Путь Стратега 7. Сквозь Огонь

Глава 1 Минус на минус

У меня было с чем сравнивать.

Воспаление раны в самом начале северной кампании, затем инфекционная болезнь из-за укуса клеща, потом попытка отравления в Периноне, впоследствии чуть не превратился в нежить посреди Сейд-Нирама.

Теперь вот проклятье от воскрешенного жреца эпохи мрачного величия Канртега. Оцениваю на шесть из десяти по шкале здеца. Меньше, чем можно было ожидать.

Самыми тяжелыми оказались первые сутки. Тогда я, действительно, балансировал между жизнью и ее противоположностью. Однако мне повезло словить магическую болячку в окружении сотен относительно дружелюбно настроенных колдунов.

Первый раз очнулся на несколько минут, находясь в каком-то сложном магическом кругу. Запомнил ощущение жара по всему телу, красные контуры вокруг и запах сожженных трав. Затем жесткий отруб.

Интересно, что у меня практически не было даже обычных кошмаров. Вероятно, на меня просто навесили какую-то особо мощную чародейскую изоляцию и дар стратега взял небольшой перерыв.

Второе пробуждение было уже более-менее вменяемым. Я увидел над собой сухое лицо Ксанда и ещё пару каких-то чародеев. Они о чём-то неспешно спорили в уважительном тоне. Затем один из них, заметив что я очнулся, спросил:

– Вы чувствуете сейчас вкус сырого мяса?

“Нет. А должен?”

Я сейчас вообще никаких вкусов не ощущал. Только головную боль, сухость во рту и жар.

– Говорит, что нет, – довольно поведал коллегам маг. – Поэтому, как я уже утверждал относительно ихора и гноя…

На этой фразе концентрация внимания была потеряна, а через пару минут мозг снова взял перерыв примерно на сутки.

Третье пробуждение оказалось уже гораздо более осмысленным и продолжительным. Я лежал на кровати в своей комнате без всяких магических кругов. За мной наблюдали двое: Гинд и какой-то седовласый чародей. Самочувствие было… очень даже сносным. Не фонтан, но гораздо лучше чем в прошлые разы. Я, если так можно выразиться, был в норме. Мог нормально думать. Даже говорить. Встать пока не пытался, но уверен, что получится. Такое улучшение самочувствия показалось даже подозрительным. А как же отвратительное послевкусие? Чуть не помер, а просыпаюсь свежий и бодрый хоть марафон беги.

– Вы чудом выжили, триумвир, – первым заговорил Гинд. – Опасные эксперименты с опасными артефактами рано или поздно заканчиваются подобным образом. Я давно пытался вас предупредить.

Это он про зеркало. Блин, обидно даже. Зеркало сработало нормально. Но кто ж знал, что Сандис оживит канртегского жреца, а от видит тени и может прямо через них порчу наводить? К сожалению вместе с зеркалом мне инструкцию не принесли. Не читал в технике безопасности пункт по поводу воскрешения древних убер-заклинателей.

С Гиндом насчёт опасных экспериментов я спорить не стал. Маг задал мне несколько вопросов про моё самочувствие, и в процессе я услышал системное оповещение:

“Стратег Иворна Сандис приглашает вас присоединиться к Военному Совету. Принять приглашение? Расход времени на протяжении Совета будет замедлен для вас в одиннадцать раз”.

Этого следовало ожидать. Я сказал магу, что еще подремлю немного и закрыл глаза.

Ладно. Принять предложение.

Мой разум унесся прочь из бренного тела и оказался в полупрозрачном круглом зале, зависшим над джунглями Сулима.

– Триумвир Михаир. – окликнул меня звонкий, но довольно суровый голос.

Иворна Сандис снова при полном параде и тянет на лице неприятную, людоедскую улыбку.

– Триумвир Сандис, – кивнул я. – Уже вернулись на Турнир?

– Да. Ещё позавчера, – ответил Иворна и перешел к главной теме беседы. – Я бы мог сказать, что подглядывать нехорошо. Но, боюсь, из моих уст это прозвучит неубедительно. Поэтому скажу иначе: иногда подглядывать очень небезопасно. Хорошо, что Ксигон и я довольно быстро поняли, кого мы ненароком чуть не убили, и он обернул проклятье. Иначе… Твоя трагическая смерть спровоцировала бы начало гражданской войны, а мы к ней совершенно не готовы. Ни лично я, ни Империя в целом, но, слава богам, обошлось, – с натужным вздохом облегчения завершил речь Сандис.

Значит вот почему мне так резко похорошело. Все очень банально. Меня просто прекратили убивать. Или же это блеф. Выводы сделаем по дальнейшему ходу разговора.

– Ещё полгода назад мои обвинения на ваш счет не стоили бы и кривого динария, – медленным, угрожающим тоном произнес я. – Но сейчас все работает иначе. Ты переступил как минимум две важные черты.

– Воскрешение Ксигона - гораздо более безопасный акт темной магии, чем оживление Сердца Порчи. Жрец разумен и не желает обратить население Империи в нежить. Что же насчёт второй черты? Покушение? Его не было. Ты оказался не в том месте и не в том виде. Мало кто из непрошенных гостей может уповать на достойный прием.

– Я не о покушении. Ты желаешь императорского трона.

– А кто не желает? – пожал плечами Сандис. – Почтенный Скриббон Камилл тяжело болен, а возможно даже уже мертв. Не удивлюсь, если принцепс Беро просто прячет труп где-то в леднике своей виллы. Подобные слухи ходят не первый месяц. Если так, то совершенно не осуждаю уважаемого Беро. Слишком неподходящий момент для смены верховной власти. Однако рано или поздно Империи нужен будет новый лидер. Карр хотел видеть на троне стратега? Я тоже совершенно не против этой идеи, – усмехнулся триумвир. – Мы расходимся только в вопросе конкретной личности. Так что странно осуждать меня за подобные амбиции. Карр метит на трон куда дольше и куда настойчивее.

Говорил Сандис убедительно. Если мне таки захочется объединиться с Карром, чтобы уничтожить Иворна, то заодно желательно будет перетащить на свою сторону дружественных политиков. Сейчас я для них способ удержания мира внутри Империи. Что они скажут, когда я сам предложу это хрупкий мир окончательно расколотить вдребезги? Если не получится договориться, то остается опция чисто военного мятежа. Произойдет окончательный раскол Империи.

– Я знаю, что все мы трое не очень друг друга любим, – продолжил Сандис. – Но сейчас Империя крайне уязвима. Ты устранил угрозу с моря, но остальные никуда не исчезли. Север, Запад и, конечно, Восток. Шадд. Как бы я не презирал Ксериона, в одном он абсолютно прав: текущая ситуация на войне с Шаддом - тупик. Даже если каким-то божественным чудом все триумвиры объединят усилия, то продвижение будет незначительным. Легионы - прекрасна боевая машина, но Шадд защищают не только армия и ручные чудовища. Ты был там. Видел всё своими глазами. Сама земля Востока - главный его щит. Бескрайние сухие степи, пустыни, практически лишенные воды, великие реки, горные вершины и десятки крепостей, опирающихся на природные укрепления. Это не пробить за десятки лет. Но теперь…

– У тебя есть сильнейший стихийный маг из возможных, – перебил я. – Немного изучал историю войн с Канртегом. Однако не совсем понимаю, насколько Ксигон будет полезен в одиночку?

– Тяга к истории похвальна, но, боюсь, тебе скормили стандартные байки для неокрепших умов. Мне же ведома более полная версия. Источник силы магов Великого Пламени находится за пределами нашего мира. Чем больше чародеев, тем лучше для них. А вот у жрецов Канртега ситуация была совершенно иной. Они черпали силу из теней титанов. Один на всех источник силы и чем самих жрецов становилось больше, тем слабее был каждый. Но с другой стороны, верно и обратное… – закончил с лукавой улыбкой Сандис.

– То есть один Ксигон сейчас может использовать всю силу, которую раньше ему надо было делить с коллегами?

– Именно. Конечно, ему потребно некоторое время, чтобы стряхнуть пыль смертного сна, но с каждым днём Ксигон будет становиться только сильнее.

Мдэ. То есть Иворна не просто оживил канртегского жреца. Он возродил эту силу целиком и полностью. Она теперь в руках одного из самых опытных заклинателей за всю историю темного города. Прекрасно! Только сука этого нам не хватало! Мир горит, а уважаемый Сандис только что кинул в пламя канистру напалма.

– Как ты собираешься контролировать этого монстра? – спросил я. – Не надеешься же на его теплые родственные чувства и благодарность за спасение?

– Михаир… – с притворной обидой и обсуждением глянул на меня Сандис. – В отличие от одного известного заклинателя мертвых богов у меня есть подстраховка. Даже не одна. Но я все же рассчитываю, что первое время Ксигон будет нам лоялен даже без угроз. Цели слишком совпадают.

– Нам? – нервно переспросил я.

– Конечно, – невозмутимо ответил Иворна. – Не с Карром же мне в самом деле завоевывать Шадд. Этот пожилой человек не обладает должной широтой взглядов. Как бы ни был могущественен Ксигон, без подкрепления мечами его сила не сломит Восток. И, опасаюсь, моей армии тут будет недостаточно.

– Вероятно так. Но почему ты считаешь, что я соглашусь?

– По ряду причин. Во-первых, это необходимо Империи. Звучит, наверное, очень общо и слишком пафосно, но за такими простыми словами спрятались интересы тысяч наших граждан. От самых нищих и ничтожных, до тех, кто вершит судьбу страны. Часть этих людей поддерживает тебя. Они вручили нам власть и помогают держать её. Не волнуйся. Этот разговор тет-а-тет ещё не предложение совместных действий. Предлагать я буду публично. И тогда твои же союзники начнут убеждать тебя снова идти на Восток. Во-вторых, я все же считаю, что ты способен разделять свои предпочтения и долг. Возможно не так хорошо, как хотелось бы, но никто не идеален. И наконец, в-третьих, амбиции. Я открываю перед тобой дверь к победе на сильнейшим внешним врагом из существующих.

Сильнейшим внешним врагом? Какая интересная, однако, формулировка. Но согласен. Вероятно, самые опасные враги сейчас внутри Империи.

– Так… – задумчиво протянул я. – Хватит общих слов и давай перейдем к конкретике. Как ты себе представляешь последовательность наших действий?

– Какое-то время продлится Турнир, – ответил Сандис. – И заодно тебе нужно будет решить проблему Севера. Но параллельно уже следует потихоньку накапливать силы на Востоке. Затем проходит согласование через Сенат и поход начинается. Карр не сможет помешать. Он будет занят усмирением сэйфов. Справиться, конечно. Нас же ждут деяния куда большего масштаба.

Ага. И как только мы побеждаем Шадд, то я трагически погибаю, а Иворна на волне успеха начинает гражданскую войну с Карром. Недурно. Зря шаддинцы высмеивали напыщенные речи этого кровопийцы. Козыри на руках у него есть.

– И если хочешь больше конкретики, то первое, что я должен предложить: твое молчание. Не стоит Багровому Кругу и Карру сейчас знать о возвращении Ксигона. Придет время - все узнают.

Ожидаемо. Что ж… У меня есть два варианта: сразу максимально идти против Сандиса либо заключить с ним временный союз. Дар Старика дает огромные возможности, но, как ни странно, с ним проще победить Канртег чем Шадд. Что если позволить Сандису разнести Восток? Потому как если мы начнем замес сейчас, то этим реально воспользуются внешние враги. Уж не знаю, что там на Западе сейчас, но Сердце и Шадд не простят нам слабости. За кампанию на Востоке я смогу мощно прокачать дар Забытого. Тогда уже и Ксигон не будет мне так страшен. Кроме того…

– Знаешь, я вот посмотрел на воскрешение. Могущественная магия, возможности которой отличаются от Великого Пламени. Допустим, есть человек с серьезно пострадавшим мозгом, но тень еще не покинула тело. Как я понимаю, у Ксигона вообще все внутренности были в состоянии сухофруктов, одна жрец ожил. Мог бы он проделать такой трюк с другим человеком? Но мне нужно именно возвращение к нормальной жизни, а не поднятие в виде умертвия или чего-то подобного.

– Можно ли поподробнее узнать о ситуации? Вы пока говорите слишком общими словами, триумвир. – ответил Сандис.

Я кратко поведал историю ранения Касс, опустив, разумеется, все моменты про Мирканто и дар Забытого.

– Для человека такого масштаба ты удивительно мелочен, – подвел итоги Иворна, осуждающе качая головой.

– Мир состоит из мелочей.

– Ксигон только что вернулся в этот самый мир. Он медитирует, путешествует сквозь видения, слушает землю, пытаясь постичь произошедшее за сотни лет его отсутствия. И ты предлагаешь отвлечь его ради жизни бывшей рабыни? Он вполне резонно может воспринять этот как оскорбление.

– Пусть воспримет это как причуду упрямого союзника. Или что? Разозлиться и таки попытается меня убить? Я нужен вам потому, что к войне с Карром ты не готов. И это не все. Тебе нужна моя армия для похода в Шадд. Если я сейчас погибну, то планы твои сорвутся с колеи на обочину и очень возможно разобьются вдребезги.

– И мы опять возвращаемся к тому, что ты угрожаешь мне собственной смертью… – вздохнул Сандис.

– Да. Но ведь работает же.

– Ладно-ладно, – махнул рукой Сандис, избавляясь от маски раздражения. – Чего это я действительно осуждаю столь вовремя всплывшие нужды союзника? Видимо, как говорят мудрецы: сражаясь да не уподобься. Слишком долго боролся с Карром и начинаю перенимать его манеру читать нотации.

Вот и ладушки.

– С другой стороны, я могу рассчитывать на твое молчание?

– Да. Пока твой пращур не пытается меня убить или выкинуть что-нибудь особо антиимперское.

– Славно, – кивнул Сандис. – Жду не дождусь, когда мы двинем армии на Восток и вся эта кодла фанатиков будет ждать от Солнца чуда, но чудеса окажутся на нашей стороне. Над пустынями прольются дожди, великие реки в нужный момент обмелеют, а туман закроет свет небес. О, это будет настоящая кара на головы тех, кто заигрался в праведников.

Сначала угробим соседей, а потом примемся друг за друга. Какие же мы добрые парни. Но логика в планах Сандиса имелась. Начинать внутреннюю зарубу при опасных соседях чревато большими проблемами для победившей стороны.

– На этом все? – спросил я у Иворна.

– Между нами пока да. Я отбываю, чтобы помочь с вашей проблемой. Это не займет много времени. Как всё будет ясно - выдам четкие инструкции куда доставить объект вашей страсти.

– Отлично.

На этой позитивной ноте завершился один из самых странных Советов за всю мою карьеру стратега. Боги… Потенциал Канртега вернулся, появился шанс победить Шадд, а еще Сандис будет спасать Касс. Потрясающе.

Столь вовремя всплывшие нужды союзника? Да уж. Мирканто старалась для себя, а пользуется плодами её шантажа Сандис. Ничего. Если это вернет мне Касс, то я не против немного потерпеть снисходительный тон этого людоеда. Мелочный я, видете ли!

