Птичья империя. Книга 1. Беды наступают

Пролог. Совет духов

Голубенок с сестрой у которых скоро будет пятидневное испытание мирно спали в гнезде. Их грудь поднималась и опускалась… Птенцам снились хорошие сны. Они знали об испытании и с нетерпением ждали его даже во сне. Но именно в этот момент повеяло теплом, потому что огненный дух летел на встречу. Его горящие перья осветили небо буквально на несколько секунд.

Огненный гоацин

Дух огня- Огненный гоацин приземлился на духовную встречу, проходящую на облаке. Его перья переливались красно-оранжевым, а сам он походил на живой огонёк.

Когти гоацина вошли в облако. Только духи могли на них стоять. Ему было не очень приятно от влаги тучи, но совет духов всегда проходил на ней.

Туча была мягкой и пушистой. Она податливо прижалась под весом гоацином.

Облако немного зашипело и поднялся небольшой пар. Гоацин не обратил на это внимания, его голова была занята мыслями.

Дул приятный тёплый ночной ветер. На тёмном небе блестели звёзды. Они мягко освещали пространство.

Сейчас духи должны присматривать за птицами, но нельзя. Это, наверное, самая важная встреча в жизни духов. Они в опасности. В опасности из-за тьмы. Из-за тёмной, холодной и страшной тьмы. А если они будут в опасности и падут в этой темноте, то обычные смертные птицы и подавно.

Птицы ссорятся, принижают, делят на подчинённых и неподчинённых. Великому орлу, отцу всех стихий (который по правде говоря сам был стихией земли) очень больно. Великий Орёл создал птиц и духов стихий. Поэтому его часто называли прародителем.

Птицы должны жить мирно, не ссориться, но как им это донести? Они решили что виды которые были похожи на духов лучше и умнее. В особенности орлы. Они назвали их “высшими хищниками”.

Гоацин был самым незначительным духом стихии, последним сотворённым, его голос не значит многое, но мысли как всё исправить уже крутились в голове. Может стоит попробовать объединить птиц силой? А может просто пробовать бороться с тьмой?

Рядом волна доставила Всеводную чайку. Она спрыгнула с воды и подошла к гоацину. Он инстинктивно попятился. От чайки исходил неприятный аромат воды.

На перьях чайки постоянно была роса. А вода приносила боль гоацину. Она тушила его. Поэтому он не любил Всеводную чайку.

Так же её перья приобретали голубоватый оттенок. Практически незаметный, но всё же он был.

Обычно гоацин и чайка ругались, ведь были противоположностями... Но сейчас не тот случай. Она была духом стихии воды хотя по её полному имени это понятно. Управляла чайка реками, озёрами, морями, океанами, дождями. Её вспоминали каждый день. По несколько раз.

А гоацин был покровителем огня и пожара, хранителем солнечного глаза великого орла. Если он пытался что-то сделать в мире, получался пожар, и птицы спрашивали: за что он так с ними? А ведь гоацин защищал их от неблагоприятных территорий! Сухих, сгнивших — он их запросто сжигал! Даже бескрылые больше ценили гоацина хоть и не знали о его существовании!

Вот со скоростью света примчался Небесный сокол-сапсан. Покровитель воздуха, ветра, неба. Стихия ветра. Он позволял дышать птицам и четырехлапый. Но при этом являлся врагом Великого орла. И никто не знал почему.

От сапсана вне зависимости от погоды веяло ветром. Перья приобретали золотистый оттенок. Сапсан вызывал у гоацина ассоциацию свободы.

Все они втроём были здесь. Осталось дождаться только...

Была ночь, и с неба посыпались несколько воробьёв-звёзд. Маленькие точки превращались в ярких синих птиц. Они переливались синим и белым цветом. Воробушки приземлялись на облако и оглядывались.

Самые старшие из них остались, а молодые поглядев на духов вернулись на небо. Они поняли что ничего не смогут дать совету. Воробьи-звёзды были низшими божествами, но давали птицам больше чем сам гоацин. Они помогали светить ночью, указывали путь птицам.

Ночной глаз великого орла был узкой жёлтой щёлочкой. Он засыпал, но ничего: скоро проснётся, и его глаз снова будет круглым.

Обычно Великий орёл был с ними на духовой встрече, но из-за погружения во тьму он не пришел. Сил на сопротивление у Орла уходило немало. Но его присутствие ощущалось в воздухе, хоть и не очевидное. Так как все духи стояли на облаке- на пере Орла.

Чайка вышла вперёд и откашлявшись сказала:

— Мы должны что-то предпринять! Орёл погружается во тьму, ему больно! —она уверенно раскрыла крылья, но её лицо приобрело задумчивый вид.

Перья чайки не сильно пушились от волнения.

— Птицы не должны ссориться и давать себе звания! — зачирикали воробьи-звёзды качая головой.

— Особенно дети великого орла, земные орлы — тихо буркнул огненный гоацин, но духам он сказал лишь: — Но что мы можем сделать?

— Не знаю, — покачал головой сапсан. — Когда Орёл погрузится во тьму, мы пойдём следующими.

Гоацин не мог придумать, но должен же быть выход... Не бывает ситуаций без решения.

Вдруг глаза чайки просияли. Она радостно вскочила, крылья ее взметнулись вверх. Капельки воды посыпались с перьев при таком резком движении.

— Мы дадим им знак! — крикнула чайка. — Мы будем по очереди постоянно показывать им силу своих стихий! Я — потоп, ты, сапсан, — ураган, а ты, гоацин, — пожар, а если я смогу уговорить Великого Орла, то он выступит, как землетрясение! Воробьи, а вы можете сиять более блекло, чтобы показать, что что-то не так! Это покажет птицам что духи недовольны, а чем — догадаются сами!

Гоацин задумался. Он приподнёс крыло к лицу. По его мнению, это была уже не защита, а разрушение. Птицы могут не так всё истолковать. И ссор что происходит станет ещё больше.

Перья сапсана пошевелил ветер. Он что-то шепнул своему покровителю. Сапсан открыл клюв и неуверенно сказал:

— А что делать с бескрылыми и подчинёнными, которые не могут жить без бескрылых? Как голуби, курицы... Ведь их чаще всего и презирают… Подчинённые просто погибнут без бескрылых.

— Мы проглотим стихиями бескрылых, — перебила чайка так, как будто это было само собой разумеющееся, — Это двуногие своими каменными домами рушат природу! Но мы не можем позволить им вымереть, поэтому оставим их вид на гране. Подчинённые уйдут, научатся жить сами, это ведь совсем не сложно! И в результате их станут меньше презирать! -Всеводная чайка от возбуждения вся распушилась и зашагала по перу великого орла.

Она была уверена что ее идея блестяща. Лапы чайки довольно раздвинулись от своей гениальности.

— Но мы не можем почти уничтожить бескрылых! Даже если не полностью,— чирикнули Воробьи-звёзды.

Гоацин был полностью согласен с их мнением.

— Бескрылые не наша проблема! — вмешался сапсан и чайка кивнула, а гоацин неуверенно отвёл взгляд. — Они сами уничтожали виды птиц.

"Да, они уничтожали,— подумал гоацин,— но чем мы будем лучше их?"

— Тогда решено! — улыбнулась чайка. Она была в восторге от того, что её идею приняли. Сапсан закивал, мол: “Мы полностью тебя поддерживаем”, и гоацин сделал тот же жест, хотя и сомневался. Сильно сомневался.

Это был очень неуверенный кивок, медленный.

И вот гоацин решился. Лучше просто возразить! Гоацин открыл клюв чтобы сделать это, но быстро закрыл его. Один против двух никто... Тем более он уже кивнул и смена мнения будет странна. Но всё же про себя он решил, что попробует достучаться до земных птиц сам.

Осталась только одна проблема... Подземные птицы и Мёртвый ворон. Покровитель смерти, голода и неудачи. Он принимал души себе и распределял их. Он мог устроить сильные мучения птицам, хотя обращаться к нему может быть опасно. Не зря духи не приняли его в совет. Но если Ворон узнает что от него что-то скрыли... Причём настолько важное… Будет плохо. Поэтому им следует хорошо хранить свой секрет.

И всё таки гоацин собрался с силами.

— Давайте немного подождём! — крикнул дух огня улетающим стихиям. Он сам застыл от своей смелости. Что это на него нашло? Но решил не отступать, — Вдруг всё само решится!

Чайка с сапсаном остановились, кивнули и стали исчезать в тумане. Но было видно, что они не послушают гоацина. В их глазах застыло недоумение от слов гоацина.

Гоацин расправил крылья и тоже стал улетать.

А в это время голубята начали просыпаться…

Глава 1. Последний день дома

Голубёнок проснулся и сразу привстал на лапах в гнезде. Его испытание — завтра! Его сестры и других голубят тоже! Если они смогут найти друг друга, то точно выживут и получат имена.

Голубенок был бело-коричневым голубем. Его сестра было близнецом голубенка и каждое из пятнышко было одинаковым.

Шея голубенка была белого цвета, но голова и крылья коричневыми. Живот так же был белым.

Голуби жили в городе. Они сбивались в группки, чтобы выжить. Гнездо голубёнка и его сестрёнки было на дереве в парке бескрылых, как говорит их мама - Тихотень. Отца у них по словам Тихотени не было.

Их гнездо было обустроено просто. Основой были ветки, а на дне был пух.

Вокруг приятно пахло утром. На листочках были капельки росы. Солнышко приятно грело перья.

Рядом росли деревья. Самые разлные. А внизу былв небольшая тропинка для бескрылых. Гнездо находилось достаточно высоко.

Тихотень говорила что их дом находится рядом с лагерем. Должно быть это была причина по которой у ним часто приходили члены стаи.

Мама должна была принести еду. Голубёнок отчаянно пытался её разглядеть, но, поняв, что ничего не выйдет, вздохнул. Крылья понуро опустились, как и голова.

— Ну как? — нетерпеливо ткнула клювом сестрёнка.

Она наклонилась чтобы заглянуть в глаза голубёнку. Он сразу поднял голову.

— Её нету, — разочарованно вздохнул голубёнок.

А затем ему в голову пришла идея! Завтра испытание, и они будут летать, а значит, могут попробовать уже сейчас. Всё-таки нужна практика. Голубёнок уже распахнул крылья и прыгнул на край гнезда, как внизу фыркнули. Он взглянул вниз. Там медленно и лениво подошёл Мусорщик. Он хоть и был строгим и ворчливым, но являлся неотъемлемым членом стаи к которой голубенок пока к сожалению не принадлежал.

Ведь ты становишься членом стаи только после окончания испытания и получения имени.

Мусорщик был чёрным голубем. Он считал, что самым удобным способом найти еду были вонючие баки. Хотя пока голубенок не понимал этого. Зачем рыться в баках когда можно просить у бескрылых?

— Раньше испытания летать вздумал? Без страховки взрослых? — строго сверкнул глазами Мусорщик когда подошёл.

Он поднял голову и посмотрел на голубят.

Сестрёнка вжалась в гнездо, она не любила конфликты. Но вот голубёнок выступил вперёд и смело выпятил грудку:

— Я просто хотел попробовать!

— На испытании попробуешь! - щёлкнул клювом Мусорщик.

Мусорщик чтобы казаться больше и опаснее распушил все свои перья.

— Не будь с ним так строг, — подошёл Истоед.

Увидев не птенца, а взрослую мудрую птицу, Мусорщик послушался. Он недовольно заворчал и отошёл.

Истоед был бело-серым голубем. Он был добрым и понимающим и голубенок хотел стать таким же когда вырастет.

Один из старейшин (самых важных членов стаи) вышел вперёд и оглядел деревья в парке. Его звали Знаток. Ходят легенды, что раньше Знаток был диким голубем, но это только слухи.

Знаток был голубем с классическим базовым окрасом. Его шея приобретала синий оттенок, а сами перья были больше серыми. Хотя если приглядеться то синиву можно заметить везде.

— Нам пока ждать матерей-птиц и их голубят, — объявил Знаток.

Мусорщик и Истоед сразу повернулись к Знатоку.

Вся стая его уважала Знатока, но не так, как Мудреца несмотря на то что Знаток главнее. Причиной этого было то что однажды Мудрец поймал настоящую мышь. У него было два шрама — у голубей это редкость, и поэтому они вызывают восхищение. Мудрец встал рядом со Знатоком и склонил голову.

Мудрец так же был базового окраса. Первый его шрам красовался на шее, а второй виднелся на груди. Шрамы походили на розовые царапины. Интересно как Мудрец их получил...

— Да, ты прав, — пророкотал Мудрец.

Перолинь, хоть и был старейшиной и его голос многое значил, остался в стороне. Он был самым старым членом стаи и как говорят его основателем. Он имел базовый окрас, но перья на крыльях были коричневого цвета.

Знаток озадаченно взглянул на старого голубя, а потом опять повернулся к стае.

Мимо них прошёл бескрылый. Птицы и птенцы к ним привыкли и даже не обратили внимания, но замолкли. Голубёнок повернулся к сестре только когда бескрылый ушёл.

— Скоро будет наше испытание! — голубёнок почувствовал прилив гордости и радости. Он инстинктивно приоткрыл крылья от этих чувств. — Мы получим имена и станем полноправными членам стаи!

Сестрёнка посмотрела на него. В ее глазах мелькнул страх. Она сжалась в комок обняв себя крыльями.

— А если мы умрём на испытании?.. — голос сестры дрогнул, как и она сама.

Голубёнок фыркнул закатив глаза:

— Глупости говоришь! Мы прекрасно справимся!

Сестрёнка вздохнула и кивнула, а голубенок отвёл взгляд. Он не может знать наверняка. Случится может всякое.

Вдруг раздался звук крыльев. Тихотень летела! Голубёнок подскочил к самому краю гнезда и вытянул голову.

— Мама! — позвал голубенок её.

Тихотень села на край гнезда и положила кусочки хлеба и фри. Фри была немного порвана, а хлеб помят, но это было нормально для голубей и на вызывало брезгливости.

Их мама была чёрной голубкой и казалось даже чернее Мусорщика. Она идеально сливалась с тенью.

— Вот что я добыла, - улыбнулась мама и подтолнула еду.

Голубята переглянулись. Это было восхитительно! Не каждый день так сытно поешь!

— Тихотень! — позвала Плода, Тихотень тут же повернулась, — Мы все через это проходили. Мы со стаей приняли решение, что пора.

Тихотень охнула. Испытание должно было быть завтра! Но тем не менее слова Плоды были ценны.

Она была крупной голубихой обычного окраса. Плода. вырастила не один помёт птенцов, и Крылолом с Быстрокрылом были её сыновьями.

Быстрокрыл был чёрно-белым голубем. Он всегда поглядывал на птенцов что вызывало недоумение у голубёнка.

Крылолом же на испытание сломал крыло. Конечно, позже кости срослись, но криво. Теперь он плохо летает. Сам Крылолом был базовым голубем, но имел большое белое пятно на груди.

Остальные птенцы Плоды либо погибли, либо покинули стаю.

Тихотень вздохнула и повернулась к голубятам.

— Дети, хорошенько поешьте. Это будет сложное испытание,— серьёзным тоном сказала она.

Голубята накинулись на еду и стали есть. Голубёнок от удовольствия закрыл глаза, а потом решил задать вопрос.

— Мама, а как ты получила своё имя? — с набитым клювом смело спросил голубёнок.

— Я? — взгляд мамы затуманился, а затем она ухмыльнулась. — Моя сестра и брат покинули стаю после получения имени. Они мечтали сделать свою стаю и звали меня с собой. — Глаза Тихотени грустно опустились. — Я отказалась. Имя я получила за то, что была настолько тихой и незаметной, что даже смотрители меня теряли.

В голове Тихотени появились воспоминания. Она вспомнила как сестра прижималась к ней и шептала, что не хочет её бросать... Как брат позвал сестру Тихотени и они улетели... Как Тихотень стояла в тишине и смотрела им вслед... Но Тихотень махнула головой и отогнала воспоминания.

Голубёнок и сестрёнка застыли. Они не слышали про смотрителей. Название говорило, что это те кто смотрят...

Хотя скорее всего, это будет в инструкции, которую проводят перед каждым испытанием. Сестрёнка посмотрела на мать и дрожащим голосом спросила:

— А ты нас спустишь?

— Нет, — ласково покачала головой Тихотень. — Вы полетите сами, но мы будем контролировать.

Голубёнок обиженно вздохнул. Его крылья прикрыли тело, а голова отвернулась. Зачем Мусорщик строго щёлкал клювом, что нельзя летать, если голубёнок сделает это уже сегодня?

Внизу приземлилась Краса. Всем было известно что у неё не было особых качеств кроме красоты. За это её и назвали. Она была красивой белой голубкой с большим хвостом.

Истоед сразу к ней подскочил. Они с Красой были парой. За Красой приземлились двое белых птенцов. Они были девочками и о чём то оживлённо щебетались.

Голубёнок впервые видел других птенцов, хотя слышал о них рассказы.

Тихотень взглянула вниз:

— Опаздываем! — воскликнула мама.

Она быстро склонилась над голубёнком и в спешке почистила ему перья, а потом проделала тоже с сестрой.

— Полетели! — раскрыла крылья Тихотень и уже собиралась лететь.

— Подожди, но мы же не умеем летать! — окликнула ее сестрёнка.

— Следуй инстинктам, — обернулась мать.

Голубёнок восторженно раскрыл крылья, а сестрёнка замялась, но затем повторила этот жест.

Голубёнок прыгнул. Секунду он летел вниз и не мог контролировать полёт. На какое-то мгновение он даже подумал, что разобьётся... А потом крылья сами замахали и поймали поток воздуха. Он восторженно взвизгнул. Сестра рядом тоже полетела.

— Как круто! — завизжала она и блаженно закрыла глаза.

И вот их лапы коснулись земли. Голубенок посмотрел вверх. Как жаль что полёт так быстро закончился...

Знаток вышел вперёд, а Мудрец отступил назад.

— Молодые голуби, пойдёмте.

Они вышли к концу парка. Деревья пропали, а перед голубятами была лестница. Она была из дерева и вела далеко вниз...

Дальше начинался город, куда постоянно летали взрослые по разным причинам. Там были большие дома и странная земля.

— Я запущу вас в разные места, — начал Знаток, он сделал паузу и внимательно оглядел всех, — Вы должны выжить пять дней. Мы по очереди, как смотрители, — вот, то самое слово. — будем наблюдать за вами и смотреть ваши качества,— Мудрец рядом согласно кивал,— По окончании испытания вы должны найти наш лагерь и прилететь сюда. Если забудете, мы вас приведём. Там мы дадим вам имя за ваши качества, а если таковых нет будем смотреть на внешность,— Знаток осмотрел всех проверяя, слушают они или нет,— Понятно? — наконец спросил Знаток.

Голубята кивнули. Голубенок кивал так сильно, что у него чуть не оторвалась голова. Он с нетерпением ждал испытания.

— Тогда полетели! Голубёнок Тихотени, самец, лети туда!

Голубёнок вспорхнул и полетел. Он снова почувствовал восторг, но самым главным чувством был страх... А его последняя мысль в полёте была: «Прошу, Великий Орёл! Дай нам лучшие имена и сохрани...»

Глава 2. Первый день испытания

«…и сохрани меня». В этот момент голубёнок не думал о сестрёнке, не думал о других голубятах. Всё затмевал страх. Сзади было слышно, как отправляли других голубят в другие места города.

Голубёнок летел, летел вниз, в город. Воздух покорно поднимал его, и скоро он приземлится. Впервые голубёнок будет в городе. Всё было бы хорошо, если бы не страх. Если бы не пожирающий страх… Он старался быть смелым ради сестры, но сам понимал: она была права, они могут умереть. Даже запросто.

Лапы голубёнка коснулись земли. Она была странной. Твёрдой и неприятной… Цвет земли был тёмно-серый. Голубенок видел только зелёную и коричневую землю, а эта сбила его с толка.

Что здесь случилось с землёй? Что случилось с хвостом Великого Орла? Голубёнок оглянулся.

Эта странная земля тянулась везде, вдоль неё стояли гнёзда бескрылых. Они были большими, высокими. На крышах сидели другие птицы, а рядом с гнездами росли деревья. Почему же они не захотели жить там?

Неожиданно земля затряслась, но эта тряска была неестественной. И вдруг на голубёнка понеслась светящаяся рычалка. Она была красного вызывающего цвета и от неё шёл отвратительный запах.

Голубёнок испуганно взвизгнул. Он раскрыл крылья и напряг лапы. Ему надо успеть уйти! Он почувствовал на себе взгляд, но не обратил на это внимания. Пусть смотрители смотрят, а ему надо бежать... Быстрее! БЫСТРЕЕ!

С помощью взмаха крыльев он оттолкнулся от земли и перескочил. Воздух быстро прошёлся через пёрышки голубёнка.

Рычалка пронеслась по тому месту, где только что стоял голубёнок и оставила после себя серый и густой туман.

Маленькое сердечко бешено билось. Голубёнок делал жадные вдохи заглатывая много воздуха.

Рычалка так быстро пронеслась, будто её здесь и не было. Теперь под лапами голубёнка была похожая земля, но более объёмная и с прорезами. На ней было неприятно стоять. Из прорезов росли маленькие зелёные растения, а по странной земле ползли муравьи.

Над голубёнком раздалось чириканье:

— Чик-чирик! Испытание? У голубей опять испытание? — подняв голову, голубёнок увидел воробья.

Тот с интересом склонил голову и разглядывал голубёнка. Воробей нетерпеливо подпрыгнул. Его коричневые пёрышки распушились и воробей стал нестерпимо милым.

— Д-да… — голос голубёнка всё ещё дрожал от пережитого ужаса.

Вид воробья немного успокоил голубёнка.

— Я могу рассказать секрет, как не попадаться под лапы светящейся рычалке! — воробей приоткрыл клюв и снова чирикнул. Он был доволен тем что голубёнок заинтересовался. — Хочешь?

Воробей наклонился прямо к голубёнку и заглянул ему в глаза.

— Да! — это было лучшее предложение! Особенно от незнакомой птицы!

Дрожь моментально прошла.

— Тогда… — глазки воробушка довольно прищурились, — принеси мне хлебушка или семечек. Когда бескрылые кормят нас, голуби всегда обделяют воробьёв, тебя они не тронут.

Голубёнок растерянно посмотрел на воробья.

Воробей сидел на ветке дерева полностью уверенный, что голубёнок согласится. Ведь голубёнок был ещё неопытным.

— Но… Где мне найти бескрылых? А тебя потом? — озадаченно отступил на шаг голубёнок.

Да и вообще... Голубёнок не думал что нужна плата... Разве все не помогают друг другу просто так?

— Я покажу, где дают, и буду ждать тебя на дереве рядом, — уверенно чирикнул воробушек.

Голубёнок облегчённо выдохнул. Хоть что-то. В первый день, наверное, неплохо. Интересно, а что сейчас делает сестра? Но голубёнок не успел додумать мысль.

— Лети за мной! — воробей спрыгнул с ветки и полетел.

Голубёнок не ожидал этого, поэтому, когда он взлетел, пришлось ускориться.

Он догнал воробья. Как можно быть такими медленным? Не повезло воробьям...

Но в любом случае не надо упускать шанс.

— Здесь! — воробей остановился так резко, что голубёнок не успел затормозить и несколько секунд летел дальше. Голубёнок быстро остановился и что-то бормоча под нос подлетел к воробью.

Внизу была круглая поляна. Она была полностью заполнена камнями. Там стояли дощечки на брёвнышках. За ними росли деревья , на которых висели маленькие домики с едой. А на дощечках сидели бескрылые и о чём-то щебетались.

Вдруг небольшая стайка голубей приземлилась на круглую поляну. Бескрылые загалдели и стали бросать еду птицам. Они отламывали кусочки хлеба и безмятежно бросали их. Несколько воробьёв неуверенно приблизились к голубям. Голуби раскрывали крылья и издавали громкие звуки, а воробьи испуганно убегали.

Воробей выжидающе посмотрел на голубёнка. На лице воробья застыла довольная ухмылка. Голубёнок сразу понял, что делать. Со вздохом молодой голубь приземлился. На камнях было очень неприятно стоять.

— Привет? — неуверенно сказал он стае голубей и приветливо поднял одно крыло.

— Привет, — с набитым клювом ответил ближайший голубь.

Он был очень толстым и довольным. Голубь даже не повернулся к голубёнку чтобы его поприветствовать.

— Можно, я к вам присоединюсь? — склонил голову голубенок.

— Конечно! — улыбаясь, подошла самка базового окраса.

Голубёнок сделал один вдох, но дыхание сразу перехватило. Голубка, заметив, что с голубёнком что-то не так, недоумённо подняла крылья. Её лапа неуверенно приподнялась.

— А, да, хорошо! — очнувшись, кивнул голубёнок.

Голубка немного поглядела на голубенка, а потом медленно проговорила:

— Голубям всегда сюда можно... Ешь, не стесняйся!

Голубёнок кивнул и наклонился к земле. Обычно ему еду приносила мама… Теперь понятно, где она её берёт. Чей-то горячий взгляд опять обжёг голубёнка, но сейчас он знал, что это воробей. Или смотритель.

Хлеб был таким вкусным, даже при том, что он недавно ел! Должно быть причина была в том, что это был свежий хлеб. Голубёнок и не думал, что его может быть так много! А бескрылые продолжали и продолжали сыпать. Было так вкусно, что голубёнку стало сложно вспомнить про свою миссию. Опомнившись, он набрал полный клюв хлеба и, нервно отступая, улетел прямо на ветку соседнего дерева.

Воробей как раз был там. Голубёнок ткнул в него клювом и они полетели в безопасное место. Подальше от стаи.

Голубёнок оглянулся. Голубка смотрела на него с недоумением. В её глазах застыла странная боль. Он почувствовал себя неловко, ему захотелось извиниться, но быстро откинул эту мысль. Некогда... Но голубёнок чувствовал себя предателем несмотря на то что это незнакомая стая.

Они с воробьём отлетели подальше и стали спускаться.

Вот они спустились прямо на выпукную землю.

Молодой голубь старался не мочить слюнями хлеб чтобы тот не размок. Воробей спустился следом, и голубёнок положил перед ним хлеб.

— Вот, — пододвигая хлеб, сказал голубёнок. — Теперь твоя очередь.

Воробей медленно наклонился и стал есть. Через пару секунд он поднял голову от еды и кивнул.

— Слушай, — начал воробей чавкая. — Светящиеся рычалки ездят только по гладкой земле, везде в других местах безопасно, — воробей сделал небольшую паузу щурясь от света, — Если ты конечно не встретишь рычалок с большим лапами... Они ездят везде... — подумав воробей прибавил,— старайся больше не попадать им под колёса.

Голубёнок ошарашенно отступил. Так просто? Он потратил половину дня на то, чтобы удовлетворить воробья, а всё было так просто?.. Да, он бы за день всё разгадал! Лучше бы голубёнок изучал территорию… Он теперь даже не знает, где находится! Как теперь по окончании испытания вернуться? Голубёнок не хочет просить смотрителей… Похоже, придётся. Он не сказал воробью больше ничего, просто вспорхнул и полетел. Но обида осталась... Ведь голубенок улетел от той доброй стаи, потерялся... Ради того глупого "секрета"!

Через несколько часов голубёнок приземлился, услышав всхлип. Кому-то нужна была помощь! И он поможет!

Уже темнело и голубёнку пришлось прищурится.

Так же голубёнок внимательно прислушался — всхлип шёл от большого воняющего бака. Значит, что-то там…

Он осторожно пошёл… Шаг, ещё шажок… Осторожно, медленно. Крылья взволнованно опустились, а лапы шли очень медленно и осторожно. Чем ближе подходил голубёнок, тем громче были всхлипы.

— Эй? Кто там? Меня кто-то слышит? — осторожно спросил голубёнок.

Его голос эхом отозвался от бака.

Да, это может быть четырёхлапое, но никто не должен страдать! Даже если потом нападёт… На зов голубёнка никто не ответил, только всхлипы на секунду утихли. А потом они вернулись с новой силой. Хоть бы существо не подумало, что голубенок враг!

Он вплотную подошёл к баку. Стало видно, что внутри бака есть проход… Всхлипы оттуда!

— Я сейчас! — крикнул голубёнок. — Я помогу!

Голубёнок пошёл смелее. Зайдя в ту дыру, голубёнок увидел крысу. На её голове была консервная банка, и она застряла. Крыса — это четырёхлапое, она может напасть, но… Он не бросит живого существа в беде. Она пыталась снять банку своими крошечным лапками, но они даже не дотягивались.

Голубёнок осторожно ухватил кончик клювом банки и стал тянуть. Крыса заскулила и попыталась вырваться. Усилий ушло немало. Всё тело напряглось. Когти лап оставляли глубокие борозды на дне. Похоже там была настоящая земля.

И вот банка упала. Раздался звон от её падения. Крыса немного посмотрела на голубёнка глазками-бусинками, а потом быстро убежала.

Голубёнок взглянул на небо — уже темнеет… Воробьи-звёзды стали зажигаться, неприятно напоминая сегодняшнего воробья.

Голубёнок посмотрел на бак. Эта задняя часть бака выглядит уютной и безопасной… Да и спать так хочется...

Голубёнок подошёл к стене, сел и закрыл глаза. Он сразу провалился в сон. Это был тяжёлый день.

Глава 3. Второй день испытания

Голубёнок проснулся не от солнечного света — от него его защищала крыша бака. Он проснулся не от холода, была пора жаркого солнца. Он проснулся от шума, от чувства беспомощности, от того, что что-то не так.

Все перья встали дыбом, а инстинкт кричал бежать.

Как только голубёнок открыл глаза, он увидел: огромные рычалки с клешнями хватали вонючие баки и закидывали в брюхо содержимое. От этого исходил отвратительный запах. Они это ели? Фу! Голубёнок содрогнулся. Но самое ужасное — что его теперь видели все! И никто не поможет. Ни сестры, ни мамы, ни стаи не было рядом.

Он даже не проснулся, а сразу вскочил на лапы. Из-за сонных глаз картинка была поплывшей.

Рычалка к своему обычному звуку ещё и кряхтела, от чего было ещё более жутко. Рядом не ней стоял бескрылых и помогал ей есть.

Первая мысль голубёнка была лететь, но у задней части бака была крыша. Тогда голубёнок побежал.

Его лапы спотыкались, он падал, Но не останавливался.

Голубёнок быстро выбежал из бака и понял, что находится на гладкой земле. А значит рычалки могут настигнуть его в любой момент.

Паника закружила заставляя дрожать и прижиматься к земле. Но голубёнок собрался с силами. Он быстро раскрыл крылья и перелетел на выпуклую землю.

«Фух...» — подумал голубёнок и бессильно опустился на землю.

Всё-таки это было плохое место для сна.

Живот громко заурчал требуя еды.

Голубенок прилетел бы на круглую поляну, встретил голубку… Но он после того, как обиделся на воробья, бездумно летел несколько часов по городу и теперь не знал, где находится. Дома были незнакомыми, а местность не понятная.

Придётся найти еду самому…

Голубёнок опять поймал себя на мысли, что чувствует на себе взгляд. Наверное, смотрители… Впрочем, как всегда.

Вообще голубёнок думал, что испытание будет прекрасным лёгким приключением, а оно оказалось сложнее и, кажется, невозможнее. Опасность поджидала на каждом углу, а слова сестры о смерти были реалистичнее.

Голубёнок устало огляделся. Крысы, которую он вчера спас, и след простыл. Голубёнок усмехнулся. Хотя бы не напала… Но спасибо могла сказать.

Ладно, надо еду найти. Наверное, практичнее искать во время полёта. Голубёнок без проблем взлетел и направился направо. Может, он ещё найдет парк, чтобы быть с ним рядом.

Вдруг голубёнок заметил стаю прекрасных птиц. Они были маленькие, но при этом быстро летали. Их крылья были похожи на полукруг, а они сами были чёрного цвета.

Птицы куда-то летели из города, но это странно. Как можно жить без города? Тут ведь еда, убежище… А они намеренно улетали отсюда!

Голубёнок решил спросить у них, знают ли они, где можно найти еду. Он направился к стае, которая стремительно улетала.

— Птички! — крикнул голубёнок, они не услышали. — ПТИЧКИ! — крикнул громче голубёнок.

Они с первого раза не услышали, но со второго обернулись. Птицы стали что-то чирикать по цепочке, пока к голубёнку не вылетел самец этой странной стаи. Он был большим, а его взгляд был строгим.

Голубёнок видел его — он летел самый первый, будто вел всю стаю. Как Мудрец? Или как Знаток? Может, он управляет птицами?

— Ты, как я понимаю, голубь? — посмотрел на голубёнка самец.

Он наклонил голову и изучал голубёнка. Под его взглядом голубёнку стало не по себе.

— Да, — всё-таки ответил голубёнок. — А вы кто?

Самец усмехнулся. По стае промчалось хихиканье. Они считают, что голубёнок должен всё знать?

— Мы ласточки, — когда стая успокоилась, ответил вожак. — Тебе стоит знать название других видов птиц.

Это было как насмешка. Но голубёнок пропустил её мимо ушей.

— Ласточки… Никогда не слышал о таких птицах… — задумчиво пробормотал голубёнок и отвёл взгляд смотря вдаль. — А в каком месте вы живёте?

— Мы жили в деревне бескрылых… — взгляд вожака погрустнел, а лапы сжались. — Но эта деревня была рядом с морем. Мы любили летать над ним. — стая зашумела вспоминая те моменты, — Однажды, совсем недавно, деревню затопило цунами… — самец грустно вздохнул, в его глаза заблестели от слёз. — Теперь мы ищем деревню, где сможем жить заново.

Вся стая замолкла. Видно, для них это был серьёзный разговор. Они все погрустнели.

— То есть вы не знаете, где здесь найти еду? — разочарованно спросил голубёнок.

Ему правда было их жаль, но в первую очередь нужно заботиться о себе.

— Нет, мы знаем, — покачал головой вожак. — Мы здесь останавливались на время. Может, тебе помочь, если моя стая не против.

Сердце голубёнка испуганно припустило. Он умоляюще взглянул на стаю.

Теперь его судьба зависела от неизвестной стаи ласточек. Вожак повернулся к стае. Они стали перешептываться, а затем послышались неуверенные голоса:

— Да мы не против…

— Нам уже нечего терять, хоть поможем кому-то.

Голосов становилось всё больше. Неодобрительных было значительно меньше, тогда вожак ласточек кивнул.

— Решено! — он повернулся к голубёнку. — Мы поможем тебе, следуй!

Вожак стрелой полетел. Его крылья прижались к телу. Голубёнок никогда не видел, чтобы птицы так быстро летали, да и технику такого полёта он не наблюдал.

«Как я их догоню?» — растерялся голубёнок. Чтобы не терять время, он быстро, насколько мог, полетел за птицами.

Это требовало множества усилий. Мышцы заболели от напряжения.

Вожак обернулся и, увидев, что голубёнок не успевает, сбавил тон. Он быстро замахал крыльями чтобы остановиться, а потом полететь медленнее.

— Прости, я забыл, что голуби медленные, — сравнявшись с голубёнком, извинился вожак.

Голубёнок улыбнулся в знак того, что прощает. Ему стало немного неловко. Ещё вчера голубёнок насмехался над воробьём за его скорость... Воспоминание о воробье заставило голубёнка передёрнуться.

Вот они приземлились. Они приземлились на окраине города, на непонятном поле со странными растениями… Эти растения были очень высокими, нежно жёлтого цвета. Они немного шатались на ветру.

— Что это? — опустившись, удивился голубёнок.

— Ты не знаешь? — удивлённо повернулась одна из ласточек. — Это зерно!

Голубёнок никогда не слышал о зерне. Оно съедобное? Наверное, да, потому что ласточки немного поели зерно, а потом вожак повернулся к голубёнку.

— Ты чего? Ешь! Ну а нам пора…

Он окинул взглядом стаю, сделал странный вскрик, который, похоже, был призывом, и ласточки улетели.

«Ну вот, я ещё сильнее потерялся…» — расстроился голубёнок. Он подошёл к растениям и вытянулся. Голубёнок ухватил клювок зёрнышко и проглотил его.

Оно оказалось намного вкуснее того, что голубёнок ел раньше! Какое прекрасное зерно! Голубёнок стал заглатывать зёрнышко за зёрнышком, пока не насытился.

«Теперь надо найти знакомое место»… В принципе, голубёнок пока не знал много мест. Но надо найти хотя бы вонючий бак! А в идеале - парк.

Голубёнок опять взлетел.

Буквально через полчаса полёта он заметил парк. Тот самый парк, где вырос. Его потянуло туда, но голубёнок сдержался. Это всего лишь второй день испытания! А затем с грустью пришла радость. Теперь он точно сможет быть рядом со стаей! Теперь просить помощи у смотрителей не придется!

Он сделал радостный круг в полёте и начал спускаться.

Молодой голубь спикировал к тому самому месту, где его выпустили в город. Но, конечно же, не на гладкую землю! Он приземлился на выпуклую. Голубёнок немного прошёл вдоль домов. Лучше сегодня сделать убежище на ближайшие три дня.

Пройдя совсем чуть-чуть, голубёнок вышел к месту, где рядом с выпуклой землёй была трава и деревья.

Вдруг дверь одного дома зазвенела. Голубёнок испуганно отпрянул. Звук был ужасно громким. Из дома вышла бескрылая, а за ней выбежал хищный четырёхлапый.

Он был большим. Уши его были стоячими, длинный хвост висел между лап. Спина была тёмно шоколадного цвета, а живот и голова рыжеватого. Уши тоже были цвета шоколада. Взгляд хищника был умный и понимающий.

Вообще хищные четырёхлапые делились на два типа: одни — маленькие, ловкие, лазают по деревьям; другие — большие, быстрые, но не лазают. Этот хищник был вторым типом. Он петлял возле своей бескрылой.

И неожиданно четырёхлапый остановился и принюхался. Через секунду его взгляд повернулся к голубёнку. Громко залаяв, хищник помчался к голубёнку. Голубёнок застыл от ужаса и не мог пошевелить даже крылом! Бескрылая закричала на хищника, но он не слушал.

Хищник с каждой секундой сокращал расстояние.

Птицы рядом с голубёнком в панике полетели. Шум от перьев ещё больше сбил с толку голубёнка. Он не знал, что делать в такой ситуации. Конечно, он мог догадаться полететь, но от ужаса не мог ни о чём думать.

На дереве рядом голубёнок услышал крик очень знакомым голосом:

— Лети! — обернувшись, голубёнок увидел сестрёнку.

Она в панике раскрыла крылья и вытянулась на ветке.

Голубенок даже не мог радоваться.

— Лети, не стой как вкопанный! — закричала сестрёнка ещё более отчаянно.

Она закрыла глаза от ужаса ожидая смерти.

Голубёнок очнулся. Он взмахнул крыльями и приземлился на ветку рядом с сестрой. Хищник в этот момент щёлкнул пастью в то место, где только что стоял голубёнок. Бескрылая догнала своего хищника. Он пристыже опустил голову и заскулел. Бескрылая стала его сильно ругать, а потом они быстрым шагом стали уходить.

— Фух… — выдохнул голубёнок.

Он наконец то мог расслабиться.

— Брат! — радостно воскликнула сестра.

Она раскрыла крылья и накинулась ему на шею сжимая в объятьях.

Голубёнок внимательно посмотрел на сестру. Она превратилась в элегантную голубку. Неужели голубёнок тоже изменился?

— Я так рада тебя видеть! — продолжала сестра. — Я так переживала, что ты умер!

Она отскочила он него и радостно заходила по ветке.

— Откуда ты знала, как спастись от хищника? — голос голубёнка дрогнул.

Он смотрел на неё с шоком и не узнавал. Ещё недавно сестра дрожала от страха думая об испытании.

— Я живу здесь все два дня, — улыбнулась сестрёнка. — Я не знаю, как спасаться от первого типа, но второго здесь полно!

— Понятно… — голубёнок наконец почувствовал радость.

Она заполнила его грудь. Голубёнок почувствовал сильный прилив гордости за сестру.

— Пойдём! Я покажу, где устроила дом!

Она энергично вскочила и полетела.

Сестра привела брата к уютному гнезду. Оно выглядело очень тепло и удобно.

Голубёнок почувствовал восторг. Всё-таки все голубки умеют делать гнёзда! Теперь они точно не пропадут!

Глава 4. Мёртвый Ворон

Огненный гоацин

Гоацин направлялся к озеру смертных. На нём можно наблюдать за жизнью на земле. Это было одно из немногих мест, где гоацин мог расслабиться. В любом случае там должны быть другие духи.

В последнее время гоацин очень часто ходил к озеру, потому что искал ту птицу, что умела договариваться с другими видами. Но он не мог найти такую птицу. Как ни искал… Те, кого он находил, либо были стары, либо беспокоились только за неподчинённых. Вообще существует такая птица? Всё-таки гоацин надеялся — у него ещё есть время. Он должен успеть! Если только Всеводная чайка и Небесный сокол-сапсан не начали действовать…

Вот озеро показалось. Его гладь приятно блестела в свете дня. Синева и спокойствие озера сразу успокоила гоацина.

— Огненный гоацин! — воскликнул сапсан, заметив его.

Он и чайка уже были здесь. Чайка быстро бросила на гоацина взгляд.

— Мы уж думали, ты не придешь, — фыркнула она и отвернулась.

— Да просто задумался вот и долго шёл… — пробормотал гоацин. — Зачем позвали?

— Хорошие новости! — воскликнула чайка. Ей нравилось когда кто-то проявлял внимание. Она сразу раскрыла крылья с гордостью. — Я смогла договориться с Великим орлом! Он будет делать неприятности вместе с нами!

У гоацина всё перевернулось. Великий орёл согласился? Но почему? Он ведь должен защищать птиц... А теперь будет против них. А чайка тем временем продолжала. Она восторженно махала крыльями и из-за этого летела куча брызг. Гоацин еле от них уворачивался.

— Я уже начала действовать! — тараторила чайка. — Я устроила цунами в одной деревушке на берегу реки!

И это она называет хорошими новостями? Они ужасны! Но вслух гоацин этого не сказал. Ему ни в коем случае нельзя терять доверие коллег.

Он неосознанно представил как деревню заполняет вода, как кричат жители, а птицы в панике убегают... А выживают не все...

Что же творят духи стихий?

— А зачем ты нас собрала? — спросил дух огня уже во второй раз.

Не может же быть только ради одной этой ужасной новости.

— Чтобы мы выбрали новую цель! — воскликнула чайка.

Это уже был перебор! Гоацин не хотел участвовать… Но придётся. Иначе у него нет и шанса. Гоацин подошёл к озеру. Сейчас на нём показывалась синичка, которую задевали вороны. Большие чёрные птицы прыгали и кусали синичку. Она громко и болезненно пищала, а вороны при этом смеялись.

Гоацин содрогнулся. Как птицы могут так поступать? Как они могут быть такими бессердечными? И вдруг до духа огня дошло.

Чайка и сапсан начали воплощать свой план. Новость о цунами он услышал поверхностно, поэтому осознание пришло только сейчас...

Гоацину захотелось горестно защебетать в голос. Всё идёт прахом! У него нету никаких шансов! Никаких!

Но вдруг… Озеро начало светиться. Это сияние было белым и завораживающе красивым. Это происходило редко, но гоацин ведь не смертная птица, а тысячелетний дух… Он раньше видел это. Так приходил Мёртвый ворон.

Всеводная чайка ошарашенно отступила. Её перья дрогнули, на лице появилось замешательство. Сапсан в панике взлетел и задрожал прямо в воздухе.

