Птица на ладони

Глава 1

Лето началось в 07:34 с короткого сообщения: «Поехали на озеро?» Тим — из тех людей, на чьи предложения без раздумий отвечаешь «да». Ли, конечно, поступила именно так. «В 10:00 на Лесном вокзале. Успеешь?» Успеет, как же иначе. Нечасто Тим — эта вольная птица — оказывается в здешних краях. Полотенце, расчёска, бутылка воды, солнцезащитный крем, пара бутербродов — в старенький рюкзак цвета морской волны. Полчаса в душе, корм коту, чашка кофе натощак. Купальник под низ, джинсовые шорты, зелёная туника, коралловые кеды. Солнечные локоны по пояс — под резинку, телефон с наушниками в карман, схватить проездной с полки и выбежать на улицу. Город проснулся, протёр глаза и уже начинает дышать жаром: солнце успело его раскалить. Город исполняет симфонию стуком трамваев, воркотнёй голубей, голосами людей и шумом проспекта. Ли не идёт — танцует под эту симфонию. С Тимом она познакомилась два года назад. Тогда в её жизни уже был Лекс. Тогда она ещё верила, что это любовь. Поэтому, когда в день знакомства Тим впервые обнял её, она испугалась промелькнувшего желания остаться навсегда в этих искренних объятиях. Потом она узнала, что у него есть девушка, и ей стало спокойнее: мешать чужому счастью она себе никогда бы не позволила. Но сближаться всё равно было страшно, и за эти два года они общались от силы раз десять. Между тем, любовь к Лексу вытекала из её сердца вместе с жизненной силой, которой когда-то было целое море. Когда в 07:34 началось лето, она уже точно знала: нет никакой любви, нет никакого смысла. Не знала только, почему всё никак не может уйти. Конечно, она ничего не скажет Лексу про эту поездку с Тимом (а сам он в жизни не спросит). Конечно, она ни на что не рассчитывает и не надеется. Просто проведёт время в компании хороших людей — он, разумеется, позвал не её одну. Просто вспомнит, каково это — жить без оглядки на других, улыбаться незнакомцам, обнимать тех, кого хочется — без сокровенных надежд, без подтекстов, от души.

Его объятия остались прежними. Крепкими, тёплыми, честными, долгими-долгими. Его глаза стали, кажется, чуть серьёзнее, чуть глубже стала васильковая голубизна. Сердце его билось так же ровно и уверенно, и Ли почему-то с радостью слушала этот стук, долго не отрывая головы от его груди. — Я и забыл, какая ты маленькая, — сказал Тим, наконец отпуская подругу. — Рядом с тобой все маленькие, — улыбнулась Ли, глядя вверх. Она и забыла, какой он высокий. — Пойдём, нас ждут уже, — Ли ощутила между лопаток мягкое прикосновение большой ладони и двинулась к кассам. Ждали их Эд и Мэтти — парочка из компании, где Ли познакомилась с Тимом. Она знала их не очень хорошо, но была рада увидеть, несмотря на то, что Мэтти всегда казалась ей излишне эмоциональной, а Эд — слишком несерьёзным. — Приве-е-ет, — протянула Мэтти, бросаясь к Ли, как к старой подруге. — Какая ты красотка! — Ты тоже, — искренне, но сдержанно отозвалась Ли. Мэтти действительно была хороша: чёрные волосы, острые черты лица, искристые карие глаза, смуглое тело — не худое, но подтянутое. — О, инь-янь в сборе, — Эд коротко, но крепко обнял Ли, улыбаясь хитрыми зелёными глазами. Когда он видел Мэтти рядом с Ли, ему сразу представлялся инь-янь: хрупкая с виду, бледная и светловолосая девушка была полной противоположностью его возлюбленной. Но этим контрастом они отлично дополняли друг друга. По пути к электричке Мэтти посчитала нужным сообщить Ли с десяток всевозможных сплетен и бесцеремонно спросить о личной жизни. Ли поморщилась и сухо ответила, что у неё есть парень, зачем-то понадеявшись, что Тим не услышал — как будто бы это имело значение.

