Пульт времени

Глава 1

Над утренней рекой поднимался туман. Хоть до другого берега было примерно сто метров, но молочное марево скрыло всё из виду. Из тумана доносились шлепки вёсел об воду. Потоки воды несли жёлтые опавшие листья вниз по течению.

Резиновая одноместная лодка причалила к берегу, и из неё вылез мужчина. Его голову покрывала седина. Куртка со светоотражающими элементами и надписью УК «ЭВК» была покрыта каплями воды и перемазана рыбьей чешуёй вперемешку со слизью.

Выкинув на берег свой нехитрый улов в виде пары сазанчиков и небольшой щучки, он начал обмывать лодку в холодной воде осенней Ахтубы. Ещё пару недель, и начнутся морозы. В этом году это последний выезд на жидкую воду. Итак, чтобы добраться до берега, пришлось почти час месить грязь вдоль берега. Сильные дожди превратили землю в непроходимые болота. Старушка Нива ВАЗ 2121 с трудом пробралась к берегу.

Мужчина решил почистить рыбу прямо на берегу реки, чтобы не пачкать дома всю кухню чешуёй. Быстро почистив сазанов, рыбак приступил к щуке. После чистки он начал её потрошить. По осени ему часто приходилось привозить домой щук, полных мышами и лягушками. Во время разделки рыбы он увидел, что нечто блеснуло в кишках.

- О! – обрадовался он. Наверное, блесна!

Из распоротого желудка на свет показался мужской перстень из золотистого металла. После того, как находка была промыта в речной воде, рыбак попытался рассмотреть её без очков, но вскоре осознал, что это гиблое дело. Он не придумал ничего лучше, как надеть перстень на средний палец. Кольцо село как влитое.

- Ладно, - пробормотал он, загружая рыбу в ведро, - дома разберусь: золото это или бижутерия…

Рыба и снасти были уложены в машину. Лодка покоилась на крыше автомобиля. Докурив сигарету, рыбак бросил бычок в воду и, прихрамывая, отправился к автомобилю.

Раздался визг стартера. Пуская сизый дым из глушителя, Нива свалилась в колею и потихоньку попёрла по грязи. Двигатель нещадно выл. На пониженной передаче приходилось его сильно раскручивать, чтобы провернуть колеса в волгоградской глине.

Раскидывая ошмётки грязи, автомобиль выскочил на трассу рядом со Средней Ахтубой. В воскресное утро можно спокойно доехать до дома за час, пробок в город не будет, поэтому можно никуда не спешить.

Алексей Иванович Воронцов, так звали водителя, домой не торопился. Его ждала пустая трёшка в Советском районе почти у администрации, окна которой выходили прямо на остановку стадион «Нефтяник».

Его сын уехал в Москву ещё двадцать лет назад. Как идут дела у старика-отца – его совершенно не интересовало. Бешеный столичный ритм сминает все чувства и амбиции людей, превращая их в машины для зарабатывая денег. Времени не остаётся не то, чтобы на родителей, а даже на самого себя. Последний раз он видел сына на похоронах его матери – его супруги Ольги. Тогда Иван приехал вместе со своей женой Татьяной и сыном Николаем. Они пробыли в Волгограде всего два дня, после чего уехали обратно в Москву. После смерти Ольги, Иван стал звонить всё реже и реже.

Алексей немного расстроился в своих мыслях. Он уже как год вышел на пенсию. Ушёл по горячей сетке в пятьдесят шесть лет. Один год у него пенсионный фонд урвал. Кое-как получилось выбить пенсию через суд. Жалкие четырнадцать тысяч рублей заставляли Алексея продолжать работать в управляющей компании сварщиком. Он работал в аварийной бригаде сутки через двое, что позволяло ему хоть на пенсии немного передохнуть.

Здоровье уже было не то. До армии он занимался рукопашным боем и лёгкой атлетикой, ездил даже на областные соревнования и занимал призовые места. Но не успев попасть армию, он отправился воевать в Афганистан. Долгие полтора года боёв резко добавили ему седины, но доблестного воина Красной армии не могло ничего сломить. На гражданке его покойный отец устроил парня в ЖЭУ, которое было расположено рядом с домом, где он и начал свою карьеру и отдал всю жизнь работе в сфере ЖКХ.

Из воспоминаний его выдернул громкий протяжный сигнал самосвала.

С выезда из дачного массива на Госпитомнике резко выскочила серебристая Калина хэтчбек, за рулём которой сидела девушка, а на лобовом стекле красовался восклицательный знак. Девушка вылетела прямо наперерез грузовику. Водитель самосвала, груженого щебнем, сделал резкий рывок на встречную полосу и ударил по тормозам, отчего его начало тащить юзом по мокром асфальту.

Алексей наблюдал эту картину, словно в замедленной съёмке. Вот пустая трасса, и уже через секунду на него несётся Камаз. Он ударил по тормозам, но было поздно. Нива клюнула носом и, жалобно скрипя колодками, начала тормозить на скользкой дороге. Но грязевая резина плохо приспособлена для таких манёвров. До удара оставались считанные метры.

Неожиданно перед глазами мужчины появились символы на неизвестном ему языке. Время вокруг будто остановилось. Алексей видел сквозь символы лицо водителя грузовика полное ужаса и отчаяния. Также он лицезрел девушку, удивлённо смотрящую в зеркало заднего вида. Птицы, испуганные громким сигналом, застыли в небе.

Внезапно в голове рыбака раздался роботизированный женский голос:

«СИСТЕМА АКТИВИРОВАНА».

«Идёт адаптация под нового пользователя. Язык общения с системой определён и загружен».

«Адаптация завершена. Все системы работают исправно».

«Обнаружена смертельная опасность для пользователя. Системой управления принято решение автоматического отката…»

Яркая вспышка ударила по глазам. Алексей подумал, что КАМАЗ всё-таки достал его. Мужчина инстинктивно зажмурил глаза, но спустя секунду удара не последовало. Распахнув глаза, он увидел, что проезжает посёлок Маслово. До места ДТП оставалось ехать ещё пару минут.

Он тут же крепко вцепился в руль, резко свернул на обочину и остановился.

Водитель Газели, которая следовала за Нивой, удивился подобному манёвру. Он громко посигналил, объехал препятствие и продолжил путь.

- Это что сейчас была за херня?! – костяшки пальцев Воронцова, которые до этого момента сжимали руль, были белыми как снег.

Выйдя из машины, он достал сигареты.

- Всё произошло как будто было наяву, словно на самом деле, а не сон. Наверное, я уснул за рулём и мне всё это приснилось.

После выкуренной сигареты он немного успокоился, затем вернулся в автомобиль, пристегнулся и выехал на асфальт.

Уже через пару минут он увидел то, что казалось сном - аварию на выезде из дачного массива. КАМАЗ снёс кабину газели, перевернулся и рассыпал щебень по всей дороге.

С выпученными от изумления глазами Алексей аккуратно проехал мимо Газели, водитель которой погиб. Его буквально раздавило в салоне. КАМАЗ лежал на боку. Люди из остановившихся автомобилей пытались оказывать первую помощь водителю грузовика.

- Чёрт! Чёрт! Чёрт! Так на его месте мог быть я! – Алексей пребывал в прострации от увиденной картины, но не стал останавливаться. Там и так было много людей, и толку от его помощи никакой.

В итоге старенькая Нива была загнана в гараж, расположенный неподалеку от места проживания Воронцова.

Алексей забрал рыбу из багажника и пошёл домой. Его ещё потряхивало от нервного напряжения, а перед глазами стояла жуткая авария. А ведь если всё было так, как в его «сне», то где в таком случае виновница дорожно-транспортного происшествия? Ведь ею стала водитель Калины. Неужели она уехала? И совесть не почесалась?

По пути он зашёл в супермаркет и приобрёл бутылку водки. Так-то он старался не злоупотреблять – возраст уже не тот и нагляделся он на любителей выпить настолько, что выработал в себе сопротивление желанию заложить за воротник. Но сегодня такой день, что стресс требовалось снять. А иного способа, кроме как народного, Алексею не было известно.

Родная квартира встретила мужчину тишиной.

- Ну и утро! – захотелось ему хотя бы своим голосом нарушить тишину.

На кухне он налил себе полный гранёный стакан водки и залпом решительно его осушил, после чего занюхал рукавом спецовки. В молодости он мог спокойно провернуть такой фокус, после чего спокойно работать весь. Конечно, сейчас такой трюк уже без последствий не обходился, но… Работа сварщика такая, что народ в основном попадался пьющий, и самому приходилось закладывать за воротник, чтобы не отрываться от коллектива, иначе заклеймят белой вороной и будут строить козни. Сейчас уже, конечно, такой дичи в сфере ЖКХ редко встретишь, но в девяностые и начале двухтысячных это встречалось повсеместно. Сейчас ценится опрятный и опытный сантехник с хорошим набором инструментов, а не чумазый алкоголик, от которого прёт перегаром и вонючими носками за километр.

В глазах у него стояла картина раздавленного парня. Его мозг, вытекший на остатки капота Газели, и кости, торчащие из плоти.

Чтобы забыться и отвлечься от этих мыслей, он наполнил стакан повторно и махом его осушил.

Тут же организм потребовал никотина. Алексей закурил прямо за кухонным столом. Больше некому на него ругаться за то, что дымит в квартире. Была бы жива жена, она бы ему устроила…

После выкуренной сигареты сразу почувствовалось, что алкоголь начал действовать. Тело Воронцова наполнилось слабостью и леностью. Он поднялся на пошатывающиеся ноги и закинул рыбу в мойку со словами:

- Пошла она в жопу!

Затем он отправился в комнату спать.

Алексей проснулся ближе к вечеру и попытался подняться с кровати, но у него этого не получилось с первой попытки. Голова жутко раскалывалась и словно была отлита из чугуна - она упорно не хотела отрываться от подушки.

Со стонами и оханьями Воронцов кое-как выбрался на кухню, открыл дверь холодильника и потянулся за чекушкой, которая долгое время простояла в дверце холодильника. Сев за стол, он налил себе на дно стакана водки и сразу её выпил. Через пару минут ему стало намного легче.

- Так! Где моя рыба? Жрать охота, а она ещё не жареная. Хорошо, хоть я её сразу на берегу почистил и выпотрошил.

Когда Воронцов нарезал рыбу ломтиками, его взгляд упал на перстень. Мужчина попытался снять украшение, но у него ничего не вышло.

- Хм… Наверное, палец опух? Ладно, потом попробую снять… - он продолжил заниматься рыбой.

Уже через час на кухне стоял аромат жареной рыбы. За кухонным столом сидел Алексей и с довольным лицом, испачканном в соке и масле, ковырялся в мясистых дольках и выковыривал косточки.

Наевшись до отвала, он откинулся на спинку стула и похлопал себя по животу.

- Эх! Хороша рыбка к столу, да под водочку.

После ужина он принялся изучать кольцо. Оно выглядело так, словно было золотым. Поверхность перстня украшали письмена на неизвестном языке. Большой чёрный камень приютился в навершии и выступал из оправы на добрые пять миллиметров. На перстне не имелось ни клейма, ни пробы, лишь одинокая полустёртая девятка красовалась на ободке, отчего мужчина подумал о том, что эти данные или стёрлись, или выбиты с внутренней стороны. Его не покидало желание как-то снять украшение. Мысли Алексея были забиты подсчётами того, сколько может стоить такое кольцо.

Сколько бы он не тянул перстень, но так и не смог его снять. Тот сидел на пальце как влитой, при этом совершенно не ощущался и не приносил дискомфорта, словно стал одним целым с пальцем.

Поскольку обычные попытки стянуть перстень ни к чему не привели, Воронцов смазал палец подсолнечном маслом. Результат был тем же, но теперь всё оказалось в масле. После он попытался просунуть нитку под кольцо, но и это не увенчалось успехом. В ход шли мыло и вазелин, но перстень так и остался на месте. Кроме покраснения пальца ничего иного добиться не вышло.

- Что за ерунда с этим кольцом?! Ладно похожу пока так, раз не мешает. Завтра на работе попробую раскусить болторезом.

Утром он собрал себе еду на сутки: пару ломтей белого хлеба, полный пакет жареной рыбы и хотел было взять ещё суп. Но стоило только открыть крышку кастрюли, как в нос ударил кислый запах.

- Сумка сумчатая! – скривился Воронцов. – Прокис! А ведь всего два дня простоял. Когда он только успел испортиться?

Времени готовить ещё что-то не оставалось. Пришлось смириться с потерей супа, поспешно слить остатки в унитаз и помыть кастрюлю. Впрочем, потеря не сильно расстроила сварщика. Жареной рыбы ему должно было хватить.

После смерти супруги Алексей питался кое-как. Готовить ему было лень, поэтому в ход шли полуфабрикаты и макароны. В редком случаи он варил суп. Ещё реже готовил что-нибудь в духовке. Помнится, раньше, когда сын был ещё маленьким, он часто баловал семью изысканными блюдами, чтобы помочь своей Ольге хоть немного побыть в покое от домашних хлопот. Но сейчас ему было всё равно, что есть и просто лень готовить.

До работы Воронцов прогулялся пешком. Идти всего пару километров. Его аварийно-диспетчерская служба располагалась на территории котельной микрорайона СХИ. Если не было дождя или снега, он всегда ходил пешком.

На работе мужики сразу заметили обновку.

- Иваныч, ты кого в речке притопил за колечко? – спросил бригадир Александр.

Саша пришёл в эту компанию молодым парнем. Уже через пару лет отличной работы он стал бригадиром. Парень имел крепкое телосложение. Высокий, вечно обритый налысо и с щетиной. К тридцати годам он отрастил себе хороший живот, что было очень странно, так как он работал ещё и в день, и постоянно калымил после работы. Казалось, что кроме работы его ничего не интересует.

На возглас из раздевалки выглянул водитель Дима. Противный малый сорока пяти лет отроду. Он постоянно попадался то на сливе бензина, то на воровстве в конторе. При этом он всегда винил всех в том, что его сдали. Дмитрий невысокого роста и худой – весит от силы килограммов пятьдесят. Саня его постоянно поднимал вверх над головой и заставлял менять лампочки в аварийке, что забавляло всю бригаду. В такие моменты водитель матерился, дрыгался и просил побыстрее его отпустить.

Диспетчер сидел отдельно в другом корпусе и передавал заявки по телефону.

- Ничего себе! – широко распахнул глаза Дмитрий. – Золотое? Ты ограбил кого-то?

- Скажешь тоже, - закатил глаза Воронцов. – Щуку вчера поймал. А когда её разделывал – в желудке обнаружил это, - продемонстрировал он перстень. – Так я с дуру напялил его на палец, а теперь снять не могу.

- Оп-па, покажи! – Дима беззастенчиво ухватил сварщика за руку, мешая ему надеть робу. Он принялся внимательно рассматривать украшение. – Ого! Реально похоже на золото. А вот что за камень, я не пойму. Но наверняка дорогой. Такое украшение тысяч на сто потянет.

- Нагляделся? – смерил его недовольным взглядом Алексей. – Дай переодеться.

- Эх, - с неохотой отпустил его руку водитель. – Везёт же некоторым… Слышь, Иваныч, давай сейчас попробуем снять! У меня опыт есть – я с тёщи снимал кольцо, когда она умерла.

- На, пробуй, - протянул натруженную ладонь Алексей.

Дмитрий долго возился и тянул так, что Алексей заорал от боли, но перстень не дался.

- Кончай уже! – оттолкнул Воронцов неугомонного водителя. – Опытный он! Твоей тёще уже плевать было, а мне больно.

- К хирургу, может? – не успокаивался Дима.

- Ага! – саркастично протянул бригадир. – Чтобы чик, и пальчик отрезал! А лучше к терапевту, который даст таблеточку, и палец сам отвалится!

- Нет уж, - Воронцов спрятал правую ладонь за спину. – Мне палец дорог как память.

- Иваныч, давай попробуем болторезом перекусить, - продолжил Александр.

- Давай попробуем… Только палец оставь на месте – он мне ещё нужен!

Саша достал со склада болторез – огромные кусачки с ручками по полметра, и приготовился перекусывать кольцо. Дмитрий оттягивал кожу на пальце, а Алексей в этот момент зажмурился. Огромные ножи сомкнулись на ободе перстня. Мастер напрягся изо всех сил, но ничего не произошло.

- Всё-всё! Хорош! Вы сейчас мне палец перекусите, - Воронцов отдёрнул руку.

На кольце не осталось ни царапины, в чём убедились все присутствующие.

- Нет, мужики, - покачал головой из стороны в сторону бригадир. – Это точно не золото. Болторез закалённую сталь перекусывает. Тут какой-то сплав из оборонки. Титан или даже вольфрам. Хотя, скорее всего, какой-то особо прочный вольфрамовый сплав. Кольцо тяжёлое?

- Да вроде не ощущается вес, - пожал плечами сварщик.

- Значит, облегчённый сплав.

- М-да… - водитель выглядел расстроенным. – Не золото. То мягкое и тяжёлое. Тут золотом даже не пахнет. Значит, и камень подделка!

- Ну и бог с ним! – махнул рукой Воронцов. – Буду носить на старости лет, - на всякий случай он спрятал руку в карман подальше от коллег. – Что у нас по работе сегодня?

Ему ответил бригадир:

- Нужно приварить перила около первого подъезда в двадцать шестом доме и обследовать квартиру сорок четыре на казахской двадцать восемь. Топит нижних по кухне. Сегодня в десять утра приедут хозяева.

- Ладно. Я тогда пока схожу в туалет.

Воронцов заперся в туалете и присел на унитаз. Он принялся с повышенным интересом рассматривать перстень.

«Эх... Что же ты такое? И не золото, и блестишь…»

После того, как мужчина указательным пальцем протёр камень, он с ужасом заметил, как сигаретный дым завис в воздухе. Перед его глазами появился интерфейс, который представлял собой барабан с датой.

Воронцов подумал, что это сон. Он попробовал воздействовать на интерфейс силой мысли. В то же мгновение колёсико принялось крутиться в разные стороны. Числа на нём менялись. Ради интереса он докрутил до даты свадьбы с Ольгой и нажал на клавишу, но нечего не произошло. Лишь в голове раздался голос:

«Нет прав перемещения в линию прошлого. В перемещении отказано».

Алексей забыл уже, зачем он пришёл в туалет. Он с увлечением мотал колёсико вперёд. Домотав до двадцать второго века, он сделал выбор, после чего раздался хлопок и на мгновение яркая вспышка ослепила его. Мужчина почувствовал, как падает в пропасть.

Воронцов летел в невесомости, а спущенные штаны болтались между ног. Он дотянулся до штанин и натянул их на законное место.

Наконец, он почувствовал, что он стоит на земле. Зрение прояснилось. На улице была ночь. Сортир куда-то испарился вместе со слесаркой и домом. Он стоял в темноте посреди соснового леса, который освещал слабый свет полной луны.