Начался балаган.

Мёртвый ворон действительно был влиятельным и жутким. Гоацин и сам не заметил, как задрожал и стал потихоньку отступать назад. Только силой воли он заставил себя остановиться. Ему нельзя казаться слабым. Но всё же его огонь на теле стать от паники гореть сильнее. Это и выдавало страх гоацина.

— Этого не может быть… — пробормотала чайка качая головой. — Он всегда приходит по делу… Не может быть, чтобы он узнал, нет…

Сапсан издал панический вскрик. Он закружил над озером не зная куда себя деть.

Гоацин задрожал ещё сильнее. Паника других духов передавалась ему.

Озеро светилось всё ярче и ярче, пока вода не стала расступаться. Она стала наслаиваться на берег, подлетать… А потом раздался каркающе-смеющийся крик. Из образовавшейся дыры вылетел Ворон. Давно гоацин его не видел… Он всё ещё такой же ужасный.

Ворон был из костей, от него постоянно исходил запах мертвечины, а вместо глаз зияли пропасти. Говорят, при мёртвых душах Ворон показывается обычной чёрной птицей, но скелет это его настоящий облик. При движении он скрипит, а его когти настолько остры, что при ходьбе царапают землю. Глаза-дыры оглядели духов. Ворон со скрипом, но ловко приземлился на землю.

— Рад увидеть вас снова! — с сарказмом пролаял Ворон.

Его кости при движении противно зашевелились.

Взгляд остановился Ворона на гоацине. Казалось, он смотрит прямо в душу. По слегка наклонённой голове можно было понять, что Ворон смотрит на гоацина изучающе. Через секунду он снова прокаркал:

— Привет, дух огня! — Ворон взглянул на чайку. — И ты, дух воды, привет! — Ворон посмотрел на сапсана. — И тебе, дух ветра, привет!

В голосе Ворона слышалась некая насмешка. А затем он стал серьёзнее. Будто бы помрачнел… Ворон слегка наклонил голову, а потом он быстро её поднял и оглядел всех духов.

— Ну а теперь скажите… — теперь в голосе Ворона была ярость, он чуть ли не кричал. А потом закричал. — Почему вы даже не оповестили меня о своих планах?! Почему я должен был узнавать это от душ, которые погибли от вашего цунами?!

Костяные крылья в бешенстве раскрылись издав при этом щелчок.

Гоацин никогда не видел Ворона в бешенстве. Признаться честно, он был очень сдержанным… Но впрочем и сейчас он успокоился. Духи стихий всё ещё дрожали.

Гоацин стал подумывать о побеге.

— Ох, что это я… — уставился в пустоту Ворон. Он отряхнулся сбрасывая гнев.

А затем Ворон повернулся к чайке и с ненавистью уставился на неё.

— Ты. Ты подняла восстание. Ты не послушала единственного здесь здравомыслящего! — он быстро мотнул головой в сторону гоацина.

Лапы Ворона разъехались, крылья раскрылись максимально. Ворон просто стоял и ждал ответа чайки.

Чайка панически фыркнула.

— Т-ты д-думаешь, я тебя боюсь? — она смело смотрела Ворону в глаза, но голос дрожал.

Лапки чайки сжались, а крылья очень сильно прижались к телу.

Ворон насмешливо навис над водной птицей бросая на неё свою тень.

— Да, — только и ответил он. Тихо и уверенно. — Ты боишься, да впрочем вы все боитесь.

Ворон говорил с чёткой уверенностью, но самое жуткое было то, что он прав.

Затем Ворон снова посмотрел на гоацина. Послышался скрип, треск и скрежет. Ворон шёл к гоацину. А теперь остановился перед ним.

— А ты… Ты знал и знаешь, что это неправильно, и не скажешь им ни слова? Я разочарован… — Ворон на секунду отвёл глаза-дыры. — Мы в загробном мире ставили ставки, кто умней. Я ставил на тебя.

— Я..! — Гоацин не знал, что ответить. А потом понял. Он не должен потерять доверие духов. — Я тоже считаю, что их идея правильная!!!

Гоацину было сложно это сказать. Но он пересилил себя. Ворон ошарашенно отступил. Крылья недоумённо приподнялись. Гоацин был тоже в шоке. Просто не мог этого показать.

— Предатель… — прошептал Ворон и гоацин заметил как лапы Ворона напряглись. — Я думал, мы команда…

А затем жуткий взгляд впился в гоацина, прожигая его, шарясь в душе...

Будто сапсан что-то понял — он накинулся сверху на Ворона. Сапсан пытался ему навредить.

— Ты не тронешь его! — прикрикнул сокол с силой махая крыльями.

Скрежет когтей по костям перебил все другие звуки.

— Кто сказал? — прокричал Ворон отбиваясь.

— Я.

Этот голос… Он принадлежал Великому орлу.

Он давно не разговаривал, все силы бросил на борьбу с тьмой. Ворон повернулся к солнечному глазу Орла. В дырах Ворона засветилось уважение.

— Если ты так сказал… — поклонился Ворон.

— Уходи.

Одно слово, но заставило Ворона пошатнуться.

— Что?.. — вздрогнул Ворон.

Он с непониманием наклонил голову.

— Ты слышал.

Ворон недовольно тявкнул, но потом покорно отступил и направился к озеру. В последний момент он обернулся и скользнул по духам взглядом с презрением. И прыгнул. А дыра в озере затянулась.

Голос Орёла опять затих. Он вообще редко говорил и раньше… И честно, если бы не Великий орёл… Они бы все были мертвы.

Великому Орлу надо сказать спасибо. Когда он снова сможет говорить.

— Чёрт… — рядом выругался сапсан разглядывая когти. — Он же из костей, когти сломал… Зачем попробовал на него напасть?

Гоацин улыбнулся.

— Ты спасал меня.

Сокол взглянул на гоацина, кивнул и вспорхнул в небо, кивком он показывал, что ему пора.

Только чайка сидела в тишине. Её перья сильно подрагивали. Ворон действительно её напугал. Взгляд чайки стал пустым, а вся она задумчиво сжалась.

А гоацин снова подошёл к озеру и стал искать нужную птицу. Он вытягивал лапу и проводил ей по поверхности озера. Так он листал сюжеты.

Глава 5. Пожар, начало третьего дня испытания

На этот раз голубёнок проснулся от пения. Кто-то пел. Это было чёткое чириканье множества птиц. Казалось, птиц разных видов… Честно, когда голубёнок проснулся в прошлый раз, он слышал отдалённое чириканье, такое же, но не придал этому значения. Но самое интересное в этой песне было то, что звук шёл и от сестры.

— Что происходит? — пробормотал голубёнок, приоткрыв глаза.

Рядом с ним сестра заливалась. Её голосок был прекрасен. Она от удовольствия закрыла глаза и добавляла свой ритм. Тело её мелко подрагивало.

«Надо же…» — подумал голубёнок. — «Я ни разу не слышал такого ритма…»

Неужели голуби не пели? Но почему тогда сестрёнка поёт?

— Что ты делаешь? — громче спросил у сестры голубёнок.

Он взмахнул крыльями чтобы привлечь её внимание.

— Я? — она на секунду прекратила пение и уставилась на голубёнка. Тот кивнул. — Я пою! Как все птицы!

Голубёнок наклонил голову.

— Я никогда не слышал ритма, как у тебя. Да и вообще не видел чтобы голуби пели...

— Ну вообще… — сестра вздохнула и опустила взгляд. — Я узнала об этом от других птиц. В своё первое утро испытания я услышала песню. Тогда я заметила, что поют все, но не голуби. От птиц я узнала, что это Утренняя песня. Её поют все птицы, чтобы отпраздновать утро и поблагодарить Великого Орла за него,— она сделала небольшую паузу, а потом продолжила, ,— Для этого птицы встают очень рано, а голуби предпочитают просто спать… Хотя, возможно, это намного глубже… Хочешь, научу тебя петь?

Голубёнок задумался. С одной стороны, он не хотел рано вставать, а с другой… Он попробует. Голубёнок кивнул, и сестрёнка улыбнулась.

— Я знала, что ты не откажешься. Ну, смотри… Просто пой.

Голубёнок моргнул. Всё не может быть так просто! Сестра будто увидела замешательство голубёнка и вздохнула. Она опустила крылья и отвернулась.

— Хотя бы начни, ты поймёшь.

Сестра не стала дожидаться, пока голубёнок запоёт, и сразу вернулась к своей части песни. Она снова закрыла глаза и стала громко петь.

Голубёнок вздохнул, закрыл глаза и… Он издал чириканье. В то же мгновение внутри что-то затрепетало. Что-то позвали его. И он отозвался.

В итоге получился ритм. Голубёнок и сам не заметил, как стал частью песни.

Этот ритм был в точности как у сестры. Вместе их голоса объединились и стали сильнее. А самое главное, что их голоса дополняли песню.

А потом… Голубёнок увидел перед собой образы духов.

Вот Огненный Гоацин из легенд бежит к сломанному лесу. Его перья сияют огнём. Вот гоацин прыгает на лес и он сгорает.

А вот Всеводная чайка раскрыла крылья и создаёт дождь. Капли летят прямо с её крыльев.

Вот Небесный сокол-сапсан летит и выпускает воздух. Он машет крыльями и от этого создаётся огромный поток воздуха.

А вот Великий Орёл ставит лапы, создавая горы для его детей — орлов. Он идёт медленно и тяжело...

Всё было так прекрасно и естественно, что голубёнок не сразу заметил… Не сразу заметил костяную одинокую тень Ворона, который стоит в стороне.

Голубёнок хотел отвернуться и продолжать наблюдать за духами стихий, но не мог оторваться от Ворона. И не потому, что не хотел. Он физически не мог. И вдруг… Мёртвый Ворон перевёл свой взгляд на голубёнка.

Он некоторое время смотрел на голубёнка прожигая его... А потом...

Голубёнок резко открыл глаза. Песня постепенно стихала. Голубёнок чувствовал ужас.

А птицы… Они будто не видели этого. Они смеялись и делились тем, что видели. Но никто не был напуган.

Голубёнок повернулся к сестре.

— Ты это видела? — прошептал он.

Голубёнок смотрел на сестру круглыми от страха глазами.

— О чём… А, да! — кивнула голубка и улыбнулась. — Ты ведь о духах стихий? Их видят все.

— Нет, нет, — покачал головой голубёнок. — Я про Мёртвого Ворона.

— Ты что! Его никто не видит…

Последнюю фразу сестра сказала не очень уверенно, и голубёнок решил сменить тему. Не стоит её пугать... Может ему показалось... Но голубёнок чувствовал, что он видел Ворона по-настоящему.

— Я могу на завтрак отвести тебя к зерну, — предложил голубёнок.

Сестра хмыкнула и чуть приоткрыла крылья.

— Я собиралась научить тебя искать еду в вонючем баке, но раз ты не хочешь… — она медленно отвернула голову и снова посмотрела на голубёнка как бы делая круг.

Голубёнок внимательно подумал: «Зерно я знаю, где найти, а как искать еду в баке…» В итоге он решил согласиться. Чем больше навыков тем лучше.

— Нет, давай ты покажешь мне.

Сестрёнка кивнула и взлетела. Её крылья забили в воздухе.

— Догоняй!

Голубёнок всю дорогу думал о Мёртвом Вороне. Почему другие его не видели? Почему видел он? Может, это знак? Может, случится что-то страшное… Голубёнок не знал. Он не знал ни одного ответа. И ему всё больше хотелось верить, что голубёнку померещилось.

Сестра летела уверенно, будто этот город был её домом. Будто она здесь выросла. Время от времени она оборачивалась, чтобы проверить, летит ли голубёнок. И вот они прилетели к баку. Это был другой бак, не тот, где были страшные рычалки.

Он был зелёного цвета и не имел заднюю часть.

Сестрёнка повернулась к голубёнку и начала объяснять:

— Смотри: выбираешь бак.

Сестра подождала, когда голубёнок сядет на выбранный бак и заглянет внутрь.

— Теперь нюхай и возьми пакет, от которого пахнет едой.

Голубёнок сделал так, как его попросили.

— Затем открой пакет и достань еду.

Голубёнок послушно распотрошил пакет и заметил остатки яблок. Он уже собирался их съесть, как…

— Стой! — голубёнок вздрогнул. — Надо проверить, безопасна эта еда или нет!

Голубка подошла к голубёнку и обнюхала.

— Да, можно есть.

Они поели и собирались улетать. В последний момент голубёнок заметил, как в баке мелькнула большая чёрная птица. Земные дети Мёртвого Ворона?

Неужели они повсюду? Что же такого случится?

Они с сестрой возвращались в логово, как голубёнок заметил дым. Он валил так сильно, что напоминал облака.

— Сестра? — тихо позвал голубёнок.

Дым шёл из парка. Из дома голубёнка. Он почувствовал волнение и ужас.

Сестрёнка рядом застыла. По правилу нельзя было возвращаться в дом или парк до окончания испытания, но разве голубята могут оставить дом на произвол судьбы? Другие голубята наверняка не нарушают правило.

— Мы должны помочь стае, — уверенно сказал голубёнок сестре и крепко сжал лапы чтобы показать уверенность.

— Но как? — она слегка наклонила голову.

Вопрос сестрёнки был разумным. Но голубёнок чувствовал, что они должны что-то сделать.

— Мы должны найти источник пожара.

Сестра без колебаний доверилась брату и кивнула. Они полетели в парк так быстро, как только могли. Крылья быстро стучали, а хвост едва успевал поворачивать. Вот они долетели до парка. Вблизи был виден яркий огонь. Он медленно пожирал парк.

«Огненный Гоацин, за что ты так с нами?» — обратился к духу голубёнок.

Теперь было видно, где огонь. Проблема была в том, что голубята не считались членами стаи и не знали, где лагерь, соответственно, они не могли определить, горит лагерь или что-то другое.

— Мы нашли источник, что дальше? — посмотрела на голубёнка сестра.

Голубёнок не знал. Наверное…

— Давай попробуем приземлиться и увидеть масштаб огня.

Сестрёнка покачала головой:

— И так видно, что пожар огромный.

Она была права… Но что делать? И вдруг голубёнок понял. Им нужна помощь. Им нужно затоптать огонь, а для этого надо много птиц или четырёхлапых.

— Ищи тех, кто может затоптать огонь! — крикнул голубёнок.

Сам он полетел в город, а сестра полетела искать жителей леса. «Кто-то должен быть», — думал голубёнок.

Внизу бескрылые паниковали. Они громко кричали и махали руками будто пытаясь взлететь.

«Помогли бы» — хмыкнул про себя голубёнок и продолжил поиски.

Первым делом он спустился к баку — там живут воро́ны и во́роны.

А может, помогут четырёхлапые, как крысы.

Голубёнок был прав. Крыса смотрела внимательно на голубёнка, будто узнала. Голубёнок знал, что четырёхлапые не понимают птиц. Именно поэтому он заворковал без слов, делая резкие движения и показывая на пожар.

Крыса моргнула. Она медленно подошла к голубёнку и обнюхала его. А потом… Она что-то крикнула на своём языке, и из бака вылезло ещё три крысы. Она стала им что-то пищать, и вскоре крысы кивнули. Они побежали к пожару.

Крыса посмотрела на голубёнка благодарно. Неужели это её он спас? Крысы по пути останавливались у других баков и что-то пищали, а потом выходили другие их собраты. Пока эта огромная группа бежала к огню, бескрылые пятились от них и кричали.

«Первая помощь есть!» — про себя отметил голубёнок.

Через время он уже летал по городу громко крича:

-Помогите! Лес горит!

Некоторые прибегали сами, кто-то отказывался, а кого-то приходилось уговаривать. Он полетал к синичкам. Синие птицы с интересом смотрели на него, а голубёнок кричал:

-Нам нужна ваша помощь!

Некоторые покачали головой, а несколько сразу полетели в парк.

Позже он смог собрать ворон и несколько воронов, ласточек (которые были не очень похожи на тех, что встречал голубь, но они тоже представились ласточками), небольшую стаю голубей, немного воробьёв, шесть синичек, четыре сороки. Это мало, но хоть что-то.

Голубёнок надеялся, что сестра собрала больше. На деле оказалось, что сестра смогла собрать пару белок, дрозда, семь синичек и десять воробушков.

На поляне, где был пожар, царился хаос. Птицы и четырёхлапые смешались в кучу в попытке потушить огонь. В куче зверей была видна стая. Сестра встала на камень, явно намереваясь управлять, но не зная как.

Её крылья неуверенно опустились, а клюв приоткрылся.

Голубёнок вскочил рядом с ней и кивком сказал помогать остальным. Она быстро улетела в гущу огня.

— Действуйте слаженно! — сразу закричал голубь. — Не толкайтесь! Птицы! Старайтесь тушить на деревьях!

Четырёхлапые бы не поняли голубёнка, поэтому говорить им что-либо было бесполезно — пусть продолжают тушить на земле. Большинство птиц послушались голубёнка, остальные помогали четырёхлапым. Голубёнок тоже принялся тушить огонь.

Через некоторое время они потушили. Звери и птицы сразу разбежались по своим домам. Только стая и голубята остались.

А стая… Они нависли над голубятами и сверлили их взглядами. Тихотень сочувствующе опустила голову. Истоед впервые смотрел осуждающе. Краса смотрела с… удовлетворением?

А затем на камень взошёл Знаток. Все почтительно опустили головы. А он сказал:

— Вы нарушили закон.

Глава 6. Поляна Клятвы

— Вы нарушили закон.

Эта фраза повисла в воздухе чёрной тучей. Казалось, стая даже не дышит. Голубёнок никогда не знал, что делают за нарушение, как и сестра.

Кстати о сестре: она сейчас выглядела как три дня назад в гнезде — скромная и напуганная. Она сжалась в комок. Её крылья сильно прижимались к телу, а когти лап вошли в землю. Возможно, голубёнок тоже выглядел так.

Поисковик что-то шепнул на ухо Знатоку. Тот кивнул.

Мудрец тоже подошёл к Знатоку, но ничего ему не сказал только слегка прикрыл крылом.

Сестра ближе прижалась к брату. Он почувствовал тепло от её тела и как она быстро дышит. Голубёнок украдкой взглянул на неё, а потом опять повернулся к Знатоку. Тот, в свою очередь, всё ещё смотрел на голубят, будто ждал, что они что-то скажут. Что ж… Раз он хочет, тогда ладно.

Голубёнок успокоил дрожащие крылья и прижал их к телу. Когти от напряжения вошли в землю. Но голубёнок со вздохом поднялся и воскликнул:

— Мы действовали во благо стаи! — голуби переглянулись. — Вы бы сгорели, если бы не мы!

Похоже, это было лишним. Мудрец злобно прищурил глаза и приподнял лапу. Его когти обнажились. Знаток ударил его крылом чтобы Мудрец успокоился. Мудрец недовольно успокоился.

Крылолом подошёл к Перолиню и стал что-то успокаивающе шептать. Перолинь стоял и в шоке смотрел на голубёнка. Знаток обеспокоено взглянул на старшего голубя.

Кто-то замахал крыльями чтобы снять напряжение. Мусорщик прижался к земле и злобно заворковал. Было видно, что он злится.

Послышались недовольные фразы:

-Как не краснеет...

-Дерзить старейшинам?

-Да, как он смеет!

Знаток подошёл вплотную к сестре и голубёнку и навис над ними.

— Вы получите наказание! За нарушение и дерзость.

Сестра уничтожающе взглянула на голубёнка. Её голова чуть вытянулась показывая злость. Голубёнок смущённо отвернулся. Он вжал голову в плечи чтобы снять напряжение. Что ж, она права — он дерзил, его идея была помочь стае… Он виноват в этой ситуации.

— Но какое наказание? — робко прошептала сестра смотря на Знатока.

Она примирительно вытянула лапку. Но Знаток оставался строгим.

— Совет старейшин будет принимать решение, — ответил Знаток.

Он пошёл и созвал к себе Мудреца и Перолиня. Остальные отступили. Старейшины стали о чём-то договариваться. С каждой минутой напряжение всё росло. Быстрокрыл стал нервно ходить из стороны в сторону. Он легко махал крыльями стараясь никому не навредить. Истоед подошёл к Красе и стал с ней говорить. Но его перья всё ещё подрагивали. Голубёнок услышал лишь отрывки их разговора:

— …наши голубята… не сделали… у этих... будет… наказание…

Больше голубёнок ничего не услышал из разговора Красы и Истоеда.

А совет старейшин… Они всё ещё обсуждали наказание голубёнка и его сестры.

Солнечный глаз Великого Орла почти опустился, скоро начнёт темнеть. Живот уже урчал, когда Знаток откашлялся. Мудрец и Перолинь отступили назад давая Знатоку место. Все повернулись к нему.

— Совет старейшин принял решение! — объявил Знаток.

Голубёнок почувствовал узел неизвестности в животе. Вся стая и голубята замолкли.

— Голубята пойдут на Поляну Клятвы.

Голубёнок задрожал. Это одно из самых жестоких наказаний. Тихотень рассказывала истории о Поляне Клятвы на ночь. В зависимости от нарушения провинившиеся отрывали перо. Это было очень больно, если перо выпало неестественно. Перо втыкали в землю на поляне, и если погода не менялась, то духи простили; если менялась — значит, духи не простили, и церемония повторялась или наказание усугублялось.

Сейчас они полетят на Поляну Клятвы.

— За мной!

Знаток вспорхнул, и вся стая — и голубята — за ним!

Крылолом рядом криво летел и шатался. Каждый взмах давался ему с трудом.

Мысли крутились в голове голубёнка во время полёта: какую они должны сказать клятву? Ни голубёнок, ни сестрёнка не знали. Сестрёнка рядом летела мрачно. Она отвернулась и её взмахи крыльев были торопливыми. Было видно, что сестра не хочет говорить.

Они прилетели. Поляна Клятвы была вся усеяна перьями разных цветов: маленькими, пушистыми, большими… Некоторые были выцветшими, некоторые яркими.

Голубёнок взглянул на Знатока. Тот взошёл на середину поляны. Вся стая встала кругом, оставив только проход для голубят. Тихотень и Быстрокрыл с грустью смотрела на голубёнка, остальные смотрели с осуждением и разочарованием. Почему же Быстрокрыл их жалел? Голубёнок взглянул на сестрёнку. По её лицу было понятно, что она всё ещё не хотела говорить. Её клюв был сжал, а глаза нахмурины.

Голубёнок вздохнул и пошёл в центр круга. Была такая тишина, что шаги сестры и брата были слышны. Погода была солнечная и довольно тёплая для вечера. Голубёнок надеялся, что она не изменится.

Как только голубята вышли на середину круга, Знаток выпрямился. Он величественно раскрыл крылья.

— Я принял решение о том, какое перо вы будете вырывать, но… — голубята напряглись, — но стая выскажет своё мнение, согласны они или нет.

Голубята переглянулись.

— Я решил, что мы должны вырвать переходное хвостовое перо.

Вся стая удивлённо вздохнула. Хвостовые перья — самые болезненные. Правда, переходное — не сильно больное. Знаток оглянул стаю. Согласны ли они? Послышались голоса:

— Это справедливо.

— Согласны!

Знаток повернулся к голубятам.

— Вы должны вырвать перо сами.

Голубёнок замер. Как? Он думал, это сделают за него. Сестра рядом задрожала. Она первая наклонилась к хвосту. Голубёнок закрыл глаза, вдохнул, выдохнул и тоже наклонился к хвосту.

Он нащупал нужное перо и потянул. Кожа отдалась болью. Голубёнок потянул сильнее — стало ещё больнее. Он дёрнул изо всех сил. Перо вырвалось. Боль была такая, что голубёнок невольно взвизгнул. Сестра рядом отступила. Голубёнок ещё не понял почему — он был заворожён капелькой крови на месте вырванного пера. Она медленно скатилась, упала и впиталась в землю.

— Я не могу… — раздался шёпот.

Сестра ещё не закончила?

— Ты должна, — настаивал Знаток.

Сестра ещё раз вздохнула и дёрнула. Она крикнула ещё громче, чем голубёнок. Её крылья взметнулись вверх, а глаза расширились.

— Отлично! — кивнул Знаток. — Воткните перья в землю и произнесите клятву: "Мы впредь не будем нарушать законы. Мы будем верой и правдой служить стае и помогать ей стать лучше"

Голубенок воткнул перо и неуверенно начал:

-Мы впредь не будем нарушать законы,-голос от боли немного сбился, но голубенок силой выровнял его,- Мы будем верой и правдой служить стае и помогать ей стать лучше.

Сестра рядом повторила клятву. Говорила она сбивчиво и чётко.

Теперь все ждали. Изменится ли погода? Погода не изменилась. Тогда Знаток улыбнулся и кажется в его взгляде мелькнуло облегчение. Он вспомнил себя. Как боялся, что не справится... Знаток быстро отвернулся и пробормотал:

— Вы свободны. Летите и не нарушайте больше правил.

Голубята уже собирались полететь, как вдруг подошла Тихотень. Она неловко переступал с лапы на лапу. Тихотень посмотрела на детей и тихо шепнула:

-Пожалуйста старайтесь не нарушать правил... Мне было так больно смотреть на ваши страдания!

Голубенок сочувствующе кивнул.

Они полетели. Только Крылолому разрешили остаться.

Сестра всё ещё обиженно молчала. Голубёнок понимал её. Должно быть она думала, что всё из-за голубенка. По крайней мере он надеялся, что завтра она заговорит. А как хорошо начинался день. Голубёнок всё ещё испытывал дискомфорт: место где не было пера гудело и болело, а полет перестал быть идеально ровным.

Единственной претензией голубенка была эта: как они могут помогать стае, если любая ошибка наказывается? Но вслух он этого не сказал.

Они прилетели, сели в гнездо и заснули. Голубёнок перед сном думал о несправедливости наказания. Ведь он с сестрой хотели помочь! Стая без них бы погибла, а не диктовала наказание! Да и сестра несправедливо обиделась! Голубёнок заснул в тот момент, когда чувствовал, что сейчас закричит на весь мир…

---

Пока голубята спали или притворялись, что спят, за ними наблюдал смотритель — Быстрокрыл

Быстрокрыл смотрел на голубят. Голубёнок засопел — он заснул. Роль смотрителя нравилась Быстрокрылу, и всю эту ночь он должен был следить за голубятами. Сестра голубёнка всё ещё не спала, что было странно. Быстрокрыл и сам с удовольствием бы заснул…

Вот сестра голубёнка оглянулась и прошептала:

— Надеюсь, смотрители не наблюдают ночью…

Быстрокрыл напрягся. Его крылья сильно прижались к телу. Что она скрывает? В прошлые разы за ней наблюдала Тихотень. Сестра посмотрела на брата.

— Ты спишь, — выдохнула она.

Быстрокрылу хотелось расспросить сестру, но нельзя было. Она быстро оглянулась ещё раз и взлетела. Быстрокрыл раскрыл крылья и бесшумно полетел за ней. Он надеялся, что голубёнок не пропадёт — ведь он должен наблюдать за двумя.

Сестра голубёнка прилетела на какую-то круглую поляну. Быстрокрыл сел на тёмную ветку рядом. И вдруг… к голубке приземлилась Тихотень! Она встречается с ней?!

— Мама! — воскликнула голубка.

Тихотень улыбнулась, а потом напряглась.

— Смотритель не заметил?

— Они следят ночью? Если да, то я уверена — меня не заметили!

Быстрокрыл ухмыльнулся. Думает она.

Тихотень прижалась к дочке.

— Ты всё ещё не рассказала голубёнку?

Голубка смущённо опустила глаза.

— Нет… Я думаю, что не хочу ему говорить после того, что он сделал.

Мать нахмурилась, но ничего не сказала. А потом дочка и мама стали разговаривать! Тихотень рассказывала секреты испытания! Она рассказывала, как находить еду, как прятаться, выживать… Они обе нарушали закон!

Быстрокрыл опустил взгляд. В груди защипало. Он мог рассказать, но... Но как? Быстрокрыл помнил как чувствовал себя счастливым рядом с ней. Сейчас он мог бы попросить ее этого не делать, а может даже помочь голубенку... А потом Быстрокрыл принял решение. Он не расскажет. Тихотень была его подругой раньше и несмотря на их ссору это будет предательством. Он был отцом голубят. Он не будет рушить жизнь своей дочери и его первой любви.

Быстрокрыл развернулся и полетел к голубёнку. Его дочь вернётся, он уверен.

Глава 7. Тайна Быстрокрыла

Быстрокрыл

Уже светлело. Его дочь вернулась совсем недавно, но быстро заснула. Сейчас она сладко сопела.

Скоро прилетит замена, и Быстрокрыл отправится высыпаться в лагерь. Но первым делом он поговорит с Тихотенью. Не будет рассказывать о ней, но должен серьёзно объяснить, почему нельзя поступать так, как поступает она. Поступки Тихотени были плохи не только для неё.

— Эй, Быстрокрыл.

Быстрокрыл вздрогнул, когда почувствовал чьё-то прикосновение. Его крылья в панике раскрылись.

Голос напоминал Поисковика. Наверное, это замена. Быстрокрыл повернулся к Поисковику.

— Лети в лагерь, ты, должно быть, устал,-тихо сказал Поисковик.

Он сочувствующе смотрел на Быстрокрыла.

Быстрокрыл кивнул и вспорхнул. Полёт был кривым от усталости. Лапки повисли, а крылья били лениво. Иногда Быстрокрыл закрыл глаза, но быстро встряхивал головой прогоняя сонливость.

Утро наступило незаметно. Быстрокрыл прилетел в лагерь как раз к утру. Солнце высоко поднялось. Утпо было ясным, на небе не было ни одного облачка.

Быстрокрыл устало зевнул. Его крылья вытянулись в такт с зевком.

— Быстрокрыл! — его окликнула Краса. — Ты тоже вернулся с дежурства?

Быстрокрыл кивнул. Он не собирался говорить. Но Краса не замечала намёка. Она продолжала говорить:

— Я уже поела и собиралась спать… Хорошо всё прошло?

В голосе Красы, как обычно, слышалась насмешка, но это не суть. Она стояла с важным видом и ждала ответа. Быстрокрыл слишком устал, чтобы говорить да и желанием это делать не горел, поэтому лишь кивнул. Ему нужно сохранить силы для разговора с Тихотенью.

Краса улыбнулась и полетела на дерево спячки. Это было высокое дерево с множеством веток. Там было построена куча гнёзд для каждого из членов стаи. Когда ты проходишь испытание, ты сам строишь гнездо — это финальный этап перед церемонией имени. Гнездо Быстрокрыла манило его к себе, но Быстрокрыл не поддался.

Тихотень приземлилась с дерева отдыха и подошла к Истоеду. Быстрокрыл завороженно уставился на неё.

Через секунду Истоед кивнул, а потом посмотрел на Быстрокрыла и что-то спросил. Тихотень вздрогнула и покачала головой. Истоед пожал плечами и уже собирался лететь. Быстрокрыл быстро подскочил к нему и, пересилив усталость, сказал:

— Можешь принести еды?

— Конечно! — добродушно улыбнулся Истоед. — Тихотень как раз попросила меня поохотиться. Но она сказала, что ты не хочешь есть... Ладно! Пойду позову Плоду сходить со мной на охоту…

Истоед зашагал к солнечному месту. Это был камень, на который постоянно светило солнце. На него никогда не падала тень и из-за этого камень всегда нагревался. Голуби любили там лежать.

Плода грелась на солнечном камне. Говорят, что скоро её примут в совет старейшин, но это только слухи. Хотя Быстрокрыл считал, что она заслужила это.

Быстрокрыл хотел подойти к Тихотени и поговорить с ней, но, увидев, что он к ней направляется, она фыркнула и пошла в тень. Тень — это, наоборот, место, куда не попадал свет. Там любили сидеть во время жары. Тихотень задрала голову и не поворачивалась. Быстрокрыл не мог её догнать. Тогда он ускорил шаг. Быстрокрыл её догонит!

— Тихотень! — позвал он. — Постой!

Быстрокрыл вытянул крылья чтобы коснуться её.

Тихотень, которая подумала, что Быстрокрыл отстанет, удивлённо повернулась. Она растопырила лапы и прижала крылья.

— Я не хочу с тобой говорить, — быстро сказала Тихотень и развернувшись села в тень.

— Пожалуйста! — попросил Быстрокрыл.

Он умоляюще прижал перья.

— Нет! — настойчиво фыркнула Тихотень.

Она не оставила ему выбора! Да, их ссора полностью его вина, но сейчас ему нужно поговорить! Придётся... Придётся минипулировать.

— Тихотень, нам нужно поговорить, иначе… — Быстрокрыл уже вытянул крыло. Он собирался показать на совет.

Быстрокрыл не договорил из-за возмущённого вздоха Тихотени. Она распушила все перья. Хвост Тихотени стал большим веером.

— Ты мне угрожать вздумал? — крикнула Тихотень.

Она вскочила и кивнула на совет.

— Я могу рассказать им, что ты меня шантажируешь.

Быстрокрыл заскрипел клювом. Ссориться — так ссориться. Вообще любой их разговор сводился к ссоре…

— А я могу рассказать им о твоих ночных прогулках! — резко шагнул вперёд Быстрокрыл.

Он наклонился к Тихотени. Её глаза расширились. Крылья чуть приопустились.

— Из всех птиц узнал именно ты?..

Быстрокрыл почувствовал волну возмущения. Да как она смеет?!

— Любой бы уже рассказал!

Тихотень замялась. Она переступила с лапы на лапу и уставилась вниз.

— Хорошо… О чём ты хотел поговорить? — наконец подняла голову Тихотень.

— Как раз о твоих прогулках. Ты не должна помогать нашей дочери…

Тихотень снова распушила перья.

— И после того, что ты сделал, ты ещё смеешь называть её «нашей»?! Это не измеряется кровными узами!

Быстрокрыл почувствовал волну вины, но быстро её отогнал. Хватит! Не сейчас... Но слова уже рвались:

— Я пытался вернуться…

— Слишком поздно… Видно, ты забыл свою вину? — Тихотень взглянула в глаза Быстрокрылу. — Что ж, я тебе напомню…

Она открыла клюв и стала напоминать.

---

Много дней назад… До рождения голубят

Быстрокрыл любил Тихотень. Но он не хотел голубят. Это было его единственное требование — никогда не заводить голубят.

Однажды Тихотень пришла к Быстрокрылу виноватой, но необычно радостной. Она поскакивала на месте и сияла.

— Быстрокрыл! — глаза Тихотени блестели от радости. — Я жду голубят!

Именно тогда мир Быстрокрыла перевернулся. Разве так сложно соблюдать одно правило? Теперь придётся высиживать яйца, кормить голубят, ведь ответственность за них не лежит на стае… Нет, Быстрокрыл не готов!

Он отступил назад. Тихотень смотрела на него влюблёнными глазами. Потом она моргнула, увидев, что на лице Быстрокрыла нет радости.

— Ты не рад? — тихо спросила она.

Быстрокрыл немного помолчал, а потом решил сказать правду.

— Да, я не рад! — Тихотень пошатнулась, как от удара. — Я же говорил, что не хочу голубят!

— Но… ведь нельзя контролировать их появление…

В глазах Тихотени больше не было радости, только шок.

— Мы… — Быстрокрылу было больно это говорить, — мы расстаёмся!

Тихотень качнула головой, чтобы стряхнуть слёзы. А потом подняла голову и посмотрела на Быстрокрыла. В её глазах больше не было любви. Только жестокость.

— Как хочешь… — в её голосе была боль, но не любовь.

---

Много дней назад, после рождения голубят

Быстрокрыл всё осознал. Каждый раз, когда он смотрел на Тихотень и голубят, он чувствовал нежность. Тихотень не желала говорить. Быстрокрыл решил принести ей гусеницу для голубят. Может, тогда она вернётся?

Поиски были трудными. Уже скоро будет время холода и гусеницы попрятались. Но Быстрокрыл нашел. Одна запоздалая, зелёная гусеница. Это будет начало! Он станет отцом!

Быстрокрыл поджидал Тихотень. Вот она пролетела мимо, даже не посмотрев на него. Её крылья окатили Быстрокрыла воздухом.

— Тихотень! — позвал он.

Она остановилась и посмотрела на Быстрокрыла.

— Это тебе, — он протянул гусеницу, — для голубят.

Тихотень окинула взглядом еду и покачала головой. Казалось даже насмешливо. Но её голос был твёрдым и серьёзным.

— Нет. Ты выбрал свои интересы, а не наши.

Тихотень стала улетать вдвое быстрее. Быстрокрыл не понял. Почему? Он ведь вернулся. Но он решил её отпустить. Навсегда.

---

Наши дни

Быстрокрыл помнил, но не понимал Тихотень. Он ведь извинился.

— Тихотень, послушай, я помню! — прикрикнул Быстрокрыл. — Но ты не должна так поступать! Можешь пострадать ты, голубята...

Он качнул головой. Как она не понимает!

— Я сама знаю, что лучше для меня и моих голубят! — в бешенстве вскочила Тихотень.

— Хорошо, — на Быстрокрыла обрушилась вся усталость. Он не мог спорить. — Но одумайся.

Быстрокрыл, пошатываясь, побрёл к гнёздам. Он ещё поговорит с Тихотенью. Взмахнув крыльями, он сел в своё гнездо и моментально уснул.

Глава 8. Рыба и четвертый день испытания

Голубёнок открыл глаза. Солнце светило в них. Сначала он не понял почему... Ведь со вчера голубёнок решил просыпаться раньше... А потом он понял.

"Я пропустил песню!" — Это была первая мысль голубёнка. Он так хотел увидеть духов… Они так вдохновляли... Но Ворон… Нет, голубёнок не хотел его видеть, ни за что! А он скорее всего пришёл бы.

Сестра спала. Значит, она тоже пропустила песню. Наверное, стоит её разбудить… А лучше принести еду, чтобы она его простила! Отличная идея!

Голубёнок раскрыл крылья и посмотрел на сестру. Она его простит и станет уважать. Голубёнок замахал крыльями и полетел. В полёте он решил, куда направиться. К зерну. Сестра не пробовала его, а зерно — это самая лучшая еда в мире! Только… Как принести побольше? Зерна надо много, чтобы насытиться, а их двое. Самому поесть, а принести сестре? Нет, она может подумать, что это неуважение… И её обида станет ещё острее.

И вдруг голубёнок вспомнил про баки! Там было много всего! Но там были вороны… А хотя, возможно, их не будет. Да и тем более обычные вороны не такие как Мёртвый.

Бескрылые постоянно бросали в баки крутые вещи! Голубенок этого не понимал. Зачем выбрасывать то что может помочь? Может, что-то поможет для переноски зерна.

Голубёнок быстро заприметил бак. Он был чёрного цвета и полностью заполнен разными пакетами. Бескрылых не было видно рядом. В воздухе ветал запах мусора и еды.

Голубёнок сел на край бака и ухватил клювом один пакет. Он вытащил его на землю и стал потрошить. Этот пакет оказался чёрного цвета. Хоть одна нужная вещь должна быть!

В клюв быстро забился мусор и стал отдавать неприятное послевкусие. Голубёнок сплюнул, но это не помогло. Привкус остался.

Голубёнок распотрошил весь пакет и стал смотреть, что выпало. Вот! Небольшая ёмкость с пятнами. Вроде она треснута, но это не важно. Голубёнок подхватил ёмкость клювом. Держать её оказалось сложно. Она постоянно вываливалась.

Вдруг кто-то закричал. Голубёнок прижался к земле. Что… Что это за звук? Изо всех сил голубёнок повернулся. Перья встали дыбом. На него бежал бескрылый и махал руками. На нём была мятая рубашка и шорты.

Он разозлился на то, что голубёнок распотрошил пакет? Но сестра говорила, это безопасно… Неужели она обманула?

Голубёнок раскрыл крылья. Лететь, лететь, лететь! Это кричали инстинкты. Он взлетел в воздух и закружил там. Бескрылый остановился и задрал голову. Потом он крикнул что-то с досадой и ушёл. Голубёнок почувствовал облегчение. Он спасся. Перья вернулись в обычное положение.

Голубёнок решил не задерживаться и сразу полетел на зерновое поле. Дорогу он помнил. Поле находилось рядом с лагерем.

Внизу мелькали дома, вскоре показалось жёлтое пятно. Это поле.

Сегодня было уже не жарко. С каждым днём тепла становилось всё меньше. Листья стали разного цвета. Голубёнок это видел. Когда он родился, было так же. Неужто ему уже год? Это значит, что голубёнок и его сестра стали взрослыми! (У голубей совершеннолетие наступает в 1 год.)

Вот он прилетел на поле. Пахло восхитительно, но голубёнок сдержался. Они поедят вместе. Он положил ёмкость и стал складывать туда зёрнышки. Они приятно стучали о дно.

Зерна получилось с горкой, и этого хватит на сытный завтрак на двоих.

Но возникла проблема. Когда голубёнок брал ёмкость в клюв, зерно высыпалось и приходилось набирать его заново. А потом всё повторялось. К счастью, голубёнок нашёл решение. Он взял ёмкость в когти, как хищные птицы. Это оказалось очень удобно… Странно, что голуби этим не пользовались.

Полёт прошёл без проблем. Голубёнок прилетел к гнезду и сел на него. Сестра всё ещё спала. Как странно… Обычно она встаёт раньше чем голубёнок... Всё-таки надо её разбудить. Голубёнок осторожно положил зерно на ветку и подошёл к сестре. Он ткнул её клювом.

— Сестра? Вставай!

Она заворочалась и приоткрыла глаз.

— А?.. Что?..

Голубёнок наклонился к ней.

— Вставай, уже почти день!

Сестра неожиданно подскочила. Её крылья взметнулись вверх, а вся она сильно задрожала.

— Нам нужно быстрее найти еду на завтрак! — завопила она.

— Нет, тихо, тихо! Успокойся!

Сестра моргнула и медленно кивнула, села в гнездо. А потом в её глазах что-то сверкнуло. Она вспомнила о своей обиде. Сестра немного поглядела на брата, а потом медленно отвернулась — показала, что помнит.

— Я принёс еду, — улыбнулся голубёнок и услужливо подтолкнул к сестре зерно. — Помнишь, я хотел дать тебе попробовать зерно? Теперь ты это сделаешь!

Сестра перевела взгляд на ёмкость, а потом снова на голубёнка. Она неуверенно взмахнула крыльями.

— Спасибо… Это очень мило.

Голубёнок просиял. Они принялись за еду.

Зерно снова поделилось с голубёнком приятным вкусом. Сестра рядом заурчала от удовольствия.

С едой покончено. Зерна больше не осталось. Теперь на ветке лежала только ёмкость. Голубёнок подхватил её лапой и скинул вниз. Ёмкость приземлилась на траву и осталась там лежать. Может пригодится.

Похоже, сестра поняла намёк голубёнка, потому что сказала:

— Ладно, я тебя прощаю,-она слабо улыбнулась и сделала мах крылом.

Голубёнок взвизгнул, подскочил к сестре и стал крепко её обнимать с помощью крыльев. Его лапы чуть приподнялись.

— Спасибо!-радость переполняла его.

Сестрёнка улыбнулась сильнее и тоже приобняла его крылом. Виноватое лицо сменилось радостным, как и у голубёнка.

— Думаю, сегодня полетим изучать территорию, — сказала сестра.

— На четвёртый день? - это ведь уже конец!

— Да,- по голосу сестры было понятно что она озадачена вопросом голубенка.

