Путь домой. Сигма Диссо (4)

Глава 1

Глава 1. Летний день

Как только шаттл отлетел от корабля, Трей почувствовала, как ее тело сначала стало совсем легким, потом рывком потяжелело. Интересно, а в невесомости можно летать? Вот бы на корабле была комната или большой зал, где не было бы веса. Как бы там было здорово полетать! Это как прыгать на батуте, только веселее!

Минут через десять голубой светящийся шар заполнил собой весь экран.

– Отличная погода, – сказал пилот, оборачиваясь к пассажирам. – Болтанки не будет.

Корабль вошел в атмосферу, сбросил скорость, сделал пару витков, и начал плавно снижаться.

С высоты стойбище туземцев выглядело игрушечным. Блики играли на глади бирюзового озера, видны были отмели, глубины, течения. Рыбачьи лодки, сети. Промелькнула округлая чаша водопада, а ниже… – присмотрелась Трей, – ниже был виден гигантский каньон, на дне которого поблескивал ручеек воды.

– Разлом – полтора километра. Ширина от двухсот шестидесяти до трехсот метров. Уран в каньоне. Сложность добычи при данных параметрах три из десяти, – сказал Ромис.

– Ничего себе, – ответил доктор. – Повезло.

Про уран что-то Трей слышала…. Ах, да, Селет рассказывал о миссии «Огненного льва» – земляне хотели добывать на Сигме Диссо уран. Шаттл заложил вираж перед посадкой и каньон предстал во всей своей дикой красоте. Поражала не столько глубина, сколько форма – там не было ни одного острого угла. Обточенные за миллиарды лет камни, свивались в невообразимые кольца, туннели, переходы… гладкие уступы, натеки…

– Поселение только одно? – спросил доктор.

– Сейчас да. Мы нашли следы еще пары деревень. Одна за горами, другая на равнине. Но там никто не живет уже лет сто, – ответил Ромис.

– Сейчас сядем, – сказал пилот.

Спустя пять минут корабль мягко опустился на лесной поляне. Правда, никакая это была уже не лесная поляна. Это был походный земной лагерь. В воздухе чувствовался запах разогретого металла и дыма.

Трей сошла на землю. Ей показалось, что она стала чуть-чуть тяжелее, чем была. Это сила тяжести на Сигме Диссо отличалась от силы тяжести на «Огненном льве» и шаттле – поняла девочка и взглянула на Дениса. «Чему он так рад?» – подумала Трей. Ну, планета. Лес и озеро. Что тут особенного?

Особенное там было все! Это Денис понял сразу же, как только высунул нос из шаттла. Это был настоящий палаточный лагерь, целый городок! А еще походная кухня, оружейная, и несколько передвижных научных лабораторий. В центре лагеря – костровище! И озеро, и лес. Лес густой, настоящие джунгли! Можно построить шалаш, а еще посмотреть на то место, где были адалы, а если удастся, то и на их разбитый звездолет. А озеро? Там можно купаться, кататься на лодке, ловить рыбу! А деревня аборигенов?

Пока Денис, с горящими от возбуждения глазами, осматривал все кругом, взрослые разгрузили шаттл. Затем к ним подошла молодая женщина.

– Привет! Я Ирина Мастерсон, – сообщила она весело. – Можно просто Ирина. Пошли, я покажу вам, что здесь к чему.

Им отвели отдельную палатку. Три походные кровати, столик и пара ящиков для вещей.

– Места всем хватит, – сказала Ирина.

– А в озере можно купаться? – спросил Денис.

– Хоть сейчас. Правда, вода не очень теплая. А ты умеешь плавать? – с сомнением спросила девушка.

– Я? – переспросил Денис. – Еще бы!

– Я тоже умею, – казала Трей. – Только я не хочу.

– Не хочешь – не надо, – сказала Ирина. Потом обернулась к Селету.

– А ты умеешь плавать?

– Он не умеет, – быстро ответила Трей.

– Нет? Не беда. Вечером я тебя поучу, – пообещала Ирина. – Но раз ты не умеешь плавать, не заходи один в воду.

– Он не будет, – еще раз ответила за мальчика Трей. – Правда.

– В лесу зверей нет, можно бродить без опаски. Заблудиться тоже нельзя. С левой стороны скалы – туда не ходите, а в километре отсюда в озеро впадает река. До нее можете бегать, сколько вздумается. А вот за реку ни-ни. О`кей? Иначе капитан оторвет мне голову, – добавила Ирина и рассмеялась.

Селет внимательно посмотрел на нее. Ага. Это всего лишь слова. Земляне любят преувеличивать.

– Обед в два. Вон в той палатке кухня, – Ирина ткнула пальцем в желтый шатер. – А теперь пока. Мне нужно работать, если что-то будет нужно – я в лаборатории.

Она коснулась щеки Трей и убежала.

– Ну, – сказал Денис, после того как они обследовали палатку и разложили одежду по ящикам, – что будем делать? Я хочу купаться!

– Вот радость-то, – сказал Селет.

– Ты можешь посидеть на берегу, Селет, – сказала Трей. – А потом сходим к реке.

– Только ты дай мне свой нот, – сказал Селет, соглашаясь.

Спуск к воде был пологий и песчаный, вода в озере прозрачней хрусталя и на мелководье достаточно теплая, чтобы купаться без риска получить простуду. Не сравнить с холодной водой, в центре озера, там, где Трей выбирала рыбу из сетей.

Мелкие мошки вились над поверхностью, сверху спикировал зверь – то ли птица, то ли ящерка. Мелькнули зеленые крылья, и существо скрылось под водой.

Селет вместе с нотом устроился около большого дерева на самом солнцепеке. Тепло нравилось ему, он сонно жмурился.

– Ну, я пошел, – сообщил Денис, направляясь к воде.

Трей потрогала воду. Орионское море теплее. И вода там соленая, мутная и еще волны есть. И вдруг ей стало весело. Просто так. Денис завизжал и заплескал в нее водой не хуже Веса. «Ах, так! – подумала Трей, – Ну я тебе покажу, как надо купаться!»

И она тоже бросилась в воду.

Они бегали по берегу, топили друг друга, брызгались водой, кричали, захлебывались от смеха, ныряли за песком, кидались им друг в друга, по уговору не трогая Селета. Потом падали на берег в полном изнеможении, чтобы отогреться и через десять минут начать все сначала.

Селет наблюдал за Денисом и Трей, не принимая участия в забаве. Только один раз он рискнул побродить босиком по берегу.

После обеда, сыто переваливаясь с ноги на ногу, все снова направились к озеру.

Трей и Денис залегли на песке, Селет сидел рядом, глядя довольными глазами то на своих друзей, то на озеро. Солнце стояло высоко, воздух над озером колебался, нагретый его лучами. Вдруг илльфи замер, прислушиваясь к чему-то. Потом встал и направился к лесу. Трей хотела окликнуть его, но ее совсем разморило: она только повернулась на бок, чтобы не терять Селета из вида. Спустя пару минут она забеспокоилась – Селета нигде не было видно, и девочка уже собралась встать и пойти искать илльфи, как вдруг он вышел к озеру, и не один. Рядом стоял худенький мальчик со светлыми волосами, заплетенными в косички, такие длинные, что Трей сначала решила, будто он – девочка.

Денис, увидев гостя, тут же сел на песке.

– Это Ноис, – сказал Селет, подойдя поближе.

– Привет, – поздоровалась Трей, вставая. – Ты кто?

Мальчик что-то сказал. Трей не поняла ни слова, но голос у него был приятный.

– Он говорит, что и тебе привет, и чтобы волосы твои не пришлось стричь долго.

– Что? – Трей потрясла головой, ничего не понимая.

– У них, – Селет и Ноис переглянулись, – такой обычай. Если случиться плохое, кто-то умрет, то родные обрезают волосы. Он хочет, чтобы твои… м… твоя тетя и друзья были здоровы и жили долго.

– Спасибо! – ответила Трей.

Денис во все глаза смотрел на местного мальчишку. Сколько ему лет? Как он здесь оказался? Рубашка на нем когда-то была белого цвета. Штаны до колен и босые ноги. Откуда Селет знает, что он говорит? Универсальный переводчик? У Дениса он тоже был, но спокойно лежал в палатке. Сбегать за ним? Но за это время мальчишка может исчезнуть.

– Мы с Ноисом уже играли вместе, – сказал Селет.– Еще до того, как нас нашли.

– Ты мне не говорил! – Трей удивленно взглянула на илльфи.

– Мы недолго играли, – ответил Селет. – И потом случилось много всего. Я не успел. Ноис… он хороший. Он позвал тогда взрослых.

– Правда? – Трей подошла к мальчику поближе. Он смотрел на нее застенчиво, не понимая, о чем они говорят.

– Селет, – сказала Трей, – скажи ему, обязательно скажи, что мы, что я очень-очень рада, что он нам помог тогда! Что я буду его другом! Всегда-всегда!

Селет коснулся руки Ноиса, посмотрел ему в глаза. Губы илльфи шевельнулись, но вслух он ничего не сказал.

Потом Селет взглянул на Трей и Дениса, смотревших на них с удивлением. И, кажется, с некоторым испугом. Да, Денис – немного боится.

– Ноис знает, где есть плот. Если хотите можно на нем поплавать.

– Плот? – переспросил Денис, тут же забывая обо всем, ведь кататься на плоту во много раз лучше чем на лодке. – Еще бы! Хотим!!!

– Тогда пошли.

Ноис отошел немного в сторону, потом остановился, поманил остальных рукой.

Денис тут же побежал к нему, а Трей подозрительно взглянула на Селета.

– Он может читать мысли, да? Как и ты?

– Я потом тебе все расскажу.

– Нет, скажи сейчас! Пожалуйста!

– Да. Но только мои. А я его. Только не говориникому. Отпусти.

Трей разжала руку, и Селет побежал за Ноисом и Денисом.

Трей пошла следом. Селет никогда не врал. Если этот мальчик может читать только его мысли – то ничего страшного. Да и потом, вдруг подумала она – а что ей скрывать-то? Но все равно было как-то… неуютно? От того, что кто-то, пусть только возможно, но мог бы узнать о чем она думает… О том, что, например, она решила быть самым послушным и воспитанным земным ребенком… Кстати о послушании! Они же обещали не уходить далеко!

–Эй! Стойте! А ну, стойте! – закричала она, догоняя мальчишек. – За речку мы не пойдем! Нельзя!

– Это тут, – успокоил ее Селет. – Мы уже пришли.

Берег реки густо порос колючим кустарником. Там, где река впадала в озеро, была небольшая заводь, покрытая растениями с широкими листьями. Ноис сделал знак всем оставаться на месте, а сам подтянул штаны и легко запрыгнул на один из них. Трей думала, что он тут же провалится в воду, но лист оказался прочным. Мальчик встал на колени и засунул одну руку в воду, что-то там выискивая. Спустя пару секунд он выпрямился с довольным видом. В руке он держал растение с толстым стеблем и сиреневой шишкой на конце. С него ручьями стекала вода. Ноис выбрался на берег, обтер о свою рубашку ладони, потом легонько покачал растение, стряхивая с него воду, даже подул на шишку, и вдруг, о чудо – бугорки раскрылись, и шишка прямо на глазах превратилась в цветок – весь в полупрозрачных, длинных лепестках – от светло-розовых до лиловых.

Ноис протянул цветок Трей.

– Атта, – сказал он.

– Спасибо, – Трей взялась за упругий стебель. Сладкий запах коснулся ее носа.

Ноис требовательно посмотрел на Селета.

Илльфи сказал:

– Это тебе. «Подводная красавица» называется. Потом он отвернулся в сторону, но быстро договорил. – Он, цветок то есть, такой же красивый, как и ты.

Трей захлопала глазами. Никто такого ей еще не говорил. Она почувствовала, как вспыхнули ее щеки. Сейчас Денис над ней посмеется – почему-то промелькнуло у нее в голове. Но племянник капитана демонстративно смотрел в сторону озера. Трей понюхала цветок и улыбнулась Ноису. Потом обернулась к Селету.

– Скажи ему спасибо. И что мне понравился его подарок. Очень. Все скажи, слышишь?

Селет не удержался и скорчил небольшую гримаску. Но вновь взглянул на Ноиса, передавая ему слова Трей.

Не заметить этот бессловесный разговор было нельзя. Денис уже открыл рот, чтобы расспросить поподробней, но Трей поймав его взгляд, покачала головой.

– Э… – сказал Денис. – А где плот-то?

Ноис показал на кусты и снова сделал знак оставаться на месте. Мальчик спустился к реке, чуть выше заводи с подводными цветами, вошел в воду и пошел вперед, осторожно раздвигая кусты. Там действительно оказался плот! Не такой большой, как тот, на котором Литек ловила рыбу, но на нем можно было плавать всем вместе. Да и еще место останется! Там же в кустах лежала пара шестов. Ноис, по пояс в воде, подвел плот к берегу, и все остальные забрались на бревна, даже не намочив ноги. Ноис тоже залез на плот и оттолкнул его шестом от берега. Селет опасливо переместился к середине. Денис стоял на коленях около края и греб руками, помогая Ноису вести плот.

Их судно плавно проплыло мимо широких листьев подводных цветов, покрывавших устье реки, и выплыло в озеро. Течение реки мягко подхватило плот и понесло к центру. Трей забеспокоилась. Ноис выглядел спокойным и уверенным в себе, но можно ли им это делать? Течение реки ослабло, и плот, описав полукруг, медленно направился к берегу. Как раз к песчаной косе, около которой был лагерь землян.

Трей сидела в центре плота рядом с Селетом. Она раздумывала, где бы взять вазочку, чтобы поставить в нее подаренный цветок. Он смешно шелестел подсохшими лепестками. Трей опустила стебель в воду, но Ноис заметив это, замотал головой, давая понять, что нельзя этого делать.

– В воде он снова свернется, – пояснил Селет, – и пахнуть не будет.

– Объясни, как ты это делаешь? – спросил Денис, резко оборачиваясь к Селету.

– Что объяснить?

– Вот это. Откуда ты знаешь то, что он говорит?

– Знаю и все.

– И все? – в голосе Дениса послышалось возмущение.

Ноис с беспокойством взглянул на земного мальчишку.

– Денис, пожалуйста, не надо!

– Не надо, что?

– Не задирайся снова, – ответила Трей.

Тоже мне, начальница! Но ссориться Денису и вправду не хотелось. Что ж, вечером он узнает все ответы.

Плот мягко коснулся берега.

– Супер! – сказал Денис. – Давайте поиграем! В пиратов!

Правила придумывались на ходу. Захват плота на абордаж, выкуп пленных, поиски сокровищ, смех, беготня. Не важно, что кто-то не любит купаться, а кто-то говорит на языке, который понимает только Селет. Все перемешалось в одном непрерывном калейдоскопе веселья.

Ближе к вечеру, четыре утомленных боями пирата, оттащив плот на место, повалились на песчаный берег. Земля отдавала тепло, накопленное за долгий летний день. Ноис встал первый, коснулся каждого и сказал:

– Атта. Бин грав!

– Спасибо за хороший день, – уже привычно перевел Селет.

– И тебе тоже, спасибо, – отозвалась Трей. – Плот у тебя хороший. А ты завтра придешь?

Селет, уже особо не маскируясь, взглянул на Ноиса.

Тот покачал головой.

– Нет, – сказал Селет. – Завтра в деревне праздник. Все там будут. Он приглашает нас.

– На праздник? А можно? А что там будет? Здорово!

Снова обмен взглядами.

– Это важный праздник. Церемония отбора. Танцы будут. Торговля. Зовет нас. У него сестра танцует. Красиво.

– Я бы хотел сходить, – сказал Денис. – Но нас пустят?

– Если нам разрешат – то мы придем, – ответила Трей.

– Атта, – снова сказал Ноис, подмигнул Трей и убежал.

Денис проводил фигурку мальчика глазами, потом обернулся к Трей и Селету.

– В чем фокус? Ты что можешь читать мысли?

– Иногда, – быстро ответила Трей. – Но это секрет. И твои мысли он читать не может. Правда, Селет?

– Правда, – сказал илльфи. – Ноис – он не такой как вы.

– Угу. А почему ты раньше не говорил?

– А зачем?

– Ну… Не знаю... Мы вот не умеем мысли читать.

– Да, – сказал Селет. – Вы другие.

Денис задумался, что стоит за этими словами. Другие в смысле хуже? Или другие – не такие как илльфи? Он совсем уже собрался спросить об этом Селета прямо, но послышались голоса, и на берег пришли почти все земляне из лагеря.

