Путь Императора

Глава 1

Глава первая

Я, Тэмиркул из клана горных кузнецов, Я же Аспанбык - мститель-убийца из бродячего клана убийц, я же Имангали Черный Аркан, вольный певец степей, и я же Кыррабалта, потрясатель империи…

Он в очередной раз посмотрел на суетящихся гномов и поморщился. Кем бы он ни был в прошлом, но сейчас он - просто берьх сопливоносый. Тело подростка, никуда от него не деться, и гормоны его же, кстати. А взрослые этим пользуются и оттирают от принятия решений.

Это была не только подростковая проблема: люди вообще норовят оттирать. И чем тупее, тем агрессивнее пихаются. И ведь распихивают всех! Творец, поганец этакий, мирок явно не доработал, не протестировал толком, вот тупорылые и процветают. И приходится их активность корректировать вручную. А профессия борца за справедливость - в списке опасных на первом месте. До сорока ни разу не дожил! А потом бац - и привет, сопливая реинкарнация и всё, что к ней прилагается, типа мокрых пеленок и клизм.

Он глянул на небо, привычно ругнул Творца за недоработки и решил в деятельность гномов не вмешиваться. У них направление - путями пророчества. Пусть провозглашают королеву мира, пусть под ее знаменем объединяют Старшие расы! Может, у них и получится, ему-то что с того? У него свое направление - и прямее, и проще. Помочь Асиа увести кланы на яйлу. Да еще за Надией присмотреть, а то пропадет йоха просто из-за недостатка опыта. Жалко девочку.

А потом пожить всласть! Наконец-то! Для этого дела даже жена припасена, и какая! В талии - во, в бедрах - ого-го! Тройню родит и не поморщится!

Он расслабился и прикрыл глаза. Пусть суетятся гномы. Пусть строят великие планы. Кто он такой, чтоб мешаться у них под ногами? Просто подросток. Говоря на местном - берьх сопливоносый. Который хочет хотя бы раз пожить подольше!

Каменные ворота не открылись, а буквально разверзлись. Ухмыляющиеся гномы Бородатого Верблюда стали вручную выкатывать фургоны. Здоровенные охранники провожали их подозрительными взглядами и недоуменно косились на босоногого подростка.

Он неохотно признал, что существование в теле подростка имеет и плюсы. Вот стали бы охранники терпеть рядом со входом в подземную страну, например, Черного Аркана? Другое дело, что Черный Аркан тоже не стал бы терпеть каких-то подозрительных охранников в пределах досягаемости своего кулака. Он же - Черный Аркан, моща, центнер с лишком стальных мышц! Может, потому и не слыхивали в древности ни о каких гномах? Побаивались Бессмертные оказаться промеж человеческих разборок... ага, а Бородатый Верблюд? Где-то именно здесь и присоединился он когда-то к его, в смысле, Кыррабалты, крохотному тогда отряду.

Он внимательно посмотрел на предводителя гномов. Айсхэнд, да? В свете новых фактов, то есть существования-таки гномов, появление старого побратима на поверхности вызывало множество недоуменных вопросов. Начиная с самого простого: а с чего это ты, дружок, вообще в моей жизни появился? Ну не просто же так? Просто так гномы в своей стране сидят. Э?

Мда. Вопросы есть, да задать нельзя. Слышно всё! Сканеры, датчики, системы орбитального слежения. Информационное общество страшнее рабовладения, вспомнить хотя бы тот же Арктур.

Старый побратим ответил ему таким же внимательным взглядом. У него тоже копились вопросы, это очевидно. И тоже никак не задать. Пока никак. А вот когда отойдут они поближе к степи, тогда и начнется выспрашивание. И к тому моменту надо четко понимать, о чем стоит говорить, а о чем не очень. Но для выводов пока что мало информации. Как всегда.

Кстати, Арктур. А чего это ткань на фургонах так напоминает мягкую броню тамошнего спецназа?

Он тут же сунулся проверить. Пока подросток, надо пользоваться. Нельзя упускать возможности ознакомиться с оружием, из которого тебя, может, будут когда-нибудь убивать.

- Броневая ткань! - с гордостью пояснил молодой гном, похлопав по фургону. - Изнутри прозрачная! Это у нас такая особая магия! Потому и бойницы для арбалетов маленькие, лишь бы стрела прошла. Абсолютное оружие! Оцени! Для тебя, получается, старались?

И гном наградил его испытующим взглядом. Уж очень ему хотелось понять, для кого именно они старались. Понятно, что для подростка. Но вот для кого еще? Для самих подростков так не стараются!

А он охотно заглянул внутрь, пока разрешают. И чуть не присвистнул от удивления. Пластик, вот провалиться на месте! Изящные смертоносные игрушки, по четыре вдоль каждого борта, даже отдаленно не напоминали средневековые арбалеты! Но мощи в них было явно побольше! Такие бы в свое время к сосновых островам, да на его стороне!

- Ну как? - гордо спросил гном.

Впечатляет, - признался он. - Особенно цельнолитые колеса. Помягче ничего не нашли?

- Ты знаешь, что такое цельнолитые колеса, - задумчиво отметил гном. - И знаешь, что можно бы и помягче. Знаком с нашей магией? Нет, откуда бы. Мал. Да к тому же человек...

Гном озадаченно выпятил нижнюю челюсть, вытянул губы и стал очень похожим на лошадь. На думающую такую лошадь. Мыслитель. Родену б с него ваять.

Фургоны выкатили все. Стали торопливо кидать внутрь какие-то мешки и ящики.

- Прынцесса, а не желаешь ли одним глазком зыркнуть на будущее свое королевство? - соблазняюще проворковал Верблюд. - На подземную его часть?

Надия, сытая, отдохнувшая и даже искупавшаяся, немедленно возжелала, хотя он на ее месте сидел бы в кустах и не высовывался, коли на голову будущей королевы мира объявлена охота! Вон даже гномы Бородатого Верблюда и то поглядывают странно на дорогую добычу!

В глубь горы уходил сверкающий огнями проспект. Ничего особенного, на том же Арктуре подземные мегамаркеты были поболее. Там, правда, не стояли вооруженные до зубов гномы на входе. Зато имелись корпоративные охранники - тоже злобные и подозрительные ребята.

- Я Айсхэнд Южной таможни! - рявкнул в лицо Верблюду один из подошедших гномов. - Да, я знаю, боевые повозки не несут энергетических установок и разрешены на вывоз - но обоснуйте целесообразность сделки!

- Я предъявил на бартер эльфийскую принцессу? - вкрадчиво напомнил Верблюд. - Предъявил. Эльфиянка настоящая, до самого малюсенького ноготочка? Неопровержимо да, стоит щупнуть! Вот тебе и целесообразность и спереди, и сзади - иди отсюда туда и любуйся!

Гномы за спиной предводителя таможенников опасно оживились.

- Но вы посредничаете! - завопил Айсхэнд Южной таможни. - Вы меняли принцессу на повозки для нужд Южного ущелья! А сейчас меняете повозки для нужд снаружи - а на что?

- На кого! - занудно уточнил Бородатый Верблюд и отступил на шаг.

- Так на кого?!

- Так на ту же самую принцессу! - объяснил Верблюд, изумленный непонятливостью Айсхэнда-таможенника. - Мне ж ее предоплатой отдали! Я повозки наружу, они мне прекрасную эльфиянку внутрь, и мы с ней в обнимку - опять же наружу, чтоб не видеть ваших завистливых рож! Слушай, таможня, ты чего такой непонятливый? Наверно, как и я, полукровка? Только у меня-то в родителях прекрасная эльфийка да почтенный гном, а у тебя-то зачуханный гном до большая такая корова в мамках! А большая потому, что маленькая ласки даже самого зачуханного гнома не вынесла бы без летального для себя исхода!

Глаза таможенника на мгновение остекленели: видимо, он с такой интенсивностью обдумывал ситуацию, что даже позабыл жить.

Как раз этот момент и выбрала прекрасная эльфийка, чтоб эффектно встать в проеме фургона. На прелестной девушке только и было одето, что кусок легкой ткани на бедрах да нечто приподнимаемое ветерком - на плечах. И не скажешь, что еще неделю назад это был воин.

- Верблюдище! - пропела она нетерпеливо. - Какой ты у меня болтун, оказывается! Дай ему повыше бороды да поехали!

Бородатый Верблюд с сомнением поглядел на подругу, но потом пожал плечами, коротко шагнул вперед и со всего размаху хрястнул таможенника в нос.

Вот такой язык гномам был близок и понятен! Мгновенно вспыхнула яростная драка. Охранников таможни на удивление легко отпинали и закинули в глубь тоннеля. Хотя по логике должно бы наоборот: профессионалы всяко должны быть сильнее! В охрану изначально берут кого поздоровше, так во всех мирах принято! Из чего следовало, что ребятки Верблюда - профессионалы гораздо более серьезные! И не просто так они оказались на пути принцессы пророчества! Хотя это было понятно с самого начала.

Из глубин прохода донесся угрожающий мощный топот. Верблюд испуганно втянул голову в плечи и замахал руками: гномы дружно навалились на створки, захлопнули их и подперли мощными плечами. Тут же изнутри на ворота посыпались злобные удары.

- Только что обнаружили, что эльфиянка со мной убегла! - прокомментировал старый диверсант с презрением. - Раззявы! Им принцессу оставлять - себя не уважать! Достойные сынки йетт-ан-шура!

- Верблюд, а вы вправду можете рождаться от коров? - с нездоровым любопытством спросила Надия.

- Принцесса! - возмущенно взвыл Верблюд. - За что ты нас не любишь? Ведь и мы - подданные твои! Кто тебе ляпнул этакую гнусь? Язык ему вырвать!

- Ты и ляпнул! - смутилась йоха.

- Да учила ль ты генетику, о неразумное исчадие похоти? Как... ну как, скажи мне, может гном - да от коровы?!

- А я знаю? - огрызнулась Надия. - Сам же говорил, что гномы - великие затейники в любви!

- Да не в этом же смысле!

- Да какие смыслы могут быть в этом деле?

- Вы, там! - оглушительно рявкнули через воздуховоды. - Жертвы гинекологического брака! Кончайте позорить гномью расу! Отдайте нам принцессу - и будете просто убиты!

- Вам всем - меня одну? - прозвенел возмущенный голосок эльфийки. - А ишачьего дерьма полную пасть?! Верблюд! Дай им по зубам немедленно!

- Прямо сейчас не могу! - пропыхтел гном. - Я ворота держу!

- Да отпусти, пусть выходят! И в зубы им!

- Ага, щас! Ты знаешь, кто там злобится внутри?

-Да в зубы им, чтоб не злобились!

Ворота сотряс мощный удар. Гномы захрипели, намертво упершись в камень.

- Вы, там! - снова заревели через воздуховоды. - В задницу ишачью вашу эльфиянку, не нужна она нам! Мы игрушками не балуемся, вышли из детского возраста! Нам принцессу пророчества подавай!

- Ах вы, отродья йетт-ан-шура! - задохнулась от возмущения эльфийская принцесса. - Как это - не нужна?

-А я-то вам зачем? - пролепетала Надия. - Вы же только с эльфийками... и коровами?

- Чтоб убить! - просветили ее через воздуховоды.

- Принцесса, я тебя сам убью! – прошипел Верблюд, из последних сил удерживая ворота. - Забудь про коров! Ну, пошутил я! Творец, да за что мне такое наказание - мерзости о гномах выслушивать, мать моя эльфиянка, отец мой сексуальный гном... Надия, ты не понимаешь, что выдала себя? Они только подозревали - но не знали точно! Спаси, Творец, нас же всех убьют!

- И убьем! - злорадно сообщили изнутри. - И надругаемся над мертвыми! И еще раз убьем! И так, пока не подохнете! Надия! Пожалей спутников своих! Они-то - идиоты полукровные, не ведали, чего натворили, что восстали против всей расы! Сдайся - да и простим мы их! Да побыстрее сдавайся, а то уж группа захвата рвется к запасному выходу! Дорвутся - и возжелаешь отдаться по своей воле, да поздновато будет! Ну же? Иди до нас! И не тронем тогда друзей твоих! Спеши, последние мгновения истекают!

- Ну, если так... - побелевшими губами прошептала йоха. - Жаль, конечно... как-то оно всё наперекосяк пошло с самого начала...

Надия покачнулась и неуверенно шагнула к воротам. Изнутри подбадривающе взревела группа поддержки.

- Куда?! - схватил ее за руку Верблюд. - Кому веришь? Гномам, что ли? Они врут всегда! Нет здесь никакого запасного выхода! Оно нам надо - своими руками лазейки для контрабандистов рубить?

- Да, но... ты тоже гном! - совсем растерялась йоха. - И тебе верить нельзя?

- Никому нельзя, мне можно! - мгновенно сориентировался гном. - Надия, ты чудо! Только ужас как доверчива! Ничо, это мы быстро исправим. Так, больше здесь делать нечего! Ребята, идем отсюда!

Гномы перестали упираться в дверь и деловито направились к фургонам.

- А... держать же?

- А зачем? - искренне удивился Верблюд. - Я ее запер сразу! Или я не Айсхэнд Южного ущелья? Здесь все двери в моей власти! А держали - так это я тебя проверял! Да их вот еще злил.

- Скотина! - сказала Надия и бессильно осела на камни. - Наверно, это и есть пытки - иметь дело с гномами?

-Да, скотина бы нам не помешала! - вздохнул диверсант. - Фургоны сами не покатятся! А малец? Как думаешь?

И гном пристально взглянул на него.

- Я думаю, по древней дороге нам нельзя возвращаться, - пожал плечами он. - Там где-то экстрим форс поджидают, если Эль не ошиблась. И еще кто-то помимо них. А лошади... их здесь все равно не найти.

- Маленький, а уже умный! - задумчиво отметил Верблюд. - И про древнюю дорогу знаешь откуда-то. Значит, по ней мы не пойдем. Да нам туда и не надо. А пойдем мы по древней дороге во Флоренсо! Там, помнится, был спуск через проплешину до самых степей. Ну, как говаривал мой побратим Черный Топор, сильнее человека лошади нет! Впрягайтесь, братия! Надия, принцесса моя, не сиди на камнях, сиди в фургоне! Видишь, тебе Эль ручкой машет?

- Тяжело будет! - засомневалась Надия. - Вы же руками покатите!

- Для гномов еще одну попку тянуть - вовсе не в тягость, а в сладость! - ласково шлепнул ее Верблюд. - Да и какая тут тяжесть? Прелесть одна, и ничего сверх.

- Убери руки от своей принцессы! Мужлан! Подсудобил же Творец с родней!

- Догадалась? - удивился Бородатый Верблюд. - Неужто меж нами сходство столь явное?

Надия застыла, а старый диверсант бодро потрусил в голову обоза.

- Не повезло тебе с дедом! - сочувственно прощебетала эльфийка из фургона. - Ох и похабник! Да и затейник! Да залазь сюда, я тебе такое про него расскажу!

- Ой, лучше не надо...

Два гнома подошли, бесцеремонно толкнули его в спину, уперлись в фургон и покатили. И славно покатили! Ни лошадей не надо, ни, как выяснилось, дороги даже! Передний гном только успевал оглобли крутить на поворотах.

Он подумал - и пристроился рядом с ними. Ощущения от гномов были... специфические. Словно между двумя быками идешь. В смысле, задавят и не заметят. Значит, гномы? Те, которых не бывает? А как это согласуется со струнной конфигурацией мира-Творца? Блин, не хватает знаний! Хоть бы раз получить серьезное образование! Может, это действительно иная раса! Но как удостовериться? На помойках, где он обычно обитал, ксенобиологию не преподают! Образование везде дорого стоит - а кем он бывал чаще всего? Шестаком-глиномесом, вот кем. Да еще и на окраине империи. Столиц на всех не хватает!

-Чего пялишься? - буркнул гном. - Шел бы отсюда! Всякая мелочь путается под ногами.

И он успокоился. Гномы? Да ну! Люди они, стоит только послушать! И никакой ксенобиологии не надо.

Эре. Снова дурачок!

Они остановились, когда начало темнеть. Гномы сразу взялись готовить стоянку к ночлегу. Но кое-кто нет-нет да и поглядывал в сторону Надии. Этак задумчиво. Мол, а не прирезать ли принцессу пророчества? И идти никуда не придется, и выгоды вон сколько ожидается.

Надия тоже перехватила эти взгляды - и испуганно глянула на него. А что он мог сделать? Он всего лишь подросток, берьх, как здесь говорят. А гномы следили за йохой жадными глазами, тут и техника незаметных перемещений мало поможет. В смысле, сам-то он уйдет в любой момент, а вот Надия... блин, она бы еще короче юбку надела! Не удивительно, что пялятся все время! Вот и союзник их, Бородатый Верблюд, тоже глаз не отрывает от Эль. Про принцессу пророчества забыл и вспоминать не хочет. И не замечает, что ее вот-вот прирежут.

На всякий случай он приготовился к уходу. И продумал путь. Он всегда по привычке имел путь отхода заранее. И часто случалось, что это удлиняло срок непрерывного существования на год-два. Мелочь, а приятно.

Так что, когда подвернулся удобный момент, он воспользовался им мгновенно. Случилось же это, когда из фургона выпорхнула эльфийка, потянулась сладко, улыбнулась всем, а Бородатому Верблюду в отдельности. И одета она была так, что на нее все уставились. Тут он Надию и украл.

Вообще-то украсть йоху - не такое уж и сложное дело, когда йоха согласная. Дернуть ее за руку, чтоб только пятки мелькнули в воздухе - и под фургоны. И под фургонами на максимальной скорости до камней, а там в кустики и дальше, пока гномы не отрывают глаз от вожделенного зрелища...

А дальше была скала, за которую они и укрылись. И наверх! А как иначе? И следов не останется, и не подумает никто, что по вертикальной стене ушли. Правда, это для всех вертикальной, не для него. Он по такой и забежать бы смог. Без помощи рук. Но с Надией пришлось лезть.

- Дернешь еще за руки - не выдержу и заору! - сердито прошептала снизу Надия. - Чуть кожу не снял!

В темноте йоха карабкалась за ним так напористо и безрассудно, что он диву давался. Ведь освети сейчас трассу - улетит с визгом! А пока не видит, как опасно - пожалуйста, проявляет чудеса ловкости!

Она опомнилась, когда им осталось пройти совсем немного. Причем именно пройти в нагромождении камней, лезть больше не требовалось.

- Эре, ты куда? - прошептала она ему в спину. - Эре, я не хочу! Мне во Флоренсо надо!

- А что ж тогда сбежала? - удивился он.

-Да... ты как дернул, как толкнул! Я и побежала!

Надия села на камень, обхватила коленки руками и сразу стала похожа на маленькую испуганную девочку. И как это у нее получилось при таких размерах, было непонятно.

Он осторожно снял ее с камня и пристроил удобнее - в ложбинку, куда нападала хвоя с деревьев, растущих на вершине. Выше шел обычный склон горы, заросший лесом.

Они отошли совсем недалеко, и следовало помнить, что этот мир, скорее всего - посттехнический. И неизвестно, какие бирюльки имеются в запасе у Эль Швадесенс. А так их хотя бы закрывали камни.

- Эре, я боюсь! - жалобно прошептала она.

Она действительно боялась. Боялась до судорог, до слепой паники. И все равно ей "надо во Флоренсо!" Блин, зарекался же иметь дело с женщинами! Вот ему во Флоренсо не надо. Правда, и живет в результате по канавам цивилизации.

Он достал из сумки умыкнутое заранее одеяло. Гномья магия, х-хе! А на вид так просто термоткань! Тоненькая, но гарантированно теплая.

Он расстелил одеяло на хвойной подстилке, переместил туда Надию и устроился рядом.

- Вот мне плевать на пророчество, - спокойно сообщил он. - Тебе во Флоренсо? Ну а мне в степь. Значит, у проплешины расстанемся. И дальше твоя судьба будет не в моей воле. Но сегодня переночуй здесь, а не внизу. Потому что внизу тебя убьют, без вариантов. Уж поверь моему опыту.

Надия кивнула и тут же пристроила голову ему на руку. Блин, онемеет же скоро.

Над головой разгорались яркие звезды. Внизу бубнили и перекликались гномы. Не так уж далеко они и убежали.

- Ищут! - прошептала Надия.

Он пожал плечами. Кто-то ищет, а вот Эль наверняка нет. И Бородатый Верблюд - тоже. У них подозрительно быстро сложился союз! И старого диверсанта вполне устраивает то, что хотя бы этой ночью за принцессой пророчества не потребуется присмотр. На ночь у побратима явно были более приятные планы!

Одеяло действительно оказалось очень теплым. Да еще и Надия, девочка, мягко говоря, не маленькая, грела, как мощная печка. В результате и он сам скоро начал гореть, как в лихорадке. Хотя это как раз было ожидаемо - потому что не раз создавало проблемы в прежних жизнях. Взрослая личность в младенческом теле - это еще терпимо! Подумаешь, прилетает иногда по одному месту ремнем за излишний ум. Но вот в подростковом возрасте начиналось веселье. Женщины, женщины вокруг! И все абсолютно недоступные! Сопливого подростка кто всерьез примет? Как говорится в одном мире - тестостерон из ушей капает. И слюна течет. И руки дрожат. И все это мучение - от одной лишь близости к красивой девушке! А если она еще и фигуристая - вот как Надия, например... да еще и еле одетая, как опять же Надия - тогда вообще трясет! Иногда удавалось успокоить себя напоминанием, что он не более чем прыщавый подросток, грязный и потный - но не всегда. Вот как в этот раз.

- Ты такой маленький и некрасивый! - вздохнула Надия созвучно его страданиям. - Эре, ну почему меня бережет мальчик, за что?! Вот если б был на твоем месте хотя бы...

И она мечтательно затихла.

- Зато я убить могу любого хоть на своем месте, хоть на другом! - буркнул он, смиряясь с ситуацией.

- Знаешь, Эре, я думала про твой апокриф из "Откровений", - помолчав, заговорила она о другом. - Да еще и на гномов посмотрела. Наверно, ты прав. Не нужна бессмертным королева. Ну и куда я тогда иду? На верную смерть? На смерть, да, Эре?

Ему стало ее жалко. Несчастная маленькая девочка.

- Я прямо отсюда могу провести тебя до своего будинка, - сказал он. - Да, я смогу. Помнишь, где мы ночевали втроем? Оттуда совсем недалеко до станции мандривок.

Будинок! - мечтательно прошептала она. - Замечательное место. Оно даже снится мне. Там так спокойно и безопасно... только я не могу! Хочу - но не могу! У меня долг! И еще приказ! Только ты не выспрашивай меня, ладно? Мне и так плохо, что ничего нельзя говорить! Просто ужас! Столько интересного произошло - и даже похвастаться некому!

-Тяжела доля разведчицы! - согласился он.

- А как романтично начиналось! - тихо вздохнула она.- Учеба в институте благородных девиц - самое прекрасное время моей жизни! Я тогда у лели жила, ну, у тети моей. Она старенькая, делать нечего, только обо мне и заботилась! Просыпаешься и видишь в открытое окно в синем-синем небе тоненький шпиль джамии. А по всему дому порцелановые колокольчики - услужник горячий шоколад несет. Накинешь хавлию покороче - и в столовую залу! В институте занятия рано начинались, так мы с подружками шли, а улицы пустые еще, и чистые-чистые! И из садов такой мирис, что голова кругом!

Институт - он очень старый, в самом центре стоит, на Люмеровой могиле, так пока дойдем, конногвардейцы начинают выезжать. И каждый обязательно улыбнется и скажет: "Утро ясно, хубавицы!" Ну как ему не улыбнуться в ответ? Так до полудня с улыбкой и порхаешь. А после полудня у нас начинались тайные занятия, там уж не до улыбок! Зато интересно, аж дух перехватывало! Как представишь, что это именно ты будешь ездить с тайными поручениями, станешь выведывать всякие секреты хитростью и лаской, умом и… лаской... Творче, какие мы были наивные! Порхали по жизни, как летние пеперуды! А после занятий шивач в мастерской ждет, новое платье готово - да такое дерзкое, такое смелое!

- Смелей, чем твоя юбка? - спросил он и невзначай дотронулся до нее.

А юбка-то сбилась. И разом перехватило дыхание. Здравствуй, отрочество, прекрасная пора, блин!

- Что ты! - усмехнулась йоха. - У меня скромная юбочка! В такой я бы в столице постыдилась на улицу выйти! Разве что если разрезов добавить?

Она мягко убрала его руку. Потом поудобнее устроила голову.

- А вечерами я на чардак выходила! - припомнила она. - Смотрела, как огняр по улице ходит, фонари включает. У нас на улице много интересного можно было увидеть! Огняр уйдет - глядишь, знакомый летец под чардаком стоит, зазывные песенки поет! "Хубавица Надия, ти моя мрия!" Представляешь? Такой забавный! Совсем стихи сочинять не умел! Ну как к такому не выйти? Мы с ним сбегали на ночные театры, в центре прямо на площади очень хорошие пьесы ставили. У меня любимая была, "Песня об Аспане и Айлие" называется. Я себя, конечно, Айлией воображала! Жалела, что не похожа на нее. В пьесе ее называют Айлия-Лунный свет, значит, она беленькая была, а я темная, кестенявая до черноты...

- Нет, ты как раз похожа, - рассеянно возразил он. - Она темная была. А лунный свет - это... метафора, вот что это. У степняков всё, что с луной связано, считается красивым, вот и суют где надо и не надо. Лунные волосы - это просто красивые. Может, еще блестящие. Ай-слу - красивая мордашка, Ай-лия - понятно что красивое, только неприличное... айгала-да - вали отсюда красиво, как-то так.