Это было немного странно, но ладно. Они же ещё будут летать в город. Брат и сестра сразу же взлетели. Крылья ритмично забили в воздухе. Полёт проходил идеально. Снизу были дома, другие парки… Поляна! Круглая поляна! Те самые дощечки, те самые камни! Голубёнок резко остановился. А вдруг там голубка? Та самая, хорошая! Сердце забилось, и голубёнок издал сигнал, чтобы сестра остановилась. Она подлетела к нему. Голубенок посмотрел на сестру и замялся. Его лапы начали переминаться прямо в воздухе создавая круг.

— Что такое? — спросила сестра.

Ох, что же ответить? Голубёнок не знал. Он сам не понимал что с ним такое. Голубёнок решил, что лучше ничего не говорить. Пусть сестра пока не будет знать.

— Ничего… Ничего не случилось.

— Тогда зачем ты меня звал? — удивлённо спросила сестра.

Она чуть наклонила голову.

Голубёнок смущённо наклонился.

— Ничего..

Сестра нахмурилась, но не стала докапываться до правды. Они опять полетели. Весь полёт сестра была задумчивой. Она не понимала что случилось. Ведь сестра знала, что голубёнок не мог позвать просто так.

Через время голубёнок заметил голубоватое пятно внизу. Вокруг него росла куча растений. Камыши, рогозы...

Голубёнок сразу понял, что это.

— Вода! — удивлению голубя не было предела. Здесь так много воды!

— Где вода? — повернулась сестра.

Её хвост от волнения раскрылся. Крылья продолжали ритмично бить.

— Внизу! — возбуждение заполнило голубёнка. — Полетели!

Голубёнок не стал ждать согласия сестры. Он сразу стал спускаться. Послышалось бормотание сестры: «Как маленький ребёнок…» Но голубёнок не услышал этого. Снизу воды оказалось ещё больше! Мама рассказывала об этом… Озеро? Точно!

Сестра тоже спустилась. Она подошла к воде и обнюхала него. Через время сестра подняла голову.

— Озеро… — прошептала она.

Голубёнок наклонился к нему и стал пить. Вода стала его заполнять. Приятная влага ползла Сестра тоже склонилась над озером.

Вдруг голубёнок заметил движение в воде. Кто-то плыл. Голубёнок вспомнил историю о том, как Мудрец поймал мышь на испытании и стал великим. Голубёнок раскрыл клюв и схватил существо. Оно задёргалось в клюве. Голубёнок потянул и вытащил. Это оказалась рыба.

Рядом восторженно выдохнула сестра. Она замахал крыльями.

— Ты поймал рыбу! Ты станешь великим! Ты станешь старейшиной! — закричала она. — Тебя запомнят!

Она продолжала кричать, а для голубёнка будто замедлилось время. Ему нужно было только убить рыбу… Это бы заметили смотрители… Нет! Он не мог! Как можно лишить жизни живого существа ради титула?

— Почему ты медлишь? — крикнула сестра.

Голубёнок сжался в комок. Он хотел, чтобы его уважали, но… но не такой ценой. Голубёнок опустился к озеру и выпустил рыбу. Она прыгнула в воду и стала стремительно уплывать.

Сестра рядом застыла.

— Почему? Зачем ты это сделал? — её шёпот прорезал тишину.

— Я не могу лишить жизни живого существа, — прошептал ей в ответ брат.

Голубёнок посмотрел на сестру. В её глазах была буря. Непонимание, ужас, шок… Её перья распушились. Она задрожала от злости.

— Ты ведь мог… — она оборвалась на слове и, вздохнув, стала улетать.

— Сестра, подожди! — голубёнок полетел за ней.

Его крылья в панике замахали. Сестра стремительно улетала.

-Стой! - кричал голубёнок.

Она притворялась что не слышит.

Голубёнок замахал крыльями усерднее. Коричневая точка стала приближаться. Голубёнок замахал крыльями ещё сильнее. Вот уже было видно каждое пёрышко на теле сестры.

Сестра обернулась. Увидев брата она раздражённо отвела взгляд и полетела быстрее.

-Нет! Не улетай! - крикнул голубёнок.

Так он весь день за сестрой и пролетал… К вечеру они вернулись без слов и сели спать. Голубёнок хотел спасти ситуацию, а только её усугубил… Только одно радует — завтра последний день испытания.

Глава 9. Великая потеря

Голубенок открыл глаза. Солнце ещё не встало. Другие птицы рядом тоже просыпались.

Сестра проснулась через несколько минут. Она лениво потянулась и моргнула чтобы прогнать сон. Голубёнок повторил за ней.

Было только ранее утро. Начался рассвет. Солнце поднималось, а небо становилось красивого розово-оранжевого цвета.

Голубенок был рад что сегодня он сможет исполнить Утреннюю песню. Вот послышались первые голоса. Чириканье, воркование, щёлканье... Сестра потянулась за ними, боль от прошлой ссоры снова дала о себе знать. Голубенок вздохнул. «Хоть бы не пришел Ворон...» — подумал голубенок. Но голубёнок знал — Ворон прийдёт.

Он закрыл глаза и начал петь. Песня разрасталась всё больше. В груди опять разлился знакомый свет.

Перед глазами заплясали образы. Духи стихий занимались обычными делами... Но голубенка не отпускало чувство что здесь всё равно что-то не так... Голубёнок пытался найти Ворона. Чувство что он здесь не отпускало. Он был прав. Откуда-то повеяло холодом. В нос ударил едкий запах мертвечины. Сначала голубенок подумал что это в реальности, но когда он обернулся он понял. Он понял что сзади стоит Ворон. Мёртвый Ворон. Его кости скрипели... В этот раз Ворон стоял очень близко. Беда ближе. Голубенок уже знал что не сможет отвернуться, но он попробовал. Его суставы заскрипели, но не поворачиваоись.

Ворон издал каркающий крик. Голубенок сжался. Ему хотелось исчезнуть. Голубёнок не хочет видеть Ворона каждый раз. Пустые глазницы скользнули по голубенку взглядом, а затем повернулись к сестре.

Ворон каркнул и впился взглядом в сестру. Внимательным и изучающим.

— Нет! — крикнул Мертвому Ворону голубенок. — Пугай меня, но не её!

Ворон раскрыл крылья и быстро опять повернулся к голубенку. Его глаза смотрели до тех пор пока голубенок не почувствовал что что-то у него в душе. Кто-то рылся в его сознании. Он чувствовал мерзкие, чужие когти...

Голубенок задёргался. Он вскрикнул пытаясь вырваться.

А потом картинка померкла. Образы заплясали перед глазами. Гнездо стало возвращаться. Он снова был в гнезде. То чувство отпустило. Голубенок понял что дрожит от ужаса.

Когти от ужаса немного разорвали гнездо. Голубёнок быстро замял эту проплешину.

Сестра рядом заканчивала петь. Она спокойно дышала будто ничего и не видела. А может так и было.

Все заканчивали петь. Значит песня уже закончилась... Глубокий вдох и голубёнок остановил дрожь. Он повернулся к сестре. Рассказать ей? Нет. Лучше не надо. Видно сестра почувствовала взгляд поэтому повернулась. В её глазах не было обиды, лишь усталость и непонимание. Голубенок отвернулся. Но сестра не отступила. Она настойчиво заговорила. В голосе слышался искренний интерес:

— Что будем сегодня делать? — спросила она.

Голубенок вздрогнул. У него нет идей. Да и... Почему она спрашивает?

— Где ты вчера нашёл то вкусное зерно? — теперь голубенок был уверен. Сестра простила.

Она с интересом заглянула ему в глаза.

— З-зерно? — голубенок изо всех сил пытался выровнять голос, но видение с Вороном не выходило из головы. — На поле.

Когда голубенок повернулся он увидел что сестра улыбается. Улыбка была чуть виноватой.

— Давай ты меня туда отведёшь, а потом мы найдём остальных двух голубят, — сказала сестра.

Она намного подняла крыло чтобы выглядеть более дружелюбной.

Точно! Голубята Красы и Истоеда! Они их так и не нашли.

Сестра продолжала:

— Я слышала они живут в районе поблизости. Слетаем туда. Я могу тебя отвести.

Голубенок кивнул. Перья на голове поднялись от волнения. Страх полностью отступил. Это будет интересный день.

А затем сестра сказала то чего голубенок не ожидал услышать:

— Прости меня... Я поступила глупо когда обиделась. Это было твоё решение,-она виновато сгорбилась.

Сестра переступила с лапы на лапу и взглянула на голубёнка ожидая его ответ.

Голубенок повернулся к сестре. В её глазах была искренность. Это правда.

— Спасибо, — кивнул голубенок. — Ты хотела на поле? За мной!

Голубенок вспорхнул и полетел. Сзади послышалось ответное биение крыльев.

Они подлетали к полю когда голубенок понял что что-то не так. А как только он подлетел сомнений не оставалось. Бескрылые заполнили всё поле и забирали зерно. Сестра подлетела рядом.

Стоял немыслимый грохот. Бескрылые кричали, большие рычалки ездили по полю...

— Зачем они это делают? — прошептала сестра растерянно смотря на поле— У них же есть много еды...

— Я не знаю, — ответил голубенок. — Давай приземлимся на участок где нет бескрылых и поедим там.

Сестра кивнула и выбрав участок они стали приземляться. На земле шума стало ещё больше. Инстинкты голубенка сразу стали кричать улетать. Но он не мог.

Сестра рядом сжалась. Её глаза мучительно закрылись.

— Здесь всегда так шумно? — крикнула сестра задала уши крыльями.

— Нет! Впервые! — закричал в ответ голубенок.

Они с сестрой стали очень быстро есть. Они моментально заглатывали зерно и даже не успевали почувствовать вкус. Как только голод ушёл брат и сестра без слов полетели. В воздухе сестра сказала:

— Лети за мной. Я отведу тебя в тот район.

Они снова полетели. Это немного утомляло.

Через время сестра затормозила. Внизу были ровные домики с газонами. Брат с сестрой переглянулись и стали спускаться. Внизу оказалось что выпуклой земли здесь нет. Только гладкая. Как же спасаться от рычалок? Ответа не было. Сестра стала оглядываться. Она приподняла лапу и собиралась идти. Голубенок не стал делать это так быстро.

И вдруг земля задрожала. Это значило одно. Светящаяся рычалка. Голубёнок оглянулся. Ему пришлось снова бороться с паникой. Вот этот свет. Огромная махина приближалась с бешеной скоростью. На этот раз она была вся запачкана грязью и казалось, что её изначальный цвет был белый.

Идея пришла моментально.

— Сестра, через забор! На газон! — заорал голубёнок.

Крылья взмахнули и он взлетел. Быстро перемахнув забор голубенок приземлился. Сестра тоже успела. Рычалка пронеслась. На газоне было приятно стоять. Мягкая травка приятно щекотала лапы. Кусты по кругу были аккуратно подстрижены. Везде росли цветы. Они очень вкусно пахли.

— Здесь... Так хорошо, — вздохнула сестра.

Она прикрыла глаза и заурчала. Крылья сестры блаженно раскрылись.

— Да... — кивнул голубёнок.

Но он не мог расслабиться... Почему?

И тогда голубёнок заметил движение в кустах. Они тихо подрагивались. Что-то тихо кралось к сестре со спины...

Сестра не видела. Она дышала и улыбалась. Сестра настолько расслабилась, что опустилась на землю.

Голубёнок застыл. Опять этот ступор. Ему нужно срочно что-то делать.

Из кустов появилась голова. Она была мягко рыжего цвета. Маленькие треугольные уши, полоски по всему телу, ловкость... Мягкой походкой хищная четырёхлапая приближалась к сестрёнке. Её лапы ступали беззвучно, а хвост тихо подрагивал. Он был очень длинным.

Это первый тип хищных четырёхлапых. Тот от которого сестра не знала как спасаться. И он считался грозой всех птиц до единой.

Голубенок не мог сказать ни слова. Его клюв раскрывался, но слова не шли. Из клюва шёл только тихий хрип. Почему? Сестра его спасла, а он не может?! А сестра до сих пор ничего не замечала. Она взглянула на голубенка. Хищница приближалась к сестре. Она была уже очень близко.

— Ты чего? — спросила сестра.

Она недоумённо моргнула.

— Я... Я... — прошу, скажи хоть что-нибудь!

Она не должна умереть!

Сестра поняла. Она застыла. Её перья встали дыбом, глаза сверкнули.

Хищница сзади напрягла лапы. Каждая её мышца приготовилась к прыжку. Рыжий окрас хищницы пылал на фоне травы.

Сестра оглянулась. Она панически зашипела. Так сестра пыталась отогнать хищника. Поздно. Хищница прыгнула. В воздухе всё её тело вытянулось. Хищник выпустил когти.

Сестрёнка попыталась взлететь, но не успела. Её крылья забили по воздуху. Она дала успела подняться на несколько метров. Но хищница прыгнула слишком высоко. Лапы хищника точно прижали сестру к земле и оставили глубокие раны. Сестра от страха прижала перья чтобы казаться меньше. От боли она издала прерывистый стон.

Зубы хищницы впились. Брызнула кровь, она начала быстро пропитывать землю. Из горла сестры раздался булькающий звук.

Глаза голубенка заволокли слёзы. Они начали падать на грудь и на ней появилась неприятная влага.

— Нет! — взвыл голубёнок.

Он резко взмахнул крыльями. Хищница чуть приподняла голову.

Боль в душе прорезала его. Сестра! Нееет! Ты не можешь уйти...

Голубёнок громко выл, а его сестра... Ей было необычайно спокойно

Боль... Она чувствовала чужие зубы в её шее. Боль прорезала голубку, гудела и шипела... Боль была так сильна что стала частью голубки. Перед глазами была красная пелена. Её становилось то меньше, то больше...

Она видела братика. Тот опустил крылья и плакал. Все его перья начали слипаться... Голубка не хотела чтобы он плакал.

Хищница куда-то понесла голубку. Она непривычно качалась. Капли крови которые падали на землю стали звучать для голубки очень громко.

Она так хотела себе имя... Да, оно будет не официальное... Её будет звать Выжившая. Некая ирония. Но Выжившая чувствовала что у неё должно быть такое имя. Должно.

— Нет! Стой! — закричал брат.

Его крик прозвучал заглушено.

На удивление сестра чувствовала необычайное спокойствие. Сильное. Она больше не обижалась и не чувствовала грусть. Ей не было грустно от своей смерти. Почему? Она не знала. Наверное потому что так должно быть. В груди поселилась надежда. Пусть её братик живёт... А она? Она была жертвой. Это судьба Выжевшей.

Глаза сами собой закрывались, а крики брата искажались. Они становились всё тише... Его голос уже было не узнать.

Дыхание стало прерывистым. Каждый вдох врывался в лёгкие с хрипом и стоном. Выжевшей было больно дышать. Она хотела чтобы это закончилось.

А потом... Цоканье. Кто-то шёл. Осторожные шаги похожие на скрежет и тихое причитание. Брат?

Выжившая открыла глаза. Мир стал очень ярким и точным. Боль исчезла. Она снова могла спокойно дышать, в раны будто и не было.

Пелена пропала.

А голубка могла двигаться. Быстро и резво. Она встала и отошла. Перед её глазами встала картина как хищница ест Выжившую. Её клыки входили в плоть и вырывали кусок. А потом хищница с апетитом жевала. Как так? Она взглянула на свои крылья и поняла что они прозрачные. На них остался только лёгкий оттенок цвета. А потом она увидела большого Ворона. Его перья лоснились. Глаза были заполнены грустью. Ворон с сожалением уставился на Выжившую. Ей рассказывали что Ворон состоит из костей, а к мёртвым приходит с перьями. Неужели..? Нет... Она мертва.

— Пора, — тихо, с грустью сказал Ворон.

Он махнул крылом созывая её.

— Да конечно... — прошептала Выжившая. Они и не заметила, что плачет. Наверное потому что ей было спойно... — Только я попрощаюсь...

Мёртвый Ворон кивнул. Он ожидал такого ответа

Голубка подошла к брату и быстро прильнула к нему.

— Не забывай меня, — всхлипнула Выжившая. — Я тебя помню и ты помни.

Голубенок плакал. Его рыдания только усиливались, а дыхание становилось хриплым. Голубёнок от горя упал наземь.

— Он не скоро успокоится, — сказал Ворон.

Выжившая посмотрела на него. Откуда Мёртвый Ворон знает.

— Пойдём, — Ворон пошёл по воздуху.

Его лапы шли уверенно и точно. Выжившая без колебаний пошла за ним.

В последний раз обернувшись голубка увидела, что к брату прилетели другие голубята. Они были белого цвета. Он их нашёл. Они его успокоят. Выжившая может быть спокойна.

Дополнение. Кошка

Рыжая кошка вышла из домика. Солнце приятно грело шерсть.

Она тихо заурчала, а потом застыла.

Хищница заметила голубей. Двое птичек сидели на газоне. Они о чём ворковали и наслаждались днём.

Ей не нужно было есть, но инстинкт сработал мгновенно. Кошка прижалась к земле и поползла. Живот касался травы и она его немного щекотала, хвост поднялся выше, чтобы не мешать. Когти она заранее спрятала — использует во время прыжка.

Кошка заползла в кусты. Отлично! Вроде её никто не заметил.

Ветки и листики лезли в морду, Но кошка отмахнулась от них лапой.

Она начала медленно выползать. Кошка старалась ступать максимально бесшумно.

Она медленно выползла из куста и выбрала цель. Та птичка, что поближе.

Лапы напряглись. Кошка заказала хвостом чтобы прыгнуть лучше.

Она прыгнула. Тело послушно растянулось , а когти легко выпустились. Её цель в последний момент взлетела, но кошка прижала её лапами к земле.

Клыки впились в плоть. Восхитительный аромат ударил в нос. Кровь заполнила морду. Голубь во рту не дёргался. Его тело медленно остывало.

Второй голубь не улетел. Он начал громко пищать. Но кошке не нужна вторая добыча. Она понесла голубя во рту за дом, чтобы там его съесть. Это будет настоящая еда, а не чёрные комочки, которые дают двуногие.

Второй голубь не отставал. Он продолжал назойливо пищать. Кошка зашла за дом и наклонилась над добычей. Она приятно пахла. Зубы впились в плоть, и кошка откусила кусок.

Голубь рядом стал пищать ещё громче. Кошка не выдержала и раздражённо посмотрела на него. Голубь сгорбился.

На его щеках появились слёзы, Но кошка лишь равнодушно отвернулась.

К нему прилетели ещё два других голубя, но кошке они не нужны. Она продолжала свою трапезу.

Глава 10. Горе

Слёзы мешали видеть. Перья мокли, дышать было тяжело. Единственное, что видел голубёнок, — это как от крови слипаются перья сестры. Она хрипела, но не дёргалась.

Её кровь падала на землю и впитывалась.

— Нет! Не умирай! — закричал голубёнок, когда кошка стала уносить сестру.

Она шла так же легко. Казалось даже более довольно.

Голубёнок замахал крыльями и спотыкаясь бежал. Он бежал сломя голову.

— Отпусти сестру! — горло уже болело от криков.

Хищница будто не слышала. Она лишь дёрнула ухом. Четырёхлапая медленно зашла за дом и наклонилась над сестрой. Её глаза закрылись от удовольствия.

Вдруг голубёнок понял, что сестра не двигается. Она лежала с закатившимися глазами и просто смотрела в небо. Хищница наклонилась над сестрой и стала её есть. Клыки разрывали плоть. Куски которые вырывала кошка кровоточили.

— Нееееет! — голубёнок знал, что сестра уже мертва.

Голубёнок был так мокр от слёз, что казалось, что он только, что искупался в море.

Он просто не мог ничего с собой поделать. Он правда не мог смириться.

Хищница повернулась и посмотрела на голубёнка с раздражением. Он был для неё как назойливая крыса.

А потом голубёнок почувствовал чьё-то прикосновение. Кто-то его трогал, но никого рядом не было. Это прикосновение было лёгким, как сам ветер.

Он уже почти ничего не видел из-за слёз. Картинка просто размывалась от воды. А потом раздалось хлопанье крыльев. Голубёнку было всё равно. Он уже рыдал в голос.

— Что произошло? — это были незнакомые голоса.

Кто-то прилетел. Белые голуби. Это голубёнок понял по белым силуэтам. Голубёнку было всё равно. Он рыдал. Крылья упали. Казалось он сейчас утонет в собственных слезах.

Этого не может быть. Голубёнок обещал сестрёнке, что они не умрут. Он нарушил обещание. Сестры больше нет. Её нет! Её больше никогда не будет!

Это усиляло истерику голубёнка.

— Эй, успокойся, — чей-то тихий голос.

Он был нежным и явно пытался узнать в чём дело.

— НЕТ! — заорал голубёнок так, что голубки рядом чуть не оглохли. — Она умерла!!! Её больше нет!

Голуби рядом застыли. Одна из них грустно отвернулась. Ей не хотелось смотреть на голубёнка.

— Моя сестрёнка... — шептал голубёнок.

Он повторял эти слова раз за разом.

Голубёнок посмотрел на голубят. Это две самки. Они есть друг у друга... Голубёнок разрыдался ещё сильнее. Почему?! Почему они вместе друг с другом, а он не рядом с сестрой?!Хищница повела ухом и стала уходить. Из её пасти шло довольное урчание.

От сестры остались только косточки. На них осталось немного сырого мяса. Пахло отвратительно, но голубёнку было всё равно. Он подскочил к ним и стал плакать над костями.

— Ты не могла умереть, — ревел он. — Скажи, что это сон! Скажи, что это сон!

Голос голубёнка сорвался на крик. Двое других голубят подошли к нему.

— Мне так жаль, но ничего не исправить, — сказала одна из них.

Другая просто смотрела на голубёнка и останки его сестры. Голубёнок поднял заплаканные глаза. Что они могут сделать?

— Многие голубята умирают на испытаниях, — продолжала белая голубка. Эта фраза сильно ударила по голубёнку. Уж лучше он чем сестра... — Твоя сестра не стала исключением.

Голубёнок снова почувствовал горячие слёзы на щеках. Голубка делает только хуже... Но... На удивление это успокаивало.

— Вставай, — голубка дотронулась до голубёнка крылом с помощью лёгкого движения. — Испытание еще не закончено!

Голубёнок поднялся. Она права. Если он не встанет, то умрёт, как сестра. Эта мысль снова заставила содрогнуться. Две голубки похоже хотели улетать, как раздался свист. Он исходил от крыши дома.

— Голубята! — глаза голубёнка расширились.

Смотрители к ним обратились! Лучик надежды попробовал пробиться сквозь горе, но безуспешно. Слёзы снова затмили глаза.

— Вы успешно закончили испытание! — мир голубёнка обрушился.

Успешно? Сестра не дотерпела секунды! Голубёнок задрожал от ярости. Она закипела где-то глубоко внутри. Почему смотрители её не спасли?! Но из-за слёз он не мог ничего сказать и здраво мыслить.

— Теперь вы члены нашей стаи! — продолжал безмятежно говорить смотритель. Или несколько? Голубёнок не мог понять . — Правда, не все из вас прошли.

Голубёнок задрожал. Да, как они смеют... Слова вырвались сами собой:

— Не все прошли?! — заорал голубёнок. — Это ваша вина! Это вы не спасли сестрёнку!

Взгляд прояснился. Теперь голубёнок чётко видел на крыше Истоеда и Поисковика. Вот они — смотрители.

— Мы не имели права, — спокойно сказал Поисковик хотя по тому как напряглось его тело было понятно — Поисковик готов к чему угодно.

Голубёнок задрожал от ярости. Монстры...

— Всё хорошо, — тихо шептала одна из голубок. Кажется та, что успокоила его в прошлый раз...— Они правда не могли.

Голубёнок снова упал на землю и громко заплакал. Только высохшие перья снова намокли. Смотрители продолжали как ни в чём не бывало. Похоже такое они видят не впервые.

— Теперь вы стали членами стаи! — раскрыв крылья, сказал Истоед.

В его голосе звучала гордость.

Голубёнок стал успокаиваться. Дыхание выровнялось. Он посмотрел на смотрителей. Член стаи? Он и... Нет. Голубёнок снова заплакал. Горе не хотело отпускать.

— Сейчас мы расскажем, что будем делать дальше! — продолжал Поисковик.

Нет, надо это послушать... Будь сильнее... Голубёнок еле как успокоился и посмотрел на смотрителей. Он послушает инструктаж... Чего бы ему этого не стоило.

— Сначала мы полетим в лагерь, — начали говорить смотрители по очереди. — Потом у вас будет день отдыха. В этот день стая полностью о вас позаботится. На следующий день... — голубёнок отвернулся.

Он знал, что сейчас будет сказано: «церемония», но нет.

— ... будет продолжение испытания.

Что?! Голубёнок вскочил. Ещё испытание?! Нет! Почему?! Какой в этом смысл?! Они же уже станут членами стаи! Значит их всё это время обманывали?!

— Вы должны будете построить собственное гнездо на дереве отдыха.

Голубёнок опустил глаза. Ну конечно... Это будет не испытание на выживание, а чтобы построить дом... Чтобы построить убежище... Ожидаемо...

— А на третий день вы пройдёте церемонию получения имени.

Да. Как без неё... Голубёнок стал подходить к останкам сестре. Её косточки блестели на фоне заката и переливались разными цветами.

Над ними летали мухи.

— Полетели в лагерь! — услышал голубёнок зов.

Он повернулся.

— Нет! Мне надо похоронить сестру! — голубёнок покачал головой с необычайным спокойствием.

Хотя бы это смотрители должны были разрешить.

Смотрители замялись. Через секунду Истоед кивнул:

— Хорошо.

Голубёнок подошёл к останкам сестры и стал рыть рядом землю. Под его когтями была земля, она забивалась, но голубёнок продолжал рыть. Вот появилась небольшая ямка. Она была неглубой и неровной... Но она есть. Голубёнок нежно подхватил кости и бросил в яму.

— Ты была очень смелой, — прошептал голубёнок.

Он засыпал яму и повернулся.

"Я тебя не забуду"— подумал голубёнок.

— Полетели! — смотрители вспорхнули, и белые голубки полетели за ними.

Голубёнок в последний раз оглянулся на могилу сестры и полетел за ними. Он навестит её.

Вот они влетели в парк. Знакомые деревья мелькали перед глазами. Голубёнок дома.

Они приземлились на землю. Смотрители сказали, что голубята слишком неопытны и им не стоит лететь среди деревьев слишком долго. Мало ли, задумаются и врежутся.

Смотрители повели их через парк до лагеря. Голубёнок чувствовал радость, смешанную с горем. Одни деревья сменяли другие, головы голубят опускались всё ниже. Вот они остановились на небольшой полянке.

— Дочки! — Краса тут же подбежала к голубкам.

Она радостно и аккуратно ткнула в каждую клювом для приветствия.

Тихотень выглянула из очень тёмного места и, увидев голубёнка, подбежала к нему. Её крылья поднялись на вверх. А потом пропустились.

— Сынок! — прижалась она к голубёнку. — А где?.. — мама поглядела по сторонам. Недоумение появилось на её лице. — Где твоя сестра?

Голубёнок снова задрожал. Все перья сильно сжались на теле.

— Её... Её больше нет, — голубёнок всхлипнул.

Тихотень застыла.

— Моя доченька...

Тихотень медленно осела на землю.

Она начала плакать. Голубёнок застыл. Он уже видел это... Только тогда плакал он сам.

Одна из голубок, та, что успокоила голубёнка, оглянулась и подошла к Тихотени. Она стала что-то ей шептать, видно успокаивать. Мама стала успокаиваться. Но горе из глаз никуда не делось.

Вдруг голубёнок увидел, что Быстрокрыл выглядывает из своего гнезда. Голубёнок нахмурился. Что надо Быстрокрылу? Быстрокрыл быстро отвернулся, казалось в последний момент на его глазах что-то заблестело.

Постепенно к голубятам стали спускаться все. Новость о смерти сестры быстро пронеслась по стае. Все стали шептаться и поглядывать на Тихотень и голубёнка. Голубёнок сжался в комочек, ему не нравилось это внимание.

— Поздравляю с окончанием испытания, — голубёнок вздрогнул.

Это был чей-то скрипучий и старый голос. Перолинь? Он так редко говорит!

— Сожалею о твоей утрате, — продолжал старый член стаи. — Но не убивайся. Смотри вперёд.

Голубёнок не успел ответить Перолиню, потому что тот кивнул и стал уходить. «Спасибо», — мысленно ответил голубёнок. Тихотень посмотрела на сына и тихо сказала:

— Будем спать в одном гнезде... У тебя своего ещё нет...

Тихотень взлетела на своё гнездо под пристальным и обеспокоенным взглядом Плоды. Голубёнок сел рядом с ней и заснул.

---

Выжившая

Выжившая шла за Мёртвым Вороном. Они шли уже долго. Но усталость не наступала.

Ворон то и дело поглядывал на Выжившую, будто проверял, идёт она или нет. Она в свою очередь старалась не отставать. Ворон сказал, что они идут в загробный мир. Он рассказал, что Выжившей повезло, что Ворон забрал именно её. Души забирали его помощники или другие души. Помощниками были мёртвые сороки и мёртвые воро́ны.

— Долго ещё идти? — спросила Выжившая уже в третий раз.

Ворон опять не ответил. Выжившая вздохнула. Это ожидаемо. Она закрыла глаза, а когда открыла... Когда открыла, она увидела красивое место. Мелкие ручейки, высокие деревья, аккуратные гнезда. В ручейках ходили фламинго, лебеди... В небе летали ласточки. Кучи птиц. Тут были даже орлы. И все жили в мире и не боялись.

— Вот так должно быть и в жизни, — тихо сказал Ворон.

Выжившая фыркнула. Да, он прав. Но как будут есть хищники? Она умерла ради пищевой цепи и понимала, что её жертва не была напрасной. А потом пришло осознание. Это прекрасное место — загробный мир! И теперь её дом!

Глава 11. Боёвка

Голубёнок открыл глаза уже по привычке рано. Он привык петь и встречать рассвет.

Голуби ещё спали. Голубёнок оглянулся. Первым чувством было непонимание. Где сестра? Почему он в лагере? А потом пришли воспоминания. Слёзы снова защипали глаза. Голубёнок встряхнул головой. Не время плакать, время Утренней песни.

Голубёнок глубоко вздохнул. Мёртвый Ворон… Придёт ли он снова? Или то, что Мёртвый Ворон предсказывал, была смерть? Голубёнок опять мотнул головой и, закрыв глаза, запел. Отклик в душе пришёл сразу.

Песня снова начала наполнять голубёнка силами. Вот они, образы! Снова! Голубёнок обеспокоено оглянулся. Есть ли здесь Ворон? Да. Голубёнок глухо заскулел, но песню не прекратил. Только не это! Приглядевшись к силуэту проводника, голубёнок заметил рядом с ним призрачную фигурку… Сестрёнка? Да, это точно она! Сестра смотрела на голубёнка грустными глазами.

Чтобы случайно не прекратить песню, голубёнок отвернулся и взглядом остановился на Огненном гоацине. Дух огня смотрел на голубёнка. Глаза его сияли. Гоацин что-то хотел сказать, как вдруг голубёнок открыл глаза. Его кто-то тряс.

Голубёнок тут же прищурил глаза. Кто его отвлёк? Его трясла мама.

— Что ты делаешь? — тихо спросила Тихотень, опасливо поглядывая по сторонам.

— Пою, — ответил голубёнок.

Что здесь такого? Кого мама высматривает? Тихотень с ужасом посмотрела на голубёнка.

— Ты поёшь Утреннюю песню? — тихо и испуганно спросила мама.

— Да! — раздражённо ответил голубёнок и взмахнул крылом. — Разве не видно?

Тихотень глубоко вздохнула.

— Нельзя, — прошептала она. — Голубям нельзя петь.

Голубёнок закатил глаза.

— Да, мне сестра говорила, — при упоминании сестры голубёнок почувствовал боль в груди. — Голуби ленятся рано вставать.

Глаза Тихотени расширились. Она в ужасе уставилась на сына.

— Нет! — крикнула она. — Причина другая!

Голубёнок взглянул на неё с недоумением. Его голова от любопытства слегка наклонилась.

— Какая? — только и спросил голубёнок.

Тихотень вздрогнула и начала:

— Раньше голуби пели, — взгляд её потускнел. — Их голоса были прекрасны! Но у голубей была особенность, — голубёнок напрягся. — У нас есть связь с духами.

Это потрясло голубёнка. Теперь всё вставало на свои места… А мама продолжала тихим голосом:

— У кого-то её не было. К кому-то духи, если услышат зов на песни, могли приходить во сне. С кем-то духи говорили во время песни… А кто-то видел Мёртвого Ворона. Таких были единицы. Это была одна из самых ярких связей.

Голубёнок задрожал и тихо спросил:

— Но почему именно голуби? И я всё ещё не понимаю, почему мы не поём.

Тихотень усмехнулась. Её глаза погрустнели.

— Почему голуби? Предки говорили, что это потому, что мы самый низший класс. Говорили, что духи даровали такой подарок. А почему перестали? В один момент у голубей стали появляться такие сильные связи, что они не выдерживали и погибали. Их было немного, но это поставило нас под угрозу. Тогда голуби приняли решение прекратить петь.

Мама замолкла и взглянула на голубёнка.

Он в это время был потрясён. Связь убивает? Из-за пения голуби умирали? Не может так быть...

— Какая у тебя связь? — выдернула из размышлений мама.

— Я вижу Ворона, — тихо сказал голубёнок.

Мама вздрогнула. Она крепко прижала крылья к себе.

— Повезло… Но тем не менее если кто-то услышит или увидит, что ты поёшь, мало не покажется.

Тихотень вздохнула и отсела от голубёнка.

— Спи, ещё рано, — сказала мать.

Она немного посидела с закрытыми глазами, а потом добавила:

— Будь осторожен, — в её голосе послышалась тревога. — Если связь станет сильнее, духи смогут приходить к тебе во сне. А если не повезёт — связь может тебя убить.

Мама быстро отвернулась и заснула.

Голубёнок остался сидеть в гнезде. Он не мог уснуть, как ни старался. Тревога будто повисла в тишине. Так голубёнок и просидел до позднего утра.

Стая начала просыпаться. Тихотень, проснувшись, сразу обеспокоенно посмотрела на голубёнка. Голубёнок сжался от её взгляда. Но мама вдруг вспорхнула и приземлилась на землю. Там стояли все. Вокруг большого камня. Камень был полностью залит светом. Белые голубки вверху тоже недоуменно смотрели вниз.

Вот из толпы вышли старейшины. Перолинь сразу отступил за других, Мудрец встал рядом с Знатоком. Стая умолкла.

— Распределение первых заданий! — громко объявил Знаток.

Он кивнул Мудрецу, и тот сразу начал.

— Истоед и Поисковик! Летите добывать еду, при необходимости можете взять кого-то ещё. Если решите сделать это, сообщите мне или любому из старейшин.

Поисковик с Истоедом кивнули. Истоед подошёл к Мудрецу и что-то ему шепнул. Мудрец кивнул и объявил:

— Мусорщик летит с ними!

Мусорщик фыркнул, но спорить не стал. Троица улетела.

Теперь стал говорить Знаток:

— Крылолом, тебе задание собрать ветки, пух, перья по парку и улучшить гнёзда.

Крылолом возмущённо вздохнул. Все рядом с сочувствием на него посмотрели. Крылолом вздохнул и поплёлся в парк.

Теперь опять говорил Мудрец.

— Быстрокрыл и Краса! Вы летите на разведку! Вы знаете, что там делать!

Двойка кивнула. Быстрокрыл взглянул на Красу, и они полетели в город.

На этот раз говорил Знаток:

— Тихотень! Ты самая незаметная из нас! Прошлая разведка принесла, что на поле что-то происходит. Слетай, проверь всё и по возможности узнай причину!

Тихотень нахмурилась и кивнула. А потом быстро полетела. Казалось, даже летает она бесшумно.

Мудрец вздохнул и посмотрел на Плоду. Она и старейшины остались одни. Ну если не считать голубят на дереве отдыха.

— Плода, — сказал Мудрец. — Кроме информации про поле, разведка рассказала, что на крыше рядом с круглой поляной поселилась стая голубей. Для тебя личное задание: слетать и познакомиться с ними, чтобы у нас не было проблем. Узнай также про это место. Голуби не селятся где-то просто так.

Плода кивнула и полетела.

На камне остались только старейшины. Перолинь был стар для заданий, он пошёл в тень. Знаток что-то сказал Мудрецу и полетел.

Мудрец посмотрел на голубят. Голубёнок тут же вскочил.

— Пожалуйста! — крикнул он. — Можно я полечу с Плодой?

Голубёнок не знал, почему он это сказал. Он просто чувствовал где-то надежду, что там поселилась стая той самой голубки.

Мудрец нахмурился.

— Это день отдыха… Я хотел показать вам лагерь…

Голубёнок сделал грустные глазки.

— Ладно, — вздохнул Мудрец. — Будет полезно, если ты научишься выполнять задания.

Голубёнок просиял. Белые голубки удивлённо взглянули на голубёнка и Мудреца.

— Лети, ты ещё можешь догнать Плоду, — кивнул Мудрец.

Голубёнок раскрыл крылья и быстро полетел. К счастью, Плода не успела далеко улететь. Голубёнок быстро её догнал.

— Голубёнок! — удивлённо взвизгнула Плода.

— Мудрец разрешил мне лететь с тобой! — улыбнулся голубёнок.

Плода добродушно улыбнулась.

— Я не против компании.

Они вместе летели на поляну. По прилёту голубёнок задрожал от напряжения. На крыше дома рядом сидело много голубей.

— Полетели туда! — кивнула Плода на крышу.

Голубёнок полетел за ней. Когда они прилетели, голубёнок стал узнавать голубей. Это были те самые, с первого дня испытания голубёнка.

Плода приземлилась на край крыши, голубёнок рядом с ней. Чужие голуби стали шептаться. Плода вытянулась и сказала:

— Кто ваш лидер? Или старейшины? Мы хотим поговорить с ними!

Голуби переглянулись. Они замялись и только потом ответили.

— Наша лидерша — это Боёвка, — сказал один из голубей.

Плода улыбнулась. Она добродушно раскрыла крылья.

— Ну вот, позовите мне Боёвку.

Голуби переглянулись, но стали звать:

— Боёвка, иди сюда!

— Боёвка, тебя зовут!

Но голубёнок не обращал на это внимания. Он отчаянно выискивал взглядом ту самую голубку.

Вдруг она вышла из толпы. Голубёнок радостно взвизгнул. У этой голубки, как и в прошлый раз, был шикарный базовый окрас.

Но вдруг… Голубка подошла к Плоде и сказала:

— Я Боёвка.

Голубёнок застыл. Она всё это время была главной в этой стае?

Боёвка заметила голубёнка. В её взгляде сверкнуло изумление. Но голубка быстро взяла себя в перья.

— Ну? Зачем вы прилетели?

Плода сразу отреагировала:

— Мы хотели заключить союз и узнать, почему вы выбрали именно это место для лагеря.

Боёвка посмотрела на голубёнка и быстро сказала:

— Из-за поляны.

Плода удивлённо наклонила голову.

— Какой поляны? — спросила Плода.

— Спроси у него, — кивнула Боёвка на голубёнка.

Голубёнок взволнованно сглотнул. Все смотрели на него. Голубёнок оглянулся и, запинаясь, начал:

— Т-там п-п-поляна… Г-где корм-мят… В-вкусным…

Боёвка фыркнула.

— Там поляна, где кормят вкусными вкусняшками, — быстро проговорила она.

Голубёнок посмотрел на Боёвку с ещё большим уважением.

— Что ты там говорила? — продолжала Боёвка, смотря на Плоду. — Союз?

— Да, — кивнула Плода. — Чтобы у нас не было недопонимания и в случае беды мы могли быстро объединиться. Может, будем делиться новостями.

Боёвка задумчиво посмотрела ввысь.

— Хорошо, — медленно ответила лидерша. — Пока пусть будет временный союз. Скажите ваш лагерь, я прилечу и поговорю с вашим главным, — глаза Боёвки сверкнули. — Если это, конечно, не ты.

Плода покачала головой.

— Нет, конечно не я! Наш лагерь в парке! На поляне, где стоит огромный камень и раздвигаются деревья.

Боёвка кивнула.

— Можете лететь, — сказала она.

Плода кивнула. Голубёнок с грустью посмотрел на Боёвку. Она ответила ему взглядом. Непонятным взглядом… Надо было тогда извиниться… Думает ли она, что он дурак?

Голубёнок вздохнул и полетел за Плодой в лагерь.

Прилетит ли Боёвка сегодня? Днём, вечером? А может, завтра? Голубёнок не знал.

В лагере их накормили. Истоед, Поисковик и Мусорщик уже вернулись. Плода решила отдохнуть, а потом взять ещё одно задание.

А к голубёнку подошёл Мудрец.

— Я уже показал лагерь детям Истоеда и Красы. Ты готов пройти этот обзор?

Голубёнок кивнул.

Мудрец повёл его по лагерю. Он показал тень, объяснил, что огромный камень называется Солнечным камнем и обычно там отдыхают голуби. Показал интересную землю. Она была чёрной и влажной. На этой земле росли цветы. Мудрец объяснил, что люди постоянно поливают эти цветы и тут, если порыть, можно найти воду. Он показал разные виды деревьев и многое другое…

Голубёнок закончил обзор к полудню. Солнце уже высоко поднялось над землёй.

Вдруг голубёнок заметил точку в небе. Кто-то летел. И похоже, это Боёвка!

Глава 12. Сон

Голубёнок был уверен. Это Боёвка! Пятно всё приближалось, и с каждым сантиметром голубёнок был всё сильнее возбуждён. Она прилетела! Чтобы заключить союз! Они будут видеться! Но с каждым мгновением голубёнок понимал, что Боёвка летела к старейшинам. Это приносило разочарование. Но тем не менее голубёнок увидит её снова. Даже если издалека.

Он спустился на землю и подбежал к старейшинам. Плода стояла рядом с ними и говорила. Она рассказывала результаты задания. Вдруг Плода задрала голову и заметив Боёвку быстро что-то прошептала на ухо старейшинам. Они подняли головы.

Вот главная другой стаи спустилась. Она медленно подошла к ним и быстро поклонилась — это знак уважения.

— Я прилетала по поводу союза, — сразу сказала Боёвка.

Мудрец склонил голову. Он уважительно сказал:

— Рад вас видеть.

Голубёнок нетерпеливо смотрел на Боёвку. Если получится союз, то они будут очень часто видеться! Боёвка кинула взгляд на голубёнка. Она с болью посмотрела, а потом снова повернулась к старейшинам.

— Я, как понимаю, у вас есть голубята без имён, — сказала она, и Знаток кивнул.

— Трое, — выпалил голубёнок, и старейшины уничтожающе взглянули на него.

Голубёнок пристыже прижался. Перья сжались. Ему не стоило влезать в разговор старейшин. Особенно когда они говорят с почётным гостем. Но внимание к голубёнку быстро утихло, и тот выдохнул. Перья вернулись в обычную и комфортную форму. Боёвка снова посмотрела на Мудреца. Она чуть склонила голову.

— Они прошли испытание гнёзд? — спросила Боёвка.

Чего она добивается?

Перолинь рядом покачал головой и прокряхтел:

— Завтра.

Боёвка улыбнулась. Её хвост чуть дрогнул.

— Могу я остаться и посмотреть, чего стоят ваши голубята?

Старейшины переглянулись. Они стали быстро шептаться. Боёвка спокойно стояла и ждала ответа.

Голубёнок застыл. А если он опозорится? Что подумают другие? Конечно , он будет видеть Боёвку, но... Стоит ли того?

Знаток повернулся к Боёвке и открыл клюв. Время для голубёнка будто замедлилось.