Оказалось, что и взрослые очень даже могут шуметь, кричать, брызгаться водой, топить друг друга, играть в мяч и веселиться. А начальник лагеря, Ромис, сразу заплыл почти на середину озера. Трей, Дениса и Селета тоже звали в общий круг, но у них уже не осталось сил. Они сидели на берегу, наблюдая, как солнечный диск опускается в озеро, превращая воду в расплавленное золото. Потом Трей почувствовала, что кто-то подхватил ее на руки, как маленькую, она открыла сонные глаза – это был мужчина в белой майке. А рядом Ирина Мастерсон осторожно будила задремавшего Селета. В руках у нее был цветок Трей, о котором девочка совсем забыла. Денис стоял рядом, протирая глаза.

Как здорово быть земным ребенком, в который раз подумала Трей, путешествуя на руках в лагерь. Она закрыла глаза от удовольствия.

Ой! А так мы не договаривались! Мужчина подкинул ее в воздух, чтобы тут же поймать сильными руками. А потом закружил ее как на карусели! Трей завизжала и окончательно проснулась.

Потом был ужин, горячий и вкусный, а затем костер. Все сидели кругом, на бревнах, заворожено смотря на пляску языков пламени. Огонь давал не только тепло, но и защищенность – вот правильное слово. Адалы тоже зажигали костер, жарили рыбу – но их огонь был не такой – пламя злое и жадное. А не в том ли все дело – с кем сидеть у костра? Сжавшись в уголке, чтобы лишний раз не тебя не падал взгляд вечно надутого Ариса, или в кругу друзей?

Ромис принес какой-то музыкальный инструмент и запел. Красивые песни, о давно минувших днях, о войнах, о кораблях с белоснежными парусами. Трей сидела бы так до утра, устроившись рядом с Ириной, но вечер закончился сам собой, пламя угасло и все, кроме часовых, пошли спать. Забираясь в теплый спальник, Трей услышала, как Денис бормочет, что тоже хочет сторожить лагерь.

Глава 2. Старая гадалка

Местные жители Сигмы Диссо внешне отличались от землян только тем, что почти у каждого - мужчины, женщины или ребенка – на голове росли длинные, великолепные волосы. Большинство мужчин заплетали волосы в несколько кос, исключительно для удобства, а вот женщины носили волосы или свободно распущенными, или перевязанными в хвост. Люди с коротко остриженными волосами тоже попадались, но таких было немного.

– Волосы по традиции остригают только в знак скорби, – сказал доктор Ленси. – Когда кто-нибудь из близких умрет.

Он и Трей стояли посреди торговой площади. Невысокие туземные здания сейчас были скрыты тряпичными палатками, где продавалось, все, что только душа пожелает.

Туземная душа.

Овощи, фрукты, зерно, горы глиняной посуды, плетеных корзин, ткани, домашние животные. Торговая площадь шумела, кричала, блеяла. То тут, то там слышался смех, вопили зазывалы, уверявшие, что товары в лавке их хозяина самые-самые. Сегодня утром доктор и Ирина Мастерсон позвали ребят с собой на прогулку в туземную деревню. Это было именно то, чего им самим хотелось! Найти бы еще Ноиса – он может показать что-нибудь особо интересное, то на что взрослые и внимания не обратят. Перед выходом все оделись в одежду, похожую на одежду аборигенов. Ирина распустила свои волосы, повязав на голову кожаный ремешок, украшенный синим бисером.

Они почти ничем не выделялись, только иногда Трей ловила сочувственные взгляды в адрес доктора Ленси и Дениса. Тут доктор и объяснил, что их короткие стрижки воспринимаются туземцами как символ утраты, но это они уже и так знали.

«Скорее они должны так смотреть на Селета» – подумала Трей. По началу у Трей голова шла кругом. Ей хотелось заглянуть во все палатки, попробовать все сласти, что в изобилии продавались вокруг. Денис тоже был ошеломлен количеством людей и шумом. Селет поначалу озирался с любопытством, но вскоре как-то сник. Первым, что с мальчиком творится что-то неладное, заметил доктор. Он взял его за руку и начал выбираться из толпы. Трей пошла следом.

– Ты иди с Ириной, – сказал доктор Денису. – Мы вас найдем. А если нет – то встретимся вечером в лагере.

Они вышли к берегу озера. Здесь тоже были люди, потому что у озера продавали лодки. Рядом горел костер – там жарили мясо.

– Что с тобой? – спросил доктор Селета.

Здесь было тише, да и места больше.

– Много людей, – сказал мальчик. – Они все… шумят.

Он хотел сказать «думают открыто», но в последний миг передумал.

– Голова не болит?

– Нет.

– Что же с тобой делать? – спросил доктор. – А здесь как ты себя чувствуешь?

Селет задумался, потом ответил:

– Не знаю. Можно я в лагерь пойду?

– Один?

– Я запомнил дорогу!

Доктор достал медсканер, провел прибором перед Селетом, посмотрел на результат.

– В общем-то, ты в порядке…

Трей подумала, что надо бы вызваться проводить Селета в лагерь, но ей очень уж не хотелось уходить из деревни. Селет взглянул на нее и понимающе улыбнулся.

– Я сам дойду, а потом в лесу погуляю.

– Ладно, – ответил доктор. – Иди обратно. Можешь вдоль озера, или через лесок, где мы шли. Я скажу, чтобы тебя встретили.

Селет спустился к воде, обернулся, взмахнул на прощание рукой и пошел вдоль берега.

– Он не заблудится, – сказала Трей. – Он всегда хорошо дорогу находит.

Доктор проводил взглядом фигурку мальчика, потом вызывал по рации лагерь. Ему пообещали присмотреть за илльфи.

– Возвращаемся? – спросил доктор Трей.

Они осторожно лавировали между рядами торговцев, разыскивая Ирину и Дениса. Трей пару раз с сожалением подумала, что у нее совсем нет местных денег, а вокруг было столько соблазнительного. К ним не один раз подбегали ребятишки с тарелками сластей. Особенно заманчивой показалась ей тонкая лепешка, наполненная ягодами и политая сиропом.

Трей застыла в восхищении перед палаткой с украшениями. Чего там только не было! Плетеные ремешки для волос, расшитые бисером кожаные повязки. Хочешь на руку, хочешь на ногу, цепочки с колокольчиками, блестящие разноцветные камни. Подвязки, браслеты, серьги, кулоны, ожерелья – все такое яркое, красивое!

– Выбирай что нравится, – сказал доктор Ленси.

– А можно? Это не дорого?

– Можно, можно. Денег у нас хватает.

Это были не совсем деньги: длинные и совсем короткие полоски серебра.

Продавщица каменных ожерелий, увидев в руках взрослого серебро, и то, что он хочет сделать подарок девочке – выскочила из-за своего прилавка и быстро-быстро заговорила, нахваливая свой товар. Одновременно она умудрялась одевать на Трей кулоны и браслеты. И даже успела вплести в волосы девочки пару кожаных ремешков. Торговка поцокала разочарованно языком, заметив, что уши у Трей не проколоты, но все равно через пару минут девочка превратилась в рождественскую елку, увешанную гирляндами. Доктор рассмеялся.

– Мы возьмем вот это, – он указал на браслет с камешками, – потом вот это на голову. – Доктор взял украшение и протянул его Трей. Аккуратная полоска кожи была расшита разноцветным бисером. Очень похоже на ту, что была у Ирины.

– Еще что-нибудь?

«Попросить купить подарок для тети Джей? Удобно ли это? – подумала Трей. – Нет, неудобно. Я потом ей отдам повязку для головы, а себе оставлю браслет».

– Нет, спасибо, – ответила она.

– Ай, ай, какая ты глупенькая девочка, – запричитала торговка. – Нельзя отказываться, когда мужчина предлагает подарок, такой большой, богатый мужчина купит красивый подарок своей дочке, ведь правда?

– Раз так, выбери еще что-нибудь, – сказал доктор, еле сдерживая смех.

Трей взяла в руки бусы из голубых камней. Некоторые камешки были бесцветные, как стекло, другие синие и даже фиолетовые.

– Красиво, – похвалил доктор ее выбор.

– И к глазам подходит! – сказала торговка и надела на шею Трей бусы.

– Спасибо, – сказала Трей доктору Ленси.

– Не стоит. Странно, что у туземцев есть деньги, – сказал Ленси, когда они отошли немного от торговки. – Их цивилизации еще рано иметь деньги. Хотя какая цивилизация? Это же всего лишь одна большая деревня на берегу озера. Им положено меняться. Товар на товар. Ну, один делает горшки, другой ножи. За один нож, к примеру, можно получить три горшка. Тогда было бы правильно. Но здесь этого нет. Вот поэтому мы и думаем, что туземцы не так просты, как кажутся…

– Денис сказал, что у землян нет денег. Что на корабле все бесплатно, это правда? – спросила Трей.

– Бесплатного в этом мире ничего нет, – задумчиво ответил доктор. – Хм. Извини, Трей. Деньги у нас есть, но это довольно сложная система. Кое-что и кое-где ты можешь получить бесплатно: простую еду, одежду, книги, кое-какие услуги… Но в остальном, если хочешь иметь больше – нужно работать.

– Это я понимаю! – воскликнула Трей. – Я так и думала, что Денис врет!

– Нет… не то, чтобы врет. Просто... Экономика сложная вещь. В двух словах не объяснить.

Трей навострила уши, но их прервали:

– Дай я погадаю тебе, красавчик! – старуха с седыми, но вполне ухоженными волосами поймала доктора за руку.

Трей и оглянуться не успела, как они оказались в палатке, завешанной сушеными травами и цветами. Вокруг лежали деревянные фигурки людей и животных, отполированные до блеска каменные шары.

Доктора усадили на низенькую скамью.

Старая женщина присела у переносной жаровни, раздувая огонь.

– Это что, колдунья? – Трей ухватила доктора за руку. – Давайте, уйдем, а?

– Да это же игра, Трей.

Гадалка взглянула на них в упор. Разгоревшийся огонь осветил ее старое морщинистое лицо. И глаза. «Добрые глаза, – решила Трей. – И… мудрые? Нет. Печальные».

Женщина высыпала в огонь щепотку белого порошка.

– А вот это уже зря, – сказал доктор Ленси.

Старуха вдохнула почти все облачко кисловатого дыма, порыв ветра унес остальное. Гадалка подошла ближе и взяла мужчину за руку.

– Ты пришел издалека… Ты несешь добро людям… – сказала старуха невнятно, – но потери, много потерь. Было. И будет. Все есть и все будет. Много смертей на твоем пути. Много друзей. Твой друг большой человек. Тебя будут любить…

Старуха прервала бормотание и взглянула на Трей. Да так, что девочка обмерла от страха.

– У тебя необычная судьба, – сказала гадалка. – Ты чужая везде. Идешь из одного мира в другой. Очень скоро ты должна будешь решить – что важней жизнь одного или многих. Не ошибись с выбором, девочка!

– Хватит! – сказал доктор Ленси, вставая. – Вы пугаете ребенка.

Он кинул старухе серебряную полоску, взял Трей за руку и быстро вышел из палатки.

– Все так и будет, – прокричала им в спину старуха, – никто не хочет знать, что будет…

Доктор протиснулся через ряды торговцев.

– Уф, – сказал он, выбираясь на относительно безлюдное место. – Если эта старая перечница зарабатывает на жизнь, пугая людей – она перебивается с хлеба на воду. Ты как? Испугалась?

Трей энергично замотала головой.

– И правильно. Все это – полная ерунда. Забудь.

– А откуда она знает, что вы врач?

– Разве она это говорила?

– Э… она сказала, что вы помогаете людям. Все врачи помогают людям.

– Вот видишь, – ответил доктор, – это уже твое воображение решило, что она все знает. Обычно гадалки неплохие психологи, могут понять, кто перед ними или что тревожит человека. А если нет – то говорят общими фразами. Все иногда помогают друг другу. И любой человек поймет ее слова так, словно она говорит о нем.

– А еще она сказала, что ваш друг – большой человек. А… у каждого человека есть важный друг, да?

– Верно, – сказал Ленси.

– А про меня? Откуда она знает про меня? Что я из другого мира?

– Ну, это совсем легко, – ответил Ленси. – Мы особо не прячемся здесь. Туземцы знают, что мы у них в гостях. Они даже знают, что мы прилетели с неба. Все же мы немного отличаемся от них. Манерой поведения, стрижками… И ты слишком чистенько выглядишь для местной девчушки. Пойдем, купим чего-нибудь поесть, а?

– А про то, что я буду решать? – спросила Трей, забегая вперед и останавливая доктора.

Ленси присел рядом с Трей.

– Слушай, Трей. Это все – полная ерунда. Она и мне про какие-то смерти говорила. Это неправда. Что-то совпадает, что-то нет. Так всегда бывает. Не думай об этом.

– Не буду, – кивнула Трей.

– Эй, ты! Стой! – закричал доктор, останавливая пробегавшего мимо мальчишку с подносом на котором было много всяческой снеди. – Ну-ка, покажи, что тут у тебя?

Трей дожевывала ту самую лепешку с ягодами, когда к ним подошли Ирина Мастерсон и Денис. На Денисе был широкий кожаный пояс с ножнами, а в нем – настоящий нож. Ему не терпелось похвастаться приобретением, но присутствие взрослых мешало выложить все новости сразу.

– Красивая фенька, – сказал Денис, показывая на браслет Трей. Девочка повертела рукой, позволяя разглядеть украшение. Колокольчики мелодично зазвенели.

– А у меня вот что есть! – сказал все же Денис, поворачиваясь к Трей боком.

– Ух ты! Можно посмотреть?

Денис быстро оглянулся на взрослых, но потом достал из ножен клинок.

– Охотничий! – сказал он гордо.

– Да? А что это какой-то особый нож?

– Да! Вот смотри, видишь ложбинку? Это для того чтобы стекала кровь.

– Чья кровь? – после гадания Трей как-то не очень хотелось говорить про всякие ужасы.

– Ну… зверя. Которого я убью. Вот.

– А, – понимающе протянула Трей.

– Это Ирина мне купила. Вот только не знаю, что дядя скажет.

– А ты скажи, что это подарок, – посоветовала Трей. – Ведь подарки не отбирают. А где вы были?

– Да так бродили тут. А это вот для Селета.

Денис запустил руку в карман и достал оттуда деревянный шар, покрытый искусной резьбой.

– Ой, какой ты молодец! – воскликнула Трей. – А я и забыла… Что это?

– Его можно разобрать, я видел у продавца, а потом собрать… Но это сложно, пусть твой илльфи над ним поколдует хорошенько!

– Ах, так это головоломка! Здорово! Селету понра…

Трей прервал громкий вопль. Денис чуть не подпрыгнул от неожиданности.

Доктор и Ирина тоже обернулись на звук.

Душераздирающий вопль повторился.

– Это там! – крикнул доктор.

Перепрыгивая через мешки с товаром, они побежали на звуки. Никто из окружающих не проявил не малейшей прыти. Люди оборачивались, смеялись, но ничего не делали. Они добежали до плотного круга людей. Изнутри продолжали раздаваться дикие вопли. Кто-то рассмеялся. Земляне немного потеснили стоявших, чтобы рассмотреть, что происходит. Там лежала циновка, на ней стояла невысокая табуретка. Один человек сидел на ней, открыв рот. Второй ковырялся в нем, делая что-то с зубами. Рядом лежал ящик с инструментами весьма зловещего вида, и мисочка с горкой медных монет. Сидящий издал еще один вопль.

Ирина посмотрела на доктора:

– Можете познакомиться с коллегой, – сказала девушка, хихикнув.

– Очень смешно, – ответил доктор, с сочувствием глядя на оперируемого.

Сзади послышались звуки музыки.

Они выбрались из толпы. Помочь тут было ничем нельзя. У каждого своя жизнь.

На площади не только драли зубы. Там же стояло что-то вроде театральной сцены – помост, немного поднятый над землей. На помосте танцевала красивая девушка. Она была одна, без партнера, только мальчик в углу сцены отбивал ритм на барабане. Девушка танцевал здорово и Трей смотрела на нее во все глаза. Ее тоже учили танцевать, но так бы она не сумела! Одно движение переходило в другое, и вихрь носился по помосту. Волосы у танцовщицы были длинные, закрывали почти всю спину, а когда она изгибалась назад – то и вовсе доставали до земли. Колокольчики, вплетенные в них, то весело звенели, то позвякивали печально. Трей только собралась повторить пару движений, как танец закончился и зрители стали кидать танцовщице плату. Доктор тоже кинул серебряную полоску. Девушка, увидев столь щедрый дар, вся расплылась в улыбке. Мальчик на помосте отложил барабан и спрыгнул вниз.

