Проводница теней

Глава 1: Проводники Духов

2090 год. Мир давно стал другим. Технологии ушли вперед, города сменились куполами, но что-то незримое прорвало ткань реальности. Теперь среди живых бродили неупокоенные – Духи. Умершие, чьи души не могли обрести покой, застрявшие в мучительном промежутке между мирами. Их боль, страх, невысказанные слова и неотпущенные обиды разъедали границы, создавая опасные территории – Зоны. И там, где Зоны прорывались, требовались особые люди.

Проводники духов. Не экстрасенсы и не шаманы, а последний бастион между миром живых и хаосом неупокоенных. Их задача – найти потерянную душу, успокоить ее смятение, помочь перейти в Иной Мир без происшествий и прочих проблем. Работа опасная, требующая силы воли, особого дара и непременного атрибута – посоха.

Айя шагала по ржавым балкам разрушенного эстакадного моста в Зоне «А-7», «Ржавый Каньон». Ее шаги были твердыми, уверенными. Воздух вибрировал от энергии неупокоенных, пахнул озоном, пылью и чем-то сладковато-гнилостным. Она была одна. Как почти всегда. Одиночество давало ей полный контроль, свободу действий. Работать в паре или отряде означало оглядываться, подстраховывать, терять драгоценные секунды. Айя ненавидела терять время.

Она была Проводницей Духов. И одной из сильнейших. Айя. Внешне – воплощение суровости. Высокая, подтянутая, с резкими чертами лица и взглядом, способным остановить разъяренного слизнегра. Короткие, темные волосы, практичная, поношенная одежда защитного цвета. И главное – ее оружие, ее сила, ее наследие. Посох Тамарина.

Он покоился на ее спине, закрепленный ремнями. Древко – темное, почти черное дерево с прожилками, похожими на застывшие молнии. Навершие – шар из полупрозрачного камня, внутри которого бушевало и переливалось багровым светом миниатюрное солнце. Огонь. Удивительная, неукротимая сила. Один из самых мощных посохов среди Проводников. Он достался ей от отца, Каэла Тамарина. Легенды. Который… пропал без вести десять лет назад во время похода в Зону «А-23», «Плачущие Утесы». Его отряд вернулся целым и невредимым. От самого Каэла принесли лишь его посох. Айе тогда было четырнадцать. Посох Тамарина стал ее мечом, щитом и единственной нитью к отцу.

Она остановилась, услышав характерное жужжание и шипение. Впереди, над грудой искореженного металла, кружила стая. Водряны. Мелкие, с перепончатыми крыльями и раздутыми, ядовито-зелеными брюшками. Их было восемь. Мелкие, но опасные в стае – их едкая слюна могла прожечь кожу и даже ослепить. Они атаковали что-то невидимое – скорее всего, слабого Духа, застрявшего в обломках.

– Эй, летуны! – крикнула Айя, ее голос, резкий и громкий, разнесся по каньону. – Отвяжитесь! Не ваша добыча!

Водряны взвизгнули, развернулись к ней. Струи ядовитой слюны полетели в ее сторону. Айя не сдвинулась с места. Рука метнулась за спину – и Посох Тамарина оказался в ее хватке. Камень навершия вспыхнул. Веер ослепительных огненных искр вырвался навстречу яду. Шипение, вспышки – яд испарился, не долетев. Еще одно легкое движение посохом – и восемь точных огненных игл пронзили воздух. Восемь хлопков – и обугленные тельца водрянов рухнули на металл.

– Надоели, – буркнула Айя, подходя к месту, где клубился слабый, испуганный Дух рабочего в прогоревшей робе. Она подняла посох, пламя в камне сменило цвет с яростного багрового на теплый, золотистый. – Успокойся, брат. Смена окончена. Пора домой.

Ее голос зазвучал иначе – твердо, но с успокаивающим резонансом. Она говорила не призраку, а человеку, который когда-то шел на смену, мечтал об отдыхе, боялся опоздать. Говорила о том, что боль прошла, что страх остался позади, что впереди – только покой и свет. Ритуал Проводника. Освобождение.

Дух перестал дрожать. Черты лица смягчились, появилось удивление, затем – глубочайшее облегчение. Фигура засветилась изнутри мягким золотом, стала прозрачной. Последний взгляд, полный благодарности, – и Дух растворился, уносясь в невидимую щель между мирами.

Айя опустила посох. Легкая испарина выступила на лбу. Стандартная работа для Зоны А-ранга. Проводники классифицировали Зоны по опасности:

D, C – для начинающих. Призраки-плаксы, слабые аномалии.

B, A – для опытных. Сильные Духи, чья боль кристаллизовалась в реальную силу, и мифические твари, порожденные или привлеченные энергией Зоны. Как водряны. Или гигантские кроты-камнееды. Или тенистые ловцы.

Айя знала их всех. С Посохом Тамарина и ее опытом Зоны А-ранга были… вызовом. Приятным вызовом. Она справлялась легко, чаще в одиночку.

Формально у нее был отряд. «Отряд Равновесия». Дарк – молчаливый силач с посохом грубой силы. Лина – чуткая иллюзионистка с посохом, успокаивающим Духов. Юный Томми – новичок с посохом слабого щита. Они собирались редко, обычно для рутинных патрулей в Зонах B или C. Походом называли любое проникновение в Зону. В А-ранг с ними? Слишком много возни, слишком много риска для них. Она предпочитала работать одна. Лишь иногда, если требовались просто глаза – звала кого-то. Как наблюдателя. Сиди, смотри, учись. Не мешай.

Но был у всех Проводников общий кошмар. Легенда. Мрак. Говорили, это был Дух, которого когда-то не смогли упокоить. Он не просто застрял – он возненавидел. Ненавидел природу, ненавидел Проводников, ненавидел людей. Ненавидел сам мир. Он разрушал все, что видел и слышал. Говорили, он обрел способность перемещаться в реальность, уносил жизни обычных людей и был смертельно опасен для Проводников. Выглядел он как огромная, бесформенная черная тень с двумя пылающими красными глазами. Но видеть его – считалось невероятной редкостью. Многие, даже опытные Проводники, не верили в его существование. Считали это страшилкой для новичков или отговоркой для неудачников.

Айя была в их числе. Мрак? Полный бред, – думала она, покидая «Ржавый Каньон» и направляясь к своему скромному жилому блоку на окраине Купола-7. Если бы такое чудище существовало, Командование давно бы его выследило и уничтожило. Сказки.

Через несколько дней Айя все же собрала «Отряд Равновесия». Для настоящего похода. Не патруля, а вызова. Зона «А-9»: «Шепчущий Лес». Одно из самых жутких места. Деревья там, кривые, почерневшие, будто обугленные, шептали голосами утонувших душ. Духи там были коварны, твари – редки, но смертоносны. Идеальное место, чтобы показать отряду, с чем на самом деле сталкивается Проводник ее уровня. Пусть увидят настоящую работу.

Отряд нервничал, когда они стояли на пороге Леса. Воздух был ледяным, густым, пропитанным тишиной, которую нарушал лишь навязчивый, едва уловимый шепот, доносящийся из чащи. Айя видела их страх – Дарк напряженно сжимал свой посох, Лина бледнела, Томми дрожал.

– Слушайте внимательно, – ее голос прозвучал как удар хлыста, заставив всех вздрогнуть. – Не отходить ни на шаг. Лина – сканируй эфир на эмоциональные всплески Духов. Дарк – держи щит наготове. Томми… – она пристально посмотрела на юношу, – если я скажу «беги» – беги. Не оглядывайся. Быстро и далеко. Понятно?

Они кивнули, слишком напуганные, чтобы говорить. Айя повела их вглубь. Лес жил. Стволы деревьев, покрытые черным, влажным мхом, казалось, следили за ними. Шепот становился громче, сливаясь в неразборчивый хор страданий и проклятий. Они прошли мимо призрака девушки, застывшего в вечном крике у ручья (Лина быстро успокоила его шепотом и мягким светом своего посоха). Миновали участок трясины, из которой пытались выбраться скелетообразные Теневые Хватки (Дарк разнес их одним мощным ударом своей силы). Айя шла впереди, ее Посох Тамарина был лишь теплой точкой в руке, готовая вспыхнуть в любой момент. Она чувствовала… давление. Гуще, чем обычно. Лес затаился. Ждал.

