Путь наследника

Пролог

Дым от костров взвился вверх, среди ночи, под сиянием тысячи звезд, ото всюду слышались десятки голосов.

Девушки взвизгивали, прыгая сквозь костры, подгибая ноги как можно выше.

Распущенные волосы волнами спускались по их спинам, на голове у каждой был закреплен плетеный венок из трав, а вниз, по телу беспокойными волнами струились яркие подолы сарафанов.

Словно подхваченные неудержимым ветром, девицы подхватив в руки края юбок закружились в плясках. Кто-то хватал друг друга и кружились в нестройных хороводах, а кто-то отплясывал в одиночку с сияющими улыбками.

Деревня пела, дышала, встречая весну. Ото всюду, со всех сторон слышались завывание знакомых мотивов песен, приветствия и смех.

­­­­— Светлейшей ночи! — громко здоровались одни, обнимались и задорно смеялись.

—Теплейшего года! — отвечали другие передавая друзьям и родным сладости в подарок, аккуратно завернутые в кульки.

Мир оживал на глазах. Под светом тысячи звезд, под жаром разожжённых костров и пылких хороводов.

Голоса не стихали ни на миг, что в самой деревушке, между резных немного покосившихся домиков и дворов, что в полях и лесах.

Праздник Первоцветенья в селах, особенно северных, праздновался с особым размахом. Люди со всей страстью и восторгом восхваляли Богиню весны — Святую Стасию.

Громкий визг послышался со стороны промёрзшей реки, кто-то из парней с громким реском провалился под талый лед забыв об осторожности. Его тут же с хохотом вытащили, подхватив под подмышки и выволокли на сушу.

Эррел со смешком ставит на стол пустую пивную кружку наблюдая за этой праздничной суетой. Хмельной напиток туманит голову сладкой волной протекая в организм по горлу.

Ирисовое пиво приятно обжигает язык оставляя на нем сладковатый привкус.

— Эй, Дрея, подлей-ка! — воскликнул Эррел смотря на молоденькую трактирщицу, миловидную эльфийку за барной стойкой уличной террасы.

В честь Первоцветенья барин, махнув рукой, приказал открыть амбары и разливать припасенные к празднику бочки с хмелем.

Янтарная жидкость с громким плеском хлынула в сосуд потеряв по пути пару маленьких капелек, упавших на барную стойку.

Мальчик благодарно кивнул подруге и жадно отхлебнул от краев.

На открытой веранде сидели мужики, уставшие от тяжелой работы и желающие отдохнуть в праздник за медовухой.

Гвалт голосов не стихал, превращаясь в жаркую какофонию всепоглощающего веселья, споров и хохота.

Таверны и трактиры были забиты до отказа. Те, кто не поместился плюхались прямо на стылую после зимы землю, кинув на нее верхнюю одежду.

Эррел внимательно наблюдал за всеобщим весельем, иногда вклиниваясь в разговоры за соседними лавками с мужиками, а иногда просто слушая череду сплетен.

Сапфировые глаза искрились искренним весельем поддернутые мутной пеленой тумана. Тело невольно пошатывалось не в силах сохранять равновесие.

Со стороны поля донеслись завывания народных песен, луна вышла из зенита незримо спускаясь вниз, уступая время весне, а гуляние достигло своего пика.

В пляс уходили даже те, кто обычно вел себя серьезно и не любил авантюры. Вся деревня собиралась в круги вокруг горящих костров, ведя хороводы и напевая любимые песни.

Хороводы то смыкались у самого края, обдавая народ жаром, то резко уходили назад, отплясывая кто как умеет.

Сапфировые глаза прищурились, в один глоток опустошив кружку, ребенок со стуком поставил ее на тол и в предвкушении выскочил с веранды.

Вклинившись в ближайший хоровод, он подхватил за руки двух девчонок, взяв их ладошки в свои и стал подпевать.

Ноги сами рывком понесли его вперед, вслед за остальными, смыкаясь плотным кольцом вокруг пламени, чувствуя, как лицо обжигает от близости огня, а потом также поспешно отходя, словно дразня костер, что не может добраться до них и опалить.

С громким смехом, хоровод распался, люди, что стояли близко к друг другу подхватывали друг друга под локти и уходили в пляс.

Веселье продолжалось.