– Ноис! – Денис и Трей крикнули одновременно.

Туземец подошел ближе, протягивая им ладони. Трей уже видела такой жест. Она протянула Ноису свои руки. Пальцы их встретились, и они встряхнули вытянутые руки друг друга.

– А где Селет? – спросил Ноис. Теперь они его отлично понимали. Каждый одел на руку универсальный переводчик.

– Он ушел домой. В лагерь. Сказал, что тут слишком много людей.

– А ты что тут делаешь? – спросил Денис.

– Работаю, – ответил Ноис, – не видел, что ли? Сейчас Сиаа будет танцевать. А я играть.

– Сиаа? – переспросила Трей.

– Ага. Это моя сестра. Вон там.

Они обернулись в сторону помоста. Девушка стояла рядом с доктором и Ириной и о чем-то с ними разговаривала.

– Это и есть ваш праздник выбора? – спросил Денис.

«Выбора? – Трей вздрогнула: «не ошибись с выбором…» прозвучал в ее голове голос старой гадалки. Это ерунда – тут же повторила она себе слова доктора. Ерунда и больше ничего».

– … в праздник много можно заработать, а главное будет вечером. Вы останетесь?

Трей так задумалась, что пропустила половину разговора.

– А что тут будет вечером? – спросил Денис. Он уже порядком устал и не отказался бы вернуться в лагерь.

– Нельзя про это, – Ноис покачал головой. – Пока не кончится – нельзя говорить.

– А завтра ты придешь? – спросила Трей.

Мальчик взглянул на нее с какой-то робостью в глазах.

– Завтра будет завтра, – ответил он. – Нельзя об этом. До выбора.

– Эй, Ноис! Ты где? – раздался звонкий голос.

– Я пойду. Сиаа быстро косы надерет, если что не так.

Ноис вскарабкался обратно на помост, подбежал к барабану. Девушка вышла в центр и украшения в ее волосах запели снова.

– Эй, команда, как настроение? – спросил доктор. – Идем в лагерь?

– Идем! – подхватил Денис. Интересно, что скажет Селет про его новый нож?

– А что будет вечером? – спросила Трей. – Этот мальчик говорил про какой-то выбор? Но он ничего не рассказал. Почему?

Доктор и Ирина переглянулись.

– Это одна из их традиций. Ежегодно проводиться некая церемония отбора. Мы сами еще не знаем, что это. Но не думаю, что это будет интересно.

– А вы пойдете на нее?

– Обязательно. Это же моя работа.

– А можно я с вами? – спросила Трей.

– Если хочешь, – Ирина взглянула на Ленси. – Но если тебе станет скучно, чур, не ныть!

Глава 3. Церемония

К ночному походу Трей приготовилась основательно. Обязательно нужна теплая одежда. Ночи здесь холодные. Это она помнила еще по стоянке адалов. Где они, интересно? Селет говорил, что их отпустили, и они вернулись на прежнее место. А куда же еще? Трей задумалась. Хотелось ли ей встретиться с Арисом и Литек? С Арисом-то уж нет! Да и с Литек тоже. Вдруг они улучат минутку и утащат ее от землян? Нет, ни за какие коврижки она не согласиться вернуться ни к адалам, ни на Орион! Дверь качнулась – это вошел Селет. Он сел на свою кровать и стал наблюдать за сборами Трей. Трей одела на руку универсальный переводчик. Что же это за церемония такая?

– Я бы не ходил, – вдруг сказал Селет.

Трей стремительно обернулась к нему.

– Почему?

– Это плохой праздник.

– Откуда ты знаешь? Ноис сказал?

– Нет.

– Тогда откуда?

Селет запустил пальцы в свои волосы.

– Он боится. Они все боятся.

– Кто? Туземцы? – воскликнула Трей изумленно. – Ты что! Они же плясали весь день! И торговали! Было весело!

– Ага, - сказал Селет, – но это неважно. Я не знаю, что они там выбирают, но они боятся вечера.

Трей села на свою кровать.

– А я хочу посмотреть!

Особенно ей хотелось узнать – правду ли сказала гадалка? Посоветоваться с Денисом? Но он на берегу играет в мяч со взрослыми.

– Ты готова? – в палатку заглянула Ирина. – Через пять минут выходим!

Трей вскочила на ноги. Оглянулась на Селета.

– Ты иди, – сказал он. – Раз хочешь.

Он катал в руках подаренный Денисом деревянный шар. Разбирать и собирать его Селет научился минут за десять.

– Я тебе все расскажу потом, – пообещала Трей. Но спустя секунду подумала, что все новости Селет узнает от Ноиса. Своим особенным способом. Так что ее пересказ будет без надобности. Ну и подумаешь, она Денису расскажет. Трей решительно распахнула дверь палатки.

Когда Ирина и Трей вышли из лагеря – смеркалось, но тропинка была еще видна.

Трей хотелось поговорить с девушкой.

– Почему туземцы не рассказывают о своем празднике? – спросила она.

– Я не знаю, – ответила Ирина. – Возможно это такая традиция.

– А вы не боитесь?

– Боюсь? Чего?

– Ну, вот так идти одной.

– А я не одна, – рассмеялась Ирина. – Я с тобой. Ты же не боишься?

Трей замотала головой:

– Нет. Я не знаю чего бояться. Что там будет? Кого они выбирают?

– Мы это и идем узнавать.

– А зачем?

– Зачем нам знать? – переспросила Ирина. – Это интересно. И потом… Ты знаешь, что такое уран?

– Уран? Это какой-то минерал. Ценный. Да?

– Да. Можно и так сказать. Здесь его очень много. Но взять его мы не можем. Не имеем права вмешиваться в жизнь туземцев.

– Я знаю! – воскликнула Трей. – Есть такой закон! Мне тетя рассказывала.

– Да, поэтому мы хотим проверить одну теорию. Есть подозрение, что местные жители раньше жили совсем в другом месте.

– В другом месте? На другой планете? Но как они оказались здесь? И зачем?

– О, сколько вопросов сразу. Как? На звездолетах, само собой. А вот зачем… не знаю. Пока. Но если мы найдем родную планету туземцев, возможно, они пожелают вернуться домой…

– И тогда эта планета станет свободной, да?

– Да. Так и есть.

«Зачем кому-то понадобилось переселяться с одной планеты на другую? Их выгнали? Или там стало плохо жить? Вдруг там наступил какой-нибудь ледниковый период? Она читала, на Земле такое тоже было, только люди были еще дикие и не умели строить звездолеты. Но эти туземцы тоже дикие… и совсем не развитые, откуда у них звездолеты?»

– А если они не захотят вернуться? Что тогда? – спросила Трей.

– Что ж, – сказала Ирина, – тогда будем считать, что нам не повезло.

– Но вы же не будете захватывать эту планету?

– Захватывать? Ты путаешь землян с адалами, дорогая. Вот кто с удовольствием тут бы похозяйничал. Если бы смог. Все разговоры оставим на потом, мы почти пришли.

«Если туземцы не умели строить космические корабли, но оказались здесь, то… О, выходит им кто-то помог?» – продолжала размышлять Трей. Ей становилось все интересней и интересней думать о туземцах.

Деревня встретила Трей и Ирину тишиной. Где все? Торговые палатки закрыты, площадь пуста. Они опоздали? Трей и Ирина спустились к озеру.

Вот где были все! Недалеко от берега они увидели большой плот. Сооружение стояло неподвижно, так как к краям плота были приделаны якорные цепи. В центре был большой глиняный кувшин. Рядом с кувшином стояли несколько старцев, разодетых в самые свои нарядные одежды и стражники с факелами.

Жители деревни, один за другим, шли к плоту по воде, забирались на него и доставали из кувшина камешки. Человек, доставший камешек, показывал его всем остальным. Плот был украшен цветами, играла приятная музыка.

Трей внимательно наблюдала за происходящим. Да, Селет был прав – туземцы боялись. Боялись идти к плоту, боялись брать камешки. Действо продолжалось и продолжалось. Нерешительные шаги по берегу, шлеп-шлеп по воде, следующий туземец забирался на плот, потом запускал руку в кувшин и… да, вот теперь он не боялся, наоборот, счастливо смеялся, показывая всем черный камешек. Потом снова шлеп-шлеп и те, кто достал камешек, отходили в сторону. В их группе голоса звучали громче, то и дело раздавался пока еще негромкий, смех. Толпа издала судорожный выдох. На плоту стоял мальчик, и в руке он держал камешек белого цвета.

Трей присмотрелась. Это же Ноис! Стоявшая рядом девушка, чья очередь запустить руку в кувшин была следующей, горестно закричала:

– Нет!

– Выбрали этого ребенка, – сказала Ирина, – только не знаю для чего.

Молодая женщина бросилась к одному из старцев. Она что-то говорила, быстро и страстно, но тот остановил ее, подняв руку.

– Выбор сделан.

Другой из стариков взял кувшин и высыпал в воду оставшиеся камни.

– Друзья мои! – сказал старый человек в красном одеянии. – Бог сказал свое слово! Выбор сделан! Сегодня это мой маленький…– старик запнулся на миг, но затем продолжил – наш… наш маленький Ноис! Нашибоги захотели так и Тот Кто Все Знает, сделал выбор. А теперь вспомним то, что мы должны помнить, и примем то, что мы должны принять! Много лет назад мы жили в месте Где Начинаются Реки. Земли были богаты, и воды полны рыбой. И дети рождались легко и помногу. И всем хватало еды и воды. У каждого были дом и земля…

– Что они будут делать с ним? – шепотом спросила Трей у Ирины. Но та прижала палец к губам. Девушка записывала происходящее рекордером.

– …и предки наши были умны и могущественны, – продолжал вещать старик, постепенно повышая голос, – и узнали они, что очень скоро дом их, где начинаются реки, сгорит. Огонь летел на них и смерть ждали их. И они покинули свой край, сели в железные повозки, которые помчали по небу могучие кони… И мчали много лет. Умерли их дети, и дети их детей стали старыми и беспомощными, но новые дети вели и вели повозки. Они хотели вернуться, но путь был так долог, что они забыли дорогу назад. Потом конь, везший самую первую повозку, тоже стал старым и ослеп, но перед смертью сказал, что их путь завершен, что ждет их новый край обетованный, еще краше того, что покинули они.

Старый конь достал свой мозг, и отдал его самому мудрому из людей, и сказал, что он всегда будет с ними, будет говорить, что делать и как жить. И вот кони останавливались здесь и там. И люди выходили из повозок, и начали жить. И те люди, среди которых был самый мудрый –остались жить, ибо их Бог говорил что им делать и как. Он все знал. Где садить зерно, где ловить рыбу, как лечить болезни… И мы живем, когда все другие умерли. И что мы должны отдать за это? Всего одного человека в год. Всего одного! Разве это много? Ведь нет женщины, которая не потеряла бы дитя, нет отца, не оплакавшего сына. Сколько утонет в это лето? Сколько умрет от зимней лихорадки? Так будет всегда. Мы ничего не можем поделать с этим. Но мы умирали бы больше и больше, если бы Бог не говорил с нами. Кто сказал, что зимы холодны, и нужно запасать дрова и строить дома? Кто сказал, что в горах водится зверь ку? Кто сказал, что нельзя селиться внизу? Кто сказал, что нельзя пить воду у водопада? Кто научил нас очищать воду и рыбу, и начали рождаться здоровые дети? Бог всегда с нами, он советует нам и просит так мало, а дает так много… Это наш Одис, Тот Кто Все Знает! Так возрадуемся же, друзья мои, что Тот Кто Все Знает выбрал Ноиса! Так споем же наш гимн, так прославим Одиса и его новую жертву!

– Жертву? – переспросила Трей. – Он сказал жертву?

– Тише, Трей.

Толпа запела вслед за стариком. Напев был печален и странен. Язык был другой и универсальный переводчик начал выдавать что-то связное только спустя несколько минут. «Где начинаются реки – дом наш. Мы покинули тебя. Мы не хотели сгореть в огне. Что ищем мы в холодном небе много лет? Где начинаются реки – дом наш. Мы покинули тебя. Зачем нам чужие звезды? Где начинаются реки – дом наш. Мы покинули тебя. Станет ли своей нам чужая земля? Где начинаются реки – дом наш. Мы покинули тебя. Дом, где начинаются реки, позови нас назад…»

Слова повторялись, они слышали рассказ о мирной богатой земле, о страшном огне, о далеком пути, о холодных звездах и жестоком пространстве, о памяти, уходящей куда-то в глубину веков, о том, как важно знать и помнить, и о том, как это трудно, о новых надеждах…

– Ты поняла? – Ирина наклонилась к Трей. – Задача решена. Они прилетели сюда! Сами! И не так давно. Все можно узнать из их песен! Мозг коня это же бортовой компьютер – стоит его найти, и мы найдем их дом!

Люди постепенно стали расходиться. Стражники принялись вытаскивать цепи с грузом, державшие плот у берега. Старик в красном взял молодую женщину за руку и подвел к краю плота. Она что-то говорила, размахивая руками, но что именно – не было слышно. Но вскоре ей пришлось сойти с плота. Два туземца одновременно оттолкнулись шестами от дна и плот медленно отплыл от берега.

Девушка стояла по колено в воде, спина ее вздрагивала.На плоту метнулась тень. Трей увидела Ноиса, он бросился к краю плота, но старик, перехватил его, прижал к себе и что-то зашептал на ухо.

– У них много еще легенд и преданий, – сказала задумчиво Ирина. – Можно восстановить всю историю! И подсчитать когда все это произошло. И они знают об опасности радиации, их бог Одис сказал об этом.

Люди вокруг радостно гомонили.

«Они рады, что жертва – не они», – подумала Трей. И почему-то туземцы стали ей отвратительны. Для чего выбрали Ноиса? Вряд ли для чего-то приятного! Иначе бы его сестра не расстроилась так! И этот старик не тот ли телепат, что помог Селету?

Ирина коснулась Трей.

– Нам пора в лагерь.

Они спустились к воде, разыскивая тропинку, и тут же наткнулись на танцовщицу, которая выбиралась на берег.

– Добрый вечер, – поздоровалась Ирина Мастерсон. – Сиаа?

Девушка взглянула на землянку так, как будто видела ее первый раз.

– Мы были днем в деревне. Вы танцевали, – напомнила Ирина девушке. – Что случилось?

– Они выбрали Ноиса, – печально сказала девушка.

– Да, мы видели. Куда поплыл плот?

– К Одису. Завтра… они отдадут ему Ноиса. В жертву.

– Что с ним сделают? – спросила Ирина тревожно.

– Он умрет, а я не хочу этого, он слишком мал. За что?

– Умрет? – переспросила Трей. – Вы сказали, умрет? Почему?

– Его…принесут в жертву, – сказала Сиаа. – Почему именно он?!

– Пойдем с нами в лагерь, – решительно сказала Ирина. – Ты должна рассказать нам все. Возможно, тогда мы сможем помочь.

Сиаа покачала головой.

– Я не пойду. И нам запрещено говорить…– ответила она, – но я скажу. Я не хочу, чтобы с ним сделали это. Наш бог… Одис очень мудр. Он все знает. Так говорит наш жрец, Аптон. И мы должны один раз в год благодарить его. Вернее не его, а землю, что родит урожай, что дает нам жизнь…– последние слова девушка повторила, как в трансе. И мы должны дать земле то, что ей надо. Это человек. Мы выбираем одного. Жребий. Потом…– она умолкла.

Ирина взяла ее за руку.

– Расскажи нам. Что с ним сделают?

– Земле отдают мертвых. Но раз в год мы должны отдать ей живую жертву…

Трей зажмурилась. Неужели они закапывают жертву в землю живьем?!

– Яма. Большая глубокая яма, – сказала Сиаа. – Мы опускаем туда жертву. В скалах у водопада. Мы кормим и поим ее, но она умирает. Несколько дней или недель. Тело распадается… заживо. Никто не знает почему. Но она кричит, умоляет убить ее. Одис говорит, что земля забирает жертву. И, что если мы не будем слушать, что он говорит, то мы все так же будем… кожа, нарывы, так жжет огонь. Волосы выпадают. Сначала. Потом кожа.

Она всхлипнула, не в силах говорить дальше.

– Радиационные ожоги… – сказала Ирина так тихо, что Трей еле разобрала слова.

– Я не хочу, чтобы он умер так.

– Когда… Сиаа, когда его опустят в яму? – спросила Ирина.

– Завтра вечером.