Они вышли на поляну. Посредине стоял гигантский мертвый дуб, его ветви, как когти, впивались в серое небо. Шепот здесь стих. Наступила гнетущая, абсолютная тишина. Воздух замер. Свет, пробивавшийся сквозь редкие прорехи в кронах, казался застывшим. Даже их дыхание звучало слишком громко.

– Что-то не так… – начала Лина, но голос ее оборвался.

Из густой тени за древним дубом выплыла Тьма. Не просто отсутствие света. Физическая, пульсирующая, поглощающая все вокруг сущность. Она была огромной, выше самых высоких деревьев, бесформенной и невероятно плотной. И в этой бездонной черноте горели два уголька. Красных. Как раскаленная лава. Как сама ненависть.

Айя замерла. Ледяной ужас, которого она не знала никогда, сдавил горло, остановил дыхание. Это было невозможно. Но это было здесь. Он.

Мрак. Не миф. Не страшилка. Реальность.

Он не двигался. Он просто был. Его присутствие давило на разум, на душу, вызывая первобытный, животный страх небытия. Дарк издал хриплый рык, поднимая посох, но его руки дрожали. Лина вскрикнула, закрыв уши от немого вопля ужаса, бившего прямо в мозг. Томми застыл как столб, его глаза стали огромными от чистого, немого ужаса.

И тогда Мрак… улыбнулся. Это было не движение губ – их не было видно. Это было искажение самой тени, растяжение вокруг пылающих глаз, обнажающее бездну, еще более страшную, чем сама тьма. Жуткая, нечеловеческая гримаса торжествующего зла.

– Проводники… – прозвучал голос. Он был везде и нигде. Глухой, как скрежет камней под землей, и пронзительный, как крик раненого зверя. – Марионетки. Вы думаете, что служите равновесию? Вы лишь метете мусор под ковер этого умирающего мира.

Айя заставила себя сделать шаг вперед. Ее пальцы сжали Посох Тамарина так, что костяшки побелели. Огонь внутри камня забился яростно, отвечая на ее гнев.

– Что ты хочешь, тварь?! – ее голос дрогнул, но не сломался.

Красные глаза сверкнули алым огнем.

– Хочу? Я ненавижу. Ненавижу ваши жалкие жизни. Ненавижу ваши попытки навести порядок в хаосе. Ненавижу саму природу этого мира. Он гнилой. Он должен быть… очищен. – Голос Мрака нарастал, заполняя поляну, заставляя деревья содрогаться. – А вы, Проводники, – его внимание сфокусировалось на Айе, – вы самые надоедливые тараканы. Особенно ты, дочь Тамарина. Твой огонь… раздражает.

Айя почувствовала, как кровь отливает от лица. Отец…

– Где он?! Что ты сделал с ним?! – вырвалось у нее.

Мрак издал звук, похожий на сухой, раскатистый смех.

– Тамарин? Он… сопротивлялся. Как и ты сейчас. Бесполезно.

Внезапно, без малейшего предупреждения, вокруг Мрака вспыхнули четыре черных вихря – порталы, извергающие ледяной ветер небытия. Они закружились с нечеловеческой скоростью.

– Но у меня сегодня добрый день, – продолжил Мрак, и его голос стал сладким, как яд. – Я дам тебе шанс. Шанс спасти этих… – он пренебрежительно махнул тенью в сторону отряда, – …своих жалких спутников.

– Нет! – закричала Айя, понимая, что он задумал. Она метнулась вперед, Посох взметнулся, выпуская сноп ослепительного пламени. Но огонь просто исчез, поглощенный бездонной тьмой Мрака, не оставив и следа.

Мрак щелкнул пальцами – точнее, там, где должны были быть пальцы, сгустилась и лопнула тень.

Щелк.

Порталы рванулись к отряду с нечеловеческой скоростью. Дарк успел вскрикнуть, поднимая щит. Лина протянула руки в тщетной попытке создать иллюзию. Томми просто зажмурился. Черные воронки поглотили их за долю секунды. Не крика, не вспышки – просто… исчезновение. Поляна опустела. Осталась лишь Айя, стоящая с поднятым, но бесполезным посохом, и колосс Тьмы.

Тишина вернулась, звенящая и гнетущая. Айя стояла, не дыша, ее тело дрожало от ярости и беспомощности. Она чувствовала оглушительную пустоту там, где секунду назад были ее люди. Ее отряд.

Мрак медленно приблизился. Его черная форма колыхалась, как нефтяное пламя. От него веяло ледяным холодом.

– Если хочешь их вернуть… – его голос был теперь тихим, интимно-угрожающим, – тебе придется совершить путешествие. Посетить четыре цивилизации. Осколки миров, отвергнутых временем и пространством.

Красные глаза пылали прямо перед ней.

– Подземную. Где правят страх и тишина глубин.

– Водную. Где солнце никогда не касается дна.

– Небесную. Где ветер поет песни забвения.

– И Пламенную. Где огонь пожирает саму надежду.

Он наклонился ближе, его шепот обжигал холодом.

– Но можешь не пытаться, Айя Тамарина. Это места запредельной опасности. Не только из-за их обитателей. Там царит радиация, способная убить мгновенно. Там законы реальности… гибки. – Он сделал паузу, давая словам проникнуть в самое нутро. – Оно того не стоит. Твои люди – песчинки. Ты сама – песчинка. Вы жалкие проводники, которые не нужны миру. Люди не нужны миру. Он прогнил. Мои прислужники… они уже готовят путь. Они сделают меня Королём этого пепла. И я уничтожу всё. Начну с тебя.

Он выпрямился, его форма на мгновение стала четче, монументальнее.

– Выбор за тобой, дочь Тамарина. Иди и сгинь. Или… приходи. И стань свидетелем начала конца.

Еще один щелчок тени. И Мрак… растворился. Просто перестал существовать, как будто его и не было. Только ледяное эхо его слов висело в воздухе, и всепоглощающая пустота на поляне, где секунду назад стоял ее отряд.

Айя опустилась на колени. Посох Тамарина выпал из ее ослабевших пальцев с глухим стуком. Она сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони до крови. Ярость, страх, неверие, леденящая пустота – все смешалось внутри. Слезы гнева и отчаяния хлынули по ее щекам. Она подняла голову к серому, безразличному небу Шепчущего Леса.

– Верну… – прошептала она, голос сорвался в хрип. – Я верну их всех. И тебя....Я сожгу дотла.

Она подняла Посох Тамарина. Камень навершия вспыхнул в ответ, коротко и яростно, как клятва. Огонь все еще горел. Ее огонь. Начало пути в неизвестность было положено. Путь через четыре погибельные цивилизации. Путь к спасению или к гибели.

Глава 2: Алиен отдаёт приказ...

Шепчущий Лес остался позади, но его ледяной ужас въелся в Айю глубже радиации Зоны А-ранга. Она бежала. Не от страха – от ярости. Ноги несли ее по знакомым, а теперь чужим тропам, мимо деревьев, чей шепот теперь казался жалким лепетом перед голосом Мрака. Картины вставали перед глазами: черные воронки, поглощающие Дарка, Лину, Томми; пылающие красные глаза; жуткая улыбка тьмы. Слова Мрака о четырех цивилизациях, о радиации, о ненужности людей звенели в ушах навязчивым колоколом. Ей было плевать на опасность. Плевать на предостережения. Она должна была спасти своих. И для этого нужна была сила большая, чем ее огонь и посох. Нужен был Главный Штаб. Нужен был Алиен Макмилон.