Открыв глаза, сообщил Гинду такую новость:

– Не зря я воспользовался зеркалом и не надо спорить.

– Но триумвир, вы чуть… – с отчаянием и негодованием начал венатор.

– Чуть не считается, – ответил я, поднимаясь с кровати.

Заодно вышел в стратегию, глянув на Касс. Тень все еще при ней. Отлично. Давай, Сандис, сраный ты ублюдок. Смахни пыль со своего прадедушки. Может совместными усилиями вы два урода сделаете мне что-то хорошее. Типа минус на минус даст плюс.

– Всё будет хорошо, – неожиданно оптимистично заявил я Гинду. – По крайней мере пока.

Потом, вероятно, все будет очень плохо. Сандис вернул к жизни и активной деятельности одну из самых опасных сил в истории этого мира, если не считать титанов. Ну да ладно. Время на подготовку есть и надо им пользоваться на все сто.

Меня немного мутило после отлежки в несколько дней, но общее самочувствие было более чем приемлемым. Хотелось немного пройтись, несмотря на головокружение. В сопровождении охраны выполз на залитые солнцем аллеи садов покойного Махараджи. Там ко мне вскоре присоединился Стилион.

– Опять передумал умирать? – спросил он.

– Да. Вспомнил, что дела остались, – отшутился я.

Ага. Дела. Воду не проверил и на Севере немертвого Бога забыл выключить.

– Что это вообще было? – уже без тени шутки спросил молодой Лиардиан.

– Недопонимание.

– Серьёзно? Кого же и с кем?

– Я обещал не говорить об этом буквально пару минут назад и лучше пока сдержать свое слово. Инцидент исчерпан.

– Твоя северянка уже не знала, что делать. Сам понимаешь, что гибель триумвира Михаира может весьма пагубно сказаться на ее судьбе. У Сандиса есть свой кандидат для власти над федератами. Будь она обычной девочкой - ещё ладно. Таких можно продать в качестве служанки куда-нибудь подальше. Но стратег да ещё и с магическими силами? Она угрожает власти Радана.

Надо поговорить с ней на этот счет. К кому ей бежать в случае моей смерти? Куда-то к магам? К шаддинцам? Ну, кстати, последний вариант кажется относительно реалистичным, хотя и не очень патриотичным. Просто от Сандиса внутри Империи ее кроме меня никто не защитит, да и вероятно не возьмется защищать. Для того же Карра она во-первых женщина, которой на войне не место, во-вторых, дочка покойного врага. Не самый лучший набор для выживаемости.

“Скажи мне вот что…” – переключился я на командный голос. – “Только так, чтобы не было понятно о чем идет речь. Тут просто могут быть лишние уши. Так вот: если бы я попытался поменять триумвират на дуомвират. Ну то есть. избавиться от Сандиса, объединившись с Карром. Насколько это было бы тяжело осуществимо с политической точки зрения?”

Стилион нервно рассмеялся и это по сути уже было ответом.

– Вам в голову приходят очень смелые фантазии, уважаемый триумвир. Но брак заключается не просто ради прихоти, – под браком он имел в виду, наверное, общеимперский компромисс. – И расторгнуть его уже нелегко. Особенно если он был общепризнанным. Люди не поймут. Когда человек обещает одно, а сам приходит к совершенно противоположному - уважения это ему не прибавит.

А дальше Стилион уже начал гнать пургу, чтобы логически прицепить свой ответ к предыдущим нашим словам.

– Тем более она из чужого народа. Никто ничего не имеет против наложниц и любовниц, но вытаскивать всю эту грязь на свет законных отношений? Зачем?

– Мои корни, знаешь ли, тоже надо искать далеко за пределами Империи. – решил подыграть ему я, типа речь велась о браке с Ориной.

– Вы прошли верным путем. Служба в легионе, подвиги, набор народной популярности и наконец политическое признание. Даже если эту девчонку попытается кто-то удочерить, то на такое едва ли решится благородное семейство высшего света. А какая ещё партия может быть у подобного вам? Тем более вопрос с наследниками остро не стоит. У вас уже появился отпрыск божественного происхождения. Лучше после такого переждать. Слишком много странного общественное мнение может не переварить.

Мы ещё немного поболтали на тему моей воображаемой свадьбы, но ответ насчет противостояния с Сандисом я понял. Пока Иворна в глазах Сената и народа относительно приличный человек. Про его магические художества люди даже меньше в курсе, чем про мои.

До вечера я отдыхал. Потихоньку пообщался со всеми участниками нашей делегации, заверив что умирать в ближайшее время не планирую. Например, с той же Ориной надо было поговорить. Она задавала на удивление мало вопросов, наверное, не надеясь получить на них ответы. Впрочем, я не собирался подробно ей рассказывать о событиях в зиккурате. Хотя был соблазн поведать ей о даре Старика. Только вот стоит ли оно того? Пойдет ли это на пользу мне и ей самой? Пока сложно предсказать, но думать в данном направлении я буду.

– У меня вышло немного не дружеское прощание с Мирканто. Никому из нас не понравилось.

– Так это она навела на вас проклятье?! – голосе Орины звучали удивление и даже испуг.

– Не совсем, – уклончиво ответил я. – Из всех покушений на мою жизнь это имеет самую запутанную предысторию. Возможно, когда-нибудь, я подробнее поведаю об этом. Могу лишь сказать - во многом венаторы правы. Узнав Мирканто поближе, я не нашел в этом существе ничего достойного. Если через года оно попытается дотянуться до тебя - не верь ни единому слову и не ведись на обещания.

– Я думала вы специалист по… союзами с такими существами.

– Специалист. И как специалист авторитетно заявляю, что с этим существом я в одном храме молиться не сяду. Да простят меня боги, но даже Сандис более договороспособен чем Мирканто.

Кстати, об Иворна Сандисе. Мой коллега по триумвирату вернулся уже на следующий день и связался со мной через командный голос.

“Больную надо вывезти подальше от чародеев Великого Пламени. Все должно остаться нашим маленьким секретом. Поэтому твоей вернувшейся к жизни подруге не стоит более воевать на Турнире. Еще из важного: нам понадобится медная ванная, либо каменная, либо ещё какой-то крупный сосуд, чтобы разместить тело и залить водой. Голова должна оставаться на поверхности”.

Все это звучало очень обнадеживающе. Сандис таки уломал ископаемого родственника сделать мне одолжение. По итогам местом проведения реанимационных мероприятий были выбраны купальни по соседству с дворцом.

Уже к середине дня Касс лежала в каменной ванной. Ее лицо казалось ещё даже менее живым чем раньше. Особенно неприятно смотрелись чуть приоткрытые глаза с полностью расфокусированными зрачками. Такое я иногда видел у трупов. Однако какая-то искра жизни в девушке ещё горела. На шее мерцал багровым медальон с короткой цепочкой из черного металла. Этот артефакт пару дней назад принесли адепты Круга. Очередная попытка ненадолго задержать душу в умирающем теле. Однако теперь есть надежда!

Со мной внутри помещения был только Ган. Охрану я оставил снаружи. Сандис тоже пришел в сопровождении лишь одного стража, но рядом с Иворна незримо присутствовал еще кое-кто. К своим обычным украшениям Сандис добавил тонкий серебряный венец в центре которого тускло блестел изумрудный глаз. Уверен, это не обычная побрякушка. Я буквально чувствовал на себе взгляд камня. Едва заметный ореол духовной энергии окружал самоцвет. Ксигон видел нас.

– А вот и ваша драгоценная подруга. Какое печальное зрелище, – с фальшивым сочувствием произнес Сандис и тут же улыбнулся. – Но отчаиваться не стоит, дорогой мой соратник.

Это он мне, ага. Очень верю. А Сандис продолжал спектакль:

– Сегодня за три часа до рассвета мне было видение. Сам Асклапис, покровитель врачевания, явился мне во сне и показал как можно помочь вашей беде.

Забавно. Сюжет с богом, являющимся во сне и дающим подсказку, действительно, часто встречается в мифах и литературе Империи. Такое реально случалось или это как сейчас все были прикрытия для черного колдовства?

Сандис достал тонкую колбу с черным содержимым и вылил его в ванную. От жидкости пахло металлом, серой и какой-то химией. Вроде бы состава было мало, но он изменил цвет воды. Из прозрачной она стала бледно-красной.

Сандис поднял над головой Касс руку. Я видел как от венца-глаза истекает энергия. Незримая для обычных людей, она вливалась в воду и по той начала идти мелкая рябь. Ган закашлялся. Охранник Сандиса тяжело дышал. Воздух вокруг нас как будто стал гуще и дрожал как марево над раскаленным песком. В соседней комнате захлопали ставни. Ветер сорвал занавески. Земля дрогнула под ногами.

Стихийная магия высшего порядка творилась здесь. Природа вокруг почувствовала силу и власть темного жреца, что вернулся из бездны времен, преодолев тлен.

Все продолжалось несколько секунд, а потом затихло.

– Снимите с нее артефакт Круга и оставьте на несколько часов здесь, – распорядился Сандис. – Уверен, боги услышали наш призыв и вскоре помогут этой женщине. Кстати, кажется, помню её… Но мне пора. Увы, дела зовут.

Сандис кивнул и быстро покинул комнату, избавив меня от сомнительного удовольствия общения с ним.

Я посмотрел на на Касс. До этого магический артефакт Круга был последней ниточкой, на которой ее тень держалась в теле. Но что теперь? Выйдя в стратегию, я решил посмотреть нет ли на гладиатрикс каких-либо новых эффектов.

Один, действительно, появился:

Забытая тауматургия. Дупликационное возвращение к жизни

Обычно под возвращением мертвого к жизни имеет в виду превращение его в ту или иную форму монстра. Однако эта способность, действительно, оживляет цель, исцеляя практически любые раны, и способна восстановить погибшего из одной капли крови. При рождении существа сценарий будущего развития тела уже содержится в его тканях. Эта магия способна восстанавливать плоть цели согласно врожденному замыслу. При этом если тень сохранилась, то пострадавший будет фактически воскрешен. Если же тень уже покинула тело либо связь слишком слаба, то оживленный станет “чистым листом”. Лишится памяти и приобретённых склонностей, будто родившись заново. Считается, что такая сила была доступна лишь титанам, однако несколько жрецов древнего Канртега также освоили подобную способность.

Эффекты:

- восстанавливает физическое тело цели, опираясь на информацию в его ДНК. Не действует на существ, не обладающих ДНК или его подобием.

- тень цели возращается в тело, если это ещё возможно, при этом с нее снимаются практически все известные эффекты проклятий, кроме магии, основанной на способностях титанов и проклятья, имеющие внешний носитель подобно филактерии.

- время полного восстановления зависит от степени повреждения цели.

- для восстановления может быть необходим питательный субстрат, содержащий вещества, необходимые для замены поврежденных тканей.

Читая это описание, я испытывал смесь восхищения и тревоги. Дупликационное воскрешение? По сути клонирование тканей. Воссоздание тела из капли крови, если рядом будет достаточно материалов для регенерации.

Я знаю, что такое ДНК, а у других стратегов вероятно иное описание эффектов. Если кто-то из других стратегов вообще видел описание этого навыка. Сотни лет прошли с его последних применений.

Магия Ксигона реально способна вернуть Касс к жизни. Замечательно. Но Иворна Сандис… Какую же тварь ты умудрился откопать! Чует мое сердце, да и другие органы ощущают, что мы с этой дрянью ещё намучаемся.

Глава 2 Чудеса

Что такое чудо? Возможно ли оно в мире, где колдовство, демоны, монстры и божественные дары стали обыденностью для таких как я?

Оказывается, да.

Со временем ты понимаешь пределы возможностей колдовства. Знаешь, чего ждать от того или иного монстра. Из категории чудес это все переходит в разряд планирования и расчетов. Но даже сейчас я ещё мог удивляться, наблюдая нечто выходящее за рамки моих представлений о магии.

Жизнь возвращалась к Касс. Даже спустя всего несколько минут после ухода Сандиса я заметил как изменилось ее лицо. Еще недавно мертвое, оно теперь более проходило на спящее. Веки были сомкнуты, ресницы слегка дрожали, губы приоткрылись и… боги, она дышала. Понятно, что даже телу в коме нужен кислород. Но то дыхание почти нельзя было заметить, а сейчас Касс снова дышала как положено человеку во сне. Невероятно. Я смотрел на это как завороженный. Возвращение Касс казалось мне более удивительным, чем даже Ксигон, обращающийся из мумии в живую плоть. Он то не просто человек. Хрен знает по какой классификации проходят темные жрецы Канртега, но свой дар эти заклинатели наследуют. Значит они не просто люди.

Маги Великого Пламени способны к мощнейшей регенерации. Нэл так вообще с нуля тело воплотила. Однако это потому, что чем сильнее чародей, тем более он подобен демонам.

Касс же была почти обычным человеком, если не считать модификации Ксанда. Просто человек в мире, где полно чудовищ. Хрупкая искра жизни, которую так легко погасить. Но вот она снова разгорается на моих глазах и даже не из уголька. Буквально из пепла.

Мне хотелось коснуться её, но решил сдержаться. Пусть лечится. Сандис не давал подробных инструкций, но до пробуждения Касс лучше не беспокоить. Думаю, владельцы купален будут не против, если я арендую их заведение на пару дней.

Вскоре должно состояться новое собрание стратегов. Как я понимаю, проведут жеребьевку и объявят о новых изменениях правил. В прошлый раз добавили тележку с боеприпасами. Что изобрели теперь? Палатку первой помощи? Свиток портала в город?

Кстати, телепортация до сих пор остается в разряде немногих чудес, на которые местные маги не способны. Я вспоминаю только один случай подобного явления. Мое попадание в этот мир.

Я оставил вокруг купален охрану, включая двоих венаторов. На всякий случай. Вдруг Мирканто таки захочет сделать мне ещё гадость. Лучше перестраховаться. Время от времени я проверял Касс через стратегию, но девушка все утро проспала.

Собрание проходило в дежурном режиме и началось с объявления. Вышедший на сцену чародей высказал мной давно ожидаемые нововведения.

– Всего за время проведения нашего Консилиума состоялось пятьдесят шесть состязательных схваток! – гордо заявил маг, будто топ-менеджер, отчитывающийся перед инвесторами. – Это было не легко, однако все запланированные состязания состоялись по расписанию. Кроме нескольких случаев, когда участники по собственному желанию покидали Консилиум.

Ага. Например, Кастос. Когда тебя собирается убить Мирканто, то, действительно, возникает очень большое желание покинуть Консилиум. Даже жаль, что нам тогда не вышло с ним договориться. Если бы Кастос объяснил всю ситуацию… Впрочем, он сам, вероятно, не знал, что за его нанимателями стоит Мирканто. Она умело скрывалась за спинами богатеев, культистов и даже стратегов типа Мирамоно. Интриги эта богиня умеет плести не хуже чем мои коллеги по триумвирату.