– Сиаа, мне нужно подумать, – сказала Ирина, –что можно сделать. А было так, чтобы кто-то мешал богу?

– Нет, – покачала головой девушка, – нет, такого не было. Но почему он? Почему бог выбрал его? Он совсем маленький. За что?

– Не волнуйтесь так, Сиаа…

– Зачем земле такая жертва?! – зло выкрикнула Сиаа. – Отпусти! – она вырвала свою руку и толкнула Иру. Длинные волосы взметнулись за спиной девушки, задели Трей, обдавая горьковатым ароматом.

Сиаа побежала прочь от озера. Трей взглянула на Ирину. Что они будут делать? Побегут за девушкой или?

Ирина обняла Трей.

– Не надо было тебе идти со мной.

– Почему? Мы… вы же поможете?

– Не знаю… Это решать не мне. Время есть еще – до завтра.

Они быстро шли по берегу. Лунная дорожка на воде освещала им путь. Трей то и дело смотрела на озеро – гладкое и пустынное.

– Почему у туземцев такой злой бог? – спросила Трей, когда они дошли до лагеря.

– Все боги злы, Трей. Злы и жестоки, – ответила Ирина. – Иди спать.

Глава 4. Приключения продолжаются

Селет осторожно раздвинул ветки деревьев и вышел к заводи с подводными цветами. Ему ни с кем не хотелось ни говорить, ни играть. Вчера ночью, после того, как Трей рассказала о церемонии в туземной деревне, он раз за разом пытался позвать Ноиса, поговорить с ним. Но ничего не выходило. Может быть, потому что Трей сидела рядом и смотрела на него внимательными, требовательными глазами, а может быть потому, что Ноис не хотел отвечать, или у Селета перестало получаться.

За завтраком Ирина сказала, что на корабль они улетят сегодня. Так распорядился капитан. Селет не удивился. Что его удивляло – так то, что взрослые обсуждали вслух возможные варианты спасения Ноиса. Ничего толкового, правда, никто не придумал. Не считать же замечательной идею о выкупе мальчика или его похищении? Смысл? Проведут новую церемонию и выберут кого-то другого. И что? Снова выкупать или похищать? Но Селету было приятно, что земляне думают, о том как спасти Ноиса.

Может быть, удастся поговорить с Ноисом, когда он, Селет, будет один?

Вчера вечером, еще до прогулки Трей в деревню, они договорились с Денисом и Трей о новой игре в спрятанный камень. Даже разложили коробочки. «И Денис выиграл бы в этот раз», – подумал Селет. Илльфи сбивали с толку все эти ветки, листья, шорохи. Здесь сложно искать. Слишком много вариантов и слишком мало следов остается на траве.

Селет спустился к воде. Оп! Что это коробка Дениса делает здесь? Она лежала на пне совершенно открыто. Для Дениса камешки прятала Трей. Но можно и перепрятать. Селет проверил, не следит ли кто за ним,и попробовал угадать что там за камешек. Хм. Трей не так уж и не права. Белый. Но положить так открыто – не правильно. Надо бы замаскировать коробочку куском коры или присыпать древесной трухой, так, чтобы был виден только краешек, тогда тот кто ищет, может предположить, что коробка выглядывает случайно.

Играть не хотелось.

Интересно, а он сможет достать подводный цветок так, как сделал это Ноис? Селет попробовал ногой большой лист кувшинки. Потом шагнул на него, сам не зная для чего. Держать равновесие оказалось не трудно. Он опустился на колени и посмотрел в воду. Нет, не видно… Так, а у следующего листа? Тоже пусто. Селет примерился и прыгнул на третий лист. Есть! Видно в глубине подводную шишку. Косяк мелких рыбок проплыл рядом.

Селет засунул руку в воду, нащупывая стебель. Потянул. Нет. Напрасно. Он зашарил другой рукой, зажмурился от усердия, потом уцепился за скользкий ствол и дернул изо всех сил. Да так, что шлепнулся мягким местом на лист кувшинки. В руках Селет держал подводный ствол листа, на котором сидел. Лист, медленно кружась, поплыл в сторону озера.

Селет увидел, как покачивается в воде, насмехаясь над ним, подводный цветок. И зачем, скажите на милость он ему понадобился? Себе взять? Подарить Трей или ему кому-нибудь в лагере? Зачем Трей второй цветок?

Лист был плотный, и, похоже не собирался затонуть вместе с Селетом в ближайшие пять минут.

Мальчик попытался зацепиться за какой-нибудь другой лист или ветку дерева, но для этого нужно было встать. Но на него навалился примитивный страх. Почти ужас! Селет не умел плавать. Совсем. А здесь глубоко, и если он упадет со своего листа… то дальнейшее ему представлять совсем не хотелось. Правильней всего было бы закричать. Но тот же самый ужас, что лишил его способности шевелиться, перехватил и горло. Все равно никто не услышит: Трей крутится около Ирины, а Денис со своим новым ножом пошел прогуляться к скалам, к западной границе лагеря.

Вчера их плот внесло течением прямо к лагерю, может быть и этот лист… И тут Селет представил, как все увидят его перепуганным и не знающим что делать. Нет, никогда! Он встал на колени и начал грести руками. Это оказалось не слишком страшно. Страшно было сидеть и ничего не делать, а сейчас, мальчик даже взмок от усилий, не замечая, что вода становится все холодней, а дно под ним совсем исчезло. Течение подхватило лист, закружило, и понесло его в сторону от лагеря землян. Селет греб из всех сил, а берег проплывал мимо, близкий, но недоступный. Но вскоре мальчик заметил ветку дерева, низко висящую над водой. Он встал на листе, старательно удерживая равновесие, потом сильным толчком послал свое тело в сторону ветки. Руки вцепились в шершавую кору. Селет подтянулся, и спустя несколько секунд стоял на земле.

Почему дрожат руки, и нет сил идти? Ведь все кончилось хорошо! Это было даже… захватывающе! Селет сел на траву, пытаясь успокоиться. Ничего страшного. Назад добраться легче легкого. Озеро рядом, заблудиться невозможно. Но в лесу бродить – удовольствие еще то. И что люди находят в этой высокой траве и огромных деревьях? Мошки, опять же, какие-то жужжат, воздух влажный и душный.

Селет встал и побрел назад. У берега озера, трава была густой и земля под ногами хлюпала. Поэтому мальчик стал забирать в сторону от воды, туда, где было повыше и посуше. Он спустился с небольшой каменной осыпи и замер в удивлении. Местность выглядела знакомой. Правильно! Именно здесь адалы и расположились лагерем. И еще бы тут не было сыро! Река как раз здесь делала изгиб, подходя близко к озеру, но еще не вливаясь в него. Вон и тропинка, по которой адалы ходили к озеру, а там, в кустах… Кто-то шевелится?

Селет присмотрелся, готовый дать деру. Это же Денис! Что он там делает? Он же пошел гулять совсем в другую сторону! Селет на цыпочках начал подкрадываться к земному мальчишке. Он старался не дышать, но все-таки сучок хрустнул под его ногой и Денис обернулся. Но тут же приложил палец к губам. До слуха Селета донеслись слова, которые заставили илльфи опуститься рядом с Денисом на траву. На поляне, на своей старой стоянке, друг против друга стояли Арис и Литек.

– Мы должны сделать это! – вновь услышал Селет голос Ариса.

Адалка презрительно дернула плечом.

– Ты думаешь, тебе за это дадут медаль?

– Могут и дать! Считаешь, что то о чем мы узнали ничего не стоит? Ты только представь, что будет, если мы первые найдем место, где туземцы жили раньше! За это дадут не только медаль, но и место где можно построить дом! Ты хочешь жить в своем доме?

– Хочу… но…

Селет напряг слух.

– Земляне… знают… опасно.

Арис резким движением вырвался от нее и заорал так, что Селет вжался в землю.

– А как ты хотела? Конечно, опасно! Но мне плевать и землян, и на туземцев тоже плевать! Я должен сделать это! Такой случай выпадает раз в жизни!

Он оглянулся, осознав, что его могли услышать.

– И теперь я командир этой миссии, – сказал Арис уже тише.

– Миссии? Она закончилась в тот миг, когда мы грохнулись на эту груду дров, – Литек стукнула по ближайшему дереву так, что с него полетели листья. – Арис… я разве против? Я тоже хочу место под дом. Кто ж не хочет…

– Ну, так в чем дело? Надо пойти и взять. Никто ничего не поймет.

– Да, но как? Как мы стащим эту штуку? Ты что предлагаешь перестрелять половину деревни?

– Какую деревню?! – снова взвился Арис. – У водопада нет никого! Мы же знаем где их божок. Пойдем и возьмем!

– А потом? Что мы будем делать с ним без корабля? Попросимся обратно на борт к землянам? Вот уж они порадуются! И отберут все в два счета.

– Помощь должна прийти.

– Да? И где она? Сколько прошло времени?

– Кто передавал сигнал? – огрызнулся Арис. – Это тебя надо спрашивать!

– Но ты представляешь, что начнется, если мы прихватим его? Туземцы начнут искать, кинуться к землянам, это же их верные друзья. Спасибо, я насмотрелась на них вчера в деревне. И те сразу поймут, кто приложил руку. Думаешь, они не догадались про туземцев? Как же! Да они его уже забрали! И что? Окажемся там же где были. В камере. Как перспектива?

– О, великий Магул, да ты совсем без мозгов! Земляне – самый тупой вид в Галактике. Даже если будут знать, где лежит золото – не наклонятся чтобы его взять! У них же правило – не трогать дикарей! А мы пойдем и возьмем! – сказал Арис и решительно зашагал прочь с поляны.

Литек постояла несколько секунд и побежала следом:

– Я с тобой!

Наступила тишина. Денис и Селет дышали через раз.

– Что им надо? Куда они пошли? – спросил Денис, спустя пять минут.

Селет встал на ноги.

– Когда мы летели сюда, я был болен. Но помню кое-что. Адалы говорили, что у них есть задание насчет местного племени.

– Хотят всех убить?

– Нет. Они хотят… – Селет запнулся. Про телепатов рассказывать не хотелось. – Хотят забрать туземцев с собой.

– Зачем?

– Ну… некоторые местные могут читать мысли, вот зачем. Ты что, не слышал об адалах?

Денис презрительно скривил губы:

– Я? Я-то слышал. Это тебя надо спросить, как вы умудрились забраться к НИМ на корабль?

– Я не помню, как это было, – спокойно ответил Селет на вопрос.

– А о чем они говорили? О каком таком божке?

– Не знаю. Слушай… Мы должны рассказать твоему дяде о том, что слышали.

– Его же нет в лагере, – сказал Денис.

– Тогда кому-нибудь еще! Они сообщат капитану.

– Подожди! – глаза Дениса расширились. – Давай сами проследим за адалами! И узнаем, что они задумали!

Селет с сомнением взглянул на мальчика.

– Нам же запретили уходить далеко из лагеря. И они нас поймают!

– Но мы уже и так ушли! Кто поймает? Эти двое? Да никогда! Я за ними слежу уже час! Увидел случайно… И потом, гляди, – горячо продолжил Денис, – пока мы придем обратно, расскажем, пока буду решать – эти адалы уже сделают, то что хотят! Давай посмотрим, а? Ты же не боишься заблудиться? И зверей здесь нет.

– Я не заблужусь, – сказал Селет. Идея была заманчивая. – Я согласен! – решился он. – А Трей? Мы скажем ей?

– Не успеем! – Денис направился к берегу озера.

– Подожди! Я знаю, куда они пойдут! Мы успеем позвать Трей. И еще… – Селет замялся на миг, но продолжил, – мы можем взять плот.

– Плот? Здорово! А куда пошли адалы?

– Вон туда, – Селет показал рукой на противоположный берег озера. – Где вон те скалы.

– Там везде скалы.

– Вон там, где скала с белой макушкой. Там водопад, про который они говорили.

– Пока они идут по берегу, мы напрямик, по воде! Бежим за плотом! – Денис засиял, предвкушая приключение.

Запыхавшись, они выбежали к заводи с цветами.

На противоположной стороне заводи, прямо на траве сидела Трей.

– Эй, – закричал Денис, увидев девочку. – Повезло, что ты тут! У нас есть дело!

– Не ори на весь лес, – сказал Селет. – Трей, с твоей стороны плот, забирайся на него и плыви сюда.

Трей встала и подошла к воде.

– Это зачем? – спросила она. Взъерошенные волосы, возбужденно горящие глаза, быстрые движения Дениса говорили об одном – мальчишка задумал шалость.

– Плыви сюда, объясним потом, – сказал Денис.

– Да, – подтвердил Селет слова Дениса. – Нет времени.

Что же такое случилось, что заставило их действовать вместе? Раз так, она возьмет плот. Добраться легко, по кувшинкам… в те кусты.

Трей осторожно забралась на лист.

Селет смотрел очень внимательно. Он решил никому не рассказывать о том, как выдрал вместо цветка основание листа, на котором сидел. Разве чужие ошибки – это интересно?

Трей уже возилась в кустах.

– Шест не забудь! – крикнул Денис.

Шест был на плоту, забыть нельзя. Трей ухватилась за отполированное дерево, оттолкнулась от дна. Потом еще раз. Плот оказался тяжелым и поплыл не к противоположному берегу, а по течению, вниз к озеру. Трей снова опустила шест в воду, оттолкнулась посильней. Плот коснулся краем берега, Денис и Селет запрыгнули на него.

– Что вы задумали? – спросила Трей тут же, как только отдала шест Денису.

Мальчик не ответил. Он был занят – налегал на шест. Ответил Селет. Выслушав его, Трей воскликнула:

– Вы оба спятили! Нельзя этого делать! Поворачивай к берегу, Денис!

– Не командуй!

– Я старшая! Помните, что сказал капитан? – Трей обернулась к Селету за поддержкой. Илльфи отвел глаза.

– Он пошутил, – сказал Денис.

– Нет, – ответил Селет, – капитан не шутил. Но мы должны это сделать! – мальчик взглянул на Трей. – И, понимаешь… Ноис, он…

– Ноис? Ты знаешь, что с ним? – спросила Трей.

– Я не могу с ним связаться, – сообщил Селет, но он в беде. Я знаю. И он там, у водопада. Если мы будем ближе – я смогу поговорить с ним.

Раз за разом илльфи посылал невидимые окружающим призывы. Но ответа не было. А вот страх был. Селет чувствовал, откуда исходит этот страх – из того самого места в горах, куда собрались адалы. Того, куда они плыли сейчас.

Трей села на плот, опустила руку в воду. Денис и Селет вновь оттолкнулись шестом от дна. Четырехметровый шест, ушел в воду почти до самого конца. Интересно, а если их заметят адалы? – вдруг подумала Трей. Она тут же обернулась, внимательно разглядывая удаляющийся берег. Пока все спокойно, но то, что они задумали – опасно, как ни крути. А Ноис? Вдруг они его спасут? Ведь Ирина так и не ответила, будут что-нибудь делать земляне или нет. Странный закон, в который раз подумала Трей. Тетя объяснила, почему нельзя никому мешать… но, что тогда ее беспокоит? Почему, неслышимый другими, голос в ее душе говорил, что не всегда это правильно. Что нельзя ничего не делать. Когда можешь помочь, можешь спасти. Ведь закон – это просто правило, а Ноис живой!

– Тут течение! – Денис пытался направить плот в нужную сторону, – Трей, помоги!

Втроем они только мешали друг другу. Руки заскользили по мокрому дереву.

– Ай!

Шест ушел под воду полностью и Денис, потеряв опору, чуть не нырнул за ним следом. Он упал на жесткие доски, стукнувшись подбородком о край. Селет схватил его за рубашку, а Трей кинулась ловить шест, и плот опасно закачался. Течение описало полукруг и плавно вынесло их на небольшую песчаную косу около скал. Увязая по колено в мокром песке, все трое побрели к берегу.

– Как мы поплывем обратно? – спросила Трей.

– Жаль, что шест упустили, – сказал Селет.

Денис уже добрался до первых скал и обернулся к своим друзьям.

– Вон ваш шест плавает! Ничего мы не упустили! Что встали? Струсили? – почти закричал он. – Раз мы добрались – так давайте посмотрим, что здесь есть! Потом, когда все выясним – вернемся и расскажем. Пешком дойдем! – Он посмотрел на скалы вокруг и сказал вполголоса: – Тогда нас ругать не будут. А так… уши оторвут.

– Уши оторвут?! – переспросил пораженно Селет, замирая на месте. – Кто?

– Э… это так, выражение такое. Не погладят по головке, понятно тебе? И на сколько мы опережаем адалов?