Путь до Купола-1, столицы и места расположения Штаба, слился в кошмарный марафон. Она прорывалась через патрули на границах Зон, ее вид – изорванная одежда, лицо в саже и крови, глаза, пылающие безумной решимостью – заставлял даже опытных Проводников отступать. Она мчалась на попутных грузовых платформах, ее Посох Тамарина, притянутый магнитами к спине, излучал тревожное багровое свечение, отгоняя любопытных. Города, купола, технологии – все это было серым, бессмысленным фоном. В ее мире осталась только пустота, оставленная Мраком, и жгучая необходимость ее заполнить.

Штаб Проводников Духов возвышался в центре Купола-1 как цитадель порядка – монолитный сплав стекла и черного металла. Охранники у массивных ворот, ветераны с каменными лицами, узнав Айю, на мгновение остолбенели. Ее репутация Проводницы-Одиночки, способной зайти в любую А-зону, была известна. Но ее нынешний вид кричал о катастрофе.

– Тамарина? Что случилось? – попытался преградить путь один из них.

Айя не стала отвечать. Она пронеслась мимо них, как призрак ярости, ворвавшись в холл. Рядовые Проводники, операторы за консолями, курьеры – все обернулись. Гул повседневной работы стих, сменившись шепотом изумления. Айя шла сквозь них, не видя, направляясь прямиком к лифтам высшего уровня. К кабинету Командора.

Дверь в кабинет Алиена Макмилона была такой же, как он сам – без излишеств, функциональная, из матового черного сплава. Айя не стала искать кнопку или стучать. Она ударила кулаком в дверь – удар, от которого дрогнула перегородка.

– Войдите, – раздался спокойный, не терпящий возражений голос изнутри. Дверь бесшумно отъехала в сторону.

Кабинет был просторным, аскетичным. Большой стол из темного дерева, стеллажи с древними артефактами и современными гаджетами. За столом сидел Алиен Макмилон. Бывший легендарный Проводник, чьи шрамы на лице были картой былых битв, а глаза холодного серого цвета видели больше, чем хотелось бы знать любому человеку. Его посох, простой стальной шест с навершием в виде закрученной спирали, стоял рядом. Он поднял взгляд от голографических отчетов. Его взгляд, острый как скальпель, мгновенно оценил состояние Айи – грязную, изможденную, с глазами, в которых горели ярость и бездонная боль.

– Айя Тамарина, – произнес он, отодвигая отчеты. – Зона А-9. Ваш отряд. Сообщите.

Айя сделала шаг вперед. Голос, обычно такой уверенный, сорвался на хрип.

– Они… их нет. Мрак… Он… – Она сглотнула ком в горле, заставляя себя говорить четко, подавляя дрожь в руках. – В Шепчущем Лесу. Он появился… огромная тень… красные глаза… Он… он забрал их. Порталами. Черными воронками. Просто… исчезли.

Она описала все. Гигантскую, поглощающую свет тень. Пылающие угли глаз. Невыносимое давление страха. Жуткую ухмылку. Портал, поглотивший Дарка, Лину, Томми. И его слова. Зловещее предложение. Четыре цивилизации: Подземная, Водная, Небесная, Пламенная. Его обещание уничтожить все. Его ненависть. Его упоминание отца.

Она говорила, срываясь, ее слова были резки, наполнены неконтролируемой яростью и болью. Рассказала о радиации, о запредельной опасности, о его насмешке: «Оно того не стоит».

Когда она замолчала, в кабинете повисло тягостное молчание. Алиен Макмилон медленно поднялся. Он подошел к окну, глядя на город, раскинувшийся внизу. Его спина была прямой, но плечи казались отягощенными невидимым грузом.

– Мрак, – произнес он наконец, тихо, как будто самому себе. – Древние архивы… отрывочные данные. Аномалии в Зонах А-ранга… Необъяснимые исчезновения. Но доказательств… – Он обернулся, его серые глаза приковались к Айе. – Ваше свидетельство, Тамарина… оно меняет все. Если Мрак действует столь открыто… это угроза глобального масштаба. Четыре Цивилизации… Осколки миров. Места запредельной опасности. – Он вернулся к столу, его движения стали резкими, решительными. – Мы не можем игнорировать это. И мы не можем позволить вам идти одной. Это самоубийство.

Он нажал кнопку на столе.

– Срочно. Собрать «Альфу». Мой кабинет. Немедленно.

Айя стояла, пытаясь осознать его слова. Не одна? С кем? Кто эти «Альфа»? Она привыкла к одиночеству, к полному контролю. Команда в таком аду…

В кабинет вошли четверо. Они не шли строем, но каждый нес на себе печать силы и уникальности. Айя мгновенно оценила их – рефлекс Проводника.

1. Фил. Первым вошел худощавый молодой человек, казавшийся почти невидимкой. Он съежился под взглядами, его глаза упорно смотрели в пол. На его посохе – из светлого, почти невесомого дерева – светился нежный зеленоватый камень. Целитель. Поддержка. Его стеснительность была почти физической.

2. Тэризла. Следом вошел парень с вызывающе закинутой головой. Его одежда была безупречна, даже в Штабе, а посох… Айя почувствовала легкий холодок. Посох был выточен из бледно-голубого кристалла, иней узорами расходился от точки касания с полом. Лед. Сильный и опасный. И его обладатель явно это знал. Он окинул Айю оценивающим взглядом, и на его губах появилась снисходительная полуулыбка.

3. Нова. Девушка вошла с бесстрастным лицом статуи. Ни тени эмоций. Ее движения были точными, экономичными. Посох в ее руке был необычным – металлический, с несколькими сложными навершиями, напоминающими научные приборы. Тактик. Аналитик. Ее взгляд скользнул по Айе, лишенный всякого любопытства или сочувствия, только оценка.

4. Рысь. Последним вошел мужчина в темном, потертом плаще с капюшоном, натянутым на лицо. Видны были только жесткий подбородок и тонкие губы. Его посох был самым угрожающим – тяжелый, из черного дерева, утыканный острыми, словно клыки, металлическими шипами. Он не издал ни звука, просто занял позицию у стены, сливаясь с тенями. Боец. Немой. Но его осознанность, его готовность были ощутимы.

– Знакомьтесь, Айя, – произнес Алиен, обводя рукой вошедших. Его голос вернул себе привычную твердость. – Это «Альфа». Наши лучшие из лучших. Фил – наш главный целитель, способный залечить раны и поддержать силы. Тэризла – мастер криомагии, его лед способен сковывать и уничтожать. Нова – наш тактический гений, специалист по аномалиям и барьерам. Рысь – разведчик и мастер ближнего боя, несравненный в тихом устранении угроз. И вы, Айя Тамарина, с Посохом Пламени Тамарина. Ваша сила и ваш… уникальный опыт встречи с угрозой незаменимы.

Айя окинула их тяжелым взглядом. Целитель-невидимка, ледяной хвастун, робот-аналитик и молчаливый убийца. И она. Команда для похода в ад. Она сжала губы.

– Они знают? – спросила она Алиена, игнорируя остальных.

– Они знают основы, – ответил Командор. – О существовании угрозы Мрака высшего уровня. О вашем свидетельстве. О том, что вам предстоит. Детали – сейчас. – Он активировал проектор. В воздухе возникла мерцающая карта с четырьмя яркими эпицентрами нестабильности. – Четыре Цивилизации. Подземная, Водная, Небесная, Пламенная. Они существуют в карманах реальности, примыкающих к нашим Зонам высшего ранга. Доступ туда сложен, требует прохождения через узловые точки аномалий или активации порталов. Энергетический фон там запределен. Радиация, искажение реальности, воздействие на разум. Выживание там требует не только силы, но и высочайшей психической устойчивости. – Он посмотрел на каждого. – Ваша миссия: проникнуть в каждую цивилизацию, найти и обезвредить источник угрозы Мрака, если он там есть, и… – его взгляд остановился на Айе, – …найти и эвакуировать отряд Проводников под командованием Айи Тамарина, предположительно удерживаемых Мраком. Последовательность: начнете с Подземной. Вход находится в заброшенных шахтах под Руинами Старого Города (Зона А-5). Оттуда, по нашим гипотезам, возможен переход в Водную, затем в Небесную и, наконец, в Пламенную цивилизации. Каждый переход потребует нахождения или активации портала на месте.