- А ты где пьесу видел? - насторожилась Надия.

Он прикусил язык. Засекла разведчица постельная! И не объяснишь теперь, что не видел, а сам участвовал!

- Вечный воин справедливости? - вдруг усмехнулась она. - Слышала я, что ты эльфам врал.

-----

Джамия - храм.

Порцелан - фарфор.

Леля - тетя.

Хавлия - халатик.

Мирис - одуряюще сильный аромат.

Хубавица - красотка.

Пеперуда - стрекоза, бабочка-однодневка, мотылек...

Шивач - женский портной, обычно подлиза и угодник.

Чардак - балкон с красивым ограждением, ну и чердак тоже, по ситуации.

-----

- Я...

- Врал! - убежденно сказала она. - Нас в институте благородных девиц и логике учили!

- Женской, - пробурчал он.

-Учили! Отсекай излишне сложное - знаешь такое правило? Откуда б тебе знать, ты и в учильне спал! Вот, если отсечь сложное, остается наиболее вероятное: ты воспитанник клана убийц! Правильно принц считает! И главный визирь - тоже.

И йоха многозначительно замолчала. А он чуть не взвыл в полный голос. Главный визирь?! Вот и перешел дорогу государству! Он зажмурился, представил, как скрипящий грифель выводит в тайном деле неумолимое "Санниэре - агент клана убийц", и ему стало плохо. Сколько можно забывать, что нельзя иметь дел с женщинами? Логику она изучала!

- Йоха! - безнадежно сказал он. - Ну какой из меня убийца? Да ты вспомни! Я – Эре-дурачок! Ты же меня сама три года в учильне наставляла!

- Плохо наставляла! - отрезала она. - Первую практику - и сразу завалила! У меня под носом избранник клана убийц проходил подготовку, а я вослед за пейзанами его за дурачка держала! И посейчас не могу понять, кто тебя учил! Эре! Ну сейчас-то признайся, кто тебя наставлял! Это не твой отец?

Надия возбужденно приподнялась и склонилась над ним. Опасно низко склонилась.

- Задавишь! - честно предупредил он. - И тогда я за себя не ручаюсь.

- Значит, не твой отец? - разочарованно сказала Надия. - И не Ялинька? Нет... И не мельник даже, мы одного гнезда птенцы... Ну Эре! Ты чего молчишь? Я же знать хочу!

И она принялась его тормошить.

По давней борцовской привычке он подбил ей руку и бережно уложил йоху на прежнее место. И прислушался - не засекли ли их возню гномы.

- Я поняла! - обрадованно сказала Надия. - Ты же ночами из дома убегал? Значит, наставник среди степняков прячется! Больше негде ему быть! И косвенное тому подтверждение имеется: ты Яху легко от степняков вернул! Значит, знают тебя там!

Он рассердился и закрыл ей рот ладонью.

- Фу, грязная! - возмущенно оттолкнула она его руку. - Эре, ты знай, я уполномочена вести переговоры и принимать решения! Ведомство главного визиря желает знать, какой линии станет придерживаться ваш клан в предстоящем междуцарствии!

А вот это было уже действительно опасно! Как ни ответь - всё плохо! Главных лиц государства может удовлетворить только полное подчинение, на то они и главные! Ухватили ниточку к неуловимому клану - теперь не отцепятся! Блин... Вот как заставить молчать разговорившуюся женщину, да так, чтоб она ничего не заподозрила?

Впрочем, средство было. На Аллию когда-то действовало безотказно.

Он наклонился и крепко поцеловал ее. Йоха разочарованно поморщилась.

- Эре, ты не забыл, у тебя уже есть дружинка? - напомнила она с насмешкой.

- В крепях Кыррабалты многоженство! - отмахнулся он легкомысленно и снова потянулся с поцелуями.

- Дикость и разврат! - прошептала Надия с отвращением. - Эре! Юбку не трогай, закричу!

- А как в столице женщины живут? - удивился он. - В одиночестве? А кто их защищает? Кто поддерживает в трудную годину? Кто мужскую работу выполняет, наконец? Или?..

- У нас в столице женщины замуж выходят! - прошипела йоха, сверкнув в темноте глазами. - И у меня, чтоб ты знал, жених даже есть! Его Едрен зовут, чтоб ты знал! Понимаешь?!

- Я понимаю, что замуж, - спокойно отозвался он. - Я не понимаю, что может дать своему супругу женщина, равнодушная к мужчинам - а таких много в природе. Вот как ты, например. Не честнее ли уступить место на супружеском ложе настоящей женщине? А самой можно быть младшей женой, то есть подругой, советчицей, игрушкой, наконец! И получить за это столь необходимый статус замужней женщины, защиту, помощь и понимание. Э?

Надия в затруднении молчала. Он с любопытством ждал.

- Дурак! - наконец догадалась она, как ответить, и сердито отвернулась.

Вот и поговорили. Ну, зато о работе ни одной мысли в некой прелестной головке до самого утра! Теперь Надия о любви будет думать всю ночь - и еще о гадах-мужчинах. Как и положено женщине. Логике ее обучали, понимаешь ли...

Он заботливо поправил одеяло и пристроился рядом. Когда еще доведется поспать рядом с такой роскошной красавицей, да еще и принцессой ир-Малх? Пусть даже побочной принцессой, судя по некоторым оговоркам.

Он задумчиво потрогал йоху. Хм. На ощупь принцесса ничем не отличалась от батрачки Яхи! Он еще раз потрогал, получил хлестко по рукам, успокоился и заснул.

Володя П.

"Не спать!" - напомнил он себе, потер виски, пару раз глубоко вздохнул и вырвался из цепкого дурмана.

Учительница подозрительно покосилась на его шумные вздохи и строго постучала авторучкой по столу. Он исступленно закивал, подтверждая, что уже не спит. В классе тихонько захихикали.

- Фигура называется симметричной относительно прямой А, если для каждой точки фигуры симметричная ей точка относительно прямой А также принадлежит этой фигуре... Фигура называется симметричной относительно точки О, если для каждой точки...

Голова сорвалась с потной руки и громко бумкнулась об стол.

- Переписчиков! - не выдержала учительница. - Ночью надо спать!

-За гипноз над несовершеннолетними уголовное наказание ввести надо! - не остался в долгу он. - Такое же, как за групповое изнасилование! Ну что это такое? Даже мое несравненное икусство полного погружения в предмет не помогает вынести ваши сдвоенные уроки! А что тогда испытывают остальные, беззащитные пред вашим черным искусством? Они спят с открытыми глазами! И вот эта реакция на новые знания у них закрепляется на всю жизнь! Ну кто так сложно говорит, вот кто?

- Педагоги так говорят, - спокойно отозвалась учительница. - Потому что обязаны давать классические определения, чтоб именно они и закреплялись в памяти. Вам же экзамены сдавать. Может, и скучновато для слабого ума. Но это, Переписчиков, все же геометрия, а не какой-то урок пения!

- Разница в чем? - не понял он. - Любые знания - отражение наших исследований жизни, что геометрия, что пение. Ну, это если Берен-йот-гали не соврал тогда. Но я думаю, что смогу выйти к доске и ответить - и всем станет весело. Как на пении. Ответить?

Учительница настороженно уставилась на него. Нет, она, несомненно, была в курсе, что Переписчиков любой урок способен превратить в балаган и разговоры о бабах, но... что, и геометрию тоже?!

Класс выжидательно притих. Учительница колебалась, совсем как в юности перед решающим свиданием.

Скрипнула дверь. В кабинет заглянула завуч, удивленная непривычной тишиной.

- Что происходит? - громко осведомилась она.

- Переписчиков рвется отвечать.

Обе женщины в затруднении уставились на классного смутьяна.

- Нечего! - гениально кратко решила завуч и величественно удалилась.

Класс разочарованно вздохнул. И тут учительница его сильно удивила.

- Выходи к доске, - с ироничной улыбкой предложила она. - Только обойдись без танцев. Здесь действительно не урок пения. И - по теме.

- Настаиваете? Не откажетесь? - поразился он.

В глубине глаз учительницы мелькнула неуверенность.

- Да, приступай, пожалуйста, - все же сказала она.

- Симметрия, - сказал он и глубоко задумался.

- Фигура называется симметричной... - тихонько подсказала учительница.

- Не, это я знаю, это элементарно! - отмахнулся он. - Симметричную фигуру можно сложить точно пополам, только и всего...

Он вдруг уставился на учительницу и просиял.

- Я понял! - восторженно заявил он. - Я понял, почему уроки скучные! Нет - убийственно скучные! Потому что долго изучаем элементарное - а дальше не идем! А ведь там самое интересное - там жизнь! А мы тут уткнулись в симметрию - и жуем, жуем!

Учительница пожала плечами и утвердительно кивнула. Да, именно в этом и заключался педагогический процесс - пережевать как можно тщательнее, чтоб усвоилось.

- Продукт такой глубокой переработки прямо в вены можно закачивать! - недовольно оценил он. - Нет, не в вены, а посредством клизмы!

Затаивший дыхание класс взорвался буйной радостью. Есть! Вована понесло! Из чего следовало, что урок кончился!

Авторучка учительницы тихо стукнула по столу.

- Ты обещал отвечать по теме урока! - напомнила она. - Ты обещал.

- Симметрия! - поморщившись, согласился он. - Да, я помню. Ну, то, что мы пол-урока жевали, я вроде ответил. Дальше пойдет интересное - сама жизнь! Я-то могу и продолжить. Вы настаиваете? Не откажетесь?

- Да, - невинно отозвалась она. - Приступай, пожалуйста.

Он с невольным уважением покосился на нее. В тихом омуте кто-то водится! Или действительно математика придает некое своеобразие мыслительным процессам?

Мел в его руке уверенно прошелся по доске.

- Симметрия по сути своей - оковы нашего мира, способ противостоять постоянному, чудовищному тяготению планеты. Все просто: если у дерева с одной стороны ветвь, то требуется противовес, чтоб не переломило ствол. И так во всем. Парные руки-ноги, все дублируется, мир становится уравновешенным и теряет свою неповторимость... да, неповторимость. И краски мира блекнут.

Он покрутил в руках мелок, вздохнул и набросал несколько рисунков.

- Шестеренки! - недовольно прокомментировал он. - Вот где царство симметрии! Шестеренки и колеса, дома и узоры на коврах! Мертвые предметы. А живая природа противится! И потому руки у нас разные. И по силе, и по функциям. И глаза разные. А уж как различаются отделы головного мозга! Сквозь вынужденную тюрьму симметрии прорывается жизнь - и радует нас! Вот даже танец - он очень уравновешен, и это понятно. Иначе брякнешься! Но даже в нем... хотя танцевать мне запретили... ну, тогда девочки? Вот где прелесть, верно?

Несколькими штрихами он мгновенно набросал знакомое всем лицо, и беспорядочный гул в классе мгновенно утих.

- Вован, ты рисовать умеешь? - выразил общее недоумение классный глашатай Типун.

- Ну, рисовать - это громко сказано. Всего лишь курс составления фоторобота, убийц всяких искать, маньяков, трупы опознавать... но Олька не маньяк, а Олька! Симпатичная, правда? А почему? Потому что есть отклонения от безжизненной симметрии! Вот смотрите: у нее глаза немножко не в одном уровне, и еще один больше другого. Чуточку - но больше. Неповторимость прорвалась сквозь заданную симметрию - и полюбуйтесь, какая получилась прелестная мордочка! Даже когда Олька абсолютно спокойна, кажется, что она поглядывает с лукавством!

- А Ирка? - выкрикнули из класса.

- Ну, Ирка...

Мел стремительно прошелся по доске.

- Ну, вот вам Ирка. На удивление симметричное лицо, даже подкрашиваться не надо, и так как неживое. А уж если накрасится - от куклы не отличить! От пластиковой! Но - даже в нем кое-что есть, иначе б наши ребятки не оглядывались. Кто заметил?

- Краешек губ приподнят слева! - уверенно заявил Ленчик.

- Верно. Только это и придает жизни...

Он мгновенно набросал остальные портреты.

- Ищите жизнь! - приказал он. - Собственно, для того и изучается симметрия, чтоб уметь видеть то, что вне ее! "Введение во вкрапления в симметрию" - вроде так называется базовый курс. Его в промышленных школах изучают практически везде, кроме плавней...

Он глянул на класс, одурело тряхнул головой и пришел в себя.

- Кроме плавней и Земли! - со вздохом поправился он. - Но все равно это доступный учебник, и простой, как полено. По нему можно одежду проектировать, лица править - и даже украшения разрабатывать.

Он неуверенно замялся.

- Есть еще направление, - признался он. - Но уже для больших оригиналов. - Философские аспекты симметрии мира. Но мы же не оригиналы, верно? На фиг нам надо знать, симметричны ли Добро и Зло, и если симметричны, то как именно?

Грянул звонок, но в классе против обыкновения никто не двинулся с места.

- Вовчик, да нарисуй ты всем в тетрадки, и мы пойдем! - приказала Олька. - Только ты обведи, чего у каждой криво и красиво, понял?

Он пожал плечами и прошелся по рядам.

- А Шурке? - поддел Типун. - Или не хочешь показывать, чего у нее там?

- Хочешь, тебе нарисую? - выдвинул он встречное предложение. - И даже не в тетради? И потом обведу.

Типун все понял и быстренько возглавил исход из класса.

- А вы, Переписчиков, останьтесь, - предупредила учительница. - Присаживайтесь.

Перед ней лежал классный журнал, открытый на странице с личными данными учеников.

- Ты, оказывается, уже взрослый, - задумчиво отметила учительница. - Это кое-что объясняет. Но вот седьмой класс, особенно ваш седьмой - это дикое, необузданное стадо. От сильных эмоций подростки сразу идут вразнос, и вернуть их в русло продуктивной умственной работы стоит... большой жесткости. Именно потому учителя вынуждены держать строгую, на первый взгляд бессмысленно строгую дисциплину. Иначе уроки не провести. Тем более что именно ваш класс...

Она замолчала и вопросительно глянула на него.

- Убогий, - со вздохом сказал он.

- Ты сам это сказал. А учителям такое говорить запрещено, потому что отбивает у слабых последнее желание учиться. Но с тобой можно говорить более откровенно. Может, ты будешь удивлен, но мне тоже хотелось бы посвящать учеников в тайны науки. Преподавать и видеть ответный огонь любознательности в глазах. Но... это удел не школы, а института. Или хотя бы специализированной школы. А в нашей школе я вынуждена... пережевывать, ты правильно назвал. Потому что быстрее твои одноклассники пока не могут. Только так, по крупинке, еще можно в них развить хоть что-то.

Он удивленно моргнул. Учительница оправдывалась. Провалиться на месте, но она оправдывалась! Блин, как хорошо, что Алиса Генриховна заболела, и представился счастливый случай встретиться еще с одним хорошим человеком! То есть не то хорошо, что Алиса Генриховна заболела, а...

- А вы способны посвящать в тайны науки? - невольно ляпнул он.

Учительница усмехнулась.

-Уел! - удивленно признала она. – Один - ноль. Я преподаю одно и то же. Из года в год. Медленно-медленно. Это, знаешь ли, отупляет! Отнимает все силы и время. А на мне еще семейные дела. Так что... нет. Уже нет. Я, кстати, ничего не слышала про твои... как ты сказал? Вкрапления? Какие вкрапления, я забыла даже то, что учила.

- Может, я не совсем точно перевел название, - виновато сказал он. - Языки Арктура не полностью совпадают с русским.

- Ах, ты еще и перевел...

Она с тоской поглядела в окно.

- Так много было времени в детстве! - пробормотала она - Жизнь казалась вообще бесконечной! Ты вон спишь на уроках, тебе делать нечего. А мне некогда, у меня работа!

- Нечего делать? - задумался он. - Смотря с кем сравнивать. Семейные дела на мне все, я же с отцом живу, без матери. Уроков... не меньше, чем у учителей. Две секции как-то надо отрабатывать, а одна в мегаполисе. Еще у меня театр. Да, и на пении Олеське помогаю, чтоб весело было. И еще домашние задания делать когда-то. Я потому и сплю на уроках, что ночью на сон мало остается. Так что...

- Два - ноль, - признала она с любопытством. - Ох и странный ты человек, Владимир Владимирович Переписчиков! Еще и рисуешь?

- Вас нарисовать? - понял он. - Настаиваете? Не откажетесь?

Учительница ему понравилась - так почему бы не сделать хорошему человеку приятное?

Она усмехнулась и уверенно приняла игру.

- Да, пожалуйста. Приступай.

Он подошел и аккуратно, двумя пальцами довернул ее голову в нужный ракурс. И, естественно, именно в этот момент за спиной скрипнула дверь класса!

- Пошли вон, уроды невоспитанные! - рявкнул он, не оборачиваясь.

Глаза учительницы сделались большими-большими...

- Во! Вот так и держать, я мигом! - восхитился он и метнулся к доске. Несколько штрихов - и лицо запечатлено!

- Володя, а ты знаешь, кого облаял только что? - слабым голосом спросила учительница.

- Да без разницы! Закон для всех одинаков!

Он полюбовался портретом, не выдержал и добавил несколько напрашивающихся линий.

- Портрет закончить? - поинтересовался на всякий случай он. - Или этого достаточно?

- Да уж достаточно, иди с богом...

- Настаиваете? - изумился он. - Не откажетесь?

- Иди уж! Что мог, уже сделал! - махнула она расстроенно рукой. - Закрой доску, я потом посмотрю. У меня урок сейчас.

И она взяла со стола очки.

- А я всего лишь хотел дорисовать одежду! - пробормотал он недоуменно. - И это меня считают похабником?! Дела...

Он в глубокой растерянности побрел из класса. Учительница ахнула, метнулась к доске, раскрыла... и вынуждена была признать, что слава Переписчикова - еще не вся слава! Причем он даже не был так уж оригинален - и к изумленному лицу пририсовал... вот была такая картина, где девушка на перроне придерживает подол. Ну вот это выглядело так же. Только без одежды.

И в этот момент в класс начали заходить старшеклассники...

Глава 2

Глава вторая

Эре - и не принцесса пророчества...

Утром случилось ожидаемое: Надия заглянула за урез скалы, побледнела и отказалась спускаться. Наотрез. Можно было, конечно, подняться немножко наверх и спуститься по склону горы - но кто он такой, чтоб мешать йохе быть настоящей женщиной?

- Я туда не полезу! - твердо заявила она.

- Туда - это во Флоренсо? - без особой надежды уточнил он. - Прямо сейчас увести тебя к станции мандривок?

Надия мученически глянула на него и промолчала.

- А я говорю, не сбежали! - раздался снизу жизнерадостный голос Бородатого Верблюда. - Разве что до кустиков? Так на месте мальца я б и до кустиков бегать не стал, прямо на месте ее уговорил бы!

- Верблюд, она внучка тебе! - прозвенел возмущенный голосок эльфийки.

- И что? Чему это мешает? А как тогда, по-твоему, разводят породы "в себе"? Чтоб сохранить ценные признаки, только так и делают, и неоднократно! А ты видела, какие у нашей принцессы замечательные признаки? И задумывалась ли, отчего большинство ваших семей синеглазые? Вот где наивность-то пряталась, как я погляжу! Ничо, это быстро исправляется...

- Эль, врежь ему повыше бороды, чтоб не хамил принцессе! - возмутилась Надия, высунувшись из камней. - Мужлан!

- Принцесса! - ахнул Бородатый Верблюд. - Ты как туда вознеслась? Ай да маля! Уважаю, просто уважаю! Такую йоху собой на вертикальную стену заманил!

Надия покраснела и чуть не спрыгнула со скалы, чтоб побыстрее разобраться с дедом. Пришлось ловить и вести в обход. И потом еще слушать несправедливые упреки в издевательстве над бедной йохой.

А гномов-то убавилось. Видимо, Бородатый Верблюд не всю ночь с эльфийкой провел - или же они оба ночью занимались одним делом! И вовсе не тем, которое подразумевалось. Подозрительно быстро сложился их союз!

Надия поспешила спрятаться от насмешек в фургоне. Разумное решение. Помимо прочего, не видно, что йоха бледная от страха. Он, как и прежде, пристроился рядом - и больше на него гномы не шикали. То-то же. И здесь начинает работать репутация!

Надии не было видно - зато из глубин фургона объявилась эльфийка, устроилась на каком-то мешке и блаженно улыбнулась. Гномы невольно засияли.

- Тащите, ага... - благосклонно кивнула синеглазая красавица.

- А я Дайнэр! - тут же сообщил гном. - А левого толкателя Динар зовут!

- Дайнер, не Осел? - удивилась эльфийка. - Не обижайся, я серьезно. У вас лица характерные, вон Айсхэнд на верблюда похож, и зовут его так же, а ты...

- Так мы же не эльфы! - гордо сказал сказал гном. - Мы-то понимаем, что красота - в характерности! Меня ни с кем не спутаешь, не то что эльфов! Это они все зализанные, одинаковые, сийн-о, короче! Унисексы - чем мы и пользуемся!

- Значит, тебя все же Ослом зовут?

- Друзья, - смущенно сказал гном. - Для прочих я Дайнэр, что означает «верный на всю жизнь»!

- Ты - никто! - зарычал прибежавший рысцой Верблюд, нависнув над подчиненным. - Ты никто, а я - Айсхэнд!

- Никто, - вздохнул гном. - Но это пока что...

- Принцесса, запрыгни в боевую одежду! - озабоченно приказал Верблюд. - И шлем накинь обязательно! И немедля! На Флоренсо по старой дороге идем, а она на всех картах указана!

- А мне комбез бедра натирает! - радостно сообщила эльфийка. - Он на мужчину был шит!

- Болт в задницу прилетит - не так еще натрет!

Эльфийка мгновенно переоделась и снова объявилась на мешке, умильно улыбаясь диверсанту. Тот удовлетворенно кивнул и убежал в голову колонны.

- Не жалеешь о мужской ипостаси? - спросил он эльфийку.

- Жалею, что долго противилась! - усмехнулась она. - Мужчиной жить тяжелее. Сейчас мне достаточно быть наивной дурочкой - и все восторгаются и носят на руках! Вот Осел мне уже друг - правда, Осел? - а станешь ли ты ему другом и когда, еще неизвестно.

Осел благодарно просиял красавице - а он задумался о том, какая серьезная сущность скрывается, например, под детской беспомощностью Надии ир-Малх. Получалось, что кто-то скрывается однозначно! Ведь Эл Швадесенс - он же никуда не исчез из простушки Эль? И какой-то свой Эл сидит в простушке Надие, выпускнице очень непростого вообще-то факультета. Сидит - и принимает решения. Идти во Флоренсо, например, на верную смерть. Приказ? Ну, приказ. Но на верную смерть?! Фанатизма особого в Надие вроде нет... Мало информации! Всегда мало! А идиоты-семиклассники еще учиться не хотят! Пожалеют потом, когда ничего не исправить!

Он подумал еще и пришел к выводу, что самое вероятное объяснение - Надия тянет с решением. Этак по-женски, до последнего. Пока не пристрелят.

Они остановились на краю огромной проплешины. Древняя дорога огибала ее по краю и уходила в распадок - и далее, в неведомое, во Флоренсо. А проплешина полого спускалась вниз, и где-то там, в знойном мареве, угадывались спаленные солнцем степи.

- Здесь разойдутся наши пути, побратим! - неохотно сказал Верблюд. - Мои ребятки помогут скатить фургоны вниз. А там уж ты сам, степняков своих зови или как... Ну, а мы с принцессой - вперед, к вечной славе! Ха! Остались у меня и среди эльфийского народа знакомства! Особенно - среди женской его части! Найдется кому поддержать принцессу и во Флоренсо! Главное - дойти бы дотуда! Может, с нами пойдешь, маля? Что тебе в этих степняках? А у нас намечаются великие свершения! Надия тебя пажом пристроит к своей юбке, тем более что у тебя уже получается! Верно, Надия?

Йоха нервно глянула на гномов и вцепилась в руку подростка. Бородатый Верблюд понимающе гоготнул:

- Ай да принцесса-педофилка!

- Верблюд! - возмутилась эльфийка. - Про йоху так не говорят!

- А про нас почему тогда можно?

- Верблюд, я... я с Эре пойду, - пробормотала Надия.

Наступила гробовая тишина.

- Ты не понимаешь, - наконец медленно сказал Верблюд. - У тебя пророчество. Чтоб стать королевой мира, ты должна стремиться во Флоренсо. Преодолевая опасности. А мы должны тебе помогать. И тогда под твое знамя стянутся соратники, и мы победим. Это - по пророчеству!

- А почему не пойдешь? - задумчиво осведомилась эльфийка. Надия мучительно покраснела.

- Я не принцесса пророчества, - еле слышно призналась она. - Я Ласточка, двойник-телохранительница принцессы.

- Но так не может быть! - запротестовала эльфийка. - Мой анализатор вовсе не нуждался в литре крови! Достаточно было контакта! Но контакт был, и прибор четко показал, что ты принцесса!

- Не анализатор, а идентификатор! - уверенно поправила Надия. - И сравнивал он с образцами из имперского хранилища, а их подменили одновременно с моим внедрением.

Эльфийка сконфузилась - но потом поглядела на Верблюда и звонко рассмеялась.

- Ты что творишь, йоха, что творишь-то?! - завопил побуревший от стыда гном. - Ты нас-то зачем дураками выставляешь? Мы тебя тогда зачем охраняем, а? А на Динара посмотри! Он, предатель, на тебя даже покушение напланировал!

Верблюд плюнул в сердцах, растер... отошел и отвернулся, чтоб наедине пережить свой позор.