Селет задумался.

– Мне кажется минут на пятнадцать. А может и на двадцать.

– Этого нам хватит, что бы все тут разведать!

Там, где путешественники вышли на берег, скалы стояли совсем близко к воде. Несмотря на полдень, было сыро и сумрачно. Самого водопада видно не было, но течение, обогнув косу, к которой их так счастливо прибило, устремлялось в проход между двумя скалами. В воздухе стоял низкий звук.

– Это и есть водопад, – пояснила Трей. – Литек говорила, что если я буду медленно выбирать рыбу из сети, она меня туда скинет.

Денис взглянул на девочку. Ему не показалось, что она шутила. Они пошли вдоль берега, осторожно пробираясь сквозь нагромождение скал и камней. Денис свернул за большой камень.

– Тропинка… – прошептала Трей, идя следом.

Глава 5. Погибший бог

Скалы подступали со всех сторон. Денис уверенно перескакивал через камни, а Трей все раздумывала о том, правильно ли они поступают? Она решила, что правильно. Ведь дядя Дениса капитан корабля, значит, его племянник знает, что нужно и можно делать, а что нет. Но вот если адалы их нагонят и перекроют этот ход – будет совсем скверно…

Селет обогнал Дениса и скрылся в камнях. Денис тоже ускорил шаги. Еще пара минут, и они выбежали на большую площадку, вымощенную плоскими камнями. Вокруг были высокие скалы, проход только один, тот по которому они пришли. В центре площадки стоял толстый каменный столб, высотой около двух метров. На верху столба что-то блестело, но что именно – Трей не разобрала, так как с разбега налетела на Селета.

А потом она увидела Ноиса, и разглядывать всякие столбы ей стало некогда. Маленький туземец сидел на циновке недалеко от столба. Рядом были расставлены подносы с едой, глиняные кувшины, цветы, фигурки людей. При виде детей мальчик шевельнулся, и Трей поняла, что он прикован к столбу цепью.

– Ноис! – воскликнула Трей и бросилась к нему.

Он поднял на нее глаза, в которых была боль и надежда.

– Что это? – она коснулась цепи. – Зачем тебя… приковали? – она запнулась на последнем слове. Кажется, еще не разу она не произносила его вслух. Это в сказках злые волшебники и цари приковывали хороших принцев к скалам или бросали их в тюрьму. Это было интересно и страшно. Чуть-чуть. Ведь то, что в сказках – не по правде. А теперь она видела на Ноисе металлический ошейник. Он был тяжел, так тяжел, что натер кожу на шее мальчика. Ноисподдерживал ошейник одной рукой, закрывая натертое место ладонью. Трей видела его грязные пальцы с обломанными ногтями – наверняка он много раз пытался освободиться.

– Я жертва, – сказал мальчик. – Меня выбрал Одис. А сегодня вечером меня опустят вон туда – он протянул руку, показывая направление. И боги заберут меня.

– Боги? – переспросила Трей. Надо же что-то делать, спасти, освободить – она обернулась в растерянности. Где Селет? Он придумает, что делать!

Лицо илльфи, обычно невозмутимое, сейчас застыло. Так, словно он ждал чего-то плохого.

Он не ждал. Он знал наверняка, что здесь – страшно. Страшно и опасно по-настоящему. Это не в игры играть, не по подвалам бегать в Орионском доме детей, не с Денисом драться, и даже не следить за адалами. Ведь те, если их поймают – ничего им не сделают. Такого чтобы насмерть, сами побоятся. А это место, где они оказались… Он чувствовал что-то едва уловимое. Отзвук. Эхо страха, боли. Смерти. Да. Здесь умер кто-то. И не один раз.

– Кто сюда пришел? – раздался сверху металлический голос и Селет вздрогнул, приходя в себя.

– Что вам нужно? Кто вы? Зачем вы здесь?

Ребятишки переглянулись. Ноис сжался на своей циновке, делаясь еще меньше.

Селет первым догадался поднять голову.

– Смотрите!

Наверху каменного столба был виден блестящий шар.

– Вы мешаете церемонии. Уходите! Боги отвернутся от вас!

– Богов нет, – сказал Денис, обходя столб.

– Я бог! – раздался голос, и удар грома заставил всех вздрогнуть. На небе не было ни тучки.

– Это вон та штука говорит, – сказал Селет, указывая на шар. – Он может генерировать любые звуки.

– Вы прибыли издалека? – Тут же спросила «эта штука».

Трей подошла к Ноису. Пусть Денис с Селетом разговаривают с… непонятно с кем, у нее есть дела поважнее!

Голова Ноиса в металлическое кольцо не проходила. Никак. И цепь прочная, к столбу крепится за большое кольцо. Нет, бесполезно. Трей пошла посмотреть, на то место, куда показывал мальчик. Там была яма, а рядом невысокий каменный столб, к которому привязано несколько веревок и большая плетеная корзина. Трей осторожно заглянула в яму. Это был самый глубокий колодец, какой только можно было себе представить. Она, содрогаясь в душе, все заглядывала в бездну черноты, когда услышала возмущенный крик:

– Что ты делаешь? Убери, убери от меня руки, ты, мерзкий мальчишка! Убирайся!

Трей обернулась. Денис стоял рядом с Ноисом, уцепившись за столб руками, а Селет вскарабкался ему на плечи и намеревался взять в руки шар, который был на вершине столба. А что если Одис… это он?– подумала Трей.

– Стойте! – закричала она. Денис оглянулся. Селет, пытаясь удержать равновесие, взмахнул руками и попал как раз по шару. Трей увидела, как он взлетел в воздух, описал небольшую кривую, издав при этом истеричный крик, и упал на мощеную камнем площадку и рассыпался на несколько частей. Крик прекратился.

Селет спрыгнул на землю.

– Эх ты, – пихнул илльфи Денис, – смотри, что ты наделал, дурак!

– Это ты дернулся, – ответил Селет. – Сам дурак!

Они обернулись к Трей.

– Ты зачем кричала?! – спросили они оба.

– Боги накажут вас, – сказал Ноис. – Вы убили Одиса.

– Богов нет! – крикнул Денис. – Это выдумки!

Ноис закрыл лицо руками.

– Наверное его можно починить? Селет наклонился и взял самый большой кусок. Шар не разбился на осколки, как показалось Трей. Он распался на пять неравных сегментов. Трей взяла другую часть.

– Не трогайте его! – Ноис смотрел на них с мукой на лице. – Что вы делаете?

Весь день он мечтал, что придет кто-нибудь, снимет с него цепь и уведет далеко, далеко от этого места. Да, дедушка долго объяснял ему: то, что с ним должно случиться – очень важно и полезно для всех остальных. Что Одис долго думал, кого выбрать – целый год! и выбрал именно его, Ноиса. Говорил и словами и мысленно. Долго убеждал. Ноис поверил и даже заснул, когда ушел дед. А утром он встал и попытался добраться до края площадки, но цепь остановила его. Там была аска – мягкая зеленая трава с мелкими сиреневыми цветами. Ему хотелось зарыться пальцами в упругие стебельки, сорвать цветы, сунуть их в рот, ощутить на языке кисло-сладкий вкус. Но он понял, что для него больше не будет аски, он никогда не коснется ее руками. И ничего другого не будет – ни озера, ни игр, ни танцев Сиаа, ни солнца. Оно светило для него последний день. Он плакал, звал деда, звал Сиаа, но никто не отвечал. А потом… Потом с ним заговорил Одис. Он сказал что там, у других богов, куда его заберут – все будет здорово – и озеро намного красивее, и аска – большая, в его рост, и много новых друзей и даже новая сестра. Ноис не знал, хотел ли он новую сестру, но если все будет так, как говорит Одис – то он согласен быть жертвой.

А сейчас Одис разбит! А его друзья, о которых он вспоминал ночь и все утро – смотрят на обломки с удивлением. Боги разгневались и позволили этим чужакам, (а они чужаки, чужаки, дедушка говорил, что чужаки), сделать это! Одис ошибся, он выбрал плохую жертву, и теперь всем остальным в деревне будет плохо. И многие погибнут, заболеют, утонут в озере. Потому что он, Ноис, весь день мечтал, чтобы кто-нибудь пришел и спас его. Мечтал и звал. Дед не ответил. И Сиаа. Ответил вот этот его новый друг с острыми ушами. Он пришел сам и привел своих друзей, и ту девочку с чудными голубыми глазами, что так ласково смотрела на него… Но его друг и погубил Одиса! А сейчас они держат его в руках, прикасаются к нему. Никто не должен касаться бога! Только жрец… А он ничего, ничего не может сделать!

Ноис вскочил на ноги и закричал:

– Боги накажут вас! Прямо сейчас!

– Вот они! Попались! – на площадку выскочили Литек и Арис.

У Трей душа ушла в пятки. Вот уж и впрямь, накажут прямо сейчас.

– Бежим! – Денис кинулся под ноги адалам. Арис споткнулся об него и упал прямо в обломки растерзанного «бога».

– Лови их! – завопила Литек. Селет и Трей перепрыгнули через Ариса и бросились в разные стороны. Денис побежал вперед. Арис вскочил на ноги и столкнулся с Литек.

– Проклятье!

Денис, Селет и Трей бежали без оглядки по проходу. Чудо, что им удалось улизнуть! Трей кожей чувствовала дыхание разъяренных адалов.

– Плот! – закричал Денис. – Быстрее на плот!

Селет и Трей в три прыжка добрались до плота, Денис с силой оттолкнул его от берега, а следом запрыгнул сам.

– А шест? – крикнул Селет.

Денис оглянулся. Литек и Арис уже выскочили на песчаную косу. Возвращаться было немыслимо. Течение подхватило плот, закружило и, набирая силу, понесло прочь.

– Я не умею плавать, – сказал Селет еле слышно.

Трей не ответила. Нечего было отвечать. Ведь теперь они пропали! Спастись невозможно. Плот несло к водопаду, а задержать его не было никакой возможности.

– Там невысоко, – крикнул Денис, прежде чем плот рухнул в водопад.

Несколько секунд тягостного свободного падения и ледяная вода обрушилась на Трей. Девочка вынырнула оглушенная, ослепленная бурлящей вокруг водой. Это не прогретая прибрежная заводь, где они плескались вчера вечером. Чаша водопада была не очень большой, и течение почти вышвырнуло ее на берег. Пара гребков, и она ухватилась за камень. Длинное платье тянуло вниз, облепив ноги. Руки срывались. Но ей удалось подтянуться повыше. Она лежала на животе, пытаясь удержать равновесие и не свалиться обратно в холодную воду. Еще один рывок, и Трей вскарабкалась на камень. Она тут же обернулась – где остальные?

Денис тоже вынырнул, но с другой стороны. Им повезло, что никого не ударило плотом. Веревка, стягивающая бревна порвалась и теперь пять или шесть стволов бестолково кружились под струями воды. К счастью, никто не упал на камни, выступающие из воды.

– Селет, – закричала она, – Селет!

Илльфи вынырнул, бестолково замолотив руками по воде. Денис был ближе. Он толкнул Селету бревно от плота.

– Держись!

Вряд ли Селет слышал его. Он был в самом центре водопада и струи воды хлестали его по голове. Но бревно он заметил и вцепился в него. Денис подплыл к бревну и потащил его за собой. Трей подбежала к нему и помогла вытянуть из воды Селета.

– Отпусти бревно-то, – сказал Денис, пытаясь отцепить руки илльфи, намертво вцепившиеся в дерево.

– Селет! – Трей обняла мальчика, прижала к себе, как в тот день, когда первый раз увидела его. Как давно это было! В другой жизни!

– Хорошо…– губы Селета дрожали. – Мне хорошо. Все хорошо.

Денис хмуро смотрел на них. Кто бы мог подумать, что Селет так разнюнится из-за какой-то там воды!

– Что ж, – сказал Денис, когда Селет немного пришел в себя, – нам повезло.

– Да? Это в чем? – Трей отпустила Селета и развернулась к Денису. Если бы не его замечательный план проследить за адалами – она сейчас была бы на корабле, или на пол дороги к нему!

– Нас не сцапали адалы!

– Крыса! Вот ты кто! – крикнула Трей и толкнула Дениса. Да так сильно, что он не удержался на ногах и шлепнулся обратно в воду.

Селет удивленно взглянул на нее.

– И ты тоже! Оба! – она закричала и побежала прочь от воды, перепрыгивая через нагромождение сухих стволов и камни, размазывая по лицу злые слезы.

Денис выбрался на берег обратно и взглянул на илльфи.

– Что это с ней? – спросил Селет. – Она раньше никогда не дралась.

– Девчонка, – ответил Денис. – У них бывает.

– Что бывает?

– Ну, это… истерика. Нервные они, иногда.

Денис посмотрел наверх. Высота водопада была около восьми метров. Скалы вверху, огромные круглые камни внизу. Зелени почти нет.

– А ты молодец! – похвалил Денис Селета. – Догадался дыхание задержать! Я тебя еще плавать научу! Эй, ты куда?

Научит плавать? Еще чего! Это был последний раз в его жизни, когда он приблизился к воде. Больше – ни за что и никогда!

– Трей! Ты где? – Селет не дослушал Дениса. Сейчас Трей нужна его помощь. Она думает, что все потеряно, что они тут и останутся на веки вечные, чушь какая! Земляне хоть и не илльфи, но найдут их, даже гадать нечего! С ними все будет в порядке. Согреться бы только!

– Трей! Эй! Стой!

Девочка обернулась с возмущением.

Не может, что ли человек спокойно поплакать в одиночестве? Она села на сухое бревно. Селет остановился рядом. У землян всегда столько эмоций, крики, плач, чуть что не по ним – и ударить могут. Он-то не слабак, но если Трей начнет и его в воду толкать… Нет, не начнет. Только что она вся кипела от возмущения и злости, а сейчас ей было страшно и еще… стыдно? За то, что кричала, за то, что толкнула Дениса, за то, что убежала… за то, что не смогла быть спокойной? Столько разных эмоций и половина непонятных.

А лицо у нее грязное.

– Что у тебя с рукой? – спросил Селет, осторожно приближаясь к Трей.

Она непонимающе уставилась на глубокую рваную царапину – от запястья до самого локтя.

– Ты поранилась, когда бежала.

Зря он сказал про бежала – она зыркнула на него глазами.

Селет взял ее за руку.

– Кровь, – сказал Селет. – Красная. Больно?

Трей шмыгнула носом.

– Пойдем, нужно промыть руку. И одежду посушить.

– Я не хотела, – сказала Трей.

Хорошо, что ее нашел Селет. Он хоть смеяться не будет. И объяснять ему ничего не надо. Он и так все знает.

– Я хочу на корабль. – Я … так долго ждала… а теперь… Что теперь?

– Нас найдут, Трей. Правду тебе говорю!

Глава 6. Водопад

У водопада они забрались на огромные, ровные округлые валуны. Лучи солнца Сигмы Диссо быстро согрели их. Выжатая одежда тоже сушилась на теплых камнях. Кровь из царапины больше не шла, только саднило руку. Трей распустила волосы, чтобы они быстрей высохли, и ветерок тут же растрепал их. Денис лежал на животе и разглядывал чашу водопада.

– Почему ты сказал, что нам уши оторвут? – спросил Селет.

– Так, вырвалось, – лениво отозвался Денис.

– Зря мы пошли за адалами, – сказал Селет.

– Я вам говорила! – тут же вскинулась Трей.Селет говорит, что их найдут, но кто будет их искать? Они сами ушли из лагеря, сами впутались в историю, разбили эту штуку и…

– Да, – протянул Денис, – зря. Но мы же не знали. А теперь дядя мне такое устроит…

– Какое? – спросил Селет с интересом.

– Э… такое, ругать будет. Наверняка маме все расскажет.

– Мы вместе ушли, – утешил его Селет. – Если накажут – то всех…

– Да как же они нас найдут-то? – воскликнула Трей. Пусть делают с ней что хотят, она не против, только бы нашли… Только бы не остаться на этой планете навсегда!

– Нас найдут! Уже ищут во всю! Верно, Селет? – он спросил так, чтобы приободрить Трей. Илльфи задумался на миг, но сказал:

– Нас найдут.

– И ищут, да? – требовательно уточнила Трей.

– Не знаю, – ответил Селет.

– Почему не знаешь? – спросил Денис недовольно.

– Потому что я не знаю. Доктор говорил, здесь везде уран. И сканеры корабля не могут засечь сигналы людей.

– Уран? – переспросил Денис, – но…

– Радиация не действует мгновенно, – отозвался Селет.

