладили. Год, который мы с ней переписывались и изредка встречались на приемах я до сих пор помню как самое лучшее время в моей жизни - тогда я был совершенно счастлив. Я даже получил согласие нашего отца и ее отца и старшего брата. Но за пару месяцев до наречения, Элеон погибла. - он тяжело вздохнул и снова закрыл глаза, погружаясь в воспоминания. В такие моменты я видела взрослого одинокого мужчину, а не привычного мне милого и заботливого старшего брата. Я подумала, что все-таки совершенно не хочу уезжать.

Мне вспомнилось то время, о котором рассказывал Ник. Мне тогда едва исполнилось тринадцать и я начинала учиться придворным манерам, которые давались мне с большим трудом и ценой неимоверных усилий. Ник тогда будто витал в облаках и часто уезжал из Альвары, но я всегда думала, что дело в поручениях отца и не вдавалась в подробности. А однажды он вернулся мрачнее тучи и очень долгое время не покидал покоев и никого не впускал к себе, ссылаясь на болезнь. А когда он снова присоединился к семейным приемам пищи, я действительно поверила что он был болен - кожа посерела, под воспаленными глазами чернели тени. На все расспросы отвечал коротко: "Я побывал в аду" и больше ничего не рассказывал даже мне.

- Знаешь, - продолжил Никас со вздохом, подняв на меня потемневший от горьких воспоминаний взгляд, - я ведь до сих пор не смог ее забыть. Мне все еще снится Элеон и думаю, что будь она сейчас здесь, моему счастью бы не было границ. Ты бы точно понравилась ей, малышка, я уверен. Вы бы подружились и вместе изводили меня своими шуточками. Но ее больше нет. Она ушла, разбив сердце брату и разорвав мне душу в клочья. Я пытался, но, кажется, я не способен полюбить снова, потому что такой как Элеон больше нет.

- Ники... - я впервые не знала, что сказать брату, а от мыслей о том, что он пережил у меня защемило сердце. - Почему ты ничего не рассказывал? Я, конечно, не смогла бы помочь в полной мере, но моя поддержка была бы не лишней.

- Я никому не говорил, кроме родителей. А когда собрался объявить о наречении всем и перевезти ее к нам - получил весть о ее гибели. Поэтому я так хочу, чтобы ты прошла ритуал не просто с нареченным, а с любимым мужчиной. Ты знаешь, что я и сам мечтаю об этом, но никто пока не смог вызвать во мне чувств даже отдаленно похожих на то, что я испытывал к Эль.

Никас замолчал. Я тоже не могла нарушить этой тишины. Что сказать, когда можешь только представить, насколько ему больно? Я не знаю, что можно сказать в такой ситуации, поэтому просто сидела, гладила его по голове и смотрела на отблески закатного солнца в бликах Белого озера. В голове царила гулкая пустота - рассказ Ника затронул меня настолько, что я забыла о своих собственных переживаниях. Да и какой в них смысл, если в моей истории все остались живы и мы сможем видеться.

- Малышка? - брат помахал рукой перед глазами, чтобы вытащить меня из задумчивого состояния. - Сегодня в холле мне показалось, что ты плакала. Неужели из-за этой гадкой сплетни от старых перечников из Совета?

- Не знаю. Теперь мне кажется, что все это ерунда и об этом даже говорить как-то стыдно.

- Еще чего. - Никас резко сел и повернулся ко мне, его взгляд стал серьезным. - Маро, не смей даже думать, что твои печали перестали иметь значение из-за того что случилось со мной. Я рассказывал тебе все это не с целью пристыдить, а просто чтобы поделиться, чтобы у нас не было больше секретов. Потому что я рассчитываю на твое доверие и хочу, чтобы мы продолжали рассказывать друг другу все, когда ты уедешь. Не отталкивай меня, малышка. Давай!

Он так не отстанет, я слишком хорошо знаю своего старшего брата. Мне придется все ему рассказать. Я вздохнула, собираясь с мыслями.

- Ну, во-первых я не подслушивала. Точнее, подслушивала, но не нарочно. Я оказалась в библиотечном крыле потому, что шла поговорить с папой о Рейланде.

Никас вопросительно поднял брови - я не особо часто заступалась за среднего брата и, неудивительно, что он хотел знать причину. Но я подумала, что будет не совсем честно по отношению к нему, если я вот так выболтаю все, чем он со мной поделился. И я решила выбрать то, что не является секретом.

- Отец опять не допустил его в малый совет. - вместо ответа Ник довольно грязно выругался. - Я думала спросить его, почему он так старательно ему ничего не доверяет. Пойми, Ники, Рей чувствует себя никчемным, ему нужно дело важнее, чем разбирать бумажки за тобой и папой.

- Да говорил я с ним уже и не раз. - он опустил голову, будто чувствовал вину. - Я просил его доверить Рейланду управление Морвореном, но он ссылается на протесты советников, мол если от семьи Реганто в совете будет трое - это нарушит распределение сил и добавит нам численного превосходства. И что ни у кого больше в совете нет сыновей, только у короля. Но если молодым лордам предстоит только продолжать дела отцов, то Рею все равно придется становиться моим королевским наместником на севере. И чем дольше мы держим его в стороне, тем меньше у него будет опыта к моменту принятия поста.

- При чем тут распределение сил? Наш отец - Верховный король, наличие в совете обоих его сыновей никак не увеличит его власть, потому что он и так принимает решения по всем советам. - Я даже задохнулась от глупости и нелепости опасений престарелых чиновников, которые готовы пойти на все, чтобы не допускать к власти молодое поколение. - Нужен закон об ограничении возраста членов совета, тогда отсеется половина и появится место для Рея и остальных.

Я не раз слышала, что многие сыновья высших лордов хотели бы участвовать в заседаниях Малого совета, но их просто не допускали.

- В том-то и дело, сестрен, они не одобрят этого, пока их не вынудит Большой совет. А короли не станут рисковать авторитетом и репутацией, и будут продолжать поддерживать стариков. - Никас снова тряхнул головой. - Ты не представляешь, насколько мне иногда тяжело там быть. Они не желают ничего менять или улучшать для мира, они только хотят приумножить все для себя.

Я подавила вздох. Так и будет продолжаться. Пока старые лорды держатся за власть, их сыновья будут продолжать прожигать жизнь, развлекаясь с легионерами и увеличивая прибыль публичных домов и забегаловок. А когда для них появится место - уже они станут старыми лордами, которых волнуют только способы стать богаче, вкусная еда и доступные женщины. Это ужасающая несправедливость.

- Мне придется стать жестким, Маро. - я видела по глазам брата, что ему все это совсем не по душе. - Если я буду им потакать, в моем правлении не будет смысла. Мы много сотен лет топчемся на месте и ничего не меняется. Но я надеюсь, что ты по прежнему будешь видеть во мне любимого старшего брата. Пусть и в маске Верховного короля Леварана и Объединенных королевств. - он снова вздохнул и закрыл глаза.

Такие разговоры были для нас с Никасом не в новинку. Мы уже не в первый раз обсуждали то, что касается его будущего назначения. Мне льстит, что брат прислушивается ко мне, хотя я максимально далека от всех политических перипетий и никогда не проявляла к ним особого интереса. Но для него ценность представляло именно это мое мнение со стороны, от человека вне этой среды.

И мы бы просидели в роще еще несколько часов, но вечерний холодный озерный бриз согнал нас с похолодевшего вдруг камня и вынудил вернуться в обволакивающее тепло и суету Главного двора. 

Следующее утро началось с беготни служанок, которые завершали последние приготовления к вечернему балу в честь праздника Начала лета. Меня с самого утра дергали то для помощи с декорациями, то проверить вместе с мамой список гостей. И ко второй половине дня я уже порядком вымоталась, а мероприятие было только впереди.

- Да сколько можно уже, ну? - я тяжело вздохнула и откинулась на спинку кресла у дамского уголка, бросив раздраженный взгляд на свою личную служанку. Ала и две ее подручные уже второй час не оставляли попыток уложить мои длинные гладкие волосы в элегантную прическу по приказу моей мамы. - Ты же понимаешь, что я все равно распущу это?

- Госпожа, но королева приказала... - женщина опустила голову. Я знала, что ее раздражает мое своеволие, но и ослушаться меня она тоже не могла.

- Тебе, но не мне. Тем более, они все равно не будут держаться и ты это знаешь не хуже моего.

Страсть мамы к вычурным и сложным прическам я никогда не разделяла и мне почти всегда удавалось растрепать многочасовой труд служанок прямо перед входом в Большой зал Главного двора. Мои серебряные волосы всегда вились совершенно естественно и часто вызывали завистливый восторг всех леди вокруг, но их чрезмерная гладкость не позволяла ни одной прическе держаться дольше получаса - все попросту распадалось. К тому же, я люто ненавижу эти жуткие шпильки. Они запутываются в волосах и после приемов их приходится выдирать оттуда, что довольно болезненно.

- Просто завяжи мне их поясом от платья, Алана. Можешь еще добавить в косы жемчужные нити. И передние пряди тоже собери в жгуты и перевяжи их вместе с косами, остальное просто оставь. Это приказ. - в моем голосе зазвенели металлические нотки, а глаза излучали лед. Не люблю включать госпожу, но иногда добиться своего можно только таким путем.

Служанка молча кивнула и поджала губы. Она не любила, когда я становилась властной, потому что считала, что мне это не подходит. Я знаю, что в глубине души, Алана была согласна с королевой в том, что мне бы больше подошло быть истинной леди в нежном одеянии и с изящной прической. Но когда я добавляла голосу стали и поднимала голову - моей твердости и уверенности позавидовало бы большинство королей.

По этой причине мама часто не знала что делать со мной - внешняя оболочка хрупкой и нежной избалованной леди вмещала в себе независимый и весьма крутой нрав. Многие сановники и служащие совершенно объективно опасались моего острого языка и проявляли уважение, достойное ближайшей советницы наследного принца.

Никас любил частенько вспоминать случай, когда один из новопризванных легионеров командора Ликара попытался на спор пофлиртовать со мной, решив что я, как и все юные леди, в восторге от военных. Но в он ответ получил довольно заметный шрам поперек предплечья. Никто не знал, что принцесса всегда таскает с собой кинжал и никому не позволяет прикоснуться к лицу. С тех пор легионеры крайне почтительно относились ко мне, называли "старшей принцессой" и пересказывали эту историю новобранцам, дабы те не воображали себе ничего лишнего только на основании юного возраста и приветливого отношения к ним леди из дома Реганто.

 

Когда волосы были уложены так, как я задумала и меня устроила девушка в отражении большого овального зеркала в витиеватой раме, пришло время надеть выбранный мной наряд. Когда я скинула шелковую рубаху на пол и осталась обнаженной - младшие служанки стыдливо опустили глаза. Посмеиваясь, Ала отпустила сконфуженных девушек и принялась за роскошный корсет платья, стараясь не повредить редкую ткань. Как я не пыталась раньше, влезть в эту конструкцию без посторонней помощи у меня не выходило.

Заказывая этот наряд, я учла все моменты, которые так раздражали меня в платьях королевского швейного двора, которые раньше заказывала мама. Я усовершенствовала корсет, с помощью Аланы придумав более удобную для носки конструкцию. Мой вариант был чуть короче традиционных, не впивался в кожу и был неотъемлемой частью платья, благодаря чему ничего никуда не сдвигалось при танцах и ходьбе. Лиф платья я также доработала, сделав возможной носку платья без верхней части исподнего комплекта. Я очень гордилась тем, что получилось и была рада, что представился повод надеть новое платье на мероприятие. Ведь раньше мама даже не позволяла мне думать о том, чтобы выбрать себе образ самостоятельно.

Когда корсет был зашнурован и платье сидело отлично, Алана ушла - в дни больших приемов я давала своей личной служанке больше свободного времени, чтобы та могла лишний раз навестить семью. О том, что у моей верной придворной есть маленький сын и муж, который трудится смотрителем библиотеки Альвары, я узнала три года назад. И с тех пор старалась выкроить для Алы чуть больше свободного времени, чтобы она могла провести его с мужем и сыном.

Но, конечно, дело было не только в этом. Едва дверь в покои закрылась, я повернула ручку замка и скинула эти жуткие туфли, которые прислала королева. За полчаса в них у меня уже болели пальцы и ныли от напряжения икры ног.

Под кроватью меня дожидались настоящие "бальные туфли" - удивительное творение придворного башмачника, которое представляло собой ботинки, сшитые из плотного шелка и на элегантной тонкой и мягкой подошве. Танцевать в них будет сплошным наслаждением, а это важно, если вспомнить, что мне предстоит знакомство с принцем Того. Шнуровка ботинок была самым муторным процессом, но оно того точно стоило! Затем, я закрепила на бедре любимую кожаную перевязь с кинжалом и все тем же письмом от таинственного "друга", которое я пока так и не решилась ни выбросить, ни перечитать. И даже не рассказала Никасу о нем во время нашего вчерашнего обмена откровениями в Искряной роще, от чего меня немного мучила совесть.

В дверь постучали. Я еще раз убедилась, что перевязь будет невозможно заметить под струящейся объемной юбкой, а ботинки не бросаются в глаза. Еще стук. Так, платье сидит идеально, прическа смотрится тоже весьма элегантно. Можно идти! Я тяжело вздохнула - все-таки пышные празднества не самое любимое мое занятие.

- Маро Элеон Аластор Реганто! Немедленно открой мне дверь. - королева Сонма явно нервничала и мне пришлось поспешить отпереть замок.

- Я готова, мама. - аккуратный реверанс.

Так, кажется все не так плохо. По крайней мере, меня не отправили переодеваться. Мама придирчиво осмотрела мой наряд. Сейчас было особенно заметно, насколько тяжело ей не держать под контролем мои образ и поведение, но ей придется отпустить вожжи, если она хочет, чтобы я создала семейный союз.

Я готова была поклясться, что мама пришла с целью убедиться, что я не явлюсь на бал в образе жнеца смерти или легионера. И то, что она увидела, приятно ее удивило - роскошное платье, никаких неуместных деталей. Я будто смотрела на себя ее глазами. Прическа скорее всего покажется не совсем официальной, но что-то сделать с моими волосами мы уже не успеваем.

- Маро, подойди. - мама притянула меня за руку и легко приобняла. - Позволь мне кое-что добавить.

Я напряглась, опасаясь, что вот сейчас на меня нацепят громоздкое помпезное украшение, но королева Сонма достала из-за спины тиару Венок - три переплетенных ветви Искры из серебра, покрытые цветами из редких темно-синих сапфиров и крошечными искрами маленьких бриллиантовых звездочек. От такой красоты в комнате словно замер воздух, и запели сирены в Белом озере. Это была моя любимая тиара, на которую я могла часами любоваться в хранилище. Остальные украшения меня волновали мало.

- Мам, но это же... - я задохнулась от восторга.

- Раньше Венок принадлежал твоей маме, пришло время тебе носить его. Хочу чтобы ты знала, милая, каким бы не был выбор, выйдешь ты за принца Того через год или за любого другого через пять - ты всегда будешь нашей любимой дочерью и советником Главного двора. Мы с папой тобой очень дорожим и хотим, чтобы ты просто была счастливой женщиной. Да, сейчас нужно попробовать стать нареченной Дарена, но это не ритуал и всегда можно отказаться, если вдруг ничего не выйдет. Но я хочу, чтобы ты постаралась приглядеться к нему, хорошо? Пообещай мне, дочка.

Мне оставалось только кивнуть и еще раз, уже куда крепче, обнять маму. Мне так хотелось, чтобы она узнала, как много значат эти ее слова. Благодаря им, у меня на душе стало куда легче, чем в последнюю неделю, даже появилось желание повеселиться на празднике. 

Гостиная для приемов была наполнена светом и цветами, будь они неладны. Конечно я выпила настой, прежде чем покинуть покои, но все равно чувствовала себя неуютно в окружении огромного количества причин моего недомогания. По традиции, на официальных мероприятиях мы появлялись всей семьей. Сначала все поприветствовали родителей, а затем вошли мы. Никас сопровождал свою нареченную принцессу Софию Демар, которая по случаю заменила высокомерное выражение лица на чуть более приветливое. А меня и Силену сопровождал Рейланд, в глазах которого я до сих пор видела последствия вчерашней истории, но в этот раз он сказал что это не мое дело. Очень хорошо, потому что если появились силы огрызаться, значит и состояние его куда лучше, чем было вчера.

Сразу после официальных приветствий наша младшая сестра унеслась танцевать, а мы остались вдвоем стоять у постамента со сладостями, молча запивая свежие фрукты десертным вином. У нас со средним братом всегда было особенное взаимопонимание, которое не требовало лишних слов и порой было глубже, чем с Никасом. Вот и сейчас именно Рей понял, что я не хочу в одиночестве дожидаться знакомства с будущим нареченным и сделал вид, что ему срочно необходимо выбрать всю клубнику из вазы. За что я, впрочем, была ему очень благодарна.

Но прекрасный момент покоя не мог длится вечно и я увидела что к нам идет отец, а рядом с ним, очевидно, принц Дарен Того. О, боги! Я повернулась к брату, чтобы никто не заметил моего взгляда, но тот сделал страшные глаза и прыснул в кулак. Мой нареченный был максимально далек от моего идеального типа мужчины и все в семье это поняли.

К нам приближался худощавый и смуглый молодой человек, которому на вид едва можно было дать 20 лет. Нет, назвать его некрасивым было нельзя. У принца было изящное, с тонкими чертами лицо, густые и короткие темные волосы, которые спадали на левую сторону его лица и немного вились. Да, он был довольно красивым, но через чур худым, на мой взгляд, а ростом он был немного ниже Рейланда, правда он все равно был заметно выше меня.

- Соломенный человечек. - я подпрыгнула и едва не сбила поднос с бокалами. Никас незаметно подошел и встал чуть позади. Хоть он и напугал меня, я все равно была рада его поддержке. Краем глаза я заметила движение - Рей собирался уходить.

- Подожди. - я успела ухватить его за рукав. - Останься пожалуйста.

Он вздохнул, но остался. Мне хотелось, чтобы он понимал, насколько для меня важны оба брата. И еще я боялась, что отец попытается оставить нас наедине сразу же после представления. Не могу сказать, что принц Того мне совершенно не понравился, но он действительно напоминал тех самых соломенных человечков, которых в детстве меня учил делать Никас. Тогда он еще смеялся, что тощая я больше похожа на эту поделку, чем на дочь правящей династии.

И вот, передо мной стоит такой же как я и эти человечки, тоненький мужчина, которого язык не повернется назвать иначе как "парень". Не знаю, кто из нас сейчас выглядит более аристократичным и хрупким, на фоне внушительных фигур отца и моих братьев.

Но его взгляд! Черт возьми, его темные глаза смотрели на меня с обжигающим высокомерием, словно он был рад этому договорному браку еще меньше меня. От взгляда моего будущего нареченного мне стало не по себе, а молчание неуютно затянулось.

- Кхм, - отец откашлялся, было видно, что он сам ожидал другого от поведения гостя. - Принц Дарен, позволь представить тебе моих сыновей - с принцем Никасом, как я слышал, ты уже встречался, а это мой второй сын - принц Рейланд. А очаровательная леди рядом, ни кто иной, как моя старшая дочь - принцесса Маро Элеон.

Я слегка поклонилась и протянула Дарену руку, как и предполагал этикет. Стоило приложить немного усилий, чтобы мое первое впечатление не отразилось на выражении моего лица. Ко всему прочему, я добавила немного льда в свой взгляд и каплю металла в голос, чтобы юноша сразу понял с кем ему придется иметь дело.

- Добро пожаловать в Альвару, принц Дарен. Я рада нашему знакомству.

Глаза принца медленно округлились, а на вытянутом лице появилось крайне удивленное выражение. Сейчас он выглядел скорее комично, чем величественно, а от пронизывающего высокомерия не осталось и следа. Когда он принимал мою руку, я заметила, что его пальцы дрожат. Вот так тебе, принц с Востока - я внутренне торжествовала. Обожаю свою способность из маленькой хрупкой фарфоровой фигурки в секунду превращаться в изящный стальной кинжал - та же форма, но более смертоносна.

- П-простите, - неужели он заикается?! Похоже я в этот раз все-таки перестаралась. - я не думал, что вы родственники, пока не услышал ваш голос, принцесса. - Оказывается, он может быть любезен и у него довольно приятная улыбка. Я честно старалась выполнить обещание, данное маме, и внимательно присмотреться к Дарену.

Отец не сдержал ухмылки, а затем жестом позвал моих братьев, чтобы оставить меня с будущим нареченным для более близкого знакомства. Но Никас уходить не спешил, ему явно хотелось еще подразнить нашего гостя, поэтому он обезоруживающе улыбнулся ему и проговорил:

- Это вы еще не видели, как Маро строит наших легионеров и каким великолепным шрамом наградила одного из них. - я не смогла сдержать смешок, как и Аман Ликар, который оказался неподалеку.

Принц Того теперь выглядел еще более растерянным и даже покраснел. Мне стало его немного жаль, но я представила, какой разговор с папой ждет Ника позже и снова улыбнулась.

- У вас тут красиво. - принц Того попытался начать разговор. - И довольно тепло, я не ожидал.

Тут я обратила внимание, что он остался в рубашке и жилетке, а в руках держит длинный камзол - у нас такие носят осенью, но никак не в летнюю пору. И обувь у него тоже слишком закрытая. Принц, очевидно, поддался расхожему суждению о том, что все севернее Лесного края покрыто снегом и обдувается ледяными ветрами. Похоже, мой будущий нареченный подвержен губительному влиянию предубеждений.

- Да, летом у нас обычно довольно тепло, порой даже жарко. - Я постаралась принять непринужденный вид. - Все же, мы южнее Нордхейма и Морворена. Как прошло твое путешествие?

- Простите, принцесса. Я совсем немного устал, давно мне не доводилось предпринимать столь долгих переездов.

- Долгих? - я не смогла сдержать удивления. Если три дня пути для него долгий путь, то говорить о путешествиях морем до Прибрежных островов, которые порой занимают несколько недель, с ним совершенно бесполезно. - Мне всегда казалось, что наследным принцам волею судьбы предначертано колесить по всем столицам, исполняя приказы королей и налаживая связи. - И, пожалуйста, обращайся ко мне неофициально, Дарен. - Я кокетливо наклонила голову, все-таки я должна попробовать ему понравится? - От проявления избыточного почтения я чувствую себя престарелой леди.

Мой спутник смешался, краска не покидала его лица. Было заметно, что ему крайне непривычны мои манеры и, в целом, он ожидал совершенно другого от старшей принцессы из правящего дома.

- Конечно, прин... Маро, да. У нас для отправки сведений и налаживания связей есть гончие и доверенные лорды. - Так вот почему я раньше не видела его! - А я покидаю пределы Иверата только в исключительных случаях. - Он снова надел камзол, а затем легко поклонился и протянул мне руку. - Вы... прости, ты танцуешь?

Я коротко кивнула и вложила руку в его ладонь - играли вальс Цветов, любимую композицию мамы, и мне тоже всегда нравился этот танец. Неплохое начало, подумалось мне. Может то, что принц Того угадал, на какой танец меня пригласить, может стать хорошим предзнаменованием?

Рука Дарена была такой же тонкой, как и он сам, а кожа была гладкая и удивительно мягкая. Особенно если сравнивать с огромными мозолистыми лапами Никаса, который во время танцев поднимал меня и вертел как игрушку. Но стоит отдать должное принцу Восточных земель, танцевал он во много раз изящнее, чем мои братья и любой мужчина, которому посчастливилось получить мое согласие.

Однако он явно больше думал о танце и движениях, потому что мы танцевали молча. К концу мелодии я даже начала получать толику удовольствия, вслушиваясь в звуки и следуя за своим партнером. Это было ужасно непривычно, потому что во время танца я привыкла вести беседу, но его лицо было непроницаемо и у меня попросту не хватило духа нарушить его единение с музыкой и танцевальными фигурами. 

Я выдержала еще несколько танцев в гробовой тишине, после чего помахала за спиной братьям, которые все еще стояли рядом с тронами родителей. Такое помахивание за спиной было нашим с Силеной сигналом, что нас нужно срочно спасать от текущего кавалера. У выхода в малый сад я увидела насупленную фигуру Софии, которая снова была чем-то недовольна, а моя младшая сестра танцевала с сыном лорда Эмери и явно получала удовольствие от вечера.

- Могу я похитить у вас сестренку? - голос Рейланда прозвучал вкрадчиво и ниже, чем он говорил обычно, видно он понял идею Ника и тоже решил подразнить нашего гостя.

В ответ Дарен только кивнул и не глядя взял с постамента бокал. Мне показалось, что он сам не против ненадолго избавиться от моего общества.

Рей изобразил поклон, а потом обхватил мою руку и снова потащил туда, где кружились пары. Сейчас я была рада, что на мою просьбу о помощи откликнулся он, а не неуклюжий Никас.

- Ну и насколько все скверно? - вот теперь я узнавала насмешливый тон среднего брата. - Твой нареченный не показался мне слишком общительным. Особенно в танце. - Засранец, подумала я, но не смогла сдержать улыбки. Все-таки он хорошо меня знает.

- Вообще, принц Дарен довольно милый, а еще куда более почтительный, чем вы, принц Рейланд. Если серьезно, я думаю что общение с ним может быть довольно приятным. Если, конечно, он будет чуть охотнее открывать рот. - я подумала, что было бы ужасно скучно создать пару с человеком, с которым будет не о чем поговорить, и вздохнула. Пожалуй слишком печально, для будущей невесты.

- Мар? - прекрасно, теперь брат будет за меня волноваться. Ну чего мне стоило изобразить энтузиазм? - Он просто стесняется, сестрен. Сама подумай, сегодня для него все сразу пошло не так, как он ожидал. Слишком тепло, довольно шумно, да и ты внешне совсем не похожа на нашу сестру, вот он и смутился. Мне даже показалось, что Ник специально вытянулся перед ним во весь рост, чтобы он понял, с кем будет иметь дело, если тебя обидит. Бедняга теперь, поди, лишнего слова боится сказать.

Я задумалась, а брат, видя что я притихла, закружил меня еще быстрее так, что я взвизгнула и рассмеялась. Правда после этого танца, мне стало не по себе - съеденные фрукты просились наружу, не выдержав карусели, которую устроил мне Рей.

Кажется, я действительно выглядела не очень, когда вернулась к Дарену, который так же молча потягивал вино и наблюдал за танцующими. Я залпом выпила стакан воды, поднесенной мне лакеем, но лучше не стало.

- Мне нужно на воздух. Хочешь посмотреть на лучшее украшение праздника? - я не стала дожидаться ответа и положила руку ему на локоть, приглашая следовать за собой.

Глава 4.

Мы шли через толпу гостей и танцующие пары. Дарен, похоже, окончательно растерялся и просто брел под руку со мной, так и не выпуская из рук бокал. Я вела его к выходу из зала в Большой сад. Кто-то мне поклонился и я поклонилась в ответ, я уже не разбирала лица в цветочном круговороте - мне срочно нужен был свежий воздух.

Тут мой взгляд поймала леди Тремейн, которая махала мне через головы других гостей. Сворачивать с маршрута я не собиралась и просто махнула ей в ответ - девушка с цветами в ярко-рыжих волосах разочарованно опустила руку. Стало неловко, но я потом перед ней извинюсь. Сейчас у меня одна цель - добраться до живительной прохлады летней ночи.

Пока я махала своей знакомой, не заметила, как выпустила из рук локоть принца Дарена и теперь он исчез в толпе, явно продолжив путь к выходу без меня. Что же с ним такое?

- Черт! - обернувшись я уперлась в кого-то и, похоже, отдавила несчастному ногу. - Простите.

Я подняла глаза на жертву своей неуклюжести и просто обомлела - передо мной стоял самый шикарный мужчина, из всех, что я встречала. Очень высокий и статный, с темными вьющимися волосами и практически черными глазами. Но самой приметной деталью были его большие руки: левое плечо обхватывали богато украшенные кожаные ремни, которые будто его фиксировали, а из под рукава черной рубашки на правой руке выглядывали завитки ритуальных татуировок. У меня даже дыхание перехватило - кто же он такой?

Он смотрел на меня молча и несколько оторопело, широко раскрыв глаза, видимо не ожидал, что на празднике у Верховного короля его попытаются так бесцеремонно сбить с ног. Хотя я, скорее налетела на него, как на неподвижную стену, чем принесла ему хоть какие-то увечья. И теперь, я уверена, он полагает, что наткнулся на чью-то непоседливую младшую дочь.

- Вы в порядке? - я постаралась проявить учтивость, но ответом послужил лишь короткий кивок, после чего гость обогнул меня и продолжил путь по залу, не позволив мне сказать даже полслова в свое оправдание.

Это было довольно грубо. Хотя и я сама не была образцом изящных манер, воткнувшись в него как дикий баран в дерево горной искры. Почувствовав, что щеки запылали от стыда и смущения, я поспешила к выходу в сад, где меня уже дожидался мой нареченный. Правда теперь он казался мне еще меньше и тоньше, по сравнению с загадочным гостем.

Оказавшись на улице, я полной грудью втянула прохладный воздух и сразу почувствовала облегчение. Легкий ветер обдувал разгоряченную танцами и смущением кожу и я неосозннано подставила лицо направлению его движения. Просто наслаждение.

- Так ты выглядишь лучше. - я едва удержалась, чтобы не подпрыгнуть, когда Дарен вдруг заговорил. - Я имею ввиду, когда ты расслаблена. Я вижу, что ты чувствуешь себя некомфортно в обществе, как и я, поэтому и стараюсь меньше говорить. Видно, тебе тоже это не чуждо и я рад, что у нас есть что-то общее.

- Да, действительно. - Мой ответ был неловким и каким-то отстраненным, но я уже не смотрела на принца, потому что подняла голову и упоенно разглядывала самое лучшее украшение, которое только можно вообразить.

На празднике Начала лета моей любимой частью всегда было именно небо, ведь в этот день оно впервые с Начала года полностью раскрывалось и позволяло жителям Леварана увидеть всю свою глубину и россыпи прекрасных звезд. Я могла бы смотреть на них вечно, но сегодня рядом со мной стоял долговязый будущий нареченный и растерянно озирался по сторонам. И это соседство меня, не сказать чтобы сильно радовало, потому что не гробовой тишины ожидаешь от того, кому, возможно, предстоит создать со мной семейный союз.

Полностью расслабиться не позволяло еще и чувство будто на меня безотрывно смотрят несколько пар глаз. Я всегда чувствую взгляды и это не самый приятный талант, особенно когда я в темноте крадусь после тайных вылазок в Искряную рощу и совершенно не желаю знать, кто там в темноте на меня таращится.