— Можно, — сказал Знаток.

Его взгляд повернулся к голубёнку, на секунду.

Но, а в душе голубёнка была буря. Его мысли орали: "Что?! Нет! Так не должно быть!" Но старейшины уже решили… Их решение не изменить.

— Где я могу переночевать? — спросила Боёвка.

Мудрец взглянул на дерево отдыха.

— У нас нет свободных мест, но вы можете поспать со мной или с другими старейшинами. Наши гнёзда на самых лучших местах.

Боёвка посмотрела на Мудреца.

— Я буду с тобой.

Голубёнок почувствовал волну ревности. Откуда?.. Но он не мог с ней ничего поделать. Почему Боёвка выбрала Мудреца? Когда старейшины стали расходиться, был закат.

Голубёнок сразу подошёл к Боёвке. Она фыркнула и оглянула его.

— Боёвка, — тихо сказал голубёнок, — прости…

Да, он извинился за тот случай. Голубёнок ведь действительно не знал причину, по которой воробьёв прогоняли с той поляны.

— Нет, — быстро и чётко сказала Боёвка.

Голубёнок сжался в комок.

— Но… — начал он.

— В тот момент бескрылые стали меньше нас кормить, а воробьи забирали еду! — закричала Боёвка. — Я подумала, ты голубь-одиночка, и решила тебе помочь, потому что сама такой была! А ты накормил наглого воробья!

Голубёнок виновато отвернул голову.

— Ради чего?! — продолжала Боёвка. — Я не знаю. Я посмотрю на твоё имя и на твоё гнездо. Может, ты и вправду чего-то стоишь.

И Боёвка улетела в гнездо Мудреца. Всё пропало. Она точно будет оценивать голубёнка более жестоко.

Голубёнок скульнул и повернулся к закату. Вдруг к нему подошла сестра белой голубки которая успокаивала его.

— Обиды — это боль, — тихо начала она. — Но примирение будет лекарством. Лекарство добыть сложно, но надо постараться.

Голубёнок посмотрел на неё.

— Ты слышала весь разговор с Боёвкой? — тихо спросил голубёнок.

Голубка кивнула.

— Кто из нас прав? — прошептал голубёнок, затаив дыхание.

Голубка улыбнулась.

— Никто не прав в такой ссоре. Каждый виновен и не виноват. У каждого правда своя.

Голубёнок застыл. Он не мог понять. Так не бывает. Всегда есть кто-то, кто будет виновен в ссоре.

Белая голубка улыбнулась.

— Если хочешь, то не верь, но правду я могу вещать, — сказала она.

Голубёнок задрожал и прижался к голубке.

— Она меня простит? — спросил голубёнок, имея в виду Боёвку.

— Ответ сказать я не могу, чтоб сам узнать его ты мог, — подмигнула голубка.

Голубёнок вздохнул. Это было ожидаемо. Голубка ещё раз улыбнулась и улетела к матери в гнездо. Закат уже заканчивался. Ему нужно выспаться, чтобы завтра не опозориться. Он медленно расправил крылья и взлетел.

Приземлившись в гнездо Тихотени, голубёнок посмотрел на неё. Она уже спала. Холодок пробежал по спине. Голубёнок не знал почему. Он знал, что сейчас что-то будет. Он закрыл глаза и провалился в сон.

Голубёнок открыл глаза. Он не понял, почему проснулся. Голубёнок оглянулся и застыл. Он находился в бесконечном белом пространстве. Это место пахло безысходностью. Тень не падала, а дыхание было настолько громким, что могло оглушить.

— Что за… — пробормотал голубёнок.

Он неуверенно поднял лапу. Голубёнок осторожно сделал два шага. Это сон? Но выглядит слишком реально… Даже перья были в точь в точь как в реальности.

— Голубёнок! — он вздрогнул.

Кто его зовёт? Голубёнок закрутил головой. Никого нет. По спине пробежал холод. Потекла капелька пота.

Это был незнакомый голос. Совершенно.

— Голубёнок!!!! — крик стал сильнее.

Голубёнок закрутился так сильно, что споткнулся и упал. Место ушиба отдалось тупой болью. Голубёнок в панике вскочил на лапы.

Никого нету... Незнакомый голос... Что происходит? Неужели... Неужели это сон от связи!

Голубёнок вгляделся вдаль... И тогда он понял. Это было не белое пространство. Это был туман.

— ГОЛУБЁНОК!!!

Голубёнок вздрогнул. Этот крик оглушал. В ушах тихо зазвенело. Голубёнок встряхнулся. Звон пропал. Хоть бы это не повторилось...

— Кто здесь? — крикнул голубёнок в туман.

Никто не ответил. Крики нарастали.

— ГОЛУБЁНОК!!! ГОЛУБЁНОК!!! ГОЛУБЁНОК!!! — снова.

— Я слышу! — ответил голубёнок крикам через звон.

Да, в ушах опять звенело и ещё сильнее чем в прошлый раз. Пришлось какое-то время постоять и часто трясти головой. Тогда звон прошёл.

Снова тишина. Голубёнок прижался к белому полу и задрожал. Это неправильно.

Эта тишина давила со всех сторон. Как проснуться? Это стало единственной мечтой голубёнка.

И вдруг туман рассеялся. Голубёнок поднял голову и посмотрел. В месте, где туман рассеялся, появилось оранжевое сияние. А затем вышла птица. Огненный гоацин. Связь стала сильнее. Теперь это было точно.

Сам дух почувствовал радость. Он давно не вызывал сны и поэтому контролировать туман не получалось. Он наконец-то нашёл идеального избранника.

Дух подошёл к голубёнку. Он почувствовал исходящее от него тепло.

— Голубёнок, — сказал гоацин.

Это был его голос. Теперь он сказал это тихо, с ноткой благоговения.

— Дух огня… — поклонился голубёнок.

Он прижался низко-низко к земле.

— Благодарю, — кивнул гоацин, и голубёнок встал.

— Я тебя нашёл, — продолжил гоацин.

— Меня? — удивлённо спросил голубёнок.

Дух огня искал его?

Гоацин улыбнулся. Он раскрыл крылья. Голубёнка обдало жаром.

— Иди за мной.

Гоацин пошёл вперёд, и голубёнок побежал за ним.

Гоацин вывел голубёнка на поляну. Там было множество видов птиц. И все они ссорились. И дрались... Летели брызги крови, перья, плохие слова.

Голубёнок с ужасом посмотрел на гоацина.

— Зачем ты меня сюда привёл? — тихо спросил голубёнок.

— Чтобы показать. Птицы ссорятся, и чем дольше, тем сильнее.

Голубёнок снова взглянул на поляну. Там творится полнейший ужас.

— Ты должен это остановить. Ты — избранник, — объявил гоацин.

Он торжественно раскрыл крылья. Огонь на его теле загорелся ярче.

— Что? — голубёнок ожидал что угодно, но не этого. — Но как?

Гоацин в упор посмотрел на голубёнка.

— Ты поймёшь, — сказал тот. — Спи.

Голубёнок вздрогнул. Видение поблекло, но он не проснулся. Он продолжал спать. Мысли стали уступать спокойствию.

Глава 13. Гнездо

Голубёнок проснулся. Солнце уже высоко поднялось над горизонтом. Оранже-жёлтый цвет приятно успокаивал. Голубёнок пропустил песню, но после того, что сказала мама, он бы всё равно не стал бы петь.

Голубёнок всё ещё помнил сон. Слова «Ты — избранник» звенели в ушах. Он не верил... Не верил и точка... Может это был обычный сон? Но голубёнок знал — он был необычный.

Вдруг голубёнок вспомнил. Сегодня испытание! Он взглянул на небо и передёрнулся. Солнце светило ярко, но большая чёрная туча ползла по небу. Все голуби были внизу. Голубёнок только собрался спуститься к ним, как вдруг почувствовал каплю. И ещё, и ещё. Начался дождь. Перья стали слипаться.

Голубёнок приземлился шатаясь. Птицы стояли по кругу. Не было только Истоеда, Мусорщика и Поисковика. Наверное, их отправили добыть еду. Старейшины и Боёвка стояли в центре и что-то обсуждали.

— Что происходит? — спросил голубёнок у белой голубки, что успокаивала его при смерти сестры.

Белая голубка повернулась и прошептала:

— Старейшины решают, проводить ли испытание. Всеводная Чайка сегодня взбушевалась.

Голубёнок поморщился. Да, он заметил, не тупой… Перья все слиплись от воды. Голубка посмотрела на него с минуту и отвернулась.

Вот Знаток откашлялся.

— Мы приняли решение не отменять испытания, — громко объявил он.

По стае пробежал ропот. Голубёнку показалось, что земля ушла из-под ног. Как?.. Шансов опозориться перед Боёвкой ещё больше… Дождь усиливался. Тяжёлые капли били по крыльям. Знаток вышел вперёд.

— Голубята! — троица повернулась. — В испытании вы должны сами найти материалы и построить гнездо. Начнём!

Голубёнок вздрогнул. Испытание началось… Повернув голову, он увидел пристальный взгляд Боёвки. Голубёнок решил не тратить время впустую и сразу попытался взлететь. Тщетно. Крылья отяжелели, и голубёнок неловко упал. У белых голубок всё было точно так же. Как же взлететь? Ведь не йти пешком. Голубёнок встряхнул крылья, чтобы прогнать лишнюю влагу. И сразу, на скорости, он опять попробовал взлететь. Голубёнок пролетел несколько сантиметров и начал снижаться. Дождь прибивал к земле.

Голубёнок вздохнул и зашагал по хлюпающей земле. Скоро его крылья повисли и были все в грязи. Вдруг он заметил кучку веток. Он тут же к ним подбежал. Да, то что нужно! Голубёнок набрал в клюв как можно больше веток и радостно побежал в лагерь. Ну конечно, через несколько минут он опять устало волочился… Вдруг раздалось воркование. Вышла белая голубка, которая успокаивала его. Она медленно подошла и жадно уставилась на материалы.

— Ты нашёл… — тихо прошептала она.

Голубёнок отступил на шаг. Он не отдаст. Голубка ласково наклонила голову.

— А ты можешь дать мне? — она с просьбой уставилась на него.

Голубёнок покачал головой. Голубка нахмурилась.

— Но я тебя успокоила в трудный момент, — голубка зашагала вокруг голубёнка. — Дай мне ветки, ты найдёшь ещё.

Голубёнок настойчиво покачал головой. Голубка яростно встряхнула головой.

— Пожалуйста, — заскрипела она клювом.

Голубёнок по привычке открыл крылья, а потом поспешно закрыл. Не выход. Вдруг голубка бросилась на голубёнка. Он взвизгнул и отскочил.

— Что ты делаешь?! — закричал голубёнок.

— Прости меня, — воскликнула голубка. — Но сейчас мы конкуренты!

— Ты не можешь так поступать! — голубёнок с ужасом взглянул на голубку.

В её глазах промелькнула жалость, но не надолго.

— Одумайся! — продолжал голубёнок. — Ты найдёшь другие ветки!

Белая голубка наклонила голову.

— Это долго, — в её голосе появилась неуверенность.

— Вот именно! — закивал голубёнок. — Представь: ты долго ищешь ветки, находишь, а их у тебя забирают!

Голубка вздохнула.

— Мне не надо представлять, — тихо сказала она. — Моя сестра забрала ветки, которые я нашла.

Голубёнок почувствовал укол жалости. Нет! Она хотела забрать его ветки, а теперь он её жалеет? Но голубёнок не мог. Белая голубка грустно поплелась назад. Её перья от грязи были больше коричневыми, чем белыми.

— Постой! — крикнул голубёнок.

Он кинул ветки на землю и поделил их ровно пополам. Голубка просияла.

— Ты хочешь…? — неуверенно начала она.

Голубёнок закивал:

— Бери половину!

Голубка с восторгом подбежала и крепко его обняла.

— Спасибо большое… И прости меня, — прошептала она.

Голубёнок кивнул, мол, прощаю. Голубка схватила половину и побежала в сторону лагеря. Голубёнок остался стоять посреди ливня с половиной добычи. Вскоре он уже волочился в лагерь, совершенно не думая, как доберётся до ветки, где будет строить гнездо. Он уже в десятый раз поднял крыло и брезгливо отряхнул от грязи. Ужас. Ливень не кончался, он усиливался, а земля под ногами превратилась в кашу.

Вдруг голубёнок увидел лагерь. Наконец-то! Он ускорился и быстро оказался рядом с деревом отдыха. Но возникла новая проблема. Как он залезет на дерево? Голубёнок встряхнулся и попробовал снова взлететь. Ливень опять начал прибивать к земле, но голубёнок замахал крыльями сильнее. Вот он ухватился когтями за ветку посередине дерева. Голубёнок неуклюже пошатнулся, но удержался.

Он медленно положил ветки и стал пробовать их соединять. Не получается… Он оглянулся и увидел, как белые голубки соединяют их с помощью грязи и пуха. Голубёнок взглянул вниз. Серьёзно? Опять спускаться? Голубёнок вздохнул и медленно спустился. Там он налепил грязь на грудь, чтобы забрать наверху. Пуха голубёнок не видел. Похоже, придётся искать его во второй заход.

Голубёнок снова сильно замахал крыльями, чтобы ухватиться когтями за ветку. Слава Великому Орлу, что его материалы не украли. Голубёнок взял одну ветку и, намазав грязью, приклеил к большой ветке. Так он построил донышко, но материалы закончились.

Голубёнок спустился и опять пошёл по парку. Да, он научился летать в ливень, но это было очень энергозатратно. Вдруг голубёнок заметил на дереве мох. Ценный материал! Он подошёл и сорвал весь мох. Голубёнок извалялся в грязи и прилепил мох. Он пошёл дальше.

Теперь голубёнок нашёл небольшой кусочек пуха. Это тоже пригодится, но ему нужны ветки. Голубёнок прилепил пух и вдруг заметил горстку веток — будто их кто-то специально собрал. Он подбежал к ним и взял в клюв. Вдруг голубёнок услышал крик.

— Эй, я их собрала! — это была та мудрая голубка.

Голубёнок подумал отдать ветки, но остановился. Эта голубка забрала материалы у своей сестры! Теперь пусть она почувствует то же самое. Голубёнок ничего не сказал. Он сразу кинулся бежать. Вдруг голубёнок подскользнулся и плюхнулся в лужу. Нет! Голубка догоняла, а материалы, которые он собрал, могли испортиться. Голубёнок с усилием поднялся и снова побежал. Дождь молотил ещё сильнее, но теперь прибавилась тяжесть от воды, которую голубёнок впитал.

— Стой! — в отчаянии кричала голубка, но её крик был слабым.

Голубёнок оторвался. Он отомстил и получил материалы. А что насчёт тех, что были на груди? Голубёнок наклонился. Половина потерялась, но не всё. Хоть что-то. Теперь лететь к стройке было ещё сложнее. Вода капала с крыльев, но голубёнок упрямо летел.

Вот он приземлился на нужную ветку и, сорвав с груди кусочек моха, запихнул его в щель. Все щели он так и заделал, а кусочки, которые остались, положил на дно. Пусть гнездо будет мягким. Свой единственный кусок пуха голубёнок положил вниз, в самый центр. Тоже для мягкости. Ветки голубёнок стал приделывать, как и прошлые, с помощью грязи. Начали появляться стенки. Голубёнок подумал и взял кусок мха с дна. Он заделал им большую щель. Гнездо готово? Голубёнок сел в него и понял, что маловато. Придётся делать третий заход.

Голубёнок опять спустился и с опаской пошёл. Ему не надо встретиться с мудрой голубкой… Но судьба сыграла злую шутку. Грязная мудрая голубка вышла и уставилась на голубёнка. А потом она задрожала от ярости.

— Ты! — воскликнула она. — Ты забрал мои ветки!

Голубёнок осторожно кивнул.

— Это месть, — тихо сказал он. — Твоя сестра сказала, что ты забрала у неё ветки.

— А с чего ты решил, что она не врёт?! — крикнула голубка, и голубёнок задумчиво застыл.

— Потому что она не могла… — тихо начал голубёнок. — Она ведь меня успокаивала…

— А я нет?! — закричала мудрая голубка. — Ты поссорился с Боёвкой, и тогда тебя успокоила я!

Голубёнок не мог понять. Но кому верить? Голубка будто увидела его замешательство, улыбнулась:

— Тебе решать, кто врёт.

Голубёнку предстоял выбор. С одной стороны — голубка, которая успокоила при смерти сестры, искренне грустила. С другой — мудрая голубка была умной, ей незачем врать. Кто из них говорит правду? А может, они обе врут? Нет, не может быть… Они говорят противоположности, значит, одна из них права.

Мудрая голубка тихо стояла рядом. Была такая тишина, что каждая капля дождя отлично слышалась. Голубёнок стал вспоминать детали. Ему половины хватило, чтобы построить дно, он смотрел на «добрую» голубку… На что ей хватило? Вдруг голубёнок осознал. У мудрой не было даже начала гнезда, а у доброй был почти конец. Значит, мудрая не могла забрать. Его обманули.

— Ты не врёшь, — пробормотал голубёнок.

Мудрая голубка кивнула.

— Да, — только и сказала она.

А голубёнка мучала совесть. Успеет ли теперь мудрая построить гнездо до заката? А если нет? Он вздохнул.

— Я уже вплёл твои ветки в своё гнездо, — поднял голубёнок глаза.

Мудрая слабо улыбнулась.

— Я уже поняла.

Вдруг голубёнку пришла идея! Он может найти для неё материалы!

— Идём! — крикнул он, и они вместе побежали.

Примерно через полчаса голубёнок набрал столько же веток, сколько забрал. Он подтолкнул их к мудрой.

— Бери, — сказал он. — Это по праву твоё.

Голубка неуверенно подошла и взяла ветки. Когда голубёнок их не забрал, она взвизгнула и помчалась в лагерь. Голубёнок улыбнулся. А потом понял, что дрожит. Всему виной был дождь. Мама рассказывала, что голуби в ливень часто умирали от переохлаждения. Голубёнок испуганно поднял крылья и быстро ими затряс. Ему нужно согреться! Срочно! Он быстро бегал кругами, падая из-за скользкой грязи. Теперь он больше не дрожал, но холод остался. Нужно быстрее закончить строительство и идти греться!

А потом он вспомнил мудрую голубку. Она только начала строить. Сегодня всё идёт наперекосяк.

Голубёнок стал быстро искать материалы себе. Он нашёл много мха, чуть пуха и веток, которых хватит на завершение. Всё, кроме веток, голубёнок приклеил с помощью грязи. Вдруг он услышал чьи-то шаги. К нему быстро выбежала мудрая голубка.

— Моя сестра… — задыхаясь от бега, начала голубка. — Она… использовала краденые материалы и уже закончила испытание… Старейшинам она сказала, что просто использовала хитрость… А они… Они сказали, что это было не запрещено…

Голубёнок застыл. Она обвела их всех вокруг пальца. Так не может быть! А потом он вспомнил её слова: «Сейчас мы конкуренты!» Только в этот день… И это было ужасно. Скорее всего, потом она будет вести себя как ни в чём не бывало. И имя ей дадут хорошее… Ведь её большая суть связана с утешением…

Голубёнок положил ветки и сказал:

— Я с ней поговорю. Но сейчас нам нужно тоже закончить испытания. Наши силы на исходе.

Мудрая кивнула и побежала искать материалы. Голубёнок пришёл к дереву отдыха и сразу заметил гнездо «доброй». Оно было аккуратным и ровным. Голубёнок опять сильно замахал крыльями и опустился на ветке. Уже получалось лучше. Он быстро залатал щели, с помощью пуха сделал гнездо мягче, а ветки прикрепил с помощью грязи. Голубёнок сел в гнездо и понял, что оно готово. Теперь нужно позвать старейшин. И Боёвку.

— Я закончил! — громко закричал голубёнок.

Из укрытия тут же вылетел Мудрец и сел на ветку голубёнка. Он внимательно осмотрел гнездо и кивнул:

— Готово! Полетели!

Мудрец быстро и опытно спустился, а голубёнок медленно за ним. Они пошли в красивое переплетение веток. Там сидели все голуби. И «добрая» голубка. Голубёнок сразу подошёл к ней.

— Зачем ты меня обманула? — без объяснений, сразу сказал голубёнок.

Голубка подняла на него голову и опасливо взглянула на Красу, её мать. Неужели это связано с ней?

— Просто… — замялась она. — Мама сказала, что если я построю гнездо самая первая, то она попросит старейшин дать мне лучшее имя…

Голубёнок взглянул на Красу. Да, это было в её духе. Но почему не мудрая голубка? Об этом голубёнок и спросил, на что получил такой ответ:

— Мама сказала, что сестра слишком умная и ни за что не сделает такого.

Голубёнок верил ей. Не потому что не усвоил урок, а потому что знал характер Красы. Она могла напакостить просто так.

— Хорошо, — кивнул голубёнок. — Я тебе верю. Но больше так не делай, пожалуйста.

Добрая голубка неуверенно кивнула. Теперь понятно, почему её раскаяние было слишком реальным — она действительно грустила.

А потом взгляд голубёнка остановился на Боёвке. Она смотрела на него внимательным взглядом. На улице раздался крик, должно быть, мудрая голубка звала старейшин.

Голубёнок медленно подошёл к Боёвке.

— Тебе понравилось моё гнездо? — тихонько спросил он.

Она кивнула:

— Достойно уважения.

— Значит, ты меня простила? — с надеждой спросил голубёнок.

Она лишь покачала головой.

— Я жду твоего имени, — сказала она и демонстративно отвернулась.

Вот мудрая голубка влетела и вопросительно посмотрела сначала на голубёнка, потом на свою сестру. Голубёнок кивнул — он поговорил с ней.

Его покормили, и он заснул прямо в укрытии стаи — на гнезде было небезопасно.

Глава 14. Имя

Знаток

Знаток уже не спал, хотя был только рассвет. Он с рождения был диким голубем, но когда его стая погибла, то под опеку взяла эта. Почему он встал рано? Дикие голуби не боялись песни, поэтому раньше он её пел. Знаток чётко помнил закон не петь, но не мог ничего поделать с привычкой вставать рано. Его всё тянуло петь. Он помнил.

Тогда Знаток даже не прошёл испытание. Его дикая стая была прекрасна. Но в один день на них напала стая волков. Она напала ночью, и казалось, что хотя бы несколько голубей должны были выжить. Но на шум прилетели орлы... Они убили всю стаю Знатока. Он выжил, потому что его мама спрятала Знатока. А потом его нашёл голубь по имени Перолинь. Тот собирал стаю, и Знаток стал первым её членом. Имя Перолинь дал Знатоку за то, что тот жил в диком лесу возле гор.

Но иногда Знаток думал, что хотел бы пройти испытание. Что хотел бы стать обычным членом стаи. Исполнять поручения и каждый день не знать, что будет делать сегодня. Но его сразу сделали старейшиной... А теперь назад пути не было. Перолинь тогда так и объяснил, зачем ему нужна была стая. Ведь голуби-одиночки тоже хорошо жили. Но это было не важно. Знаток был благодарен Перолиню.

Когда Перолинь нашёл Знатока, Знаток был маленьким птенцом без имени. Он бы просто погиб от голода или от хищников.

А сейчас Знаток смотрел на голубёнка. Его сестра погибла. Знаток притворялся, что ему всё равно, но... Он знал, каково терять близких. Тогда Знаток даже не мог плакать... Иначе его бы тоже нашли. Он сидел в укрытии два дня и не выходил, чувствовал железный запах крови... Голубёнку очень повезло, что с ним есть мать и стая... И отец. Тихотень говорила, что Быстрокрыл является отцом голубят. Но просила сохранить это в тайне. Знаток посмотрел на лес вдалеке. Как бы он хотел стать свободным и не зависеть от бескрылых.

Знаток вздохнул и посмотрел на Перолиня. Тот спокойно спал рядом... Или притворялся. Знаток встал и прижался к Перолиню. Тот открыл глаз.

— Тебе что-то нужно? — хрипло спросил Перолинь.

— Нет, папа, — ответил Знаток.

Да, он считал Перолиня своим отцом — ведь вырастил Знатока. Он делал всё ради него.

— Ты готов к церемонии имени? — спросил отец.

— Да, — тихо сказал Знаток.

— Ты же понимаешь, что мне недолго осталось? — ещё один вопрос Перолиня...

Знаток вздрогнул. Он понимал, но не мог смириться.

— Я понимаю, — со слезами на глазах ответил Знаток.

— Знай, — тихо начал Перолинь, — когда я умру, ты станешь главой старейшин. Готовься.

Знаток кивнул:

— Я думаю, мы можем пригласить к нам Плоду...

Перолинь улыбнулся.

— Скоро, сынок, скоро.

Голубёнок

Голубёнок проснулся рано. Он помнил предупреждение мамы, но ему нужно поговорить с гоацином. А единственный способ — Утренняя песня. Хоть бы никто не услышал.

Голубёнок открыл клюв и начал петь. Сначала спешно, но потом песня выровнялась. Голубёнок приоткрыл глаз и увидел, что Знаток не спит. Он смотрел на голубёнка. Голубёнок быстро закрыл глаз и продолжил петь, а потом... Он услышал, как к нему присоединился голубиный голос. Кто-то присоединился к песне голубёнка. Голоса обоих голубей объединились и стали сильнее. Голубёнок чувствовал, что мама пытается остановить его, но голубёнок продолжал петь.

Вот он увидел перед собой гоацина. Тот медленно посмотрел на голубёнка и сказал:

— Избранник... Ты пришёл... Зачем?

Голубёнок не мог перестать петь. Гоацин покачал головой.

— Так мы не поговорим... Я приду во сне.

И голубёнка выдернуло из песни. Гоацин остановил её. Голубёнок почувствовал некое раздражение. Он подверг себя риску, когда пел в стае, а гоацин просто оборвал связь! Кто-то всё ещё пел. Голубёнок заметил испуганное лицо матери, а затем увидел, что поёт Знаток. Когда он почувствовал, что голубёнок не поёт, то тут же остановился. Они пересеклись взглядами.

Голубёнок быстро отвернулся и посмотрел на мать. Она прижалась к нему.

— Я же говорила... — всхлипнула она.

— Мам, — начал голубёнок, — это моё решение.

Она грустно посмотрела на него.

— Ты уверен, что всё будет в порядке?

— Да, — и это было правдой.

С тех пор как голубёнок узнал, что он избранник, появилось странное чувство безопасности. Он не мог его понять, но мог слушать. Тихотень вздохнула и вылетела из укрытия. Голубёнок вылетел за ней. Его взгляд тут же пал на своё гнездо. Оно готово... А значит, сегодня голубёнок получит своё собственное имя!

Утро началось с того, что голубёнка отправили за едой вместе с Мусорщиком. Тот сразу повёл голубёнка к бакам. Что ж, это было ожидаемо. Всю дорогу Мусорщик молчал. А сам голубёнок думал о том, какое имя ему дадут. Какая его самая яркая черта? Похоже, со стороны это понять сложно, ведь голубёнок не мог определить её всю дорогу. Поэтому он решил спросить у Мусорщика.

— Мусорщик? — неуверенно начал голубёнок, смотря на старшего голубя.

Он повернулся и раздражённо посмотрел на голубёнка.

— Что нужно, малой? — рявкнул Мусорщик. Не дождавшись ответа, он добавил: — И не проси, мы летим к бакам.

Голубёнок махнул головой.

— Нет, я не об этом!

Мусорщик раздражённо распушил перья.

— Разговоры на другие темы я не принимаю, — щёлкнул клювом Мусорщик.

Голубёнок прищурился. Не принимаешь? Хорошо...

— Я просто хотел спросить про мою самую главную черту! — одним предложением, без дыхания вымолвил голубёнок.

Мусорщик оценивающе посмотрел на голубёнка. Голубёнок затаил дыхание. Казалось, время длится бесконечно. Пару раз Мусорщик приоткрыл клюв, но быстро его закрыл. Голубёнок так перенервничал, что начал криво лететь. И тут Мусорщик отвернулся и быстро сказал:

— Ты слабый, доверчивый и наивный птенец.

Голубёнок застыл прямо в полёте. Лапы сжались. Слабый? Доверчивый? Нет... Этого не может быть... И имя получается ужасным... Мусорщик даже не остановился — он продолжал лететь. Голубёнок переборол досаду и нагнал старшего голубя. Перья пушились сами собой. Мусорщик повернулся и, заметив это, хмыкнул. Голубёнок засмущался. Глупые перья... Выдают его эмоции... Мусорщик ничего не сказал, они стали спускаться к баку.

Работали голуби так же без слов. Только движения и добыча еды. Голубёнок потрошил пакеты и бросал их Мусорщику. Тот подбирал еду и раскладывал на две кучки. Под конец каждый взял по одной, и они полетели в лагерь.

В лагере уже вовсю шла подготовка. Голуби болтали, смеялись и обсуждали. Голубёнка и Мусорщика встретили радостно. Они всех накормили и поели сами. Вдруг голубёнок неожиданно поймал себя на мысли: «Какие качества бы назвала сестра?» Голубёнок снова почувствовал солёный вкус слёз. Он встряхнул головой. Не время. Сегодня церемония имени, а завтра... Может, сходит проверить могилу сестры. Эти мысли ещё сильнее расшевелили ещё не зажившую рану. Голубёнок стиснул клюв.

Вдруг он заметил, что мудрая и добрая голубка говорят вместе. Они помирились? Можно скоротать время. Голубёнок слышал, что церемония проводится ночью. Голубёнок тихо подошёл к сёстрам. Добрая сразу виновато втянула голову. Мудрая подняла крыло и помахала им.

— Как вы думаете, какие имена вы получите? — сразу спросил голубёнок.

Мудрая задумалась, её крылья прижались от размышлений, а потом тихо она сказала:

— Я думаю, что моё имя будет связано со спокойствием и мудростью...

Голубёнок склонил голову. Может быть. А потом добрая, прижав все перья к телу, прошептала:

— Я думаю, моё имя будет связано с моим даром лечить души.

Голубёнок напрягся. Он вспомнил, как легко она успокоила его и маму... Должно быть, это будет именно так.

— А как ты думаешь насчёт себя? — голубёнка выдернуло из размышлений.

Это была добрая голубка. Она смотрела на него с искренним интересом.

— Я... — голубёнок не знал, что ответить. Сказать слова Мусорщика? Точно нет. — Я думаю, что моё имя будет связано с помощью другим...

Голубки переглянулись. Затем мудрая кивнула.

— Возможно, — сказала она.

Весь день прошёл в том, что голубёнок спрашивал про имя. И вот наступила ночь. Вся стая стала собираться. Знаток взобрался на солнечный камень, он озарялся лунными лучами. Перолинь и Мудрец встали по обе стороны от Знатока. Боёвка встала рядом с Мудрецом. От этого сердце голубёнка сжалось, и он ревниво прижался к земле. Все остальные члены стаи окружили старейшин. Троица голубят встала перед советом.

— Это наша величайшая традиция! — величественно раскрыл крылья Знаток. — Сегодня троица голубят получат имена!

Вся стая радостно зашумела.

— Сейчас смотрители будут выходить и рассказывать, как кто повёл себя в какой ситуации! — воскликнул Мудрец. — А по этим данным составим имя!

Стая ещё сильнее зашумела. Голубёнок стоял неподвижно. Он нервно дышал. Какое же будет имя? А если Мусорщик был прав?

— Начнём мы с мудрой голубки! — прохрипел Перолинь.

Мудрая голубка рядом напряглась. Её крылья сильно прижались к телу. Вперёд вышел Крылолом. Он рассказал, как мудрая голубка смогла поддержать сестру в трудную ситуацию. Крылолом говорил, что она использовала слова, полные глубокого смысла. Знаток задумчиво кивнул. Вперёд выходили разные голуби. Они все твердили про ум и про то, что голубка говорила цитатами. Быстрокрыл рассказал, как мудрая голубка придумала то, что он бы не придумал никогда. Знаток всё время кивал и хмурился. Значит, запоминает. А в глазах Мудреца читался восторг. Мудрая голубка всё сильнее и сильнее напрягалась. Голубёнок успокаивающе прижался к ней. И вот Знаток кивнул:

— Достаточно, — все замерли.

Сейчас будут принимать решение. Знаток повернулся к Мудрецу, поговорил с ним. Затем он повернулся к Перолиню и тоже поговорил. Боёвка не вмешивалась — это не её стая. И вот Знаток посмотрел на мудрую голубку.

— Подойди ко мне, — вымолвил он.

Голубка дрогнула, но медленным шагом подошла к Знатоку. Он прикрыл её крыльями. Голубка замерла. И вот Знаток убрал крылья и объявил:

— Отныне это не мудрая голубка, а... — Знаток сделал паузу, — Цитатума!

Стая зашумела. Всё наперебой закричали:

— Цитатума! Цитатума! Цитатума!

Голубёнок подхватил их крики и начал кричать вместе с ними. Цитатума довольно вскинула крылья, она была рада. Добрая голубка рядом задрожала от волнения и радости за сестру. Кто будет дальше? Через время шум утих. Цитатума смущённо подошла обратно к голубятам. Её сестра сразу стала поздравлять.

А потом Знаток вскрикнул:

— Дальше мы выберем имя для доброй голубки!

Все затихли. Смотрители стали так же выходить вперёд. Они рассказывали, как умело и быстро голубка успокаивала всех. И вдруг Краса подошла к Знатоку и что-то шепнула ему. Добрая голубка злобно прижала крылья. Её глаза прищурились. Знаток покачал головой. Краса опешила. Она возмущённо вскинула крылья. Мудрец вжал когти в землю. Ему это не нравилось. Перолинь что-то сказал Красе, и она со вздохом ушла. А потом Знаток вскинул голову:

— Добрая голубка, подойди сюда!

Её лапы задрожали, и она неуверенными шагами направилась к Знатоку. Он так же, как и Цитатуму, накрыл голубку крыльями. Знаток поднял их и произнёс:

— Теперь ты не добрая голубка, ты... — она заёрзала на месте от волнения, — Душелеча!

Душелеча подняла голову. В её глазах засветился восторг. Голубёнок, когда она подошла, ткнулся в неё клювом.

— Поздравляю, — прошептал он.

А потом взгляд Знатока повернулся к голубёнку. Смотрители стали выходить. Они рассказали всё: и как голубёнок спас крысу, и как не убил рыбу. При этом рассказе Мудрец ошарашенно уставился на голубёнка. Смотрители рассказали все приключения голубёнка. А потом Знаток повернулся к нему.

— Подойди, — сказал он.

Голубёнок почувствовал, что его лапы задрожали. Он медленно направился к Знатоку. Чужие взгляды были направлены на голубёнка. Знаток прикрыл его крыльями. Там было темно. Это продлилось несколько секунд. Вот Знаток убрал крылья. Голубёнок уставился на него. Его имя... Какое оно будет?

— Он больше не голубёнок, — голубёнок застыл. Быстрее! — он... Миролап.

Глава 15. Белое пространство

Миролап ошарашенно уставился на Знатока. Миролап... Теперь у него есть имя.

Стая закричала:

— Миролап! Миролап! Миролап!

Миролап оглядел стаю. Душелеча с восторгом подняла крылья и радостно махала ими. Цитатума с улыбкой смотрела на него. Миролап посмотрел на Боёвку. Что она скажет? Боёвка смотрела на него своим фирменным непонятным взглядом. Церемония стихала. Птицы стали расходиться. Цитатума и Душелеча поздравляли друг друга. Миролап приподнял лапу и медленными шагами направился к Боёвке. Она сразу его заметила. Миролап ускорил шаг.

— Боёвка! — крикнул он.

Она пошла его навстречу. Миролап уже бежал к ней. Вот они побежали друг к другу.

— Боёвка, — громко дыша сказал Миролап, — как тебе моё имя?

Боёвка окинула его взглядом.

— Знаешь... — начала она, — как по мне, не очень.

Миролап застыл. А вот Боёвка продолжала:

— По крайней мере понятно, почему ты помог тому воробью. Ты просто не мог отказать. Но я такое не люблю, извини.

Миролап с ужасом смотрел на Боёвку. Ей... не понравилось? Нет, этого не может быть!

— Ты будешь со мной говорить? — тихо прошептал Миролап.

Боёвка оглянулась:

— По деловым вопросам — да.

И она ушла.

Голубёнок в панике побежал за Боёвкой. Она уже подходила к старейшинам. Наверное, хотела сказать, что улетает. Голубёнок не мог её так быстро отпустить! Он взлетел и приземлился рядом с Боёвкой. Голубёнок стоял так, что она не могла пройти.

— Подожди! — закричал он.

Боёвка нахмурилась. Она не стала ничего говорить, только попыталась обойти его. Он не дал.

— Поговори со мной! — он расправил крылья, не давая пройти.

Боёвка яростно хлопнула крыльями.

— Ты издеваешься?! Я вожак стаи! — она оттолкнула голубёнка и снова направилась к старейшинам.

— Мы друзья?.. — тихо прошептал голубёнок.

Боёвка не ответила. Она подошла к старейшинам, что-то сказала и улетела. Голубёнок почувствовал слёзы на глазах. Сначала сестра, потом Боёвка... За что?

Знаток вскочил на солнечный камень. Птицы сразу повернулись к нему.

— Мы успешно заключили союз с другой стаей! — вскинул крылья Знаток.

Птицы начали радоваться. Они вскидывали крылья, кричали, махали крыльями. Голубёнок не делал этого. Он в шоке смотрел в то место, где улетела Боёвка. Они друзья?.. А Боёвка всё удалялась.

— Простит она тебя не скоро, обида слишком велика.

Голубёнок сразу узнал Цитатуму.

— Но... Почему это так больно слышать?

Цитатума улыбнулась, но ничего не ответила. Голубёнок вздохнул. Она никогда не рассказывает такие вещи... Цитатума махнула крылом и ушла. Голубёнок устало посмотрел на небо. Почему всё так?

Выжившая

Выжившая посмотрела с тревогой на Мёртвого Ворона. Он сказал, что они сейчас куда-то пойдут. Выжившая подбежала к нему.

— Куда мы? Расскажи!

Мёртвый Ворон бросил на неё взгляд и пошёл дальше. Они приближались к большому гладкому озеру. Ворон подошёл к глади и наклонился.

— Нужно прыгнуть.

— Что?! — опешила Выжившая.

Ворон улыбнулся. Он выпрямил крыло и коснулся им воды.

— Это не простое озеро, — начал он. — Оно имеет связь с миром духов стихий.

Выжившая круглыми глазами смотрела на него. Ворон вытянул лапу.

— Прыгай!

Он прыгнул. Выжившая взвизгнула. Вода разошлась, и посыпались брызги. Выжившая ждала. Она ждала, что Ворон вынырнет, чтобы подышать. Но этого не случилось. Выжившая стала беспокоиться.

«Он сказал прыгать... — задумалась Выжившая. — Была не была».

Она расправила крылья и прыгнула. Вода окружила Выжившую. На секунду она даже чуть не захлебнулась... Удивительно, оказывается, можно умереть второй раз. А потом Выжившая увидела свечение. Оно было очень ярким. Выжившая зажмурилась. А потом вода исчезла. Она быстро замахала крыльями и взлетела высоко над озером.

— Браво! — услышала Выжившая знакомый голос.

Мёртвый Ворон был здесь.

— Почему ты так долго? — спросил гоацин.

Выжившая опустила голову и застыла. Внизу светил маленький огонёк. А рядом с ним — вода, воздух... Духи стихий! Мёртвый Ворон был прав. Выжившая спустилась и подошла к Огненному гоацину. Он ей улыбнулся.

— Сейчас я расскажу, зачем вас позвал.

Выжившая затрепетала. В чём же причина?

— Это из-за Миролапа.

Выжившая склонила голову. Что? Кто? Огненный гоацин заметил недоуменный взгляд Выжившей и улыбнулся.

— Конечно, ты не знаешь, — добродушно покачал головой гоацин. — Твоего брата назвали Миролапом.

Выжившая раскрыла глаза. Неужели? Церемония уже была! В загробном мире время течёт по-другому... Её брата назвали Миролап. Что ж, это было ожидаемо. Выжившая вспомнила, как он отпустил рыбу. Дурак. Она всё ещё злилась за это, но не так сильно, как раньше.

— Что вы хотели обсудить про него? — спросила Выжившая.

Небесный сокол-сапсан открыл клюв, а потом резко отвернулся. Всеводная чайка взглянула на Огненного гоацина. Он вздохнул.

— Ну раз все молчат... Твой брат — избранник.

Выжившая застыла. Избранник? В чём? В любом случае, её братик не готов...

— Ты замечала, что птицы ссорятся? — из раздумий Выжившую вырвал гоацин.

Выжившая задумалась. А потом она вспомнила, с каким презрением смотрят другие птицы на голубей. Вспомнила, как птицы отворачивались, когда был пожар...

— Я замечала, но не обращала внимания... — тихо ответила Выжившая.

Гоацин кивнул.

— Твой брат должен это остановить.

Выжившая почувствовала, как её перья встали дыбом.

— Кому это он должен?! — заорала она. — Он ещё маленький и неразумный!!!

Чайка ухмыльнулась.

— А ты будто старше.

Выжившая смущённо переступила с лапы на лапу.

— Нет, просто, — пробормотала Выжившая, — он слишком доверчивый...

Гоацин махнул крыльями:

— Я уже заметил.

А потом Выжившую осенило. То, что Миролап старался помочь всем и каждому, и есть причина, по которой его выбрали. Выжившая вздохнула.

— Так... Что о нём вы хотели сказать? — подняла она глаза.

Гоацин улыбнулся.

— Мы придём к твоему брату во сне.

— Я иду с вами!

Обернувшись, Выжившая увидела Ворона.

— Нет! — прыгнула Выжившая вперёд. — Миролап боится тебя!

Ворон равнодушно махнул крылом.

— Да ничего, перебьётся, — сказал он.

Выжившая чуть ли не задохнулась от возмущения.

— Он мой брат!!! — заорала она.

Ворон кивнул:

— Я знаю.

Выжившая защёлкнула клюв. Спорить с ним бесполезно.

Через время они долго шли вперёд. Вскоре всё вокруг стало белым-белым. Шаги стали громко отдаваться стуком. Ворон уверенно шёл через туман, гоацин и Выжившая шли за ним с осторожностью. А потом Выжившая услышала знакомый голос. Перья встали от волнения.

— Огненный гоацин! Огненный гоацин! — кричал Миролап.

Они пошли быстрее, и вскоре сестра увидела брата. Он заметил её.

— Сестрёнка? — тихо прошептал он.

— Выжившая, — поправила она.

Миролап заворожённо кивнул. Он медленными шагами подошёл к Выжившей. Молодой голубь даже не замечал духов. А потом он прыгнул. Миролап хотел обнять сестру. Она взвизгнула и быстро отскочила. Перья все поднялись дыбом.

— Если ты дотронешься до меня, то умрёшь!!! — заорала Выжившая.

— Всё равно! — со слезами ответил брат. — Там мы хотя бы будем вместе...

Выжившая в ужасе отошла от него. Разве... Разве он её не забыл? Духи стояли рядом и не вмешивались. Выжившая в панике взглянула на них. Пусть они сделают хоть что-нибудь! Это же их избранник! Выжившая снова отскочила от Миролапа. И так они сошлись в этом смертельном танце.

Через некоторое время Ворон вышел вперёд.

— Довольно, — промолвил тот.

Миролап сразу застыл.

— Ведёте себя как маленькие птенцы, — продолжал Ворон. — Разве ты не можешь её послушать? — повернулся проводник к Миролапу.

Он сглотнул и покачал головой.