А чародей на сцене продолжал хвалиться:

– И мы не собираемся останавливаться на достигнутом. К уже привычному вам формату один на один добавятся новые. Первым из них станет сражением трое на трое. Наши возможности расширились, поэтому мы готовы даже к таким масштабным мероприятиям.

А ещё у вас просто выбора нет, иначе Турнир занял бы слишком много времени и стоил бы просто бешенных денег. Теперь поединки превращаются в командные битвы, а значит общее число сражений снижается.

– При этом от формата один на один мы не отказываемся. – продолжал маг. – Если кому-то не удастся найти себе команду, то он все равно может продолжать участие в Консилиуме пусть и с некоторыми ограничениями в будущем.

Ясно. Впрочем, Консилиум изначально не был задуман как игра для одиночек. Он про выяснения отношений между большими фракциями. Одиночка на таком мероприятия должен стать либо наёмником, либо расходным материалом как Кастос.

По итогам маги объявили такую схему. Создаются команды по трое стратегов и заранее объявляются. Затем уже между командами проводится жеребьёвка. Все, кто не находят команды проходят жеребьевку отдельного, но перед этим им предложат тоже объединиться. Судя по тону и общему направлению мыслей, чародеи постараются как-то осложнить жизнь одиночкам, чтобы мотивировать их кооперироваться. Иначе сильным стратегам будет невыгодно объединяться с более слабыми. Особенно, когда у тебя есть хорошая гвардия, а союзник не может ее предоставить.

Вечером должно состояться второе на сегодня собрание, во время которого от нас ждут составы команд и проведут жеребьевку для тех, кто уже объединились.

С имперской стороны по идее будет три или даже четыре команды. Сандис с его приспешниками, Октан, Аланиус и кто-то третий, затем я плюс Орина и кто-то ещё. Кроме того остаются двое стратегов, прибывших с Сандисом, а также Петрий и Нималексис Царон. Они могут либо влиться в наши команды, либо образовать свою. Это надо обсуждать.

Однако просто так меня маги не отпустили. После того как собрание завершилось, один из адептов передал, что со мной желает говорить Утред. Я догадывался, что беседа затронет мой визит к Мирканто и последующую болезнь. Предчувствия меня не обманули.

– Заставил ты нас поволноваться, – вздохнул Утред, облокотившись на небольшой столик. – Первый раз организуем этот драный Консилиум и один из фаворитов едва не помер.

Я пожал плечами.

– Твой венатор отдал мне вот это, – в руках чародея тускло блеснул осколок волшебного зеркала. – Это то, о чем мы думаем, уважаемый стратег? Зеркало Каламет, ведьмин глаз?

– Некоторая его часть, – согласился я.

– Значит, змеюка не врет, – усмехнулся Утред. – Наша змеюка, в смысле. Ее за хвост тебе подергать было мало и нашёл ещё одну дочку Неридии, да? Затейник. Только вот… – голос Утреда стал жестче. – С Каламет нельзя договориться. Мы не трогаем ее по двум причинам. Во-первых, она сама не вылезает из логова. Во-вторых, если думаешь, что Мирканто опасна и обладает дурным нравом - тебе показалось. Рене Лания очень даже сговорчива, а главное предсказуема, в сравнении со своей старшей сестрой.

Ага. Значит чародеи решили, что проблема в зеркале и именно оно так ударило по моему физическому состоянию.

– Что ты вообще пытался с его помощью сделать? Какую новую пакость?

– Шпионить, конечно, – честно ответил я. – Узнать тайны своих врагов.

– А нельзя было послать лазутчика? Подкупить рабыню? Собрать сплетни? Перехватить гонца? Старые методы уже не работают?

– Работают, но это долго, дорого и нет гарантий, – пожаловался я.

Тем более Сандис не из тех, кого можно поймать на такую банальщину. Возможно, стоит попробовать подобное провернуть с рыбкой помельче типа Радана или Покорда.

– С удовольствием послушаю, какие гарантии тебе дала Каламет. Не превращать в камень ближайшие пару месяцев? Пойми же, ее дары не стоят жизни и тем более вечности в форме статуи.

Я вспомнил каменную эльфийку из Канртега. Тень все еще находилась в ней. Значит Каламет может не просто убивать таким способом. Она не дает душе покинуть оболочку. Жутковатая способность. Ещё я слышал, что способности Каламет хуже блокируются подавлением, чем обычная стихийная магия. Вроде бы, Екил рассказывал об этом, а он в подобной гадости разбирался.

– Доживи хоть до момента, когда разберешься с Сердцем, – подвел Итоги Утред.

– Кстати, а почему все высказываете именно вы? Не Азард, не Гилам?

– Почему я? Просто люблю говорить смертным неприятные вещи. Хобби такое.

– Хорошо. Каждый развлекается как может. Кстати, насчёт развлечений… Вы не могли бы призвать для меня демона? Не обязательно сильного. Сойдёт даже что-то не очень могущественное.

– Боги… Только спасен от одной магической дряни, как уже готов вляпаться в другую. И зачем же стратегу потребен яростный дух огня? Повергнуть врагов или шпионить?

– Я собираюсь его убить. Ну или вернее сказать изгнать.

На самом деле хотелось проверить как работает прокачка моего нового меча. Обязательно ли им убивать враждебную нечисть или он способен поглощать силу из относительно безопасных существ?

– Это какая-то тренировка? – нахмурился Утред.

– Вроде того.

– Мне такой ерундой заниматься некогда. Поймай кого-нибудь из адептов.

– Можно сослаться на ваше разрешение? – с улыбкой спросил я.

– О Вечная Тьма… – простонал Утред. – Я сам кого-нибудь пришлю, но перед этим объясню границы дозволенного. Лучше так, чем ты попытаешься все сделать с каким-нибудь ренегатом.

Ну прямо таки параллели с половым воспитанием напрашиваются. Лучше дома родители объяснят, чем пацаны во дворе.

– Ещё какие-нибудь предостережения и наставления напоследок, мэтр Утред? – с толикой иронии поинтересовался я.

– Великое Пламя, да какие предостережения? – проворчал волшебник. – Все, что не надо делать ты уже знаешь и сделал. Иди, великий триумвир. Твори своё доброе-вечное, пока не угробился окончательно.

На этой ноте мы закончили разговор. Даже врать не пришлось. Мои проблемы со здоровьем чародеи списали на Каламет. Но вряд ли они ей позвонят и уточнят, а древняя ведьма начнет оправдываться. Так что грязные секреты Сандиса пока вне досягаемости Круга. Хорошо ли это? Посмотрим. Вполне вероятно, молчание по поводу воскрешения Ксигона запишут мне в “подвиги” наравне с оживлением Сердца.

Теперь можно было вернуться в наш флигель и обсуждать потенциальные команды. Сандис на эти переговоры не явился, лишь упомянув, что будет выступать вместе с Покордом и Оргеларом. Радан, похоже, таки умчал на Север разбираться с кербрийцами. Однако свое участие в турнире он пока не отменил. Значит надеется разобраться по-быстрому и вернуться. Ну посмотрим как он справится. По идее мой дар вскоре покажет мне новый выпуск веселых новостей с Севера.

– Есть два подхода к формированию команд, – рассуждал Церт. – Собрать сильнейших в одну или распределить их равномерно. Иворна Сандис уже выбрал себе команду по второму принципу. Возьмем с него пример?

Собрать всех сильнейших в одну команду? Интересно, так ли поступят шаддинцы? Вероятно. Мы же по итогам решили поступить иначе. Распределить сильнейших по разным командам. В мою войдут Орина и Нималексис Царон. Последний как стратег пока ещё очень неопытен, однако притащил с собой некоторое количество хорошо подготовленных легионеров. Есть возможность сформировать две или даже три гвардии, учитывая, что Орине выставить некого.

Понятно, что войсками управлять буду в основном я. Задача моих младших коллег - следовать инструкциям. В принципе, такая схема может оказаться даже эффективнее, чем если меня поставить с Сандисом и Октаном. Общая армия в три на три будет где-то около семи-восьми тысяч. Я с таким объемом должен справляться без проблем. Союзники же помогут с микроконтролем. Армия будет действовать как одно целое, под моим руководством. А если все три стратега в команде равнозначны, то и отряда на поле фактически три. У этого свои плюсы тоже есть. Особенно для кавалерийских армий. Но и минусы имеются. Потенциальная несогласованность, например.

Утред исполнил своё обещание. После распределения по командам меня, действительно, посетил адепт. Не наши привычные кураторы, а какой-то моложавый с виду сулимец.

– Мне было приказано оказаться вам всяческую помощь, не переходя при этом границы, установленные мэтром Утредом.

– Это какие же?

Под границами имелось ввиду, что я не могу оставить призванное существо себе и тем более использовать его на Турнире. Это меня полностью устраивало. Пока Касс ещё спала у меня было время устроить тест-драйв для новой версии меча.

– Я призову духа в тело мертвой собаки, – пояснил адепт. – Контролировать существо мы не сможем и оно будет опасно. Так что уничтожьте его как можно скорее. Или я сам изгоню сущность, если ситуация выйдет из-под вашего контроля.

– Хорошо, понимаю. Тогда готовьте место и ритуал. Мне нужно перед этим поговорить со своими людьми.

Я был нацелен конкретно на двоих: Гинда и Итку. Последная с нами в Сулим отправилась, но в боях пока не участвовала. Ее манера сражаться без доспехов была слишком рискованной. У обоих я собирался позаимствовать половину подавления с помощью навыка дара Забытого.

Итка так и так никому лишнего не расскажет. Об этом позаботился Кастелиус Орет, напрочь сломавший ей психику, а вот с Гиндом сначала надо было поговорить, чтобы держал язык за зубами.

– Такие способности существуют?! – удивился венатор, когда я поведал ему о механике передачи подавления.

“Только без подробстей вслух”. – предупредил я через командный голос. – “Сейчас мой уровень заметно выше, чем был у стратегов последние сотни лет. Благодаря этой бесконечной войне открывается доступ к навыкам, о которых даже письменных источников нет”.

Я отчасти говорил правду, отчасти лукавил. Про дар Забытого пока не стану рассказывать. Гинд - продукт классического венаторского обучения. В нём Забытый демонизирован. Пусть лучше думает, что это просто какие-то особо секретные способности обычного стратега.

После временного поглощения подавления обоих, мой личный коэффициент антимагии составил примерно 4,95, что довольно мощно. Вроде бы никаких перемен в себе я не почувствовал. Разве что стал немного увереннее. Но это можно списать на эффект плацебо.

“А как им вообще пользоваться?” – уточнил я у Гинда. – “Есть советы для новичка?”

– Начнём с трёх “не”, – серьёзно объявил Гинд. – Не сомневаться, не отвлекаться, не медлить. Подавление это не столько навык, сколько ощущение и воля. Когда получится хоть раз, то дальше всё пойдет само, как это бывает с плаванием.

Ладно. Сейчас проверим. Я, к сожалению, не проходил спец обучения. Впрочем, на том же Севере были “дикие” подавители-самоучки. Вероятно, обучение венаторов позволяет отобрать подходящих людей и взрастить в них нужные качества, однако это может произойти даже само собой.

Через минут десять я остался один на один с магом, а в центре просторного пустого амбара лежал труп черного пса. Худая дворняга, которую слуги, вероятно, недавно нашли где-нибудь в помойной яме. Все рёбра можно пересчитать, шерсть свалялась, высохший язык торчит между редких желтых зубов. Мдэ. Зрелище не из приятных. Сразу вспоминаю моменты моего первого визита в Рег. Заброшенная хижена, Владыка, Плавящий Плоть.

Маг тем временем очерчивал вокруг пса круги и раскладывал какие-то предметы. Хм. Я обычно использовал для призыва демонов артефакты Гробницы. На самом деле они довольно редки. Большая часть призывов рядовыми магами осуществляется вот так. И отдельные чисто магические тела для демонов обычно не воплощаются. Им просто подбирают оболочку в виде предмета, трупа или живого существа.

– Сейчас начну, – предупредил адепт.

Я заметил как воздух вокруг него разогревается. Маг сделал несколько сложных движений руками и искры проскочили между пальцев. Затем он начал снова вычерчивать ритуальные фигуры вокруг трупа, только уже не мелом, а огнем. Контуры вспыхивали. Оказывается, они были нужны как подсказка, чтобы маг верно направил и распределил энергию. Огонь сначала горел самым обычным желтым пламенем, но затем цвет резко поменялся на густо-багровый. Труп в центре немного дернулся.

Возвращение к жизни? Уж точно нет. Ксигон, действительно, умел воскрешать мёртвых, но сейчас я наблюдаю лишь ритуал магического осквернения останков. Ноги собаки дрыгались в разнобой. Никакой согласованности движений. Сущность, которую маг вырвал из огненного мира, не понимала как пользоваться новой оболочкой. Пасть трупа раскрылась неестественно широко, окоченевшие жилы и мышцы затрещали, разрываясь. От них пошел пар. Ткани начали регенерировать и разрастаться. Ещё недавно тощая псина быстро набирала массу. Одновременно из ее тушки разбегались все паразиты и падальщики. Живые существа, даже столь примитивные как жуки-трупоеды или блохи, сходили с ума от касания чуждого колдовства.

Наконец, спустя три минуты, существо поднялось на четыре лапы, которые теперь были разной длины. Шкура твари во многих местах порвалась, обнажая красную или розоватую плоть. Существо смотрело на меня, раскачивая влево-вправо длинным языком, на кончике которого теперь выросло нечто наподобие когтя.

Не сомневаться, не отвлекаться, не медлить, да? Хорошо.

Я пошёл навстречу твари, обнажив меч. Вырванный клык, что Забытый изъял из-под власти Мирканто.

Ничего. Даже если подавление не сработает, то тяжелая броня не даст убить меня быстро. Я дрался с тварями куда более жуткими, чем этот одержимый песик. Справлюсь.

Песик неуклюже, но быстро крутанулся на месте, издал хлюпающе-визжащий звук и рванул ко мне. В этот момент я вдруг почувствовал… Нечто, необычное. Сложно одним словом описать это ощущение. Презрение, но одновременно неприятие, гнев и намерение уничтожить.

“Этой твари здесь не место”, – подумалось мне.

Песик в трех шагах от меня резко замедлился. Было видно как ещё недавно резвый и бодрый он с трудом держался на своих несуразных конечностях.

Работает!

Тварь слабела на моих глазах.

Я ощутил триумф и торжественно собственной воли. Шагнул вперед, а монстр пятился назад. Когти скребли о деревянный пол, лапы заплетались, а из разинутой пасти сочилась кровавая пена.

Не медлить. Помню. Я резко сделал два шага вперед, затем нанёс рубящий удар. Тварь попыталась ужалить меня языком, но уклониться было не сложно. Так замедлились движения существа. Одного удара оказалось недостаточно. Пришлось ещё немного поработать клинком. Впрочем, понимаю, что сущность из этого мира изгоняли не сами удары, а скорее подавление и сила клинка.