- Черт возьми, что он здесь делает? - когда Дарен снова заговорил, я едва сдержала раздраженный вздох. Он все делает невпопад, даже когда пытается завести беседу. - Я думал, что не увижу их раньше возвращения в Иверат.

- Кого? - кажется, я спросила это с невозможно глупым видом, потому что на лице принца появилось уже знакомое мне по первой встрече высокомерное выражение.

Каково же было мое удивление, когда обернувшись, я увидела у выхода в сад того самого угрюмого незнакомца, на которого налетела несколько минут назад. Мужчина стоял, прислонившись к косяку двери и, очевидно, кого-то ждал. Но я заметила украдкой брошенный в мою сторону взгляд - вот кто еще на меня смотрел!

- Ты его знаешь? - мой неподдельный интерес, как ни странно, заметно раздражал принца Того, что не могло меня не задеть. Он почти не говорит со мной сам, так теперь еще и вопросов нельзя задавать

- И ты его знаешь. Это наследный принц Астерина Фауст Гертар. Моя средняя сестра помолвлена с его младшим братом и он должен был доставить его в Иверат, помозолить нам глаза еще с неделю и вернуться в преисподнюю Атары. И я совершенно не рассчитывал увидеть их уже здесь. - Последние слова Дарен практически выплюнул и я поморщилась. Лучше бы он был смелым в попытках найти общий язык со мной, а не изливал мне неприязнь, которая меня совершенно не касалась.

- Ошибаешься. - в моем голосе снова зазвучали стальные нотки. - Я впервые его вижу. И мне не интересно твое к ним отношение. Все, кто прибыл на праздник - гости дома Реганто и я не позволю никому портить вечер, выражениями невнятной неприязни.

- Прости. - мой нареченный снова смутился и как-то потускнел. - Я не хотел тебя обидеть. Но я ему и правда не рад. Пойми, он...

- Мне. Это. Не. Интересно. Не сейчас, Дарен. - я выпрямилась, совсем как мама, когда отчитывала кого-то из нас. Хорошая привычка. - Мы вышли любоваться на звезды.

- Звезды? - его голос снова приобрел высокомерные нотки. - Что ты видишь?

- Они как драгоценные камни на темно-синем шелке. - Я немного расслабилась, решив что смогла приструнить принца Того. Его манеры меня волновали в последнюю очередь. - Когда я их вижу, думаю о том, что где-то среди великого множества небесных тел есть еще мир, населенный созданиями вроде нас. Было бы чудесно запечатлеть что-то подобное, но у меня нет такого таланта.

Я не солгала ему. Созерцание ночного неба всегда было одним из самых любимых моих занятий. Умей я рисовать как Силена, все стены Главного двора бы украшали картины созвездий.

Но, судя по надменному выражению лица, Дарен не оценил моей откровенности. Он стоял чуть поодаль от меня, скрестив руки на груди и с выражением величайшей скуки на узком смуглом лице смотрел то на небо, то на город. Кажется, ничего из этого принца не впечатлило, а жаль. Я надеялась, что у меня получится найти к нему подход. Но время еще есть. Тем более, я твердо решила отправиться с ним в Иверат, может там он будет посговорчивее?

Хотя то, что общего у нас мало я уже сейчас видела с раздражающей ясностью и это меня очень печалило. Потому что шансы найти истинную любовь в лице своего нареченного с каждым его словом стремились к нулю.

- Это сомнительное развлечение, принцесса. Я предпочитаю живых людей созерцанию темноты. Тем более ваше платье слишком темное, чтобы находиться так далеко от источников света и никто не сможет его оценить. Буду ждать вас в зале.

Дарен отвесил мне крошечный и какой-то насмешливый поклон, после чего развернулся на каблуках и ушел туда, где звучала музыка и рекой лились вина. Я вздохнула - по крайней мере, он не будет меня раздражать и я смогу насладиться любимой частью праздника Начала лета.

Но какой же он неприятный! Есть в нем что-то такое, от чего хочется брезгливо поморщиться и хорошенько вымыть руки. И маска учтивости совсем этого не скрывает. Вернее, он не в состоянии выдержать эту маску достаточно долго, чтобы поддержать приятное впечатление. Хотя уверенности, что ему хотелось его создать, у меня не было.

- Ал! - Я услышала голос Никаса, а затем и его шаги. Вот сколько раз я ему говорила, что он топает, как отряд легионеров, все бестолку. Не понимает он, что его походка это не твердая поступь правителя, а топот дикого вербера. - Я едва вырвался. Ты чего тут стоишь один?

Мне подумалось, что принц Гертар и есть тот незнакомый мне друг Никаса, о котором он несколько дней назад спрашивал у отца, и я решила потихоньку убраться из сада, на случай, если у них тут личный разговор и чтобы никто не решил, что я тут притаилась подслушивать. Мягкие ботинки и легкая ткань платья позволяли практически бесшумно передвигаться по мягкой траве, но далеко уйти не удалось, потому что меня явно заметили.

- Маро! А ты какого тут прячешься в темноте в одиночку!? - голос брата был не столько удивленным, сколько взволнованным. Он, похоже, тоже не был в восторге от моего нареченного и все ждал от него подвоха. - Он тебя достал или обидел?

- Никас, оставь свою гостью в покое. Дарен ушел довольно быстро, возможно, его снова отшили. - Меня поразил его голос. Очень низкий, удивительно глубокий и бархатистый, как темная летняя ночь. По телу пробежали мурашки. Он что, весь целиком такой шикарный? - Прошу вас, моя леди. - мужчина отошел от выхода в сад, чтобы меня пропустить, но я остановилась, как вкопанная и выразительно посмотрела на брата.

- Гостья? Ал, знакомься. - Никас издал резкий смешок. - Моя сестра. Принцесса Маро Элеон Аластор Реганто. И старшая принцесса королевского легиона. Мар, наш гость - принц Фауст Альдемар Гертар.

- Сестра? Никас, если ты пытаешься меня провести, то сразу скажу, что шутка сомнительна. Твой отец уже представил мне Силену. - лицо Фауста оставалось непроницаемым, только распахнутые темные глаза смотрели на меня с пытливым интересом.

- Да, Ал, именно сестра. И если ты ее обидишь, я не посмотрю на то, что ты мой лучший друг и без зазрения совести добавлю еще несколько шрамов на твое прекрасное лицо. - брат говорил несколько насмешливо, но его свирепый вид не сулил ничего хорошего.

Я молча наблюдала за шуточной перепалкой Ника и Фауста, ожидая, что мне дадут возможность ответить на приветствие, когда заметила внушительный шрам, который рассекал левую бровь гостя и шел от волос до самого низа челюсти. Не сказала бы, что это портило внешность мужчины, ведь в первый раз, в зале, я его даже не заметила. Но принц Гертар поймал мой взгляд и опустил глаза. А мне стало совестно, что я так беззастенчиво его разглядываю.

- Добро пожаловать, принц Фауст Гертар. - я улыбнулась, желая приободрить его. - И прошу прощение за свое неучтивое поведение. - Мой голос звучал мягко, что было непривычно для Ника, который знал что я демонстрирую максимальную неприступность при первом знакомстве с кем бы то ни было. А наш гость явно пребывал в растерянности то ли из-за того, что не признал во мне принцессу Реганто, то ли по причине моего через чур внимательного взгляда.

- За что ты извиняешься, сестренок? - мой брат выглядел несколько удивленно. - Когда вы познакомились? Что я упустил?

- Мы не были знакомы, Ники. Но недавно я налетела на принца Гертара в зале, а он ушел, пока я соображала извинения. - В ответ на мои слова хмурое до этого лицо Фауста осветила робкая улыбка и я снова поразилась тому, насколько он красив, после чего улыбнулась в ответ. Мужчина снова покраснел. Надо же, до чего он робок! А ведь на вид он не младше Никаса.

- Это я прошу прощения, моя леди. Никас мне много рассказывал о вас, но я думал, что вы будете больше...

- Да, он думал, что ты, Мар, в целом будешь больше. - Ник рассмеялся своей шутке, снова вогнав друга в краску, и положил мне руку на плечо, чтобы наша разница в росте и габаритах была еще более очевидна.

- Друг мой, у тебя совсем нет манер. Я хотел сказать, что ожидал увидеть девушку, которая будет больше похожа на тебя. Но боги были более благосклонны к твоей сестре, поэтому внешность вербера и все его чудесные повадки достались тебе. Маро, вы на самом деле удивительно красивы. - Последние слова мужчина произнес куда тише, будто хотел чтобы их не услышал Никас. Я зарделась. Его комплимент звучал искреннее, чем все, что я слышала сегодня едва переступив порог Гостиной для приемов, и оттого был для меня во сто крат ценнее.

- Вот черт, мне нужно идти. - Ник вдруг засуетился, вглядываясь в толпу гостей. - Я оставил лорда Тремейн на попечении Рейланда и боюсь, они вот-вот загрызут друг друга. Ал, оставляю сестру на тебя. Наш хорек на сегодня обойдется без ее внимания, ему достаточно.

И брат стремительно унесся туда, где возле постамента с напитками о чем-то горячо спорили Рей и Аран Тремейн. А я выпрямила спину и, нацепив максимально царственный вид, повернула голову к Фаусту. Который, казалось, с уходом Никаса снова оробел и неловко переминался с ноги на ногу, явно не понимая, как продолжить разговор.

- Принц Фауст, - я решила избавиться от неловкости и подумала, что было бы неплохо вернуться к созерцанию звездного неба, коль скоро мне не удалось покинуть сад незамеченной, - хотите я покажу вам лучший вид на Альвару?

Вместо ответа мужчина кивнул и жестом показал, что готов следовать за мной. Я горько усмехнулась - надо же, мне сегодня удивительно везет на молчаливых мужчин. Что мой нареченный, что принц Гертар не отличаются талантом заводить беседы. Но, в отличие от гнетущего молчания Дарена, тишина рядом с Фаустом меня не напрягала, а скорее была спокойной с привкусом неловкости первой встречи.

Я развернулась и неспешно направилась туда, откуда пришла - в дальний темный угол сада, где возвышенность, на которой был построен Главный двор, образовывала небольшой утес. Это было мое излюбленное место для наблюдений за звездами и ночным видом города. Изгородью на этом утесе служил плотный кустарник, чуть дальше стояла простая каменная скамейка. А рядом росло дерево Ивы, которое я посадила с мамой, когда мне было 6 лет и сейчас его ветви образовывали удивительный шатер над скамейкой и импровизированной смотровой площадкой.

Удивительно, но я почти не слышала шагов за спиной - мой новый знакомый явно умел ходить куда грациознее моего неуклюжего старшего брата. Зато я чувствовала его взгляд, который теплом разливался по моей обнаженной до середины спине.

К утесу мы подошли в тишине. Фауст держался на почтительном расстоянии, но когда я подошла вплотную к живой изгороди - резко схватил меня за руку. Этот жест меня удивил и я обернулась, смерив его немного высокомерным, как мне показалось взглядом. Хотя на деле, как я думаю, мое удивление прекрасно читалось по выражению распахнутых глаз.

- Моя леди, здесь опасно - утес ничем не огорожен. - Он что, беспокоится? В голосе принца я отчетливо расслышала тревожные нотки. И руку мою он так и не отпустил.

- Принц Гертар, я бываю здесь несколько раз в неделю на протяжении уже более двадцати лет. Неужели вы думаете, что я могу упасть? - В моем голосе отчетливо звенел металл, хоть мне и было сложнее, чем обычно, сосредоточится и сохранять величественную маску, когда мою кисть сжимала большая теплая, мозолистая ладонь роскошного мужчины с потрясающим голосом. - Не стоит вашего беспокойства. - Я выдернула руку и нарочно подошла ближе к краю. Мне стоит сохранять достоинство и дистанцию.

Я заметила, что Фауст понурил голову и сжал руку, которая держала мое запястье в кулак. Досада накрыла меня с головой - сегодня удивительно успешно всех раздражаю. Это не совсем то, чего я ожидала от праздника Начала лета и от дня знакомства с будущим нареченным. Я уже было хотела в очередной раз извиниться перед новым знакомым, но он меня опередил.

- Прошу прощения, моя леди. Я совершенно не хотел вас обидеть. - от того сколько тоски прозвучало в этот момент в его бархатном голосе, сердце невольно сжалось. Я обернулась и одарила мужчину одной из лучших своих улыбок, чтобы хоть немного сгладить обстановку. А затем подошла к скамейке и жестом предложила ему сесть, после чего и сама опустилась на приятный прохладный камень.

- Это один из лучших видов на Альвару. - я обвела рукой городские огни перед нами, - лучше только с горы Рего, если бы на нее можно было забраться.

Вместо ответа Фауст только кивнул и уставился на город совершенно стеклянным взглядом. Я решила, что пейзажи интересуют его так же, как и принца Того и, решив оставить эти мысли, подняла взгляд на звезды. Россыпи светящихся точек на черном небе меня завораживали и будто зазывали к себе. Я бы хотела увидеть их вблизи, потрогать теплое или холодное свечение.

Так, погрузившись в свои мысли и созерцание, я не заметила сколько прошло времени. И не видела, оставался ли принц Гертар рядом или последовал примеру моего нареченного и вернулся в зал к празднующим.

- Ну понятно! - зычный голос Никаса разрезал ночной воздух и я подпрыгнула, резко оборачиваясь. - Вы явно нашли друг друга. Что одна, что другой - фанаты бесцельного выглядывания огоньков в небе. - брат рассмеялся.

Я повернула голову и заметила рядом вновь смущенного Фауста, который, как оказалось, все это время тоже любовался на звездное небо. Это открытие меня приятно удивило, потому что Ник часто называл меня ненормальной, за мою любовь к небесным светилась и было здорово встретить кого-то, кто разделяет это мое увлечение. Особенно после весьма уничижительного высказывания Дарена.

Мне стало интересно, есть ли у него супруга или нареченная? Разглядывать руки гостя, чтобы отыскать ритуальную метку будет невежливо, а спрашивать прямо и вовсе стыдно. Но этот загадочный молчаливый мужчина с темными глазами меня действительно заинтересовал. И, судя по словам моего нареченного, нам предстоит провести вместе не менее месяца, если после Альвары он должен будет направиться в Иверат вместе с нами.

Я почувствовала, как покраснела, устыдившись своих мыслей, которые против моей воли роем вились вокруг Фауста. Что же это? И почему именно сегодня, когда мне представили моего будущего нареченного, а не, скажем, парой дней раньше?

- Мааар... - из раздумий меня выдернула огромная рука Никаса, который потянул меня за локоть и я заметила, что оба мужчины уже стоят, готовые возвращаться в зал. - Матушка сетует, что ты снова сбежала. Кстати, тебе стоит поблагодарить принцессу Демар за то, что она не оставила твоего потенциального нареченного в одиночестве и не навлекла на тебя еще больше нравоучений.

- Ох, какое же счастье! Стало быть, я теперь в неоплатном долгу перед твоей нареченной? - я притворно передернулась.

- Не язви, тебе это не идет, малышка. Лучше уж стальной тон и ледяной взгляд. - Ник покосился на друга, который с непониманием внимал нашей манере общения. Я даже представить не могла, как это может выглядеть для того, кто впервые видит нас с братом. - Пошли. - уже тверже повторил он и протянул мне локоть, на который я с готовностью положила руку.

Гостиная для приемов снова ослепила меня тысячей огней. После успокаивающей темноты летней ночи это было практически нестерпимое сияние. Я зажмурилась, позволяя глазам привыкнуть к свету.

Правда едва их открыв, я снова захотела сомкнуть веки - к нам приближались принц Гертар под руку с принцессой Софией. Мне совсем не хотелось возвращаться в общество гостя из Восточных земель и я посмотрела на старшего брата, молясь про себя, чтобы он придумал, как меня от него избавить.

- Принц Никас, вы совсем меня бросили! - хоть София и пыталась быть жеманно-элегантной, в ее голосе отчетливо звучало недовольство. - Я хочу танцевать со своим нареченным, а не вашей сестры!

- Это вы напрасно, леди Демар. - я удивилась, услышав бархатный голос Фауста у себя за спиной. - Танец с Ником сулит вам остаться без пары пальцев.

Вот уж не думала, что принц Гертар умеет шутить! Да еще и с выражением абсолютного равнодушия на лице. Но не успела я хоть как-тот отреагировать, мой брат протянул руку своей спутнице и развернувшись, показал другу за спиной неприличный жест, заставив Дарена густо покраснеть.

- Маро, хочешь еще потанцевать? - когда я увидела протянутую руку своего нареченного, мне захотелось развернуться и снова сбежать, но это бы значило нанести оскорбление гостю, поэтому я выдохнула, приготовившись к очередным помпезным танцам в удушающей тишине и неловкости.

- Прошу простить меня, принц Того. Но леди уже танцует со мной. - не дожидаясь ответа, Фауст обхватил мою руку своей большой ладонью и потянул туда, где уже во всю кружились пары.

На мое удивление, принц Гертар танцевал практически так же хорошо, как Дарен, даже не смотря на его внушительный рост и широкие плечи. Я немного расслабилась в его руках и решила попытаться завести разговор, чтобы танец не становился тоскливым.

- Теперь Дарен вас ненавидит. - сказала я совершенно очевидную вещь, заметив как тот сверлит нас взглядом, облокотившись на стену за колонной.

- Тебя. - вблизи он говорил тише, отчего его голос отдавал потрясающей хрипотцой.

- Прошу прощения? Меня?

- Маро, я хотел сказать, чтобы мы перешли на ты. Мне неловко, когда ты обращаешься ко мне как к старшему члену совета. - он снова улыбнулся так, что у меня побежали мурашки. - Если, конечно, тебе будет удобно. Но я был бы рад чувствовать себя чуть менее древним.

- Да, конечно. - я улыбнулась, а сама подумала что слишком увлеклась разглядывая его и попросту забыла предложить ему сменить обращение.

Протокол вынуждал даже ровесников из высшей знати обращаться друг к другу в уважительной форме, но между собой мы обычно быстро ликвидировали это недоразумение. Что до меня, так обращение на "вы" заставляло меня чувствовать едва ли не ровесницей родителей, особенно когда говорящий со мной был очевидно старше.

- Думаешь, принц Того меня ненавидит? - вероятно, мой голос прозвучал более опечалено, чем ожидалось и я заметила странную тень в темных глазах.

- Меня. - Я вопросительно выгнула бровь, - Я хотел сказать, что он не будет ненавидеть кого-либо, когда я рядом, потому что меня он не выносит куда сильнее. Могу поспорить, что сейчас он совсем не рад тому, что я здесь и украл его пару.

Я почувствовала неприятный холодок разочарования. Конечно я не думала, что за час с небольшим смогу вызвать у нового знакомого симпатию, но вот такое откровенное признание в том, что меня банально использовали чтобы кого-то позлить ранило сильнее, чем хотелось бы. Но он был прав - Дарен действительно ему не рад.

- Что же ты такого сделал? Почему он так к тебе относится? - я ничего не могла поделать с любопытством, даже если мои вопросы казались мужчине навязчивыми.

- Принц думает, что я убил его старшего брата. - Должно быть, мои глаза неприлично расширись, потому что Фауст усмехнулся, а затем продолжил говорить. - Тогда, пятнадцать лет назад, в военном лагере в Дождевых горах, у устья Занта случилась одна неприятная история, в результате которой старший сын династии Того - Марей погиб. И твой нареченный простить мне не может, что я выжил. И что не подставился вместо его брата.

- Но... - в моей голове не укладывалось то, что я сейчас услышала. Я почти почувствовала, как стремительно бледнею. - Но он же сказал, что твой брат станет нареченным его сестры?

- Да. - Коротко кивнул он. - И я даже не знаю, кто из нас не рад этому больше. Тут счастливчик только один - Армион действительно любит Сару и с нетерпением ждет приезда в Иверат. Думаю, что эти двое образуют чудесную в своей пустоголовости пару.

- А почему никто из вас не выразил протест этому браку? - я была немного смущена, возможно поэтому мои вопросы звучали настолько нелепо.

В ответ Фауст только пожал плечами и я поняла, что продолжать эту тему он не намерен.

- Скажи, ты сейчас правда хочешь говорить о Дарене? Там, - он кивнул в сторону выхода в сад, - мне показалось, что твоя заветная мечта - танцевать с кем угодно, кроме него. Он успел тебя обидеть?

- Он молчит! - вырвалось у меня прежде, чем я смогла сформировать эмоции в более учтивую форму. Мужчина тихо засмеялся, отчего я снова покраснела. - Нет, правда. Из него во время танца слова не вытянешь, он полностью сконцентрирован, а мне от этого становится неловко. И я даже не знаю, что хуже, это гнетущая тишина или его высокомерие, которое он явно не в силах скрывать.

Все остальные танцы я танцевала с принцем Гертаром, который не спрашивая, просто отказывался выпускать меня из рук. К концу праздника я подумала, что настолько к нему привыкла, что могу позволить себе свободно шутить и смеяться. Потому что мужчина рядом со мной не воспринимает это за неучтивость или недостаток манер.

Чуть позже, когда танцы закончились и все начали прощаться, к нам присоединились мои братья и Силена, и я наконец-то познакомилась с Армионом Гертаром и его сестрой-двойняшкой Алорой, которая пребывала в абсолютном восторге от праздника и мечтала осмотреть весь город за то время, что они будут находиться здесь.

Гости расходились довольно неспешно и к середине ночи гостиная полностью опустела. Как ни странно, принц Того отправился спать раньше остальных, не удостоив меня больше ни словом, что вызвало неудовольствие моих родителей, которые все же заметили, что будущий нареченный не особо стремиться найти со мной общий язык.

После отбытия последнего гостя и ухода короля с королевой в спальню, мы всей компанией отправились в семейную гостиную, где к нам присоединились Аман Ликар и нареченная моего брата.

Для меня стало открытием, что в детстве принц и принцесса Гертар проводили много времени во дворце Демара и довольно близко дружили с его дочерями. У Софии даже манера общения поменялась на более расслабленную и дружелюбную, благодаря чему я пришла к выводу, что на ее счет отец все же ошибся - бедной девушке у нас действительно одиноко, а все ее колючки - просто способ обороняться. От этого осознания мне стало даже стыдно, потому что я, честно говоря, за все месяцы пребывания нареченной Ника в Главном Дворе Леварана даже не попыталась найти с ней общего языка.

Но на сегодняшний вечер, казалось, все забыто и мы все проводили поздний вечер в гостиной, как добрые друзья. Смеялись, шутили, немного выпивали и много шумели, к вящему неудовольствию мисс Грисс, которая не единожды приходила сделать нам замечание.

В этот вечер, сидя в любимом кресле отца, я совершенно не чувствовала себя чужой или лишней. Меня по-настоящему слушали и даже Соф не делала язвительных замечаний. К тому же, я успела неплохо узнать Алору и Армиона, двойняшек, которые порой продолжали фразы друг за другом. Девушка искренне переживала за скорую разлуку с братом, который должен был на полгода остаться в Иверате, потому что была очень к нему привязана, намного больше чем я к Никасу.

Старший же брат двойняшек Гертар - Фауст весь вечер сидел в противоположном конце гостиной сжимая в руке бокал с янтарной жидкостью, слушал нашу болтовню и изредка коротко переговаривался с Никасом, который пытался вовлечь его в общую беседу. Но судя по тому, что он так и остался в дальнем темном углу, уговоры не сработали. Правда я, несколько раз, краем глаза на себе его заинтересованные взгляды.

Не буду лукавить, я и сама с любопытством поглядывала в сторону нашего немного мрачного темного гостя, но подойти и открыто завести разговор я не решилась. Тем более, и Дарен, и Фауст с двойняшками будут гостить у нас, прежде чем мы все вместе отправимся в Иверат. И у меня еще будет шанс с ним поговорить, наверное. Если я поборю не пойми откуда взявшуюся робость. Совершенно мне не свойственную, кстати, и оттого еще более смущающую.

Я никак не могла понять, почему когда принц Гертар выпустил меня из рук после последнего танца, я резко застеснялась и замолкла, а затем всю дорогу по коридорам Главного двора к семейной гостиной жалась к Рейланду и не проронила не слова. Я привыкла всегда поступать по наитию и легко сходиться с людьми, если они сами к этому расположены. Но именно сейчас мой внутренний компас сбился кружился по кругу, дрожа и путаясь все больше. Тем более странно, что еще полчаса назад, кружась с ним среди гостей, я совсем не испытывала робости, шутила и болтала также, как со своими братьями.

- Мар! - я вздрогнула, когда Рей легко толкнул меня в плечо, привлекая внимание. - где ты летаешь?

- Я... - я неловко замялась. Ужасное чувство. - Наверное я просто устала.

Брат сел на подлокотник отцовского кресла и обнял меня за плечи, чтобы я облокотилась на него. В этом весь Рейланд - иногда он ужасно высокомерная язва, но если мне нужна помощь, его даже не придется просить.

- Мы все устали. Сейчас, Ники закончит свою нудную речь и мы сможем уже отправляться в свои покои и отпустить слуг на гостевом этаже, которые отчаянно стараются не уснуть до прихода высоких гостей. - он кивнул на Никаса, который мерил гостиную широкими шагами.

- Вот что я думаю. - заговорил мой старший брат, - мы предпримем чуть более длительную поездку. Ал говорит, что до церемонии наречения Ара у нас еще месяц. Дорога в Нордхейм займет у нас около трех дней с ночевкой в таверне на перевале и лагере у Северной реки, поэтому вы выедем раньше и отправимся туда через переезд Черногорья. Дамы насладятся поездкой и посмотрят столицу Северного королевства, а мы с Алом постараемся убедить дядю помочь нам с патрулем. В последнее время темные витерии совсем распоясались...

При воспоминании о единственной встрече с этим видом существ у меня по телу пробежал неприятный холодок. Мне тогда едва исполнилось двадцать лет и мы с Силеной возвращались в Альвару после пары месяцев проведенных с дядей Нордом в Сером замке Нордхейма. Нас сопровождал Аман Ликар и несколько его легионеров. В то время переезд через Черные горы считался относительно безопасным и мы отказались от предложенного дядей сопровождения его охранным легионом.

Это случилось после второй ночевки, когда мы уже покинули таверну на перевале и до дома оставалось менее дня пути. Я не успела ничего понять, когда перевернулся экипаж, услышала только Амана, который приказывал оставаться на месте. Мы слышали крики сопровождающих, странные звуки и ужасный потусторонний крик. От страха и боли сестренка молча плакала закусив кулак и сжавшись в комок, а я не знала, куда себя деть, потому что в ситуациях стресса и страха я буквально каменею.

Но когда я услышала странные звуки прямо у экипажа, поняла что должна попытаться защитить сестру. Пребывая в странном трансе, кое-как выбралась из перевернутого экипажа и увидела то, что до сих пор тщетно старалась забыть, но эти жуткие образы все еще проникают в мои кошмарные сны, стоит только подумать что все осталось в том жутком дне.

Все вокруг было затянуто густым темно-серым туманом, который скорее походил на серый дым. Я не видела никого из легионеров, но чувствовала металлический запах крови и еще чего-то отвратительного, удушливого и предсметно-сладковатого, что внушало страх на уровне инстинктов. Вокруг экипажа кружили странные существа, словно состоящие из тени и одетые в туман, окутывающий весь перевал.

И тогда я впервые потеряла контроль на своей способностью. Вместо того, чтобы достать кинжал, как полагается настоящей защитнице, я выпустила из ладоней тысячи и тысячи шариков света, которые, к моему удивлению разогнали туман, но они не напугали Витерий. Вместо этого одно из существ приблизилось ко мне и я ощутила на себе этот пронизывающий взгляд ярко-оранжевых светящихся глазниц. Когда я практически перестала дышать от страха и попрощалась с жизнью, из-за высоких деревьев вдоль дороги вышло еще более устрашающее на вид существо - гигантский фенрин. Я видела их раньше на службе у короля Дайнема, но никогда не встречала в дикой природе.

Угрожающий зверь одним рыком заставил тварей покинуть переезд и вернуться в глубины горной цепи, где они обычно и обитали. Туман еще не рассеялся полностью, но фенрин не уходил. Он неспеша обнюхал меня, экипаж, потом подошел ко мне и лег в ноги.

В тот день командор Ликар был тяжело ранен и потерял четверых из шести своих легионеров, которые нас сопровождали. А на службе у королевского дома Реганто появилось первое существо - фенрин, которого я назвала Аркин. Он сопровождал патрули в Черногорье, но только если я оказывалась в Главном дворе, потому что во всех путешествиях позади моего экипажа следовал величественный темно-серый зверь с горящими глазами.

От отца я позже узнала, что все существа чувствуют источники магической силы или ее следы. Так Аркин учуял меня и выбрал меня своей госпожой. И поэтому он будет служить мне, до тех пор пока я жива или пока не предам его. Но даже мысль о том, чтобы причинить зло своему спасителю казалась мне омерзительной.

Если бы не Аркин, я бы вряд ли продолжила так же любить путешествия из-за страха новой встречи с жуткими темными Витериями. И я понимала, что когда я отправлюсь в Иверат, он последует за мной, оставив переезд через Черные горы без своей защиты. Именно поэтому Никас планирует попросить помощи у дяди Норда, чтобы его легион участвовал в патруле с парой своих фенринов.

Пока я сидела в кресле, облокотившись на Рейланда, оглушенная накатившими образами, все продолжали обсуждать предстоящую поездку. Даже София и Силена пребывали в некоем радостном возбуждении, а парни так и вовсе разошлись, громко обсуждая планы и интересные места, которые можно будет посетить.

Только Фауст все так же оставался в своем углу, но теперь уже во все глаза смотрел на мое, очевидно побледневшее от жутких воспоминаний лицо. Королевским домом тогда было принято решение не обнародовать информацию о нападении на наш экипаж, а появление фенрина объяснили тем, что он просто встретился нам на пути и принял решение остаться рядом со старшей принцессой. И до сих пор о том что мы пережили, а также о моих светлячках знала только семья, Аман Ликар и два выживших легионера.

Я поняла, что мой вид сообщил нашему гостю, что темные витерии вызывают у меня далеко не приятные воспоминания. А, поскольку на территории Астерина располагаются Дождевые горы, которые густо населены этими пугающими сущностями, есть вероятность, что и он с ними знаком.

- Никас. - низкий голос Фауста перекрыл общий гул, царивший в семейной гостиной и все обернулись к нему. - Я думаю, что у нас еще будет время все это обсудить. А сейчас время близится к рассвету и было бы неплохо хоть немного поспать.

