Пустынный волк

Глава 1

В красных песках пустыни, среди белоснежных одиноких скал и под светом лунного светила корчилось полупрозрачное тело. Его крики были беззвучны, но всё равно запускали небольшие волны изменений в окружающей реальности. Песок перемещался по часовой стрелке, образуя идеальный круг вокруг нового гостя этого мира, а новообразованный ветер нёс огромное количество духовных частиц в центр этого круга. Но получившийся ураган был лишь внешним проявлением тех изменений, что происходили с полупрозрачным силуэтом. Ещё недавно он был облачён в старый потрёпанный камзол, но через несколько минут вся мнимая одежда обратилась в красный песок и осыпалась вниз с призрачного тела. Грязные и спутанные иссиня-чёрные волосы стремительно посинели на глазах и принялись разрастаться и покрывать всю кожу мучающегося мужчины. Ещё недавно человеческие руки и ноги также подверглись сильным изменениям, превращаясь в лапы дикого зверя. Любые половые признаки постепенно исчезали, ведь мёртвым недоступно размножение. Лишь серо-стальные глаза, полные боли и отчаяния, неизменно смотрели на небо. Смотрели в мольбе на прекращение этой пытки.

Однако ничто не могло ему помочь. Тело менялось, чтобы соответствовать загробному миру, а в груди по центру мучительно медленно формировалась полная тьмы дыра. Когда же та разрослась на треть грудной клетки, наступил финальный этап трансформации: человеческое лицо покрылось густой белой массой, что постепенно вытягивалась и принимала вид волчьей пасти. С истошными криками и подвываниями мужчина неотвратимо терял последние признаки человеческого облика. Он превращался в монстра. В четырёхлапое животное. Остатки белой субстанции после формирования маски впитались в его силуэт, позволяя в полной мере сформировать тело, напоминающее волка. Чёрные волосы окончательно превратились в синюю гриву и шерсть, закончив свой рост с появлением из его копчика хвоста. Последние изменения трансформировали позвоночник бывшего человека, заставляя того перевернуться и встать на теперь свои четыре лапы. Спустя мгновение всё закончилось, а новоявленный зверь раскрыл свою маску-пасть и завыл на луну, тем самым выплёскивая в этом крике всю свою боль, отчаяние и горе. Этот вой сообщал всему загробному миру о рождении нового пустого.

Но вот крик закончился, а пустыня успокоилась. Не осталось и следа от недавно бушевавшего на этом месте миниатюрного урагана. Духовный мир словно замер в ожидании, будто ничего и не происходило на месте рождения нового пустого. Сам же зверь тоже не шевелился. Лишь смотрел на луну в небе и пытался осознать произошедшее.

Зверь не помнил, кем он был. Не помнил, что он делал до того, как появился здесь и переродился. Лишь ощущал, что недавно умер, а происходящее – его посмертие. Впрочем, это была лишь малая часть его мыслей. Гораздо важнее было мучающее его ощущение утраты. Ему казалось, что он что-то потерял. Что-то очень важное, без чего у него нет смысла в собственном существовании. От одной только мысли об этом его дыра пустого неприятно ныла. А потому зверь быстро принял решение вернуть это важное любыми способами. И, как и положено зверю, он доверился своим инстинктам. Инстинктам, что понесли его вперёд по пескам красной пустыни.

Неизвестно, сколько времени зверь бежал в поисках добычи, изнываемый чувствами утраты и голода, но в конце концов его блуждания привели к определённому результату. Впереди показался ещё один монстр. Это был высокий, под три метра высотой, похожий на гориллу зверь. Короткая красная шерсть позволяла тому чуть ли не сливаться с песками пустыни, а мощные передние пятипалые руки были облачены в подобие белоснежной костяной брони, чем-то напоминающей по составу собственную маску волка. Такая же маска была на лице встреченного пустого, отличающейся лишь более приплюснутой формой и видом оскаленной морды обезьяны. Но зверь знал, что под ней также скрывается человеческий лик. И если обнажить его, избавившись от маски, он победит. Зачем же ему вообще побеждать? Он не задавался таким вопросом. Волка вели голод и инстинкты.

Сражение началось мгновенно. Волк, не раздумывая, бросился вперёд, желая впиться в глотку твари своими зубами, но противник оказался не робкого десятка. Горилла довольно быстро заприметила врага за счёт выделяющейся синей шерсти, но лишь яростно взревела и понеслась на встречу. В её глазах не было ни крупицы разума. Только гнев и голод. А потому и её атаки были просты и прямолинейны. Могучие руки пустого были подняты вверх, а после со всей силы опущены в сторону приближающейся пасти, как только враг приблизился.

Естественно, горилла промахнулась.

Благодаря природной ловкости, а также остаткам разума, волк избежал тяжёлого удара, что слегка разметал песок под его лапами. Воспользовавшись шансом и буквально использовав как опору руки врага, он дотянулся до головы гориллы. Его зубы вцепились прямо в маску, отчего противнику стало невероятно больно.

Горилла кричала. Горилла орала. Горилла металась по песку, пытаясь силой оторвать от своего лица волка. Она чувствовала, как её маска, её сосредоточие существования начало трескаться под напором хищника. Мотая головой из стороны в сторону, мускулистая образина старалась отбросить угрозу, при этом нанося своими руками удар за ударом по миниатюрной фигуре волка. Их борьба превратилась в соревнование по устойчивости, и не смотря на свои габариты горилла его проиграла.

Острые зубы раскрошили маску монстра и тот быстро испустил свой дух, на краткий миг явив миру спрятанное под ней человеческое лицо. Человек в теле зверя пал, а его туша сразу же стала медленно растворяться, дабы в будущем стать частью окружающих песков. Но помятый волк не желал отдавать пустыне свою добычу и, не теряя ни единого мгновения, принялся за лакомство. Он отхватывал от трупа поверженной гориллы кусок за куском, проглатывая их и утоляя голод пустоты на месте своего сердца. И каждый раз, когда части тела его бывшего противника оказывались у него в желудке, они почти мгновенно растворялись в невидимые глазу духовные частицы. Частицы, что распространялись по телу питающегося волка, дополняя его и привнося в его бытие что-то новое. Постепенно вся энергия гориллы оказалась поглощена, а её душа навечно стала частью победившего её хищника.

Волк победно завыл на луну, после чего вновь отправился в путь в поисках добычи. Голод и чувство утраты не стали слабее. Наоборот, его дыра пустого лишь сильнее заныла, а потому он поторопился найти следующую добычу. Ещё трижды он нападал на попадающихся ему монстров, но каждый из них был не крупнее его самого и оказался быстро повержен. Каждая тварь попадала к волку в желудок и передавала ему всё, что у неё было. Волк чувствовал, что его жертвы окончательно не исчезли. Они были внутри него, стали частью его постепенно меняющегося тела. Ему бы стоило остановится хоть на минуту, дабы осознать свою нынешнюю форму существования, но перерождение сильно ударило в голову бывшему человеку и тот продолжал бездумно двигаться вперёд. Его лапы после каждой трапезы вновь начинали споро перебирать по красному песку загробного мира. И лишь лунное светило вечной ночи было единственным свидетелем этого безумства.

Возможно, рано или поздно волк бы наткнулся на добычу ему не по зубам, но следующая битва, пусть и оказалась достаточно тяжёлой, привела его разум в порядок.

Всё началось довольно обыденно. Он наткнулся на монстра, похожего на белку. Зверёк был ниже его самого и был самым маленьким обитателем пустыни из всех, что видел когда-то бывший мужчина. Но не смотря на малые габариты, она развивала невероятную скорость. Погнавшийся за ней волк никак не мог её догнать и схватить, несмотря на кажущуюся близость добычи. Он бежал и тратил свою энергию, постепенно слабея и чувствую разрастающуюся внутри него пустоту. С каждой потерей крупицы энергии поглощённые им души постепенно начинали бунтовать против него самого, тем самым ослабляя и так не слишком мощное тело. Однако выбора у него уже не было. Волк старался нагнать как можно быстрее свою добычу, ведь без её поглощения он чувствовал, что может потерять все свои запасы и по итогу исчезнуть, раздираемый на части чужими сущностями. А ему не хотелось рассыпаться песком, что бесконечным покрывалом раскинулся под его лапами.

Погоня окончилась внезапно. Из песка вынырнул гигантский красный скорпион, раза в три больше самого волка. Его красный панцирь активно скрывал существо от взора зашедших на его территорию монстров, а длинный хвост с острым жалом в мгновение ока достиг не ожидавшей засады белки. Одним ударом добыча волка оказалась повержена, а сам хищник перед личиной опасного большого насекомого превратился в жертву. С трудом четвероногому удалось уклониться от хвоста нового врага, а затем отскочить от хватки клешней передних конечностей. Из-под человекоподобной белой маски новой враждебной твари вырвался крик негодования и разочарования. Добыча извернулась и монстра ждала затяжная погоня. Так думал скорпион, но волк не собирался играть по правилам неожиданного противника.

Юный пустой понимал, что долго не сможет продержаться. Он прилично потратился на погоню за белкой, а потому у него был лишь один шанс выйти отсюда живым – победить в бою. Вновь и вновь волк накидывался на фигуру скорпиона, пытаясь достать своими зубами хотя бы до одной части тела гигантского насекомого, но каждый раз у него не получалось из-за гибкого и длинного хвоста твари. Его держали на дистанции, и дикий волк ничего не мог с этим поделать.

«Мне нужен меч!» - когда пустота стала практически невыносимой, а все оставшиеся разумные мысли стал вытеснять необъятный голод, у него в голове мелькнула эта мысль. Он знал, что ему нужно оружие. Знал, но не имел возможности его получить. Если бы он в этот момент смог задуматься над этой мыслью, то волк бы просто отбросил её как несвоевременную и ничего не стоящую, однако из-за пустоты он был во власти своих инстинктов. Благодаря им он интуитивно «пожелал» завладеть клинками, неважно как. И его новое тело откликнулось на это желание. Почти все последние запасы духовных частиц волка собрались в области его спины, после чего заставили пластичное тело умудриться прорастить две конечности-клинки. Всё это случилось буквально за секунду и осознав, что у него осталось энергии лишь на один удар, волк кинулся прямо в сторону маски скорпиона. Клешни и хвост были блокированы новыми клинками, а пасть хищника вновь сомкнулась на чужом лице. В отличие от лицевой части гориллы маска скорпиона оказалась довольно хлипкой, а потому успех волка в тяжёлой битве не заставил себя ждать. В одно мгновение ноги скорпиона подломились, и его тело упало вниз. Победитель же поторопился начать новую трапезу, стремясь восполнить свои потери.

Скорпион и белка были съедены, в результате чего волк подрос. Его рост в высоту достиг двух метров, а из потоков энергии внутри тела исчезла хаотичность. Две новые поглощённые души сохранились где-то в его желудке по соседству с предыдущими четырьмя. Тем не менее образ волка за время битвы со скорпионом сильно изменился, ведь две лишние конечности, оканчивающиеся двумя клинками, свисали с боков восстановившегося монстра. И теперь пустынный хищник ощущал некую завершённость своего нынешнего облика. Он окончательно стал тем, кем ему суждено было стать. Волк вернул себе разум, но принял новую сущность. Он перестал быть человеком, перестал быть неприкаянным духом, перестал быть новорождённым в этой бесконечной пустыни. Он теперь понимал, что он низший пустой, и его единственный путь вперёд – это эволюция через поедание себе подобных.

Одинокого волка ждала впереди долгая жизнь, полная тяжёлых побед, радостных трапез и удивительных встреч, ну а пока он отправился на поиск следующей жертвы неутомимого голода его пустоты.

(Примерный вид спинных лезвий волка)

Глава 2

На просторах бескрайних красных песков над поверженной белоснежной сколопендрой пировал останками добычи одинокий синий волк. Это была уже десятая его добыча с тех самых пор, как он вернул себе более-мене ясный разум. Постоянно подгоняемый непрекращающимся голодом, он охотился на окружающих его пустых. А в перерывах, пока насыщался, к нему постепенно возвращались воспоминания его родной души.

Он уже вспомнил о том, что до появления в пустыне был двуногим мягкотелым созданием. Вспомнил о том, что у него была большая стая. Он вспомнил, как получил новости о гибели своего отца и старшего брата. Как поднял знамёна против действующего правителя и преуспел. Он посадил на трон своего друга и названного брата, но бездарно опоздал на помощь к похищенной сестре. Так появился Тихий волк. Волк, что утратив стаю вернулся на Север со своей женой, где принялся восстанавливать свою семью.

- Робб, - по окружающему воздуху раздался неприятный и скрежещущий голос волка. Он попытался вслух произнести имя своего первого сына. Мысленно поморщившись от непривычности голоса, он отбросил ностальгию по щенку и вновь принялся поглощать лежающую сколопендру. Тем временем с каждой дополнительной порцией энергии ему всё больше открывалась старая память.

Перед глазами бывшего человека промелькнули имена и лица всех его детей. Потомков, которых он любил и которыми он гордился. Каждый из них был его маленьким волчоноком: Робб, Джон, Санса, Арья, Бран и Рикон. Они были его продолжением. В них текла его кровь. Кровь рода. Кровь…

- Старков, - вновь произнёс непривычное для нового горла слово трапезничающий зверь. Новый виток воспоминаний поглотил пустую душу, обречённую на вечные скитания в бесконечной пустыни мироздания.

Волк вспомнил свою фамилию, родовое имя. Вспомнил его предназначение и причину, почему это было настолько почитаемо, пока он жил. Он вспомнил свой герб, на котором была изображена голова лютоволка. Гигантский мистический волк всегда был символом его дома.

Пустой припомнил, что его дети заимели себе маленьких лютоволчонков. Они выглядели мило, но когда успели немного подрасти, стали немного похожи на то, как выглядит он сейчас.

Покончив с пищей, лютоволк пустыни вновь поднял свою голову к небу и завыл на одинокую луну. Он ещё не вспомнил, почему он оказался здесь в новом обличии. Почему он оказался вдалеке от своей стаи. И каждый кусок мяса других пустых подстёгивал его собственную память, а потому волк вновь собирался поскорее выйти на бесконечную охоту.

Он аккуратно поводил носом по окружающему воздуху, старательно принюхиваясь и полагаясь на свои новые инстинкты. Его нос не просто ярко ощущал все окружающие запахи, он чувствовал мельчашие духовные частицы. Каждый пустой непроизвольно выпускает свою духовную энергию, именуемую реацу. И по этой реацу при помощи носа волк мог их засечь и даже определить их приблизительную силу.

Он безмолно стоял на своём месте около пяти минут, пока его носа не достиг лёгкий запах сушёной рыбы. Столь необычный аромант мгновенно привлёк внимание хищника. Его инстинкты и голод вновь повели в нужном направлении в поисках пропитания, а разум постарался найти объяснение столь необычной интепритации запаха нового пустого. Предыдущие монстры ощущались как металл, песок, кости и кровь. Но сейчас эти ощущения перебивал устойчивый запах рыбы.

Старку понадобилось полчаса, чтобы добраться до источника найденных им колебаний реацу. Это оказалась передвигающаяся на напоминающих лапы ластах белоснежная акула. Как только волк подошёл ближе, её белоснежная маска в мгновение ока обратилась в его сторону. Просверлив глазами своего гостя, тварь в тот же миг развернулась и, к неожиданности пустого, нырнула в песок, как ныряют рыбы в воду. Зашелестели рассыпающиеся в стороны пещинки, ведь под ними стала быстро передвигаться объёмная туша монстра. Волк аккуратно встал на месте и напряг все свои сенсорные возможности, чтобы выявить, откуда придёт нападение. В том, что нападение будет, он не сомневался. Глаза твари были столь же безумны, что и у остальных, а чувство ярости и голода от неё не уступало его внутренним ощущениям. Старк понимал, что эта тварь низачто не отпустит его, а способ передвижения через толщи песка лишь даровал рыбёшке возможность атаковать внезапно.

Волк не собирался отступать. Пусть враг оказался необычен и коварен, в конце концов и он станет всего лишь пищей и средством восстановления воспоминаний.

Буквально в полуметре от волчьей лапы взорвался окружающий песок. Из-под земли показалась раскрытая зубастая пасть маски в форме акулы. В тот же момент Старк отпрыгнул в сторону от траектории рывка противника, попутно взмахнув своими наспинными клинками. Его оружие прочертило две кровавые полосы на боку бродячей акулы, заставив чудовище яростно взреветь и вновь скрыться в бескрайних песках под его ногами.

Так продолжалось из раза в раз. Акула пыталась напасть из-под земли и отхватывала от лезвий волка. Будь та разумней, уже бы на третьей попытке постаралась сменить неудачную тактику, но голод и безумие заставляло её повторять одни и те же действия. Повторять, пока череду попыток не оборвало одно из спинных лезвий волка, удачно попавшее и пробившее насквозь голову песчаной акулы. И вот ещё одно чудовище издохло только для того, чтобы стать трапезой для победителя.

Острые зубы осташегося пустого впились в податливую плоть мёртвой рыбёшки, дабы скорее насытить своего владельца желанной духовной пищей. И как только из проглоченных кусков мяса в его суть потекил ручейки живительной энергии, голова Старка вновь заполонили старые воспоминания.

Его семья была довольно счастливой, а земли, на которых он правил, постепенно приходили в норму после двух прошедших войн. И всё было хорошо, пока его старый друг король Роберт не возжелал посетить владения Старков.

По итогу визита он ушёл вместе с ним, дабы помочь ему в нелёгком деле правления. И в глупости своей забрал с собой в обтиель интриг и предательств родных дочерей. Его предшественника на посту десницы, как оказалось, отравили. Самого Старка обвели вокруг пальца и посадили за решётку. После гибели друга на охоте его жена стала регентсвующей королевой и обвинила мужчину в поднятии мятежа против короны, хотя он всего лишь хотел раскрыть миру правду о её неверности. Все дети Роберта были не его детьми, а следовательно не могли унаследовать трон. Но до того, как он сумел разослать информацию об этом всем домам вокруг, а также увести дочерей подальше от заполонивших Королевскую Гавань потомков дома Львов, его схватили и обезвредили.

Свою смерть он встретил на площади после признания несуществующей вины. Признания, ценой которого было благополучие его детей. Его лишили головы на глазах обоих дочерей, и не смотря на благородные порывы Старка, эта смерть привела лишь к гибели всей его семьи.

Старые боги не дали ему уйти на покой после смерти. О нет, он стал бесплотным и невидимым духом. Всё, что он мог, это смотреть на несчастную судьбу своих потомков. Он видел, как тяжело приходилось его старшей дочери в королевском дворце. Мужчина наблюдал, как его храбрая младшая дочка пересекла половину Вестеросса в попытке воссоединиться со своей стаей. И он наблюдал, как его страшего сына вместе с его женой и вассалами вырезали на Красной Свадьбе предатели Фреи.

С каждым днём, с каждым годом его сердце заполняли боль, отчаяние и ярость. Когда безликий убил его младшую дочь, он стенал. Когда ублюдок Болтон прикончил Сансу своими истязаниями, он пролил слёзы. Смерть Рикона от рук того же ублюдка лишь окончательно разбередила незаживающую рану на сердце. Гибель Джона в бою избавила от последних надежд на счастливое будущее его дома. На хоть какое-то будущее для его волчат. Среди большого семейства остался лишь Бран. Парализованный ниже пояса, одинокий и при этом каким-то образом сидевший за Стеной, где к удивлению отца из могил восстали мертвецы. Но и там вскоре погасла искра его потомка. Старки вымерли. А вместе с ними и беспокойный отец уступил распространяющейся в его сердце пустоте. А пустоте не место в мире живых. И тот отверг его, направив прямиком в лапы красной пустыни.

Волк взвыл от нахлынувших на него воспоминаний. Он вспомнил, как оказался в этой пустыне. Он понял, почему теперь бродит здесь один с грызущим его чувством потери. Его стая погибла. Вся до единого.

Некоторое время волк лежал на красном песке в абсолютной апатии. Даже чувство голода ненадолго отступило, позволяя обдумать произошедшее с ним. Он лежал и не двигался, обращая свои серо-стальные глаза к небу. Он смотрел на луну и вспоминал своих детей. Боль от одиночества ещё долго терзала его разум, пульсируя в такт с колебаниями реацу в его дыре пустого.

Когда он успокоился от нахлынувших чувств, он ещё раз проанализировал свои воспоминания и заметил удивительную вещь. Он помнил имена всех своих братьев, сестёр, детей, родителей и даже далёких предков. Но своего имени он не знал. Никакой идеи, никакого намёка в памяти от него не осталось. Впрочем, Старк принимал это как своё наказание. Тому, кто не смог сохранить стаю, незачем знать собственное имя. Он его не заслужил. Был смысл помнить лишь родовое имя, как последнее напоминание о их существовании.

Вновь грустный вой, полный одиночества, был обращён к луне. Пустой выл и выплескивал наружу всё своё горе и ярость. Неизвестно, сколько бы продлилась его новая агония от одиночества, но на этот раз ему ответили. Так ответили, что одинокому лютоволку пришлось надолго закопать своё горе внутри себя, пока он не найдёт в этом месте безопасную гавань.

Из далёкой возвышающейся тени в его сторону выстрелил гигантский красный луч. Лишь чудом волк успел отпрыгнуть в сторону, при этом лишившись задней левой лапы. Жгучая и ядовитая реацу словно стёрла ту из реальности, заставив волка потерять от боли равновесие и приземлиться кувырком в толщу песка. Но волк стерпел и поторопился спрятаться за ближайшим барханом. Он изо всех сил пытался скрыть своё духовное давление, искренне опасаясь повтороного залпа. Лишь через несколько минут замерший зверь рискнул пошевелиться.

Осторожно выглянув из-за песка, волк проводил взглядом удаляющуюся тень вдалеке. До недавнего времени он не сильно рассматривал своё окружение, а потому для него стало шоком узнать, что в этом месте существует нечто столь ужасающее и огромное. Он помнил сказки о драконьем дыхании из своей жизни, но недавний разрушающий луч не сильно был похож на огненный поток. К тому же, исходя из наблюдений, выстрелившее в него чудовище сильно отличалось по комплекции от легендарного дракона и при этом носило длинный балахон. Волк чувствовал, что своей истерикой непроизвольно привлёк внимание кого-то на уровень выше, и теперь собирался удвоить свою бдительность. До недавнего времени он встречал лишь противников примерно своей категории, а потому разум, захвативший контроль над инстинктами низшего пустого, невольно расслабился и упустил окружение из виду. Но теперь Старк знал, к чему в ближашее время ему нужно стремиться. Ему продемонстрировали, к какой силе может привести эволюция, и он собирался достичь этой разрушительной мощи. Кто знает, может у него удастся вернуться. Вернуться будучи кем-то большим, чем просто знатный лорд. Вернуться, чтобы отомтстить всем, кто поучавствовал в уничтожении дома Старков. Отомстить за съедающее его вместе с голодом чувство одиночества.

Определив цель и восстановив потерянную лапу, пустынный лютоволк с дырой в груди вновь отправился на дальнейшую охоту. Он охотился, чтобы вернуть разум. Он добывал пропитание, чтобы восстановить память. Теперь он искал только одно – силу.

Глава 3

По красной пустыни под светом луны перемещался одинокий волк. Его синяя шерсть ярко выделялась на фоне окружающей местности, но гротескная белая маска и выдающиеся лезвия, растущие из-за спины, могли отпугнуть любого разумного, что повстречал бы на своём пути этого монстра. К несчастью для пустого ему ещё ни разу не встретился хоть кто-то достаточно разумный, чтобы начать с ним диалог, а потому подавляющее большинство столкновений с обитателями пустыни оканчивалось для него ожесточённой схваткой. Остальные же встречи ознаменовались позорным бегством волка.

Старк не знал точное время, но чувствовал, что с момента полного принятия себя прошло около двух десятков лет. За это время случилось очень многое. В первую очередь он отточил свои навыки охоты, ведь от них зависела его выживаемость в столь негостеприимном месте.

Упор он решил сделать на точность, скорость и скрытность, для чего ему пришлось тщательно заняться исследованием своего тела, дабы понять, как сделать то достаточно мощным для исполнения его желаний. Простые физические нагрузки приводили лишь к голоду и не давали какого-либо прогресса. Наоборот, чем чаще он этим занимался в отрыве от охоты, тем голоднее становился. После тщательного исследования этого феномена, а также внимательного отслеживания собственного самочувствия во время насыщения при поглощении пищи, Старк сумел прийти к некоторым выводам о своей нынешней физиологии.

Во-первых, его целостность, регенерация и сила зависят от количества скопленной внутри тела духовной энергии. Более того, само его существование постоянно потребляет огромное количество этой энергии и во время какой-либо активности её потребление возрастает многократно. Отсюда и усиление голода, а также растущая слабость. Но стоит больше уделить внимание поиску добычи, тем самым расширяя свой рацион, как его тело начинает стремительно прогрессировать. Количество вырабатываемой им энергии возрастает, тело насыщается духовными частицами и становится сильнее, быстрее и выносливее, а через некоторое время эффект закрепляется как постоянный, увеличивая постоянный расход живительной силы. Исходя из сделанных выводов Старк понял, что его голод никогда не утолить. Он будет постоянно расти, и единственным временным лекарством было поедание себе подобных. В принципе, потребность в пище практически такая же, как и у людей, за исключением постоянно возрастающего аппетита и вынужденного каннибализма.

Тем не менее Старк решил окончательно разобраться, за счёт чего работает его нынешний организм, а также почему он работает именно так. Не то, чтобы при жизни он был ищущим истину учёным мужем, просто это было единственное, что он мог делать, дабы не сойти с ума от подступающей скуки. Когда в твоей жизни есть лишь песок, луна и сражения с монстрами, даже лорд будет мечтать о бытие мейстером. А потому он вовсю начал работать мозгами.

Тщательно просматривая свою память, он зацепился за услышанные от одного из дальних торговцев слухи. Речь шла о специальных медитациях для познания своей внутренней сути, которые использовали воины из далёкой империи И-Ти. Несмотря на то, что все рассказы об этом в его памяти были лишь в качестве недостоверных сплетен, сказок и баек, сам волк решил попробовать что-нибудь сделать в этом направлении. Часто между трапезами он старался остановиться на одном месте, расслабиться и попытаться сконцентрироваться на проходящих процессах внутри тела пустого. Он пытался услышать стук сердца, как когда-то мог это сделать, будучи живым, шум лёгких, что при жизни неизменно сопровождал дыхание, течение крови, в прошлом хорошо чувствующееся во время кровавой битвы. Он совершал одну попытку за другой, пока подступающий голод не заставлял вновь сорваться с места в поисках новой добычи.

Так он и существовал впроголодь, пока не прошёл целый десяток лет. За то время он не стал ни капельки сильнее. Наоборот, его тело пустого немного деградировало, привыкнув к дефициту поступающей к нему духовной энергии. Это был довольно болезненный процесс, но Старк не сдавался. Терпения и упрямства бывшему Хранителю Севера было не занимать. В какой-то момент ему удалось почувствовать ручейки энергии, что буквально проникали в каждую часть тела его текущего организма. Более того, на десятой успешной медитации он осознал, что сам полностью состоит из этой энергии, только в более твёрдой форме. И именно для поддержания формы и стабильности структуры его частей тела организм постоянно изыскивает излишки духовных частиц. С одной стороны, это объясняет его чудовищную регенерацию вплоть до внутренних органов, ведь те тоже состоят из энергии. Подай больше энергии, и повреждённый орган вернётся в первозданный вид. Осознание этого факта дало очень многое самому Старку, позволив тому отбросить излишнюю осторожность в борьбе с противником. Он больше не боялся полученных ранений, ведь любое из них, кроме повреждения маски, не было для него смертельным. Разве что стоило опасаться полноценного расчленения, ведь некоторые из пустых заметно превосходили размером старого волка. С другой стороны, это объясняло его постоянный и чудовищный голод.

Вторым вопросом, за который принялся Старк после получения ответов о форме собственного существования, был вопрос об источнике духовных частиц. Будь это только его душа, его интенсивность выработки бы не менялась от поедания других. Для разрешения своего непонимания он вновь принялся за медитации, но уже не в ущерб охоте. Он вновь и вновь прокручивал в голове все поступающие ему ощущения при поедании плоти. Он тщательно смотрел на текущие внутри тела ручейки духовной энергии, отслеживал их пути пролегания и выискивал их источник. Постепенно ему открывалось всё больше и больше подробностей о процессе насыщения плотью пустыми, пока в какой-то момент он не почувствовал, что с его глаз словно сняли закрывающие обзор шоры.

Он ощутил два центра его естества. Первым оказалась дыра пустого, что была настоящей чёрной дырой в его энергетике. Она постоянно потребляла море духовных сил и казалось, что, если пустота станет ещё чуть больше, он не сможет насытить её утробу. Этот факт весьма сильно напряг Старка, но он ничего не мог поделать с данной информацией. Лишь пообещал себе тщательно отслеживать изменения в собственной пустоте, отдающей в его естестве гложущим чувством одиночества. Второй энергетический центр оказался его маской. Это была не просто маска, скрывающее его человеческое лицо. Она оказалась ещё и хранилищем фрагментов съеденных им душ. Каждый поедаемый им пустой оставлял небольшой след внутри его сущности. Этот след выражался в частице чужой души, которая дополнительно вырабатывала духовную энергию. Но в отличие от его оригинальной души, души его противников постоянно выдаивались в форсированном режиме, а потому за время его путешествия большинство из них уже растворилось в его теле потоками духовной энергии.

Пустынный лютоволк по-человечески вздохнул от этого открытия. Он стал настоящим пожирателем душ. Если он правильно понял, то именно вражеские души внутри его хранилища и являются для него основным источником силы. Если же они закончатся, тело примется за единственный доступный источник в виде его собственной души. Начнётся её распад для выделения необходимой доли духовной энергии. Сейчас, обратив на это внимание, он осознал, что чувствовал нечто такое, когда только стал пустым. Внутри него ещё не было чужих душ, а потому его голод был гораздо ощутимее. Возможно, что временная потеря памяти была связана именно с поеданием самого себя. Если подумать, то и дыра пустого тогда была гораздо меньше, чем сейчас. А это значит, чем дольше он существовал без сторонней подпитки, тем губительнее это сказывалось на его энергетике. И когда хранимые в маске души у него закончатся, начнётся распад его собственной сути, и это будет весьма болезненно.

Главный вывод, который сделал Старк из своих изысканий, был в том, что голодовка – это не его вариант. Впрочем, он и до удачных медитаций это хорошо понимал, пусть это понимание и было основано на обычных инстинктах. Теперь же, когда он добрался до источника требований своего тела, Старк полностью осознал своё положение. Если он ещё раз допустит черпание духовных частиц из собственной души, его пустота лишь сильнее расширится, потребовав на своё существование ещё больше энергии. Увеличенный расход ускорит распад его сущности и способствует новому расширению пустоты, что в конце приведёт к тому, что он просто рассыплется. Исчезнет под давлением собственного голода, навсегда став частью красных песков пустыни.

Несмотря на то, что он уже умер, исчезать подобным образом Старк не желал, а потому последующие десять лет тщательно налёг на добычу пропитания. Он поглощал одного пустого за другим, при этом учась контролировать потоки духовной силы внутри своего тела. В процессе освоения этого навыка он столкнулся с забавным казусом: он действительно смог ощутить все проходящие энергетические процессы внутри собственного организма, но управлять ими был практически не способен. За десять лет он научился лишь слегка ускорять и замедлять выработку духовной энергии вложенными в его маску душами.

Сознательно ускоряя распад хранимых в маске душ, за счёт дополнительной выработки энергии его тело получало комплексное усиление. Прочность, скорость, сила, выносливость – все эти параметры увеличивались в полтора раза. Но в этом деле главное было не переборщить и не использовать ускорение распада слишком часто. Дело не только в повышенном расходе душ, что принимают удар пустоты вместо его собственной, но и в быстром привыкании его собственного тела к повышенному потоку энергии. Оболочка волка была на удивление пластична и могла закрепить усиленную форму тела за счёт повышенного потребления. И если не быть аккуратным, то по итогу ему не получится себя прокормить, что приведёт к исчезновению буфера душ перед его собственной. Откат же изменений довольно долгосрочный и болезненный процесс, который нужно проводить аккуратно, постепенно снижая уровень потребления энергии телом. Лишь тогда оно начнёт деградировать до менее энергонасыщенного состояния.

Главный вывод из проводимых над собой экспериментов, который сделал для себя Старк, был в том, что развитие физической оболочки должно проходить естественно и постепенно. Ускорение распада поглощённых душ пустых было лишь средством кратковременного усиления. Лишь простое поедание и накопление сущностей его добычи позволяло постепенно нарастить естественный приток духовной энергии, при этом уменьшая давление на уже поглощённые души. Таким образом его запас не истощался и мог поддерживать энергетику организма довольно долго, а постоянный приток «провизии» лишь увеличивал эту «подушку безопасности» и временно снижал нагрузку на уже присутствующие в маске фрагменты других пустых.

Ещё один открытый им способ контроля своей энергетики сильно снижал его функциональность, но при этом значительно увеличивал скрытность пустого. Замедляя выработку духовных частиц для душ в его маске, его спинные лезвия примыкали к спине и фактически срастались с кожным покровом, переставая выполнять заложенные функции. Лезвия, выращенные в инстинктивном порыве во время одной из знаменательных для него битв, на самом деле были дополнительным источником его духовных расходов. Отсекая от них приток духовной энергии, он имел возможность сохранить силу хранимых в маске душ. Но слишком долгое простаивание энергетики в лезвиях могло привести к их полному исчезновение, что заставляло его откинуть этот способ экономии в угоду боевой эффективности. Ведь волк не знал, сможет ли он вырастить их снова. Он подозревал, что смог это сделать только из-за пластичности его новорождённой оболочки. Тогда его тело ещё окончательно не перестроилось на потребление духовных частиц со сторонних душ, а потому активно дестабилизировало его собственную. Нет ничего удивительного в том, что он смог в момент нужды изменить на одном желании свою духовную форму, сделав её более приспособленной для тяжёлого боя с окружающими монстрами.

Двадцать лет долгих изысканий привели к поразительным открытиям, но этого было ещё мало. Пустынного волка ждало ещё множество исследований, а также опасных врагов и событий, которые приведут его либо к гибели, либо к величию. Всё, что он мог, это продолжать изучать себя и окружающий мир, а также заниматься уже столь привычным каннибализмом. Пожалуй, сейчас он уже не был столь категоричен ко нравам некоторых диких племён со Скагоса или одичалых, что из-за дефицита пропитания баловались человечиной.

Глава 4

Прошло ещё пять лет скитаний по красным пейзажам бесконечной пустыни загробного мира. Синий волк продолжал охотиться и медитировать, стараясь познать своё нынешнее существование. Он экспериментировал со своим телом и поглощёнными им душами, пытаясь достичь от них максимальной эффективности без возможных проблем в долгосрочной перспективе. В какой-то мере у него это действительно получалось. Он не мог напрямую управлять потоками протекающей в теле духовной энергии, но ощущал свою эфемерную власть над узниками в его собственной маске. Медленно, но верно пустой лютоволк постепенно нащупывал способ перенаправления исходящих духовных частиц от поглощённых им душ, чтобы в критический момент научиться усиливать лишь определённый аспект его оболочки. Прямо сейчас источаемая им энергия равномерно распределялась по всему его телу. Он мог увеличить её количество, подстёгивая организм к запредельным нагрузкам, однако если он сможет перераспределить потоки для, допустим, увеличения собственной скорости, то за счёт ослабления силы и прочности Старк повысит свою мобильность. В случае успеха выживаемость волка в условиях вечной охоты существенно увеличится.

Обычно он тратил на свои изыскания всё свободное от вечного поиска добычи время, но сейчас всё его внимание было сконцентрировано на наблюдении за одним необычным пустым. Тот вёл собственную охоту, но его действия отличались от остальных излишней разумностью. Он уже видел сражения других пустых. Они кидались друг на друга, как только замечали противника на горизонте. С бездумной яростью пустые сталкивались в противостоянии и буквально пожирали друг друга во время боя, но этот монстр в форме крупной кошки был другим. Он был осторожным. Он умел прятаться. Он умел ждать. Он аккуратно выглядывал из-за песчаных барханов в поисках своей добычи, сливаясь своей красной шкурой на фоне местных песков. Лишь белая маска выдавала маскировку пустого, но из-за своих малых размеров по сравнению с трёхметровым телом добыча песчаного льва ту не замечала. Пустой в форме чрезмерно мускулистой лани степенно проходил мимо устроенной кошкой засады. До самого последнего момента он не видел действий хищника, пока тот не выскочил и не вцепился ему в горло.

Победа была быстрой. И пока краснокожий лысый лев насыщался своим противником, синий волк наблюдал за этим всем со стороны. Котоподобный пустой был довольно чувствительным к окружающим его духовным частицам, а потому Старку пришлось на время отключить спинные лезвия, чтобы уменьшить пассивно испускаемое им духовное давление. Это была уже отработанная тактика, ведь пусть большинство пустых на редкость слепы в отношении духовной энергии, чувствительные особи были не столь редки, как ему бы хотелось. Находясь в двух сотнях метров от необычно разумного пустого, он, щурясь, наблюдал и размышлял над своими дальнейшими действиями. Все предыдущие попытки войти в мирный контакт с другими монстрами пустыни до сих пор оканчивались неудачей. Они не понимали его слов и просто бросались в атаку при виде возможной добычи. Неважно, больше он был противника, или меньше. Лишь некоторые из них убегали в страхе, но это был максимум их разумного поведения. Сейчас же появилась возможность обмолвиться парой слов с единственным встреченным им достаточно разумным пустым. Соблазн был велик, да и тянущее чувство одиночества из собственной дыры пустого подстёгивало к возможному мирному диалогу. Ведь даже для Тихого волка десятки лет одиночества были настоящей пыткой не смотря ни на какие попытки отвлечься.

Приняв решение, он двинулся вперёд к трапезничающему пустому, постепенно восстанавливая поток духовной силы к спинным лезвиям. На случай, если переговоры будут неудачными. Старк спокойно, без резких движений шёл в сторону насторожившегося красного льва, что при виде нового пустого прекратил собственное насыщение.

Постепенно расстояние между ними сокращалось. Волк спокойно перебирал лапами, разглядывая своего будущего собеседника. В отличие от него у оппонента отсутствовала шерсть, обнажая перед вечным лунным светом голую кожу красного оттенка. Выглядела та довольно жёстко и прочно, пусть и слегка незащищённо по мнению разумного волка. Тем не менее, приглядевшись, можно было заметить редкую гриву на затылке у котоподобного пустого, что говорило о его схожести с представителями львов из мира живых. А пока Старк двигался и предавался размышлениям, кот тем временем напряжённо стоял и следил за его действиями. Пустой ни на мгновение не расслаблялся в присутствии волка, тем не менее не стремясь первым вступать в возможную схватку. Наконец, когда между ними осталось не более десяти метров, волк остановился.