Задорно усмехнувшись, Эррел протянул ладонь одной из девчонок, та бойко ухватилась за руку, и сама закружила и в танце.

Ярко-красная юбка взметнулась вверх, оголив ноги до колен, но сейчас всем было плевать на приличия.

На ее щеках появился такой же задорный красный румянец, окрасивший очаровательное личико.

Ей явно польстило, что Эррел пригласил ее на танец. Некоторые девчонки, ее подружки, громко завистливо фыркали, но скорее ради смеха, чем реально возмущенные.

В сапфировых глазах Эррела сверкали искры веселья вперемешку с огнем, отразившимся в его зрачках.

Тени словно безумные отплясывали, отдавая себя веселью, как и Эррел наслаждаясь празднеством, еще не зная, что сейчас, далеко, сквозь изумрудный лес пробираются люди, идущие за ним.

Глава 1. Нежданные гости

Подъезжая к границе изумрудного леса, карета в очередной раз наехала на корень одного из вековых деревьев и подскочила.

— Надо было остаться в столице — с тихим шипением буркнул мужчина, стукнувшись о деревянную балку.

— Будто у тебя был выбор — спокойно ответил его собеседник вовремя успевший схватиться за поручень.

В повозке сидели, двоя мужчин, лица и тела которых были плотно закрыты черными мантиями, во тьме ночи, скрывающие их от посторонних глаз.

Первый мужчина — Мерфи де Ралфс — кареглазый брюнет с острым взглядом и шрамом на щеке, пересекающем ее до самой скулы, фыркнул и откинулся головой на оконную раму не обращая внимание на то, как безумно быстро летит их повозка.

— Успеем обогнать чету Клицких? — с легкой нервозностью спросил второй мужчина, заглядывая во мглу ночного мрачного леса.

Сквозь стук лошадиных копыт, скрип колес и ржание, он слышал, как внутри него трепещет грудная клетка, отзываясь на дикий ритм сердца.

Мерфи странно покосился на своего спутника и подумав немного, достал из-за пазухи флягу с вином и протянул, давая сделать пару рваных глотков.

— Мы выехали почти сразу после них, если повезет с дорогой, то успеем. Не волнуйся так, ваше величество, не пропадет этот ребенок — обдумав все же ответил мужчина, прикинув сколько им еще ехать.

В ответ ему пришел только усталый взгляд и рваный вздох полный недосыпа и нервозности.

—Поверить не могу, что мы его возможно нашли. Полтора года поисков, столько бессонных ночей, отчетов… —губы императора изогнулись в горькой ухмылке.

Он не спешил радоваться, не спешил придаваться панике или пустым надеждам. Шанс, что тот мальчик это именно тот, кого они искали ничтожно мал, настолько, насколько и возможен.

Потому, не доверив это дело никому другому, взяв только верного друга и горстку солдат, среди ночи император само лично выехал из столицы никого не предупредив.

И сказать по правде, Брайон и не сумел бы спокойно сидеть в замке ожидая новостей.

— Ты слишком нервничаешь — покачал головой Мерфи смерив господина раздраженным взглядом, хотя снаружи император никак не изменился в лице, друг знал его слишком хорошо — Глотни еще и спи. Нам ехать еще с десяток часов.

— Спать в Изумрудном лесу? — хмыкнул Брайон не сдержав сарказма, пропитавшего голос — а что сам не ложишься? Боишься увидеть какую-нибудь чудо зверушку?

Мерфи поморщился, а Брайон только сильнее изогнул свои губы в довольной усмешке.

Изумрудный лес — территория темных эльфов, народа, который всецело подчинялся императорскому роду Элиот и живущий почти в самом сердце империи.

И хотя с давних пор герцогский Тастанский род предан своей родине, темные эльфы имеют на редкость противный характер.

К охране своей территории они относятся с ужасающей щепетильностью, что даже императорской гвардии, сопровождающей правителя, приходится держаться на ногах часами.

В Изумрудном лесу множество опасных трав, вызывающих галлюцинации и слишком реалистичные сны. Если бы не срочность, они бы поехали другой дорогой, не срезая путь.

— Ладно, извини — все же сдался Мерфи не выдержав насмешки в чужом взгляде.

Он устало стащил в себя капюшон, скрывающий половину лица, прикрыл глаза и устало вздохнул.