Ответом ему был чуть более тихий гул, зашуршала огромная юбка принцессы Демар, когда она встала с дивана. После чего все мы словно вспомнили о необходимости сна и тихо переговариваясь побрели каждый в свои покои.

Я вышла из гостиной первой и быстрым шагом направилась к себе. Очень хотелось снять с себя нарядное платье, от которого за все время я все же успела устать, и смыть горячей водой ужасные образы, которые теперь занимали мои мысли. Я надеялась, что все же смогу уснуть сегодня и проспать несколько часов, не возвращаясь во снах к несколько лет назад прожитой ситуации.

Глава 5.

К моему огромному удивлению, мне удалось отлично выспаться. После возвращения в покои, все мое внимание приковала огромная мягкая кровать, в которую я упала едва умывшись и скинув платье на пол у изголовья. А открыв этим утром глаза я не вспомнила ни одного сна и чувствовала себя на удивление отдохнувшей.

И все же, я не позволила себе остаться в постели, как просило мое измученное танцами прошлой ночи тело. Вместо этого быстро накинула ночное платье, любимую шелковую рубаху сверху и босиком выскользнула из комнаты. Легион Ликара вернулся с патруля переезда Черных гор только вчера, но из-за праздника Начала лета я не успела повидаться с Аркином. И, зная непростой характер моего фенрина, он сейчас пребывает в весьма раздраженном настроении.

В коридорах было тихо и пусто, хотя стрелки большого циферблата в холле показывали уже одиннадцатый час. Но это было обычным делом для любого утра после большого приема, потому что на сегодня отпустили слуг, которые были вынуждены работать почти всю ночь.

Я неспешно, крадучись, ступала босиком по холодному камню пола, наслаждаясь этим пробуждающим ощущением. Было немного страшно, что кто-то из наших гостей решит встать пораньше и застукает меня в таком виде, но больше меня волновали нотации, которые придется выслушать. Потому что на самом деле, ничего зазорного в своем виде я не находила, справедливо полагая что моя рубаха длиной до пола из плотного черного шелка вполне сойдет за платье.

На мою удачу в коридорах и даже на кухне, через которую я выскользнула на задний двор, было пусто - все еще спали или же не желали покидать покоев. Едва оказавшись на улице я полной грудью вдохнула теплый летний воздух и расслабилась, стряхивая с себя опасения. Я по-своему любила эти утренние часы после больших балов, когда кажется, что весь Главный двор пребывает в полусонном состоянии.

Ступая босыми ногами по мягкой и уже высохшей от утренней росы траве, я неспешно передвигалась по заднему двору в направлении к просторной пристройке, сооруженной специально для моего защитника, который наотрез отказался размещаться за пределами заднего двора, а в конюшне перепугал всех лошадей и конюхов. И теперь его дом ютился между основным зданием и казармами Королевского легиона.

Самым большим облегчением для слуг было то, что фенрины не нуждались в особом уходе. Он сам заботился о своем пропитании и чистоте. Задачей людей было только регулярно обновлять соломенную подстилку, что было не сложно сделать в его отсутствие.

Как и ожидалось, Аркин был недоволен. Он лежал в напряженной позе, как каменный сфинкс, а воздух в его доме был пропитан досадой. Фенрины не подчинялись людям, но если эта сущность выбирала себе господина, то становилась невероятно ему предана и нуждалась в проявлении ответного внимания. В нашем случае, я была для Аркина скорее подопечной, чем госпожой, но он все равно злился, если я не заходила к нему хотя бы раз в пару дней чтобы просто пообщаться и погладить его огромную голову с густым черно-серым мехом.

Вот и сейчас, он не смог долго поддерживать сердитую позу, когда я вошла, скрипнув высокой деревянной дверью. Огромный волк фенрин, который просто стоя на лапах был выше любого из людей, при виде своей маленькой госпожи расслабился и склонил голову, чтобы я могла его погладить.

Я всегда осознавала, что по сравнению с братьями и сестрой выгляжу миниатюрной, но рядом с Аркином я ощущала себя просто крошечной. И мне было бы страшно, если бы я не знала, что этот огромный зверь здесь только для моей защиты и уж точно не причинит вреда мне и тем, кто мне дорог. Хотя Ала, например, до сих пор его боится до дрожи и всякий раз умоляет меня не брать ее с собой, когда я отправляюсь навестить своего полудикого друга.

К Никасу и Рейланду Аркин относится очень ровно, иногда может обнюхать и только. Зато Силену он, по какой-то причине не принимает, но и явной агрессии не выказывал. Мне стало интересно, как он отреагирует на Дарена и Фауста? Ведь нам предстоял долгий путь вместе и им волей-неволей придется смирится с присутствием моего защитника, даже если это будет кого-то не устраивать.

В доме Аркина я провела больше часа, забравшись ему на спину и лениво поглаживая его голову. Я зарывалась руками в густой мех и рассказывала о том, как провела время в его отсутствие, как прошел вчерашний бал и каким предстал передо мной мой будущий нареченный. Иногда, фенрин утробно бурчал в ответ на мои слова, будто выражал согласие. Хотя именно сейчас я не знала, что он чувствует. Порой, когда его ярость или симпатия были очень велики я могла их ощущать и предупреждать того, кто рядом, что мой защитник готов его загрызть или же наоборот, облизать с ног до головы. Последней чести был удостоен только командор Ликар, видимо в благодарность за попытку защитить меня тогда в Черногорье.

Еще я решила рассказать Аркину о запланированном путешествии, справедливо предполагая, что ему нужно будет как следует отдохнуть и поохотиться заранее. Я не знала наверняка, но мне думалось, что он любит длительные вылазки так же, как и я, потому что даже после долгих патрулей с легионом он пребывал в более возбужденном настроении, чем в дни, когда был вынужден прятаться в своем доме от непогоды и трусливых слуг.

Мне вдруг вспомнились сетования принца Того на долгую поездку к нам из Иверата и я подумала, что он вряд ли обрадуется перспективе отправиться в еще более длительное путешествие через Нордхейм. Скорее всего нам придется всю дорогу слушать его недовольные причитания. Я даже подумала, что он может отказаться ехать в Северное королевство, и вернется в столицу Восточных земель один, чтобы дождаться меня там.

Оставив отдохнувшего и напитавшегося лаской Аркина уснувшим в его доме, я вышла во двор и обнаружила, что солнце поднялось прямо над Главным двором и сейчас его лучи неприятно обжигали открытые участки кожи и неприятно нагревали черный шелк моего одеяния. Черт, я действительно провела у него много времени и мне стоит поспешить вернуться в приятную прохладу огромного каменного строения, пока никто не заметил принцессу Маро, разгуливающей по заднему двору босиком в ночном платье.

- Принцесса! Боги, что за вид! Как вы оказались здесь такой... неодетой?! - голос звучал не то чтобы удивленно, скорее он излучал все возможное неодобрение.

Я обернулась и выругалась себе под нос. Принц Того быстрым шагом подходил ко мне со стороны конюшен. И да, он был одет как полагается высокородному мужчине. С самого утра в полном облачении. Рубашка, жилет и даже камзол накинут на плечи. Я же привыкла чувствовать себе дома на территории всей резиденции, а не только за дверями личных покоев и всегда ужасно раздражалась, когда меня пытались научить обратному. С моими привычками почти смирились родители и даже слуги, которые обычно молча подавали мне туфли, если видели меня босой или отводили глаза, если я была одета недостаточно.

- И тебе доброе утро, Дарен. - черт, кажется что металлический звон в голосе станет обязательным условием для разговоров с моим нареченным. Не могу сказать, чтобы мне это особенно нравилось, потому что всегда представляла себе более комфортные отношения с мужчиной, которому предстоит составить со мной семейный союз. - Я как раз направлялась в покои.

- Я думаю, что вам это уже говорили, но не стоит высокородной леди разгуливать по улице в настолько неподобающем виде. Вам стоит это запомнить, потому что в Лесном доме это совершенно непозволительно и даже, я посмею сказать, оскорбительно по отношению к остальным членам семьи Того.

Я не успела даже придумать ответ, на эту напущенную речь, но уже ощущала, как горят от возмущения кончики ушей. И эта утренняя встреча наверняка бы вылилась в абсолютно неуместную ссору, особенно в свете моего обещания, данного родителям накануне, но боги удачи сегодня явно были на моей стороне. Потому что за спиной Дарена я увидела приближающегося к нам Фауста. Такого же босого, как и я, в простой рубашке застегнутой лишь наполовину, в подкатанных выше лодыжек тренировочных брюках и с собранными на затылке волосами. Он подмигнул мне, прежде чем обнаружить свое присутствие.

- Дарен! - его голос лучился невероятным дружелюбием, что было нехарактерно для их отношений, с которыми я успела вчера мельком познакомиться. - Как рано ты сегодня покинул покои. Спасибо что избавил мою леди от скуки пока я возвращался за этим. - на этих словах он подошел ко мне и накинул на плечи свой длинный дорожный плащ, в котором я буквально утонула. - Можешь идти куда шел, теперь я провожу принцессу.

Плотный материал немного охладил мои плечи, которые уже буквально горели от нагретой под солнцем темной ткани и я благодарно выдохнула. А затем я почувствовала запах и замерла от неожиданности. Плащ пах яблоками, корицей и еще чем-то, похожим на сгоревшую древесину, очень уютно, как осенняя хижина в горах. Этот аромат не подходил теплому летнему дню, но очень шел самому Фаусту, правда я до конца не поняла, был это парфюм или же он попросту прихватил одежду с кухни.

Тем временем, принц Того покраснел, казалось, до кончиков волос. Мне стало жутко интересно что его так смутило - манера общения или то, что мы оба предстали перед ним в совершенно недопустимом для наследников королевских фамилий виде. Предубеждения и высокомерие в конечном счете погубят его! И уж точно не позволят мне проникнуться к нему искренней симпатией, не смотря на все усилия.

- Интересно, что скажет его величество, если узнает, что кто-то вроде тебя разгуливает в таком виде, да еще и под руку с его неодетой дочерью? - голос принца сочился ядом и мне в очередной раз стало мерзко от того, как быстро он перескакивает от любезной учтивости, до отвратительной язвительности, которая совершенно не делает чести мужчине его возраста и положения.

- И мне интересно, - Фауст положил свою огромную руку мне руку на плечо, - что он скажет о том, что ты, принц, встретив его дочь вне замка, первым делом принялся ее отчитывать, как личную служанку, а не поинтересовался, в порядке ли прекрасная леди? Подумай, кто из нас с тобой в этой ситуации действительно идиот?

- Ублюдок! Да ты просто жалкий уб...

- Прекрати немедленно, Дарен! - Я почувствовала, что выхожу из себя. И сейчас с принцами говорила Старшая принцесса дома Реганто, которая вызывала уважение даже у легионеров Ликара, потому что мне совершенно не понравился тон, которым мой будущий нареченный позволял себе говорить не только со мной, но и моим другом, коим я уже могла считать принца Гертара. - Я все еще здесь и совершенно не желаю слушать все это, принц Того. И, раз уж вы заговорили о манерах, потрудитесь не выражаться подобным образом в присутствии леди. Устраивайте ваши пикировки в любое другое время и желательно за пределами моего дома.

- Прошу прощения, моя леди. - я удивленно взглянула на покрасневшего вдруг Фауста, одернувшего руку, которая до этого все еще сжимала мое плечо. Неужели он решил, что мое негодование адресовано ему? - Позволишь проводить?

Дарен выпрямился, явно желая еще что-то сказать, но я резко развернулась к нему спиной, демонстрируя, что закончила разговор, и с готовностью приняла руку, которую мне предложил принц Гертар. Может это и было не очень вежливо с моей стороны, но уж очень хотелось показать Дарену, чью сторону я приняла в их споре, даже таким, по-детски глупым, образом. Я все еще старалась надеяться, что мы сможем поладить, но также хотела дать ему понять, что я не позволю обращаться с собой как с бессловесной и покорной невестой наследного принца. Если Дарен хочет создать со мной семейный союз, ему придется принять меня настоящей.

Возможно, со стороны мы с Фаустом выглядели презабавно, когда шествовали через задний двор босиком, стараясь принять максимально царственный вид. Но когда за нами закрылась дверь, я не сдержалась и рассмеялась, привалившись спиной к холодной и бугристой каменной стене, до того меня развеселило вытянутое выражение лица моего будущего нареченного, так и оставшегося стоять столбом во дворе.

В полутьме коридора у лестницы, когда немного отсмеявшись, я выдохнула, все это показалось абсурдным и нелепым. Но я заметила озорной блеск в глазах мужчины и порадовалась, что эта утренняя стычка его повеселила. Потому что если он тоже принялся бы читать мне нотации, по поводу прогулок в ночной одежде, я бы умерла от разочарования. Вот таким, в простой одежде, без обуви и публичной маски наследного принца он понравился мне даже больше чем вчера, в свете и шуме бального зала.

- Моя леди, с тобой все хорошо? - в глубоком голосе Фауста все еще слышались нотки смеха, - Надеюсь, мое маленькое представление тебя не оскорбило. Но сложно сдержаться, когда появляется такая чудная возможность немного позлить нашего юного напыщенного принца.

- Не думаю, что я против, потому что мне тоже нравится его раздражать. - я спохватилась, - Боги, что я говорю! Мне стоило сказать, что я ни за что не хотела его обидеть, потому что дала слово родителям попытаться с ним поладить.

- Ты правда этого хочешь? Ну, стать его нареченной? - мне показалось, что голос Фауста стал немного глуше. - Просто последнее, чего я хочу, это сеять раздор между будущими супругами и подначивать тебя насмехаться над избранником. - он вздохнул.

- Я не знаю. Мы познакомились лишь вчера и пока мое мнение о нем слишком неоднозначно, чтобы дать ответ на твой вопрос. - Я попыталась снять с плеч его плащ, но мужчина ловким движением руки вернул его назад.

- Не стоит, - ответил он на мой вопросительный взгляд, - Я все еще собираюсь проводить тебя, а если нам по пути попадется кто-то из твоих братьев, спрашивать меня никто не будет. Сразу бить.

В ответ я хихикнула. Очевидно, Фауст действительно неплохо знал Никаса и Рейланда, потому что его предположение отвечало их характерам и той степени заботы, которой они меня окружали.

- А что ты, на самом деле, делала в ночном платье, на заднем дворе, если не секрет? - спросил меня мужчина, когда мы уже поднимались по большой лестнице на семейный этаж. - Я не думаю, что ты ходила посмотреть на мою тренировку, потому что на арене никого не было.

- Я навещала моего фенрина. - на этом принц восхищенно присвистнул. Я поняла его удивление, потому что эти существа редко выбирали себе госпожу, отдавая предпочтение легионерам и воинам, но даже их можно было пересчитать по пальцам. - Вчера я не успела с ним повидаться после его возвращения и из-за этого он пребывал в довольно скверном настроении. Мне хотелось немного задобрить его, пока он не съел кого-то из слуг.

- Никас не рассказывал мне о нем. - голос моего спутника приобрел задумчивый тон. - Когда он говорил о твоем защитнике, я подумал, что речь идет о личном стражнике. Познакомишь меня с ним? Всегда мечтал почесать фенрина за ушком.

- Только если он это позволит. - Я усмехнулась, представив как он чешет за огромным ухом Аркина. Хотелось бы на это взглянуть.

- А разве не ты ему приказываешь?

- Нет конечно! Фенрины не подчиняются людям в полной мере, а в моем случае, Аркин скорее опекает меня. Поэтому он весьма мнительно относится ко всем, кто приходит к нему вместе со мной и всегда готов откусить руку любому, кто имеет намерение мне навредить.

- Ну, в этом я его понимаю. - сказал Фауст себе под нос, но я все равно услышала и подняла бровь, поэтому он прокашлялся и пояснил. - Ты миниатюрная, поэтому тебя так хочется защищать.

Я смутилась. Невысокий рост не был секретом и замечания по этому поводу давно перестали меня задевать, но еще никто не говорил в таком ключе об этой моей особенности. И это было, черт возьми, очень приятно! Поэтому я одарила мужчину улыбкой, от чего он снова слегка покраснел.

Уже у дверей моих покоев я скинула с плеч плащ принца Гертара, в последний раз вдохнув теплый запах печеных на костре яблок - так я смогла окончательно охарактеризовать то, что почувствовала. Поблагодарив его кивком головы и легкой улыбкой, я открыла дверь и проскользнула внутрь, после чего несколько раз повернула ручку замка и прислонилась лбом к шершавому дереву, оставаясь в благодатной уединенности своей любимой комнаты.

- И с кем это мы гуляем, пока все спят? - вкрадчивый голос от окна заставил меня замереть на месте, пока до сознания доходила мысль, что это всего лишь Никас.

- Какого, черта, Ник! - страх сменила злость, потому что я всегда ненавидела эту его идиотскую привычку дожидаться меня в моих покоях, прячась за шторами.

Вероятно, я выглядела испуганной и бледной, а из за холодного камня под ногами тело начала пробирать дрожь и я заметила, как на лице брата появилось его дурацкое обеспокоенное выражение, которое мы с Силеной видели всякий раз, едва Никасу казалось, что нам что-то может угрожать.

- Малышка? - он соскочил с подоконника, где сидел и в два шага оказался около меня. - Выкладывай давай.

Я вздохнула. Когда брат в таком настроении, проще будет все выложить и молиться, что он не убьет Фауста или Дарена. Он сотни раз видел мои возвращения от фенрина, но обычно я не кралась, как вор и не запиралась в комнате. И теперь не отстанет, пока не вытянет из меня все до последнего слова.

Причина его состояния была понятна как день - Никасу совершенно не понравился мой будущий нареченный, как и его поведение вчера. И сегодня он явился ко мне как только смог поднять себя с постели, чтобы узнать мое мнение о нем и выяснить, почему вчера ночью я в одиночестве пряталась в саду.

Я сдалась, не пытаясь выказывать бесполезного сопротивления, меня словно покинули силы, которые поддерживали тело с утра. Дошла до кровати, забралась на нее с ногами и, все еще дрожа от внезапного холода закуталась по уши в одеяло, как в детстве. После чего поведала брату все о вчерашнем вечере, встрече сегодня с Дареном после визита к Аркину и неожиданном спасении Фаустом от его нудных нотаций. Пока я говорила, Никас сидел у изножья кровати и необычно внимательно смотрел на меня, будто собирался увидеть что-то, о чем я ему говорить не хотела.

А когда я закончила рассказ и подняла глаза на брата, поняла, что он зол. По-настоящему зол. Сейчас как нельзя кстати оказалось то, что я запела дверь, ведь удержать его физически от расправы над кем-либо из наших гостей или предметов, я никак бы не смогла. Также, как и понять на кого именно обращена его ярость и какая доля ее предназначается мне. Синие глаза Ника потемнели до цвета предгрозового неба и метали молнии, казалось что он готов что-то (или кого-то) сломать. Но когда я молча протянула ему подушку в качестве жертвы, он не стал ее бить, а резко выдохнул и просто отшвырнул на пол, после чего понурил голову.

- Ники? - хотелось выяснить, насколько он на меня зол и постараться это исправить, потому что я терпеть не могла ругаться с ним. Также как и не любила его огорчать. Никас всегда был моим лучшим другом и любые наши размолвки я всегда проживала довольно глубоко. - Ты чего? Пожалуйста, скажи, что я сделала не так?

Но Ник не отвечал и вот это уже было странно. Обычно он несколько иначе выражал свое дурное настроение. Я даже подумала, что всерьез обидела брата и поэтому потянулась к нему и коснулась пальцами его макушки, чтобы обратить на себя его внимание. Однако в ответ он резко поднял голову и уставился на меня совсем уже потухшим взглядом. Открытой злости в нем уже не было, но он по прежнему молчал.

Мы просидели так, кажется, четверть часа, в гнетущей тишине. Я устала думать и переживать, поэтому просто ждала, когда Никас остынет и, наконец-то поведает мне в чем дело. Он заговорил когда я почти отчаялась и была готова начать его тормошить. Потому что меня начинало пугать это угрюмое созерцание собственных рук и скорчившаяся в ногах моей постели громадная фигура старшего брата.

- Мар, почему ты не говорила? Почему ты еще вчера не сказала мне о Дарене? Что он смеет так говорить с тобой? Что ведет себя будто ты не дочь его Верховного короля? - голос Ника звучал глухо и как-то устало.

- Когда, скажи мне, я должна была это сделать? Во время бала, отловить тебя, выдернуть из танца и нажаловаться? Или явиться к тебе сегодня с утра пораньше, растолкать и все поведать? Я уже не маленькая, Ники, что бы ты обо мне не думал. Я могу постоять за себя. И я все еще надеюсь разглядеть за этой дурацкой высокомерной маской настоящего Дарена, что будет сделать куда сложнее, если ты ему навредишь. - я почувствовала, как внутри меня поднимается злость. С чего он так меня опекает? - Не нужно вести себя как наседка, принц Никас. - вот, теперь и брат удостоился моего стального тона, просто чудесно. Сегодняшнее утро просто умоляет меня нее покидать покоев сегодня. Потому что у меня слишком большие шансы разругаться со всеми обитателями Главного двора еще до заката.

- Ты прости меня, сестренок. - Никас опустил плечи, что значило что он сумел обуздать всплеск эмоций, на смену которым пришла печаль. - Просто я говорил отцу, что Дарен Того, тот еще придурок. Но он клялся и божился, что хорошо знает его родителей и что король Арон поручился за сына. Но я дал себе слово, что не позволю щенку тебя обидеть. Однако, выходит, я не справляюсь с этим настолько, что Ал выручал мою сестру от него уже дважды. Вы два дня всего знакомы, Мар! И он каждую вашу встречу ведет себя как последний идиот. Мне кажется, это может о чем-то говорить.

- Послушай, Фауст просто любит подначивать Дарена. А мне забавно за этим наблюдать, поэтому я не против немного подыграть. А избавление от него - только маленький бонус. - Я вздохнула. Каждая новая встреча с принцем Того уменьшала наши шансы построить гармоничный семейный союз так же быстро, как таяла моя возможность честно сдержать обещание с ним поладить. Пусть он и не нравился мне, и казался высокомерным и напыщенным, но я действительно хотела дать ему шанс. - Мы с ним очень разные, Ники. Не знаю как, но у меня еще есть время чтобы попробовать его понять. Я действительно хочу попытаться. И если ничего не получится, хочу знать, что я приложила достаточно усилий.

- Ты уверена, малышка? Послушай, не пойми меня превратно, но я хочу чтобы ты была действительно счастлива со своим нареченным. Я уже был с ним знаком, поэтому когда отец мне рассказал, сразу понял, что дело дрянь. Вы не просто разные, Мар, вы абсолютно полярные. И даже будь он меньшим дерьмом, будь он достойнейшим из достойных, вы бы вряд ли смогли понять друг друга. К тому же мне не кажется, что сам Того заинтересован в том, чтобы тебе понравиться. Сдается мне, он уверен, что вы обручитесь только потому, что так сказали отцы. По крайней мере это то, что я слышал об обычаях Восточных земель.

Брат попал в яблочко, невероятно точно подметив степень наших различий с Дареном. Я не успела узнать его достаточно, но все еще упрямо хотела попробовать, хотя бы для того, чтобы прекратить эти глупости, которые распространяют престарелые сплетники в совете. Я прекрасно понимала, насколько сейчас важно остановить разговоры, порочащие честь Ника и подрывающие его авторитет среди высшей знати и членов советов.

Отчасти потому я так стремилась сохранять сколь бы то не было ровные отношения с принцем Того - он был нам нужен. Совету было необходимо, чтобы я покинула Альвару в статусе будущей нареченной кого-либо из вне Леварана, чтобы они перестали наконец придумывать глупости про Никаса и увидели уже, что перед ними не просто юный принц, а будущий Верховный король. Я искренне хотела помочь брату, потому что сейчас это было тем максимумом, который я могла для него сделать.

- Мар. - Ник снова заговорил, но голос его был еще более печален. Он тоже понимал, что в этой истории у меня, по сути, нет выбора. - К черту Дарена. Не думай обо мне или Совете, отмени все, пожалуйста. Не губи свою жизнь из-за меня, сестренок. Ты сможешь создать семью с кем угодно, если вы полюбите друг друга.

- Ники, - тоска в голосе брата разрывала мне душу на части. - послушай. Если я сейчас все отменю и останусь в Альваре, они с тебя не слезут, понимаешь? Догадываешься, кого они обвинят в моей несостоявшейся помолвке? Прошу тебя, не делай ничего, не сейчас, не устраивай хаос. Пока это не худшее, что могло бы произойти. Сейчас нам предстоит путешествие, которому я искренне рада. Мы давно не видели дядюшку Норда, я соскучилась по Адриану и крошке Луне. Потом мне доведется увидеть Лесной край, пересечь Айрат и увидеть столицу Восточных земель. - Я заулыбалась, представляя грядущую поездку, -Говорят, в Иверате прекрасная бухта и живописные рынки. Со мной будет Аркин, ты знаешь, что он меня не оставит и никому не позволит мне навредить. Фенрины не делят нас, ему будет плевать на происхождение и титул моего обидчика. А если с Дареном совсем не сложится, я обещаю тебе, что сразу отменю наречение. И отправлюсь вместе с Атласом в Посеон, навещу Прибрежные острова. Поездка займет некоторое время, к тому же, возможно удастся по пути заехать в Астерин, а это еще несколько недель. За это время сплетни улягутся, немного забудутся. И все будет хорошо, братишка. - я погладила его по руке, потому что обычно это его успокаивало.

На самом деле, я вложила весь возможный энтузиазм в свою речь только чтобы утешить брата. Несомненно, он заметил, что у меня есть запасной план и что большая часть моих восторгов связана с поездкой. Но говорить, что я рада перспективе стать нареченной наследного принца Того было бы вопиющей ложью - за все наше короткое знакомство он еще не смог расположить меня к себе. А короткое упоминание Никаса о традициях Восточных земель и вовсе вызвали у меня ужас. Потому что стать приложением к супругу и не иметь права голоса, быть закрытой в золотой клетке с придворными дамами и высокомерными леди, все это звучало чертовски плохо для меня.

- Я чувствую себя отвратительно из-за того, что моя сестренка ради моего статуса в чертовом совете вынуждена надолго покинуть дом под руку с этим типом, а я не могу ничего сделать, чтобы она могла остаться. Мне мерзко, что ради мнимого "уважения" в кругу этих престарелых идиотов, я вынуждаю тебя делать это. - Никас уронил голову на руки. - У меня от бессилия руки опускаются, потому что ты права, Мар. Они не отстанут и тебе нужно уехать, хотя бы на время, но в роли нареченной. Это действительно может сработать, должно. Иначе я не ручаюсь за себя. Если они потом скажут хоть одно слово, хоть как-то посмеют упрекнуть отца, все будет кончено. Не думаю что тогда мою репутацию сможет что-то спасти, потому что сначала я к чертям вырежу совет, а потом приду за твоим нареченным. Я камня на камне не оставлю от этой проклятой застарелой и прогнившей верхушки.

Мне было нечего ответить ему. Я достаточно хорошо знала брата, чтобы не сомневаться в его словах и не задавать вопросов. Было очень тяжело видеть его в таком состоянии и не иметь возможности хоть как-то его улучшить. Потому что я сама не могла похвастаться великолепным настроением и воодушевлением от предстоящего наречения и мужчины, которому, казалось, перспектива стать моим супругом была также неприятна, как и мне.

Я действительно провела в покоях весь день, периодически принимая посетителей. Желания выбираться из теплой кровати не было и я даже не снимала ночное платье и рубаху, но я все еще не могла согреться. Стоило мне едва покинуть пределы одеяла, тело пробирала дрожь и я ныряла обратно, стремясь сохранить остатки тепла. Гнетущее настроение, которое поселилось во мне после утреннего разговора с Ником не желало меня покидать и я позволила себе погрузиться в него только на один день. Потому что завтра мне следовало показывать гостям город и лучиться гостеприимством, а не распространять уныние.

Отец, который заглядывал ко мне сразу после обеда, выразил недовольство поведением Дарена и, к моему удивлению похвалил меня за проявленное к нему дружелюбие. Он даже планировал написать королю Арону о поведении его сына и согласился со мной в том, что будущий нареченный не выглядит заинтересованным в браке со мной. От папы я узнала, что принц Того старше меня на четыре года и очень удивилась, потому что он казался мне младше.

Он же рассказал мне, что наследный принц Гертар в этом году отметил тридцать второй день рождения и пока не обзавелся нареченной по той же причине, что заставила Никаса медлить с этим вопросом - он противник договорных браков. Только вот на моего брата давил совет и обязательства наследника правящей семьи, а Фауст может позволить себе немного подождать.

Отцу еще очень понравилось, что я подружилась с нашими гостями из Астерина, потому как нам следует поддерживать добрые отношения со вторым по размеру и влиянию королевством на материке. Но я не старалась вникать в политические нюансы, мне действительно понравились Алора и Армион. А с Фаустом я, думаю, даже успела подружиться. По крайней мере, с ним было весело и мы явно были на одной волне. И я была бы больше рада, если бы мне предстояло наречение с ним, а не с Дареном, которого мне совершенно не хотелось видеть.

Но у судьбы и моего возможного нареченного явно были другие планы, потому что после ужина, который я, как и обед, провела в постели, в дверь резко постучали и я услышала голос принца Того. У меня болела голова и тело, казалось, распадается на части, но прогнать его от двери было бы невежливым и я попросила Алану впустить его. Служанка с поклоном открыла дверь, после чего удалилась.

- У вас все очень странно устроено, принцесса Маро. Слуги сидят в покоях госпожи и снуют везде, где можно. Я к такому не привык.

- Алана не просто служанка, она моя подруга, Дарен. И не нужно обращаться ко мне на "вы", я тебе это уже говорила. Ты старше меня на четыре года, к тому же от этой жеманности я чувствую себя старой леди.

- Глупость какая! - в голосе принца слышалось неподдельное возмущение. - Как может какая-то служанка быть подругой высокородной леди? Невообразимое отсутствие манер.

- Дарен, черт тебя дери! Я сейчас запущу будильник тебе в голову, чтобы ты полюбовался на истинное отсутствие манер. - я почувствовала что в висках запульсировала боль. - у меня нет сил спорить с тобой сейчас. Если ты явился, чтобы говорить о правилах поведения в обществе, то напрасно, сейчас я совсем не в настроении. И спорить с тобой у меня тоже нет сил. Лучше уж покинь мои покои.

- А вот Гертара ты бы не прогнала. - пробубнил мужчина себе под нос. Видимо, утром мы здорово его задели.