Спустя час электричка устало выплюнула пассажиров на деревянную станцию, окружённую соснами. Спустившись с платформы, Тим стянул футболку и подставил солнцу худое мускулистое тело, блаженно прикрыв глаза. Потом закинул рюкзак на плечо и уверенно зашагал по узкой тропинке. Спутники шли за ним, то и дело перекидываясь шутками, и глубоко дышали полной грудью. Наслаждались запахами красноватых сосен и прогретого солнцем цветущего луга, от которых отвыкли в душном городе. Несколько раз круто повернув, тропинка привела ребят на холм, с которого открылся потрясающий вид на обнятое зелёными берегами небольшое озеро. — Крутяк, — резюмировал Эд, жуя какую-то травинку. — Ваааау, — громко восхитилась Мэтти и щёлкнула пейзаж на телефон. — Это просто офигительно! Может, тут голова болеть перестанет? На головную боль Мэтти начала жаловаться ещё в электричке, но списала это на сильную духоту. — Как ты только находишь такие места? — улыбнулась Ли проводнику, любуясь раскинувшейся перед глазами картиной. Тим посмотрел на Ли своим обычным взглядом: внимательным и пронзительным, но в то же время слегка отсутствующим, смотрящим как будто бы гораздо дальше, чем может видеть человеческий глаз. Улыбнулся тёплой улыбкой, так странно не соответствующей его внешности — лысой голове, острым скулам и впалым щекам, шрамам по всему телу. — Катаюсь много. С людьми разными общаюсь. Они мне места подсказывают, а я туристов вожу и собираю лавры, — Тим раскатисто и низко хохотнул. Потом махнул длинной жилистой рукой и поторопил спутников: — Давайте, давайте, чего стоим, айда купаться! Минут через семь тёплая вода у берега уже целовала ребятам босые ноги. Тим первым сбросил штаны, по-звериному осторожно забрался на полуразвалившийся мост, весь подобрался, оттолкнулся и с головой ушёл под воду. Через пару секунд он вынырнул, фыркая и отплёвываясь, закричал: — Классная глубина! Прыгайте! — Ну нафиг, — скептически произнёс Эд. Неторопливо разделся и пошёл в озеро, оставив мост тусовавшейся на берегу толпе местных подростков. Девушки не спешили купаться — радовались прохладному ветру и со смехом наблюдали, как Эд заходит в воду, вопит, что она ужасно холодная, и, дурачась, бросается на берег в ореоле брызг. — Мэт, погнали вместе купаться, так теплее, — пританцовывая на солнце упрашивал парень. — И голову намочишь — болеть меньше будет. — Ну неет, я всё равно плавать не умею, — ёжилась Мэтти. — Да не бойся, мы подстрахуем, утонуть не дадим, — крикнул, выходя из воды, Тим. — Далеко не забирайся только. Хей, Ли, а ты чего? Давай, покажи пример. Её не нужно было долго уговаривать: она быстро избавилась от шорт и туники и уверенно пошла к воде. Плавать ли начала не сразу. Сначала долго любовалась отчетливо видными на дне водорослями и стайками быстрых рыбок, потом легла на спину и стала смотреть в небо. Почти совсем чистое, с редкими пятнышками маленьких облаков. Казалось, небо и озеро отражались друг в друге. Единение Ли с природой продолжалось недолго. Рассекая воду сильной грудью, мимо проплыл Тим, крикнув что-то задиристое. Ли тут же перевернулась на живот, изящно и быстро поплыла за ним. Так они и плавали наперегонки, азартно хохоча после каждого «финиша» и грозясь победить в следующий раз. Между тем Эд пытался затащить Мэтти в воду прямо в одежде, на что она отвечала громким визгливым смехом. Наконец она сдалась, окончательно зажарившись на солнце, и скоро все четверо брызгались водой, забирались друг другу на плечи, — словом, развлекались, как могли. На лицах, шеях, плечах и головах блестели капли, переливаясь и торопливо сбегая вниз, но счастливые глаза блестели ярче. Через некоторое время Ли устала от этой водной вакханалии и сказала друзьям, что поплывёт к островку в центре озера. Парни остались учить плавать Мэтти. Через минуту Тим бросил взгляд в ту сторону, куда уплыла Ли, и не увидел над водой её головы. — Ли! — крикнул он во всю силу своего голоса, так что Эд и Мэтти вздрогнули, и бросился туда, где последний раз видел подругу. Так быстро он, наверно, не плавал ещё ни разу в жизни. Тим нырнул под воду и увидел в чистой воде Ли — совсем близко ко дну. Рванулся к ней — и тут она обернулась. В открытых глазах читалось удивление, но не испуг, в то время как его глаза были полны страха. Она быстро всплыла на поверхность. Вслед за ней тяжело дыша и отфыркиваясь вынырнул Тим. — Ты чего? — взволнованно спросила Ли. — Я думал, ты тонешь! — воскликнул Тим. — Ты нормальная вообще так пугать? — Эй, у вас там всё хорошо? — крикнул Эд. — Да, да, порядок, — махнул рукой Тим. — Прости, я не думала, что тебя это так напугает. Тим болезненно поморщился. — Мои проблемы, — уже спокойнее сказал он. — Главное, что всё хорошо. И ты это, предупреждай в следующий раз, если нырять соберёшься.