— Как думаешь — набравшись смелости все же нарушил тишину мужчина не смотря на собеседника — Они похожи?

Император прикусил губу. Он не знал ответа, не знал и как отвечать.

Черные, бездонные глаза вгляделись во мглу ночи, звезды скрыло за мощными кронами деревьев. Только топот копыт и тихие переговоры гвардейцев нарушали эту тишину.

— Думаю да. Аарон все же дракон, у нас сильные гены, все как под копирку — попытался отшутиться Брайон, но красноречивый взгляд друга заставил его умолкнуть.

— Ты же понял, что я не про это говорю — спокойно отозвался Мерфи впившись своим острым как лезвие взглядом в знакомые черты. В глаза смотреть не решался, зная, что все равно долго не выдержит этого напряжения.

Смотреть в глаза дракону — ужасная идея.

— Я не знаю. Нам остается только надеется, что это хотя бы он. Об остальном позаботимся позже. Скажи гвардейцам, чтобы ускорились — с затаенным беспокойством сказал император, прикрывая глаза.

Разговор немного отвлек его, успокоил и помог собрать мысли в кучу.

В голове уже поэтапно выстраивался план действий.

Глава 2. Средь хладных земель

Утро после праздника врезалось в сознание каждого болезненной головой и ломкой во всем теле.

Кто-то успевал поесть и прийти в себя, а кто-то едва мог сделать судорожный рваный глоток воды и оплеснуть лицо, прежде чем второпях выбежать по делам.

Эррел не любил спешить, его утро всегда проходило неспешно, после восхода солнца, когда первые лучи попадают на лицо мешая спать.

Но именно сегодня явно был не его день. Помятый после безумной ночи празднества, ребенок едва успел кое как сменить вчерашнюю рубаху на привычную форму, когда его выгнали, на улицу в мороз.

Ночь Первоцветенья — самая теплая ночь в году, когда после шести месяцев мороза, можно спокойно стянуть верхнюю одежду и плясать, забыв о холоде.

Но каждая сказка подходит к концу, потому уже к четырём утра все разбрелись по домам спасаясь от вернувшегося мороза, кусающего голую кожу даже сквозь платья и рубахи.

Вот и сейчас, ночь тепла прошла и Эррел, кутаясь в зимнюю, подшитую мехом телогрейку ежился на ветру ожидая, когда уже ему откроют конюшню.

Большая деревянная дверь противно скрипнула, пропуская мальчишку внутрь. Перед ним предстал не менее помятый и сонный друг.

— Милейшего утра — зевнул юноша, сверху вниз смотря как его вечно бодрый и аккуратный напарник кутается в мех воротника переминаясь с ноги на ногу.

Губы конюха против воли поползли вверх.

— Смотрю, ночь прошла замечательно? — не удержался Фил ехидно отмечая про себя как трясет мальчишку от выпитого — то-то я удивлялся вчера, какой ты веселый был.

— Филберт… — с угрожающими нотками в голосе протянул мальчик подозрительно прорычав.

До этого Фил и подумать не мог, что можно прорычать слово без единой буквы Р.

Запустив руку в шевелюру, юноша неловко взлохматил свои, итак, неухоженные волосы.

Под неодобрительный и раздраженный взгляд ребенка Филберт подхватил в руки паек с едой и поплелся к стойлам думая, почему он, старший конюх, вообще слушается своего же тринадцатилетнего помощника?

"Молоко еще на губах не обсохло, зато какой нрав!" — думал юноша, но покосившись на раздраженного ребенка, почему-то поспешно заткнул свои мысли.

Что ни говори, а ученик и помощник Эррел только формально. Не так давно именно он, собственно, и отчитывал нерадивого учителя за некомпетентность терпеливо поучая.

По идее должно было быть наоборот, но уж лучше так, чем корячиться одному.

Кинув взгляд на все еще сонного, но уже вовсю работающего помощника, наводящего суету в этом затхлом месте, понял, что все-таки не имеет ничего против его брюзжаний.

— Что стоишь? По воду иди! — поймав его взгляд еще больше разъярился ребенок, вслепую кинув ему коромысло — я тут один все делать должен?

Филберт поспешно подхватил едва не убившую его доску и буквально вылетел из конюшни, успев лишь увидеть, как прекрасные сапфировые глаза наливаются чернотой.

