Проводник

Пролог

{Летят вороны в дальнюю даль, Блестят черные перья, Скрипят шворени, дремлет кустарь, Слышны песни невест Зовет радуга разом узнать О чем плачут поверья, Кого радует в облаке сна Весной искорка- весть... (с)Калинов мост - Летят вороны}

Тяжёлая пелена рассеивалась как туман: очертания вокруг медленно, но приобретали четкость. Внимание же, не желало ещё на чем-либо концентрироваться. Хотелось снова уснуть, там было хорошо. Что-то подсказывало ее больному сознанию, что с пробуждением ее ни ждёт ничего хорошего. Она, чье имя означало победу, в жизни напротив предпочитала оставаться в тени. Заснуть, снова заснуть, отключиться.

Но в памяти девушки уже начали всплывать последние события: вечеринка на даче; одна из спонтанных прихотей Лерки. Ее подруги. И ведь угораздило ее согласиться на данное мероприятие не к месту.

Вот она в своем темном костюме, едва вошедшая и схваченная танцующей толпой парней и девушек. Разряженные в стиле зарубежного Хэллоуина и двигающиеся в хаотичном танце. От взгляда на них мурашки пробегают по всему телу. Тут и ведьмы с синими губами, в густых косматых париках, и окровавленные зомби с белыми зрачками. А также, непонятные жуткие существа с вздутыми венами. Были тут конечно и менее отталкивающие личности. Насилу вырвавшись из дикого танца, она направилась к пустующему месту у барной стойки. К ней почти сразу подошёл бармен и с приветливой улыбкой спросил:"Чего желает дама?". Долго не раздумывая девушка заказала свой любимый цитрусовый «Бишоп» и набрав номер лучшей подруги, огляделась по сторонам. Вместительный зал моргал оглушительной цветомузыкой, которую перекрикивал гул и хохот гостей. От этого хаоса хотелось сбежать. Девушка не заметила как закончились гудки и в трубке настойчиво затараторила Лерка: —Алло-о, Янка ты меня слышишь там? Я ничего не слышу, где ты? Я сейчас подойду! – не унималась подруга. — Лер, я слышу я в баре, жду!—закрывая ладошкой левое ухо от шума, почти прокричала она и отключив телефон бросила в сумочку. Повернувшись к стойке в тот момент, когда бармен принёс ей ее коктейль, девушка едва заметно улыбнулась уголками губ. Ей показалось парень так же улыбается и изредка бросает взгляды в ее сторону. "Наверно это из-за ее костюма, скорей всего он находит его комичным , даже слишком, если учесть как принарядились тут остальные гости маскарада."— думала она. —Вороона! – с сарказмом кто-то гаркнул, прервав ее мысли. Девушка резко обернулась и едва не свалилась с круглого стула. Макс…Только этого ей ещё не хватало. Нахал и задавака стоял и усмехался во весь рот, по которому тут же захотелось в грубой форме провести ладошкой. "Стереть" уже эту ухмылочку. Не удостоив парня ответом, девушка так же резко отвернулась. На секунду от досады прикрыла глаза, а затем взяла бокал любезно предложенный парнем-барменом. Не обращая внимания на надоедливую болтовню Макса, будто его и вовсе тут не было, она пригубила коктейль и снова прикрыла глаза, но уже затем чтоб расслабиться, смакуя вкус напитка. Парень между тем не спрашивая разрешения сел рядом и наклонившись близко к ее лицу зашептал:

— Ты по мне не скучала малыш?—его пальцы стали поглаживать пушистый воротник ее костюма. Помолчав с секунду девушка спросила: —Что тебе Макс?—повернулась к нему с бесстрастным лицом, убирая его руку от себя. Парень прищурив хмельные глаза самодовольно улыбнулся, решив пока сменить тему спросил: —Так почему ты ворона?—хотел снова дотронуться уже до черной шляпки девушки, по краям которой были приделаны мелкие черные перья, а выше их находился черный блестящий клюв, как у ворона. —Потому что мне так захотелось,—снова перехватывая его руку и убирая от себя, произнесла девушка.—А что надо было тоже в ведьму или как ты в вампира?! Думаю таковых тут и без меня полно!— она вновь переключила внимание на свой бокал, нервно постукивая ботинком по ножке стула. —Да ладно Янк, чё ты такая вечно серьезная, расслабься! Туса вон какая сегодня, смотри как народ отрывается!—махнул он в направлении большой гостиной и девушка тоже невольно глянула. Трудно было узнать этот светлый, теплый и уютный дом, каким он открывался и представал перед ней в те дни ,когда они с Леркой тут бывали. Ей нравилось тут всё. От тихого, спокойного места где он находился до каждого бревнышка, из которого был построен. Домик уюта и тепла. И теперь глядя на толпы беснующихся, одурманенных гостей, празднующих непонятный для нее праздник, захотелось бежать отсюда, как можно скорей. В этот момент, будто некие силы ей помогали, среди друзей Макса разгорелся конфликт. Двоих парней, схвативщихся друг друга за грудки и скалившихся светоотражающими клыками, пытались оттащить в стороны. — Кажется в клане вампиров что- то пошло не так? – девушка усмехнулась, переводя взгляд на впереди сидящего парня, судя по всему не слышащего ее. Он прищурившись и улыбаясь одной стороной рта, похоже думал обольстить ее своей неотразимой и покорившей миллион девичьих сердец, улыбкой. Устало вздохнув девушка покачала головой, а затем наклонившись к парню сказала: — У твоих друзей проблемы!— взяв его за плечи повернула она в их сторону. Парень посмотрев, рассмеялся и обернувшись к ней произнес: — Ты жди меня здесь, я все улажу и вернусь!—слегка пошатываясь он самоуверенной походкой направился к шумной толпе.

Глядя ему вслед, девушка не теряя времени, соскочила с высокого стула. На мгновенье остановившись и все так же глядя на парня, она задумчиво прищурилась. Девушки тут же словно плющом обвили парня, и он конечно же как и обычно бывало в подобной ситуации, собственически обнял их ниже талии. "Прям как петух в курятнике", —подумала девушка, невесело усмехнувшись, а затем отвернулась и обходя натыкающихся на нее людей, поспешила к выходу.

Глава 1

Пробуждающийся мозг работал молниеносно, выстраивая в памяти всё в последовательную цепочку. Но неожиданно сбоку от девушки послышалось шуршание, а затем ее бесцеремонно отодвинули. Не понятно куда. И непонятно зачем. Девушка вздрогнула, когда следом после некоторой паузы прозвучал хриплый и сиплый голос: —И долго ты ещё так будешь лежать и притворяться Дарьяна?

«Дарьяна?». Выпучила глаза девушка от удивления в немом вопросе. Ее почти никто так не называл. Для друзей и знакомых она была просто Яной. Освобождаясь из под какого-то грязного и мокрого брезента, которым она была накрыта и зажмуривая привыкшие к темноте глаза, попыталась разглядеть говорившего. На нее смотрела старая женщина. Ее седые, длинные волосы выбившиеся из под капюшона свисали беспорядочными прядями почти до пояса. Кутаясь в свой серый потрёпанный плащ она внимательно разглядывала девушку. Первой мелькнувшей мыслью в голове, как обычно некстати, прозвучала известная шутка: «Цирк уехал, а клоуны остались» . Вслух же она спросила: — Вечеринка ещё продолжается?- предполагая, что перед ней сидит какая-то девушка в костюме старой ведьмы.- Кстати клёвый костюм. Встретила бы тебя где раньше, подумала б , что ты настоящая.- И криво улыбнувшись, не понимая почему собеседница не отвечает снова задала вопрос: — А почему здесь только мы с тобой? Где все? Я ничего не помню…Мы что выехали потом все на природу? – и опустив голову тихо добавила.- Надо же было так напиться. Прости ты не могла бы снять маску?- снова посмотрела на нее девушка, подняв ладонь ко лбу козырьком, защищаясь от слепящего солнца, над которым сидела ее новая знакомая. —Я настоящая, – ответил тот же сиплый голос. После которого всё сразу как-то померкло. Морщинистое лицо перед ней уже не пряталось под тенью солнца. Она даже наклонилась ближе к девушке, как бы давая ей себя разглядеть и повторила. —Я настоящая…

Казалось все вокруг застыло: ни звуков не было слышно, ни движений. Зоркие, черные, как ночь глаза старухи смотрели в глаза девушке не отрываясь. И она не могла даже шевельнуться, они будто затягивали ее все глубже в какой-то омут. Никаких мыслей, ничего. Только эти смотрящие в душу глаза! И в тот момент, когда девушка была близка к обмороку, все прекратилось. Старая женщина выпрямилась от нее, а затем прищурившись задумчиво сказала:

—Ты пока закрыта для меня, но со временем я узнаю, какая тайна сокрыта с твоим приходом.

До проходившей потихоньку в себя девушки не сразу доходил смысл слов говорившей. В этот самый момент, ей лишь было ясно одно: что перед ней сидит сбежавшая с псих больницы. Шизофреничка. Видимо она напала на нее где-то в поселке, пока она ждала такси. И что делать, как надо было себя вести с такими ненормальными, она не представляла. Решив, что главное ни в чем не перечить ей. — Не о том ты думаешь, глупое дитя!— сердито перебила ее тревожные мысли женщина.—Тебе теперь надо думать как выжить в нашем суровом мире. Скоро сюда прибудут ищейки темного лорда. Ты должна быть готова ко всему. Иначе даже я не смогу тебе помочь.

Забившись в дальний угол жёсткой телеги на которой они сидели, девушка согнула ноги в коленях сцепив их руками. Ей казалось она начинала бесить умалишенную. " Кто знает каким недугом она страдает. Может бабкой неожиданно овладевают вспышки агрессии. А тут и

взяться- то не за что." Девушка бегло оглядела их местопребывание, в поисках какого- нибудь предмета, который бы подошел ей случись что, в качестве защиты. И снова раздраженный голос старухи заставил ее вздрогнуть и посмотреть на "душевнобольную". —Я же сказала не о том ты думаешь девушка! Что было когда ты вышла с того дома?!

Словно помимо ее воли в голове девушки снова вспышкой озарилось воспоминание.

Вот она вышедшая на деревянное крылечко, не дождавшаяся прихода подруги. Набирает ей извиняющееся голосовое, а затем вызывает такси.

От города здесь совсем недалеко и обычно всегда такие хваткие и быстрые таксисты долетают до этого района за «пять минут». А пока девушка радовалась, что можно спокойно подышать свежим, чистым воздухом; уловить хвойный запах растущих неподалеку сосен и молодой берёзовой рощи рядом.

Обхватив себя руками девушка ступила на неширокую каменную тропинку. Летняя ночь хотя и обещала быть теплой, все же не настолько как ей хотелось бы. Тишину вокруг нарушали лишь стрекочущие сверчки, не умолкающие в летние ночи и приглушённый шум музыки, голосов с дому.

Какая-то птица крикнула и умолкла. Вздохнув поглубже воздуха, отчего слегка закружилась голова, девушка вспомнила, что не ужинала накануне. И при мыслях о еде в животе заурчало.

Пообещав себе по прибытию большой бутерброд с чаем, она попыталась отвлечься. Представила Лерку, которая будет дуться теперь. Вспомнила с каким та энтузиазмом взялась за создание ее костюма, после того как наконец-то сдавшись, согласилась идти на вечер. Конечно и ляпнула про выбор наряда первое, что пришло на ум: ворон. Лерка тогда скорчившись смеялась до слез, представляя ее в данном образе.

Сама же Дарьяна вряд ли попыталась бы что-то придумывать, не было никакого желания. А потом бы нашла причину не идти на вечер, и Лера это знала. Ну и взялась, чтобы подруге не выглядеть клоуном, создать модель более женственной. И у нее это получилось. Дарьяна разгладила рукой пушистую юбку доходившую до колен, почувствовав мягкие перья. Черный гладкий корсет, сверху черная накидка кардиган, по плечам которой вокруг тоже прикреплены перья. Черные колготки и ботильоны на очень низком каблуке. Шляпу доделывала уже сама, Лера была категорически против торчащей вороньей головы, а ей лишь хотелось довершить свой образ. Ее размышления в тот вечер прервали вспыхнувшие в далеке фары. Девушка облегчённо вздохнула, вставая ближе к свету, от единственного в том месте фонаря, для того чтоб водитель легко мог ее заметить, приготовилась ждать. Но тут случилось невероятное: резкий звук за спиной, заставил Дарьяну обернуться. Вглядываясь в темноту, в попытке что-то разглядеть, девушка уже приготовилась бежать.

Но шум, будто приближается тысяча крыльев нарастал. Сердце ухнув куда-то провалилось. Все произошло так быстро. Девушка едва успела вскрикнуть от ужаса, когда ее накрыло что-то большое и черное! Больно обхватив плечо по локоть, чудовище взмыло вместе с ней ввысь.

Что происходило дальше, девушка уже не чувствовала, да и вряд ли бы ей этого хотелось, сознание покинуло ее в тот же миг.

Глава 2

Сколько они так сидели час, два… Дарьяна уже плохо что-либо понимала после всего, что случилось, а ещё если представить, что ещё впереди ждёт, даже думать боялась, чтоб не накликать больше бед. Посмотрела на другой конец телеги. Старуха скорчившись в углу кажется дремала, больше с ней она не пыталась заговорить, да и та кажется была этому рада. Их недавняя перепалка обессилела их обоих.

Женщина пыталась достучаться до девушки, у которой начиналась истерика от происходящего. Сейчас же тупо уставившись в одну точку она казалось принимала этот факт. Отдаться на волю судьбы!? Снова и снова она перекручивала события от начала ее похищения до этого момента. В это невозможно было поверить, а уж тем более принять и смириться. —Смирись, успокойся, не ты первая и не ты последняя с кем могло и может это произойти,- настоятельно рекомендовала ей женщина.

Девушка свесившись с края телеги пыталась справится с рвотой. Кажется случившееся с ней сделало свое дело. Пустой желудок содрогался из-за спазм, выделяя лишь вязкую слюну во рту, от отвращения которой, снова подступали рвотные позывы. Наконец обессиленная, она повалилась на спину, на тот самый брезент. Ее всю потряхивало, при сглатывании в горле саднило. Хотелось воды.

Женщина тогда сунула ей маленький пузырек, как из под лекарственного сиропа, сказав, что от него ей станет легче. И не удивляясь уже тому , что ведьма читает ее мысли Дарьяна выпила содержимое. Было даже все равно в тот момент, что возможно это яд или зелье которое превратит ее в жабу или умертвит. Девушка готова была поверить кому угодно. Удивительно, ни в лягушку, ни в кого другого она не превратилась, но ей действительно стало легче, даже спокойнее.

Слабо усмехнувшись своим мыслям Дарьяна подумала, что видимо это их местное успокоительное. Тогда то она впервые благодарно посмотрела на женщину, которой столько наговорила: требуя вернуть ее назад и обвиняя , что та ее чем-то обпоила, раз у нее теперь галлюцинации и она даже мир вокруг не узнает.

Все и впрямь казалось другим. Тишина и безлюдье вокруг. А это пугало ещё больше. Далеко не было видно ни одного кустика, ни одной травинки. Ни мухи пролетевшей мимо или птицы за все ее пребывания в этом месте. Лишь треснутая и серая, словно выжженная земля. Тогда старая женщина в ответ на ее мысли дала короткий и пугающий ответ: «Это мертвое место. Портал перехода между мирами.» И дабы избежать дальнейших вопросов со стороны девушки добавила, что у нее будет ещё время узнать больше об этом мире.