– Привет? – наконец-то нарушил возникшую между ними тишину Старк неловким приветствием. Его коммуникационные навыки заметно снизились за время скитаний по пескам красной пустыни, а потому его нельзя было обвинить в красноречии. – Ты понимаешь меня?

– По-ни-ма-ешь? – по слогам произнёс гротескный голос трёхметрового кота. Волк радостно расширил глаза и медленно и чётко постарался представиться. Похоже на то, что его оппонент его понимал, но просто давно не встречал человеческую речь. Более того, он также говорил на всеобщем языке, пусть и давалось для явно непривычной к такому глотке пустого довольно непросто.

– Моя имя Старк. А кто ты? – задал тихо радующийся волк своему собеседнику следующий вопрос.

– Стар-р-рк, – протянул его родовое имя лев, задумчиво склонив голову. – Север-р-р.

Волк в шоке распахнул свою пасть, ведь пустой похоже узнал его фамилию. Он задумчиво нахмурился, пытаясь ухватить промелькнувшую в его голове мысль. В этом мире после смерти он стал лютоволком, с которым часто ассоциировали дом Старков при его жизни. Даже на его гербе была голова этого мистического зверя. Возможно ли, что перед ним бывший благородный Вестеросса?

«А кто у нас ассоциировался со львами? Не может быть! Он…»

– Ланнистер! – вырвалось из горла волка.

Ответ последовал незамедлительно. На мгновение красный лев замер на месте, а затем прорычал:

– Ланнистер? Ланнистер! ЛАННИСТЕР! Убью!

Пустой семейства кошачьих буквально потерял разум и с великой яростью накинулся на опешившего от такого поворота Старка. Тот едва не пропустил удар мощными передними лапами со стороны собеседника, лишь в последний момент попытавшись насадить в ответ пустого на спинные лезвия.

К удивлению волка, у него это не получилось. Красная шкура без единой шерстинки оказалась невероятно прочной, а потому попавшие в неё клинки не нанесли никаких опасных ранений. Лишь лёгкие царапинки свидетельствовали об успешной контратаке Старка. Впрочем, пусть лезвия и не смогли пробиться сквозь неожиданно крепкую защиту льва, они сумели отбросить того в сторону. Это дало волку время, чтобы собраться с мыслями и полностью включиться в бой. Все размышления о возможном мирном исходе вылетели из его головы, ведь существование на протяжение двух с половиной десятков лет среди агрессивных монстров-каннибалов хорошо выбивает всю миролюбивую дурь.

Началась жестокая битва. Лев старался накинуться на волка сверху и прибить угрожающие ему лезвия к земле собственным весом, а заодно вцепиться сзади в шею острыми зубами. Волк тем временем старательно избегал близкого контакта, отмахиваясь от того верхними конечностями и время от времени пытаясь пробить прочную шкуру надоедливого кота. Они проводили этот смертельный танец на протяжение пяти минут, пока один из ударов лапой волка в попытке отмахнуться от вражеских клыков случайно не задел маску своего оппонента. К удивлению Старка, его коготь легко прочертил борозду на покрытой белой костью морде противника. Это было гораздо легче сделать, чем со шкурой красного льва. Более того, маска кота оказалась даже хрупче, чем у других знакомых ему пустых. Волк не мог не воспользоваться этой информацией. Вскоре все его атаки стали стремиться попасть по оскаленной морде красного льва. Следующие две минуты уже не кот гонял волка, а совершенно наоборот, и его напор окончился сокрушительным успехом. Прямо попадание лезвием буквально разбило маску на две части, обнажив под ней человеческое лицо измождённого и старого мужчины. Его блеклые глаза на время прояснились и, с чистым разумом взглянув на Старка, старик в теле красного льва одними губами прошептал:

– Спасибо.

Пустой, лишившийся маски, упал. Его тело стало постепенно растворяться в песках пустыни, как и положено любому проигравшему в жестоком загробном мире. Волк же тем временем лишь опустошённым взглядом наблюдал за этим событием. Он был действительно шокирован тем, как повернулась ему попытка поговорить с первым встреченным разумным пустым.

«А ведь не только у Ланнистеров был лев на родовом гербе, – запоздало пришла в голову Старка разумная мысль. – Были ещё Рейны. Рейны из Кастомере. На их флаге был нарисован красный лев. И весь их род был уничтожен Тайвином Ланнистером. Похоже, это именно я спровоцировал его на драку.»

С этими невесёлыми размышлениями Старк принялся поедать поверженного им пустого. Благородство благородством, но он сильно потратился в этом бою. Ему даже пришлось воспользоваться ускоренным распадом душ, чтобы увеличить свои шансы на выживание под шквалом атак неистового кота. Удары льва были тяжелы и смертоносны. Особенно опасны были его когти, что оставили несколько заметных следов на теле волка. К счастью, ни одна из атак не достигла его маски. Что-то ему подсказывало, что любые царапины на ней он восстанавливал бы мучительно долго.

И пока его челюсти мерно откусывали шматы мяса от поверженного пустого, сам Старк раздумывал о превратности судьбы. Дом Рейнов, как и Старков, в своё время пал от руки Ланнистеров. В частности, от руки главы дома Ланнистеров, Тайвина Ланнистера. Это произошло ещё тогда, когда он был сопливым мальчишкой. Раньше даже. Тогда он даже не представлял, что подобная судьба будет ожидать и его семью. Золотые львы растерзали представителей обоих родов, и теперь старшее поколение побеждённых было обречено на бесконечные скитания в пустыне загробного мира. Но всё же одна мысль ему не давала покоя:

«Если здесь были Рейны, возможно ли, что в этой пустыне присутствуют и сами Ланнистеры?»

Ранее притупленная годами одиночества жажда мести вновь вспыхнула в разуме и сердце пустынного волка. Он пообещал больше уделять внимание запахам и ощущениям духовной энергии, что будут похожи на исходившие от тела красного льва. Если он сможет найти в этом мире пару златошёрстных кошек, он просто обязан будет поглотить их жалкие душонки и полностью выдоить их ради собственного блага.

Определившись с новой целью, что разбавит его скучные будни в красной пустыне, волк поспешил закончить текущую трапезу. Ему впервые за долгое время не терпелось продолжить дальнейшую охоту. Тем временем его разум подумывал о том, чтобы попытаться перераспределить исходящую энергию захваченных душ не на укрепление или ускорение собственного тела, а на улучшение встроенных в него органов чувств. Это позволит увеличить радиус его чувствительности и повысит шансы найти в бесконечных песках пустыни столь желанную для его сердца добычу.

Глава 5

Обострить дополнительным вливанием духовной энергии свои чувства оказалось гораздо легче, чем усилить собственное тело. Старк с неожиданностью осознал, что его оболочка была полностью заточена на поиск возможной жертвы посредством чувствительного обоняния. Это помогло на инстинктивном уровне увеличить приток живительных духовных частиц к соответствующему органу чувств. Всего за каких-то несколько недель он сумел расширить зону обхвата врождённой чувствительности в несколько раз. Это достижение позволило волку с меньшими потерями времени отыскивать себе пропитание, тем самым выделяя больше возможностей для работы с намеченными проектами. Проектами, среди которых было взятие под полный контроль исходящих из маски потоков энергии посредством прямого управления поглощёнными душами, а также поиск пустых, имеющих особенности кошачьего племени.

Если первый проект ещё долгое время обещал радовать волка бесплодными попытками, и в ближайшие годы это не планировалось никак измениться, то второй в первый же месяц принёс неожиданные результаты. Он нашёл сразу двух пустых, внешне сильно напоминающих бродячих кошек. Конечно, они никак не выделялись своим цветом, и даже не обладали львиной гривой, но это не помешало Старку с остервенением их словить, победить и сожрать, слегка удовлетворив пылающую от праведного гнева душу. В каком-то смысле его действия были довольно бессмысленны, но сейчас, лишившись всего самого дорогого и будучи вынужденным прозябать вечность в жестоком мире духов-каннибалов, он не собирался подавлять собственные чувства и спокойно отдавался зову сердца. Сердца, что превратилось в маску и чёрную дыру в груди. Сердца, что велело ему ловить кошачьих пустых.

Возможно, слушай он чаще своё сердце, а не доводы разума, то многое из произошедших событий при жизни можно было бы избежать. Он бы не позволил своей жене измываться над сыном его сестры, которого он спрятал под личиной своего бастарда. Он бы отказал Роберту в браке их детей и не принял бы должность десницы короля после гибели наставника, ставшего ему вторым отцом. Просто послушав собственное сердце, он смог бы избежать большинства проблем, но нет. Его вёл долг. Его вёл разум.

Сейчас ему было наплевать на всё, что вбивал ему с детства Джон Аррен. Сейчас он следовал за зовом своего сердца. И если оно желает только бездумной мести, то так тому и быть. Главное в процессе не потерять разум, ведь именно он был его главным преимуществом в этом жестоком мире.

Приняв это решение, Старк стал последовательно вычислять всех подходящих под определённые параметры пустых. Три года он занимался избирательной чисткой. Три года он истреблял кошачье племя среди пустых. Два десятка монстров были жестоко растерзаны волком, а их души выдоены досуха, в результате чего от них буквально ничего не осталось. И так бы и дальше продолжалось, пока он не заметил примечательное место со следами чужой охоты.

Удивительно, но в какой-то момент волк обнаружил среди песков пустыни крупную скалистую долину. Там, в одном и узких проходов, он приметил свежие следы проходившего недавно сражения. Инстинктивно разбирая оставленные вокруг отпечатки лап, борозды от длинных когтей и оплавленные ямы от неизвестной субстанции, Старк уверился в том, что в бою участвовала четвёрка пустых. Трое из них в тандеме атаковали четвёртого, дабы позднее растащить его на части. Удивившись подобной кооперации, волк утроил свою бдительность, свернул собственные спинные лезвия и в режиме максимальной скрытности провёл разведку всей долины. Ему сопутствовал успех. На вершине одного из утёсов он заприметил троицу пустых. Каждый из них был кошачьего племени, но самое главное было в том, что их вожак выглядел как типичный золотистый лев. За исключением костяной маски, конечно.

Сузив глаза, Старк внимательно разглядывал представленное перед ним зрелище. Последние две недели он старательно наблюдал за действиями этого небольшого объединения. Время от времени он отлучался на охоту за проходившими мимо пустыми, но после всегда возвращался назад. Он старался не терять из виду золотого льва, дабы найти возможность подловить его в одиночестве.

Сейчас этот лев единолично неплохо отделывал встреченного им нового пустого. Этот пустой был также похож на кота, и даже имел некое подобие вертикальных полосок, чем-то похожих на полоски тигра. Пустой-тигр ничего не мог противопоставить возвышающемуся на 4 метра в высоту золотому льву, что буквально игрался с его тушкой могучими передними лапами. Вскоре тигр буквально истощил себя и пал наземь, после чего лев оторвал себе лапу при помощи своих могучих челюстей, а после… буквально засунул её противнику в глотку. Волк удивлённо смотрел на разворачивающийся процесс кормёжки. Он не понимал, что именно сейчас происходило. К тому же, он ощущал в оторванной лапе льва некоторые фрагменты душ, которые должны были храниться у того в маске. Как он смог это почувствовать, волк в этот момент не задавался вопросом. Его сейчас гораздо больше интересовало представшее перед ним действо. В акт безвозмездного альтруизма со стороны золотого льва он совершенно не верил, а потому принялся наблюдать дальше.

Подобная сцена повторилась с тигром несколько раз. После питания он восстанавливался, после чего вновь атаковал кормившего его собственной плотью льва. Регенерация конечностей у того, к слову, была чудовищная. Потерянные лапы восстанавливались за считанные секунды, а потому тот снова и снова без каких-либо проблем отделывав проблемного котёнка, а по истечению доступной энергии у последнего опять начинал его кормёжку. С каждым разом энтузиазм тигра в попытке разорвать глотку льву становился всё меньше и меньше, пока после ещё одного раунда он вместо нападения просто спокойно разлёгся перед пощадившим его противником.

Старк не сразу понял, что именно он только что наблюдал. И только после того, как лев взмахом головы буквально повёл тигра за собой, осознал, что видел процесс подчинения себе подобного со стороны пустого. Лев буквально кормил того частицами себя, создавая своего рода родственную связь. С одной стороны, подобный подход был довольно опасен, ведь твоя свита становилась буквально привычной к твоей собственной плоти. С другой же, Старк не мог не отметить гениальность этого подхода. И теперь у его врага было трое помощников, вместо двух.

Ему предстояла тяжёлая работа по выманиванию членов группы золотого льва по одиночке. В принципе такое возможно. Время от времени глава кошачьего прайда отпускал одного из своих помощников на свободную самостоятельную охоту. Полагаю, это было оправдано, ведь таким образом они поддерживали индивидуальные навыки. Впрочем, лев не брезговал и совместной отработкой командной работы на особо крупных целях.

Через неделю, подгадав момент, волк подловил в двух километрах от места обитания прайда самого мелкого из четвёрки котов. Это был не новенький тигр, а небольшая, полтора метра в высоту, кошка с навыками стремительного перемещения. С большим трудом Старк сумел её нагнать сразу после её победы над очередным пустым. Лишь потому, что первой же атакой он частично перебил той задние лапы своими спинными клинками, он смог вцепиться в неё волчьей пастью. Если бы не эта задержка, то скорости самой юркой из встреченных им пустых было бы достаточно, чтобы сбежать от него и предупредить о нападении своего вожака.

Перекусив кошкой и её жертвой, Старк залёг на дно и в течение трёх недель ограничился лишь простым наблюдением. Золотой лев, конечно, устроил небольшие поиски своей подопечной, но через пару дней махнул на это рукой. Судя по всему, он уже не в первый раз терял подчинённого пустого на вольной охоте, а потому не сильно беспокоился об её исчезновении.

Волку это было только на руку. Следующим стал новичок. Тигр был подловлен прямо на выходе из скалистой долины. Из-за того, что тот был немного выше и длиннее лютоволка, Старку пришлось длительное время попрыгать вокруг юркой гигантской кошки. Тигр оставил ему напоследок несколько резаных ран на боках, прежде чем издохнуть от вспоротого клинками брюха и расколотой лицевой маски.

Новая душа пополнила кошачью коллекцию волка, отправившись в закрома его волчьей маски. Сам же волк, окончив трапезу, постарался буквально замести следы прошедшего боя. Всё же в процессе они были неаккуратны, и оставили некоторые следы лап, когтей и клинков на окружающем их камне.

На этот раз золотой лев потратил две недели на тщательное расследование случившегося исчезновения. Ничего в итоге не достигнув, тот перестал отпускать на вольные хлеба последнего оставшегося помощника. Тот не сильно уступал в размерах вожаку, но был довольно послушным и часто принимал наиболее активное участие в совместных охотах. По наблюдениям Старка ему обязательно нужно было их разделить, ведь в тандеме они легко могли его забороть.

Начался новый этап длительной слежки. Слежки, продлившейся несколько месяцев, и за время которой волк стремительно прокачивал свои навыки маскировки. В какой-то момент он научился удерживать в своём теле обычно выпускаемое им духовное давление. Вырабатываемые поглощёнными душами частицы энергии в процессе применения маскировочной техники буквально циркулировали по кругу внутри его оболочки. Это добавляло дополнительную нагрузку на энергетику волка, а потому тот не мог постоянно использовать сформированный навык. Тем не менее, именно благодаря нему у волка получилось устроить ловушку на последнего из компаньонов золотого льва.

Используя различные физические препятствия и подавляя своё присутствие в духовном диапазоне, Старк скрытно на протяжение нескольких дней раздраконивал бросками камней похожего на панцирного жука гигантского пустого. Будучи высотой под шесть метров, а в длину достигая всех двенадцати, этот монстр отпугнул от себя даже парочку львов, что считали себя хозяевами местной территории. Но волк рассчитывал всё же устроить им эту встречу, а потому буквально по хлебным (каменным) крошкам прокладывал тому путь до львиного логова. В конце концов ему это удалось. Враги схлестнулись друг с другом, и Старк удачно воспользовался ситуацией. В момент, когда вожак прайда в попытке уклониться от удара отпрыгнул слегка в сторону, волк набросился на него. Единственный помощник золотого льва был занят приведённым им гигантским пустым, и не факт, что самостоятельно с ним справится. За это время у волка были все шансы одолеть самого опасного и разумного из больших кошек. К сожалению, внезапный удар оказался недостаточно эффективен.

Уведя в сторону свою маску, лев подставил под удар клинков Старка свою спину и, проигнорировав нанесённое ему ранение, нанёс контратаку при помощи мощного удара левой лапы. Атака была столь сильной и внезапной, что она буквально оглушила на несколько мгновений не готового к этому волка. Отлетев в сторону на десяток метров и прокатившись по каменной поверхности львиного утёса, тот сразу же вскочил на ноги и отпрыгнул в сторону от раздробившего камень нового удара льва. Поняв, что его атака ушла в молоко, кот прекратил своё стремительное нападение. Он устремил взгляд своих умных и пронзительных глаз на волка, тщательно изучая нового соперника. Спустя несколько секунд молчаливого осмотра своего оппонента лев буквально по-человечески вздохнул:

– Мало мне было постоянно бегающих за мной краснокожих Рейнов, так теперь ко мне пришёл ещё и лютоволк.

Услышав сказанную им реплику, Старк глупо уставился на золотого льва. За всё время слежки тот ни разу не произнёс ни слова, не смотря на активную командную работу со своими подопечными. И сейчас его чистейшее произношение на всеобщем языке оказалось неожиданным сюрпризом для разбушевавшегося волка. А спустя мгновение он узнал и голос говорившего. Голос, который он будет помнить до конца своих дней, ведь это был голос человека, вознёсшего свой дом на недосягаемую для остальных вершину. Голос человека, что устроил гибель его родных и близких. Это был…

– Тайвин, – из уст пустынного лютоволка раздался гневный рык.

Глава 6

Золотистый лев внимательно осматривал рычащего на него лютоволка. Для него оказалось большим сюрпризом встретить в этом проклятом месте разумного представителя мистического северного зверя. Ещё одно напоминание о его прошлой жизни. Впрочем, его удивление длилось не долго. Этот волк, не смотря на всю свою разумность, вместо диалога решил напасть на него. Наверняка именно он и поспособствовал исчезновению двух его подчинённых. То была довольно неприятная потеря, и он собирался отыграться за неё сполна. Ведь это было его правило. Правило жизни. Правило, согласно которому он и его сородичи всегда платили свои долги, будь то долг золотом или же кровью. Именно поэтому никто не смел трогать род…

«Мой род, не важно, каким бы он ни был. Я, Тайвин, пусть и не помню имя своего дома, что должно было остаться в веках после моей смерти, всё равно буду его хранителем. Даже в загробном мире,» – именно такие мысли крутились в голове у золотого льва.

Сосредоточившись на мелком противнике, он обратил внимания на не предусмотренные живой природой две дополнительные конечности волка. Выглядящие как буквально живое воплощение вестеросских мечей, они нивелировали его преимущество в росте, ведь примерная дистанция их поражения оказалась равна длине его конечностей. Силу этих клинков лев уже успел ощутить на собственной шкуре и намеревался допустить как можно меньше возможных ранений. Совсем без них победить явно не получится, ведь его регенерация – одна из сильнейших сторон нынешней формы Тайвина, и не воспользоваться ей будет фирменной глупостью. Глупым же себя лев не считал. Ещё будучи живым человеком, он достиг невероятных высот. Возвеличил свою фамилию, какой бы она ни была, чего нельзя было достичь без острого разума.

– Услышь мой рёв! – прорычал золотой лев скалящемуся на него лютоволку, явно Старку. Если он не ошибается по фрагментам собственных воспоминаний, то перед своей гибелью он сумел уничтожить большинство членов его рода. Хранители Севера вымерли, оставив своё место своим давним врагам Болтонам. Не без помощи Тайвина, разумеется. Теперь же он намеревался раздавить заблудшую душу волка перед собой.

Вслед за девизом золотой лев натурально взревел, вливая в свой голос как можно больше доступной ему духовной энергии. Разрушительная звуковая волна прокатила вокруг львиной туши, отбрасывая ринувшегося на неё волка. Не давая Старку опомниться, лев быстро двинулся вперёд в попытке покончить с поединком в мгновение ока, но взметнувшееся ему навстречу лезвие говорило о невозможности быстрой победы. Тайвин спокойно принял удар клинка на свою тушу. Благодаря своим размерам он мог буквально проигнорировать ранение, насадившись на вытянутую конечность, после чего с размаху влепить оппоненту по голове ударом правой передней лапой. Лютоволка вбило в землю, заставив окружающий камень утёса покрыться мелкими трещинами, но лев не обращал на это внимание. Он размахнулся для добивающего удара, но почувствовав сильную опасность. Ему пришлось отпрыгнуть назад, в последний миг разминувшись со вторым лезвие. То чуть было не отрубило ему голову. Лишь небольшая царапина на маске льва говорила о том, насколько близок он был к окончательной смерти.

На этот раз лев решил не торопиться. Глядя на пошатывающегося, но твёрдо смотрящего ему в глаза волка, он размышлял о своих дальнейших действиях. С наскока одолеть не получилось. Он чуть не лишился головы. Там, позади него, до сих пор вёлся бой между его подчинённым и большим жуком. Судя по колебаниям духовной энергии, у прирученного им кота были все шансы на победу, но не факт, что он сможет оказать существенную поддержку в бою после своей схватки. Из этого исходит тот факт, что с волком всё же придётся и дальше пытаться расправиться самостоятельно.

Тайвин, недовольно рыкнув, принялся кружить вокруг стоящего на месте волка. Тот выглядел слегка побитым, что говорило о довольно скромном регенеративном факторе противника. Тайвин довольно щёлкнул зубами своей костяной маски в форме льва. Он собирался повторить свой предыдущий трюк, но на этот раз последующие удары лапой намеревался нацелить на верхние конечности волка. Если у того регенерация действительно столь слаба, он не сможет достаточно быстро восстановить потерянные лезвия. Мысленно согласившись с составленным планом, золотой лев принялся в тот же миг его реализовывать.

Новый рык со стороны могучего зверя распространил очередную ударную волну вокруг его туши. Последовавший рывок был довольно предсказуем, но на этот раз Тайвин постарался избежать направленного на него лезвия. Не слишком удачно, но у него это получилось. Клинок вместо того, чтобы вонзиться ему в плоть, просто отсёк правую переднюю лапу, которая пусть и восстановится за какие-то пять секунд, но своим отсутствием доставит много неудобства. Особенно в условиях активного сражения с разбушевавшимся лютоволком.

В попытке достать наиболее опасные конечности противника лев получал ранение за ранением. В какой-то момент он совершил ошибку, и один из мечей вновь буквально пронзил его насквозь. Тем не менее Тайвин ожидал подобного рано или поздно, а потому был готов произвести свой удар по основанию застрявшей внутри него конечности. Оторвав её своей атакой, он сможет избежать дальнейшего нападения со стороны другого лезвия, ведь больше не будет пришпилен к волку. Однако все надежды на столь успешный исход боя были разрушены неожиданными действиями волка.

Вместо попытки вырвать конечность из потрохов Тайвина или ускорить атаку вторым клинком, Старк завыл. Громко, надрывно, как воют волки в моменты потери сородичей, и сдобрен этот вой был огромным количеством духовной силы, подобно недавнему рыку самого льва. Ударная звуковая волна, вызванная на этот раз лютоволком, прошлась по всему телу Тайвина и отбросила его в сторону. Старк не зевал и последовал вслед за летящим телом своего врага, стремясь нанести смертельные удары своими клинками.

Лев увернулся. В последний момент он поднял свою голову вверх, избежав пары горизонтальных взмахов. Тем не менее, не найдя на своём пути львиную шею, спинные клинки волка насквозь прошли через его передние лапы. Отрубив жизненно важные конечности, Старк совершил дополнительный рывок, оказавшись под брюхом Тайвина. В ход пошли зубы и когти. Волк неистово принялся кромсать золотого льва на части, вызывая у него мучительную боль. Тайвин пытался отстраниться, воспользоваться своей регенерацией и силой, чтобы оттолкнуть лютоволка, но спинные лезвия свирепого хищника не позволили ему выполнить задуманное.

Тайвин пал. В последние мгновения перед своей гибелью его сердце наполнило лишь сожаление.

***

Лежащий весь в крови и потрохах своего заклятого врага, Старк довольно смеялся своим скрипучим голосом. Он наконец-то отомстил. Больше нет смысла в охоте на кошек, ведь главный виновник бедствий его семьи ещё при жизни наконец-то будет им поглощён. В какой-то мере волк удовлетворил свою жажду мести. Нет, возможно, он ещё вернётся в мир живых, чтобы додавить живущих там убийц его любимой стаи. Но не сегодня. И не в ближайшие годы. Ему нужно стать намного сильнее. Прямо как та гигантская чёрная тень.

Поднявшись на дрожащие лапы, волк торопливо принялся поглощать остатки от тела золотого льва. Пока он насыщался, идущие в стороне звуки боя постепенно начали стихать. Судя по всему, борьба жука с большим котом постепенно пришла к своему окончанию. Старку было даже любопытно, кто из них победит в итоге. Потому по-быстрому окончив свою трапезу и резво восстановившись за счёт Тайвина, он поспешил к месту, где оставил раздраконенного лично им жука.

Пока он продвигался к оставшемуся победителю, Старк обдумывал украденный им приём у золотого льва. Тот вой он использовал опять лишь на одних инстинктах. Ему хватило одного взгляда на рык своего противника, чтобы совершить аналог выполненной техники. Ему ещё предстоит полностью осознать, какие процессы он запускает внутри себя при её исполнении, но уже сейчас перед его глазами раскинулись обширные перспективы. Возможно, отточив его работу, он сможет проторить дорогу к тому аналогу огненного дыхания, что давным-давно краем зацепило его. Старк до сих пор помнил тот горячий красный луч, что буквально испарил его конечности. Это была та сила, к которой он стремился, и сегодня благодаря жертве Тайвина Ланнистера он к ней немного приблизился.

Дойдя до площадки, на которой были оставлены кот с жуком, он с удивлением узнал, что в этом бою своего врага одолел кот. Тот сейчас активно насыщался останками растерзанного гигантского насекомого, но лютоволк не собирался смотреть, как его противник восстанавливает свои раны и набирается сил. Нет, он стремительно нанёс удар в спину, тем самым оглашая своё право на окружающие трофеи в виде питательной массы.

После короткой потасовки, оказавшейся гораздо более лёгкой, чем битва с Тайвином, Старк вновь принялся за богатую на рацион трапезу. Сегодня был удачный день, который он навсегда отложит в своей памяти.

Глава 7

С момента окончания охоты на кошек прошло больше полутора десятка лет. За это время Старк достиг немалых успехов. Во-первых, он смог наконец-то частично взять под контроль поглощаемые им души. Теперь у него есть возможность перераспределять при нужде нагрузку на сохранённые в маске фрагменты. Некоторые он практически не трогает, оставляя их в некоем щадящем режиме, благодаря которому они могут продержаться на протяжение десятка лет. Часть всегда используется в обычном режиме, в который переходят по умолчанию все свежепоглощённые им души. В таком темпе работы процесс распада длится 1-2 года. Открытый же им ранее ускоренный режим расщепляет фрагменты чужих сущностей чуть ли не за несколько недель. Максимум месяц. Правда в этом же режиме и выработка духовной энергии подстёгивается в большом количестве. Проведя некоторые эксперименты и сделав небольшие расчёты, Старк сконфигурировал выработку душ наиболее оптимальным для себя образом.

Сейчас, например, в его маске находилось 45 фрагментов. Два из них поглощались в ускоренном режиме, выдавая треть необходимой для нынешней физической оболочки волка нормы. Десяток душ находились в обычном режиме, восполняя вторую треть, а остальные тридцать три оставались в щадящем режиме, старательно сохраняя собственную сущность. Они покрывали оставшуюся надобность тела в энергии и даже выдавали немного сверху для дальнейшего энергетического развития. Эти тридцать три фрагмента также были подушкой безопасности и экстренным источником духовной энергии Старка. Из-за подозрений, что для увеличения собственной мощи ему понадобится в единый момент времени сохранить как можно больше душ, лютоволк решил придерживаться именно такой комплектации.

Ещё одним сомнительным достижением было создание собственной стаи. В своё время Старк с этим сильно намучился. Когда он впервые нашёл подходящего пустого, то из-за попытки не летально того схватить едва не погиб по собственной глупости. Другой волк собственными челюстями вырвал из его спины одно из спинных лезвий, которыми он пытался контролировать своего оппонента. После столь тяжёлого удара Старк едва умудрился разминуться со смертью, а потому перестал сдерживаться и банально прикончил пустого. Вместо стаи получился обед. Лезвие потом заново восстановилось, пусть на это и понадобился целый день, но лютоволк об этом и не волновался. Его больше заботила потребность в умении схватить других пустых живьём.

Несколько лет он старательно наращивал собственную силу и тренировался на других пустых. Время от времени он встречал монстров, своим обликом напоминавших волка, на ком снова начинал свои попытки истощить врага боем. К сожалению, Старк был не настолько большим и сильным, как когда-то был Ланнистер. Он не мог банально подавить своего противника и все его битвы превращались в сражение насмерть. Его спинные конечности также в этом не помогали, ведь они были прекрасным орудием уничтожения, а не подавления.

Так продолжалось ещё пару лет, пока он не совершил прорыв в собственном контроле и не развил свой навык воя. Во время охоты ему очень редко приходилось его использовать, пусть он и пытался время от времени тратить излишки энергии на тренировку ударной звуковой волны. Однако в один момент у него получилось направить эту самую волну не вокруг себя, а лишь в одну сторону – сторону противника. Более того, в результате своей удачной атаки враг оказался полностью оглушён и дезориентирован. Лютоволк сумел подойти вплотную и в кои-то веки нанести удары передними лапами, а не спинными лезвиями. У него действительно получилось обезвредить пустого, не убивая его.

Новый навык, пусть и работал лишь на достаточно близкой дистанции, позволил Старку вновь вернуться к поиску других волков. Он научился оглушать пустых, и следующий подходящий монстр пал перед его натиском. Но лютоволку пришлось столкнуться с ещё одной проблемой. У него лап не хватит, чтобы кормить истощённого противника, пока тот не успокоится. Они у него, в отличие от ныне почившего и переваренного им Тайвина Ланнистера, не восстанавливаются столь быстро. Пройдёт несколько часов, и только после этого лапы вернутся в норму. Поэтому Старку пришлось торопливо отправиться на охоту. С горем пополам ему удалось схватить живьём ещё одного пустого и притащить его к месту, где оставил побеждённого волка, но обнаружил там лишь рассыпающийся труп.

В следующей попытке лютоволк старался заготовить «припасы» заранее, что усложнило стоящую перед ним задачу на порядок. Лишь через семь попыток, на которые ушло ещё четыре года, у него получилось добиться первого успеха. Волк пал перед его волей и молча, без попытки напасть, следил за его действиями. Теперь ему нужно было установить с ним связь.

На тот момент Старк уже частично обрёл контроль над накопленными в маске фрагментами душ. Пусть не полностью, но он уже мог проводить с ними небольшие манипуляции. Например, взять одну из душ и направить её себе в переднюю лапу. Скормив потом эту лапу поверженному волку, он установил с ним небольшую эфемерную связь. Таким образом между волками сформировалось некое чувство общности. С тех самых пор его существование в красных песках пустыни перестало быть одиноким.

На данный момент в его стае было четыре волка включая его самого. Каждый из них не сильно отличался размерами от Старка. Их шерсть не выделялась цветом и была такого же бледно-красного оттенка, как и окружающие его пески. Большой контраст на фоне синей шерсти вожака. К тому же у его новых подчинённых отсутствовали индивидуальные особенности вроде спинных клинков синего лютоволка. В целом волки его стаи были довольно средненькими пустыми, от которых для Старка было больше проблем, чем пользы. Слишком много времени нужно было тратить на заботу о них. В последствии даже пострадал его личный прогресс, но он не возражал. Чувство, что у него вновь есть стая, было восхитительным. На волне не проходящей эйфории ему даже показалось, что его пустота на месте сердца уменьшилась.

Воспоминания воспоминаниями, но в данный момент лютоволк вёл свою стаю на охоту. Его чувствительный нос обнаружил крупного и слегка опасного пустого, на котором он хотел проверить командную работу. Небольшая пробежка трусцой и волки наконец увидели своими глазами возможную добычу.

Это был уродливый пустой, стоящий на двух когтистых лапах и имеющий конусообразную маску, чей вытянутый нос оканчивался острым шипом на конце. По бокам пустого выпирали два широких, радиусом где-то в три метра, костяных нароста. Столь странное бронирование не давало Старку и его волкам возможность атаковать с флангов, а потому было принято решение начать нападение спереди и сзади. Послав духовный импульс по сформированной с подчинёнными пустыми связи, Старк пошёл в атаку напрямую в лоб вместе с одним из волков, привлекая внимание необычного пустого. Другая пара, прячась за ближайшими барханами, стремилась обойти противника со стороны.

План был довольно прост. Оглушить отработанным воем врага и позволить плетущемуся позади напарнику вцепиться тому в глотку. Поддержать его своими клинками и дождаться атаки сзади со стороны остальных челнов стаи. Хватит одной минуты, чтобы разобраться даже с этим крупным пустым.

Тем не менее всё пошло не по плану.

Пустой, только завидев их, расправил свои костяные наросты в сторону параллельно земле. Только сейчас Старк понял, что это были крылья. Он впервые увидел в этой пустыне монстра с крыльями, и спустя мгновение пустой взмыл вверх. Лютоволк растерялся и молча наблюдал за, казалось, улепётывающим противником. Но он ошибался. Сильно ошибался.

Летающий пустой не убегал, он начал свою собственную охоту. Спустя десяток секунд летун сориентировался и устремился к наименее опасным целям. Он спикировал на пытавшихся обойти его сзади пару волков. На большой скорости крылатый зверь подцепил одного из них своими когтистыми лапами и поспешил набрать высоту, где подкинул свою добычу вверх и насадил на свой острый клюв. Прямо на глазах у стаи летун принялся терзать труп поверженного волка. Старк взвыл в отчаянии и просигнализировал оставшимся в живых подопечным отступление.

Им это не помогло.

Летающий пустой не отпускал лютоволка и остатки его команды. Спустя несколько минут он нагнал их и принялся кружить вокруг бегущей стаи. Время от времени он спускался ниже в попытке подцепить новую добычу, но каждый раз Старку удавалось отмахнуться от того своими верхними конечностями. Противник оправданно опасался выпирающих лезвий лютоволка, ведь те вполне себе могли повредить его крылья, а внизу у него не было никаких шансов против слаженной группы пустых.

Волки бежали, стараясь избегать встреч с попадающимися им на пути редкими пустыми. Однако вечно им везти не могло. В какой-то момент на них самих выскочила высокая гуманоидная образина, заставив вожака стаи отвлечься от угрозы сверху. Волки споро окружили нового противника и без проблем разорвали его на части, однако в конце концов упустили новое нападение со стороны летуна.

Второй волк оказался схвачен. Тот попытался извернуться, не обращая внимания на нанесённые ему раны острыми когтями летающего противника, но враг пресёк попытки защититься точным ударом клюва в маску. Ещё один член стаи погиб, принеся по сформированной Старком связи волну новой душевной боли.

По-быстрому насытившись растерзанным ими пустым, волки вскоре вновь отправились в бегство. Их противник также отобедал их сородичем, а потому ему не грозило быстрое утомление. Он кружил над их головами и выискивал способы полакомиться оставшимися волками.

Старк осознавал, что велика вероятность погибнуть не только у оставшегося в единственном экземпляре члена стаи, но и у него самого. У него не было абсолютно ничего против летающего противника. Он мог лишь попытаться оттолкнуть летуна своим духовным воем или отмахнуться спинными клинками, однако всё это была лишь временная мера. Пустой был вне его досягаемости, а значит ему нужно было как можно скорее найти убежище.

Погоня длилась долгие три дня. Летающая тварь спокойно питалась на ходу проскакивающими мимо них пустыми, в то время как сами волки исчерпывали свои запасы выносливости. Остановка для них была равносильна смерти. В какой-то момент, его подчинённый истощил свои силы и слёг на песок, позволив упорному и выносливому летающему пустому спикировать и сожрать себя. Старку было больно видеть гибель последнего члена его маленькой семьи в этом жестоком мире, но он не мог остановиться, ведь тот был обречён. Лютоволк сам был почти на грани. Его тело всё это время подстёгивалось энергетически и было на грани износа. Если слишком долго напитывать свою оболочку из твёрдой энергии большим напором духовных частиц, то её слегка дестабилизирует, что приведёт к жуткой усталости и невозможности некоторое время двигаться, как это произошло с его последним подчинённым.

Однако сейчас, когда летающий пустой отвлёкся, у него был шанс. Он сознательно запустил ускоренный режим у всех доступных ему душ, прилагая все усилия для направления начавшихся выделяться колоссальных объёмов духовной энергии в сторону увеличения скорости тела. В какой-то момент по всему телу лютоволка распространилось жжение. Его оболочка протестовала против столь изуверского подхода, но старалась подстроиться. Его лапы стали мощнее, обводы тела приняли более хищные очертания, шерсть пригладилась для большей аэродинамичности, а вокруг силуэта волка образовалась защитная эллипсоидная плёнка из духовной энергии. Всё это позволило увеличить Старку скорость передвижения в пять раз.

Он бежал изо всех сил, постепенно отрываясь от преследующего его пустого. Бежал, не разбирая дороги и игнорируя встречающихся на его пути монстров. Испускаемые им объёмы духовного давления привлекали всех хищников вокруг, но он не прекращал пользоваться дармовой силой и продолжал свой побег. Побег, который окончился с появлением на горизонте неожиданной для самого лютоволка чардревной рощи.

Глава 8

Перед глазами Старка раскинулось удивительное зрелище. Целая роща гигантских красных мёртвых чардрев раскинули свои кривые ветви на огромной площади бесплодной пустыни. Простирающиеся до сотни метров в высоту и лишь немногим меньше, где-то в пятьдесят метров, в ширину, почитаемые на Севере древа с вырезанными на них ликами составляли подавляющую картину.

Только потому, что сам Старк улепётывал от опасного пустого, он не застыл в шоке на одном месте. В мгновение ока лютоволк нырнул в нагромождение этих величественных, но мёртвых деревьев, ведь ни на одной из виденных им ветвей не было хотя бы одного жёлтого листочка. Скрывшись среди гигантских корней, веток и нагромождений стволов чардрев, Старк торопливо принялся приводить пошедшую вразнос энергетику в порядок. Сейчас за ним шёл жирный след из духовной энергии, и, если он хотел затеряться среди деревьев, стоило наконец-то перекрыть поток дармовой силы.