- А кто не планировал? - огрызнулся молодой гном. - Половина планировала то же! Нам же место Айсхэнда освобождалось - тому, кто зарежет и при том живым останется! Братия, убирайте ножи, не потребны они более! Бессовестная ты, Надия! Как теперь место Айсхэнда добыть? Бессовестная... укажи тогда, где настоящая принцесса прячется! Хоть ее зарежем!

- Она погибла подростком, - пробормотала Надия. - Я с тех пор ее и при дворе заменяла.

- А почему открылась? - озадаченно спросила эльфийка. - У тебя был шанс вместо принцессы...

- Погибнуть был шанс абсолютный! - резко сказала Надия. - Королева мира никому не нужна! Никому! По лесам убийцы бегают, деревню армия осадила, гномы ножи на принцессу точат! Только бог меня и хранил! Был у меня приказ от отца являть принцессу вплоть до угрозы неминуемой гибели - ну так я его выполнила вдвойне!

- Гномы-предатели - вовсе не угроза тебе! - сообщила эльфийка примирительно. - За тобой не только Верблюд, и я еще присматривала. Мою службу у дяди никто не отменял. А он сказал: защити! И не все бирюльки у меня именные, осталось кое-что очень даже мощное! Любого могу обездвижить и отпинать!

- Их тоже? - язвительно кивнула Надия на лес.

Из-за деревьев к ним не спеша шли воины в непривычном коричнево-желтом камуфляже. Арбалеты они демонстративно несли на плечах.

- Их не могу! - вздохнула эльфийка. - Много. И стреляют метко. Это же "Ночные Коты"!

- Эй, долгоживущие! - крикнул предводитель "Котов". - Выдайте нам принцессу пророчества - или жизни поукорачиваем!

- Привал, братия! - вздохнул Верблюд. - Мы еды на долгий путь набрали - так отобедаем всласть! Пока еще остальные загонщики подтянутся.

Арбалетчики настороженно обступили гномов, которые распаковывали снедь.

- Да вы присаживайтесь до нас! - дружелюбно взмахнул копченым окороком Верблюд. - Я вам такую занятную историю расскажу про пророчество - ухохочетесь!

Вскоре из леса выступила очередная вооруженная до зубов партия поимщиков принцессы пророчества. Судя по сложению и манере переть, не разбирая дороги, это были гномы. Мирно обедающие бойцы встретили их злорадными улыбками. Гномы растерянно остановились, чувствуя подвох... А Санниэре вдруг понял, как много он успел сделать в этом благословенном мире. Сказано в завете, что за бессмысленное убийство даже воину - смерть. Ну а коли сказано - то и сидят все под прицелами спокойно, скалятся ехидно... ладно, пусть не спокойно сидят, пусть екает внутри от страха - но все же сидят, а не валяются, пробитые арбалетными стрелами со всех сторон!

Он усмехнулся и сделал незаметное движение, прикрывая Надию от ищущих взглядов. С другой стороны от йохи точно такой же маневр совершил Бородатый Верблюд. Эльфийка, озабоченно глянув на гнома, достала какую-то безделушку - по всей видимости, особо убойную. Надия, может, и подменыш - а как доказать? А не докажешь - убьют.

Что ж, эта очевидная мысль пришла в голову всем. И подчиненные Верблюда уже незаметно стали передвигаться поближе к фургонам - а гномы-поимщики так же незаметно перекрыли им путь... но тут из леса появилась коренастая фигура, замахала руками и зычно крикнула:

- Эльфы идут!

Еще одна партия охотников за принцессой пророчества вышла на тропу войны - и спутала планы всем остальным! Гномы подхватились и резво бросились к лесу. А "Ночные Коты" решили, что самое лучшее в данной ситуации - занять круговую оборону. И на всякий случай против всех сразу.

- Что делать-то, маля, к какой цели стремиться? - пробормотал Верблюд в смятении. - Если есть еще информация - делись сей же момент! Верной службой расплачусь! Ради братства нашего нерушимого - скажи, ежели еще что важное знаешь, что выбор поможет сделать!

Он заколебался. Вот почему момент выбора наступает всегда неожиданно? Блин...

- Быстрее решайся, убийца! - прошипела эльфийка. - Как камнем по голове, так не задумывался!

Надия остро глянула на них - и отвернулась. Верблюд, поняв что-то свое, просиял, кивнул - и гномы резко сорвались с мест, подхватили взвизгнувшую Надию, бросились к фургонам и покатили их все быстрее и быстрее вниз. Вслед им на всякий случай полетели стрелы от "Ночных Котов".

- Надеюсь, я верно поступил? - поинтересовался Верблюд, бегущий рядом и прикрывающий его от стрел своим телом в мягкой броне.

- Какая разница? - сказал он. - Все равно же убегать? А вниз легче, чем вверх. Но вообще-то внизу у Надии есть отец. Эльфийский принц. И он Надию признал. Как думаешь, он мог перепутать дочь с двойником?

Верблюд подумал - и довольно гоготнул.

- Ай да маля! - радостно заявил он. - А пойдем-ка мы за тобой! Даже побежим! За тобой и за Надией! Я к тому же и службой обещался отплатить...

- Вам же во Флоренсо?

- А мы будем считать, что во Флоренсо - это вниз! - беспечно сказал гном. - Во Флоренсо вообще-то многими путями можно попасть. Можно даже сказать - все пути ведут во Флоренсо! В каком-то смысле.

Гном почесал между лопатками, куда угодил арбалетный болт, ругнул меткость "Ночных Котов" - и рявкнул, приказывая не держать тормозов.

Фургоны стремительно покатились вниз. Во Флоренсо. Ну, в каком-то смысле.

Дребен Хист - и профессионализм

Лагерь пограничного легиона с обзорного холма на этот раз смотрелся безлюдным. Бегали немногочисленные фигурки, грузили какой-то обоз – и всё.

- То-то же, - удовлетворенно сказал командир «Кулаков». – Притихли под веником. Осознали, когда мы «Щитоносцев» прямо в лагере достали! Уникальная операция, в наставления для офицерских училищ войдет!

Здоровяк еще раз оглядел лагерь, оглянулся и почему-то поежился.

- Дребен, как-то мне не по себе! – пожаловался он. – Свербит одно место и свербит! А оно, ты знаешь, у меня очень чувствительное к неприятностям с некоторых пор. Поехали отсюда, а?

- Нам назначили встречу, - напомнил Хист. – Переговоры.

- О переговорах речи не было! – нервно возразил Урсаш. – Только о встрече! А встречи – они разные бывают! Арбалетным болтом можно встретить, к примеру – а знаешь, как стреляют погранцы?! Я вот знаю, до сих пор свербит! Одним выстрелом уничтожить самозваную гадину – что может быть проще? Я бы на их месте уничтожил! Дребен, у погранцов командир сменился, и похоже, он профессионал. Мы ж почему к ним теперь в лагерь ни ногой и посты убрали подальше? Вот потому! Да Дребен же!

«Кулак» еще раз огляделся – и переменился в лице. Из-за дальних холмов двумя вереницами выкатывались пароконные платформы, деловито заключая обзорную вершину в кольцо. Блестело на солнце оружие, арбалеты недвусмысленно поглядывали в сторону двух всадников.

- И не ускачешь! – тоскливо сказал Урсаш. – Любеевского битюга разве заставишь скакать? Только жрать силен, с-скотина…

Бойцы горохом посыпались с платформ, начали строиться.

- Они чего? – недоуменно поинтересовался Урсаш. – Колонной нас топтать решили?

Хист нервно обнажил саблю.

- Ну, брат мой! – хрипло сказал «Кулак». – А и славная будет смерть! Встанем же спиной к спине!

От строя пограничников к ним легко пошел высокий худой воин. Узкие глаза и пшеничного цвета волосы недвусмысленно намекали на его степные корни.

- Эпсаар Хист? – уточнил воин с нехорошей улыбкой. – Предлагаю вам сдаться и принять пограничный легион под свое командование.

- Нет! - мгновенно среагировал Хист.

Пограничник сочувственно улыбнулся.

- Тогда убьем, - сообщил он.

- Дребен, соглашайся, я жить хочу! – прошипел Урсаш.

- Как соглашаться, если я не умею?! – не сдержался Хист. – Не умею, понимаешь? Легион водить – это не полицейским отрядом командовать! Это… легион!

- Тяжела доля принцев, - серьезно сказал пограничник. – Груз ответственности, он… гнетет. Но как иначе? Судьба империи на твоих плечах!

«Кулак» поперхнулся. Хист свирепо уставился на пограничника, выискивая на его лице следы насмешки.

- Только общее руководство, - поспешно сказал пограничник. – Остальное мы сами.

- Ну, вы выбрали! - озлобился Хист.

Сверкнула на солнце вскинутая вверх именная, выслуженная спортивными победами сабля.

- Бойцы! – гаркнул Хист, надрываясь. – Наши славные враги! Вы еще не знаете, кому вверили свою судьбу!

- Слава императору! – грохнул в ответ строй.

Хист растерянно оглянулся на пограничника.

- Продолжай, у тебя здорово получается! – заверил тот.

- Я поведу вас в тяжелейшие битвы – и заведу! – заорал Хист. – Вы пройдете через немыслимые испытания! И погибнете все страшной смертью, ит-тырк-кнорс-кнурсе!

Строй дрогнул. Один за другим бойцы опускались на одно колено, склонялось к земле грозное оружие.

- Братья в жизни и смерти, смертию смерть поправ… - тихо загудели слова священной клятвы.

- Ну, я вас предупредил! – выдохнул Хист.

-=-=-=

Офицеры не спеша ехали к Ирче, в стороне скрипел обоз. Возницы-пограничники, похоже, прекрасно знали, где находится очень секретный лагерь бунтовщиков, и везли продовольствие именно туда.

- А ты, собственно, кто? - невинно спросил пограничника Хист.

- Офицер для особых поручений при ставке императора, - с достоинством сказал пограничник. - Тайный. Эпсар Джайгет, при исполнении!

- А что ж только эпсар, если тайный?

- Мне звания не требуются! - ухмыльнулся Джайгет. - Должности хватает! Тем более ваши звания все с поганым значением, как подэпсара, например... а мою должность никак не переиначишь!

Командир "Кулаков" насмешливо гоготнул:

- Да ну? А вот слышал я, что есть некий человек при ставке, "для особых поз" - слышал, но не верил до сих пор, что приличный эпсар согласится на такую должность! Ан нет, нашелся, оказалось, кто и согласен!

Пограничник как-то поскучнел и убавил гонора в голосе - так что дальше они разговаривали вполне на равных.

- Началось-то с чего? - рассуждал Джайгет. - Понятно, с пророчества. Кому надо, тот про места Силы знает. И тот, кому надо, понимает, что восшествие королевы, которая объединит расы бессмертных и утвердит их превосходство над людьми навсегда, именно людям совсем не нужно. Ну и отправили в Гончары обычный полицейский патруль. А в нем - человека со специальным заданием под личиной первого десятника. Всего-то надо было агенту проследить, чтоб эпсар Борз изничтожил принцессу наверняка. Но тут как будто бог вмешался - руками никому не известного выпускника полицейской школы. И понеслось непонятно куда! Эпсар Борз в реке захлебнулся, где и курицу не утопить, первый десятник якобы со скалы упал... Ну, бывает, решили в ставке. Тут как раз армейскую часть выдвигали против степняков - перенаправили ее в Гончары. А следом, чтоб подстраховаться, Смотрящего офицера генштаба и до кучи - аж целую группу спецназ "Кулак императора". Ну а мои головорезы из «Ночных котов» отдельно подтянулись. И все для того лишь, чтобы вычеркнуть из игры принцессу Ир-Малх. Но, видно, есть в эльфийском пророчестве какая-то не понятая нами сила - потому что оно исполняется, несмотря ни на что! Причем по отдельности вроде все объяснимо! Смотрящего в нужнике утопили - бывает и не такое в нашей армии. "Кулакам" по мордасам настучали - редко, но бывает. Принцесса сбежала - сплошь да рядом происходит, смотри любую балладу... А вместе - уже невероятно! Ну да, принцессы убегают - но ведь их ловят, о чем в балладах, конечно, ни слова... А что б не поймать придворную дурочку в густом лесу? Просто идешь по обрывкам платья! Ну, "Кулаки" сходили. Чтоб вы знали, "Ночные коты" тоже участвовали в соревновании. Они вообще из леса не вернулись... да что лес! Мы уже изготовились к захвату усадьбы тхемало, когда вы там перестрелки начали! Но как принцесса удрала, не отследили тоже!

Командир "Кулаков" невольно крякнул и поскреб сферу.

- А потом империя кончилась, - невесело сказал пограничник. - И начался хаос. "Бессмертных щитоносцев" нелегкая принесла, кто в столице у власти - не очень понятно. И что делать пограничникам? Я с этими ребятами гномьи войны прошел, я за них отвечаю! Хайван, скотина жирная, получил, чего выпрашивал, так что все удачно сложилось. Отряд мы с ребятками маленько почистили - да и решили присоединиться к тому, кто бережет людей. Это - по заветам! Пусть в империи о них многие забыли - но не пограничники! А еще мы вот что подумали: в смутные времена легко потерять все - и все приобрести... но, если вовремя присоединиться к удачливому претенденту на трон, шанс приобрести все несколько увеличивается, э?

И пограничник выжидательно уставился на Хиста.

- Командир! - вдруг обрадовался Ворта Урсаш. - А ведь погранцы тоже не все знают!

Хист невольно улыбнулся. Присутствие в игре эльфийской боевой звезды станет для пограничников болезненным открытием! Блицштурм, например, неделю в себя прийти не мог.

- Я что-то упустил? - недоверчиво спросил пограничник.

Урсаш приятельски хлопнул Джайгета по плечу.

- Увидишь! - пообещал он радостно. - Тебе понравится!

Пограничник заинтересованно разглядывал временный лагерь беженцев. Долина Ирчи, насколько было видно, вся была заставлена юртами. Дымились синим кизячным дымом костры, у жаровен деловитые степнячки в шароварах и цветастых рубахах что-то готовили, джабеки прохаживались, важно выпятив животы, ребятня сновала всюду, орала до звона в ушах, легиньхи лупили какого-то воришку из Ит-Тырков...

Эпсар Джайгет недовольно поморщился. Беспорядок и толкотню он терпеть не мог просто в силу своей должности. Построить бы степняков в две шеренги да заставить прибрать лагерь! И чтоб траву щеточками расчесали, чтоб все травинки в одну сторону были наклонены! Нет на них настоящего командира! Бродяги и овцекрады, грязные отродья Имангали - что бы последнее ни значило...

А вот временная деревенька Гончаров - совсем другое дело! Повозки и фургоны расположены геометрически правильным кругом, чистота вокруг, отхожие места выгорожены подальше от стоянки, своры сторожевых псов в проходах между фургонами скалятся кровожадно - и почему-то полицейские в охранении. А внутри стоянки продолжается привычная деревенская жизнь, словно и не случилось ничего, словно не было бегства в неизвестность из-под удара сдуревших "Щитоносцев". Дневные дела все переделаны, вечерним еще время не подошло - а потому в центре стоянки горит потешный костер, и вокруг пляшет деревенская молодежь, притягивая завистливые взгляды всего степного лагеря. Еще б не притягивать: несется стремительно танцующая лента-змея, а впереди обворожительная Знобинька выделывает немыслимые фигуры, сверкая голыми коленками. Это зрелище эпсару понравилось особенно, он даже усы подправил и задержался посмотреть.

- Ворта, на пару слов! - отозвал Хист спецназовца.

У Хиста было всего несколько минут - пока Джайгет не может оторвать глаз от деревенской красотки.

- Немедленно! - прошептал Хист. - Слышишь? Немедленно найди Яху! Подбери ей гномью броню! Ничего не подойдет - свою снимай! Лично ее переодень, накинь забрало на лицо - и чтоб поднимала его только для попить-покушать! Приставь охрану - негласную охрану, но такую, чтоб к ней и близко никто не мог подойти! А лучше всего - прими ее в группу в качестве нового бойца! Она девочка крепкая, выдержит! Джайгет - пока что не тот человек, кто должен что-либо знать о Яхе! Особенно если учесть, что погранцов намного больше, чем нас всех, вместе с Ит-Тырками даже!

- Дребен! - строго прошептал Урсаш. - Ты меня обижаешь! Мы давно уже все это сделали! Вот разве что в броню не переодели - и то лишь потому, что деревенским в глаза бросится! Да неужели мы б оставили императрицу без защиты?!

Хист невольно вздрогнул.

- Даже мельниковы сынки понимают, что Яха - будущая императрица! - ухмыльнулся Урсаш. - Или даже и не будущая, э? Надо бы повспоминать, когда она синее надела - вдруг не только императрицу бережем, но и будущего первого принца правящего дома ир-Хист?

- Вот и Ялинька так же считает! - буркнул Хист. - Так... вот что еще - пришли ко мне эльфийского принца!

- Да где я его найду?! - охнул спецназовец. - Здесь вон сколько степнячек! А у них и кроватей нет! Всю степь обшаривать, что ли?

- В шатре у Асиа! - подумав, посоветовал Хист.

Урсаш поскреб сферу и исчез. Зато вскоре объявился, как ни странно, недовольный эльфийский принц. В полицейском камуфляже и маске.

- Джайгет! - неуверенно сказал Хист. - Вот если бы ты рулил в ставке императора...

- Так император же погиб?

- Ставка осталась. И главный визирь - тем более. Вот если б ты рулил... что бы ты сделал с неким зарвавшимся самозванцем, который влез в пророчество и мешается у всех под ногами?

- Прижал бы его к горам, лишил маневра и раздавил! - пожал плечами пограничник. - Это же очевидно!

- Кому очевидно? - вздохнул Хист. - А я вас предупреждал. Принц, карту. У нас что вообще на востоке?

- Принц? - не понял пограничник.

Ему никто не удосужился ответить. Похоже, мысль о восточном направлении принцу в голову тоже ни разу не приходила. И сейчас он выглядел очень обеспокоенным!

Послушно развернулась проекция.

- Оп-па! - воскликнул уязвленный Джайгет. - А почему диверсанты высветились?! Мои колдуны блокаду ставили! А потом мы их грохнули, а блокада осталась, и не снять никак... или как?

На него не обратили внимания.

- Что-то я не понял, - пробормотал принц. - Вот что это светится? Да много! Миграция, может? Сезонная... бараны там, овцы какие-нибудь?

- Бараны - это здесь, а не там! - угрюмо сказал Хист. - Мы и есть бараны! Так, без паники... так... принц, я хочу ЭТО видеть!

- Поехали! - пожал плечами принц.

- Объяснения будут? - обиделся пограничник.

- Вот сейчас мы туда поедем, - пообещал Хист рассеянно. - Туда, значит, поедем... и если там то, что я понял, то обратно мы как драпанем! И тогда тебе все сразу станет понятно! Ты мне другое скажи: можно ли как-то, вот чисто теоретически - хотя какое там, блин, теоретически! - вот можно ли перебросить на восточное направление, например... армию?

- Армию? - слабым голосом переспросил эпсар Джайгет. - Какую армию?

- Ну, например, Первую приморскую полной комплектности... хотя, судя по свечению, их там как минимум две!

- Вот теперь я тоже хочу ЭТО видеть! - заявил побледневший Джайгет.

-Так поехали! - раздраженно сказал эльфийский принц.

Он тоже хотел ЭТО видеть!

Они увидели ЭТО уже в сумерках. Мириады огней. Целая армия остановилась на ночевку! А может, даже две? Всего в паре дней марша до ставки самозваного императора!

Потом на них выехал многочисленный патруль, причем как-то до обиды неожиданно. Как они драпали! Хист - впереди всех! Ну, это как раз понятно: со степняком кто сравнится?

Эпсар Джайгет догнал Хиста каким-то чудом.

- Император, а я понял! - проорал он. - Армию провели через восточный перевал! Его эльфы блокировали! А с другой стороны - гномы! Значит, они и пропустили! Во как они желают истребить принцессу пророчества! И тебя - тоже!

Хист подумал - но так и не понял, гордиться ли ему оказанной честью или вовсе наоборот. И на всякий случай решил драпать еще быстрее.

Первая приморская – образцово-экспериментальная

Первая приморская армия была широко известна в военных кругах империи. Известна в основном потому, что именно их приводил император на каждом совещании в качестве образца для подражания. Ну еще бы: кто может быть славнее бравой морской пехоты?! Противник трепетал при одном виде черно-синих когорт головорезов! В смысле, условный противник условно трепетал. Воевать не на учениях армии как-то еще не приходилось, насчет повоевать - это к погранцам, пожалуйста.

Еще Первая приморская была славна тем, что у них не было разведчиков. Это было гениальной новинкой нового начальника штаба, и он ей искренне гордился. Отслужив немало лет в армии, он достаточно нагляделся на подразделения бездельников, почему-то считающихся элитой войск - и более не собирался их содержать. Да с чего?! Разболтанные, своенравные, заносчивые - а вся их служба заключалась в том, что они тайком ночами куда-то бродили! Да любой солдат-самовольщик провернет то же самое и к тому же в свободное от службы время, не требуя никакого особого, как правило, очень дорогостоящего снаряжения, дополнительных окладов, тренировочных полигонов! Да солдат-самовольщик вообще старается не выпячивать свои подвиги, в отличие от разведки! Так что Первая приморская решила обходиться без разведчиков. Вообще. Ну разве что конные патрули имелись. Но это не разведка, это ближние патрули!

Как ни странно, такая военная концепция оказалась очень даже эффективной. Пока условный противник на учениях высылал разведгруппы да анализировал противоречивую информацию, черносиние когорты наваливались на любого в пределах досягаемости и долбили в пух и прах. И раздалбливали, естественно, при своем-то многократном превосходстве в численности, вооружении и боевой выучке!

Вообще-то и самозваного императора ожидала та же жалкая участь. Прямому удару когорт морской пехоты Дребен Хист не мог противопоставить ничего.

Экспедиционный корпус грозным маршем двинулся через восточный перевал. Ни обоз, ни какую иную обузу морские пехотинцы с собой принципиально не взяли. Зачем, собственно? Недельный рацион в ранец, личное оружие в заплечные чехлы - и вперед! А за неделю любого противника можно - и нужно - стереть в порошок! И со славой вернуться в порт приписки, где были все излишества жизни, такие приятные после ратных трудов.

И все шло просто замечательно, пока запретным перевалом не выбрались в степь, в самое подбрюшье мятежников.

Во-первых, степь оказалась большой. На первый взгляд, так гораздо больше полигона! Мёрд-а-мэр, она вообще казалась бескрайней! В смысле, не было видно, на кого нападать всей мощью. На полигоне-то, понятное дело, такой трудности не возникало. И как с этим справиться, было не совсем понятно.

Потому что, во-вторых, навигационное оборудование отказало. Совсем. Бессмертные, когда пропускали когорты на перевал, об этой особенности степи почему-то умолчали. Штатные же колдуны разводили руками. По их объяснениям получалось, что кто-то их просто выкинул из системы без права закинуться обратно! Что это значило, только сами колдуны и могли понять. Судя по их растерянным физиономиям - ничего хорошего. В смысле, раковины не заработают. Так что командир экспедиционного корпуса, собиравшийся командовать по своей привычке прямо из военного городка со всеми излишествами жизни, оказался отрезан от своих браво марширующих колонн. Но в штабе не растерялись. Вот же они, горы! Идти вдоль гор примерно во-о-н туда - как раз на мятежников и выйдешь. Опять же, начальник штаба обладал замечательной зрительной памятью, как и большинство штабных, и карту помнил довольно точно. Вот, например, по пути речка должна встретиться. И, кажется, не одна...

Построились, пошли. И славно пошли! До первой речки. Там обнаружилось, что в степи люди живут. Не то чтобы это было совсем неожиданно. Подобное предполагалось. Но предполагалось также, что все живое от когорт разбежится в страхе.

- В соответствии с инструкцией никого не щадить - раздолбать в пух и прах! - распорядился начальник штаба.

О том, что мирные вне войны, начальник предпочел не вспоминать. Зачем заветы помнить, если есть инструкция?

Уже после боя начальник штаба смог разобраться, что же произошло. В смысле, почему не разбежались, а наоборот, кинулись в бой, как звери. Степной клан куда-то двигался. Может, на соединение с мятежником. А у реки остановились, вероятно, на очередную дневку. Двигались-то степняки вместе со скотом, с повозками какого-то вонючего войлока, дети там бегали туда-сюда... Так что женщины-дети-старики просто не успели сбежать. А конные воины не могли бросить свои семьи. Говорят, такой у них в степи закон. Ну и дураки. Морские пехотинцы без напряжения положили всех до одного. Правда, потом в штабе посчитали своих погибших и ужаснулись. Все же морская пехота - это не "Кулаки императора". Что "Кулакам" охотничьи стрелы! Опустил забрало и вперед. Иное дело - отчаянно храбрая морская пехота. Прилетит стрела в лицо - и готовь погребальный костер! А они часто прилетали. И не то чтобы было жалко пехотинцев. На то они и солдаты, чтоб погибать и долг исполнять. Но - вокруг недружелюбная, непонятная степь, а на марше не вся армия, лишь самая боевитая ее часть, и если у каждой речки терять по столько бойцов, скоро стрелы и в штаб начнут залетать! Так что в штабе поморщились, поморщились... приказали собрать всех лошадей, даже из-под офицеров выдернули, и пустили перед когортами усиленный конный патруль. Понятно, что первоначально патрули не предусматривались. Зачем, если командирские раковины высокой степени допуска высвечивали каждого жирика в степи? Поначалу высвечивали. А сейчас вот потребовалось глазами разведывать, куда идешь - и на кого напорешься. Но ведь это же не разведка, так ведь? Просто... ну, идет одно подразделение чуть впереди других. Всегда кто-то идет первым! Так что концепция армии без разведки нарушена не была.