Но на тот момент девушку волновало ещё и другое, на что естественно старуха ответила не дожидаясь озвучивания вопроса, что по нужде ей можно сходить прямо здесь неподалеку. Места много. С этим спорить девушка не стала. В голове роились тысячи других мыслей и вопросов, например, если в ее похищении она, как ее заверила женщина, не при чем, тогда почему она с ней, для чего. И зачем вообще ее сюда похитили. Это Дарьяна и решила выяснить, немного придя в себя. — Кто ты?— девушка прожигала взглядом спину женщины, почему- то она была уверенна, что та не спит.—И почему ты мне помогаешь? — Веда, меня зовут Веда,— просипела старуха, садясь, после довольно долгого молчания, что девушка уже думала не дождётся ответа.—Мне велено присмотреть за тобой. Я многое вижу девочка, как ты уже поняла. Ко мне часто наведываются незваные гости, прося помощи. В этот раз я не могла отказать. Ищейки самого «дьявола» пришли ко мне. А ему я отказать честно говоря не смогла,— она засмеялась, глядя куда-то мимо девушки, видимо каким то своим мыслям.

Было ясно, что она помогает не по своей воле, если можно это назвать помощью. Но по крайней мере она не бросила ее на произвол судьбы одну. А когда рядом ещё одна живая душа, то тяготы жизни становится легче переносить.

Напомнив себе о жизни, она снова представила, что теперь зависит от этого мира. И хотя там вряд ли кто-то ещё, как Лерка ее будут искать и ждать, так как у нее никого больше не было. Родителей своих она никогда не знала, были ли они вообще?!

Наверно были. У каждого человека должны быть родители. Но о своих Дарьяна ничего не знала. Ее вырастили бабушка и дедушка. Которых тоже больше нет. Это они потом рассказали, когда она стала старше и постоянно спрашивала их о родителях. Как оказалось и они не знали чья она, ведь ее однажды они нашли у себя у двери, после неожиданного, очень раннего звонка.

Девочка младенец была такой хорошенькой, ухоженной. Лежала в плетенной корзине, в беленьком, с кружевами по краям, одеяле, на котором у изголовья малышки была пришита золотистыми нитями буква 'Д'. Выяснить личность ребенка тогда не удалось. Ее конечно же, сразу забрали в дом малютки, но нашедшие супруги с тех пор потеряли покой; вспоминая каждый день девочку с чудными карими глазками.

С трудом, через их знакомую, но они добились права опекунства. И так как своего единственного сына они потеряли много лет назад, всю свою нерастраченную любовь и нежность они вложили в Дарьяну. Вырастили как родную внучку, дали образование, но в последний год ее обучения она потеряла и их.

Сначала умерла бабушка, она просто не проснулась однажды утром. Это было ударом для них. Дедушка не ожидал ,что придется учится жить одному, к этому он был не готов, никто к такому не готовится заранее. Тяжело терять близких, а ещё тяжелее сразу всех. Не успев оправится от потери бабушки, через месяц ее покинул и дед. Он слег от тоски, так говорили все: родственники покойного, знакомые. Девушка и сама это понимала. Без бабушки он чах на глазах, хотя и делал вид перед ней, что справляется с этим. Их преданность, любовь друг к другу была столь велика, что жизнь по одиночке была пыткой. Он держался только ради нее, своей внучки. Но даже она не могла залечить глубокую рану в его сердце. Так в короткий миг она осталась совсем одна и если бы не подруга рядом, готовая всегда прийти на помощь, поддержать.

Дарьяна смахнула вновь подступившие слезы. Воспоминания теперь причиняли ещё большую боль, особенно при мыслях что теперь возможно никогда не увидит Леру. — Неужели я не смогу вернуться домой,— опустив голову тихо произнесла она. Слеза таки скатилась по щеке и она смахнув ее с надеждой посмотрела на Веду. —Нет, —так же тихо и безнадежно произнесла женщина.— Я говорила тебе отсюда нет дороги назад. Лишь сильный проводник может перенести человека, но и он этого не сделает, запрещено. Никогда такого не было за все существование миров.—она наклонилась и словно заговорчески прошептала:— Никто и никогда отсюда не выбирался. Я хочу дать совет: ты должна смирится и попытаться выжить здесь. Повторяю тебе это ещё раз. Это не твой мир, в этом мире властвует зло уже много веков. Я не добрая волшебница, от меня ты не увидишь чудес. Но вот ты...

Женщина не успела договорить, ее прервал пронзительный каркающий крик. Одновременно подняв головы они увидели как в сером, глухом небе над ними кружат два черных ворона. Веда посмотрела на девушку, лицо ее стало бесстрастным.

—За тобой пришли.—проговорила она, отстраняясь от Дарьяны.

Ее слова, как гром ударивший в небо, ударом отозвались в груди. Девушке казалось, что она слышит только свое дрожащее, громко бьющееся сердце и видит лишь отдаляющиеся и холодные глаза старой женщины. И крик… Пронзающий сердце, вороний крик— приближался.

Глава 3

Ехали уже очень давно. Сумерки сгущались. Путники торопились успеть до темна. А вернее торопились два ворона, которые перекаркивались друг с другом.

Веда поглядывала на мерно покачивающуюся в телеге девушку. Та казалось подозрительно спокойной, даже отрешенной, словно где-то на задворках ее сознания отключили восприятие.

После принятия снадобья, которое она ей дала, девушка против своей воли погрузилась в сон, как раз тогда, когда прилетели «крылатые звери». Как называла их Дарьяна про себя. Иначе и не придумаешь.

Внушая первобытный страх и ужас, птицы достигали человеческих размеров, натыкаясь взглядом на которых хотелось поскорей его отвести. Стать невидимкой, не привлекать внимания. Казалось их смотрящие вокруг зоркие глаза только и ждут как бы накинуться на свою добычу, чтобы рвать ее острыми когтями и огромным, твердым как сталь клювом.

Как они оказались в другой телеге, запряженную двумя крепкими волами, девушка не помнила. Она уже проснулась будучи лежащей возле старухи.

Открыв от страха большие глаза стала озираться по сторонам, а увидев гигантских воронов сидящих впереди и держащих клювом вожжи шарахнулась в сторону Веды, отводя от них взгляд, и вопрошающе, недоуменно глядя на женщину. Поняв ее мысли женщина сухо улыбнулось краем губ и тихо сказала: —Я ожидала твою реакцию на них. Мы перелетели гиблое место по воздуху, — и заметив как глаза девушки расширились пуще прежнего добавила:—Поэтому я дала тебе выпить с той бутылочки, чтоб ты спокойно спала, не страшась этого снова. Успокойся девочка. Скоро мы доедем и я постараюсь сделать все возможное чтоб ты не попала в руки темного лорда и его проводника. Делай все что я тебе скажу ты поняла меня? Сиди тихо как мышь.—Веда вопросительно и строго посмотрела на Дарьяну, которая быстро закивала, пристраиваясь ближе к ней. И взгляд женщины вдруг смягчился, а затем она отвернув ворот своего плаща, стала возиться с мешком у пазухи, из которого достала серый, тонкий шерстяной платок. Заботливо накинув его на спутавшиеся волосы девушки, сказала: —Надень это, платок хоть и стар, но он чистый и сухой. Не надо чтоб тебя замечали, скоро мы въедем в город,—девушка послушно кивнула и снова робко посмотрела на птиц. Женщина же задумчиво смотрела на нее. Эта девушка была не так проста как могло показаться на первый взгляд. Что-то настораживало ее в ней. Много несовпадений было с ее приходом в их мир. Но пока она не могла понять, мысли женщины будто насильно уводили от размышлений о девчонке.

На первый взгляд, не броская внешность; маленькая, под мешковатой одеждой ее можно было признать за подростка. Большие выразительные глаза, маленький слегка вздёрнутый носик и пухлый, но небольшой рот. Из под платка сейчас выбивалась каштановая прядь длинных волос девушки. Но опреденно она была хороша собой.

Что-то ещё было в ней притягательного, что именно, этого женщина не могла себе объяснить, но таких человеческих особей она ещё не встречала. В прошлом девушки она не могла уловить события связанные с ее рождением, они будто стертая пленка, мелькали пробелами. Но она знала, что скоро ей удастся зацепится за выбоину в ее памяти и тогда многое ей станет ясным.

Веда наклонилась к ней и шепнула, чтобы та не боялась воронов, те лишь выполняют что им приказано. И просто так они не тронут и взглянув Дарьяне в лицо поправила головной убор. Как напуганный, заблудившийся ребенок— все ее эмоции были на лице. Девушка озиралась по сторонам и оглядывала местность, проезжающую мимо.

Над головой все то же серое, затянутое небо, веками нависающее над народом и всеми обитателями этого мира, не видевших солнца со времён правления светлой королевы Фрейн.[1 ]

Кое где уже стали встречаться редкие незнакомые, карликовые деревья, похожие на те что росли в мире девушки у окраин элитных школ и университетов. Только эти были так скудны зеленью, и тянулись концами веток к едва дающему свет небу, словно продрогший человек робко тянущий ладони к костру. Невиданные прежде птицы испуганно перепрыгивали с ветки на ветку завидев путников, перекликаясь на своем птичьем языке.

Дарьяна кажется забыла о страхе. В ее глазах читалось любопытство. Она разглядывала птиц, природу, необычных насекомых. Но больше всего ее поразило и словно опечаталась в ее сознании, это замученный и усталый вид жителей, все чаще встречающихся на их пути. Их избы, а иначе их было не назвать, были отголоском из прошлого.

Такие дома были в прошлом у крепостных крестьян в ее мире, о которых они изучали в школах и которые можно было увидеть из исторических фильмов, много ее пересмотренных. И если бы не сидящее рядом «огромное воронье», можно было подумать, что она и впрямь попала в прошлое, даже орудия быта в руках этих жителей были из прошлых времён.

Навстречу шла женщина с коромыслом и двумя большими ведрами, бегло и отчужденно глянув на них она прошла мимо, а следом за ней уцепившись в подол матери, шла маленькая и чумазая девочка лет четырех. Казалось ее не пугали ни встретившиеся на пути птицы- гиганты, ни незнакомые люди в повозке, даже наоборот она с интересом смотрела прямо на Дарьяну. И проходя мимо повернув голову в их сторону продолжала смотреть, пока не споткнулась о камешек на дороге, после чего женщина с ведрами прикрикнула на нее на незнаком языке. — Кто эти люди? И люди ли они? – не выдержала Дарьяна и спросила Веду, не отводя взгляда от девочки. — Люди-люди,—улыбнувшись, посмотрела на девушку женщина.—Люди которые живут здесь уже поколениями. Они не знают другого мира. Тут их дом. Какой- никакой, но дом. — Почему они какие-то… грустные?— задала следующий вопрос Дарьяна. — Ты хотела сказать злые и обиженные?!— хмыкнув, ответила старая женщина, посмотрев на человека заносившего охапку веток в дом и снова переведя взгляд на девушку, в которой будто проснулась участливость к этим людям, живой интерес. Это не могло не радовать Веду. По крайней мере девушка не сидела больше, как пришибленный морозом цветок, готовый в скором времени завянуть, расставшись с былой красотой. — Много лет эти люди живут, а вернее выживают в этом, объятом злом мире. Много бед и горя свалилось на нас с тех пор как миром стал править темный лорд, —последние слова она прошептала наклонившись к девушке.— Я говорила тебе об этом. Позже - позже, я расскажу тебе многое. Сейчас не время и не место. Наберись терпения.—Дарьяна кивнула, поджав губы она провожала взглядом людей, возившихся у своих домов. В глазах ее читалась жалость. Веда подумала, что скоро девушке придется жалеть себя, а не этих привыкших ко всему людей. Они въезжали в загороженной серой, массивной стеной город.

[1] - Фрейн- светлая королева. Проводник. Правящая до правления темного лорда.

Глава 4

Крепость встречала их хаосом. Всюду сновали люди и птицы. Птицы и люди. Причем последние относились к «пернатым гигантам» настороженно, со страхом. Но было понятно, что контактируют они только из-за приказа. И не будь на то чьего-либо повеления, люди бы попрятались в своих землянках.

Внутри этих стен было видно, что происходило нечто: все были заняты общим делом. И время от времени был слышен громкий, каркающий крик воронов. Ясно было одно: они тут главные.

Работающие бегали по мокрому и грязному, каменистому полу, крепя у входа стены огромные, плохо обтесанные бревна, из которых торчали острые щепки.

Один ещё совсем молодой, худощавый парень в мокрой и от пота, и от дождя одежде, помогающий держать бревно, внезапно напоролся ладонью на торчащую щепку.

Вскрикнув, он зажал ее здоровой рукой и в это время, отвлекшись на его крик, бревно не удержали. Оно с грохотом повалилось, едва не задев судя по всему «ворона- надзирателя».

Громко каркнув он подскочил к поранившемуся парню и схватив его клювом как мышонка, взмыл с ним ввысь. Послышался дикий вопль схваченног, котрый затем стих вдалеке, скрывшись в полете за одной из башен темного дворца. Дарьяна в ужасе посмотрела на Веду. — Что они с ним сделают?— спросила она, снова вглядываясь в темные, и в какие-то кажущимися теперь ещё более зловещими, башни замка. — Не думай об этом!— женщина строго посмотрела на девушку, казалось ей не хотелось отвечать и смотреть той в глаза, потому что в них она могла прочесть правду, которая ее не обрадует.—Ты не голоси, не привлекай всеобщего внимания на нас. Его просто оставят без хлеба сегодня. А завтра снова приведут на работу. — А с брёвнами что они делают?—спросила удовлетворенная ее ответом девушка. —Всего лишь укрепляют ворота стены. Ты лучше помоги мне подняться, скоро вернутся наши провожатые.

Дарьяна обернулась в то место где только недавно сидели их «кучера». Птиц не было. Она даже и не заметила как те улетели.

—Куда они делись? Куда нас отправят, что будет теперь?— посыпался на Веду град ее расспросов. Но женщина не успела ответить, да и вряд ли у нее были ответы на все ее вопросы. К ним приземляясь и прискакивая на лапах подлетел один из воронов. Каркнул и улетел снова.

Дарьяна не понимая ,что происходит посмотрела на женщину, которая стала выбираться из места их передвижения. —Куда вы?— удивлённо спросила ее девушка, следя как та кряхтя, свесила ноги с края телеги.

—Чем задавать бесконечные вопросы, помогла бы лучше старому человеку!— ворчливо произнесла Веда и посмотрела на ловко слезающую девушку, а затем на ее протянутые в помощи руки. — А человек ли вы?— спросила Дарьяна, задумчиво посмотрев на старую женщину, которая теперь приводила в порядок одежду на себе.—Вы понимаете язык грачей?

— Воороны они,- исправила ее Веда. —Мне без разницы кто они,—пробубнила девушка, уводимая женщиной, подхватившей ее под руку.

Шли недолго, не смотря на то что женщина шла медленно и прихрамывала. И тому, что она знала куда им надо идти, Дарьяна уже не удивлялась.

Было ясно, что во-первых ведьма ещё понимает птичий язык, а во-вторых тут она не редкий гость. Или была не редким. Ведь она и сама житель этого мира. Просто в какой-то момент Дарьяна увидела в ней родственную душу, так как она тоже судя по всему была одинокой, а еще нашла в ней утешение, оказавшись в этом мире. Сама не зная почему, она ей верила, верила, что та действительно может помочь, обещая ей обезопасить ее от зла этого места.