Вскоре одержимый труп обратился просто кучей изуродованного мяса. Сила Великого Пламени покинула оболочку.

– А… как… оно… вы в порядке? – удивленно произнес адепт, замерший в углу.

– Да. Хотел проверить меч.

Проверить меч? Я глянул его энергию. Поглотил ли он силу из демона? Да! Этого не хватило для прокачки характеристик, но сам механизм работает. То есть, когда я снова встречусь с Арамией, то она уже без всяких ограничений может понапризывать мне всякой гадости. Так получится хотя бы немного прокачать меч перед замесом на Севере.

– Благодарю за помощь, – кивнул я, покидая слегка ошарашенного адепта.

Не ожидал он, что некоторые стратегии могут уничтожать демонов. Это маг ещё про Карра и тем более Сагиона не в курсе.

Далее предстояла очередная жеребьёвка, но теперь командная. Процедура не отличалась от предыдущих распределений. Сначала рандом на соперников, а потом выбор карты из все того же списка.

– Команда Михаира Лиардиана… – объявил ведущий, вытаскивая записку из сосуда, а затем потянулся за второй. – Против команды Ри-Пайрана.

Ти-Шадай. Что ж. Они привезли на Консилиум больше всего стратегов. Рано или поздно мне предстояло с ними столкнуться. У капитана 22 уровень, двое других по 17 и 15.

Возглавлял команду пожилой человек, достаточно выдающейся наружности. До Фальвуса ему, конечно, было далеко, но ти-шадаец явно очень старался. Живот его имел форму практически идеальной полусферы, заключенной в темно-зеленый шелковый костюм с несколькими иероглифами в белом ромбе на груди.

Какая армия может быть у стратегов ти-шадая? Как я понимаю, у них нет сильного уклона в конницу. Пехоту они вполне уважают и любят. Плюс, думаю, новый противник постарается максимально адаптироваться под нас. Не стоит ждать много стрелков.

Настало время выбирать карту.

Итого я забанил:

Сырые леса

Рисовые поля

Дельта, острова и крокодилы

Противники же убрали карты:

Сухие равнины

Разделённые рекой

Кривые низины

Интересный выбор, логику которого я не совсем понимаю. Очень разные карты они забанили.

Адепт бросил в сосуд оставшиеся названия карт, несколько раз перетряхнул и вынул одно.

– Арена жертвоприношений!

О. Карта, на которой Орина дралась с шаддинцами при некоторой моей помощи. Ровная, но местами проблемная поверхность, укрепления в центре и наличие жертвенных ям по краям. Не самое лучшая карта для большого количества кавалерии. Хотя, учитывая наличие укреплений в центре, возникает соблазн быстро захватить их конницей.

Мы с Ориной хорошо знаем эту карту. Можно попытаться заранее построить план с распределением ролей. Обычно я таким не занимаюсь, так как управляю армией единолично. Весь план можно продумать в голове и мгновенно приспосабливать его под меняющиеся условия.

В процессе раздумий, я очередной раз проверил Касс. Она просыпалась.

“Мне пора”, – передал Орине. – “Расскажешь, если что-то ещё интересное будет”.

Уходить в разгар церемонии не очень вежливо, но после всех “подвигов” мою репутацию у магов это уже не испортит.

Из главного здания Изумрудных Садов я вышел пружинистым, быстрым шагом. Касс просыпалась. Она уже открыла глаза, хотя и не совсем очнулась.

До купален я добрался в рекордный срок. Минут за одиннадцать. Слуги испуганно уступали путь спешащим вооруженным людям, едва не переходящим на бег.

И вот с улыбкой на лице, я сдвинул в сторону легкий занавес, заменявший двери. Касс совсем очнулась. Она сидела в ванной, слегка дрожа. И…

Черты лица ее были теми же, но выражение изменилось практически до неузнаваемости. Она тут же обернулась на меня. Мокрые распущенные волосы спадали на плечи и липли к коже, которая уже не казалась такой загоревшей.

Касс сидела в воде, обхватив себя руками. Она молча смотрела на меня, и мне совершенно не нравился ее взгляд. Прям сердце сжималось от тоски.

– Как ты? – осторожно и тихо произнес я, медленно направляясь в ее сторону.

– Г-где мы? – в ответ спросила она.

В голосе звучало то, чего я раньше в нем практически никогда не замечал. Страх.

– Почему я здесь?! – девушка резко повысила голос, чего за ней тоже никогда не наблюдалось.

– Тебя серьёзно ранили. Помнишь? – как можно спокойнее произнес я, подходя все ближе. – Ты долго была без сознания. Мы перепробовали разные методы лечения. Я уже думал, что потерял тебя, но потом нашёлся способ. Все получилось. Ты спасена.

Параллельно мимолетом я глянул эффекты и перки Касс. Кажется, понимаю, в чем проблема. Теперь ее перк морфирования плоти выглядел так:

Дефектное алхимическое улучшение тела.

Рецепт: Забвение в бесчувствии(Рецептура нарушена)

Мастер: Годрак Рег Ксанд.

Третий тип серии рецептов "Забвение" за авторством Годрака Ксанда. Рецепт включал модификации гормонального обмена, мускулатуры, костного мозга и печени. Однако затем на алхимическое улучшение повлияла другая магия, меняющая тело. Изначальный замысел рецепта был нарушен, изменив значительную часть эффектов.

Эффекты:

- прирост постоянной выносливости на 24%

- прирост постоянной силы на 31%

- смерть от потери крови наступает на 56% медленней

- повышение влияния боли на мораль и выносливость на 48,4%

- регенерация тканей повышена на 72%

- снижение постоянной морали на 43,2%

Теперь перк не снижает, а повышает влияние боли на мораль?! Фигово.

Магия Ксигона восстановила не только повреждения от недавней травмы, но и попыталась обратить вспять те изменения, что когда-то внес Ксанд. В том числе со всей дури дернув рубильник ранее приглушенных эмоций и ощущений.

Исчез перк Хладнокровие, а его заменил другой, далеко не самый полезный, а главное приятный.

Дереализация-деперсонализация.

Пережитые ужасы или иные негативные состояния вызвали у этого человека синдром деперсонализации, при котором окружающий мир воспринимается как нереальный, отдалённый и лишённый своих красок.

Эффекты:

- снижение влияния боли на мораль и выносливость на 32%

- снижение обучаемости на 84%

- при кризисе морали переходит в “Психоз” с шансом 73%.

Я подошел к Касс уже вплотную. Боги, никогда не мог представить ее такой... Она теперь дрожала всем телом. На плечах выступили мурашки, словно вокруг была не сулимская жара, а северный холод. Нервный срыв.

– Я… Почему я здесь? Это неправильно! Все теперь неправильно… – она говорила это, а в ее глазах читался глубокий шок. – Я не знаю что со мной! Страх, боль… Почему!?

Печати, наложенные Ксандом много лет назад, пали. Боль и страх, раньше сидевшие за решеткой, вырвались наружу. Они обрушились на теперь беззащитное сознание девушки. Касс не привыкла с ними бороться. Теперь она словно человек, что всю жизнь провел в скафандре и оттого лишен иммунитета.

– Тихо, тихо, тише. – ласково произнес я, обнимая ее за плечи. – Это пройдет. Это просто шок.

– Меня не должно здесь быть… – сквозь слезы отвечала мне Касс. – Я не должна была оттуда возвращаться…

От этих слов ещё большая тоска нахлынула на меня.

Чудеса случаются, это правда. Только вот чудеса не обязательно приносят счастье.

Глава 3 Третья сторона

– Я смутно помню то место, – призналась Касс, когда я спрашивал её про посмертие от Старика. – Но очень хотела попасть туда. Помню свет, тепло, уют, веселые голоса, запах дров, горящих в очаге. Кажется, я почти оказалась там. Стояла за окном. Смотрела. Но потом… Стало темно. Я лежала где-то в воде и не могла пошевелиться. Затем вдруг сердце забилось так быстро. И… Стало плохо. Дыхание перехватило. Воздуха было недостаточно. Не могу теперь думать, не могу успокоиться. Это и есть страх?

– Он самый, – вздохнул я, положив девушке руку на плечо. – Раньше он у тебя был под замком, но теперь печати сорваны. На самом деле это не плохо. Сейчас неприятно? Да. Однако со страхом можно и нужно справиться. Поверь моему опыту. Ты будто бы пережила второе рождение, а рождаться всегда больно.

– Я стала бесполезна.

– Нет! Не говори так. Ты уже сделала больше, чем должна. Спасала меня не раз и не два. Теперь отдыхай. У тебя заслуженный отдых. А сомневаешься ты в этом потому, что так нашептывает тебе страх. Он ведь не только смертью нас пугает. Бесполезность, беспомощность, одиночество, неудачи, потерянное время. У страха много масок.

– А может быть мне снова… – неуверенно начала Касс. – Обратиться к тому чародею? Вернуть как было.

– Нет. Да и как было уже не вернуть. Сейчас ты замечаешь только плохие стороны нового состояния. Однако, как по мне, даже негатив внутри лучше пустоты. Я слишком хорошо помню твои прежние страдания. Без слез, без печали. Ты просто теряла смысл жизни, когда мой контроль на время прекращался. А сейчас можешь попробовать выстроить себя заново. Только продержись первое время.

Шок после пробуждения схлынул. Касс немного успокоилась, хотя назвать её состояние нормальным язык пока не поворачивался. Скорее стабильно плохое. Я приказал выделить ей отдельную комнату рядом с моей. Хотелось бы просидеть рядом всю ночь, но завтра предстоит очередной бой. Пусть сражения на Турнире не решают судьбы мира напрямую, однако они дают прокачку. Сейчас для меня уровни особенно важны.

– Я вообще не знаю что мне делать, – неожиданно призналась Касс, при этом вложив в эти слова очень сильные эмоции.

Понятно. Раньше у нее особенно не было своей мотивации зато рядом находился я, готовый обеспечить целями и ролями. Телохранитель, воин, любовница. А теперь появились свои эмоции и совершенно непонятно, что с ними делать. Куда жить?

– Подожди, – ответил я. – Не все приходит сразу. – Мы найдем человека, который тебе поможет.

– Поможет как Ксанд? Чтобы опять закрыть страх?

– Нет. Просто объяснит как с ним жить. То, что с тобой случилось, может быть даже неплохо. Но дай себе время.

Психологов еще не придумали, однако их нишу сейчас занимают жрецы, философы, маги в конце концов. Касс нужен кто-то такой, чтобы просто выговориться. Я тоже помогу чем смогу, но моё время нынче нарасхват.

Оставив Касс отдыхать, перед этим приставил к ней Децималу.

– Попробуй завтра с ней пройтись или что-то такое. И да. Не оставляй её одну надолго. Я опасаюсь как бы она чего с собой не сделала. Сегодня ночью проверяй ее комнату хотя бы раз в час. Отнестись со всей серьезностью. Это по сути дозор и нужно защитить важного для меня человека. Пускай не от внешнего врага, но от внутренних проблем.

Децимала всю серьёзность, кажется, понимала. Хорошо. Можно было самому спокойно отдохнуть перед завтрашним боем.

Незадолго до сна я через обратную связь уточнил у Гинда, что случилось с остатками зеркала?

“Уничтожены”, – бескомпромиссно ответил венатор. – “Эта вещь чуть не погубила вас. Я не мог поступить иначе”.

Эх. Остался я без шпионского оборудования.

Рано утром мы с Ориной и Нималексисом выдвинулись к месту проведения сражений. Нужно было подкорректировать состав армий и обсудить предполагаемый план боя.

Для себя я решил не изобретать особо велосипеда, выбрав состав войска практический аналогичный прошлому. Разве что не стал брать полевую артиллерию. Ее в этот раз можно оставить на Орину.

Гвардия из легионеров - 300

Сэйфские копейщики - 200

Сэйфские всадники-загонщики - 100

Наемные цестинские гоплиты - 320

Наемные цестинские пельтасты - 120

Сулимские наемные копейщики - 1120

Сулимская легкая пехота застрельщиков - 240

Сулимское ополчение пращников - 240

Итого: 2340 пехоты и 300 конных.

У Орины по итогам набралась такая армия:

Гибрид-сирена - 1

Гвардия легионеров - 200

Цестинские гоплиты - 640

Сулимские наемные копейщики - 800

Сулимские жалящие лучники - 100

Наемные арбалетчики - 240

Сулимское ополчение пращников - 360

Полевые укрепления, шипастые преграды - 30

Полевые укрепления, стационарные щиты - 30

Полиболы - 4

Стационарные арбалеты - 75

Скорпион - количество 20

Итого: 2341 пехоты, 0 конных и 99 орудий.

Менее массовая чем моя и без кавалерии, но зато мощной пехоты теперь было дофига. Мы с Нималексисом выделили ей по центурии. Управлять легионерами, конечно, буду я. Однако благодаря Орине у нас появились свободные ячейки гвардии. Весь лимит в 300 мы использовать не стали. Пусть часть наших людей отдыхает и находится в резерве. Итого в бою у нас будет 800 гвардейской пехоты.

Кроме того, Орина взяла довольно представительный корпус полевых орудий. Она хорошо научилась их использовать и имела навык прямого управления военными машинами. Собственно в предстоящем сражении ее ролью будет контроль всего далеко стреляющим, а также прикрытие орудий приданной пехотой.

Армия Нималексиса чём-то напоминала мою по соотношению типов войск.

Гвардия из легионеров - 300

Сэйфские копейщики - 200

Наемные цестинские гоплиты - 480

Наемные цестинские пельтасты - 120

Сулимские наемные копейщики - 960

Сулимские наемные лучники - 120

Сулимское ополчение пращников - 240

Онагр - 4

Итого: 2220 пехоты, 200 конных и 4 орудия.

Более массовая пехота чем у Орины, меньше стрелков, сэйфская кавалерия. Еще по моему совету он взял онагры. Они могут пригодиться, если придётся держать оборону или наоборот осаждать укрепления.

Всего у нас под копьем было: 6901 пехоты, 500 конных и 103 орудия.

Что касается плана на бой, то в моей голове родились такие рассуждения:

“В центре имеется несколько древних построек”, – начал я вещать через командный голос. – “Нечто похожее на разрушенный храм и две отдельно стоящие стены. В начале боя есть соблазн быстренько занять укрепления. Однако, все будет зависеть также от состава войск соперника. Если у него сильно больше кавалерии, но мало орудий, то можно не сражаться за руины храма, а спокойно занять оборону около одной стен. Я поспрашивал у Церта и Октана какие войска используют ти-шадайские стратеги. Некоторые наши союзники посещали их сражения в качестве зрителей. Так вот ответ - разные. Есть у них предпочтения в плане большого количества стрелков и выбора “родных” видов войск. То есть наемников из их части света. Но это именно предпочтения, а не жесткое правило. Октан также заметил, что они любят долгие, изнурительные манёвры и до последнего сами не вступают в ближний бой. Не избегают его прям уж совсем, но предпочитают осторожничать, когда можно”.

– Значит все будет зависеть от соотношения кавалерии и орудий в их армии, уважаемый триумвир? – вслух спросил Нималексис.