Алиен сделал паузу, его взгляд стал тяжелым, как свинец.

– Предупреждаю. Шансы на возвращение минимальны. Это неизведанные территории смертельной опасности. Вы столкнетесь с аномалиями среды, радиацией, искажением реальности и местными… обитателями. В Подземной – твари, которых можно описать как «Живой Яд». Вам предстоят бои, решение сложных головоломок для продвижения и открытия порталов. Ваша задача – выжить, выполнить миссию и вернуться. Любой ценой. Вопросы?

Тэризла первым нарушил молчание, фыркнув.

– «Любой ценой»? Драматично, Командор. С моим льдом и их… – он кивнул на остальных, явно включая Айю в число «проблемных», – …способностями, мы разберемся с любой «неизвестностью». Главное – не мешать друг другу.

Нова повернула голову к нему, ее лицо оставалось неподвижным.

– Вероятность успешного преодоления Подземной Цивилизации на основе имеющихся фрагментарных данных составляет менее 50%, Тэризла. Ваша переоценка собственных возможностей снижает общие шансы команды. Рекомендую коррекцию самооценки.

Тэризла замер, его надменное выражение сменилось искренним изумлением и обидой. Фил съежился еще больше. Рысь лишь слегка наклонил голову, его шипастый посох оставался неподвижным. Айя почувствовала прилив досады. Вот он, ее «надежный» отряд. Гордец и робот уже начинают склоку.

– Вопросов нет? – повторил Алиен, игнорируя перепалку. – Тогда готовьтесь. У вас ровно сутки. Снаряжение, адаптированное под высокий радиационный и аномальный фон, будет предоставлено. Скафандры базовой защиты, приборы сканирования и связи (на связь в тех реалиях надейтесь мало). Фил, вы получите дополнительные стимуляторы и антидоты. Нова – расширенные базы данных и портативный анализатор реальности. Рысь – карты акустических аномалий и набор для тихого проникновения. Тэризла – крио-стабилизаторы для вашего посоха. Айя… – он посмотрел на нее, – …вам огнезащита не нужна. Но возьмите дополнительные концентраты энергии для Посоха. Там, внизу, огонь может быть вашим единственным светом. Встреча в Шлюзе Гамма-7 ровно через 24 часа. Удачи. Вы уволены.

Команда молча развернулась и стала расходиться. Тэризла, бросая на Нову недовольный взгляд, вышел первым. Нова последовала за ним с машинной точностью шага. Фил робко поклонился и почти выбежал из кабинета. Рысь растворился в коридоре бесшумно, как тень. Айя задержалась.

– Командор… – начала она.

– Я знаю, что вы хотите сказать, Тамарина, – Алиен прервал ее, его взгляд был усталым, но понимающим. – «Они не готовы. Они помешают. Я лучше одна». Возможно. Но Мрак – это не просто сильный дух. Это сила стихийного бедствия. Один человек, даже с Посохом Тамарина, не справится. Им нужен ваш огонь и ваша воля. Вам нужны их умения. Фил поддержит вас, когда силы на исходе. Лед Тэризлы сдержит то, что не берет огонь. Разум Новы найдет выход там, где сила бессильна. А Рысь… он услышит опасность раньше, чем вы ее увидите. Доверьтесь. Хотя бы настолько, чтобы дойти до ваших людей. Ваш отряд… Дарк, Лина, юный Томми… их шансы равны нулю без вас. Но и ваши шансы дойти до них в одиночку через четыре цивилизации Мрака… близки к нулю. Это единственный путь.

Айя сжала кулаки. Он был прав. Ненавистно, отвратительно прав. Она кивнула, коротко, резко.

– Через 24 часа. Шлюз Гамма-7.

Она вышла из кабинета. Шум Штаба снова обрушился на нее, но теперь он казался далеким, нереальным. У нее были сутки. Сутки перед прыжком в неизвестность. С командой, которой она не выбирала. Ради людей, которых она не могла потерять.

Ровно через 24 часа Айя стояла в Шлюзе Гамма-7. Тяжелый, серый скафандр базовой защиты сковывал движения, но был необходимой броней против обещанной радиации. Посох Тамарина был надежно пристегнут к спине. Рядом, в таких же скафандрах, замерли остальные «Альфы».

Фил нервно перебирал ремни своего рюкзака, набитого медикаментами. Его посох с зеленым камнем дрожал в руке. Тэризла осматривал свое отражение в полированном корпусе шлюза, явно недовольный тем, как скафандр скрывает его безупречную форму. Его кристаллический посох излучал легкую стужу. Нова методично проверяла показания портативного анализатора реальности на запястье, ее лицо за забралом шлема оставалось каменным. Рысь стоял неподвижно, как статуя, его капюшон скафандра был натянут, а шипастый посох казался естественным продолжением его руки.

В центре шлюза начал формироваться вихрь энергии – не черный, как у Мрака, а переливающийся, как нефть, спираль темно-коричневых и серых тонов. Он издавал низкий, гудящий звук, от которого вибрировали кости. Внутри вихря мелькали обрывки образов: бесконечные туннели, покрытые чем-то влажным и блестящим, гигантские, полуразрушенные арки из незнакомого камня.

– Портальная нестабильность достигла пика, – монотонно констатировала Нова. – Переход неизбежен. Готовность: 97%. Вероятность успешной материализации: 68.3%. Вероятность немедленного враждебного контакта: 89.1%.

– Какая неожиданность, – саркастически процедил Тэризла. – А я надеялся на экскурсию.

Айя проигнорировала его. Ее взгляд был прикован к вихрю. За ним был путь к ее отряду. За ним была Подземная Цивилизация.

– Контакт! – предупредила Нова. – Переход!

Вихрь рванулся вперед, поглощая их. Не было ощущения падения или движения. Был мгновенный, оглушающий удар по всем чувствам. Давление, сжимающее череп. Голоса – тысячи шепчущих, скрежещущих, плачущих голосов – ворвавшиеся прямо в мозг. Запах – острый, химический, смесь плесени, серы и гниющей плоти, пробивающийся даже сквозь фильтры скафандра. И холод. Сырая, пробирающая до костей стужа глубин.

Айя очнулась первой. Скафандр пищал тревожно: "Радиация: Критично. Аномальное поле: Критично. Пси-воздействие: Высокое". Они лежали на скользком каменном полу огромной пещеры или собора? Своды терялись в непроглядной темноте. Стены, уходящие вдаль, были покрыты не сталактитами, а чем-то вроде гигантских, пульсирующих фиолетовых и ядовито-зеленых грибниц, излучавших тусклое, фосфоресцирующее свечение. Именно они и были источником шепота. Воздух был густым, влажным, видимость ограничивалась пятном света от налобных фонарей скафандров.

– Все живы? – хрипло спросила Айя, поднимаясь. Ее голос в шлеме звучал чужим.

– Функциональны, – ответила Нова, уже поднявшись и сканируя окружение прибором. – Показатели жизнеобеспечения в норме. Аномальное поле искажает сенсоры. Точное картографирование невозможно. Рекомендую движение вдоль стены.

Тэризла оттолкнулся от земли. – Холодно и мерзко. Моему посоху это не нравится.

Рысь молча указал рукой в темноту, в сторону от стены. Его посох был наготове. Айя прислушалась. Сквозь всеобъемлющий шепот грибницы она уловила иное – тихое, маслянистое шуршание, множественное, приближающееся.

– Контакт! – крикнула она, выхватывая Посох Тамарина. Камень навершия вспыхнул тревожным алым светом, отбрасывая длинные, прыгающие тени на стены.