Алексей с ужасом оглядывался по сторонам. Не было видно ни единой души. Воронцов в панике принялся давить на камень перстня. Снова выскочило меню. Мужчина в ужасе увидел дату – первое мая две тысячи сто двадцать третий год.

Сварщик начал отматывать числа назад до своего года. Выбрав дату, из которой попал в будущее, он нажал на пуск, но снова раздался бездушный голос:

«Нет прав перемещения в линию прошлого. В перемещении отказано».

«Для перемещения в прошлое получите права доступа».

Воронцов снова попробовал запустить перемещение, но ничего не изменилось.

«Нет прав перемещения в линию прошлого. В перемещении отказано».

Он в ужасе сел на землю и обречённым взором уставился на перстень.

- КУРВА-А-А!!! – разнеслось по округе…

Глава 2

Глава 2

Алексей смотрел в темноту леса и думал о том, что делать. Единственное правильное решение – дождаться утра, а с рассветом выбираться из леса.

Через пару минут ходьбы ему на глаза попался отличный поваленный ствол дерева. На нём мужчина устроил себе отдых. Прохладный ветер обдувал его лицо. Воронцов застегнул спецовку и вжал голову в ворот куртки, после чего принялся ждать. Спать совершенно не хотелось. Хоть сейчас здесь была ночь, но он проснулся всего пару часов назад. К тому же мешали полчища комаров, которые встретили тёплого и наполненного кровушкой человека с большой радостью. Приходилось постоянно отмахиваться от них веткой.

Спустя пару часов небо начало сереть и появились очертания леса. Вокруг произрастало много деревьев: сосны вперемешку с клёнами и акациями. А то, что в темноте казалось лесом, оказалось зарослями.

Мужчина слез со своего трона и побрёл в сторону рассвета. Если взять в расчёт тот факт, что его переместило во времени, то теоретически он всё ещё находился на территории Волгограда, в котором рассветное Солнце светит со стороны Волги. Где вода – там и люди. Следовательно, необходимо идти к воде.

Лесок оказался небольшим. Вскоре мужчина вышел на склон холма. Время от времени ему на глаза попадались куски бетона, торчащие из земли. Примерно в километре от него виделась река Волга, только её было не узнать. Остров Сарпинский стал просто огромным. Полноводная река разлилась настолько широко, насколько хватало взора.

Алексею не встретилось ни одного целого дома. Остатки зданий, разрушенных невероятной силой, слабо напоминали улицы города, в котором он жил. Всё пространство было покрыто сочной травой и деревьями. По очертаниям невозможно было точно понять, где он сейчас находится, но примерно можно догадаться, что на этом месте располагался Советский район. Вдали виднелся овраг, тянущийся до самой Волги. Сам же путник стоял на холме, то есть примерно в районе Сельскохозяйственного института.

После обозрения окрестностей мужчина продолжил свой путь к воде. Он шагал по густой траве и размышлял о том, как можно вернуться домой и где он на самом деле находится? Действительно это будущее? Если да, то почему оно такое странное?

Путь, который занимал по асфальтовым дорогам полчаса-сорок минут, на этот раз занял у сварщика целых два часа. Он прошёл сквозь разрушенный микрорайон Тулака, после чего оказался вблизи от речного берега. Чем ближе к берегу, тем больше растительности ему приходилось преодолевать. За всё время ему не встретилось ни единого целого строения, лишь попадались большие бугры земли и, торчащие из них куски бетона с причудливо сплетённой арматурой, которые напоминали о том, что когда-то здесь были высотки.

В голове путника бились панические мысли:

«Боже мой! Ни единой живой души… Города не существует. А ещё мне очень хочется есть. Да что там есть? Правильнее это чувство назвать ЖРАТЬ! Хотя странно, ведь вроде и не скажешь, чтобы я был голоден. То ли от стресса это, то ли это перемещение бог знает куда какие-то ресурсы организма задействовало…»

От отчаяния он заорал во всю глотку. Сначала мужчина пытался звать людей. Потом принялся проклинать себя за то, что надел на палец долбаный перстень. После он перешёл на профессиональный жаргон, который состоял из отборной ненормативной лексики.

После того, как негатив был выплеснут в крике, путешествие продолжилось. Наконец, путник достиг берега в том месте, в котором располагался пляж. Каменистый берег – всё, что осталось закатанного в железобетонный панцирь грунта. Время не пощадило ничего. Вода разрушила берегоукрепление и превратила бетонные плиты в камни.

Когда сварщик добрался до реки, он с удивлением застыл и уставился на водную гладь. Огромные рыбины бесстрашно плавали на мелководье. Но стоило мужчине лишь подойти к кромке воды, как тёмные тени скрылись на глубине.

- Эх… - с грустью вздохнул он и мечтательно облизнулся. – Сейчас бы рыбки поймать и зажарить…

Долгие попытки попасть камнем в рыбу не увенчались успехом, а лишь распугали всех ближайших речных обитателей.

Алексей решил остаться на берегу реки, поскольку тут имелись главные вещи, необходимые для выживания: вода и гипотетически еда. Плюсом шёл прекрасный вид на реку. Это означало, что можно не опасаться нападения диких животных как минимум со стороны воды.

Мужчина прошёл по берегу по направлению течения. Раньше в той стороне располагалась водокачка. О ней напоминала лишь каменная гряда и разрушенный фундамент из гранита, который оказался не по зубам водной стихии и времени. Кирпич, в отличие от гранита, давно уже превратился в пыль.

Лёша наломал веток из поросли осины и кленовые ветви, из которых соорудил себе подобие лежанки. Сверху он застелил всё сочной травой, которая обильно произрастала на прибрежных склонах. После этого он притащил хвороста и развёл костер, в чём ему помогла профессия и вредная привычка. Будучи сварщиком и заядлым курильщиком, он всегда носил в кармане спецовки маленький перочинный нож и две зажигалки. Одна хорошая зажигалка с пьезоэлементом служила для розжига ацетиленовой горелки. Вторую – обычную кремниевую и недорогую зажигалку он носил в комплекте с пачкой сигарет.

Наконец, ему удалось развалиться на своей импровизированной лежанке и вытянуть ногу. Она ныла на протяжении всего дня. Старая рана не давала покоя. Ещё пять лет назад ему с машины на ногу упал кислородный баллон, который почти отрубил ступню. Врачи её собирали по частям почти полгода. После этого Воронцов постоянно хромал на левую ногу. Длительные прогулки по пересечённой местности давались ему очень тяжело.

Вечерело… В его времени уже должна была наступить глубокая ночь. Мужчина уснул, сам того не заметив.

Посреди ночи Алексей проснулся от шороха камней. Он вскочил с лежанки и огляделся. Тёмные тени расположились недалеко от его убежища. Лишь глаза блестели в лунном свете. Стоило мужчине подняться на ноги, как тени пришли в движение. Он разглядел стаю собак, которая понеслась в его сторону. Мужчина насчитал семь особей – все крупные, серо-бурого окраса, с мощными телами. Псы стремительно забирались наверх по камням.

В панике Алексей схватил камень, который в то же мгновение запульнул в первую собаку. Камень недолетел до цели считанные метры. Собаки уже забрались наверх и начали заливать всю округу лаем.

Следующий бросок оказался более удачным. Камень попал точно в бок крупного вожака, который заскулил и отбежал в сторону. Остальные псы замедлились и остановились, опасаясь продолжать атаку. Пример вожака заставил собак быть осторожней.

Точное попадание в цель воодушевило Воронцова. Камни полетели один за другим. Собаки поливали его лаем и отступали вниз по склону. Алексей радовался тому, что оружия предков ему хватало, поскольку весь берег был засыпан крупной галькой размером с яблоко.

Наконец, псы пустились в бегство. На данный момент человек победил, но после этого ему пришлось мучительно размышлять о своей безопасности. Сейчас ему повезло, но будет ли везение постоянным его спутником? Следовало как можно скорее придумать и реализовать защиту от ночных хищников.

Угли продолжали тлеть. Алексей накидал в кострище веток, которые занялись ярким пламенем. Он сел на камень. Сердце было готово выпрыгнуть из его груди, а давление подскочило до небес. В его возрасте такие ситуации могут стать фатальными.

Мужчина грелся у костра и пытался успокоиться, но ночные тени этому не способствовали. Он нажал на перстень, после чего выскочило меню. Окружающий мир замер.

Воронцов пролистывал пункты меню и читал текст. Наконец, он нашёл в конце списка инструкцию и принялся её внимательно изучать. В инструкции говорилось, что для управления временем и для возврата в прошлое необходимо получить разрешение в бюро времени, которое находится в секторе Вектор G12 II планета #50-2#AXD.

- Сущая ерунда! – саркастично усмехнулся он. – Для возвращения домой мне всего-то нужно построить космический корабль, разобраться в неизвестной системе космических координат, смотаться в это бюро, быстро получить разрешение, после чего свалить обратно домой…

В меню ему попалась интересная функция – замедление течения времени. Алексей вывел её на главный экран и выбрал замедление один к шестидесяти, после чего нажал пуск.

На первый взгляд ничего не изменилось. Мир будто продолжал находиться в стазисе. Воронцов поднял камень и запулил его в реку. Стоило ему разжать ладонь, как его снаряд повис в воздухе. Но так казалось лишь на первый взгляд. Если присмотреться, то было заметно, как камень продолжает медленно плыть по воздуху в сторону воды. Он напоминал муху в киселе, которая медленно продвигалась через вязкую толщу.

По ощущения прошло около минуты до того момента, как камень, наконец, достиг цели и начал медленно погружаться в воду. Брызги от камня медленно отрывались от водной глади, будто в сильно замедленной съёмке, и разлетались в стороны.

Воронцов зашёл в меню, нашёл функцию ускорения течения времени и выставил ползунок два к одному. Как только он нажал на пуск, течение времени резко ускорилось. Брызги стали лететь намного бодрее.

Следующий камень полетел так, словно был запущен не рукой человека, а будто им выстрелили из пушки. Всё произошло настолько быстро, как будто кто-то включил перемотку на видеомагнитофоне.

Эти две функции мужчине очень понравились. Он выставил ползунок ускорения времени пять к одному. Деревья начали намного быстрее раскачиваться под дуновениями ветра, а рассвет наступил буквально через двадцать минут. Самое интересное заключалось в том, что изменение времени совершенно не касалось его организма. Движения совершались таким же образом, как при обычном времени. Это воодушевляло.

Алексей вооружился палкой, которую заточил наподобие остроги. Когда он подошёл к воде, тут же выставил замедление времени.

В небольшом затоне у берега почти у самой поверхности воды плавала стая голавлей. Мужчине казалось, словно они застыли на месте. Он не мог не воспользоваться этим шансом. Чтобы не замочить свою единственную одежду, ему пришлось раздеться. Воронцов зашёл в воду, которая стала густой, как кисель. Он медленно, преодолевая сопротивление водной среды, подобрался к рыбе, примерился, после чего точным ударом наколол на острогу крупную особь весом под два килограмма. Когда он вытаскивал добычу на берег, его ликование достигло вершин.

Уже через десять минут рыба была почищена и запекалась в углях. Терпеть умопомрачительные ароматы на голодный желудок казалось изощрённой пыткой. Чтобы не подвергать себя мучениям, Воронцов ускорил время. Благодаря этому завтрак был готов всего через пять минут. Сочный пригорелый вкус рыбы привёл его в восторг. Алексей не ел уже двое суток, и был несказанно счастлив даже такой еде. Ещё бы соли, так вообще стало бы хорошо.

После сытного перекуса Алексей замедлил время и завалился спать.

По ощущениям он проспал примерно четыре часа, но Солнце на небосклоне не сдвинулось и на метр. Теперь он не боялся, что его достанут собаки во сне, и спал совершенно спокойно.

После сна Алексей ускорил время, чтобы не гулять по жаре. Уже через пару минут наступил вечер. Вечерняя прохлада и отсутствие палящих лучей шли ему на пользу. Воронцов хотел сходить на бывший строительный рынок, поскольку ему были нужны инструменты. Сейчас ему пригодился бы даже ржавый топор.

Через некоторое время мужчина вышел в районе, в котором раньше располагались торговые склады оптово-строительной базы. Огромная площадь была покрыта травой и деревьями. Алексей с трудом сориентировался на местности, прикинул месторасположение склада хозяйственных товаров и побрёл в ту сторону.

Место, на котором он стоял, по идее должно быть тем самым, на котором в прошлом стоял склад хозяйственных товаров. Старая одноэтажная постройка была разрушена до основания. Крыша обвалилась от времени и скрылась под слоем грунта, но толстые кирпичные стены метровой ширины выдержали натиск силы времени и всё ещё торчали из земли.

Миллионы лет назад давний предок человека взял в руки палку, и тем самым заложил основы рабочей кисти, благодаря которой появились современные люди. Его дальний потомок за неимением других инструментов вернулся к корням. Он вооружился палкой-копалкой и принялся разгребать землю и завалы. Долгое перекидывание битого кирпича в кучу и копание земли руками позволили ему добраться до бывшего деревянного перекрытия, от которого ничего не осталось. Все доски сгнили в труху, даже гвозди превратились в куски ржавчины. Провозившись ещё пару часов, уставший сварщик сел на стопку кирпичей. Благодаря тому, что он работал при замедленном времени, Солнце только начало заходить за горизонт.

- Всё! На сегодня хватит. Надо возвращаться к лагерю…

Нога гудела от нагрузки. Алексей использовал палку-копалку в качестве посоха, опираясь на который, он побрёл к бывшей водокачке. Проверенным способом он добыл себе ужин. После быстрого перекуса он завалился спать. От усталости он совершенно забыл замедлить время, и проснулся уже тогда, когда светило вовсю прогревало воздух.

Рыбная диета мужчине порядком надоела, но деваться некуда. Запечённый на углях окунь стал его завтраком, после которого он прихватил с собой пару рыбин и побрёл на раскопки.

После того, как мужчина добрался до разрушенного здания, он начал монотонно таскать кирпичи и землю. По пути на базу ему попался кусок нержавеющего листа – бывший дымоходной трубы для газового котла. Он принялся использовать свою находку в качестве ведра, сплющив один конец.

Мужчина долго продолжал таскать землю, которую нанесло временем. Замедленное время совершенно сбивало внутренний ритм. Лёше не было понятно сколько времени прошло до того, как он, наконец, добрался до помещения склада. Раскопки принесли первые плоды – стопку сгнивших эмалированных вёдер.

Работать приходилось очень аккуратно. Перчаток у него не было. Любой порез мог привести к заражению крови, а травмпункта нигде не наблюдалось.

Следом пошли пластиковые вёдра и тазы. Гниение их не тронуло, но вёдра и новые не славились прочностью, а теперь пластик стал настолько хрупким, что при любой нагрузке рассыпался в труху. С досадой Алексей кидал вёдра в сторону от раскопок, отчего пластик разлетался мелкими обломками по площадке.

Вскоре Воронцов выбился из сил. Он присел на стопку кирпичей и достал свой обед, который состоял из двух крупных окуней, запечённых на углях и завёрнутых в листья лопуха. Вчера ему повезло обнаружить целую стеклянную бутылку из-под пива. Её он после этого, словно самое большое сокровище в мире, отмыл в проточной воде. Он и представить не мог, что когда-нибудь обычная пивная бутылка будет способна доставить ему столько радости. Раньше на них никто не обращал внимания – обычный мусор, которого повсюду полно. В бутылке он носил с собой воду. А чтобы вода не проливалась, была изготовлена деревянная пробка, которой бутылка затыкалась.

Май выдался тёплым. Приятный ветер ласково обдувал сытного выходца из прошлого, а Солнце пригрело так, что его сморил сон. Сбитый цикл из-за постоянного замедления времени сыграл с ним злую шутку. Из-за малого замедления времени он уснул в обед, а проснулся тогда, когда начало темнеть и резко похолодало.

Начался мелкий дождь. Алексей принялся искать укрытие, но все строения были разрушены, и у него не оказалось возможности укрыться от дождя. В итоге мужчине удалось спрятаться под большим клёном. Он ускорил время. Как только он это сделал, ему показалось, будто наверху открыли гигантский небесный кран, а единственного в этой местности человека поставили под огромную струю. Крупные дождевые капли летели сплошной стеной.

Глава 3

Глава 3

Ближе к полуночи дождь закончился. Продрогший Воронцов даже не пытался развести огонь. В округе всё насквозь промокло и сырым. Тратить дефицитную зажигалку на бесплодные попытки разжечь сырое топливо совершенно не хотелось.

Мужчину одолевал голод, но есть хотелось не только ему. Тёмные тени мелькали в темноте на территории бывшей базы. Воронцов решил не тянуть кота за колокольчики, и сразу замедлил время в соотношении пять к одному. Он сжал в руке палку покрепче и приготовился.

Долго ждать не пришлось. Через считанные мгновения две крупные псины выпрыгнули прямо перед ним. Ну как выпрыгнули… Они двигались, словно в замедленной съёмке. Их тела медленно пролетели по воздуху, после чего собаки приземлились прямо перед ним. С оскаленной пасти серо-бурого пса медленно стекала слюна и капала в лужицу, над которой стоял пёс.

Крепкий кобель с крупными зубами примерно под сорок килограммов весом оскалился и прыгнул на Алексея. Он целился клыками прямо в горло жертве, но для человека его стремительный полёт казался движением мухи в киселе. Пока кобель медленно двигался по воздуху, человек с невозможной для живого существа скоростью, прихрамывая, отошёл в сторону и опустил крепкий сучковатый дрын на голову противника.

Для пса с момента прыжка до его смерти прошло меньше секунды. Для Алексея же миновала целая вечность.

Второй пёс, узревший мгновенную расправу, тут же заскулил и попытался сбежать, но его настигла та же участь – он пал со сломанными шейными позвонками от тяжёлого дрына. Чёткий удар поверг его на землю. Лапы задергались в конвульсиях. После непродолжительных предсмертных трепыханий тело пса вытянулось в струнку. В воздухе пахло кровью и мокрой псиной.

Алексей вглядывался в черноту ночи. Тёмные тучи закрыли луну и стояла полная темнота. Он поднял зажигалку над головой и чиркнул колёсиком. В ночи в пяти метрах от него с левой стороны в глазах псины блеснуло отражение огня. Несмотря на то, что собака была готова к атаке, преимущество человека в скорости не дало ей ни малейшего шанса уклонится от дрына правосудия. Со стороны казалось, будто Алексей не шёл, а перемещался в пространстве блинком. Через доли секунды массивная палка размножила псу голову.

Воронцов стоял у стены. Он не заметил, как из-за спины на него прыгнула сука. Она нацелилась на его лодыжку. Её пасть медленно смыкалась на ноге мужчины. Клыки неспешно погружались в податливую плоть до самого мяса. Лишь из-за боли Алексей обернулся и обратил внимание на собаку.