Построились, пошли. Но уже рывками, а значит, медленнее. Пока патруль окрестности обшарит, пока посыльный доскачет с сообщением, что можно двигаться... раковины-то не работают. Но все равно славно шли.

Шли, но сомнения множились. Вот уже вроде бы пересекли речек больше, чем помнилось по карте. И по времени выходило, что пора развернуться в боевые порядки, прижать мятежников к горам да и растоптать самозваную гадину. А мятежников все не было видно. И как эти сомнения рассеять, не очень понятно. На полигоне таких трудностей не наблюдалось. Маленькие они, полигоны, хорошо изученные, да и раковины там работают совсем не так, как здесь. И что делать?

Степняки в таких случаях считали почему-то, что, если решение не найдено вечером, оно обязательно явится само утром в виде некой мудрости. Но у степняков вообще странные верования, а офицеры точно знали, что утром является разве что похмелье. Так что колонны остановились на ночевку, а штаб уселся думать.

- Мятежники, наверно, сплошь на конях, - осторожно высказал пробное предположение первый планировщик. - По ориентировке они со степняками знаются, могли у них коней купить.

Начальник штаба благосклонно кивнул. Да, он допускал подобное. Хотя слово "купить" резануло слух. Армия не покупает, армия берет!

- Нам их пешком не догнать, - последовало более смело второе предположение.

- Уйдут и нас опозорят! - высказался и второй планировщик. - Надо бы их как-то к горам прижать!

- А как? - искренне полюбопытствовал начальник штаба. - Ну, смелей, проявляйте разумную инициативу!

Офицеры вспомнили, что бывает в армии за инициативу, и дружно замолчали.

- Надо точно знать, где именно расположились мятежники! - раздраженно сказал начальник штаба. - Я вам что, простые вещи должен объяснять? Или здесь кто-то должности не соответствует?

Намек поняли, и все принялись энергично думать, как же добыть нужную информацию. Но - взгляды начальника штаба на разведку были широко известны, и это сводило на нет все варианты решений...

- Надо бы выслать вперед какого-нибудь закоренелого самовольщика! - наконец просиял самый затюканный, а потому и самый изворотливый третий планировщик. - Да не одного! Уж они везде проскользнут! Если из нашего городка уходят без проблем сквозь охрану и назад возвращаются тоже без проблем, пьяные до состояния медузы и с портовым вином подмышкой!

Начальник штаба набычился. Офицер внаглую озвучил ему его же взгляды на разведку. Оттаскать его сейчас - что себя самого оттаскать! Вот мерзавцы хитрые! Но - слабы еще начальника штаба уедать!

- Принимается, - злобно согласился он. - Значится, так: чтоб нашли мне таких самовольщиков, чтоб были ого-го какие самовольщики! Из тех, кто каждую ночь в кабаки убегал и не попадался! Но чтоб они мне смогли кроки грамотно составить - а без этого посылать нету смысла! Да чтоб силы мятежные точно оценили, да вооружение их, да мобильность, да степень готовности! А без этого посылать нету смысла! Да чтоб расстояние померили, да время на подход определили, с запасом на развертывание, да посты секретные разнюхали - и как их нейтрализовать! И без этого нету смысла людей посылать! Понятно все? Ну вот и приступайте. А мы тут ждать станем.

-Так... это же эпсарская подготовка для такого дела требуется! - растерялись штабные. - А эпсары в самоволки не ходят, им без надобности, они и на рабочем месте пьют без просыху...

Значит, эпсар и пойдет! - сказал начальник штаба и тяжело посмотрел на третьего планировщика. - Вот ты и пойдешь, раз уж предложил. И бойцов нужных подберешь. Действуй.

Глава 3

Глава третья

Первая приморская - и ее бравые разведчики

Третий планировщик озабоченно носился по расположению корпуса. Ну и как организовать разведку, если она запрещена, если в этом никто не разбирается? Вот так он и знал, что крайним окажется! В армии почему-то самые слабые всегда тянут самую тяжелую работу! Как, впрочем, и везде... в смысле, слабые работают, сильные – командуют!

Проще всего было с самовольщиками. Ткнул в любого - и не ошибся. Так что третий планировщик просто выбрал симпатичных ему личностей. Вот с экипировкой было труднее. Ну не идти же в поиск в черно-синей, лично императором одобренной парадно-боевой форме морских пехотинцев? В выгоревшей до белизны степи это выглядело бы излишне смело. Выручило то, что самовольщики как-то не спешили получить стрелу в лицо, а потому забеспокоились, забегали и набрали по дружкам трофейного маскирующего барахла. А в колоннах по солдатским ранцам много чего обнаружилось! Вырядились, как чучела, увешались оружием и пошли. Совсем как презренные разведчики.

А славно было идти в колонне! Сказали вперед - и топаешь вперед до самого привала! А в самостоятельном поиске, оказывается, надо думать! И принимать решения…

Третий планировщик тоскливо огляделся и указал на самый высокий холм - чтоб оглядеться более основательно. И не ошибся. В сумерках далеко в степи светились многочисленные огни. Они нашли мятежников - а кому еще там быть? То, что в степи люди живут, они сразу отвергли. Им же мятежники нужны? Значит, это мятежники.

- А что делать-то будем? - полюбопытствовал один из самовольщиков. - Их считать сказали. А я вот, к примеру, скоро свою руку в темноте не увижу.

Третий планировщик с ужасом понял, что же им придется совершить. А придется им, как настоящим разведчикам, проникнуть в расположение противника - и пробыть там день, потому что ночью, как правильно указали, даже руки свои пересчитать нет возможности! Офицер оглядел самовольщиков, от которых теперь зависела его жизнь, и враз утратил и заносчивость эпсарскую, и презрение к нижестоящим.

- Значит, так, робя! - хрипло признался он. - Не сносить нам головы! Стоять горой друг за друга и не щелкать клювом, как бакланы - вот таков первый приказ! Он же и последний. А сейчас сядем-ка, робя, да подумаем, как рейд провести и с головами вернуться! А то, если нас словят - кишки на копья намотают! Командиры, идиоты последние, зачем-то приказали всех степняков порезать. Совсем заветы позабыли, а нам ответ за них держать, ежели словят. Потому - действуем так, чтоб не словили! И... это, среди нас дураков, надеюсь, нет? А раз нет, то по гражданским не стрелять. Мирные - вне войны! А то найдут нас потом с саблей в горле. И так уже зряшно кровь пролили, как бы от нее отмыться...

Они очень хорошо подумали. И в целом, на взгляд третьего планировщика, придумали неплохо. Найти самые высокие холмы. Рассредоточиться по ним. Пользоваться гномьей оптикой и передавать семафором в условные часы друг другу знаки. И так навести экспедиционный корпус на цель.

- А степняки заметят и словят? - с дрожью в голосе спросил самовольщик.

- Да ты спрячься, баклан! - посоветовали ему хором.

-А как? Трава низенькая, кустов нет вовсе...

- В землю заройся, как жирик! - рявкнул третий планировщик. - И высовывайся лишь в условный час! Все заройтесь, мёрд-а-мэр! И желайте мне удачи небывалой, робя, каждую минутку... ничто иное мне не требуется так, как удача!

Самовольщики сочувственно повздыхали. В расположение мятежников за сведениями предстояло идти именно эпсару. Только у него было достаточно знаний, чтоб оценить вооружение, численность и боеспособность войск.

Встали, проверили, чтоб ничего не брякало - и пошли на огни, изредка оставляя во тьме попарно бойцов. Решили, что по одному - это чересчур страшно. А третьему планировщику предстояло идти как раз одному. Один оказался в их компании эпсар.

И все же это оказались люди, живущие в степи! Проще говоря, степняки. Много степняков! Третий планировщик, уже совершенно не таясь, брел по стану и соображал, а где же ему мятежников найти. Хоть у местных дорогу спрашивай. В сомнении он поглядел на местных. Рожи у них были какие-то подозрительные. Пьяные были рожи. И глазки бегающие, трусливые. Такие точно не положат, как предыдущие, полсотни морпехов у безымянной речки. И он решился задать прямой вопрос. И скоро пожалел об этом. Собралось все племя, или как их там, - и все давали советы, как найти мятежников!

- Ай, Ит-Тырк! - наконец переорал всех какой-то увечный старец. - Ты не к мятежникам, ты от мятежников дорогу хорошо знаешь! И вой-вой-вой умеешь громко кричать, совсем как йоха в брачную ночь! Так что Ит-Тырка не слушай, меня слушай, шпион! Вдоль реки иди, там всех найдешь! И Туолам, и Гончары там же, а потом и мятежники!

- Почему так сразу шпион? - пробормотал третий планировщик, чувствуя, как останавливается сердце от ужаса.

Все дружно заулыбались - шпион, мол, и не отказывайся! А толстый трусоватый степняк, вроде бы упомянутый Ит-Тырк, даже проводить вызвался. Так вот запросто сел на ишачка да и затрусил рядом. Как понял третий планировщик, чтобы не слушать нескончаемых насмешек.

- Почему сразу шпион? - осмелился спросить третий планировщик у провожатого.

Степняк задумчиво оглядел его заплывшими глазками. Особенное внимание уделил оружию. Третий планировщик как-то сразу осознал, что морской тесак в сапожных ножнах действительно не сочетается с малахаем. Но Ит-Тырк отметил иное.

- Степняки пешком не ходят. Большая она, степь. Разве пешком куда дойдешь?

- Разумно, - признал третий планировщик. - Э, робя... тебя Ит-Тырк зовут, верно? Это, Ит-Тырк, а продай ишачка? Я денег дам!

Степняк заинтересовался. В результате третий планировщик лишился всех денег, тесака вместе с ножнами и фляжки со спиртом. Зато поехал дальше один и на ишаке, как настоящий степняк. Ишак не возражал, степняк тоже.

- Все равно не мой ишак, джабека Бурша ишак-то! - сказал степняк. - Но ракчу я ему не отдам. Ишак-то Бурша, а ракча - моя! И в кочевье даже не пойду, здесь выпью...

Третий планировщик воодушевился. Воодушевился настолько, что когда из-за холма к нему внезапно выехал полицейский парный патруль, не умер от страха на месте, а даже сумел выдавить, что он степняк. Степняк Ит-Тырк. Полицейский задумчиво огладил вислые усы. Переглянулся с долговязым напарником.

- Ит-Тырк? А что трезвый? - спросил полицейский. - Асиа, что ли, вернулась?

Третий планировщик онемел. Проклятые полицейские! Уже и в степи всю пьянь по именам знают! Профессионалы! И офицер поклялся себе, что если выкрутится живым из этой авантюры, никогда не станет связываться с профессионалами! Ну, или пока сам не заделается профессионалом.

Он еще смог пролепетать, что да, вернулась Асиа. Полицейские снова переглянулись.

-Тебе куда надо-то, шпион? - беззлобно спросил вислоусый. - Если к мятежникам, так поехали с нами. Мы все равно с объезда возвращаемся, проводим. Э?

И что делать? Не соглашаться, что ли? Он еще жить хотел. Ну что ж, поехали вместе. Полицейские даже оружие отбирать не стали, так что вполне дружески поехали.

- А почему сразу шпион? - спросил он неловко.

Полицейские заулыбались и оглядели его. Он вдруг осознал, что не видел у степняков пружинных стрелометов за поясом. Но полицейские отметили иное.

- Когда Асиа в стойбище, Ит-Тырки по степи не бродят! - сказал полицейский. - Она для каждого работу найдет!

- Старейшины не работают! - припомнил долговязый.

-А старейшины от Асиа в шатре прячутся, вроде как думают о важном...

Около повозок, выстроенных огромным кругом, их остановили. Бойцы в форме полицейского спецназа критически оглядели якобы степняка.

- Совсем шпион обнаглел! - заметил старший патруля. - Средь бела дня прется! Да еще ишака у Ит-Тырков увел!

- Почему - у Ит-Тырков? - только и спросил несчастный шпион.

-Потому что Туолам тебе за ишака бошку бы сразу открутили, вот почему...

У следующего лагеря их снова остановили. Бойцы в странной коричнево-желтой униформе с веселым изумлением разглядывали лже-степняка.

- А говорили, у Первой приморской разведки нет, - сказал странно одетый боец. - Как же нет, когда вот она! Да наглая какая разведка! Вырядился чучелом и едет прямо в расположение Ласточек! А подумал ли ты своей глупой башкой, что Ласточки - девки избалованные? Что они тебя в таком рванье даже близко к шатру не подпустят?

- Он с нами! - заступился за шпиона вислоусый полицейский.

- А все равно не подпустят! Вас, может, еще и да, а его точно нет! Хотя и вас вряд ли.

Ну что ж, третий планировщик мог собой гордиться. Он действительно узнал и численность войск мятежника, и вооружение, и боеспособность... да что говорить, он вообще проехал весь лагерь мятежников насквозь! Правда, наслушался при этом о себе столько, что уши покраснели.

- Да ты не обижайся! - посоветовал полицейский. - Сам виноват! Обнаглел до того, что в расположение войск залез! Вот и слушай теперь, чего заслужил.

- А как иначе?! - не выдержал шпион. - У меня же приказ и численность узнать, и боеспособность, и вооружение!

- А обзорные холмы на что? - удивился полицейский. - Садишься на вершине, берешь хорошую оптику, вот такую, что у тебя за пазухой спрятана, например, и смотришь, чего надо!

Третий планировщик понял, какой он дурак, и только вздохнул.

- Только с обзорными холмами у тебя тоже не пролезло бы, - подумав, добавил полицейский. - Туда Ворта своих ребят отправил потренироваться. Скрутили бы на подходе, еще и по мордасам бы надавали сгоряча для профилактики.

Третий планировщик еще раз понял, какой он дурак. И, похоже, он только что узнал, что потерял разведгруппу.

- Бате, император! - предупредил долговязый полицейский напарника.

Бате извинился, забрал у третьего планировщика оружие и отодвинулся.

Самозваный император оказался маленьким воином в запыленной полицейской форме, верхом на легком скакуне. За его спиной высились на конях два огромных бойца в трехслойной гномьей броне и затемненных сферах. Третий планировщик обзавидовался, несмотря на отчаянность положения. А потом еще и удивился, когда один из бойцов поднял забрало. Он и не слышал никогда, чтоб в "Кулаки императора" брали женщин. Молодых симпатичных женщин.

- Все увидел, что надо? - хмуро поинтересовался самозванец.

Третий планировщик осторожно кивнул. А что еще оставалось делать?

- Обратил внимание, что мирное население особняком расположено? - продолжил офицер.

Ну да, он обратил... и что?

- Ну и проваливай обратно! - заключил самозванец. - И чтоб передал своему командованию: гражданские - вне войны! Нарушат закон - степь маленькой покажется! Все понял, все передашь?

Третий планировщик вздохнул. И еще раз. Было очень страшно. А говорить-то надо.

- Первая приморская заветов не чтет, у нас инструкции вместо них, - все же признался он. - Мы... там... на подходе степной клан вырезали. Уже. Так получилось. Морская пехота в настоящих боях не бывала, растерялись, про законы Аркана и не вспомнили, даже если кто и знал.

Время остановилось.

- Ты отпусти меня, император, - неловко сказал шпион. - Война войной, но... дело у меня еще есть.

Самозванец молчал.

- Вам не дойти до командиров, - сказал третий планировщик тихо. - Внутри корпуса - железная дисциплина, и все друг друга знают.

- Бате? - спросил самозванец негромко.

- Вменяем, - отозвался полицейский. - Досюда при оружии ехал. Ишака купил, мы видели.

- Может быть, я правильно тебя понял, - вздохнув, сказал самозванец. - Удачи тебе, а иного и не требуется. Выкручивайся сам, как можешь... Гребло! Проводи сквозь посты! Бате, оружие верни разведчику, зачем тебе его стреломет? У нас же станковый арбалет есть.

Все же у мятежников было интересно. Третий планировщик уже отъезжал, когда на легких конях примчалась группа степняков, и впереди всех - маленькая женщина, красоты необыкновенной.

- Император, подошли кланы! - звонко прокричала она.

- Братья, начинаем движение! - тут же скомандовал офицер. - Асиа! Уводишь мирных! Люди войны - в заслон! В несокрушимый заслон!

Всё немедленно пришло в движение, и несостоявшийся шпион понял, что цена его разведки невелика. Можно даже сказать, никакая. Ну какое может быть расположение у кочующего войска - или, к примеру, охранение? Все меняется так быстро! И с вооружением не все просто: вон сколько крытых повозок! А что в них, не узнаешь. Пока в бою не засветят этим по лбу.

- А что у тебя за дело? - полюбопытствовал долговязый полицейский. - Или военная тайна?

- Никаких тайн, - сказал морпех. - Просто... морская пехота, конечно, растерялась, потому что в боях не бывала. Но вот начальник штаба - он приказ мирных рубить отдал очень даже осознанно. И должен за это ответить. Ты видел мертвых детей, Гребло?

- Ты не первый десятник, случаем? - спросил полицейский зачем-то.

- С чего бы, робя? Штабной, разве не видно?

- Удачи тебе, штабной.

Эре - или Черный Аркан?

Боевые фургоны застряли у ручья. Гномы толпились рядом и неуверенно поглядывали на холмы. Скатить-то с горы скатили, а дальше как? Их смущение было вполне понятным: возле гор холмы располагались однообразно, то есть вытянулись от гор в степь. А им нужно было двигаться вдоль гор. То есть - с холма на холм. И еще фургоны на себе тащить. После пробежки сверху вниз это действие уже не казалось легко выполнимым.

- Сможем! - уверил Бородатый Верблюд. - Мы же не задохлики-эльфы! Наверняка сможем! Только медленно.

Они поднялись на холм. Старый диверсант оглядел из-под руки волнистый пейзаж и крякнул.

- Степняк без лошади - не степняк, как говаривали в славные денечки Кыррабалты! - смущенно сказал старый гном. - И ведь правду говорили! Я что-то подзабыл, какие тут расстояния. По ним же только идиот пешком. Не, мы, конечно, все равно сможем! Но с лошадьми получится быстрее! Где, ты говоришь, твои кланы?

- У воды, - хмуро отозвался он. - У них же скот.

-У воды - это только в долине Ирчи! - понял гном. - Далеко. Дойдешь?

- Доеду! - пожал плечами он. - Степняки по обзорным холмам наблюдателей выставляют. Вон, видишь, черные точки? Они и есть. Схожу, попрошу коня.

Старый побратим с недоверием покосился на него, но промолчал. В славные денечки Кыррабалты коня у степняка можно было попросить разве что вместе с жизнью хозяина, и вряд ли с тех пор что-то изменилось в лучшую сторону.

- Я за лошадьми! - строго сказал он Надие. - А ты жди. Никуда без меня не ходи. И по скалам не лазь!

- Эре! - раздраженно отозвалась йоха. - Кто из нас двоих дурачок?

- Я, - не стал отпираться он. - Вот и не забывай об этом.

- Верблюд, - тихо сказал он побратиму. - Я ухожу. Поберегите йоху. Я тебя прошу.

- Забавно! - оценил Верблюд. - Вот так же Кыррабалта когда-то говорил! А его потом самого... Что йоха?! Она состоит под неусыпной охраной представителей бессмертной расы! О ней заботишься - а себе подумал ли? В степь идешь! А там, как я понял, война?

- Эре, ты возвращайся! - беспокойно сказала в спину Надия.

Понятно. Йоха уже забыла, кто из них двоих дурачок и берьх сопливоносый.

- Вернусь! - вздохнул он. - Куда я денусь? Я же дурачок.

Наблюдателей, как и положено, было двое: пожилой джайгет, по виду обычный пастух, и совсем юная девойка.

Стройненькая круглолицая нахалка крутнулась перед ним на легконогом скакуне, живо оглядела черными любопытными глазищами.

- Деревенский дурачок в степи заблудился! - звонко крикнула она напарнику и обидно рассмеялась.

- Я - Имангали! - сказал он. - Мне нужно к Асиа!

-Еще скажи - Черный Аркан! - фыркнула степнячка. - Зачем врешь? Вот я - Ясная Луна! А еще меня зовут Ямочки На Щечках, и Степной Цветок, и Неутомимый Ветерок, и Звонкий Смех! И это видно всякому, у кого глаза есть! А ты - берьх сопливоносый! И это тоже видно!

Девочка явно считалась первой красавицей рода и сейчас хвасталась перед незнакомцем, вертелась юлой и горячила коня; возбужденный скакун приплясывал и чуть не отдавил ему ногу.

- Отвези меня к Асиа! - терпеливо сказал он.

- К самой Асиа? - насмешливо переспросила красавица. - И зачем тебе мать всех кланов? А ты знаешь, что чужим к ней нельзя? А такие маленькие при родителях должны быть, не бродить по чужой степи! Вот позову напарника! Свяжем дугой и на холме бросим! Вечером отпустим, если хорошо попросишь!

- Каким-то ничтожным Кара-баш дали в руки оружие, и они уже решают, кому и куда идти!? - взбеленился он и прыгнул вперед.

Девчонка наверняка была отличной наездницей. Если такая красавица да не замужем - значит, на свадебных гонках ее до сих пор не смогли поймать. Тем большим было ее недоумение, когда он оказался на скакуне за ее спиной.

- Поезжай к Асиа! - приказал он.

Была серьезная опасность, что вмешается второй дозорный. Не все помнили степные законы, и следовало быть готовым к непониманию. Оказалось, не того боялся. Девчонка бешено взвизгнула, выхватила из ножен крохотный кинжальчик и наотмашь ударила за спину. Он удивился, но руку ей завернул безжалостно, так, что у степнячки дыхание перехватило.

- Ай, джайгет! - вдруг усмехнулся старый дозорный. - Асиа там, кланы ждет! Близко! Езжай, быстро найдешь! Ай, джайгет! Езжай.

И он пикой указал направление.

- Джакса Аспан и Йерь! - припомнил он пожелание.

Потом дотянулся до поводьев. Скакун недовольно дернул ушами и куда-то направился, хотелось надеяться, что куда надо, а не просто побродить.

Степнячка бешено вырывалась. Пришлось бросить поводья и заключить верткую фигурку в стальной захват. У маленькой красавицы явно не сложились отношения с мужчинами!

Конь, к счастью, хоть и был недоволен возней на своей спине, продолжал двигаться довольно быстро.

Мать кланов нашлась без войска, в окружении всего нескольких джабеков. И реакция ее на появление парочки была, мягко говоря, не совсем адекватной.

- Жамангалы! - злорадно воскликнула Асиа. - Да ты отхватил себе настоящее сокровище! Ты знаешь, что она - Лала степей?! Мои поздравления! Только скажи побыстрее, я от любопытства умираю: вот это, что вы изображаете - это любовная поза, понятно... но из какой традиции?

- Греко-римская борьба, - проворчал он, не торопясь ослаблять хватку. - Двойной нельсон называется, если правильно помню.

- Ну, если двойной, тогда ты точно попалась, маленькая дрянь! - неприятно улыбнулась юной красавице мать кланов. - Законы помнишь, Луна Толстощекая? Если джайгет поймает девойку да удержит один переход - девойка его на всю жизнь?

- Ясная Луна! - придушенно, но упрямо возразила загнутая в бараний рог всадница.

- Да хоть толстозадая! Ты двух легиньхов ранила на свадебных гонках, упрямая ишачка! Решила, во всей степи тебе достойного жениха не найдется? Дура зазнавшаяся! Ты знаешь, кому попалась? Да ты у него уже завтра синенькое наденешь!

- Асиа! - возмутился он и снял захват.

-Что - Асиа? Я просто безумно рада, Аркан! Из-за нее кланы передрались! Я бы ее давно насильно подружила, да закон защищал дурочку! Ну вот теперь она попалась по закону! По закону, Луна Всякая? Вэй, здорово! В присутствии джаабеков заявляю: ты, дрянь высокомерная, отныне и на всю жизнь Имангали дружинка! Не подчинишься - в степь изгоню!

Юная степнячка разрыдалась и уткнулась коню в гриву.

- Вэй, Асиа, получается, я опять женат? - спохватился он. - А оно мне надо? Асиа! Я же просто хотел приехать к тебе!

Прекрасная мать всех кланов неловко отвела глаза.

- Удалимся? - предложила она запоздало.

Он деликатно снял безутешную девойку с коня и тронул поводья. Джаабека проводили их любопытными взглядами. Ну, это понятно: какой-то подросток рядом с матерью всех кланов вызывал законный интерес.

- Ты не смог найти то, что нам нужно, да? - спросила Асиа с показным спокойствием.

- Пока не знаю, - признался он. - Я привел боевые фургоны ахархо. Под мягкой броней.

- Гномья магия? - ахнула Асиа. - Джакса Аспан и Йерь! Я даже боюсь спрашивать, кто тебе их дал!

- Гномы и дали. Они, кстати, тоже пришли. И, может быть, помогут разобраться с тяжелым вооружением.

Асиа взвизгнула и повисла у него на шее.

- Я знала, что у тебя получится! - счастливо восклицала она. - Не верила - но знала! Мой бог! Мой степной бог! Говори, что тебе нужно?

- Коней в упряжки! - буркнул он, отбиваясь от суматошных поцелуев. - Гномы не утянут фургоны на руках через всю степь. И забери от меня свою Ясную Луну! Я от первой свадьбы еще не отошел.

Мать кланов отцепилась от него, пересела на своего коня и приняла величественный вид.

- Ясная Луна, сколько боевых фургонов у нас в степи? - недовольно спросила она. - Или ваш дозор ничего не заметил?!