“По сути да. Наша самая сильная сторона - пехота. Ее можно реализовать как в атаке, так и в обороне. А что нам будет выгоднее зависит от соотношения других типов войск у противника”.

Ещё Аланиус Церт мне рассказал, что в Ти-Шадаее довольно сложный механизм вербовки воинов. Там процветает рекрутский набор и фактически подобие срочной службы. Попавшийся “военкомам” юноша должен либо отслужить три года, либо заплатить щитовые деньги. Причем последнее это не взятка, а официальный налог. Надо ли говорить, что подобная система не способствует набору качественного личного состава. В армию попадают самые бедные. А когда бедных не достаёт начинается принудительная мобилизация тех кого не жалко. Мелкие преступники, люди с плохой репутацией, бродяги, сироты. Короче социально незащищенные слои населения. При этом какой-то процент из них остаются в армии на второй, третий и так далее сроки. Ибо идти некуда, а тут кормят, одевают, даже платят немного.

Но кроме таких бедолажных рекрутов была и воинская элита. Во-первых, аристократия, связанная с армией или идущая в неё за властью. Такие ребята как минимум хорошо вооружены, имеют образование и воспринимают армию как призвание, а не повинность. Во-вторых, потомственные воины и военные колонисты. Наличие таких буйных соседей как например Хэ-Чжи вынуждало Ти-Шадай создавать на границе максимально боеспособные соединения. Вроде бы как там есть что-то типа военных округов. Территорий под полным управлением конкретных генералов. Живут в подобных местах военные колонисты, которые вместо налогов обязаны службой. Также и в центре державы есть потомственные подразделения, где служат с самой юности до потери боеспособности.

Собственно наличие рекрутчины, нацеленной на малообеспеченное населения - главная причина появления множества наёмников и пиратов ти-шадайского происхождения. Служба закончилась, а вот гражданская жизнь опять не задалась. Из навыков карманные кражи и обращение с арбалетом. Последним можно заработать больше. Вот и прут такие дембеля во вские наемные отряды и пиратские флоты. До Империи они, конечно, не особо добираются. Однако мне с ними сталкиваться уже приходилось. Они были среди наёмников Тайкано и союзников Гастоса, земля ему стекловатой.

Посему мне было интересно кого ти-шадайцы притащат в качестве гвардии.

И вот настало время отправиться к арене. Буквально арене, учитывая какая карта выпала нам сегодня. Сначала мы и стратегии противной стороны встретились для жребия. В этот раз никакого напряжения не ощущалось. Лишь волнение некоторых участников. Будто бы грядёт не битва, а спортивное состязание.

Невысокий Ри-Пайран следовал во главе более молодых стратегов и десятка слуг. Именно слуг, а не телохранителей. Вооруженных охранников у ти-шадайцев было всего четверо. На фоне людей востока мы смотрелись параноиками с двумя десятками воинов за спиной, да ещё и сами при полном параде. Даже Орина была в кольчуге и шлеме, словно лично собралась на поле брани.

Один из слуг ти-шадайцев, одетый во что-то, напоминающее бирюзовый халат с красными вкраплениями, поклонился и торжественно объявил:

– Приветствуем победоносного предводителя народа Северной Империи Михаира Лиардиана от имени достопочтенного Ри-Пайрана, носителя позолоченной булавы.

“Поприветствуй их от нашего имени”, – передал я через командный голос Нималексису.

А то раз у них главный пока молчит, то и мне лучше молчать. Затем Ри-Пайран таки заговорил. После приветствия от Нималексиса ти-шадаец произнес:

– Отрадно моему сердцу и духу видеть столько мастеров благородного искусства в одном месте. Наслышанный о ваших славе и таланте, желаю всем присущим достойно проявить себя.

Да уж. Ребята на философском расслабоне. У них то пока вроде бы ни гражданской войны на носу, ни конфликтов с соседями мощных. Даже Хэ-Чжи с подачи наших провокаторов больше интересуются набегами на Шадд.

По жребию нам выпало начинать на севере карты. Ближе к разрушенному храму чем противник. Повезло.

Ну и наконец мы могли наблюдать вражескую армию во всей красе. Путь на арену лежал по старинным тоннелям. Довольно широким, но учитывая масштабы войск, выход на сцену занял минут сорок. Можно было спокойно всех пересчитать. Кого же привели ти-шадайцы?

Оперенная кавалерия - 150

Щитоносцы потомственной гвардии - 300

Тяжелые цзи потомственной гвардии - 150

Наемная пехота яри - 480

Наемная пехота цзи - 480

Наемные арбалетчики - 600

Наемные силлакские лучники - 240

Всадники хваран - 240

Копейщики Хэ-Чжи - 300

Наемные цестинские гоплиты - 1600

Сулимские наемные копейщики - 1600

Стационарные арбалеты - 125

Полибол - 4

Полевые укрепления, стационарные щиты - 60

Дополнительный боезапас, стрелы или болты - количество 10к

Итого: 5450 пехоты, 690 конных и 129 орудия.

Тоже комплексная армия без тотальной доминации одного типа войск. Как можно было догадаться, в качестве гвардии противник привел отнюдь не бедолажных рекрутов, а элитные подразделения. Ти-Шадай географически близко к Сулиму. Проще перебрасывать войска на Турнир.

Оперенная кавалерия представляла собой разновидность тяжёлых всадников. До польских крылатых гусар по количеству перьев им, конечно, было далеко. Ими ти-шадайские всадники украшали только шлемы. Как мне потом рассказал Церт, конкретно это подразделение набирается из сирот, чьи родители сами служили в армии и пали в сражениях. Такой вот типа кадетский корпус. Броня с одной стороны была впечатляющей, но до облачения катафрактариев не дотягивала. Хотя, вероятно, ходить по земле в ней заметно удобнее.

(Примеры китайских ламелляров. Интересной и характерной особенностью были ворот и воротник на самых дорогих доспехах)

Общая гвардия трёх ти-шадайских стратегов составляла полторы сотни тяжёлых всадников с копьями, небольшими круглыми щитами и мечами в качестве второго оружия, а также четыре с половиной сотни тяжёлых пехотинцев. Их доспехи были или практически аналогичны конным, или упрощенные, но также ламелляры. Щиты использовались разные. Трёх видов. От больших прямоугольных в первых рядах, до более легких на флангах и в тылу. Интересна также была форма некоторых щитов. Не знаю насколько она эффективна, но смотрелась самобытно.

(Справа от универсального кругляша специфичные для Китая формы щитов)

Не гвардейская часть армии в основном состояла из восточных наёмников, но были и цестинцы. Напрягало большое количество всадников хваран. Мне кажется, именно их руками враг попытается сразу захватить инициативу, заняв укрепления в центре карты.

Обе армии начали построение.

Строились мы долго. Обычно ты не видишь построения противника сразу, а встречаешь его уже в разгаре сражения. Но сейчас все происходило на небольшой арене. Строились друг у друга на виду. Ти-шадайцы по итогам несколько раз корректировали и даже меняли расположение войск, адаптируясь под нас. Я же не видел причин отходить от изначального замысла, хотя к построению противника очень внимательно приглядывался. Старался вникнуть в замыслы соперника.

Канртегская арена была поистине огромной, но примерно по шесть тысяч пехоты и полтысячи всадников с каждой стороны перегружали даже ее масштаб. Армии должны расположиться в северной и южной частях ристалища. Мы фактически могли многочисленной пехотой вытянуть фалангу на всю длину арены. Одних легионеров у нас было примерно 800. Примерно, потому как часть лимита гвардии занимали полтора десятка венаторов.

Когорта и три центурии. Приятно. За время турнира соскучился по войне хорошо подготовленными подразделениями.

Так-с. Ну вот мы взглянули на ти-шадайскую армию. И какие выводы можно сделать относительно изначального плана? Стоит ли бодаться за укрепления в центре? Думаю, да. Пусть у противника больше хорошей кавалерии, но нам повезло стартовать ближе к руинам храма. На этом фланге я собираюсь расположить свою кавалерию и гвардию легионеров. Первые должны как можно быстрее ворваться на укрепления, а вторые поддержать первых, окончательно застолбив руины за нами.

Поэтому на западном фланге я поставил три сотни своих сэйфов и всю пехотную гвардию. Кроме того там была Луна, три сотни гоплитов на подхвате, стационарные арбалеты, два полибола из четырех, два онагра. Мощная группировка одним словом. Самый центр занимали мои сулимцы, подкрепленные застрельщиками-пельтастами и пращниками, в коих у нас не было недостатка. Прошедшие со мной через три победных сражения копейщики заметно превосходили по качеству обычный стандарт их типа войск. Кое-какой строевой опыт уже имелся, а ещё лучше ситуация была с моралью. Сразу три полевые победы подряд плюс бонусы от жертвоприношений. Мораль у многих сейчас выше максимума и куча народа с перком кровожадность, который неплохо работает в атаке.

Восточнее стояли сэйфы из отряда Нималексиса. Две сотни копейщиков. Мы поставили их туда для возможного вмешательства в зарубу на одном из флангов. Кроме того прямо перед ними находился проход между стен, открывая им путь на оперативный простор.

Сразу же за ними стояли восемь сотен сулимцев из отряда Орины, построенных колонной. Они закроют брешь в общем строю, когда кавалерия начнет действовать.

Затем шла сулимская пехота Нималексиса, а замыкали фланг все наши гоплиты. Более тысячи отличных пехотинцев с прикрытием из стационарных арбалетов и даже двух онагров.

Ти-шадайское построение было мне интересно с точки зрения замысла стратегов противной стороны. Честно говоря, мне сложно называть их врагами в отличие от шаддинцев. Слишком уж другая атмосфера была между нами.

Особенностью ти-шадайского построения являлась двуслойность на западном фланге. Там самый край занимала кавалерия. Рядом стояли пехотная гвардия и наемные восточные войска. Пехота с алебардо-клевцами цзи, копейщики-щитоносцы и арбалетчики. Причём всё типы войск были сплавлены в три сложные по организации формации. Арбалетчики занимали первые ряды и фланги. Копейщики вторые, а дальше шла основная масса из алебардистов, если пехоту с цзи можно так назвать. Прямо таки прото-терция или скорее баталия швейцаров, мать его за ногу. А на три отдельных отряда это разбили для простоты управления и маневрирования. Промежутки заняли стационарные арбалеты и большие переносные щиты.

За ними стояла сулимская пехота в более свободном построении, а первые ряды там вообще занимали силлакские лучники. Видимо, если понадобится, будут стрелять навесом, хотя не уверен в эффективности такого метода в наших условиях.

Восточный фланг был устроен проще. Там стоял большой корпус гоплитов, при котором находилось аж 50 стационарных арбалетов, два полибола и сотня восточных копейщиков для их охраны.

Центра как такового не имелось ибо он у ти-шадайцев был перекрыт стеной. За ней находился конный отряд в три сотни копейщиков Хэ-Чжи.

Хм. Сулимская пехота и триста степных всадников, полагаю, играют роль резерва. Я в своих недавних построениях на Турнире резервы не использовал. Войско небольшое. Обычно требовалось наоборот максимально быстро и эффективно задействовать весь его личный состав. Переломить ход сражения одним слитным ударом. Подобным образом сценарий боя развивался в моем первом сражении и в последнем с шаддинцами. Бой против Кастоса не в счёт. Там были слишком специфические условия. А здесь?

Карта небольшая, войск напротив больше, да ещё и укрепления есть. Бой может затянуться.

Может затянуться, но начался он стремительно. Мой и вражеский западные фланги направились занимать укрепленный центр. Логичное действие, продиктованное самой ареной боя.

Со стороны противника весь движ возглавили хваран и оперенные всадники. От нас впереди были сэйфы, а за ними уже ползла быстро насколько можно махина пехотного строя гвардии. На силу именно этих людей я уповаю сегодня. Кавалерии у нас там меньше, но сэйфам главное задержать противника хоть немного. Затем уже подойдет пехота. На тесной карте среди древних стен даже очень хорошей коннице не опрокинуть строй легионеров.

Звонко стучали копыта по камням арены. Хваран разворачивали строй, соблюдая хорошую дистанцию. Оперенные всадники напротив держались кучно.

От слегка влажного, недавно ещё поросшего зеленью, а теперь вытоптанного сражениями, покрытия арены не поднималась пыль. Можно было наблюдать элиту конницы во всей красе. Хваран не блистали металлом. Их кольчуги были вшиты в шёлковые рубашки, а шлемы перетянуты разноцветными лентами. Яркие краски их одеяний навевали ассоциации с каким-то праздником. Ти-шадайская конница напротив смотрелась грозно. Ламеллярная броня характерно бряцала в унисон. Пластины металла, стянутые красной шнуровкой. Красная же упряжь лошадей. Красный подбой одежды. Стильно, черт возьми. Не шаддинская мега-роскошь но смотрится достойно.

Хваран ускорились, а я выводил им навстречу сэйфов-загонщиков. Через секунд десять завязалась перестрелка, в которой наши были обречены из-за численного и качественного превосходства врага. Ничего. Главное выиграть время, а потом организованно отступить.

Хваран не экономили стрелы. Вот кому ушел дополнительный боекомплект. Значит у них где-то по 75 выстрелов на брата.

Первый же залп и один из сэйфов обмяк на коне. Меткость феноменальная. Четыре стрелы. Все в цель. Одна угодила в лицо и уже не спасти.

Оперенные всадники набирали скорость. Видя успех и силу хваран, противник намеревался ударом отогнать нас от руин. Однако предстоящей схватке помешали.

Из недр арены, из ее трещин и жертвенных ям вдруг исторгся то ли рёв, то ли вой. Камни под копытами всадников другонули. Лошади испуганно тормозили, наезжая друг на друга. Воцарился кратковременный хаос.

На трёх самых высоких башнях руин в центре арены вспыхнул бледно-зелёный огонь. Странные образы выплясывали в этом призрачном пламени. На балконе одного из строений показалось странное существо. Оно вызывало некоторые ассоциации с гарпиями. Тоже женское тело и крылья. Но мне, как опытному специалисту по магической дряни, сразу было ясно, что существо имеет иную природу. Крылья были черными и перепончатыми. Они не заменяли руки, а росли прямо из спины. Тело существа было гораздо выше и крепче чем у гарпии. Пальцы заканчивались когтями, совершенно не похожими на эту часть тела у зверей и птиц. Красные, мощные, будто когти на стальной перчатке персонажа из ужастика про улицу Вязов.

Женское тело твари вместо одежды куталось в оживший мрак. Существо с хищной улыбкой окинуло замершее сражение.

Параллельно из других частей руин, трещин и жертвенных ям начали выбираться иные чудовища. Похоже, в нашем сражении появилась третья сторона…

Глава 4 Крылья ужаса

Вообще, монстры странный предмет. Есть некие закономерности их образа жизни, но имеется куча исключений и с виду нелогичных моментов. Многие из чудовищ вполне себе похожи на крупных животных. Им нужны кормовая база, регулярное питание, доступ к воде. Однако есть, к примеру, нежить. Гули, трупогрызы, лярвы. Они, ясное дело, работают не как живые существа. Но среди вылезавших сейчас на арену была не только нежить. Как они просидели тут столетия со времен падения Канртега? В каких-то камерах с магическим анабиозом? Или же под ареной есть огромное подземелье, где твари вольготно существовали, выбираясь на охоту в разных местах? Столько вопросов, а времени на подумать нет.