Мужчина упал на землю и больно ударился коленом об камень. Из глаз посыпались искры. Ладони разжались, и дрын выпал из рук. Он пытался дотянуться до собаки, которая медленно разрывала его лодыжку.

- Фу, тварь! ФУ!

Но суке было плевать на его крики. Она крепче сжимала челюсти. Наконец, Алексею удалось дотянуться до собачьей башки. Он пальцами надавил на глазницы и почувствовал, как начали лопаться глаза. Его пальцы погрузились в мягкое месиво.

Сука от боли пронзительно заскулила и в тот же миг начала разжимать челюсть. Человеку казалось, будто это будет происходить целую вечность. Но в итоге хватка на ноге ослабла и собака отпустила его измученную ногу.

В следующее мгновение разъярённый Алексей схватил псину за горло и начал её душить. Собака пыталась вырваться. Вся её пасть была в человеческой крови, что лишь сильнее разозлило сварщика. Он вцепился в псину мёртвой хваткой и продолжал удерживать её за горло. Спустя вечность собака перестала дёргается и затихла.

Адреналин схлынул, на его место пришла боль. Алексей взвыл от боли. Он задрал штанину и оценил масштаб бедствия. На правой лодыжке остались четыре глубоких кровавых раны от клыков. Кровь текла, не переставая.

Нужно было действовать решительно. Алексей принял единственное правильное по его мнению решение – он скинул спецовку и майку. Разорвав майку на лоскуты, он неумело, насколько было возможно, забинтовал ногу. На левой ноге под коленной чашкой надулась огромная шишка.

Мужчина дополз до дрына, и с его помощью кое-как сумел подняться на ноги. Но куда-либо идти не решился. В его состоянии он не сможет никуда добраться. С трудом, преодолевая боль, он доковылял до стопки кирпичей. Затем расположился возле неё как можно удобней, нажал на перстень, выбрал максимальное замедление времени и провалился в сон.

***

Судя по ощущениям, он проспал часов пять, а то и больше. Он ощущал сильную слабость и будто горел изнутри. Боль от ног, казалось, разлилась по всему телу и била прямо в мозг. Обе ноги выглядели опухшими.

Импровизированные бинты были размотаны. Майку было жалко, поскольку другой одежды у мужчины не было, но себя было ещё жальче. Он в темноте пытался нащупать рану, но вскоре осознал бессмысленность этого занятие. Сколько бы он ни смотрел, ночное зрение у него не появится. Поэтому время было ускорено.

Ночь пролетела в одно мгновение до того момента, как Солнце взошло на горизонте. С рассветом, наконец, рану удалось обследовать. Четыре рваных следа от укуса загноились. Единственное доступное средство для лечения – бутылка из-под пива с остатками воды. Рана была аккуратно промыта остатками воды. Каждое прикосновение сопровождалось яркой вспышкой боли, из-за чего на всю округу разносился отборный мат, который сварщик из ЖКХ знал в огромном количестве и в любых вариантах.

После обработки укуса мужчина принялся осматривать местность в поисках целебных трав, ведь это единственное, что доступно ему в условиях дикой природы. Из всех лекарств ему оказался доступен лишь подорожник, которого в округе росло в огромном количестве. Медленно опустившись на землю, Алексей дополз до ближайших зарослей подорожника и нарвал листьев. Из них он сделал своеобразный компресс с помощью остатков майки, после чего снова занял своё место на кирпичах.

Ситуация вгоняла мужчину в тоску. Разрушенная цивилизация и отсутствие людей пугали его. А одиночество и боль сводила с ума. Он подумывал попробовать переместиться ещё дальше в будущее, но от этого шага его останавливался неизвестность. Вдруг в будущем мира не станет, к примеру, какой-нибудь метеорит разрушит Землю, а он переместиться прямо в космос? Этот вариант он оставил на последок, а сейчас ему жутко хотелось есть. Все манипуляции со временем на него не влияли – его тело жило в обычном времени, хоть замедли время в тысячу раз, всё равно останется потребность в еде и питье.

Решено было не терять времени даром. Всё равно идти он никуда уже не сможет, максимум сумеет проползти метров сто. Воронцов начал в положении лёжа разгребать завалы бывшего склада. Он принялся откидывать кирпичи в сторону и выгребать землю.

Когда уже силы начали покидать сварщика, ему несказанно повезло – он выкопал целую лопату! Если бы она была обычной, то от неё ничего бы не осталось. Но эта лопата оказалась от именитого импортного производителя и была полностью изготовлена из сплава алюминия. Она провела в земле больше ста лет, но при этом сохранилась в состоянии, близком к идеальному.

Радость от находки затопила сознание Алексея. Он никогда представить не мог, что может так сильно радоваться обычной лопате. Если бы ему ещё несколько дней назад подарили лопату из золота, он бы так сильно не радовался, как этой алюминиевой прелести.

На радостях Алексей сразу опробовал в деле свою находку. Сначала он копал аккуратно, опасаясь, что со временем алюминий мог сталь более хрупким. Потом осмелел и стал копать активнее. Работа ускорилась в разы. Он копал и откидывал землю, лёжа на боку.

Вскоре горе-археолог докопался до стеллажей выставочного зала, которые, не выдержав проведённого в земле времени, превратились в труху. Мужчине время от времени попадались разнообразные приметы быта: то пластиковые рукомойники, то мотки синтетической верёвки, которая тоже сгнила. Из ценного ему удалось откопать бухту одножильного медного провода, изоляция которого задубела, но сама жила была в идеальном состоянии. Сто метров кабеля сечением полтора миллиметра ему пригодятся как никогда. Раньше бы он такую находку с радостью сдал бы в металлоприёмку, но сейчас радовался ей, как ребёнок, получивший подарок от Деда Мороза.

В итоге силы закончились. Усталый Алексей вылез из раскопа и, опираясь на лопату, аккуратно похромал до кирпичей. Есть хотелось до невозможности. Он допил остатки воды, после чего от безвыходности замедлил время и завалился спать.

После пробуждения сварщик чувствовал, будто желудок начал пожирать самого себя. С момента нападения собак прошло всего часов шесть-семь. Он держался до последнего, ведь привык считать, что собака – друг человека. Но голод настаивал на своём. В итоге моральная дилемма отступила на задний план. Подумаешь, собака… Вон, в Корее ежегодно съедалось по три миллиона собак в год, и ничего.

Наплевав на все приличия, мужчина похромал к вожаку стаи. Есть у суки нечего, поскольку она мелкая и костлявая, а набухшие соски говорили о том, что она кормила щенков. Зато кобель был крупным. Его шерсть лоснилась в лучах светила и говорила о том, что он совершенно здоров. С помощь проволоки Алексей повесил собачью тушу на дереве и начал перочинным ножом снимать с неё шкуру.

Воронцов вспомнил шутку которую от слышал по радио в далёкие девяностые, и озвучил её:

- Вы не любите собак? Значит, вы просто не умеете их готовить! – он невольно засмеялся, ловко сдирая шкуру.

В свое время он увлекался охотой, и опыт разделки туш у него имелся. Перочинный нож был огромным подспорьем в этом деле. Спустя пару часов у него на руках имелись самые отменные куски мяса. Наломав веток, он развёл костер. Сырая древесина сильно дымила и резала глаза. Пока огонь разгорался, из кирпичей очаг был выложен очаг и подготовлены заостренные прутики, на которые были насажены кусочки мяса.

Вскоре Воронцов восседал на своём кирпичном кроне и вгрызался зубами в сухое мясо, пресное и вонючее, словно старая козлятина. Оно напоминало ему подошву от ботинок. Но голод делал свое дело, оттого даже такое блюдо увлечённо жевалось и приносило восторг. Больше всего Алексея радовало то, что на пятом десятке у него всё ещё были крепкие зубы.

Мужчина был настолько увлечён едой, что не заметил, как из-за кустов к нему выбежал маленький щенок. Пушистый комок шерсти жалобно скулил и жался к нему. Алексей не выдержал, и кинул ему кусок мяса. Щенок радостно схватил подачку и, издавая довольный скулёж, начал его грызть.

- Ух, каннибал! – погрозил ему пальцем сварщик, после чего покосился на остатки разделанной туши кабеля. – Ещё и гурман к тому же… Сырое мясо жрать не стал – жареное ему подавай!

После завершения трапезы у Алексея появились новые силы. Он вновь поковылял к раскопу. Усердный труд привёл его к новым находкам: алюминиевый таз, подгнивший, но ещё без дыр, пачка шампуров из нержавейки, которые могли стать прекрасным подспорьем в готовке, и сковорода из литого алюминия. Такая была у его матери, в ней всегда получалась вкусная картошка.

К вечеру после перекуса остатками жареного мяса и угощения объедками щенка, который не отходил от него и на шаг, Алексей замедлил время и завалился спать.

Ещё два дня он разгребал завалы. Воду удалось набрать в остатки вёдер и в тазик во время дождя. Её он на всякий случай прокипятил два раза. За эти дни мясо кобеля было зажарено на шампурах и доедено.

За время раскопок удалось обнаружить то, что было дороже всего – мешок технической соли. От мешка не осталось ничего, а соль слиплась в огромный кусок. Стоило огромных усилий вытащить солевой булыжник к кирпичам. Там она была завёрнута в остатки плёнки, откопанной в завалах склада. Пленка крошилась, поэтому с ней приходилось обходиться с осторожностью. Помимо соли удалось найти топор и лом, которые хоть и были подвержены коррозии, но сохранились в нормальном состоянии. Металл ржавеет от соприкосновения с кислородом. Поэтому под землёй без доступа кислорода есть немаленький шанс обнаружить металлические инструменты в хорошем состоянии. Ещё одной полезной находкой стал добротный охотничий нож. Он был безномерным, но качество изготовления оказались на высоте. Ножны из кожи сгнили, но при этом ручка из стабилизированной древесины и лезвие остались целыми. Алюминиевый ковш на пару литров, помятый, но не без дырок, стал ещё одним приятным бонусом. Все находки были сложены в одну кучу.

Алексей после очередного трудового дня осматривал свои раны. На левой ноге опухоль уже начала спадать. С правой ногой всё было плохо. Раны гноились и конечность сильно опухла в месте укуса. Она причиняла мужчине постоянную боль, которая становилась острой во время работы. Без нормальных лекарств заживление шло плохо, а подорожник не особо помогал. Но без него наверняка всё было бы хуже.

Сварщик спрятал лом. Затем срезал ножом несколько палок, из которых изготовил подобие волокуши. В соединении палок весьма пригодилась медная проволока, найденная на месте бывшего склада. Та же проволока, сложенная в несколько слоёв, использовалась в качестве верёвки, чтобы тащить за собой волокушу, на которую был погружен скарб мужчины. После небольшого отдыха путник начал своё шествие к берегу Волги. Хромая и спотыкаясь, он упорно тащил свой скарб. За пять часов он с трудом преодолел расстояние в жалкий километр, который отделял его от речного берега. Сложнее всего пришлось на крутом спуске. Все вещи норовили разлететься. Пришлось их дополнительно фиксировать.

Спайк, так был назван щенок, бежал рядом и радостно лаял. Воронцов пытался его прогнать ещё в первый день, но тот совершенно не хотел уходить и всё время кружился рядом. Пёсик жалобным взглядом влажных глаз словно заглядывал в саму душу мужчины. В итоге у последнего больше не поднялась рука прогонять щенка.

На берегу Алексей первым делом припал к воде. Жажда оказалась хуже голода. Вкусная холодная вода сразу его взбодрила. Затем время было замедлено и началась рыбалка, по которой мужчина успел соскучиться. Пара крупных голавлей были пойманы им и вскоре отправились на сковородку. На этот раз рыба казалась намного вкуснее, ведь для её приготовления была использована лучшая приправа в мире – соль. Уже через час они вместе со Спайком наслаждались вкусной жареной рыбой. Алексей переживал о том, чтобы щенок не подавился рыбьими костями. Но тот ел с осторожностью и не подавился.

***

Первым делом Алексей отремонтировал топор. На месте бывшей аллеи вдоль набережной росло много берёз. Для топорища была выбрана ровная ветка, которая была сначала отломана от ствола, а затем с помощью ножа превращена в рукоять топора. На эту работу ушёл весь день с перерывом на послеобеденный сон. Слабость и раны не давали мужчине покоя. Зато к вечеру у него имелся отличный топор с шикарной ручкой, острие было заточено с помощью плоского камня.

Спайк всё время кружился рядом и жался к хозяину. Он реагировал лаем на любой шорох в кустах и на пролетающих птиц. Когда начало темнеть, Воронцов обратил внимание на стаю уток, которая приземлилась в затоне за водокачкой. Птицы громко крякали и периодически ныряли под воду.

Нападение собак сильно врезалось в память выживальщику. Больные ноги не давали об этом забыть. А ведь помимо псов тут могли обитать и более опасные звери: волки, медведи и кабаны. Воронцов хотел быть во всеоружии при возможной встрече с хищниками. Для этого и не только он начал изготавливать оружие.

Первым делом была найдена длинная ровная и прочная палка. К ней он намертво примотал медной проволокой шампур из нержавеющей стали. В результате этих несложных манипуляций получилась шикарная острога, которую можно использовать не только в качестве оружия, но и для добычи пропитания. Оружие сразу было решено использовать по назначению.

Воронцов аккуратно пробрался через ивовый молодняк к воде, замедлил время, раздвинув ветки и вступил в кисельную воду, обжигающую его рану. Перед ним предстала картина, которая радовала глаз: две утки плавали на мелководье всего в пяти метрах от берега, ещё три их товарки расположились на глубине затона в десяти метрах от него.

Перстень делал свое дело – утки медленно по миллиметру в секунду расправляли крылья, пытаясь взлететь. Воронцов, не теряя драгоценного времени, поспешил к добычи на максимальной скорости, которую позволяли ему развить больные ноги. Как только он добрался до ближайших уток, ещё не успевших взлететь, он точным ударом проткнул тушку птицы и поднял её на остроге из воды. Затем мужчина быстро снял с острия копья свою добычу и снова прицелился. Второй удар остроги достался другой птице. С парой подранков счастливый охотник выбрался на берег. Когда он ускорил время, к нему подбежал щенок.

- Сегодня будет славный ужин, Спайк!

- Ав-ав-ав! – залился щенок радостным лаем.

С наступлением ночи утка томилась в собственном соку на сковороде, а по берегу распространялся непередаваемый аромат тушёного мяса. Когда еда была готова, Алексей расположился на пучке травы и приступил к трапезе. Мясо утки оказалось жёстким, но невероятно вкусным после рыбной диеты. Наевшийся Спайк лежал пузом кверху у его ног и мирно спал.

Весь жир со сковороды сварщик собрал в обрезок пластиковой бутылки, которую он нашёл ранее. Из старых обрывков майки, которые он использовал как бинты, была сооружена простейшая свеча, которая нещадно коптила, но давала хоть какой-то свет в безлунной ночи. Утиные перья были аккуратно сложены под камень. Вторая ощипанная утиная тушка висела на высокой ветке у дерева, которое росло рядом с разрушенной водокачкой.

Глава 4

Глава 4

Спустя неделю Алексей стал более-менее передвигаться. Опухоль на прокушенной ноге спала и раны начали заживать. За прошедшую неделю Воронцов почти ничего не делал – он старался не нагружать больные ноги, просто ел и отдыхал. Но теперь, когда он может более спокойно ходить, пришло время заняться жилищем.

На склоне у водокачки хороший глинистый грунт. Там решено вырыть небольшую землянку. Белесые следы на деревьях указывали на то, что во время половодья до уровня расположения землянки вода не дойдёт метров на пятьдесят, поэтому затопления можно не опасаться.

Глина на холме оказалась неверно плотной и твёрдой. Её приходилось рубить топором перед тем, как начать копать лопатой. За весь день удалось углубиться всего на полметра. К ночи землекоп без сил упал на свою лежанку из веток, которая располагалась в остатках фундамента водокачки. Сил не осталось даже на еду.

День за днём Воронцов копал в глубину и расширял туннель в ширину и высоту. Спустя неделю землеройных работ у него получилось вырыть землянку два на два метра и высотой почти сто восемьдесят сантиметров. Укрепление потолка и стен бревнышками заняло ещё почти неделю.

В изготовлении стен огромную помощь оказывал топор. Если бы не этот восхитительный инструмент, было бы невозможно рубить деревья, стволы которых вкапывались сверху и шли на укрепление стен с потолочными подпорками. По итогам многодневных трудов получилось довольно сносное жилище.

Из камней и обломков кирпичей в землянке был выложен небольшой очаг, для которого пришлось выкапывать дымоход. Под последний был приспособил кусок трубы, найденный на бывшей строительной базе. Всё это творение было обмазано глиной и нещадно дымило.

Дверь была сплетена из ивовых прутков и кленовых веток. На ночь она подпиралась большим пнём. Из стволов молодых деревьев были сооружены нары, которые после этого устлала сухая трава.

После спартанских условий ночёвок на улица спать на такой лежанке в защищенном, пусть и небольшом помещении, было вершиной блаженства для немолодого Алексея. Во сне ему постоянно снились блага цивилизации: телевизор, холодильник, кровать с мягким матрасом и, конечно же, сигареты.

Курево закончилось ещё две недели назад, несмотря на то, что мужчина растягивал удовольствие, выкуривая по одной сигарете в день. Но от судьбы не уйдёшь. Пачка неумолимо таяла, пока полностью не опустела. По началу Воронцов пытался не думать о пагубной привычке. Но ему было очень тяжело без сигарет. Он курил больше сорока лет, и ему было очень тяжело резко бросить дымить папиросами.

На постройку убежища у Алексея ушёл почти месяц. Май стремительно подошёл к концу, и начался жаркий июнь.

Воронцов неспешно прогуливался вокруг своего места жительства, постоянно увеличивая расстояние от своей землянки, и изучал остатки цивилизации. По его наблюдениям выходило, что город пострадал в результате взрыва ядерной бомбы или чего-то на неё похожего. Дома были сложены от центра взрыва в одну сторону, словно карточные домики.

Во время очередной прогулки он обнаружил эпицентр взрыва, который располагался в районе бывшей станции скоростного метро-трамвая «Елшанка». На этом месте образовался огромный котлован. Воронка в диаметре была не меньше пятидесяти метров и глубиной больше десяти метров. Взрыв полностью уничтожил станцию. Туннели в оба направления обвалились и были засыпаны землёй. Это стало понятно потому что в сторону Ворошиловского района в месте, в котором проходил туннель, земля просела. На этом месте образовался небольшой овраг, который густо пророс травой и большими деревьями.

Алексей жалел, что у него нет ножовки, а лучше бензопилы с запасом топлива. С ними бы он бы спилил один из стволов и по круговым кольцам посчитал бы, сколько лет назад произошло ужасное происшествие.

Железнодорожные пути тоже пришли в негодность. Взрывом рельсы порвало и завязало в такой причудливый узел, что Алексею казалось, будто невидимый великан сплёл из них макраме.