Целый час без остановок Старк на протяжении всего пути старался дозваться до ушедших в ускоренный режим фрагментов душ. Его действия чуть ли не оказались фатальными для его тела. Из-за того, что быстрый распад всех фрагментов начался одновременно, они вошли в своего рода резонанс. Исчезновение сторонних кусков души ускорилось многократно и не прекращалось не смотря ни на какие попытки их владельца это остановить. Только лишившись больше половины имеющихся душ, он смог обратить процесс распада вспять и вернуть им обычный режим. Из-за того, что большую часть запасов он потерял, Старк не мог позволить себе и дальше пользоваться щадящим способом хранения.

Как только поток дармовой силы оказался перекрыт, мужчина сразу почувствовал невероятную усталость. Каждая клеточка его духовного тела воспротивилась против своего хозяина и немедленно потребовала длительного отдыха. Ему ничего не оставалось, кроме как нырнуть в ближайшее переплетение корней и молиться Старым Богам, что ни один пустой его здесь не найдёт.

Спрятавшись среди деревьев лютоволк вырубился.

Очнулся он уже от всепоглощающего чувства голода. Собрав свои мысли в кучку, Старк тщательно проверил своё тело и ужаснулся. Накопленных им душ не хватало на нужды его новой оболочки. Из-за взрывного набора духовной энергии его тело эволюционировало и стало больше требовать сил для своего поддержания. Да, теперь он мог развивать огромную скорость, как и хотел когда-то, но ценой этого оказалось сильно повышенное потребление энергии. Собравшись с силами, Старк срочно выдвинулся на охоту. Когда он искал убежище, он краем глаза видел нескольких снующих среди чардрев низших пустых. Это сильно его обнадёживало, ведь выходить на открытый песок, когда он только-только оторвался от летающего монстра, ему не хотелось.

Принявшись за привычное дело в непривычной обстановке, мысли лютоволка невольно метнулись в сторону вновь потерянной стаи. Пустыня вновь наказала своего обитателя за неосторожность. Потерять только-только созданную им группу было очень неприятно, а потому он решил отказаться от своей прошлой идеи. Возможно, в будущем, когда его сил станет достаточно для защиты своих подопечных, он попробует сформировать её снова. А до тех пор ему остаётся продолжать свой путь в одиночестве.

С этими мыслями Старк принялся посвящать всего себя охоте среди красных чардрев, чьи величественные стволы выпирали прямо из-под песков пустыни. С каждым днём он постепенно проходил всё дальше и дальше в глубину открывшегося ему леса. В какой-то момент он даже не смог сказать, в какой стороне находилась привычная ему голая пустыня. Однако Старк не обращал на это внимание. Он уже решил здесь обосноваться и набраться сил на местных пустых. Потому ничто не отвлекало его от охоты. По крайней мере, пока он не встретил их.

Лютоволк замер в неверии, прячась за раскинувшимся над его головой корнем чардрева. Он видел гигантскую тень, которую после злополучного ранения от испепеляющего красного луча так ни разу и не встретил. Сейчас он был достаточно близко, чтобы разглядеть интересующие его детали: передвигающийся на двух ногах, тридцать метров в высоту с белоснежной маской с длинным острым носом на лице, худое бело-красное тело, скрытое за тёмным балахоном, а также гигантская дыра пустого. Он бесцельно неторопливыми гигантскими шагами передвигался между деревьев, изредка издавая жуткий рёв. Все мелкие, как и сам Старк, пустые при виде гигантского прямоходящего монстра бросались наутёк подальше от этой угрозы. И лютоволк их понимал. Помимо угрожающего вида от гигантского носатого пустого исходило разрушительное духовное давление. И дело было не только в количестве энергии, которое превосходило всё то, что выпускал бедный волк во время своего побега. Он тогда буквально спровоцировал распад целой кучи душ, а так и не приблизился к количеству выделяемой энергии гигантским пустым. Главное же было в качестве этой энергии. Она была словно более твёрдой, более ощутимой, более материальной. Словно плотность духовных частиц этого пустого была совершенно на другом уровне, недоступном для самого Старка. Это было занимательное наблюдение.

Следующие две недели лютоволк следил за этим созданием, что в своё время впечатлило его достаточно сильно. И увиденное им слегка разочаровывало. Неповоротливый, пассивный, не ведущий каких-либо поисков или охоты, он не делал практические ничего. Лишь кричал и время от времени выпускал излишки духовной энергии при помощи уже знакомых ему красных лучей. Это, к слову, говорило о том, что регенерация духовной энергии в теле данной особи сильно превосходила расход на поддержания тела, ведь в нём накапливалось большое количество духовных частиц.

Когда волк уже намеревался покинуть свой наблюдательный пост, громила встретил своего собрата. Тот слегка отличался от него самого. Был немного меньше, духовное давление пожиже, да и у маски отсутствовал длинный нос. Зато присутствовали симметричные красные полоски на щёках. Сначала Старк подумал, что они просто разойдутся. Настолько пассивно себя вели гигантские пустые. Но вскоре ему пришлось признать, что он ошибся. Новенький ринулся вперёд на своего чуть более высокого собрата и постарался вцепиться тому в маску собственными зубами. Всю неторопливость с объекта его наблюдения как рукой сняло. Сделав гигантский прыжок в сторону, остроносый пустой раскрыл свой рот и принялся формировать двухметровую красную сферу из духовной энергии. Спустя несколько секунд красный луч отправился по направлению к безносому пустому, намереваясь тому испарить половину тела.

Старк уже был готов похоронить второго, но внезапно перед безносым появилась полупрозрачная жёлтая плёнка из духовных частиц. Образовавшаяся защитная стена остановила и с достоинством выдержала атаку в виде красного разрушительного луча, по окончанию которой сразу же рассеялась в воздухе. Ответный выстрел последовал незамедлительно, и на этот раз нападение было более успешным. Лишь в последний момент первый пустой успел уйти в сторону, лишившись всего лишь правой руки.

Гиганты продолжали перекидываться залпами лучей, не торопясь переходить в ближний бой. Преимущество было явно у того, кто умел использовать духовную защиту. Пусть его расход энергии заметно превосходил, чем у оппонента, зато к концу боя он не выглядел как обожжённый обрубок. Пустой, за которым последнее время наблюдал лютоволк, погиб. Его убийца торопливо принялся запихивать своими длинными и неповоротливыми руками оставшиеся от противника части себе в пасть. Старк же, сделав выводы из увиденного боя, поторопился покинуть это место.

Он увидел, как проходят сражения пустых более высокого ранга. Это был весьма полезный и отрезвляющий опыт. Все его попытки укрепить защиту внешней оболочки не стоили абсолютно ничего по сравнению с наносимым уроном гигантских красных лучей. Впрочем, Старк не собирался отбрасывать в сторону свои исследования. Возможно, когда-нибудь он сможет совершить прорыв на ниве укрепления собственной шкуры. Прорыв ведь в ускорении у него совершился, пусть и ценой собственной стаи, а также больше половины скопленных душ.

Лютоволк поставил теперь перед собой новую цель. Изучить повадки крупных пустых, пока они не обращают на него внимания. Все высокоуровневые монстры игнорировали низших пустых у них под ногами. После чего разузнать о способе эволюции в гигантскую шагающую образину и набрать как можно больше душ в своё хранилище для прохождения этой самой эволюции.

Старк незамедлительно принялся за выполнение намеченных планов. На протяжение десятка лет он погружался всё глубже в лес из чардрев, встречая всё больше и больше гигантских пустых в чёрных балахонах. Большинство из них были как первый увиденный им вблизи гигант: остроносые, пассивные, апатичные и неторопливые. Они часто сбивались в небольшие стаи, хотя один раз он вдалеке увидел сразу сотню гигантов в одном месте. Он постеснялся туда идти, ведь суммарное духовное давление от этих монстров могло его и раздавить.

Иногда среди балахонщиков можно было встретить пустых с отличающейся маской. Главной их особенностью было наиболее разумное поведение, а также активная охота на остроносых и себе подобных. Понаблюдав за ними некоторое время, Старк так и не пришёл к разгадке, каким образом становятся низшие пустые подобными образинами. Он попытался обратиться к недавно проклюнувшемуся у него чувству окружающих душ, но оно выдавало какой-то непонятный бред вблизи балахонщиков. Словно кто-то рядом с ними перегрузил его восприятие. Плюнув на гигантов пустыни, лютоволк решил подойти к проблеме с другой стороны. Он просто стал выискивать близких к эволюции низших пустых, попутно поедая всех, кто под руку попадётся для наращивания личной силы.

В процессе подобных поисков он наткнулся на ещё одного летающего пустого. Страк в шоке рассматривал гигантского зверя, разлёгшегося на вершине развесистого чардрева. Гигантский красный дракон предстал перед глазами мужчины. Где-то в 40 метров длинной он был сравним по размерам с уже привычными ему гигантами. Волк тщательно рассматривал неведомую зверушку и прислушивался к собственным ощущениям. Чувство душ говорило ему, что у создания была всего одна душа, и та оказалась подавлена чем-то внутри тела монстра. Дракон был также пустым, о чём свидетельствовала увиденная волком дыра в груди величественного зверя. Она была размером с самого Старка, как и у ранее виденных им балахонщиков. Излучаемое драконом духовное давление превосходило всех встреченных в прошлом им пустых, но недостаточно сильно. По качеству духовной энергии он был как раз на уровне остроносых гигантов.

Старк ещё некоторое время рассматривал дракона, пока тот внезапно не открыл свои глаза, расправил свои крылья и не взлетел вверх. Гигантский рёв разнёсся над вершинами чардрев. Поднявшись на одну из высоких ветвей, волк во все глаза смотрел, как легендарное чудовище Валирии извергает огромную струю красного пламени вниз. Дракон на кого-то охотился.

В тот день волк осознал, что путей возможной дальнейшей эволюции может быть несколько. И он не знал, какой из них ему в будущем будет доступен.

Глава 9

Волк отвёл свою голову в сторону, чтобы избежать хватки челюстей противника. Крутанувшись на месте, он взмахнул вокруг себя спинными клинками, но так и не смог задеть никого из своих оппонентов. Старк сейчас вёл сражение против слаженной пары пустых в форме шустрых и мелких гиен. Эта парочка умудрялась изворачиваться и уклоняться от его ударов в самых, казалось, безнадёжных для них ситуациях. Он вёл сражение с ними уже на протяжение пяти минут, а до сих пор не произвёл ни одного попадания. Он бьёт клинками, они спокойно короткими шажками их избегают. Он создаёт воем ударную волну, они заранее отскакивают. Он пытается направить волну на одного из них, они расходятся в разные стороны и тот, кто остаётся вне его прицела, старается перегрызть ему глотку. Если он занимает выжидательную позицию, они заходят к нему с флангов и начинают одновременно наседать. Из-за невероятно слаженной командной работы пустых ему показалось, что у них общий разум на двоих.

Вот снова один из шакалов кинулся на него, привлекая к себе внимание, пока второй пытается подступиться со спины. Плюнув на всё, лютоволк решает положиться на недавно обретённый навык. Он совершил рывок вперёд, подставившись под хватку челюстей ждущей его гиены. Зубы твари сомкнулись на его шее, но так и не сумели прокусить стремительно твердеющую густую шерсть и шкуру под ней. Воспользовавшись замешательством пустого, он в свою очередь схватил зубами зазевавшегося врага и максимально ускорился, отрываясь от напарника противника, при этом не выпуская из пасти всё ещё живую добычу. Во время бега его наспинные клинки стремительно разделали висевшую в зубах гиену. Та так и не смогла прокусить его шею, пусть и до последнего старательно пыталась это сделать. Новый защитный навык, связанный с укреплением его внешней оболочки, сработал успешно. Получалось у него это не всегда, а оттого Старк изначально и не торопился его использовать. Однако в случае успеха он не раз выручал волка, как и сейчас. Тем временем он, растерзав одного из противников, остановился и подождал второго. Расправа над оставшимся в одиночку пустым не заставила себя ждать. За лютоволком было всё: скорость, крепость, сила, радиус атаки, точность, разум, количество энергии и опыт битв. Спустя минуту вторая гиена оказалась повержена и стала приятным дополнением последующей трапезе.

Старк вот уже 50 лет ведёт свою охоту в лесу из чардрев. С тех пор, как он увидел величественного дракона, он отказался от всех своих целей, кроме поиска способа стать сильнее. Лишь слегка попытался повторить один из тех красных лучей, что до сих пор держат его под впечатлением. Окончилось это для самого волка серьёзной неудачей. Он не мог столь филигранно управлять духовной энергией. Духовные частицы его просто не слушались, в отличие от фрагментов душ, над которыми его контроль лишь крепнул. Как бы он ни старался, как бы он не тужился, но всё, что он смог, это направить все потоки духовной энергии в одно место прямиком из хранилища душ в маске. В результате он просто взорвал свою собственную лапу. Хорошо, что не догадался выпускать в попытке контроля энергию через лицо, как это делали все гигантские пустые. Для него это могло бы окончиться фатально.

После этой неудачи он больше не рисковал тренировать манипуляции с энергией, которые требовали вывода этой самой энергии наружу. Насколько он понял, его тело просто было не готово к подобным вещам. Не зря подавляющее большинство пустых учится это делать лишь на следующем этапе эволюции. Почему не все? А потому что за 50 лет ему встретилось с десяток уникумов, что обладали различными необычными способностями. Кто-то имел стреляющий кислотой скорпионий хвост, кто-то швырялся в него гигантскими ледяными сосульками. Ещё был один пустой, выглядящий как сидящий в позе лотоса младенец с десятком стёртых ликов, помимо скрытого за маской, и десятком выпирающих из непропорционального тела рук, каждая из которых оканчивалась вместо пальцев растущими ножами. Так эта тварь буквально была способна посылать невидимые лезвия на десятки метров вокруг себя. Пусть их силы было недостаточно, чтобы сразу покончить с жизнью лютоволка, но десяток атак с каждой руки невольно заставляли напрячься и отступить. По итогу Старк, повозившись с ним на протяжение получаса, просто плюнул на колючего противника и сбежал. Тот всё равно передвигался слишком медленно и левитацией, а потому не мог его, использующего при побеге многочисленные ветви древ, догнать.

Самым большим своим успехом за это время волк считал тот факт, что он увидел процесс эволюции. Если бы он не наблюдал его своими глазами, то точно бы сам не догадался, что надо делать для продвижения в пищевой цепочке пустыни дальше.

Во время одной из своих поисковых экспедиций, на которых он ищет вокруг либо что-то любопытное, либо как обычно пищу, он заприметил целую группу низших пустых с очень странным для этих мест поведением. Они не сражались. Вообще. Просто застыли на месте и не двигались. Прислушавшись к своим ощущениям, Старк осознал, что от одного из них исходил зов. Зов… эволюции. Сам волк не торопился на него отвечать, лишь занял подходящую для полноценного наблюдения ветку и принялся ждать намечающихся событий.

Спустя четыре дня, когда пустых собралось чуть больше сотни, один из них взревел и в округе началась настоящая бойня. Сотни тел переплелись в королевской битве, стараясь разорвать, укусить, сожрать или разбить каждого, кто им под руку попадётся. Это неистовство продолжалось длительное время, пока один из них не остался жив. На верхушке из горы тел лежал полудохлый пустой, чья маска вся покрылась трещинами. Но умереть тот не успел. Окружающие его тела поплыли и стали преобразовываться в бурлящую белую массу, постепенно поглотившую в себя победителя прошедшей бойни. В это время энергия вокруг сего действа буквально взбесилась. Казалось, что сама пустыня принялась наблюдать за происходящим, при этом оберегая от возможных посягательств извне. Подспудно Старк ощущал, что проистекающим сейчас перед его глазами процессам помешать нельзя. Само это место не позволит. Так он узнал, что момент эволюции сакрален для каждого пустого, и никто ему помешать не сможет.

Тем временем из сотни тел сформировался привычный глазу волка гигант. За тем лишь исключением, что новая маска пустого была сильно похожа на маску победителя, только более плоская. Переродившийся монстр раскрыл свой рот и издал громкий рёв, сообщая всему миру о своём новом рождении. Пустыня успокоилась и молчаливо проводила в долгую дорогу своего ребёнка шелестом многочисленных песчинок.

После этого случая Старк ещё пару раз сумел наткнуться на процесс эволюции. Как он подозревает, последующие увиденные им попытки были неудачны. В тамошних битвах не было явного победителя. В одной не выжил никто, и в процессе перерождения новоявленный гигант получил наиболее популярную у следующей стадии остроносую маску без индивидуальных особенностей. Во второй раз осталось двое, что не смогли одолеть друг друга вовремя. Во время формирования тела у высшего пустого маска оказалась сразу расколота на две части. Левая сторона напоминала маску одного пустого, а вторая – другого. Некоторое время гигант кричал, судя по всему, от невыносимой боли, пока в конце концов его лицо окончательно не раскололось. Из-под нестабильной и незавершённой маски хлынула белая масса, формируя поверх расколотых фрагментов привычную глазу Старка остроносую морду.

Волк сделал все требуемые ему выводы. Для эволюции ему нужно победить и выжить в процессе одной из тяжелейших битв. С этих самых пор он принялся не просто наращивать силу, но атаковать преимущественно группы пустых. Он учился и практиковался в сражениях при стеснённых условиях. Он устраивал массовые бойни среди десятков пустых, чтобы научиться бить врага, когда нет возможности развернуться. Из-за надобности в сохранении близкой дистанции, чтобы ритуал проведения эволюции не был сорван, он вновь вернулся к своим наработкам по укреплению собственной шкуры. Возможно, в будущем этот навык ему действительно не пригодится, ведь красные лучи с лёгкостью испаряли куски тел высших пустых при любом попадании. Однако это не значило, что он не поможет ему при прохождении эволюции. Если никто не сможет прокусить его шкуру, его шансы на победу и выживание существенно будут повышены в этом мероприятии.

Проглотив последний кусок от гиены, он вновь провёл подсчёт имеющихся у него душ. На данный момент в маске хранилось 94 фрагмента. Рекордное количество за всё время его существования. При этом Старк чувствовал, что уже потихоньку заходит за свой собственный предел. Он это осознал, когда количество фрагментов достигло 89-ти единиц. Именно тогда он почувствовал некую завершённость. То состояние, в котором он на тот момент был, тело запомнило, как эталонное. С тех пор его физическая оболочка перестала развиваться от дополнительного вливания духовной энергии, как это было раньше. Казалось, что дальше хода ему нет. Только через эволюцию.

К слову, как бы Старк не пытался, он так и не смог застать процесс рождения гигантского дракона. Он тщательно исследовал окрестности, искал пустых с частями тела, хотя бы отдалённо напоминающих крылья величественных ящериц. К его сожалению, он так и не нашёл ни одного из них. Даже летающих низших пустых не было на просторах чардревной рощи. Наверное, причина была в здешнем неудобстве для их охоты. Это в открытой пустыне для них простираются перед глазами все окрестности, а у противника нет ни шанса достать их на значимой высоте.

Старк шёл, прикидывая, скольких ещё пустых он сможет поглотить. По его расчётам – максимум двух. После этого придётся запускать эволюцию. Пока он размышлял о своих шансах и перспективах, он обошёл одно небольшое чардрево и внезапно наткнулся на пустого. От неожиданности волк замер на месте и уставился на необычную картину.

Перед ним лежал небольшой хищник. Меньше даже его самого, всего полтора метра в холке. Его хищная форма была довольно компактной и чем-то напоминала лиса, только более крупного вида. Белоснежная маска с острыми зубами сливалась у основания с белоснежной шерстью монстра. Но не это поразило Старка. Он смотрел на пустого и ничего не чувствовал. Вообще ничего. Ни духовного давления вокруг него, ни скопления душ внутри маски. И пока он в шоке его разглядывал, сам пустой, казалось, проснулся и повернул голову к Старку.

В этот миг лютоволку показалось, что мимо него пробежала смерть. Всего на краткое мгновение из лиса вырвалось духовное давление. Совсем чуть-чуть, но этого ему хватило. По увиденному он не мог определить, насколько у лиса большой резерв. Но был ещё один параметр, указывающий на стадию развития пустого. Плотность выпущенных лисом духовных частиц превосходила даже плотности частиц того дракона.

«После гигантов есть ещё один этап эволюции,» — это была единственная мысль, что панически билась в голове волка. Тем временем, пока Старк непроизвольно дрожал от страха при виде подавляющего его суть сородича, лис неторопливо встал на свои лапы и, не разрывая взгляда с волком, просто исчез. Буквально без лишних эффектов испарился. Только странный звук, словно хлопок по плетёному креслу, на краткий миг раздался в округе.

Лютоволк простоял на месте пять минут, боясь спровоцировать старшего сородича. Только по прошествии этого времени он убедился, что тот ушёл. Старк не знал, стал ли лис невидимым, или просто сбежал с неразличимой для его глаз и чувств скоростью, ему было всё равно. Главное было то, что он снова выжил. Выжил и наглядно увидел новую вершину, к которой ему стоило бы стремиться.

Глава 10

Всё было готово к эволюции. В его маске хранилось 96 душ. Он не просто скопил это количество. Он избавился от самых слабых и старых из них, которые были близки к окончательному распаду, чтобы заменить те на более свежие фрагменты. И сейчас, будучи набитым источниками возможной духовной энергии под завязку, ему оставалось только запустить зов и перейти в режим ожидания.

Ощущения от дыры пустого, которая начала ныть после появления в его маске 96-го фрагмента души, постепенно становились для него невыносимыми. Потому он и решил закончить свою подготовку. Как бы Старк не старался оттягивать этот момент, но рано или поздно процесс эволюции его застанет. И лучше пусть это произойдёт на его условиях, а не на чужих.

Он обратился к собственным инстинктам, и по окрестностям чардревной рощи прошёлся его зов. Ему было страшно, но страх оттеняло предвкушение. Он некоторое время топтался на месте, пока не почувствовал странное успокоение и не замер восковой фигурой, как те пустые, за которыми он наблюдал перед их эволюцией. Тогда он думал, что они замирали из-за отсутствия у них полноценного разума, теперь же он понимал, что это состояние было навеяно по воле пустыни, дабы её блудные дети, жаждущие возвышения, оставались на месте и не убегали в поисках пищи.

Старк стоял подобно статуе на одном месте где-то полторы недели, пока один за другим низшие пустые не образовывали вокруг него толпу. Сейчас, находясь в середине процесса накопления будущей массы следующей стадии пустого, он осознавал, что в скорой бойне будут участвовать в основном не достигшие предела монстры, а обычные, находящиеся ещё в середине пути пустые. Было даже несколько новорождённых, что до сих пор не обрели окончательную форму. Скорее всего у таких участников нет ни единого шанса получить главенство в новом теле даже в случае победы, ведь их энергетика была ещё не готова к дальнейшему продвижению. Это не значит, что они не опасны. Это лишь значит, что в первую очередь ему нужно будет убивать таких как он, достигших предельного уровня в своём текущем виде.

Пустых скопилось уже за полторы сотни. Старк чувствовал, знал, что вскоре ритуал возвышения начнётся. Вокруг него разверзнется бойня, а значит ему нужно было составить простейший план и приготовиться к битве. Среди всех пустых он наметил 5-х представителей, способных пройти дальше на ниве эволюции. Это был паукообразный пустой в три метра высоту, с жвал по бокам маски которого капал полный разрушительной энергии яд. Вторым оказался пустой примерно его размера, выглядящий как обычный лесной заяц, только покрытый красной шерстью. Его невероятно мощные задние лапы, на которых он стоял, открыто говорили о его способе передвижения и силе. Старк чувствовал, что даже со своей прочной кожей прямое попадание его удара просто отобьёт ему внутренности. Третьим возможным соперником оказался гигантский, пять метров в высоту, олень. Его развесистые рога с острыми концами и гигантские тяжёлые копыта представляли действительно большую угрозу. Четвёртым подходящим для продвижения монстром оказался уже знакомый Старку многоликий и многорукий пустой. И пятым, на закуску, оказался натуральный ёж, пройти сквозь защитный панцирь которого при наличии выпирающих из него острых шипов будет весьма проблематично.

Раздался рёв. Один из маленьких пустых первый крикнул на всю округу, запуская процесс неостановимой бойни. Пески пустыни слегка взметнулись вверх, ограждая место сражения от постороннего влияния невидимыми никому потоками энергии. Но Страк этого уже не замечал. Он уклонялся от попытки оленьего копыта его с концами раздавить.

Началась схватка всех со всеми. Волк старательно напитал излишками энергии свои шерсть и шкуру, выводя все имеющиеся у него души в обычный режим. Он не собирался изнашивать их ускоренным распадом, ведь не факт, что ему это не аукнется в будущем при переходе на новый уровень существования. Но и щадящий режим сейчас был бы излишним, поскольку в этом бою ему не повредит лишняя энергия.

Атаки ближайших небольших пустых он банально проигнорировал, понадеявшись на свою защиту и отмахнувшись от них своими клинками, не давая тем задавить его своей массой. Настырный олень тем временем пытался его раздавить и совершенно не отвлекался на облепляющих его повсюду монстров. Взмахами своей головы он при помощи развесистых рогов раскидывал мелких по сравнению с ним тварей и с упорством, достойным Баратеонов, бросался в атаку на лютоволка.

Тем временем, пока Старк старательно избегал становления себя раздавленной котлетой под копытами слишком большого оленя, отмеченный им ранее паук сцепился с безликим чудовищем, что, задействовав свои десятки рук, раскидывал вокруг себя бесчисленные невидимые лезвия. К сожалению для многоликого пустого, в стеснённых условиях его преимущество быстро сошло на нет. Куча простых тварей буквально задавила его массой, пробравшись к нему на слишком близкую дистанцию и ухвативший каждый за одну из торчащих вокруг рук. Паук не мог не воспользоваться бедственным положением своего собрата, а потому торопливо протянул ему жвала дружбы и подал тому в тушку порцию живительного яда для прекращения дальнейших мук. Но он был слишком неосторожен и подставил свои хрупкие и тонкие паучьи лапы. Низшие пустые быстро пообломали большинство его конечностей и погребли под собой тушу паука вместе с многоликим монстром.

Лютоволк же тем времнем осознал, что вечно убегать среди других пустых у него не получится, и взглядом отыскал нужного ему ежа. Тот, свернувшись в шар, неторопливо катался по всему полю боя, давя окружающих его монстров и не чувствуя никаких затруднений. Щёлкнув зубами от негодования, Старк поспешил на встречу с катающимся по полю ежу, поведя за собой и шумного оленя. Подгадав момент, он подставил под гигантское копыто ёжика, что окончилось для обоих предельных пустых весьма плохо. Панцирь сжавшегося в шар монстра треснул, когда конечность оленя опустилась на его тушку. Но шипы уже крепко вонзились в неосторожное копыто, доставляя море неудобства и боли для его обладателя. Ёж окончательно прицепился к конечности пустого, заставляя того полностью отвлечься от бедного лютоволка.

Впрочем, Старку это не слишком помогло. В процессе своих поисков он оказался в самой гущи беспорядочной схватки, отчего его буквально чуть не завалило под массой монстров. К тому же его огрел по морде лапой тот самый красный заяц, и удар этот был невероятно тяжёлым. Об этом говорила появившаяся сбоку на его маске трещина.

Старк напрягся и использовал всю возможную смекалку и наработанное чувство боя, чтобы выбраться из ямы, в которую его затягивали окружающие пустые. Неподалёку от него танцевал заяц, крутясь на своей голове по кругу и размахивая мощными задними конечностями в стороны в попытке проломить всем вокруг маски. Недалеко давил своей массой почти раздавленного ёжика гигантский олень, постепенно добиваясь в своём деле успеха. А вот обычные низшие пустые кончались, и массовая бойня постепенно подходила к своей кульминации.

Старк рискнул и поднырнул под тяжёлый удар лапы зайца, после чего лезвиями спинных клинков пришпилил к земле его ноги у основания и вгрызся зубами в шею неистового мелкого пустого. Покончив с жизнью конкурента, он отбился от вновь полезших на него обычных низших и обратил внимание на празднующего победу над ежом оленя. Подметив возвышающуюся рядом с нужной целью кучей тел пустых, он взобрался на неё несколькими прыжками, после чего удачно прыгнул на голову своего врага, поместившись прямо между его рогами.

Некоторое время волк потратил, чтобы прогрызть череп бесящегося оленя насквозь и заставить его истощённое тело упасть наземь. После победы над последним опасным противником он проверил состояние ежа и, убедившись в его гибели, поспешил покончить с существованием оставшихся незначительных пустых.

Через несколько минут на поле битвы остался один победитель. Уставший, с потрескавшейся маской, он стоял в гордом одиночестве среди тел монстров, участвовавших в ритуале. Чувствуя подступающий финальный этап эволюции и подстёгиваемый инстинктами, говорящими, что так будет правильно, лютоволк поднял голову вверх и взвыл, извещая пустыню о своём успехе. Окружающий мир, казалось, ответил и ускорил процесс превращения тел в безликую белую массу. Тело волка вскоре было поглощено субстанцией из пустых, после чего из него стала формироваться новая, гигантская форма.

Подобно ребёнку, играющему с пластилином, пустыня придавала внешний вид своему новому дитя. Вот на свет появилась вытянутая фигура, вот у неё появились ноги с руками и, конечно же, дыра пустого. Вот на плечах пустого сформировался прикрывающий тело чёрный, как сама ночь, балахон, из-под которого сзади торчало два небольших горбика – остатки былых спинных клинков лютоволка. Последней принялась принимать форму маска. Маска в виде оскаленной пасти волка.

В процессе перерождения сам Старк чувствовал себя невероятно странно. Вокруг него смешалось огромное количество фрагментов душ, которые, согласно установленной пустыней задаче, формировали своего рода основу сети или каркаса, где узловым центром был он и скопленные им самим души. Сквозь подступающий сон мужчина осознавал, что скорее всего весь следующий этап эволюции он будет стараться подчинить поступившие внутри его тело чужие фрагменты. Подчинить и встроить их в образовавшуюся сеть, и в этом ему поможет поглощение фрагментов при поедании других пустых на той же стадии эволюции. Но это была только теория, а пока он позволил утечь своему сознанию в некое подобие небытия, ведь он чувствовал, что уже достиг успеха в эволюции. В следующий раз он очнётся уже будучи громилой. Будучи большим минусом. Будучи низшим великим пустым.

Спустя время красные пески пустыни среди величественных мёртвых деревьев огласил дикий рёв нового гиллиана.

Бонус 1

Посреди песков загробного мира из небольшого кратера поднималось зелёное чудовище. Это был новорождённый пустой, появившийся здесь, как и многие другие. Его белоснежная костяная маска приняла форму о́ни. Его фигура была сгорблена, заставляя опираться на передние конечности. Его руки заканчивались не привычными кистями, а острыми лезвиями, чем-то напоминая богомола. Также пустой был похож на это насекомое собственным цветом: его белоснежная шкура была покрыта короткой, но густой ярко-зелёной шерстью.

Монстр издал свой жуткий крик, извещая всех вокруг о своём рождении. Он чувствовал внутри себя пустоту и не мог понять, откуда в нём это неприятное чувство потери. Он осмотрелся вокруг и почувствовал себя весьма неудобно. Непонятный дискомфорт постепенно обволакивал разум пустого, ненадолго оттеняя зов жуткого голода. Но недолго ему пришлось стоять на одном месте. На зелёного богомола напал другой блуждающий по пескам хищник. Чем-то напоминающая прямоходящую акулу, тварь постаралась вцепиться своей широкой пастью в никак на неё не реагирующего зелёного монстра, однако в момент нападения смертельно поплатилась за свою дерзость.

Пустой резко двинулся и совершил привычно-непривычное движение своими передними руками-клинками. В одно мгновение он оказался за спиной ходячей акулы, держа свои лезвия направленными в правую сторону от себя параллельно земле.

– Ни…гири, – произнёс напоследок зелёный пустой, даже не оборачиваясь на порубленного на три части монстра. В этот момент дал о себе знать его внутренний голод, заставляя срочно повернуться к поверженному пустому и приняться его банально жрать.

Поглотив всё до единого кусочка, «богомол» внимательно прислушался к своим ощущениям и осознал, что этого было недостаточно. Ему нужен был ещё один, чтобы с его душой не случилось ничего плохого. С этими мыслями он отправился в путь, бесцельно бродя по окружающей его пустыне.

В процессе поиска пищи он постоянно сбивался с направления, иногда натурально начиная ходить по кругу. Он поворачивал то вправо, то влево, а иногда вообще разворачивался в противоположную сторону, при этом не замечая собственных действий. Из-за этого следующего пустого он встретил довольно нескоро, поплутав по неизменной пустыни где-то на протяжении целой недели.

На этот раз противник чем-то напоминал динозавра. Его костяная маска была увенчана тремя длинными выпирающими рогами, обещая быструю смерть любому, кто на них наткнётся. Глядя на эти рога, зелёный пустой наконец-то понял, что за дискомфорт дополнительно к голоду его преследовал во время путешествия. Тогда, в первом бою, когда он использовал свои-не свои движения, он ощущал недостаток чего-то важного. Словно удар, который он нанёс своими руками-клинками был несовершенен, пусть и привычен. Сейчас, глядя на свою вторую добычу, он понял, что ему не хватало третьего клинка. Почесав одним из лезвий свою голову, он сосредоточился на несущемся с безумной яростью на него монстре. Припомнив свои прошлые действия, он повторил свой прежний трюк:

– Нигири (Двойной резак), – зелёный пустой принял специфическую стойку, при которой оба его лезвия были обращены в правую сторону параллельно земле, – Хирамеки (Флэш)!

Его клинки как по маслу прошли сквозь прочнейшую броню пустого, разделив того на три части вдоль всего тела. Он совершенно не почувствовал сопротивления. Лишь небольшое неудобство в собственных движениях. Словно он был раньше другим, не таким кривым и кособоким. Будто его центр массы сильно изменился, да и сами руки заметно ослабели. Это явно было как-то связано с его прошлым, но он не стал заморачиваться на этом. Ему нужно было срочно поесть. Он быстро принялся пожирать начавшее рассыпаться песком тело, стараясь удовлетворить свой внутренний зуд. При этом он инстинктивно пожелал заиметь третий клинок, в результате чего у его маски влево отрос длинный костяной нарост, напрягая своим существованием тонкую шею пустого. Однако тот не отвлекался на подобную мелочь, ощутив правильность этого действия. Он торопился доесть, ведь остатки быстро поглощала окружающая его пустыня.

Лишь удовлетворив свой голод, высасывающая из него все соки пустота слегка отступила. Он ещё чувствовал, что ему нужно и дальше пожирать других монстров, если он хочет жить и развиваться, однако теперь то было не столь навязчиво, как раньше.

А ещё к нему вернулось его имя.

– Ророноа… Зоро… – произнёс пустой своим скрипучим голосом, словно пробуя языком на вкус два сказанных им слова. Имя отдавало чем-то сильным, чем-то непоколебимым. Он не стал отказываться от него, ведь он чувствовал, что оно идеально ему подходило.

Слегка помотав головой, сбрасывая накатившее на него наваждение и тем самым вспарывая отросшим третьим клинком окружающий песок, он новым взглядом осмотрелся вокруг. Благодаря полученным фрагментам памяти он осознал некую странность окружающей его местности.

Вроде вокруг него была привычная, полная барханов, пустыня. Тем не менее его сильно смущал цвет песка.

– Цвет моря, – вновь выдавил из себя слова трёхклинковый богомол.

Окружающий его песок действительно был синего цвета. Различные оттенки синевы играли с глазами пустого под лунным светом злую шутку, заставляя перед глазами вместо пустыни вставать картинам морских волн.

Местность загробного мира действительно чем-то напоминала мировой океан, но на деле была лишь не более чем пародией на него. Достойное наказание для морского волка, пирата, проведшего большую часть своей жизни в путешествии сквозь воду.

– Пират? – вопросительно склонил свою голову пустой, вновь наткнувшись на всплывший фрагмент своей памяти. Осмотрев мутным взглядом пустыню ещё раз, он просто плюнул на возникший в его разуме диссонанс и пошёл на дальнейшую охоту.

Следующего пустого он встретил во всеоружии. Трёхметровая жаба возвышалась над небольшим богомолом, но тот совсем не дрогнул. Он встал в стойку, а после ринулся навстречу своему врагу.

– Они Гири (Рассечение Демона), – движение шеей вписалось в уже знакомый пустому приём как влитое. Три сквозных пореза прошлись по телу его врага. Обернувшись назад, Ророноа посмотрел на распадающегося на части пустого, что вскоре наполнит его желудок. Он был полностью удовлетворён увиденным. Несмотря на неудобство длинного отростка, связанного с его маской, в бою он показал себя просто отлично.

Пока Зоро вёл свою трапезу, ему в голову пришло воспоминание о девочке, что использовала в бою против него фамильный меч. Меч, который он потом пронёс в своих зубах, похоже, до конца своей смертной жизни. Скосив глаза на торчащий слева отросток, Ророноа удовлетворённо промычал. Белый, как и остальные два. В цвет ножен этого самого меча. Мэйто: Вадо Итимондзи. Так, кажется, звали то оружие.

Лишь сейчас до него дошло, что он скорее всего уже умер. Обрушившееся на него понимание даже на пару секунд прервало его трапезу, но пустой вновь отринул навязчивые мысли и продолжил набивать свой желудок. Не в первый раз его одолевают сомнения, но он всегда был человеком действий, а не мыслей.

Следующий найденный им пустой стал способом проверить себя в бою только с одним лезвием. Использовав свою правую руку, Зоро ринулся на своего врага, совершая широкий взмах. Монстр, чем-то напоминающий двуного быка, получил огромное ранение, но по итогу остался жив и даже мог продолжать двигаться. Впервые Зоро пришлось уклоняться от чужих ударов, ведь до сих пор он побеждал единственной атакой. Он чувствовал, что клинки на его руках сейчас недостаточно прочны, а потому избегал прямого блока. Ророноа потребовалось совершить ещё четыре атаки, прежде чем бык пал. Мечник был сильно недоволен. Он не ожидал, что будет настолько плох при использовании только одного клинка.

Он победил за счёт простой грубой силы. В его ударах не было привычной грации или мастерства, а также ощущения использования давно забытых навыков. Нет, что-то такое на грани ощущений было, но словно действовать только правой рукой ему было в корне непривычно. Переведя взгляд на левую руку, Ророноа пообещал себе на следующем пустом сменить подход.

Его решение через пару дней возымело эффект.

– Иторю Иай (Стиль Одного Меча), – богомол мгновенно промелькнул мимо гигантской пираньи, барахтающейся в синих песках пустыни. – Шиши Сонсон (Львиная Песнь).