- Я прогнала бы любого, кто явился ко мне с нотациями, принц Того. Сейчас у меня болит голова, но даже будь она здорова, я бы не пожелала их слушать. Прости, если я тебя как-то обидела.

Пусть мне не нравилось его поведение, но последнее чего я хотела - нанести оскорбление гостю. Сейчас же, подумав о том как выглядели со стороны подколы Фауста, то, что я их поддерживала показалось мне проявлением не самого гостеприимного поведения и я устыдилась. Я давала слово родителям, а получилось что вместо попыток поладить, я просто задирала своего возможного нареченного. Не лучшая характеристика для меня.

- Не думаю, что ты хотела меня обидеть, - снова заговорил Дарен, придвинул кресло к кровати и сел, положив ногу на ногу. - Конечно, меня немного задело, что Фауст подбивает тебя насмехаться надо мной. Послушай, принцесса, я не пытаюсь тебя воспитывать, но хочу предупредить, что он совсем не лучшая компания для юной леди. Мало того, что он старше твоего брата и имеет довольно неоднозначную репутацию в обществе. Дело в том, что мало для кого дружба с Гертаром оканчивалась хорошо. Я потерял своего старшего брата, потому что он слишком доверился компании принца Астерина. Потом его старшая сестра погибла по этой же причине, как я думаю.

Меня захлестнули самые противоречивые чувства. С одной стороны, мне было приятно, что Дарен оставил на время свой высокомерно-покровительственный тон и действительно пытался побеседовать со мной. Но с другой, он же просто поливал грязью Фауста и это, по непонятной причине, ужасно меня возмутило. Я знала его так же недолго, как и принца Того, но уже успела составить какие-никакое мнение о нем. И обвинения в смерти близких ему людей не вписывались в тот образ, который виделся мне. К тому же я не думала, что Никас стал бы водить близкую дружбу с человеком сомнительной репутации, а отец - переживать о поддержании добрососедских отношений с домом Гертар.

- Дарен, - заговорила я, постаравшись успокоить бушующее внутри негодование, потому что не хотела снова с ним спорить. - утром я сказала что не желаю принимать участия в ваших спорах. И я не шутила, потому что вы оба гости Главного Двора Леварана. Понятно, что с Фаустом ты находишься, мягко говоря, в натянутых отношениях, но пожалуйста, не пытайся сделать меня частью вашего конфликта. Я с вами обоими познакомилась только вчера, но принц Гертар мне не сказал о тебе ни одного плохого слова.

- Не удивительно. - усмехнулся принц Того. - Я много и упорно работал, чтобы создать и поддерживать свою репутацию, а не курсировал по публичным домам и сомнительным заведениям. - он осекся, увидев мой напряженный взгляд и примиряюще поднял руки. - Все, понял. Извините, принцесса Маро.

- Боги, прекрати меня так называть! - его формализм начинал меня раздражать. - Я же просила!

- Да, Маро, хорошо. Я постараюсь. Но и ты меня пойми, не так просто избавиться от того, что взращивал годами. При дворе Иверата не принято неформальное общение, поэтому тебе придется к нему привыкнуть, когда мы прибудем туда. Кстати, я слышал, что поездка грозит затянуться. Ты можешь мне рассказать об этом? Потому что я так и не понял, когда все успели все обсудить и где в тот момент был я?

Я тепло улыбнулась. Конечно его не было на обсуждении, ведь он отправился спать одним из первых, еще до того, как разъехались гости. И я рассказала ему о планах Никаса то, что знала сама. Рассудив, что его все равно нужно ввести в курс дела, если он планирует отправиться с нами. Во время моего рассказа лицо Дарена вытягивалось все больше, а когда я упомянула Аркина он не смог сдержать резкого вздоха, который я охарактеризовала как смесь удивления и испуга.

Когда утром я думала о том, что идея поездки через Северное королевство не понравится моему нареченному, я была права. Он сетовал, что терпеть не может длительные путешествия, а перспектива переправы через переезд Черных гор и вовсе привела его в ужас. Но правила приличия, которые он так свято чтил не позволяли ему оставить нареченную и вернуться домой в одиночестве, поэтому он признался, что будет вынужден отправиться вместе с нами.

Надо сказать, что с момента знакомства с Дареном Того это был наш первый и пока единственный обстоятельный разговор почти без взаимных насмешек и споров. Он на самом деле старался говорить со мной так, как я его просила и благодаря этому, мое отношение к мужчине заметно потеплело.

Он даже рассказал мне о сестрах, с которыми мне предстояло познакомиться в Иверате. А когда Дарен начал описывать мне красоты Восточных земель и Лесного дома, я почувствовала совершенно искренний интерес. Я поняла, что нас объединяет глубокая привязанность к своим домам. Разве что я мечтала посмотреть все остальные, а мой будущий нареченный был бы счастлив никогда не покидать пределы своего семейного поместья.

Глава 6.

После разговора с Дареном в моих покоях прошло несколько дней. Мое отношение к будущему нареченному заметно потеплело, к огромному удивлению не только братьев, но и родителей, которые, как оказалось, практически списали его со счетов. Но я была полна решимости постараться найти с ним точки соприкосновения, но пока не могла похвастаться особыми успехами в этом деле.

Нас объединяла любовь к родным городам, чтению, ванильным булочкам на завтрак и тишине. Но этого было чертовски недостаточно, в свете великого множества остальных различий. Как я успела узнать, принцу Того было более чем комфортно в обществе самого себя и в дополнительной компании он нуждался редко, так как предпочитал общество книг. Я же, хоть и любила читать, делала это не так часто, скорее чтобы скоротать время, да и книги выбирала не столь заумные, как он, чаще выбирая истории о путешествиях и наивные романтические сказания.

Наши общие вкусовые предпочтения заканчивались ванильными булочками, потому что я предпочитала с ними обжигающий кофе без сахара, а он пил только холодный и сладкий чай, к тому же сильно разбавленный молоком. И как бы я не старалась, было трудно найти тему для обсуждения, одинаково интересную нам обоим.

Но я честно старалась заводить и поддерживать разговор. Огорчало только то, что ответной инициативы от принца Того я удостаивалась не часто. Если быть до конца честной, тот визит в мои покои стал единственной содержательной беседой которую начал сам Дарен. И я уже начала уставать от его односложных ответов, все чаще предпочитая общество братьев или двойняшек Гертар, поскольку они беседовали со мной куда охотнее и оживленнее. Фауст с той встречи во дворе стал еще более замкнутым и молчаливым, а позавчера и вовсе покинул Главный двор. Мне хотелось расспросить об этом Никаса, но я побоялась выдать свою заинтересованность не в том госте, которому предстояло стать моим нареченным. 

До отъезда из Альвары оставалась примерно неделя, когда мы все наконец-то собрались на прогулку по городу, которую обещали гостям еще в день праздника Начала лета. Но с тех пор нам мешали то внеочередные заседания совета, где отец и братья пропадали целыми днями, то так не к стати испортившаяся погода.

Утром в день прогулки меня растолкали Силена и Алора. Подруги с нетерпением ждали выхода в город и сегодня им пришла идея выбрать для всех леди в компании схожие по цветам наряды. Я согласилась прежде, чем успела спросонья сообразить, чего от меня хотят, о чем потом не раз пожалела. Потому как эти две не в меру инициативные особы, едва получив мой кивок и буквально вытолкав меня в купальню, принялись выворачивать содержимое моего гардероба.

Я ухмыльнулась, представив негодование Аланы, когда ей придется заново развешивать все мои платья. Моя личная служанка отличалась редким педантизмом и бережливым отношением к вещам, благодаря чему в моих покоях царил больший порядок, чем я была способна поддерживать.

В последние дни у меня появилась привычка спать в ночном платье, которая появилась благодаря тому, что в мои покои постоянно кто-то заглядывал. И нет, я по-прежнему не желала запирать замок. Скинув платье, я с наслаждением окунулась в горячую воду и закрыла глаза, позволив мыслям раствориться в аромате моего любимого сиреневого мыла.

Однако вернувшись из купальни я застала в своей комнате форменный погром, разбросанные повсюду платья и ужасно расстроенную Силену - оказалось, что их план включал в себя алое платье, которого она у меня не нашла. Обычно я сторонилась этого цвета потому, что едва он касался моей кожи, я словно исчезала за его пламенем и превращалась в призрака в красном. Девушки, которые за эти несколько дней успели крепко сдружиться, принялись меня убеждать использовать наряд одной из них.

Я не любила брать чью-либо одежду, даже у своей сестры. Обычно понимание, что на мне надето что-то, что касалось кожи другого человека заставляло меня чувствовать ужасный дискомфорт. К тому же, у меня не было особого желания выглядеть как ночной кошмар.

Однако воспоминание о словах Дарена о том, что девушка должна отдавать предпочтение светлым пастельным оттенкам и сторониться ярких и темных до определенного возраста, подхлестнуло меня к тому, чтобы немного его подразнить. Я все еще не до конца верила, что его речи передают образ его мыслей, потому что все это звучало подозрительно заучено и без эмоционально. И очень хотелось бы хоть раз увидеть проявление истинных чувств молодого мужчины.

Мне вспомнился ярко-алый комплект из платья и плаща, который я покупала пару лет назад только потому, что не смогла отвести глаз от роскошной ткани, которая будто светилась изнутри. С тех пор я ни разу его не надевала вне покоев, но иногда любовалась волшебными переливами шелка при свете моих светлячков.

Наряд хранился в самой глубине гардероба, за светлыми платьями, которые я надевала по разу, да еще и в плотном чехле, поэтому неудивительно что подруги его не нашли. И, когда я извлекла из темного мешка пронзительно-алое платье, Силена и Алора замерли с распахнутыми в восхищении и от удивления глазами.

- Мар! - воскликнула сестра, выхватив у меня вешалку с нарядом из моих рук. - Какая удивительная красота! Только... я тебя в нем раньше не видела. Почему ты скрывала от меня это прелесть?

- Ну, - я пожала плечами, - ткань меня покорила, а дальше все, как в тумане. Серьезно, то я на самом деле купила его только из-за ткани. Это моя первая и последняя импульсивная покупка, о которой я тебе рассказывала. Думала, что если так и не надену - подарю тебе.

- Ты и так подаришь его мне, - ухмыльнулась она в ответ. - Когда ты вещала об импульсивных тратах, я, честно говоря, подумала вот об этой куче книг. - Она указала на сложенную в углу у кровати башню, так как я решала, что возьму с собой в дорогу. - А еще я не думаю, что принц Того одобрит такой выбор цвета и фасона. И уж точно не позволит носить его при дворе Иверата. Он полчаса докучал нам лекцией о пастелях и манерах. Даже мама устала от него. - Силена зевнула, театрально изобразив скуку.

Ну надо же, ему хватило духу беседовать о своих убеждениях с верховной королевой! Дарен был или удивительно самоуверен или поразительно глуп. И где его манеры, о которых он столько говорил? Я сомневаюсь, что они позволяют такое. Стало даже интересно, каким он будет в своем родном городе, неужели настолько же скучным?

- Си, я не думаю, что принц из тех, кто способен здраво рассуждать. И уж точно не из тех, кто уважает женщин. К сожалению. - Алора подошла к окну и села на подоконник. - Маро, из твоего окна чудесный вид!

Я хотела показать ей башню библиотеки и старого строения храма Культа, как нашу беседу бесцеремонно прервала Алана, которая сообщила нам, что принцы готовы и уже ожидают нас в холле первого этажа. После чего мои сестра с подругой умчались завершать приготовления. Служанка вошла в покои, оглядела царивший вокруг хаос и нахмурилась, оценив объем предстоящей ей работы.

- Сегодня красный, моя госпожа? На вас не похоже. - она кивнула на ярко-алый наряд, разложенный на кровати. Служанка уже давно привыкла к моим темным "сумрачным" цветам и даже почти перестала ворчать по этому поводу.

- Меня вынудили. - буркнула я, недовольная тем, что она вообще обратила на это внимание, зная мои непростые отношения с эти цветом. - Тебе не угодишь, Ала. Темные - плохо. Алые - тоже не так.

- Моя госпожа, вы ворчите как старая экономка. Я просто удивилась. - она уже давно смирилась с моим непростым характером и не обращала внимания на его проявления. - Вас принц Того об этом попросил? Или их высочества?

- Силена. - процедила я сквозь зубы и плюхнулась на кресло в дамском уголке. Ну почему она такая проницательная? И, главное, как я буду там одна, без нее?

Ала не сможет покинуть Леваран со мной, потому что здесь у нее семья. Обычно, высокородные леди не интересовались личной жизнью служанок, вынуждая их всюду следовать за собой. Но я не хотела отрывать подругу от ее мужа и сына, поэтому приняла непростое решение оставить ее при Главном дворе. Меня не затруднит в дороге обслуживать себя самой. А в Иверате мне должны будут выделить личную служанку, но от этого тяжесть разлуки ощущалась только острее.

- Ее высочество как и обычно, - улыбнулась Алана, принимаясь заплетать мои волосы в объемные косы. - всегда полна идей. Моя госпожа, позволите спросить?

- Да, говори, Ала. - я была абсолютно уверена в своей служанке, поэтому привыкла обсуждать с ней абсолютно все.

- Вам правда понравился наследный принц Восточных земель? Не сочтите за дерзость, но он показался мне таким непохожим на вас. И ведет себя он скорее как престарелый лорд. Марси говорит, что он крайне редко покидает покои, разве что, когда приходите вы или когда отправляется в библиотеку. - Она, как обычно, с удивительной точностью читала людей, чем всегда меня восхищала.

- В точку. - я хихикнула, хоть мне и стало как-то неловко от того, насколько очевидна со стороны была наша несхожесть с моим будущий нареченным. - Я конечно не могу сказать, что полностью очарована им, но все еще стараюсь его понять. Искренне надеюсь, что мы все-таки сможем поладить. По крайней мере я хочу знать, что приложила для этого достаточно усилий.

- С нареченным должно быть легко. - задумчиво проговорила служанка, перевязывая концы кос широкими лентами. - Мы с Эйманом в первые годы даже наговориться не могли. Но и теперь я не могу назвать для себя лучшего друга, чем мой супруг.

Наверное, так и выглядит настоящая любовь, когда вы прожили вместе почти десять лет. Точно я этого не знала, потому что мне еще не доводилось полюбить по-настоящему. У меня были родители, братья и сестра, которых я очень люблю, но настолько близкого мужчины в моей жизни не случалось. Мне были знакомы влюбленность и симпатия, но я никогда не встречала человека, с которым действительно хотела бы связать жизнь, все годы до конца дней.

Стало немного досадно, потому что, пусть я и была высокородной леди, с возможностями, недоступными большей части простого народа, но выходило так, что создание семейного союза по любви для меня становится едва ли не недостижимой роскошью, по причине этой дурацкой традиции договорных браков. И какой тогда толк иметь королевское происхождение, если я не могу даже создать пару с тем, кого выберу сама? Я почувствовала, как начинаю закипать, когда меня легко хлопнули по сжатой в кулак ладони.

- Моя госпожа! - возмущенно воскликнула Ала, - Вы ткань помнете!

Я заморгала и поняла, что в раздумьях провела больше времени, чем казалось, и я уже стою посреди комнаты в алом платье, а служанка застегивает на плечах плащ. Из разжатого кулака выскользнул шелковистый материал юбки, который я, как оказалось, сжимала, поддавшись непрошеным эмоциям.

Но сейчас точно не время жаловаться на судьбу, решила я и взглянула в зеркало. Отражение заставило меня восхищенно вздохнуть - Алана превратила мою холодную личину в часть платья, подкрасив мне губы в тон ткани и густо почернив ресницы. Теперь я выглядела чуть пугающе, но от этого не менее прекрасно. Я гордо выпрямила спину.

- Спасибо, Ала! - Я повернулась к подруге с широкой улыбкой. - Не представляю, что буду делать без тебя в Иверате. - В ответ служанка замахала руками.

Подняв подол, я увидела свои любимые "неженские", как говорила мама, ботинки, а на бедре чувствовался холодный металл кинжала, сквозь тонкие кожаные ножны. Она снова все сделала правильно! Даже то, о чем я раньше ее не просила, а делала тайком, выпроводив слуг из покоев. Я едва не прослезилась, еще раз взглянув на себя в зеркало и преисполнившись благодарности к своей личной служанке. Но долго любоваться собой было некогда, потому что Силена в нетерпении распахнула дверь и замерла на пороге с широко открытыми глазами.

Сестренка выглядела чудесно в платье цвета красной розы с юбкой, похожей на наслоение сотен больших лепестков, будто она на самом деле надела гигантский бутон. Раньше я этого платья у нее не видела, а значит, что сегодня она просто придумала причину, выгулять новый наряд, не привлекая излишнего внимания. Вот какова плутовка!

- Мар, это же чистейший восторг... - восхищенно прошептала Силена, перебирая в руках материал моего плаща и любуясь переливами ткани в солнечных лучах.

- Пойдемте леди, наши мужчины заждались. - Алора вошла в покои в необычном воздушном наряде, сшитом из бесчисленного количества слоев полупрозрачной ткани разных оттенков красного.

- Цветочек, пожар и сама смерть. - Насмешливый тон заставил нас всех резко повернуться к двери, откуда приближался Рейланд. - Вы все уже прекрасны, а мы состаримся вас дожидаться. От себя лично скажу - эти часы стоили того, чтобы вас увидеть. Прошу. - Он сделал приглашающий жест в сторону лестницы.

Силена закатила глаза в ответ, я же тихонько хмыкнула и прошла мимо, толкнув брата в бок. От меня не укрылись взгляды, которые Алора украдкой бросала на моего брата, поэтому я решила вынудить его сегодня сопровождать девушку. Вспомнив о таинственной леди, которая весьма пренебрежительно отнеслась к влюбленному в нее Рею, я подумала, что было бы неплохо, чтобы сегодня он почувствовал каково это, испытывать симпатию в свой адрес.

Спускаясь по лестнице, я наслаждалась тем, как тихо и плавно стекает по ступеням короткий шлейф моего платья на контрасте с шелестом, который создавала пышная многослойная юбка моей младшей сестры.

Завидев нас в холле Никас восхищенно присвистнул, а Армион рассыпался в заковыристых комплиментах. По сравнению со своим старшим братом и сестрой-двойняшкой он был на удивление словоохотлив и весьма красноречив.

Сегодня я не просто знала, что красива, я чувствовала это всем своим существом. Поэтому с удовольствием принимала похвалу и наслаждалась этой уверенностью. Было удивительно, что ее подарил мне именно алый наряд, если вспомнить что он никогда не был одним из моих любимых цветов. Но сейчас я от всей души наслаждалась тем, как выглядел этот до неприличия яркий цвет на фоне моей бледной кожи и насколько хорошо я чувствовала себя в непривычном для себя образе.

Но мое настроение стремительно покатилось вниз, когда я столкнулась с колючим и недовольным взглядом принца Дарена. Стало очевидно, что тот прогресс в наших отношениях, который вроде наметился за последние несколько дней стремительно возвращался в исходную точку. Я не смогла сдержать разочарованного вздоха. Что же с ним не так?!

- Маро, я думаю, что ваш вид не соответствует образу нареченной наследного принца. - недовольно процедил он, отводя меня за локоть в сторону от компании. - Я бы советовал...

- Не говорить девушке, что ей носить. - громко и сердито закончила за него София, подойдя к нам из-за колонны в роскошном темно-красно одеянии. - Ник вот ничего не имеет против моего платья. - Томно улыбнулась девушка и взяла Ника, который всем видом выражал недовольство поведением гостя, под руку. Брат коротко кивнул. Краем глаза я заметила, что она предупреждающе сжала его локоть, чтобы он не кинулся на мою защиту и порадовалась, что есть кому его сдержать. Мне совершенно не хотелось развивать конфликт, особенно сегодня.

Невозможно было не заметить, наметившееся в последние дни некоторое потепление отношений Никаса со своей нареченной. Присутствие старых друзей положительно повлияло на нее, София словно втянула колючки, от чего с ней стало куда приятнее общаться. Оставалось надеяться, что после отъезда гостей все не вернется на круги своя.

- Надеть что-то более подобающее. Мне бы не хотелось, чтобы народ видел вас в столь вызывающем наряде. - Все же проговорил сквозь зубы принц Того, демонстративно проигнорировав замечание принцессы Демар.

Меня заполнили стыд и гнев и я буквально почувствовала, как становлюсь одного цвета со своим нарядом. Я вытянулась, как струна, собираясь резко осадить Дарена, но не успела открыть рот, потому что спиной почувствовала, что ко мне подошел кто-то высокий и широкоплечий. Оставалось только надеяться, что это не отец, потому что тогда разгорится настоящий скандал и прогулку снова придется отменить до лучших времен.

- Ну раз тебе это не по силам, юный принц, сегодня я буду сопровождать Маро, если она позволит. - я услышала за спиной глубокий и вкрадчивый голос старшего принца Гертара и выдохнула, почувствовав на пояснице его широкую ладонь. - Нужна определенная храбрость, чтобы сопровождать столь прекрасную даму. Поэтому сегодня я не доверю тебе руку моей леди, Дарен.

Фауст подошел ко мне так, чтобы оттеснить рассерженного принца Того в сторону и протянул мне руку, которую я с готовностью приняла, трусливо порадовавшись, что мне не пришлось осаживать своего будущего нареченного прилюдно.

Мужчина рядом был весь в черном, как и в тот вечер, когда я увидела его впервые. Мне не хотелось признавать, что я очень рада его видеть, но я понимала, что позже меня ждет разговор с Никасом по этому поводу. Особенно судя по его красноречивому взгляду, который он бросил на меня, проходя мимо нас к выходу из холла под руку с Софией.

Я посмотрела на Дарена - его лицо помрачнело, но очень скоро приняло привычное непроницаемое выражение. Я почувствовала легкий укол совести. Одно дело было поддразнивать его, стараться вытащить из нег живые эмоции. Но в холле все слышали спор и никто не встал на его сторону. Неудивительно, что теперь он чувствует себя уязвленным. И пусть я по-прежнему считала его суждение странным, а попытку указывать мне неуместной, сейчас мне казалось что я несколько перегнула палку. Я подумала о том, чтобы как-то сгладить неловкую ситуацию, но не успела я открыть рот, как принц Того развернулся на каблуках.

- Я не могу показываться на людях, в ТАКОЙ компании. - заявил он, выразительно взглянув на Никаса. - Прошу меня простить. - после чего стремительно унесся вверх по лестнице.

Я вздохнула и разочарованно опустила голову. Теперь из-за меня Дарен пропустит прогулку и уже в который раз окажется отделен от всех остальных гостей. Это заставило меня чувствовать себя еще более виноватой за то, как обошлась со своим будущим нареченным. Но я не успела дальне погрузиться в подавленное настроение, потому что Никас в пару широких шагов подошел к нам и поднял мой подбородок, заставив меня взглянуть ему в лицо.

- Не смей оставаться дома, малышка. - Он смотрел на меня обеспокоено и говорил непривычно тихо, но твердо. - Ты не виновата, слышишь меня? Мы все видели, как он с тобой обходился и поверь, Соф спустила бы с него шкуру прямо здесь, не будь рядом полдюжины свидетелей. - Эти слова брата заставили меня удивленно распахнуть глаза. Уж чего-чего, а на мою сторону принцесса Демар вставала считанные разы.

- Не то слово. - София снова взяла Ника под руку. - Терпеть не могу, когда с леди обходятся как с собственностью принцев. Мне часто доводилось видеть подобное обращение и я не могу придумать ничего более унизительного.

- Но он вроде бы не... - тут я замолкла и задумалась. Поведение Дарена обескураживало, но я не думала о том, что он пытается меня унизить в моем же доме, да еще и в присутствии братьев. - Я не считаю, что он сделал это нарочно. - Все же проговорила я.

- Мар, не переживай. Я думаю, что кто-то должен пояснить принцу правила поведения в Главном дворе Леварана. Попрошу отца поговорить с ним и объяснить, что стоит относиться уважительнее к своей будущей нареченной. - Никас усмехнулся. - Хотя я вижу, как стремительно тают его шансы заполучить тебя. Но на сегодня, твоим спутником будет Ал. Или кто угодно, если попросишь. Я могу вытащить даже Амана, только скажи.

Я повернулась и взглянула на Фауста, который очень внимательно на меня смотрел, ожидая моего решения. Мне понравилось предложение брата куда больше, чем должно было и я только крепче сжала его руку, которую до сих пор держала, выпрямилась и легко улыбнулась. Мужчина улыбнулся мне в ответ, без слов поняв, что я хочу этим сказать. Он выглядел довольным.

- Пошли, Ники, все ждут. - Я кивнула в сторону остальных наших спутников, которые теперь толпились у выхода в город. - Я вполне довольна своим спутником и не собираюсь страдать из-за Дарена.

Я постаралась принять максимально спокойный вид. Расправила плечи и сделала глубокий выдох. Прежде чем пойти следом за братом его его нареченной, я повернула голову на принца Гертара и поймала пытливый взгляд его темных глаз. Сейчас они мне показались практически черными. Еще раз оглядев меня с ног до головы Фауст непривычно открыто улыбнулся, а затем чуть наклонился ко мне и полушепотом проговорил:

- Маро, ты сегодня просто ослепительна. Не могу подобрать слов, чтобы выразить восхищение.

По телу разлилось тепло и я широко улыбнулась в ответ. Почему-то именно его комплимент заставил меня чувствовать себя спокойно и уверенно, полностью стерев пыль сомнений, которые поселились после язвительных замечаний Дарена.

Мы присоединились ко всем остальным и наша компания была наконец-то отправилась в город. В этот раз Никас отказался от сопровождения легионерами, поскольку среди нас было четверо вооруженных мужчин, поэтому мы вышли за ворота Главного двора как компания обычных высокородных горожан. 

Сегодня день выдался на удивление удачным для прогулки по городу с нашими гостями. Яркое летнее солнце было затянуто облаками, а легкий ветер позволял легче дышать. Приняв с утра отвар Аланы, который она готовила мне все время, когда я могла наткнуться хоть на что-то цветущее, я не переживала о том, что потеряю лицо из-за дурацкой реакции моего организма.

Больше всех нашей удавшейся вылазке радовалась Силена - она громко разговаривала, хихикала над шутками Алоры и Армиона и тащила нас к каждой витрине, которая нам встречалась по пути. Меня радует ее энергия и я от всей души наслаждаюсь моментами, проведенными с семьей и друзьями. Особенно понимая, что в скором времени мне предстоит покинуть родной город и перебраться в Иверат, где, как я уверилась исходя из рассказов и поведения моего принца Того, подобной свободы у меня не будет.

Мой спутник сегодня непривычно разговорчив и у нас складывается непринужденная беседа о погоде, архитектуре Альвары и прочих окружающих нас предметах и людях. Я была искренне благодарна Фаусту, что он не стал дальше развивать тему стычки с Дареном в холле и не пытался высказывать мне свое к нему отношение. Потому что множество раз я просила своего будущего нареченного не рассказывать мне снова и снова о своей неприязни к дому Гертар, но не была услышана и если бы мне снова пришлось слушать подобные речи, не думаю, что удержалась бы от неподобающей леди резкости. Но он же просто беседовал со мной, время от времени бросая на меня внимательные взгляды, значения которых я разгадать не могла.

Будучи ярой противницей сплетен, я уж точно не любила, когда поливают грязью кого-либо. Мои близкие хорошо это знали и уважали мои взгляды. Искренне полагая, что во всех конфликтах так или иначе виноваты две стороны, я видела, что резкое отношение принца Того основано на его личных суждениях и изрядной доле предубеждений, а Фауст явно не считает необходимым как бы то ни было оправдываться перед Дареном, предоставляя тому право проживать собственные эмоции. Эта позиция вызывала у меня изрядное уважение. Хотя, раз за разом выслушивая лишь одну сторону истории, даже мне уже становилось любопытно услышать и второе мнение. Но спрашивать об этом я бы никогда не решилась, поскольку считала, что как все произошедшее между ними много лет назад, так и почти осязаемая напряженность сейчас - не моего ума дела.

На третьей улице, миновав переулок ателье, я заприметила свою любимую книжную лавку Ашер, приютившуюся между магазином тканей и жилым домом. Мне сразу захотелось отделиться от компании и провести полчаса в уютном уединение среди шелеста страниц. К тому же, я в любом случае планировала приобрести себе что-то, что поможет скоротать время в пути до Нордхейма, и сейчас был подходящий момент.

- Ники, я заверну к миссис Ашер? - я чуть придержала брата за локоть. - Позовите меня, когда закончите здесь. - Я кивнула в сторону ярко освещенных витрин одного из лучших ювелирных магазинов Леварана, к которому Силена уже тащила Алору и Софию.

Миссис Ашер, пожилая владелица магазина, недолюбливала шумные компании и умоляла меня приходить к ней без сопровождения. Конечно, она имела ввиду легионеров, которые обычно сопровождали меня в случае одиночных прогулок по городу, а не высокородных леди и господ, но зная привычку Силены громко разговаривать и то, что братья не разделяют моей любви к книжным лавкам, я не сомневалась что и их присутствие вызовет неудовольствие пожилой леди.

Брат внимательно посмотрел на меня и кивнул, после чего вошел в просторное, ярко освещенное помещение с огромными окнами. Мои близкие знали, что я весьма сдержанна в плане украшений и для меня больший вес имеет их значение, нежели цвет или количество. И пусть обычно я с удовольствием разглядываю переливы камней и помогаю сестре определяться с выбором, сейчас я нуждалась в небольшом количестве времени в тишине и одиночестве среди книжных полок.

- Хочу зайти в книжную лавку, - сказала я, обернувшись к Фаусту, который все это время молча стоял чуть позади меня, - присоединяйся к остальным, я скоро вернусь.

- Моя леди, я ничего не имею против книг. - коротко кивнул он мне в ответ. - Пошли. - и протянул мне руку.

Он что, хочет отправиться вместе со мной? Это немного удивило меня, потому что Никас и Рей просто умирали от скуки в тишине книжных и обычно с большим удовольствием отпускали меня туда одну, предпочитая скоротать время в ближайшем питейном заведении. Но я не стала задавать ему вопросов сейчас, потому что было жаль терять время.

Зная Силену и Софию, они проведут в ювелирном не менее двух третьих часа, но для меня этого времени может быть недостаточно, чтобы выбрать то, что мне нужно, поэтому стоит поторопиться. Поэтому я молча положила руку на предплечье Фауста и послушно пошла за ним по направлению резной двери магазинчика Ашер.