И теперь безропотно идя в неизвестность, как овца на закланье, ощущала подступающий страх. Страх от неизвестности, ожидания чего то плохого. — Не думай об этом!—я обещаю тебе, я постараюсь сделать все возможное. Я не последний человек этого места, к моим словам прислушиваются. Меня до сих пор не убили, хотя и могли, ведь в ноги я ни кому не кланяюсь. И всегда говорю что думаю.—Женщина хрипло хмыкнула , ободряюще подмигнув девушке и морщась в улыбке. А затем посмотрев по сторонам на отсутствие посторонних поблизости, развернулась к серой, мокрой стене высокого каменного строения, прислонив к нему свои ладони с полусогнутыми пальцами. Подойдя к Дарьяне она провела ладонями ей по щекам и лбу.

Девушка запротестовала, убирая ее руки. — Что вы делаете?— зашипела она. —Пусть думают, что ты всего лишь грязный ребенок, случайно попавший в лапы когтистых. Пойдем не будем заставлять нас ждать, не давая им повода злится.

— Кому им?—на Веду смотрела и впрямь грязная, измученная девочка. И это вполне было правдой.

Дарьяна так устала и оголодала, что ей казалось она сможет съесть целого слона. Весь день в пути она прихлебывала из фляжки Веды и по крохам жевала корку хлеба предложенный ею же.

— Я хочу чтоб ты молчала пока я буду говорить, поверь мне эти нелюди не знают жалости. —Но кто эти нелюди- то?—теряя терпения выкрикнула девушка.— Вы постоянно говорите загадками, клещами не вырвешь из вас слов. Если что я мысли читать не умею. Надоело. Как я могу быть спокойной и осторожной, когда я не знаю кого мне нужно остерегаться.

—Собственно, самого темного властелина этих земель девочка. И его проводников. А теперь т-шш,—приставила она к своим тонким, синим губам палец.— И пойдем!

Снова двинулись, ступая по узкой, обвалившейся местами каменной лестнице улицы, которая вела их все выше и выше. Приходилось останавливаться и отдыхать, когда старуха уже хрипела, задыхаясь от усталости.

—А почему мы не можем сбежать, ведь нас больше никто не сопровождает?—Дарьяна закрыла глаза и тоже прислонилась к стене, отдыхая. —Они найдут тебя тут же. И будет ещё хуже поверь мне,—сказала хрипло Веда, проводя рукой по стене, в поисках опоры, другой рукой хватаясь вновь за девушку.—Идём, мы почти пришли.

Наконец-то оставив позади, как казалось Дарьяне, миллионную ступень, они завернули за дом, который обходили по лестнице. Впереди открывался вид не менее впечатляющий. Они стояли у возвышавшейся перед ними центральной башней замка, по краям которой были пристроены ещё четыре узкие башни с пикообразными крышами.

Дарьяна открыв рот задрала голову, высота и мощь замка впечатляли. —Вот это даа! Может я всё же в прошлом?! Я такие только в книжках видела и в кино. Обалдеть! — Замок строился по приказу Рэя, по образцу Тауэрского[1] замка в вашем мире. Никогда разве не видела его?— проговорила Веда, тоже глядя на сооружение. -Кого? Рэя?—рассеянно ответила девушка и спохватившись проговорила:- Ах замок! Нет, никогда о таком не слышала. История, честно говоря не мой конек. А кто этот...

Девушка не успела спросить, заметив как из бокового здания замка, вышли двое крупных мужчин. Они тоже заметили их и направились в их сторону.

Дарьяна почувствовала, что ее охватила дрожь, в груди будто снова сковало стальными цепями страха. Она взялась крепче за Веду, от которой не укрылось напряжение девушки.

Мужчины подошли, сцепив руки у груди и расставив широко накаченные ноги в кожаных штанах. Прям как крутые парни ее мира, отметила тут же про себя девушка. Оба были почти одинаково роста, и одинаково одеты. Только отличались внешностью лица. Один был с обросшей щетиной, а другой будто только из ванны, гладко выбрит.

Тот кто с бородой оглядев бегло Дарьяну, обратился к женщине, как к давней знакомой. Что конечно же опять было неудивительным.

—Теперь ты доставляешь нам этих?—кивнув головой в сторону девушки, отчего та задрожала сильнее, услышав что заговорили о ней.

Дарьяна не смотрела на них, опустив глаза в каменный пол, которого не видела, она ждала приговор. Но как оказалось это был ещё не конец.

Махнув рукой следовать за ними, мужчины повели их в ту сторону, откуда сами только что вышли.

Дарьяна почувствовала, что ноги отказываются идти, словно они налиты свинцом . Каждый шаг давался с трудом. Ей казалось, что закрывшись сейчас двери за ее спиной, закроются навсегда. Выхода не будет уже никогда. Ее заточат в одной из башен в тюрьму, где она скорей всего сгниет заживо молодой, так и не познав семейного счастья и материнской любви. Смысл того, к чему она так стремилась в свои двадцать три года. Отвергала всех возможных кандидатов на свои руку и сердце, считая их или недостойными, или чересчур правильными. Вот видимо теперь судьба в отметку играет с ней.

Слушая все ее мысли Веда покачивала головой, пока они направлялись в широкий зал, по кругу которого в подсвечниках горели большие свечи, освещая его. Синева в высоких окнах гостиной подсказывала, что на мир опускалась ночь.

Один из мужчин, «тот что свежевыбритый», поднял руку в локте, давая знак остановиться шедшим позади. Другой же вышел назад, но уже буквально через минуту вернулся вновь, и не один.

Впереди него шел некто высокий, в пугающей маске ворона. Наподобие которых, носили в средневековье «чумные доктора». Только эта маска не закрывала подбородок вошедшего и плотно сжатые губы.

Увидев их он казалось застыл, сверля взглядом пожилую женщину. На девушку он почти не взглянул, та как можно ниже опустила голову, сцепив впереди напряжённые руки.

Каким то седьмым чувством Дарьяна почувствовала, что этот новый встречный опаснее тех двоих. От него веяло таинственностью и силой. Не доброй силой.

Наконец мужчина сдвинулся с места, проходя мимо девушки, которая сглотнув, боялась пошевелиться, но он не отводил прищуренного взгляда с пожилой женщины. Когда он прошел мимо, Дарьяна помимо воли прикрыла медленно глаза, какая-то волна холода прошла вместе с этим человеком, которая будто повелевала сейчас же пасть ниц перед ним. Дарьяна понимала, он здесь самый главный. Тот о ком предостерегала Веда.

—Вот уж не думал, что когда то мне придется снова тебя здесь увидеть!—первым нарушил молчание мужчина в маске, подошедший к окну, вглядываясь какое-то время в темноту, а затем повернувшись к стоявшим девушке и женщине, невозмутимо продолжил.— Ты уверяла, что ноги твоей здесь больше не будет. Что заставило тебя нарушить клятву?— он медленно подходил к ним, как хищник готовящийся к прыжку на свою жертву.

Но казалось это нисколько не пугало Веду. Она подняла уголок рта в подобие улыбки и прищурилась, отчего морщинки заиграли на ее лице.

— Рэй,—назвала она его по имени.—Я меньше всего хотела нарушать обещанную мной клятву, поверь! Но, ведь это ты приказывал своим ищейкам следить за мной и посылать, если это будет необходимо.

— Так значит это их вина?! Тебе, как никому другому хорошо известно, что твоя миссия заканчивается на границе въезда в ворота. Но что-то тебя заставило не повернуть назад! Или это кто-то?—мужчина посмотрел на стоящую рядом девушку. Клюв его маски направленный на нее, казалось вот -вот заклюеёт ее.

Дарьяна почувствовала, что земля уходит у нее из под ног, кажется ещё немного и от страха и напряжения она позорно грохнется тут в обморок.

Но «старушка» как обычно пришла на помощь, отвлекая его внимание на себя.

— Отдай девчонку мне Рэй. У тебя полно здесь слуг. И птиц, и людей. А она будет мне прислуживать. Как видишь я уже не та, что раньше и тем более я тоже имею права хоть на какого-то помощника. Разве нет?

Губы под маской мужчины скривились в подобие улыбки. А затем он расхохотался. Смех получился отнюдь не жизнерадостным...

—Только ты старая ведьма можешь меня так удивить и рассмешить! – мужчина усмехнувшись направился в сторону Дарьяны, не сводя с Веды взгляда, а затем посмотрев на склоненную голову девушки с подозрением в голосе спросил:— Почему именно она? Разве в этом мире нет и не было больше других помощников? Или ты что-то скрываешь от меня ведьма? — Да что же я могу скрывать от тебя?! Разве от такого всемогущего проводника возможно что-то скрыть? Твои слуги случайно переправили сюда эту девочку, увидев на ней эти перья. Посмотри она же совсем ребенок. Мне просто стало жаль ее. —Думаешь я забыл, что ты наговорила мне в прошлом?— мужчина подошёл к Веде, взмахнув своим черным плащом так, что конец его задел Дарьяну, больно шлепнув по щеке.— И надеешься, что я поверю тебе теперь?

Веда глянула на девушку, которая потирала щеку а затем вновь перевкла взгляд на мужчину.

Вздохнув, она произнесла:

—Конечно я не надеюсь, что ты будешь мне верить. Поэтому я тут. Я хочу чтоб ты проверил и удостоверившись, что она чиста отдал мне.

—Ты мне будешь указывать что делать!—его губы сложились в узкую полоску, было видно он зол.

Он отошёл от старой женщины и подошёл к креслу стоявшему у камина, который кажется служил лишь видом роскоши, так как в нем не было видно каких-либо следов пепла.

— Я проверю ее завтра,—наконец решил он, снимая черные перчатки с рук и обнажая кисть руки.

Дарьяна при этом ответе, исподлобья взглянула на Веду, а затем слегка подняв голову взглянула на то, как мужчина сняв вторую перчатку, разминает кисть, сжимая и разжимая ее.

Как загипнотизированная она не могла отвести глаза от его манипуляций.

Была у нее одна привычка, обращать внимание на кисти людей и мысленно оценивать их. Может это оттого, что свои руки у нее были далеки от идеала. Тонкие, но маленькие пальчики мало походили на аристократично- длинные и изящные.

Руки же этого мужчины были сильными и красивыми. Жилки на тыльной стороне ладони напрягались и расслаблялись, когда он ею работал.

Внезапно мужчина посмотрел на нее и девушка быстро опустила глаза, сгорая со стыда, оттого что ее поймали за подсматриванием. Мужчина же заметив, как девичья голова в платке опустилась вновь, прищурился, а затем многозначительно взглянув на Веду, повторил:

—Завтра! А иначе мне легче убить ее, чем с тобой спорить старая!—затем кивнув стоящим позади них здоровикам, добавил:—Заприте их обоих, где положено.

Утро разбудило Дарьяну, лязганьем цепей.

Замок двери, за которой их держали открыли и зашел «бородатый». Поставил свежую воду и край хлеба. Вот и вся еда. Но они были рады и этому, даже не надеясь, что их вообще чем-то накормят. Силы были нужны, неизвестно что уготовил им сегодняшний день. Поэтому они поделив хлеб, молча жевали его, запивая по очереди водой.

Пока ждали, когда за ними придут, Веда старалась успеть рассказать девушке как можно больше о мире, в котором ей предстояло теперь выживать.

Как Дарьяна и предполагала Рэй —самый главный тут. Он проводник. Правая рука темного властелина. Но замок этот его собственность, а не властелина. Он потомок древнего рода Тауэрских воронов. Тех, что обитают в ее мире. Когда-то, когда ещё не было его самого, половину рода Тэнрэевских воронов умертвили, а те кто уцелел, переправились сюда, отказавшись от мира людей и поклявшись защищать и оберегать этот мир. Мир истинных проводников и властителей.

Темный лорд же обитает на красной горе. Имя его Ваал. Он демон вероломства и обмана. Брат Велиары, которого он обманул и сбежал сюда, чтобы властвовать тут, предварительно уничтожив эту землю от тех, кто правил тут до него. Однако Велиар не теряет надежды однажды вернуть своего братца назад в ад.

Именно поэтому по приказу Ваала, должен проверяться каждый новоприбывший в этот мир.

Он также боится свершения пророчества, которое гласило что— «Настанет время света и тепла, придет за землю иной проводник. Защитник сирых и обиженных. Рассеет он зло по ветру, разрушая чары темные, пустит корни спасения, плодородия и процветания. И придут светлые дни, какие были при правлении королевы Фрейн.»

—Но никто не знает когда это будет, да и правда ли это еще. Может это бред чокнутого, выжившего, как и я из ума ведуна,—закончила рассказ легенды Веда.

[1] Тауэр- крепость в Лондоне.

Глава 5

По подсчётам Веды время близилось ближе к полуденному. Никто больше не приходил и казалось о них забыли.

Дарьяна не могла выбрать что страшнее, быть здесь заживо оставленными умирать или встретить смерть от рук палачей вне этой комнаты.

Девушка в который раз обвела взглядом помещение.

Они сидели на соломенных подстилках, которые служили местом сна. На стенах цепи с наручниками на конце для рук, и такие же снизу для ног. Дарьяна могла только догадываться, что тут творили с заключёнными прикованных в эти кандалы. Стена в этом месте была темной и грязной, как от запекшей крови. Поэтому туда она больше старалась не смотреть.

В противоположном углу находился туалет комнаты, а вернее стояло нечто, похожее на ведро. Грязное и помятое, но хорошо что оно вообще здесь было. Выбирать не приходилось; «не в штаны ж теперь делать»— подшучивала Веда.

—Почему же проводник выглядит как человек?— вдруг спросила Дарьяна женщину.

— Разве он не должен выглядеть как те вороны, перенесшие меня сюда.

—Они птицы всегда. И могут быть только в мире людей и в этом мире. Рэй же—проводник не только в людском мире. Он проводник трёх миров. В загробные миры. Поэтому он наполовину человек, наполовину ворон.

—А вы ведь тоже не человек?—Дарьяна смотрела на женщину, в ожидании ответа. Но та молчала, словно что- то вспоминала.— Вы тоже проводник, ведь верно, вы как Рэй?!

Веда взглянула на девушку и сказала:

—Я была им. Была, когда ещё земля эта не была захвачена Ваалом[1]. С приходом темных меня лишили моей силы, так как я не хотела подчиняться их воли. Но я обрела другой дар, дар ясновидения, умения читать мысли. Поэтому наверно я ещё жива. Но мне не особо тут доверяют.

С этими словами женщина снова взглянула на девушку, которая кивнула, соглашаясь. Уж ей ли не знать, как она роется в ее голове! Веда подняла удивлённо брови и девушка улыбнулась, спросив:

—Так значит ты тоже увидела проводника, который придет спасти этот народ?—как бы невзначай спросила ее Дарьяна, вытаскивая колющуюся соломинку в своих спутавшихся волосах.

—Верно и он уже пришел. Но только ещё он, а вернее она, не знает, что является проводником.— Старая женщина внимательно посмотрела на изумленную девушку, которая едва не соскочила со своего соломенного топчана.

—Серьезно? А кто она?

— Она это ты!—тихо ответила Веда, видя как та обомлела, приоткрыв рот.

—Что!? Что вы говорите?— затараторила Дарьяна глядя недоверчиво на женщину.—Это шутка такая да? Как это понимать?

— Тш-ш,—прошептала женщина—Нас могут услышать. Не кричи и сядь ближе.