Спустя несколько минут все четверо собрались на берегу. Они играли в слова, ассоциации и другие словесные игры, то и дело покатываясь со смеху, рассказывали друг другу забавные и интересные истории — лучше всех это удавалось бывалому приключенцу и отличному рассказчику Тиму — и ели припасённые бутерброды, запивая их холодным чаем каркаде. Эд то и дело мочил в озере полотенце и заботливо прикладывал его к болевшей всё сильнее голове своей девушки. — Лазарет на выезде, — мрачно усмехнулась Мэтти, когда Эд уложил её обмотанную полотенцем голову к себе на колени. — Давай я тебе уже таблетку дам, — Ли потянулась к сумке, покопалась в ней, вытащила блистер и разочарованно швырнула его в пакет для мусора. — Совсем забыла, последнюю таблетку недавно выпила, а новые не положила, впопыхах собиралась, — расстроенно объяснила она. — Да ладно, норм, пройдёт, не волнуйся, — Мэтти попыталась улыбнуться, но сморщилась от внезапного приступа боли. — Так, всё, — вдруг решительно поднялся с земли Тим. — Тут в посёлке аптека есть, я пошёл за обезболом. Эд, смотри за пациенткой. Ли, компанию составишь? — Ну да, пойдём, — слегка растерявшись ответила девушка. — Одевайся, — и Тим принялся натягивать штаны. — Тииим, ты такой милашка, спасибо тебе, — рысплылась в улыбке Мэтти. — Восхвалим храброго рыцаря! — пафосно воздел руки к небу Эд. — Смотри, отобьёт у тебя принцессу, — Мэтти бросила на парня шаловливый взгляд. — Да ладно, кому ты врёшь, знаешь же, что у него нет шансов, — Эд наклонился к девушке и нежно поцеловал её. — Ой ну ладно, уговорил, нет, — звонко рассмеялась Мэтти. — Но вам всё равно спасибо, ребят. — Спасибо скажешь, когда мы придём с таблеткой и она тебе поможет, — хохотнул Тим. — Вдруг их там вообще нет. Или аптека закрыта. — Или пришельцы нас по дороге похитят, — усмехнулась уже одетая Ли. — Пойдём, человек тут страдает, а мы шутки шутим.

Они шли по просёлочной дороге в блаженной тишине, в которую вплеталось птичье пение и песни проносящихся невдалеке электричек. — Ну как, не пожалела, что выбралась? — нарушил тишину Тим. — Нет, конечно! — воскликнула Ли. — С вами здорово. — С тобой тоже, — тихо отозвался Тим. Девушка почувствовала, как её сердце пропустило удар. Глупое сердце. Не трогай чужое, слышишь? Но его не учили спрашивать. — Ты это... — снова заговорил Тим. — Прости, что накричал. Ли внимательно посмотрела на спутника, ничего не отвечая. Он повернулся к ней и взгляды голубых глаз столкнулись в упор. «Глаза как небо», — промелькнуло в голове у Ли. «Глаза как Индийский океан», — в ту же секунду подумал Тим. И торопливо продолжил: — Мне 14 лет было. Сидел на пляже у реки, в песке копался. Подходит девчоночка какая-то мелкая, ведёрко мне своё протягивает. Ну мы с ней давай замок строить, она мне что-то про чаек с черепахами рассказывала, милая такая. Про маму свою, которая там рядом купалась. Построили замок, она бежит в воду — мама, мама, похвалиться хочет — и вдруг ухнула вниз — и нет её. Там неглубоко везде, но яма какая-то попалась. Нырнул за ней, сам на берег вытащил… Не спасли. Вот с тех пор боюсь. Не за себя, за других. Мёртвое тело на руках — не круто. Тим криво усмехнулся, нахмурился и замолчал. Ли ужасно захотелось взять его за руку — слов она не находила. Решилась только коснуться его опущенной кисти тыльной стороной ладони. Он посмотрел на неё, кивнул, словно говоря: «Можешь молчать, я и так всё вижу. Спасибо». — Спасибо за доверие, — произнесла наконец Ли. — Я должен был объяснить, — улыбнулся Тим. — Более того, ты к этому располагаешь очень. Одним взглядом, ага. Вон аптека, кстати.