Мелодичный звон колокольчика известил о нашем появлении и пожилая леди, хозяйка книжной лавки, подняла голову от массивной учетной книги, в которой вела запись проданных томиков. Увидев меня она улыбнулась и слегка кивнула в знак приветствия. Мне всегда нравилась миссис Ашер, не в последнюю очередь по причине своей доброжелательной немногословности и стремлению поддерживать в лавке тишину, благодаря чему пребывание здесь было по истине умиротворяющим.

- Добрый день, принцесса Маро! - женщина не покидала своего рабочего места, приветствуя посетителей. - Добро пожаловать в книжную лавку семьи Ашер и вам, благородный господин! Напоминаю, что у нас принято соблюдать почтительную тишину в уважении к книгам. - после чего сразу вернулась к своим расчетам, которыми занималась до нашего прихода.

Фауст слегка поклонился хозяйке и вопросительно посмотрел на меня. Я понимала, что он ждет, куда я собираюсь пойти, но мне не хотелось таскать его за собой среди узких полок, как лакея. Поэтому я чуть пожала плечами и отпустила его руку, чтобы отправится в свою любимую секцию, где странно соседствовали исторические повести и наивные романтические истории.

Я достаточно долго разглядывала ряды книг, пытаясь понять, какие из них я хочу взять с собой и едва не потеряла счет времени. Но, каково же было мое удивление, когда обернувшись, чтобы отыскать взглядом своего спутника, я буквально уткнулась носом в его широкую грудь. Неловко вздохнув, я сделала шаг назад и увидела, что он сжимает в руке объемный том "Древняя Магическая история Мира" и пару приключенческих повестей, которые я ранее не читала.

- Если мы не выйдем отсюда через несколько минут, вся наша добрая компания ввалиться сюда и тогда магии этого места придет конец. - прошептал он, наклонившись к моему уху. - Никас исходит нетерпением.

- Вот черт! - выругалась я себе под нос, увидев за стеклом брата, размахивающего руками. Конечно, он скорее будет изображать ветряную мельницу и раздражать хозяйку магазина, чем зайдет туда, где царят строгие рамки допустимой громкости. - Если я куплю все, что хотела, нам придется вернуться в Главный двор или же разгуливать с тяжелым свертком. Мне нужно еще несколько минут.

Я опустила взгляд в пол, говоря это, и ожидала обычных добродушных насмешек о моем книголюбстве, на которые обычно не скупились братья. И я уж точно не ожидала, что он поймет мою потребность подумать еще немного.

- Ты можешь скупить половину магазина, если тебе угодно, и я отправлю все в твои покои. Или понесу в руках, которые, как ты видишь, у меня тоже есть. - проговорил мой спутник все тем же бархатным полушепотом, после чего молча протянул мне свободную руку, предлагая положить на нее свои покупки.

Этот мужчина! Если бы мне не предстояло стать нареченной принца Того, я бы тут же влюбилась в него. Жаль, что я не чувствую себя так же спокойно рядом с Дареном, это бы неплохо компенсировало некоторые наши трудности в понимании друг друга.

Подумав еще пару минут, я все же положила в его протянутую руку несколько книг, пожалев, что не выбрала что-то более серьезное легкомысленных романов. Скорее всего, он посчитает меня ветренной и недалекой особой. От этой мысли мне почему-то стало грустно и я направилась к миссис Ашер, чтобы расплатиться.

Но Фауст в пару широких шагов обогнал меня и, водрузив на прилавок две стопки наших покупок, попросил хозяйку упаковать книги, протянув ей небольшой холщовый мешочек. Я опешила, потому что не думала, что он воспримет все так.

- Я в состоянии оплатить свои покупки. - я постаралась придать голосу свой привычный металлический оттенок, но в этот раз тон не убедил даже меня. Что со мной такое?

- Моя леди, ты же не думала, что я тебе это позволю? - в его голосе прозвучало неприкрытое удивление, словно его жест был чем-то самим собой разумеющимся.

- Увы, - миссис Ашер заворачивала книги в хрустящий пергамент. - нашу милую леди Маро обычно сопровождают куда менее галантные спутники, молодой господин. Поэтому я всегда прошу ее оставлять этих шумных легионеров за дверью лавки. - По-доброму усмехнулась пожилая леди. - Вы уж позаботьтесь о ней, ради всех подданных Леварана, которые души в ней не чают.

- Не сомневайтесь, миссис Ашер. - смущенно улыбнулся Фауст и подал мне руку.

Я снова почувствовала, как лицо заливается краской. Не знаю, как трактовала наши отношения хозяйка магазина, но мой спутник явно не собирался с ней спорить, за что я была ему очень признательна. Сегодня я была преисполнена благодарности к этому немногословному мужчине и книги были лишь небольшой ее частью. 

На выходе из лавки нас ожидали друзья, которым не терпелось поскорее продолжить прогулку. Никас ворчал на мою медлительность, а Рейланд не преминул подметить, что мы с принцем Гертаром удивительно схожи в любви к книгам, указывая на два объемных свертка в руке мужчины.

Алора высказала желание немного перекусить и с радостью ухватилась за это предложение, испытав огромное облегчение, что никто не собирался дальше обсуждать наши с Фаустом сходства. Почему-то подобные речи вгоняли меня в краску. Мой спутник же попросту замолк и вперил взгляд в пол, посмотрев на меня лишь когда я тронула его руку.

Всем понравилась моя идея посетить самую красивую чайную Идель, куда мы и направились как можно скорее, чтобы успеть пообедать до завершения рабочего дня у служащих и заполнения веранды чайной горожанами. Потому что иначе хозяйка чайной будет вынуждена разрываться между столиком наследного принца, которому должна оказывать больше внимания и другими посетителями. А мы же хотели просто посидеть и отдохнуть, не создавая проблем мисс Идель.

Принц Гертар так и не позволил мне нести свои книги, молча протянув мне правый локоть, на который я, чуть вздохнув, положила руку. Путь до заведения мы прошли, молча слушая разговор Силены и Армиона, которые оживленно спорили о причинах сокращения срока жизни..

Это была давняя история, наполненная туманными поверьями и недоказуемыми домыслами. Но я частенько натыкалась в старых книгах на упоминания, что около полутора тысяч лет назад, продолжительность жизни на Материке начала неуклонно снижаться и с удивительных пяти сотен лет пришла к тому, что есть и по сей день - немногим меньше двухсот. В некоторых источниках в этом винили Культ, который, казалось, существовал дольше Объединенных королевств и должен был поддерживать баланс, защищая магическую часть нашего мира от нас, а нас - от чудовищ с горных цепей и пустошей. А кто-то писал, что сокращение жизни - естественный процесс, связанный с исчерпанием запасов магии в мире и, соответственно, знаменующий скорое приближение конца света.

Я же обычно относилась ко всем этим манускриптам с долей сарказма и считала их не более чем древними поверьями, которые, тем не менее, довольно интересно читать. К тому же, частично эти истории походили на правду, потому как существа вроде фенринов, верберов или витерий все же существовали в глубинах гор и периодически контактировали с нами, а в чем-то были похожи скорее на досужие домыслы. К тому же, я не до конца понимала, чем именно занимаются служители и адепты Культа. Например наш наместный служитель Варен только присутствовал на советах, а точнее, дремал на них, со слов Никаса, да периодически рассказывал нам с Селиной истории о Витериях с Северной пустоши.

Мне было известно, что в разных королевствах по-разному относятся к влиянию Культа. Король Норд Дайнем несколько лет назад полностью отстранил своего наместного служителя от участий в совете, оставив ему только право проповедей, за что попал у адептов Культа в опалу и был признан ими как неверный король. А вот в Астерине, как я слышала, он куда более влиятелен, чем в прочих землях, ведь там находится древний город Кариополис - исторический центр Культа, где расположен их главный храм и Великая библиотека.

В Кариополисе же совершались все важнейшие ритуалы. Такие как ритуал создания семейного союза или ритуал признания (когда принц официально получал статус наследного). Второй ритуал в последние годы проводился все реже, потому что наследным принцы признавались по праву рождения или старшинства и многие короли отказывались подвергать своих отпрысков прохождению этого испытания. Насколько я знала, одними из последних принцев, получивших ритуальные татуировки, символизирующие их право наследовать престол своего отца были нынешний король Крайних земель Филион Норем и принц Фауст Гертар, который сейчас шел по левую руку от меня со странным выражением лица. От отца я как-то слышала, что король Южного королевства грезит идеей подвергнуть ритуалу своего старшего внука, что сделает его наследным принцем в обход всех дочерей Демара.

Вслушиваясь в спор наших спутников, я вспомнила, что Фауст взял в лавке миссис Ашер книгу "Древняя магическая история Мира" и подумала о том, что в пути можно будет одолжить его томик для ознакомления. Дорога предстоит неблизкая, общий путь до столицы Восточных земель обещает занять около недели и еще две мы, скорее всего, проведем в Нордхейме. Так что я еще успею попросить его об этом одолжении. 

Задумавшись, я совсем не заметила, как отпустила руку, придерживающую подол и наступила на длинную юбку. Благодаря чему я запнулась и едва не упала, если бы не сильная рука моего спутника, которой он буквально поймал меня. В моем списке благодарностей Фаусту добавился еще один пункт. Боги, я когда-нибудь сумею отплатить ему в ответ?!

Но когда бы это не произошло, сегодня явно было не время, потому что мы вошли в чайную Идель, где радушная хозяйка окружила нас своим вниманием, не оставляя ни единой возможности отвлечься от того, что происходило за столом.

Я, как обычно, быстро прониклась атмосферой этого места и с удовольствием рассказывала гостям о том, что они непременно должны здесь попробовать. Сама же я привычно отдала предпочтение своим любимым ванильным булочкам с мятным чаем. Братья, как и всегда, заказали шоколадный торт, за последний кусочек которого в детстве готовы были драться насмерть, Силена - свое любимое клубничное пирожное, а София - сливочное мороженное. Двойняшки Гертар взяли то же, что мои братья и сестра, а вот их старший брат долго рассматривал меню с совершенно потерянным видом. А в итоге заказал обычный яблочный пирог и тот же чай, что и я.

Сдержанность, очевидно, была его обычной чертой, потому что не вызвала какой-либо реакции у брата и сестры, когда как Ник сделал страшные глаза и начал чрезмерно активно уговаривать его попробовать что-то более непривычное. Но Фауст был непреклонен.

- Ты же знаешь, что я не меняю выбор. Определившись единожды, я буду верен себе.

Это прозвучало напыщенно и странно для такого заведения, но мой брат явно правильно понял друга, будто они продолжали начатый разговор, коротко кивнул ему и вложил весь энтузиазм в свой десерт. Мой спутник же, замолчал окончательно и не произнес больше не слова до тех пор, пока не пожелал мне доброй ночи у дверей моих покоев, когда я уже не ожидала вновь услышать его голос.

Глава 7.

Все последующие дни смешались в единый поток бесконечных забот и суеты, связанной с нашим скорым отбытием из Альвары. Братья старались закончить дела, чтобы во время путешествия позволить себе расслабиться и немного отдохнуть, а родители внезапно сделали обязательными семейные приемы пищи, очевидно, чтобы провести с нами чуть больше времени.

Нам впервые предстояло покинуть Главный двор на столь длительное время, а мне так и вовсе, вероятно, предстоит остаться жить в Иверате. И, хотя Рейланд и Силена должны вернуться домой после визита в Нордхейм, Никас последует со мной дальше, так как он будет представителем династии на церемонии моего наречения вместе с принцессой Софией. Хотя я все еще не была уверена, что она состоится.

После злополучной стычки в холле, мы с Дареном едва ли перекинулись парой фраз. В тот день, я думала, что весь прогресс наших отношений вернулся к исходной точке, но я жестоко ошиблась. Все стало куда хуже. Теперь он только крайне односложно отвечал на все мои вопросы и пару раз отпустил пару язвительных комментариев, за чем последовало почти полное игнорирование моих дальнейших попыток заговорить.

Я искренне не понимала, что именно так глубоко обидело принца Того и была бы рада, если бы он меня посвятил в причины своего поведения, чтобы я могла постараться искупить свою вину. Но даже моя попытка извиниться была встречена ледяным равнодушием, после чего он отвернулся, через плечо кинул едкое "Если вам так угодно." и оставил меня стоять в одиночестве и растерянности посреди коридора гостевого этажа. Технически, он выразил принятие моих извинений, поэтому я не могла во всеуслышание обвинить его в детской обидчивости, но тон, которым он это произнес оставил меня глубоко уязвленной и, даже малость оскорбленной. Хотя я все равно еще чувствовала перед ним вину.

Однако довольно скоро мне надоело испытывать это гнетущее чувство, к тому же сам Дарен явно не испытывал дискомфорта от недостатка моего общества. И я приняла самое, на тот момент, очевидное решение - оставить мужчину в покое, чтобы он самостоятельно разобрался со своими тараканами. Я попросила прощения, сполна испытала его наказание отчуждением, но он не соизволил просто открыть рот, чтобы обсудить все произошедшее, как подобает взрослым людям, поэтому я просто отступила.

Я надеялась скрыть всю эту неприятную ситуацию от родителей, демонстрируя искреннюю дружелюбность в их присутствии. Я не пыталась больше напрямую завести разговор с Дареном, все еще сидящим за столом по правую руку от меня, как и полагается нареченному, но иногда задавала ему незначительные вопросы и делала вид, что его крайне сухие ответы меня вполне удовлетворяют.

За три дня до отъезда из Альвары, за ужином, Алора и Армион, которые услышали от Рейланда об Аркине принялись умолять меня их с ним познакомить, на что я охотно согласилась. И пусть я малость опасалась реакции своего защитника на такое количество новых людей, это было необходимо, потому что нам предстоял долгий путь и мои друзья должны были быть знакомы с фенрином, который будет сопровождать меня везде, куда я направлюсь. Поскольку ему предстоит защищать и моих спутников тоже.

Мы решили, что это стоит сделать завтра после завтрака, чтобы оставить время для второй попытки знакомства, на случай неудачи. Но, когда я повернулась к Дарену, чтобы пригласить и его тоже, он демонстративно отвернулся, не дав мне закончить фразу, после чего сделал вид, будто моя речь - не более чем фоновый шум, незначительный и надоедливый. Ладно, это что-то новенькое.

Уязвленная столь явным пренебрежением я замолкла, решив как и обычно проигнорировать его поведение, но заметила свирепый взгляд Никаса. Он словно пытался насквозь прожечь им нашего незадачливого гостя, который явно не привык, что кто-то поступает не по его.

Я догадывалась, что его больше всего обидело, наша состоявшаяся прогулка и то, что прошла она прекрасно, несмотря на отсутствие его высочества. А когда по возвращению, я не кинулась к нему с извинениями, он очевидно решил, что я приняла противоположную ему сторону в этом непонятном конфликте.

- Маро, зайди ко мне пожалуйста после ужина. - спокойно проговорил отец, вставая со своего места во главе стола и предлагая руку маме, которая смотрела на меня с очень задумчивым видом. - Обсудим планы.

Я молча кивнула, уловив краем глаза торжествующий вид Дарена. Ситуация напомнила мне те дурацкие моменты из лагеря в Крайних землях, где я познакомилась и подружилась с Атласом Посе. Когда кто-то из детей доносил на своего товарища по отряду, он обычно потом стоял с таким же самодовольным видом, ожидая, когда того, на кого он нажаловался, накажут. И это было крайне недостойное в моих глазах поведение для взрослого мужчины, тем более, для наследного принца.

Неужели принц Того в своей обиде предпочел наябедничать на мое поведение отцу? Я ощутила узел, который туго стянул все мои внутренности и положила ложку, которой ела жаркое, на стол, потому что аппетит окончательно пропал. Я не знала, что меня тревожит больше - то, что может сказать отец или то, что мой будущий нареченный склонен к доносам и обидчив, как десятилетняя леди.

И пусть я понимала, что не сделала ровным счетом ничего плохого, мне все равно было весьма тревожно, потому что я очень не хотела разочаровывать папу. Я все это время твердила себе и всем вокруг, что обещала родителям и теперь должна и обязана постараться поладить со своим нареченным, а в итоге получила вот это - обиды и, скорее всего, жалобы на неучтивое поведение. Я подавила вздох. Не хочу давать принцу Того повод торжествовать, упиваясь моим волнением.

Итак, сгорая от беспокойства, примерно через четверть часа, после того, как все покинули столовую и разбрелись по своим покоям, я перешагнула порог отцовского кабинета и тихо прикрыла массивную дверь. В комнате царил приятный вечерний полумрак, потому как отец явно закончил дела на сегодня и теперь сидел с книгой в своем любимом кресле под торшером, водрузив ноги на журнальный столик и покачивая ими так, что стакан молока на нем ходил ходуном, угрожая вот-вот соскользнуть на пол.

Увидев меня, папа опустил ноги на пол и положил на столик тяжелый том. От волнения буквы расплывались перед глазами и я даже не могла прочесть ее название. Жестом он пригласил меня присесть в кресло напротив, к которому я подошла на негнущихся ногах и неловко плюхнулась, моментально в нем утонув.

- Кхм... - отец прокашлялся, видимо подбирая слова для начала разговора. - Расскажи мне, дочка, как у вас обстоят дела с принцем Того? Мне показалось, что у вас вроде как начало все налаживаться, как вдруг такое вот выступление. - мужчина закатил глаза к потолку и я чуть выдохнула, начав понимать отношение отца к этой ситуации.

- Тебе показалось, папуль. - я постаралась улыбнуться, чтобы не выдать облегчения, которое окатило меня с ног до головы. - Как бы я ни старалась, но найти точки соприкосновения с Дареном у меня пока не получилось. Прости. Я обещаю, я постараюсь с ним поладить. - кажется, от волнения я начала тараторить, стараясь сказать как можно больше. - Думаю, что в Иверате он откроется мне с другой стороны. Ну, я очень на это надеюсь, по крайней мере, я...

- Маро, ну что ты, в самом деле! - отца явно смутили мои извинения и встревоженность, поэтому он прервал мой бесконечный поток слов. - Я конечно не думал, что у вас случится любовь с первого взгляда, но этот парень меня совершенно разочаровал. Его будто не интересует ваше наречение, он словно специально тебя отталкивает. Нас с мамой и без того настораживает, что принц Того всеми силами от вас сторонится, использует все предлоги, бормочет что-то о кровной вражде и дурной репутации старшего принца Гертара. К тому же, видеть, как ты изо всех сил стараешься быть с ним любезной, а в ответ получаешь такое обращение, просто неприятно. Я не хочу чтобы с моей дочерью так обращались, Маро.

- Пап, - я вздохнула и опустила плечи, - сейчас он на меня обижен, я так думаю. Но вот честно, я извинилась. Хотя в то утро он здорово меня задел и возмутительно относился к Софии и Нику, а из-за появления Фауста и вовсе отказался с нами идти. Думаю, что в этой ситуации я вправе ожидать от него извинений, а не наоборот.

Отец кивнул, соглашаясь со мной и я окончательно расслабилась. Было невероятным облегчением найти поддержку, ведь с братьями я эту ситуацию не обсуждала, опасаясь что их взрывные характеры сослужат им дурную службу и я стану причиной конфликта между нашими семьями, чего мне крайне не хотелось. Но мне не думалось, что король Арон оставит все как есть, если кто-то из моих братьев, габаритами значительно превосходящих Дарена, его поколотит. Но меня все же тревожила история, о которой уже не раз упоминал и я решилась расспросить об этом отца.

- Послушай, - я выпрямилась в кресле, чтобы задать давно волнующий меня вопрос. - ты не знаешь, что за несчастный случай унес жизнь старшего принца Того лет так 15 назад? Просто Дарен раз двадцать за все время напрямую обвинил наследного принца Фауста в убийстве, а потом еще что-то говорил про его дурную репутацию.

- Это было давно, дочка. - он вздохнул. Я заметила, что отцу не так просто об этом говорить. - Тогда отряд юношей из военного лагеря в Дождевых горах проходил межсезонные испытания, они около недели должны были самостоятельно выживать, применяя полученные навыки. В том отряде был Фауст, Аман Ликар, старший Того и еще трое. Должен был быть еще и Никас, - тут я вспомнила, что брат однажды вернулся из лагеря подавленный и с перевязанной рукой. - но он накануне что-то не поделил с юношей из другого отряда и остался в лазарете наказанным и со сломанной рукой. Как подумаю, что и он мог оказаться вместе с ними... ох. В общем, буквально через день после начала испытания, на отряд напали Темные Витерии. Мальчишки побежали назад через устье реки Зант, но Марен Того сорвался с тропы в обрыв. Никто не мог ему помочь, там ужасное течение.

Отец опустил голову. Я понимала, что эти воспоминания даются ему тяжело, потому что, наверно страшно понимать, что на месте погибшего юноши мог запросто оказаться твой сын.

- Марен, старший принц Гертар и твой брат уже тогда довольно близко дружили. В ту драку, где он сломал руку, Ник ввязался, защищая старшего принца Того. Но он остался в лагере, когда когда остальные отправились на межсезонье. И почему-то став старше, Дарен решил, что именно Фауст виноват в гибели его старшего брата, которого он боготворил. Юноше было всего 17 лет тогда и его гибель стала страшным ударом по всем нам. Лагерь тогда на несколько лет закрыли, а потом и вовсе перенесли в другое, более безопасное место.

Я начинала понимать, почему теперь Никас так ревностно относится к охране переезда Черногорья и почему отец без лишних вопросов согласился сформировать для этого целые легионы. Я была слишком маленькой, когда все случилось, поэтому меня в подробности события никто не посвящал. Но мне стало ужасно жаль Ника, который тогда, будучи четырнадцатилетним высокородным юношей, принцем, не знавшим еще боли потерь, должен был стоически выносить гибель близкого друга и не давать волю эмоциям даже дома, вне закрытых дверей своих покоев.

- А почему Фауста называют Мрачным прицем? Дарен говорил, что его общество неподобающее, а его репутация грозит страшными последствиями для всех, кто будет водить с ним дружбу.

- Тут я не знаю всего, Марош. Но после того, как на его глазах погиб близкий друг, а потом через несколько лет - любимая сестренка, принц Астерина малость потерялся. Его родители были убиты горем и, оплакивая дочь, не заметили как упустили сына. Он вел себя не лучшим образом, тут я согласен, но не могу его винить, потому что знаю, каково это, хоронить младшую сестру. Но когда не стало Каролин, я был уже королем, взрослым мужчиной с семьей, детьми и грузом власти, которые не позволили мне отдаться переживаниям, к тому же у нас осталась совсем крошечная ты. А Фауст пережил то же самое, но практически в полном одиночестве, еще и будучи двадцатилетним юнцом. Не суди его по слухам, дочка. Тем более в последние годы он добросовестно выполняет работу наследного принца и больше не допускает неподобающего поведения.

Я вздохнула и закатила глаза, разрушая гнетущую атмосферу беседы. Никакие слухи и рассказы не испортили бы мнение о моем новом друге, потому что я никогда не опиралась на чужие суждения о ком-либо. Но узнав, сколько всего ему довелось пережить, мне стало его искренне жаль. Во многом беззаботная жизнь принцессы не давала мне возможности по-настоящему понять, что он вынес, но я могла ему сочувствовать и постараться как-то помочь.

- И все же, в том, что во время прогулки в город меня сопровождал принц Гертар, нет ничего плохого? Просто, Дарен мне вроде как нареченный... - я задала вопрос, тревожащий меня уже несколько дней и застыла в ожидании, сцепив руки.

- Вот именно, что "вроде как", Марош. - отец махнул рукой. - Пока никто из них не твой нареченный, поэтому с тебя взятки гладки. И я действительно признателен принцу Фаусту за достойное джентльмена поведение, особенно в отношении моей старшей дочери. - Тут он как-то странно на меня посмотрел и продолжил уже совсем другим, более мягким голосом. - А ведь ты понравилась ему, дочка. Наследному принцу Астерина.

Я удивленно уставилась на отца, который тем временем взял стакан молока и отпил большую его половину. Вытер рукавом губы и усмехнулся моему удивленному виду. Конечно я видела его ко мне отношение и мне льстила благосклонность Фауста, но из всех нас только Силена верила в романтическую шелуху о чувствах с первого взгляда. Когда как я всегда считала все это глупостью. Любые отношения мне представлялись книгой, в которую постепенно добавляются новые страницы. Чем их больше - тем толще том и тем более значимое место он занимает и крепче становиться.

- Мне не кажется это разумным, отец. - Я выпрямилась в кресле, - Он тоже мне нравится, но пока я думаю о Фаусте, как о друге старшего брата и, теперь, и о моем друге тоже. Мы слишком мало знакомы, чтобы утверждать что-то большее.

- Ну, дочка,- потянул папа с лукавой улыбкой, - ты у меня слишком уж прагматична. Я же говорю тебе это, как мужчина с опытом. Как отец я конечно рад, что ты у нас такая вдумчивая, потому что уже представляю, сколько мы еще натерпимся с мамой от Силены с ее привычкой романтизировать все и всех вокруг. Но он бросает на тебя уж слишком красноречивые взгляды. Хотя то, что он не допускает лишней вольности в вашем общении только подтверждает, насколько он достойный человек.

- Знаешь, мне даже жаль, что Дарен оказался не таким приятным в общении, как принц Гертар. - тихо проговорила я. - Помню, что обещала вам с мамой постараться с ним поладить и пока еще не опустила руки, но его поведение только все усложняет. И мне кажется, - я снова вздохнула и кажется, это было немного слишком, потому что взгляд отца стал серьезным, - что мой характер никак в этом не помогает. Я стараюсь с ним поладить, но не могу стерпеть этого его высокомерного тона, а когда ставлю его на место, это, как мне кажется, здорово его задевает.

- Марош, мы с мамой уж точно не хотели бы, чтобы ты стала парой недостойному человеку. К сожалению, пока что поведение твоего будущего нареченного и его отношение не только к тебе, но и ко всем вокруг не добавляют ему баллов в наших глазах. Конечно, если у вас вдруг случится взаимная неземная любовь, мы не будем выступать против, тем более что идея вашего союза принадлежала мне. Дрянная, надо сказать идея, но тем не менее. Но если он так и будет вести себя, словно маленький разобиженный лорд, я выскажу Арону все, что думаю о его воспитании.

- Папуль, - я легко коснулась его огромной руки, - я не дам себя в обиду, ты же знаешь. Никас, в случае чего, сам переговорит с королем Того, а принц Гертар, еще ни разу не позволял Дарену обидеть меня. Я справлюсь, пап. - Я изо всех сил старалась поддерживать уверенный в себе вид и улыбнулась, правда чувствовала, что это выглядело немного вымучено. Но мне отчаянно не хотелось, чтобы из-за меня отец разругался с одним из своих близких союзников.

Папа тяжело вздохнул, покачал головой, но все же согласился с моими доводами, потому что тоже хотел избавиться от отвратительных разговоров в совете. Доказывать престарелым сплетникам, что мы не собираемся возвращаться к дикостям пятисотлетней давности и объяснять, что дом Реганто давно забыл о безумной идее о чистоте крови в любом случае бесполезно и здорово походит на неловкие оправдания. Однако о том, насколько жуткую окраску примут эти слухи, после моего возвращения в Главный двор через несколько месяцев, мы оба предпочли пока не думать. 

Покинув кабинет отца, я подумала, что совсем не хочу оставаться сейчас в тишине и одиночестве личных покоев. Поэтому, едва заметив свет в комнате Ника, я развернулась спиной к двери своей спальни и направилась к нему. Разговор с братом сейчас будет очень кстати, особенно ввиду того, что я узнала от отца об истории в устье Занта. Потому что теперь я совершенно не знала, как вести себя с Фаустом, понимая, что откровенная жалость или сочувствие могут его оскорбить.

- Ники? - я постучала по приоткрытой двери костяшками пальцев и отпрыгнула, когда та резко распахнулась. - Эй!

- Прости, малышка. - брат виновато потупил взгляд и отошел в сторону, приглашая меня внутрь. - Я ждал тебя. Что сказал отец? У тебя какой-то взъерошенный вид. Щенок что, наябедничал на тебя? Выкладывай мне все сейчас, чтобы я понял, как мне его лучше убить. - брат, не дожидаясь пока я войду сама, схватил меня за руку и втащил в комнату, закрыв за мной дверь. После чего провел к креслу у окна и толкнул в него, а сам сел на край кровати, прямо напротив. - Давай.

Я усмехнулась его суетливости и нелепому повелительному тону. В такие моменты Никас напоминал мне наседку, которая квохчет над своим цыпленком и это поведение было особенно забавным в сочетании с мужественной внешностью брата. Но, поймав на себе его взволнованный вид и сердитый взгляд я передумала смеяться и передала ему основную суть нашего разговора с папой.

Ник слушал меня довольно внимательно, но его лицо оставалось непроницаемым, так что я никак не могла понять, какие эмоции он испытывает и о чем думает сам и это меня встревожило. Я так же поведала ему всю историю отношений с Дареном после нашей прогулки и рассказала о провалившейся попытке извиниться.

- Успокойся. - я увидела как Никас сжал кулаки и как побелели костяшки его пальцев. - Не нужно сегодня никого убивать, Ники.

- Я поражаюсь твоему спокойствию! - брат выругался себе под нос, всплеснул руками и бессильно уронил их на кровать, опустив плечи. - Почему ты позволяешь такое отношение к себе, сестренок? Я просто не могу понять, ведь он ведет себя абсолютно паршиво и раньше ты никому подобного с рук не спускала. Скажи мне честно, он тебе так нравится? - я уловила странную эмоцию в его взгляде, но она исчезла раньше, чем я смогла понять, что это было. - Или это только из-за проклятого обещания родителям, которое ты повторяешь каждый чертов день как заклинание?

- Не только. - мне стало грустно от того, насколько очевидным оказался мой основной мотив. - Понимаешь, если отменить наречение сейчас, я почувствую себя проигравшей. Я не считаю, что приложила достаточно усилий. Посмотри на себя, Ник, ты больше трех месяцев пытался найти с Софией общий язык и вот только сейчас мы все видим потепление в ваших отношениях. А отошли ты ее домой после первого провала, тогда что? Как бы ты себя чувствовал тогда?

- Подловила ты меня, Мар. - вздохнул брат и тут же улыбнулся. - Пока мне кажется, что я начинаю ее понимать, посмотрим, как пойдет. Хочется, конечно верить, что ничего не измениться после отъезда из Альвары. Но послушай, Соф никогда не унижала меня прилюдно, не ставила в неловкое положение при посторонних. Для подданных она - моя нареченная и будущая королева Леварана, немного надменная, но тем не менее учтивая и хорошо воспитанная. Она мила с мамой, уважительна к отцу и, похоже, благодаря Алоре, искренне подружилась с Силеной. Да, она непозволительно относилась к тебе раньше, но сейчас, как видишь, пытается загладить свою вину. Но принц Того... - тон Никаса стал суровым. - Он ведет себя куда хуже по отношению к тебе, чем София ранее. И она никогда не оскорбляла тебя при посторонних.