Девушка послушно подошла. Брови ее были нахмурены, губы сжаты, она смотрела на женщину, ожидая объяснений.

— Понимаешь, когда ты только оказалась на этой земле, очнувшись у моих ног, я поняла, что ты не так проста, как обычный человек. Обычный человек попав сюда, не может сразу прийти в себя. Как это произошло с тобой. Он ещё сутки лежит и переносит переселение тяжело.

—Но это не доказательство!—перебила ее девушка. Веда подняла руку в знаке остановиться.

—Снотворное, которое я тебе тогда дала выпить, должно было действовать до конца нашего пути. Но и тут ты проснулась, едва только мы перелетели каньон. И ещё эти пташки, они странно ведут себя завидев тебя. Смотрят на тебя, щебечут. Будто все знают. А твоё рождение? Родители неизвестны. Разве это все не странно?!

—И поэтому ты предлагала этому черту меня проверить!— неверяще качала головой девушка.— Чтоб он увидел это и убил меня? Что со мной сделают, а? Сожгут как ведьму? Или тут есть место для висельников!?

— Успокойся же ты. Ты закрыта для нас. Никто не сможет тебя определить, до тех пор пока не придет время. Я не могу как не стараюсь в твоей памяти найти хоть какие-то признаки, зацепки. Твое воспоминание начинается с твоих приемных родителей, понимаешь?

— Бабушки и дедушки,—кивнула утвердительно Дарьяна и тихо спросила:- Это ведь не сто процентов я, так как ты говоришь?

—Нет, можешь быть спокойна. Я сказала это для того, чтобы ты была осторожна. Теперь когда мы вот- вот близки к исполнению предначертанного, я не хочу чтобы ты подвергала себя какой-либо опасности. Ты должна доверять мне и выполнять все что тебе будет приказано. В том числе и от них. Прошу постарайся. Так как скорей всего наши пути скоро разойдутся.

За решетчатым окном в комнате начинало смеркаться. Дарьяна дрожала от холода и голода. Ещё сказывалось ожидание и рассказанное Ведой. От напряжения плюс ко всему разболелась голова.

Забившись в свой соломенный угол, она обняла себя за колени, чтоб хоть немного удержать тепло. Когда за дверью по коридору слышался шум, Дарьяна с замиранием сердца ожидала, что вот сейчас откроется дверь и на пороге предстанет палач в жуткой маске с прорезями для глаз и топором в руке.

Она посмотрела на скорчившуюся в углу старую женщину, которая накрывшись своей соломой, кажется снова дремала.

— Прости меня,— прошептала девушка.—Из-за меня тебе приходится терпеть все это.

Ком встал в горле, мешая говорить. Жалость заползла в душу. И за себя и за нее. Скверное чувство. Жалость к себе. С этим она пыталась бороться, не позволяя жалеть саму себя. Ведь тогда человек становился каким-то слабым. Но пока что, она всегда оставалась в проигрыше.

—Я была в ситуациях и похуже этой,— отозвалась вдруг женщина. А девушка меж тем все думала, что больше не будет прятаться за ее спиной. Ведь она себе не простит потом, если из-за нее пострадает ещё и она.

— Какие же глупости ты удумала! Думаешь теперь, когда пророчество вот -вот сбудется я отступлю? Я отжила своё, мне и умирать не страшно. Так хотя бы я увижу, что земля моя снова будет свободна. А не увижу, так хотя бы буду знать, что теперь непременно настанет это время.– Она села, глядя на нее каким-то безумными и строгими глазами.

— Тогда скажи, что будет со мной скоро? Так хотя бы и я, буду знать чего ожидать!

—Я не могу знать обо всем. Только судьбоносные события и это не зависит от меня. Видения появляются самопроизвольно, неожиданно. Как бы я не старалась, но большее о конкретном событии увидеть я не могу.

—Ну, а если они увидят то, что ты только что мне рассказывала?

—Не увидят, можешь быть спокойна. Они смотрят на сущность. А твоя истинная закрыта. Рэй не читает мысли. Но нужно быть готовой ко всему. Он очень умён и проницателен!

При этих ее словах Дарьяна сглотнула, снова почувствовав ледяные щупальца страха, сковывающие живот в тугой узел. Лучше бы она этого всего не знала. Временами снова казалось, что все что сейчас происходит, всего лишь длинный, страшный сон. И скоро она обязательно проснётся.

Пока она так лежала и думала, обняв себя руками, не заметила как провалилась в сон.

Проснулась в испуге, оттого что сильно звякнула цепь и дверь с грохотом открылась.

Не церемонясь, внутрь вошли те же двое, доставившие их сюда.

—Подъем! Хозяин вас ждёт,—они встали в дверном проёме, откуда проникал свет от освещенных факелами стен.

Тот что с бородой вытащив от противоположной стены один из них, осветил им комнату и указав факелом в Дарьяну грубо выкрикнул:

—Пошевеливайся, ты пойдешь с нами. А ты-останешься здесь,—повернулся он к женщине, которая тоже встала с их приходом, готовясь последовать за ними.

С этих слов обе окаменели. Конечно Веда ожидала такого поворота событий, но девушка явно не была готова к этому.

Она посмотрела на женщину, в застывших глазах девушки плясали языки пламени от факела. В следующее мгновение, женщина как завороженная смотрела как из этих глаз будто растекается лавина. Дарьяна не сдерживала слез. Она сделала шаг навстречу к Веде и взяв ее за сухую, тонкую руку быстро залепетала:

— Я не знаю суждено ли нам еще увидеться. Я хочу сказать, что эти два дня были для меня словно вечностью. Для меня ты стала такой близкой, ты как бабушка мне. Я будто знаю тебя очень давно. Спасибо тебе!—крепко обняла она женщину, сдерживаясь из-за всех сил, чтоб не разрыдаться в голос.

Веда открыла широко глаза, обнимая девушку в ответ и гладя по голове, успокаивая.

Видя как двое мужчин переглянулись, а затем бородатый схватил руку девушки, намереваясь оттащить к выходу, на что Веда зло прошипела:

—Дайте же нам хоть минуту!—снова они нерешительно переглянулись.

Тот что без бороды кивнул второму. Как никак, сам Рэй проявлял к этой женщине благосклонность, она являлась бывшим проводником. И в этом мире не было чуждым проявлять некое уважение к старым, некогда обладающим силой, личностям. Но больше конечно их останавливало то, что про Веду ходили всякие слухи, поговаривали будто она ещё и ведьма. И никто из них не хотел ввязываться с ней в конфликт.

Кивнув женщине, бородатый, тем не менее не сдвинулся с места. Веда же отстранившись от плачущей девчонки и по матерински накрыв вновь ее голову платком, тихо зашептала:

— Я не оставлю тебя по доброй воле, знай! Будь уверенна в этом деточка! Не забудь то, о чем мы сегодня говорили. И береги себя!

Едва она договорила, как мужчины тут же взяв под руки девушку, повели ее к выходу.

Дарьяна в панике обернулась, вглядываясь в морщинистое, подрагивающее лицо женщины до тех пор, пока перед ней не закрыли дверь.

Каждый шаг приближал ее к неизвестному и неожиданному, ужасному для ее сознания.

Больше никаких чувств: ни холода, ни голода, не бессилия, ничего. Только страх. Всепоглощающий страх перед будущим, который затмевал ее разум.

Они остановились перед комнатой, куда их приводили в первый раз. И где она впервые увидела человека в маске, который пугал ее, как никто другой в этом мире; превращая все ее существо в напряжённый и оголённый комок нервов.

Девушка едва заметно сглотнула, когда один из мужчин открыл дверь, а другой грубо ткнул ее в спину, поторапливая входить.

Он сидел в высоком кресле у камина, все в той же маске. Укатанный в черный плащ, поверх которого на коленях лежал меч в ножнах, с кожаным перевязем.

Палач ждал свою жертву. Вот и всё. Опустив голову Дарьяна ждала и исподлобья следила за дальнейшими действиями мужчины. Но тот даже не повернулся в их сторону. Будто не они только что вошли. Не их он ждал. Или просто ему доставляло удовольствие внушать своим жертвам страх! Страх длительным ожиданием и последующими, медленными пытками.

Но наконец он поднялся, переложив холодное оружие на кресло, в котором только что сидел. Взглянув на пришедших и задерживая взгляд на девушке, не отводя его, неторопливо подошёл и встал перед ней.

— Смотри на меня,—в его холодном, приказном тоне не было резкости, словно давая понять, что она должна повиноваться с полуслова.

Девушка подняла голову и уткнулась взглядом ему в грудь. Она едва доставала ему до плеч!

— На меня я сказал!—повторил он более жестче, чем в первый раз. И девушка медленно, не хотя запрокинув голову, посмотрела ему в глаза.

Темные, как та ночь за окном, позади него, в них невозможно было что-либо прочесть.

Застывшие, бесчувственные и в то же время таинственные, опасные. От них было невозможно отвести взгляд. Они пригвождали, смотрящего в них.

Мужчина прищурился, невозможно было из-за маски видеть всё выражение его лица. А смотреть ниже ее, девушка даже боялась подумать. Она вообще боялась думать, с самого начала как только вошла сюда. Ее пугало, что мужчина увидит ее мысли, хотя Веда и заверила что он не может это делать. Но чем черт не шутит! Мнительность была ещё одной из ее не самых лучших черт.

Мужчина рассматривал Дарьяну. Надвинутой на лоб платок, перепачканное лицо и извалявшиеся, местами выдернутые перья на кофте, которая застегивалась почти до шеи, прикрывали собой грудь девушки. Взгляд мужчины опустился ниже на когда-то пышную юбку, не прикрывающую порванных, на оцарапанных коленях чулков. Губы его на секунду скривились.

Да она всё-таки упёрлась взглядом ему в подбородок, пока он опустил глаза, рассматривая ее. От чувства унижения она снова опустила взгляд.

Она ненавидела, когда унижали других и тяжело переживала подобное отношение к себе. И неизвестно сколько бы ещё длилось сейчас это оскорбление, если бы дверь в комнату не распахнулась и в нее не влетели два обычных, каких она привыкла видеть в своем мире, ворона.

С криком влетев, они размахивали крыльями, отчего до Дарьяны доходил ветер от их взмахиваний.

Девушка с опаской отступила назад, боясь что усаживающиеся на плечи судя по всему к своему хозяину птицы, выклюют заодно ей глаза.

Карканье стихло, когда рука в черной перчатке небрежно махнула в знаке прекратить. А взгляд хозяина с птиц переместился на безмолвных подчинённых, стоящих позади девушки.

—Отвести к остальным, занять работой, – быстро и отрывисто отдал он им приказ.

Дарьяна кажется только теперь с облегчением выдохнула воздух из лёгких. Не веря ещё своим ушам она готова была пуститься в бег, когда ее развернули к выходу.

Никогда она так не радовалась. Уже заранее распрощавшись с жизнью, она думала, что эта ночь была ее последней. Уже у выхода неожиданно для себя, не справившись с любопытством, повернула голову и посмотрела на виновника всех ее страхов.

Мужчина склонившись, проводил рукой по рукоятке меча, а на скулах его играли желваки, выдавая его состояние. Он был явно зол.

В этот момент одна из птиц пыталась удержаться на плече своего хозяина, но не справившись с сильной тряской, присоединилась ко второй, сидящей на спинке кресла.

Дарьяне было все равно что или кто, был причиной его плохого настроения, главное что она не стоит перед ним в этот момент.

Ее вывели на ту самую площадь перед замком и один из мужчин велел следовать ей за ним. Войдя в здание оказавшейся конюшней, безбородый объяснил что ее дальнейшей обязанностью будет беспрекословное подчинение им! А точнее она должна будет выполнять любую работу какую ей прикажут сделать. А иначе ее ждёт смерть! Девушка кивнула, когда ей задали вопрос все ли она уяснила.

Затем они снова двинулись дальше в глубь конюшни, где находился вход ещё в одну комнату.

Большая, и видимо хорошо освещаемая днем, благодаря многочисленным окнам, в которых уже чуть дребезжал рассвет.

Здесь же стоял во всю длину стол и такие же лавки по бокам от него. Дарьяна догадалась, что это была столовая. Поражало ее только то, что она находилась рядом с конюшней.

Безбородый оставил ее, приказав чтоб после завтрака последовала за остальными. Не совсем понимая, что ей делать дальше, девушка села за стол и принялась ждать, почувствовав через какое-то время, что засыпает.

Проснувшись от шума и гула голосов, она подняла голову, почувствовав одновременно сбоку толчок.

Маленький мальчик пытался сдвинуть ее в сторону. Дарьяна подчинилась подвинувшись, сонно оглядываясь по сторонам и не понимая ещё, что происходит.

В помещение стало очень светло и в нее входили дети разных возрастов, несшие в руках огромные, алюминиевые тарелки и небольшие куски хлеба.

В памяти девушки предстала картина войны, которая тут же улетучилась едва она почувствовала запах еды. Желудок сердито заурчал, напомнив девушке, что со вчерашнего дня в нем не было ни крошки.

Рядом с мальчишкой присела девочка лет десяти и протянула ему вторую тарелку из своих рук. Дарьяна невольно посмотрела как на дне ее плескалась горячая жидкость, непонятного цвета. Есть как-то сразу расхотелось, но желудок твердил обратное.

—Почему не кушаешь?— послышался вопрос, от девочки глядевшей на Дарьяну с любопытством. Девушка не нашлась что ответить, поэтому просто пожала плечами. —Ты тут новенькая да?—Дарьяна криво улыбнувшись, кивнула. На что девчушка соскочив со своего места и схватив удивленную девушку за руку, уверенно потянула ее из-за стола. Дарьяна подчинилась и они вышли со второго входа в трапезную.

Там в небольшом дворике, толпились в ожидании своей порции остальные дети. Они подавали пустые чашки, в которые высокая, крупная женщина наливала с большой кастрюли бульон, стоящей на круглом столе.

Ее сильные, большие руки проворно двигались, работая, а сама она то и дело покрикивала на вдруг зазевавшегося перед ней очередного засоню. —Пойдем же, тебе нальют. Мадам Брук очень не любит, когда мы затягиваем с едой.

Девочка сунула ей в руки такую же чашку и подтолкнула к женщине. Та на автомате выхватив чашку налила как и всем и сунула кусок серого хлеба, взглянув на девушку в последний момент. На секунду женщина будто остолбенела глядя на Дарьяну, затем быстро спросила: —А ты что здесь делаешь? Разве тебе приказывали работать с детьми? — Аа, я… меня сюда привели,—расстерялась девушка. —Кто? – не унималась женщина. —Я не знаю, как его зовут. Тот что без бороды,—ответила Дарьяна смотря как мадам Брук кивает, а потом раздражённо отмахивается от нее, веля им идти прочь.

Ничего не понимая девушка вернулась и села на свое место, которое было уже занято ребенком и которого решительно немного подвинув, ее спутница ей освободила. Есть совсем расхотелось, не было аппетита.

Заметив, что Дарьяна не притрагивается к еде, девочка клятвенно заверила ее, что бульон варят из самых лучших, оставшихся косточек разделанных куропаток, которых добывают в замок для их господина. — Ты ешь-ешь, нам много времени на это не дают,—прихлебывала малышка, то и дело участливо обращаясь к Дарьяне, поторапливая ее.

Девушка грустно кивнула с неохотой откусывая кисловатый хлеб и неспешно жуя его, после которого сразу же захотелось пить.