Всего на арену вылезло около шестидесяти штук крупных и средних монстров, а также более пяти сотен всякой мелочевки.

Крупные и средние:

Керы 3

Могильная гидра 1

Мантикоры 2

Макаракетусы 19

Найррита ракшасы 34

Мелочь:

Ракшасы 82

Пишачи 53

Веталы 224

Трупогрызы 272

Едва ли монстров на арене было достаточно, чтобы разбить одну из армий и тем более обе, но вот нанести неприятные потери они могли.

Были здесь достаточно крупные чудовища типа мантикор, гидры или макаракетусов - рыбо/ящероподобных зверюг, размером между слоном и бегемотом. Однако больше всего меня беспокоили керы - крылатые барышни, которых система в списке ставила почему-то выше остальной нечисти. Надо глянуть на них поближе.

Кера

Отродье титанов

Нежить

Заклинатель

Агент

Нехилый набор статусов. Мельком глянул характеристики и способности. Куча заклинаний, куча пассивных эффектов. Мдэ. Сразу начинаешь беспокоиться не только за мероприятие, но и собственную безопасность.

Ещё опасения внушали мантикоры и гидра. Обе этих разновидности чудовищ имели крайне дурную репутацию. Причем в отличие от кер про них знало все население Империи от мало до велика. Ими пугали непослушных детей, их призывали на головы сварливых соседей.

Неприятная ситуация.

Впрочем, кроме наших войск здесь были ещё чародеи и их демоны. Утред с Азардом на этот мой матч не пришли? Кажется нет. Небось, гады пошли на Ксериона и Тайкано смотреть. Даже обидно, знаете ли. Однако и без легендарных колдунов вокруг арены хватало магов Великого Пламени.

Они тут же принялись за дело, попытавшись с наскока избавится от чудовищ. Два магистра, девять адептов при семи химерах плюс три воплощенных демона направились к арене, где уже начиналось столкновение людей и чудовищ.

Где же конкретно нечисть оказалась на арене?

Во-первых, три сотни голов нежити вылезли у нас в тылу. Повезло так повезло. Нам же выпало начинать бой с северной стороны арены, а именно там располагались жертвенные ямы, трещины и залежи костей. Оттуда вылезли уже знакомые мне трупогрызы - одна из самых распространенных форм нежити. Твари размером с крупную или не очень собаку. При этом худые, костлявые, с голой язвенной кожей или плешивой шкурой. Тело на манер собачьего, а голова похожа скорее на обезьянью - очаровашки. Кроме них там были веталы. Местная разновидность нежити, походящая на классических зомби. Синюшные или зеленоватые раздутые покойники с высунутыми опухшими языками. Не особо быстрые, оружие не используют, но живучие просто здец, если такой термин применим к покойникам. Один из венаторов мне объяснял, что веталы это не сами трупы, а злые духи, которые в них вселяются. И они считаются не самой опасной разновидностью нечисти, кроме случаев, когда их направляет злая воля более могущественных чудовищ. У нас, разумеется, как раз такой случай. В роли лидеров нежити выступали керы.

Ещё крупные группы нечисти появились рядом с руинами и внутри древних зданий. Там были более опасные виды монстров. Пишачи - местная версия гулей, хотя и отличающаяся от них повадками. Ракшасы - тяжелая монстропехота. Гуманоидные чудовища со звериными чертами в лицах, черной кожей и красными глазами. Кровожадные, яростные, они были снаряжены древним оружием из бронзы и меди. Серповидные клинки, булавы-скипетры, двусторонние секиры. В общем фэнтези-мифологический арсенал. Носили замысловатые доспехи, подражающие местным статуям. Здоровые. Каждый метра под два, а то и два двадцать. Однако плотного строя они явно не знали. Держались в поле как толпа.

Кроме обычных ракшасов попадались синекожие найррита ракшасы ростом где-то под два с половиной метра. Они ещё и магией владели впридачу. Каждый был примерно как Луна в плане заклинаний. Умели пускать молнии, хотя и недалеко.

Многие крупные монстры типа макаракетусов и гидры держались пока подальше ото всех, в основном находясь в центре арены.

Тем временем начались воздушные дуэли, где с одной стороны выступали представители чародеев, а с другой керы и одна мантикора. С базовым набором боевых заклинаний Великого Пламени я был знаком достаточно хорошо. В ход сразу же пошли струи пламени различной длины и толщины, ослепительные вспышки с целью дезориентировать врагов, попытки телекинетических захватов и даже молнии. Последнее не самая распространенная техника среди пользователей Великого Пламени. Чародеи умели генерировать ток, но КПД у этого процесса отставал от атак огнем. Однако кто-то из присутствующих чародеев видимо был спецом по молниям.

Буквально секунд тридцать наблюдения за воздушным боем мне было достаточно, чтобы определить фаворита. К сожалению, это были не чародеи. Они слишком сильно уступали керам одновременно в дистанции атак, маневренности и скорости. Крылатые девы выполняли такие трюки высшего пилотажа, от которых у обычного человека за пару секунд вывернулся бы желудок. Они стремительно набирали высоту, затем мчались вниз, делали кульбит, бросаясь в сторону, трижды меняли направление и, наконец, проносились в дюйме от камней арены. Это все удавалось им играючи. Над ареной звучал ледяной звонкий смех существ, от которого у всех присутствующих падала мораль. Ясно, что летали они не с помощью крыльев. Те в лучшем случае использовались, чтобы рулить и планировать. Керы неслись на потоках колдовского ветра. Стремительные и смертоносные бестии.

Атаковали они тоже весьма эффективно. Первый раз наблюдал подобный подход, а нечисти я повидал немало. Атакуя на дистанции, керы исторгали из себя… призраков или темных духов. Я с помощью своей способности видеть души мертвых мог заметить разницу. Призраки либо просто темные духи, никогда не бывшие людьми, действовали как самонаводящиеся снаряды. Выглядело это словно черная клякса, летающая по самым замысловатым траекториям. При попадании в цель снаряды наносили физический урон, разрывая ткани жертвы, а на людей и даже демонов к тому же накладывали проклятие, режущее многие характеристики.

В первые же секунд пять сражения уже были поражены две химеры магов. Эти неповоротливые в сравнении с керами создания получали один-два снаряда по крыльям, после чего теряли летучесть и падали вниз на арену. Маги-наездники это переживали за счёт регенерации, но уже точно не могли угнаться за шустрыми врагами.

Керы откровенно играли с противником. Легко уклоняясь от всех потуг чародеев, они сначала выбили троих химер и заставили демона несколько раз отбрасывать поврежденные тела, а затем четырьмя снарядами подряд разорвали на части оказавшегося спешенным адепта. Такое уже не регенерировать. Его останки одна из крылатых дев с хохотом швырнула в деревню жертвенную яму на поживу трупогрызам.

“Переходите к обороне”, – передал я магам через командный голос. – “И пошлите за помощью. Эта гадость явно за пределами ваших возможностей”.

Пока в воздухе сражались магией, на камнях древней арены тоже начиналась схватка, пусть и не такая стремительная.

Так, между уже завязаашими перестрелку хваран и моими сэйфами появился отряд монстров. В том числе пять крупных макаракетусов. Обстрел стих. Кони обоих кавалерийских отрядов остановились. Понимаю логику и своих, и чужих всадников. Фиг знает, что взбредет в головы монстрам. Не хотелось первыми огрести от тварей, поэтому не пытались их провоцировать. А вот сами твари были готовы провоцировать кого угодно. Луков при себе у них не было, но пишачи очень активно отрывали куски от старинной кладки арены. Ясно-понятно. Булыжник - оружие пролетариата.

В направлении этого отряда монстров двигалась моя гвардия, включая венаторов. Вот у них были вполне реальные шансы без больших потерь разгромить это незаконное бандформирование.

Кроме того, я отправил одного из венаторов в тыл. Там надо было отражать возможную атаку нежити. Думаю, пехота и сама бы справилась, но лучше перестраховаться.

К нам на трибуну буквально залетел один из магистров на сильно поврежденной химере и еще крупный гуманоидный демон в придачу.

– Мы обеспечим вашу безопасность, – заверил он.

Ну-ну. Свою то не очень смогли обеспечить. Если припрет, то мне придется использовать поглощение подавления. Благо вражеские снаряды чисто магические. От них подавление полностью защитит.

Однако керы, кажется, не собирались нападать на трибуны. Их явно сильнее интересовало происходящее на арене.

– Больше! Больше! Больше! – прогремели хором их голоса.

“Чего это они раскричались?” – спросил я у Гинда.

“Полагаю, хотят, чтобы мы начали сражение”, – ответил венатор по обратной связи.

“Серьёзно? Типа хлеба и зрелищ?”

“Абсолютно серьёзно, уважаемый стратег. Если я правильно понимаю, это керы. Существа, которых мы не видели уже сотни лет. Однако предания и записи о них остались очень даже подробные. Керы кормятся людской жестокостью, смертью и ужасом. Они похищают души погибших в бою. Так что сражение для них и зрелище, и хлеб разом”.

“Ясно. Как их убить? Есть простой дедовский способ?”

“Если спустятся вниз, то как и обычных монстров только сложнее. Но они не спустятся. Эти твари чрезвычайно умны и ещё более коварны. Они не станут подставляться под удар”.

– Больше крови! – уже яростно требовали керы.

Две из них на какое-то время пропали из виду.

– Не волнуйтесь, – заверил магистр. – Мы уже послали за помощью.

Керы возвращались и не с пустыми руками.

“Уважаемый магистр, не головы ли ваших гонцов они несут?” – спросил я.

– Проклятие… – тяжело вздохнул чародей, утирая со лба пот и кровь.

Похоже во время воздушного боя ему досталось.

– Сражайтесь или умрите! – снова продолжали агитацию за ультранасилие керы.

Одна из них выпустила четыре темных снаряда-призрака. Два из них ударили по моим сэйфам, два других по хваран. Сразу четверо всадников убиты. Разорваны колдовством прямо в седлах. Снаряды кер не обладали кинетической энергией. Они не таранили жертву и не опрокидывали. Темные сущности проникали в человека, растерзывая его изнутри.

Рано или поздно маги обнаружат происходящий здесь писец, но что нам делать до тех пор? Придётся продолжить сражение? Только вот керы не позволят оказывать помощь раненым. Из стандартного сражения Турнира это превратится в бойню. Чего, собственно говоря, и хотят крылатые твари.

“В суровых условиях мы оказались”, – передал мне через командный голос глава ти-шадайской тройки стратегов. – “Надобно нам хотя бы изобразить готовность биться и заодно покончить с монстрами на арене. Выиграть время для обдумывания новых ходов”.

Все верно. Большая часть наших войск подавлением не прикрыта. Если керы сейчас начнут шмалять, то потери будут велики. Паникующим людям в спину ударят остальные чудовища. Этого нельзя допустить. Следует начать бой и одновременно избавиться от монстров на арене, заодно обдумывая как разобраться и с летающими барышнями.

Я отвел сэйфов ближе к границе арены, освобождая путь гвардии. Монстры уже поняли, что это идут за ними. Их аморфная толпа заколебалась, но не от страха, а просто из-за несогласованности действий. Более крупные, синекожие найррита ракшасы пинками и ударами тупых концов оружия пытались не дать “товарищам” разбрестись или в одиночку кинуться навстречу нашим войскам. С моралью у монстров все было даже слишком хорошо. Похоже, что керы могли влиять на психику остальных чудовищ. Причем даже Луна попадала под этот эффект. Она одна из немногих у кого мораль не падала, а наоборот росла. Надо отправить ее поближе к венаторам, а то вдруг на нее керы скастуют прямой контроль.

Пока войска сближались, я переключил свое внимание на трибуну. Кто у нас тут есть из боевых персонажей? Со мной кроме Орины были два венатора из свиты Нималексиса, Ноций, семнадцать моих телохранителей-легионеров, чуть поодаль держалась Итка. Децимала и Касс, слава богам, остались во дворце.

“Используй единство с Ноцием”, – обратился я к Орине. – “Мы выиграем время, чтобы ты могла подготовиться к бою”.

Девушка кивнула и закрыла глаза.

Тем временем моя гвардия, сэйфы, да к тому же ещё хваран ти-шадайцев начинали бой с отрядом монстров. Конные лучники дали пару залпов. Три штуки пишачи и один ракшас получили серьезные раны, оседая на камни. Однако монстрам крупнее стрелы были не так страшны. Двое разъяренных макаракетусов погнались за хваран. Чудовища не отличались изяществом, но двигались достаточно быстро. Переваливаясь с одной короткой лапы на другую, обтирая арену пузом. Несуразное с виду, однако опасное существо.

Гвардия приближалась к отряду монстров. Хваран пока отступают, но ничего страшного. У нас и своя кавалерия есть, чтобы поддержать атаку пехоты если потребуется.

Три макаракетуса шли против моей гвардии, покинув основной строй или точнее сказать толпу монстров.

“Дротики не тратить”, – приказал я.

Сомневаюсь, что толстые шкуры и жирные тела существ возьмет даже дротик. Думаю, бить их следует в ближнем бою, когда подавление хорошенько проймет чудовищ. А там уже надо будет колоть в глаза, в горло и так далее.

Тело одного из монстров чуть надулось, а затем резко сократилось. Он выпустил из пасти длинную струю воды. Неприятно. Это был не магический снаряд, так что подавление на него не повлияло. Струя ударила по щитам и в промежутки. Как водомет для разгона демонстрантов блин. Самое неприятное, что напор был вполне достаточный для нанесения травмы, например, руки, держащей щит. Такой же трюк повторил второй макаракетус.

“Готовсь!” – предупредил я.

Теперь люди перенесли гидроудар лучше. Уперли щиты в камни арены, сами, сами встали покрепче, закрыли лица.

Третий водяной выстрел пришёлся по кавалерии. Лошади перепугались, но монстр явно не рассчитал дистанцию. Вместе мощной струи, способной выбить всадника из седла, получился освежающий душ.

Хорошо, что рядом нет источников воды. Боезапас чудищ сильно ограничен, а то могли бы просто заплевать нас до потери боеспособности. Однако макаракетусы решили показать чудеса отваги. Пошли в лобовую атаку на пешую гвардию. Надо сказать это выглядело впечатляюще. Особенно когда твари приблизились и можно было сравнить насколько каждая из них по размерам превосходит человека. Однако подавление быстро вытянуло из чудищ боевой дух. Они вдруг стали вялыми, медленными. Наша пехота атаковала их без страха и промедлений, жаждая отмщения за хододный душ.

Тут уже чудовищам пришлось несладко. Уколы дротиками, броски в упор и удары мечей наносили им жестокие раны. Пусть убить макаракетуса было непросто, но наши очень старались.