Тут брат оказался абсолютно прав. Каким бы льдом не обдавала меня принцесса Демар, сколько бы раз презрительно не фыркала, при виде меня, я ни разу не чувствовала себя униженной ей в присутствии кого-либо кроме нашей семьи и ближайших слуг. Дарен же умудрился заставить меня покраснеть от ярости и разочарования уже больше дюжины раз и более половины этих случаев происходила, когда рядом были зрители. И он явно не переживал, как я буду выглядеть в глазах подданных или гостей Главного двора.

- И все же, я хочу еще попробовать. - я бросила на брата вызывающий взгляд.

- Мар... - брат выглядел по-настоящему обеспокоенным. - Я боюсь оставлять тебя с ним в Иверате. По крайней мере сейчас. Мне неприятно думать о том, как он поведет себя, когда рядом не будет меня или Фауста. - И вот, снова это непонятный взгляд.

- Ники, обещаю, все будет хорошо. Я что-то придумаю. А если и нет - ты в курсе моего дальнейшего плана. - Мечта о путешествии по материку жила в моей голове столько, сколько я помню себя, и, раз уж мне необходимо убраться из Альвары для блага Никаса, сейчас лучшее время для ее реализации. А сейчас к ней добавилось еще и желание посетить деревушку в Восточных землях, чтобы поискать семью своего отца, которой мне написал загадочный отправитель, назвавшийся моим другом. И эта мысль грела мне душу, которая съеживалась при мысли о необходимости брака с Дареном. Ну, вот и приехали. Я совершенно не таких чувств ожидала от знакомства со своим нареченным.

- Ох, не нравится мне все это, сестренок. Но я тебе полностью доверяю, только обещай писать часто и рассказывать мне обо всем без утайки, умоляю.

- Клянусь! - я приложила правую ладонь к груди, как это делали легионеры, принимая присягу и брат наконец-то улыбнулся. - Кстати, про доверие. - я вспомнила, что хотела расспросить его о несчастном случае, унесшем жизнь Марена Того, - После рассказа отца о произошедшем в устье Занта пятнадцать лет назад, я не знаю, как мне вести себя с принцем Того и, особенно, с Фаустом. Сдается мне, что проявление жалости его оскорбит. И я боюсь, что узнав о моей осведомленности, Дарен завалит меня разговорами о виновности принца Гертара, от которых я никуда не денусь. - из моей груди вырвался тяжелый вздох и я поморщилась.

- Не стоит переживать обо всем этом, сестренок. Я думаю, что тебе не стоит говорить с кем-либо кроме отца или меня об этом. Я не настолько хорошо знаю твоего нареченного, - тут брат закатил глаза, - но вот насчет Фауста ты попала в самое яблочко. Он придет в ярость, если кто-то решит снова рассказать, как сочувствует его утрате. Это касается и случая Элеон, понимаешь?

Я кивнула и уже было собиралась сказать, что считаю старшего принца Гертара одним из самых сильных знакомых мне людей, ведь он пережил столько всего и до сих пор сохранил способность шутить и смеяться, как дверь в покои Никаса с грохотом распахнулась. Мы резко перевели взгляд на вход и увидели там Фауста, с перекошенным злостью лицом. Но я обратила внимание, что при этом его взгляд был скорее грустным и оскорбленным, чем злым.

- Я просил тебя, Ник. - процедил он сквозь зубы и сейчас его низкий голос звучал поистине жутко. - Я умолял тебя оставить в секрете только это!

- Ал, послушай... - голос брата звучал серьезно, но ворвавшийся в покои мужчина его перебил.

- Нет, это ты послушай меня, Никас. Ты прекрасно знаешь, почему я тебя об этом просил! Почему не хотел, чтобы хоть что-то был в курсе истории Эль. И почему я несколько дней назад просил тебя, не рассказывать об этом всем именно ЕЙ! - произнес он с нажимом и мне стало неловко.

Вместе с этим, я почувствовала разочарование от того, как Фауст говори обо мне, прекрасно видя, что я сижу тут и смотрю на него расширившимися от удивления глазами. Поэтому я встала, вытянулась как струна и бросила на мужчину свой самый ледяной взгляд.

- Ты не будешь так разговаривать с моей сестрой, Фауст Гертар! - твердо сказал Никас, встав рядом со мной в полный рост.

- Доброй ночи, Ники. - я повернулась и тепло посмотрела на брата, легко проведя ему рукой по предплечью. После чего подняла подбородок и и вышла из комнаты с самым царственным видом, не удостоив второго мужчину еще одним взглядом. Обойдется без моих пожеланий, на сегодня.

В темноте коридора я наконец позволила себе выдохнуть и расслабиться. За дверью в покои Никаса слышалась приглушенная ругань, но я решила не опускаться до подслушивания и пошла к себе.

Мне ничего не оставалось, как, попросив Алану принести мне горячего травяного чаю, по уши погрузиться в ванну. Обычно еле ощутимые движения воды в купели меня успокаивали, а отвары волшебным образом стирали из головы тревоги и ненужные мысли, поэтому и сегодня я решила позволить телу успокоить бушевавшие во мне чувства.

Тем более что завтра после завтрака мне предстояло представить моих спутников Аркину, а он всегда считывает мои эмоции с удивительной точностью. И, если он обнаружит меня встревоженной или расстроенное, может понять это по-своему и отнестись к моим друзьям недружелюбно, что будет совершенно некстати, учитывая как скоро нам предстоит отправиться в путь.

Почему-то злости или обиды на Фауста у меня не было. Я скорее чувствовала досаду и огорчение, что невольно узнала то, о чем он так не хотел распространиться. Но меня все же озадачило, почему он просил Ника не рассказывать об истории своей сестры именно мне. Хотя вряд ли он допустит, чтобы я это узнала. Я сомневалась, что теперь он вообще будет со мной говорить хоть в половину так же непринужденно, как раньше.

Выйдя из купальни, я обнаружила, что Ала подготовила мне чистую постель и аккуратно сложила разбросанные по ней днем книги в один из полупустых чемоданов. Я усмехнулась - служанка хорошо меня знала, поэтому несколько томиков вернулись в стопку у двери, которую завтра лакеи отнесут назад в библиотеку Главного Двора.

А на спинке кресла у дамского уголка было разложено то самое алое платье, которое так возмутило Дарена. Во время прогулки я настолько полюбила этот наряд, что очень хотела взять его с собой, но колебалась, вспоминая резковатую реакцию своего нареченного. Очевидно, что Алана нарочно оставила его на виду, напоминая мне о важности собственного выбора. Об этом она твердила мне с момента возвращения из города почти каждый день, узнав о реакции на него принца Того и моем замешательстве по этому поводу.

"Все же, госпожа, самое важное мнение то, которое вы составите лично сами." - не уставала она повторять мне. Казалось, что служанка переживает за мой скорый отъезд не меньше родителей и старается вложить в меня столько полезных советов и нравоучений, сколько сможет. И пусть от бесконечного потока мудрых мыслей мне порой хотелось забраться в один из чемоданов или в очередной раз сбежать в рощу, я была искренне ей благодарна за это.

Так, размышляя о поездке, предстоящем знакомстве гостей с Аркином, Алане, Фаусте и Дарене я расчесала мокрые волосы, а потом погрузилась в хрустящее облако накрахмаленных простыней и моментально провалилась в сон.

 

Когда я открыла глаза, в комнате было поразительно темно. И холодно, ужасающе холодно для летней ночи. Недоумевая, с чего вдруг я проснулась, я постаралась нащупать на тумбочке у кровати будильник, когда из комнаты по соседству раздался душераздирающий визг. Силена! Я вскочила с кровати, накинула на плечи первую попавшуюся мне под руки рубашку и выскочила в коридор.

Непривычные звуки, нарушившие тишину спящего дома обрушились на меня и ужас сковал все тело - по коридорам Главного Двора гулял уже знакомый мне омерзительный сладковатый запах, а тусклые ночники были затянуты темно-серой дымкой. К нам проникли темные витерии!

Новый крик сестренки заставил меня выйти из оцепенения и, наплевав на осторожность и необходимость скрывать свой скромный дар, я окружила себя роем светлячков и быстрым шагом направилась в покои Силены. Я слышала еще крики, но они словно тонули в тумане тварей.

- Зажигайте свечи! - крикнула я туда, где должна быть лестница и вошла к сестренке, отметив, что дверь была на распашку.

Перепуганная девушка сидела в углу у кровати, по уши завернувшись в пушистый белый плед и отчаянно дрожала. У меня сжалось сердце, когда я увидела ее лицо, залитое слезами и огромные от страха глаза. Напротив нее стояла мама, в ночном платье, такая же перепуганная, она тянула к дочери руки, но та безостановочно мотала головой, все больше съеживаясь.

- Нет, не подходи, не надо! Оставь меня, пожалуйста, уходи! - плакала сестренка и я поняла, что она просто не видит маму в облаках тумана, покрывавшего почти все помещение.

Я выпустила еще больше светлячков, чтобы развеять полотно и подошла ближе. Увидев меня, мама опустила руки, в ее взгляде отчетливо читался испуг. Свет разогнал морок вокруг нас и Силена наконец перестала мотать головой, уставившись на нас заплаканными глазами.

- М-м-мамочка! Ма-ар! Они... они опять, эти у-у-ужасные твари из Черногорья. - ее голос дрожал, потому что тело все еще продолжало трясти. - Мама! - сестренка вдруг кинулась к ней.

- Спасибо, Марош. - пошептала мама, раскачиваясь и поглаживая спину Силены, чтобы ее успокоить.

Я пошла к ближайшему подсвечнику и выпустила к свече еще один шарик света, от чего фитиль вспыхнул и ярко загорелся. Передав его в протянутую руку маме, все еще оцепеневшая от ужаса, я коротко ей кивнула и вышла в коридор. В покоях сестры больше никого нет, а с мамой она скорее успокоится, поэтому я без волнений оставила своих любимых женщин, чтобы убедиться, не нужна ли где еще наша помощь.

В коридоре стало светлее - я увидела, что слуги зажгли почти все настенные светильники и принялись за большую люстру. Темный туман стал прозрачнее, а характерный запах существ пропал. Я немного выдохнула, прогоняя заторможенность.

- Мар, - меня схватила за запястье огромная рука Ника, - слава богам, ты цела! Я едва не умер, когда увидел распахнутую дверь и пустые покои. Как Силена?

- С мамой. Что за черт, Ники? Как они пробрались к нам? - Я заметила что мой голос звенит металлом, но, как на зло, управлению он сейчас не поддавался.

- Не знаю, малышка. - брат резко дернул меня к себе и внимательно осмотрел. - Как. Ты?

- Нормально. Ко мне они не заходили. - я мотнула головой, пытаясь заставить тело снова подчиниться мне. - Что их прогнало? Аркин вернулся? - догадка заставила меня немного расслабиться, хотя страх все еще крепко держал своими ледяными ручонками мое сердце.

- Не знаю, я его не слышал. Возвращайся к себе, сестренок, я должен вернуться к Соф. Твари прошлись и по гостевому этажу тоже, они с Алорой в покоях Армиона.

Я еще раз коротко кивнула, после чего брат легко улыбнулся, отпустил мою руку и быстрым шагом пошел к лестнице. Я направилась к себе, пусть и сомневалась, что тревога позволит мне снова уснуть.

В покоях было по прежнему темно, хоть глаз выколи, и только полоска света из коридора едва пробивается из под двери. Я не заметила как погасли все мои светлячки, но сил сотворить новых у меня не нашлось, поэтому я распахнула плотные портьеры, наполнив комнату лунным светом.

В городе горели уличные фонари и окна ночных заведений. Там текла обычная жизнь, в которую не вторгаются посреди ночи жуткие потусторонние существа. Вид на любимую Альвару и звездное небо приводил меня в себя, оцепенение окончательно спало, а ледяной ужас отступил, оставив после себя лишь легкий озноб.

Пройдя по комнате дюжину кругов, я поняла что вряд ли смогу спокойно уснуть, не убедившись, что мы все под надежной защитой моего фенрина. Поэтому я сменила рубашку, которую накинула на шелковое ночное платье на любимую черную рубаху в пол из того же материала и отправилась на задний двор.

На мое счастье, в коридорах и на лестнице никого не было и я беспрепятственно покинула главное здание. Ночной воздух пах ирисами, которые так любит мама и обдувал приятной прохладой, окончательно прогнавшей сковывающий страх.

Аркин уже был здесь - тут я не смогла сдержать вздоха облегчения и одарила своего любимого защитника улыбкой. Фенрин осмотрел меня почти тем же взглядом, что и Никас недавно, обнюхал с ног до головы, а затем чуть поднял внушительную морду, чтобы я могла подойти к нему и зарыться в его длинную шерсть.

Я простояла так, наверное четверть часа и осталась бы с ним до утра, греясь в тепле его тела и наслаждаясь чувством абсолютной защищенности, как вдруг он отступил назад и ткнулся огромным носом в мою ладонь, после чего повернул голову в сторону от своего дома, будто указывая мне на что-то.

И правда, там в отдалении, уже за пределами заднего двора, на полпути к Искряной роще, кто-то был. Очевидно, что кто-то еще проводит время за пределами Главного двора этой ночью. Мы с моим защитником переглянулись - стоит проверить кто это и не угрожает ли ему опасность. Поэтому я потуже затянула пояс рубахи и направилась в сторону рощи, спиной ощущая горячее дыхание Аркина, который по пятам следовал за мной.

Глава 8. Фауст.

- Давай под дерево ее поставим, Рони! Если ночью пойдет дождь, будет не так шумно спать.

Я подтащил наши походные рюкзаки к месту, которое мне приглянулось и свалил их под дерево. Никто из нас, кроме Сармайна не страдал особой субтильностью, но даже для самого крупного в отряде парня - семнадцатилетнего Вассера, дорожное снаряжение оказалось весьма громоздким. Не знаю, чем думали наши командиры, собирая итоговый в этом году поход, но кто-то явно задумал добавить нам забот.

При подъеме в гору мы были вынуждены подниматься перебежками, передавая мешки друг другу по очереди, чтобы никто не отстал. Это заставляло меня гордиться нашим небольшим, но слаженным отрядом. Это была настоящая команда мечты и мы бы точно взяли в этом году первенство, если бы Никас накануне не сцепился с парнями из выпускного отряда и не валялся бы сейчас в лазарете со сломанной рукой. Командир Лисс и так пошел нам на встречу, не став штрафовать всех, но Нику придется получать аттестацию в отряде Амана Ликара - самого сурового из капитанов. Ну и должность капитана нашего отряда он потерял, теперь его место занимает Вассер Раун из Восточных земель.

Мне в затылок прилетела ветка, выдергивая меня из задумчивости.

- Так и будем мечтать, Гертар? Я не буду ставить палатку один. - Марон уже вытряс все содержимое мешка на землю и рылся в ворохе жесткой ткани. Палатка всегда была его слабым местом, поэтому в этом деле друг, как и обычно, рассчитывал на мою помощь. - Давай, скоро стемнеет, уже даже туман набежал.

Я огляделся и увидел, что поляна, которую Вассер выбрал для ночевки на сегодня, начинает покрываться плотным, похожим на дым, туманом. Мне показалось это странным, потому что для вечерней дымки он был уж больно непрозрачным. Но я отмахнулся от домыслов, чтобы не получить от командира очередную затрещину за задержку. Вассер был не особо умным, но все же не самым плохим капитаном, а еще мог похвастаться недюжинной физической силой и хорошей подготовкой. Но меня он недолюбливал и частенько срывал на мне злость. Присутствие Ника его сдерживало, потому что его трусливая натура опасалась вступать в конфликт с сыном верховного короля. Зато теперь он, кажется, отыгрывался на мне за все время.

И пусть палатку мы поставили относительно быстро, капитан все равно был не доволен. Я думаю, причиной этому был сам факт моего присутствия в отряде. Тем не менее, он отправил нас с Мароном за хворостом и ветками для костра. Обычно эта "почетная" задача возлагалась на того, кто закончил установку жилища последним, но Сармайн все еще возится с колышками, поэтому мы без споров отправились в лес.

Странным было даже то, что за деревьями туман стал еще гуще и темнее, настолько, что отойдя от поляны на пару десятков метров я перестал различать силуэты деревьев. Понятно, что в таких условиях мы дров не наберем и я решил вернуться назад, чтобы поискать их поближе. На худой конец, можно сегодня обойтись без огня - ночи в конце лета не такие уж и холодные. К тому же, этот зловещий туман вызывал у меня непонятное чувство тревоги. А возникший из ниоткуда сладковатый запах заставил все мое нутро сжаться от ужаса. Я даже не заметил, как начал мерзнуть.

- Ал, - меня догнал Марон и вцепился в руку ледяными пальцами, - тут какая-то чертовщина происходит. Я не помню, когда в последний раз так мерз, а ведь мы совсем не высоко поднялись сегодня.

- Согласен, к черту Вассера и его хворост. Пошли назад, разберемся на месте. Тут еще кто-то сдох, мне кажется. - я поморщился, но не думаю, что друг мог разглядеть выражение моего лица в этом тумане, который, казалось, был совершенно непрозрачным.

Рискуя получить очередную выволочку от капитана, мы развернулись и потопали в обратную сторону. Я почувствовал заметное облегчение, когда заметил силуэты палаток между деревьев, но не успели мы выйти ко всем, как раздался страшный громоподобный раскат. Кто-то закричал, а Марон изо всех сил сжал мое плечо. Я громко выругался, когда понял, что именно находится сейчас в лесу совсем недалеко от нашего лагеря.

- Долбанные витерии! Рони, бегом в лагерь, не отставай!

- К-как эти черти пробрались сюда? - голос друга странно дрожал. - Они же должны быть в глубине гор.

- Видимо кто-то не посмотрел на карту! Лисс, как оказалось, настоящий идиот, потому что если эти твари и правда здесь, то мы прошли куда дальше вдоль подножья, чем стоило и сейчас мы где-то около устья Занта, а не Ниары. Черт!

Мы еще ускорились, но когда наконец вышли на поляну, кругом уже царила полная неразбериха. В темно-серой дымке прямо над нашим лагерем, то тут то там мелькали фигуры в дымчато-белых плащах, жуткие существа с чернотой вместо лиц под капюшонами.

- Бегом! Все на Юг! Бросайте палатки, берем только провизию! - в голосе Вассера отчетливо слышалась паника, но я даже зауважал его за то, что он все еще пытается руководить отрядом и не допустить паники. - Сармайн, отцепись ты от меня! Коэн, проследи чтобы он не потерялся. Где Гертар и Того?

- Здесь! - я постарался скрыть дрожь в голосе, хотя страх буквально пронизывал все мое тело и уверенно пробирался в кровь, заставляя меня дрожать от холода. Невозможность четко разглядеть что бы то ни было добавляла дров в топку тревожности.

В суете мы все похватали свои рюкзаки и сбились в кучу возле нашего капитана, который срывающимся голосом пытался объяснить нам план отхода. Мы честно старались действовать как нас учили в лагере - слаженно и спокойно, но все еще оставались перепуганными подростками, которые волею судьбы оказались в совершенно не детской истории.

Передвигаться толпой по узкой тропе было не лучшей идеей, мы толкали друг друга и спотыкались, стараясь как можно скорее убраться от жутких существ, которые, как оказалось, не планируют нас преследовать.

Следующий раскат грохота застает нас врасплох, Сармайн вскрикнул, кто-то выругался. Я обернулся к Марону и тут же замер в леденящем душу страхе - друга не было рядом, а под ногами зиял обрыв, в низу которого бушевало устье реки Зант.

Не слыша криков за спиной, я бросил рюкзак и начал спускаться вниз. Может, я еще успею ему помочь, вдруг он упал на кусты? "Только бы не на камни, только не в воду" - как мантру повторял я себе под нос, в очередной раз соскальзывая по камням и оцарапывая руки о жесткие корни, торчавшие из земли.

В бурлящей воде, на боку лежала карета, разбитая и лишенная колес. Я слышал, снова и снова я слышал слабый голос Элеон, которая молила о помощи. На негнущихся ногах я подбежал к искореженному экипажу и увидел сестренку по пояс в воде, придавленной его огромным весом. Ее лицо было испещрено царапинами, руки в крови.

- Потерпи, я сейчас! Эль пожалуйста, держись! - я изо всех сил толкнул экипаж, но он словно застрял среди камней, никак не отреагировав на мои усилия. - Черт, сейчас!

Я сражался с паникой и старался хоть немного сдвинуть тяжесть, вжимающую хрупкое тело сестренки в каменное дно реки, но с каждой попыткой получалось все хуже и хуже. Руки отказывались слушаться. Левая рука просто висела плетью, а правая болела от кисти до шеи, словно с нее живьем сняли всю кожу.

- Эль, как же так? - я в отчаянии опустился на колени в воду рядом с ней и протянул к ней правую руку, вздрогнув, когда она провела по предплечью ледяными пальчиками.

- Будь сильным, Ал. Постарайся ради меня и родителей, пожалуйста...

Когда сестренка закрыла глаза и окончательно затихла, мир взорвался и разлетелся на маленькие осколки, каждый из которых врезался глубоко под кожу. От боли не было сил кричать, глаза застилали слезы.

- Какого черта, Гертар! Ты не мог подать другу руку?! Безразличная тварь. - зло бросил Вассер, уводя отряд подальше от меня.

- Ал, это правда? Почему я узнаю о гибели своей нареченной из письма отцу? Не молчи сейчас, брат, поверь, не ты один скорбишь по Элеон. - Никас на него с пугающей холодностью, хотя я представлял какого масштаба буря сейчас бушует у него внутри.

- Это все ты, Гертар! Ты специально столкнул Марона! Я знаю, ты сделал это, ты! - младший Того кричал совершенные глупости и пусть я понимал, что в ном говорит боль, но слова ранили слишком сильно, больше чем стоило. Ведь правда, встань я тогда с краю, Рони был бы жив.

- Напрасно мы послушали ее, Рим. - мама горько плакала за дверью, но я не мог сделать ни шага, чтобы хоть как-то утешить ее. - Будь она с нами, она бы была жива.

- Виветт, перестань. Фауст наш сын, он нуждается в тебе не меньше чем младшие. и он тоже скорбит. - голос отца был глухим и осипшим от горя.

- Я не вижу чтобы он так уж переживал. Скажи мне, сколько раз за последний месяц он ночевал дома? - дослушивать я не стал и развернулся, чтобы вернуться к себе.

Удар, еще удар - и все по левой руке. По той, что должна была схватить Марона и не позволить ему сорваться вниз, на острые камни в безумном течении воды, выбивающейся из расщелины гор. Еще удар - острая боль пронзила руку от плеча, я чувствовал ее отголоски даже спиной, но не дал мучителям увидеть ее на моем лица. Ухмыляясь как безумный, я бесконечно терпел их насмешки, едкие высказывания и очередные удары, пока командир Лисс не обнаружил нас и не разогнал всех по казармам.

Внезапно стало темно. Эта темнота приносила успокоение, но растущая внутри тревога не отпускал.

- Проклят! Ты проклят! - визгливо кричала какая-то женщина в бесформенном балахоне, - Все, кого ты любишь умрут! Все до единого! Спасайтесь, он здесь! Проклятый принц!

Воцарился хаос. Я не понимал, где нахожусь и что происходит. Все бегают, суетятся. кричат. А воздух все еще наполнен этим омерзительным сладковатым запахом смерти и плотный туман окутывает все вокруг.

Я делаю шаг. Еще один. И снова. Больше и больше, как можно скорее я стараюсь покинуть странное место, ноги чувствуют холодный камень, потом приятную шероховатость дерева, снова камни, но уже мелкие и наконец - трава. Мягкая, влажная от росы. Затем я чувствую ее коленями и ладонями. Страх потихоньку отступает.

Сон. Это был всего лишь сон.

Я обнаружил себя на какой-то дороге, в ночной рубашке и свободных домашних штанах, сидя на коленях. Кошмар еще сковывал меня, руки отчаянно тряслись, а сердце билось так пугающе часто, что я не рискнул подниматься с колен.

Полной грудью вдыхая ночной воздух, я старался вернуть себе утраченный контроль над телом, которое само вынесло меня из замка прямо на улицу, еще и за пределы заднего двора. И пусть свежий воздух дарил мне так необходимое облегчение, нужно будет подумать о том, чтобы завести привычку закрывать на ночь дверь на ключ. Иначе постыдная слабость наследного принца Астерина вскоре станет достоянием общественности. А мне уже явно достаточно неоднозначных слухов плотной паутиной окутывающих мое имя.

- Фауст? Ты в порядке? - я услышал за спиной тихие шаги, а затем шорох и один из самых прекрасных голосов, что мне доводилось слышать, особенно когда она произносит мое имя.

Но черт, только не сейчас. Почему из всех возможных обитателей Главного двора, я снова и снова сталкиваюсь именно с ней?! И особенно в моменты когда нахожусь в унизительном и не совсем адекватном состоянии.

Я почувствовал, как мне на плечо опустилась тоненькая ладошка, от прикосновения которой по телу пробежала мелкая дрожь. Сил поддерживать образ сильного и саркастичного мужчины у меня не было, я не мог даже открыть рот, чтобы внятно ответить на вопросы Маро. Поэтому я еще ниже склонил голову, отчаянно хватая ртом воздух и молил всех возможных богов о спасении от неминуемой потери лица перед девушкой, которую до вчерашнего вечера с гордостью мог назвать своим новым другом.

- Эй, что с тобой? - в ее голосе появились обеспокоенные нотки и я ощутил, как напряглась ее рука. - Пожалуйста, ответь мне, Фауст. - она сказала это с такой нежностью, что мне на минуту показалось, что я могу рассказать Маро все и она просто поймет меня. Но я пока не готов снова раскрываться настолько перед-кем либо.

- Я... - голос сорвался и мне пришлось прокашляться, чтобы заговорить. - Я просто вышел прогуляться.

- Да ну тебя! - она резко одернула руку и сделала шаг назад, увеличивая пространство между нами. - Вот только давай ты не будешь делать вид, что ничего не случилось, ладно? - и снова звон стали в голосе. Что за удивительная девушка?

- Прости. - У меня не было сил сострить в ответ.

Но я сделал усилие и наконец встал на ноги, как нормальный человек. Однако повернувшись к Маро, я замер с широко раскрытыми глазами - за ее спиной стоял гигантский, просто невероятных размеров, темно-серый фенрин с горящими желтыми глазами. На его фоне девушка казалась совсем крошечной и невероятно хрупкой.

Мне доводилось видеть фенринов раньше при визитах в Нордхейм или на встречах с загородными легионами Астерина, но настолько огромного я еще не встречал. Существо возвышалось над своей хозяйкой гордо и величественно, весьма недвусмысленно угрожая своим видом каждому, кто посмеет обидеть.

- Это Аркин, я рассказывала тебе о нем. Выходит, что ты первый из всех познакомишься с ним. - Маро сделала пару шагов в сторону, пропуская фенрина вперед. - Аркин, это мой друг Фауст. - она положила руку ему на шею, чуть поглаживая и слегка кивнула на меня.

- Ну здравствуй, Аркин. - Я склонил голову в приветственном полупоклоне, после чего посмотрел существу в глаза прямым открытым взглядом. Командор Коэн рассказывал мне как-то о том, что фенрин никогда не станет другом человеку, который не смотрит ему в глаза.

В следующее мгновение я почувствовал обжигающе-горячее дыхание прямо на своей шее, потому что защитник Маро подошел ко мне и принялся обнюхивать, как настоящий пес, только воистину исполинских размеров. А затем он ткнул меня в щеку своим огромным мокрым носом, медленно развернулся и потрусил в сторону Главного двора.

- Поздравляю, ты ему понравился. - Маро еле сдерживала смех. - Еще хорошо, что он решил тебя не облизывать, потому что тогда тебе бы пришлось мыться целиком.

- Удивительно. - было сложно сдерживать улыбку при звуке ее серебристого смеха. - Это все?

- А ты ожидал церемоний? Фауст, Аркин, как и все фенрины, - это по сути волк, только очень большой. И ты ему либо понравился, либо нет. Ну, есть еще вариант, когда он тебя игнорирует. К тому же, у него еще есть дела. Ты хочешь вернуться в замок? Или продолжишь свою прогулку?

- Думаю, что вернуться и доспать ночь было бы не такой плохой идеей. - встреча с Маро и Аркином более-менее вернула меня в чувство и я всем телом ощутил, как отчаянно нуждаюсь в отдыхе.

Я галантно предложил девушке руку и постарался не вздрогнуть, когда ее холодная ладошка легла мне на локоть. Я самого моего первого дня в Альваре я восхищался тому, насколько оказалось просто поладить с младшей сестрой Никаса. Девушка оказалась той самой истинной леди, которую я все время безуспешно надеялся встретить при дворах высокородных семей. В обществе я не смог бы найти равных Маро Реганто, ее безупречным манерам, выдержке и строгости нрава могли бы позавидовать многие. Но при личном общении она открывалась мне с совершенно другой, не менее восхитительной стороны - простая в общении, открытая и доброжелательная, лишенная жеманности, Маро буквально покоряла меня снова и снова своей удивительной непосредственностью.

Рядом с ней я чувствовал себя удивительно спокойно, будто мы были знакомы всю жизнь. Но при этом девушка никогда не боялась проявить характер, никому не позволяя вести себя с собой и близкими неподобающим образом. Она могла осадить любого, не глядя на титулы и положение в обществе, что, к моему огромному удивлению, ни капли не порицалось ее семьей. Со слов Ника, его величество напротив учил дочь твердо держаться своих собственных суждений обо всем и не позволять никому навязывать себе чужое мнение. В этом я искренне завидовал детям в семье Верховного короля.

Со слов же моих родителей, мои привычки абсолютно дикарские и настолько неприемлемы в высшем обществе, что с 15 лет мне выделили отдельное крыло в Резиденции. И если бы Элеон не последовала за мной тогда, я бы остался совсем один. Собственно, так и случилось после того, как сестренки не стало.

Если послушать, что обо мне говорят не только в обществе, но и в семье, можно решить, что я разделываю животных голыми руками и разгуливаю по дому без одежды, при том одновременно. Но на деле, все оказывается до смешного простым и абсолютно бесхитростным - я искренне и от всей души презираю необходимость покидать покои в полном облачении, принятом при дворе Астерина как данность.