Из темноты, из щелей в полу, из-под нависающих грибных образований выползли они. Твари Подземной Цивилизации. Огромные, покрытые слизью пауки с жалами на хвостах. Змеи с вращающимися кольцами зубов вместо головы. Слепые, массивные кроты с лопатообразными клешнями и броней, покрытой теми же пульсирующими грибницами. Их было много. Десятки. И все они источали яд – «Живой Яд», светившийся изнутри их тел ядовито-зеленым светом.

Бой начался мгновенно. Фил поднял посох, создавая дрожащее изумрудное поле, едва сдерживающее первые струи яда. Тэризла выстрелил веером ледяных игл, но они темнели и трескались под воздействием едкой слизи. Нова кричала что-то об энергетической связи тварей с грибницей. Рысь молниеносно перемещался, его шипастый посох находил щели в хитине, поражая слабые места. Айя метала сгустки огня, поджигая грибницы на стенах, отчего твари слабели и впадали в ярость.

Они сражались в полумраке, под аккомпанемент шепота грибницы и визга умирающих тварей. Они отступали вдоль стены, пробивая себе путь вглубь царства «Живого Яда». К порталу в Водную Цивилизацию. К спасению отряда. К следующему кругу ада.

Глава 3: Подземная цивилизация

Адский гул портала стих, оставив после себя оглушающую тишину, нарушаемую лишь навязчивым шепотом. Айя поднялась первой, скафандр пищал о критической радиации и аномалиях. Они были в гигантской пещере, стены которой покрывали пульсирующие фиолетово-зеленые грибницы, источник жуткого шепота. Тусклый свет фонарей выхватывал лишь ближайшие очертания.

Шорох. Множественный, склизкий. Из щелей, из-под нависающих образований выползли твари. Огромные пауки с раздутыми, ядовитыми брюшками и жалами на хвостах. Змеи с вращающимися кольцами острых зубов вместо головы. Массивные, слепые кроты с лопатообразными клешнями, их броня покрыта той же светящейся грибницей. «Живой Яд». Они бросались в атаку.

Бой вспыхнул мгновенно. Айя метнула сноп пламени из Посоха Тамарина, поджигая ближайшую грибницу и обращая в пепел пару пауков. Яд шипел, испаряясь в воздухе.

– Щит! – крикнула Айя. Фил, дрожа, поднял посох. Зеленоватое поле едва сдержало град ядовитых плевков от змей. Поле треснуло.

– Надоели! – Тэризла щелкнул посохом. Ледяные иглы вонзились в броню крота, но быстро потемнели, покрываясь едкой слизью. – Их яд… он разъедает лед!

Нова быстро работала с прибором. – Грибница усиливает их! Источник энергии! – Она указала на крупное скопление на стене.

Рысь действовал. Бесшумно, как тень, он метнулся вперед. Его шипастый посох сверкнул, пронзив глазную щель огромного паука. Тварь взвизгнула и рухнула. Он не останавливался, уворачиваясь от клешней крота, его посох находил слабые места в сочленениях, обездвиживая противников с убийственной точностью. Он был молниеносен и смертоносен.

Айя сосредоточилась на грибнице, указанной Новей. Огонь Посоха ударил в пульсирующее ядро. Раздался визгливый звук – будто закричал сам шепот. Грибница сгорела, свет погас. Ближайшие твари задергались, ослабев.

– Так! Жги их гнезда! – крикнул Тэризла, замораживая лапы змее, пока Рысь добивал ее.

Они отступали вдоль стены, пробивая путь. Айя выжигала грибницы, ослабляя тварей. Тэризла сковывал льдом, где мог. Фил латал щиты и бросал импульсы исцеления на ожоги и царапины от брызг яда. Нова сканировала, указывая цели и слабые точки. Рысь был их невидимым клинком, бесшумно устраняя прорывающихся с флангов. Бой был хаотичным, изматывающим. Воздух гудел от шепота и визга.

Наконец, они вышли к краю гигантского разлома. Внизу клокотала магма. На противоположной стороне возвышалась полуразрушенная каменная арка, покрытая рунами. Перед ней на небольшом уступе стояли три обсидиановых обелиска с мерцающими символами. Внутри арки – не портал, а хаотичный вихрь темной энергии.

– Это не выход в Водную! – Айя почувствовала знакомый холод. – Его ловушка!

– Головоломка, – констатировала Нова, подходя к обелискам. Символы пульсировали не в такт шепоту грибницы. – Диссонанс частот. Нужно синхронизировать или… разрушить связь. – Она указала на огромное, пульсирующее «сердце» грибницы на центральной опоре разрушенного моста над бездной. – Источник энергии здесь.

План сложился мгновенно. Айя нацелила Посох на «сердце». Фил создал максимальный щит против тварей, снова выползающих из темноты. Тэризла и Рысь встали на защиту Новы.

– По моей команде, Тэризла! Лед на основание правого обелиска! – крикнула Айя.

Она вложила всю ярость в удар. Луч ослепительно-белого огня пронзил полумрак, ударив в пульсирующее ядро. «Сердце» грибницы взорвалось с оглушительным визгом, превратившись в черное пятно сажи. Шепот стих.

– Теперь! – скомандовала Нова.

Тэризла выстрелил сгустком сверхохлажденного льда в основание указанного обелиска. Камень треснул. Обелиск рухнул в бездну, прямо на тлеющие остатки грибницы. Раздался глухой взрыв тени. Темный вихрь в арке завихрился, замигал и схлопнулся с громким хлопком.

За аркой открылся новый проход – мерцающий, как вода под луной, водоворот изумрудной и бирюзовой энергии. Он издавал тихий шум прибоя и веял прохладной влагой. Портал в Водную Цивилизацию.

Тишина воцарилась по-настоящему. Оставшиеся твари отползли.

– Водная… – произнесла Айя, делая шаг к сияющему водовороту. – Следующая цель.

Она вошла в сияющий вихрь, не оглядываясь. За ней шагнули остальные – в неизвестность, в глубины.

Глава 4: Водная цивилизация

Холод изумрудного портала сменился давящей, ледяной влагой. Айя выплыла в бескрайнюю подводную пустоту. Скафандры «Альфы» выдержали переход, но фильтры забивал соленый, гнилостный запах. Света не было. Только фонари скафандров выхватывали из мрака причудливые скалы и темные водоросли. Гравитация почти отсутствовала.

Рыбы. Они появились мгновенно. Не обычные. Мифические. Одни – плоские, с шипастыми плавниками-лезвиями, выстреливавшие облака шипастой икры, острой как бритва. Другие – длинные, змеевидные, с хвостами-булавами, способными сломать кость серьезным ударом плавника. Третьи – невидимки, сливающиеся с темнотой, с гипнотическими глазами.

Бой начался в темноте. Тэризла заморозил воду вокруг, создавая ледяные ловушки, но рыбы ломали их ударами. Шипастая икра шипела, впиваясь в скафандры. Рысь молниеносно уворачивался, его шипастый посох находил уязвимые жабры, глаза. Фил лечил пробоины, его щиты гасили удары хвостов. Нова сканировала, указывая на невидимок. Айя метала огненные шары, но вода гасила пламя, оставляя лишь клубы пара и ошпаренных рыб.

– Вперед! – Айя плыла сквозь стаи, ведя группу глубже. Огромная тень выросла перед ними. Гигантская ракушка. Ее створки, покрытые наростами и шипами, были полуоткрыты, как вход в кошмар.

Они вплыли внутрь. Полумрак. Слизь покрывала стены. В центре, на троне из кораллов, сидел Отшельник. Не человек. Существо в рваном плаще из водорослей, с телом, сросшимся с раковиной. Его лицо было морщинистым, злобным. В руках – посох из кости, увенчанный светящимся ядовито-зеленым жемчугом.

– Мрак ждет ваши кости! – проскрежетал Отшельник, поднимая посох. Жемчуг вспыхнул. Из стен выползли тени – полурыбы-полулюди с копьями. Главный врак начался.

Отшельник бил лучами ядовитой энергии. Тэризла замораживал лучи, но лед трескался. Рысь сражался с теневыми воинами, его посох крушил их, но они множились. Фил едва успевал латать щиты и лечить ожоги. Нова искала слабое место.