- Мы видели! - возмущенно отозвалась девойка. - Они с лысой горы спустились! Ровно дюжина, и блестят, как железные!

- Бузур-оол? Упряжных коней к лысой горе на дюжину боевых фургонов!

- И Ясную Луну...

- Ясную Луну не могу! - прошептала Асиа. - Она мне всех легиньхов перессорила! Забирай! Дружинка тебе по закону!

- И полклана родни впридачу? - возмутился он. - Я где баранов на свадьбу наберу?

- Она сирота! - поспешила успокоить Асиа. - Весь клан выбили, когда прорывались в империю. Бесприданница нищая, а нос дерет, как дочь джаабека! У самой, кроме коня, ничего не осталось!

Сирота. Блин...

- Вэй, это мой конь! - угрюмо напомнила девойка.

Он не глядя протянул ей руку.

- Лови... супруг.

И она мгновенно очутилась у него в руках. Она оказалась хорошей акробаткой, эта нежданная жена.

- А у тебя мужские руки! - мельком отметила она.

Он изумленно покосился на ее такое невинное, такое юное и чистенькое личико. Мда. От легиньхов кинжалом отбивается, но мужские руки от юношеских отличила сразу! Постоянные тренировки изменили раньше времени его мускулатуру, но он был уверен, что снаружи это незаметно. Зря надеялся. Оказалось, есть специалистки, которые способны по одному касанию... мда.

Бузур-оол - настоящий джаабек, толстомордый и пузатый! - ненадолго присоединился к ним. Скакал молча, только все поглядывал да усмехался. Потом завернул коня и исчез в степи.

- За легиньххами поехал! - сообщила Ясная Луна гордо. - Они тебе спину дубиной поломают! За меня в степи насмерть дерутся! А ты еще и чужой.

- Сынки джаабеков? - усмехнулся он. – Ну-ну. На них законы есть. Покусившемуся на жену чужую - мучительная смерть.

Ясная Луна обидно улыбнулась, потешаясь над его наивностью. Видимо, твердо знала, что кое для кого законов нет. Ну-ну.

Легиньхи их нагнали быстро. Налетели, закружили нагло вокруг. Здоровенные, мордастые. Первые парни на деревне, не иначе. Или даже во всей степи первые легиньхи.

Он не очень беспокоился, ехал себе прямо. Ясная Луна ему дружинка по закону, при джаабеках было объявлено. Так что он немного удивился, когда самый здоровый легиньх опустил на него дубину. Но легиньх удивился еще больше. Потому что, во-первых, не попал. А в животе у него оказался дротик, ушедший туда по самое оперение, что было во-вторых. Идиот выронил дубину, тихо завыл и сполз с седла. Потом начали падать остальные...

-Теперь тебя точно убьют! - испуганно заявила Ясная Луна. - Ты знаешь, чьи они сынки?!

- Закон один для всех! - напомнил он и пошел собирать дротики.

Закон, конечно, один - но без дротиков не всегда работает, как выяснилось.

- Для богатых законов нет!

-Угу. Вот сложу курган из их голов - и сразу вспомнят и про законы, и про общественный договор!

- Вечный судия, да? - презрительно прищурилась девойка. - Наслушался старых песен, Черным Арканом себя вообразил? Вот прицепит тебя Бузур-оол к лошади да потащит волоком по гальке у Ирчи - дурь быстро выбьется! Вэй, ты слышишь? Беги, пока жив! Вэй, ты! Как тебя там?..

- Имангали, - напомнил он. - Что за девойки в степях расплодились? Уже и дружинкой заделалась, имени не запомнила!

Он заглянул в глаза жеребцу убитого легиньха. Жеребец в целом был не прочь сменить хозяина на более доброго, но немного сомневался.

- Мы подружимся! - пообещал он жеребцу и легко вскочил в седло.

- Да, я помню! Имангали, да! Может, еще Черный Аркан?! - язвительно отозвалась девойка - и неуверенно покосилась на убитых.

Он только вздохнул. Где ты, Яха? Вот кто поверила сразу и безоговорочно! Бог - и точка! Настоящая жена!

Хист, Любей - и "Эволюция заговоров". ( и Яха...)

Собрание эпсаров оказалось неожиданно многочисленным, даже в просторном шатре целого эпсаара стало тесновато. Бира Любей самодовольно оглядел гудящий кворум. Нет, он отдавал себе отчет, что половина явилась не для серьезных разговоров, а ради дармовой выпивки. Ну и что с того? Для серьезных разговоров есть папа Любей, целый эпсаар, опора и надёжа армии! А эпсары... если явились за выпивкой, то это его эпсары, правильные армейские, а не те ишачьи недоноски, что сгрудились вокруг Хиста! Правильные эпсары понимают друг друга без серьезных разговоров, исключительно за счет общности интересов! Хе! Сколько средств вместе растратили, пропили да списали? Сколько учений счастливо отмучили, от скольких проверок откупились?

Однако и серьезный разговор был необходим. Кое на что требовалось недвусмысленное и твердое согласие. Как, например, на маленький такой дворцовый переворот. Да, дворцовый! Ну и что, что в степи? Если за него голову могут оторвать, то однозначно дворцовый. А Хист, недоносок ишачий, головы рвет не задумываясь!

Бира Любей оглядел еще раз свое бравое собрание - и выкинул трусливые мысли из головы. Чтоб с такой поддержкой - и проиграть? Да ни за что! Армия - это моща!

- Господа, мы собрались здесь, чтоб поскорбеть о гибели одного из наших, - печально провозгласил Любей, возвысившись над собранием. - Мой адъютант, мой племянник, мой...

Эпсаар сбился. В узком кругу адъютант назывался исключительно как "мой жополиз", вот это определение чуть по привычке не выскочило в траурной речи. И пусть оно было донельзя верным, но - не к месту. По традиции о погибшем следовало говорить уважительно. А традиция - это такая штука, которую нарушать очень опасно, о чем еще Люмер Царственный предостерегал.

- ... мой доверенный эпсаар скончался поутру, - пробормотал Любей.

Получилось очень неплохо, и даже заминка сошла за несвойственную Любею сентиментальность. Эпсары пригорюнились и потянулись за пайковыми кубиками.

- Зверство какое-то! - высказался командир правого крыла. - Отрубить руки адъютанту самого командира части - а за что?! За то, что он мясо для командира в солдатском котле выбрал? А где его еще выбирать?! Поставил какой-то идиот на снабжение полицейских! Они же дебилы полные! "Братья через сестру нашу смерть!" - и за сабли! Дебилы...

- Руки засранцу отрубили - надо было и нос отрубить! - невнятно высказался начальник штаба, не поднимая головы от стола. - Чтоб не совал во все дыры! Конченый ворюга был! И стукач.

Любей неприязненно покосился на пьяного эпсара. Вот так говорить не стоило! Да, все знали, что адъютант не для командира мясо вылавливал, а для своих племенных кошек. И что ворюга, и что стукач - знали тоже. Но ведь не говорили! А если никто не говорит открыто, то этого, получается, как бы и нет. Вообще, если правду открыто говорить, что тогда останется от священного образа боевого эпсара? И от всей власти, если на то пошло? Вот то-то же. Так что лучше помалкивать!

- Ты бы лучше помалкивал! - заметил начальнику штаба трезвый пока что командир правого крыла. - Ну и что, что ворюга? А кто не ворюга? Зато в остальном - боевой эпсар! А его какой-то полицейский - саблей! Недоносок Хист совсем нас от распределения средств оттеснил! И сам не берет, и нам не позволяет! А кому тогда всё достанется? Солдатам?! Да его "братьям", которые на снабжении жируют? А нам как жить?

Собрание возбужденно загудело. Да разве они в армию пошли ради того, чтоб воевать? Где склады в полном эпсарском распоряжении, где выслуга лет и пенсион чуть ли не с юности, где дармовая рабочая сила?! Всё порушил недоносок Хист! На святое покусился, урод полицейский! А кто на святое покусится, тому кое-что откусится, это всем известно!

- Откуда он вообще взялся на наши головы, этот подэпсаришка? - наконец озвучил долгожданную мысль командир левого крыла. - Ни один настоящий эпсар его не поддержит! Ну и дать ему, чтоб катился обратно в свои патрули! Мы ему не присягали!

Эпсары осторожно начали обсуждать предложенное. Да, дать Хисту, чтоб катился, стоило. Но как? Отправить солдатское крыло? Уже отправляли. А полицейские это крыло - в упор, на поражение, звери. Свою диверсионную группу подрядить, чтоб сходили на дело? Угу, ходили однажды, позору на всю деревню огребли...

- Профессионалы нам нужны! - вынужден был подвести итог командир правого крыла. - Без профессионалов Хиста не взять!

Бира Любей внутренне с ним согласился. Да, это могло стать проблемой. Среди сидящих профессионалов как-то не наблюдалось.

- Привет отважным тяжелым конникам! - донеслось вдруг насмешливое от входа. - Даже очень тяжелым, как я вижу!

Эпсары настороженно обернулись - и просветлели. Во входном проеме стоял Профессионал.

- Заползай, котик песчаный! - дружелюбно рявкнул Бира Любей. - Пить хочешь?

Эпсар Джайгет усмехнулся в светлые усы:

- Не хочу. Но буду. Иначе с вами, ишаками, не договориться!

- А то!

- За что пьем? - вежливо поинтересовался эпсар, присаживаясь к командирскому столу.

- Выпьешь - узнаешь! - пообещал Любей, сноровисто доставая пайковый кубик из ящика. - Или у вас, погранцов, не так?

- Так, все так...

Они пили, и Бира Любей всё сильнее убеждался, что эпсар Джайгет - настоящий эпсар. И притеснениями недоволен так же, как остальные. А если учесть боеспособность погранцов, так его недовольство перевешивало всё остальное, вместе с Ит-Тырками даже.

- За Хистом пошли в надежде при раздаче трофеев получить хороший кусок, - честно признался он. - Но какие в степи трофеи? Овцы облезлые? Так и тех не дают резать, права степняков блюдут!

- Этот император сам не знает, куда ведет! - выкрикнул командир левого крыла.

Любей недовольно поморщился. И такие мысли не стоило озвучивать! Можно подумать, какая-то власть знает, куда кого ведет. Так вопрос вообще ставить нельзя! Следует спрашивать: что я буду иметь с того, что творится вокруг?

Эпсар Джайгет отстраненно усмехнулся. У него было свое мнение насчет способностей Хиста. Но заговорил он о другом.

- Хиста эльфы поддерживают, - напомнил он неприятную правду.

Эпсары тяжело помолчали. Да, эльфов видели в окружении самозванного императора. А эльфы - это сила! Что им сама империя! Бессмертные, говорят, и за океаном держат власть!

- Так что Хиста нельзя трогать, - сделал вывод пограничник. - Пусть ведет, куда хочет. Нам какая разница, куда идти? Лишь бы эпсаров не притеснял.

Собрание заинтересованно слушало. Да, всем хотелось, чтоб эпсаров не притесняли! И, похоже, погранец представляет, как это обставить!

- Надо указать императору, что он слабак по сравнению с нами! - высказался Джайгет, внимательно оглядывая эпсаров. - Чтоб нос не задирал, чтоб нас побаивался. Указать - но так, чтобы Бессмертные не обиделись. По-мелкому как-нибудь указать. Коня ему отравить, что ли. Да не один раз.

Эпсары возбужденно заговорили. Конь - это мысль! Конь им по силам!

- Или вот еще у Хиста любовница есть, - добавил невинно Джайгет. - Говорят, какая-то дзуда из деревенских. Ей можно тоже чего-нибудь сделать! Думаю, эльфы не заругаются! Кому интересно, что случится с деревенской дурочкой? Только Хисту. И если с ней что-то случится, он сразу поймет, что эпсаров лучше не обижать - а то его любовницу обидим все вместе!

Дружный рев подтвердил, что его предложение пришлось всем по вкусу.

- Прямо сейчас и пойдем, пока Хист гостит в шатре у Асиа! - сказал пограничник невозмутимо. - Думаю, любовницу Хиста будет обижать приятней, чем его коня!

Эпсары начали дружно подниматься, с грохотом попадали стулья. Только начальник штаба остался храпеть под столом. В последнее время алкоголь все чаще стал брать верх над выносливым эпсарским организмом. Или?.. Бира Любей недоверчиво пригляделся к спящему - и успокоился. Начальник штаба был мертвецки пьян.

- А что погранцы твои не присоединяются? - недоверчиво осведомился эпсаар у Джайгета.

- Могли бы, - тонко усмехнулся он. - Но моим погранцам не нужен некий Бира Любей. У нас, знаешь, и своих сил хватает на любовницу Хиста. Я же предпочитаю иметь дело с эпсааром княжеского рода, вот как ты.

И они понимающе подмигнули друг другу.

Резкий ночной воздух предгорных степей остудил многие воспаленные головы. Или же эпсары были вовсе не так пьяны, как казались. Так что в шатер императора ввалилось не более дюжины разгоряченных мужиков. Бира Любей недовольно морщился. Трусость и разброд среди подельников настораживали. С другой стороны, дзуде и дюжины мужиков должно было хватить. С лихвой.

В шатре мягко светился магический шар. Маленький полицейский поднял голову от книги и устало потер глаза.

- Явились, уроды, - констатировал он грустно.

Бира Любей вздрогнул и невольно шагнул назад. Ой, как плохо! Почему решили, что император у Асиа? Куда разведка смотрела?! Явно куда угодно, только не в шатер императора! Никому нельзя доверять, никому!

К счастью, армейцы привыкли действовать только по утвержденному плану. А в плане было сказано: ворваться в шатер императора и дать всем, кто помешает, по зубам! Так что командир левого крыла решительно размахнулся и съездил Хисту в зубы. Полицейский уклонился, вскочил, заломил нападающему руку в болевой захват - и злобно забился в железных руках командира правого крыла. А там и остальные эпсары опомнились и начали подключаться... и пошло дело! Армия - это моща!

- С любеевскими недоносками понятно! - прохрипел Хист, пытаясь вырваться из цепких рук. - Но ты, Джайгет! Чего ты здесь? Ты же клятву давал!

- Я прежде всего - эпсар для особых поручений! - холодно напомнил пограничник. - И мое особое поручение никто не отменял! Моя цель - принцесса пророчества! Миру людей не нужно вечное рабство у Бессмертных! И если любеевские придурки с твоей девкой собрались просто потешиться, то я ее милосердно убью. Я все же боевой эпсар, а не насильник. Где она, Дребен? Полагаю, за вот этим пологом?

Хист перестал биться и прислушался.

- Гребло? - недовольно окликнул он. - Опять с арбалетом балуешься?

Громко щелкнула тетива.

- Ой! - испуганно произнес голос снаружи шатра. - Командир, я нечаянно, честное слово!

Хист посмотрел на оседающего Любея, бывшего целого эпсаара от тяжелой конницы, а ныне просто мертвеца со стрелой промеж лопаток.

- С другой стороны, так даже лучше, - вздохнул Хист и покосился на удерживающих его эпсаров.

Многочисленные захваты торопливо разжались, и эпсары даже попытались принять некое подобие уставной стойки. Только эпсар Джайгет ощерился и стремительно прыгнул к пологу.

- Ну, рискни! - предложил Ворта Урсаш, откидывая легкую ткань. - Только учти, я не сторонник однополой любви. И мои ребятки - тоже.

Огромный спецназовец стоял с поднятым забралом и сердито смотрел на пограничника. Джайгет был настоящим эпсаром, и убивать его "Кулаку" вовсе не хотелось.

- Яха у родителей, - сообщил Джайгету Хист. - Но туда соваться еще опаснее, чем в императорский шатер. Ялинька горло перегрызет. Даже мне.

В шатер стремительно и бесшумно проскальзывали бронированные фигуры. Вот они были профессионалами! Эпсаров скрутили и сложили горкой в один момент. И всё - без лишнего шума. Юный император скептически оглядел получившуюся композицию.

- Джайгет, у тебя найдется толковая группа эпсаров, чтоб смогли построить любеевский гадюшник? - рассеянно спросил он. - Начальник штаба там вроде вменяемый, но больше никого.

- У меня всё найдется! - с гордостью отозвался Джайгет. - У меня даже эпсар мне на замену найдется.

- Ну и... убрать тогда падаль.

Шатер освободили. Хист умиротворенно опустился в кресло, поднял уроненную в борьбе книгу и раскрыл на заложенной странице. Джайгет упрямо стоял перед ним и молчал.

- Ты с чего решил, что моя Яха - принцесса пророчества? - спросил Хист, не поднимая головы.

- Не я решил, пророчество, - усмехнулся эпсар. - Я же его наизусть знаю. Принцесса пророчества - это не личность, а фигура места. Кто рядом с тобой - та и принцесса! Так вот, я постараюсь, чтоб место рядом с тобой осталось пустым! И не в поручении Ставки дело - я за будущее людей служу!

- Почему именно рядом со мной? - удивился Хист.

- Ну... тот, кто принцессе мужем станет, он же император из величайших, - хмыкнул Джайгет. - Согласись, выбирать не из кого!

- Если император, тогда действительно я, - неуверенно сказал Хист. - Только вот в чем проблема... она уже дружинка, и вовсе не мне. Есть тут один местный дурачок, в общем. И ты Яху не знаешь. Она - простая и наивная девочка. Ну не тянет она на принцессу, способную объединить две враждующие расы Бессмертных! Уж поверь мне! Она бывшая батрачка, будущая замечательная мать и просто очень красивая дзуда - но не принцесса!

- А почему она рядом с тобой? - упрямо сказал пограничник.

- Потому что я люблю ее! Потому и от смерти берегу! И надеюсь, она станет моей императрицей! Императрицей всего-навсего, что вы к ней прицепились? И Ялинька змеей шипит, и вы тут еще со своими покушениями!

- Были еще покушения? - заинтересовался Джайгет.

- Тебе не все равно? Под показательной казнью стоишь, а всё о долге пред человеческой расой думаешь! Сейчас как вызову Гребло с арбалетом!

- Командир! - укоризненно сказал Урсаш от входа.

- Покушений хватает! - пробормотал Хист, смутившись. - Только не понять, на кого они. Мы же все вместе держимся. Может, это вовсе эльфийского принца отстреливают, у них там свои разборки.

- Со мной как решишь? - наконец опомнился пограничник.

- А что я? - буркнул Хист. - Сам решай. Мне ты нравишься. Ворте, я смотрю, тоже.

- Ну, если Яха не тебе дружинка, тогда принцесса - это та, кто у тебя после Яхи будет...

- Иди отсюда, а? - устало попросил Хист. - Лучше любеевский сброд организуй! А мне плевать на пророчества. Тут Гончарам коров кормить нечем, с утра мельников сын с претензиями заявится, а ты всякой ерундой отвлекаешь!

- Пусть махнутся с Ит-Тырками, тоже нашел проблему! - огрызнулся Джайгет. - Их звери всем подряд питаются, палатки нам уже изгрызли, скоты! А про принцессу я вот что скажу...

Хист, не поднимая головы от книги, указал ему на выход.

- Яху твою, так и быть, не тронем! - помолчав, буркнул Джайгет. – Если она уже дружинка, и не тебе, то под пророчество не подходит. Даже защищать станем, как будущую императрицу. Слово эпсара. Но настоящую принцессу убьем, как только попадется. Слово эпсара.

Пограничник четко отдал честь и вышел.

Огромный спецназовец бесшумно прошелся по ковру, присел у ложа и блаженно вытянул ноги.

- У тебя получается править, император! - заметил он. - Переворот безошибочно угадал! А для императора это же главнейшая задача - свою власть сохранить!

- Главная задача императора в общественном договоре поставлена, - рассеянно возразил Хист. - И она вовсе не в сохранении власти! И ничего я не угадывал. Про дворцовый переворот данного типа вот в этой книге на первых страницах написано. Тут всё подробно: самый тупой сподвижник, недовольный трофеями, подбивает к бунту, а плодами его работы пользуется самый умный, хитрый и скрытный...

- Что за книга? - заинтересовался Урсаш. - Наставление генштаба?

- Люмер Царственный, "Эволюция заговоров".

- А про меня там есть?

- А как же. И про тебя, и про блицштурм, и про братьев через сестру нашу смерть... про всех есть. Умнейшим человеком был наш первый император! Действительно: после первых побед вдруг открывается, что в заговор мы все пошли с разными целями! И единство тает, как и не было его. И заявляются разные любеевские недоноски прямо в императорский шатер!

- Хорошая книга! - уважительно сказал спецназовец. - Магическая, наверно?

- Если по книге, так я от всех вас уже избавляться должен! - сердито сказал самозваный император. - И оставлять лишь тех живыми, кто моим целям соответствует! Каково?! А не избавлюсь, вы меня со свету сживете как неспособного осуществить ваши мечты - тут Люмер Царственный прав! И если со стороны глянуть, так процесс уже пошел. Любея пристрелили, и еще кое-кого надо бы срочно!

Хист досадливо крутнул головой и встал.

- Ну не нравится мне этот путь! - признался он. - Наверно, не настоящий я император! Так что объявляем на утро всеобщее построение. Речь держать буду. О чем - даже и не знаю! Пусть те, кто во мне разочаровался, мирно уходят, сами свою судьбу устраивают! А то сложу курган из их голов!

- Люмер Царственный, небось, тоже так поступил? - проницательно заметил Урсаш.

- Что ты! Люмер Царственный - оригинал! Мне до него тянуться и тянуться! Он, говорят, как построил империю, так всё бросил и ушел в мир. И наверняка жил со своей супругой счастливо до конца дней!

- Кстати о супруге, - неохотно проговорил здоровяк. - Не хотел бы лезть в личные дела. Но император у нас - ты. И твоя супруга, получается, нам не абы кто, а наша императрица. То есть уже наше дело.

- Продолжай, - сказал Хист, закаменев.

- Расслабься, император! - успокоил спецназовец. - Нам Яха нравится! Хорошая девочка, сам бы такую завел. Хорошая - но не императрица! Честная, добрая, простодушная, наивная... еще и необразованная! Да любое из этих качеств ее гарантированно убьет! И тебя вместе с ней! И нас заодно. Поменяй супругу, император. Хорошо бы на какую-нибудь из принцесс ир-Малх, они все змеюки ядовитые и с младенчества живут в интригах. А Яха пусть тебе детей рожает, а?

- "Эволюция заговоров"! - восторженно определил Хист. - Ворта, а вот историки пишут, что Люмер Царственный из голов своих соратников соорудил курган! Они, конечно, врут по обыкновению - но вдруг нет?

Спецназовец переменился в лице, пробормотал, что лучше пойдет строить любеевский сброд, и быстренько исчез.

Хист снова уселся в кресло и взялся за книгу. С обложки самозваному императору умильно улыбался, обнимая беременную жену, Люмер Царственный в лохмотьях бродячего шута. Хист завистливо вздохнул. Будущее его и Яхи обещало быть не таким безмятежным. Оно, если на то пошло, даже не обещало быть! Яха вообще-то считала себя дружинкой одного странного подростка. Причем - честной дружинкой! И как-то у нее это сочеталось с ночевками в императорском шатре, с поцелуями жаркими, с тем, наконец, что она позволяла "своему Дребену" практически всё!

Глава 4

Глава четвертая

Эре - то есть Черный Аркан!

- А что это они там делают? - спросила Ясная Луна, с жадным любопытством разглядывая происходящее.

- Убеждают принцессу пророчества принять власть, если я правильно понимаю, - буркнул он. - Хотя да, в их исполнении это выглядит именно тем, о чем ты помечтала!

Гномы подступали к прижавшейся к фургону Надие с недвусмысленными намерениями. Возглавляющий банду Бородатый Верблюд держал наготове в руках что-то, очень напоминающее ошейник. А йоха была, мягко говоря, не совсем одета. Ее прикрытие от любопытных взглядов состояло из стилета, пристегнутого к бедру, да из возмущенной эльфийки, облаченной на этот раз не в привычную тряпицу на бедрах, а в боевой комби с набором бирюлек.

- Верблюдище, так йоху не уговаривают! - выговаривала она своему другу. - Вы зачем с нее юбку содрали?!

- Было б чего сдирать! Тряпки, и не более того! Мы ей сей же час преподнесли бы наряд, более достойный принцессы - так она же отбрыкивается!

- Но юбку-то зачем порвали?

- А чтоб не отказывалась!

- В этом есть здравый смысл! - неохотно признала эльфийка. - Надия? Тебе же надо быть в чем-то одетой? Или уже не надо? Или тебе и так тепло?

- Они платье вместе с огорлицей навязывают! - угрюмо сообщила Надия, настороженно следя за наглыми гномами.

- Ну, миленькая огорлица, из зеленых бриллиантов... Я бы не отказалась, например. А ты чего отказываешься? Или подороже предпочитаешь? Так дороже зеленых бриллиантов вроде и нет ничего… или есть?

- Ни одно украшение жизни не стоит! Меня убьют сразу, если это надену! Огорлица принцессы пророчества - публичное заявление претензий на власть, я же понимаю!

Установилась смущенная тишина.

- Понимаешь, да! - наконец признал огорченный Верблюд. - Этого мы как-то не учли, что поймешь. Тогда пойми и иное! Ну... ну убьют! А без знака власти как массы за собой увлечь?

- Никак...

-Тогда бери огорлицу.

-Эре! - взмолилась Надия.

Гномы обернулись и несколько замялись. Одно дело - шутки внутри семьи, и совсем другое при свидетелях. Могут понять неправильно. И дротик в глаз засадить по оперение.

Йоха вдруг ойкнула и быстренько скрылась в фургоне. Он обернулся и увидел: в клубах пыли, под грохот копыт на них неслись степняки. Очень злые степняки!

- Это называется - съездил за помощью? - на всякий случай уточнил Бородатый Верблюд.