На этот раз всё прошло как по маслу. Зоро даже припомнил, что его левая рука всегда была ведущей, и одномечевой стиль был привычен в использовании при опоре на неё.

Съев добытую рыбину, мечник двинулся дальше. Он бесцельно бродил и охотился, пока не осознал, что с каждой добытой тушкой он возвращает часть своей прижизненной памяти. Поскольку в последнее время Зоро стало донимать ощущение, что он что-то забыл, это стало хорошим способом от него отвлечься и попытаться решить новую проблему.

Вот он встретил наглого летающего птеродактиля. Уйдя плавным движением в сторону, он разрезал ему маску на две ровные части левым клинком, пока тот пикировал на него сверху. Обнаживший своё человеческое лицо монстр пал замертво, подарив Зоро новый источник пищи.

Мечник вспомнил, почему тот меч, Мейто, оказался в его собственности. Девочка, Куина, его подруга детства умерла. Всего лишь упала с лестницы и свернула шею. Это воспоминание отдало неприятной болью в месте, где у богомола зияла дыра пустого.

Два пустых в маске дельфина, ныряя и выныривая из окружающего песка, заставляли Зоро крутиться на месте. Точные взмахи конечностей каждый раз наносили лёгкие ранения вылезающим песочным монстрам, пока наконец один удачный удар не покончил с жизнью одного из них. Расправиться со вторым не составило проблем, а потому вскоре его брюхо снова оказалось набито.

Перед глазами промелькнуло его бытие охотником на пиратов. Он видел, как дрался и получал награды. Видел, как перемещался с острова на остров в поисках достойного противника, пока совершенно случайно не оказался пойман и арестован морским дозорным.

Юркая крыса заставила Ророноа уйти в оборону. Она шустро передвигалась на своих четырёх лапах, а её жёсткий сегментированный хвост, оканчивающийся на конце небольшим двухсторонним клинком, держал мечника на достаточно большой дистанции. Время от времени пустой клацал в недовольстве своими зубами, ведь не смотря на свой напор, он не мог пробить защиту Зоро. Сам же мечник буквально скрипел от натуги. Все его три заострённых лезвия слегка потрескались от непрерывных блоков. Как бы он не пытался, от ловкого хвоста не удавалось увернуться, а потому ему приходилось принимать все атаки на самую прочную часть самого себя. Тем не менее он понимал, что если лишится клинков, то полностью проиграет. Без них его тело оказалось практически ни на что не способно. Похоже, что, когда ему даровали это вместилище, кто-то наверху решил, что его навыков мечника для выживания будет достаточно, а потому Зоро сейчас сильно уступал в силе, скорости и выносливости своему оппоненту. Тем не менее он дождался, когда крыса слегка ошибётся. Приблизившись слишком близко, она подставилась под удар Ророноа. Тот, пожертвовав правым клинком, подставив тот под особо мощный выпад противника, сумел сократить дистанцию и ударить вниз левой рукой, заставляя песок под своими ногами от силы удара взметнуться. Он разрезал вертикально голову крысы, поделив ту на равные две части. Пустой упал, а его тело послужило материалом для восстановления конечностей богомола.

Зоро вспомнил своего капитана. Заводной парнишка в соломенной шляпе, что умел растягивать собственное тело и мечтал стать Королём Пиратов. Он стал его первым помощником и разделил вместе со своим другом дальнейшее путешествие. К ним присоединились и другие: Усопп, Нами, Робин, Чоппер… Даже чёртов эрокок, перепалки с которым Зоро сейчас вспоминает с ностальгией.

С каждым сражением он вспоминал всё больше и больше, но часть памяти так и не восстановилась. Она словно исчезла в никуда. Он понял, что забрала у него дыра пустого.

Она забрала его мечту.

Каждый из них, Мугивар, в своё время отправился в путешествие в погоне за своей мечтой. Луффи хотел стать Королём Пиратов. Усопп – храбрым воином морей. Санджи искал Олл Блю. Нами хотела нарисовать всю карту мира. Робин – узнать историю потерянного века, написанную на риопонеглифе. Френки построил корабль и хотел лично убедиться, что он проплывёт через все моря и океаны мира. Он помнил мечты каждого, кроме своей. Казалось, он её сейчас ухватит, банально логически выведет их своих воспоминаний, но мысль постоянно от него ускользала. От этого он каждый раз впадал в неистовство.

Зоро не сдался, но отступил. Он продолжил бесцельно бродить по синему песку и искать в окружении хоть какую-то зацепку к своему положению. Он шёл и сражался, сражался и шёл. Он встречал врагов в виде различных животных, включая доисторических видов. Он видел несколько раз человекоподобных образин, не показавших никаких проблесков какого-либо мастерства, не смотря на надежды Зоро получить достойный бой. Но самым ошеломительным зрелищем был для него величественный Морской Король.

Или его стоит назвать Песочным?

Зоро шёл по спокойной глади песка, когда увидел вдалеке гигантского пустого. Он был высотой под тридцать метров, одет в чёрный балахон, а также выпускал вызывающие внутри него дрожь красные лучи себе под ноги. Ророноа не понимал, кого он видит и что чёрно-белый пустой творит, однако отлично осознавал разницу в их силе. Он подспудно ощущал, что никак не сможет даже поцарапать чужую маску, а потому прибился к земле и затих, молчаливо наблюдая за происходящим. И он не пожалел об этом. Огромнейший змееподобный пустой вынырнул из-под ног верзилы и одним укусом оторвал тому верхнюю половину тела. Это была быстрая победа. Приглядевшись, Зоро отметил небольшие подпалины показавшегося на поверхности гиганта. Похоже красные лучи всё же достигали своей цели, пусть и не смогли пробиться через толстую шкуру монстра.

Воскресив в памяти пару знакомых образов, Ророноа сопоставил возвращающегося в пески пустого и легендарных Морских Королей, которых его команда часто готовила себе на ужин.

Осознав, что у него под ногами в любой момент может выпрыгнуть такое чудовище, Зоро покрылся испариной и мгновенно вспомнил про свои навыки чувствовать окружение. То называлось волей наблюдения, и теперь богомол старательно воскрешал позабытые с его смертью ощущения.

В своём долгом пути, наполненном бесконечными пожираниями пустых, Зоро больше не встречал Песочных Королей, а вот гигантские чёрные верзилы попадались ему на глаза постоянно. Он не приближался к ним слишком близко, но с каждым разом растущая чувствительность к окружающему позволяла ему узнавать всё больше деталей об этих монстрах. Они были сильнее его. Возможно, даже использовав свои сильнейшие атаки, он не сможет одолеть ни одного из этих верзил. Между ними была слишком большая разница в банальной мощи. Их битва будет сравнима с битвой ребёнка против взрослого. К тому же он поменял своё мнение об их дистанционных атаках. Возможно, Песочного Короля красные лучи только поцарапали, но наблюдая за тем, с какой смертоносной эффективностью они расправляются со всеми остальными, он осознал их истинный потенциал. Осознал и признал надобность в собственной дистанционной атаке.

На память Зоро пришло несколько вариантов подобных атак из прошлой жизни. Выбор он остановил на той, что была им открыта первой. Удар клинками, имитирующий пушку. Этим приёмом Зоро, совершая круговое движение клинками, отправлял во врага закрученный поток сжатого воздуха, что с расстоянием лишь становился только сильнее. Ему понадобилось некоторое время, чтобы тщательно отработать приём из-за фундаментальных отличий между миром живых и миром мёртвых.

Зоро не знал, что, остановившись именно на этом приёме, он избежал самоуничтожения. Его текущая стадия пустого не могла спокойно выпускать энергию наружу, а потому если бы он вспомнил про ту же волю вооружения и попытался её выпустить наружу, то в результате бы лишь взорвал самого себя. Это был вполне возможный вариант событий, ведь сила воли Зоро сохранилась со времени его жизни и спокойно смогла бы превзойти ограничения тела пустого, пусть это и привело бы к гибели гениального мечника. Но удача не покинула Ророноа даже после смерти. Он принялся вспоминать и восстанавливать свои навыки в нужном порядке. Тридцати-шестипудовая пушка в реальной жизни использовала окружающие потоки воздуха, но в загробном мире неосознанно была адаптирована для работы с витающими вокруг духовными частицами. По итогу атака получилось тяжёлой и энергетической, однако своего рода уникальной для низших пустых. Пусть до красных лучей гиллианов она не дотягивала, её сила на своём уровне оказалась запредельной. К тому же практически не затрачивала собственный резерв духовной энергии.

Шли годы. Зоро оттачивал своё мастерство на окружающих пустых, а его чувствительность постоянно увеличивалась. Его тело постепенно крепло и уже не было столь хрупким, как в начале путешествия по загробному миру. Его сила и скорость сравнилась с окружающими его монстрами, что при учёте восстановленных им навыков мечника ставило его на самую вершину пищевой цепи среди низших пустых. К тому же он уже мог ощущать присутствие противников в радиусе в нескольких километров, позволяя избегать особо опасных гигантов, любящих стрелять по округе своими красными лучами, а также плавно передвигающихся сквозь синие пески пустыни Песчаных Королей. Так он и путешествовал, укрепляя своё тело в процессе, пока не достиг весьма странного места.

Перед глазами Ророноа предстало гротескное подобие на кладбище морских кораблей. Из синих песков пустыни словно деревья росли деревянные обломки морского транспорта. Они были цельными, неестественными, но чрезвычайно похожими на виденные им при жизни модели кораблей.

Зоро с проклюнувшимся любопытством вошёл внутрь встреченной ему особой зоны, из-за чего вскоре потерял из виду выход из этой местности. Его топографический кретинизм вновь проявил себя в мире мёртвых, последовав за своим владельцем даже после смерти.

Впрочем, мечнику было всё равно на то, где искать себе пищу. Тем более среди обломков её было гораздо больше, а ещё Зоро стал чаще сталкиваться с целой кучей громадных верзил. Чёрные тридцатиметровые пустые, казалось, заполонили окружающую местность, постоянно ведя между собой сражения и пожирая друг друга. Иногда к ним присоединялись разнообразные выныривающие из песков Морские Короли. Один из них прямо на его глазах одним махом проглотил небольшой бриг совместно с парочкой гигантов в чёрных балахонах.

Возможно, Зоро бы ещё долго плутал между пародий на корабельные обломки и наблюдал за окружающими, если бы он не встретил одного необычного пустого.

Новый монстр оказался похож на человека. В три метра высотой он стоял на двух невероятно мускулистых ногах, а из-под маски виднелись блондинистые волосы. У пустого напрочь отсутствовали руки, но Ророноа лично видел, как тот при помощи одних лишь ног расправился со своим противником. И Зоро не был бы собой, если бы не узнал эти движения. А когда он заметил на маске любопытного пустого гравировку над глазами в виде знакомых завитушек, он полностью осознал, кого сейчас встретил.

– Санджи, это ты? – произнёс своим скрипучим голосом зелёный пустой. Ему почему-то было невероятно больно от понимания, что эрокок так же, как и он погиб. Ему до сих пор не вернулись воспоминания о причине собственной смерти, но он мог лишь надеяться, что она не была напрасной. Видя же в загробном мире своего друга, Зоро заполонили сомнения. Похоже на то, что при жизни он не справился со своей задачей по защите своей команды.

Пустой с блондинистыми волосами издал дикий рёв и сразу же накинулся на Зоро. Он был быстр, силён и ловок, а в движениях ног виднелось мастерство, однако всё это противник мечника использовал бессознательно. Он был безумен, и в его глазах отсутствовал полноценный разум. Зоро старательно уклонялся от атак своего ныне мёртвого друга, стараясь того аккуратно обезвредить. В процессе этих танцев он заметил одну нервировавшую его подсознание деталь.

– Санджи… Твои руки… Их нет, как же ты будешь готовить… – и тут мечника настигло осознание. Это место было истинным адом для такого, как кок команды Мугивар. Здесь можно было есть лишь себе подобных. У них не было вкуса, лишь чувство насыщения. И будто этого было мало, загробный мир отобрал у него руки и, возможно, воспоминания о своей мечте подобно Зоро. Даже если в первое время Санджи сумел сохранить свой разум, позже он наверняка бы сошёл с ума в песках этой пустыни. Один, без своей мечты и возможности прикоснуться к привычному священнодействию приготовления пищи. Настоящий ад для повара, что мечтал найти Олл Блю.

– Прости, Санджи, – из прорезей маски Зоро пролилось несколько скупых слезинок. – Они Гири.

Мечник покончил с существованием своего друга, и в этот момент внутри него что-то надломилось. Он бессознательно поглотил останки своего друга, а в его голове билась лишь одна мысль: «Я пронесу твою мечту вместе с собой.»

После того сражения Зоро ещё долго ходил, ни на что не реагируя. Его дыра пустого становилась всё больше и больше, пока Ророноа не пришёл к определённому решению.

– Я не знаю, какая у меня была мечта. Но я выберу себе новую, – скрипучим голосом сообщил трёхклинковый монстр окружающим его пескам пустыни. – Я стану сильнейшим. Сильнейшим монстром в этом мире! Я пройду до самой вершины, чтобы память обо мне и моих накама осталась в этих песках навечно.

После этих слов, словно очнувшись ото сна, он принялся с утроенным энтузиазмом за охоту. Но он не просто сражался с пустыми и поглощал их. Нет, он отрабатывал на них свои удары. Он оттачивал мастерство. Ведь он хотел доказать себе, что сможет забраться на вершину. И первой своей целью он выбрал одного из гигантских чёрных пустых. Если он не сможет расправиться с тем в этом слабом и немощном теле, то не факт, что справится со всеми препятствиями на своём пути, когда станет сильнее.

Зоро так и не заметил, как его дыра пустого уменьшилась до незначительной величины. Будь он в момент становления новой мечты вастолордом, он смог бы окончательно избавиться от неё, но нынешняя стадия эволюции не давала возможности для подобной метаморфозы. Тем не менее, уменьшив расход энергии на внутреннюю пустоту, Ророноа бессознательно ускорил собственное развитие.

Пять лет он провёл в своеобразной тренировке. Иногда он собирал вокруг себя целые армии из нескольких десятков низших пустых, чтобы отработать умения, призванные для противостояния толпе слабых противников. Он отработал все три доступных ему стиля: Санторю (Стиль Трёх Мечей), Ниторю (Стиль Двух Мечей) и Итторю (Стиль Одного Меча). Он чувствовал, что достиг максимальной силы в своём нынешнем теле, и пришло время для финальной проверки.

Он тщательно выбирал своего следующего противника, а также планируемое поле боя. Наконец-то ему попался на глаза нужный одинокий гиллиан, совершенно не отличающийся от остальных с острым носом и пустым взглядом. Он медленно шёл в нужное Зоро место. Мечник выжидал, пока огромный пустой не окажется в окружении пяти крупных кораблей, перемещаясь по которым бывший пират собирался наносить удары по своему противнику.

В один момент, когда гиллиан оказался на нужной позиции, Зоро совершил резкий рывок в сторону маски крупного пустого.

– Они Гири! – сокрушительный удар трёх клинков оставил своеобразные шрамы на белой поверхности лицевой кости пустого. Он не смог пробить маску, как рассчитывал ранее, а потому ему пришлось убегать от ярости гигантского монстра. На его плечи внезапно опустилось сильное духовное давление следующей стадии эволюции, но Зоро просто это проигнорировал за счёт развитой ещё при жизни стальной воли.

Гиллиан принялся формировать красную сферу, намереваясь уничтожить надоедливую мошку с одного сокрушительного удара. Он уже попытался зацепить того своими неповоротливыми конечностями, но лишь лишился нескольких пальцев из-за ответных атак мечника. Потому, сконцентрировавшись, низший великий пустой запустил разрушительный поток отрицательных духовных частиц в сторону зелёного богомола.

Зоро в последний момент сумел уйти с направления вражеской атаки. Один из кораблей, по которому он бегал вокруг противника, разлетелся в щепки от красного луча гиллиана. Тем не менее, воспользовавшись заминкой гиганта, Ророноа сконцентрировался и запустил в него свою собственную дистанционную атаку:

– 108-ми фунтовая пушка! – три костяных клинка запустили сжатый вихрь внешних духовных частиц прямо в морду стоящего гиганта в балахоне. Удар оказался сокрушительным и образовал целую вертикальную трещину на маске, пересекающую пасть и левый глаз гиллиана. Раздался жуткий рёв боли. Противник мечника не собирался прощать нападение простого низшего пустого, а потому следующим взмахом руки буквально разорвал на части корабль, с которого ещё недавно запускал свою атаку Зоро.

Гиллиан впал в неистовство, пока у Ророноа не остался только один корабль в качестве опоры. До этого он старательно уклонялся от сокрушительных ударов гигантского противника. Мечник явно не ожидал подобной прыти от остроносого пустого, ведь обычно во время своих сражений они вели себя спокойно и пассивно. Видимо серьёзное повреждение маски сильно расшевелило монстра, заставив более активно биться против неожиданного препятствия в виде богомола.

Когда Зоро остановился на последнем корабле, гиллиан сразу начал формировать новую красную сферу. Он намеревался вновь запустить свой разрушительный луч, чтобы поставить в бою окончательную точку. Мечник, конечно, мог спуститься вниз, на песок, но там он лишится преимущества высоты, а из-за зыбкости песка своей скорости передвижения. Вероятность победы в таком случае была бы слишком мала. Ему бы оставалось только бежать, но бывший пират не собирался этого делать. Это было его испытанием. Если он сбежит сейчас, то о мечте стать сильнейшим монстром среди песков загробного мира ему придётся просто забыть. А потому он одновременно с гигантом принялся совершать свою дистанционную атаку.

– 108-ми фунтовая пушка! – безудержный тёмно-синий вихрь влетел прямо в красную сферу формируемого серо, заставляя то взорваться прямо у лица гиганта. Оглушительный взрыв окончательно расколол маску низшего великого пустого, даровав победу маленькому богомолу. С диким рёвом гиллиан пал, оставляя мёртвую тушу победителю.

Усмехнувшись под маской, Зоро осторожно и неторопливо подошёл к упавшему пустому. Лишь заметив начавшийся постепенный распад тела, он успокоился и попытался откусить кусок от него. С большим трудом Ророноа это удалось, но дальше его ждало лишь несварение желудка. Слишком сильный поток духовной энергии от проглоченной плоти чуть не вывернул наизнанку Зоро. Огромное количество чужих фрагментов душ попыталось захлестнуть его маску, но он силой воли высвободил их вовне, получив при этом большие повреждения. Его физическая оболочка, маска и внутренняя энергетическая структура оказались полностью повреждены от враждебной агрессивной духовной энергии. Он не был способен переварить плоть следующей стадии эволюции. Этот урок Зоро запомнил навсегда, а потому поторопился найти представителей своей стадии для скорейшего восстановления.

Настало время пойти по пути эволюции.

Прошёл всего год после знакового для мечника сражения с гиллианом, и он наконец-то достиг своего предела насыщения. После поглощения 70-ти фрагментов душ его тело перестало постоянно развиваться. На 87-ми же он почувствовал, что больше не сможет съесть и кусочка. Потому он наконец-то остановился и послал зов эволюции, как это делали несколько раз на его глазах другие пустые. Однако вместо призыва сотни низших пустых произошло нечто другое.

В эволюцию Зоро вмешался мир, в котором он когда-то жил. Для многих жителей того мира он был героем. Он стал настоящей легендой, историю о которой передавали из уст в уста, а потому он был отмечен самим миром как важный элемент существования. В результате, достигнув планки эволюции на следующую стадию, он получил своеобразное благословение. Благословение, которое одобрил сам загробный мир, засвидетельствовавший его сражение с низшим великим пустым. Огромный поток чистейшей духовной энергии принялся вливаться в его тело откуда-то извне, заставляя его собственные резервы расширяться, а тело расти и эволюционировать. Заодно Великая Пустыня Загробного мира передала ему информацию о той форме существования, на которую он сейчас вступил.

Его нынешний вид именовался низшим героическим пустым. Будучи отмеченным миром живым, тот становился для него источником бесконечной энергии. И лишь от него зависит, как много этой самой энергии он сможет усвоить, и сможет ли вообще. Геринфериор, как называлась текущая стадия героических пустых, требовал для собственного развития постоянного поглощения чужой плоти, желательно гиллианов. Ведь если он не добудет стороннего стройматериала, геринфериора буквально разорвёт от наплыва энергии мира живых. Осознав это, Зоро торопливо принялся искать свою следующую добычу, ведь он не хотел окончить своё существование эпическим взрывом.

Тем временем в его голове зиял серьёзный вопрос:

«Какого чёрта я, пират, стал героем мира живых? Чего я ещё не помню?»

Так закончилось бытие низшим пустым легендарного мечника Ророноа Зоро. На то, чтобы преодолеть этот порог, ему потребовалось 34 года.

Глава 11

Ему нужно проснуться.

Это была единственная мысль в его голове, невольно разогнавшая подступающий мрак к угасающему сознанию. Ухватившись за неё, он приложил все возможные силы, чтобы не дать подступающей тьме утянуть себя на дно. С каждой секундой борьбы ему становилось всё легче и легче мыслить. Медленно, но верно возвращалась память, словно где-то прорвали дамбу и в высушенное русло реки хлынула живительная водица с находящимися внутри неё рыбами-воспоминаниями.

Наконец, спустя краткие, но при этом бесконечно долгие мгновения борьбы за своё существование, он пробудился. Раздался невероятно громкий рёв среди мёртвых деревьев, что торчали из песков красной пустыни и возвышались над его головой. Старк не сразу понял, что этот рёв исходил из собственной глотки. А затем он пошёл. Куда и зачем? Бывший лютоволк не осознавал. Он только понял, что стал выше, больше и гораздо сильнее. Чувство исходящего духовного давление приводило его в экстаз, но кое-что его бесконечно сильно напрягало. Он не мог пошевелиться. Точнее мог, но почему-то это происходила без его личного контроля.

Он в панике заметался, пытаясь дозваться до своего тела. Он пять минут совершал попытки перехватить контроль над ним, но ничего не происходило. В отчаяние он мысленно прокричал:

«Стой!»

Тело мгновенно остановилось. При этом Старк ощутил довольно серьёзный отток духовной энергии в его резерве. Обдумав произошедшее, бывший волк внимательно обратился ко внутреннему ощущению, и перед его глазами предстала картина гораздо более сложная, чем в своё бытие низшим пустым.

Все фрагменты душ пустых, которые принадлежали его старому телу, всё так же находились в его маске, при этом образовывая между собой прочнейшую сеть. Духовные связи между ними представляли из себя нерушимые толстые канаты, создавая каналы между собой по принципу сообщающихся сосудов. По сути своей это уже были не фрагменты чужих душ, а полноценные самостоятельные придатки к его основной сути. Собственная душа Старка являлась этаким центровым узлом, тратящим большое количество энергии на поддержание всех этих связей.

Помимо них по телу низшего великого пустого вместе с потоками духовной энергии перемещались ещё тысячи практические неактивных фрагментов душ. Сконцентрировавшись на них чуть сильнее, Старк осознал, что между ними и его ядром из 96 душ также существуют тонкие, почти незаметные духовные нити. Они были незаметные и весьма ломкие. Из-за постоянного хаотичного перемещения чужих фрагментов по его телу они регулярно обрывались и формировались заново, дополняя расходы духовной энергии на постоянное существование текущей оболочки.

Старк догадался, что это были те самые фрагменты душ, что были скоплены другими участниками его эволюции. Ранее, будучи низшим пустым, он никак не мог ухватить хранимые в чужой маске души. Сразу после смерти они буквально покидали тело и становились частью пустыни, оставляя лютоволку на растерзание только центральную душу, привязанную ко всему телу. В процессе становления низшим великим пустым всё было по-другому. Центральные души проигравших уничтожались для поддержания энергией ритуала возвышения, а скопленные ими фрагменты удерживались на месте самой пустыней, чтобы позднее стать частью нового тела победителя. Теперь же волк стал обладателем гигантского запаса душ, слишком слабо связанного с его маской, отчего, как он предполагал, у него и возникли проблемы не просто с управлением внутренними потоками энергии, но и с контролем тела.

Попытавшись приказать себе заново идти, мужчина на этот раз гораздо тщательнее отслеживал происходящие внутри него процессы. Во время выдачи приказа его центральная душа для отправки этой команды изыскала из собственного резерва большое количество духовных частиц, которые споро начали восстанавливаться в большом количестве за счёт соединённых с нею душ. Это даровало Старку понимание, что на каждую команду ему нужно будет тратить энергию. Более того, на само поддержание его разума идёт довольно большой отток духовных сил, сравнимый лишь с поглощаемым количеством частиц его дырой пустого. Получается, что от качества его внутренней энергетической структуры будет зависеть не только его сила, но и разумность. Постоянная нагрузка на душу, неприспособленную к контролю такого количества чужих фрагментов, будет заставлять её развиваться ударными темпами, поглощая огромное количество духовной энергии. Изыскиваться будет эта энергия из собственных запасов, а потому для увеличения притока духовных частиц сама его суть будет пытаться ввести себя в подобие летаргического сна. Старк не желал попадать в кому, отдавая своё тело на откуп инстинктов. Он слишком много раз видел, что случается с подобными пустыми на примере остроносых верзил. Тем не менее, он ничего не мог поделать с текущей ситуацией. Его тело требовало энергии, его дыра требовала энергии, его разум требовал энергии и даже на поддержание и формирование новых связей между фрагментами душ требовалась прорва энергии. Он познал на себе такое понятие, как энергетический кризис. Ему оставалось лишь попытаться разобраться в своей внутренней структуре и оптимизировать её достаточно, чтобы не загнуться от нужд своего же тела.

К слову, приглядевшись к центральным душам, Старк понял, что те совершенно не стремятся как-либо деградировать из-за постоянной выработки энергии. Они поставляли более трети запасов внутренних резервов, но при этом были достаточно стабильны, чтобы не волноваться об их утрате. Словно сформировав довольно близкую духовную связь с основной душой, они переняли часть её свойств, научившись вырабатывать нужную телу силу без нужды в собственном распаде. Основная душа же ещё в бытие низшим пустым вырабатывала достаточно энергии, чтобы сравниться с несколькими чужими фрагментами, при этом без какого-либо риска для себя. Наличие подобного свойства у отобранных им ещё на предыдущей стадии 96-и душ было приятным сюрпризом для лютоволка.

Тем не менее остальные плавающие по всему телу фрагменты не обладали и толикой подобных свойств. Они распадались и постепенно исчезали. Многократно превосходя числом его родную коллекцию, они выделяли всего в 2 раза больше энергии. Остальные продукты их распада в буквальном смысле тратились на поддержание тела и дыры пустого.

Старк предположил, что для дальнейшего развития ему придётся постараться присоединить все эти плавающие фрагменты к уже существующей сети. Попытавшись это сделать вручную, он непроизвольно многократно увеличил расход собственной энергии, отчего его сознание слегка помутилось, тем самым прерывая проводимый эксперимент. Это его и спасло от возможной комы сознания. Осознав произошедшее, мужчина понял, что для приведения своих внутренностей в порядок ему нужно будет постоянное вливание духовных частиц из внешних источников. А какие внешние поставщики энергии могут быть у пустого? Правильно, другие пустые.

Вновь почувствовав серьёзный голод, волку лишь оставалась попытаться отправить своё новое тело на охоту. Правда, тому от выдаваемых команд сознанием было ни холодно, ни жарко. Простые приказы вроде «охоться» или «ищи пустого», а также «найди добычу» ничего не давали. Провозившись некоторое время с этим, Старк попытался найти подход к своему телу с другой стороны. Он помнил, что, будучи низшим пустым, обладал великолепным нюхом. Его нос был способен обнаружить чужое присутствие на многие километры вокруг и даже примерно показать ожидаемые уровень силы от найденного пустого. Старк попытался сконцентрироваться на этом органе чувств. Его маска всё ещё выглядела как волчья костяная морда, пусть и слегка приплюснутая из-за особенностей текущего вида пустого. Осознавая это, мужчина рассчитывал на сохранение некоторых особенностей из предыдущего этапа существования. Не всех, поскольку для него уже была очевидна потеря его любимых наспинных клинков. Там, где они должны были быть, оказались только два рудимента в виде небольших горбов.

«Почувствуй запах,» - была отправлена команда Старка. На этот раз его тело послушалось и, остановившись, втянуло в себя окружающий воздух. Огромные потоки внешних духовных частиц потянулись к его носу, чтобы потом с выдохом покинуть тело пустого, не задержавшись там ни на миг. Мужчина краем сознания отметил, что в будущем можно было бы попытаться настроить себе питание за счёт витающей вокруг духовной энергии и избавиться от зависимости от плоти пустых, но сейчас он был полностью сконцентрирован на поступающей в его рецепторы информации. Поток данных был ошеломительно огромен, отчего непривыкшее к подобному сознание человека чуть окончательно не потухло. Только спасительный прилив сил от фрагментов душ, что являлись частью его маски, снова спас Старка от собственной глупости. Мужчина же не обратил на это внимание, тщательно осознавая поступившую ему информацию. Казалось, что он осознал своё окружение на сотню километров вокруг. Да, это были лишь смутные образы, основанные на его цепочках ассоциаций, смутных догадках и логических предположениях, однако подобная сила обоняния открывала перед ним гигантские перспективы. Старк было уже воодушевился от своего открытия, как вдруг усилившийся голод дал о себе знать. Это сразу вернуло мужчине трезвый рассудок, после чего он, откинув эйфорию от доступной его телу мощи в сторону, быстро нашёл ближайшего подходящего пустого и приказал своему телу начать движение в нужном направлении.

Найденный им пустой спустя некоторое время показался перед глазами. На его удачу противник шёл в ту же сторону, что и он сам, только гораздо медленнее, а потому Старку не пришлось корректировать свой курс. Осознав, что возможная добыча повёрнута к нему спиной и до сих пор его не обнаружила, волк постарался приказать своему телу скрыть своё духовное давление. Было бы здорово, если бы громила не осознавал их присутствия до самого рокового момента. Такое было возможно, ведь лютоволк уже не раз видел во время бытия низшим пустым, как один из них подходил к другому буквально со спины, после чего банально кусал чужую маску. Это говорило о гораздо более худшем качестве сенсорики у следующей стадии, чем у низших пустых. Именно поэтому Старк сначала сомневался, сохранился ли у него в текущей форме нюх. Тем приятнее было узнать, что он не просто сохранился, но и стал гораздо острее с последнего момента использования.

Тело Старка, в отличие от его ожиданий, не стало пытаться запереть вылетающие из него духовные частицы, как это делал лютоволк в попытке скрыться во время бытия низшим пустым. Нет, он, наоборот, распространил их на всю округу, заставив смешаться с окружающим фоном. От этого инстинктивного действия глаза у Старка фигурально на лоб полезли. Если бы он не видел подобную манипуляцию собственными глазами, то ни за что бы не поверил. Новый способ маскировки в насыщенной духовными частицами области оказался сюрпризом для мужчины. Если бы он контролировал тело полностью, то не стал бы полагаться на свои инстинкты и попытался всё сделать по старинке. А сейчас, учитывая хаотичную внутреннюю структуру новой стадии, неизвестно, к чему бы это могло привести. Поставив себе мысленную заметку, что стоит хоть иногда прислушиваться к собственным инстинктам, Старк принялся наблюдать, как его тело медленно нагоняет ничего не подозревающую добычу.

Всё прошло как по маслу.

Он подошёл сзади и буквально вонзился зубами в чужую голову. Оторвав от неё кусок, он сразу же победил своего несостоявшегося противника. Тело было уже собиралось пойти дальше, но Старк оперативно приказал ему доесть, а потому то продолжило свою трапезу, иногда отрывая своими длинными, белыми и костяными руками из-под балахона новые куски от так и не упавшего тела пустого.

Поток живительной энергии с фрагментами чужих душ стремительно принялся насыщать тело Старка. Чужая энергия пробегалась по сформированным внутри него духовным каналам, разрушая слишком слабые и недолговечные и укрепляя достаточно прочные, чтобы перенести на себе чужеродный поток энергии. Большая часть чужих фрагментов душ, находившихся в поглощаемых кусках тела пустого, буквально проваливалась в его дыру пустого, навсегда исчезая из восприятия Старка. По окончанию трапезы в его теле осталась хорошо, если сотня новых фрагментов. Впрочем, это не сильно расстраивало мужчину, ведь он до сих пор не знал, что делать со своими.

Тем не менее те фрагменты, которые на момент поглощения пищи успели создать с его ядром в маске достаточно прочные духовные нити, сумели их укрепить и слегка приблизиться к его центральной сущности. Они ещё не стали основой его центральной сети, но оказались на наиболее близком к этому состоянию по сравнению с остальными. Всё это произошло достаточно инстинктивно, но дало большое количество информации для размышления. Старк уже начал планировать, как можно ускорить возможность формирования крепких связей при поглощении пищи. Его теория о том, что для дальнейшего развития нужно будет установить связь со всеми фрагментами внутри его нового тела, оказалась верна. Тело само показало ему, как именно должен проходить процесс усиления.

Наметив свой дальнейший путь, Старк приказал телу двигаться дальше. Настало время для новой охоты.

Глава 12

Пока его тело бродило в бесцельных поисках по лесу красных чардрев, Старк прислушивался к окружающему миру. От деревьев вокруг исходил тонкий, ненавязчивый зов. Из-за этого зова ему почему-то казалось, что это место лучше всего подходит для его нынешнего существования. Если подумать, то в лесу ходило гораздо больше гигантов вроде него, чем в открытой пустыни. Из этого волк сделал выводы, что данная местность самостоятельно при помощи зова собирает внутри себя его текущую стадию пустых для скорейшего развития тех на следующий уровень существования.

Пока Старк изучал столь любопытный механизм чардрев, перед его глазами вдалеке появился неторопливый сородич. Мужчина не сразу среагировал на увиденное им. Лишь тогда, когда вдалеке стало мелькать зловещее красное свечение, он присмотрелся к возможной добыче. Присмотрелся и ужаснулся. Вражеский пустой смотрел на него самого и уже формировал у своей пасти красную сферу. Он множество раз видел, каким образом его стадия выпускала смертоносные лучи, а потому полностью осознал свою незавидную участь. В этот момент в его восприятии окружающий мир, казалось, многократно замедлился. Старк разогнал огромные массивы духовной энергии по телу для как можно большего ускорения и что есть мочи приказал тому укрыться за ближайшим стволом чардрева.

Тело послушалось и пошли томительные секунды бегства. Каждый шаг движимой инстинктами оболочки сопровождался нервозным напряжением самого мужчины. Он как никогда раньше проклинал свою медлительность и сетовал на неповоротливость текущей стадии пустых. Когда его тело почти скрылось за толстым стволом дерева, вражеский луч его настиг. Левая часть вместе с рукой просто испарилась под напором разрушительного потока красных частиц духовной энергии. Старк на собственной шкуре ощутил природу этой атаки, и этот факт ему сильно не понравился. Взревев от боли и ярости, он непроизвольно взял под контроль свою оболочку и поторопился выйти назад в видимость другого пустого. Параллельно с этим он на одних инстинктах принялся формировать у своего рта красную сферу подобную ранее выпущенной в него текущим недругом. Выйдя из-за ствола древа, Старк направил свой взгляд на виднеющегося вдалеке врага и приложил все возможные мысленные усилия, чтобы направить свою атаку точно в цель. В какой-то момент сфера перестала формироваться. Накопленный заряд отрицательных духовных частиц, переполненных его негативными эмоциями боли и ярости, после прокола сферы с противоположной стороны от его лица направился к противнику в виде широкого красного луча.

«Серо,» - прозвучало в голове Старка, словно кто-то сверху подсказал ему название атаки. Разрушительный луч пронёсся на многие сотни метров, уничтожая всё на своём пути и наконец-то достигая плоти пустого. Одним махом лютоволк срезал всю верхнюю половину противника своей атакой, окончательно победив в битве. На последних усилиях воли Старк отправил приказ доесть остатки побеждённого пустого, прежде чем отпустить контроль над собственным телом. Из-за ранения и последних напряжённых умственных усилий его духовные запасы серьёзно истощились. Часть фрагментов душ оказалась потеряна вместе с собственной плотью, что также повлияло на его выработку живительной энергии. Ему срочно нужно было пополнить запасы.

Тело Старка торопливо, насколько это вообще возможно для нынешней формы, подошло к так и оставшейся стоять половине пустого и принялось за новую трапезу. Поглощая чужую плоть, хранящиеся в ней фрагменты душ вместо того, чтобы кануть в его дыру пустого, старались заполнить заново формирующуюся отстреленную руку. Как только его количество фрагментов вернулось к прежним значениям, дальнейшие особенности питания низшего великого пустого остались без изменений.

Тем не менее Старк всё ещё ощущал голод. Из прошедшей схватки он сообразил, что получать ранения было очень невыгодно для его энергетики. К счастью для него, наиболее полезные и связанные с его ядром фрагменты душ находились как можно ближе к самой маске, а, следовательно, случайным попаданием он так просто их не лишится. Подобное попадание скорее его просто окончательно убьёт, а после гибели ему будет уже всё равно на текущее состояние внутренней структуры тела.

Также из боя были вынесены умом Старка две проблемы: скорость передвижения и скорость формирования серо. Он должен научиться уклоняться от хотя бы дальних атак противника, которым требуется время на формирование и преодоление расстояния между ними. На случай, если увернуться невозможно, ему требовалось научиться быстрее формировать свой собственный разрушительный луч. Умей он это делать, то при виде формируемого вражеского серо смог бы создать своё и как минимум нейтрализовать чужую атаку собственной. Отсюда им было принято решение о начале новых тренировок, как только он слегка приглушит текущий голод. Ему предстояло разобраться в механизме работы его сильнейшей атаки, а также попытаться перенести свои успехи по ускорению передвижения со стадии низшего пустого на текущий уровень существования.

Пока он размышлял об этом, тело самостоятельно передвигалось по пустынному лесу. Он ходил, кричал и распугивал окружающих низших пустых. В какой-то момент Старку стало любопытно, а что будет, если он съест одного из них? За простым любопытством дело не стояло, а потому вскоре в своей руке он сжимал брыкающегося и дрожащего от происходящего оленеподобного монстра. Раскрыв свою пасть, он откусил половину чужого тела и одним махом проглотил плоть низшего пустого. Однако, прежде чем он получил хоть какую-то пользу от этого действия, большая часть этой самой плоти вместе с хранимыми в чужой маске фрагментами душ испарились от внутреннего давления более совершенной духовной энергии. Старк не получил практически ничего от поглощения пустого предыдущей стадии. Отшвырнув ненужные остатки в сторону, он продолжил путь по лесу в поисках более питательной добычи, навсегда оставив отметку в голове о бесполезности в питании предыдущей стадией эволюции.