– Жемчуг! – крикнула Нова. – Источник его силы!

Айя увидела. Жемчуг светился в навершии посоха Отшельника. Она собрала всю волю. Огонь под водой. Посох Тамарина взревел. Сгусток белого пламени, не гасимый водой, прожег путь к жемчугу. Удар! Жемчуг треснул с оглушительным хрустом.

Отшельник вскрикнул, его форма начала распадаться. Теневые воины растаяли. Ракушка задрожала. За троном Отшельника открылся новый портал – вихрь серебристого света, зовущий ввысь.

– Небесная! – Айя метнулась к свету. Команда последовала за ней, оставляя гибнущую ракушку и Водную Цивилизацию позади. Погружение закончилось. Впереди была высь.

Глава 5: Небесная цивилизация

Серебристый свет портала смыл давящую влагу, сменив ее ощущением невесомости и режущим ветром. Айя ступила на плавающий остров из пористой светящейся породы. Вокруг простиралась бесконечность Небесной Цивилизации – архипелаги парящих скал, соединенные хрупкими мостами из энергии, все утопало в облаках. Воздух был разреженным, холодным. Гравитация слабела и усиливалась капризно.

Птицы. Они появились мгновенно, как и предупреждал сценарий. Не просто птицы. Мифические. С крючковатыми клювами, усеянными рядами острых, как бритва, зубов. Их перья отливали металлом, крылья резали ветер с угрожающим свистом. Они пикировали стаями, используя воздушные потоки, представляя серьезную опасность для неопытного проводника. Их атаки были стремительными и безжалостными – клювы, рвущие скафандры, когти, цепляющиеся за обмундирование, чтобы сбросить жертву в бездну.

Бой был хаотичным и вертикальным. Айя метала огненные шары, но ветер гасил и рассеивал пламя. Тэризла создавал ледяные барьеры и ловушки в воздухе, но птицы ловко их огибали или разбивали стальным оперением. Рысь, используя малую гравитацию, прыгал между скалами, его шипастый посох с мертвой точностью поражал глаза и уязвимые места под крыльями, сбрасывая тварей в пропасть. Фил едва успевал – его щиты дробились от ударов, он лечил рваные раны и ушибы от столкновений. Нова сканировала воздушные потоки, предупреждая о направлении атак и указывая на слабые точки в стаях.

– Вперед! К тем скалам! – Айя указала на более крупный остров с каменными арками, дававшими хоть какое-то укрытие. Они отбивались, продвигаясь прыжками и короткими перебежками по шатким энергетическим мостам, под градом зубов и когтей. Рысь шел первым, расчищая путь. Фил прикрывал тыл. Нова координировала. Тэризла сковывал преследователей льдом. Айя прикрывала фланги огненными завесами.

Добравшись до арки, они смогли отдышаться. Птицы не решались атаковать в узком пространстве, кружа над входом с яростными криками. Было уже поздно по местному времени – светило (если оно было) скрылось, погрузив мир в холодную, звездную мглу с блуждающими огоньками в облаках. Силы были на исходе. Разбить лагерь в пещере под аркой было единственным разумным решением.

Развернули компактные палатки с терморегуляцией. Съели безвкусные концентраты. Тишину нарушал лишь свист ветра в арках и далекие крики птиц. Айя и Нова не спали. Айя – потому что мысли о Мраке и отряде грызли ее. Нова… она всегда была безэмоциональна. Как робот. Но она сидела у входа в пещеру, глядя на звезды (или что их заменяло) тем же бесстрастным взглядом.

– Почему не спишь? – спросила Айя, подсаживаясь к ней. Ее собственный голос звучал непривычно тихо в этой огромной тишине.

Нова повернула к ней свое идеально спокойное лицо. – Сон не является обязательным для восстановления моих функций в полном объеме в данный момент. Анализ траекторий птиц и картографирование энергетических потоков представляется более рациональным использованием времени.

Айя вздохнула. Всегда работа. Но что-то в этой ночной тишине, после дня смертельной схватки, заставило ее спросить: – А тебе нравится? Быть проводником?

Нова смотрела на звезды. – «Нравится» – понятие, связанное с эмоциональной реакцией. У меня ее нет. Но работа логична. Эффективна. Она служит цели поддержания баланса. Это… правильно.

Айя помолчала. – А что… отняло эмоции? – рискнула она спросить. Она знала, что Нова не обидится. Она не могла.

Нова повернула к ней свой бесстрастный лик. – Проклятие. С рождения. Неизвестного происхождения. Оно заблокировало центры мозга, отвечающие за обработку и генерацию эмоций. Я воспринимаю мир только через логику и сенсорные данные. Я не чувствую страха, радости, печали. Только… задачи. И их решения. – Она произнесла это так же ровно, как докладывала о радиационном фоне.

Айя смотрела на нее. На эту девушку, которая шла рядом в ад, решала головоломки, спасала их жизни – и не чувствовала ничего. Не страх перед Мраком, не гордость за победу, не горечь потерь. Только холодный расчет. И вдруг Айя поняла. Поняла пустоту, в которой жила Нова. Поняла тяжесть этого вечного, бесчувственного существования. Не видя эмоций на лице Новы, она знала, что та чувствует – глубокую, немую тоску по тому, чего никогда не знала.

Она не сказала ничего. Просто чуть приобняла Нову за плечи. Легко, ненадолго. Жест был неловким, непривычным для Айи-одиночки. – Попробуй поспать, – сказала она тихо, отводя руку. – Сладких снов. Хотя бы пустых.

Нова не ответила. Ее лицо не дрогнуло. Но она посмотрела на Айю чуть дольше обычного, прежде чем беззвучно подняться и направиться к своей палатке. Она легла, приняв позу отдыха. Айя осталась у входа, глядя в звездную бездну, думая о чувствах, которые она всегда подавляла, и о тех, кого никогда не было у Новы.

На следующее утро они двинулись дальше. Мир Небесной Цивилизации встретил их новыми испытаниями. Головоломки. Сложные, опасные. Активация древних платформ, управляющих гравитационными потоками. Прохождение лабиринтов из светящихся кристаллов, реагирующих на прикосновение. Расшифровка мерцающих рун на парящих обелисках, требующая синхронных действий команды. Нова была незаменима, ее холодный разум находил решения там, где сила и ярость были бессильны. Айя и Тэризла обеспечивали прикрытие от редких, но яростных атак птиц. Рысь и Фил выполняли точные манипуляции по указаниям Новы.

Их путь привел их к краю самого большого парящего острова. Там, на каменном подиуме, пульсировал новый портал. Но не серебристый, как входной. Он был кроваво-красным, как застывшая лава. Он излучал волны нестерпимого жара и гудел низко, угрожающе. За ним была Пламенная Цивилизация. Последний шаг перед встречей с Мраком и ее отрядом.

Айя сжала Посох Тамарина. Камень навершия ответил теплой пульсацией, будто чувствуя родной огонь за порталом. Она обвела взглядом команду – стеснительного Фила, надменного Тэризлу, безэмоциональную Нову, молчаливого Рыся. Они прошли Подземелье и Бездну, прошли Небеса. Впереди было Пламя.

– Пора, – сказала Айя и первой шагнула в кроваво-красный вихрь. Остальные последовали за ней, исчезая в гуле и жаре. Небесная Цивилизация осталась позади, холодная и безмолвная.

Глава 6: Пламенная цивилизация

Кроваво-красный вихрь портала не просто поглотил – он обжег. Воздух ударил в лицо Айи волной нестерпимого сухого жара, как из открытой печи. Она ступила на раскаленную каменистую почву. Вокруг бушевал ад Пламенной Цивилизации. Бескрайние пустоши трескающейся земли, реки кипящей лавы, извергающие фонтанчики огня гейзеры. Небо было затянуто клубящимся, вечным дымом, окрашенным в багровые и оранжевые тона. Воздух дрожал от зноя и гудел, как гигантская кузница. Гравитация тянула вниз с удвоенной силой.