Осторожно зачерпнув деревянной ложкой бульона, девушка отхлебнула, смакуя его во рту. Вкус и правда походил на куриный. Все почти разошлись, когда девушка тоже доела свою порцию, почувствовав как силы вновь возвращаются к ней. — Пойдем! – торопила ее соседка, которая уже держала за руку мальчишку. – Помоем чашки и вернём мадам. Она уже ругается. Слышишь?

После завтрака все дети шли за человеком, который появился сразу же едва они закончили есть. Его злой и худощавый внешний вид, был противоположной стороной его характеру. Он строго, но добродушно поторапливал всех поспешить.

Все действовали складно без вопросов, отчего складывалось понимание, что каждый не впервые знаком с правилами этого места.

Тут были только дети и подростки, которые были значительно выше Дарьяны. Хотя это ее нисколько не удивляло. В родном мире ее часто принимали за школьницу. Она привыкла к этому, хотя по началу это не могло не расстраивать молодую девушку, желающую в будущем создать семью. Ей казалось, что ее маленький рост может стать этому помехой.

Наконец их привели на большое, вспаханное поле. Работа заключалась в сеянии зёрен пшеницы. По крайней мере в этом девушке была ясна логика. Все как в ее мире. Люди заботились о будущем урожае. —Как тебя зовут?— обратилась Дарьяна между делом к своей маленькой подружке. — Фиона, мадмуазель!—улыбнулась девочка и указала на мальчика рядом.—А его Генри, он мой младший брат. — А где же ваши родители?—улыбнулась Дарьяна услышав обращение девочки к себе.— Где родители у всех остальных детей? —Наши работают с другими взрослыми. Видимся мы только поздно вечером. И то не всегда. И не у всех здесь есть родители.

Откровения малышки, в который раз убедили девушку в жестокости этого мира. Какое-то время Дарьяна молчала, переваривая услышанное. Затем снова обратилась к Фионе: —Значит вы совсем нигде не учитесь?—при этом вопросе девочка так странно посмотрела на нее, будто совсем не понимает ее. Было ясно, что у них даже понятия нет такого. Учиться…

Кстати что касается понимания, девушку вдруг осенило, что все говорят на ее родном языке. Спросив об этом девочку, ответ который снова навлек на мысли, что все это не может быть правдой. Что это точно сон. Литургический может. Затянувшийся. Который к тому похоже уже никогда не закончится.

Как оказалось, на каком бы языке ты ни говорил, здесь все друг друга поймут. В этом мире один язык на всех. А какой он?! Для каждого он покажется своим родным. Будь то английский или немецкий или русский как в ее случае. Только имеющие магические силы могут говорить на языке, который уже они простой люд не поймут.

День клонился к позднему вечеру. Изможденные от непосильной для такого возраста работой, дети еле передвигали ноги.

Полноценного обеда не было, им сунули каждому в руки ломоть хлеба и подкатили кадушку с водой. Благо ещё, что мучений от жажды они не знали весь оставшийся день. И все же Дарьяну поражалало такое жестокое обращение с детьми. Глядя на их перепачканные землёй, изможденные лица, сердце щемило от жалости. Она вот-вот готова была и сама расплакаться от усталости и опустошённости. А тут дети...

Конечно она не понаслышке была знакома с работой в земле. С бабушкой они каждый год засаживали свой небольшой участок картофелем и овощами. А после она старалась вырваться с учебы, чтобы помочь собирать их урожай. Но никогда та работа не была такой изнуряющей как сейчас. И хуже всего было от того, что эту работу выполняли дети.

Еле живые они неторопливо шли с поля. Работа была окончена и они успели до сумерек. Их наставник, не смотря на то что работал наравне со всеми, и был как и все утомлен, все ж находился в приподнятом настроении. Сегодня ему не придется выслушивать выговор свыше.

Дарьяна шла и смотрела как и без того серое небо окрашивалось в темный цвет. Темнело… Тучи выглядели ещё более зловеще. В своем мире она любила такое небо, даже себе не могла объяснить почему. Готова была часами сидеть и смотреть на него. Но здесь и сейчас очень хотелось хоть немного увидеть проблески солнечного света.

Ещё не дойдя до окраин поля, где начиналась дорога обратно в замок, они увидели приближающихся всадников. По мере их приближения, Дарьяна начинала нервничать; схватив машинально за руки Фиону и ее брата. Она узнала в толпе Рэя, едущего впереди тройки с остальными. Сердце остановилось, а затем пустилось вскачь, как те кони, мчавшиеся им навстречу, отбивая бешенный ритм в груди.

Ваал [1]- демон вероломства и обмана.

Глава 6

—Оо, не-ет! Только его тут не хватало!—в сердцах проговорила Дарьяна, глядя как наездники приближаются к ним.

— Ты говоришь о господине?—Фиона задрав головку, всматривалась в испуганную девушку.

Дарьяна удивлённо посмотрела в ответ, понимая что произнесла слова вслух. Плохи ее дела думала она, раз она уже не может сдерживать свои мысли и эмоции.

Всадники приблизились, натягивая уздечки, взбеленившихся, разогнавшихся лошадей. Проводник остановился позже, как раз около надзирателя детей. Его недовольной резким торможением конь встал на дыбы, едва не задев передними копытами голову, присевшего в страхе мужчины.

Дети в испуге вскрикнули, собравшись поодаль от них в кучку. Двое детей по бокам от Дарьяны тоже прижались к ней, в страхе зарываясь лицами ей в одежду. Девушка испугалась не меньше них, тем не менее нашла в себе силы успокоить ребят; шепнув им какие-то утешающие слова, которые захотев не вспомнила бы после.

Жеребец Рэя успокоился. Он же сам, надменно взглянул коню под ноги, на еле живого от страха мужчину. Затем повернулся к сопровождающимся в первой тройке мужчинам и велел расспросить как обстоят дела на поле. Он даже не удосужился обратить внимание на невнятные и бессмысленные бормотания наставника, который похоже пытался отчитаться перед господином.

К великому облегчению Дарьяны, всадники не задерживаясь тут же тронулись в путь. Их путь, по-видимому, держал как раз мимо их засеянного теперь неьольшого поля.

Проезжая мимо девушки, за которую по прежнему держались испуганные дети, мужчина в маске повернул голову в их сторону, заметив эту картину. А затем их взгляды с ней встретились, после чего Дарьяна поспешно опустила голову, беззвучно шевеля губами; ругая себя словами и чувствуя как краска стыда заливает лицо. Теперь он точно убьет ее думала она, не раз попадаясь на том, что рассматривает его. Но всадники промчались мимо, оставляя за собой лишь клубы пыли от копыт лошадей.

Девушка облегчённо выдохнула, чувствуя как напряжение спадает. Но если бы она могла только знать, что эта встреча была лишь началом ее кошмара, то она бы не торопилась сейчас радоваться.

Весь путь обратно к замку Дарьяна думала о Веде. Она не знала как ей узнать, отпустили ли ее домой. Вдруг она все ещё томится в той темнице. О более худшем исходе, думать она себе запрещала. Но пообещала, что обязательно что-нибудь о ней узнает.

На ужин как правило снова раздавали бульон и ломоть хлеба. Возвращая посуду мадам Брук, девушка заметила, что та кажется была сегодня особенно не в духе. Ее тучная фигура возвышалась над ужинающим наставником, который казалось слушал ее в пол уха. Он задумчиво смотрел в одну точку и для успокоения мадам время от времени кивал головой, давая понять что слушает ее.

Дарьяна слышала, как женщина размахивая руками, жаловалась на то, как неблагодарно с ней обходились. Девушку мало интересовало в чем же были ущемлены права мадам Брук, она собиралась уже развернуться и идти с остальными ко сну, когда увидела что в этот момент мадам отвлекаясь с гневным лицом повернулась к ней. Ее взгляд сощурился, кажется она вдруг нашла на ком ещё можно вымести свой гнев.

Сжав губы и опершись большими руками о стол и касаясь его своим засаленным фартуком, она сдувала ртом выбившуюся из под платка прядь темных волос. Этот вид мог внушить кому угодно страх.

— Вот полюбуйся!— крикнула она мужчине рядом, который удивленно поднял рассеянный взгляд.—Почему вот эта вот здоровенная девка, на которой можно пахать и пахать, околачивается тут с детьми?

Дарьяна казалось остолбенела, а мужчина перевел удивленный взгляд на женщину и сказал: — Мадам, прошу вас не надо. Она устала, как и все мы. Где вы видите, что она здоровенная? —Я тебя умоляю Нильс, ты разве не видишь, что она не ребенок?! Ей уже впору своих детей заводить! Слепцы!

Разгневанная женщина собирала посуду, махнув на них обоих рукой. Унося груду тарелок, она всё ещё бубнила себе под нос: о великой несправедливости, о своей доброте и порядочности.

Дарьяна же стояла, глядя на впереди сидящего мужчину, который переведя взгляд, посмотрел куда-то позади нее. Она медленно обернулась, последовав за его взглядом и увидела в трёх метрах стоящего «безбородого».

Он сложив огромные ручища, опирался на дверной косяк, а его прищуренный взгляд, насмешливо блуждал по Дарьяне. Глаза ощупывали девушку с ног до головы, они будто раздевали ее.

Девушка сглотнула, прекрасно понимая, что ей конец. Стоя так перед мужчиной она не знала , что ей делать дальше, ясно что он слышал все слова мадам Брук. И теперь стоял в дверном проёме, загораживая ей путь. — Пропустите девочку Раф,- раздался голос наставника сзади, который видимо решил сделать вид что не понял слов мадам.— Завтра ведь им рано вставать, пусть выспится. — Ооо, конечно- конечно пропущу,— иронично отозвался громила впереди, отходя от двери и с наигранно приглашающим жестом рук, указал девушке путь.

Дарьяна неуверенно двинулась, почти поравнявшись с ним, она едва не отлетела назад, почувствовав резкое препятствие руки в дверном проёме. Мужчина снова загородил путь возвышаясь над ней.

—Я пропущу, только не туда дорогуша! Ты птичка— попалась в другую клетку.

С этими словами он схватил ее за шкирку и поволок в другом направлении.

Девушка забилась в его руках, как раненный зверь, то и дело оборачиваясь с мольбой на лице на мужчину позади. Тот закрыв глаза и положив ладонь на лоб обречённо сел назад на свой стул.

Он видел подобные картины миллион раз, он и сам был тысячу раз на волоске от смерти, не раз встревая в подобные ситуации. Что он мог сделать. Да ровным счётом ничего! Разве что вкалывать так, чтоб у ребят была возможность более длительного перерыва между выполняемой работой. Он такой же подневольный раб в этом мире. Цеплялся за жизнь как мог, которая не стоила в этом мире и ломанного гроша.

Дарьяна между тем сопротивляясь мужскому натиску, ногами пыталась тормозить напору, с которым ее тащили. —Что вы делаете!? Куда вы меня тащите. В чем моя вина? Отпустите, я пойду самаа! – кричала она обессилев.

Ждать что ее просьбу выполнят не пришлось долго, так как громила швырнул ее в одну из ближайших клеток конюшни. Девушка упала на свежий соломенный подстил, больно ударившись рукой о задетую ею стену.

Не успев отойти от болевого шока, почувствовала как ее сильно потянули за выбившиеся волосы. Закричав от новой боли, девушка что было сил оттолкнула возвышавшегося над ней мужчину. Но тот как каменная глыба не тронулся с места, лишь слегка пошатнулся. Зато это его похоже развеселило. Звучным басом расхохотавшись, показывая неровные зубы, он стянул с Дарьяны сползший на шею платок, а затем глянув в глаза полные слез, произнес: — Посмотрим, что же ты скрывала все это время!— и не давая девушке осознать, что он имел ввиду,—дёрнул края кофты в разные стороны, отчего послышался треск рвущейся ткани и звук отлетающих от стены и падающих на бетонный пол пуговиц.

Дарьяна закричав, в ужасе посмотрела на мужчину, одновременно прикрывая руками черное бельё. С глаз брызнули слезы, которые похоже ещё больше этим распаляли ее мучителя. Он неприятно оскалившись, с легкостью разомкнул ее руки. Рассматривая ее округлую грудь, под кружевом, а затем больно обхватил ее всей пятерней, сжимая.

Девушка не отдавая себе отчёта, тут же склонила голову и вцепилась со всей силы зубами ему в руку. Мужчина взревел, выдернув руку, он в бешенстве посмотрел на кровоточащую рану. Его красные глаза расширились, и он гневно посмотрел на Дарьяну, занеся огромный кулак для удара, отчего девушка вся сжалась, приготовившись к новой боли. —Эй Раф,—мужчина обернулся на голос, за клетчатой наполовину двери, стояла мадам Брук.—Ты что это удумал. Тебе что-ли решать что делать с ней?

Она укоризненно и бесстрашно взирала на мужчину. Дарьяна же в свою очередь с осуждением посмотрела на женщину. По ее взгляду читалось, что не сболтни тогда женщина о ее истиной сущности, этого бы всего не произошло с ней. Мадам Брук избегала смотреть на нее, чувствуя на себе взгляд девушки. Она следила как громила борясь с собой несколько секунд, наконец развернулся выходя и закрывая за собой дверь.

— Мне сказали тебя господин ждёт!—деловым тоном сообщила она мужчине. Но тот ничего не ответил, он продолжал злобно смотреть на дрожащую в углу девушку. — Я с тобой ещё не закончил, маленькая сучка!—угрожающе произнес он, дёрнул металлическую цепочку на двери и развернувшись большим шагом направился к выходу.

Слезы ослепляли девушку, были слышны ее частые всхлипывания. Она старалась из-за всех сил, чтоб не упасть тут на подстил в рыданиях. Слепо шаря одной рукой в поисках разлетевшихся пуговиц, другой рукой она придерживала на груди полы разорванной кофточки. Ее раздражало присутствие стоящей по ту сторону двери женщины, хотелось остаться сейчас одной. — Дай-ка мне сюда свои вещи, я починю и принесу,—женщина казалось чувствовала себя виноватой, раз предлагала свои услуги.— Я… мне жаль что так вышло, не стоило мне кричать в тот момент об этом. Но кто ж знал что этот пёс там стоит и слушает. А ты тоже хороша, подошла ко мне под горячую руку. Давай же поскорей, пока я не передумала.

Девушка посмотрела на теряющую терпения женщину. Похоже это было не в ее правилах, прогибаться перед кем бы то не было. Да и в ее положении, теперь обижаться на кого-либо тоже не было смысла. Тем более на того, кто похоже искренне расскаивался и был готов помочь.

Вытерев слезы тыльной стороной руки, девушка быстро стянула с себя порванную вещь и протянула вместе с пуговицами в проем клетки. — Вот возьми, ты ведь наверно мечтаешь о ванне, — женщина смочила в кадушке с водой, стоящей рядом, кусок чистой белой ткани, вытащенного из передника.—Оботрись пока я сбегаю и найду что-то подходящее тебе из одежды. Вода тут чистая не беспокойся, даже лошадь ещё не пила. За ними тут, как ты наверно заметила, ухаживают гораздо лучше чем за людьми.

Мадам Брук ушла, а Дарьяна ещё с минуту стояла и смотрела на смоченную тряпку, капли от которой капали ей под ноги. Как женщине удалось остановить поток слёз, девушка сама не заметила. Только зачарованно смотрела на мокрую вещь.

Ванна. Она и забыла что это такое. События этих дней так выматывали ее, что она едва успевала только прикрывать глаза как забывалась глубоким, тревожным сном. О ванне и речи не могло быть. И теперь глядя на стекающуюся струйками воду, Дарьяна поняла как ей не хватает горячей, расслабляющей воды. Чтоб закрыть глаза и раствориться вместе с лопающимися пузырьками на поверхности.