Вскоре одна из тварей, получившая от венатора глубокий укол в горло, беспомощно завалилась на бок, испуская дух. Две другие пытались уползти в стороны. Отступить, спасаясь от ярости пехоты. С горем пополам им это удалось. Спасла их подоспевшая пехота монстров. Ракшасы жаждали боя. Что ж, они его получат.

Полетели дротики, а в ответ камни. Тяжелая поступь чудовищных воинов дрогнула под дружными залпами. Эх, это должно было достаться хваран. Но что поделать? Теперь приходится бить чудовищ.

Схватка вышла яростной, но короткой. Столетиями ракшасы дремали в глубинах арены. Они помнили древние игрища жестоких жрецов. Когда-то эти чудовища проливали кровь и таскали тела в жертвенные ямы. Они повергали смертных своей дикой силой, но с тех пор смертные шагнули далеко вперед по некоторым параметрам. Обученная пехота оказалась не по зубам зверомордым воинам прошедших эпох. Не помогли им ни вычурное оружие, ни магия. Половина отряда чудовищ была быстро разбита, а остальные откатились к башням в центре арены.

В спину во время их отступления к тому же ударили сейфы, но я не дал всадникам атаковать большим числом и долго преследовать врага. Опасался подкрепления монстров. Недалеко находилась одна из мантикор, а это опасная тварь и летает быстро.

Ти-шадайцы к тому времени оттянули хваран и элитную кавалерию на изначальные позиции. Им пришлось так поступить из-за преследования двух макаракетусов. С подавлением у армии Востока все было намного хуже. Они на сражение с монстрами не рассчитывали.

По кавалерии, вернувшейся на исходные позиции, макаракетусы ударили струями воды. Несколько напуганных лошадей попытались сбросить всадников.

Чудовищам ответили стрельбой из ручных и стационарных арбалетов, а также полиболов. Причем последние явно контролировали стратеги с помощью навыка машины войны. Слишком уж точным был огонь. Такое приветствие макаракетусам не понравилось. Наловив мордами и боками болтов, чудища засеменили обратно.

Так довольно неплохо закончился первый эпизод столкновения людей с монстрами. Большая часть чудищ засела в руинах храма. Плюс у нас в тылу бесновались сотни трупогрызов, но лезть на сулимскую пехоту, усиленную венатором, боялись. В отличие от ракшасов падальщики не отличались особым боевым духом даже в присутствии крылатых дев.

А тем явно не понравился результат столкновения.

– Крови! Дайте крови! Дайте или возьмем сами! – завывали крылатые вестницы смерти.

И одними угрозами они не ограничились. Сперва керы выпустили десятка два снарядов по каждой из армий. Сволочи! Били, разумеется, по воинам неприкрытым подавлением. У тех не было никаких шансов на спасение. Самонаводящиеся проклятые снаряды находили своих жертв. Выбирали среди строя одного или двоих. Затем звучал душераздирающий крик. Плоть несчастного лопалась вместе с броней, а кровь и внутренности разбрызгивались по соседям. Мораль подразделения тут же проседала. Люди хотели бежать. Покинуть свод небес, где ныне правили жестокие крылатые бестии.

Однако, несмотря на безнаказанность, керы не стали долго обстреливать наши войска. Ведь если воины разбегутся в панике - сражения не будет. План у бестий был совершенно другой.

Все три сестры по жажде крови разом объединились и кинулись на ти-шадайскую трибуну, которая была далеко от нашей. Эх, стратеги востока… Моя паранойя иногда приносит большую пользу, а ти-шадайцы вон не взяли с собой достаточно охраны. Их защищал один из магистров, но это был отнюдь не Утред или Гилам. Совместными усилиями керы обрушили на него поток темных снарядов, находясь на дальней дистанции. В их направлении взлетел демон, расправив черные крылья с красными прожилками. Но недолго ему довелось парить на них. В ближнем бою керы оказались даже опаснее, чем в дальнем. Своими когтями они кромсали на расстоянии метров пяти. Взмах и движение руки чудовища продолжало магическое красное лезвие. Это напоминало заклинание волшебного клинка, которым владели представители Хрустальной Гробницы.

Демона порезали на лоскуты. Три керы носились мимо него, не давая гостю из пылающих миров опомниться. Несколько раз он пытался регенерировать тело, но тут же оказывался снова нашинкованно. Через секунды четыре демон исчерпал свою энергию. Не знаю изгнали его обратно в пылающие миры или он исчез бесследно, но с ним было покончено. И с чародеем тоже. Тело магистра упало на арену. Либо погиб, либо получил тяжелейшие ранения.

Расправившись с еще одним адептом и охраной ти-шадайцев, керы внезапно остановились. Они не пытались убивать стратегов, но приблизились к ним.

Да твою ж за ногу… Они все понимают. Знают кто мы и как работают наши способности. Собираются использовать это для удовлетворения своей кровожадной натуры.

“Прошу прощения, но кажется, нам придется сразиться, отринув всякое милосердие”, – мрачным голосом сообщил мне Ри-Пайран.

Очевидно, что сейчас ти-шадайский стратег находился в заложниках.

“Я буду вынужден исполнять их волю”, – передал он. – “Иначе они погубят и меня, и моих товарищей. Наши жизни принадлежа императору, а значит я обязан позаботиться об их сохранности”.

Логично, конечно.

Однако разумность этих тварей в нехорошем смысле поражает. Они не напали на меня, видя более мощную охрану и Ноция. Думаю, понимают его потенциал. Выбрали цель по своим силам.

Керы не хотят наблюдать как мы побеждаем монстров. Им нужна битва между людьми с как можно большими потерями. Обоюдная бойня, которая насытит их зловещий аппетит. И сейчас они принудят наших противников действовать.

И принудили.

Ти-шадайская армия разом начала наступать по всему фронту. Время игр в "благородное искусство войны" закончилось. Нас ждет мясорубка.

Глава 5 Спасая жизни

Арена смерти дрожала под маршем тысяч ног и копыт. Одна из кер расправила крылья, вспорхнув на ближайшую башню. Две другие бестии оставались с ти-шадайскими стратегами. Та же, что покинула их, воздела когтистые руки словно в молитве и арена ответила ей. Раздался гулкий скрежет. На всех выходах с арены опускались древние, но ещё крепкие решетки. Куски ржавчины отваливались с них в процессе. Каждый прут толщиной с мою руку. Ловушка захлопнулась. Не сбежать.

Ти-шадайские подразделения наступали на мою армию по обеим сторонам от руин.

Центральные укрепления, за которые изначально предполагалась основная борьба на первом этапе, теперь были заняты монстрами. Они разделяли поле боя на две части. Штурмовать их пока никто не хотел. Слишком рискованно нападать на третью сторону конфликта, пока перед тобой армия врага. Плюс у нас в тылу до сих пор находилась нежить.

Против моей гвардии шла вражеская, усиленная слегка пострадавшими в бою против монстров хваран. Стрелы у них пока оставались. Не зря ти-шадайцы брали дополнительный боекомплект.

Схватку против монстров мы в целом провели достаточно хорошо. Невозвратных потерь в моей гвардии не было. Однако около двух десятков человек получили переломы или иные травмы. Пришлось провести небольшую ротацию. Двое погибших были среди всадников-загонщиков сэйфов. Стрелы хваран летели метко.

Гораздо более угрожающая ситуация складывалась на восточном фланге. Туда двигались 1600 гоплитов против наших 1120 там. У врага так же был перевес в кавалерии.

Наша более многочисленная сулимская пехота была отчасти скована присутствием в тылу трупогрызов и веталов. Надо было решать эту проблему. Я направил к ним венатора, но монстры избегали прямого столкновения. Они отступали и прятались в трещины. Цепкие лапы позволяли трупогрызам на удивление ловко карабкаться по отвесным поверхностями.

В итоге я решил от резерва сулимских наёмников в 800 человек выделить 400 на разборки с нежитью. Во главе с венатором они эту дрянь если не победят, то хотя бы отгонят.

Монстры крепко засели в руинах храма. Прежде всего ракшасы и пишачи, пытались забрасывать камнями всех, кто слишком близко находился от их крепости. Из-за этого мне пришлось отвести гвардию обратно на изначальные позиции.

О недавно случившемся бое напоминали лишь трупы монстров. Особенно крупные останки макаракетусов, которые после смерти словно раздувались ещё сильнее. Наверное, из-за быстрого гниения внутри скапливается газ. Лучше не трогать эту гадость, а то ещё взорвётся.

На восточном фланге вражеское построение гоплитов растянулось на марше. Спешат. Несмотря на хорошую выучку цестинцев, плохо сработанные между собой десятки и сотни бойцов не могли идти плотным строем. Из-за чего сверху их разреженное построение выглядело просто таки колоссальным. За ними в довольно свободном порядке маршировал резерв в шесть сотен сулимских наёмников.

Западнее через промежуток в древних стенах шли три сотни копейщиков Хэ-Чжи, а с ними около тысячи сулимцев и силлакские лучники.

Большую часть сулимцев построили колонной, меньшую - линией.

Ну и с другой стороны от руин храма была вся элита, как моя, так и вражеская. Из-за узости фронта ти-шадайцы тут тоже перестроились в колонны. Благодаря выучке воины держались в них крайне плотно. Промежутки между колоннами заняли отдельные построения арбалетчиков и легкие переносные орудия.

Таким образом армия ти-шадайцев оказалась разделённой как бы на три части. Атаковала нас там, где позволяла архитектура арены. Рискованно. Вряд ли ти-шадайские стратегии сами выбрали бы такую тактику, однако керы не оставили им выбора.

– Все готово, – сообщила Орина, контролирующая Ноция.

Управилась даже быстрее, чем я мог предположить. Учится контролировать энергию. Что ж. Полагаю нормальное сражение в рамках Турнира закончилось с прибытием кер. Значит можно использовать любые средства. Мне не хотелось бы шмалять шаровыми молниями по плотным построениям ти-шадайцев. В конце концов они сами сейчас были заложниками ситуации. Однако деморализовать и выбить орудия попробовать очень даже можно.

“Попытайся устранить их полиболы”, – передал я Орине. – “Если не получается - разбей полевые укрепления ну и так постреляй вдоль их формаций, чтобы замедлить продвижение”.

Через пять секунд первая громовая сфера полетела с трибуны на арену. В обычном своём состоянии Орина не умела стрелять магией так далеко, но через Ноция у неё это получалось. Раскаленный ярко-желтый шар стремительно унесся вниз, закончив свой путь ослепительной вспышкой. Снаряд специально был пущен мимо людей. Он попал между колоннами вражеской гвардии, там где расчеты лёгких орудий толкали перед собой станционные щиты.

“Лучше бегите”, – сообщил я им через командный голос. – “Следующий прилетит прямо по вам”.

Наёмники последовали моему совету. Пять стационарных арбалетов и полибол оказались брошены. В последний прилетела следующая шаровая молния. Яркий взрыв, щепки во все стороны, дымящееся дерево.

Новая молния вскоре прилетела прямо перед шагающей пехотой ти-шадайцев. Орина очень точно рассчитала расстояние. Взрыв никого не убил, но зацепил несколько человек, а главное заставил строй поколебаться.

Казалось уже, что проблема решена и ти-шадайцам нечем ответить. Остаётся только с помощью магического обстрела подрывать их боеспособность до самой победы, но все оказалось намного сложнее.

Одна из бестий снова вспорхнула в небеса на тёмных крыльях. Сделав пару крышесносных кульбитов, она запустила пять темных снарядов по нашим гоплитам и кавалерии. Эти были не предупредительные выстрелы. Ещё пять человек оказались разорваны на части зловещей силой.

– Не мешай им! – донесся до нас вопль бестии. – Не мешай им, молодой!

Это она явно обращалась к Ноцию.

Парадоксально. Монстры радели за “честный бой” без активного применения магии. Но, видимо, для удовлетворения своего тёмного аппетита керам было нужно, чтобы люди истребляли друг друга в ближнем бою. Сражались насмерть, истекая кровью и добивая отступающих врагов.

Керам мало просто запереть наши войска на арене. Они даже готовы соблюдать некий баланс, чтобы битва получилась как можно более жестокой. Хреново. Значит, даже если мы начнем побеждать, то есть высокая вероятность очередного вмешательства кер. Они могут снова пострелять магией или спустить с поводка чудовищ.

Недостаточно просто победить в сражении. Надо как-то избавиться от бестий.

А ти-шадайцы, оправившись от обстрела молниями, продолжили наступление.

Так… Пока есть пара секунд, надо подумать. Керы чувствуют или как-то видят подавление. Они не пытаются стрелять туда где много венаторов. Керы умеют отличать стратегов от обычных людей. Однако когда бестия обращалась к Ноцию, то будто бы не понимала, что он под действием “Единства”. Такие нюансы способностей стратегов твари не ощущают? Похоже на то.

Ещё из хорошего: все атаки, что они пока показывали, чисто магические. Разгонять телекинезом какие-нибудь копья они не умеют или пока не догадались. В принципе, могут поднять что-нибудь над собой и сбросить вниз. На это мозгов у них точно хватит. Насколько они вообще умные?

“Эй, любительницы сражений”, – обратился я к ним. – “Предлагаю вам покинуть это место. Здесь рядом целая куча колдунов и многие из них достаточно сильны, чтобы тягаться с вами. Про Азарда слышали? В этом мире будет еще много сражений, где вы насытитесь без лишнего риска. Поверьте, мы довольно опасная добыча”.

Ответом мне стал лишь холодный, жестокий смех. Не верят.

А тем временем ти-шадайские отряды подходили к нашим. Интересно, но монстры в руинах храма не пытались забрасывать воинов Востока камнями. Значит керы могут чудовищами дистанционно рулить? Вероятно. Похоже они продолжают свою политику “баланса”, давая ти-шадайцам некоторые преференции.

“Орина, Нималексис, берите всех и уходите с трибуны. Я сначала пойду с вами, а потом вернусь обратно. Не спрашиваете зачем. Так надо”.

Ловушка, которую я попробую устроить, довольно очевидна для проницательного человека, но вот смогут ли её распознать керы? Сначала я вместе с остальными зайду в одну из башен арены, а затем обратно под солнышко причем в гордом одиночестве.

На нашем левом фланге хваран снова начали обстрел моих сэйфов. По итогам жалею, что вообще взял столько кавалерии. Ими бы сманеврировать, но места катастрофически не хватает. Раньше старт боя в северной части арены казался везением. Поближе к руинам. Но руины заняли монстры, а обе армии забились на север арены.

Я постарался аккуратно отвести сэйфов назад, в промежуток между гвардией и гоплитами. А последних наоборот вывести вперед. Главное было не подставить под вражеский удар находящуюся там батарею полевой артиллерии. А то отступать им некуда. Могут к стене прижать, а то и хуже к жертвенной яме. Тогда точно хана.