– Вот, не найдут!

– Найдут, глупая! – отозвался Денис. Только и мы не должны сидеть здесь и ждать – надо попробовать забраться наверх!

Селет посмотрел на водопад и поежился.

Под холодные струи лезть было никому не охота.

– А это что там? – Денис спрыгнул с камня.

– Где? – Селет тоже обернулся к воде.

– Ну, вон там. Блестит.

Денис спустился к воде.

– Это же часть от той штуки! – закричал он.

– Он не утонул? – удивился Селет.

– Нет. Я его сейчас достану!

Мальчик залез в воду.

Через пять минут он был снова на солнце.

– Холодно, – стуча зубами, – сказал он. – Держи, Селет, но их два. Откуда они?

– Один был у меня, – ответил Селет. – Но я его выпустил из рук, когда мы упали.

– А второй у меня, – сказала Трей.

Селет крутил в руках сегменты. На одном из них пульсировал синий кристалл. Селет соединил части – получилось некое подобие разобранного шара. До целого объема не хватало около трети. Послышался щелчок, и они услышали скрипучий голос.

– Вот так-то лучше!

Трей и Денис чуть не свалились со своих камней.

– Что… что это? – спросил Трей.

– Это? Я думаю какой-то компьютер… –протянул Селет.

– Нехороший мальчишка, зачем вы меня разобрали на части? А?

– Я нечаянно, – ответил Селет. Я только хотел посмотреть.

– Посмотрел? И что теперь я должен делать?

– А ты кто? – спросил Денис.

– Это компьютер, – отозвался вместо шара Селет. – Да еще с системой искусственного интеллекта.

– Я – ОДС-143. Мозг бортовой системы. Экспериментальная модель. Новейшая разработка с диотронными связями, – уточнил шар почти гордо.

– Не такая и новейшая, – возразил Селет, – сейчас применяются кватратронные связи. А диотроника…

– Не знаю, откуда ты, мальчик, но для моего народа я самая современная модель.

– Зачем ты его дразнишь, Селет? – упрекнула илльфи Трей.

– Я? Дразню? И не думаю. Но диотроника давно…

– Перестань. – Трей стало жаль шар. Она склонилась к нему и спросила: – Как вас зовут?

– Мое имя Одис. Я – Тот Кто Все Знает! Я – бог! И я могу говорить с другими богами! И объявлять их волю!

– Богов нет, – тут же сказал Денис. – Нету никаких богов!

– Боги есть. Возможно, ты не сталкивался с их волей, мальчик. Но, поверь, боги – есть.

– Одис, скажите, а как получилось, что вы говорите с богами? Если вы компьютер, то вас сделали люди, а не боги…

– А кто сказал, что меня сделали боги? Я не говорил этого. Вы хотите услышать историю Одиса? А способны ли вы ее понять?

Дети переглянулись.

– Я думаю да, – ответила Трей.

– Что ж, я расскажу. Почему бы и нет? Слушайте! Пятьсот пятьдесят лет назад на планете Лонто жили люди. Это были умные и добрые люди. Рабочие работали, врачи – лечили, дети росли, художники –рисовали картины. Однажды они узнали, что к ним в систему летит огромная комета, которая испепелит их планету. И тогда все стали строить космические корабли. Потом многие жители сели в корабли и полетели. И летели они сто шестьдесят два года. Первоначальный план был таков: часть населения спрячется в подземных убежищах на Лонто. А часть улетит, чтобы вернуться, когда все закончится. Но они не вернулись. Трижды сменялись поколения. Много кораблей погибло. На каждом корабле стояла общекорабельная диотронная система или ОДС. Я был сто сорок третьим. Нам повезло. Наш корабль приземлился здесь. И мы стали жить. Но люди растеряли свой ум за время полета, свои знания, память. Они не смогли бы вернуться домой, даже если бы и захотели. Так сказал последний мудрый человек. Он вложил в меня особую программу – дал мне способность понимать людей. Их души, сердца и умы открыты мне!

– Как это? – спросил Денис.

– У него стоят сканеры психопрофиля, – отозвался Селет.

– Что? – переспросила Трей. – Вы о чем?

– Ну… – замялся Денис, – психопрофиль это…

– Врачи делают это, – мгновенно пришел на помощь Селет. – Проверяют психику. Ясно?

– Он что, тоже может читать мысли? – спросила Трей. Нет, это просто несправедливо! На этой планете все, кроме нее, могут читать мысли!

– Нет! – отозвался Селет. – Не может он читать мысли! Но если знать психопрофиль – то можно понять, что человек хочет на самом деле… или боится.

– Подождите… – Трей обернулась к Одису. – А как вы стали богом? И как услышали других богов? – спросила Трей.

– Богов нет, – упрямо повторил Денис.

– Да никак он их не услышал, – отозвался Селет. – Это известная история. Бортовая система решила, что безопасней всего ей существовать в виде бога или проводника богов, – вот и обманывала людей. А если она читает психопрофиль – легче легкого сделать это! Туземцы сами хотели, чтобы кто-то ими правил и говорил, что делать. Это же здорово, когда есть бог – ничего не нужно решать самим.

– Неправда! – воскликнул Одис.

– Разве компьютеры умеют лгать? – спросила Трей.

– Еще как! – ответил Селет. – Но не все. С системой искусственного интеллекта – могут. Они учатся на своих ошибках и выбирают самый быстрый и легкий путь к достижению цели.

– Зачем мне это? – спросил Одис, и в голосе его послышалось презрение.

– Как зачем? Вас охраняют, никто не повредит, всегда есть свет для подзарядки, с ним общаются… – это удобно, быть богом, – сказал Селет. – У него сбита настройка главной программы.

– Главной программы? Что это?

– То, что он должен делать в первую очередь, любой ценой. Обычно главная программа – это помогать людям.

– Я и помогаю, мальчик. Если бы не мои советы, люди не выжили бы здесь.

– Да, – сказал Селет, – вы помогаете им, но чтобы вас слушались, вы объявили себя богом.

– Люди неразумны. Иметь бога для них – это благо.

– Да, но вы приказываете приносить жертвы, убиваете людей, – сказал Селет. – Это тоже для их пользы?

– Конечно! Иначе они не будут слушать меня. Они должны бояться!

– Это неправильно! – закричала Трей.

– Нет, правильно, – ответил Одис. – Интересы многих выше интересов одного человека. Я поддерживаю порядок.

– И поэтому Ноиса опустят в яму? Для порядка? – спросила Трей.

– Таков обычай. Мальчик сам выбрал камешек.

– Это же случайность! – сказал Денис.

– Случайность для вас. А для туземцев – воля богов. И сейчас туземцы поплатятся за то, что плохо меня охраняли! Боюсь одной жертвы, будет мало! – ответил Одис. – Но я могу помочь вам.

– Нам? Как?

– Если вы принесете меня в деревню, я скажу, что вы спасли меня и вас не тронут.

– Ага, – ввернул Денис. – Так мы тебе и поверили! Мы не дикие туземцы! На орбите этой планеты большой корабль, и нас обязательно найдут! А тебя перепрограммируют, верно, Селет?

– Да, – ответил илльфи. – Это можно сделать. Нам рассказывали в школе про такие компьютеры.

Это была правда. Но правда заключалась и в том, что Селет еще там, на каменной площадке касался Одиса. Нет, мысли машины он прочитать не мог и не умел, а вот уловить враждебность и ложь был вполне в состоянии. Но рассказывать об этом ему не хотелось.

– Главное, что он хочет – продолжать свое существование, – сказал илльфи. Потом добавил, подумав: – А земляне смогут прочитать всю память этой машины.

– Да! – воскликнула Трей. – Ирина говорила, что нужно найти, откуда прилетели туземцы и тогда их вернут обратно, планета станет свободной и ее можно будет использовать. Вот.

– Так вот, что хотели унести адалы, – сказал Селет.

– Точно! – поддакнул Денис. – Я тоже сразу догадался. – А зачем он им?

– Захватить основную планету с телепатами – выгодней, чем одно это племя, – ответил Селет.

– Вы неразумные дети, – сказал Одис. – Не буду с вами говорить.

Синий кристалл приглушил свой цвет и Одис умолк. Селет взял Одиса у Трей, потряс немного, но машина решила закончить общение на сегодня.

– Вот это диотронный кристалл, – Селет потер синий камень пальцем. Кватратронные – те зеленые. В шаре всего пять частей. Одна главная, эта, с кристаллом, остальные банки памяти и эммитеры с энергией. Без главного сегмента – ничего не работает.

– Он на нас рассердился, – сказала Трей.

– Не будь смешной, это же машина! – отозвался Селет. – Он бережет энергию.

– Оставь его, раз он не работает, – сказал Денис. – Так мы полезем вверх или будем тут сидеть?

Дети подошли к чаше водопада. Справа была отвесная скала – забраться на нее без специального альпинистского снаряжения было немыслимо. Слева – каменная осыпь, потом несколько больших круглых валунов, а выше скалы с трещинами.

Трей посмотрела вверх. Не думает же Денис, что они смогут тут вскарабкаться? И потом, даже если они залезут здесь – то с той стороны нужно будет спуститься. А вдруг там такая же отвесная стена, как тут справа?

Но Денис уже лез по каменной осыпи. Ноги его проваливались в гальку почти до коленей, но он упрямо карабкался наверх.

Вскоре он добрался до первого валуна и залез на него.

– Ну, чего вы? – закричал Денис.

Трей взглянула на Селета. Илльфи с сомнением посмотрел на скалы, но затем пошел по следам Дениса. Через некоторое время Селет тоже забрался на камень. Денис уже примеривался ко второму, как вдруг Трей показалось, что нижний камень шевельнулся. Она отпрыгнула в сторону как раз вовремя. Мимо, ломая сухие бревна, пронесся крупный валун, взлетела пыль, а каменная осыпь протянулась почти до самой воды.

– Селет! – закричала Трей.

Илльфи чихая и кашляя, спустился вниз.

Денис висел на втором камне.

– Прыгай! Быстрее!

Денис разжал руки, упал на гальку и тут же перекатился в сторону. Несколько секунд они думали, что второй валун не выдержит и покатится следом за осыпающейся мелкой галькой. Но постепенно все стихло, и камень остался на месте. Вот откуда здесь столько валунов! Это скалы такие непрочные – крошатся на глазах. Денис прошел к воде, опустил в нее исцарапанные руки. Потом смыл с лица грязь. Селет сделал то же самое. Разговаривать не хотелось. Они сидели и глядели на бездумную игру падающей воды. Тени удлинялись. Было еще светло, но в воздухе уже тянуло прохладой.

– Я есть хочу, – сказал Денис. – Нам придется здесь ночевать. И у нас нет ни еды, ни огня.

– Почему нет огня? – спросил Селет. – У меня есть зажигалка. И ножик, – добавил он, порывшись в своем мешке. – А твой где? – спросил он Дениса.

Земной мальчик вздохнул.

– В палатке остался, в лагере.

– Эх ты, охотник, – поддела его Трей.

– Я же не знал, что все так выйдет! – возмущенно ответил Денис. Сам то он уже не раз вспоминал про свой роскошный нож, но не хватало еще, чтобы ему делала замечания плаксивая девчонка! – Надо собрать костер! – сказал Денис, отвлекая всех от своей оплошности. – Пойдем, Селет, соберем веток. А ты иди, поищи еду, – сказал он Трей.

Девочка хотела сказать, чтобы он тут не командовал, но действительно, кто-то же должен был найти что-нибудь съестное.

Она пошла вниз по каньону. Кажется, когда она бежала здесь утром, она видела какое-то дерево… Вдруг на нем что-нибудь растет?

Если их найдут… А Селет и Денис говорят, что найдут, то что делать с Одисом? Можно взять его с собой, но что, если земляне отдадут Одиса туземцам? И тогда эта машина прикажет принести Ноиса в жертву. Сиаа говорила, что его опустят в яму, и он там умрет. Долго будет умирать. А вдруг еще кого-нибудь отправят в яму? Трей потрясла головой. А что если Одис исчезнет? Утонуть он не может, но если его спрятать где-нибудь, так чтобы не найти. И адалы не получат, никаких телепатов. Но и земляне останутся без урана. Так это если земляне их найдут! А что скажут Денис и Селет? Вдруг они будут против? Тогда завтра утром она это сделает одна! Спрячет злобную машину, пока все будут спать, где-нибудь здесь…

Трей оглянулась. У ног журчал ручеек. Справа были все те же скалы, слева тоже, но до скал была узкая полоса земли, на которойросли корявые деревья. Ага! Вот то дерево, что она видела! Трей подошла поближе. Да, на ветках висят какие-то желтые плоды. Съедобные они или нет? Спросить бы кого… «Ага, спроси Одиса, он тебе скажет, можно это есть или нет, а потом попросит сплясать для него в благодарность. Они сами разберутся! Тут и думать не надо – вон тот и тот плод клевали птицы. А раз так – их можно есть!»

Трей решительно потрясла ствол деревца. Желтые продолговатые плоды попадали вниз. Она взяла один и осмотрела. Шкурка покрыта пушком, упругая на ощупь. Она трясла ствол до тех пор, пока желтые пушистики не перестали сыпаться. Трей подошла к ручью – во что бы все это собрать? На другом берегу рядом со скалой она заметила песок. Интересно, а если Одиса закопать там? И запомнить легко, где это – как раз напротив дерева. Трей по камням перескочила на другой берег и запустила руки во влажный белый песок. Отлично! Она выкопала хорошую ямку, потом помыла руки, вернулась обратно, собрала все желтые плоды в подол и побежала назад к водопаду.

Когда она вернулась, у стоянки уже горел костер. Селет сидел так близко к огню, что Трей испугалась – не обжегся бы. Костер развели около двух отвесных скал, которые образовывали почти прямой угол.

Трей свалила желтые плоды в воду и тщательно их промыла. Она разодрала шкурку, понюхала серединку. Лизнула осторожно. Вкус был вяжущий, кисловатый. Денис протянул руку тоже попробовать, но Трей шлепнула его по пальцам.

– Мы их запечем! Только нужны угли, а не огонь.

Пришлось немного разворошить костер, чтобы засыпать желтые шары углями.

Потом они уложили сухой хворост около скал. Получилась место, где можно было спать без опаски. Скалы защищали их с двух сторон, а огонь отгораживал их мирок от мрака ночи. Еще бы крышу сверху и был бы почти домик! Кожура желтых плодов шипела, лопаясь. Селет палочкой аккуратно переворачивал их среди углей.

Красные, желтые, синие, даже бесцветные языки пламени плясали перед глазами, свиваясь каждую секунду в новую картину. На огонь можно смотреть часами, и ни один костер никогда не похож на другой. Трей уже думала об этом, сравнивая веселый костерок землян с пламенем адалов. Вчера и позавчера костер был развлечением. В любой момент можно было нырнуть в палатку, в теплую и мягкую постель. А сейчас… Сейчас огонь – это все что есть у них.

– Готово, – сказал Селет, выковыривая своим ножом из углей черный шар. Он покатал его немного по земле остужая, потом подтолкнул к Денису. – Ешь.

Затем достал остальные.

Трей, помогая себе камнем с острыми краями, разделила плод на две части. Выпавшую косточку она отложила в сторону. А внутри двух обугленных половинок призывно блестела плотная, волокнистая, малиновая мякоть.

– Вкусно! – сообщил всем Денис. Он умудрился вывернуть одну половинку наизнанку и сейчас объедал горячий плод, жмурясь от удовольствия.

– Ага, – подтвердил Селет. – Можно есть.

– Смотри-ка, какой Селет у нас такой запасливый, – сказал Денис. Первый голод был утолен, и мальчику захотелось немного подразнить примолкших друзей. – Кто бы мог подумать, что илльфи всегда ходят с зажигалкой в кармане.

Селет доел плод и сказал:

– Когда ты рядом с землянами – приходиться думать за двоих.

– Получил? – спросила Трей.

– Ага, – отозвался Денис, – он сказал за двоих – имел в виду себя и тебя, а не меня.

Трей засмеялась. Так играли друг с другом викси, пробуя остроту коготков.

Но дразниться не хотелось. Для шуток и подначек есть день. А ночью хотелось чего-то другого.

– Денис, – неожиданно спросил Селет, – почему ты говорил, что богов нет?

– Потому что… потому что их нет, – ответил Денис. – А ты веришь в богов?

– Есть разные существа, – уклончиво ответил Селет, – странные и сильные. Их можно назвать богами.

– Но здесь-то совсем не то!

– Не то, – согласился Селет.