Девушка качнула каштановой гривой, прогоняя мираж и принялась обтираться: проводя холодной приятной тканью от шеи, груди и лицу. Приобретя более менее опрятный вид, она задумчиво сидела, ожидая женщину и прикрывая грудь мокрой тканью.

Услышав как скрипнула входная дверь, она напряглась, боясь что вернулся ее мучитель. Но эта была мадам, она держала за пазухой свёрток. Размотав который, оказался огромной, бывшей когда-то белой рубахой.

— Зато чистая и целая!— заметив сомнение на лице девушки, констатировала женщина. Она ещё что-то бормотала себе под нос, словно выполняла привычно-каждодневную рутинную работу, затем забрав мокрую тряпку назад обратилась к Дарьяне:—Всё, меня здесь не было. Утром если ты будешь тут, зайду и может удастся хоть покормить незаметно. — Спасибо вам, —Дарьяна и правда была ей признательна сейчас. Обиды остались в прошлом. Рано или поздно все равно бы всё выяснилось. И что-то подсказывало ей что более долгое умалчивание не принесло бы ничего хорошего.

Но как же она терпеть не могла ожидание. Здесь ей в последнее время приходилось делать это чуть ли не постоянно.

Сидя теперь на соломе и чувствуя, как после тяжёлого труда и слёз, глаза болезненно слипаются, девушка не стала себе противиться. Она так крепко уснула, что даже не услышала как в конюшню шумно вошли люди, держа за узды усталых от долгого бега лошадей.

—Пусть как следует накормят его,— говоривший остановился у соседней клетки, где спала девушка.—Тайфун сегодня летал как бешенный, зверюга. Сегодня он в ударе, как впрочем и всегда.

—Конечно мой господин,— нерешительный голос Рафа прозвучал в ответ, затем продолжая после некоторой паузы он произнес:—Я говорил о той новоприбывшей. Мы ведь ее к детям отправили. Она тут сейчас.

—Ты мне это зачем говоришь?!— раздражённо перебил его низкий голос.— Не можешь разобраться уже с людьми? Мне тебя учить что делать? Пусть продолжает свою работу, если нет сопротивлений. А будет, тогда и поговорим. — Но она водила нас за нос,— пытался оправдаться собеседник. — Сутки за нос?! Ты тронулся умом Раф? Не забивай мне голову этими вопросами.— прорычал мужчина, затем послышались решительные шаги направляющиеся по проходу.

Проходя клетку, в которой лежала Дарьяна, мужчина в последний момент заметил спящую девушку. Он вопросительно посмотрел на Рафа, вернее тому показалось, что вопросительно и он кивнул обернувшемуся.

Рэй остановился, глядя на свернувшегося спящего ребенка. Иначе и не назовешь. Такой умиротворённый и крепкий сон бывает только у детей. Подогнутые под себя ноги, в истерзанных колготках. В ее облике необычным, от ранее видевшемся ему были— разбросанные по соломе, длинные, каштановые волосы. Ну и чистое теперь и очень бледное лицо.

Мужчина отвернулся, почувствовав на себе взгляд Рафа. Махнув ему следовать за ним он продолжил путь к выходу следуя большим, размашистым шагом.

Дарьяна проснулась от звуков «кишащих» вокруг. Конюхи выводили уже покормленных и отдохнувших лошадей; их нетерпеливый ржач свидетельствовал, что они вновь готовы к работе. Девушка подтянулась, почувствовав боль во всем теле, так будто ее хорошенько попинали накануне вечером. Ныла каждая мышца, непривыкшая к тяжёлому и долгому труду.

Стряхивая с себя солому, Дарьяна встала, озираясь по сторонам. Подошла к двери и взявшись за деревянную решетку прислонила голову, пытаясь разглядеть что происходит в коридоре. Никто не обращал на нее внимания. В этом мире все для всех являлось вполне объяснимым. Никому не придет в голову задавать вопросы, почему человек сидит в одной из клеток, а не животное.

Девушка в отчаянии отодвинулась от клетки. Что готовил для нее этот новый день? Ничего хорошего она уж точно не ждала. Дарьяна вздохнула, закрывая глаза. Но тут же открыла их, почувствовав мягкое, теплое касание на своих пальцах. Девушка в страхе обернулась, одернув руку от деревянной решетки.

На на нее смотрел — красивый черный конь. Он стоял один возле ее двери, такой высокий и статный. Вся его уверенная поза в нем будто говорила, что он не нуждается в помощи. Дарьяна тихонько хихикнула и с улыбкой подошла ближе к жеребцу. Лошади всегда восхищали ее своей красотой, грацией и умом. Но так же вызывали чувство страха. Она страшилась их дикой силы. Никогда не понимала этих животных. Сейчас же она не отдавала отчёта своим действиям. Подойдя очень близко, осторожно просунула руку в решётку, с секунду помешкав она решительно коснулась его лоснящегося бока, двигаясь к сильной шее животного. Конь казалось застыл, словно эти простые и ласкающие жесты были для него чем-то новым. Ладошка девушки гладила его морду, а затем слегка ткнула пальцем в мягкие подушечки носа.

Дарьяна едва слышно рассмеялась, одергивая руку, боясь что животное ей её укусит. Конь фыркнул, задирая морду и демонстрируя девушке свои большие зубы.

Не понимая, что он делает девушка снова радостно засмеялась. Впервые за все это время ей было весело. Ее смех сопровождался мотанием, мордой коня.

Похоже ему не нравилось поведение девушки. Дарьяна перестала смеяться, подозревая недовольство жеребца. Снова подходя ближе она зашептала: — Какой же ты красавец!— девушка восхищённо смотрела на коня.— И как мне вас величать сударь?— продолжила она с иронией, вновь дотрагиваясь до рта животного, которое снова зафыркало. А Дарьяна также фыркнула от смеха. Совершенно забыв где находится, ее по- детски забавляло ее первое знакомство с животным. Она смеялась забыв обо всем и обо всех на свете. Ей и самой казалось, что смех ее звучит как- то по другому, будто впервые себя слышит.

После она вспоминала, как подняв голову после очередного приступа смеха, ее счастливая улыбка быстро померкла, когда она увидела возле животного проводника в маске.

Кровь ударила в голову и в глазах как-то сразу потемнело. Вышедшее казалось солнце в комнате тут же померкло. Вокруг вновь стало темно и тоскливо. Сердце отбивало барабанную дробь в груди, а напряжение нарастало. Дарьяна тогда насупила брови, но к ее самой изумлению—глаза не опускала, как обычно.

Может она привыкала к этой жуткой маске, а может просто устала постоянно бояться. Или же недавнее веселье придало ей некой смелости. Девушка не могла найти этому объяснений. Она просто не могла заставить себя не смотреть. — Что здесь происходит?—наконец нарушил молчание холодный голос мужчины.— Почему она все ещё тут?!— со злостью добавил он будто спрашивая кого-то. И только тут девушка заметила неподалеку от мужчины стоящего и пялившегося на нее Рафа.

Он смотрел куда-то ниже ее лицо и Дарьяна проследила за его взглядом. Щеки ее вспыхнули, она не заметила как воротник не по ее размеру большой рубашки опустился вниз, оголяя плечо с черной лямкой белья и едва прикрывая правую грудь.

Она быстро прикрылась, сжимая воротник кулачком. И сжав губы отвернулась от мужчин, гордо подняв голову. Пусть это выглядело глупо, все лучше чем стоять как провинившаяся с опущенной головой. Она ни в чем не виновата! Но краска на ее лице говорила об обратном. Девушке было стыдно. — Господин мой,— начал было Раф извиняющимся тоном.— Она пойдет с группой рабочих на обкладку стен. Я уже распорядился и займусь лично этим. — Не много ли чести заниматься этим лично Раф?—брезгливо отозвался Рэй, хватая за вдетую конюхом уздечку жеребца, который нетерпеливо переминался с ноги на ногу.— Приеду посмотреть лично на обкладку, надеюсь в этот раз будет все законченно.

Вскочив в седло и расправляя полы плаща, мужчина не взглянув более на девушку пустил коня из конюшни мелкой рысью.

Дарьяна шла по знакомой дороге следом за «бритолицым». Он шел быстро, девушка едва поспевала. Но благо в этот раз идти было легко так как они спускались по ступенькам, по которым раннее они поднимались с Ведой.

Вспоминая о старой женщине, Дарьяна набралась смелости и поравнявшись с Рафом спросила: — Вы не знаете где сейчас Веда?— мужчина резко остановился и наклонившись к девушке схватил ее за рубашку на шее.

Гневно глядя на нее он прижал ее к грязной стене и прохрипел в ответ: — Я смотрю ты чересчур осмелела дрянь! Я поубавлю в тебе твою спесь- то, подожди только вечера.

Его лицо было так близко от Дарьяны, что невольно она уловила неприятный запах у него со рта. Боясь что ее вырвет прямо на него, девушка зажмурилась и попыталась отвернуться. Она уже пожалела, что вообще открыла рот, спрашивая его. Вывернувшись, она скользнула вниз и прошмыгнув у него между ног, вскочила на ноги у него за спиной.

— Если ещё притронетесь ко мне— я расскажу все Рэю! – ляпнула и сама опешила от своих слов.

Реакция мужлана была ожидаемой. Он расхохотался, держась своей огромной ручищей за стену. А девушка лихорадочно соображала, что бы ещё такого сказать. — Он потеряет уважение потом, если узнает …узнает, что вы прикасались ко мне.

Девушка заметила рывок громилы в ее сторону, а затем почувствовала хлесткий удар ладони на щеке. Слезы выступили от боли и в глазах потемнело. Не позволяя ей ещё отойти от удара мужчина закричал ей в лицо:

— Не Рэй, а господин! Он тебе господин ты поняла?— Дарьяна быстро закивала, не предполагая, что вызовет такую ярость своими словами. Она надеялась, что этим она охладит его пыл к себе. — Нашему господину вообще плевать, что я с тобой сделаю дальше. От этого его отношение ко мне не изменится. Я ещё и не такое делал с тварями вроде тебя. Когда подпаливал их пятки огнём. Тебя будет ждать та же участь, если ты что-то скрываешь. Ты же знаешь как пахнет паленное мясо, а? Но перед этим мы вволю потешимся с тобою сладкая.

Дарьяна широко выпучила глаза после этих слов. Она вдруг ясно увидела картину горящих в огне женщин. Кусок хлеба съеденный накануне и так заботливо вручёный ей мадам на дорогу, просился к выходу. Отодвинув мужчину она упала на корточки боясь что ее и впрямь вывернет на него. Руки, ноги девушки дрожали, когда ее подхватили и без церемоний поволокли дальше. — Некогда разлеживаться, этим занимаются по вечерам,—говорил мужчина с явным намеком, таща за собой еле волочащую ноги девушку.

Дальше было ещё страшнее. Они оказались в гуще бегающих, будто муравьв-труженников людей и птиц гигантов. А она кажется уже успела о них подзабыть. В спину грубо подтолкнули к ещё одному плечистому мужчине, стоящему к ним спиной.

И когда тот обернулся она у узнала в нем мужчину с бородой. — Займешься этой тоже? Только пусть уж доживёт до вечера. У меня на нее есть планы.

Дарьяна слышала как ее мучитель хохочет. Они ещё о чем-то говорили, она отвернулась чтоб не видеть и не слышать их. Смотрела за работой других, не совсем понимая для чего она тут. Одни возили камни разных размеров, другие клали из них стену, предварительно смазывая их видимо известковым раствором. — Эй ты,—девушка машинально обернулась на голос. Бородач махал ей следовать за ним. Рафа рядом не было. Обреченно вздохнув, она поплелась следом.

Они зашли под деревянный навес, где пыль стояла столбом и шла полным ходом обработка и выравнивание камня. Люди в защитных одеждах, с закрытыми лицами стучали и раскалывали материал как орех.

Дарьяна попятились, не веря своим глазам она тут же выскочила назад, откашливаясь и чихая. Бородач догнал и схватил больно за руку. — Куда это ты собралась? Я тут тебе в няньки не нанимался, бегать не собираюсь. Вон там спецодежда,— он указал на деревянный сарай рядом.—Одевайся и живо сюда. —Убейте меня лучше сразу!—не выдержала девушка и перекрикивая грохот стучащих добавила:— Неужели от меня будет здесь какая-то польза? Меня же сразу забьют тут камнями!

Внезапно с противоположной стороны послышался звук от копыт. Кто-то скакал в их сторону. Дарьяна посмотрела на мужчину перед собой, он спохватившись начал отходить с дороги, увлекая за собой сопротивляющуюся девушку.

Один миг и перед ними предстал Рэй верхом на своем жеребце. Он будто бы пытался обуздать Тайфуна, сильно натягивая уздечку, отчего конь лишь открывал челюсть, пытаясь освободится от трензеля в зубах.

Дарьяна в ужасе вскрикнула, когда животное вдруг рванулось в их сторону. И не смотря на сопротивление со стороны хозяина, встал перед «бородатым» на дыбы. Отскочив с ним по разные стороны, девушка смотрела как конь снова и снова наступает на перепуганного мужчину. Наконец тот спиной нащупал дверь каменоломни и открыв ее быстро скрылся за ней.

Тайфун фыркнул, глядя на запертую дверь, а затем повернулся к Дарьяне. Девушка в страхе огляделась по сторонам в поисках укрытия от бешенного животного. Но тот больше не предпринимал попытки напасть. И хозяин и конь будто обессилили недавней борьбой. Оба застыли выравнивая дыхания.

Наконец Тайфун зашевелил вдруг ушами и делая шаг к девушке поднял голову, фыркая губами, прям как там в конюшне. Затем кивая своей длинной гривой, он приблизился к напуганной Дарьяне, которая даже боялась пошевелиться. Она не пыталась сделать попытки скрыться, убежать, будто застыла камнем от стараха.

Конь подошёл совсем близко, отчего девушка вдруг зажмурилась, почувствовав его теплое дыхание на своем лице. Однако тут же удивлённо распахнула глаза, когда почувствовала мягкое касание животного к своим волосам. Обнюхав ее, он стал тыкать в ее руки мордой. Дарьяна неуверенно подняла руку и ткнула в его мягкие губы пальцем.

Конь фыркнул, опять показывая зубы. Робко улыбнувшись, девушку вдруг казалось осенило. Животное защищало ее? И теперь пыталось играть? Она заулыбалась, поглаживая коня за гриву, не веря ещё своим догадкам. На миг она забыла о проводнике, который казалось в ступоре наблюдал за происходящим.

Подняв наконец радостные глаза на Рэя, Дарьяна осеклась. Улыбка сошла с ее лица, внутри казалось все похолодело, когда она увидела потемневший в гневе взгляд проводника и плотно сжатые губы.

—Ты кто такая!?—прошипел он вдруг глядя на девушку.—Тебя стало слишком много!

Не понимая о чем он говорит, она отступила на шаг назад. Но в следующую же секунду Рэй развернув боком коня схватил перепуганную девушку и бесцеремонно перекинув ее животом через седло, жёстко пришпорил животное.

Конь незамедлительно тронулся с места, набирая скорость. А девушка вскрикивающая от боли при движении, пыталась поднять болтающуюся в воздухе голову.

Один миг и толчки по земле закончились, девушка почувствовала как сжались, а затем ухнули все внутренности. Подобное бывает, когда тебя на сильной скорости раскачивает на качелях.