Демоны и черти. Они были здесь. Повсюду. Не призрачные сущности, а физические порождения огня. Демоны – коренастые, с раскаленной докрасна кожей, покрытой трещинами, из которых сочилась магма, с рогами и копытами, вооруженные гигантскими кулаками или копьями из обсидиана. Черти – более мелкие, юркие, с острыми хвостами и когтями, извергающие из пастей снопы искр или шары сгущенного пламени. Они бросались в атаку сразу, едва команда появилась, ревя и шипя от ярости.

Бой был жестоким и изматывающим. Вода испарялась мгновенно. Лед Тэризлы таял, едва формируясь, лишь на секунды сковывая противников или создавая хрупкие щиты. Он ругался, покрываясь ожогами от брызг магмы. Фил едва успевал – его щиты трещали от ударов и жара, он лечил ожоги и рваные раны от когтей, сам страдая от перегрева. Рысь использовал скорость и ловкость, его шипастый посох впивался в сочленения, глаза, но каждый контакт с кожей демонов грозил ожогом. Нова сканировала окружение, пытаясь найти слабости, но жар искажал показания. Ее приборы перегревались.

Айя была в своей стихии. Огонь. Посох Тамарина ревел в ее руках, выпуская снопы пламени, которые не гасли, а разгорались еще сильнее в этой адской атмосфере. Она сжигала чертей целыми группами, заставляла демонов отступать от мощи ее ударов. Камень навершия сиял, как маленькое солнце, впитывая энергию окружающего пламени. Она вела команду вперед, пробивая путь сквозь волны врагов, к центру этого пекла. Она чувствовала – ее отряд близко.

Они прорвались к огненному кругу. Это была огромная, идеально ровная арена из черного, раскаленного камня, окруженная кольцом бушующего вечного пламени. Жар здесь был запредельным, воздух колебался. И впереди, в центре арены, стоял огромный стеклянный куб. Он был матовым, непрозрачным, но Айя знала. Сердце ее бешено заколотилось. Там они. Дарк, Лина, Томми.

– Куб! – выдохнула она, делая шаг вперед.

В этот момент с оглушительным звоном разбилась стеклянная колба, упавшая сверху, из клубов дыма. Из нее хлынул густой, перламутровый газ. Сонный газ.

Он окутал команду мгновенно. Тэризла рухнул на колени, его посох выскользнул из ослабевших рук. Фил пошатнулся и упал лицом внип. Рысь успел сделать шаг, но его ноги подкосились, он рухнул, пытаясь подняться на локтях. Нова замерла на месте, ее аналитический взгляд помутнел, прежде чем она медленно осела на раскаленный камень. Все они погрузились в глубокий, мгновенный сон.

Айя стояла. Газ клубился вокруг нее, пытаясь проникнуть в скафандр, в легкие. Но ничего не происходило. Иммунитет. Данный ей дар (или проклятие) с детства – никакой газ, никакое ядовитое испарение, никакое проклятие сна не действовали на нее. Она смотрела на спящих товарищей, потом – на стеклянный куб. Ярость закипала в ней с новой силой.

– ПРЕКРАСНО ПОДАНО, НЕ ПРАВДА ЛИ? – раздался голос. Глухой, как скрежет камней, знакомый до кошмарного ужаса.

Из тени за кольцом огня шагнул Мрак. Его огромная, бесформенная тень, поглощающая свет, казалась еще плотнее, еще реальнее в этом пламени. Два угля глаз пылали ярче лавы. Он шел медленно, его присутствие давило, несмотря на адский жар вокруг.

– ТЫ ПРОШЛА ДОЛГИЙ ПУТЬ, ДОЧЬ ТАМАРИНА. ПОДЗЕМЕЛЬЕ, БЕЗДНУ, ВЫСЬ… И ВОТ ОНА, КУЗНИЦА МИРА. МЕСТО, ГДЕ ТВОЙ ОГОНЬ МОЖЕТ ПОГИБНУТЬ. – Он остановился в нескольких шагах от нее, его тень колыхалась. – ТВОИ СПУТНИКИ СПЯТ. ОНИ НЕ УМЕРЛИ. ПОКА. ТВОЙ ОТРЯД… – он кивнул на матовый куб, – …ТАМ. ТОЖЕ ЖИВЫ. ПОКА.

Айя подняла Посох Тамарина. Огонь в камне взревел в ответ на ее ярость и близость Мрака. – Отпусти их! Всех! Ты получил свой спектакль!

Мрак издал звук, похожий на сухой смех. – СПЕКТАКЛЬ? ЭТО БЫЛА ПРОВЕРКА. И ТЫ ЕЕ ПРОШЛА. НЕ ОЖИДАЛ, ЧТО ДОЙДЕШЬ ДО КОНЦА. С ЭТИМИ… – он пренебрежительно махнул тенью в сторону спящих «Альф», – …ЖАЛКИМИ ПОМОЩНИКАМИ. НО ТВОЯ ВОЛЯ… ОНА СИЛЬНА. КАК У ОТЦА.

– Не смей говорить об отце! – закричала Айя, пламя на посохе вытянулось в угрожающий клинок.

– ОН ТОЖЕ БЫЛ СИЛЕН. И ГОРД. ПОКА НЕ СЛОМАЛСЯ. – В голосе Мрака прозвучало что-то, отдаленно напоминающее тёплых воспоминаний. – ТЕПЕРЬ ВЫБОР, АЙЯ ТАМАРИНА. ПОСЛЕДНИЙ ВЫБОР. ТЫ ХОЧЕШЬ СПАСТИ ИХ? ВСЕХ? – Он обвел тенью спящих и куб. – ТОГДА СРАЗИСЬ СО МНОЙ. ЗДЕСЬ И СЕЙЧАС. НА ЭТОЙ АРЕНЕ. ОДИН НА ОДИН.

Он сделал паузу, его красные глаза сверкнули.

– НО ЕСЛИ ТЫ ПРОИГРАЕШЬ…ТЫ СТАНЕШЬ МОЕЙ ПРИСПЕШНИЦЕЙ. ТВОЯ СИЛА, ТВОЙ ОГОНЬ… ОНИ БУДУТ СЛУЖИТЬ МНЕ. А ТВОИ ДРУЗЬЯ… ОНИ УМРУТ МЕДЛЕННО, СТРАДАЯ НА ТВОИХ ГЛАЗАХ. ЭТО ЦЕНА ПОРАЖЕНИЯ.

Он выпрямился, его тень стала монументальной.

– ПРИНИМАЕШЬ ВЫЗОВ? ИЛИ ПРЕДПОЧТЕШЬ УМЕРЕТЬ ЗДЕСЬ ЖЕ, ТРУСЛИВО ОТКАЗАВШИСЬ ОТ ПОСЛЕДНЕГО ШАНСА СПАСТИ ИХ?

Айя смотрела на спящих товарищей. На матовый куб, за которым чувствовались слабые пульсации жизни ее отряда. На Мрака – воплощение ненависти и разрушения. Путь назад был отрезан. Путь вперед лежал только через него. Ее пальцы сжали древко Посоха Тамарина до хруста.

Огонь в камне забился в такт ее яростно стучащему сердцу. Она сделала шаг вперед, навстречу колоссу Тьмы.

– Начинай, тварь.

Глава 7: Бой с Мраком..

Слово «начинай» было выхвачено раскаленным ветром, когда Мрак исчез. Не шагнул – растворился на месте. Воздух сжался за спиной Айи. Она инстинктивно рванулась вперед, едва уклоняясь от чудовищного кулака тьмы, вминавшего камень там, где она стояла. Холодный ужас, несовместимый с пеклом, обжег кожу.

– СЛИШКОМ МЕДЛИТЕЛЬНА! – грохнул голос, и перед ней материализовались два Мрака. Одинаковых. Бесформенные тени, пожирающие свет, с парой пылающих углей вместо глаз. Они двинулись синхронно.