Гномы посмотрели на опущенные пики - и решили вооружиться. Видимо, им тоже было известно, что дружба лучше всего складывается, когда меч в руке. В руке - меч, а за спиной - напарник с арбалетом.

Степные воины очень эффектно вылетели на вершину холма. И - призадумались... Одно дело гнаться за подростком из чужаков. Да. Это одно дело. А наткнуться на строй гномов, благожелательно ожидающих любого повода подраться - совсем другое!

Наконец вперед выехал один из джабеков. Толстый, самоуверенный, мордастый - всё, как положено настоящему джабеку. Даже - джаабеку!

- Что я скажу, то все поддержат, вот! - заявил джаабек агрессивно. - Ты как так убил наших легиньхов?!

- Законы Аркана просты! - спокойно, но очень громко ответил он. - Покусившемуся на жену чужую - мучительная смерть!

- За обычную драку из-за девойки...

- Обычная - это спину дубиной поломать? - уточнил он.

Мордастый джаабек на мгновение смешался, но потом завелся снова. Упрям, буй-тур! Ну-ну...

- Что нам законы Аркана? - заорал джаабек. - Его, может, и не было никогда! А наша молодежь всегда дралась за красивых девоек! И в природе так же: лучших самок забирает сильнейший! Чем наши легиньхи хуже быков? Или даже жеребцов? Наши легиньхи лучше! И красивая девойка должна доставаться самому сильному!

- Самому наглому! - хмуро поправил он.

Эхо от его слов прокатилось над толпой - не зря все же в каждой из жизней ставил голос! Иногда это помогало продлять срок непрерывного существования - вот как сейчас, например.

- Самому богатому! - рявкнул он и положил руку на обойму с дротиками. - Самому мордастому! У кого дружков много! И получается от него звериное отродье! Точно как то, что валяется вон там в траве! Еще и естественным отбором оправдываете? Что бы вы понимали в генетике!

Джаабек-родитель невольно поднял руку, не зная, что прикрывать - глаза или горло. То-то же, буй-тур косорылый...

- Может, какой закон и есть, - заговорил джаабек потише, отводя глаза. - Но есть закон, и есть жизнь. Кто из нас идеален? Кто без греха? Хе, легиньхи наши, может, немножко дурно хотели поступить - а кто из нас так не делал в юности? Молодежь всегда дерется за красивых девоек!

- Дубиной спины ломает?

Степняк заерзал - но не замолчал, и даже не поправился. Уж очень джаабек был уверен во всеобщей поддержке.

- То есть я что говорю? Наказывать надо, кто спорит? Но разумно наказывать! Э, разве род людской исправишь? Если за детские шалости убивать, то никого живого не останется! Меня все поддержат! Ну, пошалили наши дети, так плату возьми за вред, дротик в живот зачем? Вэй, а какие легиньхи были! Сильные, смелые - настоящие воины, славные потомки Имангали!

Джаабек недоуменно покосился на его скривившееся лицо и закончил:

- Нам от имперских отбиваться - каждый воин ценен! Вот! И что я сказал, то все поддержат! Вот!

- Что империя?! - недоуменно сказал он. - Встанут на пути - вломим. Это не проблема! Мы их телами завалим, блин, по своему обычаю! Не понимаю... нет, не понимаю я! Почему внешнего врага бить - и смелость есть, и самопожертвование? Двадцать миллионов сгубим, но уничтожим кого угодно! А внутри себя порядок навести - страшно. Есть же законы. Ну так стой на их страже, чтоб хотя бы на ступеньку подняться от зверства к человечности! Нет. Почему-то страшно. Сбились легиньхи в собачью стаю, всех распихивают - им возразить боятся! Их поддерживают даже! Естественным отбором объясняют! Несовершенством рода человеческого объясняют! Даже больше - сами так норовят жить! Что империя?! Зачем вообще идем на яйлу? Чтоб свободными остаться! А зачем нам свобода, если внутри себя перед сильными головы клоним, на спины ложимся и хвосты поджимаем? Перед сильными - не перед человечными?!

- А всех как исправить? - вдруг с любопытством спросил кто-то из гномов за спиной. - Что, есть такое средство?

Видимо, его страстная речь задела какието струнки и в гномьих сердцах. И заставила задуматься кое о чем.

- Да есть средство, конечно! - пожал плечами он. - Вот сложу курган из голов почитателей зверства! А остальные сразу исправятся.

- Как так сложишь? - осторожно уточнил джаабек. - Ты кто?

Это был своевременный вопрос! Но - опасный! Он подумал, что бы ответить - и решил, что правда подходит лучше всего.

- Человек, - сказал он надменно. - Прежде всего я человек! Берьх из последней крепи Кыррабалты! Но вы...

Конь, почуяв злобу всадника, крутнулся и поднялся на дыбы.

- Вы можете звать меня Имангали! - гаркнул он оглушительно. - Я - Имангали Черный Аркан, судия степей, вечный воин справедливости!

- Аркана не было! - неуверенно возразил джаабек.

- Уже есть! - хищно улыбнулся он всем.

- Молчи уж, Джуманча, жирный ишак! - звонко добавила из-за спины Ясная Луна. - А то мой муж всех убьет!

Он обернулся и одобрительно кивнул. Все же у этой девойки были задатки настоящей жены!

- Ну, а теперь, когда все познакомились, не мог бы кто-нибудь объяснить, где наши упряжные кони? - безмятежно поинтересовался Бородатый Верблюд.

Володя П.- откровения в кладовке

Отгремела бешеными барабанами премьера. Отпрыгались за кулисами, откричались, отрадовались, что все остались живы и в основном целы. Уже поделили выручку и разогнали счастливых музыкантов по домам. Уже ночь наступила давно, а они все сидели тесной компанией в складе реквизита. Там было пыльно, грязно и неуютно. В их распоряжении были почти что целых два дивана, какие-то тумбы и уляпанный красками стол, а на нем бутылка шампанского. Впрочем, не пили, потому что после премьеры выхлестали невероятное количество газировки, и больше внутрь не лезло. Разве что Нинель Сергеевна крутила рассеянно стакан, по неистребимой учительской привычке просматривая какую-то тетрадь.

- А почему не в школе? - недовольно спросил Серый и как бы невзначай положил руку на плечи Олесе. - Меня бы ваш актовый зал устроил. Там банкеток полно.

- Действительно, Володя, почему здесь? – возбудилась девушка и сбросила назойливую руку.

Как выглядят такие приставания и чем заканчиваются, она теоретически знала в нескольких вариантах - и ни один ее не воодушевил. А вот Серый этого не понял - и снова положил руку куда не следовало. Обычно юный бандит был очень внимателен и понятлив - но то днем. Ночью же, особенно после потрясений и из-за усталости, психика человеческая частенько давала сбои. И поднималось из подсознательных глубин такое... очень даже откровенное! Не зря в театрах любят ночные репетиции. Понятно, что это не в последнюю очередь удобная возможность для женатых добавить переживаний в личную жизнь. Но не только. Проникновение в роль на ночных репетициях случается просто фантастическое! Вова П. в силу специфики основной профессии уязвимые места психики знал и использовал не стесняясь. И теперь наблюдал результат. Влечение к хорошенькой учительнице вырвалось ночью у юного бандита из-под контроля, вот и тянулись руки куда ни попадя. А ведь Олеся после известного случая и днем не совсем нормальна. А ночью тем более может что-нибудь ляпнуть очень прямолинейно! А разгребать ему. Проверить, что ли, на месте ли дротики, легко ли выхватываются...

- Вообще-то нам в школе не место, - хмуро сказал Володя. – Нам здесь место. В театре, в грязной кладовке.

- Не понял...

- Школа - храм знаний, - категорически заявил он. - А с театром вместе обязательно идут и пустые бутылки после репетиций, и ночные посиделки с интересными последствиями. Это - факт. Вот посмотри на себя.

Олеся осторожно поерзала, а потом убрала настойчивую руку с талии. Сейчас прольется чья-то кровь... но девушка промолчала. Зато пробило на откровения обычно очень сдержанного Серого. Видимо - накопилось, да еще и ночь.

- Да никаких последствий! - брякнул в сердцах парень. - Что на меня смотреть? Вот на нее посмотри! Ей же ничего не надо!

- Ух ты, здорово! - восхитилась под боком у Володи Мила-акробатка. - А я уж уходить собралась, скучно - но теперь не выгоните! Сейчас прольется чья-то кровь!

- Олеся! - серьезно и спокойно спросил парень. - Почему тебе ничего не надо?

- Ну можешь ты мне просто не нравиться? - попыталась вывернуться девушка.

Юный бандит насмешливо улыбнулся, и она сбилась.

- Я высокий, говорят, что красивый, - отметил он. - Я сильный и не дам тебя в обиду. И ты мне нравишься. Очень. И чего еще тебе надо?

- Сережа, но я же старше...

- У Вована на шее висеть - возраст не смущает? - едко осведомился юный бандит. - Ему-то сколько?

- Кстати о возрасте, - рассеянно сказала Нинель Сергеевна. - Я тут случайно заглянула в один классный журнал. Володе шестнадцать. Он, оказывается, с третьей попытки первый класс закончил. Вот такие чудеса у лучшего ученика школы.

- Ух ты, здорово! - подпрыгнула на диване Мила-поэтесса. - А чего по журналам лазим? Личный интерес?

Олеся подобрала ноги и съежилась на диване, маленькая и несчастная.

- Но тебе же только одного надо! - жалобно сказала она.

- И что?! - взорвался разозленный Сергей. - Да, надо! А тебе нет? Но почему?! Ты и я - мы же оба люди! У нас что, законы физиологии для женщин отдельно писаны?!

- Я читала, что да, - тихонько возразила девушка. - Мы от животных произошли, а у них самки только в определенный период... это... а самцы постоянно... вот из-за этого нам сейчас всем плохо.

- Что-то никаких периодов я у тебя не заметил, - буркнул парень, успокаиваясь. - Полная фригидность, аж бесит.

- Ой, вспомнила! - подпрыгнула Мила. - А правда, у вас в школе у учительницы есть кличка такая - Фригида?

- Не оскорбляй Нинель Сергеевну! - тут же сдала коллегу Олеся.

- Это Володе спасибо скажи! - сердито сказала женщина. - Кличками награждает, не отмоешься! Вот Олеся у нас Форелька, а Алиса Генриховна – Нолик!

- Ух ты, здорово!

- Друзья! - сказал Володя и встал. - Ну что вы о сексе, как будто это что-то интересное? Наступают смутные времена! Вы хоть знаете, что нас ожидает?!

Он патетически воздел руки и опустил.

Под правой рукой оказалась Мила.

- И что же нас ожидает? - тихо поинтересовалась Нинель Сергеевна.

- Да понятно что! Есть такой раздел науки - психопатология этосов, там же все сказано! Сначала на арену жизни выйдет разная муть: бандитики и воры, жулики и проститутки...

- Путаны - очень достойные женщины! - авторитетно заявил Серый. - Обычная профессия. Одна из. Зато фригидностью не страдают.

- Да что ты все об одном? Олеся! Что у вас за проблема? Или ты девачка?

- Так самки же... - робко подала голос Олеся.

Он закатил глаза и сел.

- Повторяю для безграмотных еще раз! - прошипел он. - Взаимоотношения полов - компетенция ни разу не физиологии, а вовсе психологии! Есть же множество трудов! Да выйдите в информационную сеть! Нет кредитки на сеть - хотя бы на эльфов поглядите! Вот у них - чувственность и еще раз чувственность! И зависит исключительно от самоидентификации, как выяснилось! Вон Эль от одного взгляда Верблюда тает и плавится, а вы – физиология!

-Тебе хорошо, ты еще маленький, - пробормотал Серый упрямо. - Посмотрю я на тебя через пару лет, когда тестостерон через уши закапает.

- Да у меня и сейчас гарем есть, в чем проблема-то? - рассеянно отмахнулся он - и поразился наступившей тишине.

Он растерянно огляделся - все смотрели на него с огромным недоверием.

- Ну... - неуверенно сказал он. - Если кто-то не знает, что в гареме, это ж не значит, что гарема нет?

- Ух ты, здорово! А можно поподробней - насчет не знает, но состоит? - вставила страшно заинтересованная Мила.

- Да я могу и формализовать! - пожал Володя плечами.

И развернулся к Олесе.

- Йоха! - серьезно сказал он. - Вот что бы ты хотела от мужа? И сразу отбросим защищенность - это тебе обеспечиваем все мы... да, и насчет на руках носить - тоже! Для этого дела партнер существует, вон, синяки на бедрах не сошли.

Видимо, и на девушку ночь оказала серьезное влияние - потому что она подумала и постаралась ответить действительно честно.

- Хочу, чтоб это был только мой и преданный мне мужчина, - уверенно сказала она.

- Не понял, чем тогда я не подхожу? - удивился Сергей и снова положил руку ей на талию.

- Э... я еще подумаю! - поспешно сказала она.

Она действительно еще подумала. И обескураженно пожала плечами.

- Хочу, чтоб он был самым близким мне человеком, - пробормотала она. - Чтоб могла вешаться ему на шею, кривляться и капризничать, чтоб он меня понимал, ругал, дразнил, утешал... чтоб я чувствовала себя рядом с ним полной дурой, восхищалась и боготворила...

И она растерянно уставилась на Володю.

- Чтоб не пытался залезть под юбку, - шепотом закончила она.

- Да кто бы лазил! - возмутился Сергей. - Зачем лазить, она у тебя на одной пуговке держится, вот тут, сбоку, раз - и нету!

- Не трогай пуговку!

- А ты не сверкай бедрами! Специально дразнишь, да?

- Олеся, ты признаешь, что это я и есть? - строго спросил Володя.

- Ну... да, - растерянно сказала она.

- Ты согласна, что жена мне - в рамках своих ожиданий?

- Получается, что да! - хихикнула она. - Нет, я не против, но вот еще бы...

- Ты сама сказала, какой муж тебе нужен! - безжалостно напомнил он - и повернулся к Нинель Сергеевне.

- Нина, а какой муж нужен тебе? - строго вопросил он.

Юный бандит на диване поперхнулся очередной подковыркой и в изумлении уставился на учительницу. И даже руку убрал от юбки Олеси. Мила перестала дышать...

- Я семнадцать лет работаю в школе, - спокойно напомнила женщина. - Привыкла, что меня называют по имени и отчеству. Ко мне даже мама так обращается. Она тоже привыкла. Так что лучше будет, если...

- То на людях! - отмахнулся он. - А здесь все свои! Так какой же муж...

- Володя, а ты недогадливый, - отметила женщина.

Она задумчиво покачала стакан с шампанским, отхлебнула, как чай, и скептически скривилась:

- Да, мой повелитель, я согласна.

- Угу. Так. Ну, а с Сашкой я давно договорился...

- Я, наверно, пойду, - пробормотала Мила.- Что-то подсказывает мне, что следующая буду я.

- А тебе это надо? - тут же заинтересовался Володя.

- Я маленькая еще! - открестилась она поспешно.

Да ну?! А вот видел я тебя в скверике с одним...

- Это не считается! - сказала девочка, покраснев. - Ошибка юности!

Акробатка поерзала, устраиваясь поудобнее - и внезапно хихикнула.

- Я тут подумала! - сообщила она жизнерадостно. - Получается, мне тоже муж нужен - и опять не в том качестве, как Серый! У меня, чтоб вы знали, папахен с мамахен шкафы пилят, полный дурдом, а не жизнь! И вроде как мамахен к родителям вернется и меня увезет. А не хотелось бы! У меня же здесь реальное будущее нарисовалось, заработок, если по сегодняшнему судить, очень даже устраивает! Не подскажете, нигде случайно муж не завалялся с квартирой? Чтоб было где пожить до конца школы? Мне бы пожить, остальное нафиг не требуется, я же еще маленькая!

- Можно бы у меня, - неуверенно предложила Нинель Сергеевна. – Но…

- Нет, я что-то не понял! - подал голос забытый всеми Сергей. - Ну и какой толк от твоего гарема?

- А какой тебе еще толк нужен? - недоуменно спросил Володя. - Они мои жены. И они все согласны, что жены, ты же слышал. Ну и... вот.

Юный бандит уставился на женщин. Нинель Сергеевна непроницаемо улыбалась, Олеся наивно хлопала глазами.

- Потешаетесь, да? - обиделся он.

- Знаешь что? - деловито сказала Мила. - Пиши и меня туда же! Я тут подумала: если Нинель Сергеевна жена, а я у нее буду жить, так заодно и я бы... а?

- Да ну его, действительно, этот секс! - вздохнул Серый. - Весь мир – девачки! Так какое будущее нас ждет? Ты что-то начал говорить, да на женские глупости отвлеклись.

- Информационное, - мрачно сказал Володя. - А это, я тебе скажу, пострашнее фашизма. Сначала-то, понятно, мы ничего не заметим. А потом - раз! - случится что-то, и останутся люди один на один со всем миром. Вот тут и выплывут в хозяева жизни всякие мелкие типусы, бандитики да воры, да жулики - потому что они-то и окажутся самыми готовыми к переделам и беспределам. Да еще вот мы с вами. Если удержим театр на плаву, такие зубы нарастим - бандиты и рядом не стояли! М-да. Потом выяснится, что существуют законы мироздания, и лучше бы их не нарушать, и всякие типусы сойдут на нет. Но жить хочется красиво все равно! И полезут всякие во власть! И чтоб больше от шушеры не зависеть, как поначалу, станут окружать себя полицией и заборами. Больше полиции! Еще больше! Полмира в охрану! Мы-то живем в многообразном мире. Но это пока что. Скоро он двухцветным станет. С одной стороны - власть, господари, окруженные стеной полиции. С другой - белхалаш, рабочие... скорее даже, не рабочие, а, скажем так, производственники. Две силы, третьей не дано. Расслоение будет страшное. Господари, у которых все. И белхало, вкалывающие иногда и за еду. Тут еще некстати выяснится, что активное использование контрацептивов уничтожает материнский инстинкт уже в третьем-пятом поколении. И не усмехайтесь недоверчиво, мои милые женщины, а вспомните фабричных несушек, которые цыплят высиживать, как известно, не могут. Не хочется им уже! Инкубатор им подавай. А люди посложней цыплят! Человека мама должна воспитывать! И будет вынуждена власть принять политику бесконтрольной рождаемости, а это, я вам скажу, надо увидеть, чтоб понять... Люди, люди везде! Готовы работать за любую зарплату! Готовы жить по десятеро в комнате! Лишь бы жить! А на улицах полиция стреляет без стеснения. И войны тут и там. Народу много, не жалко! Ты вот, мой друг Серый, опять прикидываешь, а как там насчет секса. Ты лучше подумай, как там насчет преступности! Информационное общество! Везде камеры, датчики, спутники с орбиты смотрят! Тебе есть нечего, ты кого-то поставил на нож - и вот уже бежишь в ужасе, а в спину стреляет полиция, и засада впереди, потому что тебя видят! Видят все! В каждой машине - блок контроля! Схватился за кредитку - начеку генный сканер! Пнул дверь - и охрана морду сняла тут же! И правосудие простое и понятное. Все же видно! Темных углов нет! Сквозь стены - просвечивают! Сделал не то движение - и вот уже сидишь в цеху на принудительных работах, производишь очень дешевую продукцию и тем, кстати, вынуждаешь наемных рабочих вкалывать за социальный минимум!

- Не дождутся! - пробурчал впечатленный бандит. - Мне работать в падлу.

- Да пожалуйста! На твое место рабочие найдутся! А на тебя сразу - еще преступление! Отказ от принудительного труда, высшая мера! Я же говорил, нас ждет мир контрастов! Или сюда - или на тот свет! Вот так-то, друзья мои. И горе тому миру, где белхало разобщены. С голоду помрут. А потом и мир кончится, ибо есть законы мироздания, которые лучше не нарушать. Ну, мы-то с вами удержимся. Пока мы вместе, нас не взять! А вместе мы будем, только если не станем забывать, что законы мироздания все же есть.

Он вздохнул и оглядел компанию. Ага, впечатлились!

- Мы разные очень, - пояснил он. - Вот Серый - бандит, Олеся - актриса, я... вот кто я, по-вашему?

- Убийца, - одновременно пробормотали женщины.

- Пусть так, - смутился он. - Тем более что правда в каком-то смысле... М-да. Так вот, чтоб нам удержаться вместе, придется соблюдать несложные законы. Законы мироздания - они, как правило, несложные... да вы их знаете наверняка!

Он недоверчиво вгляделся в лица.

- Вот Яса, - намекнул он. - Знаете закон степей? М-да, тяжелый случай... Ну хорошо! Я напомню, что из школьного курса известно. А по ходу жизни и подробно услышите, да с комментариями и примерами. Кто не дал приют путнику в степи, тому смерть - это хотя бы знаете? Угу, откуда бы... там, кстати, все такое: кто взял чужое имущество - смерть, кто покусился на жену воина, ушедшего в поход - смерть мучительная!

Серый подумал, покосился на Олесю и убрал руку с ее талии.

- ... женщина без оружия - женщина, с оружием - мужчина, - пробормотал Володя. - Это вообще-то для того, чтоб кое-кто в мужские дела не лез командовать, а то огребет по мужскому нормативу - но все равно полезно. О, вот еще обязательно скажу: не расплатившийся с наемным работником ввечеру есть вор! За этот закон мы Арктур на дыбы подняли! Ну, а то, что нас касается напрямую и в первую очередь: побратимам не лгут! И вообще говорят: "Ты - жизнь отдашь за меня, я - жизнь за тебя отдам!"

Все же Серый был очень умным бандитом. Когда не мучился влечением, конечно. Вот и здесь: посидел, поразмышлял - и сразу нашел слабое место.

- Благие пожелания, - высказался парень. - Красивые песни. Уж очень это все строго. Как у монахов. Подчиняться никто не станет. И не сможет. Потому что денежной отдачи не видно. Я так думаю.

Володя встал и с удовольствием потянулся. М-да, засиделись.

- Не думай, что монголы жестокие, чуть что, и сразу смерть, - заметил он. - У них ведь и ссылка своя была. В Западной Сибири, среди племен рыболовов, если кто не в курсе. Просто с законами мироздания иначе не получается. Если их нарушаешь - миру конец. И если мы не встанем к плечу плечо, если других не обучим, не вдохновим, не поведем за собой - и этому миру конец. Белхалаш только вместе выжить могут, такие дела. И если кто из побратимов нарушит закон...

Он еще раз с наслаждением потянулся...

- ... того я убью, - закончил он дружелюбно.

Что ж, тишина звенящая была ему в этот момент слаще любых оваций! О как всех проняло! Что значит ораторское искусство! В общем, ночь удалась! Довольный собой, он даже поинтересовался у, так сказать, старшей жены, что она там пишет все время.

- Твои фантазии, - смутилась Нинель Сергеевна. - Знаешь, в них какая-то сила! Я их издать собираюсь, да маловато пока. Четырнадцать с половиной глав набралось - и все.

- Откровения у океана, чтоб мне провалиться! - потрясенно пробормотал он. - Вот их еще в будущем в философскую систему возведут - а мы здесь все о бабах! А кто поверит?! Вот так и появляются эльфы придурочные... Блин. Блин!

Санниэре - откровения после боя.

- Ну кто так воюет?! - раздраженно вопросил он в небеса.

Творец по обыкновению промолчал. Против обыкновения, именно Творец в этот раз был не при делах. Недовольство вызвала неопытность новенького императора.

- И что не так? - ревниво возразил вислоусый полицейский, приданный вместе с длинным напарником матери всех кланов для солидности. - Погранцы из своих платформ подвижную линию обороны устроили, блицштурм фланги держит, Урсаш с ребятами подлянки морпехам в тылах устраивает - что не так?

- Асиа! - насмешливо обратился он. - Твои ахархо, помнится, так красиво потеряли половину войска в свое время! Из-за чего, помнишь? Именно здесь и потеряли, кстати!

Женщина кисло поморщилась:

- Дизентерия.

- Вот! Прежде чем начинать движение, людей организовать надо, научить! Поговорить ласково, наконец - особенно с Ит-Тырками! И для разговора не два полицейских потребны, а отряд здоровых мужиков, вот как гномы! С обнаженным оружием в руках!

Полицейские озадаченно посматривали на подростка, не в силах сообразить, в какое это "свое" время здесь мерли от дизентерии какие-то землепашцы. Ведь ахархо - это землепашцы на степном наречии, разве нет?

- Я понимаю, на Хиста наседают, и он воюет! - сердито продолжил он. - Но он что, за всем сам следит? А побратимы на что? Или у него нет побратимов? А как так возможно? Творче, тебя спрашиваю! Нет ответа... Тогда, может, вы ответите?

И он требовательно развернулся к полицейским:

- Вот вы! Вы можете организовать движение?

- Смотря какое, - осторожно ответил вислоусый полицейский и покосился на напарника. - Мы вообще-то больше по части разогнать.

- Понятно, - вздохнул он. - Как дети малые. Так. Ладно. Асиа, будешь при мне неотлучно, а то степняки не послушаются! Верблюд? Вспомни-ка славные денечки Кыррабалты! Гномов при полном вооружении - на коней и нам за спину! Асиа, дашь коней ребяткам. Забери у Ит-Тырков, а то твои уголовнички что-то слишком пронырливы, так и мелькают...