На обратном пути они непринуждённо болтали на отвлечённые темы. Обсуждали названия цветов, угадывали птиц по голосам, разглядывали набежавшие облака и, как дети, находили в них кошек, лошадей, драконов и китов. «Когда в последний раз мы вот так просто гуляли с Лексом? — вдруг задумалась Ли. — Похоже, вообще никогда. А разве не в этом счастье? И зачем отношения, в которых нет ничего, кроме красивой упаковки: букетов по праздникам, походов в кино, дежурных «ну как дела?» и скучных разговоров?» — О чём задумалась? — спросил Тим. Ли ужасно захотелось поделиться с ним всем, что лежало у неё на душе — хотя бы той частью, которая не касалась его. Но впереди показался пляж и скачущий по нему Эд с воплями: «Встречайте героев, несущих исцеление!» — О том, что день очень классный, — с незаметной грустью улыбнулась Ли. — Спасибо, что вытащил. Правда.

Солнце опускалось за деревья. Накупавшиеся, слегка загоревшие, насмеявшиеся вдоволь и сильно уставшие, друзья брели к электричке. — Ты тут ещё долго будешь? — спросила Ли у идущего рядом Тима. — Неа, завтра вечером поезд. — Куда на этот раз? — чтобы этот вопрос прозвучал спокойно, Ли пришлось сделать над собой усилие. — В горы. Давно они меня ждут, — и Тим засмеялся, как человек, чья мечта вот-вот сбудется. — Кстати, не хочешь прийти проводить? — Хочу, — ответила Ли едва не дрогнувшим голосом. Поняла, что не справится с собой, не сдержит слёз, если согласится: вокзалы всегда вскрывают слабости. Мысленно глубоко вздохнула и закончила: — Но не получится никак. — Ну вот, жаль, — расстроился Тим. — Очень жаль, — кивнула Ли, представляя, как прорыдает весь завтрашний вечер под грустную музыку. «И всё-таки такая неразделённая любовь, наверно, лучше, чем её иллюзия», — утешила себя Ли, снова подумав об Лексе.

Они обнимались на прощание, и последний закатный луч огненным языком пламенел в волнистых волосах Ли. Сердце её пламенело тоже, но кому нужно было это пламя? Тим обнимал её тепло и нежно. Как всегда. Как всех. Провёл рукой по волосам — по спине Ли побежали мурашки. И так тоже не с ней одной. Но как же он близок — словно общались всю жизнь. Как же он болезненно чуток. Откуда он знает, как прикоснуться, чтобы она почувствовала себя любимой, ценной, обласканной, особенной? — Спасибо за день, — улыбнулась Ли, когда Тим выпустил её из объятий. «Не плакать-не плакать-не плакать», — твердила она про себя. — Тебе спасибо. Ещё увидимся, не пропадай! — Это ты не пропадай, я-то всегда тут, на месте.

Всегда тут, в четырёх стенах. И ты — со своей вечной свободой, с ветром в крыльях, с любовью всего мира, принимающего тебя в каждом своём уголке. Как мог бы ты такой полюбить такую меня?