Айя выстрелила снопом пламени в левого. Огонь прошел насквозь – иллюзия! Но удар правого был реален. Она едва подставила посох. БАМ! Ледяная мощь отбросила ее, кости рук заныли. Еще не оправившись, она увидела, как двое стали четырьмя. Клоны множились. Пять. Шесть. Семь теней, неотличимых от оригинала, окружили ее плотным кольцом. Иллюзии, обладающие физической силой! Их удары были ледяными, сокрушительными, и каждый контакт с тьмой высасывал силы.

Она металась в кольце теней. Парировала посохом, отбивалась вспышками огня. Пламя прожигало клона – тот расплывался черным дымом, лишь чтобы через мгновение снова сгуститься рядом. Но удары, долетавшие до нее, были кошмарны. Удар по корпусу – воздух вышибло, ребра затрещали. Коготь тьмы рванул по плечу – скафандр расползся, кровь брызнула на раскаленный камень. Шипованный «хвост» иллюзии впился в бедро – Айя вскрикнула от боли.

– КОГО ЖЕ ТЫ БЬЕШЬ? – зазвучало со всех сторон, голоса сливаясь в жуткую насмешку. – ВЫБИРАЙ! ИЛИ МЫ ВЫБЕРЕМ ЗА ТЕБЯ!

Она пыталась найти закономерность, слабость. Нова спала! Страх сжал горло. Ее огонь гас перед этой бесконечностью тьмы. Руки дрожали, посох казался свинцовым.

"Смотри опасности в лицо. Не на тени. На суть."

Голос отца. Спокойный. Ясный. Как в детстве. Айя вдохнула пепел и пламя. Она перестала метаться. Встала в стойку, посох перед собой. Огонь в камне сжался до яркой, стабильной точки. Она сфокусировалась. Не на всех семи. На одном. На его движении. На малейшей разнице в «плотности» тени.

Вот центральный клон бьет – удар мощный, но... чуть «размытый»? Она пропустила его, сконцентрировавшись на парировании удара справа – он был чуть «тверже», чуть холоднее. Посох звякнул, высекая искры из тьмы настоящего Мрака! Боль пронзила запястье, но она удержалась. Она видела.

Мрак ревел. Клонов стало десять. Атака лавиной. Айя кружилась, посох – молния. Она игнорировала удары иллюзий, все внимание – на парирование и уворот от реальных. Она жгла клонов не для уничтожения, а как тест: иллюзия расплывалась дымом и мгновенно восстанавливалась; настоящий Мрак пламя поглощал, лишь слегка замедляясь, без видимого ущерба, но с микро-рябью в тени.

Это был ад. Минуты растягивались в часы. Каждый мускул горел огнем усталости. Дыхание – хриплая пила. Раны ныли и кровоточили. Скафандр висел кровавыми лохмотьями. Иллюзии били без усталости, настоящие удары Мрака становились все больнее – по ногам, по рукам, в голову. Силы таяли. Скорость падала. Один пропущенный удар настоящего Мрака – кулак тьмы вогнал ее в землю у самого края огненного кольца. Жар спалил кожу. Она поднялась на одно колено, посох дрожал. Кровь заливала один глаз. Перед ней встали восемь Мраков. Финал.

"Смотри в лицо. На суть. Не на тени."

Она подняла голову. Один глаз видел мутно. Но она смотрела. Не на клонов. На пространство между ними. На едва уловимую точку сгущения тени чуть позади и левее центра группы. Там, где настоящий Мрак воссоздавал иллюзии, был миг концентрации!

Она собрала последнее. Не для атаки клонов. Для одного удара. Туда. В точку концентрации. Она вложила в посох всю боль, ярость, любовь к своим, волю к победе. Посох Тамарина взревел. Луч ослепительно-белого, сжигающего душу огня пронзил воздух, мимо клонов, в пустоту.

ВОПЛЬ! Чистой ярости и боли. Клоны вздрогнули и рассыпались в дым, не восстанавливаясь! Настоящий Мрак материализовался из пустоты, отшвырнутый ударом! На его груди тлело белое пятно – ожог священного огня! Его красные глаза пылали ненавистью, но в них впервые – потрясение. Он был ранен!

– ТВАААРЬ! – Айя поднялась. Голос – хриплый ад, но воля – сталь. В ней открылось второе дыхание. Огонь Посоха слился с духом. Она атаковала.

Она шла на Мрака. Каждый шаг – расплавленный след. Удары – молнии белого пламени, прожигающего тьму. Он отбивался, множа иллюзии, но Айя била сквозь них, находя настоящего по дрожанию воздуха у точки концентрации. Она гнала его по арене. Белое пламя оставляло на его тени тлеющие раны. Он ревел от боли, его атаки становились отчаянными, хаотичными.

Иллюзии слабели. Их становилось меньше. Мрак отступал. Его тень дрожала, теряла плотность. Айя чувствовала его усталость. И свою – смертельную. Но она не останавливалась. Каждый удар – за отца. За Дарка, Лину, Томми. За спящих «Альф». За мир.

Она загнала его. К самому краю огненного кольца. За спиной Мрака бушевало пламя. Его глаза метались. Гнев. Страх. Он поднял тенистые руки для последнего удара.

Айя не дала шанса. Она вспомнила все: Лес, Бездну, Высь, Яд земли. Силу, ведшую ее. Огонь. Волю. Веру. Она вложила в Посох ВСЁ. Жизнь. Душу.

– ЗА ВСЕХ! – Крик слился с ревом пламени.

Последний удар. Ураган белого огня. Сжигающая вселенную воля. Он ударил в Мрака. Тьма сжалась в черную дыру, пытаясь поглотить. Миг борьбы – и белое пламя разорвало тьму изнутри! Мрак взвыл. Ужасающий звук агонии и конца. Его тень растянулась, исказилась, стала призрачной. Красные глаза вспыхнули ослепительно и погасли. Черная форма вздыбилась гейзером тьмы и начала неудержимо расползаться, растворяясь в самой ткани реальности, распадаясь на ничто. Рассеиваясь в воздухе.

Он исчез. Без следа. Тишину нарушал лишь треск пламени.

Айя рухнула на колени. Посох выпал из обожженных рук. Дыхание – хриплые всхлипы. Каждая клетка горела. Перед ней стоял стеклянный куб. Сложная печать из черной энергии на нем треснула и рассыпалась в пыль. Сонный газ над «Альфами» испарился.

Рысь дернулся, рука сжала посох. Тэризла застонал. Фил открыл глаза. Нова села, бесстрастно осматриваясь. Они искали Мрака.

Айя не видела их. Она подползла к кубу. Стекло стало прозрачным. Внутри, бледные, изможденные, но целые, сидели Дарк, Лина, Томми. Глаза – круглые от неверия и надежды.

Айя ударила кулаком по стеклу. Оно разбилось. Она не сдержалась. Слезы, сажа, кровь, пот. Она упала вперед, вцепившись в них, сжимая из последних сил.

– Живы... Вы живы... – хриплый шепот, захлебываясь рыданиями. Дарк похлопал по спине, грубо. Лина плакала, прижимаясь. Томми дрожал, обхватив ее.

Они были живы. Мрак – прах. Ад – позади.

ЭПИЛОГ

Спустя год после легендарной победы над Мраком, Айя — всемирно известная Проводница — получает срочный вызов от Коммандира Алиена Макмилона. "Код 'Тень Мрака'. Немедленно в Штаб".

В эпицентре загадочного энергетического толчка целая деревня бесследно исчезла. Ни следов борьбы, ни духов — лишь мертвая зона, пропитанная знакомым страхом.

Алиен собирает старую команду: молчаливого Рыся, ледяного Тэризлу, безэмоциональную Нову и целебного Фила. Угроза нова, но её корни — в прошлом. Приспешники Мрака? Или что то хуже?

Приказ: расследовать аномалию. Но что поглотило деревню? И действительно Мрак был самой большой угрозой?