Синий цвет неестественно темнел, почти скрыв природный цвет, они всегда менялись, стоило кому-то вывести Эррела из себя.

Многие даже шептались, что его мать нагуляла по юности от темного эльфа, когда ездила на рынок сквозь Изумрудный лес.

Но пусть сплетни и ходили по селу, в серьез никто в это не верил, ведь достаточно было взглянуть на отца и сына, как бредовость слов усиливалась многократно.

Легче было предположить, что это Алвен был полукровкой, чем то, что Эррел не его кровь.

Мальчишка резко прикусил губу больно царапнув нежную кожу.

Воспоминание о родителях давно стали раной в сердце ребенка. Рана затянулась, но не исчезла, оставшись грубым неотёсанным шрамом.

Резко плеснув себе ледяной водой в лицо из бочки, ребенок поспешно подхватил рабочие перчатки и принялся за дело.

А в это время, сквозь Изумрудный лес повозка в сопровождении двадцати гвардейцев на вороных конях въехала на территорию северной провинции.

Едва ли достигнув главного центрального городка они круто свернули в сторону уезда Бореалис.

Небольшое село, которым управляла маленькая дворянская семья, давно отправленная сюда в ссылку.

Еще на границе они невольно начали ежится, даже сквозь мантии с наложенными заклятиями и необычайно теплую ткань, и солдат и господ стало морозить.

Но остановится и передохнуть они не могли, все еще торопясь обогнать графа и графиню Клицких.

Невольно кутаясь в мантию, зарываясь в ее воротник носом, Мерфи почти с недоумением воскликнул.

— Святая Стасия! Почему ж здесь так холодно? У меня уже пальцы колет.

Император сурово сдвинул брови, а его нос сердито вобрал полную грудь морозного воздуха. От этого его только сильнее передернуло.

Драконы намного выносливее людей, но окунувшись с головой в такой лютый северный климат, император хмурился, выдыхая белый пар.

Его горячая кожа буквально источало белую дымку, а драконья сущность раздраженно фыркала и мысленно поджигала здесь все вечным пламенем.

— Как долго нам еще ехать? — все же не выдержал император не в силах больше терпеть пронизывающую до костей температуру.

Уже рассвело, за окошком тысячи деревьев и кустов сменились медленно оживающими улочками небольшого городка.

— Знаешь, я не хочу возвращаться в столицу — неожиданно фыркнул Мерфи покосившись на императора — как представлю, сколько мороки будет, если этот мальчишка, за которым мы едем действительно тот, кто нам нужен.

Брайон приподнял бровь видя во взгляде друга какую-то почти отчаянную слезливую надежду.

— Слушай, отправь меня куда-нибудь на войну! Или подавлять восстание. Или еще что-нибудь! Милосердная Шаралин, как представлю то, что начнется, когда приведем мальчишку во дворец, так голова болеть начинает!

Брайон прикрыл глаза успешно игнорируя чужое отчаянье.

— Не неси чушь. Ты военный советник — лениво отрезал, не дав другу разойтись еще сильнее.

Неожиданно повозка замедлилась, к окошку повозки тихим шагом подошел гвардеец верхом на коне, поравнявшись с господами.

— Ваше величество, военный советник, мы подъезжаем к поместью. Отправить гонца вперед, чтобы ворота открыли? — нерешительно спросил солдатик, низко опустив голову в поклоне.

— Да, пусть передаст помещику о гостях из столицы — кивнул Мерфи.

Легкая шутливая атмосфера рухнула, наэлектризовавшись напряжением.

Их взгляды неуловимо пересеклись и оба натянули на головы капюшоны скрыв большую часть лица. Пусть глаза и были перекрыты тканью, заклятия, наложенные на мантии, напрялись активируясь.

Перед ними предстало двухэтажное здание, простое, без излишеств, но ухоженное.

Для ссыльных дворян даже очень неплохо. Осталось только найти нужного ребенка.

— Пусть прочешут каждую комнату. Незаметно. Ищите по темной энергии, если не найдете след, то ждите указаний — сразу начал приказывать Мерфи осматривая периметр со знанием капитана прошедшего не один бой.

— Они вряд ли найдут — с сомнением протянул мужчина, выходя из повозки — не может быть все так просто. Иначе бы давно был дома.

На это Мерфи ответить было нечего.