— То-то же, — кивнул Ворон.

— Зачем ты хотел со мной поговорить? — подошёл к голубю гоацин.

— Я... — прошептал избранник, — я хотел спросить... Как же мне спасти птиц, если я не могу спасти даже близких?

Мёртвый Ворон смущённо отступил. Гоацин посмотрел на проводника, а потом повернулся к голубю.

— Ты справишься. Я не могу давать советы.

Избранник неуверенно покачал головой.

— Просто... Просто мне кажется, что я не тот, кто вам нужен.

Выжившая осторожно подошла к брату.

— Если тебя выбрали, значит, тот, — сказала она.

Миролап поднял голову. Он посмотрел на Выжившую с надеждой.

— Ты правда так считаешь? — прошептал он.

Выжившая кивнула. Миролап вздохнул.

— Хорошо... Простите, что потревожил...

Он уже собирался уходить. Выжившая протянула брату крыло, но быстро отдёрнула. Нельзя. А Миролап уходил... Уходил далеко и надолго.

Выжившая повернулась к духам. Должно быть, теперь они уйдут. Но гоацин пошёл не обратно. Он шёл в другую сторону.

— Куда мы? — подбежала к гоацину Выжившая.

— Тихотень должна знать, что ты в порядке. Она думает, что твоя душа заблудилась.

Выжившая на секунду застыла. Мама? Они идут к маме?

Ворон безмятежно шёл за ними.

— Глупые смертные, — бормотал дух. — Вечно думают, что мои помощники и я можем не забрать душу...

Выжившая с сочувствием взглянула на Ворона. Наверное, это трудно — быть духом.

И вот Выжившая увидела знакомое чёрное пятно. Тихотень испуганно оглядывалась и пыталась понять, где она.

— Мама! — крикнула Выжившая.

— Дочка? — Тихотень быстро повернула голову.

В её глазах засветилась радость. Ворон подошёл сзади, а гоацин решил остаться в тени.

— Мёртвый Ворон, — благоговейно вымолвила Тихотень и поклонилась.

— Не нужно, — отмахнулся проводник. — Мы пришли сказать, что твоя дочь по имени Выжившая в порядке.

Перья на теле Тихотени сжались.

— Её не зовут Выжившая, — строго поправила мама.

— Выжившая дала себе такое имя при смерти, — спокойно ответил дух смерти.

Тихотень настойчиво хлопнула крыльями.

— Она не Выжившая.

— Мам, — начала дочка, — я назвала себя Выжившей. Это правда.

Тихотень ошеломлённо отшатнулась.

— Но...

Её крылья задрожали.

— Но ты не выжила...

Выжившая отвернулась.

— Я знаю.

Тихотень вздохнула. Её перья мелко задрожали.

— Я рада, что ты в порядке, — пробормотала мать.

Ворон кивнул, и они ушли от Тихотени.

— Ты хочешь поздороваться с отцом? — спросил гоацин, когда Ворон и Выжившая подошли к нему.

— У меня нет отца, — уверенно покачала головой Выжившая.

— А как же Быстрокрыл?

Выжившая застыла. В ушах тихонько зазвенело. Быстрокрыл? Быстрокрыл — её отец? Она осторожно осела на землю и обняла себя крыльями.

— Я... — выдавила из себя Выжившая. — Я не готова...

Гоацин кивнул.

— Я понимаю, — сказал он, и все пошли к озеру.

А Выжившая так и продолжала переваривать информацию. Почему Тихотень бросила отца? Почему не говорила о нём? Это вопросы без ответов.

Глава 16. Дорога домой

Тихотень

Тихотень резко открыла глаза. Её дыхание сбилось, глаза метались. Тихотень не могла поверить, что она увидела покойную дочку. Может, это просто сон? Но она помнила, что её связь была сильна.

Постепенно Тихотень успокоилась. Перья сгладились. Она взглянула на своего сына. Тот спал, но очень сильно дрожал. Тихотень отвернулась от него. Она не говорила Миролапу, что очень боится потерять и его. Он считает, что никому не нужен, но это не так.

Тихотень непроизвольно вспомнила, как боялась потерять сестру и брата. А потом она вспомнила их имена: Видящий и Решиласка. Как Тихотень стояла и смотрела, как они улетают... Как она резко качала головой... Как отказалась, потому что не хотела бросать Быстрокрыла... Как он бросил её через несколько дней... Тихотень почувствовала слезу на глазу. Где же её семья?

Решиласка

Решиласка смотрела на рассвет. С тех пор как они с братом стали дикими, они каждое утро пели песню. Сегодня, пока Видящий спал, Решиласка задумалась. Почему же тогда Тихотень отказалась? Решиласка была уверена, что её сестра не хотела их бросать. Она так соскучилась о сестре... С каждым днём Решиласка думала о ней всё больше и больше...

Она взглянула на брата. Тот мирно посапывал. Решиласка была полностью чёрной голубкой, а Видящий имел белые концы крыльев. Решиласка резко отвернулась. Она вспомнила, как они не смогли исполнить свою мечту — собрать стаю.

— Решиласка? — сонный голос Видящего заставил её вздрогнуть.

«Ну вот началось... Теперь он сразу заметит, что что-то не так...» — раздражённо подумала Решиласка. Так и случилось.

— Что произошло? — обеспокоенно склонил голову Видящий.

Решиласка прижала крылья посильнее к телу. Ей совсем не хотелось делиться чувствами сейчас. Но от Видящего ничего не скрыть.

— Я думаю о Тихотени, — через секунду молчания пробормотала Решиласка.

Видящий сразу насторожился.

— О... О Тихотени? — склонил брат голову.

Решиласка кивнула. Видящий рядом глубоко вздохнул.

— Честно, я тоже о ней скучаю... — прошептал Видящий.

Решиласка от неожиданности раскрыла крылья, чтобы не потерять равновесие. Он?! Он скучает по Тихотени?! Решиласка глубоко выдохнула, чтобы успокоиться.

— То есть... — начала она, — тебе интересно, что происходит у нашей родной стаи?

Видящий кивнул. Решиласка неуверенно приподняла лапу:

— Может, мы можем вернуться?

Она давно об этом раздумывала. Всё получилось совершенно не так, как брат и сестра планировали. Стаю они собрать не смогли, выживать оказалось сложно, и вдвоём было очень скучно — настолько, что они начали друг друга бесить.

У Видящего затрепетали перья.

— Я думал об этом! — воскликнул брат.

Решиласка подпрыгнула на ветке.

— Да!

Она без слов сорвалась и взлетела. Они возвращаются! Видящий подлетел к Решиласке.

— Ты помнишь, где находится стая?

Решиласка неуверенно мотнула головой.

— Не очень...

Видящий разочарованно склонил хвост и посмотрел далеко-далеко.

— Мы должны хотя бы попытаться, — сказал он.

Решиласка решительно кивнула и полетела. Видящий быстро её догнал.

— Нам нужно найти стаю как можно быстрее, — сказала Решиласка, не оборачиваясь. Видящий рядом в согласии щёлкнул клювом.

Они летели довольно долго. Решиласка изо всех сил махала крыльями. Вдруг внизу она заметила небольшой ручеёк. Он приятно журчал. Решиласка посмотрела на Видящего и сказала:

— Там есть вода. Мы можем передохнуть.

Видящий остановился и взглянул на ручеёк. Его глаза засияли.

— Так чего мы ждём?

Он прижал крылья и стал пикировать. Решиласка рассмеялась и упала за ним. Воздух зашумел в ушах. Глаза заслезились. Вот она расправила крылья и выпрямила полёт.

Они осторожно спустились на землю. Решиласка подбежала к ручью и склонилась над ним. Прохладная вода приятно потекла по горлу. Решиласка заглатывала её большими глотками. Она первая подняла голову. Вода стекла с перьев головы. Видящий всё ещё пил.

Вдруг Решиласка заметила аккуратные движения в кустах. Она сделала осторожный шаг в их сторону. В нос ударил отвратительный лисий запах. Решиласка уже много раз видела это.

— Видящий, здесь лиса! — крикнула ему Решиласка.

Видящий поднял голову и тут же взлетел. Решиласка поднялась следом за братом. Лиса выскочила из куста. Она заскулила и покрутилась на месте, где только что были голуби. Решиласка покружилась в воздухе.

— Не достанешь! — крикнула она.

Видящий подлетел к сестре и благодарно потёрся о неё.

— Спасибо... — прошептал брат.

Решиласка отмахнулась от него:

— Да, пустяки!

Видящий взглянул на неё.

— Но я же вижу, что это важно для тебя! — усмехнулся он.

Решиласка закатила глаза и без слов полетела дальше. Видящий полетел за ней.

Прошло ещё немного времени, и у Решиласки заурчал живот. Она резко затормозила в воздухе. Видящий остановился рядом.

— Думаю, нам стоит перекусить, — сказала Решиласка.

Видящий согласно кивнул. Решиласка опустилась на землю и пошла по земле.

— Мы ищем ягоды? — спросил Видящий.

Решиласка задумалась. Через секунду она ответила:

— Да.

Видящий прошёл вперёд и подошёл к кусту. Он медленно заглянул туда. Решиласка нахмурилась. Она приблизилась к брату.

— Ты что-то нашёл? — спросила она и тоже склонилась над кустом.

— Мне кажется, рядом есть малина...

Решиласка не стала тратить много времени на проверку безопасности. Она вошла в куст. Колючки неприятно воткнулись в тело. Решиласка зашипела от боли. Она прошла через куст и оказалась на поляне. Видящий тоже вышел из куста и махнул крылом.

— Глупые колючки, — зашипел брат.

А Решиласка в это время застыла. Она как заворожённая смотрела на существо рядом с малиной. Огромный четырёхлапый имел коричневую шерсть. Вся его морда была в малиновом соке. Четырёхлапый брал малину и клал себе в пасть.

— Медведь... — пробормотала Решиласка.

Видящий рядом тоже уставился на медведя.

— Я думаю, он не нападёт на нас? — прошептал Видящий.

Вдруг медведь повернул голову к голубям. Его маленькие глазки уставились на птиц. Он не стал нападать, он просто отвернулся и продолжил есть малину.

— Давай облетим этот малиновый куст с другой стороны, — предложила Решиласка.

Она взлетела и приземлилась с другой стороны куста. Брат приземлился рядом.

Они стали брать малину в клюв и раскусывать её. Сок был приятного вкуса. Они быстро насытились. Решиласка с Видящим снова полетели.

Вечер наступил незаметно. Нужно было искать, где переночевать. Вдруг Видящий подлетел к Решиласке и в шутку клюнул её.

— Эй! — воскликнула сестра.

Она резко развернулась, но брат уже намеренно отлетел далеко. Решиласка шуточно фыркнула и полетела за ним. Видящий взвизгнул от неожиданности и полетел от Решиласки, но не тут-то было. Решиласка быстро его настигла и ущипнула. Видящий развернулся и попробовал ущипнуть сестру в ответ. Но Решиласка быстро и уверенно увернулась. Видящий хлопнул крыльями громче обычного от досады. Решиласка сделала быстрый выпад и клюнула брата, а затем стала улетать. Видящий что-то крикнул, но сестра не услышала.

Вдруг Видящий быстро оказался рядом с Решилаской и оттолкнул её.

— Что ты творишь?! — воскликнула сестра, выравнивая полёт.

Но потом она поняла. На месте, где только что стояла Решиласка, сейчас парил орёл. Он точно был белоглавым.

— Чёрт тебя побери, меня почти съели... — пробормотала Решиласка.

Видящий подлетел к Решиласке.

— Что нам делать? — спросил он.

Решиласка ничего не ответила. Она не знала. Орёл взглянул на голубей.

— Посмотрите-ка, а это не беззащитные птички? — проговорил орёл.

Его голос звучал мягко, как будто бархатный. Видящий заслонил собой Решиласку.

— Отпусти нас, хищник, — потребовал брат.

Решиласка вылетела из-за спины Видящего. Орёл задумчиво склонил голову.

— Зачем мне добровольно отпускать добычу? — спросил он. Орёл покружил вокруг голубей. — Что вы можете предложить взамен? — спросил он.

Решиласке захотелось провалиться сквозь землю.

— У тебя есть своя территория? — внезапно вымолвил Видящий.

Орёл игриво махнул хвостом.

— Зачем вам эта информация? — спросила хищная птица.

— Мы знаем, где есть подходящая и не занятая территория, — объяснил Видящий.

Точно! Они с братом жили рядом с горами, где не было орлов. Орёл заинтересовался. Он подлетел совсем близко к Видящему, лишая его личного пространства.

— Где? — только и спросил орёл.

Видящий кивнул в сторону, откуда они с Решилаской прилетели.

— Лети прямо. Примерно день полёта в рамках голубей. Ты увидишь горы, они не заняты. Выбирай территорию и живи.

Орёл склонил голову:

— Как я могу быть уверен, что вы не врёте?

Решиласка сказала:

— Ты можешь быть уверен, ведь от этого зависит наша с братом жизнь.

Орёл медленно кивнул.

— Хорошо... — пробормотал он. — Я вам верю. Но если вы меня обманули, то знайте... Я найду вас везде,— в голосе орла прозвучала пугающая уверенность.

Орёл сорвался с места и быстро полетел. Голуби переглянулись. Они это сделали!

Решиласка и Видящий принялись искать место для сна. Решиласка первая заметила широкую ветку. Там они могли поспать и без гнезда.

— Видящий! — крикнула Решиласка.

Брат повернулся. Он тоже заметил ветку. Они спустились.

Решиласка помялась на месте перед тем, как заснуть.

— Спокойной ночи... — засыпая, пробормотал Видящий.

Решиласка не ответила. Она уже почти заснула. Завтра они продолжат путь.

Глава 17. Подруга по духу

Миролап проснулся от яркого солнечного света. Солнце заливало глаза, из-за чего Миролап щурился. Он выполз из гнезда и взглянул вниз. Птицы собирались там, как и в день отдыха. Миролап спустился и подошёл к Цитатуме и Душелече.

— Это распределение заданий? — спросил он у них.

— Я думаю, что да, — ответила Душелеча.

Миролап кивнул и протиснулся вперёд. Когда вышел Знаток и начал рассказывать, Миролап слушал вполуха. Он думал о том, как же ему навестить могилу сестры. К счастью, Миролапа отправили на разведку в тот район. Миролапу хоть и не терпелось побыстрее полететь, но он решил подождать завтрак. Время тянулось очень медленно. Миролап ходил кругами, лежал на земле... Казалось, что ожиданию нет конца и края.

И вот наконец прилетели добытчики еды. Миролап ничего не сказал. Он просто подошёл, взял свою порцию и улетел.

Миролап всё ещё не мог отойти от того, что произошло с Боёвкой. По дороге Миролап тоже был рассеянным. Он чуть ли не врезался в воробья, сворачивал не туда...

В итоге Миролап остановился и пробормотал:

— Хватит... Так больше продолжаться не может...

Миролап сел на ветку дерева и закрыл глаза. «Пожалуйста», — подумал Миролап и отправил зов к духам. Духи откликнулись моментально. Избранник уже привычно открыл глаза в белом пространстве и с лёгкостью пошёл вперёд.

Вскоре он услышал шаги. И на удивление... К Миролапу вышла Всеводная чайка. Одна капля воды сорвалась с неё и с громким стуком упала. Чайка смотрела на Миролапа, а он на неё. Продолжались эти гляделки довольно долго. Вдруг Миролап почувствовал горячую слезу на перьях.

— Она вернётся? — тихо прошептал Миролап.

И было непонятно, говорит избранник про Выжившую или Боёвку. Чайка долго молчала.

— Ты думаешь, что духи знают всё? Но это не так, — наконец ответила чайка.

Миролап раздражённо махнул крылом.

— Зачем тогда вообще нужны духи, если вы ничегошеньки не знаете?! — на эмоциях крикнул Миролап.

Чайка нахмурилась.

— Ты считаешь, что мы не нужны? — прошипела она. — Что ж, как думаешь.

Видение начало рушиться.

— Нет, нет, постой! — крикнул Миролап. — Я не это имел в виду! Чайка!

Но Миролап уже снова был на дереве. Чайки больше не было рядом. Миролап сжался в комок. Что, если она расскажет об этом всем духам? Гоацин разочаруется, сокол не захочет говорить с Миролапом... Он тихонько заскулил.

Ладно, ему нужно сделать то, зачем он прилетел. Миролап взлетел и направился в место, где похоронил сестру. Слёзы наворачивались сами собой. Миролап отмахивался от них и упрямо летел вперёд.

Вот показалась знакомая дорога, знакомый... Дом. Тот самый, где умерла Выжившая. Миролап спустился туда максимально аккуратно. Он огляделся по сторонам, чтобы быть уверенным, что хищницы рядом нет. Её и правда не было. Ни свежей шерсти, ни царапин. Будто четырёхлапой давно здесь не бывало. Миролап учуял её запах, но очень старый. «Что здесь произошло?» — подумал Миролап.

Избранник обошёл дом и заглянул внутрь. Там сидели бескрылые. Выглядели они довольно беспокойно, птенец бескрылых плакал. Миролап увидел на доме бумажку. На ней было фото хищницы и непонятный текст.

Избранника осенило. Четырёхлапая потерялась. Миролап совершенно не знал, как на это реагировать. Эта хищница убила его сестру, но... Как же бросить её в беде? Миролап оглянулся на могилу и глубоко вздохнул. То, что она потерялась, — это хорошо для птиц, но никто не заслуживает такой судьбы.

Миролап принюхался. У голубей не слишком хороший нюх, поэтому уловить, куда идёт запах, Миролап не смог. Он решил попросить помощи у духов, но быстро себя одёрнул. Миролап же немного поссорился с духами... Тогда голубь наклонился к земле. Он увидел слабые отметины когтей. Миролап уткнулся в землю и пошёл по ним. Отметины шли к забору. Избранник перелетел через него и снова пошёл по отметинам. Со временем они становились всё более свежими. Миролап зашагал увереннее.

Он вошёл в небольшой парк, похожий на тот, где он живёт. Вдруг Миролап подскочил. Он услышал рядом кошачье шипение. Голубь резко повернулся в ту сторону. Там сидела та самая хищная четырёхлапая. Хищница прижала уши к голове и шипела. Она запуталась в какой-то ленте и не могла распутаться. Четырёхлапая махнула хвостом и ещё больше зашипела.

— Тише, тише... — прошептал Миролап и сделал осторожный шаг вперёд.

Хищница попыталась попятиться, но ничего не получилось. Она ещё сильнее оскалила зубы и зашипела. Миролап подошёл вплотную к четырёхлапой. Она сделала неудачный выпад, когда попробовала укусить Миролапа. Избранник сделал ещё один шаг и быстро перекусил ленту.

Хищница взвизгнула от неожиданности. Она быстро вскочила и уставилась на Миролапа. Тот снова застыл. Но хищница не стала нападать. Она мурлыкнула и убежала в сторону своего дома. «Похоже, я нашёл себе союзника», — подумал голубь.

Вдруг небо стало быстро затягиваться тучами. Весь день намёка на это не было. «Что за...?» — не понял Миролап. А потом он вспомнил, как поссорился с чайкой. Неужели это из-за этого? Избранник выругался про себя и быстро начал искать укрытие.

Начался ливень. Он был намного сильнее того, что был во время испытания гнезда. Он сразу бил крупными и частыми каплями. Рядом небольшая речушка вышла из берегов. «Что же я наделал!» — вздрогнул голубь.

— Я не брошу тебя... — раздался чей-то шёпот.

Миролап невысоко взлетел и быстро полетел на звук. Он вылетел к чёрной голубке. По всему её телу шли белые пятна. Она стояла над небольшим бугорком земли и плакала. Голубка прикрывала себя крыльями.

— Нам нужно улетать! — крикнул Миролап.

— Нет!!! — ответила голубка. — Я не брошу его!

— Кого? — воскликнул избранник.

— Брата! Он умер на испытании, и сейчас я рядом с его могилой! — выкрикнула голубка.

Миролап сочувствующе покачал головой.

— Я понимаю... Моя сестра тоже погибла, но это не просто дождь! — голубка впервые посмотрела на Миролапа. — Его специально сделали духи, мы в опасности!

— Но... — начала голубка, но Миролап перебил её.

— Нет! Мы ещё вернёмся сюда!

На земле уже начинался потоп — настолько сильным был дождь. Голубка взлетела, и они вместе сели на высокое дерево рядом. Чайка разыгралась не на шутку. Казалось, ливень только усиливался. Рядом какую-то птицу сбило дождём. Она была маленькая и сразу начала тонуть.

— Чёрт! — крикнул Миролап и бросился её спасать.

Голубка рядом взвизгнула от неожиданности, но за Миролапом не полетела. Он уже нырнул в потоп и пытался найти птицу. Его организм отчаянно требовал кислорода, но избранник не поддавался. Вдруг он ухватился за птицу и вытолкнул её на поверхность. Там Миролап всплыл и, ухватившись за птицу, поднялся в воздух. Он положил её на крышу какого-то ларька и вернулся к голубке.

— Она твоя знакомая? — спросила голубка сразу же.

— Нет, — честно ответил Миролап.

— Тогда... Почему ты её спас?

Миролап не ожидал такого вопроса. Для него это было очевидно.

— Потому что ей нужна была помощь, — отвёл взгляд голубь.

Голубка улыбнулась.

— Я тоже так считаю. Тоже постоянно спасаю всех.

Миролап повернулся к ней. У них так много общего...

— Меня зовут Пятнышко, — представилась голубка. — Мне хотели присвоить... — она откашлялась, — другое имя, но я отказалась, поэтому меня назвали по внешности.

Миролап доброжелательно махнул крылом. Сделать это было сложно, ведь оно отяжелело от влаги.

— Меня зовут Миролап, — представился избранник.

Пятнышко фыркнула.

— Понятно, почему ты побежал спасать ту птицу.

— Эй! — воскликнул Миролап, но по-доброму.

— Я из стаи Боёвки, — наконец сказала Пятнышко.

Миролап тут же напрягся.

— С той, с которой мы заключили союз? — медленно спросил он.

— Если ты из стаи Знатока, то да... — наклонила голову Пятнышко.

Миролап кивнул. Перья Пятнышко тут же распушились от радости.

— Это... Это прекрасно! — восторженно крикнула Пятнышко.

Миролап распушил перья в знак радости. Ливень стал стихать. Пока он шёл, птицы рассказали друг другу много о себе. Пятнышко рассказала о брате, а Миролап — о сестре. Оказалось, что брат Пятнышко умер от рычалки. Он был очень весёлым и энергичным. Пятнышко с комом в горле сказала, что они с Миролапом поладили бы. В итоге они стали очень хорошо понимать друг друга.

Внизу всё затопило. Бескрылые ходили по пояс, некоторые плавали на лодках. Миролап с грустью вспомнил о своих планах. Он так и не навестил сестру. А потом он вспомнил о стае. Сейчас уже был поздний день, а он так и не вернулся.

— Стая! — одновременно с Миролапом воскликнула Пятнышко.

Миролап тут же взлетел. Пятнышко поступила так же. Они потёрлись друг о друга на прощанье и разлетелись. Миролап по дороге вспомнил: если бы он не освободил хищницу, она бы утонула. А в стае его ждал серьёзный разговор.

— Ты где был?! — с порога крикнул Мусорщик.

Вся стая сидела на деревьях, но выглядели они обеспокоенно.

— Я думала, ты погиб... — прошептала Тихотень.

В её глазах был настоящий ужас.

— П-простите... — пробормотал Миролап.

— Он поговорит со мной! — вдруг проскрипел Перолинь.

Все тут же обернулись на него. Стая зашепталась. Миролап нервно сглотнул.

Пятнышко

Пятнышко летела в стаю и полностью забыла о последствиях. Все её мысли были забиты Миролапом. Он был первым, кто понял её, и это много значило. Пятнышко знала, что Боёвка начнёт её ругать. Но она знала, что Боёвка знает Миролапа и, возможно, смягчит удар... Или сделает сильнее. Пятнышко не знала, как она будет оправдываться. Но она знала другое: они с Миролапом теперь друзья.

Пятнышко прилетела на крышу и встретилась взглядом с Боёвкой. Все голуби стаи затихли. Даже Жизнерад, полный голубь базового окраса, сейчас был хмурым.

— Чем ты занималась? — строго направилась к Пятнышко Боёвка.

— Я находила себе друга, — беззаботно фыркнула Пятнышко.

Боёвка дёрнула хвостом.

— Ты безнадёжна, — сказала лидерша.

— Я знаю, — ухмыльнулась Пятнышко.

Боёвка закатила глаза:

— Ладно, прощаю.

Пятнышко распушила перья на груди. Как всегда, это прокатило. Всё-таки то, что мать Пятнышко — Память, самая мудрая голубка в стае, всегда помогало. Её мама со своим чёрным окрасом сидела и смотрела на дочь. Она была довольно стара, и удивительно, как родила дочь. Пятнышко немного смутилась под её взглядом. Но тут же вспомнила Миролапа — единственного голубя, который её понял.

Глава 18. Пойманные

Миролап оглянулся в поисках поддержки. Но все отворачивались. Он повернулся к Перолиню. Тот уже забрался на вершину одного дерева, где их разговор бы не услышали. Миролап подлетел к Перолиню и сел рядом. Сначала они молчали и даже не смотрели друг на друга. Миролап то и дело поглядывал на Перолиня: почему он молчит? И вот Перолинь заговорил.

— Ты же понимаешь, что мы беспокоились?

— Да, но... — попытался оправдаться Миролап.

— Не перебивай! — отдёрнул Перолинь. — Слушай дальше. Мы думали, ты погиб. Ты хоть понимаешь, какая опасность тебе грозила?

Миролап виновато отвёл взгляд. Снова наступила тишина.

— Я... Я понимаю, — наконец выдавил из себя Миролап.

Перолинь кивнул.

— Это хорошо. Но выполнил ли ты задание?

Миролап застыл. Всё его тело сковало. Перолинь заметил замешательство Миролапа и покачал головой.

— Ты не выполнил задание, верно? — спросил Перолинь.

Миролап вздрогнул и прикрыл глаза.

— Д-да, — ответил голубь.

На удивление Миролапа, Перолинь ответил так:

— Я не буду допытывать правду о том, почему ты не выполнил поручение, но, пожалуйста, не подводи больше стаю.

Миролап распахнул глаза и быстро кивнул.

— Конечно! — воскликнул он.

— Отлично, — кивнул Перолинь. — Но вину нужно загладить. Миролап, я отправляю тебя на ещё одно задание.

Миролап нетерпеливо помялся с лапы на лапу.

— Лети в город и найди любую полезную информацию, — объявил задание Перолинь.

— Хорошо! — тут же отозвался избранник и полетел.

Он собирался найти Пятнышко и выполнить задание вместе с ней. А так как Миролап знал, где находится стая Боёвки, он мог с лёгкостью позвать подругу. Только вот от мысли, что голубь увидит Боёвку, пробуждалось знакомое волнение. Но также с волнением пробуждалась и обида. Миролап помнил, как Боёвка бросила его. Он быстро отогнал эти мысли и полетел на крышу. Там была обычная жизнь стаи. Кто-то подходил к Боёвке и что-то спрашивал. Но больше всего Миролапа зацепила Пятнышко. Казалось, будто её вообще не наказали. Пятнышко сидела рядом с чёрной голубкой и просто отдыхала. Миролап затормозил прямо в воздухе. Он совершенно не подумал о том, как позвать Пятнышко. Взгляд Миролапа остановился на Боёвке. Он сделал глубокий вдох. Миролап стал медленно спускаться на крышу. Стая сразу заметила его. Крупный голубь с большими крыльями базового окраса что-то шепнул Боёвке. Она тут же повернулась к Миролапу и напряглась. Когда Миролап спустился, Боёвка подошла к нему. Миролап невольно залюбовался движениями голубки.

— У вашей стаи что-то случилось? Вам нужна помощь? — выдернула из мечты Миролапа Боёвка.

— Нет, — Миролап постарался придать голосу уверенность, но тот предательски дрогнул. — Я хотел попросить...

— От лица стаи? — перебила Боёвка.

С Миролапом она говорила максимально неуважительно, и это очень сильно ранило его. Он немного помялся на месте. Внутри Миролапа боролись два решения — сказать правду или соврать. Но избранник не мог врать Боёвке. Поэтому он решил сказать правду.

— Нет! — решительно расправил крылья голубь. — Я...

Но Боёвка опять не дала ему договорить.

— Ну так почему я должна тебя слушать? — пренебрежительно распушила перья Боёвка.

Миролап раскрыл клюв, но Боёвка не дала ему сказать и слова:

— Ты просто опять хочешь выведать информацию, верно? — крикнула Боёвка.

Миролап недоумённо склонил голову. О чём она? Какая ещё информация? Стая тоже неуверенно переглянулась. Вдруг с места вскочила Пятнышко.

— Боёвка, стой! Он мой друг! — крикнула подруга и замахала крыльями, чтобы привлечь внимание.

Боёвка тут же повернулась к Пятнышко.

— Что? — прошептала она.

Пятнышко смело выступила вперёд:

— Он мой друг!!!

Боёвка медленно переводила взгляд с Пятнышко на Миролапа.

— Летите, — пустым голосом разрешила Боёвка.

Миролапу захотелось подойти к Боёвке и успокоить её, но его опередили. Тот самый большекрылый голубь подошёл к Боёвке и уже начал её успокаивать. Знакомая ревность пронзила Миролапа, но к нему подошла Пятнышко.

— Эй, — шепнула она. — Полетели.

— Да, хорошо... — пробормотал Миролап.

Они полетели в город. Сначала ничего интересного не было, кроме того что внизу бурлила вода после потопа. И вдруг Миролап услышал чей-то голос. Птичий. Он был наверху, как будто кто-то летел высоко-высоко.

— Пятнышко? — позвал Миролап.

— Да, что такое? — сразу откликнулась подруга.

— Ты это слышишь?

Пятнышко прислушалась и кивнула.

— Может, стоит сообщить стае? — неуверенно предложила Пятнышко.

— А ещё лучше выяснить всё самим! — ответил друг.

Пятнышко прямо таки засияла от такой идеи.

— Тогда нам нужно лететь наверх! — озвучила голубка то, что они оба уже понимали.

Они стали подниматься выше в небо, пока голос не оказался совсем близко. Теперь его можно было легко расслышать. Сначала голос говорил что-то на языке бескрылых, а потом зачирикал:

— Они же точно меня понимают? Точно меня понимают?

Миролап переглянулся с Пятнышко. Кто это? И откуда он знает язык бескрылых? Миролап полетел на источник звука. И это привело его к окну в гнезде бескрылых.

— Эту птицу там заперли... — прошептала Пятнышко.

Миролап ничего не ответил. Он подлетел вплотную к окну и заглянул туда. Картина внутри привела его в шок. Маленькая яркая птица сидела в клетке. Её перья были красного цвета. Клетка стояла на небольшом столике, а рядом на диване сидели бескрылые. Они говорили что-то на своём языке, а птица повторяла.

— Нужно спасти эту птицу! — уверенно сказал Миролап.

— Но... Но как нам это сделать? Как нам попасть внутрь? — нерешительно спросила Пятнышко.

Миролап задумался над её вопросом. Окно казалось непробиваемым. Нужен был кто-то, кто либо его разобьёт, либо откроет. Одна из бескрылых что-то сказала на своём языке. Она подошла к окну и открыла его.

— Что за... — пробормотал Миролап.

Пятнышко ничего не сказала. Она подлетела к окну и осторожно заглянула внутрь.

— Нам нужно залететь так, чтобы нас не заметили, — сказала Пятнышко.

— Это невозможно, — вздохнул Миролап. — Лучше залететь и спрятаться.

— Хорошо, — не стала спорить голубка.

Избранник подлетел к подруге и остановился рядом.

— Готова? — спросил он и почувствовал, как перья затрепетали от нетерпения.

— Всегда готова! — отозвалась Пятнышко.

— Тогда раз...

Голуби затаили дыхание.

— Два...

Тело максимально напряглось.

— Три!

И они стрелой влетели в дом. Бескрылые сразу завизжали. Птица с интересом взглянула на голубей. Одна из бескрылых схватила тапок и бросила в голубей. Миролап взвизгнул и резко свернул в сторону, чуть ли не врезавшись в стену. В закрытом пространстве они стали мишенями. Тапок с хлопком прилетел в стену. Миролап совсем на него отвлёкся. «Пятнышко!» — подумал Миролап, когда услышал вскрик. Он резко развернулся.

— Хозяйка просто хотела проветрить комнату! Тут нет еды! — затараторила цветная птица.

Миролап просто проигнорировал его слова. Он уже мчался к Пятнышко. Бескрылые накинули на неё одеяло, и она не могла летать. В одеяле подругу пытались поймать. Нет, нет, нет, нет! Миролап не может потерять и её тоже! Миролап в панике подлетел к подруге и начал пытаться выпустить её. Его клюв беспомощно соскальзывал с одеяла... И вдруг — темнота и тяжесть. Что-то накинули на Миролапа. Пятнышко рядом не было... В тот же момент Миролапа стукнули чем-то тяжёлым по голове... Через время Миролап очнулся. Голова раскалывалась. Он сидел в клетке, а его везли внутри рычалки.

Тихотень

Тихотень невольно заёрзала на месте. Уже начинало темнеть, а Миролап всё не вернулся... Что же произошло? Тихотень спустилась к Знатоку.

— Знаток, — тихо сказала она, — мне кажется, что что-то пошло не так.

Знаток с обеспокоенным видом повернулся к Тихотени.

— Я... — на секунду замялся Знаток. — Тихотень, всё будет хорошо. Всё... под контролем.

Тихотень нахмурилась. Знаток явно что-то не договаривал. Действительно ли всё под контролем, или они потеряли Миролапа из виду? Чёрт, когда Перолинь отправил Быстрокрыла следить за Миролапом, она знала, что ему нельзя доверять... Через время, когда Быстрокрыл вернулся, Перолинь выступил вперёд. Он редко делал объявления, а значит, сейчас было что-то действительно серьёзное.

— Мы... — тихим голосом начал старейшина, — мы потеряли одного члена стаи... Бескрылые забрали его... Я думаю, он не вернётся...

Рядом зашумела стая, а мир Тихотени, казалось, обрушился. Миролап?.. Этого не должно было случиться! Она клялась себе, что не потеряет его, как Выжившую! Миролап... Нет, нет, нет... В ушах зазвенело. Тихотень и не заметила, как потеряла сознание.

Боёвка

Боёвка нервно царапала когтем кусок крыши. Да где же Пятнышко? Она не могла просто испариться! Дальнезор, один из голубей стаи белого окраса, подошёл к Большекрылу. Большекрыл был заместителем Боёвки. Она изо всех сил напрягла слух, но так и не услышала разговора. Большекрыл резко застыл. Все его перья распушились от ужаса. Память рядом напряглась. Большекрыл медленно подошёл к Боёвке и шепнул ей на ухо:

— Пятнышко... Мы потеряли её из виду.

Боёвка пошатнулась, но Большекрыл вовремя подставил своё плечо. Боёвка повернула голову к матери Пятнышко, Памяти. Пуглиглаз рядом будто бы почувствовал напряжение и испуганно пискнул. Боёвка откашлялась и попыталась выровнять голос.

— Мы потеряли Пятнышко... — голос предательски дрогнул, — но мы обязательно её найдём! Мы не бросаем своих!

Стая обеспокоенно застыла. Память медленно подошла к Боёвке.

— Как так вышло? — прошептала старая голубка. — Вы обещали, что сохраните последнего моего ребёнка...

Боёвка выругалась про себя. Как же сложно быть вожаком.

— Всё под контролем, — успокоила Боёвка, хотя сама не была в этом уверена. — Ещё не всё потеряно.

Память недоверчиво прищурилась, но спорить с лидером не стала. Голуби стали подходить один за одним и задавать вопросы. Боёвка старалась отвечать на них максимально честно. До тех пор, пока она не вспомнила его. Миролап. Все беды из-за этого маленького голубя. Это Пятнышко уговорила её отпустить с ним, потому что доверяла. А Боёвка с самого начала знала, что Миролапу нельзя доверять. И теперь убедилась в этом ещё больше.

Глава 19. Первая Помощница Великого Теневого

Сорока

Сорока сидела на ветке, чтобы собрать интересные новости для сплетен. По дороге бескрылых промчалась большая рычалка. Сорока с интересом посмотрела на неё и сразу поняла, зачем она здесь. Рычалка направлялась в лагерь. Лагерь браконьеров. Они отлавливали птиц и четырёхлапых и мучали их там. Ставили эксперименты.

— Интересно, кого поймали сегодня... — пробормотала сорока.

Она с интересом склонила голову. Вдруг рядом приземлилась массивная птица. Сорока сразу обернулась к ней. Точнее, к нему. Рядом приземлился ворон. Чёрные перья птицы играли на солнце.

— Нашла информацию? — спросил ворон.

Сорока снова взглянула на рычалку и чуть замялась. Ворон заметил секундное молчание и недовольно прищурил глаза. Он подошёл вплотную к сороке, нарушая её личное пространство.

— Ты что-то скрываешь... — чуть ли не прорычал ворон.

— Я не уверена... — начала оправдываться сорока.

Ворон на секунду затих, а потом громко расхохотался.

— Не уверена? — сквозь смех вымолвил ворон. — Дорогая, ты не решаешь сама, уверена ты или нет. — Он посерьёзнел. — Ты просто говоришь всё, что знаешь.

Сорока сжалась под взглядом ворона и тихо прошептала:

— Браконьеры поймали новых птиц...

— Так что же ты молчала? — пристально взглянул ворон на сороку.

Сорока отвернулась. Ворону это не понравилось. Он занёс лапу и с силой ударил птицу когтями. Он ударил прямо в бок. Удар отозвался яркой болью. Сорока вскрикнула и повернулась к ворону.

— Не смей молчать! — рявкнул ворон.

Сорока сглотнула и дрожащим голосом произнесла:

— Я... я д-думала, чт... что это неважно.

— Плохо думала, — фыркнул ворон. — Поднимай своих подруг. Пусть к вечеру станет известно, кого забрали.

Ворон улетел. Сорока поморщилась от боли и полетела к подругам. Ворону нельзя перечить.

Миролап

Миролап в панике огляделся. Он совершенно не понимал, как оказался внутри рычалки. Было темно, но даже так Миролап чувствовал дыхание других птиц — и четырёхлапых.

— Пятнышко! — крикнул избранник, пытаясь найти подругу.

— Замолкни, — ответил один из заложников.

Миролап сжался в своей клетке. Что же произошло, когда он был в отключке?

— Миролап... — тихо отозвался знакомый голос сзади.

С Миролапа как будто камень свалился. Она жива. Он попытался понять, где они оказались, но рычалка была в движении.

— Чёрт... — пробормотал Миролап.

Что же подумала стая? Он провалил два задания подряд... Вдруг они резко затормозили. Некоторые клетки с грохотом упали. Одну стену открыли. Там оказался бескрылый. Он о чём-то поговорил с другим бескрылым и начал выгружать клетки. Четырёхлапые шипели и рычали, а птицы громко щебетали. Миролап с опаской наблюдал за всем этим. Он понимал, что скоро будет его очередь.

Вот бескрылый потянул свои лапы к Миролапу. Он закрыл глаза, но от чувств это не спасло. Клетка сильно зашаталась. Миролап раскрыл крылья, чтобы удержать равновесие. Его поставили на другую клетку, а затем понесли в другое место. Когда Миролап открыл глаза, он увидел, как выносят Пятнышко. Миролап хотел крикнуть ей, но его уже занесли в неизвестное здание. Всё потеряно.

Сорока

Сорока долетела до своих подруг. Четверо других сорок сидели и разговаривали. Услышав приближение птицы, они испуганно подняли головы. Сороки просто подумали, что это ворон. Но когда они увидели коллегу, хоть и самую близкую к ворону, они заметно расслабились.

— Ты всё-таки решила присоединиться к нам, Первая? — спросила одна из сорок.

У них не было имён. Вместо них были номера. Она была Первая. Первая украдкой взглянула на рану и глубоко вздохнула.

— Нет... — тихо начала она. — Теневой дал нам новое задание...

Все сороки замолчали. Теневым звали ворона. Третья осторожно подала голос:

— Какое?

Вся четвёрка уставилась на Первую. Она на секунду отвела взгляд и сделала глубокий вдох. Когда Первая повернулась, она уже нацепила на лицо уверенную улыбку.

— Браконьеры поймали очередных жертв. — Первая спустилась на песок, все последовали за ней.

Первая начертила на песке большую рычалку. Внутри она нарисовала клетки.

— Я сообщила об этом Теневому. — Первая нарисовала ворона рядом с машиной. — Он сказал, чтобы мы к вечеру должны узнать, кого именно захватили.

Первая нарисовала в клетках вопросительные знаки.

— Но... как мы можем успеть? Уже обед! — подал голос Пятый.

Первая сразу повернулась к нему.

— Не знаю! Будем работать изо всех сил... — сорока запнулась, птицы сразу это заметили.

— Что случилось?.. — прошептал Второй.

Первая откашлялась и быстро перевела тему.

— План такой! — Первая начала активно рисовать на песке. — Мы пробираемся к лагерю и разделяемся! Второй и Третья, летите в приёмную, ищите клетки и запоминайте, кто там. Четвёртая и Пятый, летите к рычалкам, вроде номер был... Как же его... D345CB. Смотрите рядом с этой рычалкой и в ней. Тоже запоминайте. Я же полечу в лабораторию. Мало ли, кого-то уже отправили на эксперименты... Все поняли?

Первая посмотрела на своих союзников. Они кивали. Она приподняла крыло в команде: «Стоп!» Все сразу перестали кивать. Первая взглянула на место, где находился лагерь. Они должны успеть прилететь и выполнить задание, иначе... Об этом лучше не думать.

Первая полетела, и все сразу потянулись за ней. Они ей доверяли. Первая старалась лететь максимально быстро. Все остальные тоже летели на пределе сил. Но даже так они не могли обмануть время.

Вот стала видна небольшая постройка. Рычалки были аккуратно припаркованы рядом. Четвёртая и Пятый без слов полетели к ним. Первая долетела до приёмной и посмотрела на Второго и Третью. Они осторожно пошли внутрь. А сама Первая полетела в самую опасную и самую засекреченную зону.

Первая приземлилась около ворот лаборатории и подошла ко входу. Дверь была закрыта. Ожидаемо. Сорока тихо затаилась в тени и стала ждать. Вот один бескрылый подошёл к двери и приложил к ней карточку. Замок щёлкнул, и дверь открылась. Бескрылый быстро зашёл внутрь, и Первая как тень за ним. Бескрылый сразу закрыл дверь. Первая успела. Она быстро оглянулась и спряталась под стол.

Бескрылый подошёл к сородичу и дал ему шприц с какой-то зелёной жидкостью. Они о чём-то переговорили и подошли к одной из клеток. В ней сидела чёрная голубка с белыми пятнами. Увидев жидкость, голубка забилась в клетке и попыталась вырваться.

— Не выйдет... Это эксперимент бескрылых, — прошептала Первая.

Рядом в клетке стоял коричневый голубь. Увидев эту картину, он громко заверещал и начал биться о клетку в сторону подруги.

— Какие же вы наивные... — покачала головой Первая.

Мысленно она уже запомнила пойманных жертв. Клетку с голубкой открыли. Она ещё сильнее забилась в даль. А потом шприц вошёл в голубку. Жидкость медленно вошла внутрь. Зрачки голубки расширились, будто она увидела что-то, чего не видела ранее. Страх в её глазах почти исчез. Голубка застыла и тихо обмякла. Её глаза закрылись.