За железнодорожные пути он не стал заходить, поскольку обнаружил большое количество собачьих следов, ведущих в сторону оврага. Спайк трусливо жался к его ноге и тихонько скулил.

- Ладно, малыш, - потрепал он пса по голове, - пойдём домой. Интересного здесь ничего уже нет.

Алексей прошёл через весь микрорайон и остановился на том месте, где раньше располагалось троллейбусное депо за продуктовым рынком. На его памяти неподалёку находилось здание, в подвале которого располагалось бомбоубежище, построенное ещё в пятидесятых годах двадцатого столетия. В своё время он работал в этом районе в местном ЖЭУ, и не раз его приглашали в это промышленное здание произвести сварочные работы. На конец двухтысячных подвал был опечатан, а бомбоубежище было полностью укомплектовано, так как оно являлось режимным объектом.

Когда Воронцов обошёл вокруг развалин, среди кучи бетона и битых кирпичей он нашёл искомое. Сорванная с петель дверь весом под сто пятьдесят килограммов валялась рядом с тёмным бетонным проёмом.

- Вот раньше умели строить! – восхитился он. – Всё вокруг снесло взрывом: и хрущёвки, и панельки, а подвал целый!

Лезть без света в тёмный подвал хоть и привычно для него, но совершенно не хотелось. Исследование бомбоубежища решено было оставить на завтра, когда он вооружится своей самодельной свечкой.

- Спайк!

Щенок уже научился откликаться на свою кличку. Он носился по развалинам за бабочками. Как только он услышал зов мужчины, сразу же подбежал к нему. Алексей похромал в сторону своей землянки.

На ужин у них со Спайком было его «любимое» блюдо – рыба. Воронцова уже тошнило от одного её вида, но выбора не оставалось: либо рыба, либо трава и камыш, которых вокруг произрастало в изобилии. Тот мешок технической соли, который был найден на хозяйственном складе, служил источником приятного дополнения к трапезе. С солью любая еда становилась вкуснее.

После еды время было замедлено, и мужчина завалился спать на свой топчан из брёвен и травы. Спайк к тому моменту сладко посапывал на своём привычном месте у плетёной двери.

Ещё затемно Алексей оказался на ногах. С момента заживления укуса он плотно занялся своим здоровьем – ежедневно делал зарядку и комплекс физических упражнений. Только бег ему не давался из-за хромоты. Но даже так наблюдался положительный эффект. На рыбной диете он сбросил лишний вес, пропала отдышка и улучшилось общее самочувствие.

***

Утром началась подготовка к вылазке. Для переноски грузов мужчиной незадолго до этого из ивовых веток было сплетено лукошко. В него были помещены самодельная свечка и топор. Заткнув за пояс нож, сварщик на пару с щенком двинулся на исследование подвала, который ему вчера удалось обнаружить. Это первое уцелевшее строение, которое ему встретились за всё время блужданий по округе.

Воронцов передвигался по узким звериным тропинкам. Сама же живность ему до сих пор ни разу не попала на глаза. Вскоре он добрался до бомбоубежища .

Темнота и неизведанность дверного проёма пугала Воронцова. Он стоял на пороге больше десяти минут и не решался войти. Наконец, громко выдохнув, он зашёл в меню пульта времени, выбрал замедление хронопотока десять к одному, после чего сделал уверенный шаг в темноту.

Слабый свет свечки из жира и куска ткани освещал узкий коридор, ведущий к спуску в подвал. В помещении стоял сильный запах сырости и плесени, который раздражал обоняние. Масляная грязно-зелёного цвета краска огромными кусками отваливалась со стен вместе со штукатуркой. Алексей прошёл коридор, собрав всю паутину своей головой, и упёрся в закрытую на рычажные затворы дверь.

После приложения силы так и не удалось стронуть с места запоры. Пришлось применить припасённый топор в качестве молотка. После нескольких сильных ударов обухом по ржавому рычагу раздался глухой скрежет. Рычаг начал по миллиметру опускаться вниз. Удар за ударом сдвигал затвор понемногу. Наконец, рычаг поднялся до конца. Второй затвор был открыт таким же способом.

Тяжёлый гидрозатвор нехотя со скрипом поддавался под натиском плеча Алексея. Наконец, образовалась достаточная щель, чтобы можно было пролезть внутрь.

Мужчина протиснулся в щель и оказался в небольшом зале, в котором рядами стояли двухъярусные армейские койки. В слабом свете чадящей свечи удалось различить кучи истлевшей макулатуры и разнообразного мусора на полу. Огромное количество пыли говорило о том, что тут давно никого не появлялось.

- Апчхи! Жованые ёлки! – пыль забивала ноздри и вызывала желание чихнуть.

Низкий потолок когда-то был покрыт известковой побелкой, которая со временем осыпалась на пол и обнажила бетонные плиты перекрытия.

Воронцов прошёл сквозь зал и не нашёл ничего интересного, кроме ржавых кроватей. Он проследовал в следующую комнату. У входа стояли письменный стол и пара стульев. На столешнице лежало стекло, под которым хранились разнообразные бумажки. В подставке обнаружились два пожелтевших от времени журналов для записей. Алексей аккуратно взял один из них и с интересом открыл его.

График дежурств на КПП

Первая запись была пронумерована июлем тридцать третьего года

06.08.2033. Коваленко И. В.

07.08.2033 Иванов В. В

08.08.2033 Чёрных А. А.

Пролистнув на конец журнала, Воронцов увидел последнюю запись:

06.03.2035 Коваленко И. В.

Журналы были положены в лукошко, после чего продолжилось изучение содержимого стола. Кроме пары ручек, алюминиевой столовой ложки, лампочки и старых фильтров для противогаза больше ничего не нашлось. Ложку он сразу убрал в карман.

Дальше в комнате на глаза мужчине попалось ещё три закрытых двери.

Алексей вернулся в главный зал. Шаг… Другой. Внезапно он почувствовал, как его ноги что-то коснулось. В тот же миг раздался растянутый во времени щелчок. В то же мгновение перед глазами сварщика высветилась надпись:

Обнаружена смертельная опасность для пользователя. Системой управления принято решение автоматического отката…

Яркая вспышка на мгновение ослепила Алексея. В следующее мгновение он обнаружил, что снова стоит с импровизированной свечкой в руках в первом зале. Спайк трусливо озирался по сторонам у его ног.

- Ёперный театр! Что это было!? – он застыл в шоке. Только сейчас на него накатила волна ужаса в смеси с недоумением. – Видимо, я нарвался на какую-то ловушку… Едрить твою налево!

Продолжать исследование бомбоубежища после столь отрезвляющей оплеухи перехотелось. Но неизвестность и желание найти хоть что-то в этом мире толкали его вперёд.

Мужчина привязал Спайка, чтобы тот не нарвался на ловушку. После этого он снова шагнул в большой зал и начал внимательно смотреть себе ноги. Через пару метров от входа он увидел тонкую медную проволоку, которая была натянута в проёме между кроватей. Проследив за проволокой, удалось обнаружить гранату Ф-1, аккуратно примотанную к ножке кровати.

Алексей нагнулся и сжал гранату в ладони, блокируя спусковой рычаг запала. После чего он расправил усики шплинта чеки и оторвал проволоку. Армейское прошлое не прошло даром. Гранату он положил в карман спецовки. После этого он начал ещё внимательней смотреть себе под ноги и по сторонам и двигаться по помещению намного медленней.

Ряды пустых коек, истлевшие газеты под ногами и огромное количество пыли – это всё, что пока ему удалось обнаружить. Обнаружив пару ящиков из-под противогазов, Алексей решил их пока не открывать, опасаясь найти ещё пару сюрпризов. Его радовало, что здесь хорошая гидроизоляция и помещение не затопило.

Наконец, он дошёл до конца зала и медленно приоткрыл деревянную дверь. В неверном свете свечи ему открылась интересная картина: у стены расположился старый диван, на котором сидел скелет в полицейской форме. На истлевшей одежде имелись лычки старшего сержанта. В черепе, который лежал на диване, имелась дыра. В зажатых костяшках кисти сержанта был зажат пистолет Макарова.

- Не выдержал, бедняга, - Воронцов поднял пистолет.

Обойма оказалась пуста. Получалось, что сержант пустил себе в висок последнюю пулю.

После обследования останков на поясе полицейского был обнаружил нож. Алексей снял его вместе с ремнём. В нагрудном кармане куртки сержанта лежали завёрнутые в целлофановый пакет удостоверение, нагрудный жетон и пожелтевшая от времени записка, написанная карандашом на тетрадном листе.

Служебное удостоверение хорошо сохранилось. Оно было выдано на Коваленко Илью Владимировича. На фотографии был изображён молодой розовощекий парень.

В слабом свете Алексей принялся читать записку, написанную ровным каллиграфическим почерком:

Любимая Оксаночка! Надеюсь, ты выжила в этом ужасе. Я больше не могу терпеть одиночества и жуткого голода. Еда из запасов кончилась. Месяц назад Сергей с Артемом отправились на поиски еды на поверхность. Они забрали с собой автомат, и в костюмах химзащиты вышли на улицу. Я долго ждал их, но они не вернулись. Я больше не могу терпеть голод, так что прости.

С любовью Илья… 07. 03.2035

Воронцов сложил записку обратно в карман куртки и продолжил обыскивать комнату.

У дивана стоял небольшой шкаф. В нём обнаружились интересные вещи: пачка завернутых в газету свечей, пустые консервные банки из-под тушёнки, два комплекта ОЗК, которые рассыпались в труху, и стопка книг.

Алексей сразу же позаимствовал одну свечу и поджёг её фитиль от самодельной свечки. В комнате стало ощутимо светлей. Больше в комнате не нашлось ничего интересного. Сварщик вернулся обратно к импровизированному КПП. Он остановился у закрытых дверей. Спайк радостно встретил хозяина, виляя хвостом.

- Пошли, малыш, - Алексей отвязал поводок своего четвероного друга от ножки кровати.

Все двери на КПП были заперты на замки, кроме самой первой. Но они имелись лишь для вида, поскольку были сделаны из ДВП и прессованного картона, которые от времени превратились в труху. Видимо, когда в двухтысячных в бомбоубежище делали ремонт, их поменяли для освоения бюджета.

- Спи жена… Всё спижена… - подёргал он за ручку, которая заклинила от времени и сырости.

Замок отломился и дверь открылась. Воронцов внимательно осмотрелся по сторонам и осветил свечой тёмную комнату. В ней расположились ряд из чаш Генуя, заполненных сухими испражнениями до самого верха, и душевой блок. В душевом блоке Алексей заметил маленькое зеркало и кусок хозяйственного мыла. После неспешного осмотра душевой он положил зеркало и мыло в корзинку к книгам и ножу.

Следующая дверь открылась с лёгкого удара плечом. Дверное полотно не выдержало и развалилось на части. Взору Воронцова предстало несметное богатство – склад с химией и вещами.

Куски мыла отправились в корзинку. Там же оказалось одеяло из колючей верблюжьей шерсти – его даже время не смогло уничтожить. Ещё он прихватил с собой пару простыней. Большая часть полок оказались заполнены простыня и хозяйственным мылом. По всему складу были разбросаны пустые картонные коробки из-под консервов.

Третья дверь вела в комнату с оборудованием для вентиляции и дизель-генератором. Ряды баков для топлива были пусты. За это время оно просто испарилось. После блужданий не удалось обнаружить ничего ценного, что можно было бы унести сразу. Алексей покинул отсек и закрыл дверь.

Когда мужчина оказался на улице - он зажмурился от утреннего солнца, который после темноты бомбоубежища казался невероятно ярким. Он провёл внизу больше пяти часов, но по факту прошло не больше получаса.

Воронцов плотно забил рычаги гидрозатворов на законное место, прихватил свою добычу в лукошке и пару грядушек от кровати с панцирной сеткой. Саму кровать он оставил на улице и собирался вернуться за ней после обеда. Там же он оставил пару вёдер из эмалированной стали и стопку дверей из ламинированного двп от советского шкафа, который стоял в кладовой.

Глава 5

Глава 5

Вечерний ужин удался на славу. Пойманный сазан оказался шикарным. Сочный и нежный, он дарил ощущение радости и приятной сытости, от которой глаза сами собой начинают слипаться. Ощущение праздника создавал запас добытых в бомбоубежище книг. Алексей настолько успел соскучиться по информации, что готов был зачитывать до дыр тома Ленина и Карла Маркса. У него было нечто более интересное.

После ужина он расположился с книгой в руках на своей новой кровати под расточительным светом парафиновой свечи. Усталый, но довольный, он принялся за чтение трофейного фолианта. Это была фантастическую сага о далёком космосе, которую ему до этого читать не доводилось, да и автор был ему не знаком. Оно и понятно, поскольку книга была издана в две тысячи тридцать первом году.

***

Воронцову несказанно повезло – на одной из звериных троп он заметил косулю. Животные вернулись в город после того, как пропали люди. Природа взяла своё, покрыв лесами городские улочки и погребя всё, что создавалось человеческим трудом на протяжении многих поколений.

Алексей не терял драгоценного момента. В ход пошёл проклятый перстень, и время замерло. Быстрым и чётким ударом охотничьего ножа точно в сердце он убил косулю. Воронцов включил нормальный ход времени и приготовился. Косуля совершила один прыжок в сторону, после чего упала замертво.

Небольшая туша весом около тридцати пяти килограмм была взвалена мужчиной на плечи и доставлена к землянке.

Мясом он занимался весь остаток дня. Косулю была подвешена за задние ноги на толстой ветке дерева, после чего сварщик бережно снял шкуру и разделал тушу на части. Затем он нарезал мясо тонкими ломтиками и отправил его под гнёт вперемешку с солью в эмалированные ведра, которые он зарыл на берегу в холодный грунт в тени деревьев.

На ужин у него оказалось жаркое из грибов и мяса, а уже утром он начал сооружать коптильню холодного копчения для того чтобы сохранить мясо. Алексей сделал самую простую коптильню. На склоне рядом со своим жилищем он выкопал канаву и перекрыл её ветками и корой деревьев, которых в округе имелось в огромном количестве. Затем сверху присыпал влажной глиной. Вверху расположилась коптильня, а внизу – очаг.

Для очага он сделал большое углубление в начале дымохода, а для коптильни забил в землю четыре кола над самым выходом дымохода и сделал из проволоки крючки для подвешивания мяса. Сверху коптильню он плотно укрыл простыней. Алексей всё делал все очень внимательно. Мясо должно хорошо закоптиться, чтобы долго храниться.

Когда коптильня была готова, он принялся заготавливать дрова. Предпочтительнее для дыма ольховые ветки и щепки, но за неимением таковых подошли ивовые и абрикосовые дрова.

Мясо он вымочил и подсушил на солнце, а к вечеру развесил на крючках коптильни. Затем он плотно обернул коптильню тканью и в очаге разжёг костер. Добиваясь минимального горения и максимального дыма, он ускорил время – сидеть больше шести часов ему совершенно не хотелось.

Для мужчины прошло около часа, а для мира промелькнуло все восемь часов. Бег времени вернулся к нормальному значению, и сварщик-коптильщик снял готовое мясо и затушил костер. Мясо он повесил на ветках для выветривания, а один кусочек сразу употребил по назначению, после чего отправился спать.

***

Июньское солнце и зной превратили Воронцова в загорелого мулата. Он лежал на каменистом берегу и мечтал поскорее вернуться в своё время. Лишь Спайк спасал его от сумасшествия. Он привык к коллективу и постоянному общению, оттого ему тяжело давалось одиночество. Постоянная борьба за жизнь жутко выматывала. На поиски еды он тратил совсем немного времени. Все силы забирало обустройство быта.

После купания Алексей лениво рассматривал противоположный берег. Подросший щенок Спайк носился у кромки воды за чайками и заливался лаем. Внезапно Воронцов заметил на острове поднимающийся дым.

- Странно… - пробормотал он. - Молний не было. В таком случае, откуда там взяться огню?

Внезапно дым изменился с тёмного на белый, а спустя пару минут его и вовсе не стало. Это могло обозначать только одно – огонь погасили. А кто способен погасить пламя, если не было дождя? В Африке это может сделать носорог, но в Волгограде носорогов даже в зоопарках не водилось за неимением подобных заведений. Вероятней всего, на острове есть люди.

***

Уже прошло два дня с момента, когда Воронцов видел дым на острове Сарпинском. Мысли об этом событии не давали ему покоя. На острове в его время располагались дачные массивы. Маловероятно, что их бомбили. Следовательно, дачники вполне могли выжить. И если они выжили, их потомки вполне могли дожить до нынешнего времени.

Мужчина очень соскучился по человеческому обществу. Одна мысль о том, что рядом могут жить люди, заставляла серое вещество бурлить в его голове. Осталось придумать, как попасть на ту сторону.

В паре километров от его места обитания раньше располагалась лодочная станция. В своё время он ходил туда во время нереста сельди, чтобы браконьерить помаленьку. За флакон водки знакомый сторож пропускал его на понтоны, с которых дальность заброса спиннингом достигала фарватера. Вот туда сварщик и решил наведаться.

Место хоть и было расположено рядом, но на дорогу у мужчины ушло больше часа. Сплошные заросли кустов и травы становились непреодолимой преградой. Чтобы обойти наиболее густые поросли, приходилось долго искать прорехи в кустах и нарезать круги.

Наконец, после долгих блужданий вдоль речного берега, он достиг лодочной станции, вернее того, что от неё осталось. А осталось там немного: огромные трубы диаметром больше метра валялись на остатках бетонного берега. Лодочная станция находилась под обрывом, отчего взрывной волной её не зацепило.

Гаражи, в которых хранились лодки, находились в плачевном состоянии. Они сгнили и наполовину погрузились в песок. Надежда на то, что там осталось хоть что-то, способное до сих пор плавать, таяла на глазах.

Когда Алексей поднялся вверх по склону, он заметил в кустах неприметный приземистый гараж. В отличие от других, он располагался на самом верхнем ряду от воды и был сделан из листового дюралюминия. В советское время часто лепили всё подряд из того, что было.

Его знакомые строили дом в конце восьмидесятых, и когда дошла очередь до потолочного перекрытия, им повезло найти брус из лиственницы. Но того, кто сумел бы его распустить, так и не нашлось. Поэтому потолочное перекрытие было сделано из чистого бруса сто на сто. Так и здесь – работал какой-нибудь дядечка на заводе имени Петрова, на котором сумел мимо охраны присвоить себе листы дюралюминия, из которых впоследствии построил нечто похожее на гараж. Строение больше пяти метров в длину, но шириной всего два и высотой полтора метра – этакий чехол для лодки.

- Ветер шумит тудуй-тум, - принялся Воронцов вырубать топором толстые ветки, напевая песню, слова которой забыл. – Река шелестит в ответ, - он не помнил правильные это слова или он на ходу их додумал. – Идёт тудуй-ту девчонка. Девчонке семнадцать лет…

Следом за ветками он принялся срубать древесные стволы, чтобы освободить ворота. Щепки и ветки летели во все стороны, но доступа так и не прибавилось. За сто лет тут уже выросли не просто кусты, а целый лес. Спайк крутился поблизости, раскапывая землю в поисках мышей и кротов.