***

В два часа дня её разбудил телефонный звонок. — Привет, милая! Это Мэтти, не узнала? — Тебя сложно не узнать, — усмехнулась Ли. — Как твоя голова? — Чудесненько! У тебя голос такой сонный. Спала? — Да, я в семь утра легла. — Ой, прости. Слууушай, я тебе в пакет вчера свой купальник с полотенцем положила... — Ага, висят сохнут. — Шикарненько! А живёшь ты где? — На Морской улице. — Ооо, вообще огонь! Я через пару часиков как раз там буду, не помешаю, если зайду? — Заходи, конечно. — Ты чудо, целую! Ли сползла с кровати, накинула халат и направилась в душ, пытаясь отогнать воспоминания о снах, всё утро дразнивших её несбыточным. По пути она увидела на комоде осыпавшийся букет, почти месяц назад подаренный Лексом, и подумала: «Зачем он вообще всё это время тут стоит?» Через минуту то, что когда-то было цветами, полетело в мусорное ведро. Ли долго стояла над ним, размышляя о чём-то очень важном, а потом быстро вытащила из кармана телефон и закрылась в ванной. Когда Мэтти позвонила в дверь, в глазах у Ли стояли слёзы. Кое-как вытерев их, девушка открыла дверь и натянула улыбку. — Зайдёшь? — из вежливости предложила Ли, внутренне умоляя Мэтти проявить понимание и побыстрее свалить. — Не собиралась, но у тебя что-то случилось, — неожиданно для Ли выдала Мэтти и шагнула в квартиру. — Эээ, нет, всё нормально, — попыталась отвертеться раздосадованная Ли. — Я, может, и кажусь дурочкой, точнее, может, я такая и есть, но не настолько, — заявила Мэтти. — Ты выглядишь, как будто всю ночь прорыдала. И не пытайся сказать, что это не так. Слезинка пробежала по щеке Ли, будто почувствовав, что её существование — уже вовсе не тайна. — Так, всё понятно, — Мэтти вдруг оказалась совсем рядом и заключила Ли в объятия. Больше не в силах сдерживаться, та разрыдалась на плече девушки, с которой они почти ничего друг о друге не знали. — Ты прости, конечно, что я не в своё дело лезу, — осторожно заговорила Мэтти, когда Ли немного успокоилась, — но это случайно не связано с нашей вчерашней поездкой? Ли уже не могла отпираться и молча кивнула. — Мы тебя чем-то обидели? Ли энергично замотала головой. Слёзы брызнули с новой силой. Лучше бы обидели: с добротой, от которой нельзя ждать большего, гораздо сложнее справиться. Мэтти помолчала, собираясь с мыслями. Потом тяжело вздохнула и спросила: — Ты не хочешь, чтобы он уезжал? Ли подняла на неё глаза, полные слёз и удивления. — Я видела, как ты на него смотришь, — ответила Мэтти на немой вопрос. — И по пути в аптеку вы о чём-то поговорили. Ты не была до этого такой задумчивой. — Ничего себе ты внимательная, — проговорила Ли. — Да, я… Я не знаю. Я хочу, чтобы он уехал и был счастлив со своей девушкой, вот и всё. Я просто... — Погоди, погоди, — перебила её Мэтти. — Какой девушкой? — Да не знаю, какая у него девушка, главное, что она есть, а вставать в очередь — это... — Да подожди ты, какая очередь! Это он тебе про неё сказал? — Нет, я их ещё давно видела вместе. — Насколько давно? — усмехнулась Мэтти. — У Тима никакой девушки уже больше полугода нет! Ли замерла и уставилась на Мэтти огромными глазами. У него нет девушки. Её информация устарела... Но это не значит, что ему нравится она. Это вообще ничего не меняет. Он ведёт себя с ней так же, как со всеми остальными, может быть, даже холоднее. Он предложил ей проводить его только из вежливости или потому что все остальные отказались. Ли села на пол и уронила голову на руки. Мэтти осторожно опустилась рядом и проговорила: — Послушай, я не хочу давать тебе ложную надежду, но всё-таки поделюсь своими наблюдениями. Я его ещё ни с кем не видела таким, как с тобой. Он с тобой бережнее, он к тебе тянется, но пытается держать дистанцию, Бог весть почему. Тоже, небось, думает, что у тебя с парнем всё хорошо. — Мэтти, — тихо произнесла Ли. — Мэтти, ты всё знаешь, скажи мне, когда и откуда он уезжает? Мэтти расплылась в улыбке. — Вот, это другое дело! Он мне в сообщении писал, сейчас перешлю.

Она пришла на вокзал за полчаса до отправления поезда. Он — за десять минут. Она мгновенно заметила его в толпе и почувствовала, что не может сдвинуться с места. Или она побежит, расталкивая людей, и бросится ему на шею, или будет стоять, не двигаясь, пока не проводит взглядом уезжающий поезд. Он заметил её сам. Бросил в её сторону короткий хмурый взгляд, отвернулся — и вдруг его лицо изменилось, посветлело. Он снова посмотрел на неё и расплылся в улыбке. Швырнул тяжелый рюкзак и — сам побежал навстречу. Она рванулась к нему, уже не думая о том, что всё это значит, отдаваясь моменту и не желая помнить, что через десять минут он, в любом случае, уедет из её города. Он подхватил её на руки и закружил, радостно смеясь. — Пришла всё-таки, — промурлыкал Тим, осторожно опустив её на землю. — Я правда очень рад тебя видеть. Ну что ты плачешь, чудо? — Я очень глупая, — проплакала Ли. — Что в тебе глупого? Ты замечательная. Забрал бы и не отдавал никому. Жаль, опоздал. — Почему опоздал? — вскинула длинные ресницы Ли. — Ну… — Тим замялся. — У тебя ж парень есть. Она усмехнулась. — Нет у меня парня. Я его бросила несколько часов назад. Потому что лучше ничего, чем такие отношения. Глаза Тима потеплели — казалось бы, куда ещё? — Так уж совсем ничего? — еле слышно спросил он, притянул её к себе и зарылся носом в мягкие растрепавшиеся волосы. «Заканчивается посадка на поезд…» — мерзким голосом объявляла дикторша. Раз, другой, третий... Ли неохотно отстранилась, понимая, что эта сказка должна закончиться — на время или навсегда — прямо сейчас. — Пусть едет, — сказал Тим. — Мне слишком о многом надо поговорить с одной замечательной девушкой. Она ведь не против?