Голубь в соседней клетке забился в панике, уставившись на голубку. А бескрылые начали быстро кричать что-то друг другу. Голубку достали из клетки и понесли в операционную.

Когда все бескрылые ушли, сорока взлетела и приземлилась около клетки голубя. Голубь бился в истерике и шептал:

— Пятнышко... Это я виноват... Прости меня, пожалуйста!

Первая фыркнула, и голубь поднял на неё голову.

— Что?.. Кто... Что ты здесь делаешь?!

Голубь попытался встать и раскрыть крылья, но клетка ему помешала.

— Чёрт! — воскликнул он и опять сел.

— Судя по тому, что я видела, ты следующий, — спокойно сказала Первая.

Она убрала всё сожаление из своего тона. Голубь вздрогнул как от удара.

— Пятнышко ещё можно спасти? — поднял голову голубь.

— Нет, — правдиво ответила Первая. — Чтобы ей ни вкололи, это уже не убрать.

Голубь снова зарыдал, а Первая с интересом повернула голову к операционной. Она спустилась со стола и направилась к операционной.

— Стой! Как ты оказалась здесь без клетки? — крикнул голубь вдогонку, но Первая проигнорировала вопрос.

Она зашла в операционную. Бескрылые быстро носились по ней и что-то меняли в Пятнышко. Что ж... Если она выживет, то проснётся другой. Первая выбралась из лаборатории и направилась к Теневому. Ей срочно нужно с ним поговорить...

Через некоторое время.

— То есть ты говоришь, что они сделали эксперимент с низшим классом?

— Да...

— Приведи их мне. Живо. Двоих.

— Но второй не имеет никаких модификаций...

— Мне плевать.

Сорока содрогнулась от слов Теневого и быстро кивнула. Она в панике взлетела и быстро направилась к лагерю браконьеров.

При прибытии Первая быстро направилась в лабораторию. По дороге она встретила своих подопечных. Они закончили задания и ждали её.

— Эй, Первая! — окрикнула её одна из сорок.

— Скоро вернусь, — бросила Первая и поторопилась быстрее дойти.

Когда она снова проникла в лабораторию, голуби уже сидели в клетках вместе. Голубка была без сознания.

— Вы летите со мной, — приказала сорока.

— Но как? — тихо ответил голубь.

Сорока подошла к замку и начала клювом взламывать замок. Он с лёгкостью поддался, и клетка открылась. Первая подошла ко второй клетке и так же быстро её открыла.

— Я Первая, — представилась сорока.

— А я... Миролап, — ответил избранник.

Первая содрогнулась. Настоящее имя... Повезло ему.

— У тебя имя Первая? — переспросил Миролап.

— Первая — это сокращение... — призналась сорока.

— А полное?

— Первая Помощница Великого Теневого.

— Оу... А кто такой Теневой?

Сорока яростно повернулась к голубю.

— Великий Теневой! И... не твоё дело.

Голубь вжался в клетку и кивнул. Первая подобрала на спину Пятнышко, и они вместе с Миролапом вышли из клеток. Они прилетели к подопечным Первой.

— Это Второй Помощник Великого Теневого, это Третья Помощница Великого Теневого... — начала представлять Первая.

— А это Четвёртая и Пятый? — догадался Миролап.

Первая кивнула. Миролап сочувственно взглянул на них.

— Не надо нам твоей жалости! — крикнула Первая.

Миролап вздрогнул и отвернулся.

— Первая такая серьёзная и злая, когда она на работе... — прошептала Четвёртая Второму.

— Да, обычно она не такая... — согласился Второй.

Сороки сделали круг вокруг Миролапа, не давая ему улететь.

— Лети за нами, — тихо сказала Первая.

Она осторожно взлетела, чтобы не скинуть Пятнышко, и они направились в логово Теневого.

По прибытии Теневой широко улыбнулся и подлетел к ним. Он медленно повернулся к Пятнышко.

— Она модифицирована? — спросил Теневой.

Первая кивнула.

— Охранять их. И его тоже, — Теневой кивнул на Миролапа.

Первая повернулась в сторону другой части базы. База была полностью построена из веток. Она плелась на большом старом дереве.

— Шестой, Седьмой и Восьмая! — крикнула Первая.

Трое ворон вышли из базы.

— Охранять.

Первая подтолкнула к ним Миролапа и переложила Пятнышко. Вороны улетели в другую часть базы, а Первая повернулась к Теневому. Теневой улыбнулся.

— Ты наконец-то сделала всё так, как я тебя просил, и не подвела... — сказал ворон.

Первая выдохнула. Теневой доволен. А что он сделает с голубями — не её проблемы.

Глава 20. Сила орла

Пятнышко

Когда Пятнышко открыла глаза, голова просто раскалывалась. Перед глазами всё было невероятно мутным, и она не могла понять, где находится. Но это не важно. Важно было то, что несмотря на это, она слышала всё в округе, хотя раньше этого не было. Она слышала разговоры на улице, хотя из-за плохого состояния не могла их разобрать. Пятнышко попыталась встать, но всё было тщетно.

Рядом сидел Миролап. Заметив пробуждение Пятнышко, он сразу же к ней подскочил.

— Ты как? — сразу же забеспокоился Миролап.

Пятнышко заскулила в ответ. Миролап обеспокоенно заскокал вокруг подруги.

— Гд... где м-мы? — наконец вымолвила Пятнышко.

— Оу... — отвернулся Миролап.

Пятнышко чуть приподнялась. Зрение начало проясняться, и казалось, что Пятнышко видела даже лучше, чем раньше. Она увидела, что находится в куполе из веток, который, логично, построили птицы. Но ведь Пятнышко помнила, что она была в лаборатории. Она посмотрела на Миролапа. Тот отворачивал взгляд. Что произошло?!

К ним в купол зашла сорока.

— Пленники, — начала она, — Великий Теневой хочет вас увидеть.

Миролап смотрел на сороку так, будто видел её не впервые.

— О, ты очнулась, — сорока повернулась к Пятнышко, и её перья чуть дрогнули, а глаза чуть расширились от ужаса.

Миролап с грустью взглянул на Пятнышко.

— Что не так?.. — спросила она, почувствовав, что кровь застыла в жилах.

— Пятнышко... — тихо начал Миролап, — ты... изменилась.

Пятнышко недоумённо уставилась на него. Сорока чуть склонила голову, но ничего не сказала. Пятнышко смотрела на Миролапа и сороку, но ничего не понимала.

— Я Первая Помощница Великого Теневого, — наконец сказала сорока.

Великий Теневой... Опять это имя... Кто же он?

— Называй меня Первая, — перебила мысли Пятнышко Первая.

Пятнышко кивнула.

— Что стоите? — рявкнула Первая. — Идёмте.

Они направились к выходу из купола. Миролап то и дело бросал взгляды на Пятнышко. С каждым таким взглядом она всё больше нервничала. Они наконец вышли на улицу и, расправив крылья, полетели к какому-то гнезду. Сбежать было никак нельзя, ведь сразу после выхода на улицу их окружили вороны и сороки.

Внутри гнезда дремал ворон. Почувствовав их приближение, он сразу распахнул глаза. Его взгляд упал на Первую, а потом он перевёл его на Пятнышко. Глаза ворона сразу вспыхнули. Он смотрел на Пятнышко как на диковинный сувенир. От этого ей стало немного не по себе. Смотрел ворон несколько секунд, а потом заговорил спокойным, обволакивающим голосом:

— Модифицированная голубка, вы уже поняли, что с вами сделали? — он разговаривал с Пятнышко как с партнёром.

Пятнышко удивлённо моргнула. Она не понимала, почему с ней так говорят. Она же пленница...

— Я... — Пятнышко немного подумала и решила умолчать про зрение и слух. — Нет, я не понимаю. А вы?..

Ворон чуть прищурил глаза, как будто почуял ложь.

— Нет, — наконец ответил он.

— Теневой... — неуверенно начала Первая, — мне отвести модифицированную к остальным?

Теневой перевел взгляд на Первую и посмотрел на неё как на занозу.

— Конечно, — Первая напрягла крылья, приготовившись лететь, — нет.

Первая смущённо опустила крылья. Она поторопилась с выводами. А потом Теневой перевёл взгляд на Миролапа.

— Для тебя у меня есть уникальное предложение, — угрожающе тихо начал Теневой.

Первая, похоже, сразу поняла, в чём дело. Она напряглась, но глаза у неё заметно засияли от предвкушения. Пятнышко замерла со страхом, глядя на Теневого и Миролапа.

— Я могу отпустить тебя и твою подругу... Но... — Теневой замолчал, сделав интригу. — Сначала я хочу убедиться, что ты того стоишь. У тебя очень плотная аура, и мне было бы интересно сразиться с тобой на арене. Если ты победишь — вы свободны, а если нет... Что ж, это будет отличное зрелище для моих помощников и увлекающее занятие для меня.

Миролап замялся. Он никогда не сражался с кем-либо. Но чтобы спасти подругу и вернуться в стаю, он был согласен на всё. И судя по взгляду Теневого, он знал, что Миролап не откажет.

— Я согласен, — тихо пробормотал Миролап.

Пятнышко в ужасе посмотрела на Миролапа.

— Нет!! — крикнула она и взметнула крылья вверх. — Ты не можешь, вороны умны и проворливы...

Теневой тихо рассмеялся, глядя на Пятнышко.

— Он уже сделал свой выбор, и его не изменить, — посерьёзнел Великий Теневой.

Пятнышко сжалась. Зачем... Зачем?! ЗАЧЕМ МИРОЛАП СОГЛАСИЛСЯ?!

Миролап

Миролап смотрел в пол и чувствовал, как глаза начинают закрываться от ужаса и страха. Он сказал это тогда импульсивно и теперь не знал, что ему делать. Миролап не знал ни одного приёма для сражений. А судя по уверенности Теневого и тому, что у него есть арена... Теневой знает толк в сражениях.

Когда голубей повели в клетку, их разделили. По словам Первой, Пятнышко повели в отсек для модифицированных. А Миролап таким не был. Значит, у Теневого много модифицированных. Но для каких целей? Неужели он их... коллекционирует? Но как он может так поступать? Они ведь живые существа! Остаётся лишь надеяться, что до проигрыша Миролапа Пятнышко будет в безопасности.

В куполе было скучно. Первая покинула Миролапа сразу же, а охранники не желали разговаривать. Тогда Миролап решил поговорить с духами. И извиниться перед чайкой. Он закрыл глаза и подумал о духах стихий. И мысленно громко позвал их. Его перья распушились от мощного воздействия, и он быстро провалился в сон.

Белое пространство встретило привычным «гостеприимством». Белый, неприглядный туман окутал зрение, не позволяя ничего увидеть. Но теперь он не вызывал у Миролапа паники. Он просто покорно ждал духов. К счастью, к нему вышел Гоацин. Дух окинул избранника обеспокоенным взглядом. Мерное свечение духа огня немного освещало туман.

— Я как раз хотел к тебе прийти, а потом услышал твой зов, — первым начал разговор Гоацин.

Миролап не стал медлить. Он сразу перешёл к сути.

— Гоацин, — тихо прошептал он, — у меня есть проблема.

Гоацин закрыл клюв, видно, хотел что-то сказать. Возможно, что-то важное. Но он стал внимательно слушать избранника.

— Мы попали в плен в неизвестную организацию...

— Мы? — переспросил дух.

— Я и Пятнышко, моя подруга, — уточнил Миролап.

— Подруга значит? — фыркнул Гоацин, но по тому, как он отвернулся, было заметно, что дух уже строит фанфики.

Миролап чуть ли не задохнулся от возмущения. Его сердце всё ещё было занято Боёвкой. Но он помнил случай с Чайкой, поэтому не стал грубить духу стихии. Он просто продолжил рассказ.

— И Великий Теневой, главный в их организации, предложил мне поединок.

От этих слов Гоацин перестал скучать и заинтересовался.

— Если мы выиграем, то нас отпустят, — продолжил Миролап. — А если нет... Нам не сказали точно, лишь что это будет отличным зрелищем.

Гоацин выглядел одновременно встревоженным и счастливым. А потом дух задал избраннику главный вопрос:

— Ты согласился?

Миролап вздохнул и кивнул. Но Гоацин не стал впадать в панику. Он стал оценивать шансы Миролапа на победу.

— Какой расы Великий Теневой? — слово «великий» Гоацин произнёс с некой насмешкой.

— Он ворон.

Гоацин замер. Очевидно, что он вспомнил Мёртвого Ворона.

— И ты совершенно не знаешь, как сражаться? — тихо спросил Гоацин.

Миролап уже собирался ответить, как вдруг белое пространство начало меркнуть.

— Что? Нет! — вскрикнул Миролап.

Он распахнул глаза. Его будили сороки. Их глаза горели предвкушением битвы. Уже наступал закат. Время в Белом пространстве длилось не так, как в реальности. Пока там проходят минуты, здесь — часы. Возможно, Миролап спал два, а то и три часа.

— Ты готов к поединку? — сказала одна из сорок.

— Уже? Но я ведь не успел подготовиться! — хотел возразить Миролап.

Вдруг из толпы вышла Первая. Её взгляд стал жестоким.

— Не смей спорить, — одёрнула она. — Твоя подружка уже на смотровой площадке. Летим, все ждут только тебя.

Сороки сразу встали плотным кольцом вокруг Миролапа, не позволяя ему сбежать. Миролап выходил из купола, и у него подкашивались лапы. Перья распушились от страха, и он не мог это контролировать. Крылья мелко подрагивали. Некоторые сороки смотрели на это с жалостью, некоторые — со смехом.

Они спустились на землю. Там, на бугорке земли, была построена арена. Пол на ней был естественным, а стены и смотровая площадка — из веток. Купола не было. Но наверху летали сороки и вороны, охраняя, чтобы никто не улетел. Внизу на арене уже стоял Теневой. Завидев Миролапа, он помахал ему крылом. Но без дружелюбия. Миролап сглотнул.

Когда они подлетали, избранник заметил Пятнышко. Она стояла на смотровой площадке рядом с какой-то сорокой. Первая отделилась от группы с Миролапом и приземлилась рядом с Пятнышко. Они с сорокой стали охранять её вдвоём. А Миролапа спустили к Теневому. Тот сразу подошёл к избраннику. Чёрные перья переливались на фоне заката. Теневой был в предвкушении. Как и его помощники, что уже стояли на смотровых площадках и явно болели за Теневого. Даже если некоторые неохотно.

— Маленький голубёнок, ты готов? — склонил голову Теневой.

Миролап, услышав кличку «голубёнок», вздрогнул. В памяти пронеслись образы, как умирала его сестра. Как раз тогда его звали Голубёнок. От этого стало ещё дурнее. Вспоминая, как хищница размазала сестру по стенке, Миролап невольно задумался: неужели его ждёт такая же судьба? Но он лишь сильнее задрожал.

Теневой смотрел на это всё с усмешкой. Он видел, что Миролап уже не уверен в своей победе. Первая взмахнула крыльями и застыла в воздухе над Миролапом и Теневым.

— Сегодня вечером состоится поединок двух птиц! — объявила Первая. — Да пусть победит Теневой!

Все птицы, кроме Теневого, Миролапа и Пятнышко, согласно зашумели. Пятнышко стояла полностью подавленной. Миролап отвернулся. Он не мог на неё смотреть. А потом он повернулся к Теневому.

— Начнём через три! — Первая громко начала выкрикивать счёт. — Два! Один!

Миролап даже не успел сгруппироваться, как Теневой уже полетел на него. Он быстро откинул голубя, и тот полетел по арене. Миролап зажмурился от боли. Но как только он врезался в стену из веток и захрипел, Теневой уже настиг его. Он поднял клюв. Тот блеснул под светом заката. Миролап завизжал и едва успел встать и отбежать. Клюв Теневого врезался в то место, где только что сидел избранник.

Это был идеальный момент. Пока Теневой доставал клюв из земли, Миролап мог напасть. Но как он мог навредить живому существу? Даже такому. И это стало ошибкой Миролапа. Как только Теневой выпрямился, он не стал мелочиться. Ворон расправил крылья и поднял когти. Он ударил ими Миролапа по боку, не сомневаясь. Яркая кровь брызнула и начала впитываться в землю.

Птицы на смотровых площадках зашумели. Пятнышко почувствовала слёзы на глазах.

— Миролап?..

Но он не слышал. Он бешено крутился, пытаясь увернуться от атак Теневого.

— Нападай! — рявкнул ворон.

Миролап не мог. Он пропустил атаку и упал на землю. От боли начала кружиться голова. Миролап собрал все силы и ударил клювом Теневого. Теневой не ожидал этого. Он закричал и посмотрел на кровь, что стекала по его перьям. Миролапа же чуть ли не стошнило, когда он почувствовал металлический вкус крови на языке. Он быстро вынул клюв.

Теневой задрожал от ярости и снова бросился на голубя. Но теперь Миролап без сомнений тоже пошёл в нападение. Но Теневой с лёгкостью отбивал удары избранника. Теперь не было эффекта неожиданности. И Миролап снова стал проигрывать. Когти Теневого только и успевали блестеть. Он просто изматывал Миролапа, не позволяя ему умереть раньше времени.

Миролап в очередной раз попытался ударить Теневого. Но Теневой перехватил клювом лапу Миролапа. Ворон стал наклонять голову. Миролап почувствовал невыносимую боль. Но Теневой, казалось, просто наслаждался этим.

— Миролап... — снова прошептала Пятнышко.

И вдруг она почувствовала силу и ярость в крови. Силу орла.

Миролап в это время громко закричал и попытался вырваться из хвата Теневого. Но ворон лишь сильнее надавил. А потом он с лёгкостью опрокинул голубя на землю и прижал. Его когти ударили по груди избранника. Земля под Миролапом сразу пропиталась кровью от ран. Теневой наклонился над горлом голубя.

— Ты проиграл, — холодно сообщил ворон.

Миролап закрыл глаза. Он приготовился к смерти. Но вдруг раздался визг Первой. А потом тяжесть с тела голубя пропала. Когда Миролап открыл глаза, он застыл в шоке. Пятнышко вырвалась. И казалось, её глаза не принадлежали ей. Она громко и хищно рассмеялась и начала хватать когтями Теневого. Двигалась Пятнышко с поразительной скоростью. Миролап почувствовал, как его окутал липкий страх.

Теневой проигрывал. И Пятнышко не собиралась его быстро отпускать. Она ударила его когтями по боку. Потом скользнула под живот и распорола его. Сороки были в ужасе. Но они настолько подчинялись правилам, что не вмешивались. Как и вороны. Из раны на животе, которая оказалась очень глубокой, ручьём полилась кровь.

Пятнышко ещё сильнее рассмеялась. Она откинула Теневого в сторону одним мощным ударом. И сразу же быстро подлетела к нему. Но Теневой уже умирал. Кровотечение у ворона не останавливалось, оно усиливалось. Пятнышко склонилась над ухом Теневого и что-то прошептала. Глаза ворона расширились от ужаса. Он захрипел и попытался встать. Но Пятнышко прижала его к земле. Её перья слиплись от крови. Но не своей — Теневого.

Миролап почувствовал, как медленно начинает отползать от подруги. А она наклонилась над Теневым и начала пожирать его живьём. Теневой издал душераздирающий крик. Миролап смотрел на подругу и не узнавал её. А она жевала плоть другой птицы, и казалось, ей нравилось.

И Миролапа накрыло. Перед глазами начали мелькать параллели: как хищница пожирает сестру, и как Пятнышко делает то же самое с Теневым...

Пятнышко будто и не замечала, что с ней не так. Она обглодала Теневого и встала. Несколько секунд она глядела на Миролапа тем же безумным взглядом. Её клюв был красным от крови. А потом моргнула. Её глаза прояснились. Пятнышко опустила взгляд на съеденного Теневого, на свои лапы... А когда она снова посмотрела на Миролапа, в её глазах был ужас. Настоящий, первобытный ужас.

— Это я сделала?..

Глава 21. Обратная сторона

Выжившая

— Собирайся, — сказал ей Мёртвый Ворон с самого утра.

Выжившая спокойно сидела на ветке дерева и дремала. Как вдруг рядом приземлилось что-то тяжёлое и сказало это. Выжившая спокойно открыла глаза и посмотрела на Ворона.

— Куда? — спросила она.

— Мы идём забирать одну душу, — объявил проводник.

— А я тебе зачем? — удивилась голубка.

Мёртвый Ворон не ответил. Он только ткнул в неё клювом, обозначая, что это не обсуждается. Выжившая вздохнула и наклонилась к полупрозрачным пёрышкам. Она стала сонно и лениво чистить их. Ворон ждал рядом. Когда голубка закончила, она посмотрела на духа смерти и кивнула: мол, можем лететь. Ворон удовлетворённо махнул крылом и повёл её к озеру.

— Разве озеро не связано с миром духов? — удивилась Выжившая.

— Верно, — согласился Ворон, — но не только. Озеро связывает нас ещё и с миром живых.

Выжившая задумчиво посмотрела на озеро. Вроде бы и обычное, а вроде бы и такое значимое... Мёртвый Ворон коснулся лапой озера, и оно, казалось, стало более ярким. Он без колебаний прыгнул. На этот раз Выжившая тоже не сомневалась и прыгнула под воду. Её перья сразу отяжелели, а тело начало требовать выйти на поверхность. Но Выжившая спокойно находилась внутри озера, пока её крылья не замахали, а сама она не оказалась в воздухе.

Мир живых был знакомым. Но как же давно Выжившая не была здесь. Ворон парил рядом. Завидев Выжившую, он кивнул, и они полетели в сторону леса.

— Что за душу мы будем забирать? — спросила Выжившая.

Мёртвый Ворон чуть склонил голову.

— Ты узнаешь сама.

Внутри Выжившей всё похолодело. Почему Мёртвый Ворон молчит? Может быть, это кто-то из её знакомых? Миролап, Тихотень или даже... Быстрокрыл? Но Выжившая откинула плохие мысли. Хватит! Нельзя позволять взять им вверх! Выжившая ускорилась и вскоре сравнялась с Вороном.

— Мы почти прилетели, — бросил он.

Выжившая кивнула. Они пролетели ещё немного, и на равнине показалась... арена? Они направлялись прямо туда. По прилёту Выжившая заметила Миролапа... Он в ужасе смотрел на другую голубку. Она была вся в крови и сильно тряслась. И стояла эта голубка над полусъеденным телом ворона.

— Ого, — невольно вырвалось у Выжившей.

Поразительная картина.

— Пятнышко?.. — прошептал Миролап голубке.

— Я... я не... — голубка запнулась.

Выжившей было жутко интересно, что здесь произошло, но она покорно шла за Мёртвым Вороном. Тот подошёл к трупу. Вскоре от него отделился призрак. Полупрозрачный ворон моргнул и оглянулся. А затем его взгляд пал на Мёртвого Ворона.

Выжившая невольно почувствовала сочувствие. Она помнила, каково это — всё терять из-за смерти. Но проводник не спешил успокаивать ворона, как делал с Выжившей.

— В чём дело? — шепнула она духу.

Тот быстро посмотрел на неё и отвернулся. Выжившая недоумённо подняла крылья. Что происходит? Как минимум что-то странное.

Мёртвый Ворон долго смотрел на обычного ворона, а затем произнёс:

— Теневой... Зачем?

Теневой застыл. Его самодовольная улыбка сползла.

— Зачем? — повторил проводник.

Теневой нервно дёрнул крылом и ответил:

— Они были уникальны... Прекрасны и сильны! Я помогал модифицированным не сорваться!

Мёртвый Ворон взглянул на Пятнышко.

— Не очень-то у тебя и получилось, — хмыкнул он.

Теневой щёлкнул клювом.

— Я делал хоть что-то! Все эти птицы подчинялись мне!

— Все эти, которые сейчас в панике разлетаются?

И действительно. Почти все сороки и вороны быстро улетали. Остались только первые пять сорок. Первая Помощница Великого Теневого с ужасом смотрела на тело Теневого и дрожала. Она медленно перевела взгляд на Пятнышко. Голубка вздрогнула и снова повернулась к Миролапу.

Тем временем Мёртвый Ворон снова повернулся к Теневому.

— Так получается, мы идём в Загробный мир? — поинтересовался Теневой.

Проводник смерти ухмыльнулся.

— Нет. Ты не заслуживаешь.

Выжившая почувствовала холод. Что это значит? Неужели кроме Загробного мира... есть что-то ещё?

Мёртвый Ворон стал подходить ближе к призраку Теневого. Теневой отшатнулся, но проводник не обратил на это внимания. Ворон приближался всё ближе и ближе. Полупрозрачные перья Теневого распушились. Мёртвый Ворон склонился к духу и коснулся клювом головы призрака.

— Прощай, грешная душа, — сказал он.

Теневой не успел даже пискнуть. Он просто начал меркнуть и растворился.

— Что ты сделал?! — крикнула Выжившая и подскочила к Ворону.

Её всю трясло. В воздухе всё ещё остался осадок от недавнего присутствия призрака.

— Я показал тебе другую сторону смерти, — тихо ответил Ворон. — Не все души заслуживают счастья.

Дух смерти наконец-то поднял взгляд на Выжившую. Она хотела что-то ему крикнуть, как вдруг замолчала. Ворон прав. Теневой бы испортил Загробный мир.

Ворон повернулся к Пятнышко и Миролапу. Они всё ещё с ужасом смотрели друг на друга. Выжившая не могла на это смотреть. Она перевела взгляд на небо и вдруг застыла. Оно затягивалось облаками. Но не дождевыми.

— Что это?.. — неуверенно прошептала Выжившая.

Мёртвый Ворон поднял глаза на небо.

— Чёртов Сапсан! — выкрикнул Ворон. — Выжившая, начинается ураган, уходим!

И они побежали в сторону Загробного мира. По дороге ветер усиливался. Наконец они добрались до небесного подъёма. Начало повышаться давление, и ветер становился всё сильнее и сильнее. Когда Выжившая в последний раз обернулась, она увидела ураган. А затем они телепортировались в Загробный мир. Только там Выжившая поняла, какая опасность угрожает Миролапу.

Ворон ничего не сказал. Он просто повернул к озеру и долго смотрел на его гладь.

— Знаешь, Выжившая... — тихо начал он, и впервые в его голосе была грусть. — У меня есть помощники, но они никогда не были живыми, в отличие от нас с тобой...

Выжившая замерла. Ворон был живым? Но даже это не столь важно... «Нас с тобой»? Она-то здесь при чём...

— Я понял, что ты умеешь сострадать душам, и поэтому сегодня тебе показал обратную сторону смерти, — продолжал Ворон. Он сделал небольшую паузу и повернулся к Выжившей. — Знаешь, как это сложно? Перед тем как забрать душу, нужно узнать все её поступки.

Выжившая не понимала, к чему клонит проводник смерти.

— Выжившая... — Ворон снова отвернулся к озеру. — Хочешь ли ты стать моей правой лапой?

— Что?! — Выжившая резко вскочила.

Правой лапой? Она?! Проводник вздрогнул от её резкого тона.

— Я не хочу менять имя! — запротестовала Выжившая.

Ворон, услышав это, громко рассмеялся.

— Кто тебе сказал менять имя? — фыркнул он. — Никто! Если станешь вторым полноправным проводником — то да, а сейчас...

Он снова начал смеяться. Выжившая постояла в ступоре пару секунд, а потом до неё дошло. Она улыбнулась и сказала:

— Согласна.

Ворон резко заткнулся. Он повернулся к ней и стал серьёзнее.

— Отлично, тогда за мной!

Ворон раскрыл костяные крылья. Выжившая тоже раскрыла свои, и они полетели.

Летели они достаточно долго. В итоге Выжившая не выдержала и снова задала вопрос:

— Я тоже стану скелетом?

Ворон покачал головой.

— Ты просто перестанешь быть полупрозрачной, станешь как смертные. Это и будет показывать твой статус.

Такой ответ вполне устроил Выжившую, и она снова замолчала. Прошло ещё некоторое время, и они наконец прилетели. Прилетели к пещере. Вокруг неё было манящее голубое свечение. Проводник приземлился и подошёл к пещере.

— Завтра увидимся с духами, — не оборачиваясь, сказал дух смерти.

Он зашёл внутрь пещеры и растворился в голубом тумане. Выжившая поспешила за ним. Внутри было темно. Выжившая шла за Вороном только благодаря его костяному скрипу. Вдруг впереди показался свет. Темно-синий. Выжившая ускорилась. Это оказался большой камень. Ворон подошёл к нему. Когда Выжившая приблизилась к Ворону, она застыла. Проводник стоял возле отпечатка птичьей лапы.

— После того как я поклялся о заботе о душах, камень размяк, и это была моя печать... — Ворон говорил невероятно тихо. — Твоя лапа будет рядом с этой...

— Что говорить? — с нескрываемым волнением спросила Выжившая.

— Импровизируй. И выход из пещеры ты найдёшь сама...

Выжившая сразу не поняла смысла этих слов. Но когда Ворон отошёл в туман и исчез, она поняла: выбраться и поклясться она должна сама.

Выжившая почувствовала где-то глубоко панику, но быстро её подавила. Спокойно. Она повернулась к камню. Поклялся защищать души? Попробуем.

— Я клянусь, что всегда, какие бы ни были обстоятельства, буду защищать и сопровождать души.

Но это не сработало. Выжившая пару секунд смотрела на камень, а потом до неё дошло. Ворон так говорил, потому что становился проводником душ, а она становится помощницей проводника.

— Я клянусь, — максимально серьёзно начала Выжившая, — что всегда буду помогать Мёртвому Ворону. Я не брошу его ни при каких обстоятельствах и буду помогать мёртвым душам найти свой путь.

Слова пришли сами. Выжившая и сама толком не поняла как. Но это сработало. Камень стал менее ярким. Выжившая подняла лапу и поставила отпечаток возле отпечатка Ворона. Её лапа осталась на камне, а тот снова стал твёрдым. Выжившая почувствовала покалывание в теле. Где-то внутри стало разливаться тепло. А потом тело пронзила острая боль.

— Что... происходит, — прохрипела помощница проводника.

Боль быстро исчезла. А Выжившая чувствовала себя как никогда лучше. Как будто в ней появилось что-то другое, что-то новое. Она не стала долго гадать об этом. Выжившая оглядела темноту и стала пытаться найти выход. Она натыкалась на стены, проверяла каждый угол, но не могла найти путь. «Так дело не пойдёт», — поняла Выжившая через какое-то время. Она потянулась к тому самому «новому». И как только дотянулась, мир вокруг изменился. Она видела всё так же чётко, как и при свете. И с помощью этого Выжившая с лёгкостью выбралась.

Мёртвый Ворон ждал снаружи. Увидев помощницу, он явно хотел что-то сказать, но Выжившая опередила.

— Все духи так умеют?! — выкрикнула она, не уточняя.

Но Ворон понял.

— Все, — ответил он с улыбкой.

Глава 22. Стая

Миролап хотел спросить у Пятнышко ещё много всего, но не успел. Небо начало затягивать облака, а ветер усилился. Первая сразу подняла взгляд на небо и застыла. Миролап вспомнил, как Гоацин хотел его о чём-то предупредить. Пазл сложился. Приближается ураган.

Миролап в панике побежал к Пятнышко. Она всё ещё дрожала после произошедшего. Миролап быстро подскочил к подруге и крикнул:

— Нам нужно улетать! Приближается ураган!

Пятнышко, мелко дрожа, раскрыла крылья. Но не тут-то было. Первая вспорхнула и перекрыла им путь.

— Вы думали, что можете просто прилететь, убить Теневого и улететь? Тогда вы ошиблись.

— Но всё было по правилам арены! — воскликнул Миролап.

— Нет, — холодно ответила Первая. — По правилам ты должен был победить сам.

Пятнышко подняла голову на Первую.

— Но... — хотела она что-то сказать, но Первая перебила.

— Раз вы выиграли нечестно, тогда за Теневого продолжать битву буду я, — чётко махнула крылом Первая.

Её помощники переглянулись неуверенными взглядами. Но было ясно, что Первую не переубедить. Она будет мстить.

— Пятнышко, ты можешь включить эту штуку?! — в панике выкрикнул Миролап, когда Первая стала к ним подходить.

Пятнышко покачала головой.

— Даже если бы могла... То не стала бы, — прошептала подруга.

Решиласка

Решиласка и её брат Видящий продолжали свой путь. Он длился уже достаточно долго, и Решиласке начинало казаться, что они летят не туда. Видящий тоже начинал так думать. Ну не могли они быть настолько далеко от стаи!

Вдруг они заметили арену на поляне из веток. Небо начинало затягивать облаками. Решиласка думала, что это будет дождь, но, смотря на Видящего... Он явно считал не так.

— Полетели, укроемся там, — предложила Решиласка.

Видящий не стал спорить. Он ещё раз хмуро взглянул на небо и кивнул. Они приблизились к арене. Но то, что брат и сестра увидели там, привело их в шок.

Двое молодых голубей пятились назад. На них наступала сорока с ухмылкой, полной боли. Другие четверо сорок сидели на смотровой площадке и мелко дрожали. А рядом с голубями и сорокой лежал труп. Обглоданный труп ворона.

Видящий рядом поморщился, а Решиласка с интересом смотрела на битву, которая должна была начаться с минуты на минуту. Сорока была уже совсем близко.

— Прощайте, пташки, — тихо произнесла сорока.

Она сделала резкий выпад в сторону их шеи. Голуби бы не смогли им сопротивляться. Решиласка приготовилась увидеть их погибель. Но Видящий не хотел смертей. Он резко вскочил и успел войти в пространство между сорокой и голубями. Сорока попала клювом прямо в перо Видящего. Тот закричал от боли, а на землю брызнула кровь. Видящий инстинктивно попытался полететь, но рана намертво прибила его к земле. Ближайшее время Видящий не сможет летать.

Ухмылка сороки сползла. Она ошеломлённо смотрела на Видящего. Тот тяжело дышал.

— Вас больше чем двое? — удивилась сорока.

Решиласка подскочила к группе голубей.

— Да! Оставь этих голубей в покое!

Сорока окинула их презренным взглядом.

— Слушаться подчинённых? — от этого слова Решиласка поморщилась. — Не слишком ли много вы возомнили о себе?

Решиласка фыркнула.

— Я и мой брат — неподчинённые! Мы уже год живём сами!

Сорока недоверчиво склонила голову.

— Ну и почему я должна...

Сорока не договорила. Сильно завыл ветер. Когда Решиласка подняла голову, она увидела, что приближается ураган. Он громко выл и сносил всё на своём пути. Сороки начали в панике искать убежище.

Двое спасённых голубей смотрели на Решиласку в ожидании её решения. Неужели она нашла свою стаю? Но Решиласка не знала, как спасаться. Главный козырь птиц всегда был полёт. А сейчас из-за Видящего они его потеряли.

Решиласка лихорадочно вспоминала, как спасаться от урагана. Наконец она вспомнила. Решиласка стала искать яму. И им повезло. Рядом находилась ямка, правда, с едой. Видно, это были запасы сорок. Решиласка сразу скомандовала залезть внутрь. Все безоговорочно последовали за ней. Они плотно прижались в яме, а Решиласка легла сверху.

Ураган начал ещё сильнее выть. Он приближался всё ближе. Ветер поднимал в воздух опавшие листья и даже вырывал небольшие деревья. Решиласка вся сжалась внутри ямы. Пожалуйста, пусть ураган пройдёт мимо. И он прошёл. Когда голуби вышли, они посмотрели ему вслед. И обнаружили, что ураган летит в сторону гор. Там он успокоится.

Тихотень

Мать Миролапа и Выжившей сидела на дереве отдыха. Жизнь в стае продолжалась. Они все оплакали Миролапа. Стая Боёвки не собиралась сдаваться. Они не понимали очевидного и поэтому пытались найти Миролапа и Пятнышко. Но Тихотень больше не боролась. Она просто понимала, что у неё осталась только стая.

Уже темнело, а это значит, что сегодня будет то, о чём предупреждали. Кого-то нового принимают в старейшины. Весь день все спорили, кто это будет. Кто-то считал, что Плода, кто-то, что Цитатума. С учётом того, что та сильно сблизилась с Мудрецом в последнее время, это было возможно.

Вот Ночной глаз Великого Орла стал ярче. Пришло время ритуала. Вся стая уже собиралась вокруг Солнечного камня, что ночью становился Лунным. Мудрец с Перолинем и Знатоком уже стояли на камне. Они терпеливо ждали, пока вся стая соберётся. Мудрец что-то прошептал Знатоку, и тот кивнул. Мудрец медленно встал с камня и направился к Цитатуме. Он с нежностью потёрся об неё, и они стали о чём-то ворковать.

Тихотень не могла смотреть на это без боли. Она вспоминала Быстрокрыла. А чёрно-белый голубь смотрел на Тихотень. Но та просто игнорировала его. Наконец вся стая была в сборе. Мудрец отошёл от Цитатумы и снова взошёл на камень. Заговорил Перолинь, ведь именно он главный среди старейшин.

— Сегодня невероятно... — Перолинь запнулся и разразился кашлем, он был очень стар.

Знаток с сочувствием и беспокойством посмотрел на Перолиня. А потом Перолинь кивнул. Знаток вздрогнул и начал проводить церемонию сам.

— Сегодня невероятно важное событие! — воскликнул он, и Перолинь отошёл назад. — Мы принимаем в совет старейшин новую голубку!

Вдруг неожиданно для всех Перолинь поднял крыло. Знаток тут же замолчал. Все взгляды снова были обращены на Перолиня.

— И я ухожу из совета старейшин в отставку, — объявил Перолинь.

Вся стая изумлённо вздохнула, но Перолинь ещё не закончил.

— Главным в совете я назначаю Знатока, — продолжал старейшина. — И сейчас я выполню ритуал.

Перолинь наклонился к боку и без малейших колебаний вырвал перо. Но ни у кого не возникло вопросов — такой был ритуал. Перолинь вырыл яму возле Лунного камня и положил туда своё перо. Он закопал его. Это был знак. Если когда-то в будущем раскопают Лунный камень, то найдут перья всех старейшин. И Перолинь отошёл обратно в стаю.

Теперь Знаток должен принимать решения. Знаток помолчал немного, глядя на Перолиня, а потом продолжил.

— Новой старейшиной становится... — вся стая затаила дыхание, — Плода!

Голуби взорвались поздравлениями, а Плода медленно пошла к Знатоку и Мудрецу. Её перья распушились от волнения, хоть обычно она и была спокойной. Все её подбадривали, а Плода будто не слышала. И вот она дошла до Лунного камня. Знаток тут же вышел к ней. Он на секунду обернулся к Перолиню, будто ждал его совета, но быстро вернулся к делу. Знаток склонился над Плодой.

— Пусть духи помогают тебе принимать решения, — тихо начал свою речь Знаток. — Пусть ты всегда будешь действовать в интересах стаи. Пусть ты сможешь принимать сложные решения, и пусть воробьи-звёзды укажут тебе правильный путь!

Стая снова начала ликовать. Они махали крыльями, прыгали и радовались. Плода скромно им улыбалась. Мудрец подошёл к новой старейшине и коснулся её клювом.

— Приветствую тебя в совете!

Одна Тихотень не радовалась. Она всё глядела на Быстрокрыла. Тот почувствовал её взгляд и вздрогнул. Он медленно повернулся и посмотрел на неё в ответ. Во взгляде Быстрокрыла мелькнула горечь. Тихотень быстро смахнула наваждение. Он предал её!

Церемония тем временем закончилась. Все стали расходиться на дерево отдыха для сна. Мудрец снова подошёл к Цитатуме, и они вместе болтали и хихикали. Вдруг Тихотень почувствовала, что кто-то её тронул крылом. Она резко развернулась и увидела Быстрокрыла. Её перья тут же распушились от ярости. Да как он смеет трогать её! Но Быстрокрыл не отступил.

— Тихотень, послушай... — тихо начал он.

Она хотела огрызнуться, крикнуть на него и убежать, но не стала. Как будто сами духи держали её на месте.

— Я понимаю, что поступил не лучшим образом, а теперь оба наших ребёнка погибли...

Тихотень резко сложила перья. С чего это он решил заговорить о детях? Быстрокрыл, обрадованный успехом, продолжил:

— Давай начнём всё заново? Я обещаю, что не брошу тебя ни при каких обстоятельствах.

Тихотень резко от него отпрянула. Ярость вернулась с новой силой.

— Что?! — она резко хлопнула крыльями.

Быстрокрыл испуганно попятился. Тихотень отвернулась и раскрыла крылья, намереваясь улететь. Но она задержалась на секунду, когда посмотрела на Мудреца и Цитатуму. И, не узнавая себя, Тихотень прошептала:

— Я подумаю...

Глаза Быстрокрыла радостно заблестели. Он отступил на шаг, давая Тихотени воздух. И не стал на неё давить. Просто дал ей улететь и побыть одной. Быстрокрыл чувствовал надежду. Она была такой тёплой и сладкой. Но он не стал полагаться на неё, иначе при отказе будет слишком больно. Быстрокрыл вскинул голову и осторожно подумал: «Великий Орёл... Поймёт ли она?» А в это время Тихотень думала: «Великий Орёл... Не шутит ли он?» Мудрец и Цитатума полетели спать, и Быстрокрыл заставил себя сделать то же самое. Он надеялся, что его сын жив и узнает, кто его отец. И Тихотень надеялась тоже.

Глава 23. Охота началась

Ураган прошёл. Они так и заснули в яме и проснулись под утро. Голуби выбрались на поверхность. Миролап смотрел на своих спасителей и не мог выразить свою благодарность — слишком сильной она была. Чёрная голубка, прям как мама, оглядела Пятнышко и Миролапа. Рядом с ней стоял чёрный голубь с белыми концами крыльев. Голубка склонила голову и произнесла:

— Ну... И как вас зовут?

Миролап гордо вскинул голову и ответил:

— Миролап! Я Миролап!

Голубка наклонила голову, как будто что-то поняла, но ничего не сказала. Следующей заговорила Пятнышко. Она держалась отдельно от всех, боялась им навредить.

— Я Пятнышко...

Чёрная голубка удовлетворённо кивнула и указала на своего спутника.

— Это Видящий, а я Решиласка. Судя по именам, вы из стаи, верно я говорю?

Миролап нервно посмотрел на Пятнышко и кивнул. Решиласка с подозрением прищурилась.

— Тогда что вы делаете отдельно от стаи? — выделяя каждое слово, спросила Решиласка.

— Мы... — Миролап запнулся, пытаясь найти слова.

Пятнышко с беспокойством повернулась к Миролапу, а Видящий с интересом подался вперёд. Пятнышко тяжело вздохнула и вернула взгляд на Решиласку.

— Мы попали в плен, — она пыталась говорить ровно, но голос всё ещё дрожал от пережитого ужаса. — И даже не знаем, где теперь находится наша стая...

Решиласка задумчиво склонила голову.

— Мы с Видящим тоже искали конкретную стаю, — тихо начала она. — Но... Есть ли в вашей стае голубка по имени Тихотень?

Миролап почувствовал волну удивления. Его всего передёрнуло.

— Вы знаете мою мать?! — воскликнул Миролап.

— Мать? — изумилась Решиласка. — У моей сестры есть сын?

— Вы моя тётя?! — Миролап удивлялся всё больше и больше.

С ума сойти, у него есть родственники! Пятнышко ободряюще улыбнулась.

— Может, это к лучшему? — прошептала она другу.

Решиласка с Видящим были удивлены не меньше Миролапа. Внутри них была буря шока и удивления.

— Тогда мы тем более должны найти стаю, — решила Решиласка.