И теперь, видя насколько просто все устроено в Главном дворе самим верховным королем Иосифом, я начинаю понимать, что не столько я отличаюсь, сколько меня банально пытаются прогнуть под привычные им нормы. И все более отчетливо я ощущаю свое одиночество как в обществе, так и в собственной семье.

За несколько недель, пока мы гостим в Леваране, я не единожды видел Ника и Рея разгуливающих в простых рубашках, даже его величество с супругой не утруждаются официальными нарядами, предпочитая более простую одежду вне публичных мероприятий. А уж вид Маро, стоящей посреди двора под лучами утреннего солнца, в ночном платье и несуразно огромной рубахе из черного шелка, еще и совершенно босой, вовсе ошеломил меня. Как потом мне рассказал Никас, именно она была той, кто относился к теме одежды проще всех и вдохновляла на перемены весь двор.

И сейчас, неспешно прогуливаясь с Маро под руку по мокрой от росы траве, я чувствую то самое единение, о котором почти забыл после гибели сестренки. Мы оба в ночной одежде и босые, но девушка рядом со мной и не думает обращать на это внимание. Она молча идет рядом, задрав голову на звездное небо и думает о чем-то своем, но при этом рука лежит на моем предплечье так естественно, словно ей там самое место, а ее необыкновенные волосы сверкают в лунном свете как серебряный водопад.

И пусть я понимаю, что это в первый и последний раз, и что, скорее всего, после прибытия в Иверат я потеряю даже малую возможность видеть ее, сейчас я просто наслаждаюсь моментом, стараясь шагать как можно медленнее, чтобы чуть подольше побыть в этом чувстве. Черт возьми, это все совсем неправильно! Такой как я не должен даже думать о том, чтобы находиться рядом с дочерью дома Реганто, но в этот час моя эгоистичная сторона торжествует, потому что я уже здесь и держаться поодаль от Маро мне не по силам.

Мы молчим всю дорогу, но в этой тишине нет неловкости, только покой. Ночка выдалась совершенно дикой и я чувствую себя разбитым, а девушка рядом со мной идет уже почти закрыв глаза, поэтому я немного ускоряю шаг, несмотря на отчаянные протесты моего ошалевшего эго. Но у меня еще будет шанс погреться в ее лучах, я надеюсь, а сейчас нам всем нужно вернуться в покои и посвятить оставшееся до утра время отдыху.

На лестнице на семейный этаж нас нагоняет взъерошенная фигура Никаса, отчего я словно сжимаюсь внутри. Он мой единственный друг и я не могу поступать с ним так. Он один знает все обо мне и ему уж точно не понравится мое общество для его любимой сестренки. Я бы точно никогда не позволил кому-то вроде себя приблизиться к Элеон, если бы она была жива.

- Как ты, Ал? - к моему удивлению, я не вижу в глазах друга ничего, кроме тревоги, хотя она, скорее всего, адресована не мне, а Маро. - Я видел твои покои. Тебя сильно потрепали?

- Я уже почти в порядке, только устал. Там все плохо?

- На деле не так страшно. Эта тварь только разбила вазу, а Аркин утащил твое одеяло и наследил кругом, вынюхивая след витерий. Но слуги уже все убрали и постелили новое белье, можно возвращаться. Они так и мучают тебя? - я писал ему о том, что эти существа периодически посещают Резиденцию, но никогда не признавался, о чем именно они мне напоминают.

- Да, они все еще иногда приходят. Никак не могу привыкнуть к этой чертовщине.

- И не привыкай. Мы что-то придумаем, обещаю. Как Мар? - он кивнул на девушку, которая, казалось, уснула стоя, преклонив голову на мое плечо.

- Она у тебя очень сильная, Ник. Я не заметил ни тени страха, когда они с Аркином нашли меня. Но она очень устала, я провожу ее? - я понизил голос, чтобы она ненароком не услышала в моем голосе волнение и то, как мне важно сейчас получить одобрение ее брата.

- Конечно, друг. Спасибо тебе! Доброй ночи! - Никас кивнул мне и, уходя, потрепал сестру по плечу, отчего она открыла глаза и резко одернула голову, вызвав во мне бурю разочарования.

- Прости, я кажется совсем задремала. Мне бы хотелось вернуться к себе, если позволишь. - девушка подняла на меня сонные глаза и меня накрыло волной тепла ее взгляда, едва не сбив с ног.

-Конечно, моя леди. Нам всем необходим хороший отдых.

Спустя пару минут мы уже стояли возле массивной двери ее покоев и я отчаянно боролся с желанием обнять эту хрупкую фигурку в черном шелке, чтобы еще на несколько мгновений продлить время рядом с ней. Но вместо этого я только прикоснулся губами к кончикам ее тоненьких пальчиков - не больше чем предполагает этикет, но куда больше, чем стоило для моего душевного спокойствия.

- Добрых снов, Маро.

- Спокойной ночи, Фауст.

Неизвестно, сколько я еще простоял, тупо таращась в резное полотно двери, после того как она скрылась за ней. И проторчал бы я тут, пожалуй до утра, как сентиментальный идиот, если бы не уничтожавшая мое тело усталость, бороться с которой было все сложнее. Я буквально физически ощущал потребность приять горизонтальное положение и отключиться еще хотя бы на несколько часов, все больше с каждой минутой.

Поэтому волевым усилием оторвав себя от дверей покоев Маро, я направился к себе, где упал на чистую постель в том же, чем был и уснул практически моментально, даже не укрывшись новым одеялом, которое принесли немало перепуганные служанки. И, слава богам, никакой ерунды мне этой ночью больше не снилось. Только серебряный водопад в лунном свете, чарующий взгляд голубых глаз и ласковая улыбка, которая предназначалась в этот раз только мне одному. 

Следующие дни слились в бесконечный поток советов, заседаний и обсуждения планов поездки. Перепуганная Силена наотрез отказалась ехать с нами, решив остаться рядом с родителями, подальше от переезда Черных гор, где, как я узнал, они с Маро уже сталкивались с темными витериями раньше.

Рейланду же было поручено руководство охранными легионами, поэтому он тоже должен будет остаться в Альваре. Эта новость очень обрадовала Силену, которая теперь боялась не только покидать город, но и опасалась выходить из дома.

Никас же тревожился за всех, кто оставался в Альваре и Главном дворе, потому что вместе с его средней сестрой Леваран покинет и Аркин, неотступно следующий за своей хрупкой госпожой. Поэтому он планировал отправиться в Нордхейм вместе с легионом командора Ликара тремя днями раньше нашего отбытия, чтобы попросить у короля Дайнема пару связанных с фенринами легионеров и отправить их в город для защиты его жителей.

Из-за ночного события знакомство с Аркином перенесли на пару дней вперед, потому что Маро опасалась, что его встревоженное состояние плохо повлияет на представление новых людей. Фенрины и без того не особо контактные существа, отчасти поэтому я был так удивлен его реакцией на меня и уж больно легким принятием моего общества. Думаю, дело в том, что я по своему желанию никогда бы не навредил ее хозяйке, пусть и мое общество может плохо сказаться на ее репутации, как леди.

На утро третьего дня после визита темных тварей в Главный двор, мы все собрались у дома Аркина в ожидании Маро. Я не стал распространяться о том, что уже знаком с ним, потому что тогда придется всем рассказывать о моем позорном полу-лунатическом побеге за пределы замка.

Алора буквально подпрыгивала на месте от нетерпения и уже раз десять одернула перевязь на моем левом плече, которая фиксировала травмированный сустав. Уж не знаю, чем она не угодила ей сегодня, хотя она всегда его не любила. Сестренка знала историю его появления и о травме, благодаря которой моя рука без поддержки не способна нормально удержать даже несколько книг, но все равно каждый раз уговаривала меня спрятать его под одежду, будто уже каждый в Объединенных королевствах не слышал о том, что наследный принц Астерина - калека.

- Да прекрати ты! - я смахнул руку Алоры, которая снова тянулась к ремню перевязи, - Будто в первый раз видишь. - пробурчал я, устыдившись своего раздражения.

- Ну криво же. - обиженно процедила сестра, - Я как лучше хочу, а он толкается.

- Прости, Лор. Я не хотел. - я пожал плечами и почувствовал резь в левом плече. Все-таки я перетянул ремни. Нужно будет потом переодеть фиксатор.

- Я тоже волнуюсь. Ух, как волнуюсь! Я раньше не видела фенринов, хотя Ар говорит, что он вчера был в твоей комнате. Ты его видел?

- В комнате не видел. - Я напрягся, потому что едва не сболтнул лишнего. - Я уходил продышаться, когда он заходил.

- Ааа... - разочаровано протянула Алора и отвернулась к Армиону, потеряв ко мне интерес.

Меня это уже совершенно не задевало. В нашей семье целых две пары близнецов. И все они очень близки между собой. Алора и Армион младше меня на шесть лет, а Луна и Лена - на тринадцать, поэтому я никогда особо не вписывался в их общество. К тому же, раньше у меня была Элеон и я не особо нуждался в обществе младших, проводя все время с ней или друзьями. А когда ее не стало, было уже поздно что-то менять.

Сейчас я почти привык к одиночеству, но это не значило, что оно мне по душе. Из друзей у меня остался только Никас, но виделись мы крайне редко, больше переписывались, тщательно скрывая нашу дружбу от лишней огласки, чтобы проклятие, преследующее меня не сделало его своей следующей целью. А терять близких мне людей я больше не готов, особенно ввиду того, насколько мало у меня тех, кого я могу назвать друзьями.

Поэтому меня пугало, насколько быстро Маро пробила стену, которую я годами выстраивал между собой и окружающим миром, старательно отталкивая людей, чтобы не причинять им боли. Но с этой девушкой мои механизмы не работали, ей было словно наплевать на мои весьма жалкие попытки держаться поодаль.

Да и я сам, если честно, не мог отстранить ее, как поступал раньше со всеми. Внешне холодная, как ледники Морворена, при более близком общении младшая сестра Никаса согревала мою застывшую душу и пробуждала давно забытые чувства. Я не знал, слышала ли она, что говорят обо мне, но казалось, что даже если и узнает, Маро скорее махнет на слухи рукой, потому что привыкла во всем полагаться на своей мнение.

Солнце начинало припекать, а мы маялись на заднем дворе уже почти четверть часа, когда высокие двери пристройки открылись и из них вышла Маро, а за ней, как и той ночью, следовала угрожающая фигура Фенрина. Рядом со мной восхищенно вздохнула Алора, тут же зажав рот рукой, а Армион напрягся и подошел ближе к сестре.

Я услышал ворчание по правую руку от меня и заметил побледневшего принца Того, который в ужасе раскрыл глаза и медленно, крошечными шагами отступал назад, ко входу на конюшни. Вот же, жалкий трус!

- Не смей сбежать! - зашипел я на него и Дарен замер, бросив на меня самый презрительный взгляд, на который был способен в этот момент.

- Друзья! - громко позвала всех Маро и сделала пару шагов вперед. - Познакомьтесь, это Аркин, мой фенрин и защитник. Не стоит его бояться, он никогда не причинит вам вреда. Подходите ближе, я вас представлю. Не нужно махать руками, просто дайте ему учуять ваш запах, чтобы он знал всех спутников.

Фенрин подошел к своей хозяйке и уселся на задние лапы, пугающе возвышаясь над всеми собравшимися. Девушка положила руку ему на шею и слегка потрепала. Во дворе царила непривычная для этого времени суток тишина, настолько гулкая, что был слышен даже самый крошечный шорох.

- Аркин, это все мои друзья. Смотри, слева направо: Дарен, Фауст, Алора и Армион. - она помахала нам рукой, чтобы мы подошли ближе, - ну же, идите к нам.

Огромное существо осмотрело собравшихся во дворе, но никто не собирался трогаться с места и тогда он встал. Подойдя к нам он еще раз окинул всех взглядом и принюхался. Никто не посмел шелохнуться, хотя сейчас, при дневном свете, Аркин выглядел не настолько пугающе, как ночью со своими светящимися желтыми глазищами.

Наклонившись к сжавшимся чуть за мной близнецам, фенрин снова втянул воздух и негромко фыркнул, подтолкнув мордой локоть Алоры. Она расширила глаза и попятилась назад, но оклик Маро ее остановил:

- Не бойся! Он хочет, чтобы ты его погладила. - девушка широко улыбалась, радуясь тому, как ее защитник реагирует на нас, а я стоял тут, и таращился на нее как дурак, не в силах отвести взгляд.

- Серьезно?! - глаза моей сестры стали еще больше от удивления, но она робко провела рукой по его шерсти и улыбнулась - Привет, Аркин! Надо же, какой ты, оказывается, дружелюбный.

- А можно и мне? - подал голос Армион.

- Протяни руку, - Маро подошла ближе к нам, - если не забурчит, то попробуй.

Брат вытянул руку и я заметил, что она совсем немного дрожит. На деле, из них двоих, Алора была более храброй и бойкой, но он изо всех сил старался не выдавать эмоций, неподобающих статусу принца и мужчины. Однако, когда в его ладонь уткнулся огромный мокрый нос, он заметно расслабился и уже более твердой рукой потрепал фенрина по шее.

Затем огромный волк повернулся ко мне, еще раз глубоко втянул воздух и наклонил голову ниже, бросив на меня внимательный взгляд.

- И мне погладить? - неуверенно я спросил его хозяйку, а Маро кивнула мне в ответ и подарила мне теплую ободряющую улыбку.

Но едва я провел рукой по его густой и жесткой шерсти, как фенрин издал жуткое, утробное рычание. Его взгляд был направлен куда-то за меня, где по-прежнему крошечными шагами пятился назад Дарен Того. Я почувствовал, как напряглось тело зверя и медленно одернул руку, но рычание не прекратилось. Он встал на лапы и теперь возвышался над всеми нами, подступая ближе к трусливому гостю. Рычание стало громче и еще более угрожающим.

- Аркин, назад! - в голосе Маро слышалась тревога. Я сомневался, что хоть кто-то сможет физически удержать фенрина, поэтому только надеялся на его покорность своей хозяйке.

- Прочь, существо! - визгливо вскрикнул Дарен. Ответом ему послужил очередной рык, еще более громкий.

- Оставь его, Аркин. Сейчас же. - голос хозяйки звенел стальными нотками и волк сел на задние лапы, издав недовольное бурчание. - Дарен, пожалуйста, вернись в дом. Ты ему почему-то не понравился.

И наследный принц Восточных земель поспешно ретировался в безопасную прохладу замка, не проронив больше ни слова, лишь презрительно поджав губы, провожаемый настороженным взглядом все еще ощетинившегося фенрина.

После того, как мы попрощались с Аркином до дня отъезда, Маро объяснила нам, что не стоит его бояться. Фенрины не рычат перед нападением, это было предупреждение. И что Дарен в любом случае был в безопасности, потому что она не позволила бы причинить ему вред. Но эти существа довольно тонко чувствуют всех и все, что происходит вокруг, а принц Того полон предубеждений и страха. Возможно именно это и не понравилось ее другу.

Однако сам он так не считал. В замке Дарен устроил безобразную истерику, вереща что-то об опасных темных существах этого мира, которые жаждут истребления нашей расы и потребовал, чтобы Аркин остался в Альваре. Однако король Иосиф достаточно твердо объяснил гостю, что никто не вправе разлучать фенрина с хозяином, которого тот выбрал сам. К тому же им с королевой было куда спокойнее отпускать дочь с таким надежным защитником.

Униженный таким отношением, принц Того на следующее же утро покинул Леваран без предупреждения, не оставив ни единой весточки ни для Маро, ни даже для короля.

Глава 9.

Никас уехал в Северное королевство один. После внезапного ночного визита витерий в Главный двор многое поменялось в наших планах. Особенно маршрут путешествия, который теперь стал куда короче. Самым главным огорчением для меня стала отмена поездки в Нордхейм. Отец и братья решили, что сейчас - не самое безопасное время для пересечения Черногорья и, пусть я и негодовала, но видела в их решении рациональный смысл.

Вместо этого, мы все остались в Альваре до возвращения Никаса и легиона Ликара, которые отправились к дяде Норду, чтобы попросить у него пару связанных с фенринами солдат, чтобы после нашего с Аркином отъезда не оставлять дом и город беззащитными перед силой темных существ. Которые, как оказалось, куда более непредсказуемы, чем я привыкла думать. Более того, мне все еще казалось, что у их визита была какая-то неясная никому цель, ведь они никому особо не навредили, лишь напугали, и ровным счетом ничего не тронули, кроме дурацкой вазы в гостевой комнате и ту, похоже, разбили случайно.

На самом деле, все это было ужасно странно, ведь обычно витерии не забредают в города и вообще редко покидают горы и пустоши, тем более, чтобы на кого-то напасть. И, если темных сущностей еще можно встретить в горах, если забрести не туда или каким-то образом навлечь на себя их гнев, то светлые витерии и вовсе не покидают глубин пустошей или лесов, куда не способен добраться человек. Некоторые даже сомневаются в их существовании, настолько они затаились.

Но все это не мешало многим людям бояться не только витерий, но и всех остальных существ нашего древнего мира. Такие как Дарен, спокойно воспринимают только привычных его взору и полностью одомашненных животных, все остальные же вызывают у него неподдельный ужас. Мой будущий нареченный, стал моим вторым по счету огорчением. Потому что позорно сбежал из Альвары после неудачного знакомства с Аркином, несмотря на все мои усилия, которые я приложила чтобы сгладить ситуацию и хоть как-то его успокоить. Я предлагала попробовать снова, без свидетелей только со мной, но Дарен отказался даже обсуждать повторную встречу с "кошмарной тварью", чем сильно меня задел.

Я уже почти смирилась с тем, что он далеко не тот храбрый, остроумный и учтивый юноша, которого я бы хотела видеть рядом с собой, но у принца Того всякий раз находились новые способы меня разочаровать. Мало того, что на утро после визита в замок темных сущностей, он отказался покидать покои и вызвал из увольнительной всю свою стражу, невзирая на полноценную охрану Главного двора и тот простой факт, что обычные легионеры против почти бесплотных полу-потусторонних сущностей мало полезны. К тому же, темные существа никогда не покинут темных уголков гор и лесов в солнечный день, потому что даже обычный дневной свет через облака для них губителен. Однако убедить Дарена не позориться я не смогла.

Мы с братьями покатывались со смеху, когда увидели, что наш доблестный гость путешествует не просто с охраной, но с целым легионом личных стражников, чем заслужили показательно-суровый взгляд отца. Но и тот, призывая нас к порядку, силился спрятать улыбку - нелестное мнение Никаса о Дарене, высказанное братом еще в тот в момент, когда он узнал о договоренностях отца с королем Того по поводу моего наречения с наследным принцем Восточных земель, подтверждалось самым очевидным образом: юноша действительно был совершенно труслив.

И все же его отъезд меня расстроил. Хотя бы потому что это было прямым оскорблением не только меня, но и всей семьи Реганто. А еще потому, что это добавило проблем отцу и братьям, которые в последние дни после происшествия и без того были завалены работой, силясь обеспечить безопасность Альвары и Главного двора на время нашего отсутствия, еще и сделать это так, чтобы не вызвать паники в городе. А теперь отец и вовсе предполагал отправиться в Иверат со мной, оставив Никаса и Рейланда дома, что на корню ломало все наши планы путешествия и, в частности, мою идею с визитом в Истлейн.

Все это утопило меня в коктейле из всепоглощающего чувства вины, разочарования и давления настолько, что наутро после отбытия Ника в Нордхейм я не вышла на завтрак, предпочтя остаться в покоях и ограничиться кофе и булочками, которые мне принесла встревоженная моим состоянием Ала. Она как могла старалась приободрить меня, но сегодня любые доводы, даже разумные, работали плохо. Я знала, что обещание, данное родителям я уже заведомо провалила, потому что ни на шаг не приблизилась к тому, чтобы найти с Дареном общий язык, несмотря на все приложенные усилия. Кажется, что в итоге все стало только хуже - я с трудом подавила вздох.

Я обложилась книгами, отставив на прикроватный столик уже остывший кофе и постаралась ненадолго уйти от переживаний в мой любимый романтичный мир, где все джентльмены - безукоризненные храбрецы, а леди отличаются изяществом манер и способны за считанные секунды очаровать хоть принца, хоть дракона.

И пусть всю жизнь меня окружали преимущественно королевские семьи, а также высокородные леди и господа, порой я совершенно не чувствовала себя одной из них. В очередной раз вытащив из под подушки изрядно потрепанное письмо с крошечной толикой информации о семье моего отца, я снова перечитала его. В последние дни этот несчастный клочок бумаги служил мне небольшим утешением. Таинственный отправитель писал, что они самые простые люди и сейчас их жизнь казалась мне куда привлекательней чем та, которую была вынуждена жить я.

- И что мы тут читаем? - я настолько ушла в свои мысли, что не заметила как Рейланд вошел в мои покои и опустился на край кровати. - Ну-ка, поделись со старшим братом. - и он выхватил их рук смятый листок. - Что же тут за любовное послание такое, что оно увлекло тебя больше всех этих талмудов вокруг? - он кивнул на книжный беспорядок рядом со мной.

- Рей, верни мне его! - я задохнулась от возмущения и попыталась вернуть себе письмо, но брат был куда ловчее. - Пожалуйста.

- Уж не сбежать ты от нас собралась, сестренок? - несмотря на полу-шутливый тон, лицо брата было серьезнее некуда, а глаза метали молнии. - И как давно у тебя это письмо?

- Примерно месяц или около того. - смысла отпираться я не видела, поэтому выложила Рею все, что поняла из послания и что думала по этому поводу.

- И отец ничего об этом не знает, верно? - брат ухмыльнулся, когда я покачала головой и опустила глаза. - Послушай меня, Мар. Это все не спроста. Вокруг творится какая-то чертовщина, витерии в Главном дворе, странные новости из Нилуана, потом еще служитель Варрен наседает на отца со своими жуткими предзнаменованиями. А теперь еще и это загадочное письмо. Ты же не собиралась в одиночку тайком сбежать в Истлейн, когда будешь в Восточных землях? Запомни, что это довольно далеко от столицы и я бы не советовал тебе отправляться туда, даже в сопровождении Аркина. Он силен против темных тварей, но люди порой опаснее самых жутких демонов. И я сильно сомневаюсь, сестренка, что Дарен согласится отправится с тобой туда. Да и в вашем наречении я, если честно не уверен, ты же не дура, в конце концов, чтобы добровольно признать в нем будущего супруга. Тем более, после устроенного тут им представления. Отец разве что огонь не изрыгал на совете после побега принца Того - эти придурки завели какую-то странную песню о вас с Никасом и о том, и будто это он его прогнал.

- Опять? - меня даже затошнило. Кажется что они любое событие вывернут наизнанку, если так оно лучше впишется в их теорию. И тут до меня дошел весь смысл последних слов брата. - Тебя допустили на совет?! Серьезно?

- Да, Никас сказал отцу, что это его условие, если он хочет получить толкового наместника на период своего отъезда. А еще он хочет отстранить Варрена, - брат понизил голос до гулкого шепота, но от этого не стал звучать менее восторженно, - потому что считает его одним из главных распространителей этих жутких слухов. Так, стоп. Опять?! Так ты знала? Вот же... Мар!

- Еще до бала. Случайно услышала разговор Ника с папой, а потом и брат рассказал. - я виновато понурила голову, - Прости, Рей. Я не хотела никого грузить этой несусветной глупостью перед праздником начала лета, а потом как-то и из головы этот бред вылетел. Правда, прости что не сказала. - я протянула руку и легонько погладила его предплечье.

- Что уж теперь. Все уже...да черт! Ничего не хорошо. Ты у нас, оказывается, действительно Стальная принцесса! Услышь я такое о себе или о ком-то из вас, то вряд ли бы смог держать лицо на Летнем празднике и не разукрасить пару-тройку этих высокомерных рож. - брат махнул рукой в сторону двери. - К черту их всех. Всех сразу. А ты еще им улыбалась. Мар, я и подумать не мог... Сестренок...

- Спасибо, - я накрыла ладонью его сжатую в кулак руку и робко улыбнулась. - Пожалуйста, не воспринимай все так резко, Рей. Это же полный бред и все, у кого есть хоть крошечная доля разума, это прекрасно понимают. Я не считаю нужным обращать на это излишнее внимание, потому что есть куда более значимые вещи. Меня волнует то, как это может сказаться на репутации Ника, как будущего правителя, не более. На каждого сплетника не насмотришься, кроме того, тут скорее очевидная попытка подорвать репутацию нашего брата, чем как-то очернить меня. Если бы за ним с детства также неразлучно следовала Силена, я думаю, история была бы той же. Им же на самом деле все равно что и о ком сочинять, сам подумай.

- Боги, Мар. Вот это у тебя голова конечно... - брат округлил глаза, а я толкнула его в плечо, чтобы он немного расслабился. - Ну ладно, правда, пусть катятся к чертям. Расскажи мне лучше, ты действительно планировала сбежать в деревню? Ты ведь даже не знаешь наверняка, правда ли те Аласторы - твоя родня. А еще ты никогда не жила в сельском доме, без слуг и охраны. И Аркин - он же напугает все селение до полусмерти даже если просто пройдет мимо.

Я вздохнула - он не забыл о письме, которое сейчас лежало на одеяле между нами. Я не рассказала брату все причины, по которым жизнь простых людей за пределами больших городов и высшего общества казалась мне порой такой привлекательной, но дала ему слово, что мной движет желание больше узнать о своем втором родителе, только и всего.

Как бы сильно я не хотела избавиться от давления, которое неизменно сопутствовало моей фамилии, умом я понимала, что проведя всю жизнь при Главном дворе, в окружении прислуги и высокородных господ, я вряд ли смогу по-настоящему наслаждаться жизнью простой сельской девушки. Слава богам, я не питала иллюзий относительно своей бескорыстности и, в большей степени благодаря рассказам Алоры, понимала, что жизнь вне двора не столько романтична, как может показаться на первый взгляд.

Рейланд не торопился уходить, пусть мое заверение, казалось, удовлетворило его беспокойство относительно письма. Но он продолжал сидеть на краю кровати и теперь крутил в руках булочку, которую утащил с подноса на моей тумбочке.

- И как долго ты планируешь прятаться в своих покоях? - брат выжидательно посмотрел на меня, - родители тревожатся, а Алора с Силеной все утро рвались к тебе, но я их опередил.

- Не знаю, Рей. - я опустила плечи. Может мое добровольное заточение и выглядит как поражение, но я пока не чувствую себя готовой к обществу. - Я думаю, что мне нужен этот день в уединении, чтобы привести мысли и чувства в порядок, понимаешь? Слишком многое произошло за последнюю неделю, я чувствую себя вымотанной. А еще столько всего нужно сделать, собрать. Кажется я до сих пор не готова. - я вздохнула, надеясь, что не слишком тяжело, - Как остальные?

- Ну, - брат пожал плечами, - по поводу отъезда принца Того никто особенно не горевал. Девчонки неплохо спелись, даже Соф как-то ожила. Это началось с приездом Гертаров, а теперь пришло в некую ультимативную форму, я ее такой еще не видел. Ты же знаешь, что она с детства дружила с близнецами? - я утвердительно кивнула и он продолжил, - Они теперь почти всегда ходят все вместе, София, близнецы и Силена с ними. Шуму от них много, но я рад, что принцесса Демар выключила режим стервы. Отец весь в делах, сегодня и я буду загружен наравне с ним, потому что Никас отбыл в Нордхейм вместе с легионом Ликара и пока что я за него. Старший Гертар, правда, какой-то совсем странный. Он почти никому ничего не говорит, все в библиотеке прячется. У них вчера с отцом и Ником был какой-то срочный совет, но меня туда не звали, потому и сказать о чем они говорили я тебе не смогу. И с тех пор я его видел только за общим столом, ну и пару раз на совете. Знаю точно, что у них в семье отношения совсем не такие, как у нас.

- Да, я что-то подобное слышала, - проговорила я, силясь собрать воедино кусочки пазла под названием "Фауст Гертар", но у меня все равно не было достаточно деталей, чтобы увидеть всю картину целиком. - О нем еще много странных слухов, правда большую часть мне пересказывал Дарен...

- Не стал бы я им вот так безоговорочно верить, Мар. - брат решительно встал и положил булочку обратно на поднос, - Слишком уж их много, для настолько замкнутого человека, да и появляются они едва ли не чаще, чем он открывает рот. К тому же, почти нет фактов, которые бы их подтвердили, хотя некоторые уж больно похожи на правду. Ник говорил, что отследить их появление тоже невозможно. Думаю, что наш Того просто радостно подхватывает небылицы, порочащие честь его недруга, вот и все. Да и семейка Гертаров тоже хороша: что-то король Астерина не торопится защищать своего наследника. Вспомни хотя-бы дядю Норда или нашего отца.

Вот тут Рейланд попал в самую точку. Король Северного королевства и, по совместительству, дядя моих братьев и сестры по линии королевы Сонмы, никогда не позволял как-либо порочить честь своих детей. Разносчики досужих сплетен строго карались, а если Адриан или Луна оказывались действительно виноваты - им следовало строгое наказание и публичные извинения, если проступок получал огласку.

Так же и наш папа, который придерживался строгих правил поведения для нас и всегда стремился установить достоверность любых слухов, которые возникали, прежде чем начать их обсуждение, а затем публично и показательно наказать незадачливого сплетника, ткнув его носом в собственный же вымысел. Однако сейчас все было иначе, потому что, наученные горьким опытом, советники не просто придумали небылицу, они сложили ее из реальных фактов и приправили вывернутыми наизнанку подтверждениями так щедро, что даже наши родители не сразу распознали очевидные выдумки.

- Мар! - Рей положил мне на плечо руку, выводя из задумчивости, - Я говорил, чтобы ты отдохнула. Закончи сборы, выспись. Никас будет здесь через пару дней и после этого вы все отбываете. У Армиона помолвка со средней сестрой Дарена. Ты знала?

Я задумчиво кивнула в ответ - беседа с братом неожиданно истощила мои силы, словно проговорив с ним некоторые своим тревоги и обдумывая его ответы я умудрилась по-настоящему устать. Поэтому, едва за ним закрылась дверь, я завернулась по уши в одеяло и погрузилась в сон.

Тот день я проспала почти полностью. Помню только, что родители заходили ко мне, затем Алора и Силена, и даже София, а я только отвечала всем короткими фразами. Не уверена даже, что открывала для этого глаза. И пусть мое поведение могло показаться кому-то неучтивым, жалеть я об этом не стала, потому что на следующее утро я чувствовала себя буквально обновленной и более живой чем обычно.