Ещё одним любопытным экспериментом для Старка стало влияние его духовного давления на низших собратьев. Время от времени, натыкаясь на их скопления, он полностью выпускал его наружу, буквально придавливая бедных пустых к пескам пустыни. Некоторые, особо слабые из них, не выдерживали и распадались на мелкие частицы, навсегда становясь частью пустыни. Только сейчас мужчина полностью осознал, какая пропасть стоит между разными уровнями эволюции местных жителей. А ведь он уверен, что его текущее состояние – совершенно не последний этап развития пустого. Воспоминания о том небольшом белом лисе до сих пор заставляли лютоволка покрываться невидимыми мурашками.

Следующие две охоты оказались для Старка гораздо менее травматичными. Первый противник даже не успел развернуться в сторону мужчины, как получил в лоб быстро сформированный заряд серо. И пусть волк считал его текущее формирование красного луча быстрым, на самом деле на это потребовалось больше четырёх секунд. В реальном скоростном бое это непозволительная роскошь, однако даже такой результат был гораздо лучше, чем у наблюдаемых им ранее других пустых.

Второй противник неожиданно для самого Старка вылез прямо перед носом из-за небольшого переплетения толстых ветвей чардрев. Из-за того, что он старался не нагружать себя постоянным использованием чувствительного обоняния, он едва не пропустил новую угрозу. Лишь своевременное взятие под контроль собственного тела, которое ранее ему удалось на время подчинить лишь сразу после ранения от серо, помогло ему спастись в текущей ситуации. Когда противник попытался податься вперёд и вцепится своими зубами ему в маску, он с размаху залепил по вражеской голове леща своей белоснежной и костлявой рукой. Пока напавший на него верзила приходил в себя и старался вернуть своё равновесие, он по-быстрому начал формировать серо, по итогу выпустив то во врага в упор.

После уже четвёртой трапезы как низшего великого пустого Старк принялся самостоятельно направлять полученные чужие духовные частицы на укрепление сформированных внутри тела духовных связей. Это поспособствовало сохранению достаточно хрупких связей, до которых не дошло большинство чужой разрушительной силы, а также увеличению стабильности каналов к самым ближним к ядру фрагментов душ. В какой-то момент часть из них окончательно переместилась в маску, где завершили свои изменения и стабилизировались, чтобы стать частью сформированного ядра.

Он стал капельку сильнее, а его голод слегка утих.

Настало время для изнурительных тренировок. Старк уже наловчился временно перехватывать полный контроль над своим телом, чему способствовало усиление его центральной души. Да, это требовало от него большой траты энергии, но он не сомневался, что со временем он сможет постоянно управлять своей оболочкой, как делал это раньше в бытие низшим пустым. Ну а пока ему вполне хватало тех немногочисленных мгновений контроля, чтобы учиться формировать более быстрое, сильное или разрушительное серо. Попутно с этим он постепенно обретал контроль над внутренними потоками энергии без посредников в виде фрагментов душ. Раньше, до эволюции, он не мог этого делать. Все потоки духовной энергии были самостоятельными и неуправляемыми для низшего пустого. Лишь небольшая власть над поглощёнными душами позволяла ему хоть как-то контролировать эти процессы. Теперь во время формирования серо он обратил внимание, что действовал, напрямую обратившись к своим духовным частицам. Это открывало перед ним огромные перспективы.

Глава 13

На протяжение десяти лет Старк старательно пытался восстановить и расширить собственный арсенал. В первую очередь он попытался улучшить серо, ведь со времён бытия низшим пустым всем сердцем грезил об этом навыке. Он старательно ускорял потоки духовной энергии при формировании красной сферы, чтобы уменьшить время накопления заряда. Он сокращал количество требуемых духовных частиц, чтобы выстрел происходил с меньшей мощностью и раньше времени. Иногда он, наоборот, изо всех сил старался вместить в сферу как можно больше энергии для увеличения разрушительности атаки, формируя её буквально несколько десятков секунд. Раз за разом он наощупь пытался усовершенствовать основное оружие низших великих пустых, тратя на него непомерное количество собственных резервов и страдая из-за этого от жуткого голода. Ему нужно было очень часто охотиться на других пустых, чтобы просто не деградировать и не впасть сознанием в кому. Для этого ему приходилось на свой страх и риск использовать обострившееся обоняние, утопая в поступающей в его разум информации. Тем не менее, со временем он привык к объёмам получаемых данных, чтобы после на это не обращать какого-либо внимание. Он нашёл свой ритм и поиск добычи перестал быть для него какой-либо проблемой. Более того, почти большую часть времени своего бытия он уже самостоятельно контролировал своё тело, что позволило ему и дальше продолжать совершенствоваться посредством тренировок.

Результатом всех возможных измывательств стали два отточенных вида серо. В первом случае он буквально за две секунды формировал разрушающий луч, что уступал по силе стандартной атаке, но был гораздо точнее и быстрее. Благодаря столь быстрому формированию луча он часто перебивал чужое серо своим, не позволяя врагам выпустить по нему поток отрицательных разрушительных духовных частиц. Вторым видом серо стало гораздо более мощное, чем оригинальное, при этом формирующееся благодаря тренировкам за те же четыре секунды. Красная сфера во время этой атаки впитывала в три раза больше энергии, а дополнительная напитка отрицательными эмоциями позволяла используемым в нападении духовным частицам перенять максимально разрушительные свойства. В отличие от обычного ярко-красного цвета серо, у этой атаки цвет был тёмно-бордовым, что говорило о феноменальной разрушительности направленного на врага потока. Старк даже считал её слегка избыточной, поскольку ни один низший великий пустой ещё не выдерживал даже его быстрого серо, что уж говорить об этом. Впрочем, он оставил этот приём на случай агрессивной встречи со следующей стадией эволюции пустых.

В какой-то момент Старк подумал, что достиг уже вершин в искусстве управления разрушительными лучами, но судьба позволила ему встретиться с другим разумным коллегой. По центру лба маски другого пустого на мир смотрел единственный гигантский красный глаз. Уникальность внешнего вида основного атрибута пустынных монстров говорило о разумности этого гиганта, а показательная расправа при помощи необычного серо лишь подтверждала домыслы Старка. Его глаз был не простым органом зрения. Он буквально мгновенно выстреливал тоненьким серо из своего глаза, разрубая на части всё перед своим взором. Столь искусное и филигранное управление разрушительным лучом сильно удивило лютоволка, заставив того впервые отступить перед другим противником. У Старка не было возможности защититься от подобной мгновенной атаки. Даже если он постарается атаковать быстрым серо, он в тот же момент выйдет из режима маскировки и засветится перед противником подобно восходящему солнцу. Тому хватит лишь посмотреть в его сторону, чтобы прервать его своим лучом и покончить с существованием бравого лютоволка. Старк не был глупцом, а потому решил отступить.

В дальнейшем, сколько бы он не пытался повторить успех другого пустого, у него так ничего и не получилось. Несколько раз он чуть не взорвал свою маску из-за неуместного энтузиазма. Лишь спустя несколько лет бесплодных попыток улучшить собственное серо до недосягаемой величины он отступился. Он принял тот факт, что не сможет стать лучшим в этом направлении, а потому переключился на доступные ему на предыдущей стадии особенности.

Первым под внимание Старка попала единственная дистанционная атака волка до появления серо. Волчий вой. Напитав своё горло духовной энергией, он раскрыл пасть и издал истошный вопль, разнося его на всю округу. Огромная ударная волна прокатилась вокруг пустого, разнося окружающие его песок, ветви и корни чардрев. Некоторые деревья даже слегка покосились от напора выплеснутой наружу духовной энергии Старка. На новой стадии пустых волчий вой оказался гораздо более затратным навыком, чем серо, а потому мужчина сразу же ощутил невыносимый голод. Ему пришлось как можно скорее искать новую добычу, чтобы вновь не остаться вне контроля собственного тела.

Тренировка воя оказалась гораздо более проблематичным делом, чем серо пустых. Во-первых, во время использования серо его собственные инстинкты и, казалось, сам мир помогали ему улучшить атаку. Волчий вой же был личным приёмом, созданным исключительно разумом Старка, когда он ещё носился среди низших пустых. Ему вновь до всего приходилось доходить собственным умом, и не всё у него получалось. Во-вторых, затраты на каждый вой были равносильны нескольким серо, при этом эффект от него был гораздо менее разрушительный. Целесообразность его использования была довольно низка, но Старк не собирался просто так отбрасывать в сторону умение, на развитие которого на предыдущей стадии эволюции он потратил многие годы.

Он долгое время тратил все доступные резервы, вызывая свой особый крик. Множество чардрев пострадало от устраиваемых им звуковых ударных волн. Однако он так и не смог использовать финальную стадию этого умения – направленный волчий вой. Что бы он ни делал, от него всегда исходила круговая волна. Стоило сконцентрироваться на направлении атаки чуть больше, как вместо волны звука во рту начинала формироваться сфера серо. Новые инстинкты встревали в старые привычки, мешая доработке навыка под изменённое тело. В конце концов Старк плюнул на развитие волчьего воя, лишь изредка стараясь его повторить. Он не мог постоянно тратить всю энергию на эту тренировку, ведь ему не хватало одного из самых важных аспектов выживания пустых – защиты.

Во время путешествия по чардревному лесу Старку на пути встретился ещё один разумный низший великий пустой. Однако в отличие от предыдущего он не обладал каким-то уникальным серо. Нет, оно у него было довольно обычным, и даже формировалось несколько дольше пяти секунд. Тем не менее он мог себе это позволить. Когда Старк впервые пальнул по нему своим быстрым серо, тушку противника с его стороны прикрыл желтоватый барьер. Лютоволк откуда-то понял, что это одно из доступных для его стадии стандартных умений – негасион. Пространственная преграда, созданная для защиты собственных сородичей при битве нескольких стай. До сих пор он ни разу не видел этого приёма в деле, так как все его сражения были фактически один на один. Инстинкты остроносых верзил буквально не были заточены на использование негасиона в таких условиях. Однако этот разумный индивидуум не был ведом инстинктами и спокойно использовал пространственный барьер против сильнейше атаки Старка.

Сказать, что лютоволк был в шоке, это ничего не сказать. Впервые на его памяти от серо не увернулись, а напрямую защитились. Он сразу же пообещал себе разобраться с этим умением, как только переживёт встречу с текущим противником. А тот время не терял и уже использовал собственное серо. Ускорив внутренний ток духовной энергии, Старк в последний момент совершил перекат в сторону, лишь краем зацепившись за вражеский поток разрушительных духовных частиц. Его балахон слегка пострадал, но тушка оказалась вполне себе целой, а потому он без проблем начал формировать своё самое мощное серо.

Тёмно-бордовый луч его мощнейшей атаки через пять секунд полетел в сторону врага, однако, как и предыдущее быстрое серо, наткнулся на мгновенно сформировавшийся жёлтый барьер. Не смотря ни на какую силу атаки, он так и не смог преодолеть защиту противника. Вновь Старка поджидала неудача, и вновь ему пришлось торопливо уклоняться от встречного нападения. На этот раз он не ушёл целым, а потому ему пришлось опять отступить. Он не знал, как преодолеть защиту негасиона. Возможно, если бы он вступил в рукопашную схватку, у него был бы шанс обойти чужой барьер, однако это была бы опасная авантюра. Он решил не рисковать. Старк отступил, воспользовавшись своими навыками маскировки и множеством толстых чардрев. Ещё несколько серо летело ему вдогонку, но все они даже близко не пролетали рядом с ним. Противник потерял его из виду, а той огромной чувствительности, что даровал лютоволку нос, у того явно не было. Всё это вновь спасло Старка от внезапной гибели.

Сам мужчина меж тем отправился на поиски другой добычи, ведь ему нужен был материал для восстановления потерянной руки. Параллельно с ведением охоты он размышлял об открывшемся ему знании о негасионе. Этот приём буквально искривлял окружающее пространство, отделяя пустого от возможных угроз. Пересилить грубой мощью подобную защиту было практически невозможно, ведь по сути своей атака расходится по окружающему пространству. Потому его сильнейшее серо и не сработало. Лютоволк лишь порадовался, что не все низшие великие пустые используют эту возможность защиты от чужих атак. Он не совсем понимал, почему в их инстинктах не было прописано постоянное использование негасиона, но это спасло Старка от множества геморроя, связанного с выковыриванием добычи из почти что совершенной обороны.

Схватив проходящего мимо пустого и восстановив свои запасы за счёт чужой плоти, он сразу же попытался обратиться к инстинктам для повторения эффекта негасиона. Он пробовал снова и снова вызвать уже виденный им ранее желтоватый барьер, но у Старка ничего так и не получалось. Раз за разом он словно натыкался на какую-то внутреннюю преграду, не позволяющую ему использовать окружающее пространство для собственной защиты. В какой-то момент мужчина вспылили и в очередной попытке дополнил движение духовной энергии всплеском негативных эмоций, отчего он почувствовал в районе лопаток небольшое жжение, а сзади него раздался громкий грохот.

Медленно обернувшись назад, Старк обнаружил на стоящем позади чардреве две вертикальные полосы разреза. Он стоял в десяти метрах от ствола дерева, и, судя по всему, что-то выскочило из его спины и нанесло пустынному растению кошмарные резаные раны.

Внимательнее сконцентрировавшись на собственном теле, Старк вновь постарался повторить предыдущий результат. Он начинал понимать, что многие приёмы пустых имеют в основе своей негативные эмоции, а потому вновь попытался вызвать предыдущее эмоциональное состояние. Нагнетая гнев, обиду и разочарование, он инстинктивно направил потоки духовной энергии внутри тела в сторону оставшихся от его спинных клинков горбов. Спустя мгновение из них, разрезая мешающий тёмный балахон, вырвались два желтоватых лезвия длиной метров в сорок-пятьдесят.

Старк нашёл свой негасион. Его старые спинные лезвия получили свой энергетический аналог на новой стадии эволюции. Лишившись нерушимой защиты, волк получил пространственные клинки, способные разрубить всё на своём пути.

Мужчина испытывал смешанные чувства от происходящего. С одной стороны, он получил привычное оружие, с расставанием с которым уже решил смириться. С другой же, он лишился той непробиваемой защиты, что гораздо сильнее помогла бы ему в выживании, чем новый способ нападения. Тем не менее, ему приходилось работать с тем, что у него имелось. Попрощавшись с защитой негасиона, он отправился на дальнейшую охоту. Парочка трупов низших великих пустых, нашинкованных вновь обретёнными клинками, поможет ему успокоить собственные нервы.

Глава 14

С момента появления у Старка пространственных спинных клинков прошло ещё несколько лет. Лишившись доступного для большинства низших великих пустых способа защиты, мужчина принялся искать возможности просто укрепить собственную шкуру. Он, как и на этапе обычного низшего пустого, принялся гонять повышенное количество духовной энергии по всему своему телу. Часть духовных частиц он выдавливал наружу в попытке сформировать защитную оболочку из духовной энергии, однако это не давало никаких значимых результатов. Ускоряя потоки энергии в теле, он ускорял движение неповоротливого тела, увеличивая размеры этих потоков, он повышал его устойчивость. Это был весь результат его действий на протяжение всех изысканий по сохранению свой жизни под вражескими атаками. Впрочем, его шкура от постоянного вливания больших объёмов духовных частиц со временем стала действительно крепче. Эффект был мал и практически не заметен. Если бы Старк постоянно не концентрировался на этом аспекте, он бы даже не увидел произошедших изменений. В отличие от его тела низшего пустого, где небольшое увеличение потока духовных частиц приводило к стремительной эволюции физической оболочки в нужном аспекте, тело низшего великого пустого оставалось инертным к большинству потугам бывшего человека. Ему словно сама эволюция говорила, что эта оболочка была не более, чем временным сосудом, не стоящим его пристального внимания. За три года Старк окончательно уверился в этом, пусть и не перестал использовать колоссальные объёмы своих резервов для попытки улучшить устойчивость тела. Пусть всего на чуть-чуть, но его плоть, кости, маска и даже балахон всё же стали прочнее, а значит выживаемость его громадной тушки немного, но повысилась.

В конце концов, наконец-то почувствовав себя более-менее уверенно, он решился на одну авантюру. Недалеко от него проходила небольшая стая из восьми пустых его стадии эволюции. Все они были остроносыми и безмозглыми болванчиками, отчего Старк и захотел без особого риска проверить свои возможности в бою сразу против нескольких противников. Нет, он не собирался атаковать их в лоб. В отсутствие универсальной защиты негасиона восемь одновременных залпов серо однозначно прикончат его самого, а потому мужчина решил воспользоваться своими навыками скрытности и постараться зайти к стае со спины.

Распространив на километры вокруг свой духовный фон, он смешался с витающими в воздухе духовными частицами и подкрался к замыкающему строй стаи пустому. Сравнявшись в темпе ходьбы с остальными пустыми, он спустя несколько минут неторопливого передвижения мгновенно атаковал.

Его острые белоснежные зубы вцепились в маску ни о чём не подозревающего пустого. Одним резким движением головы часть лица оказалась отделена от основного тела, оставив в мощных челюстях Старка питательный кусок плоти противника. Враг пал, но впереди, не оглядываясь назад, шло ещё семеро. Он вновь убедился, что большинство его коллег по эволюционной стадии невероятно тупы, слепы и по большей части неагрессивны. Он убил одного из них чуть ли не перед носом у остальных, а они этого даже не заметили. Да и сам факт того, что в большинстве случаев при встрече друг с другом остроносые гиганты сбиваются в стаи, а не конфликтуют, говорил об их удивительной пассивности. Исключения составляли лишь разумные низшие великие пустые, которых всегда при виде другого гиллиана встречают того залпом серо. Видимо инстинктивно чуют от них угрозу. Потому Старк и старался сейчас зайти к ним со спины.

Быстрыми и широкими шагами мужчина приближался к своей второй цели. Он торопился, ведь чем быстрее он разберётся с остальными пустыми, тем меньше питательной плоти станет частью песков, ведь распад первого противника уже начался. Однако на этот раз незаметно подобраться не удалось. В последний момент противник открыл свою пасть и издал предупреждающий рёв, прежде чем он прервался от хватки челюстей Старка.

Шестеро оставшихся низших великих пустых в тот же момент развернулись назад, чтобы заметить поедающего члена их стаи верзилы с волчьей маской. Из-за чрезмерно близкой дистанции большинство из них не стали формировать серо, как обычно у них заведено, а принялись сближаться, чтобы вцепиться зубами в наглого преследователя.

Старк не растерялся. Привычным усилием он вызвал свои клинки негасиона и направил их в ближайших двух пустых. Их головы были оказались мгновенно срезаны поперёк маски. К сожалению для волка, он не мог использовать свои клинки постоянно из-за большой растраты духовной энергии на их существование. Такова была плата за их убойность и скорость атаки, но он не жалел об этом. Мужчина просто ринулся к ближайшему из четырёх оставшихся пустых, намереваясь прикрыться им от лидера атакованной им группы. Он подставил противника на линию огня и слегка пригнулся, чтобы уменьшить площадь попадания своего тела под вражескую атаку. Находящийся впереди пустой оказался достаточно далеко от Старка, чтобы начать формировать серо. Вскоре разрушительный луч влетел в спину члена своей стаи, буквально растворяя того в потоке отрицательных духовных частиц. По итогу лишь часть атаки достигла тела Старка, что прятался за телом своего сородича. Прикрыв частью балахона и руками маску, он обошёлся лишь небольшими ожогами от вражеского серо. Прими он напрямую всю силу атаки луча, и ему бы ничего не помогло, а так его долгие и, казалось, бесполезные изыскания на фоне укрепления шкуры помогли пережить остатки серо противника. В тот же момент, как красное свечение от атаки лидера стаи исчезло, а ошмётки пустого перед глазами Старка пали наземь, волк за пару секунд сформировал свою красную сферу.

Быстрое серо мужчины мгновенно убило вражеского стрелка, однако из-за этого он подпустил к себе оставшихся двух пустых слишком близко. Пришёл черёд для битвы на близкой дистанции.

Первый противник сразу же получил по лицу белоснежной рукой Старка. Он зарядил ему леща, заставив того подкоситься вправо и врезаться в толстый ствол ближайшего чардрева. Тем не менее, это не на долго задержало упорного пустого. Тот до сих пор стоял на ногах, а потому вскоре вновь приблизился к волку, готовясь вцепиться в него зубами вместе с подоспевшим на место боя вторым недругом.

Поняв, что они оба подобрались слишком близко, бывший лютоволк направил огромное количество духовной энергии в горло и издал громогласный вой. Ударная звуковая волна, переполненная духовными частицами, врезалась в сразу две тушки пустых и откинула тех подальше от мужчины. Воспользовавшись падением противника, он быстро накинулся на одного из них, пока тот старался вытащить свою тушку из переплетения ветвей чардрева. Ударная волна откинула его в сторону дерева, отчего пустой ненадолго застрял. Это позволило Старку без сопротивления подойти к нему и вырвать зубами кусок маски оппонента, поставив точку в существовании пустого. Остался только один противник.

Тот не заставил себя ждать. Пропахавший песок пустыни из-за внезапной ударной волны Старка, он поднялся на ноги и принялся формировать красную сферу. Мужчина заприметил это достаточно своевременно, чтобы в ответ начать формировать свою технику усиленного серо. По итогу они выпустили свои лучи практически одновременно.

Красный поток отрицательных духовных частиц с одной стороны и тёмно-бордовый поток с другой столкнулись где-то посередине между двумя пустыми. Тёмно-бордовое серо Старка сразу же принялось пересиливать атаку соперника, через несколько секунд достигая вражеского тела и полностью подавляя незадачливого пустого. К сожалению для мужчины, его техника не смогла добить противника, а потому ему пришлось вновь формировать красную сферу. На этот раз он потратил на это только две секунды, намереваясь выпустить самый быстрый разрушающий луч из ему доступных. Этого оказалось достаточно, чтобы поставить финальную точку в устроенном им самим противостоянии.

Он победил. Пусть не обошлось без неприятных ран, но Старк сумел одолеть сразу восьмерых низших великих пустых. Воодушевлённый своими успехами, он принялся за свою обширную трапезу. Трапезу, что могла ему принести примерно восемь сотен новых фрагментов душ, тем самым расширив его личную энергетику. К тому же множество фрагментов внутри его тела установило крепкие связи с энергетическим центром в маске, а значит им нужен был лишь небольшой толчок, чтобы окончательно стать её частью. Разовое поглощение огромного количества представителей его эволюционной стадии должно было сильно подстегнуть его развитие.

Так оно и оказалось. Поскольку у него не было серьёзных ранений, особых затрат на восстановление не предвиделось, а потому вся плоть поверженных им врагов ушла на развитие текущей оболочки. Его резерв увеличился где-то на десятую часть, а энергетический центр расширился в три раза. Конечно, он при этом почувствовал сильную нагрузку на свою основную душу, а потому ему на некоторое время нужно было приостановиться в поиске следующей добычи. Это привело к тому, что на время у Старка из ощущений исчезло чувство постоянного голода. Впрочем, через несколько дней оно наверняка вернётся, ну а пока мужчина собирался продолжить свои изыскания по усилению возможностей текущей физической оболочки. Возможно, он не смог достаточно сильно укрепить своё тело, чтобы выдерживать залп серо, но зато во время боя он заметил заметный разрыв в скорости передвижения и реакции в сравнение со своими собратьями по стадии эволюции. Постоянное ускорение внутренних потоков энергии дало свои плоды, а значит в ближайшее время Старк намеревался сосредоточиться на развитии параметра скорости. Да, он наверняка не станет таким же шустрым, как во времена бытия низшим пустым, однако ему этого и не нужно. Малейший разрыв в скорости движения уже показал свою практичность во время недавнего боя. Если бы он не успел прикрыться другим пустым, то вражеское серо испарило его вместо противника, окончательно ставя точку на загробном пути лютоволка. Потому, чтобы даже такой ситуации не повторялось в будущем, он собирался ускорить свои движения как можно больше.

Размышления Старка прервал неожиданный зов. Он отличался от зова чардрев, что постоянно шелестел где-то на задворках его подсознания. Этот был требовательный, приказывающий подчиниться. Не зовущий в свои родные объятия, словно любящая мать, а кричащий о немедленном присутствии, как командир какого-то войска.

Будь мужчина до сих пор неспособен контролировать собственное тело, оно бы инстинктивно последовало за этим зовом, ну а так он смог сопротивляться чужому приказу. Слегка обдумав ситуацию, Старк решил всё же пойти в сторону этого призыва. Ведомый любопытством, он отправлялся на небольшую разведку, попутно замечая спешащих в ту же сторону парочку остроносых безмозглых гигантов.

Глава 15

Старк неторопливо двигался в сторону зова, поддерживая активную маскировку. В течение пяти минут на пути ему встречалось всё больше и больше коллег по стадии эволюции, пока их количество в прямой видимости не достигло почти пяти десятков. В конце концов мужчина прибыл к месту назначения, чтобы увидеть место тяжёлой битвы кого-то гораздо более могущественного, чем он сам.

На первый взгляд сражающиеся напоминали обычных низших пустых. У них также, как у новорождённых пустых, форма была по большей части звериной, а размер не превышал нескольких метров. Горилла с клешнями вместо привычных для приматов кистей рук, а также двухметровый двухвостый кот выясняли между собой отношения. Вот только в отличие от тех монстров, что только встали на путь эволюции в загробном мире, их внешний вид был более гармоничным и симметричным, а сами монстры сражались на таких скоростях, что глаза Старка едва улавливали их движения. Вокруг взметались осколки красных чардрев и ошмётки попавшихся на пути сражающихся низших великих пустых. Бывший лютоволк перестал сокращать дистанцию с источником зова, коим оказался сражающийся кот. Подобный зов исходил и от гориллы, а потому за ним формировалась своя горстка пустых второй эволюционной стадии, что обещало перевести дуэль в массовое сражение стая на стаю.

Тем временем, пока Старк тщательно обдумывал ту задницу, в которую попал по вине своего любопытства, горилла сумела подловить на рывке своего оппонента и огреть того наотмашь клешнёй, заставив противника пролететь несколько десятков метров, пройдя насквозь через попавшее ему на пути дерево. От удара его маска потрескалась, а тело покрылось некоторыми ранами. В основном повреждения кота были внутренними, а потому он не сразу смог сориентироваться, когда в него полетел разрушительный луч из пасти гориллы. Красный луч серо с головой накрыл пустого, нанося кучу ожогов и вырывая из его горла крик боли.

В тот же момент от кота по методу предыдущего зова распространился приказ. Он требовал атаковать при помощи серо его противника. И ему подчинились. Пять десятков тридцатиметровых верзил принялись формировать красные сферы, развернувшись в сторону уже расслабившейся гориллы. Старк не сильно сопротивлялся и поддался общему настрою и также стал напитывать своё сильнейшее серо. Он не собирался выделяться из массы остальных пустых, поскольку тщательное внимание со стороны кота или гориллы могло привести лишь к его гибели.

Осознав, чем это всё может окончиться, горилла самостоятельно издала особый приказ уже своей группе поддержки, в результате чего его покрыло множество лучей негасиона. Сильнейшая защита второй эволюционной стадии загробных монстров полностью оградила их главаря от возможных угроз, заставляя поддержку кота совместно со Старком потратить энергию на свою атаку впустую.

Совместный залп такого количества серо на мгновение ослепил мужчину, однако, как только ему вернулась видимость, он осознал плачевность текущей ситуации. Горилла, как только попавшие в негасион выстрелы закончились, отменил собственную защиту и принялся при помощи серо быстро сокращать поголовье миньонов кота. Медленно, но верно всего за пару секунд формируемые лучи смерти прореживали ряды небольшого войска, среди которого расположился и Старк. Понимая, что больше не может участвовать в подобной стычке, он постарался под прикрытием тел своих сородичей скрыться за их спинами среди деревьев, а после отступить как можно дальше.

Видимо на то же рассчитывал и забытый всеми кот. Однако в последний момент горилла вспомнил про него и, заприметив уже исчезающие среди стволов чардрев хвосты загробного хищника, ринулся за ним в погоню. Это и спасло Старка от методичного уничтожения ему подобных в исполнении следующей стадии эволюции.

Впрочем, это не спасло мужчину от участия в массовом побоище со стороны равных ему пустых. Последним приказом гориллы было уничтожить оставшихся призванных котом верзил. В этот список входил и Старк. Он обнаружил эту досадную неурядицу, когда десятки пустых принялись обстреливать его своими серо. Мужчина совершал просто чудеса вёрткости и ловкости в своём громадном теле, чтобы не попасть ни под одну из атак. Время от времени волк отстреливался своими залпами серо, уменьшая поголовье врага. К сожалению, количество наседавших на него пустых ничуть не уменьшалось. Несмотря на собственные успехи в сокращении численности неприятеля, горилла успела серьёзно проредить ряды потенциальных союзников Старка, а потому те довольно быстро кончались под напором другой стаи. Нет ничего удивительного, что с сокращением количества потенциальных целей всё больше пустых перенаправлялось на него.

В какой-то момент Старк, воспользовавшись довольно большим чардревом, скрылся из видимости своих врагов и умудрился сблизиться с одной из преследующих его групп. В мгновение ока из спины выскочили его клинки негасиона, разрубая на части сразу шестерых громил. Владелец клинков же, не останавливаясь, подхватывал отделённые от тел части пустых и кидал их в свою раскрытую пасть. В этом бою он потратил огромное количество энергии. Ещё немного, и у него не останется сил контролировать собственное тело, а ведь лишь филигранный контроль над ним позволял выжить Старку до сих пор.

Пустой с маской волка продолжил своё шествие среди неразумных собратьев. Он рвал и метал, а также на ходу поедал многочисленных противников. Как только его окружали, он использовал вой, дабы не дать им накинуться на него и разорвать на части толпой. Но не всё проходило гладко. Время от времени он попадал под залпы вражеского серо. Лучи терзали его плоть, пусть и не делали это столь же просто, как с попадавшими под союзный огонь другими пустыми. Тем не менее он не раз лишался рук или ног, и лишь постоянная подпитка совместно с верными клинками спасали его от гибели. Маневрируя между деревьев, он расправлялся с небольшими группами, не позволяя всем противникам одновременно на него навалиться.

Сражение длилось несколько часов. Невероятно большое количество для пустых второй эволюционной стадии. Вся местность вокруг оказалась выжжена гибельными лучами монстров. Лишь остовы горящих духовным огнём чардрев говорили о том, что побоище происходило на территории леса. Огромное количество растворяющихся и становящихся частью песков пустыни тел в балахонах лежало разной степени потрёпанности. Все они были мертвы, и лишь один из монстров, чья маска волка обзавелась несколькими трещинами, отчаянно полз к ближайшему источнику пищи. От него остался только остов тела, но даже этого хватало, чтобы пустой продолжал существовать. Более того, Старк явно преодолел какие-то внутренние пределы, а потому даже в столь плачевном состоянии был способен управлять своей тушей. Вот и сейчас он вполне сознательно лакомился остатками своих врагов. Больше четырёх десятков пустых он прикончил за время одного сражения. К его сожалению, не всех он успеет поглотить, ведь большая часть из них стремительно становилась частью пустыни.

Но Старк скрупулёзно выискивал каждый кусочек противника, чтобы забросить его себе в пасть. По итогу, завершив трапезу, он оказался в громадном плюсе. Во время боя он терял в основном те фрагменты душ, что находились максимально далеко от его маски, и по итогу нескольких циклов разрушения и восстановления оболочки под натиском врага огромное их количество переместилось прямо в лицевую часть, ведь, восстанавливаясь при помощи чужой плоти, Старк проводил через себя огромное количество духовной энергии. Духовные связи между фрагментами разрушались, создавались заново и укреплялись, пока полноценно не становились частью своеобразного ядра в маске. И даже трещины на ней не сильно помешали происходящему.

Полностью восстановившись и отбежав как можно дальше от места сражения, он тщательно проанализировал произошедшее. Для начала он отметил, что у сражавшихся пустых следующей стадии эволюции была очень высокая прочность. Даже серо гориллы не смогло полностью уничтожить раненого кота, хотя по силе оно совсем не уступало тому, что при всей своей концентрации и мощи может выпустить он сам. Более того, на третьей стадии скорость передвижения и реакции пустых явно сильно вырастает по сравнению с тем, что мужчина имеет сейчас. Для Старка это были хорошие новости, ведь ему уже осточертело чувствовать себя неповоротливой горой ходячей плоти. Вторым важным фактом он отметил, что произошедшая бойня с несколькими десятками верзил благотворно сказалась на его развитии. Обычно после нескольких съеденных пустых у него появлялось небольшое чувство насыщения, препятствующее дальнейшему поглощению чужой плоти, однако постоянная потеря собственных конечностей и дикая растрата духовной энергии на попытки выживания заставили его перебороть внутренние ограничения. Большая часть поглощённых частей пустых тратилась на его восстановление, и лишь в остаточном принципе дополняли его энергетические резервы. Однако даже так постоянный прогон по своему телу огромного количества чужих духовных частиц сказался на нём крайне положительно. Что уж говорить, если его тело уже вышло на достаточное самообеспечение, чтобы он мог спокойно контролировать непослушное тело второй стадии без какого-либо напряжения.

Старк ещё несколько дней экспериментировал с обретёнными возможностями. Он стал быстрее, крепче и сильнее. Скорость формирования серо буквально удвоилась, ведь его тело теперь проводило гораздо большее количество духовной энергии за краткое время. Причина этого в том, что тело пустого всё так же постепенно адаптировалось к постоянным нагрузкам. Да, если во время бытия низшим пустым оно становилось под напором дополнительной энергии сильнее прямо на глазах, то сейчас эффект гораздо более низок. Однако его хватило, чтобы совершить качественный скачок во время напряжённого сражения против нескольких десятков оппонентов. Словно сама пустыня наградила своё дитя за проявленную доблесть.

Тем не менее, мужчина не стал слишком долго задумываться об этом. Он стал сильнее, а также воочию увидел следующую цель на своём пути. В маске скопилось уже почти три тысячи фрагментов, а всего их плавает в громадном теле больше восьми тысяч. И пусть дополнительные фрагменты, даже накрепко связанные с основной душой, работают не очень эффективно, но этого оказалось достаточно, чтобы увеличить рабочий резерв Старка почти в два раза. И это было только начало. С каждым поглощённым монстром он чувствовал, что его развитие становится всё быстрее. Чем больше фрагментов оказывается в маске, тем сильнее они тянут к себе все остальные частицы душ. Возможно, когда их станет достаточно, чтобы превысить в количестве остальные, дальнейшая эволюция его тела ускорится многократно.

С этими мыслями Старк отправился дальше в поисках новой добычи. Ведь судьба каждого монстра, что родился в песках пустыни загробного мира, есть себе подобных или быть съеденным самому.

Глава 16

С момента столкновения с пустыми третьей ступени прошла пара лет и за это время Старк отточил все свои умения после своеобразного скачка в развитии. Время от времени он перекусывал пустыми, но мужчина совершенно не акцентировал на этом своё внимание. Он просто гасил свой голод, в основном сконцентрировавшись на своеобразных тренировках. Спустя долгое время он наконец-то перестал чувствовать себя неповоротливой образиной. Несмотря на то, что Старк до сих пор оставался тридцатиметровой каланчой, его скорость передвижения и ловкость окончательно сделали в его глазах самым быстрым пустым второй эволюционной стадии. И это было не пустым бахвальством. Пусть его скорость была далека от встреченных им ранее кота и гориллы, но ни один из его «коллег» не мог даже близко сравниться с ним в движении. Впрочем, как и в прочности. Он это понял, когда попал под небольшое серо новорождённого низшего великого пустого. Он тогда решил понаблюдать со стороны за рождением нового собрата второго уровня. Это могло ему дать множество дополнительной полезной информации, ведь его нынешняя чувствительность в виде очень острого обоняния могла позволить заприметить упущенные ранее детали. Впрочем, это оказалось немного пустой тратой времени. Разве что ему стала чуть более понятна механика сотворения тридцатиметрового тела за счёт трупов низших пустых. Однако из-за излишней концентрации на наблюдении он упустил момент, когда в него выстрелили разрушительным красным лучом. В тот раз он и узнал, что теперь его тело способно выдержать слабенькое серо, а это было действительно великое достижение для кого-то вроде него. Правда, состояние тела после попадания было весьма отвратительным, но это всё же лучше, чем умереть и стать простой пищей из-за собственной невнимательности.

Помимо базового укрепления и ускорения себя за счёт духовной энергии он ещё сильнее наловчился управлять своими клинками негасиона. Обычно во время их выпуска из его спины вырывается сразу два длинных прозрачно-жёлтых лезвия, однако если сконцентрировать всё свой внимание лишь на одном из них, он сможет получить только один клинок, но в два раза длиннее обычного. Таким образом Старк смог увеличить расстояние, на котором его опаснейшее оружие ближнего боя могло обезвредить противника.

Регулярная отработка серо также помогла достичь новых успехов. Его луч стал на постоянной основе гораздо более разрушительным. Мало того, он формировался всего за полторы-две секунды. Правда теперь Старк непроизвольно столкнулся с проблемой, что если ему понадобится ослабить свою атаку, то концентрироваться придётся гораздо сильнее и дольше. Серо прежней мощи, которую он получил от рождения, он мог формировать целых четыре секунды. Из-за последнего скачка развития его духовная энергия теперь слишком сильно рвётся вперёд, напитывая главную дистанционную атаку пустых. Это слегка вдарило по экономии Старка, заставляя того чаще чувствовать голод, однако то была приемлемая цена за возрастание огневой мощи. Но даже так он до сих пор не был уверен, что мощи его серо будет достаточно, чтобы убить кого-то на стадию выше.

Сейчас же Старк решил себя испытать на, по его мнению, достойной добыче. Некоторое время назад он заприметил необычный рёв. Обычно крики пустых очень похожи на многоголосый сиплый ор, но этот по-настоящему был подобен рыку дикого зверя. Лишь спустя несколько дней, старательно выискивая источник рыка, мужчина заприметил промелькнувший сверху силуэт. Над его головой пролетел настоящий дракон с громадной дырой пустого в груди. Новая встреча с легендарной валирийской тварью заставила многократно обостриться новоявленные охотничьи инстинкты Старка. Он не знал почему, но чувствовал, что поглощение дракона поможет преодолеть ему какой-то рубеж.

Так он начал охоту на дракона.

Две недели. Он выслеживал его две недели, ведь тот никогда не стоял на месте. Он перелетал с дерева на дерево, выслеживая собственную добычу. Лишь каким-то чудом мёртвая рептилия не заметила самого Старка, ведь тот пусть и постоянно скрывал свою духовную силу, но был также отлично виден сверху, как и все остальные. Да, голая крона чардрев несколько скрывала ходящих между стволов деревьев громил, однако недостаточно хорошо. Уже несколько раз в области наблюдения Старка дракон спускался вниз и нападал на неудачливых пустых, становящихся питательной пищей зверя. Это заставляло покрыться спрятанную за чёрным балахоном спину мужчины мелкими мурашками. Стремительность рывка дракона и его жестокость заставляли его сильно опасаться этой твари. Впрочем, столь длительное наблюдение позволило определить и возможности своей добычи.