Только к вечеру, когда Алексей уже намахался топором до состояния нестояния, у него с трудом получилось приоткрыть одну створку. Внутри гаража его встречали куча песка и пыли, из-под которых проглядывала корма моторной лодки. Её вид воодушевил мужчину и вселил в его сердце надежду. На вторую створку у него не хватило сил. Но возвращаться обратно ему не хотелось. Не тогда, когда заветная цель настолько близко и манит похлеще золота. Поэтому Алексей принял решение отдохнуть прямо тут.

Вынужденный дровосек подкрепился копчёным мясом, покормил своего лохматого спутника, после чего принялся готовить себе спальное ложе в гараже. В качестве подстилки сошли те ветки, которые он столь упорно рубил. К ним присоединилась сорванная тут же трава. Как только импровизированный топчан был готов, Алексей и пёс забрались в гараж, затем мужчина прикрыл створку ворот и завалился спать. Щенок ещё некоторое время не находил себе места, но в итоге улёгся в ногах хозяина.

После сна Воронцов продолжил рубить и копать для освобождения второй створки. Удар за ударом приближал его к цели и, наконец, к обеду у него получилось открыть ворота полностью.

Его добычей оказалась моторная лодка Казанка с булями и мотором Москва-23, которая стояла на лодочном прицепе, покрытая толстым слоем песка. Она даже в его времени являлась раритетом. Прицеп был оборудован литыми резиновыми колёсами, что было плюсом в этой ситуации, поскольку их не придётся накачивать. С трудом он смог выкатить лодку из саркофага: то колесо упиралась в камень, то нужно было подрубить ветки.

Мучения Алексея вознаградились. В результате лодка оказалась на склоне. Она была полностью укомплектована: мотор, вёсла, слани и даже спасательный круг. У катера имелся не большой недостаток, буквально на пять рублей – отверстие ниже ватерлинии, размером с пятирублевую монетку. Вероятней всего, Казанка на ходу напоролась на арматуру, которой предостаточно в воде у берега. Стоило мужчине узреть отверстие, как он разразился словестным водопадом:

- Японский городовой! Клёпаный куяк! И как теперь плыть с такой дырой?! - он принялся выкидывать из лодки всё лишнее.

Доски сгнили в труху, но самодельные весла из того же дюралюминия оказались целыми.

Для максимального снижения веса лодки он выкинул из неё всё: бак, сиденья и слани из реек. Радовало то, что как у заправского советского гражданина, у хозяина лодки в гараже хранились инструменты. Алексей смог открутить мотор от транца. Топлива всё равно не было, да и вряд ли двигатель после долгого простоя завёлся бы.

Алексей мысленно благодарил заботливого хозяина за то, что тот использовал болты из нержавеющей стали, которые после стольких лет откручивались. И одновременно с этим ругал его за то, что не починил лодку от пробоины. Ещё по молодости Воронцов с другом на охоте протащили на руках до воды такую лодку метров пятьдесят, поэтому ему было известно, что вес мотора около пятидесяти килограммов, а корпус в сборе весит примерно восемьдесят килограммов. Ему же предстояло прокатить Казанку до воды двести метров. Его радовало, что не придётся нести её на руках. Во-первых, у него имелся прицеп, во-вторых, спустить приобретение нужно вниз по склону.

- Всё, хватит! – устало утёр он трудовой пот. Он нашёл взглядом щенка, и продолжил: – Сегодня идём ночевать домой, а завтра уже займусь дыркой.

Алексей прикрыл ворота и спустился к воде. Щенок побежал следом за ним. Мужчина решил схитрить, и пойти по берегу у самой воды. Так вышло быстрей. Дорога у него заняла примерно двадцать минут, хотя и пришлось идти по камням и траве. Но так оказалось намного проще, чем прорываться через кусты.

В землянке работягу и шерстяного ждали запасы сухофруктов и плодов смородины. Уже вовсю созревали ягоды и фрукты, и сварщик не терял времени даром, собирая то, что подарила природа. Из смородины и сухофруктов вышел замечательный компот, но Спайк больше радовался вымоченному от соли мясу, сам же хозяин предпочёл солонину.

После сытного перекуса Воронцов растянулся на сетчатой кровати. В голове у него крутились мысли о том, где взять смолу или битум для заделывания пробоины в лодке. Единственным вариантом ему казалось лазить по остаткам разрушенных зданий и искать смолу, которую использовали коммунальные службы для заделки мелких протечек.

***

Утром вчерашний компот пошёл, словно амброзия. После завтрака мужчина в компании собаки отправился на территорию базы оптового рынка. Они долго блуждали между разрушенных складов, пока Алексею на глаза не попался чёрный «камешек». После земляных работ ему удалось откопать полное ведро смолы и слепленые рулоны рубероида, которые лежали у разрушенной стены здания. По всей видимости, на момент катастрофы здесь меняли кровлю. Ведро уже сгнило, но смола так и осталась в форме ведра.

Алексей отломил себе большой кусок смолы, после чего отправился прямиком на лодочную станцию. Так вышло быстрей чем нарезать круги через берег.

***

Чёрный дым валил огромными клубами в небеса. На костре в алюминиевой кастрюльке, найденной в гараже, плавилась смола. По всему берегу распространялся специфический запах, от которого Спайк поспешил убежать подальше. В перевёрнутой лодке торчал деревянный чопик, забитый в пробоину.

Когда смола расплавилась, мужчина аккуратно пролил её на чопик таким образом, чтобы дерево пропиталось смолой по максимуму. Спустя десять минут, когда смола застыла, с внутренней части лодки была произведена такая же процедура.

К вечеру лодка оказалась на воде. Алексей уселся прямо на алюминиевый пол и принялся грести против течения в сторону разрушенной водокачки. Лодка была лёгкая на весельный ход – малая килеватость днища и були делали её устойчивой на воде. Доплыв до разрушенной водокачки, Воронцов вытащил лодку на берег и перевернул вверх дном.

Ночью пошёл дождь, и задул сильный ветер. Но в землянке было тепло и сухо. Мужчина радовался своей предусмотрительности. Его труды не прошли даром. Если бы не убежище, ему бы пришлось ночевать под дождём, что не обошлось бы без последствий для здоровья. Спайк тихонько поскуливал во сне на своей лежанке.

Утром погода окончательно испортилась. Разбушевался ливень с громом и молниями. Собака просилась на улицу по нужде, но стоило её выпустить, как пёс вернулся через считанные секунды с промокшей шерстью, от которой начало вонять мокрой псиной. Алексею пришлось смириться с этим запахом. Не выгонять же друга под ливень из-за такой мелочи… По здравому размышлению пришлось отложить переправу до того времени, когда погода наладится.

Воронцов пока шли дожди, не терял времени даром. Он не знал, что будет ждать его на том берегу реки, поэтому начал плотную подготовку к неизвестности. Первом делом он из простыни сделал себе вещевой мешок. Туда он сложил нож, пару свечек, портянки из простыни и бинты из той же ткани. Вообще, простыни, которые он нашёл, были единственным целым тканным материалом, попавшемся ему на глаза за всё это время. Все остальные ткани давно сгнили в труху. Так же в мешок отправились столовые приборы и посуда.

После этого пришло время провианта. С собой были заготовлены курага и полоски копчёной рыбы. В ловле и копчении рыбы непогода не стала помехой. Немного промокнуть под моросящим дождём мужчина не опасался, а запас сухих дров у него имелся.

Четыре дня он жил в ускоренном времени один к трем. Все процессы происходили в три раза быстрей, а для него всё оставалось как обычно. Он старался постоянно ускорять время, и по отношению к общему времени не старел, что в его возрасте было плюсом. Еда готовилась быстро, дневная жара пролетала за несколько минут – одни только плюсы.

К концу недели наконец дождь закончился и ветер стих. Как только наступил рассвет, Воронцов перевернул лодку и спустил её на воду. Затем он сложил в неё свои пожитки, посадил туда Спайка, забрался внутрь сам, оттолкнулся от берега и начал грести к противоположном берегу. Ему предстояло преодолеть около километра водной преграды, но сильное теченье сносило лодку в сторону Красноармейского района.

При старте от водокачки в Советском районе ему через полтора часа удалось доплыть до бывшей паромной пристани напротив станции Бекетовка. Переправа далась мужчине очень тяжко. Стоило только перестать грести вёслами, как обратное теченье тянуло лодку от берега и уносило её ещё дальше вниз по реке.

Глава 6

Глава 6

Из воды торчали замытые песком понтоны пристани. Турбазы, которая на этом месте располагалась прямо на берегу Волги, больше не существовало.

Алексей вытянул лодку на берег, после чего перевернул её. Мужчина устал во время переправы настолько, что в следующее мгновение завалился прямо на прогретый песок.

- Ёперный театр! Мля! – пытался он отдышаться. – Я думал, что умру на этой галерее.

Весь покрытый каплями пота, с раскрасневшимся лицом, Алексей потрепал пса по загривку. Одно его радовало – смоляная заплатка выдержала заплыв, и лодка не потонула. Ещё не известно, найдёт ли он здесь людей. Не исключено, что придётся вернуться обратно на другой берег реки в Волгоград.

До ближайшего посёлка, если ориентироваться на схему расположения дач в прошлом, идти примерно двадцать минут. После отдыха сварщик в сопровождении мохнатого напарника побрёл по песку в сторону бывшего дачного массива.

На острове лес был не таким густым, как в Волгограде. Песчаный грунт не располагал к плодородности. Но даже так следами цивилизации пока и не пахло.

Когда Воронцов дошёл до того места, в котором некогда располагался посёлок, он не обнаружил ни одного дома. Посреди леса лишь торчали останки бывшей школы без крыши и с полуразрушенными стенами.

- Странно… - принялся он более внимательно оглядываться. – Неужели здесь тоже бомбануло? Ладно, я могу понять то, что в городе всё снесло взрывом, а куда всё делось тут?

Алексей поправил мешок, окрикнул Спайка и продолжил свой путь дальше прямиком до посёлка Щучий проран. По прямой путешествие должно было растянуться на пару часов.

Через пару километров путник остановился на привал. Шатание по лесам его сильно выматывало, и больная нога просила отдыха. Он быстро наломал хвороста и развёл костёр, после чего сварил себе бульон из копчёного мяса – грызть его всухомятку у него не имелось ни малейшего желания. После обеда он растянулся на траве и уснул.

Лай четвероного друга разбудил его. Алексей выскочил на ноги и зажал нож в правой руке. Он тут же обратил внимание на Спайка. Тот усиленно лаял на кусты, расположенные в метрах десяти по левую руку. Его шерсть стояла дыбом, а хвост был прижат к земле.

Мужчина не стал испытывать судьбу, и замедлил время в соотношении десять к одному. После выхода из меню пульта времени он направился к кустам. Спайк, будто в замедленной съёмке, медленно открывал пасть. Замедленный лай резал слух Алексея. Уже около кустов он заметил красивую собаку серого цвета. Вот только, когда он пригляделся, то понял, что это вовсе не пёс, а здоровенный волк весом под пятьдесят килограммов, которые медленно приготавливался к атакующему прыжку.

«Ещё волков мне тут не хватало!» – с досадой подумал мужчина, перехватив нож поудобнее.

Воронцов одним резким ударом перерезал горло волку. Нож прошёл через плоть, словно через теплое масло. При таком ускорении времени любое его движение было для окружающих подобно молниеносному действию Флэша из комиксов.

«Какая удобная штука, этот перстень, - с удовлетворением подумал мужчина. – Раз, и мир вокруг тебя замер!»

Воронцов отошёл на пару шагов назад, после чего отключил замедление. Хронопоток вернулся к своему обычному значению. Тут же до ушей Алексея донеслись хрипы вперемешку с булькающими звуками, которые исходили от кустов. Мужчина не спешил к кустам, он дождался, пока звуки оттуда затихнут, лишь после этого с осторожностью проверил, как там дела. В итоге он убедился, что волк испустил дух, лишь после этого путник на всякий случай замедлил время в два раза и принялся собирать вещи, при этом он постоянно оглядывался по сторонам.

Он не стал возиться с тушей волка. У него не было с собой таких запасов соли, чтобы обработать шкуру. На волчатину его не тянуло, тем более, что он когда-то слышал, что мясо у волков отвратительное на вкус, и его можно есть только с сильной голодухи. И то, у тех, кто имел подобный опыт, на всю жизнь осталось отвращение к волчатине. Таскать же с собой лишние килограммы по лесу – особый вид извращения. В пути усталость накапливается, и каждый килограмм кажется всё тяжелее и тяжелее.

Спустя пару часов он вышел на другую сторону острова. В посёлке Щучий проран тоже домов почти не осталось, а срез берега сильно изменился. Половина посёлка ушла под воду вместе с берегом.

Мужчина находился посреди посёлка. Он почти отчаялся найти хоть одну живую душу на этом острове. Внезапно он заметил, что у кромки обрыва проходит натоптанная тропа, которая уходит вглубь острова. При виде неё он тут же оживился и решил последовать по ней, не только после небольшого отдыха на поваленном стволе тополя, который манил и будто просил человеческим голосом: «Сядь на меня, посиди немного, отдохни».

Тропинкой явно пользовались. Трава была вытоптана, а на влажной земле можно было разглядеть чёткие человеческие следы. Алексей уверено направился по следам вглубь острова. Чем дальше он шёл, тем более натоптанной становилась тропа: то ветки обрублены и убраны с дорожки, то кирпичи в ямку сложены.

И снова хронопоток был замедлен для безопасности выходца из прошлого, который, наконец, подошёл к большой поляне у небольшого озера. Там он узрел шесть бревенчатых сруба, несколько хозяйственных построек и скотный двор. Всё это добро было огорожено забором из брёвен, через щель в котором он увидел людей, занимающихся своими делами.

Воронцов уже хотел было выйти к воротам, как почувствовал на своей спине тяжёлый взгляд. Он резко обернулся, и увидел женщину с охотничьем ружьём, направленным в его сторону. Даже в замедленном времени в соотношении три к одному ей каким-то образом удалось подкрасться к Алексею совершенно бесшумно, но женщина совершенно не ожидала того, что чужак с молниеносной скоростью окажется рядом с ней и вырвет ружье у неё из рук. После этого времени был возвращён привычный ход.

- Привет, я Алексей, - опустив ружье к земле, он улыбнулся.

Крепкого телосложения и невысокого роста брюнетка с волевым лицом, удивлённо округлила глаза. На вид ей можно дать около сорока лет. Она была одетая в белую рубаху и синие джинсы, которые были ей большими, но солдатский ремень крепко держал их на талии.

- Марина, - скупо произнесла женщина, лицо которой излучало недоумение в смеси с злостью. – Ружьё верни, фокусник хренов!

Она протянула руку к Алексею, не сводя с него испепеляющего взгляда. В ответ он молча отстегнул магазин, отвёл затвор и поймал патрон, который вылетел наружу. Карабин сайга был ему знаком как облупленный. В молодости, когда увлекался охотой, он настрелял с такого же немало добычи.

- Держи, красавица, - кинул он карабин прямо в её в руки. – Смотри, больше не теряй.

Марина ловко поймала карабин в полёте, после чего неожиданно для Алексея выхватила из заднего кармана новый магазин и моментально воткнула его в карабин. Она снова направила ствол на Воронцова.

- Стоять, клоун! – передёрнула она затвор.

- Всё, всё! Стою, красивая. Ты только успокойся. Давай будем добры друг к другу и уберём ружье в сторону, пока оно ненароком не выстрелило.

- Не тебе решать! Ты кто такой и каким боком здесь ошивался? – сурово прищурилась она. - На Родимцевых бойцов ты вроде не похож. Может, ты из чистильщиков? Иль пришлый ты.

- Пришлый я. Из Волгограда приплыл. Один жил в бомбоубежище, все остальные умерли уже. В городе кроме псов я никого не встретил, а как увидел дым, так сразу и приплыл сюда в надежде встретить тут людей.

- Ладно, - Марину переполняла подозрительность, которой она не скрывала. – Отведу тебя к Олегу, пусть сам разбирается. Не хочу грех на душу брать, - она направила ствол на ворота, после чего продолжила: - Топай вперёд!

Марина постучала по воротам трижды, затем громко свистнула. Через пару секунд сколоченные из массивных досок и обструганные топором ворота начали открываться.

Спайк последовал за хозяином, но женщина не сочла эту мелочь за угрозу, поэтому не сказала ничего против.

Во дворе пленника встречала небольшая группа людей, побросавших свои дела и сбежавшихся посмотреть на того, кого привела Марина.

Алексей пробежался взглядом по толпе. Он насчитал чуть больше двадцати человек, из них было всего пятеро мужчин и восемь детей разного возраста – все остальные женщины и девушки разных возрастов, самой старшей из них около сорока пяти лет, а то и того меньше.

Навстречу к ним вышел мужчина лет тридцати, крепкий шатен с кувалдами вместо кулаков. Он был одет в безразмерный маскхалат – раньше такие продавались в каждом магазине. Хитрый прищуренный взгляд, словно рентгеном пробежался по телу Воронцова. По его суровому виду было сразу понятно, что ему проще убить, чем разбираться, кто есть кто.

- Кто ты такой и что ты тут делаешь?

- Здравствуйте. Я Алексей Иванович Воронцов, рождён в Волгограде. Я остался один – остальные умерли. В последнее время я жил в землянке на берегу Волги в районе микрорайона Тулака. Недавно я заметил дым на Сарпинском, после чего переправился сюда на лодке в надежде найти здесь живых людей.

- Очень занимательная история, - от мужчины веяло подозрительностью. – Вот только есть один такой маленький нюанс – в Волгограде уже давно в живых никого не осталось. Ещё мой дед плавал туда в поисках выживших, вот только там всё разрушено после войны. И живых он не нашёл…

Воронцов хотел ему возразить, но в этот момент раздался взрыв у ворот. Тяжёлые ворота от взрыва слетели с петель и, подняв облако пыли, упали на землю. В воздух поднялись клубы пыли и дыма, а всех присутствующих оглушило взрывом. Алексей пришёл в себя одним из первых. Следом закричал Олег:

- Чистильщики! Всем в укрытие, живо! – он выхватил из кобуры пистолет Макаров, повидавший не одну сотню рук, и кинулся в клубы пыли.

После единственного движения пальца для Алексея все замерло, казалось, будто мир поставили на паузу. Он неспешно отошёл в укрытие, в качестве которого выступал сарай, сложенный из тесаных брёвен. Затем он переключил замедление времени в соотношении три к одному, чего по его мнению было достаточно для принятия верных решений в чрезвычайной ситуации.