Взвигнув, она ещё помнила перед тем как потерять сознание, как ухватилась одной рукой за плащ мужчины, а другой за гриву коня. А сквозь свои висевшие в воздухе волосы, затуманенным взором заметила отдаляющийся замок, ставшим спустя маленьким пятном на бескрайних просторах ее нового мира...

Глава 7

Мужчина нервно мерил шагами большую и темную, как слеп комнату; в которой наполовину заполонил серый, густой туман, свидетельствовавший о том, что в замке темного лорда опускалась ночь. Жуткая, мрачная, леденящая в жилах кровь ночь. Но только не для него— проводника, который прожил и видел многое уже двести лет. Поклявшемуся когда-то и до сих пор не нарушающему эту клятву: в служении верой и правдой Ваалу—демону преисподней.

Его все устраивало в их договоренности. Он нисколько не жалел о своём выборе. Знал на что идёт. И совесть его не мучила. Нет. После того как его близкий друг однажды предал его, отказав в помощи, в которой он на тот момент нуждался—он вообще забыл что такое совесть!

Она «спала» мертвым сном уже очень долгое время. Он жил и творил то, что считал нужным, отдавал приказания, убивал и даже миловал, но не по доброте душевной.

Но сейчас! Сейчас, он чувствовал зарождавшийся «червь сомнения» в правильности своих поступков. И ему это не нравилось, более того его это сильно раздражало и злило. Напрасно он пытался убедить себя в верности своих действий. Мысли снова и снова, как под заклятьем возвращали его к лежащей на заднем дворе крепости—бесчувственной фигурки девушки.

В минутной вспышке гнева, когда он увидел как она гладит его буйного нрава жеребца и как тот ластится к ней, он решил покончить с ней более изощрённым методом, сам не осознавая толком что делает. Его эмоции которые всегда были под контролем- неожиданно для него самого выплеснулись в виде ярости, гнева. И все из-за какой то ничтожной человечишки, людского змееныша! Испугавшись собственной бесконтрольности, он сегодня же решил покончить с той, которая довела его до такого состояния.

Рэй снова зашагал в другой конец угла. В который раз посылая свою вдруг «пробудившуюся» совесть куда подальше.

Внезапно он напрягся, интуитивно почувствовав присутствие другого существа рядом. Затем его тут же с силой обвили вокруг шеи, перекрывая кислород. Рэй защищаясь, машинально сделал быстрый выпад с локтя тому кто стоял сзади, но одновременно с этим почувствовал что рука лишь прошлась по воздуху никого не касаясь, а дышать стало легко. Нападающий отступил и Рэй обернувшись, почти сразу усмехнулся, слегка расслабившись- он тем не менее настороженно смотрел на стоящую впереди девушку.

Гарпия! Женщина- птица. Хищная, коварная она стояла сейчас испепеляя мужчину хитрым и лукавым взглядом. Облокотившись локтем о стену она встала так, чтоб поза выгодно подчеркивала ее пышные и без того идеальные формы в человеческом облике.

—Рэ-эй,—произнесла она нарочито медленно.—Что ты тут делаешь сегодня? Кажется только вчера я имела удовольствие тебя здесь видеть.

Женщина оттолкнулась от стены и медленно прошлась мимо проводника, окутывая его своим полудиким запахом. А затем обернулась и кокетливо улыбнувшись ему сказала:

—Неужели это из-за меня?!

—У меня подарок для его высочества. Так как сегодня в полночь намечается торжество для нашего властелина, я подумал, что это будет уместным сделать пораньше.

—Подарок?! Вот как! И какой же?— женщина прищурила свои зелёные как изумруд глаза. А затем вдруг втянув расширившимися ноздрями поглубже воздуха она заулыбалась.

— Ах, какой вкусный подарок Рэйй!— она медленно провела языком по своим губам, глядя мужчине прямо в глаза.— Где она? Ее надо подготовить так, как любит это мой хозяин!

— Скоро будет здесь, я сам об этом позабочусь Цильда,—произнес Рэй сложив руки и глядя насмешливо на женщину. Ему хотелось как-то задеть ее, так как обычно это делал называя ее «Цыпой» и получая заряд удовольствия ее вспышками гнева от этого. Но сейчас ему не хотелось ее дразнить, в гневе она была непредсказуема. И он поймал себя на мысли, что он не хотел бы доверить девчонку гарпии. И это ему очень не понравилось.

Нахмурившись и сжав скулы, мужчина отвернулся.

—Пфф, ну как знаешь, не больно то и нужно было!— фыркнула женщина развернувшись и грациозно поднимаясь по винтовой, каменной лестнице.— В конце концов я и не обязана этого делать! Ты прав!

Рэй посмотрел вслед скрывшейся из виду гарпии, а затем решительно направился к выходу.

До его слуха стали доносится пробуждающиеся звуки темного замка. Кишащий ползучими и летающими тварями, он уже начинал свою ночную жизнь. Но его это нисколько не пугало. Даже наоборот, решительно сжав губы и вдыхая расширившимися ноздрями воздух он вышел в ночь. Никогда и ничего он не боялся в своей жизни. Никогда! Опять вспоминая зловещие слова Веды.

Дарьяна очнулась, почувствовав как ушат холодной воды вылили на ее гудящую голову.

Кашляя и переворачиваясь на четвереньки она попыталась встать на ноги. Почувствовала как ее подхватили за локоть, помогая подняться.

Обернувшись, она упёрлась взглядом в проводника. Глаза в маске смотрели безэмоционально, как два холодных айсберга в океане. Девушка сглотнув отвернулась, оглядывая помещение в котором находилась.

Комната освещалась лишь коптящимися факелами по двум ее сторонам стены. Это была пустая без малейшего намека на мебель — комната. Даже окон не было. Каменная могила! Пришло вдруг ей на ум, которое тут же принесло с собой ужас от осознания того, что это ее могила!

Дышать стало трудно и она тщетно пыталась поглубже втянуть воздух. В панике обернулась на Рэя. Проводник стоял там же и с тем же невозмутимым видом, смотрел на нее.

—Мы здесь не задержимся,—будто прочитав ее мысли произнес он. И девушка почувствовала облегчение. А затем они оба обернулись на шум открывающейся дубовой двери позади них.

Двое сильно худых и полуголых по пояс мужчин внесли на балках огромный чан с водой, от которой исходил едва заметный пар.

Дарьяна оторопело смотрела на склоненных от тяжести и покорности людей. Рабы—догадалась она, чувствуя как от жалости сжалось в сердце.

Они не смотрели на них, молча как заведённые выполняли свою, казалось давно выученную работу.

Поставив чан на середину комнаты они встали по двум его сторонам и повернулись в сторону Дарьяны и Рэя, не забыв при этом опустить взгляд в пол. —Дальше я оставлю вас,—неожиданно прозвучал холодный голос проводника позади девушки, отчего та вздрогнула.— И чтобы все было выполнено без ошибок!

Дарьяна ещё соображала чтобы означали эти его слова, чувствуя как знакомый липкий страх, предчувствие чего- то неминуемого снова пробирает всё внутри.

Двое как по команде двинулись в ее сторону и тут она словно бы очнулась и метнулась к двери, замечая что Рэя позади уже нет.

Как он мог так бесшумно выйти? Дарьяна взялась за ржавую ручку и потянула ее на себя. Дверь не поддавалась. Девушку пробил ледяной пот. Упираясь ногой о косяк она снова потянула ее из-за всех сил. Ее заперли с той стороны.

Неожиданно почувствовав на своих предплечьях чужие руки— Дарьяна завизжала. Она извивалась, брыкалась и пыталась пнуть или оцарапать тащивших ее к чану рабов. Но те, несмотря на свое хилое телосложение, оказались очень сильны. Они с поразительным проворством принялись срывать с нее одежду, а вернее то что осталось у нее от нее.

— Будь ты проклят сволочь! Будь ты проклят!— хрипло выкрикивала она ругательства, оборачиваясь на дверь; надеясь что он услышит ее, что он там.

Внезапно однако девушка почувствовала что силы вдруг иссякли. Она обмякла в руках подхвативших ее нагое тело рабов, которые тем временем, медленно опускали свою жертву в чан…

Глава 8

Как в бреду, Дарьяна плелась по длинному, кажущимся бесконечным коридору. По обеим сторонам девушку под руки ее придерживали рабы.

Все вокруг казалось мутным сном. Вот сейчас она больно ущипнет себя и непременно проснется. Очутится в своей крохотной, но такой уютной квартирке под Москвой, которую ей помогла найти Лерка. Быстро начнет собираться на учебу по ходу дела печалясь о том, что ночь так скоротечна. А вечером, после скорого перекуса галопом на подработку в ресторан, который находился в двух шагах от ее дома.

Из воспоминаний девушку вывели скользкие и холодные ступени. Оступившись на них, она часто заморгала, пытаясь прийти в себя. Сознание снова уплывало и девушка отчаянно пыталась уцепиться за него, концентрируясь на происходящем.

Без сомнения думала она— вода в чане была смешана с какими-то дурманящими голову веществами. А может ей что-то подмешали в предложенный кувшин с водой. В любом случае это значило лишь одно:мыли ее отнюдь не по доброте душевной и что "опосля"—ей не предоставят теплых апартаментов, с мягкими перинами. И теперь, не смотря на то, что вода всегда действовала на нее расслабляюще, она однако не могла избавиться от уже ставшим "родным" чувством страха и оцепенения.

Ей даже было все равно, что моют ее мужчины. Теперь то она знала, что в этом мире есть вещи куда пострашнее взглядов рабов на нагое тело.

После купания почувствовала сильный голод, припоминая что ела только утром. А скоро поидее уже наступит следующее. И чтоб хоть как-то унять пробудившийся аппетит, девушка тогда спросила воды. И странно, она не заподозрила, что обычно бесцеремонные с ней все это время рабы, с лёгкостью протянули ей старый, глиняной кувшин с водой и пусть небольшой слегка уже зачерствевший кусок хлеба.

Вкус ничем не выдавал себя и Дарьяна с жадностью набросилась на жидкость, с трудом огрызая хлеб, снова запивала. А она уже было начала плохо думать о них. «В общем-то неплохие они ребята!»—думала девушка, жуя дарованный ей кусочек.

Но больше, как оказалось, добра от них ждать не пришлось. Напротив, теперь они крепко держали за обе руки и направляли по этому же коридору, в котором она Дарьяна в своем белом, до пола одеянии—казалась приведением.

Пока они ее облачали, она находилась ещё в здравом сознании, если можно так сказать и не стала сопротивляться белому и невесомому облачению. Главное, что прикрывалась ее нагота. Обуться—ей не позволили. Девушка попыталась взбунтоваться, но сдвинуться оказалось на тот момент уже невозможным, а речь получалась бессвязной. И теперь, еле передвигаясь непослушными ступнями, она однако уже начала чувствовать холод от камней.

Холод? Дарьяна вдруг поняла, что и мысли уже в ее голове почти не путаются и чтоб убедиться, она слабо завертела головой. В этот самый момент ее завели в какую-то темную, как и сам коридор комнату и оставили совсем одну, звякнув напоследок защёлкой за дверью.

С минуту девушка приходила в себя, часто моргая в темноте и пытаясь собрать в кучу, мысли. А когда это у нее наконец получилось, поняла что стоит совсем одна в темноте. Прежде такого дикого страха, как ей потом казалось, она ещё не чувствовала. Даже бесчувственный проводник не был столь страшен, как эта пугающая, зловещая темнота в неизвестном месте. Тот хотя бы был из плоти и крови.

Дарьяна стала медленно отступать назад, пока не почувствовала как упёрлась спиной в дверь. Шаря хаотично руками по ней в поисках ручки, она вдруг поняла что ее и нет. Ее расширившиеся, огромные глаза в темноте казались как два догорающих, но еще еле мерцающих уголька. Ноги подкосились и она села тихо шепча и закрыв руками уши, пытаясь тем самим по-видимому оградиться от царившего вокруг нее кошмара.

— Веда, что мне делать… Что мне делать?! Почему ты меня оставила…—вдруг вспомнив старую женщину, прошептала обрывисто девушка.

Внезапно стихнув, Дарьяна подняла голову и стала быстро озираться по сторонам. — Ты меня слышишь? О Боже, ты меня слышишь Веда? Ты сейчас здесь?—задавала она безответные вопросы в темноту. Она вскочила протянув руки, стала шарить ими в темноте. Но секунды спустя те безвольно упали вдоль туловища, а сама девушка казалось впала в ступор. Она больше не заламывала в страхе руки, просто стояла неподвижно, застыв.

—Я все поняла!—произнесла вдруг она шёпотом и бесстрашно шагнула назад в центр комнаты, услышав одновременно с этим как сзади с шумом открылась дверь, заставив ее вздрогнуть.

Ей едва хватило мужества чтоб не обернуться и продолжить неподвижно стоять. Она чувствовала за своей спиной присутствие некого чужого, опасного. Сердце бешено стучало, будто готово было вырваться с грудной клетки.

Дарьяна молилась чтоб этого не почувствовал вошедший. Минута показалось вечностью. Сзади будто выжидали чего-то, застыв, как и она сама. Но неожиданно затишье резко прекратилось, впереди ярко вспыхнули коптящие факелы на стене, освещая комнату и заставляя жмуриться. А затем перед ней предстала женщина с черными как ночь густыми волосами и с шикарными формами, которым позавидовали бы тысячи девушек ее мира.

Она пристально разглядывала Дарьяну своими необычно яркими зелёными глазами.

На ней был облегающий черный корсет прикрывающий только грудь и ягодицы и который невольно напомнил Дарьяне о стриптизершах. Однако девушка ничем не выдавала себя, продолжая смотреть в одну точку и страшась разоблачения.

Наконец женщина отвела от нее долгий, изучающий взгляд и повернулась к ней спиной, продолжая однако, наблюдать за ней боковым зрением.

Дарьяна округлила на секунду глаза. На спине женщины красовались два больших, почти во весь рост крыла. Безобразные— они напомнили ей крылья летучих мышей. Босые, с когтистыми пальцами ноги, по колено покрывала птичья чешуя. При виде них, хлынули воспоминания из детства: цыплячьи лапки, которые бабушка отдавала полакомится собакам, когда они разделывали тушку на обед.

— Подведите ее ближе,— скомандовала неожиданно низким голосом женщина. И не понятно откуда опять взявшиеся рабы, бесшумно подхватив как и прежде Дарьяну, подтащили к женщине.

Она мельком заметила как у той в руке что-то блеснуло, а затем увидела длинную, необычную подвеску, состоящую из маленьких колец, с черными камнями по середине каждого звена. Женщина быстро повесила украшение на шею Дарьяны и сунула ей его под ворот одежды. Девушке сразу показалось что повесили не маленькие колечки, а большую тяжёлую цепь. Шею неприятно стягивало, хотелось тут же избавить себя от массивного предмета.

—Почему бы и не воспользоваться такой блестящей возможностью, —бубнила себе под нос женщина, не подозревающая что Дарьяна всё внимает.—Тебе ведь уже все равно. А я смогу наконец убрать это ничтожество со своей дороги.

Глаза женщины-птицы блестели в предвкушении, она смотрела мимо Дарьяны и казалось мысли ее сейчас далеки отсюда.

Снова этот темный коридор, снова ведут ее по нему. Но теперь ее голова не казалось ей туманной. Пока они шли, она продумывала свой план побега, кажущийся ей пока лишь бредом.