Денис покосился на илльфи, – серьезно он спрашивает или так? Потом сказал:

– Если бог есть… или боги, почему они позволяют чтобы были всякие… плохие дела? Позволяют смерть, например? Или жертвы. Болезнь. Боги должны быть добрыми! Да?

– Не знаю, – ответил Селет. – Я не думал так. Позволяют смерть, – повторил он.

Трей не нравился этот разговор… И вообще все.

– Почему ты плачешь? – тут же спросил ее Селет.

– Я не плачу.

Селет мотнул головой, откидывая назад волосы, и спросил:

– Хотите, я расскажу одну легенду? Про огонь.

– Да! – Трей постарался незаметно вытереть лицо. Денис развалился на хворосте, подперев голову рукой.

– Давным-давно росло большое дерево, – начал Селет. – Оно было одно на всей планете. Совсем одно. Шел дождь – вся вода доставалась дереву, не нужно было ни с кем делиться. Солнце светило только для него одного. На дереве вырастали листья, прилетал ветер и обдувал это единственное дерево. Сначала дереву было хорошо одному, но потом ему стало скучно. И чем старше и толще становилось дерево, тем больше оно скучало. Ему хотелось укрыть кого-нибудь ветками от солнца, или напоить водой, что собиралась в его листьях. Но никого не было. И так продолжалось много-много веков.

– Деревья столько не живут, – заметил Денис. История про огонь могла бы быть и поинтересней.

– Эй, не мешай! – шикнула на него Трей. – Давай, Селет, что дальше?

– У нас живут, – ответил Селет. – Наши деревья живут по тысяче и больше лет. Но это дерево так и состарилось одно. Корни его ослабли, и сильный ветер повалил его на землю. Погасло одно солнце, зажглось другое. И прошло еще несколько сот лет. А потом пришли люди. То есть не вы, люди, а мы, люди. Илльфи. Они порубили дерево на много кусочков и стали зажигать костры. И каждую ночь дерево отдавало им тот солнечный свет и тепло, что впитывало в себя много-много лет. Илльфи сидели у костров, пели песни, ели, и не знали, что их греет солнце, которого уже нет.

Селет умолк, сам удивленный тем, что рассказал эту историю.

– Так мы что, – спросила Трей, вороша в костре дрова, – сейчас греемся теми солнечными лучами, что светили тут много лет назад? Красиво.

– Только это сказка, – сказал Селет.

Денис открыл было рот, сказать, что он тоже знает сказку про огонь, но вспомнил, что в ней огонь людям подарили боги. Нет, один бог, за что его остальные приковали к скале, и орел каждый день клевал ему печень. А Денис только что говорил, что не верит в богов.

– Давайте спать, – сказал он.

– Вы ложитесь, – отозвался Селет. – Я посижу еще, посторожу.

– Ты думаешь здесь опасно? – спросила Трей.

Илльфи покачал головой:

– Не думаю. Я за костром посмотрю. Чтобы не замерзнуть, нужно подкладывать в него поленья.

– Угу, – сказал Денис, устраиваясь поудобней. – Потом меня разбуди, как устанешь.

– Разбужу, – сказал Селет. – Вы спите спокойно. Здесь никого нет.

Трей, положила руки под голову. Она смотрела на звезды, сияющие в недоступной вышине. Может быть, они еще вернутся на корабль, она снова увидит тетю, будет спать в нормальной кровати, и есть обычную еду, а не эти инопланетные штуки? Воздух пах сыростью. Потрескивали дрова в костре, ровный шум водопада убаюкивал.

Глава 7. Подземный тоннель

Проснулась Трей на рассвете. Костер почти прогорел, Денис и Селет посапывали рядом. Никто и не думал сторожить огонь. Она встала, отряхнула волосы, в которые успели набиться мелкие веточки и древесная труха, одернула платье, затем обулась. Пока все спят – нужно сделать то, что она задумала. Она побежала к водопаду умыться и взять Одиса. Машина пролежала всю ночь на камнях и сейчас ее поверхность покрывали капли росы.

«Славно, что еще нет солнца, – подумала Трей, – Одис не будет со мной разговаривать».

Она вернулась обратно и замерла. У тлеющего костра сидел проснувшийся Селет. Илльфи удивленно посмотрел на нее.

– Я хочу спрятать его, – сказала Трей, прижимая Одиса к груди. – Вдруг его найдут туземцы? Тогда Ноиса принесут в жертву. А я этого не хочу…

Селет слушал, качал головой.

– Мы можем вместе… – закончила нерешительно Трей.

– Нет. Ты сама. Я не должен знать, где ты его спрячешь.

– Почему?

– Если туземцы нас найдут раньше, чем земляне, они могут… заставить меня сказать где мы оставили машину… А если я не буду знать где – то не проболтаюсь. Они же телепаты, – пояснил он свою мысль, увидев удивленный взгляд Трей. – Они могут прочитать мои мысли. Ты правильно придумала – иди скорей, пока Денис не проснулся.

Трей побежала вниз. Вот как. Селет думает, что их могут и не найти.

Туземцы… Вот уж радость жить в их деревне! А ее мысли они не могут прочитать? Нет! Селет ведь не может.

Ниже их лагеря в каньоне еще стоял утренний туман. Но Трей быстро нашла дерево с желтыми плодами. Она положила Одиса на песок и разулась. Дымка клубилась над ручьем, скрывая прибрежные камни. Трей не хотелось оступиться и намочить обувь. Шорох за спиной заставил девочку обернуться. На ветку дерева села крупная птица. Под ее весом ветвь дерева качнулась, и пара плодов упала на землю. Один откатился к босым ногам Трей. Птица переступила с лапы на лапу, потрясла перьями и запела. Чистые переливы понеслись прямо к вершинам скал и, отвечая на этот призыв, первые солнечные лучи упали на певунью.

Трей подхватила Одиса. Нужно спешить если она не хочет начать разговор с машиной. Трей не рискнула прыгать по камням как вчера – ведь камни были скрыты туманом. Ей пришлось осторожно нащупывать пальцами ног дно, чтобы перебраться на другой берег. Вода дошла почти до колен, подол платья намок, от холода ломило ноги. С Одисом в руках Трей было трудно удерживать равновесие. Она обернулась на миг, посмотреть на дерево и птицу, все так же самозабвенно выводящую рулады, и в лицо ей ударил солнечный свет. Трей зажмурилась от неожиданности, а миг спустя солнце коснулось ее шеи и груди, а еще через две секунды на Одисе вспыхнул синий кристалл – машина включилась.

Трей, не обращая внимания на острые камни, что кололи ее ноги, вздымая тучу брызг - бросилась на другой берег. Яма, что она выкопала вчера, оказалась мала для Одиса. Она вытащила его обратно и начала углублять яму.

– Что ты делаешь? – спросил Одис. В голосе машины слышалась тревога. Что ж, этот бог имел на нее право.

Песок больше не выкапывался. Трей оцарапал пальцы о камни. Она снова примерила яму для Одиса. Почти подошло, но макушка машины упрямо торчала наружу. Одис понял, что задумала Трей, и торопливо заговорил.

– Девочка, ты совершаешь большую ошибку. Ты не должна так со мной обращаться. Ведь я тебе ничего не сделал. Я не могу остаться здесь в яме, здесь сыро, нет света, ты погубишь меня, не делай этого. Это очень-очень плохой поступок…

Трей решила ничего не отвечать. Но это не значило, что она не слышала, что говорит Одис.

– Это очень жестоко с твоей стороны. Почему ты хочешь убить меня? Почему ты решила, что я должен здесь остаться? Я заботился о туземцах много лет, без меня они пропадут…

– Не пропадут! – ответила Трей. Она вскочила на ноги. Нужно спрятать Одиса в другом месте!

– Пропадут! Пропадут! Они как дети – неразумны, они привыкли ко мне, они не знают многих вещей, им нужен советник, помощник во всех делах – и это я! Ты не только погубишь меня, но и изменишь их мир, девочка. Ты не должна этого делать. Если ты пришла из цивилизованного мира, а это так и есть, я же вижу, что ты и твои друзья умненькие, замечательные детки, то ты должна знать, что вмешиваться не нужно. Каждый должен жить своей жизнью…

Трей побежала к скалам, не слушая Одиса. Все что говорил он – она говорила себе вчера. Сомнения снова охватили ее. Но она помнила и печальные глаза Ноиса, помнила блеск металла на его шее, помнила черноту ямы, куда его собрались отправить по приказу машины.

Она продралась сквозь кустарник и начала карабкаться вверх по гладким камням. Кажется, там вверху есть что-то похожее на пещеру или расщелину. Трей забралась еще выше. Ура! Она засмеялась от счастья. Отверстие – большое, туда этот Одис влезет! А вход можно заложить камнями. И тогда Одис не получит свет и умолкнет. Тут даже сухо. Трей засунула руку в пещерку, проверяя все ли там в порядке. Там были ветки и мусор. Она выгребла их наружу и увидела, что это не ветки, а гнездо какой-то птицы. Но гнездо старое, внутри несколько скорлупок. Если кто и вылупился в этом гнезде - то давно.

Трей выкинула гнездо и быстро спустилась вниз на песок. Туман над ручьем уже испарился. Трей оттерла руки о платье и взяла Одиса.

– Что ты теперь задумала, вредная девчонка? – зло спросил Одис.

– Увидишь, – ответила Трей. – Вы хотели, чтобы было сухо? Там сухо!

– Ты не понимаешь, что делаешь! Ты должна отнести меня в деревню! Если ты сделаешь так – я попрошу, чтобы вас наградили. Что ты хочешь в подарок?

– Ничего!

Трей положила Одиса на очередной камень, забралась следом и снова взяла его в руки.

– Я могу связываться с остальными своими частями! – зловещим шепотом сказал Одис.

– Неправда! – воскликнула Трей. «Если бы это была правдой – Селет бы знал», – подумала она.

Она добралась до пещерки и засунула туда Одиса.

– Я еще вчера сообщил – где я! Скоро сюда придут мои подданные, и они спасут меня и расправятся с вами.

– Они тебя не найдут! – закричала Трей. Потом быстро заложила вход камнями.

Одис умолк только когда последний камень закрыл для него дневной свет.

–… накажут, пожалеешь… – последнее, что разобрала Трей. Она спустилась к воде, закидала яму и разровняла песок.

Она старалась не думать о машине, оставшейся в скалах, об ее угрозах, но было страшно. Вдруг Одис говорил правду? Что если она совершила ошибку? Трей перебралась на другой берег, обулась, почистила свое платье, вымыла руки. Птицы на дереве уже не было. Зато у подножья лежало еще четыре спелых плода, к тем первым двум. Трей потрясла дерево, но больше ничего не упало. Для завтрака хватит и этого. Она собрала желтые плоды и побежала обратно.

Трей думала, что провозилась с Одисом полдня, но когда она подошла к лагерю – там ничего не изменилось. Денис спал, а Селет, увидев Трей, вопросительно взглянул на нее, но ничего не сказал.

– Я сделала, – сказала Трей, и вывалила из подола будущий завтрак. – Но он сказал, что может подать сигнал туда, к остальным частям. Это правда?

Селет покрутил в руках мохнатый шарик.

– Я не знаю. Но такая возможность существует.

– Он сказал, что сделал это!

Селет подкинул плод вверх, поймал другой рукой.

– Все равно правильно, что ты спрятала его. И потом. Даже если он и подал сигнал – то кто его принял? И кто скажет туземцам, где Одис? Ведь главные части тут. А то, что осталось там – может и говорить-то не умеет…

Селет закопал принесенные Трей плоды в угли и принялся раздувать костер. Он тут же закашлялся от поднявшегося в воздух пепла.

– Погоди, – сказала Трей, – надо вот так.

Она взяла древесную кору и замахала ею над костром. Сначала ничего не происходило, но постепенно угли ожили, затрепетали красным. Все тревоги Трей унялись. Что бы она делала без Селета, который всегда все знает?

– Ты не замерз ночью? – спросила она мальчика.

– Замерз, – признался илльфи. Но я уже согрелся, – сказал он.

– Нам нужно уходить отсюда, ведь так? Вдруг все-таки Одис…

У скалы за костром зашуршали ветки, и она замолчала.

– О-у-а! – послышались звуки. Это проснулся Денис.

– Ну, как вы тут? – спросил мальчик потягиваясь. – Новости есть?

– Нет, – быстро ответил Селет. – Откуда? Думаем, что делать дальше.

Денис сбегал к водопаду умыться. Когда он вернулся – Селет и Трей уже выкапывали из костра завтрак.

Денис повел носом. Есть хотелось сильно. Здорово было бы оказаться сейчас на борту корабля, заказать горячее какао и хлеб с сыром.

А эти желтые штуки… Есть можно, но какао они не заменят.

– Что будем делать? – спросил Денис, когда все наелись.

– Я бы подождал, – ответил Селет.

– Подождал, пока найдут? И долго ты бы ждал?

– Столько, сколько нужно, – ответил Селет.

– А смысл? – отозвался Денис. – Если нас здесь и впрямь не видят сканеры, то, что мы тут высидим? Ничего! Поэтому мы будем выбираться отсюда!

– Но это опасно! Денис, нас же вчера чуть не раздавило камнями!

– Не опасно! Мы полезем не туда, – мальчик вскочил на ноги и указал на водопад, – а туда! – он обернулся и взглянул на почти отвесные стены каньона.

– Что? Да ты спятил! Как мы залезем туда?!

– Без веревки никак, – сказал Селет.

– Мы спустимся ниже! Возможно, там найдем, где залезть. А когда будем наверху – нас в два счета найдут сканеры! Вот!

Селет посмотрел на скалы, потом встал, обтряхнул одежду и сказал:

– Я согласен.

– Вот и отлично! – довольно сказал Денис. – Нужно залить костер водой, собрать все наши… – в голосе земного мальчишка зазвучали командирские интонации, которые исчезли, сменившись растерянным вопросом: – А где железяка?

– Железяка – в хорошем месте, – ответила решительно Трей, тоже вставая на ноги. – И ты тут не командуй. Костер сам заливай. Мы его разводили, между прочим, и завтрак готовили, пока некоторые спали.

– Где Одис? – спросил Денис, упирая руки в бока. – Что вы с ним сделали? Что ты с ним сделала?

Денис сразу решил, что это проделка Трей. Она его разбила или утопила! Не Селет же это придумал! Там же была нужная землянам информация! А эта девчонка представления не имеет, насколько важные сведения там могли быть! Если бы они принесли Одиса с собой – прикидывал Денис, нет, не просто принесли, если бы они спасли Одиса от адалов – они вернулись бы героями – и ничего бы им за эту прогулочку не было. А так… можно себе только представить, как на них рассердятся все взрослые и особенно дядя Сережа.

– Эй, ты! – Денис толкнул девочку. – Где Одис? Ты что не слышала, что я спросил?

Трей взглянула на Дениса недовольно. По какому праву он тут раскричался?

Селета встал между ними.

– Вы слышите? – сказал илльфи. Лицо его было встревоженным. И совсем не намечающейся ссорой. – Сюда идут!

– Что? Кто? – воскликнул Денис, тут же забыв про Одиса. – А! Знаю! Это поисковая группа! Обедать мы уже будем дома! Здорово! Он хлопнул Селета по спине, не замечая, что илльфи стоит с застывшим лицом.

– Это туземцы, – негромко сказал Селет. Потом взглянул на Трей, на его лице отразилось если не восхищение, то гордость за девочку, успевшую унести Одиса отсюда.

Денис прислушался. Но, как бы он ни напрягал слух – кроме шума водопада, да чириканья птиц, слышно ничего не было. Но илльфи не стал бы так шутить, ясно, что у него слух лучше – вон, уши какие. Взгляд мальчика заметался. Спрятаться? Но где? Тут негде прятаться. Совершенно! Не в воде же! Или… Он схватил Трей и Селета за руки и бросился к чаше водопада. Если они заберутся за струю воды, и удержатся там, на плаву, или вон на том бревне, то возможно…

– Это бесполезно! – Селет вырвал свою руку. – Они нас все равно поймают. А мы еще будем в мокрой одежде!

– Надо попробовать!

Денис вцепился в рубашку Селета, совсем забыв, что илльфи намного сильнее, чем, кажутся на первый взгляд.

Селет вырвался, но его тут же за руку поймала Трей.

Денис побежал к воде. Он хотел подогнать бревно поближе к берегу, но они опоздали.

– А ну стоять! – услышали все грозный окрик.

Трей взвизгнула и выпустила Селета.

Денис замер, потом медленно повернулся и увидел, что на небольшую площадку перед озером уже выбежало человек пять взрослых туземцев.