Из укрытия он наблюдал за тем, как люди, словно ленивцы, медленно двигались в сторону сарая. Все мужчины ощетинились разнообразным оружием в виде топоров и ножей, и кинулись на защиту павших ворот. Марина заняла огневую точку за колодцем и пристально смотрела через прицел на оседающую пыль. Спайк, который всё время крутился рядом с Алексеем, куда-то исчез.

Наконец, в воротах показались нападающие – мужики разнообразного возраста, вооруженные заточенной арматурой и топорами. Лишь двое из них были вооружены АКС-74У, но они стояли позади группы и прикрывали остальных нападающих.

Численный перевес был явно не на стороне поселения. Чистильщики сразу смели мужиков, стоящих у ворот, и заполнили весь внутренний двор. Схватив пару молодых женщин, они сразу протащили их к воротам, а остальных согнали в одну кучу.

Воронцов остался незамеченным, поскольку он быстро ушёл в другую сторону от остальной толпы.

Чистильщики собрали всех женщин в одну кучу, детей в другую, мужчин и Олега в третью. Олег стоял на коленях. К его виску был приставлен ствол Калашникова. Из-за спин чистильщиков вышел грузный мужчина в рабочей форме и белой каске, на которой были нарисованы череп и перекрещённые кости. У мужика имелось огромное брюхо, лицо заплыло жиром, беззубый рот выглядел омерзительно, а его кучерявые волосы были седыми как мел.

- Ну что, сучёнышь, я тебе говорил, что заберу всех девок и хлеб?! – нахально ухмыльнулся он, после чего схватил молодую девушку за руку и выдернул из толпы. Рывком он порвал ей платье до пупка. Молодая грудь вывалилась из прорехи под общий смех и улюлюканье нападавших. – Хороша деваха! Сегодня ночью она будет согревать мою постель, ну, а потом уже и всех моих ребят. Ха-ха-ха! – натужно засмеялся он и схватился за живот.

Олег пытался дёрнуться в сторону жирдяя, но в тот же миг получил по голове куском арматуры, и упал навзничь на землю. Из разбитой головы кровь закапала на пыльную землю.

- Убейте их! – рявкнул белокасочник. - А девок тащите на базу.

После раздачи указаний, вожак двинулся в сторону ворот. Двое человек с заточенными арматурами направились в сторону лежащих без сознания мужчин селения. Женщины громко вопили и пытались вырваться из лап насильников.

Алексей вышел из-за угла сарая и привлёк к себе внимание возгласом:

- Эй, утырки, вы оборзели?! Сейчас вы будете страдать и сношаться между собой!

Сначала Воронцов не хотел вмешиваться в местные разборки, но форменное изнасилование и убийство слабых и побежденных в неравном бою ему было совершенно не по душе. Его заклевала бы совесть, если бы он остался в стороне.

На него обратили взор все присутствующие. Два автоматных ствола тут же были направлены в его сторону.

- Ты ещё кто такой? – обернулся жирдяй. – Что за герой там выискался? Иди сюда, старый пердун, так и быть, я пожалею тебя, и просто пристрелю.

- Я ужас, летящий на крыльях ночи! Я предвещающее беду пятно на ваших обоях! Мой чёрный плащ трепещет в ночи! Все негодяи, готовьте гробы!

- Ха… - начал было смеяться толстяк, но так и застыл с приоткрытым ртом.

Время замерло. Алексей, прихрамывая, подошёл к первому из нападавших. По пути он поднял арматуру диаметром двадцать четыре миллиметра и длиной больше метра. Он нанёс точный удар в голень противника, затем врезал ему по спине. После этого сварщик выдернул нож из зажатых пальцев бандита, который откинул подальше на землю. Затем он принялся раздавать удары остальным членам банды.

УДАР! ЕЩЁ УДАР!

Стопка оружия, отнятого у врага, росла на глазах. Алексей раздавал бандюкам один за другим удары и методично изымал у них оружие. На самый конец он оставил жирдяя, которому нанёс два удара по тучным ногам, а затем подпер его седалище тупым концом арматуры. В качестве завершающего аккорда он повесил оба автомата себе на шею, вооружился сайгой Марины и отошёл в сторону.

Время потекло в обычном режиме. Один за другим нападавшие начинали во весь голос вопить от жуткой боли, хрипеть и штабелями падать на землю. Перебитые ноги не держали их, а отбитые лёгкие и внутренние органы не давали им возможности дышать. Жирдяй, не удержавшись на ногах, начал заваливаться на спину. В тот же миг он упёрся нежным цветком в арматуру и начал медленно на неё насаживаться. Главарь чистильщиков выпучил глаза подобно жабе, которую школяр надувает с помощью соломинки через то самое отверстие. Он замахал руками в попытке удержать равновесие, но перебитые ноги и гравитация, бессердечная сука, сделала своё дело. Он насадился на арматуру и завизжал от боли, словно резаная свинья. Затем он завалился на бок. Арматура задорно торчала у него из заднего прохода, а жирдяй судорожно подёргивал ногами.

Застывшие в ступоре селяне смотрели на эту картину огромными округлившимися глазами. Буквально пару секунд назад их вели на убой, а теперь их душегубы катались на земле в пыли, перемешанной с кровью, и хрипели, пуская кровавые пузыри. Один и вовсе валялся неподвижно с развороченной в кровавый фарш спиной.

Первой в себя пришла в себя Марина. Она схватила заточенную арматуру и со всего маху всадила её в живот главаря банды чистильщиков.

- Это тебе за Сергея и Светочку, тварь!

Она наносила удар за ударом в дёргающееся в конвульсиях тело. Уже и первого удара хватило, чтобы его убить, но разъярённую бестию было не остановить. Только через пару минут обессиленная женщина, рыдая, упала рядом с месивом, которое ещё недавно вело её на убой.

Через десять минут всех нападавших сложили в одну кучу. Олег, покачиваясь, стоял с пробитой головой и истекал кровью.

- Ведите всех кто может ходить в сарай, потом будем с ними разбираться, столько ублюдков мы ещё в плен не брали.

Подойдя к Алексею, он протянул ему руку.

- Спасибо за помощь, Алексей Иванович. Не знаю, как ты это сделал, но я жив только благодаря тебе. Мне уже всё рассказали. Эта мразь уже третий раз за год нападает. К Романовым он в открытую не суётся, а нас постоянно грабит. Зимой дочку Марины угнали к себе в рабство, а её мужа убили прямо у неё на глазах.

Глава 7

Глава 7

Воронцов сидел за большим столом в просторном срубе. Незамысловатая резьба по дереву украшала стены. Освещение в комнате составляли масляные лампы, которые бросали причудливые тени на подкопчённые стены. Стол был сделан на совесть с толстыми ножками и массивной столешницей, которые были тщательно ошкурены и пропитаны маслом.

Для нового гостя в честь празднования победы накрыли праздничный стол, который украшали гора жареного мяса, редис и помидоры. Посередине, испуская аромат свежеиспечённого хлеба, расположился каравай размером с крышку канализационного люка. Пара стеклянных бутылок с мутной жидкостью стояли рядом с главой селения.

Все подняли стаканы и молча выпили. Самогон был очень крепок, и Алексей с непривычки закашлялся.

- Ну что, хорош самогон?! - засмеялся Олег и похлопал Воронцова по спине.

- Ядрёный.

- Алексей, расскажи, пожалуйста, как ты выжил?

- Я родился в бомбоубежище и прожил там почти всю жизнь, – начал он выдавать историю, которую сочинил во время подготовки к празднованию. Времени у него было много, пока пожарится мясо. – Мой отец был ребёнком, когда всё случилось, а мать вообще родилась и умерла в стенах бомбоубежища – света белого не видела. Я про неё знаю только с рассказов отца. Я прожил в бомбоубежище больше сорока лет, но потом случился мор, и почти все погибли. В живых остались лишь я и ещё два человека. Василий Степанович…

Мужчина на пару секунд замолк, собираясь с мыслями. Все присутствующие его внимательно слушали. Воронцов продолжил:

- Он тоже умер. По его словам, ему было больше семидесяти лет на момент смерти. В итоге мы с Пашкой остались вдвоём, и вышли с ним на поверхность. Вначале мы сильно боялись радиации, но потом привыкли и перестали её опасаться. А через полгода Пашку загрызли дикие собаки. Я его похоронил, после чего остался жить один. Сделал себе землянку на берегу реки, питался рыбой и разнообразной дичью.

Олег разлил самогон по стаканам, залпом его выпил, после чего начал рассказывать свою историю:

- Мы – бывшее СНТ «Ласточка». Большинство наших предков во время бомбардировки находились на острове: кто-то в отпусках, некоторые просто жили летом здесь. По острову не упало не одной боеголовки. Кстати, бомбили не ядерными боеголовками, а термобарическими снарядами. Эти боеприпасы не имеют радиационного поражения, поэтому мы и живые, а не бегаем с руками вместо щупалец. Дед рассказывал, что от Волгограда почти ни чего не осталось. Даже здесь много домов пострадало от взрывной волны.

- А деревни?

Олег пожал плечами.

- Да кто их знает? Возможно, деревни уцелели. Мы далеко от этих мест не уходили. Все выжившие после бомбардировки продолжили жить на острове. Но уже следующей весной, когда пошёл лёд, случилось ужасное… Плотина гидроэлектростанции была повреждена взрывами и давно не обслуживалась. В результате большого напора воды она рухнула, и весь остров просто смыло волной. В тот момент большая часть населения острова погибла. Разрушающей силы волна смыла дома и посёлки. Многие люди погибли в ледяной мартовской воде.

Алексей слушал рассказ с мрачным выражением лица. Тем временем Олег продолжал:

- Выжило меньше тысячи человек – в основном те, кто жили в глубине острова и чистильщики, которые раньше работали на очистной станции. Она была построена с учётом затопления, отчего спокойно выдержала удар волны. Поначалу все жили дружно. Все уцелевшее поселенцы помогали друг другу, но внутренние разногласия разделили население острова Сарпинский на четыре лагеря.

Олег отправил в рот половинку помидора, прожевал его и возобновил рассказ:

- Первый – Романовцы, в основном среди них живут бывшие цыгане и выходцы из стран СНГ. Они живут далеко вниз по теченью. Они первыми прихватили скот и зерно, и отделились от общины. Вторые – красноармейцы.

- Полагаю, это название родилось из-за Красноармейского района? – вопросительно приподнял брови Воронцов.

- Абсолютно верно, - кивнул Олег. – Они живут на окраине острова и с нами пересекаются редко. Красноармейцы промышляют рыбой и охотой. С ними мы в нормальных отношениях и ведём торговлю. Женимся на их дочерях, а они на наших. Мы, Ласточкины, живём здесь прямо посередине острова. Наше основное пропитание – дичь и рыба. Так же мы выращиваем зерно, которым торгуем. Урожай маленький, но хоть что-то. Есть ещё огороды с овощами.

- Любопытно… - протянул Алексей. – Семена, я полагаю, у вас сохранились из-за того, что тут были дачи?

- Верно, - согласился Олег. – Нашим предкам повезло, что тут был дачный массив и народ выращивал всё, что мог. Даже после затопления многое уцелело: и семена, и скот. У многих в сарае хранилось зерно для скотины, вот его и мои предки и начали сеять. Вначале у них даже имелся трактор, но через десять лет после войны он встал на прикол в связи отсутствием топлива и запчастей. На всякий случай он до сих пор стоит в сарае на пеньках. Мой отец его обильно обработал солидолом. У нас до сих пор теплится надежда на то, что на тракторе кто-нибудь когда-нибудь поедет. Хотя, если честно, уже никто из нас не знает, как им управлять и как его чинить. Кстати, Алексей, как ты сюда переплыл?

Он в красках описал свою эпопею с лодкой, её починкой и переправой на этот берег.

- Эм… - уставил на него большими глазами Тимур – парень с забинтованными руками, который в «Ласточке» занимался рыбой вместе со своей супругой Настей. – Твоя лодка осталась на берегу?!

- Ну да, - кивнул сварщик. – Я её оставил там, где раньше располагалась паромная переправа.

- Надо её срочно забрать! – Тимур готов был хоть сейчас бежать за лодкой.

Олег вставил своё слово:

- Тимур, не спеши, сегодня все устали. Завтра вы с Алексеем соберётесь, возьмёте с собой Степана и принесёте лодку сюда, раз она так нужна тебе. Алексей, ты не против?

- Нет, конечно. Я всё равно не собирался плавать. Лучше воевать за жизнь, чем одному сходить с ума на том берегу.

- Вот и славно, - кивнул староста. – Я ещё не рассказал по поводу чистильщиков, с частью из которых ты имел «честь» познакомиться. Они живут на территории очистной станции и толком ничем не занимаются – только воруют и грабят всех. До начала войны рядом с ними стояла рота солдат, приехавших на учения. От солдат им досталось отличное вооружение: автоматы и патроны к ним. Благодаря оружию они до сих пор оставались безнаказанными. Время от времени у них наступает момент, когда они становятся адекватными, и мы обмениваем у них зерно на патроны.

- И много у вас оружия?

- У нас на тридцать пять человек пять ружей и два карабина. Почти всё оружие у тех, кто работает в поле, чтобы защищаться от хищников.

- Теперь у вас есть ещё два автомата и пистолет, добытые сегодня. Надеюсь, они нам нескоро пригодятся, - Алексей внимательно следил за реакцией Олега.

Староста обрадовался такой щедрости. Он встал из-за стола и сердечно пожал руку гостю.

- Спасибо, Алексей. Мы и так тебе благодарны за спасение. Эти стволы по праву твои. У нас такие правила – всё, что ты добыл в бою, считается твоим. Но если ты хочешь всё передать в общину, то мы будем только счастливы принять такой дорогой подарок!

Уже было темно, когда Воронцова позвали в баню. Когда он добрался до бани и подошёл к мужикам, его нос уловил знакомый резкий запах табачного дыма. Был бы он борзой собакой – тут же встал бы в охотничью стойку.

- Мужики, а тут кто-то курит?!

- Конечно, – отозвался Тимур. – А ты что, табачка хочешь?

- Очень хочу, аж челюсть сводит, - с радостью кивнул он.

- У меня только трубка, будешь?

- Ещё бы! – без раздумий согласился Воронцов. – Я сто лет, наверное, не курил…

Вскоре Алексей со счастливой улыбкой на лице вовсю выпускал изо рта клубы дыма. Табак был крепким. Но иного от самосада он не ожидал. А иному табаку тут негде было взяться.

После того, как трубка погасла, сварщик взял из своего мешка четыре куска хозяйственного мыла, и отдал их молодому парню по имени Митяй, который отвечал за хозяйство на дворе и за баню. Он даже не понял, что за коричневые кирпичики. Но другие мужчины постарше быстро поделили куски на всех. Один кусок они оставили себе, а три велели передать женщинам, поскольку их больше и в хозяйстве им мыло нужнее.

После водных процедур радостный и чистый как младенец Алексей наслаждался приятными ощущениями. Давно он не испытывал таких отличных чувств. Кожа скрипела от чистоты, всё тело налилось негой и было расслабленным. После бани ему выдали чистую рубаху и штаны, в которых он выбрался на лавочку и закурил трубку, подаренную Тимуром. К нему подсела Марина.

- Алексей, а где ты будешь ночевать?

- Олег сказал сегодня ложиться у него в доме в большом зале. Там мне уже поселили на полу.

- Ой, да что ты будешь ютиться у них! Пошли лучше ко мне, я тебе уже на лавке постелила. Тем более, сегодня не моя смена дежурить.

Отказываться от столь щедрого предложения было не в принципах Воронцова. Поэтому после того, как он докурил, они направились к дому Марины. Её небольшой, но добротный сруб с пристроенной дровницей был расположен почти в конце двора. Дом украшала незатейливая резьба.

Воронцов зашёл следом за Мариной, притворил дверь и запер её на засов. Разувшись, в полумраке он направился за женщиной. Марина зажгла свечу и поставила её на стол. Как только свеча оказалась на столе, хозяйка дома развернулась и впилась губами в губы Алексея. Он не растерялся и ответил на её поцелуй. Марина проворно скинула с себя платье и начала снимать с мужчины рубаху. Он подхватил обнажённую партнёршу на руки и отнёс на кровать, которая располагалась в конце комнаты…

***

Алексей провел ночь с Мариной, и толком не спал, ублажая свою любовницу. Он даже забыл замедлить время перед тем, как вырубился. Проснулся он от скрежета в дверь, услышав который, мужчина быстро вскочил с кровати, накинул штаны и вышел во двор.

У крыльца дома сидел его Спайк и радостно скулил.

- Вернулся, мой хороший, - Воронцов подхватил пса и прижал его к себе.

Из-за угла дома выглянула Марина, и её довольное лицо светилось от счастья.

- Проснулся, соня?

- Доброе утро, - одарил он её тёплой улыбкой.

- Пошли завтракать, там уже накрыли стол, да и Тимур тебя заждался, чтобы за лодкой идти.

- Уже иду…

Алексей не стал ждать повторного приглашения. У дома Олега стоял вчерашний стол, который вынесли под навес. Почти все уже сидели за столом. У каждого была ложка с тарелкой и алюминиевая кружка.

Завтрак разительно отличался от вчерашнего застолья: скудная каша из перловки и пара кусочков вчерашнего каравая, в кружке был налит чай из трав, который пахнул шалфеем и мятой.

Все быстро поели и отправились по своим делам. Воронцов не успел встать из-за стола, как у него забрала посуду девчушка лет десяти, она была очень милой — её светлые волосы были прикрыто платком и всё её загорелое лицо покрывали веснушки. Её платье, покрашенное в домашних условиях в зеленый цвет, подол которого развевался на ветру, выставлял на обозрение разбитые коленки.

«Счастливый ребёнок! – восхитился ею Алексей. – Нет ни проблем, ни страха перед смертью, бегает да, улыбается».

Его взгляд упал на Тимура. Парень переминался с ноги на ногу у края стола и делал вид, что совершенно не ждёт Воронцова.

Алексей встал из-за стола и направился к прямо к нему.

- Привет, Тимур, ну что, ты готов идти за лодкой?

- Здравствуй, Алексей Иванович, – кивнул он. – Готов.

- Сейчас я только оденусь и вещи возьму, да пойдём.

Они шли по дороге, которая вела на поля. Там в настоящий момент находился Степан со своей лошадью. Они неспешно шли и разговаривали обо всем. Спайк бежал рядом с хозяином и всё время пропадал в кустах.

- Скажи, пожалуйста, Алексей Иванович, а как ты вчера всех победил? – Тимур решил окольными путями вывести разговор к главному вопросу. – Мы не успели глазом моргнуть, как все нападающие уже лежали на земле. А ведь ещё секунду назад они готовы были нас растерзать.

- Во-первых, зови меня просто Лёша или Алексей, не надо мне вот этого всего. Во-вторых, есть у меня один дар, но знать о нём тебе не надо. Он несёт горе и боль всем, кто о нём знает, - Алексей решил сыграть на страхе суеверий, и не прогадал.