Миролап с Пятнышко негласно приняли решение не говорить, что Пятнышко из другой стаи. Подумав об этом, Миролап невольно вспомнил Боёвку. Скучает ли она? А голуби тем временем пешком направились в сторону леса. На поиски города.

Первая

Первая раздражённо хлопнула крыльями. Куда они разлетелись?! Ей нужно как можно быстрее найти своих четверых сорок! Они не могут просто так улететь! Когда Теневого убили, Первая была в шоке. Беззвучном. Она и подумать не могла, что всё так обернётся. Но Первая помнила, что один из голубей ранен. Она знала этих преданных пташек. Они точно не бросят своего. А значит, их можно поймать и отомстить. Но для этого ей нужна её команда. Первая сидела на ветке их обычного сбора. Неужели они настолько глупы, что не догадались о том, что Первая ждёт их здесь?

Но вместе с горем было и непонятное облегчение. Больше никто не будет ей приказывать, никто не будет ругаться... Теперь Первая решает свою судьбу. И судьбу Второго, Третьей, Четвёртой и Пятого. Теперь она здесь старшая.

Прошло некоторое время. Первым вернулся Пятый. Первая уравновесила ураган эмоций внутри, чтобы не сорваться на крик. Они обменялись парой слов и стали ждать остальных. Ждать пришлось недолго. Остальные трое прилетели в скором времени. Первая оглядела четвёрку. Птицы выглядели неуверенно, но держались достойно. Остаётся надеяться, что они готовы. Она взмахнула крылом, призывая к вниманию. Все взгляды обратились к Первой Помощнице Великого Теневого. Птицы затихли и стали слушать.

— Слушайте меня внимательно, — выступила вперёд сорока. — Теперь вы не просто сборище птиц — вы стая. И мы отомстим этим... бескрылым птицам за нашего Великого Теневого.

Сороки неуверенно переглянулись. Они видели в смерти Теневого праздник, а не причину для мести. Да и Первая могла с ними согласиться. Но она была преданной и не могла оставить всё так. Четверо сорок помнили Теневого и не знали, какова Первая в роли лидера. Они решили не рисковать, не дерзить Первой. Она была вполне довольна этим результатом. В голове Первой созрел план, когда её взгляд остановился на самой зашуганной и маленькой сороке — Четвёртой.

— Запоминайте, что я говорю...

Пятнышко

Их четвёрка шла уже довольно долго. Лапы, которые не привыкли ходить пешком, глухо ныли, но Пятнышко не смела просить о перерыве. Вся её голова была забита тем моментом. Пятнышко пыталась вспомнить, что она ощутила. Она помнила вспышку ярости, желание крови, а потом всё как в тумане. Кровь, плоть... Она даже не помнит, как это выглядело. Только ощущения. А в тот момент она чувствовала удовольствие. Совершенно необъяснимое. А потом силы резко погасли, оставив после себя только пустоту и усталость. И ужас.

Миролап то и дело бросал на Пятнышко обеспокоенные взгляды, но ничего не говорил. А Видящий и Решиласка о чём-то перешептывались. Так тихо, что даже с улучшенным слухом Пятнышко ничего не слышала. И из-за этого она чувствовала себя брошенной. Как будто никому не было до неё дела. Хотя, возможно, так и было.

Уже начинало темнеть. Вдруг Пятнышко почувствовала опасность. Как будто что-то сейчас произойдёт. «Наверное, после того кошмара мне всякое мерещится», — подумала Пятнышко и решила никому не говорить. Пятнышко устало взглянула на тени деревьев и так и застыла. Ей показалось, что там мелькнул силуэт. Силуэт птицы. «Как странно...» — пробежала мимолётная мысль.

— Думаю, нам стоит найти место для сна, — наконец объявила Решиласка.

Миролап, Видящий и Решиласка стали обсуждать, где найти надёжное место на земле. Но Пятнышко не участвовала в их разговоре. Более того, она его даже не слышала. Всё её внимание было обращено на тени. Нет, ей не могло показаться! Когда Пятнышко прислушалась, она и шорох услышала. За ними явно кто-то следит... Миролап заметил странное поведение подруги.

— Пятнышко? — позвал он.

Пятнышко не слушала. Она сделала шаг в сторону тени. Из-за чувства опасности в ней опять начала пробуждаться сила. Тень метнулась к ним, и... И оттуда выскочила напуганная сорока. Она увидела голубей и испуганно пискнула. Миролап и его дядя с тётей сразу прониклись сочувствием. Но Пятнышко не собиралась так просто верить этому цирку. Она чувствовала ауру опасности. Миролап сразу с беспокойством подбежал к сороке.

— Что случилось? — он помолчал секунду, а потом с непривычной для него ненавистью спросил: — Это из-за Первой?!

Сорока кивнула.

— Д-да... — выдавила она.

Пятнышко кажется, или в голосе сороки было притворство? Решиласка посмотрела на Миролапа с удивлением.

— Кто такая Первая? — тихо спросил Видящий, нервно поглядывая на раненое крыло.

Рана заметно покраснела и явно доставляла голубю дискомфорт. У Решиласки в глазах был тот же вопрос.

— Долго объяснять! — выпалил Миролап и снова склонился над сорокой. — Как тебя зовут? Ты ранена?

Сорока отвела взгляд. Пятнышко прищурилась. Почему только она замечает, что что-то не так?

— Я... — сорока снова подняла свои глаза. — Четвёртая... Да, ран-нена...

Миролап завертелся вокруг Четвёртой ещё сильнее.

— Они тебя предали? Ты знаешь что-нибудь? — выступила вперёд Решиласка.

Видящий, морщась от боли, молчал. Сорока вздрогнула. Было видно, что она не была готова к таким вопросам. Миролап заметил это. Но вместо подозрительности он испытал только жалость.

— Решиласка, ты же видишь, что ей больно! Давай разрешим остаться ей у нас? Когда она придёт в себя, то многое сможет рассказать.

Решиласка была не в восторге от этой идеи, но разрешила остаться птице. Пятнышко не выдержала.

— Но что, если она шпионка! — воскликнула она.

Сорока сжалась, будто Пятнышко глубоко её обидела.

— Пятнышко, ты что! — замахал крыльями Миролап. — Первая не стала бы ранить птицу ради своих целей!

— Откуда ты знаешь? — не отставала Пятнышко.

— Пятнышко, хватит, — вмешалась Решиласка. — Видящему и этой сороке нужен отдых. Мы не можем выгнать птицу из высшего класса из-за своих подозрений.

Пятнышко искренне удивилась. Класса? Что за классы? Она повернулась к Миролапу, но казалось, что он понимал. Почему всё идёт не так?!

Птицы поспешили искать убежище. Но всю дорогу Пятнышко продолжала следить за Четвёртой. Она ей не доверяла. Совсем не доверяла. И это недоверие заставляло силу орла внутри кричать, требуя действий. Но Пятнышко просто подавляла эту силу.

Когда птицы нашли пещеру, они решили по очереди сторожить вход. Первой вызвалась Пятнышко. Когда все мирно заснули, Пятнышко вылетела на свежий воздух. Это всё несправедливо! Когда пришла эта большая волна эмоций, все барьеры рухнули. Сила орла проснулась вновь. Пятнышко жутко испугалась. Она начала пытаться отогнать наваждение, но всё было тщетно. Сила орла только больше завладевала ей. Зрение снова стало затуманиваться. Она почувствовала жажду крови.

Что было дальше, Пятнышко не помнила. Когда она очнулась, то первым делом оглянулась. И да, обнаружила свои когти в крови. Она убила и съела мышь.

— Гнилое зерно! — выругалась Пятнышко.

Мышь — это хотя бы не птица... Но всё же это жизнь. Маленькая, но ценная. Когда Пятнышко смотрела на трупик, то чувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Она коснулась клювом мышки — хоронить было принято только птиц, а касание было знаком почести.

— Духи стихий, простите меня... — прошептала Пятнышко.

Она скорбно закрыла глаза. Только хищники имеют право отнимать чью-либо жизнь... А она была не хищником.

Пятнышко вылетела и взглядом нашла пещеру. Хоть бы то, что она покинула пост, не осталось незамеченным... И сначала Пятнышко подумала, что ей повезло. А потом она заметила, что возле пещеры кружит крупная тень. А у неё глаза блестят ярко-жёлтым цветом. Размах крыльев был слишком большим для голубя или сороки. Птица приземлилась возле входа в пещеру и издала клич. И Пятнышко его поняла. Это было объявление того, что высший хищник нашёл свою добычу.

Пятнышко всех подвела.

Глава 24. Двое разом

Миролап резко открыл глаза, когда услышал громкий орлиный клич. «Что за...» Почему Пятнышко не предупредила? Но когда Миролап огляделся, то увидел, что Пятнышко нет. Неужели орёл убил её? Миролап почувствовал ужас и горе. Его лучшая подруга... Но он решил не отчаиваться. Мало ли что случилось. Но почему тогда Пятнышко нет?

Решиласка тут же проснулась. Она открыла глаза и прислушалась к кличу.

— Орёл, — чётко сказала она.

Видящий заскулил и открыл глаза. Они были пропитаны болью. Его рана всё ещё болела. Четвёртая тоже проснулась и испуганно оглянулась. Она сразу же задрожала.

— В-высший хищник?.. — пролепетала Четвёртая.

Решиласка серьёзно кивнула.

— Если повезёт, мы сможем с ним договориться, ведь...

Она не договорила. На пороге блеснули ярко-жёлтые глаза. Первая мысль Миролапа была: «Пятнышко». Но нет. К сожалению, это была не она.

Крылья орла были огромными. Миролап впервые видел высшего хищника вживую. Четвёртая и Видящий прижались друг к другу и дрожали. Миролап почувствовал волну сожаления и грусти в их сторону. Бедные птицы. Но где же Пятнышко?

— Беззащитные голубки... И сорока, какая прелесть, — пророкотала орлица.

По голосу это оказалась самка. Её когти ритмично застучали по полу, когда орлица пошла в сторону голубей.

— И что же вы не убегаете, не улетаете? — продолжала орлица.

Миролап собрал всю свою силу и встал перед высшим классом.

— Мы...

Орлица не дала договорить. Она безжалостно откинула крылом Миролапа в стену. Он сильно ударился, в ушах зазвенело. Миролап заскулил и попытался подняться.

— Миролап, нет, не делай этого! — запротестовала Решиласка.

Орлица склонила голову.

— Миро...лап? Как жаль, что твой мир закончился, так и не начавшись! — орлица раскинула шикарные крылья.

Миролап заскрежетал когтями по полу, пытаясь встать. Ему надо...

— Маленькая, глупая пташка... — продолжала орлица.

Она была уже совсем рядом. И вдруг орлица вскрикнула и быстро развернулась. Сзади стояла Решиласка. Она ранила высшего хищника.

— Не смей подходить к нему! — воскликнула Решиласка, но судя по тому, что её перья полностью распушились, было понятно, что она до смерти напугана.

Орлица отмахнулась от Решиласки как от надоедливой мухи.

— С тобой разберусь позже, — сказала орлица ей.

И вдруг в пещеру влетела ещё одна тень. Миролап сразу узнал Пятнышко. Голубка подскочила к орлице и перекрыла ей путь к Миролапу.

— Ты не тронешь его! И её тоже! — Пятнышко указала на Решиласку. — Ни одного голубя или сороку из этой пещеры!

Пятнышко тяжело дышала, вероятно, от быстрого полёта. Орлица разразилась смехом.

— Ты угрожаешь мне?! — воскликнула она, мелко трясясь от смеха.

Пятнышко не отступала. Миролап смотрел на неё и думал: «Где же она была раньше? Почему не предупредила?» Орлица замахнулась когтями, намереваясь ударить её. Но Пятнышко не дрогнула. Наоборот, она сильно вжалась в пол. Брызнула кровь, и голубка пошатнулась. Но всё ещё стояла на месте.

— Я же сказала... что не брошу их, — сплюнула голубка.

— А ты смелее, чем я ожидала, — склонила голову орлица. — И глупее.

Пятнышко не ответила. Она закрыла глаза, будто пыталась что-то вызвать. Только не силу орла... Миролап помнил, что подруга сделала с Теневым.

Миролап заметил, что Решиласка что-то прошептала Видящему и Четвёртой. Они выскользнули из пещеры. Недолго думая, Миролап поспешил за ними. Он обернулся, чтобы посмотреть на Пятнышко. Миролап чувствовал себя предателем. Но это единственный выход.

Пятнышко

Пятнышко проводила взглядом Миролапа, который ушёл вслед за Решилаской, Видящим и Четвёртой.

— Видно, они не очень хотят тебя спасать, — ухмыльнулась орлица.

Пятнышко чувствовала боль, и моральную, и физическую, но молчала. Сила орла завыла внутри. Она снова требовала действий. И на этот раз Пятнышко добровольно её выпустила. Мир сразу взорвался спектром эмоций. Инстинкты развились ещё больше. Но почему не происходит того, что было раньше? Неужели из-за того, что Пятнышко не сдерживала силу, а выпустила её сама?

Орлица сразу заметила, что глаза Пятнышко загорелись ярко-жёлтым цветом.

— Сила орла? Откуда она у тебя? — изумилась орлица.

Пятнышко не отвечала. И тогда орлица тоже включила силу орла.

— Ладно, — сказала она и прыгнула на Пятнышко.

Голубка быстро увернулась, чувствуя, как внутри разливается тепло от быстрых движений. Орлица изучающе склонила голову. Что делать, подсказала сила орла. Пятнышко резко расправила крылья и перелетела орлицу. Время будто замедлилось, и пока орлица разворачивалась, Пятнышко ударила её когтями по спине. Орлица издала клич.

— Игры закончились! — сказала она.

Сначала Пятнышко не поняла, что это значит. Но буквально через несколько секунд орлица стала сражаться просто невозможно. Её когти мелькали со скоростью света. Они обрушивали на Пятнышко гору ударов. Всё её тело болело от ран. Пятнышко пыталась что-то сделать, но от боли сила орла начала ускользать. «Нет, подожди!» — мысленно крикнула Пятнышко силе. Она попыталась притянуть её к себе с помощью ментальных когтей. Но её глаза замигали и погасли. Тогда боль обрушилась на Пятнышко новой волной. Орлица откинула Пятнышко к стене и встала над ней.

— Ты хоть понимаешь, что у тебя в лапах? — спросила она. — Сила орла — это не просто игрушка. Каждый уважающий себя орёл знает легенду её появления.

Пятнышко кашлянула кровью на пол и с усилием подняла взгляд на орлицу. Та наклонилась прямо к уху Пятнышко и начала рассказывать...

Миллионы лет назад... Зарождение птиц...

Давным-давно, когда жизни на планете было совсем ничего, духи решили создать смертных. Идей не было у них, и первым творением духов стихий стали птицы, похожие на прародителя — Великого Орла. Позже они создали духообразных, а потом стали появляться уникальные птицы. Много поколений, когда создание продолжалось, птицы были равны. Но когда идей больше не было и все известные сейчас виды были созданы, духи осознали, что у них осталось слишком много сил. Тогда они вспомнили о том, что их первое творение похоже на Великого Орла, а значит, может выдержать силу. Они наделили орлов силой. Но это была ещё не сила орла.

Орлам очень понравилось быть превосходящим видом. Именно тогда они начали принижать других. Великий Орёл, прознав об этом, потребовал прекратить принижение. Духи не нашли ничего лучше, чем отнять силу. Но если бы они забрали всю силу сразу, то орлы бы погибли. Тогда они забрали три четверти, а остаток поместили в землю. Орлы стали заметно слабее, и временно принижение прекратилось.

Но птицы узнали про землю и стали пробовать обнаружить источник энергии. Тогда они нашли то, во что преобразилась сила. Зелёную жидкость. Каждый, что смог поглотить жидкость, становился равным орлу. Именно тогда силу и прозвали силой орла. Птицы получали выносливость и силу, но тогда — жажду крови, что была у хищников. Тогда силу уничтожили. Она осталась только у орлов. И лишь капли жидкости можно обнаружить иногда, чтобы получить энергию. Но птицы об этом не знали. Они оставили поиски, думая, что сила уничтожена. А орлы нашли её всю и спрятали на Главной горе. Каждый орёл хотя бы раз отправляется на Главную гору. А позже появились четырёхлапые и бескрылые...

Наши дни...

Орлица закончила рассказ и сложила крылья.

— Моя служба будет со дня на день, — орлица посмотрела прямо на Пятнышко. — Ты единственный не орёл, имеющий силу орла. Мы примем тебя в наш клан. Ты согласна? Мы поможем тебе!

Величественная птица протянула лапу. Она смотрела на Пятнышко мягким, даже убаюкивающим взглядом. Пятнышко долго смотрела на неё. Она даже уже собиралась согласиться. Ведь там ей будут верить, её будут понимать... Она будет жить с высшими хищниками. Но потом вспомнила стаю и друзей. Вспомнила, что орлы убивают всегда. И так Пятнышко станет предателем... Нет, лучше уж она умрёт.

— Нет, — твёрдо ответила голубка.

— Оу, — вырвалось у орлицы.

В глазах высшего хищника появилась решимость. Она резко опустила лапу.

— Это была твоя самая большая ошибка, — орлица сделала ещё один шаг в сторону Пятнышко и оказалась с ней почти вплотную. От неё стала исходить аура опасности. Пятнышко зажмурилась, приготовившись к смерти.

Видящий

Решиласка спрятала их в яме и ушла за Пятнышко. Птица не хотела её бросать несмотря ни на что. Троица решила убедиться, что место безопасное, и вышли на проверку. Но Миролап и Видящий потеряли Четвёртую, когда выходили проверить периметр. Сороки нигде не было видно. Они долго её искали и звали, но птица не отзывалась.

Когда голуби думали, что делать, вдруг раздался вой. Волчий. Перья Миролапа сразу распушились от страха. Миролап бросил испуганный взгляд на Видящего.

— Прости... — прошептал Миролап.

Голубь отвернулся. Миролап расправил крылья и улетел. А из кустов стали выходить волки. Серые тела выходили и сразу бросали взгляд на Видящего. Тот по привычке раскрыл крылья, чтобы улететь, но вместо полёта они отдались болью. Это ловушка. Видящий обречён.

Глава 25. Баланс на тонком тросе

Пятнышко

Пятнышко сидела и ждала, но в какой-то момент поняла, что ждёт слишком долго. Она приоткрыла один глаз — и ей предстала её спасительница. Решиласка стояла напротив орлицы, смело глядя на неё. Бок хищника был расцарапан, и на пол пещеры капала кровь, перемешиваясь с кровью Пятнышко.

Орлица даже не сморщилась от боли. Она просто с недоверием смотрела на Решиласку. Орлица не могла представить, чтобы голубка дала ей вызов.

— Ты в порядке? — Решиласка тут же повернулась к Пятнышко, но не успела ничего сказать, кроме этого, потому что орлица встала и направилась к ней.

— Как раз вовремя... — трясясь от злости, сказала орлица.

Её перья слиплись от крови, но казалось, что орлица не чувствует боли. Пятнышко с усилием попыталась встать. Всё тело отозвалось болью, но Пятнышко сопротивлялась. Она не успела. Орлица нависла над Решилаской. Голубка пыталась сохранить гордый вид, но её перья распушились, выдавая страх. Когти орлицы находились совсем рядом с Решилаской, и та невольно сделала шаг назад.

Решиласка перевела взгляд на Пятнышко и улыбнулась. Доброй и тёплой улыбкой. Её взгляд гласил: «Ради тебя». Пятнышко хотела броситься к Решиласке и помочь, но... Решиласка отвернулась, не желая продолжать разговор. Она расправила крылья в знаке самопожертвования.

Пятнышко почувствовала, что её перья начали слипаться от воды. Так вот какие слёзы горя. Она плакала бесшумно, не могла позволить себе звук. Гонимая адреналином, Пятнышко выскользнула из пещеры. Последнее, что она слышала, — крик Решиласки. Последнее, что видела, — брызги крови.

Пятнышко, морщась от боли, вылетела из пещеры. Она быстро заползла под куст, громко дыша. Пятнышко судорожно пыталась успокоить дыхание, чтобы затаиться. Неужели Решиласка... Нет, не может быть! Пятнышко зажмурилась и стала ждать, когда этот кровавый кошмар прекратится.

Четвёртая

Хищники. Чёртовы хищники! Они всегда выходят по ночам на охоту. Они всегда убивают птиц. Из-за них она, возможно, потеряла свои цели.

Четвёртая увидела серые тени, которые куда-то крались. Волки? Да, точно. И двигались они так, будто увидели добычу. Их лапы ступали медленно и бесшумно, хвост не двигался. На кого же волки сейчас охотятся?

Четвёртой было чертовски любопытно, а также и страшно. Что, если нападут на сороку? Любопытство перебороло страх, и Четвёртая медленно подошла к волкам. Серые были слишком увлечены охотой и поэтому не сразу её заметили. Но когда она посмотрела на кого они охотятся, то обомлела. Это же Видящий!

Голубь беспомощно махал крыльями, но не мог подняться в воздух и на сантиметр. Он огляделся на волков и не мог ничего придумать. Миролапа рядом не было видно.

Четвёртая уже собиралась уходить, как услышала рычание за спиной. Когда она оглянулась, то увидела, что хищники смотрят на неё. Внимание волков переключилось на Четвёртую. Видящий воспользовался этой заминкой и быстро скрылся в лесу. Его крылья беспомощно обвисли.

Четвёртая перевела взгляд с одного волка на второго и просто улетела. Внизу послышались завывания из-за потерянной добычи. В воздухе она встретила Миролапа. Тот летел и постоянно оглядывался. И вот голубь наткнулся взглядом на сороку.

— Четвёртая? Что ты тут делаешь... — Миролап выглядел непривычно подавленным.

Даже оптимизм из его голоса исчез, глаза были очень бледными.

— Я... — она не смогла придумать оправдание.

На самом деле Четвёртая ходила к Первой и рассказывала ей то, что удалось узнать о голубях. Первая собирала любую информацию, чтобы придумать месть. Откуда Четвёртой было знать, что всё обернётся именно так?

Миролап, судя по взгляду, решил, что Четвёртая просто напугана чем-то. Он был слишком доверчивым. Именно поэтому не стал допытывать правду.

— Видящий... Я искал Решиласку, чтобы помочь ему... Но я думаю, что он погиб... — тихо сообщил Миролап.

Четвёртая склонила голову и рассказала о том, что видела.

— Нам нужно быстрее найти Видящего! — в панике воскликнул Миролап, и они стали спускаться, чтобы найти птицу.

Волки могут его догнать.

Пятнышко

Голубка сидела под кустом и чувствовала, как её кровь вытекает из ран. Вместе с ней вытекала и энергия. Силу орла больше не получалось вызвать. Тело стало чужим и тяжёлым. Картинки перед глазами стали плясать.

Пятнышко лениво повернула голову в сторону пещеры, но не могла разглядеть, что там. Всё было слишком размытым. С каждой секундой становилось всё хуже. Миролапа и Видящего, а также Четвёртой рядом не было.

Четвёртая... При мысли о ней Пятнышко почувствовала сильную волну отвращения. Действительно ли она была предателем? Или это всё воображение? Похоже, теперь Пятнышко никогда не узнает ответ на этот вопрос.

Силы покидали её, а перед глазами стало темнеть. Она медленно провалилась в беспамятство. Неужели это конец?

Видящий

Голубь бежал сквозь заросли, разрывая бока и оставляя перья на ветках. Он не понял, почему волки отвлеклись, но это точно был его шанс.

Вдруг рядом с ним приземлились две птицы. Они подняли гору пыли, видно, торопились. Видящий решил, что это хищники, которые охотятся. Голубь резко затормозил и побежал в другую сторону. Но птицы не дали. Они перекрыли проход крыльями.

— Подожди, Видящий! — голос был невероятно знакомым, и через пару секунд Видящий понял, что это Миролап.

Он повернулся к племяннику. Миролап стоял рядом с Четвёртой.

— Наконец-то мы тебя нашли! — воскликнул Миролап и, подбежав, стал обнимать Видящего.

Но взгляд голубя был прикован к сороке. Где же она была? А быть может, Пятнышко была права? Подумав о той голубке, Видящий понял, что Решиласка полетела её спасать и так и не вернулась. Внутри заворочалось беспокойство за сестру. Может, что-то пошло не так?

Миролап заметил беспокойство дяди и отстранился.

— Видящий, я тоже не знаю, где они, — тихо сказал голубь и повернулся к Четвёртой. — Стоит ли вернуться?

Видящий и Четвёртая молчали. Они оба думали об одном и том же: есть ли ещё те, кого можно спасти, или уже слишком поздно? Возможно, им стоит просто продолжать путь к стае... Но Миролап покачал головой, будто угадав их мысли. А возможно, он просто подумал о том же.

— Мы не бросим наших товарищей, — решительно объявил Миролап, и его когти непроизвольно вдавились в землю.

Четвёртая неуверенно поглядела на него. Она не понимала стремление Миролапа искать тех, кто уже скорее всего погиб. Видящий хотел знать, жива ли сестра, и поэтому он согласился. Выразил согласие Видящий кивком.

— Подождите секунду! — выпалила Четвёртая, приподняв крыло. — Я быстро.

Она резко взмыла в небо и куда-то полетела. Миролап проводил её взглядом. Чёрная точка быстро удалялась вдаль.

— Мы действительно будем ждать эту сороку? — Видящий чувствовал где-то обман и с каждой секундой жалел, что они не послушались Пятнышко.

Но Миролап не замечал закономерности. Этот голубь слишком чист для этого мира. Так как начинался рассвет, Миролап поманил Видящего на ближайший камень. Видящий сразу догадался, что к чему.

— Ты когда-нибудь пел Утреннюю песню? — тихо спросил Миролап.

Видящий кивнул. Всё-таки он был диким голубем и пел эту песню каждое утро. Птицы уселись поудобнее и закрыли глаза. Они начали петь, отдаваясь песне.

Миролап

«Огненный Гоацин!» — мысленно позвал Миролап. Ему срочно нужен был ответ: что делать дальше? Дух ответил почти моментально. В Белом пространстве ему уже не было страшно. Он терпеливо ждал свет огня. И свет пришёл.

Гоацин вышел из тумана и посмотрел на Миролапа. В его глазах было искреннее любопытство.

— В чём дело? Ты ведь уже начал разрушать один из кланов, а значит, знаешь, что делаешь, — с интересом спросил Гоацин.

Миролап так и застыл с открытым ртом. У него было два вопроса. Первый: неужели я уже начал выполнять миссию и просто не понял этого? А второй: один из?! Их много?!

Гоацин заметил заминку Миролапа.

— Оу... Ты не знал, — сочувственно покачал он головой.

Миролап уже собирался уходить, поняв, что спросить больше нечего, как вдруг вспомнил про Пятнышко и Решиласку. И Выжившую. Что сейчас с сестрой? Но из-за шока после ответа Гоацина он перестал петь, и видение начало блекнуть. Миролап быстро восстановил ритм, не позволяя себе уйти раньше времени.

— Решиласка... — быстро, в перерыве между куплетом, успел выдавить Миролап.

Гоацин тут же помрачнел. Казалось, даже его свет стал более тусклым.

— Такие вопросы решают Ворон и Выжившая, — наконец ответил дух.

Избранник от удивления аж поднял крылья. Выжившая! Его сестра! Но... Тут же пришло и осознание. Ворон — дух смерти, а если Гоацин заговорил о нём, то... Решиласка она... Погибла?

Миролап решил не накручивать себя. Мало ли что произошло. Но внутренний голос кричал, что тёти больше нет в живых. Ритм снова нарушился, но Миролап не стал его восстанавливать. Он дал песне прекратиться.

По возвращению в реальный мир Миролап понял, что Видящий тоже молчит. Он смотрел на Миролапа с ужасом и благоговением.

— Во время песни ты с кем-то говорил, — тихо сказал голубь.

Миролап застыл. Он почувствовал, как его перья медленно поднимаются, а в глазах появляется ужас... Только бы он не понял...

— Ты говоришь с духами? — наконец спросил Видящий.

— Видящий, ты понял всё не так... Я просто... — Миролап попробовал оправдаться, но от Видящего было ничего не скрыть.

Чёрный голубь резко отвернулся и уставился вдаль.

— Так вот почему ты всегда выглядел как особенный... — практически бесшумно сказал Видящий.

Он раскрыл крылья, чтобы по привычке улететь, но у него не получилось.

— Нам нужно быстрее найти Решиласку и Пятнышко.

Миролап хотел сказать, что Решиласки больше нет, но почему-то промолчал. Он просто не мог. Это было слишком больно.

Голуби совершенно забыли о Четвёртой. Сейчас их интересовали только Пятнышко и... сестра Тихотени. Они шли к пещере, и Миролап чувствовал, как сложно сдерживать слёзы. Они просились пролиться.

Пещера показалась в поле зрения. Такая большая... Орлицы нигде не было видно рядом. Когда птицы зашли в пещеру, то застыли и не могли пошевелиться. От ужаса.

Внутри всё было в крови. Она была на стенах, на полу. Некоторая была уже застывшая, но большая часть — свежая. И перья. Куча белых и чёрных перьев была на поверхностях. Где-то были оторванные куски плоти. Но ни одного следа живого существа.

Видящий долго смотрел на это месиво. А Миролап стоял и не мог поверить. Не мог поверить, что птицы могут быть настолько жестоки.

Они бы так и простояли, если бы Видящий не повернулся бы к Миролапу. Его глаза блестели от горя и ужаса. Миролап невольно сжался под этим взглядом. Под этим отчаянием... Хоть бы Видящий не понял... Но он понял. Он всегда видел всех насквозь.

У Видящего в глазах мелькнуло осознание, а потом он развернулся. Видящий ничего не сказал. Он просто направился к выходу.

— Подожди! — наконец-то решился Миролап.

Избранник замахал крыльями, останавливая дядю. Он не мог сказать, что Пятнышко не выжила. Про неё Гоацин ничего не сказал. И Миролап считал, что её нужно найти. Обязательно. Но Видящий был не согласен. Он чётко решил, что им нужно продолжать путь.

— Мы и так потеряли много времени. Нам нужно найти Четвёртую и продолжать поиски города. Ты со мной?

Миролап подумал о Пятнышко. О том, что та ещё может быть жива. Но разве это важнее всего остального? Она ведь не предупредила об опасности. Тем более с Пятнышко происходило что-то странное. Какова вероятность, что она однажды всех убьёт?

Миролап в последний раз обернулся на кровавое месиво и решил. Да, этот выбор определённо будет правильным.

— Да.

Глава 26. Три маленьких комка

Пятнышко

Пятнышко открыла глаза. Сначала она не понимала, что происходит и где она находится. Голова болела, а тело было будто чужое. Земля под Пятнышко была пропитана кровью. Она просидела так минуты три, а потом воспоминания стали возвращаться.

Сколько же времени Пятнышко пролежала? Где сейчас Миролап, Видящий и Четвёртая? Они ищут её? Пятнышко невольно вспомнила Решиласку. Её последнюю улыбку... Глаза снова защипало от слёз. Пятнышко позволила им пролиться. Она просто сидела и плакала, не думая ни о чём. Перья тяжелели с каждой каплей воды. Она приподняла крыло и закрыла им глаза. Крыло быстро пропиталось слезами.

Эта добрая голубка пожертвовала собой... Ради неё, ради Пятнышко! Казалось, что она может проплакать целую вечность. Горе наваливалось новой и новой волной. Постепенно Пятнышко успокоилась. Она в последний раз смахнула слезу и всхлипнула. Голубка оглядела свои раны и поморщилась. Да, нехило досталось.

Живот заурчал от голода. Пятнышко поморщилась. Она не знала, где находятся ягоды или зёрна в дикой природе. Вдруг Пятнышко почувствовала скуление силы орла. «Охотиться, охотиться, мяса!» — выла сила орла. Голубка почувствовала леденящий ужас. Она резко заблокировала силе все пути.

Пятнышко выбралась из куста. Рядом находилась пещера. Та самая. Пятнышко, переборов новый приступ слёз, направилась в её сторону. Где-то глубоко у неё таилась надежда, что Решиласка выжила. Но когда Пятнышко вошла внутрь, сила орла начала ликовать. А у Пятнышко помутилось сознание от ужаса и отвращения.

Вся пещера была в крови, перьях и плоти. И орлицы, и самой Пятнышко, и... Решиласки. Куски плоти выглядели аппетитно, что невероятно пугало Пятнышко. Она не обратила внимание на урчание живота. Голубка подошла к чёрному перу Решиласки. На нём было пару капель засохшей крови. Птица подняла перо. Она постарается его сохранить.

Пятнышко не знала, где сейчас Миролап и Четвёртая с Видящим. Но она чётко слышала свою миссию в голове: Пятнышко должна отыскать стаю. Но первым делом ей надо найти еду. Сила орла разочарованно выла, когда голубка отвернулась от кусков плоти и поспешила к выходу.

Пятнышко расправила крылья, и хоть тело отзывалось болью, взлетела. Как приятно было снова ощущать полёт! Ветер снова начал кружить и закручивать перья, а приятный прохладный воздух освежал взгляд. Пятнышко даже на секунду забыла о силе орла. Она опустила глаза вниз и стала искать источник еды. Её внимание сразу привлекла большая яблоня. Яблоки не могут быть основной едой, но это хоть что-то.

Голубка спустилась на землю и разглядела дерево. Оно действительно было огромным. Невероятно... Яблоки, что опали, уже немного попортились, всё-таки уже наступает пора золотых листьев. Пятнышко склонилась над одним из яблок и стала его клевать. Наследие орлов разочарованно замолкло.

Как только Пятнышко покончила с перекусом, то ещё раз пригляделась к дереву. Она обошла его со всех сторон. И чутьё не подвело. Пятнышко заметила небольшое дупло наверху. Интерес сразу охватил голубку. Она не особо стала ему сопротивляться, ведь теперь не знала, где находится её группа. Теперь она полагалась на себя. И, возможно, с силой орла это будет лучше. Они ведь не зря одиночки.

Пятнышко вспорхнула и села на край дупла. Внутри она услышала чей-то писк. Пятнышко вздрогнула от неожиданности. Она медленно просунула голову в дупло и застыла. Трое маленьких птенцов сидели в гнезде. Нет, не трое, четверо. Просто один лежал мёртвым. Птенцы были маленькими, серенькими и кругленькими. Это точно были не голуби, и сейчас голубка не могла определить, к какому виду они относятся.

Трое малышей ползали по мёртвому брату. Они громко пищали, зовя родителей и прося еды. Но судя по состоянию гнезда, родителей давно здесь не было. Пятнышко быстро подавила дар орлов, ведь он снова завёл свою песню про свежую плоть.

Голубка склонилась над птенцами и слегка коснулась головы одного. Он сразу резко поднял голову. Глазки были закрыты. Птенцы были совсем крошками, у них даже не появились первые пёрышки.

Но почему никто из птиц не позаботился о детях? Они так громко пищали, что наверняка кто-то слышал. Почему один вид не мог помочь другому? Почему они предпочли смерть? Пятнышко ведь даже не знала, чем их накормить. Да и тем более брать чужих птенцов непонятно какого вида — это безумие. Тем более когда внутри живёт сила орла и Пятнышко нужно найти стаю.

Но она смотрела на этих беззащитных комочков. Рано или поздно их обнаружит хищник. «Ты сама теперь хищник», — напомнило что-то глубоко внутри.

Вдруг Пятнышко заметила, что у одного из птенцов на животе огромное белое пятно. Оно будто горело на фоне тёмно-серого пуха. Пятнышко было неважно, что она хищник. Она не могла бросить птенцов. Они были очень поздними. Птенцы должны были появиться ещё в цветущую пору. Что же случилось? Сейчас это было неважно.

Большинство птенцов питаются насекомыми. Стоит попробовать. Пятнышко инстинктивно знала, что жуки обычно прячутся на деревьях. Она покружила возле одного и вскоре заметила одного большого жирного жука. Голубка подхватила его и понесла к гнезду. Как только она приземлилась с едой, птенцы сразу повернулись к ней и запищали ещё громче.

«Решиласка бы точно знала, что делать...» — промелькнула мысль вместе с новой волной горя.

Пятнышко аккуратно положила еду одному птенцу в клюв. Тот резко его захлопнул и проглотил. Пятнышко резко отшатнулась. Так и без клюва можно остаться. Голубка слетала ещё раз и принесла ещё одно насекомое. Только теперь она поняла, что не знает, кого уже покормила, а кого нет. Она кинула еду птенцу с белым пятном.

Но когда Пятнышко принесла третьего жука... Теперь точно нельзя было сказать, кто уже ел, а кто нет. Голубка сначала поднесла к одному птенцу без пятна, к другому. Казалось, что и пищат они одинаково. Но вдруг Пятнышко заметила, что один из птенцов тянется активнее. Внутри сработал древний инстинкт, и она отдала еду ему.

Так Пятнышко летала много раз, пока раны не дали о себе знать. К этому времени птенцы уже перестали пищать и выпрашивать еду. Хоть всё тело и гудело, а сила орла выла от голода, Пятнышко стала чистить гнездо. Она взяла мёртвого птенца в клюв и... Сила орла сорвалась с цепи.

Мир снова померк. Когда Пятнышко очнулась, то поняла, что её шатает от тошноты. Она съела мёртвого полусгнившего птенца. Ей было плохо не только от еды, но и от поступка. Зато сила орла перестала выть. Она вообще замолчала. Пятнышко с ужасом повернулась к птенцам. Как же хорошо, что они ещё не видят.

Пятнышко ещё немного прибрала в гнезде. На улице стало холодать и темнеть. Пятнышко неловко забралась в гнездо и посмотрела на птенцов, которые дрожали внутри. Она осторожно устроилась между ними и накрыла крыльями. Пятнышко сразу же заснула.

Пятнышко идёт по лесу. Тут темно. Непроглядная тьма. Она идёт и совершенно не боится. Кажется, даже наслаждается. Где-то воют волки, но ей не страшно. Даже смешно, они собираются бросить ей вызов? Орлов рядом нет. Как будто они очень далеко. Пятнышко идёт. Идёт пешком, будто у неё нет крыльев.

По дороге она безжалостно убивает ворона, который подозрительно напоминает Теневого. Пятнышко нравится разрывать его когтями и слышать его крики. Она говорит ему: «Модификации нельзя удержать. Их можно только выпускать». Но ворон уже не слышит. Он затихает в её когтях. Пятнышко не чувствует сочувствия. Она хладнокровно отряхивается от крови и идёт дальше. Ей хочется больше убийств.

Становится всё темнее. В лесу идти всё сложнее. Пятнышко замечает скворцов. Птицы кружат в воздухе, но из-за темноты начинают снижаться. Пятнышко резко нападает на них и убивает. Не описать ужас и удивление на лицах птиц. Скворцов она оставляет позади и быстро убивает мышь. С этого ракурса не видно мёртвых скворцов. Но с каждым убийством Пятнышко чувствует себя всё лучше. Она идёт быстрее. Как будто что-то ищет.

Лес становится таким непроглядным, что Пятнышко начинает врезаться в деревья. Но она не чувствует боли. Она упрямо идёт вперёд. А когда она доходит, то видит прекрасную картину. Огромную гору. Вокруг неё летают кучи орлов. Они залетают внутрь пещеры в горе и приветствуют молодых. А внутри пещеры горит зелёный свет.

Эта гора манит Пятнышко. Она зовёт её... Но когда птица раскрывает крылья и летит навстречу, то резко проваливается во тьму...

Птица резко открыла глаза. Она чувствовала на своих лапах кровь и страх перед тьмой. Но под ней сопели трое комков... Пятнышко вспомнила скворцов. И что после них она убила мышь, а тела не было видно. Неужели в ту ночь она убила и съела не просто мышку?.. Нет, это просто сон.

Пятнышко посмотрела на птенцов. Они прижались к ней, будто она была главным источником безопасности. Но действительно ли Пятнышко такой была? Она помнила то ужасное хладнокровие. А потом вспомнила гору. Она звала. Она хотела, чтобы Пятнышко летела к ней. Но как только голубка попыталась, то упала.

Пятнышко прислушалась к дыханию птенцов, пытаясь уснуть. Но больше этой ночью она не уснула. Она всё думала о крови, горе, Теневом... И тех словах: «Модификации нельзя удержать. Их можно только выпускать». Что всё это значит?

Глава 27. Два знака

Миролап

Внутри была пустота. После того поступка. Они с Видящим шли уже один день. Время от времени голубь поднимался в воздух, чтобы понять, где они находятся. Город уже было видно, и если бы они могли лететь — долетели бы дня за три, а то и меньше. Это с учётом перерывов и если двигаться в медленном темпе. При быстром по воздуху можно было добраться и за сутки. Но крыло Видящего ещё не полностью зажило.

Миролап постоянно думал о Пятнышко. Что с ней произошло? Выжила ли она или всё же погибла? Видящий был очень подавленным. Он вообще не говорил и ходил с опущенной головой. Миролап пробовал поддерживать дядю, но тот лишь слабо смотрел на избранника.

Четвёртая всё ещё не вернулась, и Миролап стал беспокоиться. Вдруг с сорокой что-то случилось. А ещё Миролап постоянно думал о словах Гоацина. Кланов много — и получается, его миссия разрушить их все. Возможно, тогда классы рухнут. Миролап искренне верил, что этого будет достаточно.

Солнце быстро садилось. Видящий молча прошёл к дереву и начал карабкаться туда, используя когти.

— Стой! — закричал Миролап и быстро подбежал к Видящему.

Что он творит? Но Видящий не остановился. Он продолжал упрямо лезть вверх. Миролап взмахнул крыльями и вцепился когтями в кору под Видящим. Он стал помогать дяде залезть. Казалось, что голубь и не сопротивляется. Он даже не оглянулся на Миролапа. Это начинало раздражать. Неужели так сложно что-то сказать? Разве Миролап виноват в смерти Решиласки?! Он стиснул клюв и ещё быстрее стал заталкивать Видящего наверх.

Там они устроились на одной ветке. На дереве Миролапу было намного комфортнее, чем в пещере. Он невольно вспомнил своё уютное гнездо на дереве отдыха. Через какое-то время Видящий уснул. А Миролап не мог. Он ворочался и никак не засыпал.

Миролап не знает, сколько прошло времени, когда он всё-таки открыл глаза. На улице мягко светили воробьи-звёзды, дул несильный ветерок. Миролап глядел на эту красоту довольно долго. Он сам не мог объяснить, почему вдруг спустился на землю и пошёл вперёд. С каждым шагом ночные точки светили всё ярче.

И вдруг Миролап вышел на тропинку. Казалось, будто кто-то специально протоптал её. В благоговении избранник шёл по тропе, не глядя по сторонам. Неожиданно на тропу выпрыгнул белоснежный олень. У него были большие рога, которые выглядели как раскрытые птичьи крылья. Глаза у оленя были красные.

Олень повернулся к Миролапу. Он немного посмотрел на избранника, а затем повернулся к нему лицом и закрыл глаза. Олень вытянул голову, и она начала напоминать картину, как большая белая птица раскрыла крылья. Миролап глядел на это и начал думать: «Как же это похоже на лебедя...» Через несколько секунд олень убежал, а чувство, будто что-то манит, пропало. Миролап так и стоял. Это был знак?

Пятнышко

Показалось солнышко. Пятнышко сразу перестала делать вид, что спит. Птенцы опять стали просить еду. Голубка с нежностью посмотрела на крошек, стараясь не вспоминать сон. Пятнышко немного полетала, принося еду птенцам. Наконец у неё появилась свободная минутка.

— Как бы вас назвать... — пробормотала голубка.