Мы заканчивали сборы в какой-то сумасшедшей суете, хотя из нашей семьи в Иверат отправлялись лишь я и Никас, который в последний момент отговорил отца от поездки, чтобы не придавать событию чрезмерное значение. В том, что наречения с Дареном не будет не сомневался уже никто, после его отвратительного позорного отъезда без предупреждения. И, признаться, я чувствовала немало облегчения по этому поводу.

Хотя бы потому, что отец довольно легко согласился с доводами брата, а значит он не придает ситуации большого внимания. А еще потому, что отъезд короля обозначил бы для советников и придворных тот простой факт, что история с моим наречением пошла не по плану.

Во всех объединенных королевствах существовала давняя традиция, согласно которой на церемонию наречения девушку сопровождал старший брат, сестра или кузен, а если их нет, то дедушка, дядя или тетя. Иногда даже кто-то из ближайших советников. А родители и остальные родственники прибывали уже непосредственно на церемонию создания семейного союза. Поэтому-то поездка отца в Иверат со мной могла весьма красноречиво обозначать наличие проблем с наречением или его возможную отмену, что я совершенно не собиралась предавать огласке раньше времени.

Обычно год после наречения пара проводила вместе на территории кого-то из нареченных. Как правило, если речь шла о наследниках, нареченные проживали при будущем дворе. Если же, как в случае Армиона и Сары Того, никто из пары не наследовал трон, они могли выбирать свободно. Но все же, почему младший принц Гертар выбрал для себя год жизни в Восточных землях оставалось для меня загадкой, потому что, если опираться на прочитанные заметки путешественников, Астерин - одно из самых красивых королевств на нашем материке.

Хотя кто его знает, возможно парню просто захотелось сбежать от родителей и привычного уклада хотя бы на год. Я же вот тоже все куда-то стремлюсь. Правда моя мотивация к путешествию пугающе шарахается от желания полностью откреститься от своей фамилии, до обычной мечты посмотреть мир, в котором мне предстоит прожить не один десяток лет.

Так, размышляя обо всем и с головой погрузившись в свои мысли я заканчивала последние сборы в путь. Сегодня рядом со мной не было Аланы, которая своими дельными советами и мудрыми идеями настраивала меня на дорогу. К моему огромному сожалению, вчера заболел ее сын и я отпустила подругу, чтобы она могла о нем позаботиться должным образом.

Но так аккуратно складывать вещи как Ала я все же не умею, поэтому все кое-как уместилось в дорожный сундук. С огромным трудом я захлопнула крышку и защелкнула замки изо всех сил придавливая ее своим весом. Тяжело выдохнув, я с тоской вспомнила одну древнюю рукопись, в которой рассказывалось с о способностях наших далеких предков перемещать свои грузы в таинственное Извне, некое пространство между измерениями, благодаря чему они путешествовали налегке, горделиво восседая на гигантски фенринах безо всяких седельных мешков и прочей нагрузки.

В путь я, как и обычно после появления у меня связи с Аркином, планирую отправиться верхом на моем защитнике. Но путь долгий, а спать в седле не шибко удобно, поэтому меня немало успокаивает наличие сопровождающего экипажа, в котором будут размещены все наши вещи таким образом, чтобы мы все, в случае непогоды, могли поместиться в огромный дорожный экипаж Гертаров. Повозок таких внушительных размеров я никогда раньше не видела, в нее, кажется, может поместиться не менее десятка пассажиров. Даже редкие общественные извозчики используют кареты куда меньшего размера чем та, на которой прибыли наши гости.

Прощание с родителями было суетливым и совсем не официальным. Отец осыпал наставлениями Никаса, будто мы впервые едем куда-то без родителей, Силена пыталась наболтаться напоследок с Алорой, а мама украдкой вытирала уголки покрасневших глаз, стоя чуть поодаль.

Я кивнула папе в ответ на очередную его рекомендацию, которую слышала уже без палого дюжину раз за последние пару дней и, отделившись от общей толпы, подошла к королеве Сонме.

- Ну мам, чего ты вдруг? - я провела ладонями по плечам женщины, которую большую часть своей жизни называла мамой, - Я же не на совсем. Так, скатаюсь на несколько месяцев в поездку.

- Марошка моя, - она слабо улыбнулась в ответ, - мои чувства шепчут мне, что ты уезжаешь от меня куда на более долгий срок. Ты же знаешь, что я все это чувствую? - Я кивнула. - Папе я ничего не буду говорить, а то он сначала на меня наворчит, а потом расстроится. Все будет как нужно, дочка, не противься направлению твоей жизни. Только пообещай мне, что ты не поедешь в Истлейн одна. Пообещай.

- Обещаю. - я приложила правую руку к груди и легко поклонилась, заверяя клятву, но резко подняла на маму глаза, когда поняла, что именно она мне сейчас сказала. - Откуда? Рей проболтался?

- Ну Марош, ты будто впервые слышишь о моем даре. Я давно поняла, что ты хочешь отклониться от маршрута, а куда именно - пришлось немного попытать твоего брата щекоткой и угрозами. - мама ухмыльнулась и провела рукой по моей спине, разглаживая жесткие складки дорожного кожаного плаща. - Не вини его. Я думаю, что ты имеешь право знать, правду ли написал тебе тот таинственный друг, потому и отговаривать тебя не стану. Но прошу, будь осторожнее.

- Есть, ваше величество! - я отдала честь, на манер легионеров Ликара, небольшой отряд из которых, во главе с командором, в полной боевой готовности ожидал нас у выезда.

- Поехали! Маро, ты остаться решила?! - разговорившись, я даже не заметила, что все уже расселись и готовы отправляться в путь.

У нам подошли отец и Рей, Си, по какой-то непонятной мне причине со вчерашнего дня отказывалась со мной говорить и уже ушла со двора не попрощавшись со мной, что меня нимало задело. Не скажу, чтобы мы с Силеной были очень уж близки, но я любила младшую сестренку и часто проводила с ней время, поэтому необходимость уехать не поговорив с ней меня по-настоящему ранила.

Отец молча сжал меня в объятьях и я снова почувствовала себя маленькой девочкой, когда он казался мне невообразимым гигантом. Рей неожиданно тоже решил меня обнять, после чего легонько толкнул в плечо:

- Удачи, сестренок. Напиши мне, а то от этих, - тут он кивнул на экипаж, где сидела София, решившая сопровождать своего нареченного, а рядом на своем любимом тяжеловозе Шарме сидел Ник, - я вряд ли дождусь хоть весточки.

Я кивнула и сложила еще одно обещание в заметно потяжелевший за последние месяцы уголок своего сердца. Мама поспешно обняла меня, на ходу нашептывая тексты старых молитв богам. Откуда она их знает и почему так хорошо владеет древним языком не знал даже папа.

- Мам, ты думаешь, что я не вернусь потому что останусь в Истлейне? - спросила я шепотом, чтобы не услышали брат и отец.

- Нет, милая, не там. - женщина тепло улыбнулась и, оставив на моей щеке прощальный поцелуй, подтолкнула меня к экипажу, возле которого возвышался Аркин, едва позволивший надеть на себя седло.

Я снова помахала близким, затем отвернулась и быстрым шагом отправилась навстречу приключениям.

Глава 10. Никас.

Пять дней назад

Чертово утро встретило меня дикой головной болью. У меня такое случается часто, особенно если не выспаться. Что и произошло прошлой ночью, благодаря визиту витерий.

Проклятые твари явились непонятно зачем, навели шороху, напугали Силену, непонятно какого дьявола завалившись в ее покои, которая, как и обычно, своими воплями подняла на уши весь Главный двор. Но больше всего меня тревожит даже не то, что существа покинули глубины Черногорья (хотя непонятно, какого черта вообще случилось), а беспечность моей средней сестренки, которая вот так просто усыпала своими светлячками покои сестры, совсем не заботясь о том, что их может кто-то увидеть.

Ей сотни и сотни раз твердили о том, что это небезопасно и отец принял все возможные и невозможные меры для защиты всех, в том числе и самой Мар от опасностей, которые несет ее необычный дар. Но глупая девчонка, как обычно, пренебрегла правилами и подвергла опасности самого беззащитного члена нашей семьи.

Способности Маро проявлялись с самого рождения и уже тогда отец условился с тетей Инат, что никто кроме семьи не должен о них знать. Он даже не хотел говорить о них дяде Аластору, потому что никогда ему особенно не доверял. И все добросовестно хранили секрет больше двух лет, не смея ослушаться верховного короля. Благо, что отец девочки первые годы ее жизни провел в Главном дворе не более месяца, пропадая в своих поездках, и худо-бедно тайну хранить удавалось. Но Марошка была еще слишком мала, чтобы понимать все причины и правила, поэтому однажды она просто показала своему папе что умеет.

Мне всегда казалось странным, что почти сразу после этого отец Маро сорвался в некое путешествие в Северную пустошь. Тогда он вернулся почти сразу, но в следующую поездку, которая случилась в середине осени, едва ли не силой потащил с собой тетю Инат. Я помню множество их горячих споров с моими родителями, которые не скрывали даже плотно закрытые двери кабинетов в выставленная у них охрана. Муж тети много говорил о великих целях, близости "восстановления мира" и еще о том, что Мар понравится путешествовать с ними в будущем.

Но из это поездки никто не вернулся. Несколько легионов, которые отец отправлял на поиски - вернулись без половины состава. И только когда сам король возглавил отряд, вместе с несколькими всадниками на фенринах из Нордхейма, поиски принесли результат: тело тети Инат нашли на северной границе Северной пустоши.

Будучи убит горем и страшно зол, папа тогда свернул поиски, объявив погибшими их обоих. Но в семье все понимали, что дядю Аластора он искать не будет, потому что считает его причастным к тому, что произошло с мамой Маро. И я не мог его винить в этом, не до конца.

Наш отец не был дураком. Он всегда считал и часто говорил нам с братом, что есть в нашем мире нечто или некто, кто охотится за магией и всеми, кто ей обладает. Именно поэтому он так берег тайну Маро. И, скорее всего, поэтому погибла тогда тетя Инат.

Все это он рассказал нам с Рейландом, когда началось наше обучение. После того, мы с братом много рассуждали на эту тему и сошлись на том, что пока наши силы слишком ничтожны, к тому же, мы все пугающе мало знаем о временах, когда в нашем мире среди людей жила магия. И ни доказать, ни опровергнуть теорию отца не можем.

В настоящее время тех, кто имеет даже самые скоромные способности можно пересчитать по пальцам, а большая часть истории состоит из домыслов и сказаний. Говорят, что истинные исторические рукописи хранятся в исторических секциях библиотеки Культа в Кариополисе, но доступ к ним имеют только адепты, даже служителям туда путь закрыт. Поэтому даже рассказы об этой библиотеке в некоторых кругах считались домыслами.

 

Я нехотя поднялся на кровати и голову резанул очередной приступ боли. Проклятое тело! Ненавижу чувствовать себя развалиной в моменты, когда нужно быть опорой семье и самому себе. Сегодня предстоит явно не самый простой день и, хочу я того или нет, но мне стоит собраться. Желательно как можно скорее, чтобы матушка не застала меня в таком помятом и разбитом состоянии, иначе поднимет шум на весь Главный двор.

Я просто ненавижу, когда всякая полу-мифическая полу-потусторонняя ересь заставляет вспоминать о ней. Еще когда погиб Марен Того, я понял, что с большим удовольствием бы жил в простом мире без витерий, магии и древних существ вроде верберов и фенринов. И я даже убедил себя в том, что все это меня не касается, пока я их не вижу. Но у богов Адамариса на меня были явно другие планы. Потому что сначала темные твари забрали у меня одного друга и уже много лет ломают Ала, а потом и Маро взбунтовалась и начала то тут, то там разбрасывать своих светлячков, из-за чего отцу пришлось усилить охрану и найти какого-то древнего старика - мастера, способного научить сестру управлять этой чертовщиной и держать ее в узде.

Из-за этого отчаянного желания закрыть глаза и сделать вид, что наш мир лишен всяческих потусторонностей, у меня произошла первая серьезная размолвка с Фаустом, который видел все произошедшее с нашим другом своими глазами и упорно отказывался делать вид, что это все несчастный случай, утверждая, что твари продолжают периодически его посещать. И я до того себя убедил в своей непричастности ко всему этому дерьму, что многие годы думал, что у него видения из-за шока от увиденного.

Но когда мне пришлось остановиться в Резиденции Гертаров в Атаре после похорон Эль, я своими глазами смог убедиться, что мой друг все время был честен со мной и ничего ему не привиделось. И, видать, не зря он просил не использовать его первое имя в переписке, потому что все эти визиты были похожи на целенаправленное выведение человека из себя, а не на случайные набеги. Но понять, кому именно насолил подросток из королевской семьи Астерина мы пока так и не смогли.

Однако цель таинственных вредителей была отчасти достигнута - гибель друга и сестры, регулярные визиты темных сущностей и странное пренебрежение родителей сделали поведение наследного принца семьи Гертар неустойчивым, а его характер из задорного и живого стал колючим и очень замкнутым. Добавить к этому природный взрывной нрав - и вот пожалуйста, готова основа плохой репутации, которой так живо оперировал Дарен, да и не он один, по поводу и без.

 

Проторчав на унылых советах почти до вечера я понял, что это престарелое дурачье вообще не понимает, что нужно делать. Подумать только - они пытаются найти виновного! Будто кто-то из подданных или гостей Главного двора Леварана, да и вообще какого бы то ни было дома, способен приказывать этим таинственным темным тварям. Тут явно происходит что-то за гранью моего понимания. Хотя их намеки до меня все-таки дошли - они пытаются обвинить Фауста, опираясь на слухи и его неоднозначную репутацию.

К моему большому удивлению, единственным из всех меня понял и поддержал только Рейланд, который заявил, что первым шагом нужно обеспечить безопасность граждан и подданных от новых возможных происшествий, а потом - расследовать причины. Такой подход очень понравился отцу и он позволил нам начать действовать самостоятельно. Было решено, что я отправлюсь в Нордхейм с легионом Ликара, чтобы попросить у дяди пару легионеров с фенринами для защиты Альвары, а брат займется расследованием внутри Главного Двора. Рей раньше не участвовал в советах и многие советники не воспринимают его всерьез, что в этом случае может быть на руку, потому что он может расспрашивать служащих без особых подозрений с их стороны.

Отдельным сюрпризом для меня стала поддержка Софии, которую словно подменили после приезда в наш дом Гертаров. Я все еще не понимал, что именно вызвало такую разительную перемену ее поведения - нежелание показывать свою неприглядную сторону характера друзьям или что-то еще, но был рад ей. И пусть принцесса Демар никогда не сможет для меня заменить Эль, но я все еще надеюсь на то, что у нас с ней получится что-то стоящее. Хотя, стоит признаться, я уже было отчаялся и даже обсуждал с отцом разрыв помолвки, за что получил длинную и раздражающе мудрую лекцию об умении нести ответственность за любые свои решения.

Вот и сегодня, как и в последние несколько дней, Соф пришла ко мне вечером и потащила на прогулку в сад, потому что посчитала, что это будет полезно мне для хорошего сна. Нужно сказать, что ее расчет оказался верен - прохладный ночной воздух и рассказы моей нареченной о ее детстве в Демаре немного расслабили мой напряженный ум и даже немного облегчили непроходящую головную боль.

- Никас, присядем? - София потянула меня за локоть в сторону небольшой скамьи, - Я так понимаю, что ты вскоре отправишься в Нордхейм? Один?

- Угу. Завтра на рассвете. - Я не смог сдержать вздох, - Пусть и не особо хочется мне ехать туда накануне отъезда Маро. Надеюсь только, что мы успеем вернуться, чтобы я мог отправиться туда с ней. Поездка отца чревата очевидностью нашего решения.

- Значит, обручения не будет? Зачем же тогда вообще туда ехать?

- Ну, понимаешь, в этом случае письменный отказ показался отцу не достаточно учтивым, в этом случае. К тому же, мы сочли верным лично объяснить причину такого решения королю восточных земель.

- Да, в этом есть смысл, - задумчиво проговорила девушка, заправив за ухо выбившуюся из прически прядь, - но все же получается, что Маро потом вернется домой?

- Думаю что не сразу, она просила позволения у отца отправиться в путешествие в Астерин вместе с Фаустом и Алорой, а потом погостить в Посеоне, у своего близкого друга и его нареченной. Папа счел это уместным и дал добро на поездку.

- Здорово как, - в голосе Софии я услышал неприкрытая зависть, - а нам отец запрещал покидать пределы Замка Солнца. Я смогла подружиться с Алорой и Армионом только потому, что король Гертар позволял им гостить в Демаре по два-три месяца каждый год. - девушка тяжело вздохнула.

- У вас там все иначе устроено, я так понимаю? Мне рассказы о порядках двора Южного королевства всегда казались досужими сплетнями.

- Увы. Никас, по моему мнению, Южное королевство - самое отсталое, в плане устройства общества, среди всех. Даже у наших Южноморских соседей в последние годы наблюдаются какие-то изменения, и только мой отец цепляется за устои, котором следовали наши далекие предки. В Демаре даже трон могут наследовать только мужчины, поэтому если никто из моих сестер не подарит отцу внука - трон займет его старший зять. И это приводит его в ярость, но менять это он не хочет. И ты бы все это знал, если бы просто попробовал поговорить со мной.

- Да, действительно. - мне показалось или в последней фразе я услышал упрек?

Я был в Демаре лишь раз, когда забирал Софию на наше наречение в Леваран, и совсем недолго, поэтому успел заметить лишь поразительно малое количество народу на улицах и еще то, что почти все граждане, которых мне удалось заметить, шустро прятались по домам, когда по улице проезжал экипаж короля и его гостей.

Тогда мы списали это на порядки чужого государства, но сейчас, ввиду слов моей нареченной и рассказов Алоры, которая, как мне казалось, говорила еще больше, чем Силена, я начинаю верить во все это.

 

Несмотря на прогулку и расслабляющий чай, который мне в покои принес лакей Софии, уснуть вовремя мне не удалось и я полночи глупо таращился в потолок, пытаясь уложить свои мысли в более-менее аккуратный стопочки. И, неудивительно, что ранним утром, когда ко мне постучался уже полностью собранный и раздражающе бодрый Аман, я едва продрал глаза.

Ненавижу выезжать куда-то так рано! Утренняя прохлада спросонья кажется легким морозцем, поэтому я даже содрогнулся, когда за мной закрылась задняя дверь Главного двора. И как Маро гуляет в такую рань, да еще и босиком, а зачастую, еще и в этой своей дурацкой рубахе-халате, которую ей, к слову, подарил ей я же, на день осеннего солнцестояния пару лет назад.

Я тогда счел это забавной шуткой и думал, что сестренка посмеется со мной и уберет подарок в покои, подальше от посторонних взглядов. Но маленькая чертовка так прикипела к изделию из Посеонского шелка, что таскала его и днем и ночью, не стесняясь даже выходить в нем во двор. Хотя большинство дам Леварана сочли бы такой подарок вульгарным и носили бы его разве что в присутствии супруга и исключительно в личных покоях.

Но это мне всегда и нравилось в Мар, она будто взяла лучшее от обоих родителей - пытливый ум и любопытство от отца, а умение строить свои правила и некоторое пренебрежение к принятым нормам от тети Инат, которая славилась своим непосредственным нравом не только у нас, но даже в Северном королевстве, где жила ее сестра. Хотя порой, ее выходки приводили в ужас не только отца и маму, но и меня.

Вот и сейчас, сидя в седле Шарма, моего верного коня-тяжеловоза, я все еще обдумывал, как сгладить этот инцидент со светлячками и ни как не мог выбросить из головы мерзенькую улыбку лорда Кора. И пусть мало кто что заметил в ту ночь из-за дикой суеты, но этот уж слишком внимательно рассматривал нас. Отец считал мои сомнения пустыми и надуманными, но черт, он же был там! И уж наверняка заметил что-то странное, от чего проклятые твари опрометью вылетели из комнаты Силены.

В совете ценили и уважали Кора именно из-за его въедливого ума и исключительной наблюдательности, но сейчас это могло быть нам не на руку. Уж не знаю, как папа сможет убедить его держать язык за зубами, но надеюсь, он не ляпнет чего не стоило в обществе этих старых параноиков. Они так боятся всего непонятного, как я почти. Но я-то люблю свою сестру, а эти без колебаний пустят ее под каток.

- Ваше высочество! Выезжаем. - Аман Ликар подъехал ко мне на своей стройной кобыле, уже полностью готовый к поездке. - Легион в вашем распоряжении, как и я. - Он приложил правый кулак к левому плечу, слегка склонив голову в нашем традиционном жесте.

- Вот черт, я задумался.

- Снова. Что тебя гложет? - уже тише спросил он?

- Расскажу позже.

Командор коротко кивнул и развернул лошадь, подав сигнал легионерам в путь.

Я надеялся выехать затемно, но выезды с отрядом всегда растягивались, поэтому когда мы покинули Альвару солнце уже поднималось над крышами домов. Приказ был "Не медлить", поэтому сразу за городом мы перешли в галоп. Такой темп был тяжел для лошадей и всадников, но даже с несколькими привалами мы прибудем в Нордхейм раньше, чем в случае поездок в экипаже.

Мимо проносились поля, лесные полосы и деревни, сливаясь в единую ленту. И пусть я всегда любил поездки, но сейчас внутреннее напряжение не позволяло мне наслаждаться дорогой - во что бы то ни стало, нужно успеть вернуться до отбытия Маро. Не могу позволить, чтоб отец покинул Леваран, не так и не ради семейства Того.

Уже ближе к полудню уставший легион заметно замедлился и Аман объявил привал в небольшой роще у озера. Спешившись, солдаты радостно загомонили и принялись располагаться в тени деревьев для обеда, но я голода не чувствовал. Оставив шумную компанию трапезничать, я удалился ото всех вглубь рощи. Естественная тишина, лишь немного разбавленная шелестом листьев и птичьим пением должна была действовать успокаивающе, но мои плечи оставались напряженными, а голова гудела от миллиона несвязных мыслей.

Я опустился в траву и неосознанно сжался в комок, обхватив ноги. Как теперь, черт возьми, выбраться из всего этого дерьма? Меня изнутри прожигали дурные предчувствия, вовсе не связанные с несостоявшейся помолвкой Мар. Что-то будет, определенно и явно нехорошее. Что-то надвигается на наш мир, такое, которое я пока не мог даже осмыслить.

- Никас, тебе нужно поесть. - Аман сел рядом со мной и протянул мне кусок хлеба с сыром и мясом. - Давай, иначе я затолкаю его тебе в глотку силой. Нам достаточно проблем, чтобы еще тащить твою обессиленную тушу.

- Да, только вы, командор, можете позволить себе так говорить с наследным принцем, - я коротко усмехнулся и принял из рук друга дорожный перекус. - Хотя сейчас я бы предпочел напиться и забыть все, что привело нас на эту дорогу.

- Ну, не напиться конечно, но расслабиться тебе не помешает. На камень уже похож. Смотри, так состаришься раньше срока и сморщищся как вяленый персик. - друг протянул мне свою фляжку. - Не пей много, к ночи мы прибудем в Нордхейм и я не горю желанием объяснять его величеству, почему ты в дрова.

- А было бы неплохо, - я сделал глоток напитка, что как лава обжег мне нутро, - Что это такое, черт возьми?

- Ром из Морворена. Кузен прислал на прошлый день рождения, теперь таскаю его понемногу для таких вот случаев. Крепкая штука.

- Не то слово. Словно огонь горит.

- Выкладывай. Дело в способностях принцессы Маро?

- Так ты в курсе? Плохо дело. - если и легионеры заметили таинственный свет, много сил приложить придется, чтобы прекратить сплетни.

- Да брат, ты уже совсем не в себе. Я видел их много лет назад, когда сопровождал принцесс по этой же дороге домой. На нас тогда напали темные витерии, я двоих людей потерял. Но им нужен был экипаж, я так думаю, что они что-то почувствовали. Принцесса Маро тогда вышла, никого не слушала и будто взорвалась сотней крошечных искр. Твари от них как от огня расползлись, но не думали улетать, пока из леса не вышел Аркин. Полагаю, что он почувствовал ее силу, поэтому признал в ней хозяйку и остался при ней. Раньше я такого не видел. Командор Нордхейма рассказывал, что они в легион забирают совсем щенков, не больше дворняги, а чтобы взрослый фенрин выбрал себе хозяина - бывает крайне редко.

- Но ты никогда не показывал, что в курсе талантов Мар. А я еще думал, с чего вдруг сестренка обзавелась таким громадным питомцем...

- Рассказывал я тебе. Просто особо внимание на это не акцентировал. Решил, что раз вы все молчком, значит есть причина.

Именно за это я ценил своего командора и верного соратника - помимо прочих его талантов, Аман Ликар обладал острым умом и много чего понимал без лишних объяснений.

- А я уж подумал, что вы все это видели. - мне удалось немного выдохнуть, но тревожное предчувствие камнем лежало в груди и его вес не уменьшался.

- Хвала Богам, нет. Легионеры порой хуже старых сплетниц на рынке, закрыть им рты было бы непросто. - Аман усмехнулся. - Так что еще? Ты слишком уж ушел в себя. Делись давай, иначе утонешь. И ешь!

- Да все сразу, брат. - Я откусил кусок холодного бутерброда и неспешно прожевывал, не торопясь возвращаться к беседе. - Этот Того, что-то не так с этим наречением, сразу было. Он будто бы хотел, чтобы моя сестра отказалась, даже не пытался с ней поладить. Он конечно тот еще подонок, но раньше я не замечал за ним такого неучтивого поведения.

- Да, странно все это. Может на него так повлиял приезд Гертаров?

- Нет, не думаю я, что все дело в этом. - я пожал плечами, - Да, Фауста он не выносит, меня-то с трудом, но ведь его сестра - нареченная Армиона, он знал, что они так или иначе встретятся в Иверате.

- Согласен. Принцессе было бы совсем туго, если бы не старший принц Гертар. Сдается мне, что Маро ему приглянулась.

- Фауст старается не подавать виду, даже в публичном доме провел несколько дней, чтобы поддержать репутацию повесы, но те, кто знает его чуток лучше заметили его особое отношение к моей сестренке.

- И ты не против?

- А что я тут скажу? Я знаю его лучше всех остальных, даже лучше его семьи и думаю, что он стал был неплохой партией для Мар, если бы позволил себе это. Но он слишком много думает и придумал себе невесть что. - Я откусил еще кусок. Эта его идея, что все дорогие ему люди погибнут, погубит его самого. Хотя порой мне кажется, это эта его непонятная апатия и обреченность скорее добьет меня. Потому что все это он рассказывает не кому-то из родственников, а мне.

- Кстати, а почему именно тебе? Я не помню, чтобы после гибели принцессы Гертар вы как-то близко общались.

- Помнишь ты все. С кем, по-твоему, я переписывался все эти годы?

- Так вот кто такой Альдемар! - Аман легко рассмеялся. - А я уже всю голову сломал, до того было любопытно. Но не могу же я наследного принца допрашивать, с кем он состоит в переписке.

- Да вряд ли я бы тебе сказал, честно говоря. Никто не в курсе, так настоял Фауст. Даже его семья и мои брат и сестры. Я рассказал только отцу и то по большому секрету, ради его спокойствия.

Сейчас, сидя в траве где-то на треть пути до Нордхейма, в роще у подножия Черных гор, и рассказывая брату по оружию об этой дурацкой печати секретности я чувствовал себя на редкость глупо. С чего вдруг Фауст решил, что общение с ним может как-то угрожать мне? И почему сейчас вдруг передумал? Сдается мне, что мой друг не был до конца со мной откровенен. Как тогда, когда пытался ускорить наше наречение с Элеон, придумывая нелепые причины нарушения устоявшегося ритуала, чтобы только обезопасить сестру от опасности, которую выдумал сам себе. А может, он и был в чем-то прав, ведь сразу после ритуала Наследования, когда здоровую руку Фауста покрыли традиционные татуировки, символизирующие его статус наследного принца Астерина, его сестра погибла. Непонятно, трагически и до обидного нелепо.

Воспоминания об Элеон больно царапнули еще не до конца зажившую рану. Ее светлый образ до сих пор не оставлял меня, как бы я ни старался продолжать жить. Я до сих пор хранил ее кольцо на цепочке во внутреннем кармане нательной рубашки и не мог расстаться с чувствами к давно погибшей девушке.

Как бы не старалась София, заменить мою первую любовь у нее никогда не получится. Хвала Богам, она умна и никогда не пыталась стать для меня ею. И хотя, в первые месяцы жизни в главном дворе она отчаянно искала моего внимания, а не получив - продемонстрировала нам весь свой несладкий характер, сейчас наши с ней отношения были лучше и крепче, чем когда либо. Неожиданно для себя, я нашел в своей нареченной верного друга и тот укромный уголок, которого мне не хватало уже десять лет.

Родителей, такая перемена наших отношений очень порадовала и, если бы не последние события, матушка уже бы активно готовила нашу свадьбу. Но, пусть наши отношения с Софией потеплели, представить в роли своей спутницы жизни кого-то кроме Элеон я не могу по сей день. Однако я должен не просто стать мужем Софии Демар, но и произвести хотя бы одного наследника. Это будущее тяготит меня куда сильнее, чем я того бы желал. Потому до сих пор, даже спустя более чем десять лет, чувства к Эль живут в моей израненной душе и не отпускают жить дальше без нее.

- Ты не забыл ее, ведь так? - сочувствие в глазах Амана раздражало больше, чем должно было. - Даже теперь?

- Тем более теперь. - я снова опустил голову на согнутые колени и тупо уставился в землю под собой. - Не знаю почему так, но чувствую себя чертовым предателем.

- Господа, доброго вам дня! - я вздрогнул и разве что не подскочил на месте, настольно неожиданным оказалось нарушение нашего, казалось бы, уединения.

Мы увидели, как из-за деревьев неподалеку выходит худощавый мужчина в серой дорожной накидке и встали. Краем глаза я заметил, как Аман Ликар вытащил из ножен кинжал, но не рискнул даже положить руку на эфес своего меча, чтобы не демонстрировать неподобающую враждебность.

- Меня зовут Орен Иратис, я странствующий адепт Культа. И я безоружен. - легко улыбаясь, он поднял обе руки. - Расслабьтесь, командор Ликар, я не собираюсь нападать на вас.

- Чего ты хочешь, Орен Иратис? - глаза Амана подозрительно сощурились.

- Всего-то помочь. Я случайно услышал ваш разговор, принц и думаю, что могу вам помочь.

- Ты можешь стирать память? - командор недовольно фыркнул, но я оставил его сигнал без внимания.

- Лучше, Ваше Высочество. Я могу ее вернуть.