- Тогда лучше не надо рассказывать, а то у меня дочка малая да жена молода ещё, накликаем беду ещё. Спас нас, и на том спасибо, - Тимур задумался.

Спустя некоторое время они вышли на поле. Вдалеке среди колосьев виднелась лошадь, к ней они и направились.

В тени дерева, которое росло посреди поля, на траве спал мужик в тряпье и с заросшей бородой. Он был одет в безразмерный рабочий костюм с еле читаемым логотипом известной топливной компании. Костюм был весь в разноцветных заплатках, покрыт грязью и дорожной пылью.

Тимур подкрался к спящему мужику и отвесил ему хорошего пинка, тот резко вскочил и начал озирался по сторонам.

- Лошадь украли, ружьё скомуниздили, а он всё спит! – ухмыльнулся Тимур, после чего бросился обниматься с ошалевшим мужиком.

- Ироды поганые! – с облегчением выдохнул он. – Напугали до чёртиков. Я уж думал, что богу душу отдам из-за вас.

- Степан, не серчай, - похлопал его по плечу Тимур. – Познакомься с Алексеем Ивановичем. Он из пришлых, теперь живёт у нас. Вчера Марина его привела. Он нам помог отбиться от «чистильщиков». Мы были на волосок от смерти, как он их одним махом перебил всех.

- Степан Савельевич, - протянул он Алексею свою крепкую руку. Его ладонь была словно грубой и покрыта мозолями, словно кусок деревяшки.

- Короче, - продолжил Тимур, - бери лошадь, да пойдём на пристань. Там его лодка на берегу лежит, которую нужно отвезти к озеру, пока её не украли.

Дальше дорога проходила легче в разы. Сидя в телеге, они неспешно двигались по грунтовой дороге в сторону берега. Кобыла упорно тянула телегу, а рядом бежал её жеребёнок. Спайк, который поначалу пытался броситься на лошадь, чуть не погиб под её копытами и теперь держался в стороне от кобылы и её жеребёнка.

Добравшись до берега, они спешились и продолжили свой путь пешком, поскольку телега провалилась в рыхлом песке и не хотела ехать дальше.

Лодка осталась на том же месте, на котором её оставил Воронцов. Втроём они быстро её перевернули, дружно подняли и понесли к телеге. Через полчаса они уставшие ехали в сторону деревни. Тимур сиял от счастья и с нежностью поглаживал алюминиевые борта лодки. Он уже придумал, как заклепать пробоину. Для этого у нового владельца роскошной яхты имелись все необходимые инструменты.

Алексея в телеге укачало, отчего он задремал. Проснулся он на подъезде к деревне, когда уже начало темнеть. Он потянулся и зевнул. Спина затекла и ныла. Он огляделся по сторонам.

- Ну, ты и дал храпака! – засмеялся Тимур и спрыгнул с телеги, чтобы открыть ворота. – Я думал, что телега рассыплется от храпа. Степан, – обернулся он к товарищу, – ты загоняй телегу прямо к сараям – сгрузим лодку там.

Когда лодка оказалась на земле возле сарая, усталые мужчины дружно отправились на ужин, на который они опоздали. К их приходу все уже разбрелись заниматься хозяйством и своими делами. Полная женщина по имени Инга, которая отвечала за кухню вместе со своей помощницей, белобрысой девчонкой, бурча на опоздавших, споро накрыла им стол.

- Вот шастают, где ни попадя, а мне по два раза из-за них посуду пачкать! – с пренебрежением она поставила миски на стол.

Каша из перловки была склизкой и холодной, но в этот раз в ней обнаружились куски грибов и следы мяса.

- Тимур, - начал Алексей, - вы когда будете заниматься ремонтом лодки?

- Уж точно не сегодня, - пододвинул он к себе тарелку с кашей, ничуть не смущаясь её видом. – В темноте мы таких дел наворотим, что сделаем только хуже, а новой лодки в обозримом пространстве не наблюдается.

- Я понимаю, что ночью работать не лучший вариант, - Алексей после рыбной диеты был рад даже такой каше. – Значит, завтра утром?

- Завтра утром после завтрака, - кивнул Тимур.

- Я вам помогу с ремонтом.

- Отлично! – обрадовался парень. – Лишние руки нам не помешают, а ты вроде мужик справный.

- Тогда утром и займёмся лодкой.

После ужина Воронцов попрощался со всеми и оправился к дому Марины.

Глава 8

Глава 8

Воронцов стоял возле двери дома Марины и курил трубку. Крепкий табак обжигал его горло и лёгкие, но пагубная привычка оказалась сильней. Он так и не решался постучать в дверь. Алексей боялся, что вчерашние порывы страсти могли оказаться лишь эмоциональным ответом на стресс женщины и сегодня его здесь не ждут. Только он докурил и собрался уйти спать к Степану на сеновал, как дверь открылась и перед ним предстала Марина.

- Ну и что мы тут стоим, сиськи мнём? – выразительно приподняла она брови. – Я уже весь вечер жду, когда ты вернёшься. Уехали с утра и все пропали! Заходи и раздевайся.

- Привет, – расплылись его губы в счастливой улыбке.

Алексей не стал ждать повторного приглашения и, отряхнув ноги, вошёл в дом.

- Ну что, нашли лодку? – обернулась к нему Марина.

- Да нашли и привезли. Она сейчас стоит у сарая Тимура. Завтра мы с ним подклепаем дно и повезём лодку на озеро для испытаний.

- Вот и славно, что нашли. Кушать будешь?

- Нет, спасибо, – покачал он головой из стороны в сторону. – Мы с мужиками уже поели кашу на общей кухне.

- Что ж, хорошо. Ты не против посидеть на лавочке? Там хорошо, ветерок дует и прохладно.

- Свежий воздух прекрасен, но ты ещё лучше, – согласно кивнул он.

Марина достала бутылку с вином из-под подпола и захватила стаканы.

Они долго сидели на лавочке перед домом и общались на разные темы. Марина рассказывала ему об укладе жизни в деревушке. Когда дошла до разговоров о семье, она резко замолчала и отвернулась. Алексей молчал и ждал, когда она успокоится. Собеседница начала всхлипывать. Он тихонько обнял её за плечи и прижал к себе. У неё по щекам потекли слёзы

- Марин, успокойся, – он аккуратно вытер ей слезы тыльной стороной ладони.

- Всё нормально, – натянута улыбнулась она. – Просто Светочку жаль. Я сильно переживаю за неё. Как она там? Жива или эти твари её убили? Лучше бы её как Сергея убили бы сразу, чтобы она не мучилась! Ей было всего шестнадцать лет!

Алексей крепко обнял женщину и принялся нежно гладить её по голове.

- Ну-ну, успокойся. Всё наладится. Не стоит так сильно переживать – это не прибавит тебе здоровья.

Марина порывисто вырвалась из объятий Воронцова и молча ушла в дом. Хмурый Алексей остался сидеть на лавочке возле дома, не зная, что делать. Идти в дом сейчас ему казалось не лучшей идеей. Девушка сейчас на нервах, а он ничем не может ей помочь. В этой ситуации он посчитал, что лучше пока оставить её одну, чтобы она успокоилась и побыла в одиночестве со своими мыслями.

Он достал свою уже полюбившуюся трубку и закурил. При свете луны он увидел, как Олег вышел из своей избы на улицу. Алексей, не теряя времени, подошёл к нему.

- Олег, а где содержатся пленные?

- Часть из них мы увели на поля, а часть осталась сидеть под замком в сарае. Завтра будем менять пленных на наших. Сегодня, пока вас не было, приходил их гонец. Мы с ним сторговались на обмен один к трём. Завтра приведут четырёх наших человек, а мы им выдадим двенадцать человек, у которые состояние похуже. А здоровые пусть сначала отработают зерно, которое они у нас украли.

- Интересно, почему такой разброс – мы им троих, а они нам одного? – удивился Воронцов.

- Мы заинтересованы в обмене больше, чем они. Тяжелораненые только тратят наши ресурсы и ничего не производят. За ними нужен уход, им требуется лечение, а также их приходится кормить. Поэтому нам проще согласиться обменять эту ораву на четверых своих людей, чем кормить такую прорву дармоедов и душегубов.

- А остальные? – поинтересовался Алексей.

- Остальные пусть работают в поле до конца сбора урожая, а там снова совершим обмен.

- Не боишься, что они сбегут?

- Есть такие опасения, – по Олегу не было заметно, что он этого опасается. – Но наши всегда ходят с оружием и настороже, так что такой вариант маловероятен.

- Понял, спасибо за разговор, - Алексей пожал на прощание ладонь Олега. – Спокойной ночи.

- И тебе.

Воронцов после прощания с Олегом направился обратно к дому Марины. Когда он зашёл в дом, Марина уже лежала на кровати. Он в нерешительности немного постоял на пороге комнаты, но в итоге собрался с духом, разделся и забрался под одеяло. Девушка никак не отреагировала на его возвращение. Приставать к ней, когда она в таком состоянии, мужчина не стал. Он выбросил из головы лишние мысли и быстро уснул.

Утро началось очень рано. С первыми лучами солнца сварщик проснулся вместе с хозяйкой дома, которая сегодня была слишком молчаливой.

- Доброе утро, Марин. Какие планы?

- Как обычно, нужно покормить скотину.

- Я тебе помогу.

- А как же лодка? – начала она одеваться.

- Лодка подождёт, – он тоже принялся облачаться в одежду. – Да и не думаю, что Тимур начнёт её чинить раньше, чем позавтракает.

Они вместе пошли управляться со скотиной. За домом располагалась небольшая огороженная территория, отведённая под скотный двор. Марина не могла похвастать богатством. У неё имелись два десятка кур, десяток гусей и две козы – вот и всё хозяйство. В нынешнее время и это считалось сокровищем. Дел было очень много, но вместе они быстро управились ещё до наступления завтрака. Алексей помог Марине натаскать воды с колодца и нарубил дров. Она в это время кормила живность и собирала их дары в виде яиц и молока.

На завтрак они пришли вместе. Марина шутила и улыбалась Алексею. На завтрак был пирог с капустой и чай из трав. После распития ароматного чая они вернулись к дому.

- Какие планы? – начал сварщик.

- Я сегодня пойду на охоту. Сначала нужно подготовить карабин и прочее снаряжение.

- На охоту?! – изумление Воронцова не знало границ. – Ты?

- Я. А что? Я не похожа на охотницу?

- Хм… Если честно, когда я вот так на тебя смотрю, то нисколько. Но стоит только вспомнить, как ты ко мне незаметно подкралась, так все сомнения развеиваются, словно листья на ветру. Получается, что ты в деревне занимаешься охотой?

- Занимаюсь, - кивнула она.

- Никогда не поверил что такое возможно, - Воронцов с удивлением смотрел, как она ловко разбирала и чистила оружие.

- Я не только козам сиськи дёргать умею, – засмеялась она и подмигнула ему. – Отец дал мне карабин в руки ещё тогда, когда я была маленькой, и я со ста шагов спокойно попала в яблоко. С момента смерти отца теперь за охоту отвечаю я.

- Эх, – вздохнул мужчина. – Плохо, что я обещал Тимуру помочь с лодкой. Так бы я с тобой пошёл. Я тоже увлекаюсь охотой.

- Ладно, охотник за женскими сердцами, иди уже к Тимурчику помогай. Я пошла. Если всё будет хорошо, я вернусь к завтрашнему вечеру.

Воронцов прошёлся по всей деревне, но Тимура нигде не нашёл. В результате поисков он обнаружил его супругу, которая занималась стиркой.

- Привет. Ты не знаешь, куда подевался твой муж? Мы с ним собирались чинить лодку.

- Ой, дядя Лёша, - оторвалась она от стирки, - Он затемно пошёл проверять сети и ещё не вернулся с рыбалки.

- А-а, понятно… - протянул он. – Спасибо. В таком случае я подожду его у лодки.

Сварщик подошёл к сараю, в котором содержались пленные. У входа сидел Михаил – крепкий мужик под два метра ростом с кулаками размером с пивные кружки. Казалось, что он одним ударом может убить человека, но сказать об этом наверняка сложно, поскольку во время нападения чистильщиков он отсутствовал в посёлке. Миша вернулся с заготовки дров только вчера и был молчалив.

- Здравствуй, Михаил. Я Воронцов Алексей.

- Знаю, – приветливо кивнул он, при этом угрюмость не покинула его лица ни на миг. – Спасибо за помощь в бою. Мне супруга рассказала, что все остались живы только благодаря тебе. Ты чего-то хотел или просто поболтать подошёл?

- Поболтать, но не с тобой, а с пленниками.

- На кой они тебе сдались? – выразил удивление Михаил слегка приоткрытыми глазами.

- Хотел узнать у них об одном человеке.

- Если надо, то иди, - кивнул Мишу в сторону массивной входной двери. – Они вроде все и побитые, но их там много, так что если что, кричи – я помогу, - он скинул амбарный замок, откинул засов и открыл дверь в тёмный сарай.

Сарай поражал своей основательностью. Толстые стволы сосен диаметром не менее пятидесяти сантиметров были плотно подогнуты другу к другу. Пол был сделан из тёсаных досок. Маленькое окошко под низким потолком было зарешечено толстыми прутьями арматуры. Площадь помещения примерно двадцать квадратных метров. В углу стояло ведро для отходов жизнедеятельности.

Все шайка-лейка расположилась по разным углам по три-пять человек.

- Вечер в хату, утырки! Как здоровье?

Алексей был готов ко всему, но только не к тому, что в него полетят тарелки с кашей. Двое человек сделали решительный шаг в его сторону. Он в последний миг нажал на перстень, и время остановилось. Тарелки с густой кашей зависли в воздухе.

Воронцов неспешно похромал к гуще людей. Подойдя к первой компании, он отвесил каждому смачный поджопник, и перешёл ко второй шайке, которая сидела в дальнем углу местной тюрьмы. Эти все сидели на полу, и пинать их было неудобно. «Совершено случайно» наступив пару раз на руки сидевших на полу нелюдей, он отвесил им хороших пинков по их бокам. Представителям третьей группы, которые стояли почти у входа и уже были готовы набросится на него, он произвёл пару ударов по голени. Он уже пожалел, что не взял с собой хороший дрын. Пинать людей ногами было очень некультурно и, с непривычки начала ныть лодыжка. Затем он отошёл в сторону от полёта тарелок с кашей и вернул времени нормальный ход.

Тарелки, которые летели в его голову, ударились о пустую стену, а он стоял уже совершенно в другом месте. В следующее мгновение помещение наполнили разноголосые стоны и подвывания покалеченных людей. Кто-то держался за отбитый бок, кто-то прыгал на одной ноге, а кто-то дул на отдавленную руку.

- Та-а-а-к, шваль подзаборная! – обвёл он комнату суровым взором. В его угрожающем тоне только глухой нашёл бы миролюбивые нотки. - Теперь командовать парадом буду я! Если вы не будете относиться ко мне с уважением, то я могу продолжить экзекуцию.

Все замолчали и пристально на него посмотрели, потирая ушибленные места.

- Чего изволите, господин? – елейным тоном, щурясь от боли в отдавленной кисти, ему улыбнулся беззубым ртом низенький мужичок, одетый в рваную и вонючую военную форму.

- Мне нужна информация! – громко и чётко проговаривал Воронцов, стоя перед ними, полный в себе уверенности. По-другому с ними было нельзя. – Меня интересует, есть ли тут человек, который был в набеге на деревню этой зимой?

Беззубый указал на долговязого худого парня лет двадцати пяти с тёмной копной немытых волос. Его лицо пересекал длинный шрам на всю щеку. Правая рука у парня была замотана тряпками и подвешена на шею.

- Стукач ты опущенный! – долговязый попытался броситься на беззубого, но тот ловко нырнул за спины товарищей.

- Эй, долговязый, - сурово прищюрился Алексей, обращая на себя его внимание. – Скажи, ты помнишь как убили мужчину и похитили девушку лет шестнадцати?

Шрамированый в ответ плюнул в сторону Алексея.

- Ты чё, гнида, допрашивать меня будешь? А может, и судить станешь? – он демонстративно отвернулся к нему спиной.

- Заметь, не я это сказал!

Время вновь замедлило свой ход. Муха зависла в воздухе, а пленники замерли восковыми статуями. Алексей подошёл к долговязому и со всей силы ударил его под дых, да так, что у него заболели костяшки пальцев. Затем он вернулся на своё место и вернул хронопоток к обычному состоянию.

Долговязый громко охнул и упал, скрючившись на полу. Он задыхался и только и мог, что хрипеть.

- Ну что, крысы подзаборные, ещё есть кто тут борзый? – Воронцов сделал решительный шаг в сторону толпы.

Все в ужасе вжались с стены, стараясь держаться от него подальше, словно он был не человеком, а демоном из преисподней. По толпе взрослых мужиков пробежала волна шепотков.

- Демон!

- Демон!

- Он силой мысли может убить или покалечить…

- Это он… он нас того…

- Господи, спаси и сохрани! – перекрестился один из них.

Из толпы выглянул беззубый и, с опаской косясь на лежащего на дощатом полу долговязого, произнёс:

- Меня тогда не было, но я видел в посёлке, как привели ту девчонку. Тогда добычи было мало, и её забрал себе Жеван. Она находилась у него в гареме до позавчерашнего дня. А что с ней сейчас, я не знаю.

- Кто такой Жеван? Где его искать?

- Ищите его в могиле, – ответил беззубый. – С вашей подачи его позавчера убили.

- Это тот толстяк, который и шага не мог сделать, чтобы не задохнуться от собственного жира? – сурово прищурился Алексей.

- Да, он самый, господин. А теперь пощадите нас. Я сказал всё, что знал, – беззубый отвесил низкий поклон и снова юрко прошмыгнул в толпу.

- Живите пока, твари. Если бы не обмен, то я всех вас просто казнил бы и запытал в своём маленьком аду…

Он снова использовал свой перстень, и в момент, когда время остановилось, вышел из тюрьмы. Создался эффект чуда. Для посторонних наблюдателей человек просто исчез из импровизированной тюрьмы.

Алексей встал за спину Михаила и пустил время своим чередом. Мужчина сразу почувствовал за спиной чьё-то присутствие, развернулся и ошарашенный отшатнулся назад.

- Бог ты мой! Ты как здесь оказался?

- Фокус! – улыбнулся Воронцов. – Спасибо за помощь, – пожав руку собеседнику, он удалился.

Когда Алексей добрался до лодки, Тимур всё ещё не вернулся. Мужчина сел на корпус лодки и закурил трубку. Табака осталось совсем немного, и он подумывал о том, чтобы пополнить запасы.

Выпустив клубы дыма, он начал с интересом разглядывать деревеньку.