Во-первых, дракон ни разу не использовал серо. Возможно, он даже не был способен на него, но в качестве альтернативы ящер обладал кое-чем соразмерным – огненное дыхание. Тварь изрыгала огромные пласты красного огня, что горел за счёт окружающих его в воздухе духовных частиц. Из-за подобных нападений очень часто область охоты дракона становилась чем-то вроде выжженной пустоши. Впрочем, обычно летающий ящер использовал подобную атаку лишь единожды, заставляя свою добычу сосредоточиться на выживании, будучи поглощённой неистовым пламенем дракона. Затем он, заложив вираж, пикировал на занятую цель сверху, окончательно ту добивая и вцепляясь в неё своей пастью. Редкие лучи серо, когда противник успевал оклематься от огненного вала, обычно промахивались из-за чрезвычайной манёвренности в воздухе ящера. К тому же Старк заподозрил дракона в повышенной чувствительности к скоплениям духовных частиц, ведь тот сразу же начинал петлять из стороны в сторону, как только его оппонент начинал формировать красную сферу. Всё это говорило о том, что попасть в него при помощи серо будет довольно тяжело.

Во-вторых, у дракона была невероятно крепкая чешуя. Он несколько раз наблюдал, как конечности пустых буквально отскакивали от неё, не нанеся ни единой царапины. Лишь однажды полученное вскользь по касательной ранение от смертоносного луча хоть как-то сказалось на его шкуре. Мелкие чешуйки (правда мелкие лишь по сравнению с его текущими размерами, а так они были где-то с голову взрослого человека) частично оплавились и потрескались под напором разрушительного потока духовных частиц. Однако на следующий день они уже вновь сверкали в своём первозданном величии.

В-третьих, дракон даже по земле передвигался достаточно быстро. К тому же несмотря на внушительную длину где-то под двадцать пять метров, в высоту тварь была в пять раз меньше. Из-за этого, будучи полностью опущенной на свои лапы, она оставалась буквально вне досягаемости рук низшего великого пустого. Тридцатиметровым громилам, что возвышались над драконом, было очень тяжело достать противника на земле из-за слишком низкого силуэта оппонента. И дракон это отлично понимал, а потому постоянно пользовался своим преимуществом.

Все эти вещи делали дракона практически недосягаемым врагом для почти любого пустого второй стадии. Тот был словно идеальным хищником, приспособленным для охоты на таких, как Старк. Однако мужчина не волновался на счёт будущего противостояния с крылатым ящером. Ведь несмотря на то, что большая часть его арсенала блекла по сравнению с таковым у дракона, у него было одно неоспоримое преимущество. Клинки негасиона. Уникальная мутация, которая была способна пробить чешую врага и нивелировать преимущество низкого силуэта в бою против него самого. Ему оставалось лишь найти способ обойти угрозу драконьего пламени, что являлось вполне решаемой проблемой, если не стараться принимать первый удар противника на себя. Старк собирался поймать тварь во время её охоты, когда та спустится для добивания и поедания своей цели.

Составив план, бывший лютоволк без задержек принялся за его исполнение. Всё его естество заполнилось предвкушением. Ещё несколько дней он следовал по пятам за ничего не подозревающим ящером, постоянно используя свой дар обоняния, чтобы заприметить подходящую для дракона добычу раньше него самого. Так и произошло. Он заметил довольно необычного громилу раньше летуна, где-то в сотне километров от своей текущей позиции. Всё так же не теряя дракона из виду, он принялся потихоньку смещаться в сторону найденной приманки. В какой-то момент, когда он уже сократил между ними половину расстояния, сверху раздался звериный рёв. Это дракон обнаружил свою добычу. Старк не понимал, зачем тому нужно было привлекать к себе внимание цели, однако тот действовал так постоянно. Возможно, что крылатый ящер таким образом вызывал на бой свою добычу и тем самым отрабатывал собственные навыки, а возможно он делал это просто инстинктивно, привыкнув к собственному положению короля небес. Мужчину это не сильно интересовало. Главное было то, что двое находящихся рядом с ним пустых будут определённо некоторое время заняты друг другом.

Место, где расположилась приманка, было достаточно открытым. Старк ранее уже отметил, что этот пустой был необычным и никуда особо не двигался, при этом фоня своей духовной силой на всю округу. Он словно кричал: «Я здесь! Возьмите меня!». И сейчас, оценив того визуально, лютоволк начал понимать причину подобного поведения.

Стоящий на своеобразной песочной поляне пустой был огромен. Невероятно огромен. Пусть его рост не сильно отличался от такового у ранее виденных Старком верзил, в толщину он был где-то в половину своего роста. Невероятно толстые и мощные конечности, что выглядели не как голые кости, подобно другим пустым второй стадии, бугрились мощными мускулами, заставляя обтекающий тело чёрный плащ буквально стелиться по ним. В стоящей фигуре чувствовалась громадная взрывная сила, а маленькая по сравнению с остальным телом маска была лишена привычного для бездумных болванчиков длинного носа и раскрашена в красные цвета. Эта тварь явно была разумной, и даже Старк не был уверен, что она не представляет для него опасности.

Тем временем пустой отреагировал на внезапный крик со стороны летающего хищника и молча повернул в его сторону свою голову. Видя, как громадная тварь пикирует на него сверху, он даже не шелохнулся. Спустя мгновение поток алого пламени полностью накрыл неподвижную фигуру пустого, скрывая под своими всполохами весь монументальный силуэт добычи дракона. Чешуйчатый охотник тем временем принялся закладывать привычный вираж, чтобы второй раз спикировать на поражённую огнём цель и на этот раз вцепиться пастью в питательную плоть. Однако ещё до того, как дракон завершил свой разворот, пламя слегка рассеялось и показало абсолютно невредимого мускулистого пустого, чьё тело было скрыто под полупрозрачным барьером негасиона.

«Он разумен, а значит способен сознательно прикрываться при помощи этого приёма!» – сразу осознал Старк подоплеку происходящего. Кажется, простая приманка будет способна не просто отвлечь напавшего на него хищника, но и вымотать летающего оппонента. Это было удачное стечение обстоятельств для самого мужчины. Чем слабее будет оставшийся противник в конце, тем легче ему будет его добить.

А пока притаившийся Старк размышлял о перспективах, дальнейший бой разворачивался всё активнее и активнее. Дракон совершил ещё несколько дистанционных налётов при помощи своего дыхания, однако осознав, что он впустую тратит свою энергию, решил в последний раз под прикрытием огня спуститься вниз и завершить бой при помощи острых зубов и когтей. Вновь красный огонь накрыл с головой так и не сдвинувшегося с места пустого, а сам дракон поторопился спуститься вниз, терпя языки собственного пламени, и попытался вцепиться своей пастью прямо в маску неожиданно хорошо защищённого оппонента. Ему это почти удалось, но внезапно ему навстречу вылетел крупный белоснежный кулак. Голову ящера мотнуло в сторону с огромной силой, заставляя того слегка растеряться, а тем временем ранее лишь молча наблюдающий за потугами дракона пустой принялся наносить удар за ударом по снизошедшему с небес хищнику. Каждый удар мускулистого верзилы содержал в себе прорву духовной энергии, которую тот направлял целенаправленными выбросами при помощи своих кулаков. Враждебные духовные частицы буквально проходили сквозь казавшейся непроницаемой чешую дракона и причиняли тому невероятную боль. Ящер кусался и царапался, дышал в упор огнём, но всё равно получал слишком много урона. Пусть его противник также оказался серьёзно ранен и подпален, ведь вблизи не мог скрыться под непроницаемым барьером, однако за счёт своих размеров и живучести он спокойно выдерживал встречные атаки дракона. Идеальный хищник, коим себя возомнил летающий зверь, практически пал под натиском своей добычи. Вскоре он должен был проиграть, чтобы окончательно стать едой для противника. Однако оба пустых были слишком поглощены битвой.

В воздухе мелькнуло два прозрачных жёлтых лезвия. В одно мгновение голова дракона была отсечена от тела, а маска почти раздавившего его врага оказалась поделена на две равные части. Обе твари так и не заметили, как к ним подошёл ещё один пустой с волчьей маской на лице и, воспользовавшись их занятостью, гарантированно уничтожил их при помощи своих клинков негасиона. Старк идеально воспользовался возникшей ситуацией и теперь мог пировать на месте чужого боя.

Глава 17

Перекусив обычным пустым, Старк принялся за свой главный деликатес – дракона. Это должен был быть самый многообещающий приём пищи, если только чувства мужчины его не обманывали. За время слежки за летающим монстром он отметил, что душа дракона ощущается совершенно иначе. Если обычные великаны вблизи им чувствуются, как хаотичные скопления множества фрагментов душ, лишь часть из которых структурирована в маске, то мифический зверь был заполнен чем-то другим, тщательно обволакивающим слишком мелкую и слабую для подобной твари душу.

Немного потеоретизировав, Старк предположил, что так ощущается нечто вроде родословной, присущей для души. Ну а поскольку драконы были по-настоящему легендарным тварями, то она у них достаточно мощная, чтобы подавить за счёт одних инстинктов содержащую её душу. Впрочем, это было лишь предположение не самого сведущего в биологии пустых старого воина и полководца. Потому он слишком долго не заморачивался рассуждениями и поторопился опробовать добычу на вкус, пока та не рассыпалась песком на его глазах.

Ощущения от поглощения дракона были иными и… освежающими. Духовные частицы ящера буквально признавали своё поражение при контакте с его духовной энергией и, перевариваясь, качественно насыщали существующие связи с фрагментами душ вне маски. Более того, Старк неожиданно для себя отметил, что частицы сущего внутри самой маски стали работать немного эффективнее, словно бы вливаемая в него чужеродная энергия качественно оптимизировала их выработку. В итоге по окончанию трапезы мужчина увеличил свой резерв где-то на четверть, притом количество фрагментов в тушке практически не изменилось.

Эти двое пустых стали финальным штрихом для перехода Старком подготовительного рубежа второй эволюционной стадии. Фрагментов в маске стало больше, чем в теле, да и их работоспособность повысилась достаточно, чтобы дать массивный духовный толчок для дальнейшего развития. Старк сразу же почувствовал, как духовная сила внутри него забурлила, а сам он вновь почувствовал голод.

Он не долго колебался, прежде чем заново двинуться на последующую охоту. На протяжение недели он выискивал себе еду и по итогу смог поглотить целых двух сытных сородичей. После того, как его внутренняя пустота перестала столь явно требовать насыщения, он наконец-то сосредоточился на своих изменениях. В особенности для него удивительно было обнаружить появившееся из ниоткуда знание.

Подобно умению выпускать серо оно появилось внезапно. Словно он всегда это знал, но только сейчас обратил на данный факт внимание. Знание содержало в себе две вещи. Первая касалась наименования его текущего вида и стадии, а также разветвлённой иерархии пустых вплоть до различных лордов. Знание иерархии не несло в себе никакой особой смысловой нагрузки, вроде особенностей или способов перехода на следующую стадию эволюции. Нет, оно банально вкладывало в голову информацию о существующих разновидностях пустых, и эти данные были достаточно любопытны для мужчины.

Самый стандартный путь эволюции, по которому проходил сам Старк, это был путь вастерлорда. Он начинается, как и все остальные пути, с новорождённого низшего пустого. Тот постепенно питается и растёт, проходя через различные малые стадии собственного существования, и, достигнув предела, эволюционирует в Меноса Гранде (Великого Пустого). Вторая эволюционная стадия, на которой находится сейчас Старк, называется гиллианом (низшим великим пустым) и является не более чем легкодоступной пищей для пустого более высокого уровня. Следом за ним идёт адьюкас (средний великий пустой), с которыми мужчина уже успел встретиться дважды на своём пути: когда он был ещё низшим пустым рядом с ним прошёл белоснежный лис, и когда он поучаствовал в заварушке гориллы и кота, закончившейся его сражением с почти пятью десятками гиллианами.

Последним уровнем Меноса Гарнде является вастерлорд (высший великий пустой), о котором ранее Старк даже не имел какой-либо информации. Но уже данные о том, что он до сих пор не был даже близок к вершине сил загробного мира, были невероятно полезны. Когда он станет адьюкасом, он обязательно попробует разузнать о дальнейшем пути как можно больше. Тем более после трапезы драконом он уже примерно понимает, в чём будет заключаться развитие третьей стадии. До того, как он попробовал душу дракона, он даже не подозревал, что фрагменты в его маске работали неэффективно. Скорее всего во время бытия адьюкасом он будет настраивать выработку заработанных фрагментов на второй стадии, а потому перед ним стояла новая задача набрать тех как можно больше. С учётом же, что с перевесом количества частиц в маске над частицами в теле последние постепенно укрепляют свои связи с первыми и по чуть-чуть притягиваются к ним, у него было ограничено время на увеличение запасов.

Следующие данные об иерархии, если верить встроенному знанию, становятся доступны далеко не каждому пустому. Только те, кто полностью себя осознал на пути второй стадии, могут получить их. Это информация о двух других альтернативных ветках развития низших пустых. Каждая ветвь, подобно Меносу Гранде, делится на свои три стадии, но содержит в себе совершенно иную концепцию развития пустого. Первая, если правильно понял Старк, позволяет развиваться посредством врождённой силы воли. Чем сильнее воля человека была при жизни, тем больше шансов у него занять высокую позицию в иерархии пустых. Он это отлично ощутил на собственной шкуре, когда ему постоянно приходилось бороться за здравый рассудок в собственном теле.

Вторая ветвь достигалась посредством стороннего вмешательства, вроде врождённой родословной. Хорошим примером был недавно убитый дракон. Путь Мифических пустых также требует огромной силы воли, но лишь для того, чтобы не дать себя поглотить инстинктам мифической твари, в которую ты постепенно перевоплощаешься. Вторая ветвь развития делится на стадии: мифиан (низший мифический пустой), мифомедио (средний мифический пустой) и мифолорд (высший мифический пустой). В целом путь очень похож на обычный, но всё же имеет собственные нюансы в виде родословной.

Последняя ветвь развития отличается от остальных тем, что на неё изначально не может встать душа, что не обладала какими-либо выдающимися качествами ещё при жизни. Часто такие полностью сохраняют свои воспоминания, но и ещё остаются на долгое время в памяти живых разумных как величайшие представители своего вида, чьими руками создавалась история. Это величайшие герои, о которых слагают легенды на протяжение тысяч лет, или же жуткие злодеи, чьими именами пугают маленьких детей. Факт в том, что сам мир запоминает таких людей и отмечает, как совершивших великое деяние на благо этого самого мира (что отнюдь не значит благо для его обитателей). В таком случае мир живых, из которого пришла душа, когда низший пустой достигает предела и становится готов пройти дальше в эволюции, связывается с миром вечных песков и передаёт памятной личности часть своей энергии. Это самый гладкий путь продвижения среди пустых, однако в дальнейшем у них появляются проблемы с усвоением последнего подарка от прежнего места жительства (вплоть до взрыва). Делятся они на геринфериора (низший героический пустой), герикаса (средний героический пустой) и геролорда (высший героический пустой).

Пробежавшись по своей памяти, Старк предположил, что героические пустые ещё более редкие создания, чем мифические. Если последних он хоть и всего пару раз, но встречал, то о первых даже не догадывался. Данные о способах становления на ту или иную ветвь развития ему при этом не сильно то и нужны были, а как правильно перейти дальше на своей ему не сообщили. Поэтому он долго не стал мусолить вложенные в голову знания об иерархии и обратился ко второй вещи, о которой он даже мечтать не смел.

Вторым он получил не простое знание, а настоящее умение. Умение создавать пространственные проходы между мирами, включая возможный переход в мир живых. Стоит ли говорить, что уже погасшая жажда мести в сердце Старка загорелась с новой силой? Сейчас, обладая недоступной для простых смертных силой, он очень сильно возжелал вернуться назад и пройтись по землям проклятых Ланнистеров.

А у пустых желания и действия редко расходятся друг с другом. Буквально через несколько секунд духовная энергия повиновалась искреннему посылу Старка и выплеснулась наружу, разрывая ткань окружающего пространства. Перед глазами мужчины разверзлась настоящая дыра, что может привести его на земли Вестероса.

***

Со времён войны Пяти Королей, а также битвы живых против мёртвых прошло огромное количество времени. Многие люди погибли под давлением армии восставших мертвецов, прорвавшейся из-за Стены. В конце концов Семь королевств отринули распри, совместно приняли бой и победили, пусть и большой ценой. Половина Вестероса до сих пор опустошена и пронизана вечными холодами – прощальным подарочком Короля Ночи. Правда для ныне живущих то была не более, чем простая история. Не осталось никого из живых очевидцев произошедшего. Даже те, кто родились во времена великой смуты уже были захоронены в земле. Имена древних домов, исчезнувших в то время с концами, стали постепенно забываться. Никто даже не мог подозревать, что из мира мёртвых к ним в гости придёт один из представителей вымершего рода. Никто, кроме тайных стражей мира живых, что испокон веков защищали места обитания физического мира от вторжения из мира пустых.

Вот и сейчас один из них, патрулировав окрестности Вестероса, почувствовал колебания пространства неподалёку от себя. Там, прямо в небе, стала открываться гигантская гарганта несмотря на то, что в том месте граница между мирами не была истощена. Кто-то довольно крупный принял решение посетить мир живых в поисках халявных душ, и верный страж не мог пройти мимо.

Невидимый для окружающих его людей висящий в небе человек поправил на своём поясе клинок из духовной стали и с силой оттолкнулся от воздуха в сторону пространственного прокола. Он не собирался упускать нарушителя, даже если придётся использовать все возможные силы.

Глава 18

Проходя сквозь медленно открывающуюся дыру в пространстве под его размер, Старк нетерпеливо испустил громогласный рёв, распугав довольно большое количество живности рядом с проходом. Ему на мгновение даже стало немного стыдно, что он не смог удержать под контролем свои инстинкты. Впрочем, выйдя наконец в мир живых, он наконец-то вынырнул из своих мыслей и замер в восхищении.

Яркое солнце и чистое голубое небо. Зелёная трава и живые деревья. Как давно он этого не видел! Как он скучал по подобным пейзажам. Сейчас, находясь в форме гиллиана, он впервые за долгое время познал умиротворение. Он задрал голову вверх и принялся просто наблюдать за медленно плывущими по небу белоснежными облаками. Просто чтобы вновь взглянуть на ранее нечто столь обыденное, он теперь был готов пойти на многое. Впрочем, сейчас он откинул всякие размышления и просто наслаждался.

Но его идиллия, к сожалению, долго не продлилась. В какой-то момент его внутренняя пустота заставила прийти в себя. Он вновь почувствовал голод. Переход через гарганту имел свою цену. Во-первых, большое количество сил ушло на разрыв пространства в мире песков. Во-вторых, ему пришлось некоторое время создавать под ногами дорогу из духовных частиц, идя через настоящую пустоту. И пусть знание как это делать у него также появилось внезапно и сработало инстинктивно, то место всё равно потратило у него кучу нервов и сил. В конце, чувствуя приближение нужной точки пространства, ему опять пришлось выплеснуть большой объём своего резерва для нового прокола, но уже в мир живых. Затраты были подобны десятку серо, если не больше. Естественно, что Старк был голоден.

Привычно положившись на свои чувства, мужчина оказался слегка ошеломлён. Для начала он отметил, что духовный фон в мире живых был слишком мал, из-за чего его привычная маскировка здесь не работала. Правда он сомневался, что она вообще здесь нужна, но факт оставался фактом. Но самое главное был в том, что его чувство окружающих душ серьёзно обострилось в мире живых. Он почувствовал огромное скопление чистых, полноценных душ буквально в паре десятков километров от себя. Повернув свою голову в нужную сторону, возвышающуюся над окружающими деревьями, он сумел разглядеть вдалеке небольшое человеческое поселение. Во рту пустого впервые скопилась слюна, а его инстинкты взбесились и потребовали немедленно устроить пиршество. Некоторое время поборовшись с собой, Старк всё же задавил их при помощи собственной воли. Он пришёл за местью Ланнистерам, а не за душами невинных людей. Пусть он осознал, что поедание живого и полноценного человека наверняка принесёт ему большую пользу, но переступить через свои старые принципы он не мог. Он не животное. Он Старк.

С трудом отвернувшись от столь желанной добычи он пошагал в противоположную сторону. Окружающую местность он так и не узнал, но, если пройтись по округе, возможно что-нибудь знакомое и попадётся ему на глаза. Потому Старк принялся вышагивать сквозь казавшийся бесконечным лес. Но даже этот лес, замерший в напряжении от одного его присутствия, был просто невероятно приятен всему существу мужчины, ведь само наличие на его деревьях зелёных листьев согревало душу гигантскому пустому.

Некоторое время Старк продолжал идти, пока внезапно на него не напали. Он не успел понять, что это было, просто инстинктивно прикрылся задней стороной левой кисти руки, привычно укрепив её при помощи дополнительной накачки энергией. Раздался звук тяжёлого столкновения снаряда с трудно пробиваемой поверхностью конечности пустого, после чего размытый человеческий силуэт отскочил от гиллиана немного назад и завис в воздухе прямо напротив головы Старка.

– Чёрт, почему ты такой прочный и быстрый? Раньше такие как ты не были столь сильны, – произнёс напавший на Старка мужчина валирийской внешности. Оглядев его внимательнее, гиллиан вынужден должен признать, что тот был очень сильно похож на знаменитых Таргариенов, которых он сверг ещё при жизни из-за похищения его сестры. К тому же меч в руках, очень похожий на валирийский, а также язык ныне сгинувшего фригольда говорили о полуголом мужчине перед ним больше всяких слов. Притом по какой-то причине он отлично понимал речь этого мужчины. А ведь он совершенно не учился валирийскому языку. Это невольно натолкнуло его мысли на особенности духовного общения. Однако отринув эти мысли в сторону, Старк сконцентрировался на самом удивительном в этой встрече: своих инстинктах. Стоило почувствовать чужое духовное присутствие, как они взбесились и выдали однозначный вердикт – это враг. Не добыча, не вкусная цель, хотя вкусовые качества явно ожидаются превосходными, а именно природный враг. От этого пустой впервые по-настоящему растерялся. У его вида оказывается есть естественные противники.

– Почему ты не начинаешь пускать серо? Чёрт, мне долго ждать, чтобы тебя подловить? Впрочем, ладно, – чем-то раздражённый валириец пожал плечами и, засунув меч в ножны, принялся концентрировать свою духовную силу в теле. – Вторая стадия!

Духовное присутствие человека внезапно возросло в разы, а его внешность сильно изменилась. Он буквально увеличился в размерах в несколько раз, покрывшись чёрной чешуёй и обзаведясь мощной зубастой пастью, острыми когтями и длинным хвостом. Останься у Старка в текущей форме брови, они бы на лоб полезли от подобного преобразования. Но он максимально напрягся, ведь подобная форма была очень сильно похожа на недавно съеденного дракона.

«Носитель родословной, не потерявший разум?» – вопросительно билась в голове пустого эта мысль. Правда долго обдумывать ему её не дали. Противник, а валириец явно был его врагом и не собирался как-либо с ним разговаривать, в одно мгновение сорвался с места и нанёс удар своими когтями прямо по гигантской маске.

В округе раздался жуткий крик.

Никогда ещё Старку не было ТАК больно. Он почувствовал, что ударь этот потомок драконов чуть сильнее, то окончательно расстался бы со своей загробной жизнью. А он не мог себе этого допустить. Потому он инстинктивно отдался бою, воспользовавшись своей самой главной силой в текущей форме. И, к сожалению для противника, это оказалось не серо.

Две жёлтые вспышки рассекли небо в погоне за юрким силуэтом валирийца. Тот лишь в последний момент уклонился в сторону, правда всё же лишившись кусочка собственного хвоста. Крик боли сорвался с уст человека, когда до него дошли сигналы от лишившейся своей длины дополнительной конечности. Он в шоке разорвал дистанцию, чтобы внимательно осмотреть неожиданно крепкого и больно бьющего пустого. Он не смог рассмотреть, что именно его атаковало, а каких-либо изменений во внешнем виде охотник на пустых так и не заметил. Тем временем гиллиан, воспользовавшись разрывом дистанции, быстренько принялся формировать красную сферу во рту. Опомнившийся человек, осознав свою ошибку, поторопился вновь сократить расстояние между ними и уйти немного в сторону, но новая жёлтая вспышка едва не окоротила его на голову, снова заставив испугаться потомка драконов.

«В первой стадии не пробил шкуру, а во второй не могу просто подобраться! Это же простой гиллиан. Почему!!» – кричал у себя в уме валириец.

А серо тем временем оказалось спущено в цель. Огромный поток красной разрушительной энергии с головой накрыл открывшегося человека и принёс тому невероятную боль. Тот выплеснул из себя как можно больше духовной силы, чтобы защититься от входящего урона, однако его духовные частицы не были столь агрессивны, чтобы спокойно противостоять атаке гиллиана. После окончания враждебного серо человек завис в воздухе полностью обессиленный и с большим количеством ожогов по всему телу.

Старк, воспользовавшись ситуацией, шустро подскочил к нему и, протянув свою руку, схватил опасную малявку. Сейчас, под давлением страха и инстинктов, а также осознания, что перед ним не живой человек, он действовал по подсказкам его внутренней пустоты. Именно потому он вскоре поднёс пойманную добычу к своему рту.

– Нет! Ты не можешь! Ты знаешь, кто я?! – кричал человек, ударяя по костлявой руке гиллиана, держащей его, при помощи напитанных духовной силой кулаков. Рука трескалась от напряжения, но не поддавалась напору охотника, а потому вскоре его шея оказалась между зубастыми челюстями маски пустого.

*КЛАЦ*

Пасть сомкнулась, оторвав сопротивлявшемуся неизбежному человеку голову. Вскоре, вслед за ней, и вся остальная его туша полетела в желудок пустого. Сам Старк на время впал в прострацию от внутренних ощущений.

Потёкшая в него сторонняя духовная сила абсолютно не усваивалась. Она проходила по его телу, слегка напрягала сформированные духовные связи и безвредно выплескивалась наружу. К тому же подобное будет происходить явно большое количество времени, пока полностью не израсходуется поглощённый ресурс в виде туши мертвеца, а её расход был весьма экономным. Но смысл в поедании подобных ему до сих пор ускользал от Старка.

Однако через несколько минут полноценного наблюдения за изменениями в организме мужчина осознал, что под воздействием сторонней энергии его собственная энергетика буквально становится гораздо активнее. Отток сил явно увеличился, к тому же по большей части направился на укрепление разрушающиеся под чужеродным воздействием духовные связи между фрагментами душ. Поняв, что это ему грозит ещё большим голодом, мужчина срочно принялся выплескивать наружу свою духовную силу для формирования нового прохода обратно в мир песков. Он нуждался в большом количестве пище. К тому же кто знает, сколько всего бродит по миру живых защитников, подобных недавно съеденному валирийцу. На некоторое время у Старка отбило желание посещать мир живых.

Правда, в последний раз с грустью оглядев окружающий пейзаж, мужчина пообещал себе обязательно сюда вернуться. В конце концов он действительно сильно соскучился по этим видам. Да и Ланнистеры ещё остались целы.

Вскоре тело в длинном балахоне скрылось в раскрытой чёрной дыре в пространстве, окончательно покинув мир живых. Старк так и не узнал, насколько близок он был к своей смерти.

***

Мужчина с чёрными волосами, золотой радужкой и валирийскими чертами внешности висел в небе, позволяя окружающим его воздушным потокам заставлять трепетать одетую им одежду свободного покроя. У него не было с собой оружия, но охотнику его класса оно и не нужно. Подобные вещи требуются лишь новичкам, либо тем, кто только недавно научился переходить на Вторую стадию боевой формы. Он же уже давно освоил Третью и вплотную подошёл к Четвёртой.

Сейчас же охотник осматривал предполагаемое место боя между пустым и его бывшим учеником. Бывшим, потому что явно съеденным. Разрыв духовной связи между ними слегка ударил по внутреннему миру мужчины, заставив того получить небольшие травмы и остановив его в развитии на ближайшие пару десятков лет. Это было неприятное происшествие, которое он решил расследовать лично. К сожалению, судя по эманациям окружающего пространства, пустой сразу же покинул мир живых. Но вкус духовной силы этого монстра он обязательно запомнил, чтобы в будущем отомстить за сородича.

В конце концов среди плюсов валирийцы отнюдь не занимали доминирующее положение, и каждая такая потеря может привести к неприятным последствиям для них.

Развернувшись от выжженной при помощи серо части леса, мужчина шагнул вперёд и буквально исчез со своего места. У него ещё были дела. А ожиданием возвращения пустого займутся его подчинённые. В конце концов они всегда возвращаются. Такова их суть. Такова суть монстров.

Глава 19

Почти год Старк выискивал подходящую добычу. Он искал, находил, убивал, пожирал и начинал по новой. Пустой за пустым, гиллиан за гиллианом насыщали его желудок, стараясь заглушить подкрадывающийся под воздействием духовной энергии съеденного валирийца голод. В какой-то момент его рассудок слегка помутился. Иной причины Старк не находил, по которой он вновь откликнулся на сторонний зов.

В прошлый раз он таким образом пришёл на битву адьюкасов и чуть не расстался с собственной жизнью под напором почти полусотни гиллианов. Чего ожидать сейчас – он не представлял. Очнулся мужчина лишь тогда, когда подошёл практически в плотную к источнику зова. Прислушавшись к окружению, он осознал отличия этой ситуации от предыдущей. В прошлый раз в зове было ясно различимо, что призывал прийти некто стоявший на ступеньку выше. Сейчас же это был кто-то равный. И теперь разгоревшееся любопытство старого волка подгоняло его идти вперёд, пока он не вышел на широкую поляну. Его глазам предстал лишь ровный песок на широкой равнине. Только песок и больше ничего. И Старк не сразу понял, что, когда он подошёл вплотную к этому месту, зов прекратился.

«Это явная ловушка,» - осознал мужчина. Но было уже поздно. Гигантские щупальца из белёсой псевдоплоти взметнулись вверх из-под толщи песка. Отростки затаившегося пустого мгновенно устремились оплести ответившего на зов гиллиана. У любого другого пустого второй стадии шансов выбраться практически не было, но волк был уже матёрым монстром загробного мира, а потому не растерялся и мгновенно вызвал своим рёвом круговую ударную волну. Щупальца отскочили от агрессивной духовной энергии волка, что несла в себе серьёзную кинетическую силу. Вслед за криком на отростки гигантского кальмара накинулись две вспышки, сократив их количество вполовину. Осталось только два толстых и длинных щупальца, а также три коротких и более ловких.

Однако тварь не собиралась позволять себя кромсать безнаказанно. В мгновение ока из-под песка наружу вырвалась широко раскрытая пасть краснокожего кальмара. Из-под её обширной белой маски злобно поблескивали маленькие глазки, чувствующие удовлетворение от установленной ловушки. Ведь внутри пасти монстра уже была сформирована красная сфера серо. Лишь в последний момент Старк успел выпустить встречную волну разрушения к атаке противника. Однако из-за поспешности она была сильно ослаблена, а потому его тело получило огромный урон.

Первый размен привёл к обоюдным ранениям. Волк полностью обгорел и лишился внешнего защитного покрова. Следующая атака серо для него наверняка станет последней. Кальмар же словно и не чувствовал каких-либо потерь. Его щупальца регенерировали буквально на глазах, обещая в ближайшие минуты полностью восстановиться. И этого Старк позволить не мог.

Старый волк осознал, что не успеет вновь спрятаться под сенью чардрев. Банально не успеет уйти. Несмотря на свой размер, противник оказался на диво проворным. Он шустро перекатывался по пустыне, поднимая короткими щупальцами окружающий песок, создавая тем самым слепящую завесу. Его пара длинных охотничьих конечностей постоянно пытались схватить и сдавить насмерть свою добычу, останавливаясь только из-за мельтешащих клинков негасиона. А постоянные новые волны серо заставляли гиллиана отвлекаться на них своими собственными энергетическими атаками. Раз за разом волку приходилось формировать атаку в ответ на чужое нападение. Раз за разом он выпускал в несущуюся к нему волну разрушения свою собственную в поисках спасения. Сражение превратилось в битву на выносливость.

Битву, которую он проигрывал. И в этом не было ничего удивительного. Щупальца врага были слишком велики и сильны. И махать ими было гораздо легче и менее энергозатратно, чем его клинками из чистой энергии пространства. Однако сделать с этим Старк ничего не мог. Враг оказался слишком силён и опытен.

Так и танцевали двое пустых по пустынной поляне, находясь в некотором равновесии. На протяжение десяти минут всё вело к неминуемой гибели глупого гиллиана, пришедшего на зов хитрого кальмара. Вело, пока к тому не пришла помощь.

Маленький низший пустой, не замеченный в тяжёлой схватке обоими оппонентами, скрытно ступил на поле боя. Это бы маленький волчонок с длинным хвостом, оканчивающимся на своём конце своеобразным жалом.

Он тщательно скрывал свою энергию и очень шустро передвигался между атаками увлёкшихся пустых более высокого уровня. Он спокойно выносил на себе чужое давление, хотя его оболочка давно чуть ли не трескалась от обилия враждебных более плотных духовных частиц в воздухе. Волчонок постепенно приближался к основной туше кальмара со спины, пока не оказался рядом и не вонзил ему в спину собственное жало. Подобно игле хвост низшего пустого спокойно проник под кожу цели, совершив воистину невероятную вещь. Более того, огромный поток ядовитой и смертоносной реацу буквально ворвался в духовный мир противника и сумел на него серьёзно повлиять, пусть и всего лишь на несколько мгновений. Однако этого было достаточно.

Старк заметил произошедшее. Он всегда был чувствителен к чужим душам. А потому тогда, когда маленький низший пустой перестал скрывать себя и атаковал его противника, он не растерялся. Он напитал своё серо сильнее, чем прежде, а сам ринулся чуть ли не в рукопашный бой. Влив дополнительную порцию духовных частиц в свои клинки, он вблизи воспользовался заминкой кальмара и отрубил тому его сильнейшие щупальца чуть ли не у основания. Серо же волк выпустил в маску противника прямо в упор.

Так и окончил свою жизнь тот, кто почти сумел сожрать Старка. Но в это мире почти не считается.

Конечно, невредимым из этого противостояния гиллиан не ушёл. Под конец оставшиеся три щупальца успели оторвать от него пару рук и ногу и теперь он представлял из себя подобие инвалида. Конечности, конечно, восстановятся со временем, но сейчас Старка интересовали не они, а его маленький помощник.

Маленький волчонок успел в последний момент отскочить в сторону от его противника, оставив часть своего хвоста внутри врага и не попав под серо Старка. Тем не мене он не стремился убегать прочь, а просто остановился и принялся пристально рассматривать оставшегося в живых пустого второй стадии.

На Старка смотрели два полных одиночества и скрытой надежды глаза. Два серо-стальных глаза.

Старый волк застыл в шоке. Ему словно ударили под дых. Он никогда не забудет этих глаз. Глаз, что часто видел у себя в зеркале. Глаз, которые ещё при жизни перенял лишь один из его отпрысков.

Он не мог не узнать свою маленькую дочь.

Перед ним стояла перерождённая Арья. Арья Старк, что почему-то до сих пор не перешла на вторую стадию развития, а потому и поныне находилась в столь знакомой ему форме лютоволка.

Арья, что явно узнала его и помогла в безнадёжной битве. Она рискнула собственной шкурой в попытке вмешательства в битву, что была явно на порядок выше её уровня.

Это была его дочь. Его Арья, что была столь слаба и отчаянно нуждалась в его защите и опеке. Она ведь всего лишь низший пустой, который мог погибнуть от одного духовного давления его противника. И он бы ничего не смог по этому поводу сделать. А потому, движимый своей пустотой и инстинктами, он неосознанно совершил чудо. Он воззвал к пустыне, чтобы начать процесс эволюции маленького волчонка.

И пустыня ответила.

Сильный духовный ветер поднялся на просторной равнине, поднимая огромное количество песка в воздух. Постепенно набирающий силы водоворот образовывался с маленькой волчьей фигуркой в центре. Глаза низшего пустого широко распахнулись. Арья чувствовала, что происходит. Она давно достигла предела текущей формы, но не рисковала из-за своих габаритов и малой силы перейти на следующую стадию. Но теперь большой пустой, что чувствовался на инстинктивном уровне как сородич, даровал ей такую возможность.

Части тела кальмара, а также оторванные конечности Старка постепенно превращались в питательную массу и стекались тоненькими ручейками в сторону пустой волчицы. Они омывали её и впитывались в глубины тела монстра. Однако массы становилось всё больше и больше, пока та полностью не затопила и не погребла под собой кандидата на эволюцию.

Арья боролась, яростно боролась за своё существование, свой разум и своё право на становление кем-то большим. Остаточная энергия кальмара несла в себе родословную и активно давила на неё, стремясь стереть в ничто позарившуюся на его силу ничтожную тварь. И будь это обычный пустой, стремящийся к эволюции, шансов у волчицы не было бы.

Однако у этой волчицы был большой старый волк в помощниках. Волк, пожертвовавший части своего тела и фрагменты душ, что ещё не были прикреплены к маске. И именно эти фрагменты первыми пошли на добровольное слияние с Арьей, придав той силы побороть и избавиться от агрессивной части энергии кальмара. В конце концов она не шла по пути родословной. Нет, её путь был такой же, как и у её отца – путь воли.

Она постепенно проходила эволюцию, и Старк оторопело наблюдал за медленно формирующимся силуэтом гиллиана. Он игнорировал всё вокруг себя: свой голод, отросшие конечности, окружающий шум и потерянный питательный бульон с кальмара. Самое главное в том, что скоро подле него будет стоять его родная дочь. И на этот раз он сдохнет, но не позволит ей погибнуть.

А бесформенная масса наконец-то окончательно вытянулась в изящный силуэт двадцати пяти метров в высоту, что было немного меньше, чем у отца. В центре тела образовалась привычная дыра пустого, а на голове появилась белоснежная маска волка, так похожая на маску Старка. Позади же из-под сформированного чёрного балахона выглянул длинный хвост с тонким жалом на конце.

Старый волк невольно вспомнил, что его бастард Джон подарил Арье напоследок длинный тонкий меч, с которым та потом не расставалась. Она назвала его иглой. И судя по всему, она унесла его с собой в могилу и сделала частью своего тела. Прямо как он со своими спинными клинками.

Но вот наконец окружающий духовный фон успокоился, а песок опал вниз, открывая взору новорождённого гиллиана. Арья Старк очнулась и известила весь мир о своём рождении громким рёвом. Она была возвышена. Она была полна сил. И она была голодна.