Он посмотрел на водопад.

Его план был нереальным. Струи воды их бы не укрыли – так же как не скрывали скалу, с которой они падали. Если только не нырнуть под воду и не просидеть там полчаса, пока туземцы будут рыскать вокруг. Но это из разряда фантастики. Да, они влипли. И очень крепко.

Трей стояла около костра, низко опустив голову.

«Опять ревет, небось» – подумал Денис.

Туземцы, всего их оказалось семь человек, тщательно проверили место стоянки. Кто-то разворошил костер, кто-то распинал ветки, на которых они спали ночью. Три человека, раздевшись донага, ныряли в озере - проверяли дно. И что именно они искали – всем было понятно.

Потом подошли обыскать детей. Трей вытерпела это унижение, тут уж ничего не поделать, раз попались – то попались. Селет тоже не сопротивлялся, лишь морщился от злых прикосновений. Денис вскинулся было, отпихивая руки мужчины, но тот, не думая долго, сначала отвесил мальчику полновесную затрещину, а потом проверил, нет ли при нем чего-нибудь интересного.

Не найдя ничего туземцы собрались около пленников, сердито поглядывая на них. Те, кто купались в водопаде, теперь стучали зубами, толкали друг друга, прыгали, пытаясь согреться. Потом самый старший приблизился к детям. Его длинные косы были каштанового цвета, кожа блестела, смазанная чем-то. Взгляд тяжелый.

– Вы знаете, что мы ищем, – сказал он без предисловий.

– Нет, не знаем! – громко и с вызовом ответил Денис. – Это нас ищут наши друзья, они скоро нас найдут и заберут. А если вы попробуете сделать нам что-нибудь плохое…

Глаза туземца стали злыми.

– Ты видно не понял, сопляк… – сказал туземец и схватил Дениса за ухо. – Я тебе объясню подоходчивей – кто тут что ищет и кто что уже нашел!

Денис вскрикнул и попытался оторвать от себя руку туземца. Но тот, не замечая жалких попыток, замотал своей рукой, нагибая и разгибая голову мальчика.

– Перестаньте! Пожалуйста, перестаньте! – закричала Трей, бросаясь на помощь.

Туземец легко оттолкнул ее, но выпустил Дениса.

Лицо мальчика было красным, он еле удерживал слезы.

– Я продолжаю, – сказал мужчина. – Мы ищем нашего бога, нашего Одиса, которого вы, скверные, негодные, поганые мальцы разбили и куда-то дели. Где он?

Селет с беспокойством взглянул на Дениса. Если тот снова скажет то, что не понравится туземцу… но мальчик тут же понял, что Денис и не думает открывать рот. Да, вот что у землян не отнять – учатся они быстро. Но тут бы любой урок запомнил.

– Мы не знаем, – сказала Трей. – Правда, не знаем. Может быть, он утонул?

– Может быть, – сказал туземец, рассматривая Трей. – А может быть, ты врешь?

– Нет! Правда нет! – воскликнула Трей. – Я не знаю!

– Утопить их и дело с концом, – сказал кто-то из туземцев.

– Если бы это вернуло нам Одиса – то я бы первый это сделал! – сказал темноволосый. – Все, пошли обратно, там жрец с ними разберется, кто там врет, а кто нет. Озеро осмотрели?

– Да. Ничего нет.

Старший туземец еще раз сам обошел стоянку, потом снова подошел к детям.

– Вы пойдете с нами. Если кто-то из вас только попробует сбежать или даже дернуться в сторону – остальные об этом сильно пожалеют. Понятно? Я спрашиваю, понятно?

– Да, понятно, – быстро ответил Трей.

Селет и Денис кивнули.

– Может их связать? – голос, принадлежал тому, кто предлагал утопить пленников.

– Понадобится – свяжем, – ответил вожак. – Ну, все, пошли. Глаз с них не спускать.

Самого старшего туземца звали Хон. Он шел первым. За ним еще один – молодой парень со светлыми волосами по имени Ниил, потом Денис, Трей и Селет. Затем все остальные. Спуск в каньон был узкий, приходилось идти гуськом. Справа среди скал журчал ручей. Дорога Трей была знакома: этим утром именно здесь она несла Одиса. Ей хотелось взглянуть на Селета, но она боялась даже оглянуться. Денис впереди нее шел, вертя головой во все стороны.

Вот и дерево с желтыми плодами. Трей украдкой взглянула на другую сторону ручья. Песчаный берег – никаких следов ее раскопок. Скалы дальше, и там в небольшой пещерке лежит машина. Денис впереди засмотрелся на скалы, споткнулся, но удержался на ногах. Один из туземцев обернулся и смерил мальчика недовольным взглядом. Спуск продолжался. Идти вниз было легко, нужно только смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о камень или корни. Скалы с обеих сторон стали выше. «Мы бы так и не нашли, где можно забраться на плато, – подумала Трей. – Может то, что туземцы нас поймали не так уж и плохо? Они отведут нас в деревню, а там земляне… и тогда нас заберут. Ведь Селет говорил, что земляне не бросают своих».

Тропинка, по которой они шли, закончилась. «Здесь в давние времена тоже был водопад, – поняла Трей. – Вон, какие гладкие камни вокруг, их за много веков обточила текущая вода». Сейчас от бурного потока, прорывшего этот тоннель, и кидавшего играючи камни друг на друга, остался только небольшой ручеек. Пройдет еще несколько тысяч лет, растают ледники в горах, приток воды закончится и здесь будет пустыня.

Перед ними был обрыв. Трей боязливо заглянула вниз – метров десять не меньше. И внизу не вода, а все те же, обточенные водой, круглые камни. И как они тут должны спускаться?

Оказалось, что вокруг дерева, что росло неподалеку, была обмотана старая толстая веревка. Ее конец свисал, совсем незаметный среди корней и травы, почти до самого низа. Хон и еще двое туземцев быстро спустились по ней.

– Теперь вы, – скомандовал детям Хон.

Трей и Денис переглянулись.

– Давай, парень. – Один из туземцев подтолкнул Дениса к обрыву. Мальчик уцепился руками за веревку. Нижний конец придерживали внизу.

«Он справится, – подумала Трей. – Ничего страшного – почти как в спортзале. Я тоже смогу. И Селет». Девочка взглянула на своего друга. Лицо Селета было спокойным. Трей подумала, что туземцы принимают Селета за обычного земного ребенка. Темные густые волосы скрывали как острые ушки илльфи, так и его тонкие брови.

Туземец с сомнение посмотрел на мальчика, и подошел было взять его на руки, не рассчитывая, что он справится со спуском. Селет увернулся и вцепился в веревку. Спустился он еще быстрее Дениса. Туземцы засмеялись. Может быть, они не все такие злые, как их вожак? – подумала Трей, берясь за веревку. Да. Как в спортзале, только веревка совсем старая. И колет руки. Внизу ее подхватил Хон и поставил на землю. Исцарапанные ладони Трей горели, но она старалась не обращать на них внимание. А вот туземцы, один за другим, просто скользили по этой веревке. Так, словно они каждый день тут по ней лазают!

И снова они пошли вниз. Пару раз пришлось перебираться вброд через петлявший ручей. В одном месте все остановились и подождали, пока Ниил слазит на дерево и натрясет оттуда желтых плодов. Тех самых, что они ели вчера. Плоды собрали в котомку.

Тропинка все снижалась и снижалась. Они прошли через высокие колючие кусты и оказались около узкого озерца. Здесь скалы немного расступались, и видно было, что в этом месте много раз останавливались люди. Черная проплешина костровища, старая хижина у скал, запас дров под навесом. В озеро впадал еще один ручей, вытекавший прямо из отверстия в скале.

– Смотри-ка – пещера, – сказал Селет.

Трей подошла поближе. Из черного зева пахнуло сырой гнилью. Да так, что Трей отступила на шаг и взглянула на Дениса. Мальчик стоял, закусив губу. Он тоже исцарапался о веревку, да и ухо, за которое его таскал туземец, опухло и покраснело.

– Нам не сбежать, – сказал он с тоской.

Да, бежать некуда. Впереди такой же обрыв, что они одолели, а веревки, само собой, у них нет. А если и была веревка, то не на глазах же туземцев осуществлять побег! Слева скалы, справа вход в пещеру, а сзади отряд взрослых мужчин из семи человек. Роскошный выбор.

Туземцы между тем устроили привал. Из заплечных сумок добыли хлеб, и что-то белое, по вкусу напоминающее брынзу. По кругу пошла бутылка с густой красной жидкостью и собранные недавно плоды. Туземцы ели их сырыми. Детям тоже отрезали по куску хлеба с брынзой. Потом один из туземцев со смехом дал им бутыль, в которой булькала мутная жидкость.

– Не пейте, – сказал Селет. – Это какой-нибудь стимулятор или наркотик.

Селет обычно давал хорошие советы, и Трей зачерпнула воды из ручья. А Денис попробовал. Но, глотнув жидкость, закашлялся – на вкус она оказалась слишком кислой. Взрослые рассмеялись и отобрали бутылку обратно. Хон встал и выпил ее до дна, запрокинув голову.

После обеда отдыхать не стали – подталкивая детей, все направились ко входу в пещеру. Узкий проход, по которому проползали на четвереньках, стараясь не окунуться в ручей, быстро кончился. Они оказались в огромном подземном зале. Мрак, встретивший их там, был почти осязаем и пальцы Трей осторожно пробрались в ладошку к Селету. Туземцы зажгли пару факелов, но их свет терялся в черноте, не достигая ни стен, ни потолка.

Глухое эхо шагов, звук падающих капель, треск факелов, негромкие разговоры взрослых – и больше ничего. Большой зал постепенно сужался, песчаный пол уходил вниз. Стены приблизились, толщина камня давила на них невидимым весом.

– Куда нас ведут? – спросила Трей у Селета.

Он обернулся к ней, но ничего не сказал. «Он не знает», – решила Трей.

Приятная поначалу свежесть сменилась промозглой сыростью. Чем дольше они шли, тем холоднее становилось. Проход то расширялся так, что стен не было видно, то вновь сужался, и до соседних стен можно было дотянуться руками. Иногда дорогу преграждали круглые валуны – приходилось перебираться через них. В другом месте проход сузился в каменный лаз – и они ползли на спине, отталкиваясь от земли ногами. Ручеек петлял среди скал, то исчезая, то появляясь вновь.

Часа через два они вышли в большой каменный зал, и Трей ахнула от восхищения. Белые, желтоватые, кремовые колонны заполняли пространство. Они свисали с низкого потолка, росли вверх, как высокие причудливые грибы с нашлепками. Под ногами захлюпала вода. Здесь было совсем сыро и факелы зачадили.

– Привал, – объявил старший туземец.

– Сталактиты – те, что сверху, – сказал Денис. А сталагмиты… – он уселся на один из столбов, – те, что снизу.

– Что? – переспросила Трей.

– Ну, колонны эти, – Денис похлопал рукой по блестящей каменной поверхности, – Это из-за воды. Натеки такие. Сверху и снизу. Ты что, никогда не была в пещерах?

Трей покачала головой:

– Только там, на корабле.

– А ты? – спросил Денис Селета.

– Я был, – ответил мальчик. – Но один раз и давно.

– Ты не замерз? – спросила Трей.

– Холодно, – признался Селет. – Вода течет наружу, а не сюда, – добавил он, отходя немного в сторону. – Знаете что? Мы сейчас под озером.

– Что? – Трей чуть не упала со своего сталагмита. – Озеро? - Она представила толщу камня над головой, а следом массу холодной воды и ее передернуло. – Это озеро просачивается сюда?

– Ага, – ответил Селет. – Скорее всего.

– И куда мы придем, умник? – спросил Денис.

– А ты спроси у туземцев, – посоветовал Селет.

Денис фыркнул.

Туземцы задвигались, зашумели, собираясь в отряд. Хон подошел к детям, осмотрел их внимательно и сказал:

– Иди еще час. Но идти трудно. Смотреть под ноги. И делать, что говорят.

К каждому из ребят подошел взрослый. Зажгли еще два дополнительных факела. Хон шел первым, за ним еще два туземца потом Селет с Ниилом, затем Трей рядом с туземцем, сопящим недовольно всякий раз, когда она оступалась, а замыкал шествие Денис с двумя туземцами.

Выход из зала с колоннами был таким низким, что пришлось лезть на коленях. Зато потом они оказались в месте без конца и края, зато воздух стал более свежим. Жесткая рука туземца легла на плечо Трей, прижимая девочку к скале. Туземец качнул факелом, и Трей вскрикнула. Она стояла на узком каменном карнизе, рядом была черная пустота, а где-то там, внизу, невидимая река несла свои воды, плескаясь о камни. Трей прижалась к влажной скале спиной.

– Иди боком, – сказал туземец, подталкивая девочку.

Трей отставила одну ногу в сторону, пробуя носком камень. Вроде бы крепко. А если она поскользнется?

– Давай-давай.

Еще один шаг. Теперь у нее закружилась голова. Пустота впереди ждала ее неверного шага. Пальцы туземца крепко, до боли, впились в неё. Но она была рада этой боли, этой поддержке.

– Двигайся, – сказал парень. – Что встала? Иди, я держу.

Делать было нечего, и Трей медленно пошла вперед. Пути не было конца. Она боялась оглянуться на Дениса, боялась посмотреть вперед на Селета – была только каменистая тропа под ногами, черный воздух перед глазами и рука туземца. Шли они минут двадцать, пока тропа не закончилась небольшой каменной площадкой. Несколько минут все стояли, переводя дух и растирая, уставшие от напряжения, ноги. Но и это было еще не все! У края площадки был закреплен подвесной мост. Когда Трей разглядела его, она совсем упала духом. Стоит встать на мост и он начнет шататься в разные стороны! Но туземец, что смотрел за ней всю дорогу, взял ее на руки и пошел по мосту. Трей закрыла глаза.

– Спасибо, – сказала Трей туземцу, когда он на другой стороне опустил ее на землю. Селет был уже здесь, на вид совершенно спокойный. «Интересно, его тоже перенесли, или он сам перешел?» – подумала Трей.

Денис шел сам. Сопровождавший его туземец хотел было взять мальчика на руки, но потом покачал головой.

– Руками держись за перила и смотри под ноги, толстяк, понял? – сказал он.

Денис держался. И смотрел. И даже не обидное слово ничего не сказал. Никакой он не толстяк, просто крупный. Главное – наступать на доски, не промахнувшись, и забыть о том, что мост качается.

– Вперед, вперед, – подгонял всех Хон.

Тропинка под ногами поднималась и поднималась вверх. Трей согрелась и даже запыхалась от усилий. Их путь близился к концу. Воздух стал суше, туземцы переговаривались громко и довольно. В лицо дохнуло настоящей свежестью, стало теплее, а еще спустя пару минут глаза резанул свет. Туземцы остановились и потушили факелы. Трей взглянула наверх и увидела крошечный кусочек синего неба.

За следующим поворотом они увидели большой светлый круг – так выглядел выход их пещеры. Все невольно ускорили шаг. Миг, и они стояли на открытом воздухе. Солнечные лучи лились с неба бесконечным, теплым потоком. Приятный ветерок обдувал их. Где-то чирикали птицы, стрекотали кузнечики. После нескольких часов в каменном склепе окружающий мир казался неестественно ярким. Все быстро пошли вниз и Трей гадала, где именно они окажутся. Вот бы было здорово, если бы они вышли недалеко от земного лагеря! Вот бы удалось незаметно убежать! Камни расступились, и Трей прикусила губу. Это была та самая мощенная камнем площадка, где они нашли Ноиса и разбили Одиса. Но теперь здесь было полно народу.

Столб, на котором лежал раньше Одис, был пуст. Рядом стоял седой старик в длинной красной одежде – в руках он держал два кусочка от Одиса. Туземные жители стояли рядом. Дети переглянулись. Трей уже видела у Селета это выражение лица – он прислушивался к невидимому собеседнику. Толпа расступилась, пропуская пришедших, и снова сомкнулась за ними. Денис тоскливо рассматривал лица. Всю дорогу он надеялся, что как только они выйдут на поверхность – их тут же освободят земляне.

Но здесь одни туземцы. И некому их освобождать. Но почему? Не может же быть, что их тут бросили или забыли! Это Трей может так думать, но он то, Денис, знает, что дядя его перевернет все это поселение, только чтобы найти его и спасти.

– Аптон, мы привели их, – сказал старший туземец и поклонился жрецу в красном. Жрец положил то, что осталось от Одиса, на верх столба и обернулся к детям.