А Ит-Тырки ломились вперед. Ушлые овцекрады быстро сообразили, что лучшая жизнь - в голове толпы. И трава еще не подъедена до земли, и вода не загажена, и топлива под казаны можно набрать, в которых варится чужая, а оттого особенно вкусная баранинка. То же отлично понимали и остальные кланы - но Ит-Тырки были намного наглее! Получали плетками, выслушивали оскорбления - но лезли со своими чахлыми отарами вперед! А уж после них получалось то, что доставалось остальным: съеденная до корней трава, загаженная вода и гниющая требуха убиенных и сожранных животин. В хаосе массового движения навести хоть какой-то порядок не представлялось ни малейшей возможности. Да и кто бы занимался делами общества? Кланы о своих стадах заботились, воинство Хиста готовилось на боевых позициях к драке, все заняты шкурными делами... благодать!

Так что Ит-Тырки были неприятно удивлены, когда эту идиллию кому-то удалось разрушить.

Группа странных воинов показалась на холме. Здоровенные такие мужики на степных лошадках - и мечи с копьями этак недвусмысленно поблескивают на солнце. Впереди - невзрачный подросток, недовольно взирающий на бардак под ногами.

Может, степняки и не остановились бы. Скорее всего, не остановились бы. Да уж очень колоритны были женщины рядом с подростком. Злая на весь мир мать всех кланов. Рослая гордая йоха, без смущения восседающая в мужском седле в коротеньком платье. И изящная светленькая эльфийка с солнечной улыбкой на милом курносом личике. Так что степняки уставились на женщин - и приостановились. Ну, и еще движению помешало то, что долину Ирчи перегородили плотной цепью конники Туолам с копьями наизготовку...

Ит-Тырки с тоской посматривали, как скот отгоняют за холмы, но помалкивали. Старейшина Бурш попробовал разораться, и что? Получил древком копья в лоб и валяется. Так что Ит-Тырки помалкивали, а вместе с ними помалкивали и остальные. Помалкивали - и с недоумением смотрели, как стада сбивают в одно без разбору. Скот, конечно, клейменый, и разобрать по кланам будет возможно, но... свой же!

А голос у подростка, оказавшегося глашатаем матери всех кланов, был ошеломляюще звучным, до задних рядов запросто долетал! Или его эльфийка магией подправила? Ишь, улыбается как невинно!

- Славные потомки Имангали! - с непонятным сарказмом сказал подросток. - Настали лихие времена! Степь погибла! Мы уходим в горы, чтоб образовать там новый народ! Здесь, на берегах Ирчи, делает первые шаги новая раса! И страшным будет наш путь! Лишения, страдания, голод и болезни подстерегают нас! И чтоб не сгинуть всем бесследно - придется объявить время войны! Станем же побратимами навек! И нет времени для раздумий, потому что смерть за спиной! Кто идет до конца, кто вольется в единую расу - да встанет к Ирче! Кто сомневается, лелеет шкурные планы - да идет в степь! Отныне и навсегда - жить по законам Аркана, как деды ваши жили! Нарушившим - смерть! Вспоминайте, братья! На жизнь и смерть...

... кровию кровь скрепя - братья навеки! - прокатилось неуверенное над степью.

- Ну вот, а ты говорила: бардак! - удовлетворенно заметил подросток матери всех кланов. - С людьми просто поговорить надо было! Ласково!

И он отвернулся, чтоб заорать на всю степь очередной приказ.

А орать много пришлось! Установить очередность движения кланов. Сформировать отряд девоек-гонцов для беспрепятственного донесения информации. Отправить наблюдателей на обзорные холмы по ходу движения беженцев. Выделить погонщиков общего стада. Отправить туда Эль для отбраковки скота на мясо. Пришибить кого-то из Ит-Тырков, попавшегося на воровстве. Забрать из повозок заболевших детей и перевезти в госпиталь блицштурма. Сгонять Надию к Хисту, чтоб договорилась о месте военного обоза в колонне. Сгонять к Эль дюжину гномов, чтоб вразумили погонщиков. Сколотить подразделение хозяйственной помощи для бойцов заслона. Назначить джабеков отвечающими своими жизнями за чистоту питьевой воды. Пришибить очередного Ит-Тырка, попавшегося на воровстве. Назначить джабека, отвечающего своей жизнью за удаленность отхожих мест от колонны беженцев. Перераспределить продукты в пользу уродов Ит-Тырков, пропивших запасы. Пришибить джабека, допускавшего к чистой воде по родственному признаку, и назначить нового. Сгонять Асиа к Хисту, чтоб отладить систему связи между людьми войны и обозом. Сгонять Надию к блицштурму, чтоб забрала из госпиталя врачей для осмотра общего стада на предмет эпидемии. Сгонять Верблюда с гномами к блицштурму, чтоб вразумить блицштурм. Пришибить младшего из братьев Собак, попавшегося на воровстве. Прочесать колонну на предмет подозрительно заболевших взрослых - уроды эти Ит-Тырки, жрут что попало! - перевести последних в госпиталь блицштурма. Сгонять Асиа к Хисту, чтоб порешала с ним вопрос о летучем военно-полевом суде для воров, мародеров и насильников. Назначить джабека, жизнью отвечающего за снабжение воинов заслона горячей пищей, прибить джабека, попавшегося на допуске к чистой воде по клановому признаку, и поставить следующего...

К вечеру медленно двигающаяся масса людей приобрела начальные черты работающего организма. Правда, Ит-Тырков в результате поубавилось. Да еще у гномов древки копий оказались измочаленными. Да Надия, Асиа и Эль с седел валились от усталости.

А потом исчез наблюдатель с одного из обзорных холмов.

Так издавна было заведено в степи: если стоит на вершине холма конник - в степи спокойно. И вот его нет. И что толку, что Хист прикрыл фланги бойцами блицштурма? Степь велика! Заходи с любой стороны и бей!

- Верблюд! - крикнул он. - Собирай бойцов! Степь велика, Хисту за всем не уследить! Получается, это нам работа!

Старый побратим озабоченно глянул на обзорные холмы. Потом поискал в колонне воинов. Нашел, приказал следовать за собой. Вынесся на открытое место и вскинул меч, что означало: всем, способным держать оружие - в бой! И поехал шагом к обзорному холму, с которого пропал наблюдатель. За спиной у него плотным строем держались гномы, за ними подтягивались, разворачивались широкой стаей конники. Необученные, кое-как вооруженные, не знающие сигналов боя. Туолам, Ит-Тырки, Карабаш, Беш-таг, еще кто-то с незнакомыми значками - и далеко не всем из них предстояло вернуться к родным кланам.

Они перехватили наступающих на марше. И не стали даже разбираться, кто такие да чем вооружены. Сейчас друзей в степи не осталось, только враги! Аийя-каргана! Визг до небес, бешеная скачка, арбалетные стрелы навстречу, хряск копий и сверкание сабель!

Он следил за боем издали. Подростку в прямой сшибке делать нечего, затопчут. Зато подросток может отправить к Хисту гонцов за помощью.

Гонцы сработали четко: еще бы, ими же командовала лучшая наездница степи Ясная Луна! И Хист оказался честен, прислал подкрепление вовремя. Конные пограничники вбили в пыль тех, кто еще сопротивлялся, и расстреляли из арбалетов убежавших. Так легко и просто - когда в исполнении профессиональных воинов.

Он сидел в седле, устало сгорбившись, и смотрел на значки отходящих степняков. Туолам, Ит-Тырки, Кара-баш... а вот значков Беш-тага что-то не видно.

- Асиа, усилить санитарную команду! - напомнил он. - И проследи, чтоб обязательно собрали оружие! Пусть вооружаются лучше, кто остался цел! Таких атак еще много будет. Верблюд, возвращаемся в колонну.

- Оружейные фургоны - Хисту в заслон? - спросил на всякий случай Верблюд.

- Ни в коем случае. Беречь. Держать в голове колонны. И... Надию туда же. И так зря ей рисковал. А она еще и в платье принцессы, как специально! Под охрану ее. Под неусыпную охрану! И переоденьте в мягкую броню - только вежливо, а не так, как вам нравится.

Верблюд задумчиво глянул на него и кивнул. Но промолчал, что хорошо. Видимо, репутация клана убийц могла оправдать совершенно немыслимую подготовку.

Он покачнулся в седле. Блин, не сомлеть бы на ходу.

- Напои меня, степь... - вдруг загудел рядом негромкий усталый голос. - Напои вольным ветром...

Такие же усталые, хриплые голоса подхватили. Надо же, кто-то помнит! Он прикрыл глаза. Побратимы вернулись. И, как и всегда, их так мало. И с каждым боем будет все меньше.

- Я вот что хотел спросить, - пробормотал он. - Верблюд, вы так странно себя вели там, у лысой горы...

- Не везде можно кое о чем говорить! - поморщился гном. - У проплешины Место Силы, там опасно! А как нам было удостовериться, что Надия - истинная принцесса пророчества? Только раздеть да посмотреть! Ну мы и раздели. Глянули - и сразу увидели, что принцесса! М-да.

Старый побратим покосился на него и смущенно почесал бороду.

- Она бы еще покороче юбки носила! - сердито добавил гном. - Распалила молодежь, вот и... ребятки и подумали: при такой бесстыжей одежке ей без разницы, как и где переодеваться, а нам всё развлечение! Ну... ежели обиделся кто, так нам несложно извиниться! Только она не обиделась, мы-то видели!

- Забавные у вас отношения с будущей королевой мира! - отметил он.

- Дак... какая королева, такое и отношение к ней под стать! Ты бы наше пророчество почитал, вот где истинно забавно!

Он припомнил откровения больного эльфа и мысленно согласился, что отношение к королеве, являющейся, по сути, всего лишь бесперебойной родильной машиной, вполне могло быть у подданных очень специфичным. Ай да Надия.

- Пора бы почитать, это верно! - согласился он. - В свободное время. Хотя будет ли оно, еще вопрос... Но мне вот еще что интересно: а что ты делаешь в мире людей, Верблюд? Э, не спеши врать, сейчас поясню. Гномы, получается, на Жери Светлолиственной давно сидят. Как и эльфы. Но в делах людей не отсвечивали. Кроме тебя. В отрядах Кыррабалты иных гномов не было! И эльфов тем более. Про них и не слыхивали тогда! Значит, не было у Бессмертных рас нужды в людях. Но вот Бородатый Верблюд, побратим самого Кыррабалты Черного Топора - иное дело! Что-то его вывело на поверхность. Э? Желательно бы услышать ответ. Чтоб решить, например, а по пути ли нам с новой Силой.

Верблюд крякнул. Сплюнул. Почесал бороду.

- Убийца из клана Аспан-быка, да? - протянул гном задумчиво. - Широкие у вас интересы! И какие подробности из истории хранятся! И, получается, даже передаются вплоть до подростков-учеников? Дела... Но я отвечу, маля. Да, я отвечу.

Старый побратим мялся и ежился. Информация дороже всего! А как не ответить? Побратимам не лгут! Именно Бородатый Верблюд, насколько помнилось, был самым ревностным защитником правды Кыррабалты и теперь не мог преступить свои же принципы.

- Это связано с нашим бессмертием, - вздохнул гном. - Когда смерть не подгоняет, тогда начинает казаться, что спешить некуда. Вечность же впереди! Да. И появляется легкомыслие. Беспечность некая в самых серьезных и ответственных деяниях. Что у нас творится во Фролинге, иначе как дурдомом назвать нельзя - с человеческой, разумеется, позиции. А уж во Флоренсо такое, что и рассказывать стыдно! Хватит того лишь упомянуть, что эльфы со своим полом утвердиться не могут! Так что внутренняя наша жизнь, сам понимаешь, при таком раскладе гораздо веселее того, что происходит в мире! Вот потому про эльфов с гномами и не слыхивали столь долго. Да, думаю, именно потому. Пока не взбрела неким идиотам в головы новая мода баловаться на стороне Властью! А всё потому, что дома наследственная анархия не позволяет.

- А ты?

- А мне плевать на гномьи традиции! Я же полукровка! Уж как мой папенька с человеческой женщиной изловчились меня оформить, по сю пору не догадался! Любопытно - аж зуд мучает испробовать! Это одна причина. Есть и другая. Легкомысленность с возрастом проходит. Даже не то чтобы действительно проходит, а так... не мешает важными делами заниматься. И размышлять. А по размышлении становится любому понятно, что мы не одни в этом мире живем. Из чего выводится неопровержимо, что судьбы наши связаны неразрывно. И кому-то, хочешь, нет ли, а надо выходить на поверхность, чтоб исполнялись пророчества, чтоб не угасла наша бессмертная раса... Ох и давно же это было! Еще во времена побратима моего Кыррабалты! Мир тогда был юн и свеж, и воздух гораздо чище, и трава зеленее... а мнится, что случилось чуть ли не вчера! Память наслаивается, что ли? Вот, к примеру, чудится раз от разу, что в голосе некоего подростка гремит злобная мощь моего давнего побратима...

Старый диверсант замолчал и глянул настороженно и испытующе. Но перед ним был всего лишь берхь сопливоносый, засыпающий от усталости прямо в седле.

Глава 5

Глава пятая

Володя - на чем ездят эльфы?

В открытое окно било солнце, врывался легкий ветерок и заносил запахи сосны ну просто одуряющие. Что поделать, лето. Может, директриса хотела только лучшего, когда добилась для гимназии режима круглогодичного обучения. И по западным наблюдениям вроде всё и выглядело лучше некуда: конечно же, правильней учиться постоянно, не расслабляясь, отводя для легкого отдыха последнюю неделю месяца - и месяц на летний курорт. Конечно, длительные каникулы выбивают из трудового ритма и всячески замедляют процессы обучения - или чего там происходит в школе? Но... то ли западные люди устроены как-то немножко по-другому, то ли природа у них отличается - но то, что хорошо для Запада, для Сибири смерть! Потому что летом неохота делать ни-че-го!

И ладно бы ученики ленились. Против них давным-давно разработаны надежные способы укрощения: побольше заданий и тюремный режим учебы. Дружно встали, выровнялись, учебники слева, тетради справа, сели, руки сложили, смотрим на доску... и вот уже глаза стекленеют, и протестные речи засыпают в подкорке.

Проблема заключалась в том, что учителя, оказывается, тоже люди! И они когда-то учились в школе, и с тех времен вынесли вбитое в подсознание правило - летом думать в падлу... э... то есть не получается! И если женщины еще как-то сопротивлялись, то учитель истории сдался сразу и теперь сидел, благодушно развалясь на стуле, и обсуждал с классом проблемы отечественного автопрома. Класс, даром что семиклассники, правила игры понимал, принимал и потому особо не шумел, в нужное время поддакивал и изображал заинтересованность. И потому на его фоне сонная физиономия классного смутьяна выделялась особенно неприятно. И вызывала правомерный вопрос: а этот, что же, правила игры не принимает, что ли?!

Учитель глянул на него недовольно раз, глянул два. В принципе, историк был добрым человеком. Ну или ленивым - вот так сразу конкретно и не скажешь. Но все же - был. А спустить Переписчикову неприятие правил игры почему-то не мог! Нечто невообразимо древнее и мохнатое вылезло из глубины души и приказало - заклевать отщепенца! Загрызть отбившегося от стаи! Чтоб в следующий раз правила игры принимал! Чтоб кланяться научился - и оглядываться на мнение большинства! Кто-то называет это инстинктом. Но инстинкты вроде у животных? Ну, тогда есть другое слово - паттерн! Паттернам поведения подчиняются все - от академика до... а кто у нас, кстати, на нижней ступени? Ну не уголовники же? Так что - подчиняются все, от академика до простого рабочего! И клюют безжалостно. До депрессии. До затравленности в глазах. Заклевать насмерть!

Только древний инстинкт не учел одного - Переписчиков не первый год на свете живет. И даже не первый раз. И со времен блаженного йогина здорово научился пинать по коленной чашечке.

- А Переписчиков что у нас автомобилями не интересуется? - последовало формальное обвинение.

- А он у нас бедный! - радостно подхватил Типун, моментально сообразивший, что к чему. - Он у нас всю жизнь пешком ходить будет! Нет, даже бегать, он же бегает хорошо!

А вот это обвинение было очень серьезным! Можно было спать на уроках. Можно было хамить учителям. Но не стремиться к автомобилю?! Это же то же самое, что не иметь мечты! Класс осуждающе загудел.

- Автомобилями? - переспросил он, вынырнув из раздумий о вечном. - Нет, не интересуюсь, это верно. Они кончатся скоро. Вот... примерно когда появятся города-тридцатимиллионники, тогда и кончатся. Да и чем они могут быть интересны? Один из общеизвестных тупиков технического развития, не более. Разве что как антиквариат? Ржавые гайки крутить? Ну... это если время совсем девать некуда. Не мой случай.

И он снова собрался уйти в трансцендентные блуждания, даже не заметив, что оскорбил учителя дважды! Потому что учитель именно тем и занимался в основном, что крутил ржавые гайки! Из чего следовало неумолимо, что делать ему больше нечего.

- Весь мир ездит на автомобилях! - заметил учитель, скрыв обиду. - В каждой западной семье в норме иметь по три авто! Это - прогресс! И только Переписчиков против. Не объяснишь, почему?

Как ни странно, но где-то в глубине души учитель истории остался настоящим педагогом, несмотря на лень, несмотря даже на определенную несдержанность в употреблении известно чего. И потому он умел наступить на горло собственному соловью красноречия и выслушать, что скажет ученик. Качество, среди умных людей почти не встречающееся, кстати. Ну кому охота случать косноязычный лепет, когда сам полон значительных мыслей? Вопрос, что в школе развиваться надо ученикам, а не значительным мыслям старших, при таком подходе задвигался дальше некуда.

- А зачем они нужны, ваши автомобили? - спросил классный смутьян.

Лучше б он бомбу в класс бросил. Шуму было б меньше, это точно. Каждый хотел высказаться, зачем нужен автомобиль! Учитель довольно улыбнулся и поднял руку - тишина, мол, дайте умнику ответить!

- Машина нужна, чтобы ездить! - выкрикнул в паузу Типун.

- Куда ездить? - не понял он. - Ну куда у нас ездить?! Наш городок пешком за полчаса проходишь! Вам жалко на прогулку среди сосен потратить полчаса? Такие занятые, что ли? Ой, не верю.

- А в мегаполис? - напомнил учитель.

-А общественный транспорт на что?

- Ну, это нищета! - разочарованно выразил Типун общее мнение класса. - То ли дело свой внедорожник! Как врубишь колонки, чтоб крыша выгибалась, как притопишь... и девки на заднем сиденье пачками!

- Вот насчет притопишь! - озабоченно сказал он, поднялся и рассеянно заходил по классу. - Что-то я упустил с этими войнами... здесь что, позволяют любому кретину садиться за руль?!

Учитель кивнул, еле сдерживая улыбку. Все же как повезло этому классу, что у них есть такой клоун, как Володя! Ведь из любого урока сделает конфетку со смехом! Сейчас еще и на женщин перейдет.

- То есть... - недоверчиво сказал он, - болид весом за тонну могут доверить придурку, у которого даже не координированы движения? Проще говоря, руки-ноги независимо от мозгов болтаются? Ой-йо! Куда я попал? Да это то же самое, что ежегодно по миллиону невинных людей расстреливать! По миллиону!

-Так у нас и погибает примерно столько, - напомнил учитель. - И даже больше. А что делать? Издержки прогресса!

- Руль в кривые руки не давать, вот что! - возмутился он. - Куда я попал, а? Да из нашего класса только Ленчик соответствует требованиям по вождению! Да еще вот Типун подходил бы, если б не был таким социально ущербным! Ой-йо... Хорошо, что это скоро кончится! Города-тридцатимиллионники на подходе!

- Многоуровневые развязки, подземные парковки? - предложил учитель с улыбкой.

- Не хватит! - категорически сказал он. - Тридцать миллионов в одном месте - это надо просто видеть, чтоб понять! Нас, ребятки, вообще ждет аскетическое будущее. Так что отбросьте мечты о трех машинах, шикарных квартирах и полной автоматизации! Не будет этого! Придут к власти господари - и станете трястись над каждым расходом! Жить будете около работы, чтоб пешком ходить. Примерно как на Арктуре: вроде вся планета представляет из себя один город, муравейник невообразимый, но семьи веками живут на одном месте! Диалектов прорва, как в какой-то деревне, и чужаков так же не терпят! Воду будете тратить по счетчику!

В классе недоверчиво запереговаривались, и даже учитель покачал головой. Переписчиков, конечно, фантазер - но это он хватанул лишку! Воду по счетчику, скажет тоже... Вон ее сколько рядом, целая великая сибирская река, качай только!

- А на Эрде сеть развита! - припомнил великий фантазер. - Вот там многие в сети работают. Представляете, пейзанский такой мирок, на подземных фабриках удаленные операторы трудятся, а наверху пастораль настоящая, лужайки с телятами! И суперкрыло сверху опускается, а из него гвардейцы кезара в броне, сволочи...

Он поморщился, вспомнив что-то неприятное.

- Я вообще-то сейчас и думал в тему! - пробормотал он рассеянно. - На чем передвигаются эльфы? Ну не на лошадках же! А они на чем-то передвигаются! Посттехнический мир - вариантов может быть множество! Те же "умные" поверхности, к примеру...

Он вдруг опомнился и поднял голову.

- Слушайте, если у вас за руль пускают кого попало, так, может, у вас и жениться может любой? - недоверчиво спросил он.

Класс восторженно взвыл.

- Йес! - вскинул кулак Типун. - Вована понесло! Вован, жми!

- Я серьезно! - возмутился он. - Ну сами подумайте! Что, вот наш Колян вырастет, и у него в подчинении будут жена и дети? Вот у этого мелкого садиста? Да он из семьи психически больных сделает за пару лет! В школе хотя бы я его по коленной чашечке пинаю, а дома, в полной безнаказанности, что будет твориться?! И вы еще удивляетесь, зачем нужно многоженство! Вот затем и нужно, чтоб беззащитные не попадали под власть уродов! Жену ему? А по коленной чашечке?! Пусть борделями пользуется! А Серега уже сейчас очень близок к тихому алкоголику - потому что противостоять не может вообще ничему! Когда наступят лихие времена, как он защитит свою семью? Сможет ли принять решение? Да его семья с голоду умрет! И таким лучше пользоваться разовыми подругами, вот, например, как...

И он обвел взглядом девочек, подыскивая наглядные примеры. Мужская часть класса азартно привстала, а девчонки беспокойно заерзали. Репутация Вована гарантировала, что он укажет - и укажет верно, потому что специалист по этим делам!

- Про женщин в целом понятно! - поспешно сказал учитель, спасая девочек от заслуженного позора. - Ты про машины не договорил! Эльфы... тебе решать, на чем они у тебя ездят, пусть хоть верхом на палочках! Ну а нам-то, сирым, на что надеяться?

- Мне больше воздушный транспорт нравится! - пожал плечами он. - В объеме всяко просторнее. Особенно у нас в Сибири. Правда, крылья требуют еще большей подготовки, чем машины - но там естественный отсев, все дураки быстро в землю рогами.

- Для воздуха у нас технологий нет! - компетентно заявил учитель. - Да и... сложно, не находишь? Аэродромы, погода опять же.

- Все у нас есть - да кто разрешит? - буркнул он. - Небо - это же какая свобода! Я часто вспоминаю: крылья за спиной, ветер в обтекателях - и весь мир внизу! Реки как ленточки, дома стоят игрушечные, и такое ощущение полной свободы! Небо - оно опьяняет с первого раза и на всю жизнь!

- Сам летал? - странным голосом спросил учитель.

- Только на Эрде! - признался он. - В остальным мирах это дорогое удовольствие, а я же чаще по канавам. Но снится каждую ночь!

Прозвенел звонок, и классный смутьян побрел из класса, не обратив внимания, в каком состоянии оставил учителя. Какие уроки, какие машины, если непонятно, на чем ездят эльфы? Ну не на ишачках же? Так, а в сказках как? Не все писатели остолопы, вполне мог кто-то догадаться, как на самом деле обстоят дела!

Он повспоминал. И огорченно вздохнул: в сказках эльфы ездили на лошадях. Белых. Ну-ну. А кто им тогда конюшни чистит, навоз со сказочно прекрасных улиц отскребает? Блин. Вот сказками ему не хватало заниматься! А не разберешься, подбросят эльфы нежданно кого-нибудь в тылы - и привет, сопливая реинкарнация!

Он бы, наверно, пришел к какому-то выводу - но на крыльце школы его остановила Олька. Одна.

- Вовчик, обрати на меня внимание! - жалобно сказала она.

Он обратил на нее внимание. И еще раз обратил, подробнее. Олька покраснела.

- Потолстела за последний месяц, - недоуменно сказал он. - Я бы даже сказал - стремительно потолстела. Краситься перестала, что хорошо. Темных кругов под глазами нет, значит, дома ночуешь. И форма допустимо короткая, а не как обычно. Но это понятно, толстыми бедрами кому охота сверкать?

- Скотина! - с чувством отозвалась Олька. - Мог бы и промолчать! Вовчик, проводи меня до дома?

- Я вообще-то...

- Ты Шурки своей боишься - или Олеси? Или времени на меня жалко? Проводи, кому сказала!

Времени ему было не жалко. Все равно ничего не успевал, а еще же и уроки обещался отцу делать...Так что он вздохнул, взял Ольку за руку и развернулся к Зеленому проспекту, где та жила в одном из дворцов.

- То-то же! - довольно сказала она. - И чтоб поцеловал, когда за деревья зайдем!

- Олька! - удивился он. - А оно тебе надо? Тебя и так вся школа перецеловала!

- Вот именно! Я привыкла к вниманию, мне плохо, когда не целуют! А сейчас потолстела, и никто внимания не обращает! Целуй немедленно!

- Да Олька...

- А еще врут, что детство - самая счастливая пора! - нервно сказала девочка. - То вес скачет, как у свиньи! То гормоны булькают, на каждого мужика вешаюсь! То прыщик на носу выскочит, самой смотреть противно, не то что целовать! Скорей бы оно прошло! Ты будешь меня целовать или нет?