Если верить словам Веды, которую она слышала в своей голове, в той темной комнате, она сможет унести отсюда ноги. И все зависит теперь только от нее самой. Нужно только найти вещь, принадлежащую темному властелину. Тогда она даже сможет одним выстрелом убить двух зайцев?! Убраться отсюда, а заодно и свершить предначертанное!

Сердце часто билось, мысли метались в ее голове, с одной на другую. Не представляя, как все обернется дальше для нее, она шагнула в указанном рабами направлении: в огромный и шумный зал мрачного замка…

Глядя в темную ночь, Рэй тем временем стоял у окна, куда не проникал свет. Впервые ему захотелось затеряться среди всех или оказаться подальше отсюда. Мысли возвращались к проклятиям, которые выкрикнула девушка, едва за ним закрылась дверь. И сейчас прокручивая их в голове, он мог бы с уверенностью ей ответить, что давно и так проклят. А иначе как можно было назвать то, что он сейчас находится в одном кругу с самыми беспощадными и злобными представителями круга, доверенных темного лорда.

Он оглянулся при этих мыслях и посмотрел на сидящего, на троне демона. Властелин уверенно расположился в кресле, откинув свою массивную голову, с большими закругленными на конце рогами. Бугристые, вздутые вены по всему его телу, указывали на силу и мощь предводителя. Вид его, хотя сейчас и был расслабленным, глаза же на почти человеческом лице, были хитро устремлены на говорящего ликана.

—Мой сир!—обращался тот к демону.—Мы всё прочесали вдоль границ Велиара. Как вы и велели мои лучшие оборотни заглянули даже к его демонице, ее несложно было разговорить. Выложила нам все как на духу!— с этими словами ликан оскалил свои острые клыки, сморщившись в морде он сипло засмеялся. Но наткнувшись на едва сдерживаемые от нетерпения и полыхающие красным огнём глаза демона, быстро продолжил:—Чист, как младенец! Велиар не знает о войне!

Демон довольно хмыкнул, снова откинувшись в кресле он махнул своей ручищей рабу, а затем, указал пальцем на пустой стакан рядом.

Рабы, стоящие тут же неподалеку, засуетились вокруг господина, подливая из кувшинов и меняя их на полные.

—А что скажешь ты нам на это Рэй?— обратился вдруг демон к проводнику. Его пронзительный взгляд, был устремлен на мужчину.

Услышав обращение к себе, проводник неспешно вышел из тени и после некоторой паузы, произнес:

— Думаю, мой господин лучше знает как ему поступить дальше, но я бы не стал так доверять первому впечатлению ликана,—при этих словах мужчина спокойно посмотрел на оборотня, на морде которого читался приговор проводнику, а затем добавил:— Думаю стоило бы прочесать Ад ещё раз, для убедительности. Демоница— скорей всего могла быть просто не осведомлена в делах вашего брата.

— Ах ты воронье отродье!—не выдержал ликан, рванувший было сейчас же перегрызть горло посмевшему опорочить его. Но заметив небрежно останавливающий жест демона рукой, притормозил, не переставая при этом сверлить противника, ненавидящим взглядом.

— Я всё это знаю и понимаю. Ты скажи лучше как обстоит твоя разведка на границах светлых? Почему я все ещё не знаю— как и где лежит у них там каждый камушек, каждая травинка и не подсчитано до сих пор, беленькое пёрышко—каждого светлого! У тебя было достаточно времени чтобы выполнить это!

Голос демона хотя и был по прежнему спокоен и требователен, все же слышалась теперь в нем некая враждебная нотка.

—Вам хорошо известно господин, какие там сильные границы. Никто, имея хоть дюйм недобрых намерений не сможет их пересечь. Я делаю всё возможное!

— Я говорил вам хозяин! Говорил, что он служит и им тоже. Всем хорошо известно, как он был дружен с ними. И неизвестно, может эта связь до сих пор продолжается. И как он дружен с Фейри, это мы тоже знаем мой сир! Позвольте мне его прикончить, этого предателя будет ждать мучительная смерть! Я вырву ему внутренности и он ещё живым будет смотреть как будет биться его сердце в моих лапах!

Ликан казалось еле сдерживался, он стоял уже довольно близко к проводнику, который прочем, продолжал невозмутимо стоять, не сдвинувшись с места. Уверенный, что не от злобного, с пеной у пасти, оборотня зависит —жить ему дальше или нет и даже не от внешне спокойного демона, смотрящего сейчас на него с долей подозрения.

Он не боялся смерти, не боялся ни одного представителя самых ничтожных тварей, сидящих в этом зале. Его было не так-то просто убить. Ведь он— проводник! И темный лорд это тоже прекрасно понимал. Как и понимал, что тот его не предавал. Пока! Но он намеренно тянул с выполнением его последнего приказа, это было ясно. Как и то, что сердце проводника не полностью покрылось льдом, как ему бы этого хотелось. А значит—не стоило полностью ему доверять и полагаться на него. Но надавить и поторопить стоило, пока тот совсем не передумал. А после—можно будет и убить проводника! Так как он был не менее опасен его собственного брата.

Не зря столько лет он – Ваал, избавляет свои владения от других проводников. Но сначала он пойдет войной на Велиара, поработив всех внизу, соберет большую армию и войдёт в давно манящие врата светлых. Пока же ему приходилось идти на многие жертвы, так несвойственные демону. Но после он сполна отыграется.

— Долго, очень долго ты выполняешь свое дело проводник!— произнес демон раздражено, пряча свои истинные эмоции, помыслы.— Я жду ответ завтра к полуночи, больше никаких отговорок! — Этого времени более чем достаточно повелитель!— несмотря на кажущееся почтение в ответе Рэя слышалась усмешка.

Это понимал каждый, как и сам демон преисподни и это бесило его ещё больше. Доводило его до желания оторвать ему башку прямо здесь и сейчас.

От наколенной атмосферы всех отвлекла вошедшая демоница, лишь менее отличающаяся внешностью от своего властелина. Немного меньше в физическом сложении и демонстрирующая свои пышные формы, женскую грацию, она вошла точно королева.

Заняв же свое место подле господина, она многозначительно на него посмотрела, а затем откинув черные волосы, через которые выглядывали закругленные рожки, произнесла: — Разве совет ещё не закончился? Нас давно ждут гости. Прошу, пройдем мой господин!

Демоница встала с кресла и медленно пошла к двойным, обшарпанного вида дубовым дверям. Открыв их, она обернулась и лукаво глянула своими огненными глазами на Ваала.

Тот в свою очередь, пожирая взглядом шедшую впереди будущую королеву, вспомнил с каким остервенением, ещё совсем недавно они сдирали с друг друга кожу, в приступе страсти. Он хищно оскалился, предвкушая будущую ночь.

Зал шумел, гости располагались за длинным, грубо сколоченным из досок столом, установленным вдоль ряда колонн.

Перепуганные рабы сновали туда сюда, ловили каждый приказ, опасаясь, что могут оказаться сами закуской к столу. Из снеди стол украшали поросята разной готовки и плохо обжаренные, кровоточащие ребра баранины. Но это по-видимому было лишь лёгкой закуской для пирующих. Главный десерт их ждал всегда чуть позже...

Рэй равнодушно наблюдал за происходящим. Все эти «празднества», были для него давно привычным делом, на которых он однако, как правило не задерживался.

И вот время когда пора бы покинуть это место, он все еще однако продолжает оставаться. И не смотря на внешнее спокойствие, внутри нарастало напряжение, а ожидание неминуемого —давило все сильнее.

Он желал скорее покончить с этой ситуацией и начать жить привычной ему жизнью. Его раздражал сегодняшний день, затянувшийся совет, этот пир отморозков и кровососущих чудовищ. Он бегло оглядел их, заметив уже несколько обнимающихся пар. Сегодня ужин набирал привычный оборот, заканчивающийся оргиями с рычанием, хохотом и кровопролитием. Его уже тошнило от всего этого.

Неожиданно двери напротив отворили и мир вокруг на мгновенье перестал существовать.

Он замер заметив ее стоящую в белом. Беспристрастный взгляд девушки был устремлён прямо на него и если бы он не знал, что в нее влили жидкость, парализующую всякую волю к движениям и мыслям, он мог бы поклясться, что заметил в ее взгляде немой укор.

Девушку подтолкнули и он потерял ее взгляд, который уже блуждал по остальным гостям, попадающих ей на пути к властелину.

Не отводя с нее взгляда, он с трудом сглотнул.

Она точно сказочная фея, светлое существо, случайно забредшее в это грязное и смрадное место! Он слышал так же как в зале смолкает гомон, видел как ошарашенно все расступаются. Он и сам, зачарованно смотрел, как невесомо и грациозно девушка словно плывет сквозь завитки дыма и колеблющиеся тени, навстречу страшным силам, туда— где восседал их темный властелин.

Невысокая и хрупкая она остановилась перед ними. Вблизи Рэй отметил, как сверкает нежная, гладкая и смугловато- бледная кожа девушки. Как отплясывает в больших янтарных глазах огонь от факелов. По-детски яркий и свежий рот плотно сжат, но по мере ее приближения он заметил, как губы девушки едва заметно подрагивают.

Рабы откланявшись чуть ли не до земли, исчезли. Дарьяна же, чувствовавшая все это время на себе их руки, неожиданно остро, почувствовала одиночество и страх.

Как только двери перед ней открыли она поняла, что теперь ей будет гораздо сложнее притворяться бесчувственной. Была бы на то ее воля она бы шла с закрытыми глазами, чтобы не видеть вокруг себя всех этих существ.

Она шла и молилась, упаси Бог ее кто-то сейчас тронет. Едва ли она сможет сдержаться и не закричать. Девушка чувствовала на себе огромное количество голодных взглядов, от которых ее бросало то в холод, то в жар. Сердце ощущалось где- то внизу, совсем ни там, где должно было быть. Ладони вспотели, но при этом были холодны; как будто она держала в руках тающий лёд!

Ужас сдавливал в своих тисках всё ее существо, и казалось ещё немного и она потеряет остатки самообладания. В голове все вопило— это все не реально! Это сон! И когда она проснется, то наверняка больше никогда в жизни, не сможет сомкнуть глаз! Шедшая словно на ватных ногах, она пыталась припомнить все молитвы, которые знала.

Где-то в глубине души она надеялась, что проводник одумается, возвратит ее назад в свой замок и прикажет продолжать работать.

Она надеялась, что уж он все таки больше человек, чем все те что ее окружали сейчас. Но надежда ее растаяла, едва она вошла сюда и увидела его перед собой, стоящего справа от чудовища с рогами. Рассчитывать теперь приходилось только на себя. Веда в нее верила! Хотя сама она в себя —нет.

Между тем расстояние сокращалось, она продолжала безотрывно смотреть прямо в чудовищную пасть неизбежного, куда ее скорей всего засосет сильной воронкой— вечности.

Они миновали всех гостей и вот она стоит перед высоко сидящими демонами. На месте рабов, рядом с девушкой появилась зеленоглазая— Цильда. С хищной улыбкой, подтолкнув девушку ближе к властелину, она произнесла: —Проводник сам лично доставил вам этот подарок, сир!—лукаво поглядев при этом на Рэя. От нее не ускользнуло, как мужчина, от ее слов едва заметно поморщился, словно ему наступили на больную мозоль. —Девушка чиста, невинна… Все как любит Ваше Высочество!—добавила гарпия обращаясь к демону и покосившись едва заметно на сидящую слева от него демоницу.

Во взгляде ее сверкнула с трудом скрываемая злость, но она справившись с негативными чувством сухо улыбнулась будущей королеве.

Демон хищно оскалил клыки и втянув в себя запах Дарьяны, произнес: — Что ж, ты меня неожиданно порадовал Рэй. О как я остро чувствую ее быстро пульсирующую, сладкую кровь в венах...

С этими словами поднявшись, он направился к девушке, отчего проводник дёрнулся было вперёд, но остановился, заметив удивление на лице гарпии. Не обращая на нее внимания, он не сводил с демона и девушки настороженного взгляда.

Дарьяна же, увидев как груда мышц и вздутых вен направляется к ней, почувствовала резкую тошноту и головокружение. Приоткрыв рот, она глубоко вздохнула.

Только обморока ей сейчас не хватало! Она уже не пыталась справится с дрожью во всем теле. Лишь продолжала стоять, как пригвождённая.

Чудовище рассматривало девушку, вышагивая вокруг нее. Зал выжидающе затих, в тайне завидуя своему властелину, которому достался столь вкусный подарок. Слюни так и текли с разинутых пастей.

Демон между тем протянув лапищу, почти ласково коснулся копны густых волос, укрывающих спину девушки как покрывалом.

От его прикосновения, Дарьяну всю передёрнуло. Она не успела прийти в себя, когда почувствовала, что демон разворачивает ее к себе лицом, обвив при этом пальцами за шею. «Сейчас или уже никогда— Яна» вспомнила она вдруг такую любимую Леркину фразу. Сейчас или никогда!

Вскинув резко вперёд руку, ставшую казалось онемевшей и неподъемной, девушка хватает за круглый кулон на шее демона, который она заприметила почти сразу, как только вошла. Веда ведь говорила, любую вещь? И вот, первая удача— вещь сама нашлась. Только девушка боялась, что сорвать ее с толстой шеи демона не получится. Но удача и тут не отвернулась от нее. Цепочка на удивление легко оторвалась. А может все дело было в стрессе? Говорят будучи в шоке, человек не контролирует свои силы и возможности?

Демон заморгал от неожиданности переведя взгляд со своей шеи и на девушку, и в тот же миг его с огромной силой отшвырнуло назад.

Он задел, не подозревающуюся о начале хаоса демоницу и они вместе покатились, круша своими телами пьедесталы. —А не тут- то было, сволочи!— выкрикнула не ожидавшаяся от себя, Дарьяна, а затем почувствовала— как ее подбросило в нарастающий круговорот. Все фигуры слились для нее —в единое целое! Итеперь ее точно засасывало в мощнейшую воронку. И вот лишь рука девушки, с крепко держащим кулоном показалась в воздухе, а затем исчезла, уступая место пустоте. Не успели все опомниться, как услышали рычащий, громкий возглас. «Ва-ал»!- прогремел он над колонами замка, выкрикнув имя темного лорда. Демон, приходящий в себя задрожал и отрицательно затряс головой. —Велиар?—неверяще произнес он. Тут вдруг его с демоницей тоже подбросило в воздухе и закружило с удвоенной силой, чем ранее несчастную девушку. Сильный ветер заставил всех кинуться к полу. Закрывая лица, морды, они защищались от летающих в воздухе множества разных предметов. —Не-ет,— успел ещё громко взвыть демон, когда все стихло и от них так же не осталось и следа.

Ошарашенные гости постепенно поднимались на ноги, оглядываясь и не понимая, что все это значит.

Проводник с непроницаемым лицом, стоял в стороне от всех и прищурив глаза смотрел в пустоту— разгромленного зала. Маску на его лице вероятно сдуло, но похоже было, что меньше всего он думал сейчас о ней. Голова его с пересекающимся длинным шрамом на лице опустилась.

Он внимательно посмотрел на свою ладонь, на которой красовался искусственный, черный цветок с металлической застёжкой на конце. Он догадывался, что эта вещица ещё может ему послужить, поэтому намеренно стянул ее с волос девчонки, когда они неслись верхом к замку. Ладонь его вдруг крепко сжала в кулак хрупкий предмет, а затем подняв голову и сверкнув черным взглядом, он мрачно усмехнулся…