“Нималексис, контролируй их отход. Если понадобится, прямо каждого всадника веди отдельно. Максимум внимания. Одновременно с этим сэйфов должны сменять на первой линии гоплиты. Край западного фланга на тебе”.

Все же хорошо, что я сегодня не один. Иначе микроконтроля на все могло не хватить.

Основное сражение должно было развернуться на флангах. Западный станет точкой столкновения наших гвардий. Восточный же фланг отметится прямо таки традиционным действом в виде битвы формаций архаичных гоплитов.

Центр не обещал таких зрелищ. Вражеская кавалерия Хэ-Чжи оттуда смещалась, чтобы ударить в стык между гоплитами и сулимской пехотой. Я направил туда центральную формацию сэйфов. Их поменьше чем вражеской конницы, но рядом наша пехота, которая поддержит.

Центральная формация моих сулимцев пока работает как резерв. Плюс в их сторону тоже идут колонны вражеской пехоты. Не самой лучшей, но все же. Плюс нежить в тылу.

“Идемте, идемте”. – одновременно с управлением на арене я уводил нашу делегацию с трибуны. – “Орина, возьми себя на руки. Вы двое - возьмите Нималексиса. Ему сейчас нельзя отвлекаться”.

Керы заметили наш уход с трибуны. Одна из них даже покинула ти-шадайских стратегов и подлетела поближе, с башни наблюдая за нашим проведением. Бестии боятся, что мы испортим им кровавый пир? Таки испортим. Ну по крайней мере постараемся.

Нималексису удалось довольно слаженно вывести сэйфов из-под удара, хотя обстрел хваран нанёс им некоторые потери. От изначальных трёх сотен всадников осталось в строю чуть меньше двух с половиной. Причём у многих были ранены лошади.

Хваран жались к стене арены, уступая место оперенной кавалерии. Тяжелая конница в ламеллярной броне шла бок о бок с пехотной гвардией ти-шадайцев. Арбалетчики между колонн умудрялись стрелять на ходу хотя и не залпами. Однако болты, пущенные во фронт строя, плохо работали против наших скутумов и клипеусов. Именно использование больших щитов во многом определило облик войны на территории Империи. Арбалет - отличное оружие против легкой конницы, но тяжелую пехоту он так хорошо не пробивает.

“Из-за ограниченности пространства враг на западном фланге атакует колоннами”, – обратился я к Нималексису. – “Нельзя дать ему развернуть порядки, но и совсем запирать у руин тоже нельзя. Иначе монстры будут швыряться камнями со стен, а бой слишком затянется. Мы запустим их чуть-чуть, чтобы после самим пойти в атаку, пока враг в колоннах. Обжать их нашим линейным порядком, взять в полуокружение вражеский фронт”.

На восточном фланге началось противостояние гоплитов и оно… шло без ожесточения. Наёмники обеих формаций сражались стойко, но аккуратно. Многие из них понимали, что настоящий враг не коллеги по щиту и копью впереди, а чудовища. Монстры, жаждущие их крови.

Зря я опасался за этот фланг. На нём все пока развивалось по довольно неплохому сценарию.

Наемная кавалерия тоже не стала слишком ударяться в подвиги. Хэ-Чжи атаковали медленным темпом, избегая прямой зарубы с пехотой. Искали слабые места. Завидев приближение сэйфов и страдая от обстрела, они начали оттягиваться назад. Отлично.

А вот на западном фланге сражение закипело ни на шутку. Ти-шадайцы стойко и четко выполняли приказы своих стратегов. Их колонны вышли на наш строй. Тогда мы с Нималексисом двинули вперед гвардию легионеров и цестинских гоплитов. Одновременно с этим в тылах боеспособные сэйфов отгоняли нежить. Всадникам настигать эту гадость было заметно проще. Плюс у некоторых сэйфов даже небольшой коэффициент подавления имелся. Против трупогрызов сойдёт. Копья всадников и копыта привыкших к сражениям лошадей крушили низшую нежить. Трупогрызы пытались давать отпор, но куда этим тварям против неплохой сплоченной кавалерии. В итоге десятка два-три уродцев быстро уничтожили, а остальные бежали в подземелья арены.

“Стой! Залп! Ещё! Ещё!”

Легионеры запускали остатки дротиков в ти-шадайскую пехоту и кавалерию. Все, что не потратили на монстров. Надо было остановить колонны противника, не дав им развернуть строй или вклиниться в наш.

Обстрел сумел замедлить ти-шадайцев, но они продолжали упорно наступать. Тяжелая броня, дисциплина и гордость за своё ремесло, внушаемая с младых ногтей. Это все позволяло им бросить вызов даже ветеранам легиона.

Однако была среди колонн противника и та, что состояла из наемной пехоты. Вот она перенесла обстрел хуже, но по итогам выстояла. Прямого столкновения было не избежать.

Ти-шадайский гвардейский строй состоял из первых двух рядов щитоносцев с копьями и мечами в качестве второго оружия, а за ними шли воины с цзи.

“Обжимайте их по бокам”.

Я направлял линию гвардии на противника, практически ставшего врагом. Это уже не игра.

На расстоянии десяти шагов первый ряд ти-шадайцев дружно метнул копья, берясь за мечи. Значит вот так они собираются сражаться. Полагаются на комбинацию трёх видов оружия. Мечи, копья, цзи.

Наш строй тоже не был единообразен. Тут стояли плечом к плечу и антесигнаны, и превенторы, и немного венаторов, и конечно просто легионеры. Основную часть войска составляли именно мечники. Гладиусы или спаты плюс большие щиты.

“Как только начнётся - давите их”, – наставлял я.

Нужно устроить хаос и давку. В таких условиях короткие меч в сочетании с большими щитами будут иметь преимущество перед ударным-древковым, которому больше нужен замах.

И началось.

Тут обе стороны сражались яростно в отличие от наёмников. Ряды легиона волной накатились на темно-красные рифы ти-шадайского строя. Началась свалка. Места и так было мало, а теперь его не хватало уже катастрофически.

Мне бы уже пора снова выйти под небо, чтобы исполнить роль приманки, но нужна пауза в бою. Пока мне не хватит внимания управлять сражением и разбираться с керами.

Придётся вытерпеть боевой эпизод.

Бестии явно были в восторге от происходящего на арене. Они хлопали крыльями, царапали свои лица когтями словно на пике экстаза. Однако их раны мгновенно затягивались. Гадкие падальщицы.

Люди убивали друг друга по их прихоти.

Два народа, не имеющие общих границ, разделенные морем, обрушились друг на друга словно жестокие враги. Именно враги, а не противники или соперники. Потери уже исчислялись десятками с обеих сторон.

“Давите!” – призывал я.

Сначала дрогнула колонна наёмников. Оно и понятно. Там снаряжение, подготовка, мотивация были на порядок ниже. Они начали откатываться назад, несмотря на глубину строя.

А вот гвардия стояла.

Оперенные всадники атаковали медленным шагом. Кавалерия, лишенная маневра, но не чести. Они мужественно сблизились с пехотой, держа плотный строй. Над их головами свистели последние стрелы хваран. Те использовали остатки боекомплектов.

Боги, что за бессмысленное, но славное кровопролитие. Надо закончить его как можно скорее. Спасать жизни своих и чужих.

“Давите! Я вижу! Они сейчас дрогнут!”

Это я немного приукрасил ситуацию, но шансы были. Одновременно обратился к ти-шадайцам.

“Когда мораль ваших чуть просядет, дайте нам передышку. У меня есть план”.

Пехота продолжала бодаться. Цзи опускались сверху на шлемы и плечи. Силы удара из-за тесноты не всегда хватало, но клювы вражеского оружия искали своих жертв.

Наконец полуокружение дало о себе знать. Вражеская колонна откатилась, а мы не стали её преследовать. Наконец-то образовалась пауза, но керы требовали:

– Ещё! Больше!

Пора.

“Нималексис, я пошёл. Контролируй все сам”.

Я вышел на трибуну, изображая моральные терзания по поводу сражения на арене. Впрочем, даже изображать не приходилось. Мне, действительно, очень не хотелось терять людей.

На меня тут же обратила внимание одна из тёмных сестер, но сразу хватать не спешила. Хитрые, твари. Она взмыла в воздух, спикировав вниз. Пролетела над самой ареной. Я буквально видел как некая темная, едва заметная даже моему глазу духовная энергия поднимается и затягивается в тело бестии. Кера питалась. Снимала так сказать первую пленочку с закипающего котла арены. Поглощала ненависть, ярость, гнев и предсмертные страдания.

Ну же, тварь. Давай ко мне. Без меня вам это блюдо как следует не приготовить.

Кера снова набирала высоту. Кульбит, кувырок, мертвая петля…

И в мою сторону полетел тёмный снаряд. Призрак, заряженный негативной энергией. Она таки пытается меня убить или это просто проверка? Рискнуть?

Я использовал замедление времени, а заодно отшатнулся в сторону, как бы пытаясь увернуться. Секунды медленно тянулись. Призрак был уже метрах семи от меня. Я видел полупрозрачное темное лицо мужчины, кричащее от боли. Можно ли освободить его с помощью дара Забытого или это будет стоить мне жизни? Так рисковать и касаться призрака без защиты подавления я не собираюсь. Но попытается ли снаряд меня убить?

Время тянулось, дух приближался, а я был готов в любую секунду включить подавление, не забывая при этом изображать, что пытаюсь увернуться. Однако темный фантом в паре метров от меня развернулся. Он полетел обратно к кере. Значит это все таки была проверка. Крылатая бестия хотел убедиться в моей “беззащитности”. Отлично!

Кера метнулась в мою сторону. Я услышал резкий свист воздуха, рассекаемого ее темными крыльями. Голова закружилась, а сердце забилось чаще. Похоже приближение керы вызывает у простых людей ужас. Однако у меня мораль уже была выше среднего даже для воина. Хватит нервов, чтобы подпустить эту тварь как можно ближе.

Она была выше меня. Выше любого нормального человека. Абсолютно обнаженная, не считая двух золотых браслетов между плечами и локтями. Одежду кере заменял кромешный мрак, колыхающийся на теле словно ожившие пятна теста Роршаха. Длинные зубы как у вампира на жестком, хищном лице.

Кера зависла передо мной, расправив крылья и празднуя победу. На невероятно красных губах отразилась злокозненная улыбка. Она явно грезила о дальнейших перспективах нашего близкого знакомства. Контролируя стратегов обеих сторон, керы могли устроить второй раунд резни на арене, а может быть выдумать ещё что-то более извращенное.

Извини подруга. Не сегодня.

Я использовал поглощение подавления на Итке и Гинде. Способность, которую мне даровал Забытый.

Улыбка тут же пропала с красных губ чудовища. Мрак на ее коже потускнел, сделавшись полупрозрачным. Красные когти на кончиках пальцев тоже будто бы съежились. Существо потеряло способность к магическому полету. Оно попыталось взмахнуть крыльями, но я тут же подрезал одно из них мечом. Бывший клинок Мирканто пока был недостаточно силён, чтобы мгновенно убить керу, но к моёму поглощенному подавлению добавился ещё коэффициент 2,6 от навыка меча изгнание. Итого на Керу сейчас действовало подавление а 7,5. Это очень и очень много.

“А я ведь предупреждал”, – теперь моё время злорадствовать.

Бестия рухнула передо мной, лишаясь магической силы. Удивительно, но она все же могла двигаться. Впрочем, уйти я уже ей не дам.

Она лежала на животе, опираясь на сложенные руки. Смотрела на меня со смесью удивления и гнева.

– К-как… – прохрипело сущесиво.

“Не твоё дело. А теперь я мило попрошу твоих сестренок отпустить других стратегов и покинуть это место. Иначе я вскрою тебе горло. Поверь, в этом мече хватит силы для убийства любого монстра”.

– Не любого… – каркаюшим звуком усмехнулась кера. – Ты не видел… Ты не знаешь какими мы были раньше… но скоро узнаешь. Он вернулся. Наследник древней крови. Мы снова просыпаемся. Мы…

“Ты о Ксигоне? Так я вкурсе! Думаешь, он будет в восторге от того, что вы тут устроили? Хаос, крики, бойня. Его возвращение - тайна. Рано или поздно здесь будут чародеи, включая того, что убил Неридию. Возможно, помните такую. Вы очень сильно подставите Ксигона, если не уберетесь как можно скорее и как можно дальше”.

Всю эту речь я транслировал не только попавшейся кере, но и ее сестрам. Черт! Какой же был соблазн прикончить ее на месте. Столько опыта тут лежит передо мной с голой жопой. Но боюсь, если поступлю так, то ее сестрёнки отыграются на моих войсках. Нет уж. Сейчас лучше договориться.

– На твоем лице одна печать смерти ложится поверх другой. Свободного места не осталось, – злорадно усмехнулось существо. – А все еще жив... Ты вообще человек или уже нет?

“К теме нашего разговора это не относится. Еще раз повторяю всем вам троим - улетайте. Не надо портить настроение мне, Ксигону и Азарду”.

Две другие керы захлопали крыльями и чуть отошли от ти-шадайцев, но пока не улетали. Лежавшая передо мной тяжело дышала. Видимо подавление и рана от меча постепенно вытягивали ее силы. Черные волосы липли к лицу, красные глаза слезились, но тварь все еще пыталась храбриться.

– Чувствую… – снова прохрипела она. – От тебя несет пеплом и гнилью. Твоя рука… Там было проклятие. И… Да. Ты не врешь. Он хотел убить тебя, но передумал. Значит и не нам забирать твою жизнь. Мы уйдем. Только отпусти меня.

“Пусть сначала твои подруги улетают. Слышали?”

Две стремительные черные тени взмыли к самым небесам, но остались кружит там.

– Они ждут меня… – прохрипела третья.

Ладно. Я начал медленно отходить назад. Два, три, пять шагов практически без изменений, а вот затем силы к чудовищу начали потихоньку возвращаться.

Так. Битва технически ещё идет. Там даже гоплиты пока перекалываются копьями хотя и не особо стараются друг друга убить. Надо попробовать создать заряд доблести. Потратить 20% морали, чтобы запастись на будущее.

Я активировал способность, тут же ощутив странное опустошение. Все самые плохие мысли тут же подняли свои змеиные головы. Какой отвратный день! Столько смертей зря… Ничего, бестии. Мы, думаю, с вами ещё встретимся на кривой дорожке однажды

В пятнадцати шагах от меня керу снова окутал мрак. Бестия расправила крылья и медленно поднялась в воздух. Несколько раз она дёргалась вниз-вверх словно в режиме турбулентности. Только отлетев метров на пятьдесят сумела нормально набрать высоту.

На арене люди уже спокойно разбредались, пытаясь оказывать первую помощь раненым. Монстры отступили обратно вглубь руин, а мантикоры улетели вслед за керами. Только могильная гидра с белой чешуей и девятью головами не пыталась спрятаться, увлеченно поедая одновременно труп макаракетуса и лошади.

“Победа”, – объявила мне система.

Отлично. Ещё один триумф дипломатии на моем счету. И кстати насчет дипломатии, мне надо будет передать пару ласковых Сандису и его загробному предку.