- Замуж тебе надо, - буркнул он. - И детей каждый год.

- Да я бы не против! - вздохнула она. - Только я маленькая еще.

- Это ты маленькая?! Да кто бы здесь что понимал в возрастной физиологии!

- Да? Ну тогда целуй побыстрее!

- Тебе не поцелуи, тебе дети нужны! - напомнил он.

- Я согласна!

- Я подумаю, - пообещал он.

- Запомни, ты обещал! - довольно сказала Олька. - А то уперлись в свои машины. Какие машины, когда женщина рядом?.. Ну и куда ты снова улетел? Опять в свои миры?!

Санниэре. Вот на чем ездят эльфы!

Глава семейства опять не знал, как относиться к сыну! То его нет, когда такие дела вокруг творятся - целое переселение неизвестно куда! Потом вдруг появляется к ночи, и вереница странных фургонов за спиной. И здоровенные мужики при фургонах - в мягкой броне, между прочим, и при оружии! В гномьей броне! И ни объяснений, ни... ничего вообще! Буркнул что-то и завалился в фургон отдыхать. Страшно обидно - потому что страшно любопытно! Вот к чему бы, например, всю ночь подлетали к фургону на легких конях степнячки, совсем еще юные девойки? Вот к чему? Даже подумать страшно. А одна из девоек - самая красивая из девоек! - еще и называла сына Имангали! Имангали - и мужем!

Отец, конечно, пробовал подслушивать - и Ялинька тоже. Степное наречие оба знали неплохо. Думали, что знают. Только девойки тараторили так, что не разобрать. А сын отвечал коротко. Но тоже непонятно! Самым частым словом было что-то вроде "зашибить".

А еще при сыне всю ночь находилась Асиа! Мать всех кланов. Страшная, жестокая женщина. Как она железной рукой навела среди своих степняков порядок! Такая маленькая, изящная, такая милая даже - и не скажешь по виду, что такая злобная! И она тоже получала от сына указания! Ну и кто он после этого, кроме того, что берьх сопливоносый? Понятно, свинья. Но вот кто еще?

Наконец Асиа отъехала, и старший Гончар не выдержал.

- Сына! - сказал он, скрыв обиду. - Я уж и не знаю, кто ты у нас и какова твоя власть, но ежели оружейные фургоны под твоей рукой, непонятно, зачем они здесь, а не в заслоне у Хиста! Или забыл о них?

- Во-во, ответь-ка своему отцу, маля, и мне интересно послушать! - хохотнул Бородатый Верблюд. - Желательно бы знать, не для того ли мы тащили оружейные фургоны по горкам, чтоб прохлаждаться в общей колонне с коровами?

- Хист в заслон собрал всех - и все равно против Первой приморской армии он никто! - сердито поддержала мужа Ялинька. - Я, конечно, давно училась, но точно помню, что когортам морской пехоты могут разве что пограничники противостоять - при трехкратном перевесе в силах! А оружейные фургоны могли бы обеспечить паритет на основном направлении удара! И что мы видим? Вместо того, чтоб воевать на позициях, здоровенные бойцы в тылу сало подъедают!

- Дзуда! - ошеломленно прохрипел гном.

- Тебе сала для гостей жалко? - попрекнул жену Кола Гончар.

- Да причем тут сало?! - возопил старый диверсант. - Дзуда, да понимаешь ли ты слова, что произносишь столь уверенно?

- Я не права? - огрызнулась Ялинька.

Верблюд заткнулся и подумал. И с уважением посмотрел на дзуду.

- Мы не знаем оперативную обстановку, - осторожно высказался Кола Гончар. - Вот если бы Дребен подъехал да поделился сведениями...

- Хист возле нас не скоро объявится! - злорадно заметила Ялинька. - Стыдно!

И бросила виноватый взгляд в сторону сына. Яхи с семьей не было. Юная дзуда находилась при Хисте.

- И вовсе не требуются донесения с позиций! - подключился к разговору мельник, незаметно подъехавший на своем ишачке с другой стороны фургона. - Я тоже давно учился, хе-хе, но тактические наставления генштаба помню! Согласно им черно-синие сейчас должны совершать что? Они должны выставить когорты в ударное построение! И бить они станут по центру нашего заслона! И никакие оружейные фургоны при таком раскладе Хисту не помогут, потому что защищенность когорт от стрел при ударном построении достигает абсолюта! И поможет Хисту разве что его степной конь - уж очень шибко бегает, зараза! Верно, дочка?

Бородатый Верблюд, восторженно открыв рот, проследил, как симпатичная девчушка, задорно подобрав юбку запрыгнула в фургон Колы Гончара.

- Неверно! - смело возразила отцу Знобинька - и как бы случайно коснулась Санниэре ножкой. - Зачем Первой приморской наш центр? Что этот центр вообще прикрывает? Хвост колонны - а там степняки своих овец гонят! И зачем морским пехотинцам овцы?

- Умница! - умилился мельник. - Вся в меня, не то что сыновья, обалдуи первейшие... И куда же ударят когорты, по твоему разумению?

Девойка-вундеркинд неохотно убрала пальчики от руки Санниэре и подумала.

- Пограничников прицелятся истреблять! - уверенно заключила она. - Если затопчут тяжелую пехоту, то останется спецназ, а он в открытом столкновении когортам не соперник, они по тайным делам специалисты. И Хист это понимает тоже. Я его с погранцами видела. Вот совсем только что!

- Истребят пограничников? - полюбопытствовал Верблюд.

- Да куда им! Пешком за конными не угнаться! Когорты даже нас догнать не способны! Сравнительный анализ показывает, что передвижение в когорте, в ударно-защищенном варианте, на четверть медленнее скорости движения колонны - а наши фургоны побыстрее движутся! И уж Хист заставит когорты идти только в защищенном построении!

- Любопытная деревенька! - пробормотал Верблюд. - Интересно, среди вас невоенные вообще есть?

- А я? - засияла Знобинька. - Я же мирная такая прямо от верху и до самого низу! Да потрогай же меня, Эре, чего ты сторонишься? Всё равно Яху больше не увидишь!

Из соседнего фургона высунулась озабоченная эльфийка.

- Военный совет? - осведомилась она. - Интересно рассуждаете... о, какие у вас пухленькие аналитики! Тогда и мне не стыдно присоединиться!

Эльфийка живо соскочила на дорогу и зашагала рядом с Верблюдом, недовольно взбрыкивая ногами и виляя бедрами. Боевой комби все же был ей тесноват кое-где. Верблюд таял от удовольствия.

- Так почему мы плетемся в колонне с деревенскими, вместо того чтоб прореживать Первую приморскую? - требовательно спросила эльфийка непонятно у кого.

- Потому что Хист все мозги порастерял! - сердито высказалась Ялинька. - В любовной горячке! И не о бое он сейчас думает, а о своем походном шатре... и не пихайся, Кола, вся степь знает, в чьем шатре Яха ночует!

- Потому что морпехи все мозги в порту приписки забыли! - хихикнул мельник. - Наши эльфы им такую блокаду поставили, что никаких допусков не хватит сломать! У них сейчас ни связи, ни карт, ни разведки! Вот и создают видимость войны, гоняются пешком за конными! И не нужны Хисту никакие оружейные фургоны при таком раскладе, а нужны резвые степные кони - верно, доченька?

Санниэре испытал законную гордость. Все же добротно были сделаны когда-то крепи Кыррабалты! Помнится, он лично настоял, чтобы священник, интендант, лекарь и начальник стражи получали обязательное военное образование в империи! И вот - работает до сих пор! Хотя и подзабыли о своей сути, о том, что крепь Кыррабалты представляет из себя автономный, всегда готовый к самозащите отряд...

- А ты что скажешь, Эре? - внезапно развернулась к нему Знобинька.

Меняя положение, вежливо говоря, тела, девойка как будто случайно оперлась на его плечо - да там и оставила свою руку. И допустила, не зная того, серьезную ошибку. Когда-то, в одном из болееменее благополучных воплощений, ему довелось серьезно заниматься неким аналогом спортивной борьбы. И неважно, что схватки на ковре ничем по жестокости не отличались от гладиаторских боев, неважно даже то, что загремел он туда в принудительном порядке. Именно тогда он узнал, как тонко чувствует противника борец через прикосновение. Положи руку на плечо соперника - и все его замыслы откроются, только читай, не ленись. А как лениться, если от этого зависит жизнь? Полезное свойство! Потому он его восстанавливал сознательно в каждой жизни. И сейчас, движимый непонятным наитием, положил в ответ на бесцеремонную ласку свою руку на талию Знобиньки. И понял: легка и беззаботна Знобинька. И чувственна, и влюбчива. И непоседлива, и порывиста, как огонь. Но вот внутри - внутри притаились и строгость, и внимательность. И настороженность, и предвкушение. Именно так чувствуется противник, когда готов прихватить тебя на движении да хрястнуть мгновенно спиной об ковер. Да, достойную смену подготовил себе старый шпион-мельник!

- Оружейные фургоны для прорыва блокады предназначены, не для обстрела загонщиков, - неохотно сказал он. - Потому они здесь, хотя нужнее там. Но ведь и мы блокаду не прорвали пока что.

Все озадаченно задумались. Если морские пехотинцы - это загонщики, то впереди, получается, их ждет... кто? Что?

В тишине он поднялся, отвязал повод степного скакуна и запрыгнул в седло легко, как кошка. Вот и навыки джигитовки восстановились, стоило поездить немного.

Он обернулся и наткнулся на серьезный взгляд Знобиньки. Талантливая дочка шпиона тоже хотела увидеть, кто их поджидает впереди!

Он без колебаний протянул ей руку. Девойка оказалась на коне мгновенно и как-то сразу очень ловко и привычно устроилась в его руках, словно всю жизнь вот так ездила. Хотя - почему словно? Она ездила. Пусть не всю жизнь, но с появлением полиции точно ездила каждую ночь. Именно так и ездила, в чьих-то руках. А как еще добыть сведения талантливой разведчице?

- Эре, я с тобой! - тревожно крикнула ему в спину Надия.

Ну, это было ожидаемо. После всех переживаний у прекрасной йохи что-то переклинило в голове, и она вцеплялась в него намертво, стоило ему хоть куда-нибудь собраться. Вцеплялась - и не понимала никаких увещеваний. Причем не понимала в прямом смысле.

Выскочившие из фургона молодые гномы сноровисто выпрягли пару лошадей - для Надии и, естественно, для своего Айсхэнда. Кто бы сомневался. Старый побратим действительно охранял принцессу пророчества неусыпно.

- Верблюд, а Верблюд! - тут же коварно крикнула эльфийка. - Ой как хорошо, что меня оставляешь! А мне Дайнэр знаешь что предложил вот прямо сейчас? Хочешь, громко повторю?

Верблюд, не оборачиваясь, продемонстрировал огромный кулак, и эльфийка испуганно шмыгнула обратно в фургон. И туда же следом - молодой нахрапистый Дайнэр, он же для друзей просто Осел...

Группа сопровождения оказалась неожиданно многочисленной: получив донесение от глазастых гонцов, тут же примчалась Асиа, а за ней под видом телохранителей - вся звезда эльфов! Синеглазые прохвосты опять оказались вовсе не там, где предполагалось - в смысле, не в фургонах с юными степнячками.

- Что-то случилось? - деловито спросил эльфийский принц.

- Пока нет, - ответил за Санниэре Верблюд. - А должно бы. Вот нас и разобрало любопытство, что за подлянка нам готовится... кстати, привет, сыночек!

- Гипотетически сыночек, - поправил равнодушно принц.

- Эт' верно! Ветрена твоя мамочка до невозможности, и вовсе не я у ней в законных супругах...

- Имангали! - озабоченно сказала Асиа. - У Хиста ситуация осложнилась! По рокаде еще подошли черно-синие, мы их не считали, но много! И все они развернули когорты крабом! И теснят нас к горам! Дребен приказал поторопить колонну! Столько морпехов он удержать не сможет!

- Куда поторопить? - раздраженно спросил он. - В ловушку?

- У нас блицштурм перевал держит! - удивилась Асиа. - Дорога на яйлу под охраной! Какая ловушка?

- А я знаю? - пробормотал он. - Нам проход должны перекрыть, иначе б сюда не гнали! Может, по горам егеря подойдут - есть же в этом мире егеря? Тем более что здесь такие горы - хоть на танке катайся! Из-под земли выскочат, блин!

При последнем предположении на него дико поглядели все - кроме Верблюда. Получалось, гном такую возможность допускал. Дела...

- С неба упадут, - тихо сказала Знобинька и указала пальчиком вверх. - Это "Голубые орлы", да?

Высоко над перевалом в небе величественно разворачивались огромные небесные птицы. Под ними в воздухе чернели какие-то точки. Их было много! И они все опускались наискосок на тот клин между горами, где недавно располагалась мирная деревушка под названием Гончары... и где начинался единственный из этих мест проход на яйлу.

- Х-хе! - не в силах сдержаться, воскликнул он. - У вас есть авиация! Ну надо же! Вот, оказывается, на чем ездят эльфы! Они не ездят, они летают! А как? "Умные" поверхности? Энергонапряженные структуры? Но не винтокрылые, это точно! Мало информации... Блин! А не разберешься - махом на реинкарнацию отправят. Асиа, конников Туолам срочно сюда! И оружейные фургоны! Немедля!

Он с сожалением проследил, как уплывают вдаль огромные небесные птицы, прижал Знобиньку к себе и пустил коня вскачь. Он должен это увидеть сам! Полицейские в голове колонны проводили его обеспокоенными взглядами. На скаку он сделал им решительную отмашку - всем замереть! К счастью, полицейские поняли. Даже более того - подчинились! Оглянувшись, он увидел, как бойцы перегородили путь и вскинули сигнальные флажки. Будь счастлив тот, кто догадался наделить его полномочиями эпсара!

А вот на холме не стоило появляться так необдуманно! Он рявкнул на спутников так, что те вылетели из седел, не осознав, что делают. Так что к вершине холма они благоразумно и осторожно подползли. Он еще успел полюбоваться на Знобиньку: девойка даже не ползла, а кралась на всех четырех, невесомо, почти не касаясь юбкой травы. Чистая пантера! И глаза так же азартно горят под темной челкой! С какой удивительной девойкой он, оказывается, жил рядом и не замечал! Впрочем, он ничего не замечал. Вот даже авиацию прозевал! А ведь была, была правильная мысль, когда небесный шар впервые увидел!

- Небесные воины! - выдохнул в ухо мельник. - А говорили, брехня, не существуют...

Рядом кто-то сочно и емко выразился. Правда, тут же извинился перед Надией. Оказалось - Асиа.

- Всех нагнали нам на погибель! - нервно буркнула она. - Кто не существует - все здесь! Осталось экстрим форс дождаться! Тоже ведь легенда! Не понимаю, чем степняки империю задели, что она на нас лучшие силы спустила?

Четкое военное построение занимало все поле от горы до горы. Классический квадрат. И на свободное место внутри квадрата продолжали приземляться парашютисты! Ловушка захлопнулась. Где-то с другой ее стороны остался совершенно бесполезный заслон блицштурма.

- Из-за холмов строй не достать, а на выстрел они нас не подпустят, - задумчиво сказал эльфийский принц. - Вот что это у них по центру, если не тяжелое вооружение? По траве размажут! А потом поджарят.

- А говорили, Бессмертные расы в наши дела не вмешиваются! - зло сказал мельник. - Эй, гном! Вы зачем людям тяжелое вооружение даете? Чтоб кто-то мог разом целый народ уничтожить?

- Не мы даем, - неохотно буркнул Верблюд. - И не всегда. В славные денечки Кыррабалты, например, о гномах с эльфами и не слыхивали.

- Да Черного Топора, может, никогда и не было! - сердито отозвался мельник. - Но мы-то есть! И тяжелое вооружение - вот оно! Надо бы что-то делать! А, Бессмертные?

Бессмертные угрюмо промолчали. В тишине стало слышно, что колонна все же движется в ловушку. Пусть медленно, но движется. Видимо, давление загонщиков стало уж очень сильным. в смысле, загонщики уже приблизились! И что-то действительно надо было делать.

Санниэре - и те, кого не существует

- Рожайте быстрее! - грубовато сказал Санниэре эльфам. - Вы что, устроили мятеж, не имея ничего против своего же оружия?

Эльфы упрямо промолчали.

- А ведь малец прав! - хохотнул гном. - Не выключим систему - нас прямо тут по траве размажут! Тонким слоем!

- Ну, мы-то уйдем! - уверенно возразил эльфийский принц.

- А дети эльфийской крови? - напомнил Санниэре неохотно.

О планах эльфов по созданию новой расы не стоило лишний раз говорить вслух. Даже здесь. Даже если догадался сам. Но - ситуация вынуждала.

- Мы сможем влезть в систему всего один раз! - зло сказал эльф. - Потом наши визажи срисуют - и больше никуда не пустят! А как тогда нам ...

Принц махнул рукой и не закончил.

- О чем это они, кто понимает? - озадаченно спросила Асиа.

- Это то, о чем ты просила! - язвительно отозвался Санниэре. - Что-то против оружия, что убивает и звуком, и светом! Только оно включаться не желает!

- Да желаем мы, желаем! - досадливо сказал гном. - Сына! Не жлобься! Что поделать, если критический момент наступил столь рано? Включаемся, сына?

- А как тогда?.. - упрямо начал эльф.

- Я же сказал, у вас есть конники Туолам! - рявкнул Санниэре. - Пока что есть! Но будете мяться ...

- Да включаемся уже, включаемся... - пробормотал принц, видимо, смирившись с ситуацией. - Это если еще сможем сделать... с ломаными ключами только в оружейные системы и лезть . Давай уж, отче, действительно не стоит тянуть!

Гном придвинулся к эльфийскому принцу и, так же, как он, наклонил голову. Эльфы окружили их плотным кольцом, закрыв спинами от окружающих. Все затаили дыхание. Сейчас, сейчас случится волшебство!

А Санниэре тихо удивлялся поведению эльфов. Они от кого защищают операторов? Ишь как ощетинились оружием во все стороны! Нет же никого. Или... или эльфы подозревают, что кто-то есть рядом, но не видят? Как ни странно, в его жизни такое случалось. Полицейский спецназ Арктура не погнушался надеть оптические балахоны-обманки. Так же не было никого, а потом слегка смазался рисунок на стенах, мелькнуло что-то - и привет, сопливая реинкарнация...

В этот момент он их и увидел - хотя не должен был. Оптические обманки почти не дают искажений. Так, некая кривизна линий на траве, перемещающаяся к эльфам. Кто-то, облаченный в оптические балахоны-обманки, спешил снять эльфам и одному непоседливому гному головы - пока они не заблокировали тяжелое вооружение. И ведь снимут! Со своей позиции эльфы нападающих на фоне неба не видели. А у него в распоряжении - старый мельник и три женщины. Которые даже ничего не подозревают. Вон, рты раскрыли, волшебства ждут. Сейчас будет им волшебство!

Ему повезло. Им всем сказочно, неслыханно повезло, потому что именно этот момент выбрали коровы Ит-Тырков, чтоб удрать от настырных хозяев! Стадо злобных зверей, взбрыкивая и крутя хвостами, пронеслось мимо в клубах пыли. И эта пыль, прилипнув к одежде, обозначила ненадолго пять настороженных фигур. Боевая звезда! Значит, экстрим форс? Ну-ну...

Дротики стремительно покинули свои места в обойме, оглушительно завизжала Знобинька, подскочил удивленно мельник ... понеслось!

Страшен рукопашный бой. Особенно если глядеть со стороны. А внутри действия бояться некогда! Сберечь бы зубы! На мгновение мелькнула перед глазами цветастая юбка Злобиньки, потом чья-то сабля чуть не снесла ему голову, он сам рубанул, целясь по коленям… Не убить, так ноги поотшибать, чтоб хромал до конца жизни! Потом на него навалились со спины - тяжелый, зараза! Он с натугой кинул противника через плечо и прибил к земле запасным клинком. Потом откуда-то прилетело в ухо, вроде бы от своих... а потом все кончилось. Страшен рукопашный бой, но скоротечен. Раз - и кто-то на том свете, остальные на этом.

Эльфы выглядели ужасно. Истерзанные - самое близкое определение. А Бородатый Верблюд вообще лежал без признаков жизни - впрочем, для гнома это еще ничего не значило. Знобинька сидела на невидимом трупе экстрим форс и кашляла кровью, и мельник, подвывая, все пытался вытереть ей лицо. Тряпку мельник неловко держал в левой руке - правая явно нуждалась в лечении. Надия держалась за живот и тихо скулила. Мягкая броня гномов в очередной раз показала свою несостоятельность, хотя жизнь йохе все же спасла. Асиа остервенело выдергивала из невидимого тела пику... а в поле перед ними многозначительно этак дымились, догорая, коровы Ит-Тырков. Тяжелое вооружение сказало свое веское слово!

- Вот гады живучие! - прохрипел эльф. - Я все дротики в них всадил, и сын тоже - и они все равно чуть нас не угробили!

- Зато теперь экстрим форс точно не существуют! - вдруг сказал Верблюд и осторожно сел. - И никто нам не помешает ввести коды отключения. Верно, сынок?

- Может быть, сынок, - пробормотал эльфийский принц. - Подожди чуть... братия, чья дочь помирает? Займись.

Кто-то из эльфов на коленках подполз к Знобиньке, устало положил руки ей на грудь.

- Стервец! - всхлипнул мельник. - Вот подживет рука, я тебе ухи поотрываю!

- Какие вы, мельниковы, все жадные! - прошептал эльф. - У тебя вон сколько детей! Пусть одна и моя будет, тебе жалко, что ли?

- Жалко! Ты лучшее забираешь!

- Так я и делаю лучшее!

Санниэре, не обращая внимания на грызню, прошелся по месту боя. Дротиков нашлось даже больше, чем было в обойме места. А рядом с его клинком в груди экстрим форс обнаружился стилет Надии. Действительно живучие гады!

Знобинька была без сознания. Но он все равно наклонился к ней и сказал:

- За мной долг жизни. Если б не ты, мне бы голову срубили.

Безоружная девойка сделала, что смогла: прыгнула на спину экстрим форс и сбила точность удара. И получила локтем по ребрам. И теперь она умирала, что бы там ни заявлял эльф-отец.

- Тебе спасибо, - неловко пробормотал мельник. - Ты их всех дротиками утыкал, мы только добивали. Живучие, гады.

Слова благодарности дались мельнику нелегко: очень уж непростыми были их взаимоотношения.

- Если на то пошло, то спасибо моему отцу, - из чувства справедливости заметил эльфийский принц. - Первый удар он весь на себя принял - и щиты снял с экстрим форс. От дротиков толку нет, если боец в щитах.

- Ага, признал все же родство, поганец! - обрадовался Верблюд.

- Ты привяжешься - любой признает! Тебя даже мельников ишак папой назовет, лишь бы отцепился!

Привычно переругиваясь, Старейшие занялись наконец непосредственно своим делом. И, если им верить, заблокировали-таки тяжелое вооружение! Но кто бы верил эльфам...

Так что перед атакой всех потряхивало от ужаса. Что-то никому не хотелось задымиться рядом с коровами Ит-Тырков. То, что легким конникам придется ломать стальной строй, на этом фоне как-то уже не впечатляло. Так что перепрягли лошадей, чтоб те не закрывали фронтальное направление. Закрыли, как могли, животных накидками из мягкой брони. Проверили еще раз могучие станковые арбалеты в фургонах, переложили удобнее штурмовые стрелы. Посадили в стрелковые пары самых крепких парней...

Санниэре угрюмо улыбнулся. Когда-то его отряды окружили у сосновых островов, и арбалеты на скрипучих телегах ахархо выкосили подчистую побратимов Имангали. Просто носились кругами перед строем и стреляли, стреляли - и ничего этому нельзя было противопоставить! Что ж, он запомнил урок! И в этот раз уже империю ожидал неприятный сюрприз!

Как ни тянули, но когда-то надо было начинать. Асиа, побледнев, прокричала звонкую команду. Оружейные фургоны дрогнули - и покатились на сплошную стену щитов. Сейчас они приблизятся на дистанцию прицельной стрельбы и закружатся в смертельной карусели... сейчас...

- Все хотел спросить! - раздался над ухом безмятежный голос Верблюда. - А куда вы так рветесь? Мне-то все равно, но в колонне странное болтают. Если на яйлу - лучше откажитесь, пока не поздно! Проход закрыт. На яйлу - не пройдете!

Он оглянулся. Старый диверсант был серьезен, как никогда.

- А куда ты предлагаешь? - осведомился он язвительно у старого побратима. - Назад, что ли? Ну, попробуй.

Гном обернулся - и уткнулся взглядом в напирающую мешанину повозок, коров, ишаков... и вся эта масса готова была прорваться через жиденький пост полицейских и растоптать все! Глаза у побратима выпучились не хуже, чем у быков в колонне, он наподдал коня, проорал что-то насчет "ит-тырк-кнорк!" и суматошно поскакал вслед за оружейными фургонами. Это был замечательный пример - и конная лава, вскинув сабли, понеслась на прорыв... Что ж, вот так и становятся героями!

А Санниэре остался на месте. Воевать - дело нехитрое. А вот провести колонну беженцев через тяготы и неразбериху отступления без потерь - куда сложнее. И кто-то должен был этим заняться. Еще и скот надо было сохранить, без скота на яйле в первый же год пропадешь.

Он поискал взглядом кого-нибудь из гонцов, нашел - и прокричал первую команду. Он снова вел свой отряд на яйлу.