Её взгляд тут же упал на птенца с белым пятном. Пятнышко не знала, есть ли у птенцов этого вида в традиции испытание. Но даже если бы было — Пятнышко не обрекла бы их на такие страдания. Этот птенец был мальчиком. Голубка долго глядела на него.

Пятнышко не хотела решать за них судьбу. Они сами дадут себе имена. А временно она назвала мальчика Снежок. Следующая была девочка. Она была невероятно пушистой, как облачко. Пушинка. А третью, что тоже была девочка, Пятнышко назвала Крохой. Она была самой маленькой среди брата и сестры.

Пятнышко не понимала, что ей делать. Сила орла снова начинала просить плоти, да и к стае нужно лететь быстрее. Но как же она может бросить этих птенцов? Троица крепко прижималась к Пятнышко и не собиралась отпускать. Голубка осторожно отцепила их и вылетела из гнезда. Малыши возмущённо запищали в ответ.

Прогоняя отвращение, Пятнышко поела насекомых. Не только сила орла протестовала, но и натура голубки. Но выбора было немного. Поиск зёрен может занять слишком много времени. Пятнышко вернулась к птенцам и стала их греть. Птенцы затихли.

Пятнышко посмотрела на них. Она улыбнулась и наклонилась к Снежку. Голубка стала осторожно вычищать его пух. А может, и не нужна ей стая? Вырастит птенцов, будет жить в одиночку, а может быть, когда-то у неё появятся свои собственные птенцы... Но тогда смерть Решиласки будет напрасна. Она пожертвовала собой ради Пятнышко, ради будущего.

Пятнышко не знала, сколько дней птенцам. Оставалось надеяться, что скоро они откроют глаза и начнут говорить... Весь день Пятнышко то сидела и думала, то летала за едой и водой, то чистила гнездо. Под вечер голубка снова легла спать...

Пятнышко идёт по тёмному, непроглядному лесу. Она идёт пешком. Пятнышко практически не чувствует ничего. Она убивает ворона, что подозрительно похож на Теневого, и говорит ему: «Модификации нельзя удержать. Их можно только выпускать». Потом она убивает скворцов, а за ними мышь. И чувствует только хладнокровие.

А потом Пятнышко выходит на поляну. Впереди она видит огромную гору. Внутри гора светится зелёным и зовёт Пятнышко. Вокруг летают орлы. Голубка раскрывает крылья и... Проваливается во тьму.

Пятнышко опять проснулась. Сердце бешено колотилось. Тот сон повторился. Только теперь она проснулась под утро. Маленькие комочки внизу зашевелились. Пятнышко резко повернулась к ним, но, заметив птенцов, успокоилась.

И вдруг случилось невероятное. Снежок медленно открыл глазки и мутным взглядом посмотрел на Пятнышко.

— М... ма... ма?.. — неуверенным, мягким и невинным голосом произнёс птенец.

Пятнышко даже сначала не поняла, что это ей. Снежок смотрел на голубку своими большими глазами. Пятнышко улыбнулась ему. Теперь пути назад точно нет.

— Снежок... Рада, что ты впервые увидел мир, — сказала мать.

Снежок посмотрел на Пушинку и Кроху.

— Сест... рёнки? — спросил он.

Пятнышко кивнула. Это было так прекрасно. Даже сила орла отступила. У остальных птенцов глаза должны открыться в течение двух дней. Снежок прополз мимо мамы и выглянул на улицу. Он долго смотрел туда, а потом просто вернулся в гнездо. Пятнышко смотрела на него и не могла нарадоваться.

Миролап

— Знаешь, я бы, может, и позвал тебя, если бы ты не ныл целыми днями! — кричал Миролап, пробираясь сквозь заросли.

Он больше не мог этого терпеть. Видящий, когда голубь рассказал ему об олене, ещё и возмутился, почему Миролап ушёл. Он ещё смел ему указывать после того, как молчал и делал всё, что захочет! Миролап бросил очередной злобный взгляд на Видящего. Но он продолжал молчать. Только в глазах у дяди тоже начало появляться раздражение. Но Миролап не замечал этого.

— Будто бы мне хорошо от того, что ты потерял сестру... — Миролап резко осёкся и вспомнил Выжившую.

Он тут же почувствовал волну понимания, но она быстро прошла, снова сменившись раздражением.

— И вообще, я давно был бы в городе, в стае, если бы не ты! — снова закричал Миролап, но уже не так уверенно. — Вместе с Пятнышко!!!

Видящий тут же застыл. Упоминание Пятнышко стало для него последней каплей.

— Та голубка была слишком опасна! — почти выплюнул голубь. — Не хотел со мной идти?! Так зачем же пошёл?

Миролап не знал ответа. Он распушил все перья и яростно замахал крыльями.

— Опасна?! Она пыталась нас спасти!

— У неё сила орла, Миролап! — как можно громче выкрикнул Видящий.

Миролап слышал про это. Такая сила была только у орлов, делая их кровожадными. С чего Видящий вообще это взял? Миролап почувствовал, что начал дрожать от слишком сильных эмоций. Видящий глубоко вдохнул, чтобы успокоиться.

Миролап понимал, что ему нужно найти стаю и Пятнышко, а затем разгадать загадку оленя... Но Видящий... Он же всё портит! Голубь резко глянул наверх, на небо. В этот момент Видящий подошёл к Миролапу сзади и осторожно положил крыло. От неожиданности избранник резко вздрогнул и повернулся к дяде.

— Миролап... — тихо сказал Видящий. — Я вижу, как тебе тяжело... Но давай постараемся не ссориться. Как ты говорил... Первая ещё ищет нас. И Четвёртая непонятно где. Я думаю, что она была шпионкой.

Миролап и сам уже начинал думать об этом. Пятнышко с самого начала была права, просто они этого не поняли. Весь тот страх был наигранным, а рану Четвёртая так и не показала. Птицы молча пошли дальше.

Через некоторое время они вышли к реке. Миролап быстро подбежал к ней и стал пить. Он снова вспомнил тот случай с рыбой. Когда Миролап поднял голову, то увидел, что между деревьев на другом берегу мелькнул белый олень.

— Олень-знак! — воскликнул избранник.

Он быстро раскрыл крылья и повернулся к Видящему. Брат Решиласки печально смотрел на Миролапа. Он неловко раскрыл свои крылья.

— Я чувствую, что они зажили, но не знаю, смогу ли сейчас лететь... Догони его.

Миролап повернулся к другому берегу ещё более решительно и кивнул. Избранник не оглянулся, когда резко взмыл в небо. Там он быстро нашёл белую точку и стал снижаться в её сторону. Приземлившись, Миролап оказался очень рядом с оленем. Белое существо развернулось к избраннику. Оно стукнуло копытом по земле и пошло вперёд. Миролап последовал следом.

Олень вышел к большому озеру и остановился. Голубь уже хотел посмотреть, что там, как вдруг раздался грохот. Грохот пули. Все птицы, что были на деревьях или на озере, с паническим кличем стали разлетаться. В пару уток попали пули, и они, истекая кровью, упали в озеро. Олень испуганно закричал и кинулся в лес.

Миролап понимал, что если взлетит, то его пристрелят, а если останется, то... Раздался лай охотничьих собак. То они его загрызут. Миролап стал медленно отступать назад, в заросли. Огромная собака, пуская слюни, вылетела из кустов. Она оскалила пасть и зарычала.

— Тише, тише... — осторожно пробормотал Миролап, но в его голосе были слышны панические нотки.

Рядом раздался крик бескрылого. Миролап, преодолев страх, взмыл в небо. Рядом с ним тут же пролетела пуля, чуть ли не задев. Миролап отчаянно закрутился в воздухе. Все перья стояли дыбом, пули пролетали рядом. Когда Миролап отлетел достаточно, он нашёл Видящего и приземлился рядом.

— Кажется, я нашёл вторую подсказку. И это озеро, — на одном дыхании сообщил избранник.

Глава 28. Развилка

Плода

— ...и ты летишь в город, понятно? — сказала Плода Мусорщику.

Быть старейшиной оказалось утомительно. Постоянно знать обязанности и предпочтения каждого, иметь много секретов... Стая постоянно что-то требовала. Тихотень отказывалась выполнять какие-либо задачи. Она постоянно сидела и смотрела в одну точку. Плода понимала это состояние, когда теряешь птенцов. Но стае нужна была помощь. Сейчас Тихотень сидела в тени рядом с Быстрокрылом. Она положила голову ему под крыло и мелко тряслась. Они с Быстрокрылом стали общаться. Плода замечала, что раньше они и не смотрели друг на друга, а сейчас...

Вдруг из леса выскочила Цитатума с Мудрецом. Они попросили вместе сходить за материалами для обновления гнёзд. У Цитатумы в клюве ничего не было, а Мудрец тащил много мха и пуха. Уже наступали холода, и надо было утеплять гнёзда. У Цитатумы счастливо блестели глаза. Мудрец подошёл к ней и нежно потёрся. Он положил материалы на землю и подошёл к Плоде. Она никогда не видела его таким счастливым.

— Ты не знаешь, где Знаток? — спросил старейшина.

— Он в тени, вместе с Перолинем, — без колебаний ответила Плода.

Мудрец крылом подозвал к себе Цитатуму, и они пошли к тени. Плоде было жутко интересно. Но она старейшина, должна держать статус... А с другой стороны, Мудрец её коллега. Плода глубоко вдохнула и начала красться за голубями. Она осторожно перебегала от одной тени к другой, стараясь не наступать на листья. И вот Мудрец с Цитатумой остановились перед Знатоком. Плода затаилась. Цитатума почтительно поклонилась Знатоку, Мудрец сделал почтительный взмах крылом — приветствие старейшин.

— В чём дело, Мудрец? Вы выполнили задание? — без предисловий спросил Знаток.

Мудрец заглянул в глаза Знатоку, его перья распушились от волнения.

— Ещё не до конца, мы принесли материалы, но не укрепили гнёзда, — Мудрец начал мяться с лапы на лапу, он явно хотел что-то сказать.

Цитатума тоже начала волноваться. Но Знаток не спешил спрашивать причину визита.

— Тогда почему вы не выполняете задачу? Цитатума? — продолжал допрос главный старейшина.

Перолинь уже давно убежал куда-то в тень. Этого никто даже не заметил, все были слишком увлечены разговором.

— Глава всех старейшин, позволь нам сказать... Ведь дело-то срочно, не можем мы ждать, — тихо сказала Цитатума.

Глаза Мудреца снова счастливо засияли. Он повернулся к Цитатуме и шёпотом сказал ей:

— Люблю, когда ты так разговариваешь.

Цитатума покраснела, но не отвернулась. Знаток нахмурился, но вскоре кивнул.

— Докладывайте.

Мудрец вздохнул, выдохнул — он набирался сил. И вот сообщил:

— Мы с Цитатумой ждём яйца!

— Через семь дней одно яйцо отложу, второе придёт мне дня через два, и вместе воспитывать будем птенцов, не зная ни горя, ни страха, ни смерти в века, — продолжила Цитатума.

Мудрец ещё сильнее расцвёл.

— Дорогая, это прекрасная рифма!

А Знаток в это время застыл, и было непонятно, о чём он думает. Его перья медленно прижимались к телу.

— Поздние птенцы прямо перед холодами?.. — почти осязаемо пробормотал Знаток.

Мудрец и Цитатума этого не заметили. Они вместе ворковали и радовались. Плода представила маленьких птенчиков. Конечно, гнездо матери должно быть вдали от стаи, но навещать его можно.

Вдруг Плода почувствовала сзади себя горячее дыхание. Старейшина замерла. Она могла ощущать только то, как её перья очень медленно расправлялись от ужаса... Плода осторожно повернулась и увидела Перолиня. Старик смотрел на Плоду, чуть склонив голову.

— Зачем подслушиваешь? — сказал он.

В голосе Перолиня было искреннее недоумение. Он не мог понять, зачем старейшине было подслушивать. Хоть Перолинь уже и не был главой старейшин, Плода поклонилась ему.

— Я... — она хотела придумать оправдание, но Перолинь перебил.

— Не стоит оправдываться и кланяться. Это просто интерес.

Голубь развернулся и направился к Солнечному камню. Плода проследила за ним и снова перевела взгляд на Мудреца, Цитатуму и Знатока. Сейчас они о чём-то переговаривались. Точнее, Знаток и Мудрец о чём-то переговаривались, а Цитатума лишь стояла рядом. Плода потупила взгляд и, сгорая от стыда, пошла к дереву отдыха.

Выжившая

Помощница духа смерти практиковалась со своей новой силой. Мёртвый Ворон пока не разрешал ей забирать души самой, говорил, что она ещё слишком неопытна. Выжившая ещё раз посмотрела на ветку, что лежала перед ней. Ей нужно просто поднять её в воздух, все духи так умеют! Голубка напряглась. Она перенаправила всю энергию внутри на палку.

— Ну же, взлети... — прошипела Выжившая.

— Эй, Выжившая, — кто-то её окликнул.

Голубка вздрогнула от неожиданности, и палка резко подлетела в воздух и опять упала.

— О, Великий Орёл... Мёртвый Ворон, ты меня напугал! — возмутилась голубка.

Ворон ничего не ответил, он проследил взглядом за палкой.

— Хороший успех, — похвалил дух.

У Выжившей распушились перья, а к лицу прилила краска. Чёрт, он увидел её позор... Выжившая прикрыла лицо крылом.

— Чего тебе? — пробормотала она.

Ворон фыркнул, заметив её жест.

— Да ладно тебе, я знаю, что это непросто. Особенно в первый раз.

Выжившая ещё сильнее засмущалась. Ей хотелось провалиться сквозь землю от стыда. Ворон всё-таки перешёл к делу:

— Нас позвал Гоацин ночью на секретную встречу. Жду тебя возле озера, когда Лунный глаз Орла взойдёт на небо.

И дух смерти, махнув крыльями, растворился в тени. Выжившая поглядела ему вслед. Как же чертовски интересно ей было... Голубка кинула взгляд на палку и решила оставить её.

Ночь. Ночь в Загробном мире отличалась. Воробьи-звёзды не просто светили, они болтали друг с другом. Многие души не спали, им не нужен сон. Маленькие птенцы, что не успели вырасти, играют вместе. Их звонкий смех разрывает тишину. И Выжившая как тень пролетает по небу. Звёзды приветствуют её. Выжившая почтительно кивает им в ответ и летит дальше. Пока не видит огромное озеро. В темноте оно выглядит пугающе. Настолько чёрное, что кажется, может поглотить тебя целиком. Лунный глаз Орла поднимается всё выше и скоро достигнет пика.

Выжившая приземляется на берегу озера. Она долго глядит на него. Голубка делает небольшой шаг вперёд, позволяя прохладной воде коснуться её лапы. Вода приятно смывает грязь. Выжившая чувствует силу внутри и тихо касается её. Темнота отступает. Ночное зрение активировано.

Сзади послышались звуки полёта. Помощница духа смерти повернулась в их сторону и уставилась на Ворона. Тот приземлился рядом.

— Рад, что ты пришла.

Ворон быстрой походкой направился к озеру. Это был уже не первый раз, когда Выжившая ныряла. Она это сделала спокойно и быстро. И вот птицы попали в мир духов стихий. Ворон оглянулся, чтобы проверить, идёт ли за ним Выжившая. Заметив её, он удовлетворённо кивнул, и они пошли дальше.

Территория духов стихий оказалась совсем не такой, какой ожидала голубка. Они шли. Сначала по пустоши, там ничего не было. Даже в Белом пространстве был туман, а здесь — ничего. А потом они дошли до развилки дороги. Дорога разделялась на четыре части. Одна уходила вдаль, и там было много растений. Вторая была огромным морем. Третья — горами с большими облаками, где можно летать и летать. А четвёртая вела к вулкану.

Неожиданно из дороги с небом вылетел Сапсан. Ворон и Выжившая прижались к земле, надеясь, что их не заметят. В ответ на Сапсана из стороны вулкана вышел Гоацин.

— Стой! — крикнул огонь.

Сапсан резко затормозил.

— Что надо? — дух ветра явно был не в настроении.

— Ты просто невыносим!

Выжившая прислушалась к ссоре духов. Из уст Гоацина она узнала, что Сапсан стал посылать много ураганов. Это очень нравилось Чайке, но Гоацину — нет. А Сапсану в свою очередь не нравилось то, что Гоацин медленно уходит в тень. В общем говоря, эти оба стали недолюбливать друг друга.

С ума сойти, Выжившая и не могла представить, чтобы духи стихий ссорились! Они всегда были символом мира. Сапсан бросил полный ненависти взгляд на Гоацина и улетел по своим делам. Тогда-то и выяснилось, что Гоацин уже почувствовал присутствие Ворона и Выжившей.

— Спасибо, что прилетели... — в голосе духа стихии проскользнула подавленность.

Выжившая с Вороном переглянулись. Что произошло в совете?

— В общем... Всё идёт совсем не так, как мы хотели, — Гоацин в основном смотрел на Ворона. — Миролап не справляется с миссией, у него свои проблемы. Его близкая подруга получила... — Гоацин запнулся. Всё его тело охватила дрожь. — Силу орла. Его тётя ушла в ваше королевство... Я пробовал послать ему знак, чтобы указать на следующий клан, но не думаю, что сейчас у него выйдет что-либо. У нашего голубёнка всё ещё есть незаконченное дело с кланом враньих.

— Что случилось в совете? — не выдержала Выжившая.

Гоацин даже не взглянул на Выжившую, но начал отвечать:

— Несчастья, что мы посылаем на птиц, усиливаются и учащаются. Сапсан уже недавно подверг риску избранника из-за урагана. Я не могу терпеть этого терроризма. Но Чайка и Сапсан не на моей стороне, а с Орлом, как известно... практически никто не может разговаривать... Как Чайка поговорила с ним, я не знаю. Похоже, это останется загадкой. Но тем не менее мы, духи стихий, начали ссориться. Тьма чувствует это и начинает наступать активнее. Шансы на спасение падают с каждым днём всё быстрее...

Гоацин замолк и опустил взгляд вниз. Его огонь стал светить не так ярко, как обычно. Он собирался сказать что-то важное. Ворон не произнёс ни слова. Он просто слушал. Слушал каждое слово Гоацина и не собирался перебивать. Но было видно: Ворон чувствует безысходность. Они попали в ловушку. В ловушку собственных сил, возможностей и проблем. И вот Гоацин набрался сил. Он поднял печальные глаза на Ворона и Выжившую и сказал самое страшное. То, что все понимали, но не говорили вслух:

— Боюсь, мы не сможем остановить катаклизмы.

Глава 29. Вечерние мероприятия

Пятнышко

Сразу после Снежка глаза открыла Кроха. Только Пушинка ещё была с закрытыми глазами. Сейчас Снежок прыгал вокруг Крохи и что-то настойчиво ей пищал. Пятнышко прислушалась и смогла разобрать слова:

— ...мы сможем увидеть, что за пределами гнезда! Мама даже не заметит!

Птенец возбуждённо махал крыльями. Кроха же неуверенно смотрела на Снежка и ничего не отвечала.

— Так... Расскажи и мне, что вы там задумали, — сказала Пятнышко Снежку.

Она склонилась прямо к его головке. Птенец, поняв, что мама раскусила план, сразу потух. Он прижал к себе перья в знак покорности.

— Прости, мам... Ничего особенного...

Пятнышко фыркнула. Она так и не поняла, кто научил птенцов такому послушанию. Должно быть, их родные родители.

— Вы хотели посмотреть, что за пределами гнезда? — догадалась Пятнышко.

Кроха скромно кивнула.

— Нам было очень интересно... — прошептала она.

Снежок с надеждой посмотрел на мать. Пятнышко приподняла крылья.

— Малыши... Как только Пушинка откроет глаза, я обещаю, мы посмотрим, что там, — пообещала им Пятнышко.

Не было ли это обещание ошибкой? Но в любом случае голубка чувствовала, что это правильно. Она даже не чувствовала силу орла в последнее время. Но в прошлую ночь она опять видела сон с большой горой. Голубка даже начала подозревать, что это может быть Главная гора. Но сейчас она не собиралась туда лететь. Пятнышко даже не была уверена, ждут ли её в стае. Она не понимала, где Миролап, Видящий и Четвёртая. Почему они так и не вернулись за ней? Пятнышко успокаивала себя тем, что они, возможно, решили, что она погибла. Но почему не проверили? Голубка старалась не задумываться.

Мать вылезла из гнезда за едой. Она исправно носила пищу птенцам. Когда Пятнышко вернулась и накормила малышей, то обнаружила, что Пушинка тоже начала открывать глазки. Кроха и Снежок застыли, глядя на сестрёнку. Пушинка открыла свои прекрасные глаза и оглядела мир.

— Ты проснулась! — выйдя из оцепенения, воскликнул Снежок.

Брат подскочил к сестре и заглянул ей в глаза.

— Ну как? Свет не сильно ярко светит? — спросила Пятнышко.

Она наклонилась к приёмной дочке. Птенец посмотрел на мать и кивнул. Её только что открытые глаза блестели от солнца, которое пробиралось в гнездо. В них горел еле заметный дерзкий огонёк.

— Теперь мы выйдем из гнезда? — с надеждой спросил Снежок.

Пятнышко оглядела всех троих птенцов.

— Пушинке нужно окрепнуть, — решила голубка.

Снежок печально опустил крылья.

— Ладно...

Кроха не стала спорить. Она подползла к Пушинке.

— Привет, я Кроха, — сказала она сестре.

Пушинка склонила голову и внимательно осмотрела Кроху. Снежок тем временем глядел на выход из гнезда. Пушинка полностью закончила осмотр сестры. Она громко фыркнула и демонстративно отвернулась. Кроху это ничуть не расстроило. Она снова подползла к лицу Пушинки.

— Ты чего? — осторожно спросила она.

И Пушинка сказала своё первое слово:

— Отст... отстань!

Кроха вздрогнула. Она заметно поникла и уползла к брату. Но Снежок был занят своими мыслями.

— А какое там небо... Интересно, оно фиолетовое или жёлтое? — шептал птенец.

Кроха отвернулась от него и приползла к углу гнезда. Пятнышко повернулась к ней.

— Не расстраивайся, — сказала мать. — Вы просто разные.

Кроха подняла крошечную голову к Пятнышко.

— Наверное, это так... — прошептала малышка и свернулась калачиком.

Вот тогда сила орла решила о себе напомнить. «Крошечный, такой беззащитный и ранимый птенец...» — прошелестел "дар". С каждым разом он говорил всё более связными мыслями, и это немного пугало Пятнышко. Она просто проигнорировала силу. Сила орла заставляла Пятнышко смотреть на Пушинку и видеть в ней... еду. Голубка резко махнула головой, сгоняя наваждение. Ей ещё предстояло весь этот день учить Пушинку говорить. Хотя, смотря на её характер, это будет сложно.

Миролап

Избранник шёл впереди Видящего по лесной тропинке. До города оставалось совсем чуть-чуть. Скоро они придут в стаю. Миролапу даже не верилось. Всю дорогу он размышлял об олене. Миролап был уверен, что это связано с лебедями. Те рога и озеро... Похоже, это была подсказка про новый клан. Но Первая всё ещё бродит где-то рядом. Четвёртая так и не вернулась... Они с Видящим пришли к решению, что та всё же была шпионкой. А он как последний дурак доверился сороке после того, что сделал их клан. Пятнышко Миролап почти отпустил. Избранник полностью убедил себя, что она погибла, и искать её было бы пустой тратой времени.

Видящий уже начал разминать крылья. В стаю они уже прилетят. Правда, Миролап не знал, что скажет стае Боёвки. Он всё ещё чувствовал теплоту, когда вспоминал её, но те ужасы, что голуби видели в путешествии, не давали сосредоточиться на ней. По вечерам Видящий рассказывал истории про Тихотень в молодости. И они оказались, так сказать, шокирующими...

Вот и сейчас. Наступал очередной вечер, только на этот раз Видящий смог сам взлететь на дерево. Миролап взлетел за ним. Они сидели несколько минут в тишине. А потом Видящий снова начал рассказывать:

— Знаешь, почему твоя мать не улетела с нами и почему я удивился, когда узнал, что ты не знаешь, кто твой отец?

Миролап отрицательно помотал головой.

— С детства она дружила с Быстрокрылом... Они вместе играли и проводили много времени. Тихотень часто просила нас с... с Решилаской прикрыть её, когда она в очередной раз уходила на прогулку с Быстрокрылом. Нам он не понравился с первой встречи. Слишком энергичный и импульсивный... Но Тихотень была счастлива, и это было для... для нас главным. И вот наступило наше испытание имени. Тихотень боялась больше всех. Мы поддерживали друг друга, но... сами боялись. Во время испытания я и Реши... ласка не нашли Тихотень. Но потом мы узнали, что они стали встречаться...

С каждым словом Видящего Миролап всё сильнее застывал.

— Нашей маме это сразу не понравилось... — кто была бабушкой Миролапа? — Она хотела внуков... А Тихотень детей. Только вот Быстрокрыл... никого не хотел. И вот мы решили улететь. Мы звали с собой и маму, и Тихотень... Мама... т-то есть твоя бабушка согласилась... А Тихотень осталась ради Быстрокрыла. Но в наш первый день полёта... — у Видящего потекли слёзы. — Твою бабушку поймал орёл... Было т-так много... крови. А Тихотень так и знает, что случилось... Н-наверное...

— Как её звали? — Миролапу было всё равно, что он узнал, кто его отец. Его интересовала бабушка.

— Призратьма...

Призратьма. Это было имя его бабушки. Его бабушки... Его бабушки...

Пятнышко

Уже вечерело. За день Пятнышко научила Пушинку говорить, хоть это было и очень сложно. Трое птенцов смотрели на Пятнышко и ждали её решения. Выведет ли она их из гнезда? Пятнышко уже решила, что да. Но это будет необычная прогулка.

— Итак, послушайте меня, — начала Пятнышко.

Кроха и Снежок вытянулись как по струнке. Пушинка же подчиняться не собиралась. Пятнышко не стала обращать на это внимания.

— Сейчас вы залезете мне на спину. Держитесь крепко, коготками, и не бойтесь, что мне будет больно, понятно? Мы полетим высоко, так что если кто-то передумал, то лучше сказать сразу.

Пятнышко строго оглядела всех птенцов. Но они смело глядели ей в глаза. Пятнышко удовлетворённо кивнула. Она прижалась к гнезду, обнажая спину. Трое птенцов запрыгнули на неё: Снежок первый, Кроха вторая, а Пушинка последняя. Пятнышко почувствовала, как их когти вошли ей в спину, и невольно поморщилась.

Голубка раскрыла крылья и вылетела из гнезда. Ветер сразу начал приятно дуть. Снежок восторженно завизжал. Уже стемнело, и было невероятно красиво. Воробьи-звёзды зажглись на небе, а само оно было будто кто-то одел большое тёмное одеяло. Облаков не было. Внизу росли большие деревья, в темноте они казались тёмными тенями.

Кроха покрепче прижалась к Пятнышко. Снежок раскрыл свои маленькие крылышки, он представлял, будто летит сам. Пушинка свесила голову вниз.

— Пушинка! — предупредила Пятнышко.

Пушинка лишь хихикнула и свесилась ещё больше.

— Мы сейчас развернёмся и полетим обратно! — пригрозила голубка.

— Ну блин, ну Пушинка! — завыл Снежок.

Кроха просто наблюдала за ссорой. Пушинка закатила глаза, но снова залезла на мать. Тогда Пятнышко наконец-то успокоилась. Она поймала порыв воздуха и полетела наверх.

Пятнышко взлетала всё выше и выше. Она чувствовала, как когти малышей всё сильнее втыкаются, чтобы удержаться. Кроха даже закрыла глаза. Голубка совершала мощные взмахи крыльев. Деревья внизу становились малюсенькими, а небо — большим и красивым. И вот Пятнышко закончила подъём. Она остановилась, но продолжала махать крыльями.

— Мы прибыли, — сообщила мать.

Кроха неуверенно открыла один глаз, потом второй. И они сразу округлились от восторга. Снежок смотрел вниз, на деревья.

— Это... это восхитительно, — прошептала Кроха.

Выделилась опять Пушинка. Она гордо выпятила грудку и, заявив, что «не боится», отползла прямо к хвосту Пятнышко, чуть ли не провалившись сквозь хвостовые перья. Пятнышко невольно наклонилась от такого смещения.

— Пушинка... — сквозь стиснутый клюв прорычала она.

Кроха повернулась к сестре и затащила её на место. Пятнышко отдышалась и вдруг расплылась в улыбке — ей пришёл в голову идеальный план.

— Насмотрелись? — голубка хитро прищурилась.

— Ну ма-а-ам, только не в гнездо! — протянул Снежок.

— О, мы не в гнездо. Держитесь крепче!

«Покажи им!» — где-то глубоко закричала сила орла, явно с не очень хорошим подтекстом. Пятнышко прижала крылья и лапы к телу. Кроха взвизгнула — она поняла. Через секунду они начали пикировать. Скорость ускорялась. Снежок и Кроха громко кричали, а Пушинка закрыла глаза и отвернулась. Пятнышко нравилось это. Земля была всё ближе. Голубка резко раскрыла крылья и промчалась прямо рядом с верхушками деревьев.

— Это было... — Снежок не успел договорить, потому что Пятнышко снова стремительно стала набирать высоту.

— Только... не это! — часто дыша, провыла Кроха.

Пушинка открыла глаза. Ей нравилось больше всех. Пух птенца расправился от удовольствия. Наверху Пятнышко снова сложила крылья. Только на этот раз при падении она начала немного подрагивать ими, и поэтому семья закрутилась как в урагане. Когда пикирование закончилось, Пятнышко направилась в сторону гнезда и залетела туда.

Снежок прямо свалился со спины по прилёту. Кроха быстро спрыгнула. Одна Пушинка прискакала к голове матери и, не слезая, попросила:

— Можно ещё?

Пятнышко покачала головой.

— Нет... Мама устала, — объяснила она.

Сила орла ликовала страху других. Но Пятнышко этого даже не замечала. Она осторожно скинула Пушинку. Снежок приподнял голову. Весь его пух смешно взъерошился.

— Это было круто... и страшно одновременно... Не знаю, хочу ещё или нет, — вынес вердикт Снежок.

— А я точно нет, — прошептала Кроха.

Она подбежала к Пятнышко и прижалась к ней.

— В следующий раз я не полечу, ладно? — попросила малышка и подняла глаза на мать.

Голубка улыбнулась.

— Конечно.

Она чувствовала себя счастливой. По-настоящему. Может, и не нужна ей никакая стая?

Глава 30. Прощение клана

Четвёртая

Сорока прижималась к Пятой. Они спали все вместе. Завтра должна была быть самая важная миссия. По словам Первой, Четвёртая должна была заманить Миролапа и Видящего в ловушку. А там их настигнет месть. Четвёртая провалилась в беспокойный сон...

Утром их всех разбудила Первая.

— Всем подъём!

Сороки сразу вскочили. Первая внимательно оглядела всех своих подчинённых.

— Все помнят свои роли? Я могу напомнить, — сказала она строгим голосом.

Никто не ответил. Все, конечно же, помнили, но хотели проверить себя. Тем более Первая оказалась не такой, каким был Теневой, — её не боялись. Первая была хорошим лидером. Она вздохнула, поняв, что всё-таки надо повторить.

— Четвёртая, на тебе всё держится. Пожалуйста, не подведи нас. Скоро наши голубки выйдут к городу. Там ты их переманишь в наше место. Второй, Третья, Пятый, вы находитесь на месте ловушки. Поймайте их. Четвёртая, поможешь им, если надо будет. А я... А я отомщу.

Про свою роль Первая практически ничего не рассказывала.

— Четвёртая, возвращайся к ним. Помни, на тебе всё держится, — Первая внимательно смотрела на Четвёртую.

Сорока сглотнула и полетела.

Миролап

Призратьма... Такое красивое имя. На следующий день Миролап опять думал о бабушке. Интересно, какая она была? Миролап не спрашивал Видящего. Было заметно, что он не хотел это объяснять. Только перед сном до Миролапа дошло, кто его отец. Быстрокрыл. Этот голубь всегда был его отцом. Но он постоянно находился вдалеке. Никогда не подходил к Миролапу или Выжившей, когда она была жива. Возможно, Тихотень была против. Тихотень... Как же он соскучился по маме!

Раздумья голубя прекратила тень, которая резко приземлилась рядом. Миролап взвизгнул и инстинктивно прикрылся крыльями. Видящий рядом не испугался. Он нахмурился и вгляделся в очертания тени.

— Сорока? — Видящий с удивлением прищурил глаза.

Вот и Миролап разглядел гостью. Это была никто иная, как Четвёртая. На этот раз Миролап насторожился. Он помнил их с Видящим решение.

— Наконец-то я вас нашла! — воскликнула Четвёртая.

Сорока приветливо улыбнулась. Видящий подошёл к Четвёртой с подозрительным прищуром.

— Я думал, ты покинула нас, — холодно сказал голубь.

Четвёртая погрустнела и опустила взгляд.

— Что ты... Как бы я могла вас бросить? Просто не нашла, — с максимально опечаленной интонацией пробормотала Четвёртая.

Миролап с Видящим переглянулись. Можно ли ей доверять? Миролап решил, что нельзя делать поспешных выводов.

— Мы почти дошли до города, — сообщил Миролап Четвёртой. — Вы, сороки, не очень любите стаи, а ты — дикая сорока. Не думаю, что тебе понравится город. Тебе нет смысла оставаться с нами.

Миролап надеялся, что Четвёртая просто согласится и уйдёт. Он не мог сказать «нет» птице, что просила находиться рядом, а снова довериться той, что постоянно пропадала... Избранник не думал, что это хорошая идея. Видящий смотрел на Четвёртую и, казалось, сканировал её взглядом.

— Думаю, ты прав, — с медленным кивком согласилась Четвёртая. — Но где ваша пятнистая подруга? Как её звали... Пятнышко.

Миролап замер. Точно! Четвёртая ведь не знает, что случилось с Пятнышко.

— Она мертва, — одновременно ответили Миролап и Видящий.

Четвёртая скорбно склонила голову.

— Сожалею... А она точно погибла? Вы уверены?

Миролап ощутил, как его перья поднимаются вверх от ужаса. Откуда ей знать? Четвёртая прочла шок на лицах Миролапа и Видящего.

— Вы не уверены... — тихо и с долей сочувствия прошептала Четвёртая. — И не зря... Я видела её на одной поляне. Пойдёмте, покажу!

Сорока развернулась и зашагала в сторону города. Значит, там где-то рядом поляна... Миролап как под гипнозом направился за Четвёртой. Видящий быстро его догнал.

— И ты так быстро ей поверишь? Вдруг это ловушка? — сказал дядя так тихо, чтобы Четвёртая не могла услышать.

— Видящий, — ответил Миролап так же тихо, — даже если это ловушка... Я не смогу жить, зная, что не проверил. А вдруг она действительно видела Пятнышко?

Дядя задумчиво замолк. Через минуту он рассудительно ответил:

— Но эта проверка может стоить нам жизни...

Четвёртая уловила шушуканье со стороны голубей.

— О чём болтаете? — не смотря на них, спросила сорока.

Миролап неловко замахал крылом:

— Да ни о чём! Забудь.

Сорока обернулась. Она внимательно осмотрела Миролапа, потом перевела взгляд на Видящего. Она практически незаметно наклонила голову.

— Ладно... Нам надо поторопиться. Ваша подруга может улететь.

Миролап кивнул, ощущая, как его перья слипаются от пота. Их чуть ли не поймали. Видящий молчал. По его взгляду было понятно, что он не доверяет Четвёртой. И Миролап его понимал.

Птицы продолжили свой путь. Деревья начали редеть, избранник уловил звуки машин. А потом он заметил гнёзда бескрылых. Они выглядывали из-за деревьев и были невероятно знакомыми. Это был город, где вырос Миролап и Видящий. Четвёртая свернула на тропинку. Миролап бросил печальный взор на город, но продолжил путь вслед за Четвёртой.

Видящий отстал. Он глядел на город дольше всех. Потом понял, что все ушли, и поторопился за ними. Троица вышла на небольшую поляну. Солнце заливало растения, создавая атмосферу уюта. Листва редких деревьев шуршала на ветру. Но от этого Миролап только напрягся. Он вспомнил, как в прошлый раз такой уют привёл к гибели Выжившей. И Пятнышко голубь не видел.

— Четвёртая, ты не знаешь, где Пятнышко? — избранник повернулся к сороке.

Птица опустила голову. Её крылья прижались к телу, как и все перья. Её поза выражала вину. Миролап понял, что это ловушка. Но улететь не успел.

Из кустов выскочили три сороки и набросились на Видящего и Миролапа. Голубь раскрыл крылья и начал стремительно подниматься в воздух. Четвёртая взлетела за ним и ударом лапы отправила на землю. Миролап ударился о почву. Этот удар выбил весь воздух из лёгких. Зрение на секунду помутилось.

Одна из сорок воспользовалась моментом. Она примчалась к Миролапу и когтями прижала его крыло к земле. Когти вошли в плоть, выпуская немного крови. Миролап захрипел от боли, но подняться не смог.

Сквозь муть в глазах он заметил Видящего. Дядя отбивался от двоих сорок. Четвёртая, что стояла в стороне, подошла к ним. Сорока с Видящим поймали взгляды друг друга. Но Видящий резко распушил все перья, чтобы казаться больше, и прыгнул на Четвёртую. Одна из других сорок быстро перегородила путь и кинула голубя в сторону второй сороки. Она в свою очередь схватила клювом Видящего за хвост. Он упал и ударился головой о землю. Видящий вскрикнул и попытался повернуться, но тоже оказался в ловушке.

Миролап осторожно повернул голову на сороку, что поймала его. При повороте мир будто замедлился. Избранник не помнил номера этой птицы.

Когда Видящий полностью бросил попытки освободиться, на поляну приземлилась ещё одна птица. Её Миролап узнал моментально. Первая. Чёрно-белая птица подошла к Четвёртой.

— Четвёртая... Ты очень хорошо поработала для нас, — похвалила Первая.

Видящий зашипел, когда услышал это.

— Предательница... — Миролап еле расслышал слова дяди.

Избранник почувствовал жгучее чувство вины. Ведь Видящий пытался отговорить Миролапа, но тот не слушал. Первая не обратила внимание на Видящего. Она пошла к Миролапу. Голубь следил за каждым её шагом.

— Из-за тебя погиб Теневой... — сказала Первая Миролапу.

— Я думал, что он отпустит нас... И что вы хотите стать свободными... — быстро начал отвечать Миролап.

— Свободными? — моргнула Первая.

Она на секунду потеряла весь величественный вид. Крыло Первой непроизвольно приподнялось от удивления. Миролап чуть приоткрыл клюв. К нему пришло осознание. Вот он, рычаг давления!

— Д-да! — голубь дёргался так, что сорока наверху прижала его сильнее. — Я... Хотел спасти вас от того злого ворона!

Крылья Первой опустились, а взгляд стал стеклянным... Она о чём-то глубоко задумалась.

— Первая? — неуверенно позвала одна из сорок.

Лидерша повела крылом и вышла из оцепенения. Она снова направилась к Миролапу уверенными шагами.

— П-подожди... Я правда не знал... Пр-просто хотел, чтобы... — зашептал избранник.

Видящий с надеждой глядел на него.

— Заткнись! — вскрикнула Первая.

Её голос сорвался на крик, а в глазах засветилась паника. Внутри Миролап начал ликовать. У него получается!

— Я правда хотел помочь... — Миролап сказал это так тихо, что Первой пришлось напрячься, чтобы услышать.

— Помочь? Ты меня даже не знаешь! — прорычала Первая.

— Да, но ты можешь... — Миролап не договорил, потому что сорока сверху резко надавила на крыло.

— Ты же видишь, что она не хочет разговаривать... — прошептала она.

Но Миролап не отступил. Он стиснул зубы и продолжил:

— Разве тебе нравился Теневой? Разве тебе нравилось всё это?!

Первая затихла. И вдруг она резко подлетела к Миролапу и ударила его когтями по боку. Струя тёплой крови потекла по перьям. Миролап взвизгнул и сжался.

Первая часто-часто дышала. Через секунд пять она обмякла. Первая опустилась к земле и застыла. Она будто улетела куда-то далеко отсюда...

— Мне... Я не знаю... Не нравилось... Н-но... — Первая затихла.

Она развернулась и собиралась уйти. Но Миролап не позволил. Он дёрнулся, позволяя сороке наверху порвать ему крыло, и, вытянув второе, коснулся Первой:

— Не уходи!

Видящий всё это время не дёргался. Он наблюдал за тем, как Миролап выгрызает им путь к спасению. Первая затормозила и остановилась, когда Миролап коснулся её.

— Можешь рассказать всё мне... Я выслушаю... — тихо сказал Миролап и улыбнулся своей самой доброй и искренней улыбкой.

Первая немного задрожала, и по её щеке скатилась одна слеза. Она прокатилась по телу и упала на землю. Первая долго глядела на Миролапа. Голубю казалось, что прошло несколько часов, когда Первая опустилась на почву и начала:

— Это было так давно... Так давно он нашёл меня и сделал правой лапой... Так давно он заставлял меня находить других сорок, — все остальные четыре сороки затихли и стали внимательно слушать, — и информацию... Так давно бил и унижал... Я так привыкла, что должна была защищать его любой ценой... Что нельзя нарушать правила... — Первая резко вдохнула и снова затихла. — А потом он ушёл... И мне так казалось, что я должна защитить его... Отомстить... Я привыкла, что не может быть по-другому... Что...

Сорока закрыла голову крыльями и задрожала. Вся поляна замолчала. Не жужжали жуки, не раздавались звуки города... Просто тишина. А потом:

— Отпустите их.

Миролапа и Видящего отпустили, но они не улетели. Нет. Видящий ждал решения Миролапа, а Миролап просто не мог улететь сейчас. Он подошёл к Первой и наклонился к ней. Голубь осторожно приоткрыл своим крылом крылья Первой. Он заглянул внутрь и увидел, как сорока дрожала, а слёзы катились по её щекам. Первая сфокусировала взгляд на Миролапе.

— Почему ты не улетел?.. — еле слышно сказала Первая.

— Потому что не могу, — честно ответил избранник. — Ты не заслуживаешь вечно гоняться за кем-то.

Голубь вытянул второе крыло и обнял им Первую. Сорока замерла. А потом прильнула к Миролапу. Он ничего не говорил до тех пор, пока Первая не заговорила сама:

— Моё имя всегда было: Первая Помощница Великого Теневого. А тебя зовут так коротко и красиво: Миролап... И теперь я понимаю почему. И я больше не хочу иметь ничего общего с Теневым. Пусть я буду просто Первой. А вы... — сорока вылезла из объятий Миролапа и оглядела свою маленькую стаю, всех, кроме Видящего и Миролапа. — Просто Второй, Третья, Четвёртая и Пятая. Мы будем просто стаей, которая будет жить... — Первая запнулась. Её голос стал тихим и даже жалким. — Только если вы хотите...

Сороки переглянулись.

— Первая, — первым заговорил Второй, — ты намного лучше Теневого. Я пойду с тобой.

— И я, — вскинула крылья Третья.

— Я тоже с тобой... — не очень уверенно, но всё же решил Пятый.

Все взгляды повернулись к Четвёртой.

— Я... Иду за тобой, — решила последняя сорока.

На этот раз Первая сама подошла к Миролапу и обняла его.

— Спасибо... Обращайся к нам, если нужно... Клан враньих всегда будет рад видеть тебя!

На этих словах Первая взлетела, а все сороки последовали за ней.