И старый волк вновь почувствовал себя заботливым отцом. Он немедленно втянул своим носом окружающие духовные частицы, чтобы найти следующую добычу. Его становление адьюкасом было не за горами, но перед этим он должен был накормить свою дочь, дабы та могла вполне сознательно контролировать неповоротливое тело гиллиана. Он не понаслышке знал о том дискомфорте, что преследует тебя сразу после перехода на вторую стадию эволюции.

Глава 20

Шли десятилетия, а счастливый Старк проводил время со своей новообретённой дочерью. Его перестала донимать собственная дыра пустого, и та даже немного уменьшилась в размере. Вечное одиночество, поселившееся где-то внутри, отошло в сторону. А сформированная во время эволюции волчицы духовная связь радовала направленными на него немногими положительными чувствами. Впервые за долгое время старый волк почувствовал, что всё было не зря. Впервые он по-настоящему обрёл свою стаю. Весь этот набор силы, постоянное выживание и борьба с голодом были не напрасны. Теперь он мог обучить свою дочь всему, что знал. Да, речевой аппарат гиллианов явно был не особо рабочим, но некоторых образов, отправленных по духовной связи, явно было достаточно, чтобы обучить его дочь всему, что он знал сам.

А Арья оказалась старательной ученицей. Она впитывала новую информацию как губка. Чем больше добычи она поглощала, тем быстрее шло её обучение. Скрытность и так у неё была на высоте, но использование обоняния для поиска добычи, напитка тела, ускорение формирования связей в маске и скоростное серо очень скоро стали также частью её арсенала. Она кропотливо оттачивала свои навыки в каждом бою и не переставала гнаться за силой. Точно также снедаемая долгим одиночеством, вновь обретя свою семью она не собиралась её опять терять. Только сила, дарованная загробным миром, могла даровать защиту её стае. И девушка постепенно становилась одним из самых сильных гиллианов на памяти Старка. Более того, ей в отличие от него был доступен защитный негасион. Ведь её жало оставалось физической частью её тела на второй стадии, в отличие от наспинных клинков отца. Это даровало их дуэту множество новых методов охоты. Всё чаще и чаще пара гиллианов стала охотиться на целые стаи своих сородичей. Конечно, с повышенной активностью они чаще стали встречать адьюкасов, но увеличенная чувствительность реацу и превосходные навыки скрытности позволяли им своевременно свалить, чтобы не попасть под горячую руку третьей стадии эволюции.

Но время текло, и вот Старк вплотную подошёл к своему пределу как гиллиан. В его маске скопилось почти двадцать тысяч духовных фрагментов. И все они были спаяны в единую стройную цепь, что из-за своей эффективности буквально затапливала его тело огромным потоком духовных частиц. Дошло до того, что он был вынужден постоянно стравливать наружу большую их часть, чтобы его не разорвало. Таким образом он долгое время оттягивал свою эволюцию. Но больше он это делать не мог. Да и не хотел.

Раньше он чувствовал, что процесс эволюции займёт большое количество времени. И пока его не было, его дочь могла попасть в беду, а этого себе позволить Старк не мог. Однако Арья больше не была новорождённым гиллианом. Она ничем не уступала ему самому, а потому старый волк перестал сдерживаться.

Он ещё раз посмотрел на такие знакомые, и такие родные глаза своей дочери. Серо-стальной отблеск из-под маски был буквально точной копией его взгляда. Взгляда, внутри которого таилось понимание и толика беспокойства. Всё, что мог сделать Старк для успокоения Арьи, так это отправить по из духовному каналу эмоции спокойствия и уверенности. Он пройдёт эволюцию без каких-либо проблем.

Двадцать тысяч стройных фрагментов душ в маске не дадут соврать. Как и пустое на фрагменты остальное тело.

Оба гиллиана медленно перебрались к одному из крупнейших чардрев в этой местности. Километровый гигант оплетал корнями огромную зону, тем самым создавая полноценные древесные пещеры, в которых мог укрыться не только простой низший пустой, но и кто-то вроде них.

Так было найдено тайное логово для эволюции. Старк неторопливо прошествовал под переплетением тёмно-бордовых толстых корней, активно изучая окружающую обстановку. Он не хотел внезапно быть застигнутым врасплох каким-то адьюкасом или того хуже. К счастью, всё обошлось. В округе было всего несколько гиллианов и кучка низших пустых. Самое то для укромного места.

Старк напоследок ещё раз взглянул на свою дочь, ободряюще кивнул ей и закрыл глаза. Арья вышла наружу, а он полностью сосредоточился на собственном внутреннем мире. Особенно на своей маске. Она чуть-ли не светилась от обилия фрагментов душ, связанных между собой прочными духовным канатами. И в центре всего этого переплетения активно мерным светом сияла его родная душа. Его сосредоточие. В его восприятии они все напоминали ему чем-то звёздное небо: огромное количество звёзд и луна посередине. Небо, что выглядело особенно контрастно на фоне энергетической чёрной дыры у него в груди. Его дыра пустого, пусть и уменьшилась со временем, но жрать от этого меньше духовной энергии не перестала. Но она также была ключом к его бытию. Ключом к его эволюции.

Он направил всю свою духовную энергию в дыру пустого, но сделал он это не просто так, а с мысленным посылом: «Эволюция».

Старк давно сумел разобраться, как он смог запросить эволюцию для своего ребёнка у самой пустыни. Ответ оказался достаточно прост. Его дыра в груди была напрямую связана с ней. Пустыня буквально соединена с пустотой всех её обитателей, и старый волк не был её исключением. Просто он оказался один из немногих, кто смог напрямую дозваться до неё. И в этом ему помогла его пустота, что по своей природе олицетворяла одиночество. В попытке утолить это самое одиночество она послала зов пустыне.

И теперь точно также пошлёт его для эволюции, ведь в этом мире нет ничего более естественного, чем переход на следующую стадию пустого.

Так оно и произошло. Вся энергия мгновенно вышла из дыры пустого, буквально расщепляя его тело на составные части и образуя вокруг оставшейся маски плотный кокон. В переплетении корней гигантского чардрева заволновался окружающий песок. Духовные частицы в воздухе стремительно направились к зарождающемуся адьюкасу.

А сам Старк тем временем стремительно терял сознание. Он видел, как его маска стремительно деформируется и, набирая массу, формирует новое тело. Волчье тело. Он видел, как тщательно созданные им связи между духовными фрагментами укрепляются и раскидывают те по всей площади новой тушки. Фрагменты когда-то чужих душ становятся незаменимыми узлами его организма. Они больше не были чем-то чужеродным. Он становились частью его души. Пусть и не до конца. Его же основная часть сути осталась в уменьшившейся маске. Маске, вновь вытянувшейся в волчью пасть.

Это было последнее, что увидел старый волк перед падением в забытье.

***

Арья внимательно наблюдала за затихающим духовным ветром, ещё недавно разбушевавшегося по всей площади гигантского чардрева. Качающиеся ветви древесного гиганта постепенно успокаивались и вновь нависали над ней недвижимым покровом. Судя по всему, эволюция его отца перешла в финальную стадию. Она не знала, сколько пройдёт времени, прежде чем тот выйдет из своего кокона, но ей это было не важно.

Она была готова ждать столько, сколько только возможно.

В конце концов он был её единственной семьёй.

Семьёй, обретённой совершенно случайно.

Она долгое время скиталась по пескам этой пустыни, будучи всего лишь маленьким волчонком. Ей было тяжело. Невероятно тяжело. Она с трудом удерживала свой разум от распада под давлением постоянного одиночества. Потом и кровью она вырывала каждую кроху пропитания из пастей окружающих её монстров. Она охотилась. Она обманывала. Она таилась и била в спину. Она уподобилась окружающим её животным. И влачила столь же бессмысленное существование. Пока не почувствовала зов. Не крик лживого кальмара, что давно на её памяти облюбовал ближайшую поляну. А нечто иное. Нечто… особенное. Родное. Или ей так просто казалось.

Так она встретила необычного гиллиана. Гиллиана, что был так похож на неё. Как внешне, так и внутренне. Его снедало такое же одиночество. И её пустота отреагировала на это.

Она очнулась уже тогда, когда подошла вплотную к кальмару. Тогда, когда наносила решающий удар. Арья не раздумывала. Она действовала. И не пожалела об этом.

Он провёл её эволюцию. Он даровал ей имя и назвал своей дочерью. Тогда-то она и поняла, кем он её посчитал. Кем-то близким из своей прошлой жизни.

Но она не помнила его имени. Она не помнила даже своего. Она не помнила свою прежнюю стаю. Просто знала, что она была. И что всю её потеряла.

И из-за пробелов в своих воспоминаниях ей было немного стыдно перед своим новым родичем. Она искренне хотела быть дочерью старого волка. И в какой-то мере считала себя ею. Но подспудно, где-то в глубине души она понимала, что это не совсем так. От прежней личности не осталось почти ничего. Если вообще когда-то было. Только чувство родства к пустому с тем же цветом глаз, что и у него. Но этого было недостаточно, чтобы считать себя той самой Арьей. И от этого чувство одиночества внутри её пустоты накатывало с новой силой. Лишь стальная воля, не свойственная пустым ниже адьюкаса, сдерживала навеянные ею деструктивные порывы.

Даже если она не чувствовала себя дочерью единственного близкого ей гиллиана, она станет ею. Она облегчит его одиночество. А он – закроет уже её пустоту.

Ну а пока её ожидала охота. Количество фрагментов в её маске вскоре станет больше, чем в теле. И исходя из подсказок отца, тогда её время на дальнейшее развитие будет ограничено. Чужие частицы душ станут самостоятельно стремиться к её маске. И чтобы их число было удовлетворительно, нужно больше и чаще питаться.

Чем она и займётся, как хорошая девочка, коротая время до пробуждения старшего.

Весело махнув своим хвостом, Арья по запаху отправилась к ближайшей своей добыче. В эти месяцы, если не годы, данная местность станет её охотничьими угодьями.

Глава 21

Его разум окружали комфортные тишина и покой. Не нужно было куда-то идти, куда-то бежать, с кем-то сражаться и конфликтовать. Его не мучал голод и подспудное ощущение неполноценности. Он был поглощён приятным сном без сновидений. Но рано или поздно любой отдых заканчивается.

Первым Старк ощутил свою пустоту. Она была там, внутри него. Где-то в районе груди. Неприятно покалывала душу, напоминая о своём существовании. И пусть само по себе это чувство было мимолётным, едва осязаемым, но, когда другие ощущения тела тебе не мешают – пустота становится невыносима.

Однако долго так не продолжалось. Следующими в его чувства постучались ручейки духовной энергии, протекающей по всей толще его тела. Они пронизывали всю тушу пустого и двигались упорядоченно по своеобразным магистралям. Старк догадывался, что это те самые связи между фрагментами душ, которые он когда-то устанавливал в маске. Но сейчас они ощущались совершенно иначе. Магистрали и связывающие их узлы, бывшие когда-то чужеродными фрагментами душ, были подобны родной кровеносной системе, где в роли сердца находилась его центральная суть, главная душа и первоисток Старка. Мерное пульсирующее сияние которой постепенно разгоняло духовные частицы по всему телу пустого и напитывало то энергией. Телу, что также стало подавать разуму сигналы о своём существовании.

Вскоре, когда старый волк полностью подчинил себе все органы чувств, имеющиеся у его тушки, сковывающий его бело-красный кокон раскололся и рассыпался на мелкие песчинки.

Высокий трёхметровый волк величественно встал на лапы, задрал свой нос к верху и издал громогласный духовный вой. Пещера из корней, в которой он находился, разлетелась на мелкие кусочки от исходящего из новорождённого адьюкаса волны духовного давления.

Щепки корней гигантского чардрева разлетелись повсюду, даже зацепив парочку проходящих мимо гиллианов. Те мгновенно отреагировали на агрессию и принялись заряжать своё серо. Но не успели они даже пикнуть, как из эпицентра разразившейся бури по ним с разницей в полсекунды прилетело по быстрому лучу синего серо, начисто снеся их верхние половины.

Из пасти волка исходила сгустившаяся в виде пара реацу. Только что Старк не задумываясь среагировал на угрозу со стороны гиллианов. Он буквально почувствовал концентрирующиеся шары разрушения в стороне от себя, после чего привычным методом постарался обезвредить противника до начала чужой атаки. Вот только его контроль над духовными частицами возрос многократно, и он смог за всего секунду выпустить два серо подряд. Это было невероятно удивительно и воодушевляюще. Старк помнил, что раньше он едва-едва мог хоть что-то делать с собственной энергией, но теперь его возможности расширились многократно. Он действительно почувствовал большую разницу между второй и третьей стадиями эволюции. Энергия была больше в количестве, плотнее и гораздо послушнее.

Обратив внимание на истлевающие останки гиллианов, волк невольно задумался о пропитании. Пока что голод не мучал его и находился где-то на краю сознания, однако с прохождением эволюции он инстинктивно понимал, что адьюкас обязан постоянно питаться. Ведь если этого не сделать, то его ждёт регресс – ужасная участь для любого пустого его стадии, ведь тот буквально опускал их обратно до бытия гиллианом без возможности вновь возвыситься над остальными.

Поняв ситуацию, он поторопился проглотить оставшиеся части поверженных пустых. Они были наименее питательны в отличие от масок, но их было достаточно, чтобы оценить результат поглощения. А он был не обнадёживающим.

Во время поглощения стороння духовная энергия прошлась по всем новообразованным духовным каналам и узлам, попутно устраняя слабое напряжение в них. Однако с её исчерпанием ничего не изменилось. Если и присутствовало какое-либо насыщение, то оно было слишком незначительно для его собственных чувств. И Старку это не понравилось. Питание гиллианами могло приглушить чувство голода и, возможно, стать временной заменой адьюкасам, но это было бы лишь откладыванием проблемы на будущее. Ему нужно было охотиться на третью стадии эволюции, если он не хотел окончить своё существование как бездумное животное.

Старк обречённо прикрыл свои глаза. Только отдохнув во время последней эволюции он понял, как же он устал от всего этого. Другие адьюкасы, как подозревал Старк, обретали полноценное сознание лишь на этой стадии, когда их духовные потроха получали более-мене определённую структуру. Он же был вынужден переживать свой путь от самого начала, до самого конца. Без какого-либо отдыха и перерыва. И сейчас усталость на него прямо накатила. Однако он быстро от неё отмахнулся и привёл себя в порядок. Слабые в этом мире не выживают. А он не имел права быть слабым. Ведь теперь он был не один.

Старый волк удовлетворённо рыкнул, почувствовав вдалеке огонёк реацу своей дочери, Арьи. Ощущался он гораздо мощнее и основательнее недавно убитых гиллианов, заставляя Старка гордиться достижениями девочки. Та наверняка за время его отсутствия серьёзно подналегла на охоту, расширяя свои будущие возможности. Вполне вероятно, что после эволюции в адьюкаса она не будет ничем ему уступать.

Ну а пока Арья торопливо двигалась в сторону вызванных им духовных возмущений, он думал о ближайшем будущем. В первую очередь Старку нужно было добыть хотя бы одного адьюкаса, чтобы понять принципы, на которых построена его дальнейшая эволюция. Поглощение гиллиана не дало ему понимания, какие процессы будут происходить для увеличения его силы. Но перед полноценным сражение с противником также было бы неплохо ознакомиться со своей новой формой.

Он уже знал, что его контроль над духовными частицами по сравнению с прошлым стал просто феноменальным. Однако ещё оставалась сила его тела, а также скрытые особенности негасиона. Ещё недавно он осознал, что эта способность в основном принадлежит второй стадии, и часто исчезает с дальнейшим продвижением. Отсюда и исходило его волнение: лишился ли он своих наспинных клинков? Физически они отсутствовали. Он был теперь просто эталонным синим волком. Но что насчёт энергетического проявления его лезвий?

Поднапрягшись, Старк ощутил внутри себя… что-то. Это было небольшое ощущение наличия внутри себя скрытого кармана энергии. Словно внутри него находились «ножны». И стоило ему на них сконцентрироваться, представить выпускаемый из них клинок, как позади него раскрылись два энергетических крыла, объятых синим пламенем. Они были громадными, полупрозрачными с синеватым оттенком и несли в себе чувство подспудной угрозы. Тщательно взмахнув одним из них в ближайший ствол чардрева, Старк с лёгкостью тот перерубил, оставив на месте среза проплавленную полосу. Срез был настолько лёгким и чистым, что само древо это почти не заметило, лишь спустя несколько секунд начав съезжать в сторону под действием гравитации.

Его секретное оружие стало ещё сильнее и опаснее.

Обратив внимание на чардрева, Старк также обнаружил отсутствие исходящего от них зова. Он больше не чувствовал, что данный лес – прекрасное место обитания. Он больше не был гиллианом, а потому чардрева его теперь не звали. Судя по всему, этот механизм существовал специально для второй стадии эволюции, приманивая тех в более плотные кучи для скорейшего развития и появления адьюкасов. И теперь, когда он завершил свою эволюцию, ему было здесь не место. И старый волк был согласен с этим утверждением. В конце концов, гиллианы теперь не представляли для него питательную ценность. Однако до тех пор, пока Арья сама не станет адьюкасом, но не уйдёт отсюда. Ждать всё равно осталось не долго.

Следующим объектом внимания Старка стала его повышенная чувствительность. Он в точности воспринимал окружение вокруг в радиусе примерно километра. Невероятный результат для пассивного сканирования местности, которое он банально не контролировал. Вдохнув окружающие духовные частицы своим носом, он определил усиление и своих возможностей активного поиска целей. На этот раз усиление чувствительности носа к реацу не было столь серьёзным, всего раза в 4-5, но даже этому он был благодарен. Чем дальше он чувствует чужую силу, тем легче ему планировать свою охоту.

Ну и последней проверкой перед встречей с Арьей стали его физические способности. Он попрыгал из стороны в сторону на своих лапах, пробежал пару раз туда-сюда и испытал мощь своих лап на гигантском чардреве, в корнях которого он проводил эволюцию. Сила его ударов оказалась велика, как и скорость перемещения. Он теперь не чувствовал себя едва двигающимся инвалидом с параличом большей части собственного тела. А именно такие ощущения его постоянно преследовали во время бытия гиллианом. Теперь же отклик между командой разума и действием тела был несущественен. Он двигался так, как хотел, туда, куда хотел, и всё это с преувеличенной лёгкостью и хищной грацией зверя. Как раз то, что нужно для будущей борьбы с другими монстрами.

По итогу проверкой Старк оказался полностью удовлетворён. Он стал проворным, сильным и невероятно кусачим в ближней схватке. Его энергетические клинки были на порядок опаснее на ближней дистанции, чем любое посылаемое им серо. Само серо также скакнуло вперёд по скорости каста и разрушительности. А он ведь помнил первый увиденный им бой адьюкасов. Те не так чтобы быстро формировали у себя шары разрушения. Он сейчас был быстрее. И точнее. А новообретённое чувство реацу позволяло избегать любой из засад. Маскировка, по ощущениям, тоже была выше всяких похвал. Каждый раз после резкого всплеска духовного давления его тело автоматические скрывало энергетические флуктуации, частично запирая духовные частицы внутри себя, а частично выпуская те и сливая их с окружающим фоном. Его инстинктивная техника сокрытия стала гораздо эффективнее его прежних потуг сыграть в прятки на предыдущих стадиях эволюции.

Размышления об изменениях прервал довольный рёв неторопливо шагающего в его сторону гиллиана. Волчья маска пустого второй стадии словно улыбалась пробуждённому сородичу. И Старк также был рад видеть свою дочь здоровой и откормившейся. Обратив на неё более пристальное внимание, он понял, что та очень близка к окончанию своего пути на этой стадии. Ей потребовалось гораздо меньше времени для своего продвижения, чем ему, даже если не учитывать тех нескольких лет отсутствия во время своей эволюции. Возможно дело было в его помощи на самых тяжёлых начальных этапах, возможно его дочь была гораздо талантливее его самого. Старк не знал, да и не хотел думать об этом. Какая разница? Его девочка скоро пополнит ряды адьюкасов и сможет поддерживать его в дальнейших путешествиях по бескрайним пескам красной пустыни.

Он снова будет не один, и его это опять же полностью устраивало.

– Ну снова здравствуй, Арья, – с лёгкостью из его пасти донёсся скрипучий человеческий голос. Ещё одна проверка только что увенчалась оглушительным успехом. К нему снова вернулась возможность вести речь, которой он лишился во время бытия гиллианом. И даже более того, вести разговор ему сейчас было намного легче, чем когда он был простым низшим пустым. – Давай поторопимся и проведём тебя по пути эволюции. А пока ты будешь спать, а поохочусь на кого-то своей категории.

В ответ на это он услышал лишь согласный рёв своей дочери. Ну, скоро и она сумеет ему ответить своим голоском. Старк нетерпеливо поджидал этот момент, когда сможет впервые за долгое время с кем-то по-настоящему поговорить. Обмен духовным образами с дочкой – это конечно хорошо, но простой живой разговор явно будет весьма полезен для его расшатанной бесконечной борьбой за выживание психикой.

Глава 22

Арья стремительно сближалась с очередной стайкой гиллианов. Она заходила со спины, во всю скрывая собственную духовную энергию, как и учил её отец. Вот она подошла к самому крайнему пустому и незаметно для остальных подпрыгнула и вцепилась своей пастью прямо в маску своей добычи. Та не успела даже пикнуть, как её сосредоточие раскрошилось у неё в зубах, а питательная духовная энергия с кучей фрагментов душ устремилась в её желудок. Но на этом девушка не остановилась. Её хвост взметнулся вверх из-под балахона и насквозь пробил затылок следующего пустого, в один миг обрывая его жизнь. Третий гиллиан вновь оказался укушен, четвёртый опять столкнулся с хвостом, а пятый, почувствовавший что-то неладное, получил с руки в маску, когда развернул свою морду к Арье. Добивающий удар хвостом не заставил себя ждать, но остальные пустые её уже заметили. И даже тогда враги не стали для неё серьёзной угрозой. Забудьте о прикрывавшем её адьюкасе, что одним только зовом мог остановить тупоголовых гиллианов. Ей хватило собственных навыков негасиона в защите и серо в атаке, чтобы без каких-либо потерь, если не считать запасов энергии, расправиться с оставшимися недобитками. Так буквально за несколько минут Арья одолела группу из десятка пустых. Это был невероятно чистый результат.

– Молодец, дочь, – раздался неподалёку от неё голос маленького волка. Тот стал весьма разговорчивым после своей эволюцией. Девушке это очень нравилось, и ей всегда хотелось ему что-нибудь ответить. Только вот гиллианы оказались весьма ограничены в средствах коммуникации из-за своей несовершенной природы, а потому делала она это единственным доступным ей образом – отправляла по связывающей их духовной связи всё своё довольство похвалой. Вполне заслуженной похвалой, ведь она расправилась с кучей врагов и продемонстрировала свои успехи в бою и охоте во всей красе. К тому же это была её последняя трапеза на данном этапе эволюции. Она чувствовала, что осталось совсем немного. Внутри тела осталось всего несколько сотен фрагментов душ, тогда как в маске тех скопилось больше полутора десятков тысяч.

Сегодняшняя еда давала финальный толчок для становления совершенным гиллианом. И её отец это также ощутил. Ощутил и принялся вести в безопасное место.

На этот раз это оказалось пещера внутри небольшой песчаной скалы, которую обступили несколько переплетённых друг с другом привычных глазу чардрев. Такие места не то, чтобы редкость в окружающем мире, но внутри леса всё же встречались нечасто. Данная пещера оказалась довольно высокой, пусть обычный гиллиан смог бы туда поместиться лишь с трудом. Арья же прошла с некоторым запасом, ведь была заметно ниже остальных балахонщиков. Оценив помещение, она удовлетворённо кивнула головой. Это было прекрасное убежище. А потому она прикрыла глаза и постаралась поспособствовать своей эволюции. Ей не терпелось закончить с оставшимися фрагментами душ и наконец сплести кокон для дальнейшего продвижения.

***

Следующие несколько месяцев Старк полностью отвлёкся от всех планов и посвятил своё время единственной дочери. Он следил за её успехами, комментировал показанные умения, хвалил и ругал, когда было нужно, а также наблюдал за окружением, чтобы никакой залётный адьюкас не попытался пообедать откормленным гиллианом. Саму же вторую стадию он за угрозу своей дочери не считал. Она ведь на его глазах разобралась с залётным драконом, что в своё время заставил напрячь мозги и самого Старка. Дочери ведь даже волноваться не пришлось. Она отгородилась от пламени негасионом, а после разделала того при помощи хвоста и серо. Так что все встреченные им гиллианы и мифианы в его глазах были не более, чем закуской и тренажёром для Арьи. В общем сплошная польза и никакого вреда.

Но время с дочерью закончилось, так как она вплотную подошла к становлению адьюкасом. И Старк тщательно ей разжевал все свои ощущения, предшествовавшие его собственной эволюции. Теперь, глядя на покрывающий изящного гиллиана кокон, ему оставалось только молиться за успех дочери. Впрочем, волнения не было. Он сделал всё, что мог для её успеха, да и сама девочка была более чем способной.

И теперь, когда она вполне себе прикрыта самим загробным миром во время эволюции, ведь даже он не мог без визуальной видимости заметить каких-то аномалий в окружающем духовном фоне после формирования кокона, Старк мог сосредоточиться на себе. Неподалёку он как раз заприметил одного адьюкаса. По силе тот был примерно равен ему, и при этом он особо не менял место дислокации. Старый волк подозревал, что тот даже не подозревает о его существовании. И в этом не было ничего удивительного. Его маскировка становилась всё лучше и лучше день ото дня. Потоки духовной энергии в его теле, что в первый день находились в возбуждённом состоянии, постепенно успокаивались, чем облегчали свой контроль больше прежнего. Это стало приятным сюрпризом для волка, окончательно приведшим того в благодушное настроение на ближайшие годы.

Правда это самое настроение не мешало ему размышлять на тему убийства наблюдаемого им адьюкаса. Он уже двигался в его сторону, постепенно замедляясь в целях маскировки. Может в состоянии покоя он фактически невидим для чужого духовного восприятия, но, когда он двигается на пределе возможностей, сокрытие реацу начинает сбоить.

Прошло не больше часа, прежде чем Старк продрался сквозь резко уплотнившуюся чащу чардревного леса до своего пункта назначения. Там, на вершине ветвей ещё одного большого дерева, разлёгся крупный адьюкас. Это был толстый шестилапый тигр в красно-белую полоску. Его рост в холке был где-то метра четыре, а его лапы оканчивались постоянными не выдвижными когтями размером в половину взрослого человека. Весь внешний вид монстра кричал о его опасности для окружающих, но Старк на это не повёлся. Он уже давно больше ориентировался на духовные чувства, а не внешний вид. А те говорили, что противник равен ему. А потому, так и оставшись незамеченным, волк решил внимательно пронаблюдать за этим самым тигром на протяжение нескольких суток.

Потенциальный противник время от время отлучался, чтобы слопать пару-другую гиллианов для поддержания своего существования. Старку это показалось странным, ведь для развития нужно было искать адьюкасов, но он не был тем, кто должен был просвещать идиотов о правильном поведении. Вместо этого он дожидался момента величайшей слабости и уязвимости адьюкасов.

Фазы сна.

Да, на этом этапе развития у адьюкасов появилась возможность спать. Хотя это больше походило на ступор насекомых, да и снов самих по себе никаких Старк не видел, тем не менее это было прекрасным методом отдыха и разгрузки постоянно напряжённого разума. Адьюкасы все поголовно разумны, а высокоорганизованному разуму для корректной работы нужны перерывы. Это волк ранее страдал невозможностью уснуть из-за своей уникальности, однако его случай не был определённой нормой в загробном мире. Для пустыни привычно, что разумность должна формироваться на третьей стадии эволюции, а следовательно, и обновлённые механизмы удовлетворения новых нужд появляются на этой самой стадии. Старый волк не жаловался на такую несправедливость. Его устраивало и нынешнее положение дел, ведь в конце концов он также получил возможность отдыхать. При этом во время отдыха его пассивная чувствительность работала с прежней эффективностью и вполне могла предупредить об опасности. А вот у тигра, за которым он следил, этого похоже не было.

Другой пустой вообще был довольно слеп в плане сенсорики, хотя раньше Старк думал, что это один из основных навыков адьюкасов. Вот чего у тигра было не отнять – так это скорости. В прямом противостоянии волк бы банально его не догнал. Тот передвигался невероятно быстро. Настолько быстро, что иногда буквально проваливался в окружающее пространство и с лёгким глубоким хлопком оказывался в совершенно другом месте. Если бы не чувство реацу волка, он был несколько раз его упустил во время слежки. Такой способ сокращения расстояния за счёт серьёзных объёмов духовных частиц оказался для него сюрпризом. Старк ещё раз похвалил себя за то, что не особо торопился сразу нападать на первого встречного. Во время боя эта способность передвигаться стала бы неприятным поворотом развития событий. Теперь же он знал, что для победы, если не получится закончить с одного удара, ему придётся перебить лапы противника. Ведь механика движения тела и духовных частиц во время использования навыка явно давалась тигру нелегко.

Так Старк следил за другим адьюкасом ещё на протяжение недели, пока тот наконец-то не угомонился и не улёгся спать в переплетении веток кроны чардрева. Ещё несколько часов волк наблюдал за недвижимой фигурой адьюкаса. Он использовал все свои чувства, чтобы определить состояние будущей добычи, чтобы не ошибиться в момент атаки.

И наконец он решился. Время настало. Тихо и аккуратно синий трёхметровый волк принялся взбираться на соседнее чардрево, попутно неторопливо разгоняя внутри себя духовные частицы. Шаг за шагом он взбирался всё выше и выше, пока не оказался на превосходящей высоте по сравнению с тигром. Он не собирался выдумывать что-то особо сложное. Он просто спрыгнет вниз, одновременно используя родные энергетические клинки в виде крыльев, чтобы закончить всё как можно быстрее.

Так и произошло. Старк оттолкнулся от ветвей чардрева и метнулся к импровизированному гнезду, где улёгся спать его новый враг. Мгновение спустя за спиной сформировалось два полупрозрачных перепончатых огненных крыла. Усилием мысли волк направил одно из них в незащищённую шею тигра, а другое – в сторону лап. Всё было просчитано идеально.

Но враг всё равно мгновенно проснулся. Может его сенсорика и была плоха, но зато звериные инстинкты были отточены за долгое время бытия пустым.

Удар в шею прошёл буквально по касательной, так и не отделив голову от тела. Удар в лапы оказался гораздо эффективнее и разрушительнее. Две правые конечности из трёх оказались потеряны для пустого, и душераздирающий крик боли донёсся до Старка во время этой ампутации. Стремясь добить раненого, волк выпустил одно из мощнейших серо тому прямо в лицо, но тигр прикрылся левой лапой, избегая смертельного урона по своей маске.

– Ублюдок! – прорычал адьюкас, выпуская духовное давление и противопоставляя его напавшему волку. – Откуда ты взялся такой резвый! В лесу чардрев не должно быть таких сильных адьюкасов!

Старк не обращал внимания на нытьё врага. Он, конечно, отметил частью разума сказанное, но ответы решил найти позже и у другого адьюкаса. Этот конкретный пустой должен был стать его пищей. Добычей, с помощью которой он должен будет распознать механизмы дальнейшего развития в своём теле. А потому следующие действия от Старка не задержались после провала внезапного нападения. Он метнулся вперёд, одновременно выпуская из пасти ударную звуковую волну. Один из самых старых приёмов, изученный ещё во времена бытия низшим пустым, вновь показал свою эффективность. Может быть, он и не был таким сильным и разрушительным как серо, но зато использовался мгновенно, не предупреждал о себе заранее скоплением духовных частиц и идеально ошеломлял ударной волной противника, мешая тому корректировать свои движения.

Тигр оказался в ловушке, и следующие взмахи огненных крыльев окончательно поставили точку в его существовании. Старк одолел своего первого адьюкаса, о чём радостно возвестил весь окружающий лес своим победным рёвом.

Осталось только устроить трапезу в честь победы. Чем он и торопливо занялся.

Глава 23

Первое в жизни поглощение адьюкаса оказалось довольно познавательным. Старк тщательно наблюдал, как плотные духовные частицы пищи начинают циркулировать по его каналам, постепенно оседая и уплотняя узлы с чужими фрагментами душ. Да, не смотря на чувство принадлежности к собственной душе, эти узлы всё ещё хранили в себе сигнатуру чужой сути. И прогоняя через них агрессивные духовные частицы поверженных врагов, адьюкас буквально «промывал» ключевые участки духовных магистралей, очищая те от чужеродной энергетики и наращивая на их месте более привычные для его тела духовные частицы. Таким образом взаимодействие между фрагментами душ постепенно синхронизировалось, а эффект от их «размытия» и износа при постоянном использовании постепенно сходил на нет. Всё это даровало адьюкасу увеличение резерва и лучший контроль. Вполне логичный механизм восстановления и улучшения, ведь он теперь не сможет изменить количество своих фрагментов, как во времена бытия низшим пустым. Потеря хотя бы одного из них – конец эволюции. К тому же связи между этими самыми фрагментами тоже не были нерушимы. Если сами узлы ещё можно как-то поддерживать при помощи плоти гиллианов, то магистрали между ними – нет. Если не питаться насыщенной плотью третьей стадии, то каналы постепенно забиваются, связь между узлами разлагается и деградирует, и сформированная система теряет возможность поддерживать новое тело, перемещая остатки фрагментов душ обратно в маску. Таков регресс. Абсолютный тупик на пути к силе.

Развитие адьюкасов оказалось ориентировано не на количество, как было у двух предыдущих стадий, а на качество. Средний великий пустой обязан улучшать взаимодействие между уже поглощёнными частицами других пустых. Он обязан наладить их работу, чтобы те действовали как единое целое. Как одна душа. И именно тогда они смогут перейти на следующий этап. Последний этап. Этап вастерлорда. Этап, когда разрозненная энергетика становится единым целым, имя которого – сверхдуша.

Отчасти Старк дошёл до этого своим умом. Отчасти на его вопросы ответила пустыня. К тому же, как он обнаружил, часть понимания пришло ему от поглощённых им душ. Это не было каким-то сакральным знанием, скорее обострённой интуицией, что руководствовалась вплетёнными в чужую суть инстинктами, выработанными за время существования в мире живых и мире пустых. Лорд Старк никогда не был таким разумным, как сейчас. У него не было той жилки исследователя, которая не раз ему помогала в постижении собственной природы. Это было скорее прерогативой мейстеров – учёных мужей, что занимались чуть ли не всеми науками в мире. От простого счёта до лекарства и кузнечества. Иногда Старк задумывался, сколько мейстеров он сожрал на своём пути, что сейчас его разум вполне спокойно пытается просчитывать параметры духовного давления и плотности следующей стадии эволюции, исходя из качественного улучшения предыдущих возвышений. А также сколько адьюкасов ему потребуется съесть для получения стадии вастерлорда.

Впрочем, учёным он так и не стал. Это точно. Просто изрядно поумневший воин. И этого Старку было достаточно. Потому что его впереди ждал очень долгий путь возвышения.

Посмаковав последние мысли у себя в голове, старый волк окончательно их откинул в сторону. Это сейчас было не важно. Главное, что он понял свой дальнейший путь. Охота на адьюкасов и в перерывах, если голод замучает, перекусы гиллианами. А ещё ему нужно было покинуть этот лес в поисках добычи. За всё время прибывания среди чардрев ему встретилось всего несколько представителей третьей стадии эволюции. Слишком мало для его развития. Только для утоления голода. Пусть Старк не знал точных цифр, сколько потребуется ему голодать для начала деградирующих процессов в энергетике тела, он мог прикинуть примерные сроки, за которые оно выработает свой ресурс без подпитки извне. Нестабильная и незавершённая сверхдуша не способна поддерживать активную жизнь адьюкаса больше нескольких лет. Однозначно. Но начальные процессы деградации стали бы необратимы уже где-то через год. И это без учёта постоянного оттачивания умений и сражений. Так что желательно каждые несколько месяцев поглощать по одному адьюкасу. Минимум. И если питание будет приходить своевременно, то через пару тысяч приёмов пищи он возможно достигнет своего нынешнего предела.

Это оказался весьма плотный график. И если для гиллиана он не был особой проблемой, ведь в том же лесу они были в достаточном количестве, чтобы находить тех чуть ли не каждую неделю, то Средний Великий Пустой обязан был расширить свои охотничьи угодья на гораздо большую площадь. О какой-то постоянной базе, как раньше планировал сделать Старк, теперь нужно будет забыть. Но он не был против. Раз уж жизнь ведёт его на пути бесконечных путешествий, то стоит наконец полноценно обратить внимание на окружающую его пустыню и начать поиски каких-либо зачатков цивилизации. Адьюкасы разумны. Полноценно разумны. Да, в сути они останутся такими же хищниками, что и предыдущие стадии, однако уже сам факт наличия разума заставит те объединяться в различного рода группы. Старк не был уверен, что такие группы будут слишком большими, если только главенствовать среди них не будет вастерлорд. Четвёртая стадия, если старый волк правильно понял, не будет нуждаться в постоянном питании, а потому будет более склонна к возможности осесть на какой-то территории. Территории, безопасность обитателей которой будет обеспечивать сила лидера.

Теперь, когда у волка появилась дочь, он стал чаще раздумывать о её безопасности. О сохранении её жизни. Он не мешал ей оттачивать навыки и охотиться. Он не был дураком, который будет отрицать их новую природу. Для её развития она обязана питаться и сражаться за свою жизнь. Ведь именно в бою, как не раз замечал Старк, их сила, контроль и боевые инстинкты развиваются экспоненциально. Даже только что проведённое сражение с его первым противником адьюкасом несмотря на засаду и некоторую лёгкость дало очень много пищи для размышления, а также дополнительный толчок его душе. Его главный исток, вокруг которого и формируются все духовные магистрали тела, стал чуточку ярче. Чуточку интенсивнее. И это произошло до поглощения каких-либо частей тела адьюкаса. Это произошло после его победы. После преодоления себя. И что-то подсказывало Старку, что от интенсивности этого сияния зависят его шансы перейти на четвёртую стадию эволюции, а также будущая сила этой стадии. В конце концов у будущей сверхдуши обязана быть твёрдая основа.

Под эти мерные размышления Старк дожёвывал последние куски своей жертвы. Покончив с трапезой, ему пришлось задуматься, как провести время эволюции Арьи в этом лесу. Первоначально ему нужно было заняться разведкой, дабы разузнать обо всех адьюкасах на ближайшие сотни, а то и тысячи километров. Они станут его запасами еды, пока Арья не проснётся. Но перед этим ему хотелось попробовать отточить тот навык ускорения, что продемонстрировал съеденный адьюкас. В перспективе умение быстро перемещаться будет весьма полезным в будущем. Этим он и занялся.