Высокий забор по всему периметру территории надёжно укрывал и защищал жителей. Территория была треугольной формы, в углу располагались хозяйственные постройки, скотный двор и тюрьма-сарай. Дальше по левому краю стояли семь домов с небольшими участками и общая кухня с баней. По правой стороне расположились одиннадцать домов, самый первый из которых занимал Олег - глава деревни. Тимур жил на четыре дома ниже напротив колодца с водой. Марина жила по левой стороне в третьем доме. Кто занимал остальные хаты – он не знал.

За забором имелось большое озеро, которое являлось естественной преградой, защищающей заднюю часть двора от нападения. С правой стороны раскинулись огороды, там же паслась мелкая скотина вроде коз и нескольких овец. Коровы и лошади были где-то в полях – их летом пасли отдельно. С левой стороны раскинулся сосновый лес, там же расположилась пасека.

Три смотровых точки по углам позволяли оперативно осматривать двор и территорию вокруг за забором, а удачное месторасположение позволяло производить защиту территории малыми силами. Если не применять взрывчатые вещества, как это делали чистильщики, то можно считать деревушку малой крепостью, в постройку которой было вложено немало сил.

Громкий свист со стороны смотровой вышки у ворот вывел Воронцова из раздумий.

- Чистильщики идут! – раздался крик молодой девушки, которая занимала смотровой пост.

На посту дежурили все по очереди, сменяясь каждые шесть часов. Смена караула в шесть утра, в обед, в шесть вечера и в полночь. Зимой менялись восемь раз. Со слов Марины, в дежурствах не участвовали Олег, Митяй и Инга, которой и так хватало работы на общей кухне. А Митяй был туговат, если так можно было назвать его психику. Все остальные дежурили согласно графику, за исключением болезни или смерти родных. Все понимали важность этого дела и трепетно относились к наблюдению и охране.

Через пару минут после крика дежурной почти все собрались у ворот. Вскоре привели пленных, которые при виде Воронцова сразу притихли и вели себя ниже травы и тише воды.

Глава 9

Глава 9

В ворота громко постучались, но их не спешили отпирать. Лишь после условного сигнала со стороны вышки одну створку ворот открыли, и через неё начали заходить люди.

Всего пришло девять человек. Пятеро были облачены в застиранную армейскую форму, которая была заношена до дыр, но чистая и аккуратно заштопанная. Следом за ними в ошейниках и с завязанными руками шли четверо замученных людей: две женщины и двое мужчин, все покрытые синяками и худые до невозможности, в обносках одежды и смотрящие на своих родных глазами полными радости и слез. Они вызывали искреннюю жалость. При их виде сердце Алексея сжималось, а в душе поднималась волна ярости к тварям, которые так обращаются с людьми.

Олег произнёс торжественную речь о том, что их поселения объявляют мир и обмениваются пленными. После этого был проведён сам обмен, после которого чистильщики удалились с полной уверенностью в победе. Даже пленники, которые только что бросали испуганные взгляды в сторону Воронцова, ковыляли и хромали в сторону ворот гордо расправив плечи. Долговязый повернулся, посмотрел прямо в глаза Алексея и провёл большим пальцем себе по горлу.

Перстень блеснул на солнце, и время остановилось. Воронцов подошёл к долговязому который замер, подняв ногу в воздухе для шага. Сварщик ударил его с ноги по причинному месту, после чего вернулся к воротам и встал так же, как и стоял. Как только время снова потекло в обычном режиме, долговязый, не успев закончить шаг, заорал от боли и упал на землю. Он держался целой рукой за свой пах и завывал на всю округу.

Чистильщики принялись озираться по сторонам. Новенькие, которые привели пленников, выискивали угрозу. Старенькие, которые побывали в плену, с ужасом в глазах уставились на Алексея, который им показал на выход.

Они споро подхватили раненого бойца и потащили его на выход, да так, что его ноги весело подпрыгивали по земле. Как только последний чистильщик покинул территорию посёлка, ворота сразу же закрылись. После этого родные не сдержали эмоций и кинулись к освобождённым пленникам. Объятья и слезы радости заполнили всю деревню.

Воронцов заметил Марину, стоящую у ворот с карабином за плечом. По её щекам текли слёзы. Он только собрался к ней подойти, как его схватил за руку Олег,

- Это что сейчас было?! – нахмурил он брови. – А если бы они начали палить и пришлось бы устроить бойню? Ты вообще подумал над своей выходкой? Этот долговязый урод, который тут только что не загнулся, твоих рук дело! Я видел, как ты был здесь, а потом он упал и все начали смотреть на тебя. Не лезь в деловые отношения. Понял?!

Народ притих и уставился на разоравшегося Олега.

- Наверное, у него почётные колики случились,вот и плохо парню стало. А у ворот я уже давно стоял, - миролюбиво улыбнулся Воронцов, пытаясь сгладить обстановку. – Ладно, меня Марина ждёт, - он ловко выдернул руку из захвата и направился к охотнице.

Алексей обнял Марину и зашептал ей на ухо:

- Успокойся.

- Её опять нет среди пленных, - всхлипнула она, после чего разрыдалась во весь голос. - Жители молча проходили мимо них, отводя взгляды от семейной драмы.

После обеда появился Тимур. Марина пригласила с собой пару мужчин и отправилась с ними в лес за добытым кабаном. В это время Алексей занялся ремонтом лодки.

В сарае нашлись куски проволоки из алюминия и ручная дрель. Из старой дырявой крышки кастрюли с помощью зубила и молотка ей удалось придать правильную форму и размеры. Вокруг них крутилась ребятня, которая с увлечением совала свой нос во весь процесс. Когда дошла очередь до сверления дырок дрелью, Воронцов позвал мальчугана лет восьми и предложил ему помочь мужчинам, тот с гордостью согласился.

Тимур показал пацану по имени Руслан, как надо крутить ручку дрели, после чего передал ему дрель. Мальчишка с полными счастья глазами и на зависть всем своим друзьям неумело принялся за дело. Просверлив первую дырку, он радостно заголосил. Все его друзья наперебой начали просить разрешения поучаствовать в ремонте.

Спустя пару часов новая заплатка стояла на своём месте. Кусок камеры, которая хранилась в сарае и заплатка из крышки, приклёпанная проволокой на манер заводских заклёпок, обеспечили достаточную герметичность. Уже к вечеру лодку дотащили на самодельной телеге до озера и спустили на воду. После испытаний на воде не было даже маленькой капли, что обрадовало двух рыбаков. Уставшие мужчины вернулись в деревню уже затемно.

Общая кухня была пуста. Голодный Алексей направился в баню. Баню топили каждые два дня. Сначала купались мужчины, поскольку их было меньше, а потом уже женщины и дети.

Воронцов быстро помылся от грязи и побрился опасной бритвой при свечах. После всех процедур из зеркального отражения на него смотрел помолодевший минимум лет на десять загорелый мужчина. За всё время нахождения в этом месте его здоровье улучшилось, а ежедневные занятия спортом привели его в хорошую физическую форму. Одевшись в чистые вещи, которые ему любезно постирали и высушили, он положил в корзину для стирки своё грязное белье и вышел на свежий воздух.

Марина стояла в окружении женщин, которые при появлении Алексея начали на него бросать игривые взгляды и хихикать. По всей видимости, они до этого обсуждали интимные темы, которые мужчинам лучше не слушать, если им дорога психика. Марина покраснела и отвернулась.

Он не стал смущать охотницу и лезть в женские секретики, а просто пошёл в сторону дома. У двери его ждал верный Спайк. Он постоянно носился по дворам вместе с местной стаей собак и выглядел довольным и сытым.

- Ну что, мой родной? - погладил он своего пса. Тот уже вымахал до нормальных размеров и мог спокойно положить голову на колени хозяина. Пёс смотрел на него преданными глазами.

Алексей достал маленький мешочек с табаком, который дал ему сегодня Тимур, занимавшийся выращиванием и ферментацией этого растения в отдельной грядке на своём огороде. Пока он курил трубку и думал об ужине, к нему подошла хозяйка дома в длинной рубахе, сделанной из белой простыни, и обутая в тапочки из звериной шкуры. От неё пахло хозяйственным мылом и цветами.

- Пойдём в дом? – она ласково провела ладонью по голове Алексея и игриво посмотрела на него.

- Пойдём, - одарил он её тёплой улыбкой.

В доме витал аромат жареного мяса, который щекотал рецепторы и вызывал обильное слюноотделение. Часть сегодняшней добычи охотницы расположилась на столе. Кабанчик был молод и не требовал вымачивания. По вкусу кабанье мясо сильно напоминало свинину, при этом имело более насыщенный вкус дичи. Оно было приятного, слегка розового цвета с ненавязчивым легким запахом, а добавление разных трав и вымачивание в вине сделало его великолепным.

После ужина Марина быстро помыла посуду деревянной кадке, после чего расположилась на стуле.

- Лёш, - хрустнула она шеей. – Помассируй мне, пожалуйста, плечи.

- Спина болит? – участливо спросил он, после чего подошёл к ней и положил ладони ей на плечи.

- Ох, да… Мне пришлось долго сидеть в засаде. Из-за этого затекла шея.

Алексей начал делать ей массаж.

- Ох… - у неё вырвался сладостный выдох. – Как хорошо… Погоди, я сейчас лягу.

Марина затушила свечи, избавилась от платья, откинул в сторону одеяло, сшитое из лоскутов, и в обнажённом виде легла на кровать. Сетчатая полуторная кровать, которой было больше ста лет, противно заскрипела, когда Алексей присел рядом с девушкой. Он начал нежно массировать ей шею и плечи, постепенно спускаясь всё ниже… Спустя пятнадцать минут кровать заскрипела ещё сильней в такт громким стонам Марины.

После любовных утех Воронцов вышел перекурить на свежем воздухе. Он с удобством разместился на лавке и только начал доставать трубку, как заметил Олега, которого не видел с вечера. Он заходил в ворота деревушки с Максимом – его помощником и старостой. С Максимом он был не знаком, поскольку тот появился только сегодня днем, когда чистильщики привели пленников на обмен.

После перекура он вернулся в дом.

- Марин, - подошёл к лежащей в кровати женщине сварщик, - скажи, а часто Олег по ночам приходит из лесу?

- Бывает, что уезжает раз-два в месяц, чтобы проехать по владениям общины и посмотреть, что да как у всех. Тут же в основном летом только женщины живут, а все в полях да в лесах пашут. А что такое?

- Да нет, ничего такого. Просто я сейчас увидел, как он вернулся в деревню, вот и спросил.

- Ладно, иди сюда, а то мне холодно, - она игриво откинула одеяло.

Яркая луна через окошко осветила её нагое тело. Стройная и подтянутая женщина с красивой фигурой манила его. Грудь правильной формы и с розовыми ореолами сосков ритмично поднималась в такт её дыханию. При виде этого чуда мужчина почувствовал шевеление в штанах. Он проворно скинул штаны, откинул их в сторону и набросился на хозяйку дома…

- Всё, меня не кантовать, – весь покрытый крупными каплями пота он откинулся в сторону и растянулся на спине. – Загоняла старика.

- Ой, ну прям старика! – ткнула она его в бок локтём, после чего ловко перекатилась через него и слезла с кровати. – Может, это ты дорвался до молодого тела? – лукаво прищурилась она. – А, старый извращенец? - накинув платье, она пошла на улицу.

***

Рано утром он встретился с Тимуром и отправился на рыбалку, роса покрывала всю прибрежную траву, а лёгкая дымка стелилась над гладью озера. Усевшись в лодку, они начали грести к середине озера. Там располагалась отличная яма и Тимур в том месте постоянно прикармливал рыбу разнообразными прикормками из различных каш с травами.

Солнечные лучи едва начали пробиваться через ветки деревьев. К этому моменту поплавки из гусиных перьев уже торчали из воды. Каждая удочка являлась произведением искусства. Удилище можно смело было назвать композитным. Ручка из алюминиевой трубки, перемотанная тонкой кожей. Дальше шла составная часть из кусков бамбуковых стеблей, собранных на ввинчивающиеся втулки, вместо катушки к основанию было приделано мотовило. Леска была изготовлена из плетёного конского волоса, выдернутого с боем у хвоста жеребца. Крючки казались заводскими из лучших времён, но Алексей не удивился бы, если рыбак сделал их сам.

После прикормки сначала клевала мелочь, которая быстро реагировала на поднимающуюся муть от прикормки в воде. Сварщик, вытащив очередного карасика размером с ладонь, насадил на крючок нового червя, которых ещё вечера приготовил его товарищ, накапав их в навозной куче. Он наудачу поплевал на приманку и закинул снасть в воду. Уже через пару минут поплавок резко ушёл под воду. Чётким движением Алексей сделал подсечку и почувствовал рывок такой силы, что удочка едва не вылетела из рук. Складывалось впечатление, словно внизу находилась огромная чугунная гиря вместо рыбы, которая уверенно тащила на дно.

Леску скинуть не было возможности – катушки как таковой не было, поэтому приходилось упорно держать удочку двумя руками. Удилище согнулось в параболу, но выдерживало натиск рыбы. Воронцов чувствовал, как сопротивление начало уменьшаться. Наконец, он стал задавать правила игры. На его удивление снасть выдержала огромные нагрузки и, наконец, на поверхности показалась голова огромного сома. За свою жизнь мужчина никогда не ловил таких крупных рыб. Подведя рыбину к борту казанки, он крикнул Тимуру, который стоял наготове:

- Помогай!

- Сейчас, - рванул он вытаскивать рыбину.

Кое-как они вдвоем затянули сома в лодку. Навскидку добыча весила больше тридцати килограммов, а длиной сом был больше метра.

- Шикарная рыбалка! – придурковато улыбался Алексей. – Спасибо за такую удачную рыбалку.

- Спасибо на сковородку не положишь, - улыбался в ответ Тимур.

***

Незаметно для Воронцова наступил сентябрь. Уже не было того палящего солнца днём и вечерней духоты – её сменила ночная прохлада. Вместе с Мариной он занялся охотой. Им двоим с её знаниями леса и его возможностью управлять временем было охотиться в разы проще, чем поодиночке. Они обеспечивали мясом всю деревню, пришлось даже освоить производство тушёнки, что до этого было невозможно.

Алексей пребывал в шоке от того, сколько зверья водилось на острове. Резкое снижение численности человечества привело к росту популяции животных. Кабаны, волки, зайцы, лисы и стада косуль приводили его в восторг. А пара лосей, живущих в километре от деревни, выглядели красавцами. Каждый из них был крупной особью, но они с Мариной их не трогали. Помимо этого им встречались разнообразные птицы: гуси, утки и куропатки.

Алексей не раз и не два предлагал Марине прогуляться в сторону очистных сооружений, но она всё время отказывалась. Он понимал, что в мечтах она верит в то, что её дочь жива, но постоянно видеть грустный взгляд близкого человека ему было тяжело – его сердце разрывалось от её ночных слёз.

Сегодня они ушли на дальний кордон и вышли на поляну, по которой проходила звериная тропа. На месте они занялись приготовлением к охоте. Карабин был приготовлен, после чего охотники расположились на деревьях по разным сторонам поляны. Алексей занял удобную позицию на удобной развилке веток старого дуба, после чего ускорил время и стал ждать. Ближе к наступлению темноты он заметил шевеление в подлеске и замедлил время.

На поляну медленно вышла целая стая кабанов. Впереди всех шёл отличный экземпляр кабана-секача с короткими сильными ногами, острыми стоячими ушами и подвижным прямым хвостом. В холке зверь достигал больше одного метра, а длина его тела составляла больше двух метров. Средний вес кабана-секача примерно сотня килограммов, однако этот экземпляр весил не меньше четверти тонны.

Огромная зверюга вышла на край поляны и остановилась. Кабан принюхался и медленно направился к центру поляны. За ним последовала вся стая, в которой из нескольких самок и десятка поросят. Кабаны принялись увлечённо рыть землю пятачками.

Воронцов вскинул карабин СКС и прицелился. Время было подобно патоке. Добыча, которая стояла к нему боком, являлась прекрасной мишенью. С его точки до цели было меньше пятидесяти метров. На выдохе он нажал на спусковой крючок. Пуля медленно вылетела из ствола, мужчина мог наблюдать её полёт до попадание в цель. Пуля угодила прямо туда, где было расположено сердце огромного секача.

Мощное тело секача сорвалось с места. Замедленное время играло Алексею на руку, поскольку для него быстрый кабан двигался очень медленно в попытке убежать в лес. Мужчина спокойно и без суеты снова прицелился и выстрелил. На этот раз пуля попала точный кабану точно в глаз. Кабан замер, постоял так несколько секунд, после чего рухнул на землю. Включив обычный ход времени, Воронцов наблюдал за тем, как все стадо разбежалось в разные стороны.

Через несколько минут они с девушкой добрались до добычи, вот только Марина не выглядела довольной. Наоборот, она источала негодование.

- Какого чёрта ты наделал? Нахрена ты его подстрелил?

- Он был самым крупным, - растерялся он.

- Сам будешь жрать это вонючее мясо! Вот нахрена?! Рядом стояли такие хорошие поросятки с нежным мясом, а ты потратил целых два патрона на кусок подошвы.

- Марин, но ведь кабан крупнее. Его мяса хватит на всех и надолго. Логично было потратить меньше патронов, зато получить в награду богатую добычу.

- Засунь свою логику себе в задницу! – ноздри женщины раздувались от гнева. – Кто эту добычу потащит в деревню? Я? Или ты?! Как, чёрт побери, мы этого здоровяка будем тащить?! Идиот! Ты хоть пробовал мясо взрослого кабана? Да все плеваться будут и тебя поминать «добрым» словом, ещё и меня «похвалят».

- Но, Марин…

- Я который десяток лет Марина. На подвиги потянуло, да?

- Ну так… В каждом мужчине скрыт герой. Победить огромного зверя – это целая история, а кабанчик – для детей и женщин.

- Герой тут выискался! – фыркнула она. – Огромного зверя ему, понимаешь, захотелось. Сам пойдёшь за телегой и мужиками, а я отказываюсь спину надрывать, таская здоровенную подошву от сапога!

- Конечно, я схожу за телегой. Марин, не обижайся. Я же не знал.

- Вали уже за телегой, герой! – в последнее слова она вложила столько сарказма, что Алексею стало грустно. Он так старался, а получилось как всегда.

Пришлось ему идти до деревни и брать телегу с лошадью. Только к утру следующего дня огромная туша была доставлена в посёлок.

Все жители с интересом разглядывали огромную тушу секача, клыки которого были словно кинжалы и почти чёрные от налёта.

Воронцов ходил гордый и довольный добычей, все хвалили его за огромный размер зверюги, а Марина обиженно дулась в стороне. Лишь потом, когда мясо кабана подали на стол, Алексей осознал всю глубину своей неправоты. Жрать такое можно было только с сильной голодухи, а не есть было нельзя, поскольку никакого другого мяса в ближайшее время не предвиделось. Все жители посёлка были ему ну очень «благодарны» за такой трофей. А уж столько хвалебных отзывов он услышал в свой адрес, правда, все они были приправлены злой иронией.