Первые попытки, естественно, были весьма неудачные. Он беспорядочно разбрасывался духовным давлением и частицами из своих лап, но это приводило лишь к грубому ускорению тела с большими затратами, не приводящим к нужному результату. Раз за разом он врезался в окружающие чардрева, пока ему это не надоело и он не расчистил себе достаточно места при помощи своих крыльев. И во время этого действа он внезапно остановился от возникшей в голове идеи.

Старк внимательно рассмотрел свои крылья, что даже несмотря на нынешний экзотический вид несли в себе следы негасиона. Негасиона, что по своей сути являлся весьма тонкой работой с самим пространством. Он не знал, откуда у него в голове было это понимание, но ясно осознавал, что это означает. Тот адьюкас при ускорении тоже исчезла в пространстве. Он словно проламывал его и отрицал расстояние между двумя точками. А значит разгадку своего будущего мгновенного шага нужно было искать в крыльях.

Он щупал, трогал, давил когтями и размахивал своими крыльями в попытки понять их структуру. Пусть осязание у него, как у пустого, было невероятно блеклым по сравнению с человеческим, оно передавало ему странные ощущения. Будто бы он пытался дотронуться до пустоты. Его крылья были словно не от мира сего. Инстинктивно Старк понимал, что его крылья постоянно находятся словно в другой плоскости мира. Они постоянно смещены в пространстве. И лишь его инстинкты заставляют те взаимодействовать с окружением. Сделав несколько дополнительных проверок на гиллианах и чардревах, он подтвердил эту теорию своими ощущениями в моменты прорезания чужой плоти или стволов деревьев. Но полное осознание пришло тогда, когда он посредством зова заставил залётного гиллиана выстрелить в себя серо, и полностью защитился от того своими крыльями негасиона. Серо просто провалилось в другое пространство, никак не навредив крыльям. Лишь резкий отток духовных частиц был свидетельством хоть какого-то напряжения со стороны волка. И этот отток позволил полностью понять молодому адьюкасу принцип работы его новой защиты. Новый принцип взаимодействия с окружающей средой при помощи духовных частиц. Ему открылось взаимодействие с пространством. В конце концов, оно оказалось в его природе даже больше, чем у остальных представителей третьей стадии эволюции пустых.

Следующий прыжок стал успешным. Частично. Будь Старк по-прежнему человеком, этот случай стал бы постоянным источником новых кошмаров. Со звенящим эхом его тело мгновенно переместилось вперёд на сотню метров, оставив после себя лишь один мерцающий силуэт. Впрочем, в первый прыжок он оставил ещё и одну свою лапу. Когда Старк обнаружил потерю, то был в ужасе. Он уже знал, что не может потерять ни одной магистрали или фрагмента души, ведь их исчезновение приведёт к тупику эволюции. И теперь часть их отсоединилась от тела из-за его экспериментов. Заднюю левую лапу буквально расщепило. К счастью, та начала регенерировать, а фрагменты души вернулись ему откуда-то из недр пустыни.

Это сразу подсказало Старку, что обычных боевых ранений он может не бояться. Расчленение он вряд ли переживёт, но потеря одной или двух конечностей не станет для него концом. Стоит тем раствориться в простейшие духовные частицы (рейши), тело при достаточном количестве энергии (рейрёку) быстро вернёт пропажу посредством регенерации. Исключение составляют только те случаи, где конечность сожрёт другой пустой. Тогда его духовные фрагменты уже будут принадлежать другому пустому и никогда к нему не вернутся.

С новым пониманием старый волк с новой силой принялся за следующие эксперименты. Раз за разом он терял куски себя в неудачных прыжках. Один раз даже чуть не повредил маску, из-за чего стал гораздо осторожнее. Та до сих пор являлась его слабым местом, ведь была местом хранения его истока. А с ранением первичной души он потеряет большинство своих сил. Потеря же вовсе приведёт к гибели. Это ощущалось инстинктивно.

Прорыв в мгновенном перемещении произошёл как-то внезапно. Подспудно. Вместе с новым пониманием о важности имён в духовном мире.

Глава 24

Отголоски звукового эха распространились по расчищенной поляне во время экстренного перемещения Старка. Он позволил себе сделать то, что не позволял делать долгие годы – расслабился. Уснул на границе с лесом в небольшой ухоронке, за что и поплатился. На него устроили такую же засаду, какую недавно устраивал он. Гротескная тварь с руками богомола совершила молниеносный рывок в его сторону для нанесения удара по маске, при этом не проявив наружу ни капли духовного давления. Это была совершенная маскировка. Лишь благодаря отточенным инстинктам старый волк мгновенно проснулся и, не обнаружив в первые мгновения угрозу по чувствам реацу, повиновался кричащей об опасности чуйке. Он с положения сидя совершил инстинктивный рывок вперёд сквозь пространство, оставив после себя три из четырёх лап. И не прогадал. В месте, где только была его морда, воткнулись два белых с зеленоватым отливом костяных лезвия.

Старк не растерялся и, приземлившись на последнюю из лап, мгновенно развернулся в сторону нового противника и произвёл самое быстрое из всех доступных ему серо. Синий поток агрессивных духовных частиц накрыл с головой богомола, не успевшего отреагировать на контратаку волка, а также оставшиеся бесхозными конечности. Старк не имел права рисковать и оставлять те подле другого пустого. Их съедение станет катастрофой, а потому его серо было предназначено скорее не для уничтожения врага, а для заметания следов. Его оставшиеся без контроля конечности мгновенно испарились. В отличие от пустого богомола.

Как только дымка реацу рассеялась, перед Старком предстал почти не пострадавший противник. Тот прикрыл свою уродливую маску руками-клинками, выставив тело вперёд и максимально уменьшив площадь поражения. Защита адьюкаса оказалась весьма прочной. Сам Сарк не ушёл бы из-под своего серо без лёгких повреждений. Богомол же отделался лишь парочкой ожогов на своей туше.

– Сонидо? – слегка скрипучий мужской голос донёсся от уродливо твари. – Разве это не навык ватерлордов? Да и то не всех? Откуда это умение у молодого адьюкса?

Этот голос был полон абсолютного недоумения. Пустой склонил свою голову набок в приступе неуёмного любопытства. Тем не менее его глаза горели голодом и жаждой убийства. Не смотря на его слова, он явно не желал знать ответа. По этой причине Старк не слишком удивился, когда противник не стал дожидаться его реакции и принялся формировать своё серо. Он приоткрыл свою маску и потоки духовных частиц быстро принялись формировать бледно-зелёный шарик разрушительной мощи. Только сейчас старый волк впервые ощутил чужое духовное давление. До этого момента враг был словно невидимкой.

Старк среагировал молниеносно. Его конечности нуждались во времени, чтобы восстановиться. Из-за этого его мобильность была полностью ограничена. Расчёт противника был точен. Но он явно недооценивал скорострельность волка. Синее серо столкнулось с зелёным в одно и то же время по среди всей дистанции между ними. Не смотря на раннее начало одного из противников, атаковали они одновременно. А как только духовные частицы пустых нейтрализовали друг друга, старый волк вновь спустя полсекунды запустил следующий синий луч разрушения.

Глаза богомола под маской расширились от неожиданности, но тот довольно быстро нырнул в бок и пропустил смертоносный свет мимо себя. После пустой пошёл на сближение. Этот адьюкас был стар и опытен, а также предпочитал не сражаться там, где преимущество у противника. Избранная им жертва оказалась невероятно талантливой в контроле своей энергии. Однако это не имело особого значения в ближней схватке, когда оппонент ранен почти на все лапы.

Уклонившись ещё от одного луча серо, богомол бледно-зелёной стрелой почти мгновенно преодолел разделяющее их расстояние. Передние лапы-клинки понеслись к маске волка с разных сторон, но холодные стальные глаза Старка не дрогнули от надвигающейся опасности.

Внезапная синяя вспышка ослепила агрессивного адьюкаса.

Из-за спины волка вырвалось два охваченных пламенем крыла негасиона. Одно из них блокировало оба удара оппонента, а второе нанесло свой, буквально располовинив надвое неудавшегося охотника.

– Ка-а-а-к, – в шоке прошептал богомол, перед тем как его глаза погасли. Повреждения оказались слишком обширны и душа адьюкаса не выдержала нагрузки. Он умер, так и не поняв, почему противник даже не заметил его особый защитный покров.

Старый волк лишь раздосадовано фыркнул. Несмотря на победу, он был собой сильно недоволен. Прошляпить засаду и чуть не умереть, когда всё только начало налаживаться – просто верх невежества с его стороны. Но он учёл свои ошибки и пообещал в будущем их не повторять. А ещё поблагодарил себя за отработку нового приёма в купе с огромным контролем над серо. Именно в моменты жизни и смерти, когда от одного решения зависит твоё существование, предыдущие усилия чаще всего окупаются. Какие-то доли секунды решили в этой битве, кто здесь охотник, а кто – жертва.

И Старк с удовольствием принялся пожирать новое блюдо, пришедшее к нему само. Конечности то восстанавливать надо.

Один за другим куски адьюкаса проглатывались им и поглощались телом на питательные ресурсы. Однако делал это волк автоматически, находясь мыслями в совершенно другой плоскости.

Его противник назвал его рывок «сонидо». И что-то было в этом имени особенное, но он не мог понять, почему. Почему это имя было так важно? Люди часто называют все вещи своими именами. Так почему же конкретно это название на неизвестном ему языке, означающее «со скоростью звука», так его зацепило?

И в этот момент Старк замер на месте.

Неизвестном ему языке? Но с известным значением? С каких это пор он стал полиглотом? До сих пор всё предыдущее общение было на всеобщем вестеросском. Это был язык андалов, столь привычный по миру живых. Или нет?

Общаются ли пустые на языке живых?

Нет.

Они не общаются на языке живых. Они общаются при помощи реацу. В этом мире нет ветра. В этом мире нет песка. В этом мире нет звука. Только духовные частицы, что имитируют их. А значит их уста доносят не звуки, а прямой смысл до собеседника. Поэтому ему казалось, что все говорят на его языке. На деле ему просто было гораздо проще так интерпретировать чужой смысл.

Однако слово «сонидо» имело уникальный отклик. Как и другие слова, что всплывали в его памяти. Адьюкас, рейши, реацу, рейрёку, гиллиан, вастерлорд. Они не чувствовались частью андальской речи. Возможно потому, что в ней не существовало их аналогов, но Старку казалось, что здесь что-то другое. Что-то поистине сакральное.

Это была какая-то магия. Магия имён.

Быстро доев, Старк постарался побыстрее восстановить свои конечности, чтобы опробовать новую идею. Безумную идею. Но возможную.

Вот он встал на своей полянке на свои четыре лапы. Привычно напитал их энергией и, готовясь выплеснуть из них своё духовное давление, он сопроводил свои действия всего одним словом:

– Сонидо.

Звуковое эхо, сопровождавшее рывок адьюкаса, на этот раз казалось более гармоничным, чем раньше. Более завершённым. И теперь на прошлом месте пустого не осталось ничего, кроме быстро растворившегося силуэта.

Только Старк не просто назвал свой приём этим странным словом. Он буквально влил в него свой волевой посыл. Вместе с намерением переместиться вперёд он озвучил это самое намерение окружающему миру. И тот прогнулся под его волей. Хриплый смешок донёсся из уст пустого.

– Сонидо, – новый выкрик, новый прыжок. С тем же результатом. Безупречный рывок.

– Сонидо, – и новая попытка, теперь на большее расстояние. Опять без проблем.

– Сонидо! – последний крик, последний посыл. Огромные затраты духовных частиц метнулись по уже намеченным путям в теле пустого, вызывая непривычное покалывание от объёмов затрат энергии и позволяя пересечь его полянку из одного конца в другой за краткий миг. А это было где-то под пару километров.

Следующий прыжок оказался совершён молчаливо, но с полным пониманием сути. Зная имя, не обязательно его произносить вслух.

Жуткий смех искажённого голоса стал разноситься по пескам пустыни.

Молодого адьюкаса охватило ликование.

Столько времени он мучился над контролем нового навыка, но знание его истинного имени помогло тот изучить практически мгновенно. Конечно, это свершилось только из-за его крепкого фундамента и невероятного контроля с постоянной отработкой приёма, но факт оставался фактом.

Он сделал что-то, что могло помочь ему в будущем возвышении. Что могло ускорить развитие его силы. Ускорить развитие его дочери.

Он открыл магию имён

И был полностью заворожен новыми перспективами.

Глава 25

Следующие годы Старк провёл в кропотливых исследованиях своего нового открытия, прерываемые на охоту за другими адьюкасами. Конечно, в первую очередь он провёл максимально полную разведку ближайших окрестностей. Он даже смог с новыми кондициями и скоростью благодаря сонидо полностью изучить привычный ему лес, найдя его границы. Правда выйти за эти границы он не торопился, пока не проснётся Арья. Зачем? Ведь в этой местности оказалось не так уж и мало адьюкасов. Да, их количество оставляет желать лучшего, но для него одного этого более, чем достаточно. По крайней мере до пробуждения дочери.

Так что, разведав окрестности, он вернулся к своей тренировочной площадке и принялся экспериментировать со всяким. В особенности его интересовали истинные имена. В частности, он делал много проверок с выходной мощностью серо. Тщательное проговаривание названия приёма с выплёскиванием намерения в окружающий мир действительно увеличивало силу дальнобойной атаки пустого, но ценой скорости его формирования. Интересный результат, пусть и не тот, на который он рассчитывал.

Зато с ударной звуковой волной повезло ему больше. На протяжении полугода он издавал этот крик, создавая направленные или обширные звуковые волны из духовных частиц, прислушиваясь к окружающему миру и своим ощущениям. Страшно представить, сколько времени и сил он потратил на проработку этого самого крика. Не раз и не два он привлекал к себе любопытных адьюкасов, что услышали издалека его оглушительный вой. И каждому из них не понравился новый шумный сосед. Всё всегда оканчивалось схваткой насмерть.

Но Старк не был против этого. Такова жизнь пустых: вечное сражение, вечное соперничество. Он был даже немного благодарен им за доставку еды на дом. К сожалению, на ниве мастерства они ничем не смогли ему помочь. Это первые два съеденных им адьюкаса оказались невероятно талантливыми в сонидо и маскировке с защитой, остальные оказались довольно посредственными. Нет, они были откормлены и обладали гораздо большими запасами рейрёку, это чувствовалось по их реацу. Однако ничего кроме превосходства грубой силы они показать не смогли. Сонидо в их навыках отсутствовало напрочь, а на его прыжки они смотрели с неподдельным изумлением. Защита их шкур отсутствовала напрочь и любое простейшее серо прожигало их почти насквозь несмотря на разницу в духовном давлении. Или может это серо Старка было слишком мощным для простых адьюкасов? Тот так и не разобрался. А про маскировку, скорость развёртывания серо и какие-либо дополнительные умения и говорить вообще нечего. Они полностью уступали ему, а потому старый волк довольно быстро их выкашивал за счёт мастерства и своего главного козыря – крыльев.

В целом, другие пустые ему никак не помешали на ниве своего развития. Лишь дали дополнительной энергии. А вскоре Старк открыл для себя настоящее имя своего приёма – Онбаку. Звуковой удар. Вместе с пониманием имени контроль над навыком возрос, как и его пониманием.

Магия имён снова оказалась в действии.

Старк, конечно, не понимал, почему это происходит именно так. Он просто пользовался этим механизмом. Он казался немного странным и нелогичным, но и жизнь после смерти тоже была такой. А потому пока просто принимал силу имён как часть нового мира, в котором он живёт. Хотя некоторые догадки у него имелись, которыми он потом обязательно поделится с дочерью.

Однако, не смотря на все свои попытки, это было его единственным новым открытием на данной ниве. Больше ни одно из истинных имён ему не открылось. Его маскировка, его чутьё, а также его великолепные крылья так и остались не названными. Но Старк не расстраивался. Полученного уже было достаточно. А потому он переключился на кое-что другое. Кое-что, что его заинтересовало во время стычки с богомолом.

Та совершенная маскировка, совмещённая с повышенной защитой шкуры пустого, выглядела невероятно перспективно. К сожалению, из-за почти постоянной невидимости для его духовных чувств противника, Старк не мог смоделировать свои ощущения для получения результата. Ему пришлось нащупывать приём вслепую. Он экспериментировал со своей маскировкой, что уже стала его второй натурой, а также пытался выстроить хоть какую-то защиту из рейши при выпуске своего духовного давления. Его реацу выплёскивалась раз за разом, но постоянно без какого-либо результата. Нет, в какой-то мере он смог слегка сгустить духовное давление вокруг своего тела, дабы научиться хоть немного сдерживать чужие удары за счёт разницы в качестве и количестве рейрёку. Но это было ненадёжно, к тому же напрочь уничтожало маскировочный потенциал волка. А значит использовать всё время сгущение он не мог. Только во время тяжёлого боя, когда от скрытности нет никакого толку.

В итоге старому волку пришлось полностью обломаться на ниве этого улучшения. Оставалась надежда, что в будущем он встретит какого-нибудь адьюкаса, на примере которого сможет разобраться в этой проблеме.

Ещё одним из успехов последних лет стало полное привыкание к полноценным крыльям негасиона. Теперь они имели не только невероятный атакующий потенциал (богомола то ведь он разделил надвое не смотря ни на какую защиту), но и такой же защитный. Пару раз для проверки он даже принял на них серо средненьких адьюкасов. Энергии на защиту уходило заметное количество, и явно больше, чем у тех же гиллианов, однако даже так подобный трюк стал одним из главных средств спасения на случай внезапной опасности. Теперь было не обязательно бегать туда-сюда через сонидо, чтобы не попасть под серо противника. Находясь под защитой крыльев, можно даже спокойно на максимум напитывать свой луч разрушения для дальнейшей контратаки.

В общем и целом, Старк был удовлетворён проведённым временем. Теперь же он торопился назад, к лёжке своей дочери. Он по их совестной связи, так и не оборвавшейся в процессе эволюции девочки, чувствовал скорое пробуждение пустой. Скоро мир увидит нового адьюкаса, и он собирался присутствовать на её представлении миру.

Спустя десяток перебежек, прерываемых сонидо, старый волк наконец-то встал перед гигантским коконом, в котором скрылось тело Арьи несколько лет назад. Он степенно сел и принялся ожидать скорого пробуждения дочери. Наконец-то он ослабит хватку одиночества на своём сердце. Подле него будет ходить член его стаи. Ходить как равная, а не просто беспомощная маленькая девочка.

Старк не обманывался. Она больше не ребёнок, каким когда-то была. Не в этом мире. Пройденный путь до становления адьюкасом был жесток и неумолим. Сопровождавшие эту дорогу трудности привели к закалке дочери и её становлении настоящей воительницей. Как та и мечтала в детстве. Он лишь сожалел, что эта мечта исполнилась только посмертно. Но по крайней мере он сделает всё возможное, чтобы она просуществовала в этом мире как можно дольше. В точности дольше, чем он сам.

И вот момент пробуждения настал. Окружающие духовные частицы заволновались, а на коконе в форме яйца образовались трещины. Потоки густой отрицательной реацу распространились по округе, извещая окружение о пробуждение нового чудовища. Третья стадия эволюции пожирателей душ выходила на свет. С новой вспышкой духовного давления скорлупа кокона взорвалась изнутри и разлетелась вокруг, открывая обзор на изящную и худую фигурку двухметровой волчицы с длинным скорпионьим хвостом. Хвост оканчивался ядовитым шипом на конце, а серо-стальные глаза с красными отблесками негативных рейши выглядывали из-под волчьей маски, так сильно похожей на маску самого Старка. Однако были и отличия, в виде паучьих жвал на лице и красного изображения паука на груди, укрывавшего своими жвалами дыру пустого.

Открыв свою пасть, Арья издала приветственный рёв для породившей её пустыни. Как и всякий пустой, она сделала это абсолютно инстинктивно, словно привычный и обыденный ритуал, которыми полнилась их жизнь в мире живых, вроде умывания по утрам.

После того, как её вой прекратился, она слегка встряхнулась всем телом, размяла лапы и полноценно развернулась в сторону Старка. Её хвост неторопливо помахивал из стороны в сторону, пока сама девушка внимательно изучала своего старшего сородича. Наконец, спустя несколько минут, когда окружающие их пески и рейши успокоились, она произнесла свои первые связанные слова:

– Здравствуй, отец.

Внутри пустоты Старка словно взорвалась сверхновая звезда. Он не знал, что сейчас произошло с его телом, но ему было плевать. Он резко метнулся к своей дочери, непроизвольно использовав сонидо, чем изрядно ту напугал. Однако та не успела отреагировать, как внезапно оказалась в объятиях своего отца. Старый волк всей своей душой чувствовал, как что-то внутри него встаёт на свои места. Теперь, вновь видя и ощущая родную дочь живой, полноценно разумной и невредимой, он ощущал по-настоящему незамутнённое счастье. Теперь, когда та прошла рубеж адьюкаса, она имела полностью рабочий разум, а не только его зачатки. Она имела своё будущее. Будущее рядом с ним. Он больше никогда не отпустит её одну. Никогда не допустит её смерти.

– С пробуждением, дочь, – хриплым, подрагивающим и искажённым из-под маски голосом поприветствовал свой единственный светоч в этой пустыне старый волк. – Я рад, что ты со мной. И нас ждёт впереди много нового.

После того, как эти слова были произнесены, невольно впитав в себя часть намерения и реацу Старка, Арья расслабилась и утонула в объятиях более крупного волка. Ей нравилась перспектива скитаться по пустыне с кем-то столь близким всему её существу.

Впереди двух адьюкасов ждал долгий, полный терний путь. И они были готовы пройти по нему без каки-либо колебаний. Но не сейчас. Не в этот миг, когда их сердца совместно пульсировали в знак единения. Им просто хотелось посидеть на месте и насладиться теплом семейного воссоединения.

Старк так и не обратил внимание, как его исток внутри тела увеличил своё сияние, а дыра пустого на груди заметно уменьшилась. Сейчас ему было просто не до того.

Глава 26

– Итак, Арья, сегодня я досконально объясню тебе всё, что стало нам доступно как адьюкасам, – наставническим тоном начал свою лекцию Старк, принявшись ходить из стороны в сторону перед сидящей на задних лапах дочерью. Со времени её пробуждение прошло чуть больше недели, и за это время они вдвоём практически ничего не делали. Просто сидели и наслаждались присутствием друг друга. Большее им и не нужно было. Они даже не особо обсуждали свои прежние жизни как в мире живых, так и в мире мёртвых. Им было незачем этого делать. Их реацу говорила сама за себя. Это было неважно. Прошлое в прошлом и больше не отягощало их. Даже дыры пустых на их телах принялись стремительно терять в размерах. Что Старк, ранее ощущавший из своей пустоты исходящие волны давящего одиночества, что Арья, чувствующая в своём нутре горячие угли незатихающей жажды мести, ощутили огромный прилив облегчения. Инстинкты уступили их разумам. Уступили их положительным эмоциям. Из-за этого их оболочки пустых, казалось, лишь укрепились. Стали будто бы крепче и основательнее.

Старший волк, привыкший постоянно мониторить своё состояние, отметил это краем глаза, но лишь пожал плечами. Он уже давно обратил внимание, что его собственные силы часто зависят от его личного настроя и эмоционального состояния. Сильные эмоции приносили разные виды усиления. Страх позволял обострить чувства и увеличить скорость. Гнев – расширить разрушительный потенциал. Сейчас же свою роль играли любовь и чувство поддержки. И те, похоже, имели гораздо более долговременные, а не сиюминутные, последствия. Поразмышляв немного над этим, он решил оставить всё как есть. В конце концов повлиять на это он никак не сможет. Такие чувства не вызвать искусственно. А вот раскрыть свои выводы дочери он не поленится.

– Мы третий уровень эволюции местного… вида, – слегка замялся в объяснении Старк. По сути, они были не упокоенными духами умерших, но он встречал в мире живых такой же мёртвых дух, только отличающийся зарядом рейши. Они явно не являлись единственными представителями мёртвых, а самоназвание «пустые» было излишне говорящим об их проблеме и ему не особенно нравилось.

– Адьюкасы, мифомедио и герикасы, – подытожила Арья, подметив задумчивость отца. – Пустыня мне тоже сообщила основы... отец.

На последнем слове она по неизвестной причине слегка запнулась, но оба волка не обратили на это внимание. Несмотря на проведённое время вместе, они всё ещё привыкали к тому, что им по-настоящему есть с кем вести диалог после долгих десятилетий постоянного одиночества.

– Верно, – кивнул старший волк, внимательно посмотрев на дочь. – Я, если честно, так и не встретил последних двух. Но исходя из наблюдений на предыдущем этапе эволюции, я могу точно сказать, что их вторая стадия гораздо сильнее и разнообразнее простых гиллианов. Не удивлюсь, если с адьюкасами точно также. Наверняка они смогут преподнести нам кучу неприятных сюрпризов. Потому внимательно прислушивайся к чужой реацу. Ты уже встречалась с драконом. Если почувствуешь следы их родословной, то сразу же отступай.

– Хорошо, отец, – слегка недовольно согласилась с этим волчица, слегка дёрнув при этом своим сегментированным и покрытым шерстью хвостом. Ей не особо нравилось это ограничение, но она понимала его истоки. Во время встречи с драконом её спасли только опыт, мастерство, разум и нахождение на пике возможностей своего вида из-за постоянного прикорма с помощью отца. Она действительно понимала разницу в качестве, а потому не собиралась лезть на рожон. Вот когда она достигнет пика адьюкаса, обзаведётся приличным мастерством для своего этапа, тогда никто её не остановит. Она отказывалась признавать, что хоть в чём-то им уступает.

– Так вот, как ты наверняка чувствуешь, нам действительно нужно будет питаться адьюкасами для своего развития. Не реже раза в три месяца, если мы хотим с тобой не просто сидеть на месте, но и развиваться. И для достижения пика потребуется не меньше тысячи жертв на каждого, – объявил Старк, заставляя глаза Арьи слегка расшириться. Это было действительно большое количество. Она не была уверена, скольких она сожрала за предыдущие стадии пустого, но наверняка где-то столько же. Однако то были обычные низшие пустые, а также гиллианы. Неповоротливые махины, толпящиеся большими группами на одной местности. Теперь же им требуется сожрать адьюкасов. А их не так уж и много в округе. Она знала, ведь отец уже рассказывал ей о результатах своей разведки в последние годы.

– Более того, я считаю, что у становления четвёртой стадией есть скрытые дополнительные условия, – продолжил свою лекцию Старк. – В нашей маске находится первоисток – наша главная и первая душа. Именно она делается нас теми, кто мы есть: бывшим Верховным Лордом Севера и его дочерью, оказавшиеся в мире пустых. Потеря её будет означать верную гибель, а значит маску придётся защищать любой ценой. И усиление этой первоосновы принесёт огромную пользу.

– И как же её усиливать? Что-то мне кажется, что говоришь не про обычное пожирание, – уточнила Арья, испытывая толику любопытства.

– Сражения на смерть, – веско припечатал её отец. – Только в настоящем бою твоя первая и главная душа чувствует давление и изымает резервы не только из окружающих её фрагментов душ, но и из себя. Таким образом она будет становиться сильнее, плотнее, а также упростит синхронизацию с другими узлами в нашей энергетике.

– Хм, – девушка задумчиво склонила свою голову и слегка подёргала ушами в замешательстве. – Я, конечно, помню, что после боёв становилась сильнее, но это не было таким большим скачком.

– И не должно быть, – удовлетворённо оскалился Старк на слова дочери. Он рад, что его девочка была столь внимательной. – Наша душа слишком мала в сравнении с нашей сутью. Но именно она является основой, к которой прикреплено всё остальное. И, когда наша энергетика станет окончательно единым целым, мы наконец-то станем вастерлордами и сольём всю свою силу и энергетику с этой самой душой. Такова моя теория. Пусть пока и не подтверждённая.

– Тебе виднее, – согласно прикрыла глаза Арья. – Я не могу столь точно осматривать свою энергетику. Да и мой контроль в сравнении с твоим маловат.

– О, не беспокойся, я научу тебя погружаться в себя, – шагнул поближе к волчице старый волк. – В конце концов это будет для тебя полезно. Отслеживать свой прогресс на почве эволюции вообще приятно и заряжает дополнительной мотивацией. Но есть ещё одно условие для дальнейшего развития, о котором ты просто обязана знать.

– Какое?

– Никогда не позволяй ни одному пустому откусить от тебя и переварить часть твоей формирующейся сверхдуши! – определил основное правило их существования Старк. – Как только ты потеряешь хотя бы один канал между узлами, что циркулируют твою силу по телу – ты проиграла в гонке за выживание. Как только ты потеряешь хотя бы один фрагмент душ из накопленных на предыдущих стадиях – ты проиграла в гонке за выживание. Только целостная энергетика позволит тебе стать вастерлордом. Если её не будет – ты будешь обречена вечно бороться с регрессом.

Арья слегка вздрогнула от подобной перспективы. Она уже понимала, что её отец амбициозен и не собирается останавливаться на месте. Адьюкас, вастерлорд… может кто-то выше. Он был одержим своим развитием, а потому не видел возможных пределов эволюции. Не видел смысла удовлетворяться уже имеющимся. Однажды он это сделал и потерял свою семью. Она это чувствовала. Она это знала. И теперь его семьёй была она. И силы добивался он ради неё. И девушка не хотела быть ему вечной обузой.

– Я обязательно это запомню, отец.

– Да, я верю в тебя, моя маленькая волчица, – с улыбкой в голосе произнёс смягчившийся пустой. – Но вернёмся к погружению во внутренний мир. Всё-таки это основа, которую я не мог тебе дать во время твоего бытия гиллианом. Тебе тогда не хватало полной осознанности.

С этого они и начали. Он учил её погружаться в себя, отрешиться от внешних раздражителей и сконцентрироваться на текущих по её телу ручейках силы. Спустя пару недель у неё это получилось. Пусть это было всего лишь примерное ощущение, без каких-либо деталей, но как минимум она смогла обратить внимание на связывающие эти реки узлы.

А обучение тем временем продолжалось и по другим направлением.

– Если я что и понял, так это то, что у нашей стадии пустых и выше имеются несколько особых приёмов, – продолжал разглагольствовать на той же поляне старый волк. – Некоторые из них тебе уже известные. Например – серо. Продемонстрируй его.

В тот же момент волчица отвернула голову в сторону и буквально за доли секунд выпустила тонкий голубой луч разрушения. Несколько чардрев на краю поляны прожгло насквозь, оставив после себя метровые оплавленные отверстия.

– Действительно прекрасно, – задумчиво пробормотал Старк, слегка переоценивая возможности дочери. – Твой инстинктивный контроль над этой способностью сильно возрос. Впрочем, я не удивлён. Твоё тело заточено на точность и контроль даже больше, чем моё. Ведь эти жвала тебе помогают дополнительно контролировать потоки реацу, верно?

– Да, отец, – слегка качнула головой новорождённый адьюкас. – Благодаря им луч получается быстрым и сконцентрированным. Он должен прожигать даже самую сильную защиту. Но площадь атаки сильно пострадала. Если переусердствую, то скорее всего поврежу жвала. А они – часть маски.

– Понятно. Значит твои жвала можно считать слабым местом. Но речь не об этом. У меня есть идея, как можно хоть и не на долго, но усилить твоё серо.

– М-м-м? – хвост девушки-адьюкаса невольно принялся помахивать от энтузиазма. – Я пыталась силой напитывать шар, но ничего не выходило. Что ты придумал?

– Я разгадал один из фундаментальных секретов этого мира, – загадочно прикрыл свои глаза Старк, слегка подаваясь вперёд к дочери. Он понизил громкость своего голоса и сократил с ней расстояние, словно раскрывая ей невероятно сокровенную тайну. – Он ведь не такой, как мир живых. Он полностью состоит из духовных частиц. Я, ты, песок, деревья. Даже наши атаки. Всё это – духовные частицы, принимающие различные состояния. Но что именно придаёт им ту или иную форму. Что именно заставляет их принимать вид песка. Вид дерева. Вид адьюкаса?

– Что? – завороженно переспросила Арья, снова чувствуя себя маленькой девочкой на уроке у мейстера. Только на этот раз урок был довольно интересным.

– Имена, – чётко произнёс волк. – Истинные имена. Кто-то даровал всему вид и смысл посредством имён. Не знаю кто. Не знаю как. Но знание истинного имени той или иной вещи даёт преимущество. Особенно, когда дело доходит до наших с тобой приёмов.

– То есть, ты хочешь сказать… Достаточно произнести «серо», и сила удара увеличится? – недоверчиво уточнила волчица.

– Не просто произнести, – продолжил своё напутствие старший сородич. – Ты должна всем сердцем поверить в значение этого имени. Всем сердцем воззвать к нему и напитать своей силой. После чего сообщить это самое значение всему миру, выплеснув своё намерение наружу. Ты должна выкрикнуть его, объявив каждому, что ты его используешь здесь и сейчас! Без сомнений и колебаний. И одновременно с этим не бездействовать, а формировать это самое серо. Вот так!

В тот же момент Старк решил сам продемонстрировать сказанное. Обычно быстро формирующийся шар разрушения у его пасти на этот раз завис на две секунды, пока он громогласно при помощи только одной реацу сообщал округе о происходящем:

– Серо!

Невероятно толстый и разрушительный луч двинулся в то место, куда недавно стреляла Арья. Только после него не осталось даже пеньков. Все чардрева на пути его серо оказались испепелены с концами. Это была яркая демонстрация мощи.

– Невероятно! – девушка вскочила на свои лапы, глядя на результат действий отца. Она уже видела его обычное серо. Ещё будучи гиллианом. Да и в начале обучения адьюкасом он уже хвастался перед ней своими навыками. И оно не было настолько сильным, как это.

– Конечно, понимание истинного имени принесёт тебе бонус и в молчаливом использовании приёма, – продолжил обучение Старк, с удовлетворением глядя на взбудораженное состояние своей ученицы. – Ты станешь лучше контролировать процесс. Возможно, сможешь стрелять им вообще беспрерывно, учитывая твои нынешние возможности контроля. Но навык с использованием истинного имени может и всегда медленнее, но зато всегда многократно сильнее!

– Сколько имён ты ещё знаешь? – с искорками в глазах Арья посмотрела на оскаленную в усмешке пасть отца. Она всегда знала, что он крут, но сегодня старый волк стал для неё настоящим кумиром. А ведь это было чем-то по-настоящему новым. Всего за несколько лет её отсутствия тот достиг такого большого прогресса.

– Для боевых приёмов? Три. Один для атаки, один для отталкивания и оглушения, один для перемещения. Но это ещё не всё. Часть информации пустыня доносит до нас как раз через истинные имена.

– Ты имеешь ввиду…

– Именно, – степенно кивнул головой волк, забавно дёрнув ушами. – Пустыня сказала Адьюкас – и вот мы с тобой знаем всё, что нам нужно знать об этом этапе эволюции. Гиллиан, вастерлорд и другие. Все эти имена дают нам представление об их сути на каком-то инстинктивном уровне. И чем больше ты разбираешься в происходящих вокруг процессах, чем больше ты встречаешь представителей этих имён, тем сильнее твоё понимание о них. И это ещё не всё!

– Не всё?

– Твоё ощущение внутреннего мира недостаточно острое. Но что, если использовать истинные имена основ нашей биологии? Рейши – духовные частицы. Реацу – духовное давление. Рейрёку – духовная сила. Ведя поиски нужных частей тела и концентрируясь на их именах, ты можешь обнаружить интересные детали своего строения. Наверняка есть имена и для наших узлов с каналами между ними. Но их имена я ещё не ощутил. Но я нащупаю их. И ты мне в этом тоже поможешь.

– Невероятно.

– Да, дочь моя. Это наш с тобой секрет. Мне и тебе сильно повезло. Мы с тобой обрели разум практически с самого начала. Может твой не был столь же остёр на первых этапах эволюции, как сейчас, но мой совершенно не изменился. За это время я провёл достаточно времени, чтобы осознать разумом окружающую реальность. Мы с тобой новорождённые адьюкасы, но в отличие от остальных не начинаем сознательную жизнь с нуля. А потому и понимание имён у нас гораздо шире и более сконцентрированное, чем у остальных. Я почти уверен, что другие отдают всё на откуп инстинктам. Но мы не должны этого делать. Знаешь почему?

– Почему… – затаённым шёпотом спросила дочь.

– Потому что наша основа всё та же, – стальной взгляд старшего волка впился в глаза волчицы. – Мы люди. Всегда были и всегда будем. Да, мы мертвы, несовершенны и жестоки. Но именно эта жестокость с нашими знаниями, умениями и пониманием окружающего мира сделали из нас тех, кто мы есть. Доминирующей формой жизни. В мире живых дети леса были против нашего процветания, но они стали лишь частью истории. Великаны сгинули вслед за ними. Драконы жгли нас, но и от них остались лишь скелеты чудовищ. А люди… Люди остались живы. Пока они помнят уроки истории, пока учатся на своих ошибках, пока понимают окружающий мир, они остаются живы. Даже иные из легенд, а я теперь уверен в их существовании, ничего не смогли сделать с нами. Пусть мы и полагались на союз с остальными разумными видами, если верить сказкам. И я хочу, чтобы ты вместе со мной использовала величайший дар человечеству с неистовым рвением. И этот дар…

– Разум.

– Именно. Познавай себя, познавай окружающий мир. Развивай мастерство и рви, пожирай врагов нашей семьи. Вместе мы всё преодолеем, пока не будем полностью отдавать себя на откуп инстинктам. На откуп своей пустоте.

– Я поняла, отец. И не подведу, – с непоколебимой уверенностью произнесла Арья. Она приняла слова отца близко к сердцу.

– Я надеюсь на это, – слегка смягчил свой тон Старк. – И просто буду рядом. Поддерживать, защищать, участвовать в совместной охоте. Мы больше не имеем право потерять друг друга. А потому стремись к силе, как никто другой. Ради себя. И ради защиты всего, что тебе дорого. Ведь в этом мире именно сила – главное мерило выживания.

После этих слов между ними наступила приятная тишина. Арья витала в своих мыслях, обдумывая скинутые на её голову откровения, а её отец лишь слегка повернул голову в сторону луны и задумал над своим прошлом. Он прошёл долгий путь. Больше не было благородного и глупого Лорда Старка. Было лишь чудовище. Пустой. Адьюкас. И человек, познавший одиночество. И эта тварь, что несёт свою фамилию из мира живых подобно имени, готова была рвать всё и вся для их благополучия. Так и должно быть. Никаких друзей. Никаких союзников. Никаких долгов. Только он и его дочь будут стоять в основе его мировоззрения.